WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 14 |

«А.Г. Спиркин ФИЛОСОФИЯ Из дание вт орое Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений Москва ГАРДАРИКИ 2006 УДК ...»

-- [ Страница 5 ] --

А.Ф. Лосев (1893—1988) — философ, филолог, автор ряда фун­ даментальных работ по античной эстетике, логике, языковеде­ нию, переводчик философской и художественной литературы с древних языков. В философии Лосева развивается платоновско-ге гелевская линия диалектического мировоззрения, традиция пра­ вославия и русской философии, используется феноменологичес­ кий метод Э. Гуссерля.

В мире нет и не было мыслителя, который написал бы такое количество работ, какое написал этот исключительно одаренный и неимоверно трудолюбивый человек. Его работы по античной фи­ лософии несравнимы по своей обширности, глубине и научности анализа, совмещающего в себе одновременно философские, фило­ логические и искусствоведческие аспекты. Думается, что они ос­ танутся в веках как неподражаемый образец. (Я говорю об этом с уверенностью человека, общавшегося с А.Ф. Лосевым более 30 лет.

А в молодости я учился у него латинскому и греческому языкам.) § 10. О философии XX века Теперь вкратце остановимся на марксистской философии, в том числе советского и постсоветского периода. В период советской власти в жестких, скорее в жестоких, рамках цензуры философ­ ская мысль сводилась к популяризации основных положений марксизма-ленинизма. В период сталинской диктатуры основным ориентиром в философии стала «философская» глава в учебнике И.В. Сталина «Краткий курс ВКП(б)». Тогда в философии все (или почти все) было спущено на уровень ликбеза, а профессионалы философы вынуждены были «разжевывать» банальности сталин­ ской мысли. Большевистское руководство, установив тоталитар­ ный режим, по существу исключило возможность свободного раз­ вития творческой мысли, прежде всего в гуманитарных сферах духовной жизни: все должно было вращаться в круговерти марк­ систско-ленинской идеологии. «Марксоцентризм» и «лениноцент ризм» определяли границы дозволенного. Верным и нравствен­ ным считалось только то, что служило интересам построения ком­ мунизма. На это в сущности были нацелены идеалы «центризма», на это тратились огромные денежные и иные средства, и никто не считался с нищетой народа (например, со страшным голодом на Украине и в Поволжье, горечь которого пришлось сполна хлебнуть и автору этих строк).

Так продолжалось до XX съезда КПСС. «Хрущевская отте­ пель» отмечена оживлением творческой мысли в философии, прав­ да, только в рамках марксистско-ленинской идеологии1. Жесткий идеологический пресс сказался и на работах по истории филосо­ фии, которую рассматривали непременно с позиций ленинского принципа, гласящего: история философии есть история борьбы материализма с идеализмом. При этом философов-идеалистов, цепляясь за отдельные высказывания, причисляли к материалис­ там, выискивая в их трудах элементы диалектики, а верующих философов (а их было подавляющее большинство) зачастую «под­ гоняли» под атеистов.

Некоторые ученые-обществоведы искренне верили в эту идео­ логию (это были и их убеждения), другие строили защитные ба Что бы ни говорили о Н.С. Хрущеве, он совершил героический поступок, выступив с разоблачением культа личности Сталина. Все мы почувствовали вея­ ние свежего воздуха относительной свободы. Я лично особо благодарен его под­ вигу: меня реабилитировали и передо мной открылись возможности мыслить сме­ лее, свободнее, ушли в прошлое унижения и оскорбления как бывшего политза­ ключенного, находящегося на особом подозрении. Мне уже дозволено было читать лекции не только по психологии идиотии (что очень символично), но и по фило­ софии, логике, психологии и общему языкознанию.

222 Глава 8. Русская философия рьеры из цитат классиков марксизма-ленинизма и пытались под этим прикрытием реализовать собственные идеи. Стали появлять­ ся творчески содержательные статьи в таких журналах, как «Во­ просы философии» и «Философские науки», начали издаваться на конкурсной основе учебники по философии. Нам, некоторым «шестидесятникам», казалось, что «благоразумное время» отли­ чит то, что мы думали, от того, что мы писали и говорили.

Серьезным успехом отечественной философии «шестидесятни­ ков» было создание пятитомной «Философской энциклопедии», что для общественной мысли, живущей в «безвоздушном про­ странстве», значило примерно то же, что «Энциклопедия» для французского Просвещения. Она освоила (конечно, с точки зрения марксизма) и сделала материалом для обучения и просвещения всю мировую социально-философскую мысль, включая зарубеж­ ную современную философию. Это — значительная интеллекту­ альная ценность и, может быть, пока единственное фундаменталь­ ное завоевание нашей современной общественной науки1.

•к -к ft События начала 90-х гг. кардинальным образом изменили со­ циально-политическую ситуацию в России. Наше общество всту­ пило в период созидания демократического правового государства.

В этих условиях открылась возможность свободного творчества вообще и философского в частности. Достижения нашей филосо­ фии на современном этапе, на мой взгляд, весьма полно проанали­ зированы в обширном труде «Философы России XIX—XX столе­ тий» (М., 1995). Здесь дана содержательная характеристика на­ стоящей истории российской философской мысли этого периода истории2.

См.: Капустин М. Конец утопии. М., 1990. С. 399.

Воспользуюсь случаем выразить огромную благодарность главному редакто­ ру этого труда проф. Петру Васильевичу Алексееву и всем, кто причастен к со­ зданию этого замечательного произведения;

его можно уподобить хорошему зер­ калу, в котором ярко высвечивается истинный дух философской культуры России за два столетия. * Раздел второй ОСНОВЫ ОБЩЕЙ ФИЛОСОФИИ Глава УЧЕНИЕ О БЫТИИ В предыдущем разделе мы вкратце рассмотрели развитие философской мысли начиная с древности до настоящего времени. Нельзя не заметить, что во всех без исключения философских системах рассуждения мыслителей любого уровня ин­ теллектуальной одаренности начинались с анализа того, что окружает человека, что находится в центре его созерцания и мысли, что лежит в основании мирозда­ ния, что являет собой мироздание, Космос, из чего состоят вещи и что представляют собой протекающие в своем бесконечном многообразии явления. И уже значитель­ но позже человек стал задумываться над самим собой, над своим духовным миром.

Что же такое бытие?

§ 1. Бытие как всеохватывающая реальность Любое философское рассуждение начинается с понятия о бытии. Вопрос о том, что такое бытие, постоянно присутствует в любом философствовании. Он возник вместе с зарождением фило­ софии и будет постоянно сопровождать ее, пока будет существо­ вать мыслящее человечество. Это вечный вопрос. И глубина его содержания неисчерпаема.

Под бытием в самом широком смысле, этого слова имеется в виду предельно общее понятие о существовании, о сущем вообще.

Бытие и реальность как всеохватывающие понятия — это синони­ мы. Бытие есть все то, что есть — «вся видимая же и невиди­ мая», как утверждается Символом веры. Это и материальные вещи, это и все процессы (физические, химические, геологичес­ кие, биологические, социальные, психические, духовные), это их свойства, связи и отношения. Плоды самой буйной фантазии, сказ­ ки, мифы, даже бред больного воображения — все это тоже суще­ ствует как разновидность духовной реальности, как часть бытия.

224 Глава 9. Учение о бытии Антитезой бытия является Ничто. Бытие и Ничто не могут су­ ществовать друг без друга: если их разделить так, чтобы они не могли переходить друг в друга, то все исчезло бы. Почему? А по­ тому что перестало бы двигаться: сущее лишилось бы одного из своих фундаментальных и неотъемлемых атрибутов, без которого оно рассыпалось бы в «пыль небытия». Вспомним захватывающую дух космологическую картину, предлагаемую современной физи­ кой: Вселенная пульсирует как живой организм, живет, умирая, и рождается сызнова1. Даже на поверхностный взгляд бытие не статично. Все конкретные формы существования материи, напри­ мер самые крепкие кристаллы, гигантские звездные скопления, те или иные растения, животные и люди, как бы выплывают из небытия (их ведь именно вот таких когда-то не было) и становятся наличным бытием. Бытие вещей, как бы много времени оно ни продолжалось, приходит к концу и «уплывает» в небытие как дан­ ная качественная определенность, например, именно этот человек.

Переход в небытие мыслится как разрушение данного вида бытия и превращение его в иную форму бытия. Точно так же возникаю­ щая форма бытия есть результат перехода одной формы бытия в иную: бессмысленна попытка представить себе самосозидание всего из ничего. Так что небытие мыслится как относительное по­ нятие, а в абсолютном смысле небытия нет. Попробуйте помыс­ лить и тем более представить себе небытие, и вы поймете, что это невыполнимая задача: в сознании будет витать какая-то форма бытия, какое-то Нечто. Человек в этой попытке будет все время блуждать в предметной или духовной реальности. Тут не будет особой логики, но фантазия будет рисовать самую причудливую и при этом бессвязную «материально-духовную паутину». Абсолют­ ное бытие противостоит небытию как тому, что было и чего уж нет или еще не стало, а может, и никогда не станет.

Диалектика бытия и небытия, бытия-становления и бытия-за­ рождения и, если хотите, эстетика сущего прекрасно выражены А.И. Герценом:

«Жизнь камня — постоянный обморок;

она там свободнее, где ближе к небы­ тию;

она слаба в высших проявлениях, она тратит, так сказать, вещественность на достижение той высоты, на которой бытие и небытие примиряются, подчиняются высшему единству. Все прекрасное нежно, едва существует;

это — цветы, умираю­ щие от холодного ветра в то время, как суровый стебель крепнет от него, но зато он и не благоухает и не имеет пестрых лепестков;

мгновения блаженства едва Различные космологические модели обсуждаются нами ниже, в параграфе о пространстве и времени.

§ 2. Историческое осознание категории бытия мелькают, но в них заключается целая вечность... Возникновение, деятельный процесс себя-определения, его противоположные моменты (бытие и небытие) ут­ рачивают в нем свою мерную косность, принадлежащую отвлеченному мышлению, а не действительному;

как смерть не ведет к чистому небытию, так и возникновение не берется из чистого небытия — возникает бытие определенное из бытия опреде­ ленного, которое становится субстратом в отношении к высшему моменту. Возник­ нувшее не кичится тем, что оно есть;

это слишком бедно, это подразумевается;

оно не выставляет истиной своей своего тождества с собою, свое бытие, а напротив, раскрывает себя процессом, низводящим свое бытие на значение момента».

Бытие не безразлично для составляющей его реальности. Сле­ пой жаждой бытия преисполнено все конкретно-сущее, что прояв­ ляется даже в простейших механических процессах в виде инер­ ции, а также в различного рода новообразованиях.

Бытие — настолько всеобъемлющая и первичная категория, что она заложена в глубинных формообразующих частях слова:

суффикс -стъ, свойственный абстрактным и общим понятиям, несет смысл существования, бытийности.

Книга Бытия есть первая книга Священного Писания (первая книга Моисеева). В горящем, но не сгорающем кусте, купине неопа­ лимой, явившийся на горе Хорив Моисею Господь так объявил ему о Своем имени: «Аз есмь Сущий (IEHOVAH). И сказал: так скажи сынам Израилевым: Сущий послал меня к вам» (Исход. 3:14).

Постижение категории бытия, раскрывавшейся в разные вре­ мена с разных сторон и с разной степенью полноты, неотделимо от истории философии.

§ 2. Историческое осознание категории бытия В античной древности первое такое осознание, как единодушно полагают специалисты, принадлежит Пармениду. Среди мыслей, которые сами по себе субъективные порождения человеческого, он обнаружил мысль, как бы выводящую за пределы субъективного, не мысль о чем-то, а мысль как таковую, не существование чего-то, а просто существование. Воодушевленные этой идеей философы элеаты приняли абстракцию чистого бытия за действительность более действительную, нежели бытие определенное, за верховное единство, царящее над многоразличием. Для них, а затем для Пла­ тона, характерно различение «бытия по мнению» — видимой, внешней реальности — и «истинности бытия», доступного лишь философскому разуму. Платон, например, под истинным бытием Герцен А.И. Письма об изучении природы. М., 1946. С. 105—106.

8- 226 Глава 9. Учение о бытии имел в виду «царство чистых мыслей и красоты» как нечто умо­ постигаемое в отличие от мира чувственных вещей как чего-то близкого к иллюзорности, с его точки зрения1.

Но Аристотелю, бытие — это живая субстанция, характери­ зующаяся следующими принципами: во-первых, каждая вещь есть самостоятельный факт, на который мы обращаем свое внима­ ние (принцип материальности, или фактической данности вещи);

во-вторых, каждый объект обладает структурой, части которой соотнесены друг с другом (знаменитая аристотелевская концепция активной формы);

в-третьих, каждая вещь обязательно указывает на свое происхождение (принцип причинности);

в-четвертых, каждая вещь имеет свое определенное назначение (принцип цели).

Субстанция как предельное основание всего сущего не является таковой, если в ней отсутствует хоть один из этих компонентов бытия. Из цельного бытия нельзя убрать что-либо. При этом каж­ дый из указанных моментов берется как реальная абстракция, в смысле выделения одной грани из состава целого.

Для античной философии в той или иной степени свойственно нерасчленение бытия и мышления во всех аспектах: гносеологи­ ческом, онтологическом и этическом. В то же время в ней были заложены основы для познания сущего в последующие века чело­ вечества (обоснование истины, добра, красоты, свободы через по­ нятие бытия, творческая активность бытия и диалектика бытия и Ничто и т.д.).

Наступление христианской эры соединило философию с интен­ сивным богопознанием. По существу, мыслительная деятельность первых веков христианства вплоть до завершения догматики на Вселенских соборах состояла в осмыслении Божественного Завета в категориях греческой философии. Не приходится удивляться, что соотношение Бога и бытия, столько кратко выраженное в он­ тологической формуле Исхода 3:7, подвергалось тщательному про­ думыванию.

В средние века оформилось так называемое онтологическое до­ казательство бытия Бога, состоящее в выводе Абсолютного Бытия из понятия бытия, а именно: то, больше чего нельзя помыслить, не может существовать только в уме. Иначе о нем можно помыс­ лить и существование вне ума, что противоречит исходной посыл В истории индийской мысли понятие иллюзорности непосредственно воспри­ нимаемого мира выражалось словом «майя», что значит «видимость», своего рода марево, через которое человек еще не проник в глубины сущности.

§ 2. Историческое осознание категории бытия ке. Это доказательство многократно утверждалось и вновь оспари­ валось (вплоть до наших дней).

В эпоху Возрождения и особенно в Новое время происходит секуляризация (обмирщение) философии, а впоследствии и все более явное разделение философии и естественной науки. В связи с этим характерна «объективизация» понятия бытия и одновре­ менно развитие субъективистских концепций.

Бытие осмысливается как нечто телесное, вещественное, как объективная реальность, противостоящая человеку и его разуму.

Природа мыслится вне отношения к ней человека, как своего рода механизм, действующий сам по себе, а Вселенная — как машина.

Эти идеи — продукт огромного успеха механики, из которой вы­ водились фундаментальные философские принципы и которая рассматривалась как образец для всех остальных наук.

Для концепции бытия в Новое время характерен субстанциаль­ ный подход: субстанция (неуничтожимый и неизменный субстрат бытия, его предельное основание) и ее акциденции (свойства), про­ изводные от субстанции, преходящие и изменяющиеся.

Р. Декарт рассматривал бытие через призму рефлексивного анализа сознания, человеческого существования: «Я мыслю, сле­ довательно, существую». Это означает: бытие субъекта постигаемо только в акте самосознания. Г. Лейбниц выводил понятие бытия из внутреннего опыта человека. Свое крайнее выражение эта идея достигает у Дж. Беркли, отрицавшего существование материи и утверждавшего: «быть — значит быть в восприятии».

По И. Канту, «бытие не есть понятие о чем-то таком, что могло бы быть прибавлено к понятию вещи. В логическом применении оно есть лишь связка в суждении»1. Прибавляя к понятию харак­ теристику бытия, мы не прибавляем ничего нового к его содержа­ нию. Для И. Фихте подлинное бытие — деятельность Я, а мате­ риальное бытие — ее продукт.

Г. Гегель начинает построение своей философской системы с наибеднейшего и абстрактнейшего понятия — с чистого бытия.

Почему именно с него? Разве бытие лишено всякой определеннос­ ти? Разве это самое «тощее» понятие? А быть может, оно самое емкое? Ведь оно объемлет все сущее в бесконечном богатстве его конкретных проявлений. Не оно ли вмещает в себя все — матери­ альный и духовный мир в их свойствах, отношениях и взаимодей­ ствиях? И да, и нет. «Если, рассматривая весь мир, мы говорим:

1 Кант И. Сочинения. М., 1965. Т. 3. С. 521.

228 Глава 9. Учение о бытии все есть и не говорим ничего больше, то мы опускаем все опреде­ ленное, и мы имеем, следовательно, вместо абсолютной полноты абсолютную пустоту»1. Чистое бытие настолько бедно и пусто, что оно неотличимо от Ничто. Разумеется, Гегель понимал всю пара­ доксальность ситуации и отмечал, что здравый смысл тут может вдоволь посмеяться. Как? Бытие тождественно с Ничто?! Неужели человеку безразлично, есть у него деньги в кармане или нет? Та­ кова ирония здравого смысла. Она же — плод недомыслия: чистое бытие связано с началом. Начало же связано с наличием возмож­ ности. Сама же возможность уже есть нечто, пусть еще не ставшее, но нечто как потенция. В зародыше, в потенции объединены и бытие, и небытие. Это двуликое тождество ничто и нечто — един­ ство противоположностей, испытывающее «беспокойство», напря­ женность. Внутри него совершается скрытая «работа», ведущая к становлению, переходу ничто в нечто. Эта концепция подвергалась критике. Так, А.И. Герцен писал: «Чистое бытие — пропасть, в которой потонули все определения действительного бытия (а между тем они-то одни и существуют), не что иное, как логическая абстракция, так, как точка, линия — математические абстрак­ ции;

в начале логического процесса оно столько же бытие, сколько небытие. Но не надобно думать, что бытие определенное возникает в самом деле из чистого бытия;

разве из понятия рода возникает существующий индивид?» Имеется в виду, что иерархия «чисто­ го» и «определенного» бытия должна быть обратна гегелевской.

По существу, спор тут вечен, как между дедуктивным и индуктив­ ным методами. (У Гегеля замечательна сама сила диалектики, мо­ гучим внутренним напряжением рождающей все конкретно сущее из чистого первотезиса, столь близкого к Ничто.) В гегелевской диалектике тождество бытия и мышления (идею о котором он разделял) проходит все стадии триады. В начале неоп­ ределенное и абстрактное бытие, лишенное определений, неразли­ чимо с мышлением (как всеобщность). Проходя шаги конкретиза­ ции, бытие и мышление могут различаться, совпадая не полностью, чтобы слиться при завершении системы. Гегель здесь обращается к «онтологическому аргументу» (т.е. упоминавшемуся выше доказа­ тельству бытия Бога). Он утверждает, что «конкретная всеоб­ щность» — Бог — не может не содержать столь скудное определе­ ние, как бытие, парадоксально замечая: «Для мысли не может быть ничего более малозначащего по своему содержанию, чем бытие»2.

1 Гегель Г.В.Ф. Сочинения. М., 1974. Т. 1, С. 150.

Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. М., 1974. Т. 1. С. 275.

§ 3. Объективное бытие и Я-бытие Чрезвычайно важно достигнутое Гегелем понимание бытия как процесса или истории, или вечного движения, или самой жизни.

Диалектический метод восхождения от абстрактного к конкретно­ му (оказавший сильное влияние на творческую сторону марксизма, но и не только его, см., например, современные работы А. Зиновье­ ва) позволил Гегелю преодолеть некоторые старые трудности, вы­ званные статичной трактовкой бытия как одной абстрактной всеоб­ щности, неподвижной субстанции и безразличной «объектив­ ности».

В то же время для всей идущей от Нового времени «классичес­ кой» философии, включая Гегеля, характерен разрыв с человечес­ кой стороной бытия, на что обратил внимание создатель «антро­ пологической философии» Л. Фейербах. Критикуя концепцию аб­ страктного чистого бытия у Гегеля, Фейербах писал:

«Человек под бытием, если он в этом отдает себе полный отчет, разумеет на­ личность, для-себя-бытие, реальность, существование, действительность, объек­ тивность».

§ 3. Объективное бытие и Я-бытие Именно в XX в. эта проблема выдвинулась на передний план, хотя ее назревание чувствовалось уже в конце XIX в., особенно у Ф.М. Достоевского. Если угодно, то было предчувствие страшных потрясений, ожидавших человечество в XX в., когда потерпели крушение основанные на рационалистических посылках попытки устроительства «новой» жизни. Потерпела крах концепция объ­ ективного и безразличного к человеку бытия, овладев законами которого, человек, казалось, мог как высшее существо преобразо­ вать мир по своему усмотрению.

Своеобразная «религия человекобожества», по выражению С.Н. Булгакова, сначала вознесла человека, а затем низвергла его в черно-кровавую бездну, символами которой стали польский Ос­ венцим, «леденящий Освенцим Колымы» и испепеляющий «гриб» Хиросимы.

Кризис XX в. охватил все стороны современной цивилизации, выросшей из семян Нового времени. Он властно потребовал «оче ловеченья» жизни. (Вот парадокс! Рационалистическая и гуманис­ тическая мысль, поставившая Человека с большой буквы во главу 1 Фейербах Л. Избранные философские произведения: В 2 т. М., 1955. Т. 1.

С. 172.

230 Глава 9. Учение о бытии всего, оказывается, не оставляла места просто для человека.) В науке пересмотр основ проявился в возникновении новых тео­ рий — квантовой механики и теории относительности А. Эйнш­ тейна, ключевым понятием которых является понятие «наблюда­ тель», совершенно невозможное для классического подхода. Это, конечно, не значит, что объективное бытие утрачивает свой статус, но с необходимостью открываются новые его стороны, в которых нет места разрыву с бытием человека.

В философских концепциях XX в. акцент делается на бытии прежде всего как человеческом существовании: бытие есть наша жизнь. Для В.Дильтея, например, подлинное бытие — целостная жизнь.

М. Хайдеггер критикует подход к бытию как чему-то извне данному и противоположному субъекту. Для него проблема бытия имеет смысл лишь как проблема человеческого бытия, проблема предельных оснований жизни человека. Самым важным выраже­ нием общечеловеческого способа бытия считается страх перед ничто. Анализ бытия надо начинать с нас самих. Это сущее есть мы сами, которые в числе прочих возможностей бытия имеют воз­ можность вопрошания: кто мы и зачем, в чем смысл нашего бытия? Тот, кто ставит вопрос о бытии, в первую очередь сам есть наличное бытие. Он имеет понимание своего бытия. Это и есть экзистенция. Объективное бытие и Я-бытие суть разные виды бытия. Признание только одного объективного бытия равноценно самозабвению.

В экзистенциализме для человеческого бытия духовное и ма­ териальное слиты в единое целое: это одухотворенное бытие (осо­ бенно в религиозном экзистенциализме Н.А. Бердяева и др.). Глав­ ное в этом бытии — сознание временности (экзистенция есть «бытие к смерти»), постоянный страх перед последней возможнос­ тью — возможностью не быть, а значит, сознание бесценности своей личности.

Совершенно иначе поворачивается соотношение бытия и небы­ тия: «Бытие только тогда и есть, когда ему грозит небытие» (Ф.М. Достоевский). В «пограничной ситуации» — на грани небы­ тия, смерти, уничтожения личности возникают острые пережива­ ния бытия. Они совмещаются с проблемами этическими, с мораль­ ным выбором на грани жизни и смерти, который должен делать человек. Здесь наше время мощно вернуло нас к фундаментальным философским вопросам, которые не решит «объективная» наука:

сколько угодно скрупулезное описание физических процессов и причин, их вызывающих, не раскрывает суть трагизма ситуации.

§ 3. Объективное бытие и Я-бытие Перед нами другой вид реальности, человеческий феномен. Это то, что именуется злом.

Иначе поворачивается соотношение человека и Бога. В погра­ ничной ситуации человек оказывается одиноким во Вселенной, и он жаждет Бога. Религиозное переживание состоит здесь в том, что Бог выступает не как устроитель объективной Вселенной, нечто вроде великого Часовщика (образ которого рождается в фи­ зических картинах), а как единственное помимо данного человека живое существо в мире, во Вселенной, сжавшейся до размера тю­ ремной камеры.

Разница в осознании бытия XX столетием и столетиями, ему предшествовавшими, ярче всего отразилась в искусстве. Интерес­ но сопоставить творчество, быть может, самого великого экзистен­ циального художника XX в. А.И. Солженицына с творчеством Ф.М.Достоевского. Достоевский, безусловно, предшественник эк­ зистенциалистов, но у его героев еще есть возможность обсуждать вопросы общего устройства мира (диалоги Ивана и Алеши Кара­ мазовых), чисто теоретически взвешивать «слезинку ребенка» и грядущее «счастье человечества», отвергать мир, созданный Богом, и «почтительно билет Ему возвращать»1. Для героев Со­ лженицына «стены мира резко сдвинулись»2. Они тоже ведут диа­ логи — на барачных нарах, в тюремной камере, койке «ракового корпуса» или фронтовой землянке Первой мировой войны. Но не до счастья человечества им сейчас — «счастья», уже наступившего или ощутимо грядущего. Обсуждается вопрос жизни именно этого отдельного человека в этот «один день». Как быть? Можно ли при­ менять насилие не во имя «общей цели», а просто чтобы не дать себя убить (не станешь ли сам людоедом)? В чем смысл жизни для того, кто завтра обречен умереть от рака? Вопросы, которые для героев Достоевского все же можно охарактеризовать как «онтоло­ гические», для героев Солженицына бесповоротно стали «экзис­ тенциальными».

Стоит сказать и вот о чем. Указанные особенности осознания ка­ тегории бытия как Я-бытия или экзистенции нельзя воспринимать просто как исторически обусловленные жестокими реальностями XX в. Это определенная, крайне важная ступень в познании бытия, и XX в. в этом смысле носит переломный, переходный характер.

1 Экзистенциальность здесь проявляется именно в таком личном переживании бытия, как идея «вернуть билет» Создателю.

См.: Воронов Ф. К публикации прозы Александра Солженицына // Литера­ турная Россия. 1989. 7 июля.

232 Глава 9. Учение о бытии По-видимому, ломается линия, непосредственно идущая от Ренес­ санса и эпохи Просвещения, и нас ждет переход к «новому средне­ вековью», согласно выражению, встречающемуся у Н.А. Бердяева.

Эта мысль (хоть и с противоположной по форме метафорой) непо­ средственно выражена А.И. Солженицыным в «Гарвардской речи» (1978):

«Если не к гибели, то мир подошел сейчас к повороту истории, по значению равному повороту от средних веков к Возрождению, и потребует от нас духовной вспышки, подъема на новую высоту обзора, на новый уровень жизни, где не будет, как в средние века, предана проклятью наша физическая природа, но и тем более не будет, как в Новейшее время, растоптана наша духовная жизнь. Этот подъем подобен восхождению на следующую антропологическую ступень. И ни у кого на Земле не осталось другого выхода, как — вверх».

Кратко скажем о концепции бытия у Бертрана Рассела. Рассел пытался снять противопоставление объективного и субъективного существования в понятии «существование вообще». Существует только один «реальный мир», а воображение Шекспира — его часть;

аналогично — реальны мысли, которые возникали у него, когда он писал «Гамлета». Точно так же реальны наши мысли, когда мы читаем эту трагедию. Это скорее лежит в русле традици­ онно-рационалистическом, чем философия «экзистенции», но вы­ ражает ту же тенденцию — преодоление ограничений, идущих от Нового времени.

§ 4. О метафизике В связи с ростом интереса к религиозной философии и пере­ смотром тенденций, восходящих к классическим немецким фило­ софам XIX в., уместно остановиться на понятии «метафизика», тесно связанном с категорией бытия.

С этим понятием происходила невероятная трансформация.

Этимологически здесь все достаточно просто: мета (греч.) — «сверх», «над». Таким образом, все, что сверх физической реаль­ ности, относится к реальности метафизической. А это может быть не только, например, духовная, но и биологическая, и социальная реальность — они ведь сверхфизичны. Но под метафизикой пони­ малась особая сверхчувственная реальность, пребывающая за пре­ делами опыта, эксперимента, наблюдения, причем как прямого, 1 Солженицын А.И. Сочинения. Вермонт, Париж: ИМКА-пресс, 1981. Т. 9.

С. 297.

§ 4. О метафизике так и косвенного. Однако эксперименту, наблюдению, опыту чело­ века и человечества доступна пока еще крайне малая доля сущего.

Все «остальное» находится в области, запредельной для человечес­ кой чувственности. Размышления об этом и есть метафизика.

Путаница возникла, когда под метафизикой стали понимать метод, противоположный диалектике, хо"тя предмет последней не только чувственная, но и сверхчувственная реальность. И в этом отношении она ничем не отличается от метафизики. Вообще, ме­ тафизическая реальность — это достопочтенная реальность, кото­ рая достойна глубокого изучения: все, что доступно эксперимен­ ту, — это пока крайне маленький островок реальности.

И. Кант под метафизикой понимал любые суждения, не осно­ вывающиеся на чувственных данных. Но наряду с гносеологичес­ кой интерпретацией он допускал и ее онтологическую интерпре­ тацию как сверхчувственной реальности и оценивал ее как пер­ вичную, определяющую мир чувственных явлений (именуемых феноменами, а метафизические явления именуются ноуменами):

это ноуменальная реальность, которая аффицирует нашу чувст­ венность, т.е. воздействует на нее, но остается непостижимой и для чувств, и для ума.

Предмет метафизики, в ее первичном смысле, — рассужде­ ния об абсолютном мировом целом, недоступном никакому чув­ ству, а также о свободе воли, Боге, бессмертии, вечности и бес­ конечности и т.п. М. Планк говорит, что «точная наука никогда не может обойтись без реального в метафизическом смысле»1.

В связи со сказанным полезно упомянуть категории трансцен­ дентального и трансцендентного. Это две разные ступени сверх­ чувственной реальности. Несомненно, бытие — сверхчувственно, но не обязательно сверхприродное, надмировое. Такая реаль­ ность, выходящая за грань эмпирии и характеризующаяся, по Канту, так называемыми априорными (доопытными) формами познания (типа пространства и времени как формы чувственного познания и причинности как категории рассудка), называется трансцендентальной.

Выше ее стоит полностью сверхопытная реальность, факти­ чески недоступная и теоретическому познанию. Это трансцен­ дентная, или ноуменальная, реальность Канта. По мысли всех религиозно думающих философов, Бог есть трансцендентная ре­ альность (но не все трансцендентное божественно).

См.: Вопросы философии. 1958. № 5. С. 109.

234 Глава 9. Учение о бытии § 5. Иерархия типов реальности Членение типов реальности. Мы видим, что первоначально не расчлененное бытие предстает в виде многообразия форм и типов реальности, исторически доступной человеку. Само понятие бытия не обладает никакой двусмысленностью: оно однозначно и синонимично реальности вообще, взятой без разграничения на типы. В контексте размышления и общения такое разграничение не всегда необходимо, но когда оно требуется, следует специально оговаривать, о каком виде реальности идет речь.

Членение типов реальности — очень интересный философский вопрос, представляющий огромный мировоззренческий и методо­ логический смысл. В самом общем виде такое членение рассмат­ ривалось выше: разделение эмпирической, трансцендентальной и трансцендентной реальности в кантовской гносеологии и онтоло­ гии, опирающееся еще на средневековую традицию. Другая база деления дается религиозной философией — на реальность творя­ щую (Бог) и тварную, в том числе внутри трансцендентно-сущего.

Обращаясь к современной философии неопозитивизма, у К. Поппера мы находим расчленение бытия на три уровня: мате­ риальное бытие вне нас, мир психики как субъективное бытие, мир объективного духа, т.е. надличностного сознания. Философ­ ская литература, в том числе наша «критическая», носится с поп перовскими «тремя мирами», как с некой новинкой, но, по суще­ ству, эти «три мира» стары, как сам мир. Попперовская концепция кажется вполне разумной и даже вполне традиционной, все зави­ сит от ее истолкования. В самой общей форме бытие действительно предполагает эти три уровня, хотя, возможно, ими не ограничи­ вается.

Помимо чисто классификационных моментов безусловный ин­ терес представляет само понятие статуса реальности, очевидно, не одинакового для разных ее видов. Именно это придает классифи­ кационным схемам некое объективное содержание, выводя их за рамки голой классификации. Например, наш опыт имеет дело по­ всюду лишь с определенным бытием, с конкретными его типами:

механическими, физическими, химическими, геологическими, биологическими, социальными, духовными. В рамках этих типов имеется неисчислимое множество более конкретных форм опреде ленностей вплоть до единичных форм бытия, например, данного кристалла, который лежит у меня на столе, данного растения на моем йодоконнике, данного человека и т.п.

§ 5. Иерархия типов реальности Переход к чуть более абстрактному уровню, даже для матери­ альных вещей и процессов, уже рождает определенные проблемы.

Здесь кантовская идея трансцендентального, как бы ни относиться к обычно приписываемому этому философу агностицизму, во вся­ ком случае не беспочвенна. С философской точки зрения исклю­ чительно важно глубоко продумать и описать иерархию типов ре­ альности хотя бы для материального и элементарно-психического бытия. Это пока никем еще не сделано ни в одной области знания.

Так, в физике крайне существенно найти иерархию типов физи­ ческой реальности. Если судить по нынешнему состоянию, то можно сказать, что эти типы вырисовываются лишь в самой общей форме, когда автор того или иного учебника с методической целью распределяет материал своей науки по определенным разделам.

То же можно сказать о химии, биологии, геологии, науках об об­ ществе. Кто рассмотрел, например, виды биологической реальнос­ ти? Есть ли более или менее строгая классификация психической реальности?

О духовной реальности. Но далеко не все существующее есть материя или представляет собой элементарные психические про­ явления, объяснимые на уровне физиологии. Духовная реаль­ ность — не меньшая реальность, чем природа вне нас. Ее, в виде мысли, рождает каждый акт интеллектуальной деятельности. Че­ ловеческая мысль реальна, но ее реальность духовна. Все феноме­ ны сознания, и личного, и общественного, обладают бытийным смыслом. Здесь возможны разные уровни и степени реальности.

Вот таблица умножения — это реальность или нет? Конечно, реальность. Но какая? Не вещественная, не физическая, а духов­ но-символическая, знаковая. А сам принцип умножения в этой таблице — тоже реальность, также идеальная, но теперь даже не символическая, а чисто духовная. В данном случае принцип — это правила данной математической операции. Но отнести ли ее к субъективному или объективному духовному мирам Поппера? За­ труднительно. С одной стороны, математические правила и опре­ деления существуют в уме математика, представляя собой как бы субъективную реальность, связанную с его индивидуальным со­ знанием, а с другой — в меру общезначимости этих определений они представляют собой объективное явление. (Не говоря уже о том, что такого рода духовные феномены неразрывно связаны с некоторыми материальными носителями: книгами, бумагой и т.п.) Объективный смысл таблице умножения можно приписать еще на том основании, что, будучи общезначимой, она «выражает в 236 Глава 9. Учение о бытии отраженной форме некие законы материального бытия», которые заведомо объективны.

Такая трактовка, однако, не применима к более сложным фе­ номенам1 доступной нам духовной реальности. Оставляя в стороне художественную литературу и споры о «реализме» и «реалистич­ ности» в ней, обратимся к сказке и мифу. Каждый миф и каждая сказка заключают в себе тайный смысл, имеют не только развле­ кающий характер. Это удивительно богатая форма творчества и его продукт, красивое буйство человеческой фантазии. Но это самая настоящая духовная реальность в образно-символической форме ее выражения: сказочная, легендарная реальность, имею­ щая свою смысловую организацию и социально-психологическую надобность людям, коль они ее сотворили и постоянно воспроиз­ водят.

Об исторической реальности. За рассмотренными достаточно «приземленными» видами духовной реальности так или иначе можно угадывать еще потаенную реальность. Последней суждено стать со временем открытой, доступной или же так и остаться в трансцендентной сфере. (О соединении трансцендентного с зем­ ным в религиозном представлении мы уже говорили выше. Поми­ мо таинств возможна явная манифестация такого соединения — в виде чуда.) Наконец, возможен исторический подход к разграничению ре­ альности. Бытие тогда включает в себя актуально сущее, неисчис­ лимые потенции и бесконечные следы прошлого. Исходным пунк­ том рассмотрения бытия как исторического бытия, как результата практической и духовной деятельности людей является культу­ ра — царство теоретически и практически освоенной природы и мир духовной культуры.

§ 6. Бытие как проблема Все сказанное выше поворачивает бытие к нам еще одной сто­ роной. Как узнать, существует ли тот или иной объект, то или иное явление? Где критерий реальности? (Можно заключить, что суще­ ствует мера бытия чего-либо. Пример ее применения в нашей обы­ денной жизни, увы, — «мера сознательности» или даже «мера со­ вести».) Термин не случаен: рассматриваемая в этом разделе духовная реальность не имеет трансцендентного характера и является феноменальной, по Канту.

§ 6. Бытие как проблема Проблема бытия, реальности чего-либо — это фундаментальная мировоззренческая и методологическая проблема. Дело в том, что объективную реальность, действующую во всех существующих вещах и явлениях, мы не в состоянии охватить своим мышлением ни во всем ее объеме, ни во всех способах ее проявления. Критерий реальности несводим к критерию чувственной достоверности.

Существование реальности трансцендентной, например бытие Бога, есть чрезвычайно сложный вопрос. «Онтологическое дока­ зательство бытия Бога» уже рассматривалось. Философы придер­ живаются разных мнений относительно того, возможно ли в прин­ ципе — с точки зрения логики — такое доказательство. Для рели­ гиозной веры здесь нет сомнений, для нее это скорее «опытный факт» (где опыт понимается в специфическом смысле, не тожде­ ственном с обычной «эмпирической»). Вопрос в том, можно ли доказать бытие Бога неверующему.

Оригинальный поворот дает здесь блестящая булгаковская проза.

Побеседовав с советским литературным деятелем М. Берлиозом и поэтом Ива­ ном Бездомным, явившийся в «страшный майский вечер» на Патриаршие пруды сатана с большим удовлетворением узнал от обоих, что они — убежденные атеисты.

«Тут иностранец отколол такую штуку: встал и пожал изумленному редактору руку, произнеся при этом такие слова:

— Позвольте вас поблагодарить от всей души!

Узнав от них, что дьявола, т.е. его самого, тоже не существует, Воланд уже рассердился: «Чего у вас ни хватишься, ничего нет». В беседе с образованным Берлиозом Воланд напоминает об Иммануиле Канте, отвергнувшем предложенные до него пять доказательств существования Бога и придумавшем свое, шестое, тоже, впрочем, отвергнутое современниками и потомками.

Но «...Имейте в виду, что на это существует седьмое доказательство и уж самое надежное! И Вам оно сейчас будет предъявлено!» Доказательство предъявляется — Аннушка уже разлила масло, Берлиозу ваго новожатая-комсомолка отрезает голову, а Воланд останавливается в его квартире.

Правда, внимательный читатель заметит, что предъявлено было все же дока­ зательство бытия дьявола, а не Бога (совершенно неосновательно поэтому назван­ ное седьмым).

И в практической жизни вопрос о реальности имеет животрепе­ щущий характер. Существует ли реально, например, подозревае­ мая или неподозреваемая та или иная болезнь у человека — разве это не важно для него? Да и сами виды реальности, их социальная и личная значимость крайне важны: одно дело бытие намерения, См.: Булгаков МЛ. Мастер и Маргарита. Гл. 1, 3. Стоит отметить, что в этом романе на евангельскую тему Бог отсутствует и сатана со своими духами — един­ ственная трансцендентная реальность.

238 Глава 9. Учение о бытии скажем, украсть и другое — осуществленное намерение, когда его бытие в форме цели становится бытием в виде реального факта.

Проблема реальности имеет огромное значение для науки. В о первых, это относится к разнообразным «необычным явлени­ ям». Возьмем, например, экстрасенсорные феномены, связан­ ные с излучением живыми системами энергии и информации.

В силу своей крайней необычности эти явления многим пред­ ставляются загадочными, таинственными, даже сверхъестест­ венными. Но ведь, как показывают многочисленные опыты и наблюдения, эти явления существуют. Следовательно, они есте­ ственны в своем реальном бытии. Поэтому можно сказать, что само представление о сверхъестественном характере этих явле­ ний обусловливается не сущностью этих явлений, а ошибочным пониманием их сущности.

Точно так же мышление современного человека занято поиска­ ми внеземного разума, хотя у некоторых это и вызывает насмешку.

Вообще, естественным мы считаем (или склонны считать) то, что существует и действует согласно известным современной науке законам, т.е. то, что вписывается в исторически сложившуюся на сегодняшний день научную картину мира. Естественное в таком смысле не надо переоценивать, а «сверхъестественное» — соответ­ ственно недооценивать.

Во-вторых, известно, что и реальность, и истина об этой ре­ альности, и смысл даже самих развитых частных наук есть всегда частные виды и реальности, и истины и что все это доступно и даже необходимо в пределах некоторой специальной области, но это спо­ собно утратить и саму предметную область, и истинность, и осмыс­ ленность за ее пределами.

Различные научные понятия в ходе исторического развития переходили из области чисто теоретической в вещественную, при­ обретали «материальный статус» и наоборот. Долгое время атомы и молекулы, электрон, ген и т.п. существовали только как удобные теоретические схемы, причем господствовало убеждение, что «их никто не видел и не увидит». Но достаточно быстро, под влиянием ли поразительных экспериментов типа измерения заряда одного единственного электрона, или появления глубокой теоретической концепции — двойной спирали ДНК (т.е. структуры гена) все эти понятия «овеществились», приобрели исключительно прочный материально-бытийный смысл. С другой стороны, весьма убеди­ тельное для современников понятие эфира как материальной суб­ станции, светоносной среды, столь же быстро «развеществилось» после создания теории относительности. Нынешний онтологичес § 6. Бытие как проблема кий статус эфира весьма проблематичен (подробнее см. в парагра­ фах, посвященных пространству и времени).

Как говорил М.А. Булгаков: «Что такое официальное лицо или неофициальное? Все это зависит от того, с какой точки зрения смотреть на предмет. Все это... зыбко и условно. Сегодня я неофи­ циальное лицо, а завтра, глядишь, официальное! А бывает и на­ оборот, и еще как бывает!»1.

В этой связи уместно упомянуть и проблему реальности худо­ жественного образа. Вспомним, как Бальзак ругался со своим ге­ роем, называя его подлецом, а Пушкин говорил о Татьяне: «Какую она штуку со мной учудила. Взяла да замуж вышла!» Художественное реально совершенно по-особому, несводимо к физическому и вообще естественно-научному бытию. Естествозна­ ние не может объяснить природу прекрасного. Это не физическая, а эстетическая реальность, по сути своей объектно-субъектная, че­ ловечески окрашенная. Очарование девственной природы, вол­ нующие наше сердце переливы морских волн, багряный закат со­ лнца, брызжущее всеми красками северное сияние, величествен­ ное молчание гор или шумящий лес. Что может сказать нам об этом физик — именно как физик? Он опишет физическую суть звуковых колебаний, сообщит при этом, что багряность связана с излучением электромагнитных волн такой-то длины и частоты.

Но исчерпывается ли физической реальностью.то чувство восхи­ щения, которое при этом испытывает человек, внемлющий всему этому? Конечно, нет. И вообще — что это за реальность: восхище­ ние? Тут нужен иной язык — язык музыки и красок, язык поэзии, мастерство художественного слова. Аналитическому уму физика здесь вообще нечего делать. Для него — в рамках его физического мышления — не существует ни цветов, ни звуков. Спросите физи­ ка, что такое цвет, и он тут же переведет ваши ощущения на свой физико-математический язык, на котором звук уже не звучит, свет уже не искрится красками, а вибрируют воздух и электромаг­ нитные волны.

Можно усилить это утверждение, назвав эстетический метод одним из важнейших и глубоких методов познания бытия, вплоть до доказательства бытия других видов реальности.

Завершая наше обсуждение, отметим, наконец, что никакой самый изощренный эксперимент никогда не может доказать не­ бытие какого-либо явления. Можно лишь утверждать, что данное Булгаков МЛ. Мастер и Маргарита. Гл. 9.

240 Глава 9. Учение о бытии явление не обнаружено — и не больше. Кто может поручиться, что в бесконечном мире вообще чего-то нет, когда мы знаем лишь ис чезающе малую его долю? (Да и в ней достоверность наших знаний простирается лишь на сравнительно простые явления.) § 7. Материя История взглядов на материю. Первое, что поражает вообра­ жение человека, когда он наблюдает окружающий мир, — это уди­ вительное многообразие предметов, процессов, свойств и отноше­ ний. Нас окружают леса, горы, реки, моря. Мы видим звезды и планеты, восхищаемся красотой северного сияния, полетом комет.

Разнообразие мира не поддается счету. Нужно было совершить величайший научный подвиг, чтобы увидеть за многообразием вещей и явлений мира их общность и единство.

Наблюдая явления роста и распада, соединения и разложения, первые мыслители заметили, что некоторые свойства и состояния вещей во всех превращениях сохраняются. Эту постоянно сохра­ няющуюся основу вещей они назвали первоматерией. Одни фило­ софы считали, что все вещи состоят из жидкой материи (воды), другие — из огненной материи, третьи — из воды, огня, земли и воздуха. Это естественное воззрение на происхождение всего многообразия мира положило начало научному объяснению мно­ гих явлений природы и общества. На этой основе возникли первые теории о происхождении Солнечной системы и Земли, гипотезы о строении вещества. В дальнейшем представление о материи углуб­ ляется и одновременно утрачивает чувственно-конкретные черты, становится более абстрактным. Еще в V в. до н.э. возникла идея об атомном строении материи. В XVII—XVIII вв. она становится господствующей. Материя мыслится в виде совокупности абсолют­ но плотных, неделимых частиц — атомов, совершающих меха­ ническое движение в пустоте. Исходя из идеи атомистического строения материи, И. Ньютон ввел в физику понятие массы, сфор­ мулировал закон всемирного тяготения и основные законы дина­ мики. Атомистическая гипотеза стала основой молекулярно-ки нетической теории теплоты. В химии атомистические представле­ ния привели к открытию закона сохранения вещества, закона постоянства состава, наконец, к периодической системе элементов Менделеева. Практическое воплощение знаний о строении и свой­ ствах материи — это использование машин и пара в производст­ венной деятельности людей.

§ 7. Материя В конце XIX в. атомистическая концепция строения материи перешла границы своего механического толкования: выяснилось, что атом делим и состоит из более элементарных электрически заряженных частиц — ядер, электронов.

За этими открытиями последовали другие. Среди них централь­ ное место заняло представление об электрической природе мате­ рии, нашедшее широкое применение на практике — телеграф, те­ лефон, радио, электрическое освещение, динамомашины, электро­ двигатели. Наступил век электричества.

Все это подтолкнуло философию и естествознание к решению сложных вопросов определения дальнейших путей познания структуры материи.

Крушение механицизма. Совокупность открытий объективно носила диалектический характер. Революция в естествознании по­ требовала от теоретической мысли более гибкого подхода к фак­ там, в частности, к пониманию связи материи, движения, про­ странства и времени. Нужно было значительно тоньше подойти к трактовке истины, ее подвижности, понять, что она есть процесс.

В той картине мира, которая все отчетливее вырисовывалась в науке, именно изменение, переход, превращение, развитие нуж­ дались в диалектическом объяснении. Мышление ученых все еще находилось в плену механистических традиций. Новые события в науке взывали к глубоким изменениям в самом способе мышления людей. Однако в мышлении действует инерция: новые факты втис­ кивались учеными в рамки старых понятий. В течение двух сто­ летий классическую механику И. Ньютона считали завершенной картиной мироздания. Теория относительности А. Эйнштейна по­ казала ограниченность классической механики. Начался му­ чительный процесс ломки старых, привычных представлений1.

Немало выдающихся физиков, приверженцев механистического мировоззрения, которое они отождествляли с материализмом во Был этот мир глубокой тьмой окутан.

Да будет свет!

И вот явился Ньютон.

Но сатана не долго ждал реванша.

Пришел Эйнштейн — и стало все, как раньше.

Эта шутка в какой-то мере выражала умонастроения, связанные с крушением прежней научной картины мира и появлением новой.

242 Глава 9. Учение о бытии обще, попали в той или иной мере под влияние неверных воззре­ ний.

Некоторые физики и философы считали, что материально лишь то, что вещественно, что можно непосредственно видеть, ося­ зать, обонять. Но микроявления недоступны непосредственному восприятию органами чувств. В этом странном для обычных пред­ ставлений мире материя предстала в новом свете — без цвета, за­ паха, твердости, без тех свойств, с которыми люди привыкли свя­ зывать понятие материального. На основании новых данных науки создавались новые концепции, противоречившие «очевид­ ным» результатам наблюдений, но отвечавшие более точным экс­ периментам и более изощренному ходу научной мысли. Из факта непосредственной невоспринимаемости микроявлений делался вывод о нематериальном характере этих явлений. Материя стала представляться кому как совокупность электронов, кому как энер­ гия, а кому и как устойчивый комплекс ощущений. Трудно было понять, что там, в бесконечной глубине исчезающе малого мира, есть своя мера материальности.

Раньше масса считалась мерой количества материи. Открытие непостоянства массы, ее изменения в связи с изменением скорости движения тела было истолковано так, будто материя исчезает и материализм терпит крах. Чрезмерно преувеличивалась роль ма­ тематики в науке. Предав «забвению* земные корни всех матема­ тических построений, некоторые ученые стали утверждать, будто эти построения — плод чистой мысли. «Материя исчезла, остались одни уравнения», — заявляли они. Истины науки оказались из­ менчивыми, и это привело к выводу об отсутствии всяких досто­ верных знаний.

Разумеется, наивно представлять себе, будто ученые вообще «потеряли мир». Они, конечно, не сомневались в его эмпирической реальности. С точки зрения диалектики, материя есть объектив­ ная реальность — причина, основа, содержание и носитель (суб­ станция) всего многообразия мира. Она проявляется в бесчислен­ ных свойствах. Наиболее кардинальные свойства материи — объ­ ективность существования, структурность, неуничтожимость, движение, пространство, время, отражение. Это атрибуты мате­ рии, т.е. всеобщие, непреходящие ее свойства, без которых невоз­ можно ее бытие.

У всех предметов и процессов внешнего мира есть такой общий признак: они существуют вне и независимо от сознания, отража­ ясь прямо или косвенно в наших ощущениях. Другими словами, они объективны. Прежде всего по этому признаку философия объ § 7. Материя единяет и обобщает их в одном понятии материи. Когда говорится о том, что материя дана нам в ощущениях, то имеется в виду не только прямое восприятие предметов, но и косвенное. Мы не может видеть, осязать, например, отдельных атомов. Но мы ощу­ щаем действие тел, состоящих из атомов.

Нередко встречается выражение: «Вещи состоят из материи».

Это неточно. Вещи не состоят из материи, а есть конкретные формы ее проявления. Когда человек ставит себе цель отыскать единообразную материю как некоторое первоначало всего, то он поступает таким же образом, как если бы вместо вишен и груш захотел съесть плод вообще. Но это тоже абстракция. Материю нельзя противопоставлять отдельным вещам как нечто неизмен­ ное — изменчивому. Материю вообще нельзя видеть, осязать, про­ бовать на вкус. То, что видят, осязают, есть определенный вид материи. Материя не есть одна из вещей, существующих наряду с другими, внутри или в основе их. Все существующие конкретные материальные образования и есть материя в различных ее формах, видах, свойствах и отношениях. Не существует «безликой» мате­ рии. Материя — это не реальная возможность всех форм, а дей­ ствительное их бытие. Единственным, относительно отличным от материи свойством является лишь сознание, дух.

Материальное единство мира. Каждое сколько-нибудь после­ довательное философское мышление может выводить единство мира либо из материи, либо из духовного начала. В первом случае мы имеем дело с материалистическим, а во втором — с идеалис­ тическим монизмом. Существуют философские учения, которые стоят на позициях дуализма.

Некоторые философы усматривает единство предметов и про­ цессов в их реальности, в том, что они существуют. Это действи­ тельно есть то общее, что объединяет все в мире. Но можно ли реальность, существование рассматривать как основание единства мира? Это зависит от того, как трактовать саму реальность: суще­ ствование может быть материальным, объективным, и духовным, субъективным, воображаемым. Наши чувства, мысли, стремле­ ния, цели тоже реальны — они существуют. Но это не объектив­ ное, а субъективное существование. Если реальность, существова­ ние есть основа единства мира, то только в том случае, если речь идет не о субъективном существовании. Открытия Галилея, Нью­ тона, законы сохранения, спектральный анализ показали единст­ во физических законов и химического состава земных и небесных тел. А если даже будет где-то в далеких мирах найдено нечто «не­ земное», то и это ни в какой степени не поколеблет тезиса о мате 244 Глава 9. Учение о бытии риальном единстве мира: в нем ничто не может быть такого, что не вписывалось бы в понятие материи и ее многообразных свойств и отношений. Принцип материального единства мира означает не эмпирическое сходство или тождество конкретных систем, эле­ ментов и конкретных свойств и закономерностей, а общность ма­ терии как субстанции, как носителя многообразных свойств и от­ ношений.

Бесконечное мироздание как в великом, так и в малом, как в материальном, так и в духовном неотступно подчиняется универ­ сальным законам, связующим все в мире в единое целое. Матери­ алистический монизм отвергает воззрения, выделяющие созна­ ние, разум в особую, противостоящую природе и обществу субстан­ цию. Сознание — это и познание действительности, и ее составная часть. Между законами движения мира и сознанием человека нет непроходимой пропасти. Сознание принадлежит не к какому-то потустороннему, а к материальному миру. Оно не сверхъестественный уникум, а естественное свойство высокоорга­ низованной материи.

Структурность материи. Материя имеет разнообразное, зернис­ тое, прерывистое строение. Она состоит из частей различной вели­ чины, качественной определенности: элементарных частиц, ато­ мов, молекул, радикалов, ионов, комплексов, макромолекул, кол­ лоидных частиц, планет, звезд и их систем, галактик. Ныне обнаружено более 30 различных элементарных частиц, а вместе с резонансами (частицами, живущими очень короткое время) их на­ считывается около 100. Предпринимаются попытки найти глубо­ кую внутреннюю связь между элементарными частицами и со­ здать для них нечто вроде Периодической таблицы Д.И. Менде­ леева. Элементарные частицы различаются по массе покоя и в соответствии с этим разделяются на лептоны (легкие частицы), мезоны (средние частицы) и барионы (тяжелые частицы). Наряду с этим существуют частицы, не обладающие массой покоя, напри­ мер фотоны.

Атомы построены из положительно заряженных ядер и отри­ цательно заряженных электронных оболочек. Ядра состоят из про­ тонов и нейтронов, вместе именуемых нуклонами.

С «прерывными» формами материи неотделимо связаны «не­ прерывные» формы. Это разные виды полей — гравитационные, электромагнитные, ядерные. Они связывают частицы материи, позволяют им взаимодействовать и тем самым существовать. Так, без полей тяготения ничто не связывало бы звезды в галактики, а само вещество — в звезды. Не было бы ни Солнечной системы, ни § 7. Материя самого Солнца, ни планет. Вообще все тела перестали бы сущест­ вовать: без электрических и магнитных полей ничто не связывало бы атомы в молекулы, а электроны и ядра — в атомы.

Все частицы независимо от их природы обладают волновыми свойствами. И наоборот, всякое непрерывное поле является вместе с тем и коллективом частиц. Таково реальное противоречие в стро­ ении материи.

Материя не просто зерниста, дискретна — ее дискретные эле­ менты (макроскопические тела, молекулы, атомы, ядра атомов, элементарные частицы) являются неделимыми в определенной об­ ласти взаимодействий.

Итак, мир и все в мире — это не хаос, а закономерно организо­ ванная система, иерархия систем. Под структурностью материи подразумевается внутренне расчлененная целостность, законо­ мерный порядок связи элементов в составе целого. Бытие и дви­ жение материи невозможны вне ее структурной организации. До­ пустим, что материя бесструктурна. Это значит, что она абсолютно однородна, не содержит в себе никаких качественных различий.

Существовать же могут только взаимодействующие объекты, а взаимодействовать могут лишь в чем-то различные объекты или стороны, свойства объектов.

Основные структурные уровни материи. Упорядоченность ма­ терии имеет свои уровни, каждый из которых характеризуется особой системой закономерностей и своим носителем. Основные структурные уровни материи таковы. Субмикроэлементарный уровень — гипотетическая форма существования материи полевой природы, из которой рождаются элементарные частицы (микро­ элементарный уровень), далее образуются ядра (ядерный уро­ вень), из ядер и электронов возникают атомы (атомный уровень), а из них — молекулы (молекулярный уровень), из молекул фор­ мируются агрегаты — газообразные, жидкие, твердые тела (мак­ роскопический уровень). Сформировавшиеся тела охватывают звезды с их спутниками, планеты с их спутниками, звездные сис­ темы, объемлющие их метагалактики. И так до бесконечности (космический уровень).

Кроме сконденсировавшегося в виде небесных тел вещества во Вселенной имеется диффузная материя. Она существует в виде разобщенных атомов и молекул, а также в виде гигантских обла­ ков газа и пыли различной плотности. Все это вместе с излучением и составляет тот безбрежный мировой океан разреженного веще­ ства, в котором как бы плавают небесные тела. Космические тела и системы не существуют от века в данном их виде. Они формиру 246 Глава 9. Учение о бытии ются в результате сгущения туманностей, ранее заполнявших об­ ширные пространства. Следовательно, космические тела возника­ ют из материальной среды в результате внутренних закономернос­ тей движения самой материи.

После того как материальные образования с атомного уровня поднялись на более высокий, молекулярный уровень, в течение не­ скольких миллиардов лет шло усложнение химических веществ.

Постепенное усложнение молекул углеродистых соединений при­ вело к образованию органических соединений (органический уро­ вень). Постепенно образовывались все более сложные органические соединения. Наконец, возникла жизнь (биологический уровень).

Жизнь явилась необходимым итогом развития всей совокупности химических и геологических процессов на поверхности Земли.

Примерно два миллиарда лет назад началось постепенное «растека­ ние» живого по поверхности Земли. Эволюция живого шла от при­ митивных, доклеточных форм существования белка к клеточной организации, к формированию сначала одноклеточных, а потом многоклеточных организмов со все более и более сложной структу­ рой — беспозвоночные, позвоночные, млекопитающие, приматы.

Наконец, мы видим самих себя стоящими на самой последней сту­ пени величественной лестницы поступательного развития (соци­ альный уровень). Правомерно допущение, что за пределами земной цивилизации существуют гигантские космические цивилизации, созданные разумными существами (метасоциальный уровень).

Понятие структуры применимо не только к различным уров­ ням материи, но и к материи в целом. Устойчивость основных структурных форм материи обусловлена существованием единой структурной организации материи, что вытекает из тесной взаи­ мосвязи всех известных ныне уровней структурной организации.

В этом смысле можно сказать, что каждый элемент материи как бы несет на себе печать мирового целого. В частности, как показывает наука, электрон имеет прямое отношение к Космосу, и понимание Космоса невозможно без рассмотрения электрона.

Различные структурные образования материи — это не случай­ ное скопление ничем не связанных между собой частиц, это струк­ турные образования разных ступеней и степеней сложности. Одни из них, более простые и мелкие, являются составными частями других, более крупных и сложных, и предшествуют их образова­ нию. Различные виды частиц — это не только «элементы» дис­ кретной организации вещества, но и «ступени», «узловые точки» его развития.

§ 7. Материя Совсем недавно наука проникла в структуру элементарных час­ тиц и вплотную начала исследование физического вакуума — осо­ бого поля, представляющего собой своего рода резервуар, из кото­ рого рождаются и в который превращаются элементарные час­ тицы.

Несводимость одного структурного уровня материи к другим.

Любой предмет и процесс в мире возникает только из других пред­ метов и процессов и не может исчезнуть, не породив какого-либо другого предмета или процесса. В этом заключается фундамен­ тальное положение всех форм материализма. Принципиальное от­ личие диалектики в понимании материи состоит в отрицании воз­ можности сводить материю к какой-либо одной простейшей форме или к немногим простейшим формам, что характерно для меха­ нистического материализма. Каждая форма материи — будь то космическая система, атом, молекула, организм или человек — качественно своеобразна. Поэтому она не может рассматриваться как простая совокупность образующих ее элементов, свойства ко­ торой сводятся к свойствам этих элементов. Качественное своеоб­ разие предмета создается особой формой связи его частей.

Физика не сводится к механике, химия — к физике, биология не сводится к совокупности механических, физических и хими­ ческих явлений, а общество — ко всем остальным формам органи­ зации сущего. Биологическая организация имеет особый смысл, необъяснимый в пределах физической картины мира. В царстве живого мы имеем дело с такими специфическими явлениями, как приспособление, обмен веществ, рост и размножение, борьба за существование, изменчивость и наследственность. Все это отсут­ ствует в неорганической природе. В живом организме даже чисто химические и физические действия направляются как бы к совер­ шенно определенным биологическим задачам и целям. Мы не можем физическими и химическими закономерностями объяс­ нить, почему обезьяна может пожертвовать своей жизнью ради спасения детеныша, а птица неделями высиживать птенцов. Сколь угодно точное описание движения частиц воздуха не может объ­ яснить содержания речи человека.

Подчеркивая необходимость учета специфики каждого уровня организации сущего, мы должны вместе с тем иметь в виду, в о первых, некоторые общие закономерности, свойственные всем уровням, и, в о - в т о р ы х, связь, взаимодействие различных уров­ ней. Без учета этого мы можем вырвать ту или иную форму орга­ низации сущего из общей связи и взаимодействия и впасть в ошиб­ ки. Эта связь проявляется прежде всего в том, что простые формы Глава 9. Учение о бытии организации всегда сопровождают сложные. Например, механи­ ческое движение происходит и при тепловых, и при электромаг­ нитных, и при химических, и при биологических, и при общест­ венных явлениях. В свою очередь тепловое, электромагнитное, хи­ мическое движения происходят в живых организмах.

Однако высшие формы организации не включены в низшие.

Жизнь есть форма организации, присущая белковым телам. В не­ органических телах нет и не может быть жизни. Химическая форма организации свойственна химическим элементам и их со­ единениям. Но ее нет у таких объектов, как фотоны, электроны, и у других подобных частиц.

Поскольку сложные формы организации сущего включают в качестве своих подчиненных элементов низшие, то нужно учиты­ вать это и применять, например, в изучении животных и растений наряду с ведущими биологическими методами, скажем, физико химические как подчиненные. Жизнь невозможна без соответст­ вующих физических, химических процессов. Поэтому проникно­ вение в тайну жизни во многом зависит от изучения физики и химии живого.

Вместе с тем изучение биологических явлений обогащает химию и физику. Знание низших уровней в составе высших спо­ собствует пониманию глубинных основ высшего уровня организа­ ции сущего. Так, химия, исследующая структуры молекулярного уровня, добилась значительных успехов в связи с появлением квантовой механики, которая вскрыла некоторые особенности структуры атомного уровня. Это и понятно: химические реакции на молекулярном уровне связаны с внутриатомными процессами.

Неуничтожимость материи. Одним из атрибутов материи яв­ ляется ее неуничтожимость, которая проявляется в совокупности конкретных законов сохранения устойчивости материи в процессе ее изменения. Исследуя фундамент материи, современная физика открыла всеобщую превращаемость элементарных частиц. В не­ прерывном процессе взаимных превращений материя сохраняется как субстанция, т.е. как основа всех изменений. Превращение ме­ ханического движения вследствие трения приводит к накоплению внутренней энергии тела, к усилению теплового движения его мо­ лекул. Тепловое движение в свою очередь может превратиться в излучение. Закон сохранения и превращения энергии гласит:

какие бы процессы превращения ни происходили в мире, общее количество массы и энергии остается неизменным. Любой мате­ риальный объект существует лишь в связи с другими и через них он связан со всем миром. Ни один элемент материи не уничтожа § 7. Материя ется в ничто, а оставляет определенное следствие и не возникает из ничего, а всегда имеет определенную причину. Гибель конкрет­ ной вещи означает лишь ее превращение в другую. Рождение кон­ кретной вещи означает возникновение ее из другой. Для природы «гибель частного, — писал А.И. Герцен, — исполнение той же не­ обходимости, той же игры жизни, как возникновение ее: она не жалеет о нем потому, что из ее широких объятий ничего не может утратиться, как ни изменяйся». Мир сохраняется лишь благодаря постоянному разрушению самого себя. Изменение материи осу­ ществляется только в связи с ее сохранением. Сохранение материи в свою очередь выявляется лишь в процессе изменения ее форм.

Принцип неуничтожимости и несотворимости материи имеет большое методологическое значение. Руководствуясь им, наука открыла такие фундаментальные законы, как закон сохранения массы, энергии, заряда, четности и многие другие, позволившие глубже и полнее понять процессы, которые происходят в различ­ ных областях природы. Важнейшие законы научного познания служат и орудием критики ошибочных воззрений, например идей креационизма1.

О несостоятельности теории тепловой смерти Вселенной. Не уничтожимость материи нельзя понимать только в количествен­ ном отношении. Законы сохранения предполагают и качествен­ ную неуничтожимость материи. Игнорирование этой стороны за­ конов сохранения неизбежно ведет к ошибкам, примером чему является теория тепловой смерти Вселенной, согласно которой все формы движения будто бы превратятся в теплоту, а она в конечном счете рассеется в мировом пространстве;

температура между всеми телами уравновесится и всякое движение прекратится;

не будет ни света, ни тепла;

наступит смерть всему;

придет конец света2.

Некоторые ученые утверждают, что время от времени происходит «творе­ ние» атомов из... ничего. В некоторый данный момент различные атомы, состав­ ляющие материю, не существуют и через мгновение уже существуют. Они возни­ кают из ничего. Если до мира, в котором мы живем, существовал какой-то мир иной, но реальный, то он по самой своей сути уже охватывал бы все вещи и про­ цессы, которые существовали когда-либо, существуют и будут существовать.

Вселенная, говорит английский астроном Д. Джине, живет своей жизнью и идет по дороге от рождения к смерти так же, как и все мы;

наука не знает другого изменения, кроме перехода к старости, и никакого другого процесса, кроме дви­ жения к могиле. Мы видим, что звезды беспрестанно растворяются в радиации так же вечно и непрерывно, как ледяная гора тает в теплом море. Солнце сейчас весит на много биллионов тонн меньше, чем это было месяц назад. Так как другие звезды тают таким же образом, то и Вселенная в целом является теперь менее вещественной. Не только количество вещества уменьшается во Вселенной, но и Глава 9. Учение о бытии Новейшие астрономические исследования показывают, что тепловая смерть невозможна не только в ближайшем, но и в бес­ конечном будущем: непрекращающийся процесс превращения всех форм движения в теплоту сопровождается столь нее непрекра­ щающимся процессом превращения теплоты в другие формы дви­ жения. Во Вселенной происходит не только остывание звезд, но и противоположный процесс — их возникновение и возгорание. Все­ ленная всегда находится в неравновесном состоянии1.

Итак, мыслимы любые превращения, кроме двух — возникно­ вение из ничего и переход в ничто.

§ 8. Движение Понятие движения и его формы. Мир находится в постоянном движении: у него нет «выходных дней», он никогда не «устает».

Миллиарды звезд, которыми мы любуемся в ясную ночь и которые кажутся нам неподвижными, движутся сложным образом с колос­ сальными скоростями. Вместе со своими спутниками, вращающи­ мися вокруг них, они вращаются вокруг своей оси и участвуют во вращении всей Галактики вокруг ее оси, причем различные участ­ ки Галактики имеют одинаковые периоды вращения. В свою оче­ редь наша Галактика движется относительно других галактик. И нет конца этим причудливым кривым, по которым кружится ка­ русель мира.

На определенном этапе своей эволюции некоторые звезды взрываются, вспыхивают могучими космическими фейерверка­ ми. Наше Солнце — бушующий огненный ураган. Вся его поверх­ ность возбуждена, бурлит и извергается. Колоссальные огненные волны передвигаются по взбудораженной солнечной поверхности.

Огромные фонтаны пламени — протуберанцы — бьют на сотни тысяч километров в высоту. Гигантские потоки внутреннего тепла то, что осталось, непрерывно разбегается в ледяной холод пространства с колос­ сальной и зловеще увеличивающейся скоростью. В некотором отношении мате­ риальная Вселенная кажется уходящей, подобно уже рассказанной сказке, рас­ творяясь в небытии, как видение.

Существенным фактором, обусловливающим это положение, является то, что Вселенная состоит из относительно автономных материальных систем раз­ личной степени сложности: элементарных частиц, атомов, молекул, макроскопи­ ческих тел, планет, звезд, звездных систем и т.д. Структурность Вселенной, раз­ витие и бесконечное разнообразие материи делают невозможным ее стремление к равновесию (см.: Станюкович К.П. К вопросу о термодинамике Вселенной // Труды шестого совещания по вопросам космогонии. М., 1959).

§ 8. Движение выбрасываются на его поверхность, изливаются в пространство в виде радиации.

Движение многообразно. В организмах животных и людей со­ вершаются сложные физиологические процессы. Сердце, толкая кровь по сосудам, бьется, не переставая ни на одну минуту... И так всю жизнь. В обществе все время происходит развитие и обновле­ ние экономики, политики, культуры, трудовой и познавательной деятельности людей.

Движение — это способ существования сущего. Быть — зна­ чит быть в движении, изменении. Нет в мире неизменных вещей, свойств и отношений. Мир слагается и разлагается, он никогда не бывает чем-то законченным. Движение несотворимо и неуничто­ жимо. Оно не привносится извне. Движение сущего есть самодви­ жение в том смысле, что тенденция, импульс к изменению состо­ яния присущи самой реальности: она есть причина самой себя.

Поскольку движение несотворимо и неуничтожимо, оно абсолют­ но, непреложно и всеобще, проявляясь в виде конкретных форм движения. Если абсолютность движения обусловлена его всеоб­ щностью, то относительность — конкретной формой его проявле­ ния. Формы и виды движения многообразны. Они соответствуют уровням структурной организации сущего. Каждой форме движе­ ния присущ определенный носитель — субстанция. Так, элемен­ тарные частицы являются носителями разнообразных процессов взаимопревращений, элементы атомного ядра — носителями ядерной формы движения, элементы атома — носителями внут­ риатомной формы движения, элементы молекул и молекулярных соединений — носителями химической формы движения и т.д.

вплоть до социальной формы движения, которая в ряду известных форм движения является высшей.

Движение любой вещи осуществляется только в отношении к некоторой другой вещи. Понятие движения отдельного тела — чистая бессмыслица. Для изучения движения какого-либо объек­ та нужно найти другой объект, по отношению к которому можно рассматривать интересующее нас движение. Этот другой объект носит название системы отсчета.

Движение внутренне противоречиво: оно есть единство измен­ чивости и устойчивости, движения и покоя. Так, любое изменение структурных элементов, свойств, отношений осуществляется при сохранении определенных моментов, а каждое сохранение проис­ ходит только через движение. Вообще в бесконечном потоке ни­ когда не прекращающегося движения сущего всегда присутствуют моменты устойчивости, проявляющиеся прежде всего в сохране Глава 9. Учение о бытии нии cof-т^яния движения, а также в форме равновесия явлений и относительного покоя. Как бы ни изменялся предмет, пока он су­ ществует, он сохраняет свою определенность. Река не перестает быть рекой из-за того, что она течет: бытие реки и заключается в ее течении. Обрести абсолютный покой означает перестать суще­ ствовать. Все относительно покоящееся неизбежно причастно к какому-либо движению и в конечном счете — к бесконечным фор­ мам его проявления в мироздании. Покой всегда имеет только ви­ димый и относительный характер. Тела могут покоиться только по отношению к какой-либо системе отсчета, условно принятой за неподвижную, например мы неподвижны относительно данного здания, а оно — относительно Земли. Но мы непрестанно движем­ ся вместе с Землей, а она вместе с окружающим ее воздушным океаном вращается вокруг своей оси и вокруг Солнца. Абсолюти­ зация покоя есть ошибка, а абсолютизация изменчивости при заб­ вении устойчивости в изменяющемся есть абсолютный реляти­ визм. Двигаться — значит быть и в то же время не быть в данном месте, находиться здесь и одновременно там. Такова диалектика движения1.

Недопустимость абсолютизации энергии. В истории филосо­ фии и естествознания существовала точка зрения, абсолютизиро­ вавшая энергию. Так, немецкий химик и физик В. Оствальд счи­ тал, что в действительности существует лишь энергия: «Что вы чувствуете, господа, когда вас ударят палкой, — палку или ее энергию? Только энергию!» И всюду, где люди привыкли осязать и видеть материю, на самом деле они, по мнению Оствальда, ося­ зают и видят лишь «чистую энергию». Заблуждение Оствальда состояло в абсолютизации энергии. Чистая энергия — это одна из характеристик интенсивности взаимодействия материальных объектов.

В процессе научного познания нередко приходится выделять лишь энергетическую сторону процессов, отвлекаясь от их носи­ теля. Это правомерная и плодотворная абстракция. Например, пока реальная структура элементарных частиц неизвестна, при­ ходится вообще ограничиваться лишь энергетическим описанием процессов взаимных превращений частиц. Однако абсолютизация этого ведет к тому, что энергия как величина, сохраняющаяся во всех этих процессах, иногда трактуется в качестве неуничтожи­ мой, устойчивой субстанции, из которой как бы «приготовляют На реальную противоречивость движения еще в древности указывал Зенон.

§ 9. Пространство и время ся» элементарные частицы. Иногда фотоны отождествляются с «чистой энергией». Экспериментальное открытие П.Н. Лебедевым светового давления показало, что фотоны (свет) — это мельчайшие сгустки материи, обладающие не только энергией, но и массой.

В духе энергетизма истолковывается закон, связывающий массу и энергию материальных объектов: Е = тс2, где энергия Е равна произведению массы т на квадрат скорости света с. Извест­ но, что масса не материя, а одно из ее свойств. Смысл приведенной формулы (открытого Эйнштейном закона эквивалентности массы и энергии) состоит в том, что с возрастанием массы растет и энер­ гия, и наоборот, материальный объект обладает определенной мас­ сой и соответствующей этой массе энергией. Материя не может превращаться ни в одно из своих свойств. Масса — мера таких свойств материи, как инерция и гравитация, а энергия — мера движения.

§ 9. Пространство и время Понятия пространства и времени. Все тела имеют определен­ ную протяженность — длину, ширину, высоту. Они различным образом расположены друг относительно друга, составляют части той или иной системы. Пространство есть форма координации сосуществующих объектов, состояний материи. Оно заключает­ ся в том, что объекты расположены вне друг друга (рядом, сбоку, внизу, вверху, внутри, сзади, спереди и т.д.) и находятся в опре­ деленных количественных отношениях. Порядок сосущество­ вания этих объектов и их состояний образует структуру простран­ ства.

Явления характеризуются длительностью существования, по­ следовательностью этапов развития. Процессы совершаются либо одновременно, либо один раньше или позже другого;

таковы, на­ пример, взаимоотношения между днем и ночью, зимой и весной, летом и осенью. Все это означает, что тела существуют и движутся во времени. Время — это форма координации сменяющихся объ­ ектов и их состояний. Оно заключается в том, что каждое состо­ яние представляет собой последовательное звено процесса и нахо­ дится в определенных количественных отношениях с другими со­ стояниями. Порядок смены этих объектов и состояний образует структуру времени.

Пространство и время — это всеобщие формы существова­ ния, координации объектов. Всеобщность этих форм бытия заклю Глава 9. Учение о бытии чается в том, что они — формы бытия всех предметов и процессов, которые были, есть и будут в бесконечном мире. Не только события внешнего мира, но и все чувства, мысли происходят'в пространстве и во времени. В мире все простирается и длится. Пространство и время обладают своими особенностями. Пространство имеет три измерения: длину, ширину и высоту, а время лишь одно — на­ правление от прошлого через настоящее к будущему. Оно неотвра­ тимо, неповторимо и необратимо.

Правильное понимание сущности пространства и времени тесно связано с научной картиной мира в целом. В мире все диф­ ференцировано, расчленено на относительно устойчивые внепо­ ложные образования. Процессы, которые происходят в них и обу­ словливают их сохранение (воспроизведение), а вместе с тем и их изменение, тоже дифференцированы — они составляют последо­ вательность сменяющих друг друга состояний объекта. Таким об­ разом, в целостной картине мира каждый объект является лишь относительно выделенной частью более общей системы, а каждое явление — относительно выделенным звеном более общего процес­ са. Пространство и время существуют объективно, вне и незави­ симо от сознания. Их свойства и закс номерности также объектив­ ны, не являются порождением мысли. Чувствуя, как в своем не­ умолимом потоке уносит нас время, мы не можем ни остановить его, ни задержать, не можем вернуть ни одного прожитого мига.

Течение времени находится вне нашего контроля. Мы столь же бессильны перед ним, как щепка перед речным потоком.

Единство материи, движения, пространства и времени. Суще­ ствовало воззрение, согласно которому пространство — это как бы грандиозное вместилище, куда помещена материя. Время мысли­ лось наподобие потока, все увлекающего за собой и все поглоща­ ющего. Считалось, что мировое пространство заполнено абсолютно неподвижным эфиром, а в движущемся теле ощущается «эфирный ветер», подобный ветру, который овевает бегущего человека. Так, сначала пространство отрывается от протяженных вещей, а время — от реальных процессов, а затем говорится об их абсолют­ ном бытии. Согласно Ньютону, пространство неизменно, непо­ движно, его свойства не зависят ни от чего, в том числе и от вре­ мени;

они не зависят ни от материальных тел, ни от их движения.

Из пространства можно убрать все тела, и все же пространство останется и свойства его сохранятся. Такие же взгляды были у Ньютона и на время. Он считал, что время течет одинаково во всей Вселенной и это течение не зависит ни от чего, а поэтому время абсолютно.

§ 9. Пространство и время Идея абсолютного пространства и времени соответствовала оп­ ределенной физической картине мира, а именно: системе взглядов на материю как на совокупность отграниченных друг от друга ато­ мов, обладающих неизменными объемом и инертностью (массой) и действующих друг на друга мгновенно либо на расстоянии, либо при соприкосновении. Изменение физической картины мира из­ менило и воззрения на пространство и время. Открытие электро­ магнитного поля и выяснение несводимости поля к состояниям механической среды — мирового эфира — вскрыли несостоятель­ ность классической картины мира. Оказалось, что материя не может быть представлена как совокупность отдельных, строго от­ граниченных друг от друга элементов. В действительности части­ цы вещества связаны друг с другом в единые системы полем, дей­ ствие которого передается с конечной скоростью, одинаковой в любой замкнутой системе (со скоростью света в вакууме).

Огромный вклад в разработку научных представлений о связи пространства и времени с движущейся материей внес Н.И. Лоба­ чевский. Им была выдвинута идея, согласно которой закономер­ ности геометрии могут быть различными в разных масштабах. Ло­ бачевский пришел к очень важному не только для геометрии, но и для философии выводу: свойства пространства не являются всег­ да и везде одинаковыми и неизменными1. Он создал неевклидову геометрию, которая является более общей и включает в себя евк­ лидову геометрию как частный случай, отражающий пространст­ венные отношения, воспринимаемые нами в повседневном опыте.

В ней через точку, взятую вне прямой, можно провести не одну (как в геометрии Евклида), а бесчисленное множество прямых, не пересекающихся с данной. Сумма углов треугольника в этой гео­ метрии не остается постоянной и равной 180°, а меняется в зави­ симости от изменения длины его сторон и при этом всегда оказы­ вается меньше 180°. Б. Риман создал еще одну неевклидову гео­ метрию. В ней через точку, взятую вне прямой, нельзя провести ни одной прямой, не пересекающей данную. Иначе говоря, в этой геометрии вообще нет параллельных прямых, а сумма углов тре­ угольника больше 180°. Эти парадоксальные положения приобре «В нашем уме не может быть никакого противоречия, когда мы допускаем, что некоторые силы в природе следуют одной, а другие своей особой геометрии» (Лобачевский Н.И. Полное собрание сочинений. М.;

Л., 1949. Т. 2. С. 159). Если бы Вселенная была евклидовой, содержащей бесконечное число равномерно рас­ сеянных звезд, то все небо сияло бы ослепительным светом, а Солнце было бы темным пятном.

256 Глава 9. Учение о бытии тают очевидный смысл, если геометрические фигуры нарисовать не на плоскости, а, например, на поверхности сферы. Здесь роль прямых играют кратчайшие дуги, например дуги меридианов на поверхности Земли, каждые два из которых непременно пересе­ кутся. Значит, на поверхности сферы невозможно провести парал­ лельные кратчайшие линии. У нарисованного на сфере треуголь­ ника сумма углов больше 180°. Идеи Лобачевского получили свое дальнейшее развитие и конкретизацию в современной физике. Ве­ ликое научное открытие XX в. — теория относительности, создан­ ная А. Эйнштейном, — вскрыло конкретные связи пространства и времени с движущейся материей и друг с другом, выразив эти связи строго математически в определенных законах1.

Одним из выражений связи пространства и времени с движени­ ем материи является тот факт, обнаруженный теорией относитель­ ности, что одновременность событий не абсолютна, а относительна2.

Наш ограниченный земной опыт приводит к иллюзии, будто два события, одновременные по отношению к одному телу, одновремен­ ны и по отношению к другим телам независимо от их относитель­ ного движения. Мы склонны полагать, что данное мгновение охва­ тывает всю Вселенную. Эта кажимость могла бы иметь физический смысл, если бы воздействие на удаленное тело происходило с беско­ нечной скоростью. Но бесконечных скоростей взаимодействия тел нет. Каждое событие происходит через некоторое время после вы­ звавшего его другого события. Одного и того же мгновения для всего мира не может быть. В мире нет единственного «сейчас», раз­ деляющего все прошлые события и события будущего. Каждая сис­ тема имеет свое «сейчас», свое прошлое и будущее.

С этим фундаментальным положением связаны другие важные принципы теории относительности. Оказывается, расстояние между какими-либо телами, находящимися в пространстве на ко­ нечном удалении друг от друга, неодинаково в различных движу­ щихся инерциальных системах. С возрастанием скорости длина тела сокращается. В мире нет единственной длины тела: она ме­ няется в зависимости от системы отсчета. Подобно этому проме Различают специальную и общую теорию относительности. Специальная ос­ новывается на принципе относительности движения и законе постоянства ско­ рости света. Общая касается свойств пространства и времени в связи с гравита­ цией: гравитационные явления рассматриваются как искривление пространства и времени.

Для осмысления этого факта необходимо иметь в виду, что пространствен­ но-временное описание явлений невозможно без наличия системы отсчета — тела отсчета, ориентира, относительно которого ведется наблюдение.

§ 9. Пространство и время жуток времени между какими-либо событиями различен в различ­ ных движущихся материальных системах — с возрастанием ско­ рости он уменьшается1. Такое изменение протяженности тел и вре­ менных промежутков, связанное со скоростью движения, свиде­ тельствует о внутреннем единстве пространства и времени. Итак, в мире все пространственно и временно. Пространство и время аб­ солютны. Но поскольку это формы движущейся материи, постоль­ ку они не безразличны к своему содержанию: перемещаясь, пред­ мет не оставляет после себя свою пустую форму, пространство — это не «наемная квартира» для такого «жильца», как материя, а время нельзя уподоблять чудовищу, которое грызет вещи и остав­ ляет на них отпечатки своих зубов. Пространство и время обуслов­ лены материей, как форма своим содержанием, и каждый уровень движения материи характеризуется своей пространственно-вре­ менной структурой. Так, особенными свойствами пространства и времени обладают живые клетки и организмы, где усложняется геометрия и изменяется ритм времени. Предполагают, что суще­ ствует историческое время, единицей которого может быть смена одного поколения другим. Эта единица соответствует столетию.

Возможно, что внеземные цивилизации исчисляют историческое время иными мерами.

Конечное и бесконечное. Чье воображение не волновало таин­ ственное ощущение бездны мироздания? Кого не поражала косми­ ческая экзотика при виде ночного неба, искрящегося мириадами звезд? Вспомним слова М.В. Ломоносова:

Открылась бездна, звезд полна;

звездам числа нет, бездне — дна...

В повседневной жизни, во всем, что нас окружает, мы сталки­ ваемся с конечными предметами, процессами. Под бесконечнос Согласно общей теории относительности, в очень сильном гравитационном поле течение времени замедляется. Вообразим себе астронавта, который летит в глубинах Галактики на звездолете. Улетая в Космос, он обязался каждую секунду посылать на Землю радиосигнал, который принимают оставшиеся на Земле дру­ зья. Теперь представим себе, что он подлетает к затерявшейся в просторах Галак­ тики чудовищно сжавшейся звезде, плотность которой во много раз превышает плотность атомного ядра. Он уже совсем близко к этому телу, а земные наблюда­ тели с удивлением и страхом замечают, что радиосигналы следуют один за другим не через секунду, а реже. Вот уже между ними проходят минуты, часы, годы, века... и сигналы перестали совсем поступать, а между тем астронавт по своим часам аккуратно, каждую секунду, посылает сигнал. Из этой плотной звезды не выходят какие-либо частицы. Она взаимодействует с миром только через силу притяжения (см.: Шкловский И.С. Вселенная. Жизнь. Разум. М., 1965. С. 59).

9- 258 Глава 9. Учение о бытии тью в повседневной практике мы понимаем все достаточно боль­ шое или достаточно малое в зависимости от условий рассматривае­ мой задачи. Например, миллиард в степени сто — практически бесконечная величина. Из любой точки пространства можно бро­ сить копье, затем из достигнутой точки повторить это. И так все вновь и вновь, нигде не натыкаясь на границу1. Это дурная беско­ нечность. В отличие от дурной истинная бесконечность в процессе:

это постоянный выход за пределы конечного. Вселенная не дана в готовом виде, она непрерывно создается. Это постоянно творящая себя действительность. Бесконечное проявляется в конечном и через конечное. Через конечное мы идем к познанию бесконечного.

Конечное — это все время появляющийся и исчезающий момент бесконечного изменения сущего. Изменение вообще связано с вы­ ходом объекта за свои пространственные, временные, количест­ венные и качественные границы. Сам факт взаимодействия вещей суть непрерывный выход за пределы конечного, индивидуального бытия. И в этом постоянном «выхождении вне себя» состоит бес­ конечная природа конечного. Отношений объекта к другим объ­ ектам бесконечное множество. Следовательно, объект обладает бесконечным множеством свойств. И в этом смысле бесконечность выступает как качественное многообразие. Следовательно, истин­ ная бесконечность — это процесс, качественное многообразие, включающее в себя бесконечность пространства и времени, един­ ство противоположностей, постоянный выход за пределы конеч­ ного, процесс его продолжения.

Следует отметить, что исследование конечного, ограниченного как момента бесконечного процесса изменения имеет большое ме­ тодологическое значение для понимания строения Вселенной. Это прежде всего связано с современным толкованием гравитации.

А. Эйнштейн рассматривал гравитационные поля различных тел как искривления пространства в областях, окружающих эти тела.

Тела, находящиеся на поверхности Земли, вызывают незаметные искривления. Но имеет ли кривизну все мировое пространство?

Кривизна пространства определяется искривлением световых лучей, проходящих мимо массивных тел. Понять суть общей кри­ визны пространства возможно по аналогии с общей кривизной та­ кого, например, двумерного пространства, как поверхность Земли, на которой мы наблюдаем впадины, пригорки, горы, т.е.

«Как бы далеко я ни отодвигал звезду, я могу все же пойти дальше. Мир нигде не заколочен досками. В этом состоит полнейшая внешность пространства» {Гегель Г.В.Ф. Сочинения. М.;

Л., 1934. Т. II. С. 43).

) § 9. Пространство и время отдельные искривления. Наряду с ними имеется кривизна поверх­ ности Земли в целом. Дороги на поверхности Земли поднимаются по холмам и спускаются в долины;

они приспосабливаются к мест­ ности. Если взять совокупность мировых линий всех тел природы, то эти линии сильнее искривляются вблизи центров тяготения.

Планеты вызывают более слабое искривление, чем звезды. Тяго­ тение незначительно в межгалактической области, где мировые линии выпрямляются. Если искривляются все мировые линии, мы можем говорить об общем искривлении пространства1.

Некоторые склонны интерпретировать факт искривленности пространства как доказательство замкнутости и в этом смысле ко­ нечности мира, подобно конечности любой сферической поверхнос­ ти. Отсутствие у пространства каких-либо границ не означает, что в нем имеется сколь угодно большое расстояние. Движение в таком пространстве в строго определенном направлении не обязательно будет удалять от исходной точки, но в силу внутренней кривизны пространства может завершиться возвращением в исходную точку с противоположной стороны. Эта проблема аналогична той, кото­ рая обсуждалась до кругосветного путешествия Магеллана: можно ли, плывя в строго определенном направлении, скажем на запад, тем не менее оказаться в конце концов в исходной точке, вернув­ шись в нее с востока, покрыв при этом конечное расстояние. Безгра­ ничность пространства не означает его бесконечности2.

Другие утверждают, что из искривленности пространства не вытекает с однозначной необходимостью его конечность. Замкну­ тость пространства — лишь частный и идеализированный (допус­ кая равномерное распределение материи во Вселенной) случай кривизны пространства. Будучи искривленным, пространство ос­ тается бесконечным.

Наша мысль витала от масштабов Земли в просторы Космоса, в безначальное и бесконечное время — это экстенсивная бесконеч­ ность. Сами мы находимся как бы между бесконечной далью из­ вестных и неизвестных миров и столь же бесконечной глубиной мира мельчайших частиц материи — это интенсивная бесконеч­ ность. От областей в миллионы световых лет мысль проникла в Однажды девятилетний сын Эйнштейна спросил отца: «Папа, почему собст­ венно, ты так знаменит?» Эйнштейн рассмеялся, задумался, а потом объяснил:

«Видишь ли, когда слепой жук ползет по поверхности шара, он не замечает, что пройденный им путь изогнут, мне же посчастливилось заметить это».

См.: Наан Г.И. Понятие бесконечности в математике, физике и астрономии.

М., 1965.

9' 260 Глава 9. Учение о бытии области порядка триллионных долей сантиметра. Здесь свои свой­ ства конечного и бесконечного'. Так. по мнению многих физиков, возможно наличие некоторой фундаментальной длины — кванта пространства. Рассматривать расстояния меньше этой длины так же бессмысленно, как говорить, например, о количестве золота менее одного его атома, ибо оно не будет уже данным химическом элементом. Таким образом, ученые допускают существование своего рода «пространства» атомов. Из этого следует признание и минимального времени, в пределах которого теряет смысл понятие фазы, т.е. различия состояния во времени.

Одной из попыток опровергнуть теорию бесконечности мира является концепция расширяющейся Вселенной, возникшая в связи с открытием явления «красного смещения» линий внегалак­ тических туманностей (галактик). Если источник света приближа­ ется, спектральные линии смещаются в сторону более коротких волн, если удаляется — в сторону более длинных. Это явление на­ зывается эффектом Доплера. Оказалось, что у галактик (за исклю­ чением немногих, самых близких к нам) спектральные линии всег­ да смещены в длинноволновую часть спектра («красное смещение» линий), причем смещение тем больше, чем более удалена от нас галактика. Это означает, что все галактики удаляются от нас, при­ чем скорость этого «разлета» по мере удаления галактик растет2.

Д. Джине, например, полагал, что во Вселенной не только коли Напомню слова В. Брюсова, выразившие пафос познания научной мыслью глубин сущего:

Быть может, эти электроны — Миры, где пять материков, Искусства, знанья, войны, троны И память сорока веков!

Еще, быть может, каждый атом — Вселенная, где сто планет;

Там — все, что здесь, в объеме сжатом, Но также то, чего здесь нет.

Их меры малы, но все та же Их бесконечность, как и здесь:

Там скорбь и страсть, как здесь, и даже Там та же мировая спесь, а Учитывая колоссальную скорость «разлета» галактик, некоторые ученые пришли к удивительному результату: примерно 12 млрд. лет назад вся Вселенная была сосредоточена в очень маленькой области. А еще раньше, когда возраст Все­ ленной исчислялся ничтожными долями секунды, ее плотность была значительно выше ядерной. Она представляла собой гигантскую «каплю» сверхъядерной плот­ ности. Эта «капля» по каким-то причинам взорвалась и разлетается поныне. Из этой гипотезы делается вывод о «сотворении мира» (см.: Шкловский И.С. Указ.

соч. С. 24).

§ 9. Пространстве к время чество вещества уменьшается, но и то, что осталось, непрерывно «разбегается > в пространстве с колоссальной и зловеще увеличи­ вающейся скоростью. Однако для подобных выводов нет основа­ ний. Метагалактика, в которой наблюдается «разбегание» галак­ тик, несмотря на всю фантастическую для нас грандиозность ее размеров, лишь крохотная частица в бесконечной Вселенной, по­ этому нельзя говорить о «расширении» всей Вселенной.

Далее. Нет оснований утверждать, что движение туманностей даже в наблюдаемой нами части Вселенной оставалось тем же самым во все времена. Современная космология исходит из при­ знания анизотропной неоднородной Вселенной — неодинаковости свойств вещества по разным направлениям. Соответствующая со­ временным данным теория анизотропной неоднородной Вселен­ ной доказала возможность одновременного расширения одних об­ ластей метагалактики и сжатия других, смены сжатия расшире­ нием и наоборот. В сжимающихся метагалактиках направление течения времени является обратным. Следовательно, гравитация определяет не только метрику (шкалу, ритм) времени, но и такое глубокое топологическое его свойство, как ориентируемость.

Таким образом, выявив эффективность гибкого метода мышле­ ния, данная теория преодолела односторонность, свойственную однородным изотропным моделям Вселенной.

Итак, в мире все предметы и процессы конечны. Но совокуп­ ность конечных вещей и процессов бесконечна. Мир безначален, бесконечен и неистощим. За отдаленнейшими звездными система­ ми, куда нам позволили заглянуть современная наука и техника, располагаются все новые и новые гигантские небесные тела. И так до бесконечности: каждая познанная человеком система мира яв­ ляется частью все более и более обширной системы. Вселенная, по словам А. Пуанкаре, издана в одном экземпляре и охватывает все.

Не существует границ, за которыми могло быть еще нечто, не ох­ ватываемое понятием объективной реальности. Понятие границы имеет смысл лишь применительно к конечному. И наше поглощае­ мое далью воображение, и космонавты будущего не могут встре­ тить такое сверхъестественное препятствие, как небытие. Как бы много ни прошло времени до какого-либо события, время будет длиться и дальше. Каким бы давно прошедшим ни было событие, ему предшествовало неисчислимое множество других. Цепь собы­ тий нигде не оборвана. Звеньям ее нет числа. В мире, как целом, нет ни исходного, ни завершающего пункта: он одинаково открыт в обе стороны.

262 Глава 9. Учение о бытии Понятие начала имеет смысл применительно не к миру в целом, а лишь к отдельным конкретным вещам и процессам, т.е. к конеч­ ному. Каждая вещь или фаза развития произошла от другой ко­ нечной вещи, возникла из предшествующей ступени развития. К миру в целом неприменимы «от» и «до». Он кладет на них строгий запрет. Он не обладает возрастом. Он бесконечно стар и вечно молод. Мы не мол-сем представить себе Вселенную прожившей свой век и печально прозябающей остаток вечности.

§ 10. Основные категории философии Общее понятие о категориях. Все, что человек знает об окру­ жающем его мире и о самом себе, он знает в форме понятий, кате­ горий. Категории — это наиболее общие, фундаментальные поня­ тия той или иной науки, философии. Все категории суть понятия, но не все понятия — категории. Даже самая простая мысль, на­ пример: «Три желтых листа упали на землю», заключает в себе такие понятия, как «предмет» (листья, земля), «качество» (жел­ тый), «количество» (три), «движение» (падать). Без понятий, ка­ тегорий невозможны мышление, познание свойств предметов, их связей с другими предметами, их развитие. Если мы, воспринимая объекты, не подводим их под какие-либо понятия, категории, то мы вообще обречены на то, чтобы бессмысленно смотреть на вещи.

Итак, о мире в целом, об отношении человека к миру мы мыслим категориями, т.е. предельно общими понятиями.

Каждая область знания имеет свои особые категории. Напри­ мер, физика пользуется такими категориями, как «атом», «масса», «энергия» и др. Биология использует понятия «организм», «на­ следственность», «изменчивость» и др. Но наряду с этими люди пользуются категориями, которые свойственны любой науке и зна­ нию вообще. Конкретные науки изучают особые связи явлений, су­ ществующие в той или иной области действительности. Задача фи­ лософии состоит в изучении наиболее общих связей, законов, свой­ ственных всем явлениям мира и мышлению. Возьмем, например, причинные связи. Они имеются и в физических процессах, и в живой природе, и в обществе, и в мышлении. Каждая наука иссле­ дует причинные связи применительно к своей области: физик изу­ чает физические причинные связи, биолог — биологические и т.д.

Общее же во всех этих причинных связях является предметом изу­ чения философии. Точно так же обстоит, например, с качеством, количеством, формой и содержанием, сущностью и явлением, вза­ имодействием, развитием и т.д.

§ 10. Основные категории философии Категории — это формы отражения в мысли универсальных законов объективного мира.

С некоторыми основными категориями мы уже познакоми­ лись. Это прежде всего категории материи, движения, простран­ ства, времени, конечного, бесконечного и др. Но этим далеко не ограничивается система категорий. История философии вырабо­ тала и такие категории, как причина и следствие, форма и содер­ жание, необходимость и случайность, возможность и действитель­ ность и др. Эти и другие категории формировались в сознании по мере того, как человек миллиарды раз сталкивался и учитывал реальные причинно-следственные, пространственно-временные отношения вещей, их качественную и количественную стороны.

Логические категории являются формами мысли и определения­ ми бытия.

Выражая как бы каркас мира, категориальная структура мыш­ ления очень устойчива, но вместе с тем изменчива, исторична.

Особенно подвижным является содержание категорий. Сравните, например, то, как понимали материю в древности и как эта кате­ гория осмысливается в системе современной картины мира. То же можно сказать и о других категориях, например о рассмотренных нами пространстве, времени и т.п.

Являясь результатом отражения объективного мира в процессе его практического преобразования, категории становятся средст­ вом познания действительности с целью ее дальнейшего более ши­ рокого и более глубокого преобразования. Следовательно, катего­ рии играют большую методологическую роль в науке. Без них во­ обще невозможно научное мышление ни в одной области знания.

Каждая из категорий отражает какой-либо общий закон, прин­ цип бытия сущего, а все вместе они охватывают мир как целое, отношение человека к миру. Единая система категорий отражает единство мира, всеобщую связь, взаимодействие и развитие вещей. Порядок расположения категорий основывается на учете возрастающей сложности объективных связей и движения позна­ ния от простого к сложному. Процесс развития явлений состоит в том, что они шаг за шагом переходят от простых к сложным, от низших к высшим. В такой же последовательности совершается и познание.

Исходной философской категорией является категория бытия. По существу, все остальные категории с различных сторон характеризуют содержание, всевозможные проявления свойств, отношения, развитие сущего: движение — способ существования сущего, пространство и время — формы его существования. Каче 264 Главя 9. Учение о бытии ство, количество, причина и следствие и другие категории — все это также характеристика бытия.

Категории взаимосвязаны между собой и в определенных ус­ ловиях переходят друг в друга: случайное становится необходи­ мым, единичное — общим, количественные изменения влекут за собой изменения качества, следствие превращается в причину и т.д. Эта текучая взаимосвязь категорий есть обобщенное отраже­ ние взаимосвязи явлений действительности. Все категории явля­ ются категориями историческими, так что не существует и не может существовать какой-нибудь одной неподвижной системы категорий, данной раз и навсегда. В связи с развитием мышления и науки возникают новые категории (например, информация), а старые категории наполняются новым содержанием. Любая кате­ гория в реальном процессе человеческого познания, в науке суще­ ствует только в системе категорий и через нее.

Всеобщая связь и взаимодействие. В мире нет ничего стоящего особняком. Любой предмет — звено в бесконечной цепи, соединен­ ное как бы «крючочками» с окружающими звеньями. И эта все­ ленская цепь нигде не разорвана: она объединяет все предметы и процессы мира в единое целое, она носит всеобщий характер. В бесконечной паутине связей — жизнь мира, его история. В неор­ ганической природе существуют механические, физические и хи­ мические связи, предполагающие взаимодействие либо через раз­ личные поля, либо путем непосредственного контакта. Живая природа характеризуется более сложными связями — биологичес­ кими, которые выражаются в различных внутривидовых и меж­ видовых отношениях особей, а тарсже в их отношениях с внешней средой1. Например, вся жизнь на Земле связана с Солнцем. А как многообразны связи клеток, органов внутри организма. В общест­ венной жизни связи усложняются: образуются производственные, классовые, семейные, родственные, национальные, государствен­ ные, международные связи и др. Связи существуют не только между предметами в рамках данной формы движения материи, но и между всеми ее формами, образуя как бы единый, бесконечно гигантский клубок. В нашем сознании не может возникнуть мысли, которая не выражала бы реальных связей и в свою очередь не была бы связью представлений, понятий.

Связи бывают самыми причудливыми и замысловатыми. Так, существует связь между количеством кошек в данной местности и урожаями клевера. Клевер опыляется шмелями. Полевые мыши разрушают гнезда шмелей. Кошки, истреб­ ляя мышей, защищают тем самым клевер.

§ 10. Основные категории философии Связь — это зависимость одного явления от другого в каком либо отношении. К основным формам связи относятся: простран­ ственные, временные, генетические, причинно-следственные, су­ щественные и несущественные, необходимые и случайные, зако­ номерные, непосредственные и опосредованные, внутренние и внешние, динамические и статические, прямые и обратные и др.

Связь — это не предмет, не субстанция, она не существует сама по себе, вне того, что связано.

Любая связь имеет свое основание, благодаря которому воз­ можна та или иная связь. Например, гравитационные свойства материальных систем обусловливают силовую связь космических объектов;

заряд ядра атома — связь в периодической системе эле­ ментов;

материальное производство и общность интересов служат основанием связи людей в обществе. Для реализации той или иной связи необходимы определенные условия. Они различны для раз­ личных систем. Так, гравитационная связь возможна лишь при условии определенного расстояния между объектами.

Явления мира находятся не только во взаимной зависимости, они взаимодействуют: один предмет воздействует определенным способом на другой и испытывает его воздействие на себе. При рассмотрении взаимодействующих объектов необходимо иметь в виду, что одна из сторон взаимодействия может быть ведущей, определяющей, а другая — производной, определяемой.

Исследования различных форм связей и взаимодействия — первостепенная задача познания. Связь, взаимодействие — вот первое, что выступает перед нами, когда мы рассматриваем тот или иной объект. Мы, разумеется, не всегда задумываемся над этим, что понятно: нельзя же только и думать о связи всего со всем и о взаимодействии в масштабе Вселенной, когда мы решаем про­ стые житейские вопросы. Однако, когда мы беремся рассуждать о сложных проблемах, то в данном вопросе нельзя не смотреть «дальше своего носа».

Игнорирование принципа всеобщей связи и взаимодействия пагубно сказывается в практических делах. Так, вырубка лесов ведет к уменьшению количества птиц, а это сопровождается уве­ личением числа сельскохозяйственных вредителей. Истребление лесов сопровождается обмелением рек, эрозией почвы и тем самым снижением урожаев.

Развитие. Во Вселенной нет ничего окончательно завершенно­ го. Все находится в пути к иному. Развитие — это определенно направленное, необратимое изменение объекта: или просто от 266 Глава 9. Учение о бытии старого к новому, или от простого к сложному, от низшего уровня ко все более высокому.

Развитие необратимо: через одно и то же состояние все проис­ ходит лишь однажды. Невозможно, скажем, движение организма от старости к молодости, от смерти к рождению. Развитие — это двойной процесс: в нем уничтожается старое1 и на его месте воз­ никает новое, которое утверждает себя в жизни не путем беспре­ пятственного развертывания своих потенций, а в суровой борьбе со старым. Мелсду новым и старым есть и сходство, общее (иначе мы имели бы лишь множество не связанных между собой состоя­ ний), и различие (без перехода к чему-то другому нет развития), и сосуществование, и борьба, и взаимоотрицание, и взаимопере­ ход. Новое возникает в лоне старого, достигая затем уровня, не совместимого со старым, и последнее отрицается. Старое рано или поздно должно углереть, чтобы молодое могло жить. Вечная игра жизни безжалостна, как смерть, неотразима, как рождение. По­ мните у А.С. Пушкина:

...у гробового входа Младая будет жизнь играть...

Наряду с процессами восходящего развития существует и дег­ радация, распад систем — переход от высшего к низшему, от более совершенного к менее совершенному, понижение уровня ор ганизации системы. Например, деградация биологических видов, вымирающих в силу невозможности приспособиться к новым ус­ ловиям. Когда деградирует система в целом, это не значит, что все ее элементы подвергаются распаду. Регресс — противоречивый прогресс: целое разлагается, а отдельные элементы могут прогрес Старое — это прежде всего возрастное понятие: старый дуб, старая истина, старая картина и т.п. Под старым имеется в виду и то, что устарело, отжило свой век и потеряло право на существование, что превратилось в тормоз развития той или иной системы. Новое вообще — это просто иное, чем то, что было. Новое — это совсем не обязательно что-то более совершенное: оно может быть и более со­ вершенным, и на том же уровне совершенства, что и старое, и даже на более низ­ ком уровне. Под новым подразумевается также и то, что стимулирует развитие, а не тормозит его. Это — типично новое. Оно выражает общую тенденцию разви­ тия;

нетипично новое составляет боковую ветвь или просто до того не имевшее места свойство. «Простое» и «сложное» — это соотносительные понятия. Напри­ мер, строение амебы проще, чем строение обезьяны, а жизнь современного обще­ ства значительное сложнее жизни первобытного стада. Аналогичным образом об­ стоит дело и с понятиями «низшее» и «высшее». Более высокий уровень развития объекта характеризуется тем, что его движение значительно богаче: оно проис­ ходит в более многообразных формах (см.: Прогресс. Регресс // Философская эн­ циклопедия. М., 1967. Т. 4).

§ 10. Основные категории философии сировать. Далее, система в целом может прогрессировать, а неко­ торые ее элементы — деградировать, например прогрессивное раз­ витие биологических форм в целом сопровождается деградацией отдельных видов.

Во Вселенной в целом значительное место занимают цикличес­ кие процессы, например взаимопревращение элементарных час­ тиц. Если в одних конкретных системах Вселенной преобладает поступательное развитие, то в других возможна деградация. Со­ гласно современным представлениям, известная науке ветвь по­ ступательного развития состоит из дозвездной, звездной, планет­ ной, биологической, социальной и гипотетической метасоциаль ной ступеней структурной организации сущего.

Принцип развития имеет огромное методологическое значе­ ние. Чтобы проникнуть в тайну вещи, нужно разведать тайну ее происхождения. Правильное понимание истории становления яв­ ления помогает уяснить суть развитого явления. Вместе с тем по мере углубления в настоящее состояние объекта мы открываем все новые углы зрения на прошлое: низшие формы развития лучше понимаются лишь в свете тех тенденций, которые полностью вы­ являются на уровне зрелого состояния изучаемого объекта.

Идея закона. Познание мира убеждает нас в том, что в мире всюду имеется некоторая правильность, порядок: планеты дви­ жутся строго по своим причудливым путям, осень сменяется зимой, молодое старится и уходит из жизни, ему на смену нарож­ дается новое. Все в мире, начиная от движения элементарных час­ тиц и кончая гигантскими космическими системами, подчинено определенному порядку. У Вселенной есть свой «кодекс законов», все введено в их рамки. Так, закон всемирного тяготения гласит:

все тела притягиваются друг к другу с силой, прямо пропорцио­ нальной их массам и обратно пропорциональной квадрату рассто­ яния между ними. Строение кристалла, организма животного и человека и вообще всего существующего подчинено определенным законам. Закон всегда выражает связь между предметами, элемен­ тами внутри предмета, между свойствами предметов и в рамках данного предмета. Но не всякая связь есть закон: связь может быть необходимой и случайной. Закон — это необходимые, устойчи­ вые, повторяющиеся, существенные связи и от ношения вещей. Он указывает на определенный порядок, последовательность, тен­ денцию развития явлений.

Необходимо различать законы строения, функционирования и развития системы. Законы могут быть менее общими, действую­ щими в ограниченной области (закон естественного отбора), и 268 Глава 0. Учение о бытии более общими (закон сохранения энергии). Одни законы выража­ ют строгую количественную зависимость между явлениями и фик­ сируются в науке математическими формулами. Другие не подда­ ются математическому описанию, например закон естественного отбора. Но и те, и другие законы выражают объективную, необхо­ димую связь явлений.

Различают динамические и статистические законы. Динами­ ческий закон — это такая форма причинной связи, при которой начальное состояние системы однозначно определяет ее после­ дующее состояние. Динамические законы бывают разной степени сложности. Они приложимы ко всем явлениям вообще и к каждо­ му из них в отдельности, разумеется, из числа тех, которые под­ властны данному закону;

так, каждый брошенный вверх камень, подчиняясь закону тяготения, падает вниз.

Науке известны и такие события, которые не укладываются в рамки динамических законов. В 1 куб. см воздуха у поверхности Земли примерно 30 000 000 000 000 000 000 молекул вещества.

Исследовать все столкновения частиц между собой — пустая затея. Уже в середине XIX в. физики поняли, что можно изучать свойства громадных скоплений частиц вещества, не вдаваясь в по­ дробности механического поведения каждой отдельной частицы.

Температура, давление, плотность, вязкость, электрическая про­ водимость — все это свойства «коллективов» частиц, и для изуче­ ния этих свойств понадобились именно статистические закономер­ ности.

Наука, не имея возможности предсказывать поведение инди­ видуальных компонентов некоторых систем, точно предсказывает поведение целого. Случайность в поведении индивидуального под­ чиняется закономерностям жизни целого. Статистическая зако­ номерность характеризует массу явлений как целое, а не каждую часть этого целого. Если несчастный случай должен произойти на каждом миллионе километров пути, то это не относится к каж­ дому, кто прошел этот путь: случай может «настигнуть» человека и на первом километре.

Посредством раскрытия закономерностей, действующих в мире, достигается предвидение будущего, осуществляется претво­ рение теории в практику. Отраженные в мышлении закономернос­ ти составляют сердцевину любой науки. Власть человека над ок­ ружающим миром измеряется объемом и глубиной знания его за­ конов.

Единичное, особенное и общее. Как похожи, к примеру, листья на клене! Но среди них мы не найдем ни одной совершенно тож § 10. Основные категории философии дественной пары. Нет ничего абсолютно тождественного ни друго­ му, ни даже самому себе. Вещи различны и внутри себя, и между собой. Есть выражение: похожи, как две капли воды. Но две капли воды, говорит Г. Лейбниц, рассматриваемые через микроскоп, оказываются различными. Чистое тождество может существовать лишь в абстракции, как формальное тождество, согласно которому А = А. Реально'же существует только конкретное тождество, пред­ полагающее внутри себя различие. Тождество и различие — это отношение объекта к самому себе и к другим, характеризующее устойчивость и изменчивость,равенство и неравенство, сходст­ во и несходство, одинаковость и неодинаковость, повторяемость и неповторяемость, непрерывность и прерывность его свойств, связей, а также тенденций развития. Тождество и различие имеют свои степени, градации. Вся история развития общества от первобытного состояния до современности — это различие стадий развития одной и той же формы бытия. Весь путь развития, начи­ ная от элементарных частиц до предполагаемых космических ци­ вилизаций, — это различные стадии развития сущего. Тут и тож­ дество, и различие. Не существует ни чистого тождества, ни чис­ того различия.

Допустим, что имеются два объекта, все свойства которого аб­ солютно тождественны. Но ведь тогда они обязаны занять одно и то же место в одно и то же время. Если бы это было так, то перед нами были бы уже не две, а одна вещь. Однако вещи занимают разные положения в пространстве и во времени. Значит, они на­ ходятся в различных связях с другими вещами, а это в свою оче­ редь не может не привести к различию их свойств в данный мо­ мент. На том же основании можно утверждать, что вещи, события абсолютно неповторимы. Ничто не происходит дважды. Нет по­ вторений в жизни и в истории: каждое мгновение ново, небывало и своеобразно.

В «лепке» единичного участвует колоссальное множество не­ повторимых условий, масса случайностей. В примере с листьями клена разница в освещении, температуре, микроклимате и т.д.

обусловила разницу в размерах, оттенках цвета, формы, массы листьев и др. Природа не терпит штампов. Она неистощима в твор­ честве индивидуального.

События бывают сходными, подобными, но не абсолютно тож­ дественными. Повторное событие отличается уже тем, что оно про­ исходит в другое время и, стало быть, в новых условиях, накла­ дывающих на него свой отпечаток.

270 Глава 9. Учение о бытии Единичное — это объект во всей совокупности присущих ему свойств, отличающих его от всех других объектов и составляю­ щих его индивидуальную, качественную и количественную опре­ деленность. Отражаясь в нашем сознании в виде чувственного об­ раза или понятия, единичное обозначается именем собственным (Л.Н. Толстой, А.С. Пушкин, Москва, Солнце, Земля и т.п.), или указательным местоимением (этот, тот и др.), или другим конкре­ тизирующим средством языка.

Представление о мире только как о бесконечном многообразии индивидуальностей односторонне, а потому неверно. Бесконечное многообразие — это лишь одна сторона бытия. Другая его сторона заключается в общности вещей, их свойств и отношений. С той же определенностью, с какой мы утверждали, что нет двух абсолютно тождественных вещей, можно говорить, что нет двух абсолютно различных вещей, не имеющих между собой ничего общего. Все звезды обладают общими чертами, отличающими их от всего дру­ гого. То же можно сказать про минералы, растения, животных и т.д. Общее — это единое во многом. Единство может выступать в форме сходства или общности свойств, отношений предметов, объединяемых в определенный класс, множество. Общие свойства и отношения вещей познаются на основе обобщения в виде поня­ тий и обозначаются нарицательными именами: «человек», «рас­ тение», «закон», «причина» и т.д.

В каждом единичном заключается общее как его сущность. На­ пример, утверждение, что данный поступок есть подвиг, означает признание за данным единичным действием некоего общего каче­ ства. Общее — это как бы «душа», суть единичного, закон его жизни и развития.

Предметы могут обладать различной степенью общности. Еди­ ничное и общее существуют в единстве. Их конкретное единство есть особенное. При этом общее может выступать в двояком отно­ шении: по отношению к единичному оно выступает как общее, а по отношению к большей степени общности — как особенное. На­ пример, понятие «русский» выступает как. единичное по отноше­ нию к понятию «славянин»;

последнее выступает как общее по отношению к понятию «русский» и как особенное к понятию «че­ ловек». Итак, единичное, особенное и общее — это соотноситель­ ные категории, выражающие взаимопереходы отражаемых пред­ метов и процессов.

Тот или другой предмет приобретает конкретную форму своего существования в зависимости от того процесса, в движение кото­ рого он оказывается вовлеченным. Конкретной формой своего су § 10. Основные категории философии ществования единичная вещь обязана той системе закономерно сложившихся связей, внутри которых она возникла и существует в своей качественной определенности. Так, информация, зафик­ сированная в молекулярных структурах клеточного ядра, являет­ ся общей программой, в соответствии с которой происходят про­ цессы индивидуального развития организма и передача наследст­ венных свойств от одного поколения к другому. Родовая сущность человека по общей канве наследственности передается из поколе­ ния в поколение и в единстве со всей совокупностью естественных и социальных условий «лепит» индивидуальность. Но на этой канве, общей для всех потомков, каждый из них выводит свой особый, неповторимый узор. Над единичным властвует всеобщее, которое безжалостно «заставляет» последовательно гибнуть еди­ ничное как преходящее во имя сохранения общего как чего-то устойчивого. Единичное умирает, но род живет. Вместе с тем еди­ ничное служит предпосылкой общего.

Действие общей закономерности выражается в единичном и через единичное, а всякая новая закономерность вначале высту­ пает в действительности в виде единичного исключения из общего правила, будь то рождение нового биологического вида, новых об­ щественных отношений и т.д. Ничто не может возникнуть иным путем. Единичное, будучи вначале случайным, постепенно увели­ чивается в числе и набирает силу закона, приобретая власть обще­ го. Так возникли нормы морали, так появляются новые моды на что-либо и т.п. При этом в общее превращаются такие единичные «исключения», которые соответствуют тенденции развития, пре­ бывания, вытекающей из всей совокупности условий. Случайные единичные отклонения отсеиваются и исчезают, взаимно погашая друг друга, дают среднюю равнодействующую, общую закономер­ ность. Общее не существует до и вне единичного, точно так же единичное не существует вне общего. Их единство и есть особен­ ное. Эта категория преодолевает односторонность, абстрактность того и другого и берет их в конкретном единстве. Особенное есть всегда качественно определенное, конкретное бытие соответству­ ющего класса объектов. Таким образом, особенное богаче общего и единичного.

Правильный учет единичного, особенного и общего играет ог­ ромную познавательную и практическую роль. Наука имеет дело с обобщениями и оперирует общими понятиями, что дает возмож­ ность устанавливать законы и тем самым вооружать практику предвидением. В этом сила науки, но в этом же кроется ее слабость.

Единичное и особенное богаче общего. Только через строгий ана Глава 9. Учение о бытии лиз и учет единичного, особенного путем наблюдения, экспери­ мента достигается углубление, конкретизация законов науки.

Общее раскрывается в понятии только через отражение единично­ го и особенного. Благодаря этому научное понятие воплощает в себе богатство особенного и индивидуального. Если игнорируется изучение единичного, то тем самым обедняется знание общего, особенного там, где индивидуальные особенности составляют су­ щественную сторону данного объекта, например данной револю­ ции в данной стране, данного человека. Так, в понятии «человек» исчезают те бесчисленные индивидуальные особенности, которые характерны, скажем, для М.Ю. Лермонтова и которые воспроиз­ водятся в его индивидуализированном художественном образе.

Искусство как раз и заключается в отражении общего в форме единичного и особенного. Принцип индивидуализации важен не только в искусстве, где без него вообще нечего делать, но и в науке и практике. Например, науке о человеке нельзя не учитывать того, что по деталям анатомического строения и функционирования различных органов, по химическому составу мозга, крови, костей, мышц, желез, кожи, волос, по составу ферментных систем, реаги­ рованию организма на фармакологические препараты, по типам регуляции температуры, чувствительности к боли, требованиям к пище и т.д. люди очень различны. В то же время определяя сред­ нюю скорость движения молекул газа, мы не интересуемся пове дением каждой отдельной молекулы: обезличенность молекул ни­ кого не обескураживает. Но в медицине совсем иное дело: врач лечит не человека «вообще», а конкретного человека с его непо­ вторимыми индивидуальными чертами, которые крайне важны для сути дела. Одна и та же болезнь двух больных требует зачастую разных подходов. Каждый больной — это прежде всего человек со всеми его физиологическими и психическими особенностями, с его индивидуальным складом характера, сознанием, настроения­ ми, эмоциями и т.д. Вместе с тем врач не может применять ни одного лекарства, если оно не испытано на массе людей и не при­ обрело общего значения.

Часть и целое, система. Система — это целостная совокуп­ ность элементов, в которой все элементы настолько тесно свя­ заны друг с другом,, что выступают по отношению к окружаю­ щим условиям и другим системам как единое целое. Элемент — это минимальная единица в составе данного целого, выполняю­ щая в нем. определенную функцию. Системы могут быть простыми и сложными. Сложная система — это такая, элементы, которой сами рассматриваются как системы.

§ 10. Основные категории философии Любая система есть нечто целое, представляющее собой един­ ство частей. Категория части выражает предмет не сам по себе, не как таковой, а лишь в его отношении к тому, составным ком­ понентом чего он является, во что он входит (например, какой нибудь орган есть часть организма). Следовательно, категории це­ лого и части выражают такую связь между предметами, когда один предмет как некое сложное единое целое является объединением других предметов и образован из них как из своих частей. Еще Аристотель отметил, что целым считается объект, в составе кото­ рого имеется полный набор частей. Часть подвержена действию целого, которое как бы присутствует в своих частях. Так, обладая относительной индивидуальностью, микрочастица в каждый мо­ мент как бы «чувствует» влияние системы в целом, свободный атом существенно отличается от атома, входящего в состав моле­ кулы или кристалла. Вместе с тем части влияют на целое: орга­ низм — целое, расстройство его части ведет к определенному на­ рушению целого.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.