WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 14 |

«А.Г. Спиркин ФИЛОСОФИЯ Из дание вт орое Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений Москва ГАРДАРИКИ 2006 УДК ...»

-- [ Страница 11 ] --

Все женщины одного рода были потенциальными женами всех 534 Глава 15. Общество и человечество, нация и семья мужчин другого рода. Супруги жили в своих родах. Дети, зная только мать, входили в ее род, или в материнскую семью — группу ближайших родственников по женской линии. В дальнейшем воз­ никшее в рамках группового брака эпизодическое сожительство привело к парному браку и непрочной парной семье. Раздельное поселение супругов со временем сменилось поселением мужа в роде жены, но дети по-прежнему принадлежали роду матери. Пар­ ная семья еще не вела своего хозяйства и потому не была хозяйст­ венной ячейкой общества. Для этой ранней стадии развития семьи характерны равноправие супругов, а при развитом матриархате — главенство женщины: женский труд (земледелие) был эффектив­ нее мужского (охота). После того как «мужские» виды труда (ско­ товодство, применение тягловой силы и более сложных орудий в земледелии) приобрели решающую роль в экономической жизни общества и семьи, матриархат сменился патриархатом. Возникла патриархальная семья, а вместе с ней и моногамия. Жена перешла на жительство в семью мужа. Дети стали наследовать имущество и имя отца. С появлением частной собственности и института наследства от женщины уже в силу экономических причин требо­ валась прочная гарантия верности. И законы государства, и нормы морали, и предписания религий были направлены на подчинение женщины власти мужчины в семье. Прочность семьи покупалась ценой категорического запрещения женщине расторгать брак.

Если раньше девушка могла выбирать себе мужа и брак осущест­ влялся по взаимной склонности, то теперь в брачные отношения нередко вторгаются принципы купли и продажи, выкупа, пробле­ ма приданого. Вместе с тем значительно усиливается ответствен­ ность родителей за воспитание и судьбу детей, формируются такие нравственные начала, как целомудрие, взаимный долг супругов, чувство семейной чести и достоинства. В рабовладельческом обще­ стве рабы часто были лишены возможности иметь семью;

в среде рабовладельцев единобрачие иногда перерастало для мужчин в многоженство, а для женщин — в проституцию. В условиях фео­ дализма семейные отношения, брак находились под сильным вли­ янием сословной иерархии общества. В целом власть мужа в семье становится менее тираничной. Женщина приобретает самостоя­ тельность в ведении хозяйства и воспитании детей, хотя ее участь остается тяжелой. В крестьянской семье при феодализме, а потом и при капитализме отношения между мужем и женой носили про­ тиворечивый характер: экономические интересы сочетаются с тру­ довой моралью, с уважением к женщине-труженице, хозяйке дома. Капитализм обусловил развитие семьи в направлении боль § 5. Вопросы демографии шей экономической самостоятельности женщины в течение всего периода супружеской жизни: в ряде стран женщина сохраняет права на принадлежащий ей капитал.

Значительная часть жизни человека протекает в условиях, именуемых бытом. Быт — это социальная среда, в которой чело­ век живет, когда он, как правило, не занят производственной и общественной деятельностью. Быт составляет неотъемлемую часть социальной жизни людей и множеством нитей связан со всеми другими сторонами общества в целом. В быту формируются некоторые особенности личности человека, от благоустройства быта зависят настроение, работоспособность и в значительной сте­ пени здоровье. В быту человек не только отдыхает, но и удовле­ творяет свои материальные и культурные потребности. На быто­ вые условия и средства удовлетворения потребностей накладыва­ ют отпечаток географическая среда, обычаи, нравы, традиции народов, национальные и социальные различия, культура и т.д.

Чем выше уровень цивилизации, тем шире и разнообразнее ассортимент тех вещей и услуг, в которых люди испытывают по­ требность. Аналогично тому как в процессе исторического разви­ тия у людей формируется совокупность приемов и навыков про­ изводственной деятельности, так и в потреблении материальных и духовных ценностей вырабатываются обычаи, вкусы, привы­ чки, которые составляют определенный уклад жизни социальных и профессиональных групп людей, наций. Человечество прошло длинный путь от пещеры, костра, шалаша, лучин к благоустроен­ ным домам, университетам. В перспективе в разумном, высокораз­ витом обществе, видимо, возможны всеобщий достаток, совершен­ ная система здравоохранения, разумный образ жизни в обществе, которые обеспечат человеку здоровье, долголетие, физическое со­ вершенство.

§ 5. Вопросы демографии Если брать общество в целом, демографическую систему, то жизнь семьи следует рассматривать с позиции воспроизводства человеческой жизни, что и составляет предмет демографии (от греч. demos — народ и grapho — пишу). Демография изучает про­ цесс воспроизводства населения (мира «смертей-рождений»), его динамики, миграции, семью как демографическую единицу и т.п.

Демографическая система — это люди в совокупности связыва­ ющих их демографических отношений, имеющих свою закономер 536 Глава 15. Общество и человечество, нация и семья ностъ возобновления поколений, которая выявляется в сохране­ нии внутреннего равновесия, относительной стабильности. На рост населения влияет множество социально-экономических фак­ торов: уровень развития экономики, науки, здравоохранения, со­ циального обеспечения, социальных отношений, тип культуры, психология народа, воспитание и характер традиций. Небезынте­ ресна динамика роста населения Земли: в начале нашей эры насе­ ление Земли составляло примерно 275 млн. человек, в 1850 г. — 1 млрд., в 1900 г. — 1,6 млрд., в 1930 г. — уже 2 млрд., в 1976 г. — 4 млрд., в 1987 — 5 млрд., а в 2000 г. — более 6 млрд. человек.

Однако быстрый рост населения при ограниченных природных ресурсах, по мнению современных последователей Т. Мальтуса1, создает для общества катастрофическую перспективу: уже теперь оно находится в положении человека, носящего ботинки на два раз­ мера меньше. Сущность современной демографической ситуации видится ими в «необузданном размножении» человечества. Мрач­ ные перспективы рисуются, например, из расчетов П. Эрлиха2. Это, как полагают те же мальтузианцы, может стать оправданием высо­ кой детской смертности, эпидемий, войн как «целительных» средств, смягчающих противоречия между «чрезмерным» ростом населения и ограниченными природными ресурсами. Эти идеи раз­ вивал в свое время Т. Мальтус в своем законе динамики народона­ селения. Нельзя не признать, что Мальтус увидел действительно Т. Мальтус (1766—1834) — английский экономист и священник, сформули­ ровал «закон», согласно которому народонаселение всегда растет в геометричес­ кой прогрессии и опережает темпы роста производства продуктов питания, кото­ рый происходит в арифметической прогрессии, что и является причиной все уси­ ливающейся нехватки последних. Этот процесс фатально неизбежен, и никакие благотворительные мероприятия не в силах помочь страдающему человечеству.

Всякая помощь только отодвигает, а вместе с тем и углубляет приближающуюся катастрофу.

Он подсчитал, что в ближайшем будущем на каждого человека придется лишь 1 м земли. Это приведет к тому, что жителей Земли начнут переселять на иные планеты и таким образом в перспективе будет заселена не только Солнечная система, но и вся Галактика. Основным же делом людей на Земле будет строитель­ ство транспортных космических кораблей. Несостоятельность этой точки зрения, однако, не уменьшает остроты проблемы. Видимо, предел населения Земли и ее ресурсов все-таки существует: планета не безгранична в своих «питающих» воз­ можностях. Правда, некоторые ученые утверждают, будто планета в состоянии обеспечить «полноценным питанием» не менее 60 млрд. человек. Но и эта цифра кажется им недостаточной — ведь есть еще ресурсы Мирового океана. Существует старый анекдот про одного неловкого кавалериста, который, сев на лошадь, по­ степенно сползал от седла к хвосту и затем сказал: «Эта лошадь кончилась, дайте другую!» Так вот, значит, суша кончается — дайте океан! Однако им и в голову не приходит, что дно океана порождает «бездонные» проблемы.

§ 5. Вопросы демографии важную проблему соотношения роста населения с возможностями обеспечения его средствами питания. В самом деле, не исключено, что численность населения, живущего на ограниченной террито­ рии, может оказаться столь большой, что приведет к истощению ре­ сурсов. Говоря о возможности демографической катастрофы, Маль­ тус не учитывал ряд существенных мометов в функционировании демографической системы, а именно: он рассматривал связь роста населения с возможностями его обеспечения как прямую и непо­ средственную, не видя ее многочисленных опосредствовании соци­ ально-экономическими, культурными, ценностными нормами и ориентациями общества, выражающими суть социального управ­ ления демографическими процессами.

Кроме того, изменения в народонаселении так или иначе ока­ зывают значительное воздействие на состояние экономики, разви­ тие производительных сил общества, на темпы и пропорции всего общественного развития.

Проблема народонаселения не сводится только к проблеме общей численности людей на планете. Поскольку общество взаи­ модействует с природой, постольку вопросы демографии представ­ ляют собой часть глобальной экологической проблематики и должны решаться в этом общем контексте. Безусловно, сущест­ венным для судеб общества, а также его взаимоотношения с при­ родой является не просто факт наличия населения, а поддержание его на оптимальном уровне.

•к -к -к Итак, мы рассмотрели такие составляющие общества, как нация и семья, а также проблему демографии, являющуюся ост­ рейшей проблемой современного этапа истории человечества.

В связи с этими глобальными проблемами мы проанализировали и идею совместимости мужчины и женщины в семейной жизни, а также проблему любви. Таким образом, нами как бы схвачены в соответствующей системе социально-философских категорий ос­ новные нити, связывающие отдельные личности в соответствую­ щие системы общности: общества, человечества, нации и семьи.

Г л а в а ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ Разве можно, рассматривая природу общества в его истории и сути, не вник­ нуть в такие сферы общественной жизни, как экономика, политическая, духовная сферы жизни общества? Разумеется, что без этого исключена возможность полного и настоящего уяснения того, что же такое общество. Для того чтобы более глубоко вникнуть в природу общественной жизни, мы должны проанализировать эти и другие сферы общества. А начнем мы с анализа сути экономической сферы жизни и развития общества с философской точки зрения. Хотя считается, что К. Маркс гипертрофировал экономический фактор в жизни и истории общества, но он прав в том, что экономика в жизни общества имеет исключительную значимость. На эту идею указывал уже в античной философии Аристотель, потом она развивалась многими другими мыслителями. Таким образом, после проанализированных нами выше проблем вполне логично приступить к рассмотрению проблем экономической философии. Без этого не может быть полноценной социальной философии и фило­ софии истории.

§ 1. Философеко-экономический образ мышления О человеческих потребностях. Для понимания сути экономики и всей сложности экономических отношений необходимо предва­ рительно уяснить, что лежит в основе этих отношений. Основой их являются человеческие потребности: это стержень всякой че­ ловеческой деятельности и прежде всего труда, а отсюда и эконо­ мики. Что такое потребность вообще? Это зависимость субъекта от внешних и внутренних условий своего бытия, это жизненный нерв человека, общества и его экономики: завод нуждается в сырье, орудиях, предприниматель нуждается в заказчике, заказчик, ска­ жем, — в строительстве дома. Жизнь общества пронизана слож­ нейшей тканью потребностей и способами их удовлетворения.

Уже в глубокой древности пришли к пониманию необходимос­ ти осмысления хозяйственной жизни. У Аристотеля эта отрасль знания подверглась для той поры очень глубокому сущностному анализу. Он высветил многие стороны хозяйственной жизни.

Впоследствии, в Новейшее время, сложилась очень важная от­ расль научного знания — политическая экономия. Такое опреде­ ление этой науки, с прибавкой «политическая», не случайно. Оно § 1. Философско-экономический образ мышления говорит о необходимой и очень тесной связке экономики с поли­ тикой: это как бы сестры-близнецы.

Политическая экономия — это наука, которая с определен­ ных позиций показывает хозяйственные отношения и движения товарных и денежных масс в их качественной и количественной определенности и переплетенности. Ее развитие выявляет сис­ тему фактов, а в связи с этим и хозяйственные отношения людей, отыскивает в бесконечном множестве единичностей, которые предстают перед ней, определенные принципы и законы, дейст­ вующие и управляющие хозяйственной жизнью общества. Г. Ге­ гель высоко ценил политическую экономию, говоря, что она «де­ лает честь мысли».

Политическая экономия зародилась под знаком прагматизма, т.е. из вполне практических мотивов, из потребности разобраться в сложности хозяйственного механизма жизни общества. Она ори­ ентирована на выработку принципов эффективной хозяйственной деятельности трудовых коллективов и отдельных людей. Эконо­ мическая деятельность имеет характер борьбы за жизнь и именно за определенный уровень жизни. Хозяйственная нужда надвига­ ется на нас как неумолимая необходимость, от которой нельзя уйти, не уходя от самой жизни. Экономика изначально тяготеет над человеком и человечеством.

Светлые перспективы цивилизации во многом определяются тем, насколько успешно функционируют общественные системы в их взаимной связи, как единое целое, где каждое звено работает на целое, а целое стимулирует жизнеутверждающую силу частей.

Что же можно выявить в тончайшей паутине социально-экономи­ ческих связей с философско-экономической точки зрения? Какова методологическая роль философской культуры в осмыслении со­ циально- экономической реальности ?

Без экономического образования ныне вообще вряд ли возмож­ но управлять делами государства. Речь идет не о профессиональ­ ном знании современной экономики во всех ее узкоспециальных проблемах, а хотя бы об общем знакомстве с макроэкономикой в ее основополагающих принципах1.

Если говорить честно, я лишь в общих чертах знал политическую экономию, поэтому решение написать данную главу заставило меня в определенной степени изучить данную тему в ее некоторых основополагающих принципах. Это напо­ мнило мне один эпизод. Я как-то спросил жившего у меня на даче А.Ф. Лосева о том, чем он руководствуется, когда приходит к решению написать ту или иную книгу. Его ответ удивил меня. Он сказал примерно следующее: «Я прихожу к Глава 16. Экономическая философия Экономическая философия входит в систему социальной фило­ софии, составляя ее существенную часть: у нее есть свой особый срез проблем или угол зрения на экономическую жизнь общества.

Чтобы ответить на вопрос, что такое экономическая философия как философское учение, следует прежде понять, что такое поли­ тическая экономия. Определим ее как науку, изучающую законы, принципы, управляющие производством, распределением, обме­ ном (куплей-продажей) и потреблением жизненных благ на раз­ личных ступенях развития человечества.

Политическая экономия исходит из той точки зрения, что в хозяйственной сфере жизни общества существуют известные общие потребности, такие, как потребность в пище, одежде, крове и т.п., и способы, которыми они удовлетворяются. Тут дей­ ствуют и случайности, и закономерности. Так, почва здесь или там более или менее плодородна, годы различаются по своей уро­ жайности, один человек трудолюбив, другой ленив. Но этот пере­ избыток произвола порождает всеобщие определения, и все, что кажется рассеянным и лишенным мысли, удерживается необхо­ димостью, которая отыскивает законы, действующие в массе слу­ чайностей. «Интересно проследить, как все связи оказывают здесь обратное действие, как группируются особенно сферы, как они влияют на другие сферы и в свою очередь испытывают с их стороны содействие или препятствие. Прежде всего достойно внимания это взаимодействие, в которое сначала не верится, ибо кажется, что все предоставлено произволу единичного;

оно имеет сходство с планетной системой, которая всегда являет взору лишь неправильные движения, но законы которой все-таки могут быть познаны»'.

Нужда, бедность, повседневная потребность и соответствую­ щие им понятия экономических благ, полезности, потребительной ценности, богатства, благополучия суть естественные явления, в которых вращается жизнь людей, ее вопросы и ответы: спраши­ вают нужда и потребность, а отвечают человеческий труд и полез­ ность благ2.

выводу, что совсем не знаю того или иного вопроса, но хочу разобраться в нем, тогда я решаюсь написать об этом книгу. В процессе работы над книгой я все больше и больше углубляюсь в соответствующую проблему. И в результате я «уби­ ваю двух зайцев»: более углубленно постигаю заинтересовавшую меня проблему и выпускаю книгу».

1 Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 234—235.

См.: Булгаков С.Н. Философия хозяйства. М., 1990. С. 14.

§ 1. Философско-экономический образ мышления Экономика являет собой одну из сложнейших систем в жизни общества: она включает в себя совокупность хозяйственных про­ цессов, которые совершаются в обществе на основе сложившихся отношений собственности и организационно-правовых форм.

Основоположником политической экономии является выдаю­ щийся мыслитель Адам Смит (1723—1790), читавший лекции в английских учебных заведениях по литературе, юриспруденции, логике и нравственной философии. Он был знаком с трудами фран­ цузских экономистов-физиократов Э. Кинэ, А.Р. Тюрго и др.

А. Смит — автор фундаментального труда «Исследование о при­ роде и причинах богатства народов». Здесь он обобщил столетнее развитие классической школы политической экономии, обосновал идею товарного производства и обмена как сферу человеческой деятельности, которая развивается по объективным законам, а по­ тому не нуждается в государственном регулировании. При разра­ ботке учения о рыночной цене Смит глубоко раскрыл ее зависи­ мость главным образом от производства, от условий предложения товаров на рынке. Однако он не исследовал воздействие спроса покупателей на цену1.

Продолжением учения А. Смита является теория Давида Ри кардо (1772—1823). Этот крупный ученый занимался и предпри­ нимательской деятельностью, а в политической экономии разви­ вал трудовую теорию стоимости. Его главный труд — «Начала политической экономии и налогового обложения». В отличие от Смита он не считал, что стоимость определяется трудом только в «первобытном состоянии общества». Стоимость, по Рикардо, лежит в основе доходов различных классов буржуазного общества:

заработной платы, прибыли, процента и ренты. Прибыль — это неоплаченный труд рабочего. Капитализм, с его точки зрения, — единственно возможный и естественный общественный строй, а его экономические законы вечны.

Свое дальнейшее развитие экономическое учение нашло в тру­ дах Карла Маркса. В течение 40 лет он занимался написанием своего главного труда — «Капитал». Здесь он развивал классичес­ кую трудовую теорию стоимости и теорию прибавочной стоимости.

Грандиозное по своим замыслам и масштабам экономическое уче­ ние Маркса получило неоднозначную оценку. Так, американский профессор П. Самуэльсон включил Маркса в немногочисленную В кратком экскурсе в историю становления политической экономии исполь­ зована: Хрестоматия по экономической теории / Сост. проф. Е.Ф. Борисов. М., 1997.

Глава 16. Экономическая философия плеяду «интеллектуальных гигантов» наряду с А. Смитом, Дж. Кейнсом и другими крупными учеными. Другой выдающийся американский экономист, лауреат Нобелевской премии В. Леон­ тьев советовал: если кто-либо захочет узнать, что в действитель­ ности представляют собой прибыль, заработная плата, капиталис­ тическое предприятие, он может получить в томах «Капитала» более реалистическую и качественную информацию, чем та, кото­ рую он мог бы найти, скажем, в дюжине учебников по современной экономике. Английский историк экономической науки, профес­ сор М. Блаух в известной книге «Экономическая мысль в ретро­ спективе» констатировал: «Маркс подвергался переоценке, пере­ сматривался, опровергался, его хоронили тысячекратно, но он со­ противляется всякий раз, когда его пытаются отослать в интеллектуальное прошлое. Хорошо это или плохо, но его идеи стали составной частью того мира представлений, в рамках кото­ рого мы все мыслим». Такая оценка теоретических трудов Маркса, по-видимому, не случайна.

Сам Маркс, считая, что в капиталистических странах полити­ ческая экономия выражает интересы собственников, стремился поставить свой вариант политическс :ъ экономии на службу инте­ ресам рабочего класса. Однако классовый подход отрицательно по­ влиял на научную объективность ряда высказанных им положе­ ний и выводов. Учение Маркса (наверняка, вопреки его стремле­ ниям) позволило обнаружить неразрешимые противоречия и определенную ограниченность всего классического направления политической экономии.

Так, с одной стороны, трудовая теория стоимости открыла ос­ новной закон товарного производства — закон стоимости, соглас­ но которому обмен товаров на рынке совершается в соответствии с общественно необходимым рабочим временем, воплощенным в продуктах труда товаропроизводителей.

С другой стороны, опираясь на этот закон, невозможно объяс­ нить, как образуются цены в условиях капиталистического ры­ ночного хозяйства. Соратник Маркса Ф. Энгельс (помогавший ему в работе над «Капиталом») признавал: закон стоимости действовал в исторически ограниченных рамках — с момента возникновения товарного производства и до XV в., когда последовавший переход к капитализму сопровождался революцией в ценообразовании.

Производство прибавочной стоимости, как утверждал Маркс в I томе «Капитала», основано на эксплуатации рабочего класса, на частном присвоении капиталистами неоплаченного труда наем­ ных рабочих. Но в III томе «Капитала» Маркс отмечал совершенно § 1. Философско-экономический образ мышления другое: во все эпохи развития цивилизации прибавочный продукт (продукт труда, создаваемый работниками сверх того, что нужно им для жизни) достается не только собственникам средств произ­ водства, но и идет на нужды всего общества, он составляет эконо­ мическую основу всей человеческой цивилизации. Поэтому Маркс решительно выступил против того, чтобы даже в будущем обще­ стве прибавочный продукт доставался только рабочим.

По словам Маркса, анатомию гражданского общества следует искать в политической экономии. В этом заключается глубокая истина, если ее не абсолютизировать, не возводить во все опреде­ ляющий, все детерминирующий фактор, в особое бытие, которое определяет всю духовную жизнь общества по принципу «бытие определяет сознание». Это неверно. Сознание изначально и орга­ нично включено во все звенья экономической жизни общества:

ведь субъектом экономических отношений является человек, об­ ладающий сознанием. Он сознательно производит и осуществляет обмен, куплю и продажу. Все его действия определенным образом мотивированы и включены в нескончаемую цепь потребностей, целеполаганий, волевых действий, ответственности, правосозна­ ния и т.д. Общество во всем его объеме — это субъектно-объектная реальность, и было бы неверным искать тут пресловутую «первич­ ность и вторичность», запутываясь в паутине загадки «курицы и яйца».

Экономическая жизнь есть социальный процесс, в котором люди выступают и в качестве непосредственных деятелей конкрет­ ного хозяйства, и опосредованно в качестве «частей» общехозяй­ ственного организма.

Связи людей, складывающиеся между ними в процессе произ­ водства, образуют сложную структурно-функциональную и иерар­ хически-соподчиненную систему;

эта система образует то, что на­ зывают производственными отношениями. Она охватывает и от­ ношения к средствам производства, т.е. форму собственности, и связи между людьми в процессе обмена, распределения и потреб­ ления создаваемых благ, и отношения людей, обусловленные их производственной социализацией, т.е. выражающие разделение труда, и отношения сотрудничества и соподчинения — управлен­ ческие отношения, и все другие отношения, в которые вступают люди.

В современном производстве, в котором все большую роль иг­ рает система управления, немалое значение приобретают отноше­ ния, складывающиеся в результате подбора и расстановки кадров с учетом их способностей, опыта, интересов и нужд самого произ Глава 16. Экономическая философия водства, кадровая политика в целом. Таким образом, система эко­ номических отношений чрезвычайно обширна — от индивидуаль­ ных отношений отдельных производителей до основополагающего отношения к средствам производства.

Политическая экономия — одна из сложнейших областей че­ ловеческого знания. Она опирается на математику, особенно тео­ рию вероятностей, статистику, что придает этой науке дополни­ тельную точность и строгость в осмыслении фактов и их теорети­ ческой интерпретации, ориентированной на истинность и ее максимально эффективное практическое воплощение.

Исключительная значимость политической экономии связана с тем, что она обладает всемирно-объединяющей силой в жизни всего человечества.

Все сказанное раскрывает тайну того, почему философы изуча­ ли, анализировали и писали о политической экономии, участвуя в ее углубленно-обобщающем осмыслении.

§ 2. Философия и психология труда Труд как форма созидательной деятельности и выражение вы­ сокого предназначения человека. В Евангелии сказано, что не хле­ бом единым жив будет человек, но ведь там не сказано, что он будет жив без всякого хлеба! При этом следует иметь в виду, что потреб­ ности человека не сводятся к чисто животным потребностям.

Вспомним слова короля Лира:

...Нищие, и те В нужде имеют что-нибудь в избытке.

Сведи к необходимости всю жизнь, И человек сравняется с животным.

Потребность в жилище и одежде, в пище и ее приготовлении, надобность в одежде и множестве других вещей, которые имеют характер не только простой желательности, но и необходимости, приводят к тому, что жизнь человека чрезвычайно сложна. При этом человек привносит многообразие в свои потребности, а по мере того как вкус и полезность становятся критериями оценки, и сами потребности оказываются подчинены вкусам. Удовлетво­ рение потребности в конечном счете нацелено уже не на саму по себе потребность, а на вкусовые утонченности, характерные для культуры и даже моды, что в свою очередь порождает особые же­ лания, а их великое множество. Когда люди привыкают к тому, чтобы пользоваться многим, у них это многообразие желаемого § 2. Философия и психология труда стремится куда-то в бесконечность. Цели переплетаются со сред­ ствами. Сами средства становятся целями. По словам Г. Гегеля, каждое удобство обнаруживает и свое неудобство, и этим изобре­ тениям нет конца. Само неудобство становится потребностью не столько для тех, кто непосредственно пользуется им, сколько для тех, кто ищет выгоды от его возникновения у других. Так разрас­ тается сфера услуг для удовлетворения всевозможных желаний и прихотей. Потребности и средства их удовлетворения становятся бытием и для других, потребностями и трудом которых взаимно обусловлено их удовлетворение. Все это порождает определенную сферу взаимоотношений людей: необходимость одних людей ори­ ентироваться на других, которые могут доставить им средства для удовлетворения их потребностей. Получая нужное мне от других, я должен производить нечто, что нужно им. Так ткется паутина хозяйственной жизни, где нити одних переходят к другим и на­ оборот, завязываются узелки экономической жизни общества, а ее стержнем являются потребности и труд.

Вся наша жизнь находится в роковой зависимости от удовле­ творения наших потребностей: без этого жизнь гибнет.

Таким образом, вся история цивилизации есть не что иное, как постоянная деятельность людей, ориентированная на достижение материальных и духовных благ. Всякий нравственно оправдан­ ный успех в жизни есть успех труда. В Священном Писании ска­ зано: «Ибо, когда мы были у вас, то завещали вам сие: если кто не хочет трудиться, то и не ешь» (Фессалон: 3—10). Занятие земле­ делием или промышленным производством, научным, художест­ венным творчеством или каким-либо иным трудом формирует бо­ гатство и предполагает добывание средств к существованию от своего труда, от практической хватки, от ума, а также существенно от опосредования потребностями и трудом других. В конечном счете всем, что человек потребляет, он обязан самому себе, своей собственной деятельности. В Священном Писании говорится: «От всякого труда есть прибыль, а от пустословия только ущерб» (При­ тчи: 14—23). Труд человека, направленный на удовлетворение его потребностей и интересов, в такой же мере есть удовлетворение потребностей и интересов других, как и своих собственных, и удов­ летворения своих потребностей он достигает лишь благодаря труду других. Еще в древности Архилох сказал: «Все созидает для смерт­ ных забота и труд человека». Умение продуктивно и вдохновенно трудиться — истинное сокровище для людей. Как говаривали у нас издавна: «Неустанный труд все препятствия преодолевает».

18- 546 Глава 16. Экономическая философия Труд являет собой выражение сущностных сил человека и его священный нравственный долг. Вне труда невозможна ни жизнь общества, ни бытие каждого отдельного человека. Не даром гово­ рится: что человек делает и как он это делает — таков он и есть. В Священном Писании сказано: «Все, что может рука твоя делать, по силам делай» (Еккл. 9:10). Труд развивает и возвеличивает че­ ловека, утверждает его собственно человеческое достоинство.

Даже раб, по словам Г. Гегеля, вынужденный под страхом смерти работать на господина, в конце концов возвышается над послед­ ним, превращается в подлинного господина, а господин, лишь на­ слаждающийся продуктами чужого труда, становится зависимым от своего раба, становится рабом раба.

Напомню и евангельское изречение: «По плодам их узнаете их».

Труд — это целесообразная деятельность людей, имеющая своим содержанием преобразование, освоение природных и соци­ альных сил для удовлетворения исторически сложившихся по­ требностей человека и общества;

труд — это и производство ма­ териальных благ, и воспитание человека, и врачевание, и управ­ ление людьми в экономической и духовной сферах жизни общества. Он порождает мир культуры, ее ценностей, при этом он и сам выступает в виде феномена культуры.

Различают труд умственный и физический: чисто мыслитель­ ное решение какой-нибудь проблемы — труд умственный, а вспашка земли — физический. К умственному труду относится научная работа, деятельность композитора, поэта и т.п. Это, ко­ нечно, весьма различные виды деятельности. Но при всем этом их различие не абсолютно, ибо всякая физическая работа содержит интеллектуальную составляющую: без определенной «смекалки» не обходится никакой физический труд. Труд одаренного челове­ ка, настоящего мастера своего дела характеризуется не только своей результативностью, но и эстетическим началом: с каким ис­ кусством мастер делает свое дело. Смотришь и любуешься самой работой, мастерством, тонкостью ума, изяществом исполнения. В труде важно умение, а оно у каждого уникально. Мудрость гласит:

«Если двое делают одно и то же, то это не одно и то же». Трудно всякое дело, если только не хочется его делать, и легко всякое дело, за которое мы беремся с полным убеждением в его плодо­ творности и надобности. Когда какое-либо дело делается нерадиво, беспорядочно и поспешно, то нечего ждать хороших результатов.

Анализируя сущность труда, важно иметь в виду множество аспектов. Одним из них является качество результата, которое § 2. Философия и психология труда зависит от мастерства субъекта деятельности, от меры его ответ­ ственности, от характера мотивации, от условий трудовой деятель­ ности — наличия должных орудий труда и вообще всех необходи­ мых средств производства. Поскольку трудовая деятельность по большей части протекает в коллективе, то важное условие продук­ тивности труда — моральный климат трудового коллектива, пси­ хологическая совместимость его членов. Не требует доказательств тот факт, что производительный труд никогда не бывает обособ­ ленно-индивидуальным, хотя он может осуществляться и индиви­ дуально. Человек как родовое существо несет в себе богатое насле­ дие хозяйственной деятельности предшествующих поколений и трудится, ощущая на своем труде влияние не только современного человечества, но и опыт предков. Он знает хозяйство только как общественное существо, какие бы формы ни принимала его инди­ видуальная деятельность. Труд создает блага, образующие собой «богатство» независимо от того, какова его мера: творя значимо новое, человек чувствует себя идущим впереди всего прошлого.

Будучи в самом процессе труда в настоящем, он пролагает дорогу в грядущее, увеличивая массив культурных ценностей. По словам И.А. Ильина, в труде природа и культура «братаются» друг с дру­ гом, а человеку выпадает на долю радость посредника в этом ве­ ковечном процессе.

Жизнь справедлива к людям: она не оставляет без вознаграж­ дения их труды. Она учит их трудолюбию, ибо с большей работой связывает и большее вознаграждение. «Но если произвол власти лишил их установленных природой наград, они проникаются от­ вращением к труду и праздность кажется им единственным бла­ гом»1.

Однако ничто так не истощает и не разрушает человека, как продолжительное физическое бездействие. Лень, как ржавчина, разъедает быстрее, чем труд изнашивает. По словам Авиценны, безделье и праздность не только рождают невежество, они в то же время являются причиной болезни. А труд творческий есть сред­ ство не только наслаждения, но и сохранения здоровья.

Труд, особенно на его творческом уровне, суть выражение вы­ сокого предназначения человека, образ Божий в человеке. Даже подневольный труд не уничтожает свободы человека, ибо осозна­ ние неволи и рабства доступно лишь свободному по природе суще­ ству, знающему, помнящему и ценящему свою свободу. Пожалуй, Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1955. С. 338.

Глава 16. Экономическая философия только бессмысленный труд вызывает у человека неприязнь, сим­ волом чего является безнадежное бремя вкатывать сизифов ка­ мень на гору, чтобы позволить ему скатиться вниз.

Как говорил Ильин, жизнь без труда позорна и несчастна, а честный труд есть уже наполовину само счастье;

да, конечно, толь­ ко наполовину: ибо цельное счастье — не только в честном, но, сверх того, еще и любимом и вдохновенном труде. Тут невольно вспоминаются мудрые слова Дж. Вашингтона: никакая нация не может достичь процветания, пока она не осознает, что пахать поле — такое же достойное занятие, как и писать поэму!

Ценность труда особенно остро ощущается, когда человек ока­ зывается безработным. По словам Ильина, безработица, как та­ ковая, пусть обеспеченная или даже затопленная частными и го­ сударственными субсидиями, унижает человека и делает его не­ счастным. Уже одно это томительное чувство, что «я в жизни не нужен» или что «мир во мне не нуждается», что «я выброшен из великого процесса мирового труда и стал социальной пылью, лишней и ветром гонимой пылью мироздания», пробуждает в сердце здорового человека ощущения личной несостоятельности, приниженности, обиды, горечи и унижения человеческого досто­ инства.

И в заключение напомню замечательные стихи В. Брюсова о труде:

В мире слов разнообразных, Что блестят, горят и жгут, — Золотых, стальных, алмазных, — Нет священней слова: «Труд!» Троглодит стал человеком В тот заветный день, когда Он сошник повел к просекам, Начиная круг труда.

Все, что пьем мы полной чашей, В прошлом создано трудом:

Все довольство жизни нашей, Все, чем красен каждый дом, Новой лампы свет победный, Бег моторов, поездов, Монопланов лет бесследный, Все — наследие трудов!

Все искусства, знанья, книги — Воплощенные труды!

В каждом шаге, в каждом миге Ясно видны их следы.

§ 2. Философия и психология труда И на место в жизни право Только тем, чьи дни — в трудах:

Только труженикам — слава, Только им — венок в веках!

Но когда заря смеется, Встретив позднюю звезду, Что за радость в душу льется, Всех, кто бодро встал к труду!

И, окончив день, усталый, Каждый щедро награжден, Если труд, хоть скромный, малый, Был с успехом завершен!

Феномен вложенного труда. К своему труду и его результатам человек относится многомерно — и с интеллектуальной, и с эмо­ циональной точки зрения. Он в значительно большей мере, чем иными составляющими, например затраченным временем, доро­ жит и склонен гордиться своим вложением в результаты общест­ венного труда: полезностью и личным мастерством, «смекалкой».

И если он «вложил в свой труд душу» и ему кажется, то у него «вышло здорово», он испытывает явную потребность, чтобы ре­ зультат его труда получил заслуженное признание со стороны дру­ гих, особенно «значимых других». Ведь людям каждой профессии свойственно естественное честолюбие или, скорее, гордость за то, что и как он сделал нечто, — чувство значимости сделанного. Это и понятно: именно в труде человек прежде всего самоутверждается как личность.

С особенной открытостью это проявляется у детей. Так, смас­ терив что-либо занятное и красивое, ребенок непременно покажет свое изделие родителям или сверстникам, ожидая похвалы. Если же их реакция будет отрицательной, то ребенок переживает и со злости может даже разорвать и бросить то, чем он только что лю­ бовался и в душе своей гордился перед своим собственным малень­ ким Я1.

Мудрость гласит: «Что дешево дается, то мало ценится».

И мало ценится не только посторонними, но и самим субъектом труда. Человека радует заслуженная похвала за результаты труда.

Но мед похвалы истинно сладок лишь тогда, когда в нем нет горечи чувства неудовлетворенности результатами самого труже­ ника: он болезненно чуток к самооценке и огорчается несправед­ ливой похвалой. Даже дети нередко отказываются от завышенных См.: Липкина А.И. Самооценка школьника. М., 1976.

550 Глава 16. Экономическая философия оценок, в глубине души своей чувствуя в этом акт несправедли­ вости.

Для того чтобы труд был осмысленным и продуктивным, он непременно должен содержать хотя бы элементы творчества. Гор­ дость человека понятна, когда он говорит: «Это сделал я, я вижу свой особый почерк в своей работе».

А сколь велика радость труда при каждом творческом дости­ жении! Только труд может сделать человека счастливым, приводя его душу в ясность, гармонию и довольство самим собой.

В Священном Писании сказано: «Чего бы глаза мои ни поже­ лали, я не отказывал им;

не возбранял сердцу моему никакого веселья;

потому что сердце мое радовалось во всех трудах моих;

и это было моею долею от всех трудов моих» (Еккл. 2:10).

Если прибегнуть к предельному обобщению, то можно сказать, что человеку свойственно вкладывать в свой труд какой-либо оп­ ределенный смысл. Человек не может быть безразличным к ре­ зультатам своего труда: он или преисполнен гордости его резуль­ татами, или недоволен ими, сокрушаясь от их бесполезности или плохого исполнения. В Священном Писании сказано: «И оглянул­ ся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их, и вот, все суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем!» (Еккл. 2:11).

Человеку, по словам И.А. Ильина, от природы присуща здоро­ вая потребность — быть чем-то в жизни, что-то весить на весах бытия, пользоваться признанием и уважением. Это естественно и совсем не предосудительно, если только данная потребность не превращается в назойливое тщеславие или в больное властолюбие.

Каждое человеческое существо как центр личной энергии и как духовный индивидуум имеет притязание и право испытать свои силы и «оправдаться» своими достижениями, ибо тот, кто оправ­ дался, кто «показал» себя с лучшей стороны и доказал всем свою положительную силу, тот привлекает к себе общее уважение и сам установит свой жизненный вес. А для этого есть только один путь — трудиться и трудом своим создавать новое и благое. В этом и состоит жизненное испытание;

именно этим человек «оправды­ вает» свое земное бытие. Здесь мало «мочь», здесь надо совершить и создать;

мало говорить пустые слова «я мог бы, если бы захотел», надо захотеть и осуществить, «показать себя на деле». А для этого необходимо мастерство. Неумелый человек, по словам Г. Гегеля, всегда производит не то, что он хочет произвести, потому что он не господин своей собственной деятельности, тогда как умелым может быть назван рабочий, который производит предмет таким, § 3. Философия техники каким он должен быть, и не обнаруживает в своей субъективной деятельности противодействия цели1. В этом-то человек и находит признание со стороны других и самопризнание: он законно гор­ дится своим делом в виде его результатов. В этом и заключается суть феномена вложенного труда.

§ 3. Философия техники Понятие техники. Философия труда, только что рассмотрен­ ная, находит свое прямое и логическое продолжение в философии техники, а обе эти проблемы органическим образом вписаны че­ ловечеством в практику, стало быть, и в теорию, включены в сферу экономики, в которой труд и техника занимают стержневое поло­ жение: именно на них возвышается все здание экономической жизни общества. Под техникой2 понимается система созданных средств и орудий производства, а также приемы и операции, уме­ ние и искусство осуществления трудового процесса. В технике человечество аккумулировало свой многовековой опыт, приемы, методы познания и преобразования природы, воплотило все дости­ жения человеческой культуры. В формах и функциях техничес­ ких средств своеобразно отразились формы и способы воздействия человека на природу. Будучи продолжением и многократным уси­ лением органов человеческого тела (рук, ног, пальцев, зубов, глаз и других органов чувств, а ныне и мозга, например компьютеры), определенные технические устройства в свою очередь диктуют че­ ловеку приемы и способы их применения: из лука стреляют, а с помощью комбайна осуществляют сложные сельскохозяйствен­ ные операции, молотком забивают гвозди, а с помощью гвоздодера их вытаскивают. Техника возникает, когда для достижения цели вводятся промежуточные средства. Таким образом, техника как «производительные органы общественного человека» есть резуль­ тат человеческого труда и развития знания и одновременно их средство.

Цель и функция техники — преобразовывать природу и мир человека в соответствии с целями, сформулированными людьми на основе их нужд и желаний. Лишь редко люди могут выжить без своей преобразующей деятельности. Следовательно, техни 1 См.: Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 239.

От греч. techne — искусство, мастерство, умение.

Глава 16. Экономическая философия ка — это необходимая часть человеческого существования на про­ тяжении всей истории.

Некоторые технические средства созвучны неорганической природе, другие созвучны растительной и чувственной (или жи­ вотной) жизни, третьи копируют специфически человеческие ор­ ганы и органические функции1. Человеческие существа могут ре­ ально воспроизводить лишь себя, и в этом самовоспроизведении индивидуальные параметры и функции остаются аналогичными, даже если они возрастают или уменьшаются экстенсивно или ин­ тенсивно.

Преобразования экономических отношений в промышленнос­ ти и сельском хозяйстве, разработка и внедрение новых техноло­ гий, обоснованных наукой, — это две стороны единого процесса социально-экономического развития общества.

Техника не есть цель сама по себе. Она имеет ценность только как средство. Конечно, можно рассматривать технику как само­ стоятельный феномен, но эта самостоятельность относительна:

техника органически вписана в контекст социального бытия и со­ знания, составляя основу цивилизации, она находится в потоке текущего исторического времени и постоянно прогрессирует.

Сама по себе техника не хороша и не дурна. Все зависит от того, что из нее сделает человек, чему она служит, в какие условия он ее ставит, и вопрос в том, что за человек подчинит ее себе, каким проявит он себя с ее помощью. Техника не зависит от того, что может быть ею достигнуто. В качестве самостоятельной сущнос­ ти — это бесплодная сила, парализующий по своим конечным ре­ зультатам триумф средства над целью2. Как бы могущественно сильна ни была техника в своих созидательных и разрушительных возможностях, она в принципе всегда — и прежде в веках, и в сколь угодно отдаленном грядущем — есть средство, орудие, под­ чиненное разуму и воле человека. А разум, по Г. Гегелю, «столь же хитер, сколь могуществен»3.

1 Техника и техническая деятельность стали предметом философской рефлек­ сии уже в древности, во времена Аристотеля. Появление же философии техники как новой области философского знания обычно связывается с выходом в свет труда Э. Каппа «Основания философии техники» (1877).

Природа и сущность техники в ее философском осмыслении трактуются раз­ ными авторами по-разному. Мне импонируют размышления К. Ясперса, во многом следующего пониманию известного философа техники Ф. Дессаура, пред­ ставлявшиеся нам весьма содержательными (см.: Dessauer F. Streit um die Tech nik. Freiburg in Breisgan: Verbag Herder K.G., 1959;

Ясперс К. Современная тех­ ника // Новая технократическая волна на Западе. М., 1986. С. 119—146).

Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. М.;

Л., 1930. С. 318-319.

§ 3. Философия техники М. Хайдеггер, философски анализируя технику, показал, что исторически возникновение и специализация наук, ориентирован­ ных на технику, да и сами науки развиваются во многом благодаря успехам техники, в частности приборостроения. По Хайдеггеру, техника не просто конструирует «технический мир», она подчи­ няет своему императиву едва ли не все пространство социального бытия, оказывая влияние на осмысление истории, в частности на ее периодизацию. Ныне не вызывает сомнения, что последствия вторжения техники невероятно многообразны, а в отдаленной пер­ спективе даже непредсказуемы. Техника является важнейшим средством обнаружения глубинных свойств сущего, например в медицине, в астрономии, в биологии.

Ныне наблюдается бурное развитие техники, а вместе с тем расширяются и философские исследования феномена техники:

«Философия техники, понимаемая как философия человека, настаивает на том, что скорее техника должна быть подчинена человеческому императиву, чем человек подчинен императиву техническому. Философия техники настаивает на том, чтобы человек относился с уважением к хрупкому равновесию в природе и давал разрешение лишь на такую инструментализацию мира, которая укрепляет это равновесие, не разрушая его. Она настаивает на том, что знание человека не должно быть направлено против остального творения, что знание это не должно быть силой, используемой с целью контроля и манипулирования, но скорее должно служить лучшему пониманию природы вещей и гармоничному в нее включению.

Она настаивает на том, что человеческое понятие прогресса должно означать не вымирание других творений природы и в то же время омертвение душевных и чувственных потенций человека, но скорее увеличение своеобразия человека, ко­ торое свершится главным образом через расширение его духовности. Философия техники утверждает, что общество и цивилизация преподали нам серьезный урок, к которому в прошлом мы были склонны относиться легкомысленно, но который способен сохранить наши здоровье, единство и целостность через наше сознатель­ ное приобщение к природе вещей — приобщение, значительно более глубокое, чем погоня за материальным прогрессом».

Человек и техника. Человек всегда был связан с техникой;

он производит и использует или потребляет продукты техники. Но в то же время и сам человек — продукт своей технической деятель­ ности.

Исторический процесс развития техники включает три основ­ ных этапа: орудия ручного труда, машины, автоматы. Техника в своем развитии сейчас, пожалуй, начинает приближаться к чело­ веческому уровню, двигаясь от аналогии с физическим трудом и Сколимовски X. Философия техники как философия человека // Новая технократическая волна на Западе. М., 1986. С. 249.

Глава 16. Экономическая философия его организацией к аналогиям с ментальными свойствами челове­ ка. Пока мы достигли зоологической стадии техники, которая дей­ ствительно значительно разработана.

Чем менее материальной, физической или наглядной является техническая имитация человека, тем сложнее овладеть техникой и контролировать ее. Так как все, что сделано человеком, проис­ ходит от его человечности, техника всегда является средством для самореализации и познания самого себя. По словам А. Хунига, техника во все исторические моменты выражает людей и идею человечности данного времени. Это становится ясным в результате разработок в современной технике, особенно в таких отраслях, как микробиология и информатика. Новые открытия и изобретения в этой области могут привести к новому знанию о человеке и чело­ веческом мире.

Одной из важнейших проблем, которой занимается философия техники, является проблема и концепция человека, создающего и использующего технику. Особенность этой проблемы в настоящее время связана с выросшей до беспредельности технологической мощью, имеющейся в распоряжении человека. При этом число людей, которых затрагивают технические мероприятия или их по­ бочные эффекты, увеличилось до громадной величины. Затрону­ тые этими воздействиями люди уже более не находятся в непосред­ ственной связи с теми, кто производит данные воздействия. Далее, природные системы сами становятся предметом человеческой де­ ятельности. Человек своим вмешательством может их постоянно нарушать и даже разрушать. Несомненно, это абсолютно новая ситуация: никогда прежде человек не обладал такой мощью, чтобы быть в состоянии уничтожить жизнь в частичной экологической системе и даже в глобальном масштабе или решающим образом довести ее до вырождения.

Поэтому общество не должно без предварительной экспертизы производить все, что может производить, не должно делать все то, что оно может делать, и, несомненно, не сразу же после открытия новых технических возможностей.

Создав такое орудие труда, как компьютер — кибернетическую систему, моделирующую различные виды мыслительной деятель­ ности, оперирующую сложными видами информации, человек произвел свой интеллектуально-информационный аналог, создал псевдосубъекта. Конечно, компьютерная система — прежде всего орудие труда. Человек активно воздействует на него, постигая при взаимодействии с ним его возможности, изменяет, совершенствует § 3. Философия техники его — это одна сторона взаимодействия, которая условно может быть названа объектовой. В то же время современный компью­ тер — уже не простое орудие. Хотя и не в полной мере и не в совершенном виде он представляет собой функциональный аналог мыслительной деятельности. Человек, взаимодействуя с ним, ис­ пытывает на себе его влияние — это другая, условно говоря, гума­ нитарная сторона взаимодействия.

По мнению Н. Винера, проблема совместного функционирова­ ния, взаимной коммуникации человека и машины является одной из узловых проблем кибернетики1. Производство персональных компьютеров достигло десятков миллионов в год, и в сферу взаи­ модействия с компьютерами вовлечены значительные массы людей во всем мире. Поэтому проблема взаимодействия человека с компьютером из проблемы кибернетики, психологии и других специальных дисциплин в ближайшие годы может перерасти в глобальную, общечеловеческую.

Взаимодействие между человеком и машиной — это взаимо­ действие между думающим, чувствующим, наделенным волей и сознанием существом и неодушевленным, небиологическим по своей природе устройством. Человек руководствуется мотивом, ос­ мысливает предмет деятельности, реализует цель, вырабатывает средства ее достижения, учитывает в своей деятельности различ­ ные особенности данного средства труда, на основе использования которых можно достигнуть необходимого результата. Машина, ко­ нечно, лишена мотивации к решению задачи, у нее нет межлич­ ностного отношения к человеку-партнеру и нет потребности стро­ ить такого рода отношения для достижения цели. Сама цель за­ дается машине извне — тем, кем она управляема. Машине недоступны неточные формулировки, неопределенные высказы­ вания. Она требует от человека умения оперировать буквальными значениями, строить свои сообщения в строгом соответствии с пра­ вилами формальной логики.

О демонизме техники. Демонизм — это символ злого начала.

Когда речь идет о демонизме применительно к технике, то имеют­ ся в виду непредсказуемые губительные последствия ее использо­ вания для человека, общества и всего человечества, ее пагубное воздействие на природу.

По словам К. Ясперса, проницательных людей с давних пор охватывал ужас перед техническим миром, ужас, который, по су См.: Винер Н. Творец и робот. М., 1966.

556 Глава 16. Экономическая философия ществу, не был еще вполне осознан ими. Полемика И.В. Гете с И. Ньютоном становится понятной, говорит Ясперс, только если исходить из потрясения, которое ощущал Гете, взирая на успехи точных наук, из его неосознанного знания о приближающейся ка­ тастрофе в мире людей. Вместе с тем многие социальные мысли­ тели защищали принципы исторического прогресса, возлагая на­ дежды на все более глубокое познание природы и на достижения техники, полагая, что это принесет всеобщее счастье. Некоторые отрицательные последствия использования техники тогда каза­ лись лишь следствием злоупотребления, суть которого можно вы­ яснить, а последствия исправить.

Чем же угрожает человечеству технический прогресс? Напри­ мер, Ясперс считал, что все возрастающая доля труда ведет к ме­ ханизации и автоматизации деятельности работающего человека:

труд не облегчает бремя человека в его упорном воздействии на природу, а превращает его в часть машины. Необходимо подчерк­ нуть такую мысль: техника, будучи созданной человеком, направ­ лена на то, чтобы в ходе преобразования всей трудовой деятель­ ности преобразовать и самого человека: его мышление, весь склад его души становится все более «технарским». В связи с этим Яс­ перс замечает, что в технике заключены не только безграничные возможности полезного, но и безграничные опасности: техника превратилась во все увлекающую за собой силу. Никогда ранее человек не располагал такими созидательными техническими воз­ можностями и никогда еще он не владел такими разрушительны­ ми средствами. Можем ли мы надеяться на то, что все беды, кото­ рые связаны с техникой, когда-нибудь будут подчинены власти человека? Этот роковой вопрос терзает умы и сердца глобально мыслящих людей. Часто можно слышать ответ, проникнутый глу­ бокой грустью: на демона техники нет никакой управы. Увлечен­ ные изобретением, усовершенствованием технических средств, люди уходят всеми силами своей души в сам процесс творчества, к тому же экономически остро мотивированного запросами рынка.

Все думают о своем, а в целом все мы движемся к неминуемой катастрофе. И дело, видимо, только во времени.

Вся дальнейшая судьба человека, по словам Ясперса, зависит от того способа, посредством которого он подчинит себе последст­ вия технического развития и их влияние на его жизнь, начиная от организации доступного ему целого до его собственного поведе­ ния в каждую данную минуту, в том числе и общения с природой, с ее поникшими жизненными силами.

§ 4. Человек, общество и природа: проблемы экологии § 4. Человек, общество и природа: проблемы экологии О единстве человека и природы. Кажется, чего проще — раз­ делить природные и общественные начала — одни предметы отне­ сти к природе, а другие — к обществу. На самом деле это не так просто. Деревья в саду посажены человеком. Их семена и процесс роста — природный факт. Почва — часть природы, преобразован­ ная человеком. Домашние животные — объекты природы, в кото­ рых в известной мере реализованы цели человека посредством ис­ кусственного отбора. Здания построены человеком, а материалы, которые для этого использованы, — дар природы. Человек есть, конечно, природное существо;

он — венец природы, высший био­ логический вид. Но он прежде всего социальное существо. Человек живет на Земле в пределах тонкой ее оболочки — географической среды. Это та часть природы, которая находится в особо тесном взаимодействии с обществом и которая испытывает на себе его воздействие. В географическую среду входят не только река, ко­ торая прямо или косвенно связана с человеческой деятельностью, но и канал, не только берег, но и дамба, не только лес, но и искус­ ственная лесная полоса, так же как и поля, и выгоны, и пастбища, и луга, и города, и все другие поселения, климатические и почвен­ ные условия, полезные ископаемые, растительное и животное цар­ ство.

В географической среде возникла и развивается жизнь. Исто­ рия человечества есть продолжение истории Земли;

это, по словам А.И. Герцена, две главы одного романа, две фазы одного процесса, очень далекие на закраинах и чрезвычайно близкие в середине.

Географическая среда — это та часть природы (земная кора, ниж­ няя часть атмосферы, воды, почва и почвенный покров, раститель­ ный и животный мир), которая составляет необходимое условие жизни общества, будучи вовлеченной в процесс общественного бытия. Мы связаны с географической средой «кровными» узами, и вне ее наша жизнь невозможна: она является естественной ос­ новой жизни человека. Между природным и общественным нача­ лами нет пропасти, что, разумеется, не означает отсутствия каче­ ственной специфики. Несмотря на все свои качественные отличия, общество остается частью более обширного целого — природы.

А что мы вообще понимаем под природой? Хотя со словом « при­ рода» соединяются весьма разнообразные значения, но когда го­ ворится о природе вообще, без всякого ближайшего определения, то, по словам Вл. Соловьева, всегда подразумевается некоторое существенное и в себе единое начало, производящее из себя все Глава 16. Экономическая философия вещи. С этим согласуется и этимологическое значение слова «при­ рода», что указывает в ней на начало произведения или порожде­ ния вещей. Так как природа все из себя производит, то мы находим в ней основание всех вещей: она есть их единая общая основа1.

Со времени появления общества на Земле происходит три рода процессов: собственно природные, специфически общественные и как бы сплавленные, которые сочетают в себе и те и другие.

Диалектика взаимодействия природы и общества такова, что по мере развития общества его непосредственная зависимость от природы уменьшается, а опосредованная — усиливается. Это и понятно: познавая все в большей степени законы природы и на их основе преобразуя природу, человек увеличивает свою власть над ней;

вместе с тем общество в ходе своего развития вступает во все более широкий и глубокий контакт с природой. Человек и ис­ торически, и онтогенетически постоянно, изо дня в день общается с природой. Так, по словам И. А. Ильина, обстоит дело у земледель­ ца и у лабораторного ученого, у железнодорожного сторожа и ху­ дожника... Каждый из них по-своему вступает в общение с приро­ дой. Каждый учится у нее, каждый старается приспособиться к ней, использовать ее для своих целей, как бы уговорить ее. И это прислушивающееся уговаривание природы, это овладевающее ею обучение у нее, это осторожное одолевание и подчинение ее явля­ ется для каждого духовно живущего человека одной из радостей в земной жизни. Бывает так, что природа его умудряет, утончает своими красотами его эстетические чувства, иногда и наказует, а иногда награждает его сторицею2.

Природа требует взаимности: у нее нужно не только брать, но и давать. Природа на ранних этапах становления общества была или всевластной деспотический матерью, как говорит Вл. Соло­ вьев, младенчествующего человека, или чужой ему рабой, вещью.

В эту вторую эпоху пробудилось безотчетное и робкое чувство Интересно, что в самом слове «природа» выражен генетический аспект про­ исхождения человека: ведь слово «природа» имеет общий корень со словами «род», «родить». И недаром в народном сознании это сложилось в словосочетании «мать-природа». Именно у нее искал защиту в трудную минуту человек, она была и есть его советчик и покровитель. Она нас выводит на свет Божий, она и обратно берет нас в себя в конце нашей жизни. Природа это живой организм. Вспомните слова Ф.И. Тютчева:

Невозмутимый строй во всем, Созвучье полное в природе, — Лишь в нашей призрачной свободе Разлад мы с нею сознаем.

См.: Ильин ИЛ. Путь к очевидности. М., 1993. С. 319.

§ 4. Человек, общество и природа: проблемы экологии любви к природе как к равноправному существу, имеющему или могущему иметь жизнь в себе.

Взаимодействие общества и природы. Каждое общество преоб­ разует географическую среду, используя достижения предыдущих эпох, и в свою очередь как бы передает ее в наследство будущим поколениям, превращая богатство ресурсов природы в средства культурно-исторической жизни. Неизмеримое количество челове­ ческого труда израсходовано на преобразование природы, и весь этот труд, по словам Д.И. Писарева, положен в землю, как в ог­ ромную сберегательную кассу. Труд человека вырубил леса для земледельческих угодий, осушил болота, насыпал плотины, осно­ вал деревни и города, оплел материки густой сетью дорог и сделал множество других дел. Человек не только переместил в другие климатические условия различные виды растений и животных, но и изменил их.

Невозможно анализировать общество, не принимая в сообра­ жение его взаимодействие с природой, поскольку оно живет в при­ роде. Воздействие общества на природу обусловливается развити­ ем материального производства, науки и техники, общественных потребностей, а также характером общественных отношений. При этом в силу нарастания степени воздействия общества на природу происходит расширение рамок географической среды и ускорение некоторых природных процессов: накапливаются новые свойства, все более отдаляющие ее от девственного состояния. Если лишить современную географическую среду ее свойств, созданных трудом многих поколений, и поставить современное общество в исходные природные условия, то оно не сможет существовать: человек гео­ химически переделал мир, и этот процесс уже необратим.

Но и географическая среда оказывает немаловажное влияние на развитие общества. Человеческая история — наглядный при­ мер того, как условия среды и очертания поверхности планеты способствовали или, напротив, препятствовали развитию челове­ чества. Если на Крайнем Севере, в этой оледеневшей стихии, че­ ловек вырвал у негостеприимной, суровой природы средства су­ ществования ценой мучительных усилий, то в тропиках, в этом царстве ярких благоухающих цветов, вечной зелени и сочных пло­ дов, необузданная пышность расточительной природы ведет чело­ века, как ребенка, на помочах. Географическая среда как условие хозяйственной деятельности общества может оказывать опреде­ ленное влияние на хозяйственную специализацию стран и райо­ нов.

Глава 16. Экономическая философия Идея биосферы. Природная среда жизни общества не ограни­ чивается географической средой. Качественно иной естественной средой его жизни является сфера всего живого — биосфера, вклю­ чающая населенную организмами верхнюю часть земной коры, воды рек, озер, морей и океанов, а также нижнюю часть атмосфе­ ры. Ее структура и энергоинформационные процессы определяют­ ся прошлой и современной деятельностью живых организмов. Она находится под влиянием космических, а также глубинных под­ земных воздействий: это гигантская природная биофизическая и биохимическая лаборатория, связанная с преобразованием сол­ нечной энергии через зеленый покров планеты. В результате дли­ тельной эволюции биосфера сложилась как динамическая, внут­ ренне дифференцированная равновесная система. Но она не оста­ ется неизменной, а, будучи самоорганизующейся системой, развивается вместе с эволюцией Вселенной и всего живого. Исто­ рия жизни на нашей планете показывает, что глубокие преобра­ зования происходили уже не раз и качественная перестройка био­ сферы приводила к исчезновению разных видов животных и рас­ тений и появлению новых. Эволюционный процесс биосферы имеет необратимый характер.

Ноосфера. Наш выдающийся естествоиспытатель и мыслитель В.И. Вернадский, являясь одним из создателей антропокосмизма, представляющего в единстве природную (космическую) и челове­ ческую (социально-гуманитарную) стороны объективной реаль­ ности, исследовал проблему перехода биосферы в ноосферу. Имен­ но он ввел само понятие «ноосфера». Эти идеи развивал далее, но в этом же духе П. Тейяр де Шарден, а у нас эти принципы разви­ вались А.Л. Чижевским в замечательном произведении «Земное эхо солнечных бурь» (М., 1976).

Помимо растений и животных организмов биосфера включает в себя и человека: человечество — часть биосферы. Причем его влияние ускоряет процесс изменения биосферы, оказывая все более мощное и интенсивное воздействие на нее в связи с развити­ ем науки и техники. С возникновением человечества осуществля­ ется переход к новому качественному состоянию биосферы — но­ осфере (от греч. noos — ум, разум), представляющей собой сферу живого и разумного. Ноосфера, таким образом, не отвлеченное царство разума, а исторически закономерная ступень развития биосферы, создаваемая прежде всего ростом науки, научного по­ нимания и основанного на ней социального труда человечества.

Можно сказать, что ноосфера — новая особая реальность, связан­ ная с более глубокими и всесторонними формами преобразующего § 4. Человек, общество и природа: проблемы экологии воздействия общества на природу. Она предполагает не только ис­ пользование достижений естественных и гуманитарных наук, но и разумное сотрудничество государств, всего человечества, и вы­ сокие гуманистические принципы отношения к природе — родно­ му дому человека.

Экология (от греч. oikos — обиталище, местопребывание) есть наука о родном доме человечества, об условиях обитания тех, кто его населяет. В более строгом определении экология — комплекс­ ное научное направление, изучающее закономерности взаимодей­ ствия живого с внешними условиями его обитания с целью под­ держания динамического равновесия системы общество — при­ рода.

Известно, что человеческая деятельность является тем кана­ лом, по которому осуществляется постоянный «обмен веществ» между человеком и природой. Любые изменения в характере, на­ правленности и масштабах человеческой деятельности лежат в ос­ нове изменений отношения общества и природы. С развитием практически-преобразующей деятельности человека увеличились и масштабы его вмешательства в естественные связи биосферы.

В прошлом использование человеком сил природы и ее ресурсов носило преимущественно стихийный характер: человек брал у природы столько, сколько позволяли его собственные производи­ тельные силы. Но научно-техническая революция столкнула че­ ловека с новой проблемой — с проблемой ограниченности природ­ ных ресурсов, возможного нарушения динамического равновесия сложившейся системы, а в связи с этим и необходимостью береж­ ного отношения к природе. Нельзя забывать: мы живем в мире, где царствует закон энтропии, где запасы полезных для нас ресур­ сов для промышленности и пропитания «рассеиваются» или, иначе говоря, исчерпываются невозвратимо. Если, таким образом, прошлый тип отношения общества к природе носил стихийный (а чаще безответственный) характер, то новым условиям должен со­ ответствовать и новый тип — отношение глобального, научно обо­ снованного регулирования, охватывающего как природные, так и социальные процессы, учитывающего характер и границы допус­ тимого воздействия общества на природу с целью не только ее со­ хранения, но и воспроизводства. Теперь стало ясно, что воздейст­ вие человека на природу должно происходить не вопреки ее зако­ нам, а на основе их познания. Видимое господство над природой, приобретаемое за счет нарушения ее законов, может иметь только временный успех, оборачиваясь в результате непоправимым ущер­ бом и для самой природы, и для человека: не стоит слишком обо Глава 16. Экономическая философия лыцаться нашими победами над природой, за каждую такую по­ беду она нам мстит. Еще Ф. Бэкон говорил: человек должен гос­ подствовать над природой, покоряясь ей. Человек не только адап­ тируется к условиям природной среды, но в своем взаимодействии с ней постоянно адаптирует ее, преобразуя ее в соответствии со своими потребностями и интересами. Однако воздействие челове­ ка на природу имеет тенденцию нарушать сложившийся баланс экологических процессов. Человечество вплотную столкнулось с глобальными экологическими проблемами, которые угрожают его собственному существованию: загрязнение атмосферы, истощение и порча почвенного покрова, химическое заражение водного бас­ сейна. Таким образом, человек в результате собственной же де­ ятельности вступил в опасно-острое противоречие с условиями своего обитания. Под тяжелым покровом седых небес, под этим свинцовым небом на отравленной, измученной земле, говорит С.Н. Булгаков, жизнь кажется какой-то случайностью, каким-то попущением, снисходительностью смерти. Окруженная кольцом смерти, постоянно окружаемая раскрытым зевом небытия, жизнь робко и скупо ютится в уголках Вселенной, лишь ценою страшных усилий спасаясь от окончательного истребления: биосфера стонет под тяжестью индустриальной цивилизации.

Мы все воюем с природой, а нам необходимо мирно сосущест­ вовать с ней. И не только в узкопрагматическом смысле, но и в широком нравственном масштабе: ведь мы призваны не властво­ вать над природой (и, безусловно, не покорять ее), а, наоборот, будучи детьми ее, должны лелеять и любить ее, как родную мать.

Осознание возможности глобального экологического кризиса ведет к необходимости разумной гармонизации взаимодействий в системе техника — человек — биосфера. Человек, превращая все большую часть природы в среду своего обитания, расширяет тем самым границы своей свободы по отношению к природе, что долж­ но обострять в нем чувство ответственности за преобразующее воз­ действие на нее. Здесь находит свое конкретное выражение обще­ философский принцип, связанный с диалектикой свободы и ответ­ ственности: чем полнее свобода, тем выше ответственность.

Этот принцип имеет и глубокий нравственно-эстетический смысл. Современная экологическая ситуация требует от человека именно такого отношения к природе, без которого невозможно ни решение встающих перед ним практических задач, ни тем более совершенствование самого человека как «части», порожденной самой же природой. Человеку по мере его развития всегда было свойственно не только рациональное, сугубо практическое, но и § 5. Собственность и самоутверждение личности глубокое эмоциональное, нравственно-эстетическое отношение к природе. Нравственное отношение человека к природе обусловле­ но нравственным отношением к людям. Заповедь собственно чело­ веческого труда гласит: с усилием возделывать природу для себя, для всего человечества и для нее самой.

Перед лицом экологической катастрофы трудно не осознать единства природы и общества, их органической связи и ответст­ венности человека перед своей матерью-природой.

§ 5. Собственность и самоутверждение личности Идея собственности. Проблема собственности является ключе­ вой в понимании экономической сферы жизни общества. Собст­ венность есть исторически сложившееся человеческое установле­ ние. Ж. Ж. Руссо говорит: «Собственность — это истинное основа­ ние гражданского общества и истинная порука в обязательствах граждан, ибо если бы имущество не было залогом за людей, то не было бы ничего легче, как уклониться от своих обязанностей и насмеяться над законами»1.

Историки направляют свое внимание прежде всего на способы и формы воплощения собственности. Они показывают, как сложно и изменчиво само явление собственности, сколь многоразличны его виды и как исторически видоизменяются конкретные формы его проявления. Историческая трактовка, как и всякое историчес­ кое изучение, не дает еще идеи собственности в ее обобщенном, сущностном содержании.

Юристы изучают собственность как то, что уже принято счи­ тать собственностью в действующих законодательных актах, что установлено в системе существующих правовых документов.

У политиков иная задача: они стремятся определить, в каком направлении должны быть изменены существующие институты собственности, как целесообразно организовать соотношение форм собственности в интересах более эффективного развития экономи­ ки и всех иных сфер жизни общества.

Философия в отличие от юриспруденции и политики призвана к тому, чтобы вникнуть в саму сердцевину феномена собственнос­ ти, осмыслить ее в наиболее общем существе, т.е. понять идею собственности, вникнуть к ее природу.

Философия в «Энциклопедии» Дидро и Д'Аламбера. М., 1994. С. 461.

Глава 16. Экономическая философия Мы видим, что «принцип собственности», который внедрен ис­ торией в центр политического, социального и экономического мира, по своей сути достаточно зыбок: его суть сводится к право­ вым отношениям. Стремления отыскать внеправовые и доправо вые, т.е. внеюридические (в смысле положительного права), осно­ вы собственности были всегда свойственны человеческому разуму.

Согласно естественно-правовым воззрениям, по Н.Н. Алексееву, происхождение института собственности сводилось к тому перво­ начальному договору, который заключали между собой люди в естественном состоянии и в результате которого вообще возник организованный порядок — положительное право, общественная власть и государство. Так же как люди согласились между собой повиноваться избранным ими властям, вследствие чего возникло государство, подобным же образом они согласились взаимно ува­ жать общие имущественные интересы, вследствие чего был уста­ новлен гражданский порядок общежития, основой которого явля­ ется личная собственность1. Историческое знание говорит: подоб­ ных договоров реально не существовало и не могло существовать.

Кроме того, подобными договорами ничего объяснить нельзя: ведь чтобы договориться о том, что является «моим», а что — «твоим», нужно заведомо понимать суть собственности. И не даром сторон­ ники естественного права и теории общественного договора, чув­ ствуя зыбкость своей позиции, пытались отыскать помимо до­ говора другие доправовые основы собственности. Дж. Локк, на­ пример, усматривал эту основу в труде, а Ж. Ж. Руссо — в насильственном захвате, скажем, участка земли.

Обладание или владение чем-либо как собственностью предпо­ лагает физическую связь субъекта собственности с тем, чем он об­ ладает. Но сама собственность — это не обязательно «вещь в руках». Это прежде всего право на владение вещью, причем сама вещь, скажем автомобиль, может быть украдена, т.е. не находить­ ся во владении собственника, но она именно его собственность по праву. Иначе говоря, собственность есть право, т.е. особо установ­ ленный принцип признания согласно правовым нормам, действу­ ющим в данном обществе, за определенными лицами положитель­ ной возможности владения и распоряжения вещами и охрана такой возможности от посягательства со стороны других (в част­ ности, криминальных) лиц. «Для собственности как наличного См.: Алексеев Н.Н. Собственность и социализм // Русская философия собст­ венности. СПб., 1993.

§ 5. Собственность и самоутверждение личности бытия личности недостаточно моего внутреннего представления и моей воли, что нечто должно быть моим, для этого требуется всту­ пить во владение им. Наличное бытие, которое такое воление тем самым получает, включает в себя и признание других... Внутрен­ ний акт моей воли, который говорит, что нечто есть мое, должен быть признан и другими»1. Основания собственности лежат в пра­ вовых установлениях, в законах, определяющих в каждом госу­ дарстве существо собственности и ее отличительные черты. «В го­ сударствах Нового времени обеспечение собственности — это ось, вокруг которой вращается все законодательство и с которой так или иначе соотносятся большей частью права граждан»2.

Итак, собственность — это право каждого человека, входяще­ го в состав того или иного сообщества (семья, акционерное обще­ ство и т.п.), владеть, пользоваться и распоряжаться благами, за­ конно им приобретенными.

Основание собственности заключается в самом существе чело­ века, в самом содержании его духовного мира. Мы четко отличаем «себя от своего»: все являющиеся в нас мысли, чувства и желания мы определяем как свои и отделяем от того, кому они принадле­ жат, т.е. от себя как мыслящего, чувствующего, желающего.

Таким образом, даже в области внутренней, духовной жизни мы находим некую «личную собственность». Мы утверждаем: «Мои мысли, мои чувства, моя воля, этот поступок мой». Да и о своей телесности мы говорим: «Моя рука, моя голова и т.д.». Так мы полагаем свои, т.е. принадлежащие нам, наши составляющие — духовные и телесные.

Если понимать собственность в строгом смысле как право упот­ ребления и злоупотребления своей вещью, то по отношению к телу, говорит Вл. Соловьев, такое право не признается безусловным: соб­ ственность есть идеальное продолжение личности в вещах или ее перенесение на вещи.

В качестве полного собственника вещи я являюсь собственни­ ком ее ценности, получаю права на ее потребление, а также рас­ поряжение ею: через вступление во владение вещь получает пре­ дикат «моя». Вещь как собственность служит для потребления.

Потребление есть реализация потребности посредством изменения формы, поглощения, уничтожения или продажи, сдачи в аренду.

По словам Г. Гегеля, «я могу отчуждать мою собственность, так 1 Гегель Г.В.Ф. Работы разных лет. М., 1971. Т. 1. С. 230.

2 Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 108—109.

566 Глава 16. Экономическая философия как она моя лишь постольку, поскольку я вкладываю в нее мою волю, и я могу вообще отстранить от себя свою вещь как бесхозную или передать ее во владение воле другого, но могу сделать это лишь потому, что вещь по своей природе есть нечто внешнее»1.

Собственность приобретается тремя путями: наследованием, трудом и завладением, т.е. захватом. Стержневым основанием соб­ ственности является труд. Произведение своего труда и усилия, естественно, становятся своими, делаются частной собственнос­ тью.

Всякий человек, по мысли Вл. Соловьева, в силу безусловного значения личности имеет право на средства для достойного суще­ ствования;

так как для отдельного человека самого по себе это право существует только в возможности, действительное сущест­ вование или обеспечение этого права зависит от общества, а отсюда следует обязанность лица перед обществом — быть ему полезным, трудиться для общего блага. Только в этом смысле труд есть ис­ точник собственности на то, что им заработано. И. Кант писал:

«Богатство, хотя бы и без заслуг, почитается даже людьми беско­ рыстными, потому, вероятно, что с представлением о нем связы­ ваются мысли о великих деяниях, которые посредством него могли бы быть совершены. Это уважение выпадает заодно и на долю не­ которых богатых мерзавцев, которые подобных деяний никогда не совершают и не имеют никакого понятия о благородном чувст­ ве, которое единственно могло бы придать богатствам какую-то ценность»2.

Определение доправовых основ собственности лучше всего, по Н.Н. Алексееву, приурочить к основным категориям права, пред­ полагаемым каждым правовым институтом, поскольку мы мыс­ лим его как правовое установление. Существует четыре такие пра­ вовые категории: правовой субъект, правовой объект, правовое содержание, правовое отношение. Нельзя мыслить институт соб­ ственности без того, чтобы не предположить некоторое лицо, ко­ торое является собственником. Нельзя мыслить собственность без наличия некоторого предмета, на который простирается собствен­ ность. Нельзя мыслить институт собственности без отношения субъекта собственности к объекту собственности. И, наконец, нельзя мыслить, что отношения собственника к предмету собст­ венности не будут затрагивать правовых отношений других лиц и 1 Там же. С. 296.

2 Кант И. Сочинения: В 6 т. М., 1964. Т. 2. С. 134.

§ 5. Собственность и самоутверждение личности не предполагают их. Положительное право в качестве необхо­ димой основы установленной собственности предполагает су­ ществование определенного «кто» (субъект), определенного «что» (объект), определенного отношения к обществу (правоотноше­ ния)1.

Субъект собственности. Субъектом права является физический индивидуум (здесь допускается известная условность: ведь бес­ плотный дух ни в чем не нуждается, да и в раю нет никаких пра­ вовых отношений, поэтому и подчеркивается идея телесности субъекта собственности, иначе ведь и спросить не с кого). Из юри­ дической практики, особенно современной, известно, что факти­ ческими субъектами права собственности бывают не только физи­ ческие лица, но и юридические лица — «социальные организмы», например предприятия, акционерные общества и т.п. Совокупнос­ ти физических лиц не представляют собой некоторой хаотической смеси человеческих индивидуальностей: это определенные подо­ бия личностей, прежде всего в лице руководителей данного пред­ приятия, которые и вступают в правовые отношения (от лица всего коллектива) с другими предприятиями, государственными учреж­ дениями, иностранными фирмами или отдельными физическими субъектами. Юридические лица подобны физическим субъектам, они не менее физичны и не менее духовны и в этом отношении подобны личностям с их физическими и духовными потребностя­ ми и интересами. Поэтому они так же являются субъектами прав и обязанностей, как и физические лица.

Обретение субъектом собственности во владение и распоряже­ ние ею создает для него новую сферу свободы: он может распоря­ жаться собственностью многообразными способами. Свое право быть свободным властелином собственности человек осуществляет тем, что вкладывает свой труд в свою собственность, сообщая ей таким образом свою цель, свое определение и свою душу — своим трудом, творческой энергией своей души. Его воля получает новый способ своего бытия: собственность служит его целям.

Следовательно, собственность образует новую действитель­ ность, она дает новое бытие воле субъекта. Это необходимо для его жизни: субъект вкладывает свои духовные и физические силы в свою собственность с надеждой на ее «возвратную» отдачу, т.е. на то, что собственность удовлетворит его жизненные потребности и См.: Русская философия собственности. XVIII—XX вв. СПб., 1993. С. 349— 350.

Глава 16. Экономическая философия цели, будет участвовать в реализации смысла его жизни. Справед­ ливость требует, чтобы собственность была у каждого, ибо каждый субъект вписан самим фактом своего рождения и жизни в контекст социального бытия, в систему правовых отношений. Это совсем не значит, что необходимо и разумно имущественное равенство.

Люди не равны ни от природы, ни по своим особенностям, они равны лишь как правовые личности перед законом.

Объект собственности. Объектом собственности являются все те объекты материального или духовного порядка, созданные че­ ловеком либо данные природой, в которых люди нуждаются, но которые существуют в относительно ограниченном количестве и поэтому не могут быть приравнены, скажем, к воздуху (его пока (!) хватает всем на планете, и никто не стремится к его дележу и присвоению в качестве личной или общественной собственности).

В истории человечества всегда существовало два способа обре­ тения собственности — насильный захват (скажем, участка земли) или обработка какого-либо объекта. К обретению собственности человека толкала нужда в том, что имелось в наличии лишь в ограниченном количестве и что было необходимо как-то делить, захватывать. Редкость, ценность и нужность вещи составляют ос­ нову интереса к собственности. Так, человек, который выкорчевал лес и обработал участок земли, тем самым был вправе считать его своей собственностью;

если он каким-либо образом помечал этот участок (например, огораживал), то и окружающими участок вос­ принимался как чья-то собственность. Основание такого права со­ ставляют смекалка, труд и присвоение. (Разумеется, здесь имеется в виду не кража, а присвоение вещи, которая никому не принад­ лежит.) Принадлежность в смысле собственности принципиально отли­ чается от того, что составляет «части» нашего Я, например руки, ноги. Так, известный французский историк и политический дея­ тель А. Тьер писал:

«Посмотрим на нас самих и на то, что находится вблизи нас. Я чувствую, я мыслю, я хочу: эти чувства, эти мысли, эти волнения — все они относятся ко мне самому. Первая из моих собственностей и есть моя: я сам. Будем двигаться теперь дальше из моего внутреннего мира, из центра моего Я. Мои руки, мои ноги — разве они не мои без всякого спора и сомнения. Вот, следовательно, первый вид собст­ венности: я сам, мои способности, физические или интеллектуальные, мои ноги, руки, глаза, мой мозг, словом, мое тело и моя душа».

См.: Русская философия собственности. СПб., 1993. С. 354.

§ 5. Собственность и самоутверждение личности Мы считаем «своими» произведения нашего ума: научные, фи­ лософские, художественные статьи, книги и всевозможные изо­ бретения.

В известном смысле можно согласиться с У. Джемсом, который считает, что трудно провести грань между тем, что человек назы­ вает самим собой и своим. Личность составляет и сумма всего того, что человек «может назвать своим»: не только его физические и душевные качества, но также его платье, его дом, его жена, дети, предки, друзья, его любимые люди, его репутация и труды1. К этому я бы добавил еще имя, фамилию и отчество личности: ведь это не просто слова, а слова, наполненные смыслоразличительным и утвердительным смыслом. Это то, с чем человек как бы сраста­ ется, что неотчуждаемо2, кроме случаев, когда некто меняет все это с определенной целью, видимо, даже свыкаясь с заменой, но в глубинах своей души он знает, каковы его настоящие имя, отче­ ство и фамилия. Все это объект собственности. В отличие от других форм собственности «именная» собственность не завещается, не продается и, как правило, не меняется. Этот фамильно-именной вид собственности наполняется множеством тончайших нюансов смыслового характера. Мы говорим, например, «Пушкин». Эта фамилия не исчерпывается принадлежностью этому гению рус­ ской поэзии, а наполнена для нас аурой его гениальных творений, а ведь это его собственность и она бесценна. Книги его творений продаются, а духовная аура его творений всегда с ним.

За этим первым видом «собственности» якобы следует второй, именно тот, который не составляет частей тела и души человека, но который с ними непосредственно связан, составляя как бы их продолжение, — орудие труда. Орудие, которое человек держит в руках, составляет как бы продолжение его Я: человек считает его своим и считает его своей собственностью. Если подходить с чисто психологической точки зрения, то можно предположить, что по­ нятие собственности возникло в результате перенесения некото­ рых представлений, заимствованных из телесного и душевного мира человека, на область отношений людей к окружающим вещам. Однако это не может служить объяснением происхожде­ ния идеи собственности. В качестве уподобления можно, конечно, сказать: «Воля мне принадлежит» так же, как «мне принадлежит 1 См.: Джемс У. Психология. СПб., 1905. С. 145.

Здесь необходимо сделать скидку на прекрасный пол: женщина может ме­ нять свою фамилию и даже не один раз. В сущности же это не меняет дела: они ведь «срастаются» и с новыми для них фамилиями.

570 Глава 16. Экономическая философия моя одежда». Но по существу здесь совершенно различен внутрен­ ний смысл явлений, обозначаемых словом «принадлежит». То, что «принадлежит» составу нашей телесной организации и нашему духовному миру, связано с нашим Я такой тонкой интимной свя­ зью, что было бы просто насмешкой сравнивать это с нашими нос­ ками или шапкой: тут происходит полное изничтожение моего Я в его бытии. В чем здесь принципиальная разница? В том, что собственность есть нечто отчуждаемое: ее можно заложить, продать, купить, отдать в долг. А можно ли это сделать с моим характером, умом, головой, рукой? Разумеется, это в принципе невозможно сделать. Если бы можно было творить такие «чудеса», то мы разрушили бы наше Я. Составляющие нашего телесного и духовного Я неотчуждаемы, а собственность отчуждаема. Собст­ венностью не может быть не только какая-то часть или свойство личности, скажем талант, но и человек в целом. Если иметь в виду рабство, когда раб рассматривался как собственность рабовладель­ ца, то этот исторический факт является исключением и никак не может служить моделью принципа собственности.

Собственность как форма социальных отношений. Содержание института собственности определяется понятиями владения, использования и распоряжения, которыми обладает субъект над объектом. При этом речь идет не просто о фактическом владении, использовании и распоряжении, а о праве, т.е. юридически сан­ кционированной возможности владеть, пользоваться и распоря ясаться, признанной не только самим субъектом собственности, но и тем обществом, в котором он живет. Именно в силу этого собст­ венность выступает как форма социальных отношений.

Общие и частные общественные связи имеют место в разных областях жизни;

мы наблюдаем их, например, в экономике, а она неотделима от правовых отношений. Так, заключение договора между людьми являет собой типичный пример частного или об­ щего правоотношения. Собственность является также типичным примером правоотношений. Тот, кто имеет право собственности на что-либо — участок земли, дом и т.п., считает, что всякий другой человек или общество в целом обязаны воздерживаться от того, чтобы вмешиваться в его власть над тем, чем он владеет. Таким образом, собственность не есть чисто индивидуальное отношение гражданина к вещи или через посредство этой вещи к другому лицу, скажем, к покупателю. Если некто, живущий, как Робин­ зон, на необитаемом острове, считает свое имущество собственнос­ тью, то только воображая неопределенное количество каких-то лиц, обязанных уважать его право, не вмешиваться в него, терпеть § 5. Собственность и самоутверждение личности господство и распоряжение принадлежащими ему объектами. Но коль на необитаемом острове нет общества, то нет и никаких пра­ вовых отношений. Поэтому в данном случае нет смысла говорить о собственности в подлинном значении слова.

Собственность выступает как социальное явление не в том смысле, что она предполагает реальное наличие хотя бы несколь­ ких людей, а в том более глубоком смысле, что сама идея собст­ венности логически включает допущение определенной социаль­ ной связи, без которой вообще невозможно помыслить ни идею собственности, ни бытие последней.

Собственность предполагает момент публично-правовой огра­ ниченности, т.е. подразумевает целый ряд социальных обязаннос­ тей, которые общество возлагает на собственника, поскольку не может терпеть явного злоупотребления собственника своим пра­ вом, наносящего вред интересам общества, или неисполнения ле­ жащих на собственнике обязанностей. При этом государство может вмешиваться в права собственника, может ограничить его свободу и даже лишить его этого права, например при загрязнении окружающей среды.

О многообразии форм собственности. На вопрос, какая собст­ венность нам нужна, можно с определенностью ответить: «Много­ образная! Такая, которая призвана максимально разумным обра­ зом удовлетворять потребности и интересы граждан и общества в целом».

Закон о собственности является разумным и нравственно сан­ кционированным, если он построен по принципу наиболее рацио­ нально поставленной пирамиды: в ее основании находится человек с его интересами, а наверху — государство как нечто производное.

Все должно начинаться с основания пирамиды, т.е. с интересов личности.

Говоря о многообразии форм собственности, мы имеем в виду довольно известные вещи. Кто же не знает, что такое личная соб­ ственность? Это все, что принадлежит мне как лицу, — мои одеж­ да, обувь, мой портфель, мой письменный стол и т.д. Уже упоми­ налось, что личности принадлежат и ее физические, и духовные начала. Это то, на что никто не может претендовать, как на нечто общее, даже в рамках частной собственности. В личной собствен­ ности моя воля лична: я как индивидуальность владею, пользу­ юсь и распоряжаюсь этой собственностью, например моими одеж­ дой, обувью, книгами, пишущей машинкой и т.п. Под частной собственностью подразумевается все, что принадлежит семье, — это семейно-частная собственность. Частной может быть и собст Глава 16. Экономическая философия венность какой-либо группы владельцев, в том числе какой-либо компании. Большой массив собственности является обществен­ ной, т.е. принадлежащей государству. Это то, что принадлежит всем вообще и никому в частности, как это имело место при совет­ ской власти, да и теперь земля, например, в основном является еще общественной, т.е. государственной, собственностью.

Частная собственность тесно связана с самой природой челове­ ка, с его телесной и душевной организацией, с его насущными потребностями и ценностными ориентациями, с теми мотивами, которые вынуждают его трудиться, иметь свою семью, свой кров, свое хозяйство;

это то, в чем он находит свое самоутверждение, смысл своей жизни. Частная собственность — мощный источник продуктивного труда и свободной хозяйственной инициативы;

она способствует самореализации физических и духовных сил личнос­ ти. Частная собственность и рыночные отношения дают людям имущественную самостоятельность, развивают личную инициати­ ву, стимулируют и совершенствуют самодеятельные, предприни­ мательские навыки, воспитывают чувство ответственности в своем деле и вообще в жизни. И наконец, частная собственность укреп­ ляет правосознание, культуру законопослушания. Реальное бытие личности проявляется в его собственности.

Тот, кто отвергает частную собственность, тот принижает и даже унижает личностное начало, самодеятельность, самоцен­ ность творческого начала в личности, ее свободные искания и спо­ собность к риску. А этим он подрывает и интересы, в том числе экономические, общества, государства.

В нашей стране большевистский переворот лишил людей част­ ной собственности. Но время доказало неразумность этого шага.

Характеризуя ложный путь в сторону изничтожения самой идеи частной собственности, И.А. Ильин, несколько сгущая крас­ ки, писал, что человеку реально дан от Бога особый способ телес­ ного существования и душевно-духовной жизни — индивидуаль­ ный. И всякая теория, всякая педагогика или политика, которые с ним не считаются, обречены. Индивидуальный способ бытия от­ нюдь не исключает ни общения, ни единения, ни совместности людей, но всякое общение, всякое единение и всякая человеческая совместность, которые пытаются игнорировать личную раздель­ ность, самодеятельность и самоценность человеческого существа, идут по ложному и обреченному пути. Ложность этого пути обна­ руживается в наступающем снижении уровня и качества всех сто­ рон жизни: снижается уровень внешне-телесного существования (питание, одежда, жилище, здоровье), снижается уровень ду § 5. Собственность и самоутверждение личности шевной дифференцированности (сложности, многосторонности, тонкости и гибкости), падает качество труда, продукта, творчества и особенно нравственности, правосознания, искусства и науки.

Всякая культура — материальная и душевно-духовная — разла­ гается и извращается. Происходит некий провал в упрощенность, которая создается искусственно и потому лишена всех былых до­ стоинств. Творческие различия исчезают из жизни, уступая место монотонной одинаковости, одинаковой опустошенности, поваль­ ному оскудению1.

Частная собственность не изначальна: «мое» и «твое» появи­ лись в ходе истории. «Пользование стихийными предметами не может по своей природе сделаться частным, стать предметом част­ ного владения. В римских аграрных законах отражена борьба между общей и частной собственностью на землю;

частная собст­ венность как более разумный момент должна была одержать верх»2. И она одержала верх по праву своей разумности.

В связи с рассмотрением проблемы собственности нельзя обой­ ти такой «щекотливый» вопрос, как равенство. Хорошо известно, что не существует равенства людей от природы. Стало быть, не может быть равенства и в c(J)jpe собственности. «К тому же равен­ ство, которое хотели бы ввести в распределение имуществ, все равно было бы через короткое время нарушено. То, что осущест­ влено быть не может, не следует и пытаться осуществить»". Ибо люди действительно равны, но только перед законом. «Утвержде­ ние, будто справедливость требует, чтобы собственность каждого была равна собственности другого, ложно, ибо справедливость тре­ бует лишь того, чтобы каждый человек имел собственность»4.

Здесь Г. Гегель имел в виду частную собственность. Ведь истинно понятый принцип справедливости гласит: не «всем одно и то же», а «каждому свое». Это ясно, поскольку каждый человек, каждая семья уникальны во всех отношениях: и биологическая, и имуще­ ственная наследственность и наследование изначально разные.

Частная собственность предполагает ее наследование. Наслед­ ственная собственность, по словам Вл. Соловьева, есть пребываю­ щая реализация нравственного взаимоотношения в самой тесной, но зато и в самой коренной общественной сфере — семейной. На­ следственное состояние — это, с одной стороны, воплощение пере См.: Ильин ИЛ. Путь духовного обновления. Мюнхен, 1962. С. 242.

2 Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 104—105.

3 Там же. С. 108.

Там же.

574 Глава 16. Экономическая философия живающей, чрезмогильной жалости к детям, а с другой — реаль­ ная точка опоры для богочестивой памяти об отошедших родите­ лях. Но с этим, по крайней мере в важнейшем отделе собственнос­ ти — земельной, связан и третий нравственный момент — в отно­ шении человека к внешней природе, т.е. земле. Для большинства людей этот момент может стать нравственным только при условии непосредственной земельной собственности. Понимать земную природу и любить ее ради нее самой дано немногим;

но всякий, естественно, привязывается к своему родному уголку земли, к род­ ным могилам и колыбелям. Эта связь — нравственная и притом распространяющая человеческую солидарность на природу и этим полагающая начало ее одухотворению. Недостаточно признать в этой собственности очевидно присущее ей идеальное свойство, но необходимо укрепить и воспитать это свойство, ограждая его от слишком естественного в данном состоянии человечества перевеса низменных, своекорыстных побуждений. Должны быть положены решительные препятствия обращению с землей как с безразлич­ ным орудием хищнической эксплуатации и должна быть установ­ лена в принципе неотчуждаемость наследственных земельных участков, достаточных для поддержалия в каждом нравственного отношения к земле1.

Прав Г. Гегель, утверждая, что в идее платоновского государ­ ства содержится в качестве общего принципа неправо по отноше­ нию к лицу — лишение его частной собственности. Представление о благочестивом или дружеском и даже насильственном братстве людей, в котором существует общность имущества и устранен принцип частной собственности, может легко показаться прием­ лемым тем, кому чужды понимание природы свободы духа и права и постижение их в их определенных моментах.

Но именно марксизм и мы (его последователи) отрицали част­ ную собственность и ратовали за общественную, государственную собственность. В ней виделся волшебный ключ от всех социальных бед, к ней были устремлены все усилия, ради нее карательные органы ссылали и расстреливали миллионы невинных людей. Но кто из экономистов убедительно доказал, что именно эта форма собственности принесет благо всем людям и даже всему человече­ ству? Что именно эта форма собственности есть нечто самое разум­ ное и экономически продуктивное средство создания материаль­ ного благополучия народа? Что она — самая производительная 1 См.: Соловьев B.C. Сочинения: В 2 т. М., 1988 Т. 1. С. 437.

§ 5. Собственность и самоутверждение личности форма владения средствами производства? Что только она быстро приведет к изобилию и богатству, наиболее эффективно способст­ вуя повышению производительности труда? Этого никто никогда не доказал и не мог доказать! А все, что писалось и говорилось на этот счет, являлось или заблуждением революционно воспаленно­ го ума, или простой ложью, а зачастую и просто невежеством.

Однако мы растрачивали массу энергии на то, чтобы доказать всему миру, будто бы отмена частной собственности, «экспропри­ ация экспроприаторов», сведение собственности к колхозной и го­ сударственной, т.е. общественной, социалистической, и ведение именно такого способа хозяйствования есть самое лучшее, что можно придумать из всех видов хозяйствования в мировой исто­ рии. Постоянно твердя, что единственно верным критерием исти­ ны является практика и только практика, мы игнорировали этот критерий применительно к тому, какая форма собственности спо­ собствует высокой производительности труда и является надеж­ ным условием благополучия народа. Ведь для каждого добросо­ вестного человека было ясно, что при всех так называемых ком­ мунистических режимах люди живут если не в полной нищете, то в явной бедности. В их экономике — сплошные перекосы. Жизнь опровергла идею единственности общественной собственности, но иные «теоретики» и поныне цепляются за эту идею.

Ясно, что корень всех наших экономических и юридических проблем (а отсюда и политических) связан с характером собствен­ ности. Десятилетиями у нас была единственная форма собствен­ ности — государственная, но декларировалось, что собственность принадлежит всему народу. Это значит, что все ничье;

отсюда воз­ никло и соответствующее отношение и к собственности, и к труду.

(Ныне, похоже, у нас другая крайность: думаем, что, если найдем хозяина всему и везде, сразу наступит расцвет экономики.) Присмотримся к высокоразвитым и благополучным странам.

Там рабочий, инженер, менеджер отнюдь не рвется к тому, чтобы стать собственником предприятия. Отчуждены ли работники от средств производства, от готового продукта — все эти вопросы ни­ кого не волнуют: каждый интересуется мерой своего материаль­ ного благополучия, а является ли он наемным работником или хозяином предприятия — это уже зависит от обстоятельств, от случая, от наследства, от смекалки и т.п. Что же касается эксплу­ атации человека человеком, то мы все имеем разительный пример (основанный на нашем опыте) того, как государство способно экс­ плуатировать человека, народ в более жестокой, бесконтрольной Глава 16. Экономическая философия форме, чем любой современный капиталист, даже если он по на­ туре жестокий человек: ему профсоюзы не дадут сделать этого.

Подвергая острой критике марксистские воззрения на собст­ венность, И.А. Ильин писал:

«Ему нужно социализировать не только имущество, но и весь уклад человечес­ кой жизни, чувств и мыслей: ему нужно социализировать душу человека и для этого выработать новый тип — примитивного существа с вытравленной личностью и угасшей духовностью, существа, не способного к личному творчеству, но склон­ ного жить в стадном всесмешении».

Горький опыт созидания социализма показал, как история ре­ шительно исцеляет от того идолопоклонства, которое свойственно сторонникам якобы «единственно целесообразной» общественной и только общественной собственности.

§ 6. Сущность и составляющие социально-экономического управления Идея управления и необходимость его оптимального инфор­ мационного обеспечения. Управление различными видами мате­ риального и духовного производства стало самостоятельной про­ фессией, требующей специального образования, опыта, склада ума и даже характера. Появилась особая наука об управлении, которая опирается на исследования в таких областях, как эконо­ мика, социология, психология, математика и др. Сформировался и институт менеджеров — наемных специалистов по управлению различными областями деятельности, в том числе и развитием науки. Важными элементами системы управления наиболее раз­ витых государств являются выработка тактики планирования, внедрение эффективных методов организации труда, системы учета и контроля на основе широкого использования компьюте­ ров, информатики и т.п.

Общество, будучи целостным организмом, развивается как сис­ тема, элементы которой (сферы общественной жизни) находятся во взаимодействии друг с другом. Отсюда ясно, что и управление обществом должно быть системным, комплексным. Управление внутренне необходимо как для общества в целом, так и для каждой из его частей, поэтому степень организации механизмов управле­ ния может рассматриваться в качестве одного из существенных Ильин ИЛ. Указ. соч. С. 243.

§ 6. Сущность и составляющие социально-экономического управления показателей уровня развития и самого общества, и каждой из его сфер. Перефразируем известную мудрость: скажите, как управля­ ется данное государство и как выдвигаются люди на руководящие посты, и я предскажу его судьбу.

Экономика, трудовая деятельность, разделение труда, совмест­ ный труд, отношения производителей и потребителей, финансо­ вые и другие экономические отношения предполагают в большей или меньшей мере управление.

В обществе исторически сложились два принципа действия ме­ ханизма управления — стихийный и сознательный. Стихийное управление выражает такое взаимодействие социальных сил, в ко­ тором неустранимо действие случайного, — это усредненный ре­ зультат, складывающийся из массы целенаправленных сознатель­ ных действий, в которых принципиально нельзя учесть все их пос­ ледствия. Его моделью может выступать прежде всего рынок. Но экономическая жизнь общества не является и никогда не была саморегулирующейся системой: она не может обходиться без оп­ ределенного механизма управления, т.е. участия (в различных формах) планирующей и регулирующей силы человеческого ра­ зума.

Управление исследуется в трех аспектах: хозяйственном (уп­ равление экономикой), социально-политическом и социально психологическом. Однако действуя в целостном общественном ор­ ганизме, управление представляет собой единый и неделимый на отдельные элементы процесс. Проблема управления, являясь, таким образом, глобальной общественной проблемой, составляет фундаментальный аспект философии, в данном случае примени­ тельно к экономике.

Наиболее интенсивно проблема управления разрабатывается в связи с развитием двух основополагающих понятий — информа­ ция и управление. Особо рассмотрим эти понятия для определения их значимости применительно к сфере экономического управле­ ния. Экономическая информация — это прежде всего смысловая информация, т.е. такая, которая перерабатывается человечес­ ким сознанием и реализуется в экономической сфере. Она обуслов­ лена экономическими потребностями и интересами и циркулирует в процессе организации производства. Информация специфична с точки зрения не только своей природы, но и своего циркулирова­ ния в сфере экономики. Здесь взаимодействует бесчисленное мно­ жество информационных потоков, движущихся по разнообраз­ ным каналам: это и «память» прошлого, живущая в настоящем, и местные и общепланетарные формы общения. Экономическая 19- 578 Глава 16. Экономическая философия информация движется как бы в двух плоскостях — горизонталь­ ной и вертикальной.

Следовательно, под экономической понимается та информа­ ция, которая циркулирует как совокупность знаний, сведений, сообщений, идей, управленческих решений, распоряжений руко­ водителей, ответных реакций управляемых. Оптимальное управ­ ление, преследующее разумные цели, предполагает объективную, истинную и полную информацию: без достоверной и полной ин­ формации немыслимо эффективное управление. Специалисты, анализируя развитие передовых обществ, пришли к выводу: в эко­ номике информация занимает гигантское место. Она в определен­ ной мере заменяет ресурсы, снижает потребность во многих видах традиционного сырья, повышает значение новаторских техноло­ гий, создающих эффективные материалы из дешевых компонен­ тов.

Как связаны понятия информации и экономического управле­ ния? Это своего рода функциональные «близнецы». Там, где есть информация, действует и управление, а там, где осуществляется управление, непременно наличествует и информация. Исходный пункт любого управленческого процесса (главным среди которых является выработка и принятие управленческого решения, а также его исполнение) — получение и обработка информации. Уп­ равление — это функция любой организованной системы, направ­ ленная на сохранение ее качественной определенности, на под­ держание динамического равновесия со средой и на ее развитие.

Управление есть своеобразный отклик на всю сумму информаци­ онных взаимодействий системы, направленный на придание ей такого поведения и состояния, такой системной организации и тенденции развития, которые соответствовали бы всей накоплен­ ной этой системой информации и учитывали бы ее объективные и субъективные человеческие потребности. Управление ориентиро­ вано не только на информационное прошлое системы, но и на ее будущее.

Управленческим отношениям присущи две взаимосвязанные стороны — информационная и организационная'. В механизме уп­ равления фундаментальная роль принадлежит принципу обрат­ ной связи. Там, где этот принцип нарушается или вообще отсут Уже великий Платон говорил, что искусство управления предполагает раз­ деление на часть, выносящую суждение, основанное на познании сути дела, и на повелевающую часть, когда субъект управления отдает приказание субъекту ис­ полнения, что делать и как надобно это делать.

§ 6. Сущность и составляющие социально-экономического управления ствует, отсутствуют или искажаются смысл и результаты управ­ ления. В общей форме данный принцип гласит: в любом взаимо­ действии источник (субъект информации и управления) и прием­ ник (объект информации и управления) неизбежно меняются мес­ тами. Следовательно, и в процессе управления в экономике происходит обратное влияние объекта управления на его субъект.

Далее, принцип обратной связи предполагает в качестве необхо­ димого момента обмен информацией, т.е. осуществляется инфор­ мационное воздействие объекта управления на его субъект. В об­ ществе этот принцип действует непрерывно, поскольку ответные действия управляемой системы влияют на динамику управленчес­ ких актов управляющей системы, постоянно учитывающей посту­ пающую информацию. При этом субъект и объект управления на какое-то время как бы меняются ролями, т.е. субъект управления становится объектом и наоборот. Директор, управляя предприяти­ ем, является субъектом управления. Но действуя на основе инфор­ мации, получаемой от подчиненных, он уже выступает не только как субъект, но и как объект управления. В свою очередь объект управления, например заведующий отделом, получая то или иное управленческое решение дирекции, в процессе его исполнения действует как субъект управления. Таким образом, субъект и объект управления выполняют двойную функцию — субъектно объектную.

Принятие управленческих решений. Основная задача структу­ ры управления — выработка и исполнение управленческих реше­ ний. Здесь важным является принцип оптимальности, означаю­ щий, что при выработке управленческого решения необходимо учитывать максимум возможных вариантов его исполнения и вы­ бирать те из них, которые наиболее полно обеспечивали бы дости­ жение поставленных целей. Следовательно, управленческое реше­ ние вырабатывается субъектом с ориентацией на объект управле­ ния, на учет его потребностей и интересов, а также его реальных возможностей и условий превращения этих возможностей в дей­ ствительное исполнение решения. Принятые управленческие ре­ шения могут претендовать на реальность в той мере, в какой они осуществимы в принципе.

Характер экономического управления в современных условиях предъявляет к субъекту управления требование повышенной от­ ветственности за принятие управленческих решений, что обуслов­ ливается как масштабностью управленческих воздействий, так и сложностью структурной организации объекта управления.

19* 580 Глава 16. Экономическая философия Управленческие команды могут быть жестко детерминиро­ ванными, когда управляющее воздействие стремится однозначно «программировать» поведение «адресата», и, так сказать, мягко детерминированными, когда управленческая программа предпо­ лагает относительно широкий спектр возможных видов и форм поведения объектов управления. Однако в истории редко встре­ чаются жесткие и мягкие принципы управления в «чистом» виде: управление в хозяйственной сфере, как правило, так или иначе сочетает в себе оба эти принципа. Наиболее парадоксально они сочетаются в системах, в которых осуществляется механизм «стихийного управления», что очень четко видно на примере именно рынка, где действует «невидимая рука», о которой писал А. Смит. С одной стороны, эта «рука» направляет свободную игру стихийных сил, допуская гибкость, податливость конкурирую­ щих сторон, а с другой — диктует жестокие и безжалостные пра­ вила игры, неумолимые, как судьба. Рынок властно говорит: про­ изводство должно работать на потребителя. По словам Г. Тарда, экономисты уже оказали большую услугу социальной науке, за­ менив принципы войны, служившие ключом истории, идеей кон­ куренции — особым родом войны, не только смягченной, но уменьшенной и умноженной одновременно. Наконец, если дер­ жаться этой точки зрения, то в основе того, что экономисты на­ зывают конкуренцией потребностей и конкуренцией производи­ телей, конкуренцией цен и т.п., нужно видеть и конкуренцию желаний и уверенностей, даже конкуренцию характеров, умов и форм хитростей.

Субъект и объект управления. Вся совокупность социальных взаимодействий в конечном счете может рассматриваться как взаимодействие субъекта и объекта управления. Как субъект, так и объект управления имеют сложную, многоуровневую структуру. В качестве субъекта управления выступают и соци­ альные институты, организации (в том числе общественные), и трудовые коллективы, и отдельные личности. Однако в конечном счете управленческие решения фактически принимают реальные личности, которые облечены соответствующей властью1, предпо­ лагающей высокую меру ответственности. К субъекту управле­ ния предъявляются повышенные требования: компетентность, наличие именно управленческого (административного) склада Как власть управление выступает в виде либо принуждения (законы), либо убеждения (пропаганда), либо признания авторитета (вера), либо, как чаще всего и бывает, в виде сочетания и того, и другого, и третьего.

§ 6. Сущность и составляющие социально-экономического управления ума, который, с одной стороны, готовится всей системой воспи­ тательных и образовательных средств, а с другой — предполагает природную одаренность.

Необходимым условием принятия субъектом эффективного уп­ равленческого решения и осуществления разумного контроля за его исполнением является, как уже говорилось, высокое качество информации, ее полнота, своевременность, оперативность получе­ ния и переработки. Данное условие требует от субъекта глубоких и всесторонних знаний значимых свойств, состояний, тенденций движения управляемого им объекта, условий его существования, а также веру (в смысле уверенности) и желание определенных эко­ номических результатов. Это и естественно: человек, во-первых, желает чего-либо, следовательно, стремится к чему-либо и, во-вто­ рых, так или иначе уверен (убежден — ясно или смутно, созна­ тельно или интуитивно) в осуществлении этого желания и средст­ вах его реализации. В этом и заключается компетентность управ­ ляющего органа или лица.

Объектом управления, в какой бы форме и на каком бы уровне он ни выступал (будь то предприятие, учреждение), реально и фак­ тически являются люди: коллективы или отдельные личности, которые наделены (или не наделены) умом, волей, талантом, а потому способны (или не способны) принимать соответствующие решения и выполнять их. В этом отражается фундаментальная закономерность всех социально-экономических процессов: чтобы быть реализованным, любой из них должен «очеловечиться», т.е.

воплотиться в действиях конкретных людей.

Ф. Шеффер — христианский теолог XX в. — написал книгу «Нет маленьких людей», настаивая на значительности каждого человека и любой работы. Конечно, люди, занимающие разные должности, несут в связи с этим разную ответственность и долж­ ны иметь разные умения. Умения и ответственность предприни­ мателя возрастают по мере увеличения численности его подчи­ ненных, количества производимой его предприятием продукции, суммы получаемых им прибыли или бюджетных ассигнований.

Более высокая степень ответственности лежит на тех, кто при­ нимает решения и разрабатывает стратегию развития предпри­ ятия, имеющие серьезные последствия в судьбе этого предпри­ ятия и тем самым в судьбе рабочих. Например, работник шоко­ ладной фабрики, определяющий консистенцию шоколадной массы, несет большую ответственность, чем тот, кто чистит тару из-под шоколада. Следовательно, важны и нужны все должности Глава 16. Экономическая философия и профессии, ибо занимающие их люди вносят свой посильный вклад в общее дело1.

В обществе осуществляется управление не только коллективами людей, но и технологией производства, размещением хозяйствен­ ных зон и т.д. Однако управление последними также всегда опосре­ довано управленческими взаимодействиями между людьми.

Субъект и объект управления, как отмечалось выше, — понятия относительные. Человек, в одном взаимодействии выступающий как субъект, в другом выступает как объект управления и наоборот.

И даже в пределах одного и того же взаимодействия субъект также управляется со стороны объекта, который в этом случае выступает уже в качестве субъекта управления. Поэтому эффективное управ­ ление возможно только при условии разумного контроля и за самим решением, и за его исполнением не только сверху, но и снизу: бес­ контрольный работник, как правило, морально разлагается;

то же самое, впрочем, происходит и с руководителем2.

Принцип обратной связи применительно к социально-экономи­ ческому управлению выражается не только в исполнении и систе­ матическом контроле, но, что самое важное, предполагает иници­ ативу, понимание, сотворчество и даже настоящее творчество тех, кто выступает в данной ситуации в качестве объекта управления.

«Если кто-либо знает, какое решение он должен принять, чтобы произвести нечто хорошее, или помешать чему-либо дурно­ му, но не делает этого, то это называется малодушием;

если оно велико, то называется боязливостью»3. Управленческий замысел не только исполняется «от и до», а творчески конкретизируется и развивается, превращается в нечто большее, чем первоначальный замысел, влияя на корректировку исходной управленческой пози­ ции на других ступенях управленческих решений. Обратная ини­ циатива предполагает наличие в объекте управления не только некоторой суммы психологических начал, но и чувства ответст­ венности за свое дело, единения воли и действий руководителя и руководимого. В сущности, в этом раскрываются смысл и содер­ жание демократизации управления, столь необходимой для его См.: Чьюнинг К., Эби Дж. У., Роэлс Ш. Дж. Бизнес сквозь призму веры. М., 1993. С. 67.

Принцип обратной связи, характеризующий в общем виде социальное уп­ равление, тем не менее почти полностью исключается в условиях жестких систем управления, для которых типичен, так сказать, «паралич» индивидуальной сво­ бодной воли объекта управления. Эта ситуация характерна для всех администра­ тивно-бюрократических методов управления.

Спиноза Б. Избранные произведения. М., 1957. Т. 1. С. 129.

§ 7. «Невидимая рука и зоркий глаз» государства эффективного осуществления, особенно в экономической сфере жизни общества, реализующейся в работе каждого конкретного предприятия и трудового коллектива.

§ 7. «Невидимая рука и зоркий глаз» государства Сущность и социальный смысл рыночных отношений. Ры­ нок — это удивительно сильный социально-экономический фено­ мен, благодаря которому во многом держится весь социально-эко­ номический порядок общества и совершается исторический про­ гресс. Истоки рынка уходят в глубь седой старины, когда люди вступали в отношения купли-продажи путем простого обмена то­ варами, когда они взаимно приобретали то, чего у них не было, но что им было жизненно необходимо.

Рынок, исторически формируясь как объективная экономичес­ кая и социальная реальность, развивается и цивилизуется вместе с обществом. Это естественный, в основном саморегулирующийся механизм выявления существующих потребностей и их удовлетво­ рения, единственная, сообразная с разумом форма отношения между производителем и потребителем, форма, освященная прак­ тикой многих веков истории человечества. Рынок выступает мощ­ ным регулятивом;

это своего рода водоворот, захватывающий в своем неумолимом потоке буквально все стороны жизни общества, даже и межличностные отношения. Рынок прежде всего регули­ рует и контролирует соотношение спроса и предложения, выявля­ ет жизнестойкость тех или иных предприятий, учреждений, фирм, коллективов и даже отдельных лиц, постоянно удерживая интенсивность их деятельности на максимально высоком уровне, стимулируя стремление к конкурентоспособности. Рыночное хо­ зяйство приводится в движение экономической мотивацией, т.е.

внутренними побуждениями, устремленными к достижению при­ были. Прибыль, если не вдаваться в финансово-экономические по­ дробности, можно определить как разницу между суммой денег, полученных за проданные товары и услуги, и общими затратами предприятия на их производство и продажу на рынке. Прибыль извлекается при продаже товара по его стоимости.

Экономическая выгода составляет основу всей ткани экономи­ ческой жизни, которая проходит через горнило рынка: продаю­ щий во что бы то ни стало хочет продать подороже, а покупатель — купить подешевле. Рынок — это арена сделок, руководимая эко­ номическими интересами. Но истинно мудрый и опытный пред­ приниматель не может быть легко обманут ложными признаками Глава 16. Экономическая философия выгоды. Естественно, что производитель товара и покупатель всег­ да согласны в том смысле или в том отношении, что один хочет купить то, что другой хочет продать, хотя, правда, не всегда по одной и той же цене. Но всегда есть цена, которая обоих в конечном счете удовлетворяет и примиряет: купля-продажа состоялась. То, что человек покупает, он потребляет, зная, что он будет опять и опять покупать. А тот, кто продает, знает, что он снова и снова будет продавать. Так ткется нескончаемая нить паутины рынка.

В желаниях производителей нет антагонистических противоре­ чий, пока у каждого есть покупатели и места сбыта, пока наличе­ ствуют спрос и сбыт. Но по мере того, как объемы производства увеличиваются, каждый из производителей желает производить все больше и больше товара с целью захватить весь рынок сбыта.

Желания производителей в таком случае входят в противоречие, и борьба между ними становится неизбежной. Рынок жесток и беспристрастен: на его лике нет ни стыда, ни совести. Он подчи­ няется только принципу спроса и предложения. Чем больше спрос, тем выше цена и наоборот: вот его немой императив. Что касается потребителей, то чем меньше будет желающих, например, купить товар именно данного вида, тем ниже его цена. Желания потреби­ телей сталкиваются в том случае, когда количество данных вещей, как предметов первой необходимости, так и предметов роскоши, на рынке меньше, чем число желающих их купить. Прежде чем стать предметом рыночного спроса, та или иная вещь через рекла­ му заявила о себе («как она хороша и нужна») потенциальному покупателю, вызвав тем самым «предупредительный запрос о себе».

Потребитель через рынок влияет на предпринимателя, произ­ водящего товары, и, наоборот, то или иное предприятие, фирма при помощи созданной ею организации властно действует на по­ требителя, скажем, через рекламу, тем самым оказывая сильное влияние на рынок, проталкивая новые товары, влияя на психоло­ гию потребителя, меняя его вкусы и потребности.

Рынок — это сама процедура купли-продажи, т.е. сами соци­ альные человеческие действия, которые происходят в каждом кон­ кретном случае как индивидуальное действие или, говоря строже, взаимодействие покупающего и продающего. И каждое такое дей­ ствие и взаимодействие бывает полно тончайших проявлений че­ ловеческой души.

Рынок являет собой совокупность отношений товарного об­ мена, социально-экономический механизм взаимодействия про § 7. «Невидимая рука и зоркий глаз» государства давца и покупателя, сферу обмена как внутри страны, так и между странами.

О сущности денег. В глубокой древности, когда начинали скла­ дываться операции обмена, люди не ломали себе голову над тем, что такое стоимость вещей. Они просто меняли предметы, которы­ ми располагали в избытке, на то, в чем нуждались. Со временем обмен приобретал все более регулярный характер. Возникла по­ требность в нахождении посредника-эквивалента, т.е. потребность в таком товаре, который мог бы выполнять роль мерила стоимости того, что продается и что покупается. У разных народов эту роль выполняли разные предметы, в том числе скот1.

Деньги, по А. Смиту, — это предмет, отчуждение которого есть средство и в то же время мерило труда и через которое люди и народы производят взаимный обмен2. Деньги — это общепринятое средство торговли, которое само по себе не имеет ценности в про­ тивоположность вещи как товару, т.е. тому, что имеет ценность и удовлетворяет определенную потребность человека.

Деньги — это вещь, пользование которой возможно лишь по­ тому, что ее отчуждают, т.е. отдают. Но, по мысли И. Канта, такое отчуждение при обращении задумано не как дарение, а как сред­ ство взаимного приобретения3. Можно сказать, что деньги есть мера стоимости товаров и средство обращения: в первом случае деньги есть знак (и не более того), а во втором — материальный предмет — будь то слиток золота, серебра или особая бумажка: в них действенна стоимость всех товаров и услуг. Покупая или про­ давая что-либо, мы интересуемся ценой товара. Цена — это денеж­ ное выражение стоимости. Деньги можно определить как особый знак, закрепленный государством в виде правовой нормы, кото Скажем, на быка можно было выменять столько-то злаковых культур. По латыни скот — пекус, а деньги в Греции — пекунья. На Руси хранитель мерила обмена именовался словом «скотник» — тогдашний казначей. Затем стали при­ бегать к более удобным средствам обмена — мехам. Тогда были в ходу «меховые деньги». Само слово «деньги» (древн. деньга, денга) восходит к тюркскому дамга, тамга (насечка, знак, монета), далее тенге, деньги. Ср.: монг. «тенга», отсюда и перс, танга — серебряная монета (Этимологический словарь русского языка / Ред.

А. Преображенский. М., 1910—1914. С. 179). Словом, деньги — это знаки, на­ полненные государственно-правовым смыслом, знаковой ценностью, т.е. средст­ вом обмена товарами. В самом обмене (реальном или потенциальном) они обрета­ ют огромную экономическую силу капитала.

См.: Смит. А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М., 1962. Кн. 1.

3 См.: Кант И. Собрание сочинений: В 8 т. М., 1994. Т. 6. С. 315.

586 Глава 16. Экономическая философия рая придает этому знаку законную власть общепринятого сред­ ства обмена товарами.

В мире издавна имеет место подделка денег, что жестко кара­ ется государством как тяжкое преступление, посягающее на пре­ рогативы государства.

Поскольку деньги — это знак, выражающий ценность товаров, необходимо, чтобы этот знак был прочным, мало изнашивался в обращении и мог, не разрушаясь, делиться на большое количество частей. Для его изготовления используют какой-нибудь металл, например ценный (золото, серебро). Металл вообще весьма приго­ ден для того, чтобы служить общей мерой, потому что его легко можно привести к определенному виду.

Когда в Древней Греции еще не знали употребления металлов, греки пользовались вместо денег быками. Но один бык не тожде­ ствен другим, тогда как кусок металла может быть вполне тожде­ ствен другим таким же кускам металла.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.