WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

«Секция детской гастроэнтерологии Российской Гастроэнтерологической Ассоциации Кислотозависимые состояния у детей Под редакцией академика РАМН В.А. Таболина Москва 1999 Предназначение Книга ...»

-- [ Страница 2 ] --

Выделяют ряд структур, обеспечивающих антирефлюксный меха низм: диафрагмально-пищеводную связку, слизистую «розетку» (склад ка Губарева), ножки диафрагмы, острый угол впадения пищевода в же лудок (угол Гиса), протяженность абдоминальной части пищевода. Од нако доказано, что в механизме закрытия кардии основная роль при надлежит нижнему пищеводному сфинктеру (НПС), недостаточность ко торого может быть абсолютной или относительной. НПС или кардиаль ное мышечное утолщение, строго говоря, не является анатомически ав тономным сфинктером. В то же время, НПС представляет собой мышеч ное утолщение, образованное мышцами пищевода, имеет особую иннер вацию, кровоснабжение, специфическую автономную моторную дея тельность, что позволяет трактовать НПС как обособленное морфофунк циональное образование. Наибольшую выраженность НПС приобретает к 1-3 году жизни. Кроме того, к антирефлюксным механизмам защиты пищевода от агрессивного желудочного содержимого можно отнести ощелачивающее действие слюны и «клиренс пищевода», т.е. способ ность к самоочищению посредством пропульсивных сокращений. В ос нове данного явления лежит первичная (автономная) и вторичная пери стальтика, обусловленная глотательными движениями. Немаловажное значение среди антирефлюксных механизмов занимает, так называе мую, «тканевую резистентность» слизистой оболочки. Выделяют не сколько составляющих тканевой резистентности пищевода: предэпите лиальная (слой слизи, неперемешиваемый водный слой, слой бикарбо натных ионов);

эпителиальная структурная (клеточные мембраны, меж клеточные соединительные комплексы);

эпителиальная функциональ ная (эпителиальный транспорт Na+/H+, Na+-зависимый транспорт Cl /HLO-3;

внутриклеточные и внеклеточные буферные системы;

клеточная пролиферация и дифференцировка);

постэпителиальная (кровоток, ки слотно-щелочное равновесие ткани).

ГЭР обычное физиологическое явление у детей первых трех меся цев жизни и часто сопровождается привычным срыгиванием или рвотой.

Помимо недоразвития дистального отдела пищевода, в основе рефлюкса у новорожденных лежат такие причины как незначительный объем же лудка и его шарообразная форма, замедление опорожнения. В основном физиологический рефлюкс не имеет клинических последствий и прохо дит спонтанно, когда эффективный антирефлюксный барьер постепенно устанавливается с введением твердой пищи. У детей более старшего возраста к ретроградному забросу пищи могут привести такие факторы, как увеличение объема желудочного содержимого (обильная еда, избы точная секреция соляной кислоты, пилороспазм и гастростаз), горизон тальное или наклонное положение тела, повышение внутрижелудочного давления (при ношении тугого пояса и употреблении газообразующих напитков). Нарушение антирефлюксных механизмов и механизмов тка невой резистентности приводят к широкому спектру патологических со стояний, указанных ранее и требуют соответствующей коррекции.

В ротоглотке соседствуют начальные отделы респираторного и га строинтестинального трактов. Движение пищи и секрета в этом смежном пространстве требует согласованного нейромускулярного контроля, что бы предотвратить попадание химуса в трахеобронхиальное дерево. По этому одной из причин поражения респираторного тракта может также являться аспирация содержимого ротовой полости во время акта глота ния (поперхивание на фоне бульбарных расстройств и др.). Процесс микроаспирации в результате патологического ГЭР может стать причи ной развития таких состояний, как хронический бронхит, повторные пневмонии, легочный фиброз, эпизоды удушья, апноэ.

Несостоятельность антирефлюксного механизма может быть пер вичной и вторичной. Вторичная несостоятельность может быть обуслов лена грыжей пищеводного отверстия диафрагмы, пилороспазмом и/или пилоростенозом, стимуляторами желудочной секреции, склеродермией, желудочно-кишечной псевдообструкцией и т.д.

Давление нижнего пищеводного сфинктера также снижается под влиянием гастроинтестинальных гормонов (глюкагона, соматостатина, холецистокинина, секретина, вазоактивного интестинального пептида, энкефалинов), ряда медикаментозных препаратов: антихолинергиче ских веществ, кофеина, блокаторов -адренорецепторов, нитратов, теофиллина, блокаторов кальциевых каналов (верапамила, нефидипи на), опиатов и пищевых продуктов (алкоголя, шоколада, кофе, жиров, пряностей, никотина).

В основе первичной несостоятельности антирефлюксных меха низмов детей раннего возраста, как правило, лежат нарушения регуля ции деятельности пищевода со стороны вегетативной нервной системы.

Вегетативная дисфункция, чаще всего, обусловлена гипоксией головно го мозга, развивающейся в период неблагоприятно протекающих бере менности и родов. Высказана оригинальная гипотеза о причинах реали зации стойкого ГЭР. Данный феномен рассматривается с точки зрения эволюционной физиологии и ГЭР отождествляется с таким филогенети чески древним приспособительным механизмом, как руминация. Повре ждение демпинговых механизмов вследствие родовой травмы приводит к появлению функций не свойственных человеку как биологическому виду и носящих патологический характер. Установлена взаимосвязь ме жду натальными повреждениями позвоночника и спинного мозга, чаще в шейном отделе, и функциональными расстройствами пищеварительного тракта. При исследовании шейного отдела позвоночника, у таких боль ных часто выявляются дислокация тел позвонков на различных уровнях, задержка сроков окостенения бугорка передней дуги 1-го шейного по звонка, ранние дистрофические изменения в виде остеопороза и пла тиспондилии, реже - деформации. Указанные изменения обычно соче таются с различными формами функциональных нарушений пищевари тельного тракта и проявляются дискинезией пищевода, недостаточно стью нижнего пищеводного сфинктера, кардиоспазмами, перегибом же лудка, пилородуоденоспазмами, дуоденоспазмами, дискинезией тонкой и ободочной кишки. У 2/3 больных выявляются сочетанные формы функциональных нарушений: различные типы дискинезии тонкой кишки с ГЭР и стойким пилороспазмом.

Поражение слизистой оболочки пищевода может возникнуть вто рично при целом ряде соматических, паразитарных, сосудистых и дру гих заболеваниях ребенка. Необходимо отметить, что в гастроэнтероло гии изолированное поражение одного органа скорее исключение, чем правило. То есть, выявление поражения пищевода, должно служить по водом для поиска патологии в других органах пищеварительной системы и, наоборот, при патологии последних следует исключить сочетанное поражение пищевода. Слизистая оболочка дистальной части пищевода часто поражается при хронических заболеваниях желудка и двенадца типерстной кишки: антральном гастрите, гастродуодените, язвенной бо лезни. Для этих заболеваний характерно постоянно повышенное кисло тообразование, оказывающее влияние на нижний пищеводный сфинктер (Таблица 6).

Таблица 6 Классификация эндоскопических признаков ГЭРБ у детей (по I.Tytgat в модификации В.Ф.Приворотского и соавт.) 1 степень. Умеренно выраженная очаговая эритема и (или) рыхлость слизистой абдоминального отдела пищевода. Умеренно вы раженные моторные нарушения в области НПС (подъем Z-линии до см), кратковременное провоцированное субтотальное (по одной из стенок) пролабирование на высоту 1-2 см., снижение тонуса НПС.

2 степень. То же + тотальная гиперемия абдоминального отде ла пищевода с очаговым фибринозным налетом и возможным появле нием одиночных поверхностных эрозий, чаще линейной формы, рас полагающихся на верхушках складок слизистой пищевода. Моторные нарушения: отчетливые эндоскопические признаки НКЖ, тотальное или субтотальное провоцированное пролабирование на высоту 3 см с возможной частичной фиксацией в пищеводе.

3 степень. То же + распространение воспаления на грудной отдел пищевода. Множественные (иногда сливающиеся эрозии), рас положенные не циркулярно. Возможна повышенная контактная рани мость слизистой. Моторные нарушения: то же + выраженное спонтан ное или провоцированное пролабирование выше ножек диафрагмы с возможной частичной фиксацией.

4 степень. Язва пищевода. Синдром Баретта. Стеноз пищевода.

Одним из грозных осложнений хронического гепатита, цирроза печени, тромбоза селезеночной вены и некоторых редких заболеваний (болезнь Брилла-Симмерса, синдром Бадда-Киари) является пор тальная гипертензия, в основе которой лежит нарушение оттока крови из системы воротной вены. В результате происходит расширение вен пищевода, которые выбухают в просвет в виде стволов и узлов, объеди ненных мелкими сосудистыми сплетениями. Постоянный венозный за стой вызывает нарушение трофики слизистой оболочки и всей стенки пищевода, приводит к ее атрофии и дилятации пищевода и возникнове нию ГЭР. Патологические изменения в органах желудочно-кишечного тракта присуще и отдельным формам системных заболеваний соедини тельной ткани. Наиболее четкие клинико-морфологические изменения в пищеводе обнаруживаются при склеродермиии, дерматомиозите, узел ковом периартериите, системной красной волчанке. В ряде случаев из менения в пищеводе при системных заболеваниях соединительной тка ни предшествуют выраженной клинической симптоматологии основного заболевания, выступают в роли предвестников. Чаще изменения пище вода возникают при системной склеродермии. Их частота составляет 50 84%. Ведущим патогенетическим механизмом поражения пищевода при данном заболевании является снижение его двигательной функции. На ранних стадиях это обусловлено вазомоторными расстройствами, в дальнейшем - атрофией мышц. Прежде всего, нарушается перистальти ка, а затем мышечный тонус.

Достаточно типичным проявлением является ГЭР и при муковис цидозе. Это обусловлено рядом факторов:

нарушение функций желудка: замедление опорожнения желудка, повышение продукции HCl и нарушение моторной функции;

респираторные нарушения: вторичное повышение внутрибрюшно го давления во время приступов кашля;

физиотерапия: постуральный дренаж может стимулировать ГЭР у отдельных пациентов.

При синдроме Sandifer I, который встречается у детей моложе месяцев, ГЭР сочетается с кратковременными тоническими сокращения ми верхних конечностей с напряжением мышц шеи и наклоном головы (I тип) или когда ГЭР вызван наличием диафрагмальной грыжи (II тип).

Эти явления наблюдаются обычно после приема пищи. Специфическая эпилептическая активность на ЭЭГ отсутствует. При этом лечение ГЭР вызывает улучшение.

Как уже указывалось ранее, одним из наиболее грозных осложне ний ГЭР является микроаспирация содержимого желудка в дыхательные пути. Легочная аспирация, вызванная ГЭР, в ряде случаев может быть причиной пневмонии, абсцесса легких и синдрома внезапной детской смерти, в основе которого часто лежит центральное апноэ или рефлек торный бронхоспазм. Кроме того, отмечена взаимосвязь между ГЭР и рефлекторным бронхоспазмом, который реализуется в связи повышен ным влиянием блуждающего нерва.

Механизм микроаспирации вызывает интерес исследователей уже многие годы. Защита против легочной аспирации включает в себя коор динацию глотательного рефлекса и закрытие голосовой щели во время глотания. Состояние верхнего пищеводного сфинктера, перистальтика пищевода определяют развитие микроаспирации при ГЭР. При непо средственном длительном контакте забрасываемого содержимого воз можно повреждение слизистой оболочки дыхательных путей, ведущее к развитию бронхоспазма, увеличению выработки секрета бронхиального дерева. При транзиторном контакте аспирируемого содержимого воз можна стимуляция кашлевого рефлекса. В развитии кашля в данном случае играет роль вовлечение специфических фарингеальных рецеп торов.

Микроаспирация – один из возможных компонентов механизма развития рефлюкс-индуцированной астмы. Однако документально подтвердить это довольно сложно. Информативным методом выявления микроаспирации оказалось радиоизотопное сканирование. По мнению ряда авторов, наиболее значимым в формировании ГЭР-индуцированной астмы является рефлекторный механизм развития приступов удушья.

Увеличение числа патологических рефлюксов на фоне повышения ин трагастральной секреции кислоты (соответственно циркадным ритмам выработки соляной кислоты) преимущественно происходит в период с до 4 ч утра. Забрасываемое агрессивное содержимое вызывает стимуля цию вагусных рецепторов дистальной части пищевода рефлекторно, ин дуцируя бронхоконстрикторный эффект.

При использовании пищеводной рН-метрии было продемонстри ровано увеличение частоты ГЭР, влекущее за собой приступы удушья у пациентов с бронхиальной астмой. Отмечено значительное снижение насыщения крови кислородом и объема форсированного выдоха за 1 сек у пациентов с бронхиальной астмой при орошении дистальной части пищевода слабым раствором HCl и повышение сопротивления дыхатель ных путей. Эффект бронхоконстрикции более выражен у пациентов с рефлюкс-эзофагитом, что свидетельствует о значимости воспалительно го процесса слизистой оболочки пищевода в патогенезе приступов уду шья. Данные о выраженности бронхоконстрикторного эффекта у паци ентов с рефлюкс-эзофагитом указывают на возможность вовлечения в патологический механизм вагусных рецепторов при наличии воспали тельного процесса слизистой оболочки пищевода. Ряд авторов высказы вают предположение о наличии специфических рецепторов поврежде ния слизистой оболочки пищевода, так называемых ноцицепторов. Эта теория, вероятно, может объяснить, почему физиологический рефлюкс не приводит к кашлю, приступам удушья. Возникающий в результате ГЭР кашель в какой-то мере можно расценить как активацию легочных защитных механизмов. Однако кашель ведет к повышению внутригруд ного давления, усугубляя патологический рефлюкс и вновь запуская механизм активации вагусных рецепторов. Предположительный меха низм развития рефлюкс-индуцированного бронхоспазма следующий:

эзофагальные рецепторы, реагируя на заброс желудочного содержимо го, активируют рефлекторную дугу – вагусные афферентные волокна ядро вагуса эфферентные волокна. Влияние на бронхиальное дерево проявляется в виде рефлекторного кашля или бронхоспазма.

Патологический ГЭР у детей с бронхиальной астмой по данным различных авторов выявляется в 25-80% случаев (в зависимости от критериев, использованных для выявления рефлюкса), при значительно меньшей выявляемости в контрольной группе. Чаще ГЭР выявляется у детей с ярко выраженными симптомами ночной бронхиальной астмы.

Это объясняется тем, что рефлюкс желудочного содержимого в ночное время вызывает более длительное воздействие кислоты на слизистую оболочку пищевода (из-за положения ребенка на спине, уменьшения количества слюны и числа глотательных движений) и обусловливает реализацию бронхоспазма за счет микроаспирации и нейрорефлектор ного механизма. Согласно исследованиям S.Orenstein помимо бронхос пазма, ГЭР может служить причиной ларингоспазма, с последующим развитием апноэ, стридора и синдрома внезапной детской смерти. Дан ный феномен наблюдается чаще у детей раннего возраста. Ларингос пазм, как правило, развивается внезапно, блокируя проникновение воз духа в дыхательные пути. Это проявляется обструктивным апноэ, при котором ток воздуха в легкие прекращен, несмотря на продолжающиеся попытки дыхания. При неполном ларингоспазме воздух поступает в ды хательные пути, и резистентность суженной гортани реализуется в виде стридора. У детей раннего возраста, кроме рефлекторно-обструктивного апноэ, вызванного ГЭР, наблюдается рефлекторное центральное апноэ.

Соотношение центрального механизма возникновения апноэ у младен цев с состоянием верхнего отдела желудочно-кишечного тракта говорит о том, что во время кормления детей при сосании и глотании происхо дит задержка дыхания, которая может достигнуть патологической дли тельности. Афферентная импульсация с ларингеальных и назофаринге альных рецепторов верхнего гортанного нерва, граничащих с орофа рингсом, может вызвать сочетанное с глотанием центральное апноэ.

Таким образом, из вышеизложенного следует, что ГЭР может быть причиной широкого спектра респираторных расстройств, обусловленных как непосредственным воздействием кислого желудочного содержимого, так и нейрорефлекторными механизмами. С другой стороны, респира торные расстройства могут сами явиться причиной развития ГЭР, если они влияют на какой-либо из антирефлюксных механизмов (повышение абдоминального давления и снижение внутригрудного давления). Так, например, абдоминальное давление повышается при форсированном выдохе, вызванном кашлем или одышкой. Внутригрудное давление по нижается под действием форсированного выдоха при стридоре или ико те (поэтому стридор и икота, возможно, вызываемые ГЭР, могут, в свою очередь, усилить проявление рефлюкса).

Клиническая картина ГЭРБ у детей характеризуется упорными рвотами, срыгиваниями, отрыжкой, икотой, утренним кашлем. В даль нейшем, присоединяются такие симптомы как чувство горечи во рту, изжога, боли за грудиной, дисфагия, ночной храп, приступы затруднен ного дыхания, поражение зубной эмали. Как правило, такие симптомы как изжога, боли за грудиной, в области шеи и спины наблюдаются уже при воспалительных изменениях слизистой оболочки пищевода, т.е. при рефлюкс-эзофагите. Полезно выяснить, какие факторы усиливают или ослабляют симптомы рефлюкса: положение тела, особенности питания, прием лекарственных препаратов. Многие авторы подчеркивают, что рефлюкс-эзофагит является причиной возникновения болей, напоми нающих стенокардию, но не связанных с заболеваниями сердца. Для этого проявления рефлюкс-эзофагита характерно возникновение боли при горизонтальном положении тела и купирование болей приемом ан тацидов.

К так называемым внепищеводным проявлениям ГЭРБ относят рефлюксный ларингит, фарингит, отит, ночной кашель. В 40 – 80% слу чаев ГЭРБ регистрируется у пациентов с БА. Особенностью течения ГЭРБ при БА является преобладание легочных симптомов над проявле ниями патологии пищевода. В ряде случаев пациенты указывают, что усиление проявлений патологии ЖКТ предшествует обострению БА. Час то поздний ужин, обильная еда могут спровоцировать диспепсические расстройства (изжогу, отрыжку и т. д.), а затем и развитие приступа удушья. Особое внимание следует уделять наличию заболеваний, яв ляющихся фоновыми для ГЭРБ, к числу которых относят хронический гастрит, хронический дуоденит, язвенную болезнь желудка и двенадца типерстной кишки, хронический холецистит, панкреатит и др. Тщатель ный распрос пациента, анализ анамнестических данных позволяют вы брать правильную тактику диагностики и лечения.

Среди инструментальных методов диагностики наиболее инфор мативными являются 24-часовая pH-метрия и функциональные диагно стические тесты (эзофагальная манометрия). Сочетание этих методов позволяет оценить состоятельность нижнего пищеводного сфинктера у пациента по продолжительности кислой и щелочной фазы в клино- и ортоположении, давление в области пищеводно-желудочного перехода.

Возможно, также проведение фармакологических проб, в частности введение щелочных и кислых растворов с целью оценки интенсивности рефлюкса и степени компенсации антирефлюксных механизмов. Также в диагностике ГЭР у детей большую ценность представляют радиоизо топные и рентгенофункциональные исследования, которые включают водно-сифонную пробу или нагрузку с газообразующей смесью. В тоже время, получение нормальных рентгенограмм полностью наличия реф люкса не исключает. В последние годы применяется метод эхографии для выявления желудочно-пищеводного рефлюкса.

“Золотым стандартом” диагностики рефлюкс-эзофагита на совре менном этапе является эзофагогастродуоденоскопия с прицельной био псией слизистой оболочки пищевода. Эндоскопический метод позволяет выявить отек и гиперемию слизистой оболочки пищевода, ее эрозивно язвенные поражения. Гистологическое исследование биоптата позволя ет точно определить наличие и степень выраженности воспалительного процесса слизистой оболочки пищевода. Эзофаготонокимография (ма нометрия) используется для оценки тонуса НПС и состояния моторной функции желудка. В настоящее время применяется компьютеризирован ное измерение тонуса НПС. Манометрическим признаком ГЭР служит из менение характера сокращений пищевода и самого сократительного комплекса (снижение амплитуды, увеличение продолжительности со кращений, неправильная форма сократительного комплекса). 24 часовое мониторирование рН пищевода дает возможность выявить об щее число эпизодов рефлюкса в течение суток и их продолжительность (нормальные показатели рН пищевода составляют 5,5 – 7,0, в случае рефлюкса менее 4). ГЭРБ диагностируется лишь в том случае, если об щее количество эпизодов ГЭР в течение суток более 50 или общая про должительность снижения рН в пищеводе до 4 и менее, превышает 1 ч.

Сопоставление результатов исследования с данными записей дневника пациента (регистрация периодов приема пищи, препаратов, времени появления болей, изжоги и т. д.) позволяет оценить роль наличия и вы раженности патологического рефлюкса в возникновении тех или иных симптомов. Наличие нескольких датчиков (3–5) позволяет выявить дли тельность и высоту заброса, что информативно в случае исследования рефлюкс-индуцированной легочной патологии. Мониторирование рН может осуществляться в сочетании с другими методами исследования, например, оценкой функции внешнего дыхания, полисомнографией.

Информативным методом выявления ГЭР также является сцинтиграфия пищевода. Для проведения тестирования используют коллоид сульфата технеция. Тест считается чувствительным и специфичным. Задержка в пищеводе изотопа более чем на 10 мин указывает на замедление эзофа гального клиренса. Кроме того, тест информативен для оценки эвакуа ции желудочного содержимого. В ряде случаев метод позволяет зафик сировать рефлюкс-индуцированную микроаспирацию. Рентгенография пищевода фиксирует заброс контрастного вещества из желудка в про свет пищевода, наличие грыжи пищеводного отверстия диафрагмы.

Терапия ГЭРБ, учитывая многокомпонентность данного патофи зиологического феномена, комплексная. Она включает диетотерапию, постуральную, медикаментозную и немедикаментозную терапию, хирур гическую коррекцию (так называемая “степ-терапия”). Выбор метода лечения или их комбинация проводится в зависимости от причин реф люкса, его степени и спектра осложнений. Также своевременная диаг ностика и адекватная терапия ГЭРБ позволяют снизить частоту присту пов удушья и улучшить качество жизни пациентов с БА.

Основные принципы консервативного лечения рефлюкс эзофагита включают:

• рекомендацию больному определенного образа жизни и диеты;

• назначение препаратов, подавляющих желудочную секрецию (антациды, адсорбенты);

• назначение препаратов, стимулирующих моторно эвакуаторную функцию пищеварительного тракта (прокинети ков);

• использование препаратов, оказывающих протективное дейст вие на слизистую оболочку пищевода.

Первый этап лечебных мероприятий - это постуральная тера пия. Она направлена на уменьшение степени рефлюкса и способствует очищению пищевода от желудочного содержимого, уменьшая риск воз никновения эзофагита и аспирационной пневмонии. Кормление грудно го ребенка должно проходить в положении сидя под углом 45-60°. Этот угол наклона может поддерживаться с использованием ремней и кресла с жесткой спинкой. Ношение ребенка в вертикальном положении после кормления в течение короткого промежутка времени совершенно беспо лезно. Постуральное лечение должно поддерживаться в течение дня и также ночью, когда нарушается очищение нижнего отдела пищевода от аспирата, вследствие отсутствия перистальтических волн (вызванных актом глотания) и нейтрализующего эффекта слюны.

При отсутствии эффекта от постуральной терапии, больным реко мендуется диетическая коррекция. Согласно мнению исследователей целесообразно использование сгущенной или коагулированной пищи.

Это можно достигнуть добавлением коагулянтов, таких как препарат рожкового дерева «Нестаргель» в молочную смесь. Данный препарат имеет огромные преимущества перед добавлением каш, так как не име ет пищевой ценности и таким образом можно избежать нежелательного добавления калорий. Родителей необходимо предупреждать, что «Не старгель» может быть причиной частого студнеобразного стула, наличие которого может сделать необходимой его временную отмену.

Клейковина рожкового дерева (камедь) - это гель образующий комплекс углеводов (галактоманнан). Ее приготавливают из семян бе лой акации, которая растет в ряде средиземноморских стран. Клейкови на акации в отличие от каш и рисовых отваров обладает слабительным эффектом, обусловленным волокнистой структурой. Она также не имеет пищевой ценности, так как не гидролизуется ферментами желудочно кишечного тракта.

В последние годы разработаны готовые детские питательные сме си, включающая клейковину рожкового дерева (камедь) – «Фрисовом” и “Нутрилон” и др., а также “Сэмпер”, содержащая амилопектин. Так, на пример, «Фрисовом» – готовая к употреблению смесь, содержащая - 6 г клейковины рожкового дерева на 1 литр. Эффект от применения «Фри совома» у детей с ГЭР по нашим данным отмечается на 10-14 день. Кро ме того, целесообразно рекомендовать частое дробное питание малыми порциями.

Необходимо подчеркнуть, что сгущенная пища не может быть применена у больных с эзофагитами, так как нарушенное продвижение по пищеводу может замедлять его очищение от сгущенного материала рефлюкса.

Для детей старшего возраста общие рекомендации по режиму и диете предусматривают частое и дробное питание (5 – 6 раз в день), прием механически и химически щадящей пищи. Последний прием пищи должен быть не позднее, чем за 3 – 4 ч до сна. Необходимо избегать употребления продуктов, усиливающих ГЭР (кофе, жиры, шоколад и т.д.). При выраженном рефлюксе рекомендуют принимать пищу стоя, после еды походить в течение получаса. Безусловную пользу приносит отказ больных от курения, употребления алкоголя, оказывающих небла гоприятное действие на слизистую оболочку пищевода. Учитывая, что развитию ГЭР способствует определенное положение тела, рекоменду ется спать на кровати, головной конец которой приподнят на 20 см.

Клинически обосновано применение у детей антацидов из-за их нейтрализующего эффекта. У детей раннего возраста хорошо зареко мендовала себя альгинатно-антацидная смесь «Гавискон». Он назнача ется по 10 мл после кормления и на ночь. В желудке этот препарат об разует вязкий противовоспалительный гель-антацид, который плавает как плот на поверхности желудочного содержимого и предохраняет сли зистую оболочку пищевода от аспирируемого агрессивного содержимого желудка.

Детский «Гавискон» пригоден для смешивания с молочной смесью при бутылочном кормлении. Также из препаратов этой группы особое внимание заслуживают маалокс и фосфалюгель (1 – 2 пакета 2 – 3 раза в сутки, для детей старшего возраста). Высокой эффективностью при лечении ГЭР обладает смекта (по 1 пакетику 1-3 раза в сутки). Обычно препараты принимают через 40 – 60 мин после еды, когда чаще всего возникают изжога, ретростернальный дискомфорт.

Цель антисекреторной терапии ГЭРБ уменьшить повреждающее действие кислого желудочного содержимого на слизистую оболочку пи щевода. Широкое применение получили блокаторы Н2-рецепторов (ра нитидин, фамотидин). Многочисленные клинические испытания показа ли, что заживление слизистой пищевода происходит в 65 – 75% случаев при проведении 8-недельного курса терапии. Ранитидин (150 мг) и фа мотидин (20 мг) назначаются однократно вечером после ужина (не позднее 20 ч). Длительно препараты используют в половинной суточной дозе для профилактики обострений заболевания. По антисекреторному эффекту блокатор Na+, K+-АТФазы омепразол («лосек»), превосходит другие препараты. Ингибируя протонный насос, «лосек» обеспечивает выраженное и продолжительное подавление кислой желудочной секре ции. Препарат лишен побочных влияний, так как в активной форме су ществует только в париетальной клетке. «Лосек» обычно назначают в суточной дозе 10 мг в течение 3 – 4 недель и на ночь. В ряде случаев возникает необходимость назначения ингибиторов синтеза соляной ки слоты и детям раннего возраста: ранитидин («зантак») и/или фамоти дин в дозе 5-10 мг/кг на прием каждые 6 часов, причем последняя доза на ночь.

Среди прокинетиков наиболее эффективными антирефлюксными лекарственными препаратами, используемыми в настоящее время в пе диатрической практике, являются блокаторы дофаминовых рецеп торов - прокинетики, как центральных (на уровне хеморецепторной зо ны мозга), так и периферических. К ним относятся метоклопрамид и домперидон. Фармакологическое действие этих препаратов заключается в усилении антропилорической моторики, что приводит к ускоренной эвакуации содержимого желудка и повышению тонуса нижнего пище водного сфинктера. Однако при назначении церукала, особенно у детей раннего возраста в дозе 0,1мг/кг 3-4 раза в сутки мы наблюдали экста пирамидные реакции. Также нами была описана аллергическая реакция в виде отека языка и случай агранулоцитоза.

Более предпочтителен в детском возрасте антагонист дофамино вых рецепторов – домперидон (мотилиум). Данный препарат имеет вы раженный антирефлюксный эффект. Кроме того, при его применении практически не отмечены экстрапирамидные реакции у детей. Также обнаружено позитивное влияние домперидона при запорах у детей: он приводит к нормализации процесса дефекации. Мотилиум назначается в дозе от 0,25 мг/кг (в виде суспензии и таблеток) 3-4 раза в день за 30 60 минут до приема пищи и перед сном. Его нельзя сочетать с антацид ными препаратами, так как для его всасывания необходима кислая сре да и с антихолинергическими препаратами, которые нивелируют эффект мотилиума.

Перспективным препаратом для лечения дискинетических нару шений желудочно-кишечного тракта в целом и ГЭР, в частности, являет ся цизаприд (перистил, препульсид, координакс). В основе фармаколо гического действия препарата лежит стимуляция выброса ацетилхолина из пресинаптических мембран на уровне мезэнтериального нервного сплетения кишечника, тем самым, усиливая кинетику пищеварительного тракта. Младенцам и детям раннего возраста цизаприд (перистил) на значается в среднем 0,2 мг/кг за прием 3-4 раза в день. Детям старшего возраста препарат назначается в суточной дозе 15-40 мг в 2-4 приема.

В заключении еще раз хочется подчеркнуть, что лечение ГЭР, учитывая его многокомпонентность, крайне сложная задача. И для ее решения необходимо детальное обследование больного ребенка, выяс нение причин возникновения рефлюкса в каждом конкретном случае и тщательный подбор различных методов лечения.

Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки Эпидемиология язвенной болезни Актуальность проблемы ЯБ у детей определяется высокой часто той, хроническим рецидивирующим ее течением и возможностью опас ных для жизни осложнений. По данным Hижегородского HИИ детской гастроэнтерологии [2] распространенность ЯБ составляет 1,6±0,1 на 1000 детей.

У детей школьного возраста ЯБ встречалась в 7 раз чаще, чем у дошкольников (2,7 на 1000 и 0,4 на 1000 соответственно), у городских детей в 2 раза чаще, чем у сельских. При этом за последнее десятиле тие частота ЯБ у городских школьников возросла в 2,5 раза.

Установлено, что в структуре ЯБ у детей ЯДК- 81% (в том числе постлуковичная локализация составила 2,4%), реже отмечалась язвен ная болезнь желудка - 13%, а также сочетанная локализация язвенных дефектов в желудке и ДК - 6%. У 0,3% детей с ЯДК были язвы нижней трети пищевода. В целом ЯБ у девочек (53%) встречается чаще, чем у мальчиков (р<0,001), но сочетание ЯБ желудка и ДК в 1,4 раза чаще встречается у мальчиков. Пик заболеваемости ЯБ у девочек пришелся на 11 лет, у мальчиков - на 12 лет. В возрастной структуре детей с ЯБ дошкольники составили 7%, младшие школьники - 37%, старшие школьники - 56% Hаследственная отягощенность по ЯБ отмечена у 28% больных, причем при ЯДК (30%) она несколько чаще, чем при язвенной болезни желудка (23%).

У мальчиков осложнения отмечаются чаще, чем у девочек в слу чае ЯДК (при изолированной ЯДК - в 2,3 раза, при сочетании ЯБ желуд ка и ДК - в 8 раз), но реже при язвенной болезни желудка. Удельный вес осложненных форм ЯБ наблюдается у детей всех возрастных групп с одинаковой частотой. В структуре осложнений преобладают кровотече ния (80%), реже наблюдаются стенозы (11%), перфорации (8%) и пе нетрации язвы (1,5%). За последнее десятилетие осложнения язвенной болезни увеличились в 2,3 раза, а процент неудовлетворительных ре зультатов стационарного лечения вырос в 2 раза. Частота рецидивов возросла с 50% до 75%.

Из особенностей современного течения ЯБ у детей также отмече но нивелирование сезонности обострений и их бессимптомное течение у половины больных.

Эпидемиологические данные говорят о высокой частоте ЯБ у де тей, нередко тяжелом ее течении и, часто, неадекватности проводимой терапии. Последнее может быть связано с гетерогенностью самой яз венной болезни и недостаточном знании патогенетических механизмов развития.

Клинические проявления У детей раннего возраста заболевание протекает атипично. Чем моложе ребенок, тем менее специфичны жалобы.

В старшем возрасте симптоматика сходна с таковой у взрослых, но более стертая. Нередко отсутствует характерный язвенный анамнез, что объясняется отчасти тем, что дети быстро забывают боли, не умеют их дифференцировать, не могут указать их локализацию и причину, их вызвавшую.

Ведущей жалобой является боль. Выраженность этого симптома различна в зависимости от возраста, индивидуальных особенностей, со стояния нервной и эндокринной систем больного, анатомических осо бенностей язвенного дефекта, степени выраженности функциональных нарушений ЖКТ. Hередко боль локализуется в области эпигастрия, пуп ка, иногда разлитая по всему животу. В типичном случае боль становит ся постоянной, интенсивной, принимает ночной и "голодный" характер, уменьшается при приеме пищи. Появляется мойнигановский ритм боли (голод - боль - прием пищи - светлый промежуток - голод - боль...) Диспептические расстройства (изжога, отрыжка, рвота, тошнота) у детей встречаются реже, чем у взрослых. С увеличением продолжи тельности заболевания частота диспептических нарушений возрастает.

Аппетит снижен у 1/5 больных. У них может быть задержка физи ческого развития (похудание).

По мере развития язвенной болезни усиливается эмоциональная лабильность, нарушается сон из-за болевых ощущений. Возникает по вышенная утомляемость. Может развиться астеническое состояние. От мечается склонность к запорам или неустойчивому стулу. Может наблю даться гипергидроз ладоней и стоп, артериальная гипотония, изменение характера дермографизма, иногда брадикардия, что свидетельствует о нарушении деятельности вегетативной нервной системы, с преоблада нием активности парасимпатического отдела.

Выявляется обложенность языка, при пальпации болезненность в пилородуоденальной зоне. Независимо от локализации язвы у детей очень часто отмечается болезненность в эпигастрии, иногда в правом подреберье. Симптом мышечной защиты бывает редко, чаще во время сильных болей. В фазе обострения определяется положительный сим птом Менделя.

Таким образом, течение язвенной болезни у детей отличается ва риабельностью и, нередко, малосимптомностью, вплоть до бессимптом ного течения [1].

Список литературы 1. Болезни органов пищеварения у детей. Под. ред. А.В.Мазурина.

М., 1985.- 656 с.

2. Закомерный А.Г. Особенности современного течения язвенной бо лезни в детском возрасте и подходы к этапному лечению боль ных.// Тер. архив.- 1995.- т. 67.- N2.- С.23-26.

Клинические варианты течения язвенной болезни двена дцатиперстной кишки у детей По нашим данным ранний анамнез детей с ЯДК не отличается от такового у детей без гастроэнтерологической патологии. Впервые в жизни жалобы на боли в животе у наблюдаемых нами детей появлялись в возрасте от 2 до 13 лет (средний возраст - 8,63±0,33 г). До 3-х лет по явление болей наблюдалось у 6% детей, от 3-х до 7 лет - 13% детей, от 7 до 9 лет - 43%, старше 9 лет - 38%. Промежуток времени от появле ния первых болей до постановки диагноза ЯДК колебался от 1 г до лет (3,13±0,29 г), причем, в 58% случаев - в пределах от 2 до 5 лет и в 26% случаев был менее 2-х лет. В большинстве своем (72%) боли но сили несистематический характер, вне связи с приемом пищи, временем суток или физической нагрузкой и относительно реже (28%) - типич ные, "голодные" и ночные боли.

Причина первого появления болей у подавляющего большинства детей остается неустановленной. Отчетливые психотравмирующие си туации в семье могут быть выявлены у небольшого числа детей. В то же время, необходимо отметить, что почти у половины детей время первого появления болей совпадает с поступлением в школу и, следовательно, нельзя исключить, что изменение режима, характера питания, повыше ние нагрузки и, нередко, учащение стрессовых эпизодов способствова ло формированию гастроэнтерологической патологии у предрасполо женных детей.

Можно выделить два основных типа эволюции симптоматики. В первом случае, у большинства детей (82,8%), отмечается постепенное нарастание болевой симптоматики. Во втором - двухэтапная эволюция (17,2%): на первом этапе появились несильные непостоянные нелока лизованные боли, которые затем резко усилились, что послужило пово дом для обращения к врачу. В последнем случае время от нарастания болей до первого обращения к врачу не превышал 1 года.

У 10,3% детей на фоне относительно невыраженной симптоматики развилось кровотечение из язвы. При этом у 7,2% детей появилась ме лена, после чего дети были экстренно госпитализированы для обследо вания, а у 3,1% детей поводом для углубленного гастроэнтерологиче ского обследования послужило выявление железодефицитной анемии.

Перфорация язвы, как причина первого обследования у детей наблюда ется редко.

Структура основных жалоб пациентов с ЯДК при поступлении в стационар представлена в таблице 7.

Пациенты с активной ЯДК при первичном обращении достоверно чаще жаловались на боли в животе по сравнению с пациентами с реци дивом язвы (2=14,12;

р=0,0002). Интенсивность болей была выше у пациентов при первом обращении.

В активной стадии ЯДК болезненность при пальпации живота вы явлена в 88% случаев, из них в эпигастрии - у 71% детей, в пилоро дуоденальной области - в 28%, в области правого подреберья - в 15%, в области левого подреберья - 10%.

Таблица 7 Основные жалобы пациентов с ЯДК на момент поступления Жалобы активная ЯДК первое поступление рецидив диспептические симптомы 24% 19% изжога 23% 18% тошнота 11% 4% астения 15% 9% головные боли 27% 9% запоры 7% 8% разжиженный стул 5% Примечание: Все показатели - от общего числа больных.

Данные физикального обследования детей с ЯДК в зависимости от стадии заболевания приведены в таблице 8.

Таблица 8 Частота пальпаторных признаков у детей с ЯДК Симптомы активная ЯДК первое поступление рецидив пальпация живота:

болезненность 88% 66% из них:

в эпигастрии 71% 83% пилородуоденальной 28% 16% области правом подреберье 15% 11% левом подреберье 10% 11% Примечание: частота симптомов по отделам живота рассчита от общего числа пациентов, у которых пальпация живота была болезнен ной.

Полученные результаты показывают достоверно высокую частоту болезненности при пальпации живота в активную стадию. Более высо кая частота болезненности отмечена при первом поступлении по срав нению с рецидивом. При этом в случае рецидива болезненность в эпига стральной области наблюдается достоверно чаще, чем при первом по ступлении (2=6,83;

р=0,090). В то же время, болезненность в пилоро дуоденальной области наблюдается чаще при первом поступлении по сравнению с рецидивом (2=7,81;

р=0,0052) и стадией ремиссии (2=40,99;

р=0,0001). В активной стадии ЯДК и в стадии ремиссии на блюдаются болезненность в области правого подреберья, симптомы со стороны желчного пузыря, панкреатические симптомы. Характер болез ненности при этом указывает на вовлечение в процесс других органов пищеварения.

Таким образом, первые эпизоды болей в животе у 43% пациен тов появляются в возрасте от 7 до 9 лет, почти во всех случаях без яв ной на то причины. У большинства детей эти боли имеют несистемати ческий нечеткий характер. Жалобы на диспептические расстройства при первом поступлении отмечаются у 24% детей. При пальпации живота болезненность выявляется в 70% случаев, чаще - в эпигастральной об ласти.

В случае рецидива клиническая симптоматика сходна с таковой при первом поступлении, однако частота выявления указанных симпто мов была значительно ниже. При этом жалобы на боли в животе предъ являло менее 1/2 больных, а пальпация живота была болезненной у 66% детей. Обращает на себя внимание часть пациентов, у которых произошло быстрое формирование осложнений ЯДК в виде кровотече ния или перфорации. У всех детей с осложнениями клинические прояв ления были стертыми, за исключением пациента с перфорацией, у кото рого в этот момент наблюдался выраженный болевой синдром. Клиниче ские проявления ЯДК многообразны, типичная картина наблюдается не всегда, что значительно затрудняет диагностику. Боли в животе у ре бенка требуют проведения ЭГДС с целью исключения ЯДК и свовремен ного начала терапии.

Результаты эндоскопического обследования детей с язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки По данным эндоскопического исследования язва в равном числе случаев локализуется на передней и задней стенках ДК (по 40,5%), ре же, в случае множественных язв - на обеих стенках - в 19%. По нашим данным средний размер язвенного дефекта составлял 6,20±0,32 мм (от до 20 мм), число их колебалось от 1 до 3. Язва размером менее 5 мм на блюдалась в 22% случаев, 5-9 мм - в 60%, 10-14 мм - в 13% и в 5% случаев - размером 15 мм и более. Одиночные язвы встречались в 80% случаев, множественные (две и более - в 20%).

Характеристика язвенных дефектов, наблюдаемых при первом по ступлении и в случае рецидива приведены в таблицах 9, 10, 11, 12.

Таблица 9 Особенности язвенных дефектов при первом по ступлении и при рецидиве Параметр язвы Первое поступление Рецидив размер (мм) 6,67 ± 0,53 5,70 ± 0, локализация (%) передняя стенка 43% 38% задняя стенка 34% 48% обе стенки 23% 14% Таблица 10 Распределение размеров язв при первом по ступлении и рецидиве Размер язвы Частота (%) при:

первом поступлении рецидиве менее 5 мм 21 5-9 мм 57 10-14 мм 14 15 мм и более 8 Таблица 11 Распределение числа язв при первом поступле нии и при рецидиве Число язв Частота (%) при:

первом поступлении рецидиве одиночная 72 2 язвы 27 более 2-х язв 1 Достоверных различий между представленными группами выяв лено не было, хотя при первом поступлении язвенный дефект достовер но чаще локализовался на передней стенке, а при рецидиве - на задней стенке (2=4,050, p=0,0441). Кроме того, размеры язв при первом по ступлении были больше чем при рецидиве, больше было и их число, хо тя и без статистически достоверной разницы. Средние размеры язвен ных дефектов в зависимости от локализации также не различались ме жду собой (на передней стенке - 6,88±0,61 мм, на задней стенке 6,53±0,47 мм). При первом поступлении они также были несколько больше по сравнению с рецидивом (на передней стенке - 7,56±0,93 мм по сравнению с 6,00±0,62 мм, на задней стенке - 6,79±0,86 мм по срав нению с 6,31±0,46 мм).

У части пациентов с рецидивом ЯДК в желудке и в ДК наблюда лись эрозии. Их частота в желудке составила 6%, а в ДК - 12%. Зажив ление эрозий происходило параллельно с заживлением язвенного де фекта.

У больных с ЯДК, помимо язвенного дефекта, наблюдаются также другие эндоскопические изменения в пищеводе, желудке и ДК. Гипере мия слизистой оболочки терминального отдела пищевода, которая мо жет рассматриваться как проявление рефлюкс-эзофагита, была отмече на в 4% случаев активной язвы. Гиперемия слизистой оболочки ан трального отдела желудка наблюдалась в 73%, а наличие плоских вы буханий слизистой оболочки той же локализации - в 57%. Наличие тем ной желчи в просвете желудка определялось в 8% случаев, а зияние привратника - в 11%. У всех пациентов в стадии активной язвы отмеча лась гиперемия и отечность слизистой оболочки луковицы ДК, а в по стбульбарных отделах соответственно в 35% и 47% наблюдались нало жения по типу "манной крупы". Полученные данные говорят о высокой частоте гастрита и дуоденита по данным ЭГДС у пациентов с ЯДК. У час ти больных, на основании эндоскопических данных, можно предполо жить наличие гастроэзофагального рефлюкса и рефлюкс-эзофагита, а также дуоденогастрального рефлюкса. Причем, частота указанных рас стройств в стадии ремиссии не снижается, но даже несколько нарастает.

Исходами течения язвенного процесса в ДК были полное зажив ление дефекта или формирование различных рубцов и, в части случаев, рубцовых деформаций. У детей с ЯДК в стадии ремиссии рубцы обнару живались в 52% случаев. Рубцовая деформация привратника и/или лу ковицы ДК наблюдалась в 27% случаев, а деформация бульбодуоде нального перехода - в 2%. Чаще наблюдались линейные рубцы (56%), реже - звездчатые (40%). У некоторых больных наблюдались одновре менна оба вида рубца (4%).

Таким образом, в целом, типичной язвой ДК у детей можно счи тать одиночную язву на передней или задней стенке ДК размером 5- мм. При первом поступлении язвенный дефект несколько чаще локали зовался на передней стенке, тогда как в случае рецидива - на задней.

Характер распределения по размерам при первом поступлении не отли чался от такового при рецидиве.

Классификация язвенной болезни (по А.В. Мазурину) Фазы: Локализация: Форма:

1. Обострение. - Желудок. 1. Hеосложненная.

2. Неполная кли- - 12-перстная кишка 2. Осложненная:

ническая ремиссия.

- луковица 1) кровотечение, 3. Клиническая - постбульбарные отде- 2) пенетрация, ремиссия.

лы.

3) перфорация, - Двойная локализация.

4) стеноз привратни ка, 5) перивисцерит.

Функциональная характеристика:

Кислотность желудочного содержимого и моторика могут быть:

повышены, понижены и нормальными.

Клинико-эндоскопические стадии язвенной болезни 12-перстной кишки:

1 стадия - свежая язва, 2 стадия - начало эпителизации язвенного дефекта, 3 стадия - заживление язвенного дефекта при выраженном гастро дуодените, 4 стадия - клинико-эндоскопическая ремиссия.

Современные концепции патогенеза язвенной бо лезни Патогенез язвенной болезни двенадцатиперстной кишки (ЯДК) у детей остается недостаточно изученным. В связи с этим сотрудниками кафедры детских болезней N2 РГМУ (зав. кафедрой - акад. РАМН про фессор В.А.Таболин) на базе отд. гастроэнтерологии Республиканской детской клинической больницы (г. Москва, зав. отделением Л.М.Карпина, гл. врач - к.м.н. В.А.Дроздов) было проведено изучение возможных патогенетических механизмов язвообразования в ДК у де тей.

По нашим данным пилорический хеликобактер (НР) был выявлен у 87% детей с ЯДК, но у 42% детей с ХГД. Вариационный анализ вели чин НРА показал, что для детей с ЯДК по сравнению с ХГД характерно не только более высокое значение средней величины НРА (72,70±9,76 и 41,89±7,48, соответственно), но также более высокая медиана (71,05 и 26,50, соответственно), что указывает на общий сдвиг диапазона значе ний в сторону более высоких величин.

Вариационный анализ значений НРА в зависимости от возраста пациента показал более высокую частоту инфицирования (40% в груп пе детей младше 10 лет и 81% у детей 10 лет и старше;

различия дос товерны: 2=35,12;

p<0,001). Средняя величина НРА достоверно выше у старших детей (23,38±6,22 и 64,51±5,64, соответственно;

р<0,005). Ме диана в старшей возрастной группе в 13 раз выше таковой в младшей.

Примерно 1/3 первоначально неинфицированных детей с ЯДК в возрас те младше 10 лет были инфицированы в течение 3-х лет наблюдения уже на фоне течения заболевания (Рисунок 1). Полученные данные ука зывают на то, что у большинства детей младше 10 лет НР не является определяющим в патогенезе ЯДК.

При морфологическом исследовании биоптатов слизистой оболоч ки обсеменение НР чаще наблюдалось в антральном отделе желудка (87%) и намного реже - в луковице ДК (29%). При этом в луковице ДК в положительных случаях интенсивность обсеменения всегда была низ кой. Во всех случаях выявления НР в ДК там же была обнаружена желу дочная метаплазия слизистой оболочки.

На основании полученных данных можно прийти к следующему заключению. При ЯДК у детей повышенный уровень антител к НР встре чается в 87% случаев, но в 13% случаев развитие язвенного процесса не связано с геликобактерной инфекцией. При ХГД у детей повышенный уровень антител к НР наблюдается в 1/2 случаев, что указывает на меньшее значение НР в формировании патологического процесса по сравнению с ЯДК. Для ЯДК по сравнению с ХГД характерны более высо кие уровни антител и мода, значительно превышающая диагностическое значение. Инфицированность НР по данным серологического исследова ния коррелирует с возрастом: она значительно ниже у детей до 10 лет по сравнению с более старшими. Для старших детей характерны более высокие уровни антител по сравнению с младшими. Отсутствие язвы ДК у части детей с выявленным НР показывает, что присутствие НР не яв ляется достаточным условием для развития заболевания.

Были проанализированы возможные механизмы язвообразования в ДК у детей, с учетом характера желудочной кислотности, уровней га стрина и пепсиногена 1 в крови, числа гастрин- и соматостатин продуцирующих клеток в слизистой оболочки желудка и ДК.

Установлено, что повышенная желудочной кислотность, гиперпеп синогенемия и гипергастринемии у детей в активной стадии ЯДК наблю даются чаще, по сравнению со стадией ремиссии. Гиперацидность на блюдается у 35% детей в активной стадии и у 21% - в стадии ремиссии.

Гиперпепсиногенемия в активной стадии заболевания выявляется у 57% детей и лишь у 24% - в стадии ремиссии.

Достоверных различий по уровню гастрина и пепсиногена 1 в крови между пациентами с низкой и высокой обсемененностью НР ан трального отдела желудка не было выявлено (уровень гастрина в крови, соответственно, 63,57±11,49 и 56,58±11,93 пг/мл, пепсиногена 1 45,43±11,67 и 34,75±9,25 пг/мл).

Частота желудочной гиперацидности при повышенном уровне га стрина составила 76,4%, при нормальном - 20,1% (2=60,55;

р=0,0001). Таким образом, повышение гастрина в крови достоверно со четается с повышением желудочной секреции. Частота желудочной ги перацидности у пациентов с повышенным уровнем пепсиногена 1 соста вила 28,7%, а при нормальном - 16,25% (2=4,85;

р=0,0277). Досто верной корреляции между уровнями гастрина и пепсиногена 1 в крови выявлено не было (2=2,87;

р=0,0978).

Следовательно, гипергастринемия достоверно определяет харак тер кислотности желудочного содержимого, но мало влияет на секрецию протеолитических ферментов, хотя сочетание желудочной гиперацидно сти и гиперпепсиногенемии 1 наблюдается достаточно часто. Т.к. гипер пепсиногенемия 1 при обострении ЯДК встречается достоверно чаще чем желудочная гиперацидность (2=9,74;

р=0,0018), повышение внут рижелудочной протеолитической активности имеет большее значения в патогенезе язвообразования у детей по сравнению с гиперацидностью.

Примерно у половины детей (42,9%) увеличено соотношения G- и D-клеток в антральном отделе желудка. Как в группе детей с повышен ным соотношением, так и в группе детей с нормальным соотношением есть пациенты с гипергастринемией, хотя их число достоверно выше в первой группе детей. Желудочная секреция может быть повышена как у пациентов с гипергастринемией так и с нормогастринемией, но в случае гипергастринемии таких пациентов больше (Рисунок 1).

Приведенные данные позволяют сделать вывод, что изменение соотношения антральных G- и D-клеток в сторону G-клеток достоверно ассоциируется с гипергастринемией, а гипергастринемия - с гиперацид ностью. Гиперпепсиногенемия не определяется гастринемией и соотно шением исследованных эндокринных клеток.

Среди неинфицированных НР детей младше 10 лет гипереплазия гастриновых клеток наблюдалась у 13% детей. Все дети, первоначально неинфицированные НР без гиперплазии G-клеток, через 3 года наблю дения были инфицированы, и у половины из них была выявлена гипер плазия G-клеток (Рисунок 2).

На основании полученных данных можно сделать вывод, что ги перплазия гастриновых клеток может быть как изначальной особенно стью эндокринного аппарата ЖКТ, скорее всего, наследственно обу словленной, так и приобретенной на фоне инфицирования НР.

Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки Соотношение G/D-клетки в антральном отделе желудка Увеличено Нормальное 43 % 57% Гипер- Нормо Гипер- Нормо гастринемия гастринемия гастринемия гастринемия 71% 29% 28% 72% Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки Активная стадия Нормогастринемия Гипергастринемия 78% 22% Гиперацидность Нормацидность Гиперацидность Нормацидность 76% 24% 20% 80% Рисунок 1 Патогенетическая гетерогенность ЯДК у детей HP(+) HP HP+ 0 Рисунок 2 Возрастная динамика инфицирования НР детей младше 10 лет с ЯДК (наблюдение в течение 3-х лет) Обозначения: "НР+" - дети, инфицированные НР при первом об следовании, "НР-" - дети, не инфицированные при первом обследова нии, "НР(+)" - дети, инфицированные НР за период наблюдения.

Особого внимания заслуживает изучение психоневрологических особенностей в патогенезе ЯДК у детей. Более чем у 80% детей были выявлены акцентуированные черты характера и у всех - признаки де прессии, но характер депрессии различался: у 24% детей наблюдался тревожный вариант депрессии, 38% - астено-тревожный и у 38% - тре вожно-тоскливый. Формирование депресии непосредственным образом влияет на вегетативный статус пациента, способствуя развитию вегета тивной дисфункции. У большинства детей (72%) депрессия носит психо генный характер, и могла быть исходной точкой для развития вегета тивных расстройств, способствуя развитию ЯДК. У 28% больных харак тер депрессии указывал на ее вторичность по отношению к ЯДК, однако наличие депрессии замыкает патогенетический порочный круг, усугуб ляя течение основного заболевания. Однако в обоих случаях депрессия требует лечения с учетом типологического варианта.

У всех детей с ЯДК была выявлена вегетососудистая дистония, однако характер дистонии был различный. Преобладающим вариантом была ваготония с гиперсимпатикотонической реактивностью (у 1/ больных). Как ваготония, так и симпатикотония могут способствовать язвообразованию: в первом случае в связи с желудочной гиперсекреци ей (повышение активности агрессивных факторов), во втором - в связи с нарушением кровообращения в стенке желудка и ДК (снижение актив ности защитных факторов). Действительно, у детей с базальной вагото нией желудочная гиперацидность встречалась чаще по сравнению с детьми с базальной симпатикотонией (28% по сравнению с 17%, 2=3,47, р=0,0625). Таким образом, по нашим данным сочетанное влия ние вегетативной дисфункции на агрессивные и защитные факторы спо собствует прогрессированию патологического процесса.

У детей с ЯДК по данным РЭГ нарушения сосудистого тонуса были выявлены в 69% случаев, признаки компенсированной внутричерепной гипертензии по данным эхоэнцефалографии - у 21%, изменения при проведении ЭЭГ обнаружны у 54% детей. Частота указанных нарушений выше в активную стадию, но сохраняется достаточно высокой в стадии ремиссии. Полученные данные указывают на существование у большой группы детей с ЯДК резидуально-органического фона, способствующего вегетативным нарушениям и полностью не исчезающего в стадии ремис сии. Четкой связи с какими-либо факторами перинатального периода выявить не удалось, хотя отягощение течения беременности различного характера наблюдалось в целом у 32% детей с ЯДК.

На основании полученных данных основные патогенетические механизмы, принимающие участие в разитии ЯДК, могут быть пред ставлены следующим образом (Рисунок 3).

Резидуально-органический фон и/или психотравмирующие ситуа ции и/или депрессия повышенный тонус парасимпатической нервной системы желудочная гиперсекреция формирование язвенного де фекта в ДК. Длительное течение ЯДК депрессия.

G-клеточная гиперплазия как врожденная особенность пациента желудочная гиперсекреция формирование язвенного дефекта в ДК.

Колонизация НР в антральном отделе желудка у чувствительного к нему пациента развитие G-клеточной гиперплазии желудочная гиперсекреция желудочная метаплазия в ДК колонизация НР в ДК формирование язвенного дефекта в ДК.

Колонизация НР в антральном отделе желудка у чувствительного к нему пациента желудочная гиперсекреция без G-клеточной гипер плазии желудочная метаплазия в ДК колонизация НР в ДК фор мирование язвенного дефекта в ДК.

Показана также возможность язвообразования при нормальной желудочной кислотности. Механизм изучен недостаточно и, видимо, связан со снижением защитных механизмов, например, нарушением микроциркуляции кишечной стенки у пациентов с симпатикотонией.

Резидуально-органический фон Депрессия Вегетативная дисфункция Врожденная гиперплазия Ваготония Симпатикотония гастриновых клеток Вторичная гиперплазия га Желудочная гипе стриновых клеток рацидность Пилорический Желудочная метаплазия геликобактер в ДК Нарушения микро циркуляции ЯЗВЕННЫЙ ДЕФЕКТ В ДК Рисунок 3 Возможные патогенетические механизмы при ЯДК у детей На основании проведенного исследования были сделаны следую щие выводы.

1. Существует несколько патогенетических механизмов язвообра зования в ДК у детей.

2. Патогенетическая неоднородность ЯДК в детском возрасте оп ределяет необходимость разработки дифференцированного подхода к лечению.

3. Пилорический геликобактер не является обязательным патоге нетическим фактором ЯДК у детей, особенно в возрасте млад ше 10 лет.

Относительная гиперплазия гастриновых клеток может быть гели кобактер-ассоциированной и геликобаткер-неассоциированной, скорее всего, наследственно обусловленной во втором случае.

Пилорический хеликобактер История открытия H.pylori Среди многочисленных факторов возникновения хронических воспалительных заболеваний верхних отделов пищеварительного тракта в настоящее время одно из основных мест занимает инфекционный.

В течение длительного времени считалось, что слизистая оболоч ка желудка практически стерильна [21]. Бактерии, попадающие в желу док вместе с пищевыми массами, слюной в большом количестве (105 в мл), быстро погибают под воздействием соляной кислоты, лизоцима и иммуноглобулина [6]. Было также известно, что при повышении рН же лудочного содержимого на поверхности слизистой оболочки желудка наблюдается рост микроорганизмов. Однако наличие микробов счита лось не причиной, а следствием гипохлоргидрии [25]. Различные пред ставители микрофлоры часто выделялись из некротических масс дна язв, но их значение в этиологии и патогенезе язвенной болезни не при знавалось [5, 24]. Некоторые исследователи допускали возможность микробной природы возникновения острого гастрита, но предпочтение отдавали микроорганизмам, поражающим желудок гематогенным путем [3, 31, 38].

В 1893 г G.Bizzozero [7], а спустя 3 года H.Salomon [34] впервые описали спиральные микроорганизмы, располагающиеся в толще слизи и на поверхности слизистой оболочки желудка кошек и собак, которых они назвали “желудочными спириллами”. Присутствие “спирилл” на по верхности слизистой оболочки желудка человека подтвердили, в своих работах W.Krienitz (1906) [20] и E.S.Rosenow и A.H.Sanford (1915) [33].

В 1938 году J.L.Doenges [11] обнаружил спириллы в 42% из 242 нек ропсий желудка, но из-за аутолиза, сделавшими препараты непригод ными для гистологической диагностики, заключение не было сделано.

A.S.Fredberg и L.E.Barron в 1940 г при исследовании желудков, резеци рованных по поводу язвенной болезни, в 37% обнаружили на поверхно сти слизистой оболочки извитые микроорганизмы [15]. Они отмечали, что “спириллы” заселяют ткань в области “доброкачественных и злока чественных” язв. Эти микроорганизмы определялись с помощью импрег нации серебром, но их культивирование было неудачным. Однако, в 1954 году E.D.Palmer [27], исследовал 1040 желудочных операционных биопсий (не применяя серебрения) и не нашел спиралевидных орга низмов. После этого он сделал вывод, что “желудочные спириллы” по падают на поверхность слизистой оболочки желудка через рот и раз множаются только на регенерирующих участках эпителия. С тех пор из витые микроорганизмы на слизистой оболочке желудка уже не привле кали внимания исследователей и описывались в литературе в виде курьезных наблюдений [19].

С начала 60-х годов стала стремительно развиваться фиброволо конная эндоскопия, появилась возможность производить прицельную биопсию из измененных участков слизистой оболочки. H.W.Steer в году вновь описал обнаруженные им у больного гастритом спиралевид ные организмы, находящиеся в тесном контакте со слизистой оболочкой антрального отдела желудка [35]. Однако выделить и культивировать их ему не удалось.

Переломный момент во взглядах на природу воспалительных за болеваний верхних отделов пищеварительного тракта произошел после опубликования в 1983 г. австралийскими учеными B.J.Marshall и J.R.Warren [39] результатов своих исследований. Эти исследователи су мели выделить и культивировать спиралевидные микроорганизмы со слизистой оболочки желудка больного, страдающего гастритом. Даль нейшие исследования свойств открытого ими микроорганизма позволи ли отнести его к роду Campylobacter по ряду сходных с представителями этого рода свойств. Новый микроорганизм был обнаружен на поверхно сти слизистой оболочки желудочно-кишечного тракта (другие предста вители этого рода обитают на поверхности слизистой оболочки тонкой или толстой кишки). Так же как и другие кампилобактерии – желудоч ный - являлся микроаэрофильным, грамотрицательным, каталазо- и ок сидазоположительным микроорганизмом [5, 39]. Однако, в отличие от других представителей рода Campylobacter, “бактерии Варрена” не гид ролизовали гиппуратов, не восстанавливали нитратов, были устойчивы к действию налидиксовой кислоты [6, 26, 29]. Отличительной особенно стью этого микроорганизма является выделение большого количества уреазы. Новый микроорганизм, который первоначально получил назва ние CLO (Campylobacter Like Organism), отвечал всем постулатам Коха, для признания его причиной развития воспалительной реакции слизи стой оболочки желудка и двенадцатиперстной кишки:

Этот микроорганизм был обнаружен в биоптатах слизистой обо лочки желудка у больных с гастритом или язвенной болезнью.

Его смогли выделить в чистом виде из биоптата слизистой оболоч ки желудка человека, страдающего гастритом и культивировать in vitro.

Третий постулат Коха доказал на себе один из первооткрывателей CLO - B.Marshall. Он выпил чистую культуру, полученную от больного гастритом, содержащую 106 микроорганизмов. Уже на 7 день появились первые признаки диспепсии, а на 10 день у B.Marshall определялись все признаки гастрита, который был подтвержден эндоскопически и гисто логически [26].

Новый микроорганизм был включен в международную таксономию бактерий в 1985 году под именем Campylobacter pyloridis [1]. Позднее, в 1987 году, он был переименован в Campylobacter pylori [32]. Выделение этого микроорганизма доказало несостоятельность теории о стерильно сти слизистой оболочки желудка. Однако его значение в патогенезе пептических заболеваний вызывало определенный скептицизм среди ученых.

Проводимые, в дальнейшем, многочисленные исследования пока зали, что Campylobacter pylori значительно отличается по своим свойст вам от других представителей рода Campylobacter. В 1989 году Goodwin C.S. с соавт [14]. продемонстрировали, что эта бактерия генетически не принадлежит к роду Campylobacter и назвали ее Helicobacter pylori по особенностям роста in vivo, по общим принципам культивации и по мес ту локализации.

H.pylori представляет собой небольшую извитую бактерию, оби тающей только в желудке человека. H.pylori является истинным патоге ном, поскольку вызывает воспаление, хотя среди инфицированных лю дей встречается и бессимптомное течение заболевания [30]. Патоген ность этого микроорганизма обеспечивается многими факторами. Высо кая подвижность H.pylori рассматривается как важнейший фактор виру лентности. Благодаря спиралевидной форме и наличию 4-6 концевых флагелл H.pylori способны быстро проникать через желудочную слизь и располагаться на поверхности слизистой оболочки желудка [10,12].

Другим важным фактором вирулентности является высокая адгезивная способность H.pylori к клеткам эпителия слизистой оболочки желудка, которая ассоциируется с дегенеративными изменениями эпителиальных клеток [17]. H.pylori способны продуцировать и высвобождать большое количество ферментов (уреаза, каталаза, муциназа, липаза, фосфоли паза А2 и гемолизины) и токсинов, таких как вакуолизирующий токсин (VacA), 120-128 кДа цитотоксин ассоциированный протеин (CagA), которые способствуют быстрой деструкции эпителиальных клеток с разрушением субэпителиальных тканей и экстрацеллюлярного матрикса [8, 11, 15, 16, 28, 36, 37].

В настоящее время известно более 19 видов представителей рода Helicobacter, обнаруживающиеся у различных животных и птиц (Таблица 12). Некоторые из них могут иметь нескольких хозяев. На поверхности слизистой оболочки желудка человека кроме H.pylori нередко опреде ляются H.cinaedi и H.heilmanii. Местом постоянного обитания этих мик роорганизмов является слизистая оболочка кошек и собак. При попада нии этих микроорганизмов в желудок человека, они могут участвовать в развитии острой воспалительной реакции. Однако, в отличие от H.pylori, они легко выводятся из организма при проведении адекватного лече ния. Другие виды рода Helicobacter встречаются у человека намного реже или не встречаются вообще [4].

Проводимые во многих странах исследования показали, что при длительном взаимодействии H.pylori со слизистой оболочкой желудка, развивается атрофия последней. Дальнейшие изменения слизистой обо лочки могут привести к развитию злокачественных новообразований. В 1994 году H.pylori был признан канцерогеном 1 класса [18].

Изучение H.pylori, его свойств, влияние на развитие патологиче ских процессов в организме хозяина продолжается уже более 15 лет. За это время были определены основные способы диагностики этого мик роорганизма, аспекты эпидемиологии, методы лечения заболеваний, связанных с H.pylori-инфекцией. Однако, прогресс не останавливается на месте. В диагностике появляются все более чувствительные и специ фичные методы, арсенал лекарственных препаратов пополняется новы ми формами. Разрабатываются способы профилактики инфекции хели кобактериоза с помощью различных вакцин.

Таблица 12 Таксономия бактерий рода Helicobacter Заболевания у Название Хозяин Локализация человека Acinomix Гепард Желудок Billis Мышь Печень Bizzozoro Собака Желудок Canis Собака Желудок Cinaedi Человек, кошка Желудок Артриты Felis Кошка, собака Желудок Fenneliae Человек Кишечник Колит, энтерит Heilmanii (Gastro- Человек, кошка, Желудок Гастрит spirillum hominis) собака Hepaticus Мышь Печень Muridarum Мышь, крыса Кишечник Mustelae Хорек Желудок Nemestrinae Макаки Желудок (Gastrospirillum hominis 1) Pamatensis Домашние птицы, Желудок свиньи Pullorum Домашние птицы, Желудок свиньи Pylori Человек Желудок Гастрит, ЯБ, рак Rappini Человек, собака, Желудок, Колит, энтерит овцы кишечник sp.Bird В Птицы Кишечник sp.Bird С Птицы Кишечник sp.srtain Mains Человек Кишечник Артриты CLO»-3 Человек Кишечник Проктиты Список литературы 1. Аруин Л.И., Григорьев П.Я., Исаков В.А., Яковенко Э.П. Хрониче ский гастрит. Амстердам, 1993.-С.161.

2. Аруин Л.И.;

Смотрова И.А.;

Ильченко А.А. // Campylobacter pylori при язвенной болезни / Арх. патологии. -1988.- №2. - С.13-18.

3. Болезни органов пищеварения у детей. Руководство для врачей/ под ред. А.В.Мазурина// М. - 1984.- С.263-334.

4. Иваников И.О.;

Кудрявцева Л.В.;

Щербаков П..Л. и др.

Особенности эпидемиологии и профилактики пилорического хеликобактериоза Мат. Науч.-практ. Конф, посв. 30-летию учеб но-научного центра Медицинского центра Управления делами Президента РФ.- М.- 1998.- С.63- 5. Коровина Н.А.;

Спирина Т.С.;

Левицкая С.В. и др. Эндоскопиче ские и микробиологические параллели при гастродуоденальном кампилобактериозе // Патология системы пищеварения.- М. 1988.- С.27-32.

6. Логинов А.С.;

Аруин Л.И.;

Смотрова И.А. // Значение Campylo bacter pylori в этиологии гастрита и язвенной болезнью Клин.мед. - 1987.- №8. - С.20-25.

7. Bizzozero G. Uber die schlauchformigen Drusen den Magen-Darms Kanals und die Besichungen ehres Epithelis zu dem oberflachenepitel der Scheimhcuit// Arch. Mikr. Anat. - 1893. - Bd.42. - s.83-96.

8. Bode G., Malfertheiner P., Lehnhardt G., Nilius M., Ditschuneit H.:Ultrastructural localization of urease of Heticobacter pylori. Med Microbiol Immunol (BerI) 1993, 182:233-242.

9. Doenges J.L. Spirochetes in gastric glands of Macaques rhesus and humans without definite history of related disease // Proc.exp. Med.

Biol. - 1938. - P.536-42.

10. Dunn B.E.;

Pathogenic mechanism of Helicobacter pylori (in Gastro enterology in North America - 1993.- v.22.- p. 43-57.

11. Eaton K.A.;

Morgan D.R.;

Krakowka S.;

Campylobacter pylori viru lence factors in gnotobiotic piglets.//Infect.Immun.- 1989.- v.57. p.1119-1125.

12. Eaton K.A., Krakowka S.: Effect of gastric pH on urease-dependent colonization of gnotobiotic piglets by Helicobacter pylori. Infect.

Immun. 1994,62:3604- 13. Freedberg A.S.;

Barron L.E. The pretence of spirochetes in human gastric mucosae //Am.J.Dig. Dis. - 1940.- v.7.- p.443-45.

14. Goodwin C.S.;

Armstrong J.A. et al.;

Transfer of Campylobacter pylori and Campylobacter mustelae to Helicobacter gen.nov. as Helicobacter pylori comb. Nov and Helicobacter mustelae comb. Nov, respectively //Int.J.Syst.Bacteriol. - 1989.-v.39.- p.397-405.

15. Grabtree J.E., Farmery S.M., Lindley I.J.D., Figura N., PeichI P., Tompkins D.S.: CagA/cytotoxic strains of Helicobacter pylori and interleukin-8 in Gastric epithelial cells. / J. Clin. Pathol. 1994, 47:945 950.

16. Grabtree J.E.,Taylor J.D.;

Tompkins D.S.;

et al.;

Mucosal recognition of H.pylori 120 kDa protein, peptic ulceration, and gastric pathol ogy.// Lancet.- 1991.- ii.p.332-335.

17. Hessey S.J., Spenser J. et al.;

Bacterial adhesion and disease activity in Helicobacter associated chronic gastritis.//Gut.- 1990.- v.31. p.134-38.

18. IARC Monographs on the evolution.

19. Ito S.;

Heidel U.S.;

Cody C.F. Handbook of physiology, Section 6:

Alimentary canal, V.2. - Washington 1967.- p.705-41.

20. Krienitz W. Uber das Auftreten von spirocheten vershiedener form im Mageninhalt bei Carcinoma Ventriculi // Dtsch.med.Wschr. - 1906. Bd.22. - s.872-82.

21. Malfertheiner P.;

Bode G.;

Staneescu A.;

Ditchuneit H. / Campylo bacter pylori bei ulcus duodeni - ein Begleithpnomen oder eine Kausale Assotiaton. - Z. Gastroenterol. - 1987.- Bd.25.-S.112-18.

22. Marshall B., Armstrong J., McGechie D., Glancy R. Attempt to fillfill Koch's postulates for pyloric Campylobacter. - Med. J.Australia. 1985. -v.l42. -p.436-439.

23. Marshall B.J;

Warren J.R. Unindentified curved bacilli in the stomach of patients with gastritis // Lancet. - 1983.- v.1. - p.1273-75.

24. Mc.Nulty C.A.M.;

The treatment of Campylobacter in men // J.Antimicrobial in chemiotherapy. - 1987. -v.19.-P.367-68.

25. McNulty C.A.M.;

Wise R. // Gastric microflora (editorial) // Brit.Med.J.

- 1985. - V.291. -P.367-68.

26. Oderda G.;

Forni M. et al./ Campylobacter pylori a patologia gastro duodenale nel bambino// Ped. Med.Chir. - 1988.- №10.- p.19-24.

27. Palmer E.D. Investigation of the gastric mucous spirochetes of the human// Gasroenterol. - 1954. - v.27. - p.218- 28. Perez-Perez G.l., Gower C.B., Blaser M.J.: Effects of cations on Helicobacter pylori urease activity, release, and stability. Infect.

Immun. 1994, 62:299-302.

29. Rathabone B.J. et al. // Campylobacter pyloridis - a new factor in peptic ulcer disease? //Ibid.- 1986.-v.27.- p.634-41.

30. Rauws E.A.J.;

Lagenberg W. Et al.;

Campylobacter pyloridis - associ ated chronic active antral gastritis.//Gastroenterology - 1988.- v.94. p.33-40.

31. Remmele W. Magen in patology. Berlin. - 1984.- Bd.2. - S. 141-229.

32. Romaniuk P.J. et.al. /Campylobacter pylori, the spiral bacterium as sociated with human gastritis, is not a true Campylobacter sp.// J.Bacteriol.- 1987.- v.169.- p.2139-41.

33. Rosenow E.S.;

Sanford A.N. The bacteriology of ulcer of the stomach and duodenum in men// J.Inf.Dis. - 1915. - v.17. - P.210.

34. Salomon H. Uber das spirilliam des Sangetiermagens und sein ver halten zu den Belegzellen// Zbl. Bact. - 1896.- Bd. 19. - s.433-42.

35. Steer H.W. Ultrastructure of cell migration through the gastric epithe lium and its relationship to bacteria// J.Clin.Path. - 1975.- v.28. p.639.

36. Wadstrom T., Felipe A., Ljungh A., LeIwala-Guruge I., Ringner M., Utt M., Valkonen К.: Helicobacter pylori adhesins. Eur. J. Gastroenterol.

Hepatol. 1993,5 (Suppl2):S12-S15.

37. Wagner S., Beil W., Mai U.E.H., Bokemeyer C., Manns M.P.:

Interaction between Helicobacter pylori and human gastric epithelial cells in culture: effect of antiulcer drugs. Pharmacology 1994, 49:226-237.

38. Wanke M. Special patologische anatomy. Berlin. - 1971.- Bd.2. S.117-867.

39. Warren J.R., Marshall B.J. Unindentified curved bacilli on gastric epi thelium in chronic gastritis // Lancet. - 1983.- v.1. - p.1273-75.

Эпидемиология хеликобактериоза Исследования, посвященные изучению проблем эпидемиологии хеликобактериоза, немногочисленны.

Helicobacter pylori, являясь источником инфекционного процесса, соответствует всем постулатам Коха, определяющим свойства микроор ганизма-возбудителя заболевания.

Источником, или естественным резервуаром, хеликобактериоза является зараженный человек. Это доказал еще в 1985 г. B.Marshall [28], у которого развился острый гастрит, после того, как он выпил рас твор с культурой H.pylori, полученной от 65 летнего больного хрониче ским гастритом и содержащий 106 бактерий. В первые 6-8 дней после заражения (“инкубационный период”) никаких клинических проявлений заболевания не обнаруживалось, на 7 день появились диспептические явления и боли. Эндоскопические признаки гастрита определялись уже на 10-ый день после заражения. Факт заражения, при приеме культуры H.pylori были подтверждены при последующих исследованиях как у лю дей, так и у ряда лабораторных животных (особенно показательны ис следования с заражением человекообразных обезьян) [16, 29]. Однако заселение слизистой оболочки желудка H.pylori не всегда вызывает развернутую картину хронического гастрита. Иногда заболевание носит смазанный (латентный) характер, или принимает характер носительст ва. Носительство у практически здоровых людей возможно связано с заселением их слизистой оболочки слабовирулентными штаммами, или уменьшением количества рецепторов на поверхности желудка, способ ствующих адгезии микроорганизма [23, 33].

Инфекция Н.pylori широко распространена во всем мире, около 60% населения земного шара инфицированы этим микроорганизмом [15]. D.Y.Graham назвал H.pylori наиболее часто встречающейся ин фекцией, наряду с Streptococcus mutans, вызывающим кариес [21]. Она является основной причиной хронического гастрита. H.pylori определя ется у 95% больных с язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки, у 70-80% с язвенной болезнью желудка, у 50% больных с неязвенной диспепсией. Инфицированность H.pylori в четыре раза повышает риск развития язвенной болезни [18]. Ретроспективные исследования пока зали взаимосвязь инфекции H.pylori и рака желудка, в том числе вклю чая лимфому желудка [26]. Риск развития рака желудка, ассоциирован ного с H.pylori, достигает 70% в индустриальных районах и 80% в сель ской местности [19]. В последнее время проводятся исследования, по казывающие взаимосвязь между инфекцией H.pylori и поражением дру гих органов и систем, в частности, обсуждается влияние этого микроор ганизма на развитие коронарной болезни сердца [30].

Исследуя свойства H.pylori, можно предположить, что заселение человека этим микроорганизмом произошло в незапамятные времена.

Одновременно с заселением ротовой полости, кожи, кишечника, влага лища происходило и заселение слизистой оболочки желудка. Устойчи вость H.pylori к агрессивным условиям желудка, иммунной реакции макроорганизма, возможность воздействия на изменение кислотности среды показывают, что хеликобактерии приспособлены к длительной (до десятилетий) жизни в желудке. Поэтому его вполне резонно рас сматривать в первую очередь как симбионта. Изменение экологии внешней среды, различные социальные факторы (частые стрессы, куре ние и т.п.) привели к изменению внутренних структур макроорганизма, мутациям H.pylori с образованием новых штаммов с более агрессивными свойствами, которые и явились по отношению к человеку патогенами [14].

На распространенность хеликобактериоза огромное влияние ока зывает социально-экономические условия проживания. Исследователя ми многих стран наглядно показана прямая зависимость инфицирован ности населения от общего экономического уровня развития страны, со блюдения санитарно-гигиенических норм: чем выше социальный уро вень жизни населения, тем ниже инфицированность. В 1994 г. амери канскими исследователями было показано, что HP не определяется в семьях, годовой доход которых превышает 70 тыс. долларов [37]. При исследовании распространенности HP в Бразилии было показано, что обсемененность этими микроорганизмами достигает 96,7% в семьях, ко торые пользуются сырой водопроводной водой, проживают более 1 че ловека в комнате и годовой доход в которых на члена семьи составляет менее 5.000 US $ [35]. По нашим данным в России нет выраженной за висимости уровня обсемененности в зависимости от социального или материального положения пациентов. Однако в семьях с большим коли чеством детей, проживающих в густонаселенных квартирах или домах, без достаточных бытовых удобств (канализация, отопление, горячего водоснабжения) инфицированность H.pylori на 30-40% выше.

Частота инфицирования с годами прогрессивно увеличивается.

Однако это не всегда объясняет распространенность H.pylori. На сте пень инфицирования населения разного возраста, проживающего в одинаковых социально-экономических условиях оказывает эффект воз растных когорт - люди, рожденные в один год (возрастная когорта), имеют определенный риск заражения H.pylori, а для другого поколения этот риск иной [12, 42]. Этим можно объяснить снижение частоты ин фицирования H.pylori за последние десятилетия в некоторых странах.

Так, у жителей Японии инфицированность 30-40 летнего населения со ставляет 61%, у 20-30 летних – 31%, а инфицированность японцев мо ложе 20 лет составляет 11% [20].

Инфицирование H.pylori в подавляющем большинстве случаев происходит в детском возрасте [12, 36].

Степень обсемененности хеликобактериями у детей школьного возраста в среднем составила 4,2% в Бельгии, 28,9% в Италии, 56% на островах Океании, 80,6% в Бенине, 84% в Индии, странах Восточной Европы от 63% в Чехии до 96% в Албании.

Значение этнического фактора в распространенности HP инфек ции не доказано. Так, у детей-турков, проживающих на юге Турции и в Германии, уровень обсемененности соответственно составил 72% и 64% [22, 40].

В России уровень инфицированности детей хеликобактериями оп ределяется в пределах 60-70%.

Эпидемиологические исследования, проводимые в разных регио нах России показали приблизительно равную инфицированность H.pylori у детей. В Москве (обследовано 2650 человек) у детей, проживающих в районах высокой антропогенной загрязненности, распространенность H.pylori составила 69% [2], в Омске (всего обследовано 183 человека) 75% [5], В Минске (обследовано 2848 человека) - в среднем 52% [5].

Такая высокая степень обсемененности H.pylori у детей различных ре гионов России может объясняться тем, что исследования на наличие этого микроорганизма проводились (в силу их дороговизны, сложности проведения) преимущественно у детей с различными гастроэнтерологи ческими жалобами. При обследовании детей, независимо от наличия диспепсии или болей в животе, количество H.pylori-положительных оп ределяется значительно реже [1,3].

Мы определяли единичные Helicobacter pylori на поверхности сли зистой оболочки желудка у двухмесячного ребенка, а у 9-ти месячного ребенка определялась выраженная степень инвазии хеликобактериями [10]. Среди 5-6 летних детей инфицированность хеликобактериями со ставила 40-45%, а к 14-15 годам инфицированность уже достигает уровня взрослого и сохраняется в пределах 65-70%. Об этом же упоми нают и другие авторы, отметившие значительное увеличение уровня инфицированности и появления большего количества штаммов, устой чивых к проводимому лечению, у больных старше 18 лет [17].

Пути передачи H.pylori окончательно не установлены. Обнаруже ние специфических антител к H.pylori в крови новорожденных детей [34] позволило предположить трансплацентарный путь передачи хели кобактерной инфекции, однако, в дальнейшем, эта гипотеза не нашла подтверждения. Снижение титров специфических антител с возрастом ребенка подтверждает проницаемость плацентарного барьера только для этих антител [17].

Наиболее изученным и определенным является контактный путь передачи инфекции от человека к человеку. Чаще всего инфицирование хеликобактериями происходит между членами семьи орально-оральным путем или через предметы личной гигиены. Это подтверждается тем фактом, что H.pylori были выделены из зубного налета [6, 39]. Чаще инфицируют друг друга супруги [41], подтверждая предположение B.Marshall о передаче инфекции через поцелуи. Детям родители пере дают HP также при поцелуях, или при пользовании одними столовыми приборами, "облизывании" сосок грудных младенцев и т.п. Как правило, все члены семьи бывают поражены одним и тем же штаммом H.pylori [27]. Однако имеются сообщения, что в одной семье могут одновремен но персистировать до 2 штаммов микроорганизмов у разных супругов.

При этом передача микроорганизма происходит чаще от родителей к де тям, чем обмен между братьями и сестрами [32]. В семьях, имеющих 2 и более детей, распространенность и степень инвазии HP выше, а стойкая эрадикация наступает только в случае лечения всех членов семьи от H.pylori [39]. При обследовании семей в Архангельске (33 семьи) [9] H.pylori у всех членов выявлялся в 8 семьях, в 21 семье инфицирован ными оказались как минимум - по 2 человека. H.pylori не определялся только в 4 семьях. В Новосибирске было обследовано 43 семьи: H.pylori обнаруживался у 29,2% детей 6-10 лет, у 59,4% детей 11-18 лет, у 81% матерей и 91,1% отцов [7]. При обследовании в Астрахани 60 семей де тей, страдающих H.pylori-ассоциированными заболеваниями, микроор ганизм обнаружен у всех обследованных [8].

Чаще заражаются HP инфекцией гастроэнтерологи, эндоскописты, стоматологи имеющие, по роду работы дело с зараженными людьми [27, 32]. На основании наших исследований передача хеликобактериоза мо жет осуществляться и через эндоскопическую аппаратуру и зонды, с помощью которых проводятся различные инвазивные исследования ор ганов пищеварения, при их недостаточной обработке. При взятии смы вов с рабочей поверхности аппаратов после их недостаточно тщатель ной обработки, по нашим данным, определялся интенсивный рост Heli cobacter pylori. Многие авторы указывают инфекцию H.pylori как про фессиональную вредность с риском развития онкологических заболева ний у медицинских работников, наиболее тесно соприкасающихся с этим микроорганизмом (эндоскописты, микробиологи) [31, 32].

Другим возможным путем заражения хеликобактериозом может быть фекально-оральный. Имеются сведения о существовании кокковых форм HP, в которые микроорганизм переходит при воздействии различ ных неблагоприятных условий. Кокковые формы хеликобактерий были обнаружены исследователями в испражнениях африканских детей [13].

В Перу инфицированность населения, проживающего вдоль рек выше, чем в других районах страны, а также имеется различная степень инфи цированности у жителей речных районов: чем ниже по течению, тем чаще выявляется H.pylori, что также косвенно подтверждает возмож ность этого пути передачи [25]. Имеется указания ряда авторов, что H.pylori могут переносить некоторые домашние животные собаки или кошки, в организме которых были найдены микроорганизмы, очень сходные по своему строению с H.pylori [24], однако сведений, позво ляющих считать хеликобактериоз зоонозной инфекцией недостаточно. В наших исследованиях в фекалиях детей и домашних животных (кошек и собак), проживающих с ними были выделены вирулентные формы мик роорганизмов рода Helicobacter, идентичные заселяющим слизистую оболочку желудка у этих же детей.

Влияние каких-либо природных факторов на распространенность HP инфекции не замечено. Заболевания хеликобактериозом не носят выраженный сезонный характер, хотя отмечается увеличение обраще ния детей школьного возраста с жалобами на боли в животе, связанные с HP-инфекцией, в осенне-весенний период. Это можно объяснить засе лением слизистой оболочки желудка детей новыми патогенными штам мами HP в начале учебного года при тесном общении между школьника ми в закрытых коллективах (в пределах одного класса, группы), осо бенно у детей, постоянно проживающих в закрытых коллективах (дет ские дома) [11]. Изучение распространенности хеликобактериоза среди различных групп населения, путей его передачи позволяет рассматри вать хеликобактериоз как инфекционное заболевание, носящее харак тер эпидемии.

Список литературы 1. Бельмер С.В., Гасилина Т.В., Зверков И.В. и соавт. Пилорический хеликобактер и язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки у детей разного возраста. // Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии и колопроктологии, 1997, том VII, N 5, приложение N 4, с 187.

2. Климанская Е.В., Возжаева Ф.С., Новикова А.В., Шевцова Г.В.

Клинико-эпидемиологическое наблюдение при хроническом гаст родоудените у детей, проживающих в условиях мегаполиса. // Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии и колопрокто логии, 1997, том VII, N 5, приложение N 4, с 3. Корсунский А.А., Раба Г.П., Ругаева Л.П. Результаты обследования на Helicobacter pylori детей коренных народностей Севера, прожи вающих на о. Сахалин.// Материалы VIII тематич. Сессии Россий ской группы по изучению H.pylori - Уфа.- 1999.- с. 21- 4. Мараховский К.Ю., Мараховский Ю.Х. Гастродуоденальная пато логия, ассоциированная с Helicobacter pylori, в детском возрасте.

// Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии и коло проктологии, 1997, том VII, N 3, с 62-68.

5. Новикова Л.Д., Метальникова Г.А., Мальков П.Г. Экологические аспекты формирования хронического гастрита у детей. Материалы V сессии Российской группы по изучению Helicobacter pylori, Омск, 1997, с 44-45.

6. Пасечников В.Д. Полимеразная цепная реакция в диагностике H.pylori-ассоциированных заболеваний// в кн. Диагностика и ле чение заболеваний, ассоциированных с H.pylori М.-1998.- с.8- 7. Решетников О.В., Курилович С.А., C.Granberg и соавт. Серодиаг ностика хеликобактериоза в семьях Новосибирска. // Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии и колопроктологии, 1997, том VII, N 5, приложение N 4, с 234.

8. Синчихин К.П., Филин В.А., Челноков М.М. и соавт. Эпидемиоло гия семейного геликобактериоза. // Российский журнал гастроэн терологии, гепатологии и колопроктологии, 1997, том VII, N 5, приложение N 4, с 9. Филатов А.Э., Сапожников В.Г. Семейная инфицированность при Helicobacter pylori-ассоциированных формах гастродуоденитов у детей. Материалы V сессии Российской группы по изучению Helicobacter pylori, Омск, 1997, с 44-45.

10. Щербаков П.Л. Значение пилорического кампилобактериоза в по ражении верхних отделов пищеварительного тракта у детей.- Ав тореф. дисс... к.м.н. -М.1991- С.14.

11. Щербаков П.Л., Выхристюк О.Ф., Самсыгина Г.А., Кудрявцева Л.В./ Хронический гастродуоденит у детей из социально неблаго получных условий// Материалы VIII тематич. Сессии Росссийской группы по изучению H.pylori - Уфа.- 1999.- с.75- 12. Banatvala N., Mayo K., Megraud F. et al. The cohort effect and Helicobacter pylori. // J. Infect. Dis., 1993, V. 168, 219- 13. Benanssa M., Babin P., Quellard N. et al. Fine structure and antigens of coccoid forms of Helicobacter pylori. EHPSG Vlll-th international workshop 1995.-Edinburg, Scotland- Abstracts-on-disk (TM) from Astra/Merck 14. Blaser M. Нelicobacter pylori: Costs of commensalism(state of the art lecture)//6-th United European Gastoenterology Week,- 18-23 Octo ber -1997, Abstracts-on-disk 01. 15. Cave D.R. How is Helicobacter pylori transmitted? // Gastroenterology, 1997, V. 113 (Suppl.), s9-14.

16. Euler A.R., Zurenko G.E., Мое J.B. et al. Evaluation of two monkey species (Macaca mulatta and Macaca fascicularis) as possible models for human Helicobacter pylori disease. - J. Clin. Microbiol.- 1990. v.28.- p.2285-2290.

17. Fontham E.T.;

Ruiz B.;

Perez A.;

Hunter F.;

Correa P.-Determinants of Helicobacter pylori infection and chronic gastritis.-Am. J. Gastro enterol. -1995.- Jul. 90(7). -P 1094-101.

18. Forman D., Webb P., Parsonnet J: Helicobacter pylori and gastric cancer. Lancet 1994, 343:243-244.

19. Forman D: The prevalence of Helicobacter pylori infection in gastric cancer. Aliment. Pharmacol. Ther. 1995, 9(Suppl 2):71- 20. Goto T., Haruma K., Kamata T. et al. Marked decrease of Helicobacter pylori infection in asymptomatic children in Japan. // Gut, 1996, V. (Suppl. 2), A 21. Graham D.Y. Can therapy ever be denied for Helicobacter pylori infection? // Gastroenterology, 1997, V. 113 (Suppl.), p113- 22. Graham D.Y. The epidemiology ofHelicobacter pylori in Peruvian chil dren between 6 and 30 months of age. -Am. J. Gastroenterol.- - Dec.

89(12).- P 2196-200.

23. Haas.R., Leying H., van Putten J.P. Cloning of a Helicobacter pylori Flagellin Gene and Constriction of a Non-flagellated mutant by trans formation-mediated allelic exchange. -in:Gasbarini G., Pretolani S.

(Eds) Basic and clinical aspects of Helicobticter pylori infection Springer-Verlag Berlin Heidelberg.- 1994.- p.183- 24. Handt L.K., Fox J.G., Dewhirst F.E., Fraser G., Paster B., Van L.L., et al. Helicobacter pylori isolated from the domestic cat: Public health implications. Infect Immun 1994, 62:2367-2374.

25. Hulten K., Han S.W., EI-Zaatari F.A.K. et al. Detection of Helicobac ter Pylori in Peruvian water sources by two PCR assays based on in dependent genes EHPSG Vlll-th international workshop 1995. Edinburg, Scotland- Abstracts-on-disk (TM) from Asira/Merck 26. Kikuchi S., Wada 0., Nakajima T., Nishi T., Kobayashi 0., Konishi T., et al.: Serum anti Helicobacter pylori antibody and gastric carcinoma among young adults. Cancer 1995, 75:2789-2793.

27. Kosik, Kordecki, D. Pilecka Is Helicobacter Pylori Infection an Occupa tional Hazard Jor Medical Staff? / 5-th United European Gastoenterol ogy Week,- 2-6 November -1996, Abstracts-on-disk P 14 28. Marshall B., Armstrong J., McGechie D., Glancy R. /Attempt to fulfill Koch's postulates for pyloric Campylobacter.// - Med. J.Australia. 1985. -v.l42. -p.436- 29. Marshall B.J., Experimental models in vivo for Campylobacter pylori. Gastroenterol. Clin. Biol. - 1989.- v.l3.- p.50B-52B 30. Mendall M.A., Goggin P.M., Molineaux N., Levy J., Toosy T., Strachan D., et al;

Relation of Helicobacter pylori infection and coronary heart disease. Br. Heart J. 1994, 71:437-439.

31. Mitchell H.M., Lee A., Carrie J. Increased incidence of Campylobacter pylori in gastroenterologists: futher evidwnce to support person to person transmission of C. pylori.- Scand. J. Gastroenterol. -1989. v.24. -p.396- 32. Mitchell H.M., Lee A. Bohan T.D. Evidence for person-to-person spread of Campylobacter pylori - in: Rathbone B.J., Heatley R.V.

(eds) Campylobacter pylori and gastroduodenal disease.- Blackwell. Oxford, 1989.- p. 197- 33. Morgan D.D., Clayton C. Kleanthous H. Molecular fingerprinting of Helicobacter pylori: an evaluation of methods/ -in: Gasbarini G., Pretolani S.(Eds) Basic and clinical aspects of Helicobacter pylori in fection //Springer-Verlag Berlin Heidelberg.-1994.- p 206- 34. Ning Leel, Kiu-kwong Chuo et al. The seroprevalence of Helicobacter pylori in expectant mothers and their newboms. Helicobacter pylori:

beginning the second decade.- Houston, Texas, USA.- 1994. Abstracts-on-disk (TM) from Astra/Merck 35. Oliveira AM;

Queiroz DM;

Rocha GA;

Mendes EN Seroprevalence of Helicobacter pylori infection in children of low socioeconomic level in Belo Horizonie, Brazil. Am. J. Gastroenterol.- 1994 Dec 89(12).- P 2201-4.

36. Pounder R.E., Ng D. The prevalence of Helicobacter pylori infection in different countries. // Aliment. Pharmacol. Ther., 1995, V.9 (Suppl.

2), 33- 37. Rosha G.A., Oliveira A.M.R. et al. Prevalence of Helicobacter infection in two different population. Helicobacter pylori: beginning the second decade.- Houston, Texas, VSA.- 1994. -Abstracts-on-disk (TM) from Astra/Merck 38. Shames B., Krajden S., Fuksa M. et al. Evidence for the occurrence of the same strain of Campylobacter pylori in the stomach and dental plaque.- J.Clin. Microbiol -1989.- v.27.- p.2849-2850.

39. Shcherbakov P.L., Chemova A.A., Kvirkvelia M.A. et al. Helicobacter pylori infection - family disease? Arg. di Gastroenterologia clinica. 1995.- v.8.- suppi. 6.-p. 40. Tamassy K;

Simon L;

Francis M- Epidemiology of Helicobacter pylori infection in Hungary (comparative sero-epidemiologic study) J. Hetil.

- Jun 25. 136(26).- P 1387- 41. Wasowska-KrrIikowska К., E. Toporowska-Kowalska, E. Kowalska Farnihal Occurrence of Helicobacter Pylori Infections- Contribution to the Studies of Treatment Failures /6-th United European Gastoenter ology Week,- 18-23 October -1997, Abstracts-on-disk - P 14 42. Xia H.H-X., Talley N.J. Natural acquisition and spontaneous elimination of Helicobacter pylori infection: clinical implications. // Amer. J. Gastroenterol., 1997, V. 92, 1780- Диагностика инфекции H.pylori у детей На протяжении 16 летней истории изучения проблемы H.pylori инфекции одной из главной проблем является ее своевременное и дос товерное распознавание. Все способы диагностики, используемые в на стоящее время, условно можно разделить на прямые и непрямые, на ин вазивные и неинвазивные.

Прямые методы основаны на обнаружении микроорганизмов с по мощью гистологических, микробиологических или молекулярных спосо бов. Непрямые методы регистрируют продукты жизнедеятельности мик робов или различные активные соединения, образуемые макроорганиз мом в ответ на инвазию H.pylori (антигены H.pylori, специфические ан титела и пр.). Все используемые методики выявления хеликобактерио за имеют различную специфичность и чувствительность Большинство прямых методов в настоящее время основаны на ин вазивных способах забора материала. Прямая диагностика инфекции H.pylori в настоящее время является достаточно трудоемким и отсро ченным по времени процессом. Она включает себя проведение эзофаго гастродуоденоскопии с взятием биоптатов слизистой оболочки для по следующего исследования.

Эндоскопическое исследование органов пищеварения нельзя рас сматривать только в качестве посреднического исследования для полу чения биоптатов слизистой. Эзофагогастродуоденоскопия имеет значи тельную самостоятельную диагностическую ценность. Во время ее про ведения определяются достаточно специфические эндоскопические признаки, характерные для хеликобактерной инфекции. В частности к ним относятся: наличие язв в луковице двенадцатиперстной кишки, множественные разнокалиберные выбухания на стенках слизистой обо лочки антрального отдела желудка, гиперемия слизистой оболочки, на личие мутной слизи в просвете желудка, отек и утолщение складок ан трального отдела и тела желудка [12] Чувствительность и специфичность отдельных признаков различ на. Наиболее достоверными являются язвы луковицы двенадцатиперст ной кишки (чувствительность и специфичность 100%) и наличие разно калиберных выбуханий на стенках антрального отдела желудка (чувст вительность 93%, специфичность 96%). Аналогичные данные позже бы ли получены и другими исследователями, которые подчеркивают веду щее диагностическое значение выбуханий в антральном отделе, бы вающими столь выраженными, что получили название “нодулярного га стрита”. При этом слизистая оболочка желудка приобретает характер ную картину “булыжной мостовой” [14, 15].

Биоптаты слизистой оболочки желудка для проведения дальней ших исследований забираются из антрального отдела и тела желудка под контролем зрения. Обычно фрагменты слизистой оболочки берутся из антрального отдела по вершинам воображаемого равностороннего треугольника с привратником в центре, на расстоянии 2-4 см от него;

из тела желудка по большой и малой кривизне и из свода желудка.

Морфологическое исследование биоптата слизистой оболочки с оценкой степени обсемененности позволяют достаточно достоверно оп ределять H.pylori и являются своеобразным “золотым стандартом” при сравнении информативности различных способов диагностики хелико бактериоза [10]. Для выявления H.pylori на поверхности слизистой обо лочки используют различные методики окраски срезов биоптатов. Наи более часто используются окраски акридиновым оранжевым (чувстви тельность составляет 85%), методом Гимзы (79%), серебрением по Вар тин-Старри (67%) [16]. Наиболее чувствительным, для обнаружения H.pylori, является иммуноцитохимический метод с моноклональными ан тителами и комплексом авидин биотин пероксидазы. Моноклональные антитела избирательно окрашивают только H.pylori, что значительно об легчает диагностику [11]. При изучении биоптатов выделяют три сте пени обсемененности СО H.pylori: 1.слабая - до 20 микробных тел в по ле зрения (х630), 2.средняя - до 50 микробных тел в поле зрения, 3. сильная - более 50 микробных тел в поле зрения, обозначаемые услов ными знаками (+-;

++;

+++) [1].

Наибольшую информацию о H.pylori возможно получить только при выделении его из прижизненных биопсийных образцов. При ис пользовании бактериологического метода возможно не только получе ние чистой культуры возбудителя, но и ее идентификация с дальнейшим изучением биологических свойств. Бактериологическое исследование незаменимо и при контроле лечения, когда количество бактерий в орга низме может быть настолько малым, что не определяется другими мето дами лабораторной диагностики [7].

В эпидемиологической практике выделение чистой культуры не обходимо для внутривидового типирования штаммов H.pylori, что может быть использовано при мониторинге для дифференциации между реин фекцией новым штаммом и рецидивированием, обусловленным тем же штаммом. В научной практике бактериологический метод важен, так как позволяет изучать факторы патогенности H.pylori и изготовлять препа раты для серологической диагностики. К недостаткам этого метода от носятся, прежде всего, необходимость специального оборудования ла боратории и реактивов позволяющих выделять и идентифицировать H.pylori, а также обученных кадров специалистов. Все это сопряжено с большими материальными затратами [7].

Результаты исследования отсрочены от момента взятия биопсии минимум на 3-5 дней, рост чистой культуры на питательной среде обна руживается, как правило, только при обострении заболевания и нали чии выраженных визуальных признаков воспаления.

Поскольку H.pylori очень чувствителен к условиям внешней среды и быстро погибает, необходимо строго соблюдать правила транспорти ровки биопсийного материала. Лучшей, на сегодняшний день средой, для транспортировки биопсийных образцов признана Pylori® (Bio Merioux, Франция), которая способна стабильно поддерживать жизне способность чистой культуры H.pylori в течении 4-5 суток. Посев био псийного материала производят не менее чем на 2 питательные среды (неселективную и селективную). Для культивирования и выделения H.pylori предложено достаточно большое количество неселективных пи тательных сред с 5-10% содержанием крови лошади или барана и ага ром. Поскольку природная экологическая ниша H.pylori не является сте рильной, то для выделения H.pylori из биоптатов лучше всего использо вать селективные питательные среды, содержащие антибактериальные препараты, в состав которых включены ингибиторы роста кокковой, кишечной и грибковой микрофлоры. При культивировании H.pylori воз никают определенные трудности, так как эти микроорганизмы микроаэ рофилы и растут в особых условиях. Необходимую для культивирования атмосферу создают заполнением анаэростатов газовой смесью или с по мощью коммерческих газогенерирующих пакетов. Оптимальный рост колоний наблюдают при рН среды от 6,7 до 8,0 при 32-39° С. Как пра вило на неселективной питательной среде H.pylori на 3-5 сутки форми рует мелкие, круглые, гладкие, прозрачные, росинчатые колонии диа метром 1-3 мм. На селективной питательной среде колонии H.pylori при обретают характерное золотисто-желтое окрашивание, за счет присут ствующего в этой среде трифенилтетразолиумхлорида [13].

При получении роста колоний, по морфологии сходных с H.pylori, проводится их идентификация, которая включает в себя окраску мазка по и 3 биохимических теста - уреазный, каталазный и пероксидазный (все 3 теста положительные) [7].

Наиболее достоверным в диагностике H.pylori инфекции является использование полимеразной цепной реакции (ПЦР) для идентификации этого микроорганизма. В настоящее время полностью расшифрована генная структура H.pylori. Проведение ПЦР позволяет обнаруживать в биоптатах СО генетический материал, специфичный для рода Нelicobacter (16S-рРНК) и вида Н.рylori (гены ureA, ureB, cagA, vacA и другие).

ПЦР, изобретенная Kary Mullis и улучшенная впоследствии други ми исследователями, фундаментально изменила молекулярную биоло гию, открыв новые горизонты в медицинских и биологических науках.

По своей мощности это новое биологическое исследование может быть сравнимо с открытием методов молекулярного клонирования приблизи тельно 25 лет назад. В основу ПЦР положена удивительно простая кон цепция, впервые предложенная 30 лет назад и очень напоминающая способ, посредством которого клетки дублируют свою ДНК in vivo. Цикл реакции составлен из трех этапов: денатурации (для полного разделе ния двух цепочек в ДНК молекулах);

ренатурации (формирование ком плекса между праймерами и целевой последовательностью);

этап рас ширения (соединение праймера с цепочкой ДНК, удлиняясь с помощью полимераз). После денатурации две цепочки ДНК отделяются, и каждый праймер высвобождается для поиска комплементарной последователь ности. В процессе охлаждения отжиг праймера к исследуемой области формирует устойчивый комплекс, который далее стабилизируется соб ственно полимеразой. В конце цикла в пробирке имеется вдвое большее количество ДНК по сравнению с первоначальным количеством. Затем цикл повторяется, и количество ДНК удваивается далее с каждым цик лом. Эта амплификация совершается в геометрической прогрессии со вершенно аналогично ядерной цепной реакции с двукратным, четырех кратным, восьмикратным, 16-кратным, 32-кратным, и т. д., увеличением при последующих циклах. После n циклов степень амплификации - со ответственно 2n. Таким образом, после 10 циклов достигается 1024 кратная амплификация, а после 20 - 106-кратная [8].

В последнее время появилась возможность проводить ПЦР диагностику по определенным участкам гена (в частности ureC) на ос нове высокоспецифичных для данного микроорганизма праймеров. Этот метод диагностики позволяет диагностироваить наличие H.pylori как в вегетативной, так и в кокковой форме. Более того, в последнее время появились отечественные разработки проведения ПЦР из образцов кала.

Это позволит сделать метод ДНК-диагностики H.pylori неинвазивным, что существенно расширит спектр его применения в клинике [3].

Гистологические и микробиологические исследования, обладают высокой информативностью и достоверностью, но являются трудоемки ми и достаточно длительными.

В связи с этим приобретает особую актуальность разработка но вых диагностических экспресс-тестов и стандартизация признаков хе ликобактериоза, выявляемых при различных исследованиях органов пищеварения.

Нами проводилась оценка эффективности нескольких видов экс пресс-тестов для диагностики ПХ: промышленные наборы “CLO-test” фирмы “Delta” (Австралия), “Де-нол-тест” фирмы “Yamanouchi”(Япония) и лабораторные тесты “Campy-test”, разработанный под руководством проф. П.Я.Григорьева (1989), “Геликотест”, предложенный к.б.н.

В.Г.Жуховицким (1992) и быстрый уреазный тест, разработанный в ЦКБ МЦ УД Президента РФ.

Экспресс-диагностика пилорического хеликобактериоза основана на свойстве H.pylori – в огромном количестве (по сравнению с другими микробами) выделять уреазу, которая разлагает мочевину, входящую в состав диагностического теста, на углекислый газ и аммиак. В результа те этого рН среды смещается в щелочную сторону и регистрируется по изменению окраски диагностикума. Время экспозиции после помещения биоптата в среду различно. Так, при выполнении CLO - теста и Campy теста результат получали через 24 часа, проведение Геликотеста позво ляло сделать заключение о наличии Н.pylori в течение 2 часов. Самыми “быстрыми” тестами явились Де-нол тест и быстрый урезный тест, при которых результат оценивался в течение 5-20 мин.

Все экспресс-методы обладали разной чувствительностью и спе цифичностью (Таблица 13) Таблица 13 Сравнительная характеристика экспресс-тестов для диагностики H.pylori Экспресс тесты Чувствительность специфичность CLO - тест: 95,1% 100% Campy - тест: 92,1% 94,7% Геликотест: 96,3% 100% Де-нол тест: 96,8% 100% Быстрый уреазный тест 96,5% 100% Скорость изменения окраски экспресс-диагностикумов зависела от степени обсемененности слизистой оболочки микроорганизмами, ко торая подтверждалась последующим гистологическим исследованием.

Наиболее выраженной эта закономерность прослеживалась при прове дении Де-нол теста® и быстрого уреазного теста ЦКБ. При высокой сте пени обсемененности слизистой оболочки пилорическими хеликобакте риями время изменения окраски этих диагностикумов не превышало минут, если изменение цвета происходило в течение 5-15 минут, то сте пень обсемененности была преимущественно средней, а при низкой степени обсемененности реакция наступала через 15-30 минут. Если время реагирования теста превышало 30 минут, результат считался со мнительным.

Таким образом, все тесты обладали достаточно высоким уровнем чувствительности и специфичности. Для экспресс-диагностики на нали чие пилорических хеликобактерий можно использовать любой из них, однако, предпочтение, по нашему мнению, следует отдавать Де-нол тес ту или оригинальному, быстрому уреазному тесту ЦКБ, позволяющему не только быстро провести качественную реакцию, но и косвенно оце нить степень обсемененности слизистой оболочки этими бактериями.

Проводимые нами уреазные экспресс-тесты достаточно информа тивны, но тем не менее они являются качественными реакциями, реги стрирующими лишь продукты жизнедеятельности H.pylori. Потому в на стоящее время продолжаются поиски экспресс-методов диагностики, по зволяющих не только качественно, но и количественно оценить инфи цированность СО пилорическими хеликобактериями.

В последнее время все большее значение в качестве диагностиче ского метода оценки состояния полых органов желудочно-кишечного тракта получает их ультразвуковое cканирование. Этот способ, являясь неинвазивным, наряду с достаточно высокой информативностью позво ляет длительно следить за состоянием внутренних органов в динамике.

Нами была предпринята попытка выявить диагностические при знаки пилорического хеликобактериоза при ультразвуковом исследова нии ВОПТ (натощак и после приема воды), проводимом параллельно с ЭГДС со взятием биопсии СО желудка.

Такие ультразвуковые признаки как большое количество жидко сти в просвете желудка натощак (более 30 мл), повышенная толщина стенок (более 4 мм), смазанность внутреннего контура СО и нечеткая слоистость стенок желудка коррелируют с наличием в желудке H. pylori (р < 0,05) и служат ориентировочными маркерами хеликобактерной ин фекции при ультразвуковом исследовании. Аналогичные данные были получены и другими исследователями при изучении пилорического хе ликобактериоза [2, 5, 9].

Таким образом, метод ультразвукового сканирования полых орга нов ВОПТ может использоваться для дополнительного динамического наблюдения за состоянием СО при диагностике детей, инфицированных H. pylori.

В последнее время, наряду с разработкой более чувствительных и специфичных методов выявления H.pylori и продуктов их жизнедеятель ности в биоптате СО, все большее распространенеие получают неинва зивные методы диагностики.

Европейской и Российской группой по изучению H.pylori в году были приняты диагностические алгоритмы, определяющие прове дение первичной диагностки инфекции H.pylori неинвазивными метода ми.

Дыхательный тест с меченными атомами 13С стал стандартным ис следованием во многих странах Европы.

Для быстрой диагностики H.pylori с достаточно высокой степень специфичности (98%) в последнее время широко используются иммуно логические методики, основанные на определении антител к H.pylori в капиллярной крови (в России зарегистрированы тесты FastRead H.pylori®, (CQI-biomed) и Pyloriset® Dry (Orion Diagnostica). Преимуще ством таких методик является простота их выполнения и быстрота полу чаемого результата. К недостаткам следует отнести невозможность ис пользовать их для контроля за эрадикацией.

Другим неинвазивным методом диагностики H.pylori является ИФА. Эти методики становятся не только качественным диагностикумом, но с помощью них появляется возможным проводить количественное определение степени инвазии H.pylori, а также степень эрадикации [4].

ИФА позволяет определять антиген H.pylori с высокой степенью чувст вительности в фекалиях больного. Этот метод становится все более рас пространенным в странах Европы и Америки несмотря на его высокую стоимость, аналогичную с дыхательным тестом [6].

21 апреля 1997 г., в Москве, на научной конференции посвящен ной 100-летию со дня рождения академика АМН СССР В.Х. Василенко “Язвенная болезнь и рак желудка. Новые взгляды в эру Helicobacter py lori”, были приняты рекомендации по диагностике и лечению инфекции H.pylori, разработанные Российской группой по изучению H.pylori (RHPSG). 9-10 мая 1998 года Европейское Гастроэнтерологическое Об щество (ESPCG) разработало и утвердило рекомендации по диагностике и лечению инфекции H.pylori. Однако принятые “Рекомендации” отно сятся, к сожалению, только к взрослым больным.

Исключительное значение инфекции H.pylori в развитии заболе ваний желудочно-кишечного тракта среди детей разного возраста сви детельствует о необходимости разработки “Рекомендаций” по диагно стике и лечению заболеваний, ассоциированных с H.pylori.

В 1997 году вышел в свет “Проект согласованных рекомендаций по диагностике и лечению Helicobacter pylori – ассоциированного гаст рита и язвенной болезни у детей” (Российский вестник перинатологии и педиатрии, 1997-№6,-С.56-58). За прошедшее время появились новые методики и схемы, позволяющие своевременно и эффективно диагно стировать и проводить лечение H.pylori-инфекции. В связи с этим на зрела необходимость их пересмотра.

Во время проведения IV Российской Гастроэнтерологической Не дели в Москве, на заседании Детской секции были обсуждены и приня ты Рекомендации по диагностике и лечению инфек ции HELICOBACTER PYLORI у детей Диагностика инфекции H.pylori Первичная диагностика Диагностика инфекции H.pylori осуществляется методами, позво ляющими выявить микроорганизм или признаки его жизнедеятельности в организме больного. Для первичной диагностики следует как можно шире использовать неинвазивные методы:

1. Обнаружение специфических антихеликобактерных антител классов А и G в крови больного (иммуноферментный анализ, экспресс тесты на основе реакции преципитации или иммуноцитохимиии с ис пользованием капиллярной крови больных.

2. Дыхательные тесты с регистрацией продуктов жизнедеятельно сти H.pylori (углекислый газ, аммиак).

3. ПЦР в анализах кала, слюны, зубном налете.

Инвазивные методы диагностики все меньше используются для первичной диагностики, в то же время сохраняют свою актуальность для контроля за эрадикацией. Под эрадикацией понимается полное унич тожение микроорганизма, определяемое через 6 недель после прове денного лечения. Диагностика эрадикации должна осуществляться как минимум двумя способами. В настоящее время проводится разработка тестов и методов неинвазивного контроля за эрадикацией. При диагно стике эрадикации инвазивным методами необходимо исследовать фраг мент слизистой оболочки антрального отдела желудка и фрагмент фун дального отдела желудка.

Эндоскопическое исследование с визуальной оценкой состояния слизистой оболочки желудка и двенадцатиперстной кишки.

Морфологический – определение микроорганизмов в препарате слизистой оболочки при специальных окрасках ( по Гимзе, толлуидино вым синим, Генте, Вартину-Старри).

Бактериологический – определение штамма микроорганизма, вы явление его чувствительности к применяемым препаратам.

ПЦР слизистой оболочки желудка и двенадцатиперстной кишки.

Список литературы 1. Аруин Л.И.;

Смотрова И.А.;

Ильченко А.А. / Campylobacter pylo ridis при язвенной болезни.- // Арх.пат.. - 1988.- №2.- с.13-18.

2. Ганган В.С. Эхографические изменения желудка, двенадцатипер стной кишки и пищевода при хронической гастродуоденальной патологии у детей: Автореф. дис... канд. мед. наук.- М.1994.- 24с.

3. Гущин А.Е.;

Туркин П.С.;

Говорун В.М.// “Хеликопол-2” - диагно стическая система для определения H.pylori на основе ПЦР/ в кн.

Диагностика и лечение заболеваний ассоциированных с H.pylori, М. 1999. - с.19.

4. Дурова О.М., Исаков В.А., Иваненко Т.В. и др. // Непрямой имму ноферментный анализ для определения эрадикации H.pylori:

предварительные результаты сравнительного исследования./ в кн.

Диагностика и лечение заболеваний ассоциированных с H.pylori, М. 1999. – с. 60-61.

5. Заблодский А.Н. Эндоскопически-эхографические параллели в диагностике заболеваний гастродуоденальной зоны у детей : Ав тореф. дис... канд. мед. наук.- Минск.- 1996.- 16 с.

6. Исаков В.А. // Новые технологии в диагностике H.pylori / в кн. Ди агностика и лечение заболеваний ассоциированных с H.pylori, М.

1999. - с. 12-14.

7. Кудрявцева Л.В. Изучение диагностической ценности различных методов диагностики хеликобактериоза. Дисс. Канд.мед. наук.// М.1999. - 154.С.

8. Пасечников В.Д./ Полимеразная цепная реакция в диагностике H.pylori -ассоциированных заболеваний.// в кн. Диагностика и ле чение заболеваний ассоциированных с H.pylori, М. 1998. - с.8-10.

9. Сапожников В.Г. Эхографические критерии патологии органов га стродуоденальной зоны у детей.: Дис... докт. мед. наук.- Ви тебск.- 1992.- 390 с.

10. Barthel J.S.;

Everett E.D.//Diagnosis of campylobacter pylori infec tion: the “gold standard” and the alternatives. - Rev.Inf. Dis.- 1990. v.12.- Suppl.1.- p.107-114.

11. Cartun R.W.;

Pedrsen C.A.;

Krzymowski G.A.;

Berman N.N.

//Immunocytocemical detection of H.pylori formalin fixed tissue bi opsy specimens. / J.Clin.Pathol.- 1990.- v.43.- p.518.

12. Cowen A. Infection and endoscopy: patient to patient transmition. In:

Axon ATR, ed. Infection in Endoscopy. Gastrointestinal Endoscopy Clinics Of North America, Vol. 3(3). Philadelphia.- WB Saunders. 1993.-P.483-496.

13. Lee A.;

Megraud F. // H.pylori: techniques for clinical diagnosis & ba sic research/ London.- 1996.- 305P.

14. Lopez D. M.;

Elitsur Y. A study of Helicobacter-pylori in 100 pediatric patients from the Tri-State area.// W V Med J.- 1994.- Sep. 90(9).- P 367-369.

15. Reed A.P. Endoscopy of the upper respiratory and upper gastrointestinal tract.// Mt Sinai J Med.-1995.- Jan. 62(1).- P. 1-2.

16. Simor A.E.;

Cooter N.B.;

Low D.E. // Comparison of four stains nd a urease test for rapid detection of H.pylori in gastric biopsies. / Eur.J.Clin.Microbial.Infect.Dis.- 1990.- v.9.-p.5.

Лечение хеликобактерной инфекции С развитием знаний о природе хронических воспалительных по ражений верхних отделов пищеварительного тракта, их этиопатогенети ческих факторах изменялись взгляды на подходы к лечению этих забо леваний. В конце ХIX - начале ХХ веков для лечения язвенной болезни использовали преимущественно природные болеутоляющие, вяжущие и антацидные препараты. Основным методом лечения в те времена явля лось назначение специальных диет и соблюдение строгого режима [7].

Такие подходы сохранялись практически до середины ХХ века, когда к диетотерапии прибавились растворы азотнокислого серебра, или суб нитрата висмута [8]. Препараты висмута давно были известны как вя жущие средства. Но было замечено, также, что они имеют определен ный успех и при лечении язвенной болезни, хотя объяснить этот фено мен не представлялось возможным. Многими исследователями с давних пор было отмечено, что хронические заболеваний верхних отделов пи щеварительного тракта являются, в большинстве случаев, тесно взаимо связаны с продукцией соляной кислоты в желудке. В 1910 г. Шварц вы двинул постулат “Нет кислоты - нет язвы” [16]. Борьба с повышенным кислотообразованием велась всеми врачами со стародавних времен, ко гда больным, страдающим сильными болями в эпигастральной области, назначали различные препараты, нейтрализующие кислоту: соли и ще лочи (в т.ч. молоко, белую глину, сажу, натриевую соду). Однако эф фект от применения этих средств был, как правило, непродолжитель ным, а после их отмены нередко развивался синдром “рикошета”. В 1950 году Boviet впервые синтезировал антагонист рецепторов гистами на I, модифицировав имидазольное кольцо гистамина, но полученное соединение не нашло своего применения. В 1977 году были синтезиро ваны первые антагонисты рецепторов гистамина II - метиамид и циме тидин. Циметидин нашел широкое применение в клинической практике.

В дальнейшем были синтезированы препараты II и III поколений - рани тидин и фамотидин. Применение Н2 блокаторов гистамина совершило своеобразную революцию в лечении язвенной болезни и других заболе ваний верхних отделов пищеварительного тракта. Однако наличие мно гих побочных эффектов, в частности, развитие синдрома рикошета, бы строе развитие толерантности ограничивало широкое применение этой группы препаратов у больных, особенно у детей.

Новой группой препаратов, блокирующих образование соляной кислоты на уровне калий-натриевого насоса в мембране париетальных клеток, стали ингибиторы Н+К+АТФ-азы (ингибиторы протонной помпы).

В 1974 году был синтезирован опытный образец этой группы препара тов, в 1975 - появился первый промышленный образец - тимопразол, а в 1979 году был синтезирован омепразол. В настоящее время в семейст во ингибиторов протонной помпы входит несколько препаратов - пан топразол, омепразол, лансопразол и рабепрозол. Эти препараты могут в течение 24 часов контролировать выделение соляной кислоты незави симо от вида стимуляции, к ним не вызывается толерантность, не разви вается синдрома “рикошета” после их отмены, нет каких-либо выражен ных побочных эффектов при их приеме. Поэтому эти препараты были признаны основной группой кислотоконтролирующих лекарственных веществ на Всемирном гастроэнтерологическом конгрессе в Риме в г [27]. Однако применение столь мощных препаратов не избавляло больного от самого заболевания. Через некоторое время после репара ции язвенного дефекта и отмены препаратов болезнь проявлялась с но вой силой, наступал рецидив. Рецидивирование заболевания, как пра вило, усугубляло общее состояние организма. Для кардинального реше ния проблемы язв достаточно часто применялось хируругичесоке лече ние (особенно в случае осложненного течения заболевания).

Коренной переворот на взгляды о лечении произошел после года, после открытия H.pylori. Основной целью при лечении заболева ний, ассоциированных с инфекцией H.pylori, является эрадикация (пол ное уничтожение) микроорганизма с поверхности слизистой оболочки.

При исчезновении H.pylori с поверхности желудка происходит репара ция язвенного дефекта и восстановление структуры слизистой оболочки [12].

Так как хронические воспалительные заболевания верхних отде лов пищеварительного тракта являются, по своей природе, полиэтиоло гическими, то в настоящее время сохраняют свою актуальность все те способы лечения, которые использовались и ранее: диетотерапия, по вышение иммунореактивности организма, нормализация деятельности нервной системы.

Однако, для эффективного лечения гастроэнтерологических забо леваний, ассоциированных с хеликобактерной инфекцией, необходимо применение специфических антибактериальных препаратов, примене ние которых позволяет добиться эрадикации H.pylori. Учитывая ту эко логическую нишу, которую занимают H.pylori, проводимая антибактери альная терапия должна отвечать некоторым требованиям, а именно:

1. используемые препараты должны эффективно воздействовать на микроорганизм;

2. быть устойчивыми к действию агрессивной кислой среды же лудка;

3. способными проникать под слой желудочной слизи;

4. иметь локальное действие в области слизистой оболочки;

5. быстро выводиться из организма, не накапливаясь в других тканях и органах.

H.pylori, являясь микроаэрофилами, способны нормально функ ционировать и размножаться только находясь в привычной среде обита ния - на поверхности слизистой оболочки под слоем слизи. Вне орга низма они крайне чувствительны практически к любому агрессивному воздействию (алкоголь, атмосферный воздух, антибактериальные пре параты, действующие на грамотрицательную флору).

Однако желудочная слизь, изменения рН среды в просвете же лудка и непосредственной близости от H. pylori во многом меняют дей ствие лекарственных средств. Это условие значительно сужает круг препаратов, используемых для лечения пилорического хеликобактерио за. Проблема лечения пилорического хеликобактериоза у взрослых, по сведению некоторых авторов, решается назначением короткого курса (3-4 дня) комбинации антибиотиков в пределах максимально разрешен ных доз [11, 23,31,32,36] что, однако, неприемлемо в педиатрии.

На заре “эпохи хеликобактериоза” в конце 80-х годов считалось, что для эффективного лечения хронических воспалительных заболева ний ВОПТ было достаточно использования одного препарата (монотера пия) или двойной терапии. Для этих целей обычно использовался мет ронидазол (трихопол) в сочетании с Де-нолом® или полусинтетически ми антибиотиками пенициллинового ряда (ампициллин) в возрастных дозировках. Лечение составляло в среднем 14-28 дней и приводило к эрадикации у 70-80% детей. Однако, длительный курс лечения, широ кое и не всегда оправданное назначение трихопола и антибиотиков при гастродуоденитах и язвенной болезни у детей и взрослых привело к то му, что уже к 1991 году использование одного или двух препаратов не вызывало эрадикацию. В 1992-1994 гг. наиболее эффективной являлась тройная схема лечения, включающая Де-нол, метронидазол (трихопол), амоксициллин в течение 10-14 дней и позволяющая достигнуть эради каци у 78,3% детей. Однако уже с середины 1994 года степень эради кации от проводимой терапии снизилась, а реинфицирование у выле ченных ранее детей наступало через 1-4 месяца.

Это обуславливалось в первую очередь появлением новых штам мов микроорганизмов, устойчивых к используемым препаратам [36]. Как показали проведенные микробиологические исследования, проведенные в России, количество резистентных штаммов нарастает в геометриче ской прогрессии. Так, количество штаммов, резистентных к метронида золу у взрослого населения России превысило 40%, что значительно выше среднеевропейского уровня [5].

Проведение микробиологических исследований у детей позволило выявить первично-резистентные штаммы H.pylori к метронидазолу. Так, у детей в 1996 г. они определялись в 21,7% из всех выделенных штам мов этого микроорганизма, а в 1997 – уже в 26,1%. В 1997 г. у 7,1% де тей были впервые выявлены штаммы, резистентные к кларитромицину, а у 4,7% детей определялась полирезистентность как к метронидазолу, так и к амоксициллину [9]. После проведенного лечения, не приведшего к эрадикации H.pylori, резистентность к метронидазолу становится рав ной 90-100% [4].

Появление резистентных штаммов у детей может быть обусловле но несколькими причинами. В первую очередь это семейный фактор.

Учитывая, что основным путем передачи инфекции является орально оральный, дети могут получить штаммы, уже резистентные к антибиоти кам, от родителей. Наличие в семье братьев или сестер более чем 2, раза повышало частоту обострений хронических заболеваний ВОПТ, ас социированных с H.pylori-инфекцией у детей, после проведенной эра дикационной терапии, чем в семьях с одним ребенком.

Второй причиной появления резистентных штаммов является на рушение режима лечения. Современные схемы лечения являются не продолжительными по времени (7 дней), лекарственные препараты на значаются, как правило, два раза в день. Поэтому, при пропуске хотя бы одной таблетки эффективность лечения снижается минимум на 2,3%.

Если же пропускается один день, то ожидаемая эффективность лечения снижается на 14,3%. Если же во время лечения эрадикация не достига ется, появляются предпосылки для образования новых штаммов мутантов, резистентных к применяемым препаратам. С другой стороны, удлинение сроков лечения может также способствовать появлению ре зистентных штаммов.

Третьим фактором появления резистентных штаммов является ле чение других заболеваний у детей. Вопросы рациональной антибиотико терапии наиболее остро встают в педиатрии. Детям нельзя назначать многие из тех препаратов, которые применяются у взрослых. Однако и те препараты, которые разрешены к применению у детей, зачастую ис пользуются неправильно. Необоснованное назначение сильнодейст вующих антибактериальных препаратов, изменение режимов приема и сроков лечения является мощным фактором развития резистентных штаммов H.pylori. Это происходит потому, что большинство антибакте риальных препаратов принимается через рот. Если H.pylori, находящие ся у ребенка, каким-либо образом реагируют на данное лекарственное средство, то при их взаимодействии создаются благоприятные условия для развития резистентности.

Для эффективной борьбы с H.pylori, в том числе с резистентными штаммами необходимо назначать адекватную терапию, к которой хели кобактерии были бы чувствительны. Если в анамнезе больного имеется факт приема метронидазола или антибиотиков, использующихся в схе мах эрадикационной терапии, то высок риск встречи с резистентными к этим препаратам штаммами. В этом случае, перед назначением лечения, следует провести микробиологическое исследование на чувствитель ность штаммов к различным препаратам. Другим вариантом ведения этих больных является назначение им таких схем, которые бы исключа ли применяемые ранее препараты, или, назначение четырехкомпонент ных схем (квадротерапии), позволяющих в 80-90% добиваться эрадика ции, несмотря на наличие резистентных штаммов [2].

Все препараты, входящие в схемы эрадикационной терапии и применяемые в настоящее время, можно разделить на несколько групп.

Препараты, влияющие на кислотообразующую функцию желудка.

К ним относятся широко используемые в настоящее время у взрослых и детей ингибиторы протонной помпы (PPI - Proton Pump In hibitors) (Лосек® (омепразол), Контролок™ (пантопразол®). Эти препа раты не обладают антихеликобактерной активностью. Их действие на правлено на изменение рН желудка. Под воздействием ингибиторов протонной помпы снижается продукция соляной кислоты. Тем самым в антральном отделе рН защелачивается. При этом, вегетативные формы H.pylori, существующие на поверхности слизистой оболочки, защищая себя от воздействия кислоты аммиачной оболочкой, в щелочных усло виях погибают под воздействием образованного ими же и не нейтрали зованного кислотой аммиака. Происходит своеобразное “самоубийство” H.pylori. Те бактерии, которые сохранялись в фундальном отделе в виде кокков, при увеличении рН в желудке переходят в вегетативную форму и становятся доступными воздействию антибиотиков. Таким образом ин гибиторы протонной помпы, не оказывая прямого влияния на H.pylori, создают условия для воздействия на них антибиотиков [27].

Омепразол:

1. контролирует дневную, стимулированную пищей и ночную секреции;

2. ингибирует продукцию соляной кислоты независимо от стиму ла, воздействующего на рецепторы париетальных клеток;

3. не вызывает развития толерантности;

4. быстро подавляет секрецию кислоты;

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.