WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |

«LAURENCE HARRIS MONETARY THEORY MCGRAW-HILL BOOK COMPANY 1981 ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ ЗАПАДА Л. ХАРРИС ДЕНЕЖНАЯ ТЕОРИЯ Перевод с английского Общая редакция и вступительная статья доктора ...»

-- [ Страница 7 ] --

Допустим, что процентная ставка равна нулю, а бюд­ жетная линия совпадает первоначально с А'В. Предпо­ ложим далее, что абсолютный уровень цен в данном периоде снизился, так что реальная стоимость активов лица в начале периода увеличилась с СВ до С В'. Это увеличение произошло по той причине, что снижение уровня цен р привело к увеличению (М/р + В/rp), т. е.

реальной стоимости финансовых активов -облигаций и денег. Это приведет к сдвигу бюджетной линии вправо, в 40Ь положение А" В, так как увеличение реальной стоимости финансовых активов означает, что максимально возмож­ ная сумма потребления возросла, хотя доход этого пе­ риода не изменяется и остается равным ОС. В результате установится новое равновесие в точке Е3, где потребле­ ние, равное G\, выше, чем прежде (G\), аналогичным образом сбережение {OC-OG\) ниже, чем раньше. По­ добный результат сам по себе является иллюстрацией действия эффекта Пигу. Он показывает, что реальное потребление зависит от реальной суммы богатства.

Но этот результат не дает безусловного ответа на все вопросы. Почему новое равновесие устанавливается в точке 3? Почему форма кривых безразличия такова,, что это не позволяет установить равновесие в точке Еъ, где потребление будет меньшим, чем в точке начального равновесия Е21 Ранее мы видели, что Патинкин ответил на этот вопрос, предположив, что потребительские товары не являются худшими товарами по сравнению с богатст­ вом: при прочих равных условиях увеличение реального богатства всегда ведет к увеличению и реального потреб­ ления. Однако в поддержку своего допущения Пигу пред­ ставил такие аргументы, которые возвращают нас назад к кейнсианской теории положительных сбережений при нулевой норме процента. Пигу задал вопрос: почему люди будут сберегать при нулевой норме процента? Ес­ ли существует положительная норма процента, то факт сбережения можно объяснить тем, что получаемый про­ цент компенсирует жертву, связанную с откладыванием потребления. Если же норма процента равна нулю, такой финансовой компенсации нет и, следовательно, люди должны накапливать сбережения во имя самих сбереже­ ний, иначе говоря, они должны получать какое-то удов­ летворение просто от самого факта владения активами скажем, от своего положения, связанного с данным уров­ нем реального бога1сгва. Пигу утверждал, что само по себе владение активами приносит полезность ' (по тем же Полезность, получаемую от богатства, не следует смешивать с полезностью, представленной на рис. 12.1 кривыми безразличия, кото­ рая получается от потребления в этом и следующем периодах. Если мы хотим использовать метод рассуждений Пигу при построении рис. 12.1, то необходимо действовать следующим образом. Доводы 3Пигу связаны с мыслью, что все точки равновесия, подобные Е2 и, т е случаи равновесия, получаемые при наклоне бюджетной линии, равном (— 1), и норме процента по финансовым активам, равной нулю, не ведут к приросту сбережения или его уменьшению. Потребление товара G, причинам, что и положение, занимаемое человеком) и что именно здесь коренится объяснение гипотезы Кейнса, что сбережения принимают положительные значения, даже когда норма процента равна нулю, т е. что кривая IS пересекает горизонтальную ось Более того, Пигу пола­ гал что удовлетворение, получаемое oi богатства как такового, подчиняется правилу снижающейся предельной полезности- чем больше сущее 1вующая реальная стои­ мость богатства индивида, тем меньше полезность от прироста этого богатства, иными словами, тем меньше полезность сбережений Из этого следует, что при прочих равных условиях прирост реального богатства заставляет индивида больше потреблять и меньше сберегать А раз так, то потребление не является худшим товаром по сравнению с 6oraiciBOM Эффект Пигу и макроэкономические корректировки Таким образом, Пигу утверждал не только, что пла­ нируемые потребительские расходы являются функцией реального дохода, но и что эга идея подспудно при­ сутствовала в собственной модели Кейнса, хотя при анализе потребительской функции он, по-видимому, не смог ее реализовать1 Но для Пигу эффект богатства был не просто поводом к дискуссии или средством доказа­ тельства противоречивости модели Кейнса. Последствия этого эффекта оказались разрушительными для общего вывода Кейнса о том, что равновесие при наличии безработицы может присутствовать даже в случае, когда заработная плата и цены достаточно гибки Из эффекта же Пигу следует, что, пока существует подобная гиб­ кость, кейнсианская модель таит в себе автоматическую тенденцию к равновесию при полной занятости.

Чтобы получить подобный результат, необходимо равно ОС т е текущему доходу, для всех подобных точек равновесия Но при этом предполагается, что полезность богатства как такового (полезность, извлекаемая из положения типа и других подобных усло­ вий) равна скрыто предполагаемой положительной пропет ной ставке В этом случае бюджетная линия более крута, чем при (— 1), и потребле­ ние меньше, чем сумма дохода, несмотря на то, что норма процента на финансовые активы равна нулю Патинкин (Patinkin, 1948), Лсйонхувуд (Leijonhufvud, 1968) и дру1ие авторы показали, однако, что Кейнс открыто учитыват эффект богатства в других разделах своей работы сначала переписать потребительскую функцию, чтобы она включала эффект Пигу в явной форме. В гл. 8 мы использовали положение Кейнса о том, что планируемые реальные потребительские расходы являются функцией одного только реального дохода:

(12.1) Если же учесть эффект Пигу, то необходимо включить в качестве особой переменной фактическое реальное бо­ гатство (w):

(12.2) Последствия эффекта Пигу для равновесия при полной занятости зависят, однако, от влияния изменений абсо­ лютного уровня цен на реальную ценность финансовых активов. Можно поэтому упростить ситуацию, предста­ вив, что богатство состоит только из облигаций и денег:

(12.3) где 5s-это номинальная нарицательная стоимость об­ лигаций, а ^/ г-их номинальная рыночная стоимость.

Тогда можно записать потребительскую функцию с эф­ фектом Пигу следующим образом:

(12.4) Следуя методологии, использованной в гл. 8, можно сначала рассмотреть состояние рынка товаров с учетом действия „эффекта Пигу. Пусть на рис. 12.2 функция пла­ нируемых расходов представлена сначала линией е1. Рас­ ходы складываются из планируемого потребления с1, планируемых инвестиций il и правительственных расхо­ дов д. Если учесть сделанные нами в гл. 8 допущения, касающиеся линейного характера потребительской и ин­ вестиционной функций, и допущения, что государствен­ ные расходы задаются экзогенно, то можно так записать функцию планируемых расходов:

(12.5) Следовательно, е1 существует, так как переменные в правой части уравнения принимают определенные зна­ чения Msl, BS1, pl, rl и д1. При наличии такой функции возможно установление равновесия в точке Z1 при до­ стижении уровня производства при полной занятости (у) Предположим теперь, что ожидания капиталистов стали более пессимистичными, в результате чего инвестицион­ ная функция сдвинулась вниз. Иначе говоря, d падает.

Функция расходов передвинется вниз, в положение е, а хозяйство достигнет точки Z2, которой соответствует доход у2, что меньше дохода полной занятости.

Пока заработная плата и цены не являются негибки­ ми, наличие избыточного предложения на рынках то­ варов и рабочей силы будет толкать денежную зара­ ботную плату (W) и абсолютный уровень цен (р) в сторону понижения. Следствием снижения р будет то, что реальная стоимость финансового богатства (Ms/p + + В?/гр) повысится, поскольку номинальный запас денег и облигаций, определяемый экзогенно, остается неизмен­ ным. Согласно уравнению 12.5, это приведет к росту планируемых расходов на потребление, что в свою оче­ редь увеличит общую функцию расходов. Это и есть эффект Пигу. Благодаря ему функция планируемых рас­ ходов вновь возрастает и будет расти до тех пор, пока она не вернется в положение е1 и не будет восстановлено равновесие Z1, соответствующее состоянию полной за­ нятости. При наличии гибкой заработной платы и цен в этой модели существует автоматическая тенденция к установлению полной занятости. Она служит результа­ том влияния ценовых изменений на реальную стоимость богатства.

Конечно, этот эффект может также сопровождаться изменениями нормы процента. С падением цен происхо­ дит высвобождение денег из трансакционных фондов и перелив их в спекулятивные остатки. При сохранении строй ставки процента эти изменения приводят к обра­ зованию избыточного предложения денег и избыточного спроса на облигации, иначе говоря, к снижению нормы процента. Как видно из уравнения 12.5, падение нормы процента оказывает влияние на планируемые расходы:

оно вызывает увеличение планируемых расходов и толка­ ет функцию расходов вверх, точно так же как и эффект Пигу1. Но если первый случай представляет собой не­ прямой механизм, то во втором влияние на расходы носит непосредственный характер (гочпо так же, как в гл. 6 мы отмечали два аналогичных механизма в рамках традиции старой количественной теории). Однако в гл. отмечалось, что, по предположениям кейнсианской мо­ дели, непрямой механизм может не срабатывать. «Лик­ видная ловушка» может предотвратить падение процент­ ной ставки;

иначе говоря, она может предотвратить появление избыточного предложения на денежном рынке и избыточного спроса на рынке облигаций. Инвестиции могут оказаться неэластичными в отношении нормы процента. Суть эффекта Пигу состоит в том, что он дает модель с прямым механизмом, вследствие чего отказ непрямого кейнсианского механизма не усфаняет авю машческой тенденции к полной занятосш.

Это можно проиллюстрировать с помощью аппарата кривых IS/LM (рис. 12.3), ибо анализ такого рода откры­ то вводиi денежный рынок. Начнем с уровня дохода уг, который установился в результате принятого нами выше предположения о крахе ожиданий капиталистов. Крутое положение кривой Щ/Sj) и форма кривой 1М(1М\) указывают на то, что непрямой механизм не действует.

Они свидетельствуют о наличии «ликвидной ловушки» и неэластичной инвестиционной функции. Однако, несмот­ ря на это, пока существует избыточное планируемое Вдобавок это усиливает влияние эффекта Пигу в потребительской функции, ибо падение процентной ставки увеличивает стоимостную оценку облигаций Ifjrp предложение товаров, которое сопутствует у и приводит к снижению абсолютного уровня цен, эффект Пигу будет приводить к сдвигу кривой IS вправо. Эта передвижка продолжается до тех пор, пока кривая не достигнет положения IS2, где устанавливается равновесие при до­ стижении дохода и объема производства полной заня­ тости.

Каким образом изменение реальной оценки активов вызывает сдвиг кривой IS, видно из алгебраического выражения этой кривой. Напомним, что равновесие на товарном рынке требует, чтобы у — е. Делая соответ­ ствующую подстановку в уравнение 12.6, вместо е по­ лучаем:

(12.6) Мы получили уравнение кривой IS для модели, учи­ тывающей эффект Пигу. Его рассмотрение показывает, что первый член содержит в качестве составного компо­ нента реальную стоимрсть финансового богатства, так что увеличение реальной стоимости финансовых активов переметает кривую IS вправо. Иначе говоря, при любом заданном значении нормы процента величина у, удовле­ творяющая уравнению 12.6, будет выше.

Последствия теорий Пигу приводят, следовательно, к выводу, что если включить в кейнсианскую модель эф­ фект богатства, то единственной причиной сохранения равновесия с безработицей может быть только наличие негибкой заработной платы и цен, ибо лишь при этом условии нарушается действие как прямого (эффект Пигу), так и непрямого (через кейнсианский денежный рынок) механизмов. Это типично неоклассический вывод, хотя он и получен в рамках кейнсиапской модели. Ибо нео­ классические предшественники Кейнса делали с помощью различных доводов вывод о том, что жесткость зара­ ботной платы и цен служит главным объяснением су­ ществования безработицы1. Однако ниже будут рассмо­ трены некоторые факторы, которые ограничивают зна­ чение этого вывода.

12.2. ОГРАНИЧЕНИЯ ЭФФЕКТА ПИГУ Первая группа ограничений, связанных с эффектом Пигу, касается вопроса, справедливы ли допущения, при­ нимаемые при постулировании позитивной связи между богатством и потребительскими расходами. Напомним эти проблемы лишь вкратце, ибо мы уже имели с ними дело в гл. 5 при рассмотрении эффекта реальных кас­ совых остатков.

Во-первых, возникает вопрос, являются ли финансо­ вые активы компонентами чистого богатства. Пигу (Pigou, 1947) уделял этой проблеме определенное вни­ мание. Напомним (см. гл. 3), что существуют три точки зрения по вопросу о том, являются ли деньги чистым богатством. Согласно одной из них, внешние деньги относятся к категории чистого богатства, а внутренние нет, так что важность эффекта Пигу частично зависит от относительных пропорций между втгутренними и внешни­ ми деньгами, поскольку большая часть денежной массы не является чистым богатством. Если деньги обеспечены Не следует полагать, что Пигу считал государственную политику (например, увеличение правительственных расходов для смещения кривой IS) ненужной как средство противодействия безработице. Он подчеркивал, что, хотя на основе априорных доказательств можно говорить о существовании эффекта Пигу, его влияние может быть слабо выражено и автоматическая тенденция к достижению полной занятости вполне совместима с длительными периодами безработицы, которые можно уменьшить с помощью правительственных мероприятий.

государственными облигациями, хранящимися в портфе­ ле банковской системы, эти облигации в действитель­ ности не принадлежат к внешним активам, ибо их про­ центный доход компенсируется будущими налоговыми платежами. Согласно второму взгляду, как внутренние и внешние деньги, так и внешние облигации не являются чистым богатством (для внешних денег исключение со­ ставляет та их часть, которая обеспечена залогом, ино­ странными облигациями или акциями национализиро­ ванных предприятий). Подобный подход предполагает, что эффект Пигу настолько слаб, что не имеет никакого значения. Третья точка зрения считает, что все виды денег являются чистым богатством, так что сумма ак­ тивов, порождающих эффект Пигу, велика по объему.

Второй вопрос касается роли ожиданий. В гл. 5 мы видели, что, если падение цен порождает ожидания даль­ нейшего их снижения, это может привести не к увели­ чению, а к сокращению текущего потребления, хотя конечный результат является неопределенным.

Но даже если эффект Пигу приводит к снижению уровня цен и к сдвигу кривой IS вправо, тезис об автоматической тенденции.к полной занятости имеет свои ограничения. Один теоретический курьез был от­ мечен Бэйли (Bailey, 1971): реальное финансовое богат­ ство воздействует не только на планируемый спрос на товары, но и на их планируемое предложение. Иными словами, увеличение реальных кассовых остатков может привести к увеличению у, т. е. уровня продукта и дохода, соответствующего полной занятости.

Трудность достижения в этом случае полной заня­ тости показана на рис. 12.4. Пусть первоначальная си­ туация характеризуется кривыми /Sj и LMl, фактическим уровнем дохода уг и планируемым (соответствующим полной занятости) доходом ух. Избыточное предложение денег снижает цены. Обычным следствием этого будет передвижка кривой LM в положение, скажем, LM2 и, благодаря эффекту Пигу,-кривой IS в положение IS2.

Но в модели подобного рода повышение номинальной стоимости реальных денежных остатков вызывает также рост планируемого предложения товаров (или нацио­ нального дохода, соответствующего уровню полной за­ нятости) до у2. Априори невозможно сказать, будет ли изменение дохода полной занятости в результате падения цен столь же крупным, как и увеличение фактического дохода у. Если оно по крайней мере столь же велико, то снижение цен, несмотря на действие эффекта Пигу, не сократит избыточное предложение товаров;

если оно меньше, то эффект Пигу снизит избыточное предложение, но в меньшем размере, чем это было бы в ином случае.

Рис. 12. Вопрос стоит так: почему следует ожидать, что уве­ личение реальных кассовых остатков приведет к увели­ чению дохода, соответствующего уровню полной заня­ тости? Можно привести два довода. Первый состоит в том, что реальные остатки непосредственно связаны с потреблением. Владельцы денег получают от них какие то скрытые услуги-услуги, которые трудно установить, но которые можно считать в принципе частью нацио­ нального дохода. Следовательно, увеличение реальных кассовых остатков ведет к увеличению национального дохода и при данном уровне производства товаров, соответствующем полной занятости,-к увеличению пред­ ложения «товаров и (денежных) услуг» или определен­ ного таким образом национального дохода полной за­ нятости. При подобном подходе можно полагать, что, хотя эффект Пигу приводит к увеличению планируемого потребления, этот растущий спрос полностью удовлетво­ ряется потреблением возросших услуг, получаемых от денег;

так что избыточное предложение товаров остается неизменным. Второй довод заключается в том, что день ги-это один из факторов производства. Денежные остат­ ки входят в производственную функцию, и их прирост увеличивает планируемое предложение товаров точно так же, как, скажем, увеличение рабочей силы.

Подобные взгляды на деньги как на приносящие неуточненные потребительские услуги или служащие од­ ним из факторов производства нашли применение в некоторых областях денежной теории *. Хотя их правиль­ ность и теоретическая обоснованность еще недостаточно доказаны, будучи приняты на веру, они, как мы видели, серьезно ограничивают значение эффекта Пигу.

Несмотря на указанные теоретические ограничения, эффект Пигу (или эффект богатства, эффект реальных кассовых остатков) стал общепризнанным элементом кейнсианских моделей. Модели кейнсианско-неокласси ческого синтеза включают эффект Пигу как отличитель­ ную черту. В последующих разделах книги мы покажем, как модели, содержащие эффект Пигу, используются для анализа вопроса о нейтральности денег.

12.3. НЕЙТРАЛЬНОСТЬ ДЕНЕГ В МОДЕЛЯХ С ВНЕШНИМИ ДЕНЬГАМИ Докейнсианская традиция количественной теории включала, как мы помним, тезис о том, что в долго­ временном аспекте изменения денежной массы ведут к равнопропорциональным изменениям абсолютного уров­ ня цен. В кратковременном периоде изменения денежной массы могут оказывать влияние на реальный доход и процентные ставки, но взятый в долговременном плане вековой темп изменения уровня цен есть функция ве­ кового темпа изменения денежной массы, тогда как процентные ставки и реальный доход не являются функ­ цией этого последнего показателя. Современная коли­ чественная теория чикагской школы содержит аналогич­ ное утверждение. При этом подразумевается, что деньги нейтральны в долговременном аспекте. Долговременный эффект изменений номинальной денежной массы не за­ трагивает реальных переменных: величина реальных кас­ совых остатков не меняется (поскольку Ms и р увели­ чиваются или уменьшаются в одинаковой пропорции), Пример из области моделей денежного роста приведен в гл. 18.

реальный доход тоже не меняется, равно как и соот­ ношение между потребительскими и инвестиционными товарами (ибо указанные сдвиги не влияют на норму процента и на всю систему относительных цен).

Вопрос о юм, являются ли деньги в этом смысле нейтральными, был предметом дискуссий на протяжении всей истории денежной науки.

К- сожалению, несколько ошибочных положений за­ путали этот спор. Одно из заблуждений такого рода заключалось в утверждении, что если деньги нейтральны (в том смысле, что изменения номинальной денежной массы не оказывают влияния на состояние реальных переменных в денежном хозяйстве), то денежное хозяй­ ство не отличается от барiера и деньги-это вуаль или просто «смазка», облегчающая функционирование по сути своей бартерного хозяйственного механизма. Эта идея основана на ошибочных умозаключениях, потому что нельзя сравнивав две равновесные ситуации в де­ нежной модели и дела гь из этого вывод, что полученные результаты аналогичны гем, котрые были бы получены, если бы мы сравнили равновесие в денежной модели с равновесием в бартерной системе. Обе модели могут различайся качественно из-за присутствия в одной из них денег, и позднее мы увидим, что дело обстоит именно так. Если трактовать деньги как «смазку», то нельзя сказать «всего лишь смазка»: автомобиль со смазкой качественно отличен от автомобиля без смазки.

Путаница другого рода связана с различиями понятия нейтральности в долгосрочном и краткосрочном аспек iax. Так, кейнсианцы, например, кришковали количест­ венную теорию из-за ее акцентирования идеи нейтраль­ ности денег и сравнивали ее с кейнсианской моделью, в которой деньги не являются нейтральными, поскольку спрос и предложение денег играют важную роль в опре­ делении того, находится ли реальный доход на уровне полной занятости или он ниже этого уровня. Однако кейнсианская модель такого рода имеет явно кратко­ срочный характер, тогда как положения количественной теории о нейтральности денег относятся к долгосрочному периоду'.

' С этим же связано чаблуждение, которое мы рассматривали в гл Когда некоторые докейнсианские теоретики-количественники нео­ классической школы строили внутренне противоречивые модели, эти 27 Чтобы избежать этой ошибки, мы в данном разделе и в разделе 12.4 ограничимся рассмотрением лишь таких моделей, которые описывают состояние полной заня­ тости. Это как -раз подход, принятый по вопросу о нейтральности денег авторами кейнсианского направле­ ния, которые применяют модели, типичные для кейн сианско-неоклассического синтеза. Предпосылками мо­ делей подобного рода являются как высокая степень гибкости цен и процентных ставок (т.е. отсутствие мало­ подвижных денежных ставок заработной платы или то­ варных цен и «ликвидной ловушки»), так и существование эффекта богатства. Эти модели, следовательно, гаран­ тируют, что равновесие всегда достигается при полной занятости, а эксперимент с ними чаше всего начинаются с состояния полной занятости, увеличения денежной мас­ сы и рассмотрения реальных переменных в состоянии нового равновесия при полной занятости. Следует, одна­ ко, заметить, что этот метод сравнительной статики отличается от подхода количественной теории, где про­ блемы рассматриваются с точки зрения долговременного равновесия. В рамках традиции этой теории обычно (но не всегда) предполагалось, что хозяйство испытывает рост, тогда как в примерах сравнительной статики, ко­ торые мы сейчас рассматриваем, принято допущение, что полная занятость связана с данным уровнем реального дохода. Таким образом, исследуется стационарное не­ расширяющееся хозяйство или, поскольку предполагает­ ся, что инвестиции составляют положительную величину и запас капитала увеличивается, берегся растущее хо­ зяйство в определенный момент времени. Позднее мы рассмотрим другой вопрос о влиянии денег на тенденции развития в растущей экономике.

противоречия были связаны с принятием ими постулата однородности (или тождества Сэя) для товарною рынка. Причина в ряде случаев была связана, по-видимому, с желанием показать", что деньги нейтральны, однако эти модели предусматривали нейтральность в каждый отдельно взятый момент времени, так что появление неравновесий полностью исключалось. Как было показано в гл. 4, можно предположить ней­ тральность модели в смысле нейтральности равновесных позиций даже в тех случаях, кот да мы 01брасываем постулат однородности и при­ меняем эффект реальных кассовых остатков, так что в случае возник­ новения неравновесных ситуаций денежная масса оказывает влияние па реальные переменные.

Денежная иллюзия в теории предпочтения ликвидности Рассмотрим сначала кейнсианскую теорию, которая трактует деньги и облигации как внешние активы, но не учитывает эффекта богатства. Это как раз интерпретация работы Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег» представителями школы синтеза. Если принять собственную формулировку Кейнса и записать функцию спроса на деньги следующим образом:

(12.7) причем равновесие Денежного рынка выражается следую­ щим равенством:

(12.8) то деньги в подобной модели не будут нейтральными.

Допустим, что первоначально модель находится в состоянии равновесия при полной занятости (что обозна­ чается включением в приведенные выше уравнения у, а не у) и что произошел экзогенный рост денежной массы.

Пусть количество денег удвоится в результате того, что правительство напечатает новые долларовые билеты и распределит их среди населения в виде бесплатного дара.

Денежный и товарный рынки достигнут нового равно­ весия при полной занятости, но при этом абсолютный уровень цен более чем удвоится. Это видно на рис. 12.5.

Рис. 12. Кривые IS и LM сначала находятся в положении IS1 и LM1. Удвоение номинальной денежной массы вызывает перемещение кривой LM в положение LM2. Если бы произошло удвоение абсолютного уровня цен, то кривая LM переместилась бы в положение LM3. Это следует из уравнения (12.8). Если бы Ms и р удвоились и ничего больше не изменилось, то рост совокупного спроса не был бы достаточным для сохранения его равенства с предложением, ибо, хотя номинальный трансакционный спрос удвоился, желаемые спекулятивные остатки денег не изменились. Поэтому при удвоении Ms и р для сохранения равновесия денежного рынка и обеспечения дохода полной занятости необходимо снижение нормы процента с г1 до г3, ибо кривая LM при этих условиях находится в положении LM3. Но при LM3 существует избыточный спрос на товары. Уровень реального про­ дукта, на который предъявляется спрос, равен у3, но он больше, чем максимальный уровень производства у при достижении полной занятости. Соответственно абсолют­ ный уровень цен будет расти, пока кривая LM не до­ стигнет LM4.

Новое равновесие будет таким же, как и первона­ чальное, в том смысле, что норма процента равна г1, а реальный доход -у. Но реальные переменные измени­ лись. Удвоение денежной массы вызвало увеличение уровня цен более чем вдвое. Поэтому в точке нового равновесия реальная стоимость денежных остатков MS/p изменилась. Деньги в этой модели не являются нейтраль­ ными.

Полезно выяснить, почему они не нейтральны. Это связано с фактом наличия денежной иллюзии в уравнении спроса на деньги 12.7. Денежную иллюзию можно опре­ делить так: действия индивида отражают наличие де­ нежной иллюзии, если изменения его спроса или предло­ жения в реальном выражении представляют собой реак­ цию на изменения одних лишь номинальных переменных.

В нашем примере изменение абсолютного уровня цен, т.е. номинальной переменной, не сопровождается изме­ нением реальных переменных у и г, которые определяют спрос индивида на деньги. Но оно изменяет реальную величину этого спроса, так как реальный спрос на деньги для осуществления сделки остается неизменным (на уров­ не кру/р = ку), а реальная величина спекулятивного спроса [(!//))L2(г) при неизменном г] изменяется. Подобная |'и денежная иллюзия служит источником ненеитральности денег в модели. В определенном смысле можно утверж­ дать, что денежная иллюзия является причиной ненеи­ тральности денег во всех случаях, когда мы обнаружи­ ваем это явление (см., например, Джонсон-Johnson, 1962).

Присутствие денежной иллюзии в функции спроса на деньги-это неглавный пример ненейтральности в кейн сианской модели. Ее можно легко устранить, записав кейнсианскую функцию спроса на деньги:

(12.9) где спрос на реальные кассовые остатки М°/р-это функ­ ция одних только реальных переменных у и г (вывод, который впервые продемонстрировал Патинкин-Patin kin, 1954). Эта процедура применяется последователями школы синтеза в кейнсианских моделях. Но эти модели в отличие от той, которая только что рассматривалась нами, включают также эффект богатства, который в свою очередь порождает ненейтралыгость денег в хозяйстве с внешними активами.

Фиксированное номинальное предложение облигаций Рассмотрим модель, где функция спроса на деньги не содержит денежной иллюзии, но где все функции спроса включают эффект богатства (при этом для простоты мы не учитываем физические активы):

• (12.10) Спрос на реальные кассовые остатки является функцией реалыюг о богат ст ва:

(12.11) и реальный спрос на облигации - тоже функция реального бога гст ва ':

Читателя можег удивить такое новшество, как введение эффекта боппста в функции спроса на деньги и облигации, поскольку мы не рассматривали такого вариаша в святи с эффектом Пигу. Фактически же здесь ист новаций. Объяснение можно найти в модели, которая фшурировала в гл. 5 при выведении эффекта реальных кассовых остатков (богатства) в функции спроса на товары. Действительно, мы (12.12) s Номинальное предложение облигаций 5 и денег Ms определяется правительством. Равновесие на рынке то­ варов требует равенства между фактическим доходом у и планируемыми расходами е, а поскольку мы предполо­ жили гибкость цен и наличие эффекта богатства, то эти условия автоматически подразумевают, что равновесие достигается при уровне дохода полной занятости у.

Равновесие на рынках денег и облигаций требует ра­ венства между планируемым спросом на деньги и об­ лигации и их экзогенно определяемым предложением. И деньги, и облигации-это внешние активы, и их следует рассматривать как чистое богатство частного сектора1.

Эффект увеличения количества денег в подобной мо­ дели показан на рис. 12.6. Три части этого рисунка отражают соответственно рынок товаров, рынок денег и рынок облигаций. Все переменные выражены в реальных величинах, так что кривые спроса соответствуют урав­ нениям 12.10-12.12. Рынок товаров представлен кривыми планируемых сбережений и инвестиций, а не планируе­ мых расходов и предложения товаров2.

Кривые сбережений и инвестиций выводятся из урав­ нений, лежащих в основе уравнения 12.10. Чтобы на­ глядно отобразить их, предположим, что сбережения являются функцией дохода, нормы процента и реальной стоимости богатства:

(12.13) видели в этой модели (без облшаций), что увеличение реальных кассовых остатков увеличивает спрос на них. Аналогичным образом в рамках портфельного анализа в главах 10 и 11 мы видели, чю при выявлении полезности определяется пропорция богатства, хранимого в виде дене! и в виде облигаций, так чю общая сумма богатства дает одновременно и уровень спроса на лены и и облигации.

Например, деньги состоят из банкнот, выпущенных государ­ ством, а облигации представляют собой обяза1ельства правительства, процент по которым уплачивается из прибылей национализированных предприятий.

Следует напомнить, что равновесие на рынке товаров можно предствить как с помощью равенства планируемых расходов и факти­ ческою дохода у = е, так и планируемых сбережений и инвестиций s = /.

Если инвестиции больше, чем сбережения, го на товарном рынке будет присутствовать избыточный спрос (речь идет о модели без государ­ ственного или внешнего секюра).

так чго при прочих равных условиях если г растет, то увеличиваются и сбережения, а если растет реальная стоимость богатства, то сбережения уменьшаются1.

Инвестиции являются функцией нормы процента и ре­ альной стимости богатства:

(12.14) Если г увеличивается, то инвестиции снижаются, а если растет богатство, растут и планируемые инвести­ ции 2.

Допустим, что указанная модель первоначально нахо­ дится в состоянии равновесия. Это отражается на гра­ фике кривыми спроса и предложения, а также кривыми сбережений и инвестиций, помеченными 1 цифрой 1. Су­ ществует равновесная норма процента г*, которая урав­ нивает все три_ рынка. Пусть теперь номинальная де­ нежная масса Мь увеличься (скажем, удвоится) посред­ ством распределения новых денег в качестве дара пра втельства. Немедленным следствием этого еще до изменения цен или каких-либо других переменных будет смещение вправо линии реальной денежной массы в положение mS2 (см. часть В рис. 12.6). Произойдут также смещения других кривых. Кривая реальных сбережений переместится влево в положение s2, ибо, возрастая, реальная денежная масса ведет к увеличению реального Эта функция сбережений отличается ог аналогичной функции в стандартной кейнсианской модели в том отношении, чю в ней открыю предполагается, что г оказывает прямое влияние па сбережения и, кроме тою, учитывается эффект богатства. Р.сли бы мы опустили г. т.е.

вторую переменную, заключенную в скобки в уравнении 12.13. то это не повлияло бы существенно на форму функции сбережений, ибо г оказывает также косвенное влияние в шм же направлении и через реальную стоимость 6oiaiciBa.

Было бы довольно трудно объяснить эффект братства, связан­ ный с инвес1иционными расходами, таким же образом, как мы объясня­ ли эффект богатства (Лигу), связанный с потреблением. Напомним, что богатство, включаемое в указанные уравнения, Состоит из финансовых активов. Рели их реальная стоимость растет, компании обнаружат, что повысилось 01 ношение суммы финансовых активов к физическим акти­ вам (запасу инвестиционных товаров), и, поскольку прочие условия остаются прежними, они стремятся восстановить первоначальное равновесие, увеличивая свой запас физических активов, чю влечет за собой их спрос на инвестиционные товары.

' Более реалистичным было бы предположить, что возросшая денежная масса распределяется через дефицит государственного бюдже­ та, по это усложнило бы нашу экспозицию.

Рис 12 богатства, а это, через эффект богатства, дает меньшую сумму реальных сбережений при любой ставке процента.

По тем же причинам кривая планируемых инвестиций передвигается вправо, в положение г. В то же время наличие эффекта богатства в функции спроса на реальные остатки вызывает передвижку кривой спроса на денеж­ ном рынке в положение иг02, так как, чем больше реальное богатство, тем выше спрос на реальные кассовые остат­ ки. Заметим, однако, что, если судить по первоначальной ставке процента г*1, функция спроса на деньги не пе ремещае1ся столь же далеко вправо, как функция предло­ жения. Причина состоит в том, что, хотя предложение денег удвоилось, запас финансовых активов (Msjp + + Bs/rp) в реальном выражении увеличился менее чем вдвое, так как запас облигаций Z?s не изменяется. По­ скольку мы предполагаем, что при данной величине процентной ставки и реального дохода возникае! стрем­ ление поддерживать постоянную долю реального бо­ гатства в виде реальных денежных остатков, то спрос на реальные остами возрастет менее чем вдвое. Наконец, из-за наличия эффекта богатства на рынке облигаций кривая спроса на облигации перемещается вправо, в положение bD1.

В результате этого перемещения кривых возникает избыточный спрос на товары, избыточное предложение денег и избыточный спрос на облшации, и если не принимать во внимание состояние рынка рабочей силы, то сумма избыточного спроса и предложения на всех рынках, согласно закону Вальраса, равна нулю. Для дальнейшего анализа необходимо принять ряд допуще­ ний относительно того, какие переменные непосредствен но реагируют на избыточный спрос (или предложение) на каждом рынке. Мы исходим из того, что избыточный спрос на товарном рынке оказывает непосредственное влияние на абсолютный уровень цен, вызывая его по­ вышение, и что избыточный спрос на рынке облигаций оказывает прямое влияние на процентную ставку, толкая ее вниз (а курс облигаций-вверх).

Рост абсолютного уровня цен ведет к передвижке кривых в новое положение. Кривые предложения S2денег и облигаций перемещаются влево, в положение m и bs2, так как они выражают реальные значения переменных, а рост р снижает реальную стоимость номинальных ве­ личин. Далее, благодаря эффекту богатства кривые спро­ са на деньги перемещаются влево, ибо рос г р снижает реальную стоимос1ь богатства. По той же причине кри­ вая сбережений переметается вправо от s и кривая инвесшций-влево от /2. Теперь следует коснуться вопроса о том, как далеко перемесится кривые и каков будет новый равновесный уровень процентной славки.

Пусть из-за возникновения избыточного спроса на товары абсолютный уровень цен удвоился. 1Тогда при сохранении прежней процентной ставки г* реальная стоимость бога1ства упадет ниже исходною уровня, рав­ ного Если после удвоения денежной массы уровень цен тоже удвоится, то реальная стоимость богатства будет равна 3ia величина ниже, чем первоначальная, так как номинальное предложение облигаций остается неизмен­ ным. Таким образом, при удвоении уровня цен кривые сбережений и инвестиций переместятся в положения i3 и s3, показывая 1ем самым, что в результате эффекта богатства при условии сохранения первоначальной став­ ки процента произойдет увеличение сбережений и рост инвестиций. По той же причине в результате действия эффект богатства кривые спроса на деньги и облигации переместятся влево и займут положения т°3 и bD3.

Кривая предложения облигаций перейдет в bS3, ибо рост абсолютного уровня цен снизит наполовину реальную" стоимость запаса облигаций при любой ставке процента, а кривая предложения денег вернется в положение wsi, ибо удвоение денежной Ms нейтрализовано удвоением р.

В итоге при сохранении прежней ставки процента удвое­ ние уровня цен приводит хозяйство в такое состояние, где имеется избыточное предложение товаров, избыточное предложение денег и избыточный спрос на облигации.

Следовательно, если уровень цен удвоится, новая равно­ весная ставка процента должна отличаться от своего исходного уровня. Она не может быть там и в том случае, если цены возрастут менее, чем вдвое, ибо несмотря на то, что кривые сбережений и инвестиций, возможно, вернутся в прежнее положение, избыточный спрос и предложение на рынке денег и облигаций не будут устра­ нены. Окончательное равновесие установится, таким об­ разом, при ставке процента г*1 и кривых, помеченных цифрой 41.

Следовательно, в модели с внешними облигациями и внешними деньгами деньги ire являются нейтральными.

Увеличение денежной массы переводит хозяйство в со­ стояние нового равновесия, где ставка процента (а также реальные кассовые остатки и реальный запас облигаций) меньше, чем первоначально. Причина заключается в наличии эффекта богатства в функциях спроса на деньги, облигации и товары, а также в том, что одним из компонентов (финансового) чистого богатства частного сектора служит запас облигаций, номинальная стоимость которого при любой норме процента фиксирована. Это приводит к тому, что повышение абсолютного уровня цен, приводящее к снижению реальной стоимости обли­ гаций, так влияет на избыточный сирое на каждом рынке, что равновесие не может быть достигнуто при сохра­ нении первоначального уровня процентной ставки.

Это достигается, если цены возрастут более чем вдвое. Читатель может удивиться, каким образом это произойдет, поскольку при удвое­ нии цен и сохранении начальной ставки процента (кривые помечены цифрой 3) имеется избыточное предложение на рынке товаров и, следовательно, возникает понижательное давление на уровень цен.

Объяснение состоит в том, что, когда нарушено равновесие, ставка процента не останется на первоначальном уровне /•*', а упадет одно­ временно с изменением цен, что приведет к сохранению избыiочного спроса на товары.

Индексированные облигации Приведенные факты дают основание полагать, что если бы мы должны были изменить наши допущения относительно прирост внешних облигаций, то наши выводы были бы иными. Можно предположить, напри­ мер, что при любой заданной ставке процента реальная стоимость облигаций неизменна по отношению к ценам.

Подобная ситуация возникла бы, если бы облигации подверглись индексации, так что их курс автоматически следовал бы за абсолютным уровнем цеп. Реальная стоимость богатства выражалась бы в этом случае гак:

и, следовательно, удвоение денежной массы, сопрово­ ждающееся удвоением абсолютного уровня цен, при сохранении прочих равных условий не влияло бы на реальную стоимость богатства, а новое равновесие ото­ бражалось бы первоначальными кривыми. По существу, именно 1акое допущение сделал Метцлер (Metzler, 1951)1, и оно приводит к выводу, что при прочих равных усло­ виях изменение номинального количества денег дает нейфальный результат. Однако даже в эюй модели изменение денежной массы не нейтрально, если оно сопровождается изменением запаса облигаций (Bs).

Именно это происходит, если денежная масса изменяется в результате операций на открыюм рынке, что является наиболее часто применяемым на практике методом де­ нежно-кредитной политики. Ибо увеличение количества денег с помощью этих операций требует покупки пра­ вительством государственных облигаций у владельцев из частного сек юра в обмен па деньги. В результате де­ нежный запас часптого сектора (Ms) увеличивается, а запас облигаций (Bs) снижается. В случае, который был s рассмотрен в предыдущем разделе, это падение 5 уси­ ливает пеней фальность, которая возникает из-за эф­ фекта богатства. В новом же случае, где изменение В действительности Метцлер предположил, чго финансовые активы, которые являются альтернативой деньгам,-это не облигации, а акции Однако на формальном уровне тго допущение аналогично нашему, так как, по предположению, важной особенностью акций являе1ся то, чго изменения абсолютного уровня цен не влияют на их реальную стоимость /П уровня цен не влияет на реальную оценку облигаций, операции на открытом рынке снова приводят к неней тралыюсти денег. Допустим, что первоначально сумма реального богатства равна:

где для простоты первоначальная равновесная ставка процента принята равной единице. Затем в результате покупки облигаций на открытом рынке денежная масса удваивается и реальное богатство при сохранении перво­ начальной ставки процента равняется Если бы уровень цен в этом случае должен был удвоиться, то величина реального богатства при сохра­ нении исходной ставки процента равнялась бы Поскольку эта величина реального богатства значи­ тельно ниже его первоначального уровня, эффект бо­ гатства гарантирует, что новое равновесие не может быть достигнуто при удвоенном уровне цен и прежней про­ центной ставке. Доказательство такое же, как при ана­ лизе рис. 12.6.

Итак, мы видели, что деньги не являются нейтраль­ ными в хозяйстве с внешними деньгами и внешними облигациями, принимающими форму британских консо­ лей. Вдобавок в модели хозяйства, где деньги-это внеш­ ние деньги, а облигации-индексированные внешние об­ лигации, деньги нейтральны лишь в том случае, если денежная масса изменяется не с помощью операций на открытом рынке, а какими-то другими методами. В этих случаях денежно-кредитная политика оказывает важное влияние: она может изменить равновесную норму про­ цента и если инвестиции являются функцией процентных ставок-то и темп прироста инвестиций. Деньги-это нечто большее, чем просто «вуаль». Но эти примеры нереалистичны. В современном хозяйстве большую часть денежной массы образуют внутренние деньги, а многие облигации выпускаются частными компаниями, а не правительством, и являются, следовательно, внутренними облигациями. При эгом даже государственные облигации можно рассмафивагь как внутренние, если будущие на­ логовые обязательства дисконтируются по той же ставке процента, что и будущие процентные доходы.

12.4. НЕЙТРАЛЬНОСТЬ ДЕНЕГ ' В МОДЕЛЯХ С ВНУТРЕННИМИ ДЕНЬГАМИ Модель, коюрая не содержит определенного коли­ чества «внутренних» денег и «внутренних» облигаций, является совершенно нереалистичной. Ибо в состав «внутренних» денег входяг банковские депозиты, для которых в банковских балансах корреспондирующим ви­ дом актинин являю 1 см ссуды частному сектору, а также внутренние облигации, выпускаемые компаниями. Необ­ ходимо выяснить, являются ли деньги нейтральными в моделях с этими видами акшвов.

Рассмофим хозяйство, где единственным видом денег служат внутренние деньги, а единственной формой об­ лигаций облигации, являющиеся обязательством от­ дельных компаний. Правительственные органы (или бан­ ковская система) выпускают внутренние деньги, но, по определению, количество последних может бьпь увели­ чено лишь посредством покупки внутренних облигаций.

Деныи служат активом для инвесторов (компаний) и сберегателей (домашних хозяйств) частного сектора, об­ лигации-активом для сберегателей (домашних хо зяйс1в), но обязателылвом для инвесторов (компаний).

Взятые по отдельности функции, описывающие поведе­ ние домашних хозяйств и компаний, включают и эффект богатства (анало1ично уравнениям 12.11-12.14, но в не­ сколько измененной форме). Важно, однако, подчерк­ нуть, что благодаря допущению, что все финансовые акшвы-эго внутренние акшвы, т.е. одновременно яв­ ляются обязагелыпвами одной части частного сектора перед друюй, а 1акже другому допущению, что внутри частного сек юра не происходит перераспределительных эффектов, действие совокупных поведенческих функций для частого сектора в целом не содержит эффекта богатства. В результате, как мы увидим, деньги в этой модели, построенной на крайних предпосылках, пол­ ностью нейтральны.

Убедимся сначала, что в модели, содержащей лишь П ) внутренние деньги, все финансовые активы, принадлежа­ щие частному сектору, являются одновременно и обя­ зательствами этого сектора, в резулыате чего совокуп­ ные чистые финансовые активы этого сектора равны нулю. У домашних хозяйств имеются деньги, выпущен­ ные правительством MS(H), и облигации, выпущенные компаниями,-^(Н). Эти хозяжмва не берут займов. Их чистое финансовое богатело составляет (12.15) Компании хранят в качестве активов денежные остат­ ки MS{F), а в качестве обязателым в -облигации Bs. Их чистое финансовое богатство равно (12.16) Государство (банковская система) выпускает деньги как свои обязательства Мь, и этим обязательствам в точности противостоит принадлежащий ему портфель s облигаций 5 (G), выпущенных компаниями. Его чистое финансовое богаютво поэтому равно нулю:

Поскольку денежные обязательства правительства на­ ходятся только Sв портфелях компаний и домашних хо­ зяйств [Ms = M (H) + MS(F)~] и поскольку, далее, обли­ гациями компаний владеют только правительство и до­ s машние хозяйства [5 = 5s(С) + В?(//)], чистое богат­ ство государства можно записать 1ак:

(12.17) или (12.18) Из этого следует, чю совокупное финансовое бо­ гатство частного сектора равно нулю. Это очевидно, если мы сложим уравнения 12.15 и 12.16, чтобы получить чистое богатство частного сектора:

Сравнение уравнений 12.19 и 12.18 показывает, что чистое финансовое богатство частного сек юра равно нулю. Из него вытекает, что чистое богатство одной части частного сектора (домашних хозяйств) в точности компенсируется чистыми обязательствами другой части сектора (компаний)1. Увеличение реальной стоимости чистого финансового богатства домашних хозяйств вле­ чет одновременное снижение его у компаний. Сам по себе этот факт не имеет особого значения для нашей модели.

Ему придает важность допущение, свойственное кейнси анско-неоклассическому синтезу, что в хозяйстве нет перераспределительных эффектов. Отсутствие подобных эффектов предполагает следующее.

Рос г реальной стоимости богатства для одной части частного сектора, сопровождающийся равным сокраще­ нием богатства (или увеличением реальных обязательств) для другой части сектора, приводит к тому, что спрос первой часги сектора на товарном, денежном и других рынках возрастает на сумму, которая в точности ком­ пенсируется снижением спроса со стороны другой части частного сектора.

Так, например, рост реальною богатства домашних хозяйств, полностью скомпенсированный ростом реаль­ ных обязательств компаний, вызывает рост потребитель­ ских расходов домашних хозяйств, который при прочих равных условиях полностью скомпенсирован снижени­ ем инвестиционных расходов компаний, так что расхо­ ды частного сектора останутся без изменения. Допуще­ ние, что в модели отсутствуют перераспределительные эффекты в сочетании с предположением о равенстве чистых обязательств компаний и чистых активов до­ машних хозяйств, означает, что совокупные функции избыточного спроса частного сектора не содержат эф­ фекта бога1сгва.

Так, в отличие от уравнения 12.10 функция спроса на товары не содержит члена, представляющею чистое бо­ гатство, потому 41 о, как мы видели, предполагается, что эффекты богатства, присутствующие в потребительских и инвестиционных расходах, взаимно погашаются:

(12.20) 1 s Как мы знаем из уравнения 12.17, 5 = В?(Н) + MS(H) + MS{F).

Подставив по выражение в уравнение 12.16, описывающее чистое богатство компаний, получим NW{F) = MS(F) - &(II) - М\И) - MS(F).

Путем упрощений приходим к следующему выражению: NH{F) = = (— \){В\11) + Мх(//)]. Иначе говоря, чистое финансовое бо!атство компаний представляет отрицательную величину чистою богатства домашних хозяйств Ш Аналогичным образом спрос частного сектора на ре­ альные остатки в отличие от уравнения 12.11 не имеет члена, представляющего богатство:

(12.21) Равновесие на товарном и денежном рынках, когда про­ дукт соответствует полной занятости у, предполагает нулевое значение избы i очного спроса:

(12.22) и (12.23) Этих уравнений вполне достаточно, чтобы продемон­ стрировать, что в указанной модели деньги нейтральны, поскольку нам не нужно особо рассматривать рынок рабочей силы или облигаций Если предположить, что производство достигает уровня полной занятости у = у, то, согласно определению полной занятости, данному в гл. 8, это одновременно означает, что избыточный спрос (или предложение) рабочей силы равен нулю. А закон Вальраса i оворит нам, что, если рынки i оваров и денег, равно как и рынок рабочей силы, находятся в равновесии (уравнения 12.22 и 12.23), тогда и рынок облигаций должен находиться в равновесии Таким образом, со­ средоточив внимание на юварном и денежном рынках, предположим, что, когда они находились в равновесии, отвечающем уравнениям 12.22 и 12.23, проиюшло удвое­ ние денежной массы '. Посмогрим геиерь, существует ли новое равновесие полной занятости, где не изменились реальные переменные Если уровень цен должен удво­ иться, го ясно, что величина реальных кассовых остатков не изменится и, как явствует из уравнений 12 22 и 12.23, эт о соответствует новому равновесию (избыточный спрос равен нулю) без изменения нормы процента или реаль­ ною продукта. Таким образом, деньги в этой модели нейтральны.

Поскольку мы рассматриваем модель с внутренними деньгами, это может произойти только в случае, если праиительсию (банковская система) покупает облигации компании за деныи - О Следует отметить два момента, связанных с при­ веденным выводом. Первый затрагивался в работах Гер ли и Шоу (Gurley and Shaw, I960), Модильяни (Modigliani, 1963) и Патинкина (Patinkin, 1965), когда было широко распространено мнение, что внутренние деньги не явля­ ются чистым богатством для частного сектора. Впослед­ ствии Пешек и Сэйвинг (Pesek and Saving, 1967) и Джонсон (Johnson, 1969) выдвинули положение, что даже внутренние деньги являются чистым богатством для частного сектора. Подобные заключения не изменяют, однако, вывода, что в хозяйстве, где деньги и облигации относятся к категории внутренних активов, деньги пол­ ностью нейтральны. Подобный факт легко обнаружи­ вается, если рассматривать чистое богатство, порождае­ мое внутренними деньгами, как часть капитализирован­ ной стоимости прибылей, получаемых банковской си­ стемой. Заменим в нашем тексте слово «правительство» на «банковскую систему». При удвоении цен реальная стоимость капитализированной прибыли остается неиз­ менной, так что не возникает эффект богатства, который вызывал бы отклонение нового равновесия от старого.

Второй момент связан с тем, что уровень цен в этой модели жестко определен. В состоянии начального равно­ весия при определенной сумме денежного запаса имеется только один уровень цен. Когда количество денег удваи­ вается, цены тоже удваиваются, и в точке нового равно­ весия не может возникнуть какой-то иной уровень цен.

Чтобы утверждать это, мы должны быть в состоянии описать силы, возникающие в период неравновесия, и доказать, что, когда равновесие нарушено, уровень цен стремится к своему единственному равновесному значе­ нию. Важной чертой этого подхода служит то обстоя­ тельство, что силы, возникающие в период неравновесия, не содержат эффекта богатства или эффекта реальных кассовых остатков. Ибо, как мы видели в моделях с внутренними активами, чистое богатство частного секто­ ра не является элементом совокупных поведенческих функций. Что же обеспечивает в подобной модели тен­ денцию к достижению равновесия, если эффект богатства отсутствует? Ответ-эффект размещения портфеля. Уве­ личение денежной массы ведет к избыточному предло­ жению реальных кассовых остатков при начальной ставке процента - ситуация, которую мы наблюдали, когда предполагали, что равновесие в уравнении 12.23 нару 28 шено из-за увеличения Ms Это не приводит, однако, к нарушению равновесия на рынке товаров при начальной ставке процента, поскольку в о1сутствие эффекта реаль­ ных кассовых ос1атков ни одна из переменных в уравне­ нии 12.22 не изменяется. Вместо этого избыточное пред­ ложение денег компенсируется избыточным спросом на облигации. Это вытекает не тлько из механического применения закона Вальраса, но и, что более важно, из того, что часть облигаций, находившихся ранее в портфеле домашних хозяйств, ныне хранится у прави­ тельства, которое купило их в обмен на деньги для того, чтобы увеличить денежную массу в обращении. Следо­ вательно, при начальной ставке процента спрос па облигации домашних хозяйств остается неизменным, однако предложение их сокращается. Возникае1 диспро­ порция в структуре портфелей, или, иначе говоря, в распределении бо1атства частного сектора между отдель­ ными видами активов, что выражается в избыточном предложении денег и избыточном спросе на облигации, приводит к тому, что норма процента снижается (цена облигаций растет), оказывая влияние на рынок товаров.

Снижение нормы процента приводит к увеличению ин­ вестиций (и соответственно к сокращению сбережений), что способствует появлению избы i очного спроса на то­ вары и росту уровня цен. Рост цен продолжается до тех пор, пока не будет достигнуто новое равновесие, при ко юром цены удвоятся, а норма процента возвратится к своему первоначальному равновесному уровню.

Таким образом, определенность уровня цен в модели с внуфенними деньгами обеспечивается благодаря взаи­ модействию денежного и облигационного рынков с рын­ ком товаров Но взаимодействие это осуществляется в данном случае не через эффект богатства, а через из­ менения проценпюй ставки, вызванные портфельным неравновесием. Указанный вывод вновь сгави1 перед нами вопрос: является ли эффект реальных кассовых остатков sine qua поп денежной теории в т м смысле, что без него нельзя построить непротиворечивую модель с полностью определенным уровнем цен? Выше мы видели, что определенность уровня цен можег быть обеспечена и без эффекта реальных кассовых остатков или эффекта богатства.

Хозяйство, использующее только внутренние деньги и внутренние облигации, отличается не большим реализ мом, чем хозяйство с одними лишь внешними активами и обязательствами. Если же речь идет о сочетании тех и других, то деньги, как правило, не являются нейтраль­ ными. И действительно, это был один из главных пунк­ тов работы Герли и Шоу (Gurly and Shaw, 1960). Денеж­ ное хозяйство отлично от бартера, и денежно-кредитная политика может воздействовать на процентную ставку, а следовательно, и на инвестиции.

12.5. СУЩЕСТВЕННЫЕ ЧЕРТЫ КЕЙНСИАНСКО-НЕОКЛАССИЧЕСКОГО СИНТЕЗА Мы можем теперь объединить элементы кейнсиан ско-неоклассического синтеза и попытаться уяснить, на чем основана эта традиция. Задача такого рода весьма актуальна для современной денежной теории, ибо в последние годы возникла школа новых кейнсианцев, кри­ тикующая старый кейнсианский синтез. Новое кейнсиан ство базируется на работах Клауэра (Clower, 1965, 1967) и Лейонхувуда (Leijonhufvud, 1968). Их позиция будет рас­ смотрена в гл. 13.

Первый элемент кейнсианско-неоклассического синте­ за состоит в акценте этой школы на выведении макро­ экономических поведенческих функциональных связей из индивидуальных максимизационных решений. В рамках этой традиции совокупная функция спроса на деньги кейнсианская функция предпочтения ликвидности-выво­ дится из моделей максимизации полезности отдельными индивидами. Аналогичным образом теория потребитель­ ской функции, развитая Пигу (Pigou, 1947), Фридменом (Friedman, 1957), а также Модильяни и Брамбергом (Modigliani and Brumberg, 1954),-это попытка вывести совокупную функцию из максимизирующего полезность поведения индивидов. Наконец, теория совокупных ин­ вестиций, разработанная после выхода «Общей теории» Кейнса, тесно связана с процессом максимизации при­ были, как это показывает работа Джоргенсона (Jorgenson, 1963). Все эти сдвиги сами по себе обеспечивают проч!гую связь между макроэкономическими моделями школы синтеза и неоклассической теорией цены. Однако стрем­ ление основывать концепции совокупного поведения на теориях принятия индивидуальных решений не является еще отрицанием кейнсианского аналитического метода. В 28* своей «Общей теории» Кейнс не дал детальной разра­ ботки микроэкономического основания всех своих макро­ экономических построений, однако он определенно делал экскурсы в этом направлении. Он сформулировал, на­ пример, принципы максимизации прибыли, которые ле­ жат в основе функции спроса иа рабочую силу. Более того, в тех местах книги, где Кейнс не обозначил ле­ жащую в основе микроэкономическую модель, он явно представлял, что совокупные поведенческие связи вы­ водятся из теорий индивидуального поведения. Напри­ мер, его потребительская функция была сформулирована в виде «фундаментального психологического закона» и мыслилась, следовательно, как производная от теорий индивидуального поведения.

Акцент кейнсианско-неоклассического синтеза на мак­ симизирующей полезность основе макроэкономической теории вытекает, таким образом, из собственно кейн сианского взгляда на мир и в целом вряд ли может вызвать возражения, если мы руководствуемся крите­ рием дальнейшего развития представителями этого те­ чения работы Кейнса. Однако синтез имеет свои специ­ фические черты, которые стали объектом критики со стороны новых кейнсианцев. А именно, применяя макси­ мизирующие полезность модели неоклассической теории цены, старые кейнсианцы склонны игнорировать харак­ тер ограничений индивидуального поведения, вытекаю­ щих из функционирования макроэкономической системы в целом. Школа синтеза принимает за начальную точку анализа поведение индивидов и на этой основе строит макроэкономические теории совокупного поведения пу­ тем простого сложения индивидуальных функций. Таким образом, их анализ начинается и заканчивается без рас­ смотрения того, как конечный результат влияет на на­ чальные ступени (хотя развитая в гл. 8 идея о пребывании вне кривой спроса на рабочую силу является исклю­ чением из общего правила). Можно утверждать, что такой подход противоречит собственному методу Кейн­ са.

Рассмотрим, например, теорию потребления и рынка рабочей силы. В микроэкономической теории мы исхо­ дим из того, что хозяйственному агенту противостоит заданная ставка заработной платы, набор цен товаров и норма процента. Можно предположить, что это тот уровень параметров, при котором на соответствующих <П рынках устанавливается равновесие. Затем агенты прини­ мают решения относительно количества рабочей силы, которую они хотели бы предложить, и одновременно о том количестве товаров, которое они хотели бы потре­ бить. Эти решения направлены на максимизацию по­ лезности. Именно таким путем мы строим функцию предложения рабочей силы на рынке труда в модели кейнсианско-неоклассического синтеза и потребитель­ скую функцию на рынке товаров. Но каковы ограничения в этом процессе максимизации полезности? Нельзя счи­ тать, что потребительские расходы ограничены текущим доходом, ибо, поскольку агенты сами определяют, сколь­ ко времени они хотят работать, каждый из них опреде­ ляет собственный доход1. Единственными ограничения­ ми для индивида в этой системе являются относительные цены товаров рабочей силы и будущих товаров, а также те переменные, которые заданы из предшествующих периодов (например, накопленное богатство). В подоб­ ной максимизирующей полезности модели текущий до­ ход, определяемый в рамках макроэкономической систе­ мы, не имеет реального значения в качестве ограничения потребительских расходов. Однако в собственной модели Кейнса доход играл важную роль.

Вторая часть кейнсианско-неоклассического синтеза тесно связана с первой. Она состоит в том, что, анали­ зируя макроэкономическое равновесие, старые кейнсиан цы используют базисную предпосылку о гибкости цен, или, если подходить с более технических позиций, цены реагируют на возникновение неравновесия быстрее, чем физические объемы товаров. Если на рынке товаров наблюдается избыточное предложение, абсолютный уро­ вень цен падает и равновесие восстанавливается. Этот результат падения уровня цен достигается с помощью эффекта Пигу на рынке товаров и увеличения реальной ценности денежной массы (или снижения спроса на но­ минальные кассовые остатки) на денежном рынке, что ведет к снижению нормы процента. Оба эти условия повышают совокупный спрос. Падение уровня цен ведет к передвижке кривых IS и LM вправо до точки, где Так, Фридмен (Friedman, 1957), например, доказывал на основе принципа максимизации полезности, что (постоянные) потребительские расходы это функция постоянного дохода, и утверждал, что один из возможных путей трактовки постоянного дохода состоит в приравнива­ нии его к планируемому (т. е. избранному) доходу.

планируемый спрос снова увеличивается до размеров планируемого предложения. Поскольку продукт, соот­ ветствующий ситуации полной занятости, по определе­ нию, совпадает с планируемым предложением, указанная быстрота корректировки цен в целом обеспечивает су­ ществование автоматической тенденции к полной заня­ тости, и, как мы видели в разделе 12.1, эффект Пигу играет здесь критически важную роль. Альтернативой предпосылке высокой гибкости цен является другая пред­ посылка об относительно негибких ценах и быстро ме­ няющемся количестве товаров. Если бы мы исходили из этого, то могли бы утверждать, что избыточное пред­ ложение на рынке товаров устраняется сокращением выпуска продукции, а следовательно, и национального дохода. Наличие избыточного спроса заставляет нас отклониться от равновесия в условиях полной занятости и, следовательно, наложить ограничение со стороны до­ хода на процесс принятия индивидом решений по поводу максимизации полезности. Новые кейнсианцы доказы­ вают, что в самой работе Кейнса неявно делается упор на относительную негибкость цен, вследствие чего бремя корректировок лежит исключительно на механизме изме­ нения количества товаров. Они утверждают, что старые кейнсианцы ошибаются, используя неоклассическое до­ пущение о совершенной гибкости цен.

Третья часть кейнсианско-неоклассического синтеза проявляется в анализе этой школой проблемы нейтраль­ ности денег, рассмотренной в разделах 12.3 и 12.4. Сле­ дует напомнить, что вопрос о нейтральности денег в действительности касается вопроса, имеется ли фунда­ ментальное различие между бартерным и денежным хо­ зяйством. Но согласно старой кейнсианской традиции, нейтральность денег анализируется путем допущения, что устойчивое равновесие хозяйства лежит в точке пол­ ной занятости, и рассмотрения равновесного уровня цен и нормы процента при полной занятости до и после изменения денежной массы. Тем самым игнорируется центральный вопрос о различиях между денежным хо­ зяйством и бартером, а именно: существует ли в рамках денежного хозяйства тенденция к полной занятости? Яс­ но, что это связано с чертами, рассмотренными в преды­ дущем разделе, так как суть этого анализа нейтральности состоит в допущении гибкости цен. В собственной работе Кейнса деньги не являются нейтральными;

существова ние денег было важным фактором объяснения наличия безрабошцы, и, поскольку Кейнс сосредоточивал внима­ ние именно на случаях существования безработицы, изме­ нение денет не было нейтральным, ибо оно в общем и целом (хотя и далеко не всегда) могло изменять равно­ весный уровень реального дохода и продукта.

Наконец, модели авторов школы кейнсианско-нео классического синтеза открыто или скрыто используют закон Вальраса как основной принцип, связывающий воедино рынки денег, облигаций, товаров и рабочей силы. Весьма фудно занимать такую позицию и одно­ временно сохранять в рамках модели сишеза реалисти­ ческое понятие безработицы. Если, согласно подходу указанной школы, трактовать безработицу как избыточ­ ное предложение рабочей силы, тогда, согласно закону Вальраса, должен существовать избыточный спрос на каком-либо другом рынке или рынках. Поскольку школа синтеза в той форме, как она представлена в гл. 8 (т. е.

займегвующая многие формулировки из работы Пагин кина, Patinkin, 1965), рассматривает доход полной за­ нятости как планируемое предложение на рынке товаров, то избыточное предложение на рынке рабочей силы сопровождается избыточным предложением на рынке товаров. Более того, поскольку безработица такого рода возникает при норме процеша, позволяющей хозяйсгву пребывать в точке, лежащей на кривой LM, то не су­ ществует избыточного спроса на денежном рынке (или рынке облигаций). Следовательно, в этой модели при наличии безрабошцы имеется избыточное предложение на двух рынках, но избыточный спрос отсутствует. В эюй модели трудно применить закон Вальраса.

Тем не менее кейнсианские модели, выдержанные в градициях синтеза, строятся вокруг допущений закона Вальраса Эю достигается разными способами Один из них заключается в сосредоточении внимания на ситуации равновесия при полной занятости, ибо здесь трудности, о которых мы говорили выше, не возникают. Как было показано в разделах 12.3 и 12.4, именно такой подход применяется при рассмотрении проблем нейтральности денег. Другой способ сосюит в утверждении, что если существует избыточное предложение рабочей силы, то одновременно наблюдается и избы i очный спрос на день­ ги, поскольку рабочие, не имеющие работы и предла­ гающие на рынке свою рабочую силу, требуют взамен (предъявляют спрос на) деньги. Таков, например, подход Куенна (Kuenne, 1963), но его трудно согласовать с понятием спроса на деньги, применяемым в стандартном анализе кривых IS-LM. Наконец, использование автора­ ми школы синтеза моделей, основанных на законе Валь раса, для анализа как безработицы, так и состояния полной занятости может осуществляться путем перео­ смысливания понятий избыточного предложения и избы­ точного спроса в том отношении, чтобы они не сви­ детельствовали более о наличии разницы между плани­ руемым спросом и предложением. Именно такой подход применил Патинкин (Patinkin, 1965, гл. 13 и гл. 8 этой книги) для анализа рынка рабочей силы, но в этом он является предшественником новых кейнсианцев. Суть их аргументации состоит в том, что понятия планируемого спроса и предложения, использованные нами в гл. 8 и в настоящей главе, неприменимы к денежному хозяйству.

Книга Кейнса может быть понята только в том случае, если мы отбросим эти понятия. Ибо понятия планируе­ мого спроса и предложения выводятся из модели пове­ дения, максимизирующего полезность в мире с высокой гибкостью цен, которая является составной частью нео­ классической теории цены. Более того, хотя, как мы видели выше, допущения этой модели лежат в основе кейнсианско-неоклассического синтеза, они необязатель­ но подходят для интерпретации работы Кейнса. Соглас­ но учению новых кейнсианцев, трудности, с которыми сталкивается школа синтеза в использовании закона Вальраса, свидетельствуют о негодности указанных пред­ посылок. Более подробно об этом говорится в следую­ щей главе.

Глава ПЕРЕОЦЕНКА КЕЙНСИАНСКОГО УЧЕНИЯ И АНАЛИЗ ОБЩЕГО НЕРАВНОВЕСИЯ Кейнсианская модель, которую мы рассматривали ранее, сложилась в период между выходом «Общей теории» Кейнса (1936) и серединой 60-х годов. Ее отличи­ тельной чертой была попытка изложить кейнсианские теоретические взгляды в терминах анализа вальрасовс кого общего равновесия. Вальрасовский анализ-это ме­ тод, который был разработан главным образом для изучения равновесия в хозяйстве, характеризующемся полной занятостью, тогда как цель Кейнса состояла в показе того, что безработица является более общим случаем. Поэтому попытка соединить оба метода связана с определенными трудностями и полностью успешна лишь в случае рассмотрения кейнсианской модели при условии равновесия с полной занятостью. Наиболее под­ ходящей проблемой для кейнсианского-неоклассического сишсза является, например, проблема нейтральности денег в условиях полной занятости, рассмотренная нами в предыдущей главе. Но даже в этом случае вальрасовс­ кий метод не приспособлен достаточно хорошо для анализа того, каким образом хозяйство переходит от одного равновесия при полной занятости к другому. Он не может столь же легко способствовать уяснению сил, возникающих в неравновесных ситуациях. Для синтеза центральным элементом является эффект богатства, или эффект Пигу, коюрый гарантирует, что, пока цены обла­ дают гибкостью, система приходит в состояние равнове­ сия при полной занятости. Действительно, гибкость цен служит главным условием вальрасовского метода: воз­ никновение избытка планируемого предположения над планируемым спросом на любом рынке мгновенно устра няе1ся благодаря падению относительной цены товара, обращающегося на этом рынке.

Все эти черты наиболее отчетливо проявились в рабо­ те Патинкина (Patinkin, 1965). Его модель эксплицитно представляет собой вальрасовскую модель общего рав­ новесия с мгновенной корректировкой цен. Она работает хорошо, пока анализу подвергаются случаи равновесия с полной занятостью в контексте, скажем, нейтральных денег. В подобных случаях сохраняет силу закон Валь раса, так как сумма избы i очного спроса на всех рынках (включая и избыточный спрос на деньги) равна нулю, причем избыточный спрос определяется как планируемый спрос минус планируемое предложение. Однако модель начинает работать хуже, когда рассматриваются случаи с безработицей. Во-первых, в условиях неполной занятости равновесие может существовать лишь при условии, что абсолютный уровень цен неэластичен (или же если в частном секторе хозяйства нет компонентов чистого бо­ гатства, реальная сюимос1ь которых повышается по мере падения уровня р), ибо в этом случае эффект богатства не гарантnpyei достижения полной заняюсти.

Далее содержание закона Вальраса в условиях безра­ ботны утрачивает четкость, гак как хотя в этом случае на рынках товаров и рабочей силы наблюдается избыток планируемого предложения над планируемым спросом, тот факт, что г и у являются координатами точки на кривой LM, подразумевает, чю при наличии безрабо­ тицы не имеется соответствующего избытка спроса па деньги или облигации. Эта проблема може1 быть преодо­ лена, если иначе определить избыточный спрос на деньги и облигации. В конечном счете избыточное предложе­ ние товаров определяется как разница между планируе­ мым предложением у и планируемым спросом е (где, в случае существования безработицы е равно фактической сумме дохода у). Аналогичным образом можно сказать, что планируемый спрос на деньги-это такой сирое, который имел бы место, если бы доход находился на уровне полной занятости MD = pf[ у, r,(Ms/p) + (Bs/rp)~\, а не спрос, который суитествует при наличии фактического уровня дохода MD = pJ[y,r,(Ms/p) + + (Въ/гр)~\ В этом случае избыточное планируемое пред ложение на рынках товаров и рабочей силы сопровожда­ лось бы избыточным планируемым спросом на денежном рынке (и, но тем же соображениям, на рынке облигаций).

Подобное дополнение, однако, не будет иметь успеха, если в вальрасовской модели отсутствует четкое понима­ ние различий между фактическим доходом и доходом полной занятости.

Наконец, поскольку вальрасовская модель основы­ вается исключительно на понятиях планируемого спроса и предложения, она не дает ясного преде явления о существе кейнсианской вынужденной безработицы. Если безработица представлена в модели отрезком между кривыми планируемого спроса и планируемого предло­ жения на рынке рабочей силы, то безработица в каком-то смысле является добровольной: она может возникнуть только в юм случае, когда реальная заработная плата слишком высока, или, иными словами, когда при сущест­ вующих сгавках заработной платы слишком велико пред­ ложение рабочей силы. Если для денежных ставок зара­ ботной платы характерно отсутствие гибкости, то это, согласно указанной позиции, вызвано тем, чго рабочие не желают работать за более низкую заработную плату.

Именно по этой причине мы рассматривали безработ ицу как положение на графике вне кривой спроса, но строго говоря подобное допущение означает разрыв с меюдо ло1 ией Вальраса Поскольку метод Вальраса связан с указанными труд­ ностями при анализе безработицы, Пашнкин (Patinkin 1965, гл 13) начинал отходить от него. Вместе с работа­ ми Клауэра (Clower, 1965) и Лейонхувуда (Leijonhufvud, 1968) это дало импульс к поискам метода, который больше подходил бы для анализа безработицы, и к построению модели, в центре которой находилась бы ситуация не общего равновесия, а общего неравновесия.

Эту попытку можно назвать новым кейнсианством или переоценкой кейнсианской доктрины. Главным для этого подхода является выяснение понятий спроса, предложе­ ния и избыточного спроса, с тем чтобы можно было провеет и разграничение между понятиями планируемого спроса и предложения, которые применяются в вальра­ совской модели, и аналогичными поня1иями, занимаю­ щими цегпралыюе место в анализе Кейнса. Назовем планируемый спрос в модели Вальраса умозрительным спросом, а в модели Кейнса -эффективным спросом.

44^ В разделе 13.1 будут рассмотрены эти различные понятия и их связь с понятием вынужденной безрабо­ тицы. В разделе 13.2 мы уясним взгляды новых кейнсиан цев по поводу невальрасовской природы ценового меха­ низма в хозяйстве, характеризующимся общим неравно­ весием. В разделах 13.3 и 13.4 дается предварительный вывод о различиях между школами новых кейнсианцев и кейнсианско-неоклассического синтеза. В гл. 14 будет продолжено обсуждение некоторых специфических де­ нежных аспектов нового кейнсианства.

В настоящей главе акцент сделан на методах, разра­ ботанных новыми кейнсианцами для анализа общего неравновесия. Мы не будем рассматривать особый воп­ рос, отражают ли эти методы достаточно точно собст­ венный метод Кейнса. В то время как Клауэр (Clower, 1956) и особенно Лейонхувуд (Leijonhufvud, 1968) претен­ дуют на роль наиболее последовательных интерпретато­ ров Кейнса, другие авторы, например Йэгер (Yeager, 1973) и Джэкмен (Jackman, 1974), справедливо подчерки­ вают сходство собственных формулировок Кейнса с по­ ложениями представителей неоклассического синтеза.

13.1. ЭФФЕКТИВНЫЙ СПРОС, УМОЗРИТЕЛЬНЫЙ СПРОС И ВЫНУЖДЕННАЯ БЕЗРАБОТИЦА В гл. 8 и последующих главах мы рассматривали потребление как функцию фактического дохода у. Этот подход аналогичен позиции Кейнса и авторов кейнсиан­ ско-неоклассического синтеза. Он соответствует введен­ ному Кейнсом понятию эффективного спроса. Объем потребительских расходов, который желают осуществить люди, может достигать любого уровня, но их эффектив­ ный потребительский спрос может быть гораздо меньше, так как, чтобы быть эффективным, этот спрос должен быть обеспечен деньгами. Если предположить, что лицо может получить ссуду, то сумма имеющихся у него денег ограничена фактическим доходом (и богатством, если учитывать и эффект богатства). Следовательно, потреби­ тельская функция в модели Кейнса основана на идее, что хозяйственные агенты ограничены своим фактическим доходом. При принятии решений по вопросам потребле­ ния они имеют ограничение и в вальрасовской теории общего равновесия, но здесь это ограничение имеет совсем другой характер. В указанной системе отдельные 4- рабочие при принятии решений о своем оптимальном потреблении ограничены данной ставкой реальной зара­ ботной платы (и данной ценой своих активов). Исходя из этих ставок и цен, отдельные агенты делают выбор, какой объем работы они желают выполнить (т. е. сколько получить дохода от своей деятельности) и сколько зат­ ратить на потребление. Поскольку реальная заработная плата и 'другие цены находятся на равновесном уровне, каждый агент фактически может выполнить желаемый объем работы и получить намеченную им самим сумму дохода. В кейнсианской же системе имеется дополнитель­ ное ограничение. В выборе количества затрачиваемого труда работник ограничен не только реальной ставкой заработной платы;

в качестве ограничения служит и вероятность того, что он не сможет получить желаемую работу. Спрос капиталистов на рабочую силу может быть слишком низким. Фактический доход может быть ниже желаемого, а именно первый определяет потреби­ тельские планы отдельного лица.

Таким образом, ясно, что, для того чтобы понять идею эффективного спроса на потребительские товары Кейнса, мы должны одновременно уяснить его мысль об ограничениях на рынке рабочей силы. Эти два аспекта разрабатывалисть раздельно: Патинкин (Patinkin, 1965) развитие присущее новым кейнсианцам понятие рынка рабочей силы, а Клауэр (Clower, 1965)-понятие потре­ бительской функции. Оба этих понятия были впоследст­ вии соединены в упрощенной модели Бэрроу и Гроссмана (Barro and Grossman, 1971), и им был придан более общий характер в работах Бенасси (Benassy, 1975 b) и Гранд монта и Ларока (Grandmont and Laroque, 1974).

Ограничения в процессе максимизации полезности Клауэр в своей теории потребительской функции ввел два важных для нашей работы понятия. Как отмечалось выше, понятие умозрительного спроса соответствует вальрасовской идее планируемого спроса и понятие эф­ фективного спроса-кейнсианскому учению. Клауэр объяснял различия между этими двумя понятиями, выд­ винув постулат, что процесс принятия индивидуальных решений имеет двойственный или двухступенчатый ха­ рактер. Проиллюстрируем это с помощью рис. 13.1.

Левый квадрант демонстрирует взаимосвязь между AAt> Рис. 13. предложением рабочей силы и доходом. Минимальный уровень дохода, измеряемого на вертикальной оси,-это доход от богатства идивидуума шЯ1, не включающего человеческий капитал. Его величина определяется экзо генпо, так как рыночная норма доходности задается извне, а объем этих активов заранее определен выбором, сделанным в предшествующий период. Это то, что инди­ видуум получает, когда предлагает свой труд. Общий реальный доход у включает R. плюс доход за прора­ ботанное время у = Rx + (Wlp)rr. Доход от работы равен величине затраченного труда, умноженной на существую­ щую ставку реальной заработной платы. Бюджетная линия, которую учитывает каждый индивидуум, когда он определяет, какое количество труда он планирует предло­ жить и какую сумму дохода получить, совпадает с АВ или АВ. А В возникает, когда реальная заработная плата равна 1, А В' -2 и т.д. Карта полезности лица представ­ лена кривыми безразличия, где чем выше кривая, тем больше извлекаемая полезность. Кривые имеют опреде­ ленную форму, так как предполагается, что работа имеет негативную оценку, а доход-позитивную: кривые пока­ зывают, что при данном уровне дохода увеличение ра­ боты снижает полезность.

Правый квадрант демонстрирует связь между реаль­ ным доходом и планируемым потреблением текущего периода уг и с? на вертикальной оси и потреблением следующего периода с^-яа горизонтальной оси. Для простоты мы предполагаем, что доход второго периода целиком состой г из доходов на активы, перенесенных из первого периода1. Бюджетная линия представлена CD или CD'. Точка ее пересечения с вертикальной осью определяв 1ся уровнем дохода, полученного в результате процесса максимизации полезности, осуществленного в левом квадранте, так как это определяет максимально возможный объем по i ребительских расходов в текущем периоде с". Наклон бюджетной линии определен нормой доходности активов, перенесенных из первого во второй период: чем выше доход от активов, тем дальше вправо находится точка пересечения с горизонтальной осью.

Кривые безразличия имеют обычную форму и прово­ дятся coi ласно предположению, что параллельная перед­ вижка бюджет ной линии вправо увеличивает спрос как на теперешние, так и на будущие потребительские товары.

Люди одновременно принимают решения, относя­ щиеся к обоим квадрантам. Они сразу выбирают желае­ мое предложение труда, желаемый текущий доход, объемы текущего и будущего потребления. Две картины безразличия являются двумя сторонами одной и той же функции полезности. Предположили, что реальная заработ­ ная плата равна 1, так что бюджетная линия в левом квадранте соответствует А В. Равновесие достигается в точке Е\ где выбор соответствует предложению if1 труда и получению ух реального дохода в течение данного периода Поскольку лицо выбрало получение у\ реального до­ хода, то бюджетная линия в правом квадранте соответст­ вует CD. При такой бюджетной линии равновесие в этом квадранте достигается в точке Z1. Иначе говоря, лицо принимав 1 решение 1потребить с?1 в данном периоде и сберечь л" = у\ — с }1.

Планируемые потребление, сбережение и предложение труда в текущем периоде, получаемые в точках Е1 и Z', -3TO то, что Клауэр называет умозрительным спро­ сом (и предложением). Эти понятия совпадают с плани­ руемым спросом и планируемым предложением, при­ меняемым в вальрасовском анализе общего равновесия.

Если общее равновесие действительно достигнуто, то Этот квадрант аналогичен диаграммам, используемым в гл 5 и 12 при анализе эффекта богатства, или эффекта Пигу в этом случае мы можем ограничиться лишь понятиями умозрительного спроса и предложения. Природа вальра совского общего равновесия такова, что все планы дан­ ного лица и всех других лиц реализованы и взаимно увязаны. Поскольку каждый индивидуум может предло­ жить на рынке то количество труда, которое он плани­ рует затратить, общее равновесие по Вальрасу предпола­ гает полную занятость. Кейнс, однако, был озабочен вынужденной безработицей, и Клауэр утверждает, что эта его озабоченность предполагает нереалистичность понятий умозрительного спроса и умозрительного пред­ ложения.

Вернемся снова к рис. 13.1. Допустим, что лицо может проработать лишь п часов. Умозрительное предложе­ ние труда равно nsx, но работодатели не наймут рабочего на это количество часов. В результате фактический доход рабочего в течение данного периода составит у\, т.е.

будет меньшим, чем желаемый доход у\. Иначе говоря, равновесие в левом квадранте достигается в точке Е2, а не Е1, ибо именно здесь обеспечивается наивысший уровень полезности, который может быть получен, когда ограни­ чение определяется уже не только w/p и Л,, но и макси­ мальным количеством фактически затрачиваемого труда nS2. Подобный вывод отразится и в первом квадранте.

Подходящая бюджетная линия теперь-это не CD', a CD.

Ее пересечение определяется фактическим доходом лица у\, а не желаемым доходом у\. В свете ограничения, диктуемого этой бюджетной линией, лицо максимизи­ рует полезность в процессе потребления (и сбережения) в точке Z2, а не Z!. Планируемое потребление в этом периоде составит с®2, а не с,. Планируемое сбережение равно.?! — ух — ct Sx — уi Ci Это понятие планируемого потребления соответст­ вует понятию эффективного спроса на потребительские товары.

Таким образом, принадлежащее Клауэру разграниче­ ние умозрительного и эффективного спроса вращается вокруг различий между ограничениями в процессе макси­ мизации полезности, подходящими для каждого из этих Форма кейнсианской краткосрочной потребительской функции с предельной склонностью к потреблению меньше единицы предполагает такую форму кривых безразличия, где сбережение падает в меньшем размере, чем доход.

-11S понятий. В случае с эффективным спросом на товары процесс максимизации индивидуумом полезности под­ вергается количественному ограничению со стороны фак­ тически затрачиваемого труда (и, следовательно, суммы фактически получаемого текущего дохода), тогда как в случае умозрительного дохода подобный элемент из ограничения изъят. Клауэр следующим образом графи­ чески представляет свою гипотезу двойного решения.

Сначала лицо принимает решение, направленное на мак­ симизацию полезности, при допущении, что единствен­ ными ограничениями служат реальная заработная плата и доходы от активов, не включающих человеческий капитал. Иначе говоря, каждый рабочий рассчитывает свое собственное умозрительное предложение труда и свой спрос на товары. Затем они обнаруживают, что их фактическое предложение труда меньше, чем умозритель­ ное, и они делают перерасчет спроса на товары, чтобы принять решение относительно своего собственного эф­ фективного спроса с учетом нового ограничения.

Ясно, что в качестве планируемого спроса для кейнси анской кратковременной функции потребления больше подходит понятие эффективного, чем умозрительного спроса. Кейнс выражал потребление как функцию факти­ ческого дохода. Более того, подобная практика была принята и почти всеми авторами школы кейнсианско неоклассического синтеза, она применена и нами в гл. 8.

Почему же тогда разъяснение Клауэром природы лежа­ щего в основе потребления процесса максимизации по­ лезности оказалось столь важным и значительным? При­ чина заключается в том, что именно его разъяснения привели к выявлению таких условий на товарном и денежном рынках и рынке рабочей силы, которые созда­ ют дополнительные ограничения, на чем в свою очередь покоится неокейнсианский эффективный спрос. Исследо­ вание Клауэра показало далее, что указанные условия несовместимы с допущениями вальрасовского анализа общего равновесия.

Вынужденная безработица Чтобы дать оценку этого вывода в разделах 13.2 и 13.3, необходимо сначала перейти от рассмотрения ин­ дивидуального поведения к совокупному поведению на рынке. Мы не будем останавливаться здесь подробно на 4 ' 29 особенностях агрегирования индивидуального эффектив­ ного спроса на потребительские товары. Будем исходить из предположения, что все потребители сталкиваются с ограничением предложения рабочей силы, которое влия­ ет на их спрос на потребительские товары (см. рис. 13.1).

Тогда при определенных допущениях можно объединить всех лиц и получить потребительскую функцию с факти­ ческим, а не планируемым доходом в качестве опреде­ ляющей переменной. Вопрос касается природы ограниче­ ния рынка рабочей силы. Какая ситуация на этом рынке не дает его участникам возможности затратить то коли­ чество труда, которое совпадает с их умозрительным предложением? Патинкин (Ratinkin, 1965) утверждал, что состояние рьнпса рабочей силы можно понять только в том случае, если мы разграничим умозрительный спрос на рабочую силу, предъявляемый капиталистами, и их эффективный спрос на рабочую силу (хотя он и не применяет указанных терминов).

Рассмотрим рис. 13.2. Планируемая кривая предложе­ ния рабочей силы nsns-это сумма индивидуальных умо­ зрительных предложений. Планируемая кривая спроса на Рис. 13. рабочую силу nDnD-это сумма умозрительного спроса отдельных капиталистов. Именно эти кривые мы исполь­ зовали в гл. 8 при рассмотрении рынка труда и указывали тогда, что, для того чтобы избежать внутренней несогла­ сованности кейнсианской модели, необходимо считать, что в условиях безработицы спрос компаний на рабочую •!?

силу не лежит на кривой умозрительного спроса. Это происходит потому, что кривая строится в соответствии с неоклассическим постулатом, согласно которому компа­ нии максимизируют прибыль лишь с учетом ограничений производственной функции и цен на средства производ­ ства и конечную продукцию. Если принять это ограниче­ ние, фирма нанимает рабочих только до того момента, как предельный продукт уравнивается с реальной зара­ ботной илаiой (W/p). Подобный подход предполагаст, однако, что компания располагает фактической возмож­ ностью продать всю свою продукцию, произведенную при эюм максимизирующем прибыль уровне занятости.

Если же выяснится, что компании фактически не могут продать это намеченное количество продукции, возникнет еще одно дополнительное ограничение их спроса на рабочую силу-фактическая сумма продаж (фактическое предложение), и они буду1 вытеснены за пределы умо­ зрительной кривой спроса.

Иначе говоря, если применить систему доказательств, аналогичную юй, которая разработана в модели потре­ бительской функции Клауэра, то модель рынка рабочей силы Патинкина можно изложить следующим образом.

Умозрительная функция спроса на рабочую силу nDnD это такая функция, коюрая существует, когда компания рассчшывает свое умозрительное предложение товаров в соответствии с процедурой максимизации прибыли с неоклассическими ограничениями. Если компании обнару­ жат, что их фактическое предложение товаров меньше, чем умозрительное, ю эффективный спрос на рабочую силу будет отличап>ся от умозрительного спроса. Он будет получен, если к ограничениям производственной функции и цен добавить ограничения, связанные с факти­ ческими продажами. Совокупный эффективный спрос на рабочую силу будет представлен на рисунке линией А ВС, а умозрительный-линией nDnDl.

Понятие эффективного спроса на рынке рабочей силы дало нам возможность более точно определить понятие вынужденной безработицы. Пусть точка я*, соответст Этот рисунок применим скорее к модели Бзрроу и Гроссмана (Barro and Grossman, 1971), чем к работе Патинкина (Patinkin, 1965) Последний не изображал кривую эффективною спроса как ABC, а ссылался на индивидуальные точки, находящиеся вне кривой умо­ зрительного спроса, как эго делали и мы в разделе 8 29* вующая реальной заработной плате (W/p)*, обозначает уровень спроса и предложения рабочей силы в условиях полной занятости. В этой точке величина труда, которую предлагают рабочие (умозрительное предложение), равна той, на которую предъявляют спрос капиталисты, когда они продают всю свою продукцию при условии максими­ зации прибыли (т.е. речь идет об их умозрительном спросе на рабочую силу). Но как определить вынужден­ ную безработицу? В преобладающей версии неоклас­ сического синтеза (представленой, например, работой У.

Смита (Smith, 1956), безработица определяется как раз­ ница между умозрительным спросом на рабочую силу и ее величиной при полной занятости. Таким образом, положение компаний всегда соответствует кривой умо­ зрительного спроса, а безработица может возникнуть только в случае, если реальная заработная плата выше своего равновесного уровня (W/p)*. Подобная трактовка показана на рис. 13.3. Если на диаграмме реальная зара­ ботная плата равна (W/рУ, то будет безработица, равная (п* —«?);

если же реальная заработная плата равна (W/p)*, то обязательно будет существовать полная заня­ тость, ибо при таком подходе компании не могут «сойти» со своих кривых умозрительного спроса на рабочую силу.

Благодаря использованию кривых умозрительного спро­ са этот подход является от начала и до конца вальра совским. Его следствием является то, что безработица может возникнуть лишь, если реальная заработная плата выше 1равновесного уровня (W/p)*. Этот результат сохра­ нится, и понятие безработицы будет по-прежнему в основе своей вальрасовским, если его немного изменить и определить безработицу как расстояние между кривой умозрительного спроса и кривой умозрительного предло­ жения (а не п*) при данном уровне реальной ставки заработной платы. В этом случае безработица снова будет возникать лишь тогда, когда реальная заработная плата выше (W/p)*. В рамках подобной вальрасовской Бэрроу и Гроссман (Barro and Grossman, 1971) считают, что подобный вывод не только несосюятслен 1еоретически из-за тою, что не учитываются ограничения по сумме продаж, но маловероятен и эмпирически, поскольку из модели, представленной на рис. 13.3, сле­ дует, что реальная заработная плата повышается в период спада (и снижается в условиях бума), тогда как фактические данные говорят об обратном.

-1-. схемы трудно избежать вывода, что безработица в из­ вестном смысле носит полностью добровольный харак­ тер. Ибо когда мы анализируем причины, приводящие к чрезмерному завышению ставок заработной платы, то, как и в кейнсианском варианте, эти ставки удерживаются на высоком уровне из-за сопротивления их снижению.

Безработица, следовательно, возникает в подобной моде­ ли исключительно из-за того, что рабочие, хотя и не желают потерять работу, сами выбирают этот выход, а не испытывают безработицу вынужденно.

Рис. 13. В кейнскианской модели, разработанной новыми кейнсианцами и примененной в гл. 9 для анализа рынка рабочей силы, можно считать, что вынужденная безрабо­ тица существует даже в тех случаях, когда ставка реаль­ ной заработной платы находится на равновесном уровне.

На рис. 13.2 вынужденную безработицу можно опреде­ лить как избыток умозрительного предложения над эф­ фективным спросом. Допустим, что сначала существует полная занятость при ставке реальной заработной платы (W/p)* и что рассчитанные компаниями Dкривые умозри­ тельного спроса на рабочую силу nDn соответствуют действительности. Затем, однако, в результате сокраще­ ния эффективного спроса на товары компании обнаружи­ вают, что их действия ограничены суммой продаж това­ ров и ситуация уже отражается кривой эффективного спроса ABC. Даже если бы ставка реальной заработной платы осталась на прежнем уровне, возникла бы вынуж­ денная безработица, соответствующая на рисунке отрез 4. ку DE. Именно эта вынужденная безработица или избы­ точное предложение рабочей силы препятствуют продаже^ желаемого количества труда. Доход людей, следователь-!

но, ограничен, и их спрос на потребительские товары есть" функция фактического дохода, как это показано на, рис. 13.1. Ясно, что подобная трактовка вынужденной безработицы отражает важный элемент кейнсианского мышления, а именно идею, что безработица определяется спросом на товары, а не только тем, что реальная заработная плата слишком высока. Эта трактовка тре­ бует разграничения между понятиями эффективного и умозрительного спроса, проводимого новыми кейнсиан цами 1.

Следовательно, разграничение эффективного и умо­ зрительного спроса позволяет нам характеризовать поня­ тие избыточного предложения товаров и избыточного предложения рабочей силы (вынужденной безработицы).

Эффективный и умозрительный спрос совпадут, если нигде в системе нет избыточного предложения. В этом случае можно сосредоточить внимание на вальрасовском понятии умозрительного спроса. Если же избыточное предложение присутствует, оба понятия будут разли­ чаться и более приемлемым является эффективный спрос.

В условиях неравновесия этот спрос возникает на основе индивидуальной максимизации полезности или же из максимизации прибылей компании, т. е. на основе коли­ чественных ограничений соответственно на рынках това­ ров или рабочей силы. Поскольку Кейнса прежде всего интересовали именно такие случаи, то не умозрительный, а эффективный спрос является центральным понятием кейнсианского анализа.

Остается вместе с тем вопрос об источнике неравно­ весия. Мы рассмотрели эффективный спрос на товары, исходя из предположения, что фактическое предложение рабочей силы ограниченно, ибо эффективный спрос на рабочую силу меньше, чем умозрительный. Мы рас Хотя мы ввели разграничение между умозрительным и эффектив­ ным спросом на рынке рабочей силы, мы применили понятие кривой умозрительного предложения рабочей силы, не отграничив его от эффективного предложения. В более сложных моделях общего не­ равновесия проводится и такое разграничение. Оно особенно подходит для моделей инфляционного неравновесия с избыточным спросом на товары и рабочую силу.

смотрели также рынок рабочей силы, предположив, что фактическое предложение товаров ограниченно, ибо эффективный спрос на товары меньше, чем умозритель­ ный. Вопрос заключается в том, почему существуют подобные ограничения. Мы рассмотрим этот вопрос в следующем разделе.

13.2. ГИБКОСТЬ ЦЕН И ФИЗИЧЕСКИХ ОБЪЕМОВ Лейонхувуд (Leijonhufvud, 1968) и другие авторы дока­ зывают, что важность функций эффективного спроса в анализе Кейнса и их неважность (идентичность с умозри­ тельным спросом) в вальрасовском анализе вытекает из различий в допущениях относительно гибкости цен. При рассмотрении рыночного равновесия мы можем предпо­ ложить, либо что неравновесие вызывает мгновешгую реакцию цен, ведущую к его устранению, либо что количество продуктов реагирует на возникновение не­ равновесия более быстро, чем цены. Первое допущение характерно для вальрасовского подхода, второе-для Рис. 13. кейнсианского. Более того, предполагается, что кейнсиан ское допущение более реалистично.

Чтобы уяснить различие подходов в общей форме, рассмотрим рис. 13.4.

На нем представлен рынок для произвольного товара х. На вертикальной оси откладывается денежная цена товара, на горизонтальной - его количество. Кривые спроса и предложения отражают умозрительный спрос и предложение при условии, что денежные цены всех дру­ гих товаров заданы извне. Предположим, что вначале кривые спроса и предложения совпадают с теми, которые помечены цифрой 1, а цена принимает равновесное значе­ ние в точке рх. Далее спрос по каким-то причинам снижается, так что кривая спроса занимает положение х°2хт. В результате при сохранении первоначальной цены образуется избыточное предложение А В. Часто вальрасовский подход предполагает, что это избыточное предложение приводит к падению цены и она «мгновен­ но» достигает нового равновесия в точке р2. При этой цене избыточного предложения больше не существует. В качестве альтернативы можно принять другое допуще­ ние, что цена застыла в точке р1. Передвижка кривой умозрительного спроса xD2xD2 порождает избыточное умозрительное предложение, которое не устраняется с помощью падения цены. Вместо изменения цены ме­ няется количество проданного товара. Это количество, т. е. фактическое предложение, меньше, чем 1умозритель­ ное планируемое предложение. Оно равно х вместо х2.

(Все доказательство базируется на упрощенном пред­ положении, не используемом в полной вальрасовской модели общего равновесия, что цены на другие товары постоянны.) Мы, следовательно, можем провести четкую грань между моделями, где в ответ на изменение равновесия наиболее быстро меняются цены, и моделями, где наибо­ лее быстро изменяются объемы проданных товаров. В вальрасовской модели предполагается, что цены изменя­ ются мгновенно. Есть, однако, смысл рассмотреть это положение более подробно. В гл. 4 мы ввели идею Вальраса (Walras, 1954), что имееется аукционщик, кото­ рый контролирует процесс tatonnement, или продвижения на ощупь, для получения набора равновесных цен. В чистом виде этот подход предполагает, что аукционщик объявляет набор цен, а торговцы продают заявки, где указывают, какое количество каждого товара они хотели бы купить или продать по этим ценам. Если полученные величины совокупного спроса и предложения не покры­ вают друг друга, то это свидетельствует, что цены не являются равновесными и сделки в этом случае не произ­ водятся. Объявляя следующий набор цен, аукционщик • корректирует их в сторону повышения или понижения (соответственно для товаров, на которые предъявляется повышенный спрос или которые находятся в избытке).

Такая процедура повторяется до тех пор, пока не будет найден равновесный набор цен. В измененном виде мож­ но достигнуть такого же результата, если предположить, что торговцы заключают друг с другом условные кон­ тракты, но обязаны их выполнять лишь в том случае, если цены, по которым эти контракты были заключены, окажутся равновесными.

Такой процесс tatonnement, или перезаключения конт­ рактов, требует, по-видимому, времени, так что на пер­ вый взгляд может показаться, что равновесные цены в вальрасовской модели не устанавливаются мгновенно.

Но важным моментом является то обстоятельство, что в рыночной модели Вальраса фактические покупки или продажи в ходе указанного процесса не производятся.

Товары продаются или покупаются только тогда, когда определены равновесные цены, но ни одна сделка не совершается по неравновесным ценам. Таким образом, время в процессе tatonnement не совпадает с реальным временем хозяйственного периода. Предпосылка Вальра­ са равносильна допущению, что цены корректируются мгновенно. Если, с другой стороны, предполагается, что торговля ведется по неравновесной цене р1, то мы тем самым допускаем, что для приспособления цен требуется время.

Допущение, согласно которому торговля ведется по цене р1, означает лишь то, что применяются неравновес­ ные цены, а не то, что цены совершенно неизменны (подобное условие может быть принято лишь в целях упрощения). В невальрасовских моделях торговля будет вестись лишь до тех пор, пока она не достигнет р2.

Следовательно, в моделях вальрасовского типа цены корректируются быстро (фактически мгновенно), а в невальрасовских-торговля ведется по неравновесным це­ нам. Это в свою очередь означает, что изменение коли­ чества товаров служит важным способом хозяйственной корректировки.

. Рассмотрим теперь роль различий между мгновенной корректировкой цен и торговлей в условиях неравновесия на примере двухрыночной модели, которая имеет прямое отношение к макроэкономической теории.

На рис. 13.5 показан умозрительный спрос и предло - жение на рынках рабочей силы и товаров 1. На рынке, рабочей силы эти параметры являются функцией реаль­ ной заработной платы. Равновесное количество труда п* определяет умозрительное предложение товаров у на товарном рынке через производственную функцию. Умо­ зрительный спрос на товары среди прочих факторов является функцией абсолютного уровня цен. Тот факт, Рис. 13. что кривая спроса на товары наклонена вниз по отноше­ нию к уровню цен, отражает действие эффекта реальных кассовых остатков, или эффекта Лигу: падение уровня цен повышает совокупный спрос на товары. Примем вальрасовское допущение о мгновенном приспособлении цен к избыточному спросу или предложению. Примем также для простоты, что неравновесие на любом рынке влияет на ценовую переменную. Избыточное предложе­ ние на рынке ведет к падению абсолютного уровня цен, т. е. денежной цены товаров;

избыточное же предложение на рынке рабочей силы ведет к падению номинальной заработной платы W, т.е. денежной цены рабочей силы.

Предположим, что исходное состояние рынка харак­ теризуется кривыми, помеченными цифрой 1. Равновесие устанавливается при уровне цен р1 и денежной заработной штате W1 (или реальной заработной плате Wl/pl). Допус­ тим, далее, что из-за изменения во вкусах потребителей спрос на товары снизился. Иначе говоря, умозрительная Мы принимаем предпосылку, что на товарном рынке нет раз­ личий между потребительскими и капитальными благами. Инвести­ ционный спрос предполагается постоянным, и анализу подвергаются лишь изменения потребительского спроса.

кривая спроса на рынке товаров займет положение D2D.

В этом случае при уровне цен р1 на рынке товаров имеется избыточное предложение, равное отрезку А В.

Наши вальрасовские допущения приводят, однако, к выводу, что уровень цен мгновенно изменяется в сторону понижения, так чго равновесие на рынке товаров будет восстановлено при уровне дохода, соответствующего полной занятоеги у и более низком уровне цен р2. Это изменение уровня цен требует, конечно, определенной корректировки на рынке рабочей силы, ибо если бы ставки заработной платы остались на уровне W1, то реальная заработная плата W^p2 была бы выше, чем равновесный уровень Wx/pl, и возникло бы избыточное предложение рабочей силы. Согласно вальрасовской предпосылке, это избыточное предложение рабочей силы моментально привело бы к падению денежной ставки заработной платы до W2, в результате чего W2/p2 срав­ нялось бы с WJ/pl и равновесие на рынке рабочей силы было бы восстановлено. Таким образом, при принятии предпосылки совершенной гибкости цен избыточного предложения товаров и рабочей силы не существует и устанавливается полная занятость. В этом случае эф­ фективный спрос равен умозрительному, ибо нет никаких препятствий в реализации желаемого количества това­ ров.

Рис 13 На рис. 13.6 показан процесс, который возник бы, если бы не было мгновенной корректировки цен и тор­ говля осуществлялась по неравновесным ценам. Схема исходит, в частости, из крайней предпосылки о пе 4:>> гибкости цен. При наличии кривой умозрительного пред­ ложения у и кривой умозрительного спроса DlD1 равнове­ сие на рынке товаров установится при абсолютном уровне цен р1. При кривых умозрительного спроса и предложения на рынке рабочей силы nDlnm и nslnsl равновесие устанавливается при денежной заработной плате W1 (и реальной Wl/p)ч Допустим снова, что изменение вкусов потребителей' вызывает передвижку кривой умозрительного спроса на товары в положение D2D2, в результатае чего возникает избыточное предло­ жение АВ на рынке товаров. Поскольку оно не устра­ няется мгновенно благодаря падению цен, которое с помощью эффекта Пигу повышает спрос на товары, то избыточное предложение на товарном рынке оказывает влияние на рынок рабочей силы. Компании обнаружи­ вают, что они не могут продать желаемый объем запла­ нированного производства товаров, если уровень цен застрял в точке р1. Их эффективный спрос на рабочую силу становится на графике равным CDE. Таким обра­ зом, на рынке рабочей силы образуется избыток FG (умозрительного) предложения над (эффективным) спро­ сом. В этом размере существует безработица. Более того, если денежная заработная плата негибка, безработица будет по-прежнему существовать, поскольку сокращение реальной заработной платы не устранит избыточного предложения рабочей силы. В действительности же, как мы увидим, положение ухудшается еще больше.

Имеются, таким образом, существенные различия между вальрасовскими моделями, где в качестве пред­ посылки принята мгновенная корректировка цен, и моде­ лями, которые предполагают жесткость цен. У нас оста­ ются две важные задачи. Во-первых, необходимо выяс­ нить, насколько модель с жесткими ценами соответствует понятию мультипликатора. Во-вторых, следует показать, • что выводы модели с жесткими ценами вытекают не из условия совершенной негибкости цен, а из предположе­ ния, что торговля ведется по неравновесным ценам (т. е.

ценам, которые стремятся к равновесию, но не достигают его).

Первоначальное снижение кривой умозрительного спроса в модели с жесткими ценами ведет к возникнове­ нию кейнсианского мультипликатора. На рис. 13.6 мы остановились в точке, где фактические продажи равны у и их величина меньше, чем предложение товаров у в условиях полной занятости. Это, как мы видим, приводит к избыточному предложению рабочей силы, но процесс на этом не кончается. Избыточное предложение рабочей силы означает, что рабочие фактически не могут реализо­ вать свое умозрительное предложение рабочей силы. В резулыате их эффективный спрос на товары становится меньше умозрительного спроса. На рис. 13.6 их эффек­ тивный спрос на товарном рынке представлен отрезком LMN, а избыточное (умозрительное) предложение над (эффективным) спросом на товары при уровне цен р увеличится до PQ. В резулыате компании могут теперь ирода гь лишь у2 своих товаров вместо у1, и это. снижение оказывает влияние на рынок рабочей силы, снижая кривую эффективного спроса на нее с CDE до CDlEx.

Взаимодействие двух рынков-товаров и рабочей силы обеспечивает дальнейшее продолжение этого процесса, что в точности подразумевает кейнсианский процесс мулы иплика тора '.

Этот мультипликационный процесс в модели с жест­ кими ценами служит иллюстрацией к взглядам Лейонху вуда и Клауэра, что в подобной модели имеется «усили­ вающий отклонения механизм обратной связи». Любое хозяйственное нарушение, как, например, первоначальное падение умозрительного спроса на товары, порождает процесс, который усиливает отклонения от состояния равновесия. В отличие от этого в вальрасовской модели с гибкими ценами, представленной на рис. 13.5, мгновен­ ные изменения цен действуют как «противодействующий отклонениям механизм обра i ной связи», который гаран 1ирует, что нарушение равновесия с полной занятостью корректируется.

Необходимо особо подчеркнуть один важный момент, вытекающий из проведенного анализа. Различия резуль­ татов, полученных в моделях с гибкими и жесткими ценами, возникают не из-за полной жесткости цен во Может возникнуть вопрос, будет ли найдено окончательное решение модели при данных кривых эффективного спроса и конкретном уровне производства и занятости Как и в обычном анализе мульти­ пликатора, такое решение имеется, если предельная склонность к потреблению меньше единицы. В этом случае каждое сокращение эффективного спроса на рабочую силу приводит к менее чем про­ порциональному сокращению эффективною спроса на товары, так что передвижка кривых эффективною спроса на рынках товаров и рабочей силы становится все меньше и меньше.

второй модели 1. Подлинная причина расхождений в том, что цепы не столь гибки, чтобы обеспечить мгновенный переход к равновесному уровню. Иначе говоря, торговля осуществляется по неравновесным ценам, в результате чего капиталисты, продающие товары, и рабочие, прода­ ющие рабочую силу, обнаруживают, что они не могут реализовать желаемое. Это налагает на них дополнитель­ ное ограничение, и их эффективный спрос становится меньше, чем умозрительный. Будучи приближением к реальности, эго придает большую привлекательность певальрасовской модели, ибо в действительной жизни торговля осуществляется по неравновесным ценам. Если использовать этот вывод для интерпретации работы Кейнса, io из него следует, чт заключение о возмож­ ности существования безработны основывается не на допущении жесгкосш цен (например, денежных ставок заработной платы), а на предпосылке, что цены не дости­ гают равновесного уровня в одно мгновение. В следую­ щем разделе мы рассмотрим специфически кейнсианскую и другие гипотезы, используемые для объяснения относи­ тельной негибкое!и цен.

13.3. ПРИЧИНЫ НР,М1 НОВЕННЫХ ЦЕНОВЫХ КОРРЕКТИРОВОК «Состыкованноеib» немгновенной корректировки цен с понятиями эффективного спроса и вынужденной безра­ ботицы была показана в разделе 13.2 ud примере двух рыночной модели. В рамках более общего подхода на модели с п рынками можно было бы показагь, что набор из (п — 1) относиiельных цен достигает своего равновес­ ного уровня не мгновенно, что эффективный спрос (и предложение) отличается от аналогичных умозрительных величин и что образующемуся на любом рынке избыточ­ ному предложению можно дать кейнсианскую интерпре­ тацию.

Например, кейнсианская модель может быть пред­ ставлена четырьмя рынками-рабочей силы, товаров, денег и облигаций. В ней имеется 3 вида относительных цен: в денежном или трудовом выражении (денежная Вместе с тем во мнем их работах новых кейнсианцсв для простоты принимается именно предпосылка полной жесткости цен заработная плата), цена товаров (абсолютный уровень цен) и цена облигаций (обратная величина от нормы процента). Лейонхувуд (Leijonhufvud, 1968) доказывает, что в оригинальной модели Кейнса фактически имелось пять рынков, ибо рынок товаров может быть подразде­ лен на рынок для но i ребительских товаров и рынок для капитальных товаров. В этой модели, следовательно, имеется четыре вида относительных цен, так как абсо­ лютный уровень цен заменен двумя уровнями цен-на потребительские товары и на капитальные товары. Не­ обходимо теперь рассмотреть проблему, общую для любой модели кейнсианского типа,-почему какой-либо из четырех или пяти видов цен не корректируется мгно­ венно, чтобы достичь равновесия?

Поиск на рынке рабочей силы Можно начать с вопроса о корректировке цен на рынках рабочей силы и потребительских товаров. Рас­ смотрим важные последствия того факта, что вальрасов ский аукционщик в действительности отсутствует. Роль аукционщика в вальрасовской модели заключается, по существу, в том, что он снабжает всех индивидуумов информацией, которая мпювенно обновляется и предо­ ставляется бесплатно. Иначе говоря, аукционщик дает информацию о наборе цен, которые обеспечивают уста­ новление равновесия и реализацию (умозрительных) пла­ нов всех индивидуумов. Отсутствие аукционщика в ре­ альной действительнос1и ведет к тому, что реальные индивидуумы могут получить информацию о равновес­ ных ценах лишь в ходе требующего значительного време­ ни дорогостоящего процесса. В случае отклонения от равновесия они, следовательно, не смогут моментально скорректировать цены и возвратить их к равновесному уровню.

Природа рыночного поведения индивидуумов в ситуа­ циях, когда информация требует затрат и не предостав­ ляется мгновенно, была исследована Алчияном (Alchian, 1969) и другими ав юрами. Ссылаясь, например, на рынок рабочей силы, Алчиян утверждает, что, когда рабочие теряют работу, они не нанимаются сразу же на новое место с более низкой ставкой заработной платы, хотя эта более низкая ставка и могла бы обеспечить равновесие на рынке рабочей силы. Причина в том, что рабочие не и знают, каковы наиболее высокие ставки заработной пла­ ты, которые они могли бы получить. Поэтому они не соглашаются сразу на любую новую работу, а затрачи­ вают время на поиск информации об имеющихся ставках заработной платы. Поиски приносят выгоду, так как чем продолжительнее время поиска, тем больше возмож­ ность получения правильного представления о наивыс­ ших доступных ставках заработной платы. Но поиск связан и с издержками, ибо чем больше тратится време­ ни, тем больше сумма упущенного дохода. Приравнивая выгоды и потери на пределе, лицо, максимизирующее полезность, которое потеряло работу из-за чрезмерно высоких ставок заработной платы, выбирает оптималь­ ный период поиска, прежде чем оно примет решение о переходе на работу с более низкой ставкой заработной штаты. Иначе говоря, в течение определенного времени денежная заработная плата характеризуется негиб­ костью-не абсолютной жесткостью, а негибкостью на данный период. Этот результат того, что в течение указанного времени предложение рабочей силы отли­ чается высокой эластичностью по прежним ставкам де­ нежной заработной платы. Рабочие предпочитают вре­ менно оставить работу, а не принять немедленно место с более низкой ставкой заработной платы.

Подобная модель рынка рабочей силы показана на рис. 13.7. Умозрительный спрос и предложение рабочей Рис. 13. силы являются функцией реальной заработной платы;

мы же, однако, построили график, где на вертикальной оси указываются Dденежные S2 заработной платы. Таким ставки образом, nDn, nbinsl, n nS2-это кривые умозрительного спроса и предложения, положение которых зависит от уровня цен. Если бы уровень цен был выше, кривая спроса переместилась бы вверх и дальше вправо;

при этом и кривая предложения сдвинулась бы вверх и влево, ибо и в эюм случае заданный уровень денежных ставок заработной платы означал бы более низкие реальные ставки. В нашем примере мы будем исходить из юго, что уровень цен неизменен. Мы, однако, использовали денеж­ ную, а не реальную плату с гой целью, чтобы привлечь внимание к нашему допущению, что прямым объектом переговоров о заработной плате является именно денеж­ ная ставка. Первоначально этот показатель равен Wx, a равновесие устанавливается в точке F, где пересекаются кривые умозрительного спроса и предложения nDnD, п nsx.) В случае нарушения равновесия компании обнару­ живают, что они не могут продать оптимальное коли­ чество произведенного продукта. Тогда эффективный спрос на рабочую силу падает, как об эюм свидетельст­ вует кривая эффективного спроса ABC. Рабочие места (или проработанные часы) в размере EF теряются, но эю не ведет к снижению ставок денежной (а следовательно, и реальной) заработной платы. Пока рабочие тра1яг время на поиск информации и не принимают предложения с более низкими стеками заработной платы, эти ставки сохраняются на уровне Wl. Следовательно, заработная плата жестка. Она не является полностью неизмененной, как это постулируется в объяснениях безработицы, пред­ лагаемых ст оронниками кейнсианско-неоклассического синтеза (см. гл. 8). Вместо этого она обнаруживает тенденцию к понижению. Когда закончится период поис­ ка, горизонтальная часть кривой предложения рабочей силы передвинься вниз и она совпадает с nS2nS2. Ставка номинальной заработной платы упадет до W2. Вопрос заключается в том, что и денежная, и реальная заработ­ ная плата не изменяются мгновенно в ответ на падение спроса. Причина этой относительной негибкоеiи состоит в том, что в отсутствие вальрасовского аукционщика сбор информации требует затраты ресурсов и времени.

По юй же схеме можно было бы осуществить анализ жесткое!и товарных цен для хозяйства с несовершенной 46S 10 информацией. Но особенно интересен подобный анализ в моделях новых кейнсианцев, когда мы рассматриваем цену капитальных товаров. На них больше, чем на цены потребительских товаров, влияет несовершенная инфор-' мация не только о настоящем времени, но и о будущих событиях, ибо норма дохода на капитальные товары-это показатель, относящийся к будущему времени. В моделях новых кейнсианцев эти несовершенные сведения о буду­ щем невероятно запутанным и сложным образом пере­ плетаются в системе рынков денег и облигаций. Иначе говоря, теория спекулятивного спроса или предпочтения ликвидности Кейнса рассматривается как ключевой эле­ мент при решении вопроса об относительной жесткости цен на капитальные товары. И действительно, Лейон хувуд (Leijonhufvud, 1968) доказывает, что главным для кейпсианского анализа безработицы является отнюдь не жесткость ставок денежной заработной платы.

Предпочтение ликвидности Чтобы анализировать проблему жесткости цен на капитальные товары, необходимо сначала уяснить тео­ рию формирования цен на рынке этих товаров. На рис. 13.8 показана одна из таких моделей, предложенная Уиттом (Witte, 1963), в которой используются понятия запасов и потоков. На левом рисунке изображены кривые спроса и предложения для запаса капитала на определён­ ный момент времени (рис. 13.8).

Рис. 13. Кривая предложения ks вертикальна, так как в любой.момент времени запас капитала представляет собой вели­ чину данную. Кривая спроса наклонена вниз. Это свиде­ тельствует о том, что желаемый запас физического капи­ тала в любой момент тем выше, чем ниже цена капиталь­ ных активов рк. Имеется несколько кривых спроса. Если ограничить рассмотрение теми из них, которые обозна­ чены сплошной линией, то чем ниже ставка процента, тем выше кривая спроса: так, кривая спроса D1D существует при ставке процента г1, а кривая D2D2- при более низкой ставке г2. Объяснение подобной связи состоит в том, что процентная ставка определяет учетную ставку, применяе­ мую для расчета будущего ожидаемого потока дохода.

При данной величине ожидаемого дохода, получаемого от капитальных товаров, спрос на эти блага тем выше, чем ниже процентная (и учетная) ставка.

Если форма кривых спроса и предложения на левом графике задана, то тем самым определена равновесная цена капитальных товаров (запаса). При ставке процента, равной г1, кривая спроса отображается линией DlDl, a равновесная цена равна рк1. На правом графике приведе­ на кривая предложения (потока) капитальных товаров:

чем выше цена этих товаров, тем больше темп их производства за период. Поскольку этот темп идентичен совокупным фактическим инвестициям, то, как следует из графика, инвестиции представляют функцию цены капи­ тальных товаров. Но цена капитальных товаров есть в свою очередь функция процентной ставки, которая, при прочих равных условиях, определяет кривую спроса.

Отсюда следует, что темп инвестиций функционально связан с нормой процента.

Модель, представленная на рис. 13.8, показывает, что имеется лишь одна ставка процента и одна цена капи­ тала, которые гарантируют, что инвестиции находятся на уровне, необходимом для обеспечения общего равнове­ сия при полной занятости. Предположим, что сумма планируемых инвестиций, которая в условиях полной занятости совпадает с планируемыми сбережениями, рав­ на г'1. При этом равновесная цена капитальных товаров при полной занятости равна pkl, а равновесная ставка процента (если не учитывать пунктирные линии спро­ са)-/-1. Предположим далее, что эти величины-/, Ат и г-реально существуют и что цены на других рынках «правильны», т. е. что хозяйство находится в равновесии 30* при полной занятости. Пусть в дальнейшем ожидании капиталистов по какой-то причине приобретают песси­ мистическую окраску. В результатае кривые спроса на капитальные товары при любой заданной норме процен­ та передвинутся вниз и совпадут с линиями, проведен­ ными пунктиром. Если необходимо зафиксировать темп инвестиций на уровне г1, то цена капитальных товаров должна поддерживаться на уровне р*1, это требует сниже­ ния нормы процента до г1. В точке г3 новая кривая спроса б3 совпадает с кривой D D\ которая существовала ранее.

при более высокой ставке процента г1. Если процент упадет лишь до уровня г2, цена капитальных товаров снизится с ркх до рк2 и соответственно темп увеличения капитальных товаров (т.е. темп инвестиций) упадет с /' до i2. Это ниже того уровня, который обеспечивает полную занятость.

Новые кейнсианцы утверждают, что действие пред­ почтения ликвидности фактически препятствуют момен­ тальному снижению нормы процента до г3, которая обеспечивает общее равновесие при полной занятости.

Цена капитальных товаров, по крайней мере временно, снижается до рк2. Причина кроется в теории спекулятив­ ного спроса на деньги. Когда падает норма процента, люди ожидают, что в будущем она снова возрастет до «нормального» уровня. Они увеличивают свой запас денежных остатков и уменьшают портфель облигаций.

Возникает своеобразная, подушка, тормозящая падение процента, так как продажа облигаций создает давление в сторону понижения их курса. В экстраординарной ситуа­ ции, характеризующейся наличием ликвидной ловушки, это препятствие принимает абсолютный характер: норма процента и цена капитальных товаров застывают на уровнях г2 и рк2. Новые кейнсианцы не ограничиваются, однако, лишь крайними случаями. Если норма процента мгновенно не снизится до г3, а цена капитала-до р.

покупка и продажа капитальных товаров будут происхо­ дить по неравновесным ценам, например р. Кроме того, благодаря наличию спекулятивного спроса на деньги норма процента не приравнивается мгновенно и пол­ ностью к г3.

Анализ динамики цены капитальных товаров-отсут­ ствие ее мгновенной подстройки к уровню равновесия при полной занятости - является центральным элементом новокейнсианского анализа Лейонхувуда. Пока инвести ции осуществляются при цене капитальных активов на уровне рк2, на рынках товаров будет существовать избы­ точное предложение. Инвестиции на уровне i2 меньше умозрительных планируемых сбережений, которые по­ требители готовы накапливать при полной занятое™ (т.е. меньше, чем i1). Согласно некоторым теориям сбере­ жения представляют спрос на будущие товары, а инвес­ тиции определяют их предложение.

Следовательно, к2неравновесная цена капитальных то­ варов, например р, может мыслиться как цена, вызы­ вающая появление избыточного спроса на будущие това­ ры одновременно с образованием избыточного предло­ жения товаров в настоящем периоде. Лейонхувуд (Leijon hufvud, 1968) и Дэвидсон (Davidson, 1972) утверждают, что это является следствием того, что люди не имеют точных сведений относительно будущего спроса и пред­ ложения, а основывают свои действия на несовершенных представлениях о будущем. Экспектации капиталистов неопределенны и капризны, поэтому кривые спроса на капитальные товары первоначально сдвигаются влево. У хозяйственных агентов имеются особые представления по поводу того, какой должна быть ставка процента, и эти представления о нормальном уровне процента ос­ новываются на прошлом опыте, а не на четком знании будущих перспектив. Эти взгляды и служат причиной того, что спрос на деньги и облигации не дает норме процента снизиться в достаточной степени.

Сравнительная негибкость цены капитальных товаров может, следовательно, быть отнесена на счет несовершен­ ных знаний. Проведенный ранее анализ неспособности денежной заработной платы мгновенно корректиро­ ваться тоже можно интерпретировать в терминах ожида­ ний и несовершенной информации: при наличии неточных сведений о состоянии рынка рабочей силы рабочие не корректируют свои ожидания о доступной денежной заработной плате достаточно быстро.

Суть анализа новых кейнсианцев можно, таким обра­ зом, изложить следующим образом. Если цены мгновен­ но не достигают своего равновесного уровня, эффектив­ ный спрос будет отличаться от умозрительного спроса и будет усиливать отклонение производства, занятости и других показателей от их равновесного уровня, обеспечи­ вающего полную занятость. Причина, по которой цены в реальной жизни не корректируются мгновенно, связана с 4(>1.> наличием несовершенной информации и неопределенных ожиданий. Действительно, в определенные моменты ожи­ дания могут приводить к полной неподвижности цен (как, например, в случае гипотезы ликвидной ловушки), но подобная жесткость цен не является необходимым усло­ вием для анализа неравновесия.

13.4. НОВОЕ КЕЙНСИАНСТВО И ТЕОРИЯ БЕЗРАБОТИЦЫ Напомним, что модели кейнсианско-неокейнсианско го синтеза трактуют безработицу у Кейнса как равновес­ ное состояние. Равновесие при наличии безработицы рассматривается как результат одного из трех видов негибкости - полной негибкости денежной заработной платы в сторону понижения, полной негибкости нормы процента в сторону понижения («ликвидная ловушка») и неэластичности инвестиционной функции1. Новые же кейнсианцы, и в особенности Лейонхувуд, рассматривают безработицу как проблему неравновесия. Она выводится не из полной жесткости ставок денежной заработной платы или процентных ставок, а из факта, что они, как и другие, не приспосабливаются мгновенно к своему равно­ весному уровню. Физические объемы (эффективный спрос и предложение) корректируются быстрее, чем цены.

Подобное отсутствие мгновенной корректировки цен рас­ сматривается как фундаментальная черта книги Кейнса.

Утверждается, в частности, что Кейнс акцентировал вни­ мание на роли ожиданий и несовершенной информации в процессах, препятствующих мгновенному приспособле­ нию цен к равновесному уровню. В трактовке Лейон хувуда ожидания на рынках облигаций и капитальных то­ варов рассматриваются как фактор, играющий особенно важную роль при возникновении общего неравновесия.

Вопрос, который мы рассмотрим теперь, заключается в том, является ли подход нового кейнсианства в корне отличным от модели кейнсианско-неоклассического син­ теза? Согласно одному толкованию, между двумя моде­ лями существуют лишь второстепенные различия. Как и Неэластичность инвестиционной функции можно также рассмат­ ривать как проблему полной негибкости нормы процента. Как мы видели ранее, проблема неэластичной инвестиционной функции вытека­ ет из допущения о негибкости процента в сторону понижения, когда он достигает нулевого уровня, т.е. из того, что он не можег принять отрицательные значения.

синтез, а может быть, и в большей степени, чем он, новое кейнсианство подчеркивает важность выведения макроэкономических концепций из теорий максимизации индивидуумами полезности и прибыли. В отличие от модели синтеза новокейнсианская школа выявляет при­ роду ограничений, с которыми сталкиваются отдельные лица и компании, и, следовательно, разъясняет основу теории, что потребление является функцией фактического дохода, а спрос на рабочую силу определяется условиями на рынке товаров. Это, однако, можно рассматривать как простое восполнение пробелов в теориях школы синтеза, ибо ее авторы всегда признавали, что потребление явля­ ется функцией фактического дохода, а спрос на рабочую силу является производным спросом. Чего они не смогли сделать, так это лишь разработать стоящую за этими теориями подспудную модель максимизации полезности при принятых ограничениях.

Другая интерпретация состоит в том, что отсутствие в модели синтеза теории максимизации полезности с уче­ том ограничений делает эту модель в принципе противо­ речивой и препятствующей развитию кейнсианской тео­ рии. Отсутствие теоретической основы максимизации полезности с учетом ограничений приводит к тому, что модель синтеза игнорирует важность ожиданий, несовер­ шенной информации и, следовательно, немгновенной корректировки цен. Авторы работ, основанных на валь расовских допущениях о гибкости цен, как, например, Патинкин (Paiinkin, 1965), не видят, что их подход не­ совместим с кейнсианской потребительской функцией и кейнсианскими идеями о спросе на рабочую силу. По­ скольку в моделях подобного рода равновесие с безрабо­ тицей может быть объяснено лишь с помощью особых допущений в отношении негибкости заработной платы или процента, то ксйнсианская теория безработицы вы­ глядит как специальный случай неоклассической теории полной занятости. Новые кейнсианцы применяют поря­ док: тот факт, что в реальной жизни пены, как правило, не корректируются мгновенно и в то же время не явля­ ются совершенно жесткими, означает, что неравновесие с безработицей у новых кейнсианпев (или неравновесие при наличии избыточного предложения рабочей силы)1-это В тексте ошибочно указан избыточный спрос, а не предложение рабочей силы. - Прим. ред общий случай, а вальрасовское равновесие при полной занятости-особый вариант.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.