WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

«ТИХООКЕАНСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ РЫБОХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ЦЕНТР (ТИНРО-ЦЕНТР) СОВЕТ МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ РЫБОХОЗЯЙСТВЕННАЯ НАУКА НА ПУТИ В XXI ВЕК Тезисы докладов Всероссийской конференции молодых ученых ...»

-- [ Страница 2 ] --

Ханка отмечается на пятом году жизни, что, несомненно, связано с насту плением зрелости (см. таблицу). Минимальная длина половозрелого саза на (самец) – 28,0–32,5 см, самки – 32,0 см. При длине 29 см встречаются ювенильные особи.

Наши наблюдения показывают, что в разных районах озера темп рос та сазана имеет близкие значения, что указывает на однородность стада в этом водоеме. Сравнение темпа роста сазана из оз. Ханка с темпом роста сазана из разных участков бассейна Амура (Никольский, 1956) показыва ет, что в озере сазан растет несколько медленнее.

Темп роста и годовые приросты сазана и карася в оз. Ханка (данные за 1990–2000 гг.) Возраст, Сазан Карась годы При min M max N min M max Прирост N рост 1 6,2 8,7 12,3 8,7 53 4 5,9 8,4 5,9 2 11,9 16,2 22,4 7,5 53 7,8 11,3 14,6 5,4 3 16,6 23,6 31,4 7,4 53 13,2 15,7 18,5 4,4 4 22,1 29,7 38,3 6,1 53 15,6 18,9 22,8 3,2 5 25,5 34,3 44,5 4,6 53 18,6 21,2 24,8 2,3 6 31,5 40,5 50,7 6,2 32 22,1 23,7 26,2 2,5 7 35 46,6 56 6,1 8 46,6 50,4 54,4 3,8 9 52,5 55 57,4 4,6 Изучение индивидуальной вариабельности роста сазана (по расчис ленным данным) показывает, что в каждой отдельной возрастной катего рии тенденция к увеличению вариабельности на каждом следующем году роста выражена, но в разной степени. Например, в рассмотренных трех возрастных категориях – 5+, 6+, 7+ лет – признаки длины варьируют сильнее у рыб в возрасте 7+ (поколение 1993 г.).

С возрастом вариабельность длины сазана заметно увеличивается.

При этом коэффициент вариации (CV = /М*100 %) имеет наиболее высо кие значения на первых четырех годах жизни. Так, в возрасте четыре года (L4) CV максимален и составляет 73 %. Данное обстоятельство, на наш взгляд, может быть связано с неоднородностью кормовой базы в озере для младших возрастных групп сазана.

В отличие от сазана, у карася CV наиболее высок в младших возрас тных группах (96,9 % на первом году). По сравнению с предыдущим ви дом, вариабельность длины в каждой последующей после первого года группе почти не изменяется. Это, на наш взгляд, связано с тем, что карась в большей степени детритофаг и обеспеченность его пищей в озере ста бильна.

Половозрелым карась, по нашим данным (см. таблицу), становится уже на 3–4-м году жизни, что согласуется с данными литературы (Сысое ва, 1956).

РАЗМЕРНО-ВОЗРАСТНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ БЕЛОГО (HYPOPHTALMICHTHYS MOLITRIX (VALENCIENNES, 1844)) И ПЕСТРОГО (ARISTICHTHYS NOBILIS (RICHARDSON, 1846)) ТОЛСТОЛОБИКОВ В ОЗЕРЕ ХАНКА М.Е.Шаповалов ТИНРО-Центр, Владивосток Данные по росту белого толстолобика приводятся в литературе (Ни кольский, 1956;

Сысоева, 1958) только для рыб из нижнего Амура. О рос те же пестрого толстолобика, интродуцированного в озеро китайскими рыбоводами в конце 70-х гг., сведений в литературе нет вовсе. Собранный в течение 90-х и в 2000 г. лабораторией ресурсов континентальных водо емов и рыб эстуарных систем ГУП “ТИНРО-центр” на оз. Ханка материал позволяет отчасти заполнить этот пробел в изучении биологии одних из наиболее ценных промысловых рыб этого водоема.

Исследования строения чешуи, определение возраста и темпа роста проводили при помощи бинокуляра МБС–10 и аппарата для чтения мик рофотокопий "Микрофот" 5ПО–1 по стандартной методике (Чугунова, 1959).

При изучении возраста и роста белого толстолобика возникают опре деленные трудности при определении первого годового кольца, о чем упоминается в литературе (Сысоева, 1958). Часто наблюдается наличие резко выраженного кольца, расположенного на сравнительно далеком рас стоянии от центра. Однако при более тщательном рассмотрении можно обнаружить менее выраженное кольцо, расположенное ближе к центру.

Какое из них первое? Ошибка в определении возраста белого толстолоби ка возможна при определении первого годового кольца, и, по нашим дан ным, будет выражаться величиной плюс–минус один год. При рассмотре нии различных вариантов определения возраста на сомнительных препа ратах, предпочтение отдается тому, где темп роста более равномерный.

Явное замедление роста у этого вида, по нашим расчетам, отмечается с пятого на шестой год жизни (см. таблицу). Это можно связать с возрас том первого созревания, что подтверждает данные литературы (Богаев ский, 1948;

Никольский, 1956;

Васнецов, 1958). Однако длина впервые со зревающих (5+) рыб, по литературным данным, около 50 см, по нашим расчетам – около 60 см.

Темп роста и годовые приросты белого и пестрого толстолобика по расчисленным данным за разные годы Возраст, Белый толстолобик Пестрый толстолобик годы Min M Max Прирост N Min M Max Прирост N 1 6,8 13,3 17,6 13,3 24 6,2 11 16,5 11 2 17,1 23,1 29,4 9,8 24 8,4 20 26,7 9 3 28,9 34,7 39,6 11,6 15 18,5 31,5 40,4 11,5 4 37,2 46,4 50,4 11,7 11 26,9 42,3 45,1 10,8 5 48,4 55,3 62,6 8,9 10 33,6 53,2 64,4 10,9 6 56,3 62,9 69,5 7,6 8 38,6 62,2 76,7 9 7 64,2 69,6 74,3 6,7 8 65,2 74 86,9 11,8 8 69,8 77 81,3 7,4 4 71,9 79,2 85,9 5,2 9 75,5 83,7 88 6,7 3 79,4 86,7 93,1 7,5 10 92,3 94,1 95,9 10,4 2 58,6 89,6 93,5 2,9 11 96,5 2,4 1 91,7 2,1 12 98,9 7,2 Полученные нами величины приростов свидетельствуют о быстром росте белого толстолобика в течение, по крайней мере, десяти лет, т.е. как до, так и после наступления половой зрелости.

Как показывают наблюдения, определение возраста пестрого толсто лобика затруднений не вызывает. Годовые кольца четкие. Однако иногда годовое кольцо находится близко от центра, а расчисленная длина годови ков оказывается равной 5–6 см. Если у данных особей эти кольца считать годовыми, то при длине рыб от 24 до 27 см возраст окажется равным 3+ лет.

Как видно из средних значений годовых приростов, рост пестрого толстолобика в оз. Ханка в течение всей жизни оказывается высоким (см.

таблицу). Некоторое снижение в росте, судя по данным таблицы, отмеча ется на шестом году, что, по-видимому, связано с возрастом первого со зревания. Далее некоторое замедление роста отмечается с десятого года жизни.

О РАЗМЕРНО-ВОЗРАСТНОЙ СТРУКТУРЕ САЙРЫ В ЯПОНСКОМ МОРЕ В.А.Шелехов, А.А.Байталюк ТИНРО-Центр, Владивосток Сайра является в настоящее время одним из наиболее перспективных объектов промысла в Японском море. Однако биология и экологии этого вида в Японском море изучены сравнительно слабо.

Целью данной работы является уточнение размерного и возрастного состава сайры Японского моря. Также мы попытались определить вклад разных генераций в формирование численности и запаса сайры в Япон ском море. Для анализа размерного состава были использованы материа лы Республики Корея и КНДР, полученные по линии научно технического сотрудничества, данные научно-исследовательских судов России и Японии, а также опубликованные данные (Румянцев, 1947;

Шун тов, 1967;

Gong, 1984).

Известно, что нерест сайры происходит практически весь год. В тече ние нерестового сезона наблюдаются несколько пиков нереста. Общий и промысловый запас этого как короткоциклового вида (возраст сайры в Тихом океане не превышает двух лет) складывается, таким образом, из нескольких генераций двух лет: текущего года (пополнение) и предыду щего года (остаток). Японские авторы (Hatanaka, Sekino, 1956;

Fukataki, 1959) в течение нерестового сезона выделяют три пика нереста сайры в Японском море: весной и поздней осенью на юге и с середины лета по первую половину осени на севере. Логично предположить, что положение пиков нереста и их интенсивность определяют размерный состав сайры в промысловых уловах.

Характерной особенностью размерного состава уловов сайры в Япон ском море является преобладание крупноразмерных особей. Так, в апреле июне, в период северных миграций, на традиционном промысле у берегов п-ова Корея и в Корейском заливе в основном встречаются особи длиной более 29 см. В обоих случаях размерный ряд сайры одномодальный, един ственным различием является изменение его границ. В июле сходный размерный состав, с преобладанием крупных особей, типичен для цен тральной части Японского моря и для вод южного Приморья. В восточной части моря, у о-вов Хонсю и Хоккайдо в мае-июле также в основном встречается сайра длиной 29-32 см (Шунтов, 1967).

Необходимо отметить, что в октябре–декабре, в период южных ми граций, размерный состав и средний размер особей практически не изме няется. В апреле–мае 1998 г. в районе п-ова Корея средний размер сайры изменялся в пределах 28,6–29,5 см, в ноябре–декабре средний размер со ставлял 30,6–31,2 см, размерный ряд в обоих случаях одномодальный. Та кая ситуация характерна и для большинства других лет. Однако в некото рые годы размерный состав сайры несколько отличается от приведенного выше. Так, в марте–июне 1977 г. у берегов п-ова Корея средние размеры сайры колебались от 24,1 до 26,4 см. В ноябре–декабре того же года доля крупных особей увеличилась, средний размер составил 28,3–29,3 см. В марте и июле 1970 г. четко выделялись две модальные группы: 22–25 и 28–32 см в марте и 25–28 и 30–33 см в июле. В 1972 и 1974 гг. средние размеры особей в период южных миграций (октябрь–декабрь) (28,3–30,3 и 27,6–30,7 см) были меньше чем в период северных миграций (март–июнь) (соответственно 26,8–28,9 и 27,9–28,9 см). Это, на наш взгляд, свидетель ствует о межгодовой изменчивости вклада различных генераций в форми рование численности этого вида в Японском море.

Для сайры Японского моря нами было получено уравнение роста L=5,95*exp(4,105174*(1-exp(-0,00915*t))), R = 0,96 (Байталюк, Шелехов, в печати). Основываясь на этом уравнении, мы полагаем, что основу уловов Республики Корея и КНДР с апреля по июль составляют особи летней (май–сентябрь) генерации предшествующего года, совершающие север ную нагульно-нерестовую миграцию. Это согласуется с данными о нерес те сайры, поскольку именно с июня по сентябрь наблюдается обычно наи большая продукция икры сайры в Японском море (Hatanaka, Sekino, 1956;

Fukataki, 1959). Второй сезон характерный для сайрового промысла Юж ной Кореи в конце осени с более низким выловом (20-30% от годового), базируется в основном на особях, родившихся с октября по декабрь про шлого года и весной текущего года, которые к этому времени достигают промысловых размеров и совершают южную миграцию. Незначительное изменение средних размеров сайры на осеннем промысле в сравнении с весенне-летним свидетельствует, на наш взгляд, о резком сокращении численности сайры летней генерации к этому времени. Сверхкрупная сай ра длиной более 33 см имеет в уловах очень небольшую долю. Известные максимальные размеры сайры в Японском море – 35,6 см (Румянцев, 1947). Исходя из этого и полученного нами уравнения роста, можно гово рить о том, что средняя продолжительность жизни сайры Японского моря сравнительно редко превышает 1,5 года. Максимальная же продолжитель ность жизни, по-видимому, не превышает двух лет.

ФОРМИРОВАНИЕ СУТОЧНЫХ КОЛЕЦ НА ОТОЛИТАХ ПРЕДЛИЧИНОК ДЛИННОРЫЛОЙ КАМБАЛЫ (LIMANDA PUNCTATISIMA PUNCTATISIMA) В УСЛОВИЯХ АКВАРИУМНОГО ЭКСПЕРИМЕНТА В.А.Шелехов ТИНРО-Центр, Владивосток Определение возраста рыб – важнейший вопрос биологии, который глубоко и всесторонне рассматривался на протяжении более чем 100 по следних лет. Особый этап развития исследований в этой области начался в 70-х гг. XX века с появлением публикаций, посвященных микроприростам на отолитах рыб, имеющих, как предположили тогда, суточную перио дичность закладки (Pannella, 1971;

1974;

Stevenson, Campana, 1992).

Вопрос о механизме формирования суточных приростов у рыб явля ется одним из ключевых и отсутствие четких представлений в этом вопро се – все еще слабое звено в развитии методики определения возраста с помощью учета микроприростов.

Нами было проведено несколько серий экспериментов по инкубации предличинок до момента полной резорбции желтка. Личинки в экспери ментах фиксировались раз в сутки, но в различное время. Но несколько фиксаций было сделано утром с 900 до 1100, днем с 1500 до 1700 и вечером с 2100 до 2300. Суточные приросты подсчитывались и измерялись вдоль оси наиболее быстрого роста отолитов при 400-кратном увеличении.

В первые 20 ч развития размеры предличинок незначительно отлича лись от размеров на момент выклева. Далее на протяжении, по крайней мере, 2 сут наблюдался заметный рост личинок. На 3 и 4-е сут, к моменту истощения запасов желтка, рост личинок практически полностью остано вился.

Первое кольцо на отолитах длиннорылой камбалы становится замет ным уже в возрасте около 20 часов после выклева, после первой ночи. На сагитте оно закладывается при радиусе равном в среднем 4,56 мкм. На ла пиллусе первое кольцо имело радиус в среднем 4,82 мкм после первой но чи. Размеры сагитты и лапиллуса у длиннорылой камбалы на стадии пред личинки очень близки и изменяются с возрастом сходным образом. Кроме того, было очевидно сходство их роста с моделью роста самих личинок.

У личинок, проживших 1 ночь, только на 6 из 35 сагитт и на 4 из лапиллусов не было заметно кольца, хотя радиус отолитов у них в сред нем лишь на сотые доли микрона был меньше, чем у личинок, имеющих кольцо на отолитах. Лишь на одном отолите (сагитта) у предличинки в возрасте около 36 ч, прожившей 1 ночь, было отмечено 2 кольца, но на втором отолите кольцо было только одно. Из личинок проживших две ночи только у одной не было замечено второго кольца, причем на обеих сагиттах и лапиллусах. Размеры отолитов у нее были либо близки к сред нему, либо лишь слегка мельче, чем у остальных. После третьей ночи все исследованные личинки имели по три кольца на сагиттах. После четвер той ночи четвертое кольцо на сагитте вообще не было заметно, а третье кольцо было заметно лишь на 3 из 11 сагиттах. Рост самих отолитов (и са гитты и лапиллуса) на третьи сутки после выклева практически остано вился.

У длиннорылой камбалы ширина краевого прироста несколько изме няется в течение суток. У особей, фиксированных утром, она в среднем равна 1,64 мкм, у особей, фиксированных днем – 1,7 мкм, и у особей, фик сированных вечером – в среднем 2,38 мкм. Необычно большая ширина краевого прироста (3- 4,5 мкм) отмечались нами у личинок, фиксирован ных вечером в возрасте около 1,5 суток, которые выклюнулись ночью и фактически прожили две ночи, но переход день-ночь у них был только один. Можно предположить, что именно во время этого перехода (вероят но, в первой половине ночи) происходит замедление роста отолита у длиннорылой камбалы, а затем он снова активизируется.

Как видно из нашего эксперимента, у личинок до перехода на экзо генное питание кольца формируются. Ширина краевого прироста заметно увеличивается в течение дня, а кольца становятся заметными только после ночи, что позволяет предположить именно ночное формирование колец.

Механизм формирования колец у длиннорылой камбалы на основа нии работ, проведенных Мугийя и Такахаси на радужной форели (Mugiya, Takahashi, 1985;

Mugiya, 1987), и нашего исследования может выглядеть следующим образом: белки, образующие матрикс отолитов, продуциру ются секретирующими клетками более интенсивно в ночное время (Mu giya, 1987), а рост кристаллов карбоната кальция (арагонита), которые об разуются в этом матриксе, значительно снижается в первой половине ночи за счет понижения pH эндолимфы, что приводит к появлению зон с мень шим содержанием кальция.

СТРУКТУРА И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ВОДНЫХ ЭКОСИСТЕМ ОСОБЕННОСТИ РАЗМНОЖЕНИЯ МОРСКИХ БЕНТОНТОВ В ЗАГРЯЗНЕННОЙ НЕФТЕПРОДУКТАМИ СРЕДЕ Н.А.Бакаева, Н.П.Чернышова АзНИИРХ, Ростов-на-Дону Современная концепция углеводородного загрязнения Мирового океа на, базирующаяся на новых научных данных (Павлов, Шадрин, 1999), сви детельствует, что суда в общем сбросе углеводородов в море составляют не значительную долю. Основная масса нефтепродуктов поступает в море с бе рега и через атмосферу, с ливневыми стоками (Миронов, 1992). Обладая большой стойкостью, нефть длительное время сохраняется в морской воде, переносится на большие расстояния от мест сброса, проникает в толщу мор ской воды, осаждается на дно, накапливается в донных отложениях и затем вновь всплывает на поверхность моря, имитируя свежее нефтяное загрязне ние. Нефтяные углеводороды являются высокотоксичными соединениями.

Изменения в донных отложениях морских водоемов традиционно оценивали по изменению видового состава, численности, биомассы бен тонтов. Попытки исследовать связь токсичности воды с концентрациями загрязняющих веществ в природных водах пока не дали конкретных и четких результатов. В этой связи основным подходом для токсикологиче ской оценки влияния загрязняющих веществ является моделирование за грязнения (Бакаева и др., 2001).

На основе тщательного анализа итогов калибраций результатов био тестирования морской среды различными методами для мониторинга за грязнения морской среды Службой по мониторингу штата Вашингтон (США) рекомендовано два биотеста: анализ эмбриогенеза двустворчатых моллюсков и оценка оплодотворяющей способности сперматозоидов мор ских ежей (цит. по: Тюрин, 1998). Более высокая, чем у взрослых особей, чувствительность эмбрионов и личинок морских беспозвоночных к качест ву среды и действию загрязняющих веществ показана многими исследова телями. В работах отечественных исследователей (Тюрин, 1998) по влия нию загрязнения морских прибрежных и эстуарных вод на естественные сообщества зоопланктона, нейстона особо отмечено, что в первую очередь загрязнение влияет на выживание, распределение и оседание пелагических личинок донных беспозвоночных. Эмбрионы и личинки многих видов мор ских моллюсков, иглокожих, ракообразных погибают при меньших на 2– порядка концентрациях тяжелых металлов и детергентов, чем взрослые особи. Таким образом, из изложенного следует, что основным современ ным методом тестирования морской среды является регистрация смертно сти эмбрионов и личинок, не совместимых с жизнью аномалий развития.

Направление наших исследований было связано с поиском видов мол люсков, пригодных для использования в модельных мезокосменных экспе риментах и трофических цепях. Исследования проводили в соответствии с плановыми научно-исследовательскими работами на базе научно-экспе риментального морского биотехнологического центра пос. Большой Утриш.

Анализ видового состава донной фауны района о. Большой Утриш, особенностей биологии обнаруженных моллюсков, оценка возможностей искусственного содержания вида для целей биотестирования и использо вания размножения в качестве тест-показателя позволили нам проводить исследования на моллюске Rapana thomashiana (venosa). В эксперименте использовали сырую нефть в концентрациях, соответствующих реальному загрязнению донных отложений Азовского моря и на порядок ниже и выше. Нефть вносили непосредственно в грунт (ракушечник).

Под действием нефти происходили значительные отличия в размерах, сроках первых кладок, общей длительности и цвете кладок. Помимо этого различным было время созревания и выхода велигеров. Таким образом, репродуктивная система рапаны чутко реагирует на загрязнение среды нефтеуглеводородами и наиболее опасна нефть для организмов, находя щихся на ранних стадиях развития.

ИЗМЕНЕНИЯ В СРОКАХ НЕРЕСТА НЕКОТОРЫХ ХАНКАЙСКИХ ВИДОВ РЫБ-ВСЕЛЕНЦЕВ В ВОДОЁМАХ ЮГА ПРИМОРЬЯ Е.И.Барабанщиков ТИНРО-Центр, Владивосток Ханкайские виды рыб попали в водоёмы юга Приморья большей ча стью при зарыблении их вместе с серебряными карасями, сазанами и со мами в результате неаккуратной акклиматизации из бассейна оз. Ханка.

Часть вселённой ихтиофауны впоследствии погибла, а часть приспособи лась к новым условиям и стала успешно размножаться.

При проведении работ на водоёмах южной части Приморья мы отме чали, что некоторые рыбы-вселенцы нерестятся раньше от двух недель до месяца–полтора, чем на Ханке и тем более Амуре. Это связано, по всей видимости, с более ранним общим прогревом вод, благодаря чему икро метание у рыб начинается раньше, чем на севере.

Так, например, в Богатинском и Пионерском водохранилищах, распо ложенных в пределах черты г. Владивостока, в третьей декаде мая 2000 г.

отмечался нерест амурского сома Parasilurus azotus, амурского чебачка Pseudorasbora parva, корейской востробрюшки Hemiculter leucisculus, ко лючего горчака Acanthorhodeus asmussii. Самцы и самки этих видов имели гонады на IV–V, V и V–VI стадиях зрелости. Температура воды в поверх ностном слое в водоёмах составляла 15–16 °C, а в прибрежье на 3–5 °C выше.

Уклей Culter alburnus, отловленный 1 июня 2000 г. в оз. Кролевецком, расположенном в бассейне р. Артёмовка, имел гонады на IV–V стадии зрелости. Сом амурский P. azotus и косатка-скрипун Pelteobagrus fulvi draco к этому времени уже отнерестились. Их гонады находились на V–VI, VI стадии зрелости. Озеро мелководное, глубины в среднем составляют 0,2–0,4 м, температура воды в нём в этот период превышает 20 °С.

В этот же период на Ханке температура воды обычно достигает прак тически таких же значений, как на водохранилищах южного Приморья, а на р. Сунгача, вытекающей из озера, термический режим в 2000 г. был даже выше, чем на юге. Нерест рыб в реке так же, как и в южных водо ёмах, проходил раньше, чем на озере.

По всей видимости, для отдельных представителей ихтиофауны в во доёмах на юге Приморья складывается более благоприятный комплекс гидрологических условий, чем в Ханке. Благодаря этому, нерест у них проходит раньше. Однако вполне вероятно, что рыбы-субстратофилы приспособились к икрометанию при самом высоком уровне воды в водо хранилищах. В это время заливаются мелководья, где уже проросла моло дая трава. Данная зона хорошо прогревается, что всё вместе может стиму лировать нерест рыб-фитофилов. Позднее же уровень воды в водохрани лищах снижается, из-за расхода её на нужды города, и возможность для размножения уменьшается, т.к. из субстрата остаются в основном илы и глина, а также тело плотины, местами камни и, в районе впадения рек, пе сок. Учитывая, что большая часть видов вселённой мелкой карповой их тиофауны имеет порционное икрометание, период размножения у них за счёт более раннего его начала может увеличиваться.

РАЗЛИЧИЯ В СОСТАВЕ СООБЩЕСТВА ЗООБЕНТОСА НИЖНЕЙ ЧАСТИ РЕКИ СУНГАЧА И ЕЁ БАССЕЙНА Е.И.Барабанщиков ТИНРО-Центр, Владивосток Исследования зообентоса на р. Сунгача проводила в начале 30-х гг.

прошлого века экспедиция ТИРХа (Булдовский, 1934). Однако известны только результаты её работ в районе истока реки. Кроме этого, за послед ние годы из-за хозяйственной деятельности человека состав зообентоса в этом районе несколько изменился. Данные по нижней части бассейна р.

Сунгача имеются благодаря исследованиям Амурской ихтиологической экспедиции 1945–1949 гг. (Боруцкий и др., 1952), но малакофауна была слабо представлена в их сборах.

Предварительные работы, связанные с изучением сообщества зообен тоса р. Сунгача и р. Чёрной, впадающей в неё, проводились нами в июне 2000 г. Помощь в определении видового состава оказали сотрудники БПИ ДВО РАН.

В донных сборах обнаружено 34 таксона беспозвоночных животных.

Наибольшую долю из них составляли моллюски (более 40 %) и насекомые (50 %). Видовое разнообразие донных животных в р. Чёрной оказалось выше, чем в р. Сунгача, в основном за счёт личинок Insecta, так как в пер вом водоёме имеется много различных экотопов, в то время как во втором среда довольно однородна. Сходство фаун р. Сунгача и оз. Ханка объяс няется зоогеографической и геологической общностью водоёмов.

На участке р. Сунгача напротив устья р. Чёрной биомасса зообентоса составляла 7,6 г/м2, а численность – около 3,5 экз./м2. На долю брюхоно гих моллюсков приходилось 86 % от общей биомассы донных животных, а двустворчатых (Nodularia amurensis) – 12,8 %. Из них около 56,5 % со ставляли представители р. Amuropaludina (A. pachya и A. praerosa). Доля брюхоногих моллюсков также преобладала над остальными группами донных животных и по численности (более 70 %). Среди Gastropoda наи более массовыми были те же виды, а из других – личинки стрекоз (13,6 %) и речная форма Leander modestus (11,4 %).

Биомасса донных животных в р. Чёрной, в 800 м от устья, составляла в среднем 632 мг/м2, численность – 3,5 экз./м2. Колебания биомассы на различных участках реки достигали от 133 мг/м2 до 1,739 г/м2, а числен ность – от 1 до 5,6 экз./м2. Более 68 % общего показателя биомассы при ходилось на долю брюхоногих моллюсков, большей частью Ci pangopaludina ussuriensis (41,3 %) и Parafossarulus manchouricus (21,6 %).

Кроме них большие значения имели Palaemonetes sinensis (9,0 %) и речная форма L. modestus (18,1 %).

По численности в сообществе зообентоса р. Чёрной преобладали чле нистоногие животные (более 50 %). На долю брюхоногих моллюсков при ходилось 40 %. Из различных таксонов донных животных наиболее мно гочисленны были P. manchouricus (29,7 %), личинки и взрослые насеко мые (25,2 %), среди которых преобладала молодь стрекоз, а также речная форма L. modestus (17,4 %).

Интересно, что ценные в пищевом отношении для рыб донные жи вотные в р. Сунгача составляли 1 % из 7,6 г/м2, а в р. Чёрной – 30 % из 0, г/м2. Количество такого зообентоса в последнем водоёме в 2,5 раза пре восходило по биомассе данный показатель из первого, несмотря на то что общее значение было в 12 раз ниже.

Следует отметить, что у моллюсков молодь практически не встреча лась. Это, может быть, связано с условиями обитания в исследованных экотопах. Многие раковины брюхоногих моллюсков имели обрастания, которые могут свидетельствовать, скорее всего, о небольшой турбулент ности водного потока. Интересно, что среди 21 исследованной нодулярии только у одной мы обнаружили в мантийной полости личинок горчаков (подсемейство Acheilognathinae).

Таким образом, в ходе предварительных работ в нижней части бас сейна р. Сунгача мы выяснили, что наибольшее количество биомассы и численности зообентоса приходилось на долю моллюсков. Несмотря на то что в самой реке биомасса донных животных в 12 раз выше, чем в прида точной системе, количество потребляемых рыбой беспозвоночных в 2, раза ниже.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПЛАНКТОННОГО СООБЩЕСТВА НИЖНЕЙ ЧАСТИ БАССЕЙНА РЕКИ СУНГАЧА Е.И.Барабанщиков ТИНРО-Центр, Владивосток Р. Сунгача имеет равнинный характер. Она берёт начало в оз. Ханка и соединяет его с р. Уссури. Изучение сообщества сунгачинского зоопланк тона ни разу не проводилось. В 1933 г. экспедицией ТИРХа при переходе катером из оз. Ханка в р. Амур были взяты несколько планктонных проб в р. Сунгача, однако результаты этих исследований остались неизвестны.

В начале июня 2000 г. нами выполнялись предварительные гидробио логические работы, одним из этапов которых было изучение зоопланктона р. Сунгача. Исследования проводились в нижней части водоёма, включая р. Чёрную.

Сообщество зоопланктона р. Сунгача по своему составу является про должением прибрежного сообщества планктонных животных оз. Ханка, так как последнее оказывает большое влияние на его формирование. Кроме ханкайского воздействия, значительный вклад вносят многочисленные мелкие речки. При увеличении стока после прохождения обильных дождей происходят сильные изменения в сообществе зоопланктона. Они возника ют из-за влияния подпора Уссури во время паводков, при которых уровень Сунгачи поднимается на несколько метров и течение реки меняется на про тивоположное. В итоге состав зоопланктона реки отражает все эти воздей ствия, но основную роль в нём играет прибрежная зарослевая фауна.

Всего в нижней части бассейна реки нами обнаружено 74 таксона планктонных животных. Из них на долю коловраток приходился 21 вид, ветвистоусых рачков – 25, веслоногих – 14 видов. Прочие составляли таксонов. Непосредственно в р. Сунгача нами отмечен 71 вид: Rotatoria – 20, Cladocera – 25, Copepoda – 13, прочие – 13. Наиболее многочисленными среди них были глохидии Unionidae, Chydorus sphaericus, Trichocerca cylin drica и Synchaeta sp. В р. Чёрной отмечено 49 видов планктонных живот ных: Rotatoria – 15, Cladocera – 17, Copepoda – 7 и прочие – 10. Чаще всего в ней отмечались Synchaeta sp., Trichocerca cylindrica, Tr. longiseta, Euchlanis dilatata, Lecane luna, L. (Monostyla) bulla, Chydorus sphaericus, Biapertura in termedia, Ostracoda, глохидии Unionidae и личинки Chironomidae. Среди всех видов планктонных животных общими для обеих рек были 46: коловра ток – 14, ветвистоусых рачков – 17, веслоногих – 6, прочих – 9. Как мы ви дим, в обоих водоёмах по видовому составу велика доля Cladocera (33,8 %).

Несколько меньше коловраток (28,4 %). Доля планктонных животных из р.

Чёрной составляла 66,2 % общего списка, а из р. Сунгача – 95,9 %. В целом по биоразнообразию планктонные беспозвоночные из этого бассейна почти на 100 % близки к таковому из оз. Ханка, за исключением нескольких при брежно-зарослевых видов, относящихся к семейству Chydoridae.

Биомасса зоопланктона в нижней части реки в среднем за сутки состав ляла 28 мг/м3. На стрежне реки её показатель в течение суток колебался от до 16 мг/м3, постепенно увеличиваясь от полудня к полуночи. В мелковод ной зоне в светлое время она мало отличалась от значения глубоководной пробы. Ночью же показатель биомассы в прибрежье возрастал на порядок и достигал 99 мг/м3. Однако, в отличие от данных из оз. Ханка (Барабанщиков, 1998), её среднесуточные значения для начала июня почти в 40 раз были ниже. Основная доля (44 %) биомассы приходилась на веслоногих рачков.

Из них наибольшее количество составляли Eucyclops speratus, Heterocope soldatovi (по 10,7 %) и Boeckella orientalis (7,1 %). Второе место занимали Cladocera (29,0 %). По 7,1 % приходилось на долю Simocephalus serrulatus и одного из видов Chydoridae. Из группы прочих видов, которые составляли 23,0 %, наиболее массовыми были личинки Chironomidae (21,4 %).

Численность планктонных животных на этом же участке р. Сунгача превышала 7 тыс. экз./м3. Интересно, что самый массовый в данное время в оз. Ханка веслоногий рачок Epischura chankensis отмечался единично.

Биомасса зоопланктона в р. Чёрной превышала по своим показателям её значения в р. Сунгача. Она достигала в 800 м от устья р. Чёрной мг/м3, а в заливе на мелководье, недалеко от этого места, – 225 мг/м3. Дан ные значения соответственно в 4 и 20 раз больше показателя биомассы зоопланктона из р. Сунгача, взятого в одно и то же время. Основную долю (78 %) в ней в самой р. Чёрной составляла группа прочих видов планктон ных животных, главным образом личинки Chironomidae. Среди остальных групп зоопланктона выделялись только Cladocera (12 %). Наибольшую биомассу у них имел Ch. sphaericus (более 4,3 %).

Численность планктёров в р. Чёрной составляла около 5,5 тыс. экз./м3, а в заливе возрастала в 23 раза и достигала 126,4 тыс. экз./м3.

Наиболее массовыми в самой реке были коловратки (41 %). Среди них выделялись Trichocerca cylindrica и Synchaeta sp. (по 9,2 %). Кроме них группа прочих видов составляла около четверти всех животных, об наруженных в планктонных сборах. Около 9 % приходилось на долю Os tracoda и молодь Unionidae. Столько же составляли и представители вет вистоусых и веслоногих рачков – Chydorus sphaericus и науплии Copepoda.

В мелководном заливе реки Чёрной более 66,2 % биомассы приходилось на долю Copepoda, среди которых преобладали науплии (58,2 %). Коловратки составляли менее 25,0 %. Из них на Asplanchna priodonta приходилось около 20,0 %. Доля остальных групп беспозвоночных была незначительна.

Так же как и по биомассе, по численности преобладали веслоногие рачки (84,6 %), среди которых большую часть составляли науплии (82,8 %).

До 13 % общего количества планктонных животных приходилось на долю коловраток. Наиболее многочисленна у них была Synchaeta sp. (6,5 %).

Таким образом, в ходе предварительных исследований мы установи ли, что в сообществе зоопланктона нижней части бассейна р. Сунгача преобладают прибрежно-зарослевые формы, генеративно связанные с со обществом зоопланктона оз. Ханка. При сравнении количественных ха рактеристик зоопланктона рек Сунгача и Чёрной численность и биомасса в первом водоёме значительно уступали по своим показателям второму.

Однако по качественным характеристикам р. Сунгача имела более богатое в видовом отношении сообщество зоопланктона.

НЕКОТОРЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ МНОГОЛЕТНЕЙ ДИНАМИКИ ЧИСЛЕННОСТИ СЕВЕРОПРИМОРСКОЙ ГОРБУШИ ONCORHYNCHUS GORBUSCHA А.Г.Бянкин Амуррыбвод, Хабаровск Горбуша северного Приморья является одним из основных промы словых объектов рыбной промышленности этого района. Изучение дина мики численности горбуши необходимо для рационального использова ния этого вида.

Материалом для настоящей работы послужили литературные дан ные, ежегодные отчеты Контрольно-наблюдательной станции Совгаван ской инспекции Амуррыбвода и Хабаровского отделения ТИНРО в 1971–2000 гг., а также личные наблюдения.

Приморская горбуша имеет преобладание численности поколения нечетных лет над поколением четных. Общий вылов приморской горбу ши в северном Приморье с 1910 по 2000 г. составил 205,6852 тыс. т. В нечетные годы вылов составил 133,5368 тыс. т., что почти в два раза больше, чем в четные годы, – 72,1484 тыс. т. Аналогично соотношение среднегодовых уловов – 3,2 и 1,64 тыс. т.

В динамике численности приморской горбуши наблюдается регуляр ная смена доминирующего по численности поколения нечетных лет на поколение четных лет. Такие смены доминант наблюдались с 1952 по 1960 г. (пик численности в 1956 г.), в 1978 и с 1996 г. по настоящий пери од. Как видно, данный процесс происходит с интервалом 20–22 года. Это возникает при десятилетнем снижении численности поколения нечетных лет (1953–1963, 1975–1985) с одновременным ростом выловов в четные годы. Выловы приморской горбуши нечетных лет в эти периоды не пре вышают 2 тыс. т.

С 1995 г. наблюдается значительное снижение численности нечетного поколения горбуши (1995 – 0,08;

1997 – 0,27;

1999 – 0,041 тыс. т) и повы шение четного (1996 – 1,648;

1998 – 4,57;

2000 – 5,537 тыс. т). Фактически поколение приморской горбуши нечетных лет в настоящее время нахо дится в депрессивном состоянии.

Доминирование поколений нечетных лет наблюдается в четные цик лы солнечной активности (по Цюрихской нумерации), а для четного по коления приморской горбуши – наоборот.

Цикл смены магнитной полярности солнечных пятен длится 22 года и вполне может влиять на смены доминант у приморской горбуши. Из вестно влияние этих 22-летних циклов на колебание температуры воздуха и биологические процессы на Земле.

Также следует отметить, что поколения четных лет приморской гор буши коррелируют с 11-летней солнечной активностью (р = 0,3). Подъем и пики численности данного поколения всегда происходят при повышен ной солнечной активности, но для поколения нечетных лет этого не на блюдается.

Цикл солнечной активности Доминирование поколений (+) № Годы Нечетных лет Четных лет 19 1954–1964 - + 20 1964–1976 + 21 1976–1986 - + 22 1986–1996 + 23 1996–… - + Таким образом, имеется связь солнечной активности и динамики чис ленности приморской горбуши, что должно использоваться для долго срочного прогнозирования уловов горбуши.

Следовательно, можно предположить, что подъем численности не четного поколения приморской горбуши начнется примерно с 2005 г. Но до этого времени необходимо резко ограничить вылов горбуши в север ном Приморье в нечетные годы на период депрессии.

ИЗМЕНЕНИЯ ДОННЫХ СООБЩЕСТВ ДЕЛЬТЫ ВОЛГИ В УСЛОВИЯХ ЗАГРЯЗНЕНИЯ ПРИРОДНОЙ СРЕДЫ Д.С.Даирова АГТУ, Астрахань Изучение зообентоса проводилось в рамках комплексных исследова ний современного состояния экосистем различных зон дельты Волги и имело своей целью определение структурных характеристик сообществ гидробионтов и оценку качества воды по состоянию донных биоценозов в условиях загрязнения природной среды.

Донные животные и их сообщества, благодаря особенностям их эко логии, могут служить объективными показателями изменений внешней среды, в том числе и антропогенного характера. По многолетним данным, в бентосном сообществе доминирующее положение (в среднем 65–75 %) занимают достаточно устойчивые к загрязнению нетоксичными органиче скими веществами организмы – представители - и -мезосапробной зон. В 1999 г. на долю олигохет приходилось 33 %, моллюсков – 23 %, ра кообразных – 24 %, личинок насекомых – 15 %. Из них видовым разнообра зием отличались моллюски (18 видов) и ракообразные (9 видов). Среди мол люсков преобладали Viviparus viviparus (15 %), Lithoglyphus naticoides (22 %), среди ракообразных – Niphargoides robustoides (44 %). Весной высокими количественными показателями характеризовались выходные участки Ки ровского, Белинского и Гандуринского банков, что вызвано обильным развитием (в среднем 76 % от общей численности) представителей - и -мезосапробной зон – личинок насекомых (хирономид, стрекоз, ручей ников). Из других групп в количественном отношении лидировали мол люски (Viviparus viviparus, Dreissena polymorpha), на долю которых при ходилось 14 %, и ракообразные (Niphargoides robustoides) – 8 %. Весной преобладание в донном ценозе - и -мезосапробных форм указывает на умеренную загрязненность исследуемых водоемов, что подтверждается величинами биотического индекса (5–6).

В начале лета на выходных участках Кировского, Белинского и Ган дуринского банков происходила смена доминирующих форм. В пробах зообентоса по численности преобладала группа ракообразных – соответ ственно 61, 81 и 74 %. Из них лидировали Niphargoides robustoides, Dikerogammarus caspius (--мезосапробы). Высокую биомассу формиро вали моллюски (Viviparus viviparus, Limnaea ovata – - и мезосапробные виды), на долю которых приходилось соответственно 67, 43 и 69 % общей биомассы. Также на этих водотоках встречались личинки стрекоз и ручейников (11 %) – обитатели умеренно-загрязненных вод. Ин декс загрязнения колебался в пределах 6–7 единиц, что характерно для умеренно-загрязненных водоемов.

Осенью качественный состав зообентоса на Кировском, Белинском и Гандуринском банках был богаче, чем летом. Из обнаруженных групп по видовому составу доминировали моллюски (13 видов), за ними следовали ракообразные (7 видов). Среди малакофауны ведущими являлись - и - мезосапробные виды: Viviparus viviparus (12 % от общей численности), Dr.

polymorpha (24 %), Planorbis albus (26 %), а из ракообразных – обитатели --мезосапробной зоны: Niphargoides robustoides, Dikerogammarus caspius, D. haemobaphes, составившие в целом 29 %. Кроме того, из числа ракообразных отмечены Corophium curvispinum (-мезосапроб) и Limno mysis benedeni. Наиболее массовой группой среди насекомых были хиро номиды (-мезосапробы) – 8 %. В исследуемых водотоках основу высокой биомассы составляли моллюски, среди которых значительную роль игра ли крупные формы двустворчатых: Unio pictorum, Anodonta piscinalis (- мезосапробы). Структура сообщества зообентоса исследованных участков типична для умеренно-загрязненных вод, что подтверждается индексом загрязнения (6).

Изучив донный ценоз каждого исследуемого банка, установили, что за период наблюдений зообентос всех исследуемых водоемов испытывает воздействие антропогенных факторов, где основными обитателями явля ются представители - и -мезосапробной зоны.

НЕКОТОРЫЕ ДАННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ МАКРОФИТОБЕНТОСА ТАТАРСКОГО ПРОЛИВА В 1999–2000 гг.

А.А.Дуленин Хабаровское отделение ТИНРО-Центра, Хабаровск Материалы по макрофитобентосу северо-западной части Татарского пролива собирались в 1999–2000 гг. в ходе альгологической съемки, кон трольного промысла ламинарии японской и специализированных полевых работ. Частями обследовано около 70 миль прибрежья пролива от р. Аку (южнее мыса Песчаного) до зал. Чихачева. Работы проводились по обще принятым методикам.

Основной промысловый вид – ламинария японская. Перспективными как дополнительные объекты промысла для технической переработки яв ляются алярия охотская (Alaria ochotensis), чельманиелла толстолистная (Kjellmaniella crassifolia), цистозира толстоногая (Cystoseira crassipes), кос тария ребристая (Costaria costata). Морские травы представлены зостерой азиатской (Zostera asiatica), зостерой морской (Zostera marina), филлоспа диксом иватенским (Phyllospadix iwatensis). Зостера азиатская составляет основу промысловых запасов трав, добыча других видов возможна лишь на отдельных небольших участках.

Растительность имеет специфический характер вертикального рас пределения. Так, алярия отмечена от верхнего горизонта сублиторали до глубины 10 м, однако 65 % промыслового запаса приходилось на глубину от 2 до 3 м. Биомасса в монодоминантных зарослях колебалась от 2 до кг/м2. Ламинария встречалась на глубинах от 1 до 20 м, при этом 75 % промыслового запаса с биомассами от 5 до 9 кг/м2 приходилось на глуби ны 3–8 м. Чельманиелла толстолистная – более глубоководный вид. Отме чена на глубинах от 4 до 20 м и глубже, 60 % промыслового запаса прихо дилось на глубины от 9 до 11 м. Поселения чельманиеллы разреженны, биомасса 1–2 кг/м2. Местами биомасса возрастает до 5 кг/м2, на таких уча стках возможен промысел.

В наиболее широком диапазоне глубин располагаются промысловые поля зостеры азиатской. У открытых берегов и в широких бухтах 70 % промысловых запасов приходилось на глубины от 7 до 14 м при биомас сах 2–4 кг/м2. Более перспективными для промысла являются мелковод ные участки закрытых бухт с мягкими грунтами, как, например, кутовые части бухты Мосолова и зал. Чихачева. Здесь заросли морских трав начи наются уже на литорали, занимая площади в десятки гектаров. Биомасса составляла 1,5–4,0 кг/м2. Благодаря значительной величине приливов и отливов, добыча на таких участках возможна прямо с берега либо с лодок, без использования водолазов, что весьма привлекательно.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАТЕМАТИЧЕСКИХ МЕТОДОВ СТАТИСТИКИ В МОНИТОРИНГЕ ЭКОСИСТЕМЫ АЗОВСКОГО МОРЯ А.В.Евграфов, А.Д.Семенов АзНИИРХ, Ростов-на-Дону Целью настоящего исследования являются статистическая оценка и прогнозирование состояния экосистемы Азовского моря, выявление скры тых закономерностей пространственно-временного распределения загряз няющих веществ, идентификация источников загрязнения.

На первом этапе данной работы нами были систематизированы и све дены в единую базу данных (БД) результаты плановых экспедиций Аз НИИРХ, проведенных за период 1985–2000 гг. В качестве программного комплекса для создания БД использована система управления базами дан ных (СУБД) FoxPro 2.5b.

Статистическую обработку данных по содержанию загрязняющих веществ (тяжелые металлы, нефтепродукты, хлорорганические пестициды и полихлорбифенилы) в элементах экосистемы Азовского моря проводили средствами программного пакета системы обработки данных Statistica 5.0.

Для сортировки данных, расчета среднегодовых, средневзвешенных по морю, средних по районам концентраций названных поллютантов состав лены специализированные программы (встроенный в систему язык STATBASIC). С целью выявления скрытых закономерностей поступления и пространственно-временного распределения загрязняющих веществ в водной среде Азовского моря путем обработки данных в модуле Basic Sta tistica and Tables системы Statistica с различными вариациями ввода дан ных (отдельно по районам, по сезонам и т.д.) получены матрицы коэффи циентов парной корреляции для загрязняющих веществ.

С использованием модуля Time Series Analisis and Forecarting прове дена статистическая обработка данных, в которой данные по содержанию в элементах экосистемы Азовского моря загрязняющих веществ представ лены в виде временных рядов. Выделены составляющие тренда динамики содержания загрязняющих веществ в Азовском море по каждому вещест ву и по суммарным значениям концентрации для групп веществ со сход ными токсическими свойствами. Методом анализа распределенных лагов с использованием функции ARIMA данного модуля получены характери стики количественных связей между концентрациями поллютантов в воде и донных отложениях для нефтепродуктов и пестицидов. Сочетание мето да корреляционного анализа с методами кластерного анализа в модуле Cluster Analysis позволило выделить годы и сезоны с наиболее выражен ными закономерностями распределения загрязняющих веществ в водной среде Азовского моря. Методом кластерного анализа определены зоны, для которых эти закономерности наиболее характерны.

Результаты статистической обработки данных по содержанию в эле ментах экосистемы Азовского моря загрязняющих веществ визуализиро ваны в виде сводных и корреляционных таблиц, графиков, диаграмм и картосхем.

ИССЛЕДОВАНИЕ АКТИВНОСТИ НЕКОТОРЫХ ПИЩЕВАРИТЕЛЬНЫХ ФЕРМЕНТОВ У КАРПА ПРИ ИЗМЕНЯЮЩЕМСЯ СОЛЕВОМ СТАТУСЕ С.Н.Егоров, С.В.Виятик, Э.И.Ижбердиева, Т.В.Зимнухова АГТУ, Астрахань Процесс приспособления животных к меняющимся условиям среды всегда привлекал внимание исследователей, особенно в отношении фи зиологии, поскольку, рассматривая в динамике реакции организма можно установить роль того или иного фактора в реализации тех или иных жиз ненно важных функций.

Живые организмы устроены таким образом, что постоянно испыты вают на себе воздействие различных экологических факторов. При этом реакции организма животных на отдельные факторы могут различаться, это выражается сменой поведения, изменением экстерьерных признаков и физиологического состояния и т.д.

Внешней средой для рыбы является вода. Стоит отметить, что при родная вода почти никогда не бывает химически чистой. В ней растворе ны различные соли. Количество солей, содержащихся в воде, может силь но колебаться, что дает основание выделять три типа водоемов: это мор ские, пресные и солоноватые.

При миграции в водоемы с другим солевым статусом в организме рыб происходят существенные физиологические перестройки. Если перенести рыбу в воду с другим осмотическим давлением, она погибнет вследствие большой разницы давлений внутри организма и в окружающей среде. Од нако, при медленном и постепенном изменении солености, организм мо жет приспособиться даже к такой солености, которая для него была ги бельной.

Цель работы состояла в исследовании изменений, происходящих в организме у рыб в момент приспособления к изменению солености в ок ружающей среде при переходе из пресной воды в соленую.

Исследования проводили на карпе. Объектом исследования служила пищеварительная система, которая, будучи системой открытой по отно шению к окружающей среде, находится в тесной связи с осморегулятор ной.

При постепенном повышении солености от 0 до 18 ‰ с интервалом дней (на 3 ‰ в каждой точке) проводились промеры длины кишечника, взвешивание массы кишечника и его слизистой, а также определялись ак тивность –амилазы, нейтральной протеазы, и суммарная карбогидразная активность. Контролем служила рыба, находившаяся в пресной воде.

В результате исследования изменения уровня активности пищевари тельных ферментов во времени при изменении солености было отмечено, что длина кишечника у опытных экземпляров рыб в конце эксперимента увеличивается на 1–2 см, по сравнению с контрольными. Кроме того, от мечается некоторое увеличение массы слизистой оболочки кишечника карпа из опытной группы. При анализе результатов, касающихся активно сти пищеварительных ферментов, нами установлено, что активность амилазы и суммарная карбогидразная активность резко возрастает при соле ности от нуля до трех промилле, а затем, с увеличением солености до 15 ‰, постепенно понижается. При солености 18‰, являющейся уже гибельной для рыбы, активность примерно втрое ниже, чем у контрольных экземп ляров.

Нейтральная протеаза, являющаяся консервативным ферментом, в от ношении изменения ферментативной активности, характеризовалась сла бой вариабельностью на протяжении всего эксперимента. По нашему мнению, в эксперименте удлинение кишечника, по-видимому, вызвано от ветной реакцией на стрессорный фактор – соленость. Это вызвало соот ветственно увеличение слизистой оболочки, а также обводнение клеток кишечника. Следует отметить, что существенное форсирование значений анализируемых показателей вносит физиологическая разнокачественность особей, т.е. физиологический статус организма играет существенную роль в адаптационном процессе.

НЕФТЯНОЕ ЗАГРЯЗНЕНИЕ АЗОВСКОГО МОРЯ В 1998–2000 гг.

Т.Л.Клименко, С.А.Кононова АзНИИРХ, Ростов-на-Дону На предыдущей конференции молодых ученых, проходившей в ТИНРО-Центре 24–26 мая 1999 г. (Клименко и др., 1999), дана харак теристика нефтяного загрязнения Азовского моря по наблюдениям 1985–1997 гг. В данном сообщении представлены результаты исследо ваний загрязнения моря нефтью и нефтепродуктами в период 1998– 2000 гг.

К основным источникам поступления нефтяного загрязнения отно сятся речной и рассредоточенный стоки, сточные воды береговых пред приятий. Резкий спад производства, начавшийся в конце 80-х гг., обу словил значительное уменьшение поступления нефтепродуктов со сточ ными водами предприятий, расположенных в гидрографической сети Азовского бассейна. В Ростовской области сбросы нефтепродуктов со сточными водами предприятий уменьшились к концу 90-х гг. по сравнению с началом 80-х почти в 10 раз. Значительный вклад в загряз нение моря в настоящее время вносит судоходство, так как увеличились объемы разгрузочно-погрузочных работ в портах и перевозок различ ных грузов, в том числе нефти и нефтепродуктов. Поток нефтеналивного флота, проходящего через порт г. Ростова-на-Дону, увеличился более чем на порядок.

В последние 3 года наблюдений – 1998–2000 – среднегодовые кон центрации нефтепродуктов в водной толще моря составляли 1,4–2, ПДК. При этом частота встречаемости концентраций нефтепродуктов, превышающих ПДК, была довольно высокой – 70–95 %. Пространствен ное распределение нефтепродуктов в открытой части акватории моря довольно равномерно. В воде ряда прибрежных районов Азовского моря (города Таганрог, Ейск, Приморско-Ахтарск) содержание нефтепродук тов достигало 6 ПДК.

Содержание нефтепродуктов в донных отложениях остается доста точно высоким и составляет в среднем за последние 3 года 0,90 мг/г сух.

массы. В донных отложениях прибрежных районов содержание нефте продуктов достигало 2,50 мг/г сухой массы.

Наблюдаемые на протяжении многих лет, в том числе 1998-2000 гг., уровни загрязнения нефтепродуктами водной толщи и донных отложений свидетельствуют о хронической загрязненности моря, что является при чиной нарушения структуры и функций гидробионтов Азовского моря.

СОСТАВ И ИЗМЕНЧИВОСТЬ ИХТИОФАУНЫ ВЕРХНЕЙ СУБЛИТОРАЛИ БУХТЫ РУССКОЙ (СЕВЕРНОЕ ПРИМОРЬЕ) Н.В.Колпаков Тернейская научно-исследовательская станция ТИНРО-Центра, Терней До сих пор комплексных исследований ихтиофауны самых верхних горизонтов сублиторали у берегов северного Приморья не проводилось.

Однако необходимость в информации о рыбах этой зоны моря, являющих ся составной частью сырьевой базы прибрежного рыболовства, очевидна.

Материал для работы собран с мая по октябрь 1998–2000 гг. в бухте Русской и прилегающих к ней участках побережья северного Приморья (44°45’–45°15’ с.ш.) на глубинах до 5 м. Для отлова рыб выполнено 80 за метов закидным неводом (ячея 12 мм, площадь облова – 2625 м2).

Всего зарегистрировано 56 видов рыб из 28 семейств. Наибольшим количеством видов были представлены семейства корюшковых (4), лосо севых (5), керчаковых (6), стихеевых (6) и камбаловых (5). Всех этих рыб можно разделить на три группы: 1) 11 видов проходных и полупроходных рыб (карповые, лососевые, корюшковые и др.);

2) 38 видов донных, при донных и пелагических “местных” видов, всю жизнь проводящих в море и не совершающих дальних миграций;

3) 7 видов южных мигрантов (япон ский анчоус Engraulis japonicus, лобан Mugil cephalus, сардина иваси Sar dinops melanostictus, сайра Cololabis saira, японская скумбрия Scomber ja ponicus, желтохвостая лакедра Seriola quinqueradiata, белоточечная собака рыба Takifugu niphobles).

Основу уловов (94 % по биомассе) составили 9 видов рыб (см. табли цу). Первое место принадлежало морской малоротой корюшке (56,3 %), вторым был японский анчоус (16,9 %). Доля остальных 7 видов изменя лась в пределах 0,4–6,7 %. Состав преобладающих в уловах видов, их ко личество и доля от общей биомассы значительно менялись по сезонам (см.

таблицу). В мае–июне преобладали малоротая корюшка, японский волосо зуб и звездчатая камбала;

в июле–августе – крупночешуйная красноперка, зубастая корюшка, бурый терпуг, звездчатая и японская камбалы;

в сен тябре–октябре – японский анчоус, скумбрия, звездчатая камбала, волосо зуб, малоротая корюшка (см. таблицу), т.е. в мае–июне преобладали “ме стные” виды, в июле–августе – проходные;

в сентябре–октябре – тепло любивые.

Прямой связи между составом уловов и температурой воды выявить не удалось. По-видимому, преобладание того или иного вида в уловах в первую очередь связано со сложившимися жизненными циклами (репро дуктивные и нагульные миграции) и адаптациями рыб к обитанию в ди намичной прибрежной зоне.

Состав и динамика соотношения видов, составивших основу уловов Вид Май– Июль– Сентябрь– В среднем июнь август октябрь за сезон Японский волосозуб A. japonicus 2,9 – 6,7 3, Морская корюшка H. japonicus 85,2 – 2,7 56, Японская камбала P. yokohamae – 1,8 – 0, Звездчатая камбала P. stellatus 7,1 1,9 7,0 6, Зубастая корюшка O. m. dentex – 23,9 – 2, Крупночешуйная красноперка T. hakuensis – 54,8 – 4, Бурый терпуг H. octogrammus – 1,9 1,0 0, Японская скумбрия S. japonicus – – 8,4 2, Японский анчоус E. japonicus – – 62,5 16, Средний улов, кг/замет 24,76 11,68 22,9 22, Число заметов 47 12 21 Отмечена и краткопериодная изменчивость уловов, вызванная ветро выми сгонами и штормовым перемешиванием. При этом с одной стороны падает относительная численность теплолюбивых рыб, а с другой – резко снижается абсолютная величина улова. Важным обстоятельством является также и то, что доля вида в уловах отнюдь не отражает его реальную чис ленность, так как стайное поведение, свойственное многим рыбам, обу словливает мозаичность их распределения.

О РАЗМНОЖЕНИИ СТИХЕЕВ ГРИГОРЬЕВА И НОЗАВЫ В ВОДАХ СЕВЕРНОГО ПРИМОРЬЯ Н.В.Колпаков, Е.В.Колпаков, А.Ф.Климкин Тернейская научно-исследовательская станция ТИНРО-Центра, Терней Cтихеевые (Stichaeidae) – обычные представители донной ихтиофау ны Приморья, их биомасса здесь составляет не менее 2.4 тыс.т (Видовой состав..., 1997). Стихеевые являются перспективными для промысла объ ектами, наиболее многочисленны среди них стихей Нозавы Stichaeus no zawae и стихей Григорьева Stichaeus grigoriewi. Биология этих видов изу чена крайне слабо.

В мае–июне 2000 г. в ходе комплексных работ по исследованию со общества рыб бухты Русской (45°08’–45°15’ с.ш.) получен небольшой ма териал по биологии и распределению указанных видов стихеев в прибре жье, позволяющий предварительно охарактеризовать сроки и условия их нереста, а также размерно-половой состав и плодовитость. Проанализиро ваны данные 32 сетепостановок (ячея – 24 мм, длина сети – 60 м, высота – 4 м) на глубинах 3–10 м. Дополнительно использованы данные 24 нево жений мелкоячейного снюрревода (ячея – 12 мм, длина – 55 м, вертикаль ное раскрытие – 2 м, длина урезов – по 700 м), выполненных в июне г. с борта мотобота в районе 44°45’–45°15’ с.ш. на глубинах 6–75 м. Воз раст рыб определяли по отолитам (стихей Нозавы – 19 экз., стихей Гри горьева – 30 экз.).

В уловах снюрревода стихей Григорьева в июне 1998 г. встречался на глубинах 10–20 и 60–70 м. Встречаемость его составила 12,5 %, доля в уловах по численности – 0,2 %, по биомассе – 0,4 %. Уловы варьировали от 1 до 3 экз. на замет, удельная биомасса (при коэффициенте уловистости 1) изменялась от 1,7 до 5,2 кг/км2. Стихей Нозавы был пойман однажды – на глубине 6 м (1 экз.). Сетные уловы обоих видов в мае–июне 2000 г. (на глубине 4–8 м) варьировали от 1 до 4 экз. на сеть за ночь.

По нашим данным, размножение обоих видов происходит в мае–июне у открытых берегов на галечно-валунных грунтах на глубине 4–8 м. Икра стихеев демерсальная, клейкая. Нерест S. grigoriewi проходит в более ран ние сроки, чем у S. nozawae: производители первого вида на стадии теку чести гонад (V) встречались в уловах преимущественно в мае, второго – в июне. Температура воды в прибрежье в мае колебалась от 4 до 7 °С, в ию не – от 6 до 10 °С.

Стихей Григорьева на нерестилище был представлен особями длиной 34,6–42,0 см (в среднем 38,2±0,9 см), массой – 207,1–393,2 г (269,0±24, г), в возрасте 6–7 лет. Его плодовитость составила 42950–75160 икринок (56060±5540, n – 5). Соотношение полов в период нереста (/) составило 1: 3. Одновозрастные самцы крупнее самок.

Стихей Нозавы на нерестилище был представлен особями длиной 25,6–36,8 см (31,3±0,7 см), массой – 124,6–355,2 г (225,0±14,5 г), в возрас те 5–8 лет. Соотношение полов 1,0: 1.7. Плодовитость варьировала от 48880 до 120510 икринок (91630±6770, n – 11).

Условия размножения S. grigoriewi и S. nozawae близки, хотя стихей Григорьева нерестится в более ранние сроки. У этого вида, по сравнению со стихеем Нозавы, больше размерно-массовые показатели, выше темп роста, ниже плодовитость.

ПЕСТИЦИДЫ В ЭКОСИСТЕМЕ АЗОВСКОГО МОРЯ Е.О.Коропенко, Т.И.Сюндюкова, Л.И.Короткова АзНИИРХ, Ростов-на-Дону Комплексный экологический мониторинг антропогенного загрязне ния Азовского моря проводится АзНИИРХом с 1982 г. Одним из приори тетных загрязняющих веществ, постоянно присутствующих в экосистеме Азовского моря: являются стойкие хлорорганические пестициды (ХОП) – производные ГХЦГ и ДДТ.

В период 1982–1987 гг. среднегодовые концентрации ХОП в воде Азовского моря изменялись в широких пределах: от 17 до 37 нг/л. С г. пестицидное загрязнение воды стало быстро нарастать, достигнув в 1988–1989 гг. своего максимума – 50–65 нг/л (5–6 ПДК). При этом до вольно часто отмечались весьма высокие концентрации пестицидов – до 150–200 нг/л (15–20 ПДК), а в отдельных случаях до 500–900 нг/л (50– ПДК). Причиной столь сильного загрязнения моря была попытка интен сификации сельского хозяйства, сопровождавшаяся широким применени ем ядохимикатов при недостаточном обеспечении экологической безопас ности. В дальнейшем, в связи с кризисом сельскохозяйственного произ водства, среднегодовое содержание стойких ХОП в воде Азовского моря значительно снизилось и в 1997–1998 гг. составляло 4–5 нг/л. В 2000 г.

среднегодовые концентрации этих токсикантов находились на уровне нг/л. На фоне низких средних концентраций в последние годы в воде Азовского моря продолжали наблюдаться участки и с более высоким со держанием ХОП – до 7 ПДК. Наиболее часто повышенное содержание пестицидов отмечалось в центральном и западном районах Таганрогского залива, а также северном и восточном районах моря.

В то же время информация о загрязнении воды по традиционно кон тролируемому набору стойких хлорорганических пестицидов оказывается недостаточной. Как показали наши исследования, в воде Азовского моря присутствуют значительные количества других высокотоксичных пести цидов, широко используемых на прилегающей территории – альдрин, геп тахлор, дильдрин, децис, фастак, каратэ, сумицидин, тилт и др. (послед ними – пиретроидами – наиболее загрязнены восточный и центральный районы Таганрогского залива). Кроме того, в водной толще обнаружива ются значительные количества неидентифицированных галогенсодержа щих веществ. Оценки пестицидного загрязнения моря по ограниченному стойкими ХОП и расширенному перечням определяемых ядохимикатов порой сильно различаются (иногда в десятки раз).

В донных отложениях Азовского моря в рассматриваемый период среднегодовые концентрации ХОП колебались от 1,0 до 5,3 нг/г сух. мас сы. Динамика накопления этих токсикантов в донных отложениях имела сходную картину с изменением среднегодовых концентраций в воде, но эти процессы были выражены менее резко. Максимальные среднегодовые концентрации в донных отложениях моря отмечались в 1988–1990 гг. – 4,4–5,3 нг/г сух. массы. Нередко наблюдались и более высокие концентра ции – 10–25 нг/г, иногда 35–50 нг/г сух. массы. В последующие годы за грязнение донных отложений пестицидами снизилось и в 1993–1999 гг.

стабилизировалось на уровне 1–2 нг/г сух. массы. В 2000 г. среднегодовая концентрация ХОП составила 3 нг/г сух. массы. В 1997–1999 гг. диапазон содержания пестицидов в донных отложениях Азовского моря изменялся от 0,02 до 12 нг/г, в 2000 г. – от 0,02 до 43 нг/г сух. массы.

Присутствие стойких ХОП в воде и донных отложениях представляет немалую опасность для ихтиофауны Азовского моря, так как эти соедине ния способны к накоплению и длительному присутствию в жизненно важных органах рыб, вызывая различные патологические изменения в их организмах. В 1990–1992 гг. среднее суммарное содержание ХОП в пече ни и гонадах осетровых рыб составляло 600 мкг/кг сырой массы при мак симуме 1200 мкг/кг. Снижение пестицидного загрязнения моря вызвало аналогичные процессы и в гидробионтах. Накопление ХОП в органах осетровых в последнее время заметно снизилось и в 1997–2000 гг. средние концентрации в печени находились на уровне 46–89 мкг/кг при максиму ме 260 мкг/кг, в гонадах 75–260 мкг/кг при максимуме–720 мкг/кг.

Как видно из приведенных данных, несмотря на снижение, уровни накопления стойких ХОП в органах рыб по-прежнему высоки. Обнару жение локальных участков с повышенным содержанием ХОП в воде и донных отложениях, а так же значительные концентрации других токси кантов показывают, что загрязнение экосистемы Азовского моря пести цидами находится на довольно опасном для его обитателей уровне.

ПИТАНИЕ И ПИЩЕВАЯ ОБЕСПЕЧЕННОСТЬ ОХОТОМОРСКОГО МИНТАЯ В ЛЕТНЕ-ОСЕННИЙ ПЕРИОД А.Е.Лаженцев ТИНРО-Центр, Владивосток В результате экспедиционных исследований ТИНРО-Центра в север ной части Охотского моря, было замечено, что здесь, как и в других даль невосточных морях, с начала 90-х гг. наблюдались существенные пере стройки в составе и структуре планктонных и нектонных сообществ. От мечено уменьшение количества минтая и рост некоторых популяций сельди. Изменения в планктонных сообществах вызвано ростом хищного планктона.

Вопросам питания и пищевых отношений в экосистемах, как факто рам, влияющим на поведение нектона, уделялось достаточно внимания.

Трофологические исследования проводили по стандартной методике, принятой в ТИНРО-Центре.

В Охотском море минтай питается планктоном, предпочитая, эвфау зиид, но в некоторых районах моря значительную часть пищи могут со ставлять гиперииды, копеподы, особенно в рационе сеголеток и молоди.

Встречается и нектобентос: мизиды и декаподы, а также нектон. Доля нектона зависит от размеров минтая, от состава его кормовой базы и от сезона, осенью характерно увеличение содержания нектона в пище. Осо бого внимания заслуживают прикамчатские воды, где формируется по полнение минтая, здесь в большинстве случаев эвфаузииды не играют ре шающей роли в питании минтая.

Результаты расчетов показали, что в 80-е гг., в июле–августе, минтай за сутки потреблял в северной части Охотского моря 534,4 тыс. т зоо планктона. В аналогичный период 1997 г. – всего 273,5 тыс. т кормовых объектов, среди которых доля нектона составляла 1,3 %. В суммарном ра ционе доминировали планктонные ракообразные: эвфаузииды (38,7 %), копеподы (26 %), гиперииды (15,9 %), а также ойкоплевры (14,0 %). В сентябре 1998 г. минтаем выедалось лишь 172,4 тыс. т кормовых объек тов. В рационе преобладали те же виды зоопланктона: эвфаузииды и ги перииды потреблялись почти на том же уровне, почти в два раза снизи лась доля копепод и ойкоплевр. Сравнивая результаты расчетов выедания зоопланктона минтаем осенью 2000 г. (96,6 тыс. т) с предыдущими года ми, можно отметить, что в этот же период 1998 г. доля планктона за су тки составляла 63,2 %, нектона – 28,2 %, то в последующие годы роль нек тона была незначительна. В 1999 г. на его долю приходилось не более 3,4– 15,6 %, в 2000 г. – 2,9 %. Основу рациона составлял зоопланктон (96,6– 84,4 % в 1999 г. и 97,1 % в 2000 г.), среди которого доминировали эвфау зииды (51,1–63,1 % в 1999 г. и 56,2 % – в 2000 г.). Такое увеличение значе ния планктона, и в частности эвфаузиид (в 1998 г. их доля была 32 %), ско рее всего, связано с увеличением биомассы планктона, в том числе эвфау зиид в 3–4 раза по сравнению с 1998 г.

В последние годы, когда запасы минтая находятся на низком уровне, взрослый минтай в большей степени ведёт придонный образ жизни. Ис следования по питанию показали, что при отсутствии дефицита кормового планктона, и в первую очередь эвфаузиид, крупных копепод и амфипод, они составляли основу рациона, а при их дефиците минтай переходит на второстепенные объекты питания («прочий» планктон, нектон, бентос).

Так, летом 1997 г. несмотря на очевидную возможность дефицита планктона, накормленность минтая по всем районам была постоянно вы сокой. Это обстоятельство в значительной степени связано с интенсивным потреблением второстепенных кормовых объектов – ойкоплевр, птеропод и декапод, которые в 1997 г. имели максимальные концентрации и в об щем рационе нектона составляли 13,4 % по массе.

В 1998 г. также наблюдались относительно ограниченные ресурсы планктона в сравнении с потребностями нектона. В рационе минтая отме чалось максимальное количество нектона – 16,7 %, а доля второстепенных планктонных организмов снизилась в 2 раза. Причём более высокое зна чение нектона в рационе половозрелого минтая (свыше 50 % по массе) на блюдалось в восточных районах, где отмечались наиболее низкие значе ния биомассы кормового планктона. У половозрелого минтая в западной части моря доля эвфаузиид в пище составляла около 26 %, а в восточной части не более 10 %, нектон составлял соответственно 38,7 и более 50,0 %.

Летом–осенью 1999–2000 г. в эпипелагиали северной части Охотско го моря, как и в весенний период, произошло увеличение биомассы кор мового планктона в 1,5–2,0 раза. В связи с улучшением состояния кормо вой базы в рационе минтая уменьшилось количество «прочих» планктё ров, нектона и бентоса, за исключением 2-го и 7-го биостатистических районов, где явно наблюдался дефицит планктона. Следует заметить, что в 1999 г., несмотря на общую высокую обеспеченность минтая кормовым планктоном, доля нектона в северо-западной части моря была относитель но высокой. Это в первую очередь связано с максимальными биомассами серебрянки в районе Банки Кашеварова (более 2.6 млн. т.), которая с од ной стороны является пищевым конкурентом минтая, а с другой сущест венным дополнением к кормовой базе, составляя основу рациона крупно го минтая. Соотношение «биомасса кормового зоопланктона / нектон» в среднем по исследованным районам составило в 1999 г. – 15,6, а в 2000 г.

– 20,5, т.е. кормовая база в 1999–2000 гг. была благоприятной. В 80-е гг.

наблюдалась подобная ситуация: так, в 1986 и 1988 гг. соотношение планктон/нектон составляло соответственно около 14,8 и 15,1. В 1986 г.

интенсивность питания была высокой, а летом 1988 г., несмотря на общие высокие показатели биомассы кормового планктона, обеспеченность эв фаузиидами в северной части Охотского моря была низкой. Это вызвало интенсивное потребление ойкоплевр, которые в районе западной Камчат ки составляли 75–100 % рациона. Несмотря на то что в 2000 г. в эпипела гиали северной части Охотского моря суммарные показатели биомассы планктонного сообщества сохранились на высоком уровне, близком к 1999 г., суточное потребление, как и в весенний период, уменьшилось в 1,5 раза. Это связано не только с некоторым уменьшением количества планктона, но и с более низкой интенсивностью питания, в основном в восточной части моря, где в отдельных районах отмечался дефицит кор мового планктона.

За весь период исследований более высокие значения суточных ра ционов отмечались в северо-западной части моря. По-видимому, это в первую очередь связано с максимальными биомассами эвфаузиид и низ кой плотностью минтая в этих районах. Постоянно наиболее низкие ре сурсы планктона по сравнению с потреблением наблюдались в районах западной Камчатки и в притауйском районе.

МИКРОФЛОРА СУДАКА И СРЕДЫ ЕГО ОБИТАНИЯ И.А.Лисицкая, Я.М.Болдырева, Л.В.Ларцева КаспНИРХ, Астрахань В условиях многофакторного антропогенного пресса в водной экоси стеме происходят значительные изменения, порой непредсказуемые. Но в настоящее время токсикологическая обстановка в Волго-Каспийском бас сейне стабилизировалась на уровне предельно допустимых концентраций или небольшого их превышения, снизилось и ее отрицательное воздейст вие на гидробионтов (Иванов, 2000).

Ранее было установлено, что судак может служить тест-индикатором санитарного состояния открытых водоемов, так как он имеет дегистивный контакт с речной водой (Ларцева, Катунин, 1993).

Показано, что количественный состав естественной микрофлоры жи вой рыбы зависит от условий ее обитания, то есть от микробного состава пелагиали и донных осадков, изменяющихся в различные сезоны года (Голова, Дедюхина, 1986;

Zheng et al., 1991).

По результатам исследований прошлых лет установлено, что на Ган дуринском банке дельты р. Волги сложилась неблагоприятная токсиколо гическая обстановка. В связи с этим был проведен сравнительный микро биологический анализ воды и печени судака на Главном и Гандуринском банках р. Волги.

Количество мезофильных аэробных и факультативно-анаэробных микроорганизмов (КМАФАнМ), обсеменяющих печень судака, колеба лось на обоих банках от 1,7*102 до 4,03*102 КОЕ/г.

Показатели КМАФАнМ воды весной на Главном банке были выше, чем на Гандуринском банке (соответственно 2,4*103 и 1,0*102 КОЕ/г). По лученные результаты согласуются с данными токсикологов о худшей ток сикологической обстановке на Главном банке в этот сезон 2000 г. по срав нению с Гандуринским.

В осенний период уровень микробной контаминации воды на Ганду ринском банке увеличился (1,1*103 КОЕ/г), а на Главном банке уменьшил ся (2,8*102 КОЕ/г). По всей вероятности, это связано с эвтрофикой Ганду ринского банка в меженный период.

Анализ материала показал, что в качественном составе микрофлоры рыбы на обоих банках доминировали условно-патогенные микроорганиз мы: рр. Aeromonas (21,7 %), Proteus (22,5 %) и Bacillus (19,4 % штаммов от всей выделенной микрофлоры). Очевидно, эта группа бактерий обладает более высокой жизнеспособностью в условиях антропогенного пресса в дельте р. Волги (Ларцева, Бормотова, 1994).

В микробном пейзаже воды также присутствовали вышеперечислен ные микроорганизмы, но в исследованных пробах преобладали рр. Acine tobacter (24,5 %), Flavobacterium (20,7 %), Bacillus (20,2 % штаммов от всей выделенной микрофлоры).

Таким образом, полученные результаты исследований свидетельст вуют о благополучном санитарно-гигиеническом состоянии судака и воды в местах его промысла.

ИХТИОФАУНА ОЗЕР ЧЕРНОМОРСКОГО ПОБЕРЕЖЬЯ РОССИИ В.А.Лужняк АзНИИРХ, Ростов-на-Дону На черноморском побережье России озер мало, лишь на участке меж ду Анапой и Новороссийской (Цемесской) бухтой расположены три озера.

Был изучен современный видовой состав ихтиофауны этих водоемов.

Змеиное озеро расположено на мысе Большой Утриш. Ранее отделя лось от моря галечной пересыпью и являлось пресноводным водоемом, но в дальнейшем было превращено в ковш для захода рыболовецких судов. В настоящее время озеро является искусственно созданной морской бухтой, где встречается исключительно морская ихтиофауна. Существует только одна работа (Крыжановский, Троицкий, 1954), где имеются сведения об ихтиофауне Змеиного озера. Здесь был отмечен один вид – бычок черный.

В этот период Змеиное озеро было отделено от Черного моря и являлось самостоятельным водоемом. В ходе наших исследований было отмечено 13 видов: сингиль, пиленгас, лобан, атерина, луфарь, сарган, темный гор быль, зеленушка, скорпена, морская собачка, бычок-мартовик, бычок чер ный и речной угорь. Видовой состав морской ихтиофауны в озере не явля ется постоянным, так как существует беспрепятственная миграция рыбы из моря в озеро и наоборот.

Оз. Лиманчик (Абрауский Лиманчик) площадью около 3 га распо ложено в 3 км к югу от оз. Абрау, на побережье Черного моря, от которого оно отделяется 40-метровой галечной пересыпью. В 30-е гг. ихтиофауна озера была представлена следующими видами: красноперкой, являвшейся наиболее массовым видом;

золотым карасем, также бывшим многочис ленным сазаном, шемаей и переселенным в 1937 г. из оз. Абрау амери канским большеротым окунем (Крыжановский, Троицкий, 1954;

Олейни ков и др., 1957). Красноперка и золотой карась в послевоенное время в озере не встречались (Олейников и др., 1957). Нами выявлено полное из менение видового состава ихтиофауны этого водоема, произошедшее за последние десятилетия. Не было обнаружено ни одного экземпляра этих видов. Найдено 5 новых видов, являющихся акклиматизантами: верховка, тарань и карп (наиболее массовые виды);

белый амур и пестрый толстоло бик (встречаются в озере единичными экземплярами). Отмечены случаи захода в озеро речного угря. Американский большеротый окунь из фауны озера исчез.

Оз. Абрау расположено в 25 км от г. Новороссийск на Абрауском по луострове. Это реликтовый водоем древней трансгрессии Черного моря, достигающий 2,5 км в длину и около 0,6 км в ширину. Ихтиофауна озера впервые была изучена С.М. Малятским (1930). Им было отмечено 7 видов:

озерная форель, абрауская сарделька (тюлька), гольян, красноперка, золо тая орфа (язь), золотой карась и сазан. В 1936 г. в озере был обнаружен еще один вид – большеротый черный окунь, оказавшийся новым не толь ко для данного озера, но и для всей ихтиофауны СССР (Олейников, 1938).

В 50-е гг. ихтиофауна озера насчитывала уже 5 видов: сарделька (абрау ская тюлька), красноперка, сазан, большеротый окунь и гольян. Озерная форель, золотая орфа и золотой карась не встречались (Олейников и др., 1957). Нами отмечено 15 видов рыб: западно-закавказский пескарь, обык новенный пескарь, южная быстрянка, тарань, красноперка, уклея, верхов ка, карп, серебряный карась, ерш, трехиглая колюшка, абрауская тюлька;

визуально отмечены крупные особи белого амура, а по опросным данным – белый и пестрый толстолобики. Массовые виды – эндемичная тюлька, красноперка и серебряный карась. Акклиматизированный американский большеротый окунь из фауны озера исчез и не встречается в уловах по следние 8 лет. За 65 лет наблюдений интродукционная деятельность чело века сильно изменила видовой состав ихтиофауны озера, лишь три вида:

абрауская тюлька, красноперка и карп остаются постоянными компонен тами местной ихтиофауны.

ЛОКАЛЬНЫЕ СТАДА ГОРБУШИ СЕВЕРНОГО ПОБЕРЕЖЬЯ ОХОТСКОГО МОРЯ С.Л.Марченко Магаданское отделение ТИНРО-Центра, Магадан Магаданское отделение ТИНРО-Центра проводит исследования по лососевой тематике на северном побережье Охотского моря, протяжен ность которого составляет около 2 тыс. км, с границами от п-ова Лисян ского на северо-восток до р. Парень. На этом участке побережья располо жено около 80 крупных и мелких рек, в которых воспроизводится горбу ша.

Впервые районирование северного побережья Охотского моря было проведено В.К. Клоковым (1971), который выделил обособленные рай оны, присвоив им названия крупнейших губ. Гижигинский район ограни чен реками Парень и Кенгевесы, в Ямский входят реки от р. Калалага до р.

Ямы, Тауйский район простирается от р. Сиглан до рек зал. Шельтинга.

По мнению В.К. Клокова, каждому из районов соответствуют свои стада кеты, что было подтверждено им позже при сравнении морфоэкологиче ских показателей популяций кеты выделенных районов (Клоков, 1975).

И.С. Голованов (1982), основываясь на районировании, предложен ном В.К. Клоковым, провел подобную работу для выявления локальных стад горбуши исследуемого региона. Методом сравнения биологических характеристик горбуши разных рек он доказал правомерность выделения Гижигинского и Ямского районов, но в пределах Тауйского района, до полнительно выделил, Тауйскую и Ольскую группы рек. Правомерность такого обособления локальных стад горбуши было позже подтверждено им при изучении динамики численности этого лосося.

Материалом для настоящей работы, ставящей целью уточнения ис следуемого вопроса, послужили данные по аэровизуальному учету произ водителей на нерестилищах и промысловой статистике горбуши, собран ные сотрудниками лаборатории по изучению лососевых рыб Магаданско го отделения ТИНРО в период с 1966 по 2000 г.

Во время работы по дифференциации локальных стад горбуши на ос нове динамики ежегодных подходов нами были использованы два метода:

- первый – сравнение рек по величинам подходов в четном и нечет ном рядах лет;

- второй – сравнение динамики ежегодных подходов горбуши в реки северного побережья Охотского моря при помощи метода главных компо нент.

Сравнение рек по величинам подходов горбуши в четном и нечетном рядах лет позволило подтвердить статус локальных стад для горбуши Ги жигинской губы, Ольской и Тауйской групп рек, но указало на неодно родность горбуши, воспроизводящейся в реках Ямской губы, что позво лило предположить наличие в ней стад Ямской и Тахтоямской групп рек.

В исследованиях по выявлению групп рек со сходной динамикой еже годных подходов производителей нами был использован метод главных компонент. Поскольку величины подходов горбуши в разные реки в каж дый конкретный год имеют существенные различия, то для сопоставимо сти дисперсий в анализе использовали численность подходов, выражен ную в логарифмическом масштабе.

С помощью этого метода так же выделены реки Гижигинского района в отдельную группу и подтверждена корректность разделения рек Ямско го района на две группы: Ямскую и Тахтоямскую. Кроме того, имеются основания для перераспределения ряда рек из Тахтоямской группы в Ги жигинскую. Тахтоямская группа, географически располагаясь между Ги жигинским и Ямским районами, в динамике подходов горбуши имеет чер ты присущие и тому, и другому районам. В Ольской группе р. Ола стоит обособленно от малых рек п-ова Кони.

Кроме того, установлено, что ряд рек, например Сиглан, Армань, Ой ра и Мотыклейка, характеризуются уникальной динамикой подходов, рас полагаясь в системе координат на значительном расстоянии и от основных групп рек, и друг от друга.

Крупные районы, выделенные методом главных компонент, по своим границам совпали с группами рек, маркируемыми сходных химизмом вод, что подтверждает реальность выделенных групп рек. При этом, гор буша выделенных районов различается биологическими характеристика ми: в первую очередь морфологическими показателями, темпом роста и структурой чешуи.

На основании вышесказанного предлагается внести уточнение в схе му ранее выделенных районов и соответственно локальных стад горбуши на северном побережье Охотского моря, введя дополнительные подрайо ны, указанные выше, что позволит с большей точностью вести прогнози рование подходов этого вида лосося в подконтрольном Магаданскому от делению ТИНРО-Центра регионе.

ЗООПЛАНКТОН КОНТАКТНОЙ ЗОНЫ САМБИЙСКОГО ПОЛУОСТРОВА И ЕГО ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА С.Г.Матвий КГТУ, Калининград Контактная зона — часть моря, где осуществляется контакт морских вод с побережьем, что должно обуславливать наличие фауны, отличаю щейся как от фауны открытых вод моря, так и от фауны впадающих водо токов. Она имеет важное рекреационное значение. Фауна зоопланктона этой зоны Самбийского полуострова и ее экологическое состояние ранее не изучались.

Цель работы — описание видового состава и оценка экологического состояния этой зоны в районе исследования по показателям сапробности, верифицированных с помощью индексов видового разнообразия голо планктона.

Пробы собирались ежемесячно в период с сентября 1999 по июнь 2000 г. группой студентов под руководством С.Ю. Кузьмина на пяти станциях, располагавшихся между г. Зеленоградск и устьем р. Забава.

Места взятия проб были приурочены к левым берегам рек, с глубины око ло одного метра. Объем материала — 50 проб. Орудие сбора — сеть Ап штейна, через которую профильтровывали сто литров воды. Оценка сте пени загрязнения вод выполнена по методу Пантле и Букка в модифика ции Сладечека.

В районе исследования обнаружен 21 вид зоопланктона:

- простейшие – 2 вида (Difflugia sp., Vorticella sp.), - коловратки – 6 видов (Keratella quadrata, Asplanchna priodonta, Filinia longiseta, Brachionus caliciflorus, B. c. anuraiformis, B. diversicornis homo ceros, Synchaeta sp.), - веслоногие ракообразные – 5 видов (Acanthocyclops vernalis, A. lan guidus из подотряда Cyclopoida;

Eurytemora affinis, E. hirundoides, Acartia bifilosa из подотряда Calanoida), - ветвистоусые ракообразные – 8 видов (Daphnia longispina, D. magna, D. pulex, D. cucullata, Bosmina longirostris, Chydorus spaericus, Diaphano soma brachiurum, Podon polyphemoides).

Основу голопланктона составляют солоноватоводные виды. В неко торые месяцы встречаются такие пресноводные виды, как Keratella quad rata, Asplanchna priodonta, Brachionus spp. (B.diversicornis homoceros для Балтики не типичен), Filinia longiseta (аналогично), Bosmina longirostris (в Балтийском море встречается B. coregoni и её подвид B. c. maritima).

11 видов могут служить индикаторами сапробности, благодаря кото рым можно заключить, что исследованный участок Самбийского полуост рова относится к водам -мезосапробной зоны. По эколого-санитарным показателям воды контактной зоны оказались удовлетворительной чисто ты и либо достаточно чистые мезоэвтрофные, либо слабо загрязненные эвтрофные.

Индексы Шеннона H (показатель видового разнообразия) колеблются от 0,7915 до 2,7899 бит/экз. и Пиелу Е (показатель выравненности) – от 0,5619 до 1,9502 бит/экз., т.е. относительно невысоки и демонстрируют сезонную динамику. Тенденции изменения H не всегда соответствуют тенденциям изменения E, что свидетельствует об относительно неблаго приятных для зоопланктона условиях в некоторые месяцы (особенно в июне).

ДИНАМИКА ФИТОПЛАНКТОНА ДЕЛЬТЫ РЕКИ ВОЛГИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ О.Е.Мироненко, В.В.Юрченко АГТУ, Астрахань Материалом для настоящей работы послужили пробы фитопланкто на, отобранные сотрудниками лаборатории «Водных проблем и токсико логии» КаспНИРХа в 2000 г. в весенне-осенний период на банках: Бирю чья коса, Огневка, Гандуринский, Кировский и Белинский.

В весенний период наиболее богатым по количественным показате лям оказался Гандуринский банк, общая численность фитопланктона на котором составила 55 200 тыс. кл./м3, а биомасса – 0,217 мг/м3. Домини рующее положение занял отдел диатомовых водорослей – 72,5 и 66,8 % соответственно от численности и биомассы.

На Бирючьей косе были получены наименьшие количественные пока затели: так, численность составила – 25 800 тыс. кл./м3, а биомасса – 0, мг/м3. В процентном отношении диатомовые занимают первое место и со ставляют 94,4 и 99,7 % соответственно от общей численности и биомассы.

Численность на Кировском, Белинском банках и Огневке составляет соответственно 40800, 43200 и 52000 тыс. кл./м3. Доминирующее положе ние также принадлежит видам отдела диатомовых водорослей, которые составляют от 72,2 до 98,5 % от общей численности. Полученные количе ственные показатели формировались за счет таких видов, как: Melosira granulata, Nitzschia acicularis, Nitzschia vermicularis, Cyclotella comta. Зеле ные и синезеленые водоросли в среднем составили от 2 до 30 % от общих значений численности.

В летний период мы можем наблюдать более интенсивное развитие сине-зеленых водорослей. В водах Белинского банка их развитие достига ет 31,7 % от численности. На остальных банках их процентные соотноше ния колебались от 2,0 до 7,5 % по численности.

Зеленые водоросли в летний период также развивались лучше, чем в весенний, но больших значений как по численности (0,75–8,05 %), так и по биомассе (0,12–4,77 %) не достигали. Основу количественных показа телей формировали: Scenedesmus quadricauda, Actinastrum chantzschii, Pe diastrum boryanum. Наиболее высокие количественные показатели наблю дались на Бирючьей косе, общая численность составила 531 000 тыс.

кл/м3, биомасса 0,684 мг/м3. Диатомовые водоросли в летний период со храняют лидирующее положение.

Наибольшего развития в осенний период фитопланктон получил на Гандуринском банке. Общая численность его составила 39 000 тыс. кл/м3, биомасса 0,06 мг/м3. Доминирующее положение сохраняют диатомовые водоросли (71,8 % от численности и 92,4 % от биомассы), такие как: Navi cula cryptocephala, Cocconeis placentula, Melosira varians, Cymatopleura solea. Зеленые водоросли, основными представителями которых явились виды Scenedesmus quadricauda, Actinastrum chantzschii, составили 20,5 % от численности и 2,64 % от биомассы. Синезеленые оказались в меньшинстве (по численности – 7,7 %, по биомассе 5 %).

Бирючья коса оказалась наиболее бедным в количественном отноше нии районом. Общая численность составила 9 000 тыс. кл./м3, биомасса – 0,06 мг/м3. Белинский, Огневка и Кировский банки имеют соответственно численность 24800, 18000 и 20000 тыс. кл./м3, биомассу 0,07, 0,04 и 0, мг/м3. Доминирующее положение также занимают диатомовые водоросли, содержание которых колеблется в пределах от 38,9 до 100,0 % по числен ности и от 86,9 до 100,0 % по биомассе.

Число организмов-индикаторов органического загрязнения, получен ных главным образом за счет - и --мезосапробных организмов (Cyclotella comta, Melosira granulata, Scenedesmus quadricauda, Lyngbia limnetica), позво ляет оценить воды исследуемого района как «умеренно загрязненные» с пе реходом к «загрязненным». Это также подтверждается индексом сапробно сти, значения которого колеблются в пределах от 2,3 до 3,0.

БИОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСНОВНЫХ ПРОМЫСЛОВЫХ ВИДОВ РЫБ ОЗЕР ОРЕЛЬ И ЧЛЯ Д.Д.Плотонов Хабаровское отделение ТИНРО–центра, Хабаровск Озера Орель и Чля являются самыми крупными водоемами низовья реки Амур. Оз. Орель имеет площадь зеркала 314 км2, водосбора 4990 км2.

Оз. Чля имеет площадь зеркала 140 км2, водосбора – 530 км2.

Материалом для работы послужили сборы из контрольных уловов на озерах Орель, Чля в 2000 г., собранные с 16 июня по 23 июня в трех точ ках оз. Чля (оз. Карасево, бухта Ульды и протока Подгорная) и с 19 сен тября по 15 октября на участке слияния проток Кебийнской и Лиманской (соединяющих р. Амур с озерами).

Целью научно-исследовательских работ являлась оценка биологиче ских показателей, современной структуры, состояния запасов промысло вых видов рыб местного ихтиологического комплекса.

В качестве орудий лова в летний период использовались ставные се ти в количестве 8 шт., общей длиной 500 м с шагом ячеи от 60 до 70 мм, и закидной невод длиной 50 м с шагом ячеи 20 мм. В осенний период ис пользовались ставные сети в количестве 11 шт., длинной от 30 до 80 м (общая длина 550 м), с шагом ячеи от 40 до 80 мм.

В озерах Орель и Чля основу уловов составляли карась (Carassius auratus gibelio), щука (Esox reichertii Dybowski) и уссурийский сиг (Coregonus ussuriensis).

За период с 16.06 по 23.06 проанализирован 99 экз., а с 19.09 по 15. – 621 экз. рыб. Биологический анализ проводился у свежей рыбы по стандартной методике (Правдин, 1966). Данные по биохарактеристике промысловых видов рыб представлены в таблице.

Серебряный карась. В уловах встречались особи со следующими раз мерно-весовыми показателями: длина тела самок от 18 до 39 см (среднее 29,5 см) у самцов от 17 до 36 см (среднее 28,6 см). Масса самок изменя лась в пределах от 260 до 1780 г (среднее 1044,7 г), масса самцов от 220 до 1180 г (среднее 828,9 г). Основу уловов составили: самцы длиной 27– см и массой 620–1020 г, самки 29–30 см и массой 820–1220 г. Коэффици ент упитанности по Фультону (КУФ) составил у самок 3,94, у самцов – 3,58. Преобладали особи карасей со стадией зрелости гонад II–III. Соот ношение самок и самцов составило 4: 1.

Уссурийский сиг. В уловах были самки с длиной тела от 29,8 до 51, см (среднее 40,8 см), самцы – от 35,1 до 50,0 см (среднее 43,6 см). Масса самок варьировала от 330 до 2140 г (среднее 1051,3 г), у самцов от 480 до 1460 г (среднее 834,8 г). Самки с длиной 41 – 44 см, массой 900 – 1100 г и самцы с длиной 38 – 41 см, массой 700 – 900 г составляют основу уловов сига в 2000 г. Самки крупнее самцов. Сиги в сентябре имели половые продукты II, III стадии зрелости, в конце октября начали встречаться с IV стадией зрелости гонад. КУФ самок составил 1,23 у самцов 1,21.

Амурская щука. В уловах наблюдались самки с длиной тела от 34 до 103 см (среднее 68,9 см) и самцы от 33 до 62 см (среднее 51,3 см). Масса самок колебалась от 300 до 11000 г (среднее 3578,3 г), масса самцов от 300 до 2000 г (среднее 1205,4 г). Основа уловов представлена самцами и самками длиной 57–64 см, массой 1300–2300 г. В уловах этого года пре обладали самки со второй стадией зрелости гонад. КУФ самок равен 0,88, самцов – 0,83. Соотношение самцов и самок составило 1: 4.

Качественный и количественный состав уловов основных промысловых видов рыб в 2000 г.

Длина, см Масса, г Процентное Количест Вид соотноше- во Колеба рыбы Колебания Среднее Среднее ние экземпля ния видов ров Карась 17–41 29 220–2200 930 58,73 Сиг 30–51 43 330–2140 1002 24,44 300– Щука 33–103 64 2869 16,84 ПРОМЫСЛОВЫЕ РЫБЫ ОЗЕР ОРЕЛЬ И ЧЛЯ Д.Д.Плотонов Хабаровское отделение ТИНРО–центра, Хабаровск Озера Орель и Чля являются самыми крупными водоемами низовья р.

Амур. Оз. Орель имеет площадь зеркала 314 км2, водосбора – 4990 км2. Оз.

Чля имеет площадь зеркала 140 км2, водосбора – 530 км2.

До конца 60-х гг. основным объектом промысла в озерах являлись се ребряный карась (Carassius auratus gibelio), щука (Esox reichertii Dybowski) и уссурийский сиг (Coregonus ussuriensis). Довольно нередким в промы словых уловах был амурский жерех, появляясь в уловах только в сентябре в связи со скатом его из озер. Такие промысловые виды рыб, как белый толстолобик, верхогляд, сом, конь пестрый, налим, ленок имели малую численность. В уловах ставных сетей попадалось много молоди калуги и осетра, использующие озера для нагула.

Максимальные суточные уловы основных промысловых видов рыб в оз. Орель: щука – 3,2 т, сиг – 8,0 т, карась – 6,3 т, в оз. Чля: сиг – 1,4 т, щу ка – 1,8 т, карась – 4,0 т. В 1964–1965 гг. наблюдалось резкое сокращение уловов щуки и сига.

Последние научные исследования по определению промысловых за пасов частиковых видов рыб в озерах Орель и Чля проводились сотрудни ками ТИНРО в 1965 г. В настоящее время возникла необходимость в по лучении материалов для рациональной эксплуатации сырьевых ресурсов в озерах и прилегающих к ним водоемов. Это позволит на основе получен ных данных, оценить промысловые запасы и в дальнейшем, наиболее точ но прогнозировать вылов промысловых видов рыб в озерах и прилегаю щих протоках.

Целью научно-исследовательских работ являлась оценка биологиче ских показателей, современной структуры, состояния запасов промысло вых видов рыб местного ихтиологического комплекса.

Материалом настоящего отчета послужили данные, собранные в г. с 16 июня по 23 июня в трех точках оз. Чля (оз. Карасево, бухта Ульды и протока Подгорная) и с 19 сентября по 15 октября на участке слияния проток Кебийнской и Лиманской (соединяющих р. Амур с озерами Орель и Чля). В качестве орудий лова использовались ставные сети и закидной невод. За период с 16 по 23.06 проанализирован 99 экз., а с 19.09 по 15. – 621 экз. рыб. Биологический анализ проводился у свежей рыбы по стандартной методике (Правдин, 1966).

Нами было установлено, что озера Орель и Чля являются местом на гула многих ценных промысловых рыб (сазан, карась, щука, сиг). У таких видов рыб как белый лещ, китайский окунь, верхогляд, белый толстоло бик встречались только неполовозрелые особи.

В сравнении с данными исследований 1965 г. можно сказать, что по ловой состав популяции щуки, сига претерпели сильные изменения (с тенденцией к выравниванию соотношения полов). Половой состав попу ляции карася остался на том же уровне. Сравнительный анализ таких па раметров как средняя длина, средний вес и коэффициент упитанности в популяциях фитофильных (щука, сазан, карась) и литофильных (сиг) рыб показывает тенденцию к их увеличению. Одна из причин, это отсутствие пополнения популяций молодыми поколениями, из-за неудовлетвори тельной нерестовой обстановки – низкий весенний уровень воды в 1996– 1998 гг., поэтому в уловах этого года встречались лишь особи старших возрастных групп. Нерестовые площади для фитофильных рыб в озерах небольшие, и в основном нерест промысловых рыб (щуки, карася, сазана) происходит на участках, прилегающих к протокам.

Популяции пелагофильных рыб (белый толстолобик, верхогляд, мон гольский краснопер и др.) остаются, как и в прежние годы, малочислен ными, и нет оснований ожидать, что в ближайшие годы численность этих рыб существенно возрастет.

В 2000 г., так же как и в уловах 1965 г., часто встречалась молодь амурского осетра и реже калуги, использующая озера Орель, Чля и приле гающие к ним протоки для нагула.

ВНЕШНИЕ УСЛОВИЯ, ДИНАМИКА ЧИСЛЕННОСТИ И УЛОВОВ Э.В.Сычева ИАПУ ДВО РАН, Владивосток Климат и океанологический режим Охотского моря подвержены большой межгодовой изменчивости, вызывающей цепь соответствующих изменений в условиях обитания и воспроизводства морских организмов, а тем самым и результативности промысла. Гидрометеорологический режим определяется такими составляющими, как атмосферная циркуляция, ветер, теплообмен, температура, соленость и плотность воды, приливные явления, ледовые условия и т.д. Первичным климатообразующим фактором являет ся взаимодействие главных барических элементов – алеутской депрессии и северотихоокеанского антициклона, определяющих количество циклонов, интенсивность притока океанических вод, ледовитость. В холодные годы (при ослаблении циклонической циркуляции над северной частью Охот ского моря) наблюдается раннее очищение ото льдов прибрежных нерести лищ, а в теплые (при доминировании южных ветров) происходит нанос льдов на нерестилища. Изменчивость условий обитания и воспроизводства вызывает ответные изменения состояния морских биоресурсов.

В ходе исследования анализировалось влияние внешней среды на ди намику численности промысловых видов рыб. Гидрометеорологические условия влияют на величину уловов как непосредственно, через количест во дней с неблагоприятным ветровым режимом, обледенение судов, рас пределение ледовых элементов, так и опосредованно, через состояние промысловой популяции.

На первом этапе был выполнен корреляционный анализ характери стик гидрометеорологического режима и годовых уловов популяций охот ской сельди (Тюрнин, 1965) и минтая (Шунтов, 1985).

На втором этапе отбирались факторы, уровень корреляционных свя зей которых был выше критического (на 95%-ном уровне значимости), с последующим отбором наиболее информативных параметров по крите рию значимости корреляционных связей. Эффективность воспроизводства сельди зависит от ветрового режима во время нереста, а для минтая выяв лена тесная зависимость между температурой поверхностных вод и вели чиной вылова.

На третьем этапе наиболее влияющие внешние факторы вводились в математическую модель, описывающую ежегодное воспроизводство (в виде функции Рикера) и ежегодное изъятие (в виде функции, учитываю щей нелинейную зависимость интенсивности промысла от численности промыслового запаса).

На четвертом этапе производился подбор коэффициентов модели ме тодом наименьших квадратов и расчет уловов и численности популяций.

О достоверности модели можно судить по сопоставлению реальных и мо дельных данных. Погрешность расчетов по модели составила 3–12 %.

Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ (грант № 99 01-00633).

ОСОБЕННОСТИ СЕЗОННОЙ ДИНАМИКИ «ПРИЛОВА» ПРИ ВЕДЕНИИ ДОННОГО ЯРУСНОГО ПРОМЫСЛА В ПРИКАМЧАТСКИХ ВОДАХ Д.А.Терентьев, А.В.Винников КамчатНИРО, Петропавловск-Камчатский В 1998–1999 гг. нами был проведен анализ видового состава ярусных уловов по районам промысла, годам исследований и условно выделенным диапазонам глубин (от 100 до 300 – глубины промысла трески – и от до 800 м – глубины промысла морских окуней, палтуса и других рыб верхней части материкового склона) (Винников, Терентьев, 1998, 1999).

Анализ уловов на усилие основных объектов донного ярусного промысла показал наличие достаточно устойчивой их связи с изменением фаз Луны в течение синодического месяца (Терентьев, 1999). Вместе с тем практи чески не освещенной осталась сезонная динамика «прилова» при ведении донного ярусного лова.

Такая работа была проделана в 2000 г. и полученные результаты по зволяют сказать, что качественные и количественные изменения в уловах донного яруса по районам промысла и диапазонам глубин имеют и сезон ный характер. Эффективный донный ярусный промысел трески в петро павловско-командорской подзоне может проводиться с июля по декабрь в диапазоне глубин 100–550 м. Прилов других видов в этот период не пре вышает 20 % и представлен преимущественно минтаем, скатами (ноябрь– декабрь), северным морским окунем, аляскинским шипощеком, белоко рым палтусом (июль–октябрь). Лов северного морского окуня предпочти тельнее проводить с мая по июнь на глубинах 250–400 м. «Прилов» здесь варьирует от 40 до 60 % и отличается большим разнообразием. В карагин ской подзоне лов трески эффективен в июле–августе на глубинах 160– м, в сентябре, ноябре и декабре в диапазоне глубин 150–450 м. Прилов минтая, рогатковых, скатов, северного морского окуня, белокорого палту са в это время не превышает 25 %. Северный морской окунь лучше облав ливается в мае–июле на глубине 180–400 м. Специализированный лов бе локорого палтуса возможен в сентябре на глубинах 180–200 м, при «при лове» макрурусов и северного морского окуня в размере не более 10 %. В наваринском районе лов трески желательно проводить в июле–августе и ноябре на глубинах 110–150 м, так как в сентябре–ноябре существенную часть уловов в диапазоне глубин 21–230 м составляет белокорый палтус.

Прилов других видов (преимущественно северного морского окуня, синеко рого и белокорого палтусов, трески) наиболее значителен в июле (до 55 %).

В остальное время он варьирует от 10 до 30 %. Эффективный промысел северного морского окуня возможен с июля по октябрь на глубине 360– 430 м при прилове белокорого палтуса, трески и макрурусов в размере от 20 до 50 % улова. На шельфе у западного побережья Камчатки эффектив ный промысел трески может проводиться на глубинах 150–300 м в тече ние всего года. Основу «прилова» здесь составляют: минтай, белокорый палтус, скаты, рогатковые, камбалы. Наиболее высокая доля «прилова» отмечена в этом районе в июле – более 40 %. В остальное время «прилов» составляет 5–15 %.

СОСТАВ ИХТИОПЛАНКТОНА СРЕДНЕГО АМУРА Т.О.Шепелева Хабаровское отделение ТИНРО-Центра, Хабаровск До настоящего времени вопросы, связанные с качественным составом и количественными изменениями ихтиопланктона в р. Амур, по существу, не рассматривались. В настоящем сообщении описан видовой состав их тиопланктона среднего течения Амура.

Ихтиопланктонные съемки проводились в летний период (с 15.06 по 18.07.2000 г.) на постоянных станциях, расположенных у берегов и на фарватере реки. Сбор материала осуществлялся икорно-личиночной сет кой ИКС-80, ее экспозиция в потоке воды составляла 10 мин. Фиксация, обработка проб проводилась по общепринятой методике (Коблицкая, 1981;

Ланге, 1981). За весь исследуемый период было взято 57 ихтио планктонных проб, в которых количество икры составило – 323 шт., ли чинок – 3769 шт., мальков (на стадии формирования чешуи) – 173 шт.

За период выполнения съемок в среднем течении Амура были иден тифицированы икра, личинки и мальки 27 видов рыб (24,8 % от общего видового состава амурской ихтиофауны). Из этого количества видов рыб больше половины (51,9 %) проходит в раннем онтогенезе пелагофильную фазу развития на двух стадиях: икра и личинки.

Из общего числа покатников основу составили личинки, на их долю пришлось 88,4 %. В пробах они представлены особями с длиной тела 3,0– 18,0 мм, на этапах развития А–Е. Икринки в уловах составили 7,6 % и на ходились на этапах гаструляции – органогенеза. Доля мальков в пробах была наименьшей и составила 4,0 %. Они были представлены особями с длиной тела 8,0–28,0 мм, на этапах развития F–G.

ИКРА. За период исследований на участке среднего Амура в ихтио планктоне наблюдалась пелагическая икра 3 видов рыб. Из них икра уссу рийской востробрюшки была доминирующей, ее численность составила 69,9 % от общего количества выловленной икры. Доля икры пескарей и подуста-чернобрюшки составила соответственно 18,3 и 11,8 %. Икра дру гих пелагофильных видов в ихтиопланктонных пробах отсутствовала вви ду расхождения сроков их нереста и основного периода наших наблюде ний.

ЛИЧИНКИ. Видовой состав личинок был более разнообразным – отмечено 27 видов. Он характеризовался преобладанием в поверхностном слое востробрюшек и пескарей, соответственно 43,0 и 41,1 % от общей численности личинок. Доля личинок подуста-чернобрюшки, гольяна амурского, амурской трегубки, амурского чебачка и амурского горчака колебалась от 1,0 до 5,5 %. Редко (от 1,0 до 0,1 %) в ихтиопланктоне встречались личинки уклея, монгольского краснопера, амурского плоско голового жереха, амурского чебака, колючего горчака, белого амура, вер хогляда, белого толстолобика, белого амурского леща и китайского окуня.

Личинки косатки Бражникова, амурского бычка и головешки–ротана встречались эпизодически (менее 0,1 %). Кроме этого, в пробах за весь ис следуемый период была встречена одна личинка желтощека.

МАЛЬКИ. Видовой состав мальков представлен 16 видами. Наиболее массовыми были мальки пескарей и востробрюшек, которые составили соответственно 34,7 и 24,3 % от общей численности мальков. Вторыми по численности (4–10 %) являлись мальки амурской трегубки, амурского горчака, подуста-чернобрюшки, амурского плоскоголового жереха, колю чего горчака. Мальки уклея, чебака и гольяна амурского встречались ред ко (менее 1,5 %).

Таким образом, основу в ихтиопланктоне составили личинки. Основ ная масса молоди была представлена видами, которые проходят пелагиче скую фазу развития на двух стадиях: икра и личинки.

Доминирующими компонентами ихтиопланктона являлись востроб рюшки и пескари (икра, личинки и мальки). Меньшую долю – составили амурская трегубка (личинки и мальки), подуст-чернобрюшка (икра, ли чинки и мальки), амурский горчак (личинки и мальки), амурский чебачок (личинки). Остальные виды встречались редко.

ХИМИЯ И ТЕХНОЛОГИЯ ПЕРЕРАБОТКИ ГИДРОБИОНТОВ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ КИНЕТИЧЕСКИХ ЗАВИСИМОСТЕЙ ДЕСТРУКЦИИ МАКРОНУТРИЕНТОВ ГИДРОБИОНТОВ ДЛЯ СОХРАНЕНИЯ КАЧЕСТВА СТЕРИЛИЗОВАННОЙ ПРОДУКЦИИ С.А.Артюхова, Л.Т.Серпунина, В.В.Соклаков АтлантНИРО, Калининград С позиций современных достижений науки о питании одной из глав ных научных проблем технологии теплового консервирования пищевых продуктов наряду с обеспечением их микробиологической надёжности и стабильности является максимальное сохранение нативных свойств и ка чества сырья и материалов.

С целью разработки и обоснования аналитического способа оптими зации режимов стерилизации консервов из гидробионтов с учётом со хранности показателей пищевой ценности продукта (Артюхова и др., 2000) нами проведены исследования кинетики гидролиза рыбного белка.

Изучен процесс разрушения белкового азота мышечной ткани трески в модельных системах при высокотемпературной обработке методом уста новившегося режима (Lenz, Lund, 1980).

Образцы в пробит-таре прогревали в глицериновой среде в диапазоне температур, применяемых в промышленности при стерилизации консер вов (112, 120, 130 °С). На каждом температурном уровне проводили не менее чем по 6 различных по продолжительности прогревов. В сырье и в образцах определяли общий азот по Къельдалю, небелковый – по Лаза ревскому, белковый – по разности. Полученные результаты наиболее аде кватно соответствовали модели реакции первого порядка.

Данные статистически обрабатывали методом линейной регрессии, расчётным путём определяли время, необходимое для разрушения 20 % исходного количества белкового азота, U, мин: U = 158 мин, U = 1 1 5 5 112 мин, U = 42 мин. По полученным данным строили график для опреде ления термокинетической константы Z, составившей 30,0 °С.

Известно, что для консервированных пищевых продуктов ухудшение качества до неприемлемого уровня наступает при его изменении на 20–30 % по сравнению с первоначальным. При графическом отображении иссле дуемых показателей, как правило, на участке до 50 % потери качества (или разрушения нутриента) модели нулевого и первого порядка имеют сравнимые значения (Labuza, 1984). В нашем случае для инженерного ис пользования полученных экспериментальных данных (кинетических зави симостей) применяли упрощённую модель кинетики реакции гидролиза белкового азота нулевого порядка.

В результате выполненных исследований теоретически обоснована и экспериментально подтверждена возможность квалиметрической оценки влияния процесса высокотемпературной тепловой обработки на степень изменения показателей пищевой ценности стерилизованных продуктов из гидробионтов по кинетическим константам деградации биологически ценных азотистых веществ. Обоснован новый показатель эффективности процесса стерилизации консервов – гидролитический эффект (Q), корре лирующий жёсткость режима со степенью разрушения белка через услов ные минуты нагревания.

Усовершенствована методология разработки и научного обоснования режимов стерилизации консервов из гидробионтов в направлении мини мизации потери биологического показателя качества продукта без сниже ния его стойкости и безопасности.

Для практической реализации полученных результатов разработана Инструкция по оценке эффективности режимов стерилизации консервов из гидробионтов по показателю пищевой ценности (АтлантНИРО, 2000).

МИКРОФЛОРА КОРМОВ, ПРЕДНАЗНАЧЕННЫХ ДЛЯ КОРМЛЕНИЯ ЛОСОСЕВЫХ К.В.Афонина, Ю.А.Барковская КГТУ, Калининград Для исследования был взят корм для рыб, который содержали на хо лоде, при комнатной температуре, при 26, 37 и 42 оС.

Была приготовлена 10 %-ная суспензия на физиологическом раство ре, смесь была перемешана и отцентрифугирована. Надосадочный слой жидкости использован для приготовления десятикратного разведения. мл отобраны из надосадачного слоя и помещены в пробирку с 4,5 мл мя со-пептонного бульона (разведение 10–1). Для получения 10–2 разведения, перемешав, из первой пробирки новой пипеткой отобрали 0,5 мл и помес тили в 4,5 мл мясо-пептонного бульона во второй пробирке. 10–3 разведе ние получили, отобрав новой пипеткой 0,5 мл из перемешанного раствора второй пробирки и добавив к 4,5 мл мясо-пептонного бульона в третьей пробирке. Аналогично получили 10–4 и 10–5 разведения, каждый раз, пере мешивая растворы и меняя пипетки для каждого нового разведения. Тем пература инкубации пробирок с мясо-пептонным бульоном (МПБ) 28 С.

Из пробирок с МПБ отбирали 0,6 мл раствора и поместили в сте рильные пробирки, из которых брали по 0,5 мл растворов соответствую щих разведений и помещали в чашки Петри. Пробы заливали мясо пептонным агаром и перемешивали. Температура инкубации 37 С.

Пробы по 0,1 мл брали из соответствующих разведений основного ряда и помещали на плотный Агар Эндо, а затем шпателем равномерно распределяли по поверхности. Температура инкубации чашки Петри 37 С.

Пробы по 0,5 мл так же брали из пробирок первоначального основного ряда разведений и вносили в чашки Петри на плотный Агар Сабуро, также шпателем равномерно распределяя по поверхности. Температура инкубации 28 С. Затем брали пробы по 0,5 мл из пробирок основного ряда разведений и вносили в жидкую среду Эскулин+NaCl. Температура инкубации 37 С.

По окончании посева пробы ставили в термостат для инкубации. На сле дующие сутки учитывали результаты посева.

В корме, хранящемся в течение 12 мес при разных температурных режимах, происходит увеличение микробной обсемененности по сравне нию с контрольным посевом. На последнем разведении, где отмечался рост, при контрольном посеве 10–3. На 12-м месяце выдерживания корма последний рост отмечали на 10–5 разведении. Начиная с шестого месяца хранения отмечали рост на среде Эндо. Обсемененность комбикорма на данной среде оставалась на одинаковом уровне.

В микрофлоре корма были выделены условно-патогеные бактерии, плесневые грибы и дрожжи. Условно-патогенные бактерии представлены родом Pseudomonas, выделенным при комнатной температуре, при вы держивании в холодильнике, при 42 и 37 оС. Первое появление бактерий этого рода отмечали на втором месяце хранения корма. С первого месяца выдерживания комбикорма выделяли плесневые грибы, представленные родами Trichoderma, Penicillum, Rhizopus, Aspergillus, Mucor, а со второго месяца – дрожжеподобные грибы. Ежемесячно в микробном пейзаже кор ма выделяли грибы рода Penicilla. Для дрожжеподобных грибов просле живается тенденция к их увеличению в течение хранения корма.

Из кормов были также высеяны кокковые бактерии, которые давали гидролиз эскулина. По нормам санитарного контроля качества кормов в 10 г корма не должно содержаться ни одной условно-патогенной бакте рии. Судя по результатам проведенных исследований, корм нельзя ис пользовать без дополнительной обработки.

КОЛЛОИДНО-ХИМИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА ХИТОЗАНА С.Ю.Братская, М.В.Шамов, Д.В.Червонецкий Институт химии ДВО РАН, Владивосток В последние годы наблюдается резкое возрастание интереса к иссле дованию одного из самых распространенных природных полисахаридов – хитозана. В первую очередь это связано с тем, что области его примене ния чрезвычайно широки: пищевая и фармацевтическая промышленность, парфюмерия, биотехнология, водоподготовка и очистка промышленных стоков.

Принято считать, что ведущая роль во взаимодействии с органиче скими веществами, имеющими активные функциональные группы, при надлежит аминогруппам хитозана, особенно в случае низкомолекулярных соединений. В тоже время известно, что внутри спиралей макромолекул хитозана имеются гидрофобные области, которые по нашему мнению также могут играть определенную роль при сорбции органических ве ществ, флокуляции и стабилизации коллоидных систем. В данном сооб щении мы обсудим использование хитозана для флокуляции гуминовых веществ, а также некоторые результаты сорбции карбоновых кислот на хитозане.

Флокуляция гуминовых веществ представляет большой интерес при очистке сточных и загрязненных естественных вод от металлов, которые связаны с гуминовыми веществами в прочные комплексы. Стандартный метод удаления больших количеств гуминовых веществ из растворов – это флокуляция при рН 1–2, при этом достигается снижение цветности не бо лее чем на 80–90 %. Результаты наших исследований показывают, что в присутствии хитозана цветность растворов гуминовых веществ удается понизить на 96–100 % уже при pH 6,5–7,5. При этом слишком высокое со держание хитозана приводит к уменьшению эффективности флокуляции за счет стабилизации коллоидов гуминовых кислот хитозаном.

Основываясь на проведенных исследованиях, мы предположили, что кроме аминогрупп, внутренние гидрофобные области хитозана также иг рают важную роль при взаимодействии хитозана с органическими веще ствами, в том числе и с гуминовыми кислотами. Для подтверждения этой гипотезы было изучено взаимодействие хитозана со следующими карбо новыми кислотами: уксусной, пропионовой, масляной, валериановой и изовалериановой в водных и водно-спиртовых растворах. Обнаружено, что в водных растворах сорбция карбоновых кислот на хитозане возраста ет с увеличением силы кислоты, единственным исключением является изовалериановая кислота, сорбция которой значительно ниже, чем сорб ция уксусной кислоты, имеющей равное значение силы кислоты (рК).

Принимая во внимание, что изовалериановая кислота имеет разветв ленный углеводородный скелет, мы предположили, что структура и длина углеродного скелета могут также влиять на сорбцию карбоновых кислот на хитозане. Этот эффект должен быть более выражен в менее полярных растворителях, где гидрофобные взаимодействия играют более важную роль, чем в водных растворах. В результате исследования сорбции карбо новых кислот их водно-этанольных смесей было установлено, что в этом случае нет корреляции между силой кислоты (pK) и ее сорбцией на хито зане. Однако ярко выражена зависимость предельной сорбции карбоновых кислот от длины углеводородного радикала, что, вероятно, связано с уве личением доступности внутренних гидрофобных областей спиралей хито зана и усилением роли гидрофобных взаимодействий в системе. Для изо валериановой кислоты, имеющей разветвленный углеводородный ради кал, и в этом случае была найдена минимальная величина сорбции, что может объясняться стерическими затруднениями при проникновении внутрь спирали макромолекулы хитозана и, как результат, слабыми гид рофобными взаимодействиями.

ИЗУЧЕНИЕ РЕОЛОГИЧЕСКИХ СВОЙСТВ ПОЛИСАХАРИДНЫХ ГИДРОГЕЛЕЙ КАРРАГИНАНА О.Н.Гурулева, А.В.Подкорытова ДВГУ, ТИНРО-Центр, Владивосток Моря Дальнего Востока содержат значительные запасы красных во дорослей порядка Gigartinales, например Chondrus armatus, которые яв ляются источником каррагинана. Однако до настоящего времени в России ещё не налажен промышленный выпуск каррагинана, но есть перспектива развития этого производства.

Сульфатированный полисахарид – каррагинан, получаемый из крас ных водорослей, используется в пищевой промышленности в качестве ге леобразователя, стабилизатора и эмульгатора. В технологии получения пищевых продуктов и продуктов эмульсионного типа для наружного при менения при создании устойчивых систем используется каррагинан кон центрацией около 1 %. В то же время данных о поведении каррагинано вых гелей недостаточно, чтобы получить полное представление о реоло гических свойствах этого полисахарида. В связи с этим целесообразно изучить процесс получения гидрогелей, установить условия и сроки их предельной устойчивости, разработать рекомендации по их применению при получении продуктов гелеобразного типа.

Реологические исследования гелей каррагинана показали зависимость их прочности от содержания ионов калия. Прочность гелей 1 %-ного рас твора каррагинана в зависимости от концентрации хлорида калия заметно увеличивается в диапазоне концентраций KCl от 0,1 до 0,5 %, в диапазоне концентраций KCl 0,5–0,7 % прочность гелей не меняется. Причем в ин тервале от 0,1 до 0,3 % KCl прочность зависит от срока хранения и дости гает своего максимума через 7 сут. В дальнейшем увеличения прочности гелей не наблюдается.

Установлено что, температура плавления и температура гелеобразо вания гелей 1 %-ного раствора каррагинана напрямую зависят от концен трации KCl, причем температура плавления отличается от температуры гелеобразования на 25–30 0С.

Изучена динамика отделения жидкости из геля (синерезис) 1 %-ного раствора каррагинана в зависимости от концентрации KCl в процессе хранения гелей при 5 0С и минус 18 0С в течение 2 нед. Количество выде лившейся жидкости увеличивается при возрастании концентрации хлори да калия в геле. Прослеживается тенденция увеличения объемов выде ляющейся жидкости в течение 2 нед как при замораживании, так и при хранении гелей при 5 0С. При замораживании и последующем разморажи вании гелей происходит увеличение объемов выделяющейся жидкости в 10 раз по сравнению с таковым у гелей, хранившихся при 5 0С.

Гели 1 %-ного раствора каррагинана с содержанием KCl 0,1–0,3 % обладают хорошими показателями прочности (100–260 г/см2) и мини мальным синерезисом в различных процессах хранения. Поэтому они мо гут быть наиболее пригодны при получении продуктов гелеобразного типа нежной консистенции.

ХАРАКТЕРИСТИКА АЗОТСОДЕРЖАЩИХ ВЕЩЕСТВ ТКАНИ ОСЬМИНОГОВ ПЕСЧАНОГО PARACTOPUS CONISPADICIUS И ГИГАНТСКОГО PARACTOPUS DOFLEINI А.А.Зюзьгина, Н.М.Купина ТИНРО-Центр, Владивосток Известно, что в настоящее время большая часть осьминогов реализу ется в мороженом виде и лишь незначительная часть направляется на производство продукции на его основе. Вопрос использования моллюска для изготовления соленой, сушеной, копченой продукции остается откры тым в силу биохимических особенностей белков мышечной ткани и не достаточной их изученности. Целью настоящей работы является изучение качественного и количественного состава белков мышечной ткани конеч ностей и мантии осьминогов Японского моря.

Объектами исследований служили осьминоги песчаный Paractopus conispadicius и гигантский Paractopus dofleini, выловленные осенью в Ус сурийском заливе.

Результаты исследования химического состава показали, что по содер жанию влаги (81,0–81,3 %), белковых веществ (16,7 %) и липидов (0,6 %) мышечная ткань мантии и конечностей практически не отличаются меж ду собой. При сравнении осьминогов определили, что мышечная ткань, как конечностей, так и мантии гигантского осьминога отличается от тако вой песчаного более высоким содержанием влаги и более низким содер жанием белковых веществ.

Среди азотсодержащих соединений, составляющих 1,7–2,7 %, рас творимые вещества (Nнб) составляют около 26–29 % в общей массе азота общего, из них на долю аминного (Nам) приходится 4–6 %.

Изучение фракционного состава белков показало, что среди мышеч ных белков ткани мантии и конечностей осьминогов преобладает мио фибриллярная фракция, составляющая 60,2–66,8 % в общей массе белка.

Содержание же саркоплазматических белков не превышает 20 %. Высо кое содержание миофибриллярных белков в тканях осьминога, обуславли вающих способность измельченного мяса к гелеобразованию, свидетель ствует о целесообразности использования его для производства фарша и продуктов на его основе.

Мясо осьминогов отличается высоким (10–13,6 % от общего количе ства белковых веществ) содержанием соединительно-тканных белков. Ус тановлено, что коллаген осьминога на 90 % представлен кислотораство римой фракцией. Эти данные позволяют объяснить жесткую консистен цию продуктов из него и предположить, что для получения из него кон курентно-способной продукции технология переработки осьминога долж на включать операции, обеспечивающие размягчение мышечной ткани осьминога.

Исследование кожи осьминога показало, что кожа моллюска на 89–98 % представлены коллагеном. Причем более 75 % коллагена проявляет спо собность растворятся в кислых растворителях.

Исследование аминокислотного состава белков мышечной ткани моллюска показали, что осьминог целесообразно использовать в качестве добавки при изготовлении продукции из сырья, обедненного незамени мыми аминокислотами.

Среди растворимых азотистых соединений в мышечной ткани осьми нога обнаружен обладающий биологической активностью таурин в коли честве 860–1080 мг/100 г сырой ткани.

Таким образом, результаты исследований показали, что осьминог яв ляется ценным сырьем для получения диетических белковых продуктов с высокой пищевой и биологической ценностью.

ВЛИЯНИЕ ФЕРМЕНТАТИВНОЙ ОБРАБОТКИ НА ФИЗИКО-ХИМИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА И МИКРОСТРУКТУРУ ТКАНИ ОСЬМИНОГА А.А.Зюзьгина, Н.М.Купина ТИНРО-Центр, Владивосток В технологии пищевых продуктов из осьминога основной пробле мой является улучшение консистенции ткани, которая отличается высокой плотностью и жесткостью, обусловленными особенностями гистологиче ского строения ткани и повышенным содержанием соединительно тканных белков. Нами разработан способ регулирования консистенции ткани осьминога за счет изменения физико-химических свойств мышеч ных белков и структуры мышечного волокна, основанный на обработке сырья протеолитическим ферментным препаратом, полученным из гепа топанкреаса камчатского краба.

Результаты исследований показали, что в процессе обработки сырья протеолитическим ферментным препаратом в первую очередь гидролизу ются белки кожного покрова, а затем после практически полного раство рения кожи ферментный препарат диффундирует в мышечное волокно и гидролизует белки мышечной ткани. Так, в первые 5 мин с начала фер ментативной обработки количество белков миофибриллярной фракции мышечной ткани конечностей снижается незначительно, после 15 мин это снижение составляет 21,5 %, а после 40 мин – 56,0 %. Такое же уменьшение миофибриллярных белков наблюдается в процессе фермента тивной обработки мантии. Отмечено, что скорость протеолиза мышечной ткани мантии в 1,5–2,0 раза выше, чем таковой конечностей.

Дальнейшие исследования показали, что в результате ферментативно го воздействия в ткани осьминога накапливаются продукты протеолиза не только структурных, но и соединительно-тканных белков. После 15 мин ферментативной обработки осьминога массовая доля соединительно тканных белков снижается на 20 % в мышечн6ой ткани конечностей и на 29 % – мантии, а после 40 мин обработки это снижение в ткани конечно стей составляет 60,0 %, а мантии – 52,3 %.

Существенные изменения наблюдаются в микроструктуре ткани, ко торые определяют степень размягчения мышечной ткани осьминога. Гис тологические исследования показали, что в процессе ферментативной об работки конечностей при 40 С коллагеновые волокна сокращаются, в результате чего связь между мышечными пучками нарушается и между ними образуются пустоты. При этом мышечные пучки несколько сжима ются, но сохраняют свое строение. Дальнейшее повышение температуры раствора или увеличение продолжительности ферментативного воздейст вия приводит к более значительному сокращению коллагенового волокна, что сопровождается разрыхлением мышечного волокна.

На основании результатов проведенных экспериментов были уста новлены оптимальные условия обработки (концентрация ферментного препарата, температура, продолжительность процесса) осьминога, обеспе чивающие удаления кожного покрова и заданную степень размягчения мышечной ткани мантии и конечностей.

ТЕХНОХИМИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА КОРБИКУЛЫ ЯПОНСКОЙ CORBICULA JAPONICA Е.П.Калчугина, А.А.Зюзьгина ТИНРО-Центр, Владивосток Корбикула – один из ценных промысловых двустворчатых моллю сков, обитающих в реках Приморья. Но химия и биология корбикулы, в отличие от таких широко изученных и используемых гидробионтов, как гребешок, мидия, устрицы, до настоящего времени были практически не изучены. Вместе с тем начиная с 1994 г. ведется промысел корбикулы в реках Приморья, которая направляется на рыбоперерабатывающие пред приятия Японии и Кореи. Реализацию корбикулы на отечественном рынке планируется начать с 2001 г.

Это вызвало необходимость изучения размерно-массового и биохи мического состава корбикулы японской.

Корбикула обитает в мелководных солоноватых водоемах вдоль всего побережья Японского моря, включая Приморский и Хабаровский края, Сахалин, берега Корейского полуострова и Японских островов. В При морском крае корбикула встречается в реках Раздольной, Партизанской, Киевка, Артемовка и др.

Нами исследовались моллюски, выловленные в реках Раздольной и Партизанской в период с июня по октябрь 2000 г. Установлено, что длина раковины моллюсков составляет 12–46 мм. Масса моллюска – 5,2–27,5 г.

Массовая доля раковины достигает в среднем 66,5 % общей массы мол люска, масса мягких тканей – 33,5 %. Внутриполостная жидкость – около 18,0 %. С увеличением общей массы и размера моллюсков отношение массы печени к массе мускула возрастает от 0,3 до 6,5, за счет значитель ного увеличения печени, в то время как масса мускула, независимо от воз раста корбикулы, остается постоянной.

Результаты исследования химического состава корбикулы показали, что содержание основных компонентов в мясе корбикулы непостоянно и зависит от сезона вылова. Так, содержание влаги в общей массе мягких тканей мол люсков, выловленных в июне, составляет 85,3 %, в августе–сентябре – 95,5 %, в октябре – 94,3 %.

Содержание белка практически не зависит от сезона вылова моллю ска и составляет 51–53 % (в пересчете на сухое вещество). Количество растворимых азотистых соединений в ткани моллюска не превышает 7,5 % от общей массы азотсодержащих веществ. Среди растворимых соедине ний присутствует таурин, количество которого, по неопубликованным данным Н.Б.Аюшина, составляет 35,4 мг/100 г ткани.

Содержание гликогена в тканях корбикулы зависит от физиологиче ского состояния и составляет в сухой ткани 35 % в нагульный период и 18,7 % в посленерестовый. Установлено, что гликоген в корбикуле содер жится в виде гликоген-белковых комплексов, содержание белка в которых составляет 55–60 %.

Содержание липидов в сухой ткани корбикулы не превышает 10,5– 12,2 %. Среди жирных кислот в липидах корбикулы преобладают нена сыщенные, содержание полиненасыщенных – 42,8 %, мононенасыщенных – 22,9 %.

Мягкие ткани корбикулы богаты минеральными веществами. Преоб ладают среди макроэлементов Са (1175 мкг/г сухой ткани), Na (750 мкг/г сухой ткани) и К (600 мкг/г сухой ткани). Среди микроэлементов присут ствуют Fe, Zn, Cu, Ni, Se, органический йод. Концентрация тяжелых ме таллов в мягких тканях корбикулы не превышает ПДК.

Результаты химического анализа позволяют сделать вывод о ценно сти корбикулы, как сырья для производства пищевых, в том числе лечеб но-профилактических, продуктов.

ЭТАНОЛАМИД ОКТАДЕКАПЕНТАЕНОВОЙ КИСЛОТЫ.

СИНТЕЗ И ИЗУЧЕНИЕ БИОЛОГИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ А.Е.Караулов, В.Г.Рыбин*, Д.В.Куклев* ДВГУ, * ТИНРО-Центр, Владивосток В последнее время активно ведется поиск альтернативных пищевых источников, в том числе и за счет использования нетрадиционного пище вого сырья, содержащего полиненасыщенные жирные кислоты (ПНЖК).

ПНЖК способны вовлекаться в каскад арахидоновой кислоты, обра зуя соединения, отличающиеся по своему биологическому действию от продуктов окислительного метаболизма арахидоновой кислоты. Хорошо известно, что потребление пищи, обогащенной 3 ПНЖК, способствует снижению риска возникновения сердечно-сосудистых и воспалительных заболеваний. В последнее время этим кислотам уделяется большое вни мание со стороны исследователей как модуляторам иммунной системы (Hubbard N.E. et al., 1994;

Somers, Erickson, 1994). Биологическое действие ПНЖК 3 серии изучалось в основном на примере эйкозапентаеновой (ЭПК) и докозагексаеновой (ДГК) кислот. Их окисление в различных тка нях и влияние на биохимические процессы, включая каскад арахидоновой кислоты, достаточно хорошо изучены (например, см. Weber, Sellmayer, 1990).

Один из возможных путей метаболизма ПНЖК проходит через кан набиноидный рецептор. Как известно, этаноламиды ПНЖК являются эк зогенными лигандами для специфического мембранного рецептора голов ного мозга (центральный каннабиноидный рецептор или СВ1). Физиоло гическая роль каннабиноидных рецепторов до сих пор окончательно не установлена. Исследования этаноламидов ПНЖК в настоящее время ак тивно развиваются.

O OH C NH этаноламид ОДПК Впервые синтезированная нами полностью цис-октадека-3,6,9,12,15 пентаеновая кислота (ОДПК) практически не встречается в организмах млекопитающих, однако в морских микроводорослях, например Prorocentrum minimum или Gimnodinium kowalewskii, она является основ ной ПНЖК (Ackman et al., 1974;

Куклев и др., 1991). И, таким образом, передаваясь по пищевым цепям, может достигать высокого трофического уровня (в том числе и высших млекопитающих). ОДПК представляет со бой предельно ненасыщенную 3 ПНЖК, замыкая собой семейство "клас сических" жирных кислот нормального строения С18-семейства. Ранее нами было впервые установлено, что ОДПК является субстратом для фер ментов окислительного метаболизма ПНЖК растительного и животного происхождения. Являясь ПНЖК уникального строения, ОДПК может быть использована в качестве нерадиоактивного маркера при исследова нии метаболизма различных производных ПНЖК.

Синтез этаноламида ОДПК (ЭА-ОДПК) был проведен за шесть ста дий из докозагексаеновой кислоты (ДГК). Этот синтез осуществляли сле дующим образом. Из рыбьего жира, который омыляли КОН, выделили смесь ЖК, содержащий 35 % ДГК. Продукт обработали I2 в ЕtОН. Из по лученной смеси методом колоночной хроматографии выделили чистые йодлактон ДГК и йодлактон ЭПК. Йодлактон ДГК ввели в реакцию с Еt3N. Полученный эпоксид обработали йодной кислотой. Ставший резуль татом взаимодействия альдегид окисляли реактивом Джонса. Синтезиро ванную таким образом ОДПК прометилировали диазометаном. Выделен ный метиловый эфир подвергли аминолизу этаноламином. В результате проведенной процедуры и препаративной ВЭЖХ был получен конечный продукт – этаноламид ОДПК чистотой не менее 97 % (по данным ВЭЖХ и ГЖХ). Общий выход всего синтеза 22 %.

Нами установлено, что ЕА-ОДПК является хорошим субстратом для соевой 15-липоксигеназы. При этом образуется единственный продукт окисления, которому по данным ТСХ, ВЭЖХ и УФ-спектроскопии при писана структура этаноламида 13-гидроперокси-3Z,6Z,9Z,11E,15Z октадекапентаеновой кислоты.

Таким образом, нами впервые осуществлен синтез этаноламида ОДПК и проведено его липоксигеназное окисление. В настоящее время нами активно продолжаются работы по установлению точной структуры окисленного продукта и получению кинетических параметров фермента тивной реакции.

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.