WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 13 |

«ЧАРЛЬЗ Основания теории знаков Уильям МОРРИС Nemo autem vereri debet ne characterum contemplatio nos a rebus abducat, imo contra ad intima rerum ducet. ...»

-- [ Страница 3 ] --

формирование символической функции, которая является необходимым результатом сенсомотор ного интеллекта, позволяет усвоение языка. Вот почему со своей стороны я не вижу необходимости придавать характер врождён ности структурам (субъект, предикат, отношение и т. д.), которые Хомский называет «фиксированным ядром ». Я согласен с Хомским, когда речь идет о необходимости этого ядра, но я не верю, что факты предшествующего развития вполне объясняют его образо вание, если признать врожденность ядра. Иначе говоря, и в этом я целиком придерживаюсь того же мнения, что и Хомский, — язык есть особый продукт интеллекта, а не интеллект есть продукт язы ка. Вот те несколько фактов, которые я хотел предложить вашему Ш вниманию по поводу дискуссии об отношении языка и интеллекта, или мышления.

Кроме того, следует еще уточнить, какое значение имеет син хронизация языка и развития интеллекта, поскольку гипотеза о СЕМИОТИКА И ЛОГИКА врожденности фиксированного ядра не объясняет, почему язык не появляется шестью месяцами ранее или годом позднее. Откуда по является такая синхронизация? Это не кажется мне случайным. Да и если признавать гипотезу о врожденности языка, почему не при знать того лее и для символической функции во всем ее объеме, и, наконец, для чего-либо еще более общего?

Еж Семиотика и логика ПЕЛЬЦ Чтобы надлежащим образом описать со отношение между семиотикой и логикой, сле дует выделить различные значения терминов «семиотика» и «логика» и затем для каждого из выделенных значений рассмотреть соотно шения между указанными дисциплинами. Од нако я не имею возможности сделать это по ряду причин. Во-первых, из-за ограниченнос ти времени для моего доклада. Во-вторых, из за того, что непросто дать определение тер мину «семиотика». В-третьих, если бы мне это даже удалось, мои выводы могли бы весьма скоро устареть: в истории каждой науки такие события, как международные конгрессы ее представителей, всегда имели важнейшее зна чение, не раз приводили к существенным из менениям в определении предмета и иногда даже знаменовали собой поворотный пункт в развитии данной науки. Все это a fortiori мож но сказать о первом международном конгрес се в истории нашей науки. Вот почему я пред лагаю дождаться окончания наших дебатов, в процессе которых столкновение различных точек зрения внесет ясность в определение предмета, раскроет объем и методы семиоти ки как науки.

В течение почти двадцати лет мы были сви детелями значительных изменений в научных дисциплинах, связанных с языками и знаками.

И наконец настало время, когда представите ли двух научных дисциплин, более других за AU1'HK.A ЕЖИ ПЕЛЬЦ интересованные в исследовании языка, вновь решили пойти на- рациям, что служило гарантией того, чтобы в процесс дедукции встречу друг другу: я имею в виду логиков и лингвистов. Если не не прокрались незамеченные (неявные) допущения. Это было по считать редких исключений, в последний раз такое совпадение ин нято лингвистами много позднее, всего двадцать лет тому назад, тересов имело место в Средние века, а до этого —• впервые в исто когда был выдвинут принцип эксплицитной формулировки правил.

рии европейской цивилизации — только в античности.

Другим фактором, который был использован лингвистами еще поз Когда в тридцатые годы нашего столетия возникла идея уни же (среди других генеративными семантиками, когда они стали фицированной науки, Чарлз Моррис (в 1938 г.) увидел значение се применять разложение предложения на предикат и его аргумен миотики в том, что она представляет собой «определенный шаг впе ты— см. работы МакКоли и Лакоффа [М с С a w l e у, 1972;

La ред в унификации науки, поскольку она закладывает основы любой kof f, 1970]), была реляционная теория предложений, начало ко другой частной науки о знаках, такой, как лингвистика, логика, ма торой в логике положили де Морган и Пирс, находившиеся в этом тематика, риторика и... эстетика» (Mor r i s, 1938)".Теперь, когда в отношении под влиянием Лейбница, и теория пропозициональных своих исследованиях лингвисты в значительной степени пользуются функций.

методами и достижениями современной математической логики, а Рассел, комментируя в 1924 г. значение своей теории логичес логики в своих исследованиях занимаются проблемами естествен ких типов для теории естественного языка, указал на неадекват ного языка (что привело к возникновению таких дисциплин, как ность субъектно-предикатной схемы предложений, а также тех модальная логика, временная логика, эпистемическая логика, деон представлений традиционной семантики, в соответствии с которы тическая логика, логическая прагматика и т. п.), мы вправе выразить ми одно слово обозначает один объект (причем собственное имя шутливое опасение по поводу возможного обмена ролями между обозначает индивидуальный объект, а абстрактное существитель лингвистами и логиками, что означало бы возврат к нежелательно ное — обобщенный). Он утверждал, что не всякое абстрактное су му положению вещей, которое имело место в прошлом, когда суще ществительное обозначает единую обобщенную сущность и не вся ствовала нейтральная полоса, разделявшая области, в которых обо- кое предложение состоит из субъекта, связки и предиката. Слова в собленно работала каждая из этих групп. действительности относятся к одному и тому же логическому типу, Упомянутые исследования нестандартных логик, начавшиеся в но их значения могут относиться к различным логическим типам.

недавнее время, не в первый раз в истории логики предоставляют Кроме того, не всякое значение может быть представлено изоли лингвистам удобный случай пересмотреть традиционные взгляды рованным символом. Так, например, признак «желтый», который в на язык. Первая возможность такого рода появилась давно, одно естественном языке (например, в английском) может быть обозна временно с зарождением математической логики, благодаря идеям чен единственным словом (например, yellow), по утверждению Рас Лейбница, а затем де Моргана и Буля. Они положили начало логи села, должен быть представлен пропозициональной функцией х ческому изучению оснований арифметики и, в частности, логичес есть желт. То же самое относится к тем символам, которые обо кому анализу понятия числа;

следующей задачей было разрешение значают отношения. Легко заметить, что, утверждая это, Рассел антиномий в теории множеств. Несколько поколений логиков тру- проводит разграничение между поверхностной структурой и глу дилось над решением этих проблем. Первые шаги в этом направле- бинной структурой конкретного выражения естественного языка;

нии были сделаны Фреге, Пеано и Шредером, затем Уайтхедом и он ^сделал это задолго до появления трансформацонной генератив Расселом;

следует упомянуть также Польскую логическую школу, ной грамматики (мы можем простить ему то, что он не использовал в которую входили Лукасевич, Лесьневский, Хвистек, Айдукевич, модные ныне термины «поверхностная структура» и «глубинная Котароиньский, Тарский и др., а также Геттингенскую школу: Гиль- структура»).

берт, Аккерман, Бернайс и Беман. Это не было единичным случаем разрыва во времени между В возникшей в то время логической системе, представлявшей логическим исследованием и развитием лингвистических теорий;

собой тогда нечто новое, было два фактора, которые намечали воз- представление об ограничениях на осмысленность утверждений, можность пересмотра и модификации теории языка, — возмож- вытекающее из теорий типов Рассела, много позднее нашло отра ность, которой лингвисты того времени не воспользовались. Пер- жение если не в понятии сочетаемостных ограничений Хомского, вым фактором был символический, или формальный, характер которое этот последний иллюстрирует, например, неприемлемо логики, позволивший свести правила вывода к арифметическим опе- стью предложения Sincerity may admire the boy «Искренность мо жет восхищаться мальчиком», то по крайней мере в некоторых из его идей, составляющих источник этого понятия.

* См. наст, сборник, с. 38. —Прим. ред.

ЕЖИ ПЕЛЬЦ И лиГИКА направлении истолкования этого понятия был намечен Бар-Хилле Семиотика представляет собой междисциплинарную науку, 1дом (Бa r- H i 11 е 1,1954);

а три года спустя исследования Прайора основанную главным образом на логике и лингвистике. Однако она до модальной и временной логике внесли существенный вклад в те не охватывает всех задач этих дисциплин. Например, в отличие от орию прагматики (например, Prior, 1957).

логики на одном из этапов ее развития она не особенно интересу.(, Здесь можно сослаться на многих выдающихся ученых, напри ется построением понятия числа или анализом логических основа мер на фон Вригта, Хинтикку, Крипке, но первая полная и матема ний математики;

в отличие от лингвистики на одном из этапов раз тически точная теория прагматики была дана лишь недавно Ричар вития последней она не слишком интересуется выработкой метода дом Монтегю (Montague, 1970). Он построил систему прагматики, быстрой и надежной фиксации языков вымирающих племен. С дру которая —- подобно теории моделей, то есть современному вари гой стороны, она принимает те цели, которые являются общими для анту семантики, — использует понятия истинности и удовлетво логики и лингвистики, а также для психологии, социологии, фило рительности не только по, отношению к той или иной интерпрета софии и других дисциплин, проявляющих интерес к изучению язы ции,,то есть к некоторой данной модели, но также и по отношению ка (в самом широком смысле слова) как такового и знаков как тако к так называемому контексту употребления. Для интерпретации по вых. (Если вслед за Ханом [Hahn, 1933] мы будем считать логику строенного им языка Монтегю определяет, во-первых, то, что он наукой, изучающей то, как мы говорим, то логика станет частью назвал точками референции (отсчета), — множество совокупнос семиотики;

если семиотика в свою очередь понимается так же ши тей, существенных сторон упомянутых контекстов употребления.

роко, как в проекте Морриса, то она будет включать не только ло Если, например, в некотором данном языке единственными индек гику, но и много других дисциплин;

если, следуя «Логическому син сальными характеристиками является наличие операторов грамма таксису языка» Карнапа [С a r n а р, 1934], мы будем считать, что тического времени и первого лица единственного числа, то точкой философия состоит из логического анализа понятий и предложе референции становится упорядоченная пара, состоящая из лица и ний языка науки, то философия становится частью семиотики. Оче действительного числа, которая должна интерпретироваться как го видно, что взаимоотношения между содержанием термина «семи дорящий в момент конкретного высказывания. Во-вторых, для каж отика», с одной стороны, и содержанием терминов «логика», дой точки референции Монтегю определяет множество объектов, «лингвистика», «философия», «психология» и т. д. — с другой, бу существующих относительно данной точки отсчета. В-третьих, он дут меняться в зависимости от проблем и целей каждой из этих определяет значение, то есть интенсионал, каждого предиката и наук.) каждой индивидной постоянной в данном языке. Чтобы сделать это Тем не менее за этим замечанием в скобках должно последо для некоторой постоянной, мы должны определить для каждой точки вать утверждение о важности еще одного фактора. Семиотика — референции денотат, или экстенсионал, этой постоянной по отно это, так сказать, круглый стол, за которым представители различ шению к некоторой данной точке референции;

например, для выра ных дисциплин встречаются, чтобы обсудить, что общего у этих жения является зеленым по отношению к разным моментам време дисциплин в подходе к языку и знакам. Это предоставляет семи ни мы должны указывать множества тех предметов, которые в отике возможность послужить, как и в прошлом, основанием для данный момент считаются зелеными. В-четвертых, он интерпрети того, чтобы устранить несогласованность, проявляющуюся то в рует операторы в некотором языке таким образом, что устанавли отставании лингвистики от логики, то, наоборот, в отставании ло вает, для каждого оператора некоторое соотношение между точка гики от лингвистики, когда, например, развитие интенсиональной ми.референции и множествами точек референции. Индивидная логики, модальной логики, временной логики и т. п. не поспевало — постоянная обозначает какой-либо возможный индивидуальный по диапазону возникающих проблем и по предлагаемым решени объект, а одноместнопредикатная постоянная — множество воз ям — за развитием лингвистической теории;

причем, когда эти про можных индивидуальных объектов по отношению к данной точке блемы в свою очередь были охвачены логическими исследования референции.

ми, в логике были выработаны теории, которые по точности и Понятия истинности и удовлетворительности, которые нахо адекватности превосходили теории, разработанные в лингвистике.

дятся в центре внимания прагматики, Монтегю объясняет в таких Я имею в виду логическую теорию прагматики по сравнению с формулировках: «утверждение (a statement) (т. е. выражение, не более ранними и повсеместно принятыми формулировками лингви содержащее свободных переменных) истинно по отношению к не стической теории. Первый точный анализ знакорефлексивных вы которой данной точке референции и некоторой данной интерпре ражений, ключевого понятия прагматики, можно найти у Рейхен тации» и «возможный индивидуальный объект удовлетворяет упо баха ( Re i c h e n b a c h, 1947). Затем, значительный шаг вперед в ЕЖИ ПЕЛЬЦ мянутому выражению по отношению к некоторой данной точке ре- построением ключевых понятий и формулирует фундаментальные ференции и данной интерпретации» (см. Mont a g ue, 1970). Воз- проблемы, стоящие перед теорией языка и знаков. Раскрывая пер можные индивидуальные объекты также подвергаются квантифи- вые, она пытается разрешить вторые часто описательным и нефор кации. Экстенсионал выражения для некоторой данной точки мальным образом — способами, которые могут быть названы пред референции представляет собой множество последовательностей, варительными. В изучении этих понятий и проблем она зачастую которые удовлетворяют данному выражению в данной точке, а эк выходит в смежные области логики, философии, лингвистики, пси стенсионал индивидной постоянной или индивидной переменной хологии и прочих дисциплин, чтобы из сферы онтологии и эписте для данной точки референции представляет собой функцию, кото мологии в логике и философии или из специальных и подробных рая определяет некоторый возможный индивидуальный объект для неформальных описаний языков в традиционной лингвистике из каждой последовательности в некоторой данной области.

влечь для себя то, что имеет отношение к природе языка и знаков.

В мои намерения не входит привлекать внимание неспециалис- С другой стороны, семиотика предлагает некоторые понятия и тов к другой проблеме, разработанной Монтегю, а именно постро- проблемы теории языка (в самом общем смысле слова) и знаков для ению интенсионального языка. В этой области у него были пред- тех дисциплин, которые иногда исследуют лишь некоторые специ шественники, например Черч ( Chu r c h, 1951), Карнап, Каплан альные вопросы, например, занимаются построением искусствен (Kapl an, 1964), Скотт, Хауэрд и другие, но в отличие от их систем ного языка посредством идеализации языка науки или граммати его система допускает неограниченную квантификацию обычных ческим описанием конкретного естественного языка. Вот почему индивидуальных объектов, без чего ценность системы для теории семиотические интерпретации представляют собой как бы «мосты» естественного языка невелика. С другой стороны, почти все выше- между исследованием лингвистических вопросов в логике и в лин упомянутые авторы используют понятие возможных миров. гвистике. Они также стимулируют дальнейшие исследования в лю Исследования Монтегю при всей их ценности упомянуты здесь бой науке, которая по той или иной причине проявляет интерес к не просто ради них самих, а потому, что в двух вопросах они хоро- языку. Семиотика, таким образом, привлекает внимание к важней шо иллюстрируют ситуацию, когда пересекаются пути семиотики, шим вопросам, которые являются общими для разных наук в неко торой данной отрасли.

логики и лингвистики.

Одно из центральных понятий системы Монтегю, понятие кон- Я полагаю — но это мое личное предположение, которое я не текста употребления, и прежде считалось одним из основных по- пытаюсь здесь обосновать, — что если бы роль контекста употреб нятий семиотики (а именно у Морриса и у философов школы обы- ления не была прежде проанализирована в семиотике, то в логике денного языка), а еще раньше — хотя и скрытое под другим не была бы разработана формальная теория этого понятия. А если названием — в средневековой семиотике, а именно в обсуждениях бы она там и возникла, подобно Афине, явившейся из головы Зевса, суппозиций. Правда, до Монтегю не было никакого точного фор- ее влияние на современную лингвистическую теорию было бы край мального объяснения в рамках теории, которая использовала бы не ограниченно. Это, по-видимому, подтверждается тем фактом, что семантическую методику теории моделей, с тем чтобы охватить все лингвистика заимствовала у Монтегю прежде всего понятие воз возможные контексты употребления. Но и в этих более ранних се- можных миров, которое, между прочим, рассматривал польский миотических теориях понятие контекста употребления получило философ Хвистек за много лет до Черча и Хинтикки;

однако, с дру такое объяснение, что открывало множество существенных связей гой стороны, из идей, наиболее существенных для системы Монте гю, лингвисты извлекли пока еще очень мало. Но, вероятно, придет между старыми понятиями, а именно теми, которые в наше время время и для этого. Это предположение подтверждается нашими называются поверхностной и глубинной структурами. (Я отдаю себе отчет в том, что здесь я рискую навлечь на себя гнев фанатиков, наблюдениями: наблюдается очевидный параллелизм в порядке по явления некоторых направлений в лингвистике и в логической се верящих только в то, что в настоящий момент в науке модно, и ис кренне считающих, что, например, философы обыденного языка миотике. Так, например, генеративная семантика, убежденная в гла даже и не догадывались о чем-либо подобном «базисной глубин- венствующей роли семантики по сравнению с синтаксисом или по ной структуре», пока она не была обнаружена представителями крайней мере в неотделимости их друг от друга, возникла в совре трансформационных порождающих грамматик или генеративной менной лингвистике после продолжительного периода господства синтаксиса;

точно так же Карнап (С a r n а р, 1934) и многие другие семантики.) Я надеюсь, что приведенные выше примеры показывают, в част- логики и философы до открытия Тарского (Т a r s k i, 1933) утверж ности, то, в чем состоит роль семиотики. Семиотика занимается дали, что логический синтаксис составляет всю логику языка;

за 156 этим последовало как в логике, так и в философии восстановление прочим дисциплинам, связанным с языком, в том, чтобы она спо в правах семантики, происшедшее более чем за тридцать лет до собствовала передаче идей от одной дисциплины другой без ка возрождения семантики в теоретической лингвистике, то есть до кой-либо значительной потери времени (в нашем случае, от ло работ МакКоли (М с С a w l е у, 1972), Лакоффа (L a k o ff, 1970) и гики к лингвистике). Во-вторых, семиотика должна анализировать Льюиза (Lewi s, 1972). на метанаучном уровне те понятия, которые используются в раз Но можно ли действительно говорить об этом тридцатилетнем ных дисциплинах, и осуществлять таким образом унификацию разрыве? В статье Д. Льюиза «Общая семантика»'" основополага- значения таких понятий. В рассматриваемом сейчас случае я имею ющую роль играет идея, выдвинутая польским логиком Айдукеви- в виду понятия семантической категории и синтаксической ка чем (1890—1963), которого я считаю одним из наиболее выдающих тегории.

ся умов своего времени. Его идея была сформулирована в 1935 г. в Гуссерль был первым, кто ввел термин «семантическая катего статье «Синтактическая связанность» («Die Syntaktische Konne- рия», но он определил его, апеллируя к той синтаксической роли, xitt») (A j d u k i e w i с z, 1935), которая, по моему мнению, намного которую то или иное выражение играет в предложении, так что в опередила уровень развития науки того времени. Айдукевич уста- действительности он имел в виду синтаксическую категорию. Се новил, в частности, что в структуре сложного выражения существен- мантические же категории должны быть выделяемы с точки зрения ную роль играет порядок аргументов (его частным случаем являет- того, что обозначают данные выражения. Айдукевич описал это ся различие между субъектом и субъектным дополнением), различие так: союз или, примененный для связи предложений, пред который, однако, не тождествен внешнему порядку, в котором эти ставляет собой, с синтаксической точки зрения, функтор, исполь аргументы появляются в данном выражении. Иными словами, по- зуемый для построения одного предложения из двух предложений рядок аргументов представляет собой не какую-либо чисто вне- s/ss;

с семантической точки зрения, это функтор, обозначающий шнюю форму, а основан на свойствах всего выражения, свойствах, двухместную функцию, которая приписывает истинностные зна которые в свою очередь основываются на его значении. Айдукевич чения некоторому истинностному значению v/vv. Синтаксические добавляет, что только в символических языках и в некоторых ес- категории, таким образом, представляют собой не что иное, как тественных языках порядок аргументов находит отражение в их семантические категории, и метаязык синтаксиса отличается от чисто внешнем порядке. Нет ничего удивительного в том, что идеи метаязыка семантики, поскольку только второй, но не первый вклю Айдукевича показались привлекательными представителям генера- чает в себя язык-объект. Только на метаязыке семантики мы можем дать адекватное определение истинности и денотации, и только в тивной семантики: мы находим в них разграничение между глубин семантике мы можем осуществить переход от утверждений отно ной и поверхностной структурой, а также подчеркивание значения сительно выражений к утверждениям относительно реалий, обо семантических факторов. Тем не менее представляется спорным, значаемых этими выражениями. То же возможно и в прагматике, что Льюиз выбрал данную идею Айдукевича (A j d u k i e w i с z, 1958a), а не его более позднюю идею, сформулированную в докла- язык которой, наряду с наименованиями выражений и их денота де, прочитанном на Международном лингвистическом симпозиуме тов, включает наименования тех, кто использует язык. Можно опа (A j d u k i e w i с z, 1958b). Айдукевич сам отметил, что его старая саться, что терминология Гуссерля, в семиотической части его ана лиза, составляет причину некоторых позднейших недоразумений.

идея относительно синтаксической связанности применима к чис Я думаю, что семиотика должна возместить вызванный этим ущерб, то позиционным искусственным языкам, которые он построил;

это но, к сожалению, могу лишь упомянуть здесь об этом весьма важ приводит к очевидным ограничениям применимости его теории.

ном вопросе.

Кроме того, во второй работе Айдукевич предложил формальную У меня создалось впечатление, что различие во мнениях тех, запись для семантических категорий, тогда как в первой работе он кто может быть назван представителями трансформационно-гене использовал только понятие синтаксической категории, которое ративного синтаксиса, и тех, кто может быть назван представите должно быть менее полезно для Льюиза, занимающегося создани лями трансформационно-генеративной семантики (см. работы ем «общей семантики».

Хомского), не столь велико, как полагают. Даже если мы допустим, Я упоминаю это отнюдь не для того, чтобы критиковать ра что в «деревьях», т.е. в структуре составляющих, терминальные боту Льюиза, а из следующих, более общих соображений. Во элементы, то есть слова, представляют собой наименования выра первых, я бы хотел видеть миссию семиотики по отношению к жений, а не наименования широко понимаемых внеязыковых объек тов и что таким образом язык анализа, проводимого синтаксиста * См. наст, сборник, с. 253. —Прим. ред.

158 ми, является формально метаязыком синтаксиса, то все же понятия ной вычислительной машиной. Не говоря уже о том, что это урод функциональных помет и категориальных помет, как все понятия, ливый язык, который сбивает с толку.

!

почерпнутые из традиционной грамматики, будут вызывать семан. Здесь следует винить также математиков и логиков. Вынужден тические ассоциации, так как они в действительности представля ные соблюдать весьма строгие формальные требования, они дают ют собой категории, которые по своей природе являются как се волю своему стремлению к поэзии и красоте жизни: они слишком мантическими, так и синтаксическими. То же относится к понятию легко используют метафоры, когда, вырвавшись из царства симво компетенции. Я согласен со Стросоном, который говорит, что труд лов, они чувствуют себя раскованно и беззаботно. Семиотика дол но себе представить, чтобы знание значений не влияло на понима жна анализировать наиболее важные понятия лингвистической те ние носителем языка глубинных (underlying) грамматических функ ории. Например, когда дело доходит до понятия логической формы, ций и отношений элементов в предложении. Одним словом, с одной стороны, трудно не признать за ним определенные пре выдвинутая синтаксистами лингвистическая теория имеет, по-ви имущества, но с другой — трудно не согласиться с Куайном (Q u i димому, смешанный характер, а именно как синтаксический, так и ne, 1972), который был прав, говоря, что логический анализ заклю семантический. По причинному сходству, теория, выдвинутая ге чается не в том, чтобы выявить логическую форму, то есть неративными семантиками, представляет собой, по существу, две логическую структуру, скрытую в некотором данном предложении.

теории: как семантическую, так и синтаксическую. Различие кроет Обращаясь для этого к формализованному языку, мы используем ся, в частности, в распределении акцентов, что я обозначил посред одну из многих возможных символических записей и выбираем ту, ством порядка употребленных мною прилагательных. И так как ни которая наилучшим образом соответствует нашей цели: мы пери одна из этих теорий не может обойтись без учета прагматических фразируем некоторое данное выражение наиболее удобным из всех аспектов, они обе представляют собой в действительности семи способов, возможных при данных обстоятельствах. Речь идет не о отические теории, что не удивительно, если учесть, что они обе яв том, чтобы была только одна перифраза, а о том, какую из многих ляются грамматиками естественного языка.

возможных перифраз мы должны выбрать. Однако возникает впе Когда мы слышим термин «генеративная семантика», мы ассо чатление, что сторонники естественной логики полагают, что все циируем с ним — ибо теория ассоциаций в конце концов объясняет синонимичные предложения имеют в своей основе одну и ту же некоторые лингвистические факты — понятие логической формы.

логическую форму. (Заметим в этой связи, что, согласно одной фор Недостаток современных лингвистических теорий заключается в мулировке, логическая форма считается тождественной значению;

том, что они прибегли к понятиям, чрезвычайно неясным и пере- согласно другой — она репрезентирует значение;

а согласно тре груженным недоразумениями, а именно к понятиям структуры и тьей, она — наряду с семантическими постулатами и другими по формы, причем последняя является сестрой «внутренней формы»— нятиями, используемыми в логической методике, — является час понятия, время от времени всплывающего в философии. Лингвис- тью значения.) Чем бы она ни была, она единственна. Но если это тические теории также весьма склонны свободно использовать ме- так, то мы могли бы ожидать, что английское предложение, кото тафоры и олицетворения («правила порождают...») и не чуждают- рое является неграмматичным — возможно, потому, что его логи ся гипостазирования ( «логическая форма »). Создается впечатление, ческая форма неправильна, например, предложение It is possible that что язык современной лингвистической теории образовался из сме- Sam will find a girl and he will kiss her «Возможно, что Сэм найдет щения различных намерений и связанных с ними терминологичес [какую-нибудь] девушку и он поцелует ее» (L a k o f f, 1970), — ких соглашений: намерения описать структуру и смысл сообщения вследствие того же самого фактора будет грамматически непра говорящего;

намерения описать стадии процесса обнаружения зна- вильным и в других языках. Фактор этот заключается в неправиль чения предложения, то есть процесса понимания предложения слу- ности его логической формы. И тем не менее в точном переводе на шающим;

намерения показать графически отношения, существую- польский язык это предложение грамматически правильно. Этот щие между элементами поверхностной структуры предложения, а пример представляет собой эмпирический аргумент против одного также между различными частями предложения, которое является фрагмента теории логической формы и призывает сделать это по перифразой первого предложения и в то же время его глубинной нятие значительно более точным. Вот почему я, вслед за Куайном, структурой;

кроме того, связь между членами первого предложе- провозглашаю себя противником абсолютизации всякого рода и ния и членами второго предложения и между каждым из этих двух соглашаюсь с Дж. Флобер (F o d о г, 1970), которая утверждает, что предложений и промежуточными предложениями;

наконец, наме- У нас до сих пор нет удовлетворительных правил перевода с есте рение описать план технических операций, выполняемых электрон- ственного языка на формальный.

11 Семиотика 160 ЕЖИ ПЕЛЬЦ,.|..:.Когда я ссылался здесь на теорию языка, основанную на поня В этой связи семиотика сталкивается с задачей дальнейшего v;

)тии синтаксического места, я руководствовался пятью соображе анализа понятий перифразы и перевода. Последнее было замеча ниями: (1) эта теория интересна сама по себе;

(2) она удовлетворя тельно проанализировано, в частности, Айдукевичем (A i d u ет теоретическим склонностям как современных синтаксистов, так k i e w i с z, 1934;

1967a) в одной из двух опубликованных посмерт,и семантиков, являющихся сторонниками трансформационной ге но его статей, где дается очень интересная синтаксическая и [неративной грамматики;

(3) она представляет собой теорию языка, семантическая интерпретация предложений на чисто флективном которая экстенсионально эквивалентна трансформационной гене языке, основанная на понятии синтаксического места. Айдукевич ративной грамматике и является альтернативой этой последней;

не был знаком с исследованиями по современной трансформаци 10) она избегает нежелательных семантических ассоциаций в сфе онной генеративной грамматике, и поэтому весьма примечательно, ре своих синтаксических понятий и синтаксических ассоциаций в что он дошел до аналогичных выводов, следуя по другому пути. Он сфере своих семантических понятий;

и (5) она является примером разработал систему (Aj du k i e wi с z, 1961;

1967a;

1967b), в которой связей между логикой и семиотикой. Дело обстоит так потому, что синтаксическая структура предложения или какого-либо иного ^основная идея Айдукевича явилась плодом его логических размыш сложного выражения, не включающая ни операторов, ни связанных "дений над искусственным языком, языком в логическом понимании переменных, описывается посредством числовых показателей, ко этого термина, языком, считающимся идеализацией естественного торые обозначают синтаксическую позицию различных слов, даже языка;

но распространение его первоначальной идеи относится к если эти слова записаны в произвольном порядке. В этой системе языку в лингвистическом смысле термина.

мы можем также определить и обозначить при помощи символов Связи между семиотикой и логикой несомненны и крепки, но семантическую категорию каждого слова и таким образом опреде границы между той и другой областью зыбки и трудно определимы.

лить такие отношения, как отношения между субъектом и предика "Я включаю в семиотику ту часть логики, которую называют логикой том и т. п.;

это достигается указанием числового показателя син языка и которую я называю логической семиотикой (она также вклю таксического места и символического показателя семантической чает какие-то части логической методологии). Мы могли бы спорить, категории каждого рассматриваемого выражения. Айдукевич так какие части формальной логики, логического исчисления, индуктив же определил понятие коннотации выражения как функцию, опре ной логики и т. п. должны быть включены в семиотику. Возможно, в деленную для конечных синтаксических мест этого выражения, ходе такой дискуссии были бы обсуждены только некоторые мета которая устанавливает единственное однозначное соответствие логические соображения, связанные с определенными фрагментами между этими синтаксическими местами и денотациями слов, зани того, что называют логистикой;

возможно, что обсуждение затро мающих эти места. Так, например, коннотации выражения round and нуло бы также и нестандартные логики. Но по моему мнению, такая red «круглый и красный» представляют собой конечное множество дискуссия была бы бесплодной, как бывает всегда, когда возникает упорядоченных пар:

конфликт из-за прерогатив, в то время как поле остается невозде <(1,1) — round;

(1, 0) — and;

(l, 2) — red>. ланным и ждет, когда его начнут обрабатывать.

Коннотация однозначно определяет денотацию. Наименование • Вот почему я ограничился лишь самым поверхностным указа денотации в рассмотренном выше случае принимает форму симво нием на связь между логикой, семиотикой и теоретической лингви лической записи: стикой, а также на некоторые их общие задачи. Я сделал это, лишь round and red бегло упомянув некоторые примеры. Семиотика дает представите (1,1) (1,0) (1,2) лям различных дисциплин возможность разрушить непроницаемые Айдукевич также дал определение отношения, существующе- перегородки между их узкоспециальными сферами.

го между главным оператором и его аргументами. Из него следует, что синтаксическая структура правильно построенного выражения однозначно определяется уже семантическими категориями ком Литература понентов первого порядка этого выражения. Еще одна теория ес тественного языка — как дедуктивной системы со своими аксио A j d u k i e w i с z, 19.35 — A j d u ki e w i с z K. Die syntaktische Konnexitt// матическими, дедуктивными и эмпирическими правилами — была _ Studia Philosophica, l, 1936 (translated in: «Polish Logic», Oxford, 1967).

построена Айдукевичем в 30-е годы;

в это время он также привлек • Aj d u k i e w i с z, 1958a — A j d u k i e w i с z K. Trzy pojcia definicji// Studia внимание к тому, что называется творческой способностью есте Filosoficzne, 5(8), 1958.

ственного языка.

11* Aj d u k i e wi c z, 1958b —A j d u k i e w i с z K. Zwia^zki skladniowe mizdzy czlonami zdari oznamuja^cych (Syntactic connections between parts of ЧАРЛЬЗ Из работы «Элементы логики.

declarative sentences)// International Symposium of Linguistics, 1958.

Aj duk i e wi c z, 1961 — A Method of Eliminating Intensional Sentences and САНДЕРС Grammatica speculativa» Sentential Formulae// Atti del XII Congresso Internacionale di Filosofia, V, Fiorenze, 1961.

ПИРС Aj d u k i e wi c z, 1967 a — A j d u k i e wi c z K. Intensional Expressions // Studia Logica, 20, 1967.

Aj duki e wi c z 1967b — Aj duk i e wi c z K. Proposition as the Connotation of Sentence// Studia Logica, 20, 1967.

В a r-H i 11 e 1, 1954 — В a r-H i 11 e l Y. Indexical Expressions// Mind,.63,1954.

С a r n a p, 1934 — Ca r na p R. Logische Syntax der Sprache. Wien, 1934.

Ch u r c h, 1951 — Ch u r c h H. A. Formulation of the Logic of Sense and Denotation// Structure, Method and Meaning, eds. P. Henle, H. M. Kallen, S. K. Langen, New York, 1951.

ГЛАВА 4. ПРЕДЛОЖЕНИЯ F о d o r, 1970 — Fo d o r J. D. Formal Linguistics and Formal Logic // New Horizons in Linguistics, ed. J. Lyons, Harmondworth, 1970.

Hahn, 1933 — H a h n H. Logic, Mathematics and Knowledge of Nature // § 1. Особенности дицисигнумов Einheits Wissenschaft, Wien, 1933.

309. Из трех классов [третьей]" трихотомии Ka pl a n, 1964 — K a p l a n D. Foundations of Intensional Logic. Doctoral репрезентаменов (простых или субститутив dissertation, UCLA, 1964.

ных знаков, или сумисигнумов [рем];

двойных L a k o ff, 1970 — La k of f G. H. Linguistics and Natural Logic// Synthese, или информационных знаков, квазипредложе 22, 1970.

ний, или дицисигнумов;

тройных или облада Lewi s, 1972 —Lewi s D.General Semantics (см. наст, сборник, с. 253—284).

ющих рациональной убедительной силой зна Mo nt a g ue, 1970 — Mo n t a g u e R. Pragmatics and Intentional Logic // ков, или умозаключений, или свадисигнумов] Semantics of Natural Language, eds. D. Davidson, G. Harman, Dordrecht, легче всего понять природу второго, то есть 1970 (русский перевод см. в сб. «Семантика модальных и интесиональ класса квазипредложений, несмотря на то, ных логик». М.: Прогресс, 1981).

что вопрос о сущности «суждения» является M с С a w l e у, 1972 — McCawl ey L. D. A Program for Logic// Semantics of в настоящее время самым спорным из всех Natural Language, eds. D. Davidson, G. Harman, Dordrecht, 1972.

вопросов логики. Правда, все эти классы име Mor r i s, 1938 — Mor r i s Ch. Fondations of the Theory of Signs (см. наст.

ют весьма сложную природу;

но в настоящее сборник, с. 37—89).

время вопрос без всякой необходимости ус Pri or, 1957 — P r i o r A. N. Time and Modality. Oxford, 1957.

ложняется тем, что внимание большинства Q u i n e, 1972 — Q u i n e G. Methological Reflections on Current Linguistich логиков вместо того, чтобы распространять Theory// Semantics of Natural Language, eds. D. Davidson, G. Harman, ся на предложения вообще, ограничивается Dordrecht, 1972.

«суждениями», то есть ментальными актами Rei nchenbach, 1947 — Re i nc he nba c h H. Elements of Symbolic Logic.

принятия предложений, которые не только Free Press, MacMillan, 1947.

содержат признаки дополнительные по отно R s s e l, 1924 — R s s e l B. Logical Atomism // Logical Positivism, ed.

шению к предложениям вообще — признаки, A.J. Ayer, Clencoe (111.), 1959 (1924).

выделяющие их как предложения особого T a r s k i, 1933 — T a r s k i A. Pojcie prawdy w jzykach nauk dedukcyjnych.

Warszawa, 1933.

Квадратные скобки здесь и далее принадлежат издателям английского текста Пирса. Сноски с цифровыми индексами принадлежат тексту оригинала —см. «При мечания » в конце работы Пирса. — Прим. ред.

ЧАРЛЬЗ САНДЕРС ПИРС рода, — но которые, кроме ментального предложения самого по цяситнум репрезентируется в своей Интерпретанте как Индекс себе, предполагают особый акт согласия. Проблема является до некоторого комплекса как такового, он должен репрезентировать статочно сложной, даже если мы только хотим выявить суще ся в той же Интерпретанте как составленный из двух частей, соот ственные свойства Дицисигнума вообще, то есть такого вида зна несенных соответственно с его Объектом и с ним самим [Дицисиг ка, который передает информацию, в противоположность знаку нумом]. Другими словами, чтобы понять Дицисигнум, его следует [такому, как иконический знак], из которого информация может рассматривать как составленный из двух таких частей, независимо быть извлечена1.

0т того, составлен он из них сам по себе или нет. Трудно понять, 310. Наиболее простой критерий, показывающий, является ли как это может быть, если в действительности у него нет таких двух знак Дицисигнумом или нет, заключается в том, что Дицисигнум частей, но быть может, нам это удастся. Рассмотрим эти две репре либо истинен, либо ложен, но сам по себе не дает оснований су зентируемые части отдельно. Часть, которая репрезентируется как дить, каков он. Это значит, что Дицисигнум должен явным обра репрезентирующая Первичный Объект, должна репрезентировать зом указывать, что он имеет референцию (refer) или устанавли ся как Индекс (или некоторый репрезентамен Индекса) Первичного вает отношение (relate) к чему-то, обладающему реальным бытием Объекта, так как Дицисигнум репрезентируется как Индекс своего независимо от его репрезентации как такового, и притом эта ре объекта. Часть, которая репрезентируется как репрезентирующая ференция или это отношение должно быть представлено не как часть Дицисигнума, репрезентируется одновременно как часть Ин нечто рациональное, но как слепая Вторичность. Но единствен терпретанты и часть Объекта. Она должна поэтому репрезентиро ный вид знака, объект которого необходимо существует, есть ваться как Репрезентамен такого рода (или как репрезентирующая подлинный Индекс. Конечно, Индекс мог бы быть частью неко такой Репрезентамен), у которого Объект и Интерпретанта могут торого Символа, но в этом случае отношение представлялось бы быть одним и тем же. Но ведь Символ не может быть сам своим чем-то рациональным. Следовательно, Дицисигнум необходимо Объектом, так как он есть закон, управляющий своим Объектом.

представляет себя самого в качестве подлинного индекса и ни- Например, если я скажу: «Это предложение передает информацию чего сверх того. На этой стадии нашего рассуждения откажемся о.самом себе» или «Пусть термин «сфинкс» будет обозначать что от всех прочих соображений и посмотрим, какого рода знаком либо имеющее природу символа, применимого ко всем «сфинксам» должен быть знак, который в любом случае представляет себя и ни к чему иному», — я скажу чистейший вздор. Но Репрезента как подлинный Индекс своего Объекта и ничего сверх того. За мен служит посредником между своими Интерпретантой и Объек меняя «представляет себя» более ясным истолкованием, мы мо том, и то, что не может быть объектом Репрезентамена, не может жем сказать: Интерпретанта Дицисигнума представляет (репре быть Объектом Интерпретанты. Следовательно, a fortiori" невоз зентирует) тождество Дицисигнума с подлинным Индексом можно, чтобы Символ имел свой Объект своей Интерпретантой. Ин реального Объекта Дицисигнума. То есть Интерпретанта пред- декс же вполне может репрезентировать сам себя. Так, каждое чис ставляет реальное экзистенциальное отношение, или подлинную ло может быть умножено на два;

и, таким образом, все множество вторичность, как существующее между Дицисигнумом и его ре- (collection) четных чисел есть Индекс всего множества чисел, и по альным объектом. Но Интерпретанта Знака не может представ- этому это множество четных чисел содержит Индекс самого себя.

лять никакой другой Объект, нежели Объект самого этого Зна- Но невозможно, чтобы Индекс был своей собственной Интерпре ка. Следовательно, то же самое экзистенциальное отношение тантой, так как Индекс есть не что иное, как индивидуальное суще должно быть объектом Дицисигнума, если последний вообще име- ствование в некоторой Вторичности вместе с чем-то;

и он стано ет реальный Объект. Это репрезентированное экзистенциальное вится Индексом, только будучи способным репрезентироваться отношение, будучи Объектом Дицисигнума, делает реальный некоторым Репрезентаменом как член данного отношения. Если бы Объект, который является коррелятом данного отношения, так- эта Интерпретанта могла быть сама собой, не было бы различия же Объектом Дицисигнума. между Индексом и Вторым. Иконический знак, однако, представ 311. Этот последний Объект можно обозначить термином Пер- ляет собой, строго говоря, возможность, включающую возмож вичный Объект, а другой — термином Вторичный Объект. В той ность, и, таким образом, возможность того, что он будет репрезен мере, в какой Дицисигнум является релатумом экзистенциального тироваться как возможность, есть возможность включенной отношения, которое есть Вторичный Объект Дицисигнума, он, оче- возможности. Следовательно, только в Репрезентамене этого типа видно, не может быть всем Дицисигнумом. Он одновременно есть часть Объекта и часть Интерпретанты Дицисигнума. Поскольку Ди Тем более (лат.). —Прим. ред.

У1Г\./\ ЧАРЛЬЗ САНДЕРС ПИРС Интерпретанта может быть Объектом. Отсюда та составная часть предположить, что лежащее в ее основе определение Дицисигну Дицисигнума, которая репрезентируется в Интерпретанте как часть даа справедливое по крайней мере в сфере знаков, может оказаться Объекта, должна репрезентироваться Иконическим знаком или йригодным и за пределами этой сферы.

Репрезентаменом Иконического знака. Дицисигнум, как он должен !-,!' 314. Наше определение не позволяет, чтобы Иконический знак пониматься, чтобы быть понятым вообще, должен содержать эти •был Дицисигнумом, так как собственная Интерпретанта Иконичес две части. Но Дицисигнум репрезентируется как Индекс Объекта в кого знака не может репрезентировать его как Индекс, поскольку том смысле, что последний включает нечто, соответствующее этим •Индекс по самой своей природе более сложен, нежели Иконичес частям;

и Дицисигнум репрезентируется как Индекс этой Вторич «ий знак. Поэтому среди Иконических знаков не может быть ин ности. Следовательно, Дицисигнум должен показывать связь меж формационных знаков. Мы обнаруживаем, что в действительности ду этими своими частями и должен репрезентировать эту связь как Йконические знаки могут быть весьма полезны для получения ин соответствующую связи в объекте между Секундарным Первичным формации — например, в геометрии, — но все же справедливо то, ;

Объектом [т. е. первичным объектом, поскольку он по своей струк что Иконический знак не может сам по себе передавать информа туре диадичен*] и Первичностью [или качеством первичного объек цию, так как его Объект — это все что угодно, что может быть по та], которая обозначена частью [Секундарного Первичного Объек добно данному Иконическому знаку, и это любое нечто является та], соответствующей Дицисигнуму.

его Объектом в той степени, в которой оно подобно данному Ико 312. Таким образом, мы делаем вывод, что, если нам удалось »ическому знаку.

пробраться через лабиринт этих абстракций, то Дицисигнум, опре деленный как Репрезентамен, Интерпретанта которого репрезен § 2. Субъекты и предикаты тирует его как Индекс его Объекта, должен обладать следующими признаками.

315. Все предложения суть информационные Символы. Наши вы Первое: Он должен, чтобы быть понятым, рассматриваться как воды не препятствуют тому, что Дицисигнумы были Символами;

состоящий из двух частей. Из них одна, которая может быть на «о начнем с рассмотрения того, применимы или нет наши опреде звана Субъектом, есть или репрезентирует некоторый Индекс Вто ление и выводы к обычным предложениям. Проиллюстрируем наши рого, существующего независимо от факта своей репрезентации, представления на примере предложения «У Туллия на носу боро тогда как другая, которая может быть названа Предикатом, есть давка». Это есть предложение независимо от того, истинно оно или репрезентирует некоторый Иконический знак Первичности [или,или нет, утверждает его кто-либо или нет, изъявляет с ним кто качества или сущности]. Второе: Эти две части должны репрезен •*ибо согласие или нет. Ибо акт утверждения предполагает, что тироваться как связанные;

и причем таким образом, что, если Ди •лицо, сформулировавшее предложение, осуществляет акт, кото цисигнум имеет какой-либо Объект, он [Дицисигнум] должен быть рый — в случае ложности предложения — делает его подвержен Индексом Вторичности, существующей между Реальным Объектом, ным санкциям со стороны общественного закона (или, во всяком репрезентированным в одной репрезентируемой части Дицисигнума случае, санкциям со стороны морального закона), если у этого лица как то, на что указывает Индекс, и Первичностью, репрезентиро нет, опоеделенного и достаточного оправдания. Акт же согласия ванной в другой репрезентируемой части Дицисигнума как то, что есть мысленный акт, посредством которого человек стремится за изображает Иконический знак. печатлеть смысл предложения в своем сознании, так что это бу 313. Теперь посмотрим, будут ли эти выводы наряду с допуще- дет определять его поведение, включая умонастроение, лежащее ниями, от которых они произведены, справедливы для всех знаков, ^основе поведения, причем это умонастроение может изменить которые явным образом указывают на то, что передают информа- ся, если появятся причины для его изменения. Итак, при осуще цию, не давая при этом рациональной аргументации ее истинности;

ствлении любого из этих актов данное предложение признается и будут ли они непригодными как для всех тех знаков, которые не предложением независимо от того, осуществился ли данный акт передают информации, так и для всех тех, которые представляют или нет. И на том факте, что предложение всегда понимается как доказательства истинности своей информации или основания ве- Нечто такое, с чем можно было бы соглашаться или что можно было рить в нее. Если наш анализ выдержит такую проверку, мы сможем $ы утверждать, не может быть основано надежное возражение.

Ибо наше определение Дицисигнума более чем признает истин ность этого, когда констатирует (исходя из того, что предложе * От диада — «единство, образуемое двумя раздельными членами или частями ». — ние есть Дицисигнум), что его Интерпретанта (т. е. ментальная Прим. ред.

САНДЕР репрезентация, или мысль, которую он стремится определить) iHO/ оно не будет, как мы понимаем, репрезентировать никакую репрезентирует предложение как подлинный Индекс Реального действительную Вторичность. Но как только такое событие воз Объекта, независимого от репрезентации. Ибо Индекс предпола никнет, предложение устанавливает отношения с единичной реп гает существование своего Объекта. Определение [Дицисигнума] &икойупоявляющейся в таком случае, и с данным единичным опы добавляет, что этот Объект есть Вторичность, или действитель том ~и описывает связь между ними. Аналогичные замечания ный факт. Что это справедливо для обычных «амплиативных» пред относятся ко всякому экспликативному предложению. Мы можем ложений — а именно таких, которые имеют в виду репрезентиро быть;

уверенными, что предложению «Каждый феникс, восставая вать нечто как факт, — не подлежит никакому сомнению. Но что ив^евоего пепла, поет "Янки Дудл"» не будут противоречить ни касается до экспликативных предложений, и особенно определе какие-наблюдения. Если так, оно совершенно истинно. «Каждый ний, то в этом можно усомниться. Если понимать определение как четырехсторонний треугольник является темно-синим» неизбеж вводящее определяемое, так что оно означает: «Пусть то-то и то но^ является истинным, так как невозможно, чтобы ему противо то — определяемое — означает то-то и то-то — определение», — речил какой бы то ни быХ опыт. Однако оба предложения бес то тогда мы имеем дело с предложением в повелительном накло слиыеленны. Равным образом бессмысленно любое экспликативное нении и, следовательно, не с предложением;

ибо предложение предложение, являющееся истинным, если оно не рассматривает (proposition) эквивалентно фразе (sentence) в изъявительном на ся как предложение относительно символа определенного рода, клонении. Таким образом, определение является предложением, некоторая рецлика которого действительно появляется. Если до только если определяемое уже известно интерпретатору. Но в этом пустим, что «Человек есть двуногое » — это экспликативное пред случае оно, очевидно, передает информацию относительно ложение^ оно не имеет никакого значения, если не будет события, свойств данного определяемого, которые имеются в реальной дей в котором можно применить имя «человек». Если будет такое со ствительности. Но возьмем «аналитическое», то есть экспликатив быэше, то,относительно этого экзистенциального индивидуаль ное, предложение;

и прежде всего возьмем формулу «А есть А».

ного;

случая говорится, что к нему может быть применен термин Если она предназначена для того, чтобы сформулировать нечто «двуногое ж То есть в случае, когда применяется слово двуногое, относительно реальных вещей, она является чем-то совершенно следствие никогда не будет в противоречии с каким бы то ни было непонятным. Она должна пониматься как означающая нечто от- опытом, реальным или воображаемым. Таким образом, предложе носительно символов;

нет сомнений, что субстантивный глагол ние каждого вида либо бессмысленно, либо имеет реальную Вто «есть» выражает одно из тех отношений, которые всякая вещь ричнасть в качестве своего объекта. Это факт, который каждый имеет по отношению к себе самой, как, например, « любит всё читатель философских произведений должен постоянно иметь в что любимо ом». Понимаемая таким образом, эта формула дает виду, переводя каждое абстрактно выраженное предложение в его информацию относительно символа. Символ, правда, не является точное значение относительно данного индивидуального опыта.

индивидуальным объектом. Но любая информация относительно Система экзистенциальных графов, которая способна выразить каждое предложение с любой желательной мерой аналитичности, символа есть информация^ относительно каждой его реплики*;

а выражает утверждение посредством того, что действительно зак реплика является определенно индивидуальным объектом. В та репляет индивидуальную реплику за индивидуальным листом, и ком случае, какую информацию относительно этой реплики дает такое закрепление есть в точности то, что репрезентирует Интер предложение «А есть А»? Информация состоит в том, что если нретанта предложения, прежде чем данное предложение утверж эта реплика будет модифицирована так, чтобы перед нею и после дается.

нее было одно и то же имя, то следствием будет реплика предло 316. Перейдем теперь к сравнению следствий из абстрактного жения, которое никогда не будет находиться в противоречии с определения Дицисигнума с фактами относительно предложений.

каким бы то ни было фактом. Сказать, что нечто никогда не про Первое следствие состоит в том, что каждое предложение содер изойдет, не значит установить какой-либо реальный факт, и до жит Субъект и Предикат, причем первый репрезентирует (или сам тех пор, пока не появятся какие-то наблюдения — будь то вне есть) Индекс Первичного Объекта, или Коррелят репрезентируе шние наблюдения или воображаемый опыт, — которые могли бы мого отношения, а второй репрезентирует (или сам есть) Икони считаться случаем, противоречащим рассматриваемому предложе ческий знак Дицисигнума в некоторых отношениях. Прежде чем задаться вопросом, всякое ли предложение состоит из таких час Употребления, повторения, каждый «экземпляр » одного и того же символа. — тей, посмотрим, являются ли точными предложенные для них опи Прим. ред.

170 матическим тропом, либо, если это не дает правильной интерпре сания, когда такие части имеются. Предложение «Каин убивает тации, предложение говорит об универсуме, который заключает в Авеля » имеет два субъекта: «Каин » и «Авель » и устанавливает от себе по одной реплике каждого из набора возможных символов, до ношение к реальным объектам одного в той же мере, что и к реаль цекоторой степени неопределенного, но включающего все, что дол ным объектам другого. Но его можно считать первоначально свя зешо быть учтено. Мы не можем сказать: «Все, что относится к занным с Диадой, составленной из Каина в качестве первого члена делу» — поскольку никакой набор не может исчерпать всех отно и Авеля в качестве второго. Эта Пара представляет собой единич сящихся к делу символов. В случае условного предложения4 «Если ный индивидуальный объект, имеющий такое отношение к Каину и сегодня ночью будет мороз, ваши розы погибнут» значение состо Авелю, что его существование заключается в существовании Каи jif в том, что любая реплика предложения «Сегодня ночью будет на и в существовании Авеля и более ни в чем. Несмотря на то что мороз», которая может быть истинна, сосуществует с истинной существование этой Пары зависит, таким образом, от существова репдикой предложения «Ваши розы погибнут». Это требует ре ния Каина и Авеля, она, однако, существует таким же истинным презентации Индекса в тсй же мере, в какой ее требует субъект образом, как и они, каждый в отдельности. Диада не является в точ предложения «Всякая роза погибнет».

ности Парой. Диада представляет собой ментальную Диаграмму, 317. Перейдем теперь к рассмотрению предиката. Довольно состоящую из двух образов (images) двух объектов, один из кото ясно, что последнее предложение, или вообще какое-либо подоб рых экзистенциально связан с одним членом пары, а другой — с ное ему, передает свое значение, только возбуждая в сознании не другим;

за одним закреплен в качестве репрезентации Символ со который образ или, так сказать, сложную фотографию образов, значением «Первый», а за другим— Символ со значением «Вто подобную соответствующей ей Первичности. Это, однако, не отве рой». Таким образом, данная диаграмма, Диада, репрезентирует Ин чает прямо на вопрос, который состоит не в том, что происходит дексы Каина и Авеля соответственно, что, таким образом, согласу по причине нашей ментальной конституции, а в том, как предикат ется с нашими выводами относительно субъекта. Рассмотрим теперь репрезентирует Первичность, которую он сигнифицирует (озна субъект предложения «Каждый человек является сыном двух ро чивает, signifies)5. Предикат неизбежно представляет собой Икони дителей ». Оно предполагает ментальную диаграмму пары, помечен ческий Сумисигнум [Рему] (что не всегда верно относительно ной «Первый» и «Второй», как и раньше (или, вернее, помеченной субъекта) и как таковой, что будет ясно после полного анализа Су символами, эквивалентными им в данном специальном назначении), мйсигнума, по существу, сигнифицирует то, что он сигнифициру но вместо того, чтобы оба элемента Диаграммы непосредственно ет, путем представления себя в качестве репрезентирующего Ико рассматривать как Индексы двух существующих индивидуальных нический знак этого (essentially signifies what it does by representing объектов, Интерпретанта диаграммы репрезентирует то, что если itself to represent an Icon of it). Без анализа Сумисигнума этот мо истолкователь всего предложения мысленным актом действитель мент должен остаться немного непонятным.

но закрепит за каким-либо индивидуальным человеком один из эле 318. Теперь мы подошли к вопросу о том, обладает ли всякое ментов диаграммы, то возникнет экзистентное отношение, закреп предложение Субъектом и Предикатом. Выше было показано, что ляющее другой элемент за определенной парой индивидуумов, и это справедливо относительно условного предложения;

и легко если истолкователь всего предложения закрепит один из членов видеть, что это равным образом справедливо относительно любо пары специально за этой единицей, то предикат будет истинен от го Дизъюнктивного предложения. Но обычное Дизъюнктивное носительно данной индивидуальной Диады в порядке ее членов.

Предложение построено таким образом, что трудно предпочесть Разумеется, это не значит, что человек, который понимает диаграм какой-то один способ его анализа. То есть высказывание «Или А, му в достаточной степени, действительно проходит через этот или В истинно» может равным образом рассматриваться как выс сложный мыслительный процесс;

здесь имеется в виду лишь то, что казывание «Истинна реплика, которая не является истинной, если этот процесс, по существу, необходим для полного и точного по не является истинной никакая реплика А и не является истинной нимания предложения. Помочь увидеть, что это так, может граф никакая реплика В», или как высказывание «Если реплика А не ис предложения. Здесь, как и раньше, Субъект репрезентирует инди тинна, реплика В истинна», или как высказывание «Если реплика В видуальную Диаду (Символом которой является предложение) как не истинна, реплика А истинна». Это сводится к одному и тому же репрезентируемую Индексом. Если предложение имеет абстракт точно так же, как «Некоторые X суть Y», «Некоторые Y суть X» и ный субъект, как, например «Краснота» или «Справедливость», оно «Нечто представляет собой как X, так и Y» сводятся к одному и может либо трактоваться в духе схоластов как экспонибилия, то тому же. Наиболее идеально полный анализ сводит всю сущность есть как предложение, реальное строение которого скрыто за грам 'l.....aaabtbv.

определение уже известного знака того же самого объекта. Воз Дицисигнума к Предикату. Копулятивное предложение даже еще можно, это было недостаточно выявлено в ходе данного анализа.

более очевидным образом имеет Субъект и Предикат. Оно преди Заметим, что эта связь между данным отпечатком, который являет цирует подлинно Триадическое отношение сосуществования трех ся квазипредикатом фотографии, и срезом лучей, который являет сущностей: «Р и Q и R сосуществуют». Ибо сказать, что и А, и В ся квазисубъектом, представляет собой Синтаксис Дицисигнума;

истинны, — это сказать, что существует нечто, что сосуществует И, подобно Синтаксису предложения, она представляет собой факт, как третье с истинными репликами А и В. Некоторые логики были относящийся к Дицисигнуму, рассматриваемому как Первое, то есть так заметно предубеждены или ограниченны, что приводили латин само по себе, независимо от того, что это знак. Каждый информа ские предложения fulget «сверкает (молния)» и lucet «светло» как ционный знак, таким образом, содержит Факт, являющийся его Син примеры предложений без какого бы то ни было субъекта. Но как таксисом. В таком случае совершенно очевидно, что Индексальные можно не видеть, что эти слова не передают вообще никакой ин Дицисигнумы равным образом соответствуют данному определе формации без отсылки (обычно Индексальной, поскольку Индек нию и следствиям.

сом является общее окружение собеседников) к тем условиям, при 321. Заметим, что это'соответствие как для предложений, так и которых утверждается, что сигнифицированные этими словами для информационных индексов совершенно не зависит от того, что Первичности имеют место?

они утверждаются, или от того, что с ними соглашаются. В анали 319. Предложение должно иметь актуальный Синтаксис, ре зах, предлагавшихся прежде, по-видимому, предполагалось, что презентируемый как Индекс тех элементов репрезентируемого фак отсутствие утверждения или по крайней мере согласия ведет к не та, которые соответствуют Субъекту и Предикату. Это наблюда отличимости предложения от составного общего термина — так что ется во всех предложениях. Со времени Абеляра было обычным «Человек является высоким» в таком случае было бы сведено к «Вы делать этот Синтаксис третьей частью предложения под именем сокий человек». Поэтому важно выяснить, не может ли определе Связки. Исторической причиной возникновения этого представле ние Дицисигнума, которое, как мы обнаружили, применимо к пер ния в двенадцатом столетии было, конечно, то, что латинский язык вому (даже если оно не подвергается «суждению»), быть равным того времени не позволял опускать глагол est, который обычно, хотя образом применимо и ко второму. Ответ не заставляет себя ждать.

и не всегда, опускался в греческом языке и достаточно часто в клас Чтобы полностью понять и усвоить символ «высокий человек», ни сической латыни. Во многих языках такого глагола нет. Но ясно, коим образом не требуется понимать его как связанный, или пре что нельзя избежать потребности в Синтаксисе, рассматривая Связ тендующий на связь, с реальным Объектом. Поэтому его Интер ку как третью часть предложения;

и проще сказать, что она пред претанта не репрезентирует его как подлинный Индекс;

так что ставляет собой только случайную форму, которую может прини определение Дицисигнума к нему не относится. Здесь невозможно мать Синтаксис.

полностью вдаваться в рассмотрение того, уделяет ли приведен 320. Таким образом, было достаточно продемонстрировано, что ный анализ достаточное внимание разграничению между предло все предложения-соответствуют определению Дицисигнума и след жениями и умозаключениями. Но легко видеть, что предложение ствиям, выведенным из этого определения. Предложение, короче специально предназначено для того, чтобы заставить Интерпретан говоря, представляет собой Дицисигнум, который является Симво ту относиться к своему реальному Объекту, то есть репрезентиру лом. Но Индекс также может быть Дицисигнумом. Портрет муж ет само себя как Индекс, тогда как умозаключение предназначено чины с подписанным под ним мужским именем определенно явля не для принуждения, а для воздействия посредством общих кон ется предложением, хотя его синтаксис — это не синтаксис речи, и цептов, то есть репрезентирует свой характер как собственно сим хотя портрет сам по себе не только репрезентирует Гипоиконичес волический.

кий знак, но и является таковым. Но имя собственное так тесно при 322. Вышесказанное представляет самый лучший анализ Ди ближается по своей природе к Индексу, что это могло бы быть до цисигнума, на который способен автор в настоящее время. Каки статочным для того, чтобы дать представление об информационном ми бы удовлетворительными ни могли показаться его основные Индексе. Лучшим примером является фотография. Один лишь сни пункты, в целом мало правдоподобно, чтобы он обошелся без боль мок сам по себе не передает никакой информации. Но то, что он ших или меньших поправок, хотя он и кажется в достаточной сте фактически представляет собой срез лучей, проецируемых пред пени близким к истине. Можно сомневаться, относится ли он в метом, который известен и помимо снимка, превращает его в Дици полной мере ко всем видам предложений. Данное определение сигнум. Каждый Дицисигнум, как это целиком учитывается систе Дицисигнума естественным образом наводит на мысль, что Су мой Экзистенциальных Грасров, представляет собой дальнейшее аА • - ^ 4AJTAJb САНДЕРС ПИРС мисигнум представляет собой любой Репрезентамен, Интерпретан ждая ничего о существовании какого-либо из таких объектов. Част та которого репрезентирует его как Иконический знак, и что Умо цый субъект — это субъект, который не указывает на то, какой ин заключение, или Свадисигнум, представляет собой Репрезентамен, дивидуальный объект имеется в виду, давая только его общее опи Интерпретанта которого репрезентирует его как Символ. Тщатель сание, но который содержит явные указания на существование по ное рассмотрение дает основания полагать, что все это похоже на Крайней мере одного такого объекта. Порядок, в котором идут Уни правду, но пока не исключает сомнений относительно того, вся ли :версальный и Частный субъекты, существен. Так, в предложении это правда...

Some woman is adored by whatever Spaniard may exist («Некую жен зиину обожает любой испанец, который только может существо § 3. Дихотомии предложений вать»)* первый субъект some woman «некоторая женщина» — Ча стный, а второй whatever Spaniard may exist «любой испанец, 323. Индексальные Дицисигнумы, по-видимому, не имеют существен который только может существовать» — универсальный. Но пред ных разновидностей, но предложения обычно могут быть подраз ложение Whatever Spaniard rnay exist adores some woman («любой делены посредством первичной дихотомии различными способами.

'испанец, который только может существовать, обожает какую-ни Во-первых, по Модальности или Модусу предложение может быть будь женщину») имеет те же самые субъекты в обратном порядке или de inesse* (выражение, используемое в «Суммулах» Петра Ис ff,' таким образом, имеет другое значение. Вполне мыслимо, что панского6), или модальным. Предложение de inesse рассматривает субъект описывается таким образом, что не является ни Универ только существующее положение вещей — то есть существующее в Ш'льным, ни Частным;

как, например, в эксцептивных (исключаю логическом универсуме рассуждение (discourse)7. Модальное же щих) предложениях («Суммулы») вроде «Все люди, кроме одного, предложение учитывает целый диапазон возможностей. Соответ -грешники». То же самое можно сказать о всех видах числовых пред ственно тому, утверждает ли оно нечто как истинное или ложное на ЛЬжений, например «Любое насекомое имеет четное число ног». Но всем диапазоне возможностей, оно необходимо или невозможно. Со /такие субъекты можно рассматривать как Частные Множествен ответственно тому, утверждает ли оно нечто как истинное или лож ные Субъекты. Примером Универсального Множественного ное в пределах этого диапазона возможностей (не включая и не ис Субъекта было бы «Любые два человека, запертые вместе, поссо ключая явным образом существующего положения вещей), оно рятся». Множество логически является индивидуальным объектом.

возможно или случайно (contingent). (Все эти термины заимствова Разграничение Универсальных и Частных субъектов содержатель ны у Боэция.) 1но, а не только формально;

и оно, по-видимому, имеет (как это счи 324. Субъект предложения бывает Единичный, Общий или Аб талось и в Средние века) в основном ту же природу, что и разгра страктный. Он является единичным, если указывает на индивиду ничение Необходимых и Возможных предложений.

альный Объект, известный до этого указания. Он является общим, 325. Не менее важно разграничение Гипотетических, Катего если описывает, как должен быть выбран заданный объект. Общий рических и Относительных предложений. По крайней мере после субъект бывает (как обычно признается) либо Универсальным, либо дний тип имеет некоторые существенные отличия от других.

Частным (Particular) и Неопределенным. (Последние три термина 326. Разграничение между Утвердительными и Отрицатель можно найти у Апулея8, современника Нерона. Но автор настоя ными предложениями является чисто формальным. Процесс инфи щей работы не принимает во внимание лишенное смысла разграни штации (это выражение впервые было употреблено Абеляром', и чение между неопределенным и частным.) В литературе можно До сих пор используется во всех западных языках), заключающий встретить запутанное учение относительно этих терминов, в част ся в прибавлении к некоторому термину префикса не-, превращает ности мнение, что некоторые виды универсальных предложений предложение из отрицательного в утвердительное, или так назы утверждают существование своих субъектов. Автор, напротив, счи ваемое Инфинитное (Бесконечное), предложение. Различие меж !

тает все универсальные предложения сходными в том, что они не Ду отрицательным и бесконечным предложением не больше, чем содержат подобного утверждения. Таким образом, универсальный •МежДу латинскими non est и est non, не отличающимися по смыслу.

субъект — это субъект, указывающий на то, что предложение име Socrates non est mortalis «Сократ не есть смертен» — обычная фер ет в виду любой удовлетворяющий общему описанию индивидуаль йа;

Socrates est non mortalis «Сократ есть не смертен» может быть ный объект, который есть или мог бы быть в универсуме, не утвер Ввиду несовпадения в этом примере его русского перевода и логической записи, * По присущности (лат.). — Прим. ред.

пример дается не в кавычках, а как английская фраза. — Прим. ред.

12 Семиотика ЧАРЛЬЗ САНДЕРС ПИРС сказано равным образом. Следует иметь в виду, что занятия логи Это, как будто, могло бы навести на мысль, что так обстоит дело с кой иногда привлекали людей весьма незрелого ума, что и в насто.Подлинными нарицательными именами, а также с прилагательны ящее время еще имеет место.

ми. Но несмотря на возможность такого предположения, люди в 327. Наконец, каждое предложение или истинно, или ложно.

подавляющем большинстве случаев представляют себе общие сло Оно ложно, если из него (без помощи каких-либо ложных предло ва как части глаголов. Это, по-видимому, опровергает психологию жений) можно правильно вывести любое предложение, которое Ясогиков.

противоречило бы непосредственным чувственным показаниям,.-•--• 329. Собственное имя, когда с ним встречаются в первый раз, если таковые могут найтись. Предложение истинно, если оно не Экзистенциально связано с некоторым восприятием или с иным эк ложно. Следовательно, полностью бессмысленные предложения, вивалентным индивидуальным знанием индивидуального объекта, если они вообще могут быть названы предложениями, должны быть который этим именем называется. Тогда, и только тогда оно явля отнесены к истинным предлежениям.

ется подлинным Индексом.,Когда с ним встречаются следующий раз, оно рассматривается как Иконический знак этого Индекса.

Повседневное знакомство с именем делает его Символом, Интер § 4. Прагматическая интерпретация логического субъекта претанта которого репрезентирует его как Иконический знак Ин 328. Любой символ, который может быть прямой составляющей декса называемого Индивидуального объекта.

(a direct constituent) предложения, называется термином (terminus y 330. Если вы заглянете в учебник химии в поисках определения Боэция). Когда логики говорят, что категорическое предложение лития, вы, возможно, обнаружите, что это элемент, атомный вес имеет два термина: субъект и предикат, — то, по небрежности вы которого очень близок к семи. Но если у автора более логический ражения или копируя Аристотеля, они наталкиваются на истину.

склад ума, то он сообщит вам, что вам следует искать среди мине Их обычная доктрина (хотя это часто не формулируется в одном ралов, стекловидных, прозрачных, серых или белых, очень твердых, тезисе) состоит в том, что предложение содержит три термина:

хрупких и нерастворимых, такой, который придает малиновый от субъект, предикат и связка (Абеляр). Правильным обозначением тенок несветящемуся пламени;

этот минерал, растертый в порошок для субъекта и предиката будет, в соответствии с их учением, край вместе с известью или с так называемым крысиным ядом и расплав ние члены (extremes), что является переводом того же греческого ленный, может быть частично растворен в соляной кислоте;

если слова, что и термин (орос)*. В таком учении связка считается един этот раствор выпарить и осадок с помощью серной кислоты долж ственным глаголом, а все остальные термины — или собственные ным образом очистить, то обычными методами он мол-сет быть об имена, или общие имена классов (class-name). Автор настоящей ра р'ащен в хлорид;

если этот хлорид получить в твердом виде, распла боты считает связку неотъемлемой частью имени класса, так как вить и подвергнуть электролизу с помощью полудюжины мощных это дает наиболее простое удовлетворительное описание предло элементов, то образуется шарик розового, серебристого металла, жения. Оказывается, что в подавляющем большинстве языков нет который будет плавиться на газолиновой горелке;

вот это вещество общих имен класса и прилагательных, которые не мыслились бы как и есть образчик лития. Особенность этого определения — или, ско части некоторого глагола (даже когда реально такого глагола нет), рее, этого предписания, что более полезно, чем определение, — со и, следовательно, для образования предложений в таких языках не стоит в том, что оно говорит вам, что обозначает слово «литий», требуется ничего подобного связке. Автор (отнюдь не желая выда предписывая, что вы должны делать, чтобы получить чувственное вать себя за лингвиста) держал в руках грамматики многих языков (perceptual) знакомство с объектом слова. Каждый субъект пред в поисках языка, построенного по тому же образцу, по которому, ложения, если только это не Индекс (подобно окружению собесед как нас всячески пытаются уверить логики, построено мышление ников или чему-то в этом окружении, привлекающему внимание, как, всех людей (причем, если бы даже они таким образом и мыслили, например, указующий перст говорящего) или Субиндекс (подобно это не имело бы никакого отношения к логике). Ему удалось найти собственному имени;

личному или указательному местоимению), единственный подобный язык — баскский, в котором, кажется, есть Должен быть Предписанием (Precept) или Символом, который не толь всего два или три глагола, а все прочие основные слова понимают ко дает интерпретатору описание того, что должно быть сделано им, ся как существительные. В каждом языке должны быть собствен или другим, или всеми вместе, чтобы получить Индекс индивидуаль ные имена;

а в собственном имени не содержится никакой глагол.

ного объекта (будь то единица или единый набор единиц), относи тельно которого данное предложение репрезентируется как истин Букв, «предел».—Прим,ред.

ное, но который, кроме того, присваивает некоторое обозначение 12* VI Tbn.JT.i4JO этому индивидуальному объекту или, если это множество, каждой нкя самой высокой и самой живой отрасли логики. Лично мне это отдельной единице этого множества. Пока мы не найдем лучшего обозначение, может быть, дает такого же рода удовлетворение, обозначения, такой термин может быть назван Предписанием. Та- какое обнаруживали многие научные школы, заимствуя наимено ким образом, Субъект предложения «Любой испанец, который толь- вания, изобретенные их противниками в качестве уничижительных.

ко может быть, обожает какую-нибудь женщину» может быть луч- Ибо, хотя профессор Шредер не может не признать значение и ше всего истолкован следующим образом: «Возьмем любой необходимость данной аргументации, чувствуется, что к его общей индивидуальный объект А в универсуме, тогда найдется некото- положительной оценке примешивается легкий оттенок неодобре рый индивидуальный объект В в универсуме, такой, что А и В в дан- ния по поводу ее неоспоримого формального несовершенства. Для ном порядке образуют диаду, относительно которой верно следу- меня именно это несовершенство является показателем того, что ющее», а именно Предикат: « либо не испанец, либо обожает -, рассуждение исходит как раз из тех источников наблюдения, от женщину, которая есть ». куда следует черпать все справедливые рассуждения;

и я много раз 331. Любой термин, который подходит для того, чтобы быть отмечал, что в истории философии аргументация, которая была в субъектом предложения, может быть назван Онома. Категорема- известной мере темной и формально несовершенной, часто дохо тический термин (у Дунса Скота, но, вероятно, еще раньше) — это дила до наибольших глубин. Другой вид рассуждений, применяе любой термин, который подходит для того, чтобы быть субъектом мый мною при анализе утверждений, — это выведение того, каки или предикатом предложения. Синкатегорематический Термин, или ми должны быть составные части утверждения, из принимаемой Синкатегорема («Суммулы»),— это Символ, который участвует мною теории, согласно которой истина состоит в окончательном в образовании Категорематического Термина. Связка, по-видимо- убеждении — принуждении (compulsion) исследующего разума. Это му, имеет двойственный характер, не будучи ни категорематичес- выводится систематическим образом, но это только часть метода, ким, ни синкатегорематическим... ибо после того как заключения, или квазипредсказания, выведены дедуктивным путем из теории, необходимо обратиться к свидетель ствам риторической очевидности и посмотреть, подтверждаются § 5. Природа утверждения ли сделанные выводы опытом. Если мы обнаружим, что подтверж 332. Рассмотрим теперь, в чем состоит сущность утверждения.

даются, то не только получим доказательства того, что анализ ут Я могу здесь только повторить, хотя в улучшенной форме, те по верждения является всесторонним, но более вероятной сделается ложения спекулятивной грамматики, которые я впервые сформу и теория истины.

лировал в 1867 г.. С тех пор, по мере продвижения моих фило 334. В каждом утверждении мы можем различить говорящего софских занятий, я был много раз вынужден серьезно усомниться и слушающего. Правда, существование последнего может быть в своей теории и подвергнуть ее строгой и основательной про проблематическим, как, например, в том случае, когда при кораб верке. Каждая проверка, хотя и вела к некоторой более или менее лекрушении описание аварии запечатывают в бутылку и бросают значительной модификации, тем не менее снова реабилитировала в воду. Проблематический «слушающий» может объединяться с в моих глазах то, в чем я был готов усомниться. Я полагаю, что •«говорящим» в одном и том же лице, как происходит, например, теперь я могу сформулировать мою теорию достаточно удовле когда мы пытаемся точно зарегистрировать в своем уме сужде творительным образом. В то же время я воспользуюсь случаем, ние, чтобы вспомнить его позднее. Если бывает какой-либо акт чтобы признать и объяснить погрешности предыдущих формули суждения, независимый от какой бы то ни было регистрации, и ровок.

если он имеет какой-либо логический смысл (что спорно), мы мо 333. В анализе утверждения нам придется использовать рассуж жем сказать, что в этом случае слушающий становится тожде дения двоякого рода. С одной стороны, мы можем непосредствен- ственным с говорящим.

но наблюдать то, что нам хорошо известно относительно утверж 335. Утверждение состоит в предоставлении слушающему со дений из опыта и кажется от них неотделимым. Профессор Шредер стороны говорящего свидетельств в том, что говорящий полагает ( Sc h r d e r ) называет это риторической очевидностью;

и это нечто, то есть находит некоторое представление о некоторых об обозначение удачно, так как рассматриваемая аргументация имеет стоятельствах неотразимо убедительным (принудительным). По характерные черты выводов, которые древние логики называли этому в каждом утверждении должно быть три части: знак того, риторическими. Этот термин гармонирует, кроме того, с термином что имеет место принуждение к представлению, знак самого при спекулятивная риторика, употребляемым мною в качестве назва нудительно возникающего представления и знак, свидетельствую ЧАРЛЬЗ САНДЕРС ПИРС щий о принуждающем характере воздействия, которое испытыва- совпадать с объектами, обозначаемыми посредством грамматичес ет говорящий постольку, поскольку он отождествляет себя с науч- ких подлежащих. Логики всегда подчинялись обычаю рассматри ным познанием. вать предложения только (или главным образом) после того, как 336. Поскольку убеждение-принуждение бывает по самой сво.щш выражены в определенных стандартных, или канонических, ей природе hic et nunc*, то обстоятельства такого принуждения мо -формах. Рассматривать их точно в том виде, как они выражены в гут репрезентироваться для слушающего только принуждением его том или ином языке (как это делают Гоппе [H o p p е] и некоторые к принятию опыта относительно этих самых обстоятельств. Следо другие), — значит превращать логику в филологическую, а не фи вательно, необходимо, чтобы был тип знака, который будет дина лософскую дисциплину. Однако на выбор канонических форм ока мически воздействовать на внимание слушающего и направлять его зала влияние структура ограниченного класса языков, что, я пола на определенный объект или событие. Такой знак я называю Индек- гаю, свело философию с правильного пути. То, что называют сом. Правда, вместо простого знака этого типа может выступать подлежащим, — это существительное в именительном падеже, хотя, предписание, описывающее, как должен действовать слушающий, даже в нашей относительно не'болыиой семье индоевропейских язы чтобы приобрести опыт с обстоятельствами, к которым относится ков, можно найти несколько таких, в которых существительное ста утверждение. Но так как это предписание говорит ему, как он дол- вится в одном из косвенных падежей в тех случаях, когда в латинс жен действовать, и так как действовать и подвергаться действию JCQM, греческом и в современных европейских языках оно стоит в это одно и то же и, таким образом, действие бывает также hic et именительном падеже. Таковы ирландский и гаэльский. Кроме того, nunc, то предписание само должно использовать Индекс или Ин,в роли индекса не всегда выступает имя существительное. Индекс дексы. То, на что индекс направляет внимание, можно назвать может быть, как мы видели, простым взглядом или жестом. К тому субъектом утверждения... же он может быть так замаскирован, что нельзя будет с уверенно 337. Никаким описанием нельзя отличить реальный мир от во- стью сказать, является ли он вообще индексом. И здесь нам едва ли ображаемого мира. Часто спорили о том, был ли Гамлет сумасшед- поможет, если мы обратимся к значению утверждения;

потому что шим или нет. Это иллюстрирует необходимость указывать, что в таких случаях трудно сказать точно, какое значение имеет дан имеется в виду реальный мир, если он имеется в виду на самом деле. ное утверждение. Так, в утверждении «Все люди смертны» мы мо Однако реальность целиком динамична, а не квалитативна. Она со- жем сказать, что субъектом является «каждый человек», или мо стоит в принудительной силе. Только динамический знак может жем сказать, что субъект— это «множество людей», или что отличить ее от вымысла (fiction). Правда, никакой язык (насколько •«каждый человек» и «некоторый из смертных» — два субъекта, или мне известно) не имеет особой формы речи, которая бы показыва- что субъект — это «всё» (а предикат — «или не человек, или смер ла, что речь идет о реальном мире. Но в этом и нет необходимости, тен»), или что «все» и «человечество» и «смертность» — это три так как интонация и мимика достаточны, чтобы показать, что гово- субъекта, и еще есть сотня других возможностей. Но если жела рящий говорит серьезно. Соответствующие интонация и мимика тельно, чтобы была принята одна каноническая форма, то самым динамически воздействуют на слушающего и направляют его вни- лучшим правилом было бы употреблять отдельный индекс для все мание на действительность. Поэтому они представляют собой ин- го, что неразличимо с логической точки зрения. То есть в данном дексы реального мира. Таким образом, не остается никакого клас- случае считать индексом «все», «человечество» и «смертность».

са утверждений, которые не содержат индексов, если только речь 339. Каждый субъект, когда индекс указывает на него непо идет не о логическом анализе и предложениях тождества. Но логи- средственно, как в словах «человечество» и «смертность», являет ческий анализ будет неправильно понят, а предложения тождества ся единичным. В противном случае предписание, которое можно на сочтены бессмысленными, если не понимать их как относящиеся к звать квантором субъекта, предписывает, каким образом субъект миру терминов или понятий;

а этот мир, как фиктивный мир, требу- должен быть выбран из множества, называемого его универсумом.

ет индекса, чтобы его можно было отличить. Поэтому остается В логике вероятностей кванторы — такие, как «девять из десяти» и фактом, как это было провозглашено теорией, что частью каждого т. п., — относятся к опытным данным за достаточно «длительные утверждения должен быть по крайней мере один индекс. отрезки времени». Но в логике необходимости не учитывается опыт 338. Обстоятельства или объекты, обозначаемые посредством такого рода и требуются только два квантора: квантор общности индексов, я называю субъектами утверждения. Но они не будут (the universal quantifier), который разрешает выбрать из универсу ма любой объект, безразлично какой, и квантор существования (the particular quantifier), который предписывает, что должен быть выб ' Здесь и сейчас (лат.}. — Прим. ред.

ЧАРЛЬЗ САНДЕРС ПИРС СЕМИОТИКА И ЛОГИКА Яарльз Диккенс», а тождество есть общее, а именно гемилогичес ран подходящий объект. Когда есть несколько квантифицируемых кое, отношение. Ибо предикат имеет идеальный характер, и в каче субъектов и кванторы различны, то существен порядок, в котором стве такового не может быть простой «этостью» (hecceity)*. В дей они выбраны. Именно свойства квантора того субъекта, который ствительности в предложении «Боз есть Чарльз Диккенс» выбран последним, распространяются на все предложение. (В пре Субъекты — это «Боз» и «Чарльз Диккенс», а предикат — «тожде жних формулировках этот последний момент был для меня не ясен.) ствен с». Далее, каждый общий знак, т. е. «термин», включает по Хотя никакие другие кванторы, помимо этих двух, не являются не крайней мере зачаточное утверждение. Ибо чем мы полагаем «тер обходимыми, можно достичь много большего, нежели просто удоб мин» или «имя класса»? Это есть нечто, что означивает (сигнифи ной и краткой записи, используя также два других «гемилогичес цирует), или, используя вызывающую возражения терминологию ких» («полулогических», hemilogical) квантора, из которых один Дж. С. Милля «коннотирует», определенные свойства и тем самым позволяет выбрать из универсума любой объект, кроме одного, а обозначает (денотирует) все^ что обладает этими свойствами. Ина другой ограничивает свободу выбора одним или другим из подхо яе говоря, «термин» направляет наше внимание на представление, дящих двух. Прежде всегда предполагалось, что универсум логи или мысленное построение, или диаграмму чего-то, что обладает ческого субъекта представляет собой дискретное множество, так этими свойствами, и представление об обладании этими свойства что субъектом является индивидуальный объект или обстоятель ми'сохраняется в сознании. Что это означает, как не то, что слуша ство. Но в действительности универсум может быть континуумом, ющий говорит сам себе: «То, что находится здесь (предмет внима так что не существует никакой части его, относительно которой ния), обладает такими-то и такими-то свойствами »? Это может быть все было бы непременно или целиком истинно, или целиком ложно.

не.вполне предложением или полностью утверждением, так как слу Например, невозможно найти такую часть поверхности, которая шающий не говорит сам себе, что представляет собой находящееся была бы целиком одного цвета. Даже точка на этой поверхности «здесь», 'потому что объект внимания в этом случае есть не более может одновременно принадлежать трем или более частям, окра чир произведение мысли. Это по крайней мере не утверждение о шенным в разные цвета. Но логика непрерывных универсумов ожи реальном мире. Но тем не менее тут содержится ассерторический дает исследования..

элемент, мысленная связка. Когда слушающий слышит слово «свет», 340. В 1867 г. я определял символ как любой общий репрезен яр начинает создавать в уме соответствующий образ и проходит тамен, и это было верно. Но сразу после этого я пошел по тради яерез тот же мыслительный процесс, который приписывается Эло ционному пути, разделив символы на термины", предложения и химу в первой главе Бытия: «И сказал Бог: да будет свет. И стал умозаключения, имея в виду, что термины не содержат никакого шет1 И увидел Бог свет, что он хорош», — то есть, что свет был, ассерторического элемента, и это было ошибкой, хотя это деление действительно, именно тем, что предполагалось создать. Это сво само по себе не столько неправильно, сколько несущественно.

дится к тому, чтобы сказать: «Это свет!». Пока не осуществлен этот Впоследствии, обратив внимание на то, что я отнес естественные процесс, название не возбуждает в сознании слушающего никако симптомы как к классу индексов, так и к классу символов, я огра го значения. Но я возражаю против триады: термин, предложение, ничил символы конвенциональными знаками, что было еще одной вывод, если ее считать важнейшей в логике. Ведь общие имена (на ошибкой. Я думаю, что моя статья 1867 г. была — с логической точ рицательные существительные или их эквиваленты), которые подра ки зрения — наименее неудовлетворительной из всего, что мне уда зумеваются под терминами, — это не более чем случайные грамма лось написать;

и долго потом большая часть модификаций, кото тические формы, которые по стечению обстоятельств выдвинулись рые я пытался внести, только уводили меня еще дальше по иа главные роли в наиболее знакомых нам языках, но которые едва неправильному пути.

ли существуют или по крайней мере играют далеко не такую значи 341. Поскольку каждый символ включает утверждение или за тельную роль в огромном большинстве языков и, в сущности, долж чаточное утверждение, он является общим (general) в том смысле, в НБГ'были бы игнорироваться спекулятивной грамматикой. Действи каком мы говорим об общем знаке. Это значит, что предикат пред тельно, абсурдно возводить эту ненужную часть речи в ранг ставляет собой общий знак. Даже когда мы говорим: «Боз был логической формы и оставлять непредставленными необходимые Чарльз Диккенс», — мы подразумеваем: «Боз был тем же, что и. Слово этостъ от этот употребляется в русской философской традиции для обо В оригинале здесь и далее употреблено слово term, которое соответствует русским •' значения индивидуальности предмета, его конкретной данности (в соответствии с терм и термин, первым соответствием term — терм пришлось пожертвовать. — лат. haecceitas от haec жен. род слова hic «этот»). — Прим. перев.

Прим. ред.

предлоги только потому, что в индоевропейских языках последним становится, если мы перестанем утверждать эти предложения, ут часто соответствуют окончания. верждением:

342. В то же время следует признать, что предложение «Пусть / \ --г Если Енох был человек, то Енох был смертен.

будет свет», или, что то же самое, «/ есть свет», где / никаким иным ги?:.: Таким образом, верно по крайней мере обратное;

и каждое таким образом не определяется, представляет собой только утверждение •образом «выпотрошенное» умозаключение является предложением.

относительно непостоянной идеи, значительно менее развитое, не -:,-' 345, Но теперь являются немецкие логики почти в полном своем жели предложение «Гамлет был сумасшедшим», которое связывает -составе, и среди них профессор Шредер, и провозглашают, что гипо ся с великим произведением, более прочным, чем бронза. Устраним тетические предложения и категорические предложения существен из любого предложения его квантифицирующие знаки, и останется HO отличаются друг от друга. Под гипотетическим предложением именно такое неразвитое выражение. Удалим квантор из предложе -подразумевается — в соответствии с той точной традиционной тер ния «Все люди смертны», или, что то же самое, «Любое нечто или не минологией, которую логика имела счастье унаследовать, — любое является человеком, или является смертным», и получим «X или не -предложение, составленное из предложений. Де Морган столь об ;

человек, или смертен». Удалим квантор из предложения «Все" име стоятельно исследовал логические комбинации, что знакомство с его ет какую-то причину», или, что то же самое, «Пусть А — что угодно;

;

работой дает нам возможность сразу утверждать, что есть шесть тогда существует нечто, В, такое, что В является причиной А», и по- •разновидностей простых гипотетических предложений, выстраива лучится «В является причиной А». Такие рудиментарные утвержде -юшдхся по двум родам;

а объяснения К. Лэдд-Франклин и ее мужа ния — утверждения по форме, но лишенные субстанции, — в точно показывают, что сложные гипотетические предложения, имеющие два сти выражают значение логических терминов. В этом смысле мы ^члена, исчисляются десятками тысяч. Простые разновидности суть можем сказать, что в каждом предложении столько терминов, сколь следующие:

ко в нем квантифицируемых субъектов. Иной характер имеют еди ~.;

у ' Род I. Отрицательные простые гипотетические предложения ничные субъекты. Каждый термин является единичным, но неопре (не утверждающие и не отрицающие ни один из членов гипотети деленным. В соответствии с характером своего предиката он может ческого предложения).

быть утвердительным или отрицательным. Разновидность 1. Условные предложения. Если гремит гром, идет 343. Связка отличается от субъектов и предиката тем, что она дождь.

чисто формальна и не имеет никакого специального содержания или к-. - 'Разновидность 2. Дизъюнктивные предложения. Или гремит сложности. Несомненно, это потому, что мы предпочитаем провес- гром, или идет дождь.

л ти границы между различными частями предложения таким обра- ;

Разновидность 3. Предложения несовместности (Репугнанци зом, чтобы для связки не осталось никакого содержания;

но ведь есть альные). Гром и дождь не могут быть одновременно.

веские доводы для того, чтобы провести эти границы именно так. Род II. Утвердительные простые гипотетические предложе ния (или утверждающие, или отрицающие каждый из членов гипо тетического предложения).

§ 6. Рудиментарные предложения и умозаключения ••'•'••' Разновидность 1. Предложения независимости (Индепенден 344. Закончив, таким образом, анализ утверждения, я приступаю те ЩИалънЫе). Гремит гром, но не идет дождь.

перь к тому, чтобы кратко продемонстрировать, что почти в том же '*''- Разновидность 2. Конъюнктивные предложения. И гремит гром, смысле, в каком термин представляет собой зачаточное предложе- и ^ идет дождь.

!

ние, предложение в свою очередь есть зачаточное умозаключение.

• -Разновидность 3. Терциалъные предложения. Нет ни грома, ни Термин — это предложение с субъектами, лишенными принудитель- •дождя.

;

ной силы. Лишите предложения из некоторого умозаключения их • '346. Большинство этих простых разновидностей выделялись в ассертивности, и результатом будет утверждение. Так, умозаклю ^качестве гипотетических средневековыми логиками. Но Кант, ко чение:

торый пришел к убеждению, что должно быть по три класса пред ложений, по каждому логическому принципу деления, выделил л Енох был человек, категорические предложения в один класс, и отнес первые две раз.-. Енох был смертен, новидности отрицательного рода простых гипотетических предло же.ний к двум своим другим классам. Но он назвал условные пред * Буквальный перевод показал бы тождество этого предложения предыдущему: «Лю ложения гипотетическими предложениями, ограничив этот термин бое нечто... ». — Прим. ред.

таким образом, как его, собственно, уже ограничивали некоторые ти логическую дизъюнкцию, которая необходимо будет истинна. Кван логики. Арсенал Канта был недостаточным для того, чтобы соста- тифицируемый субъект может быть или универсальным (общим) или вить таблицу «Функций суждений». Даже Ламберту, величайшему специфическим (частным). Частноотрицательные и общеутвердитель формальному логику, не удалось справиться с этой задачей;

этого ные простые гипотетические предложения будут иметь другой и бо не могли сделать даже Кант и Ламберт вместе, объединившись в лее простой характер, нежели простые гипотетические предложения, один могучий интеллект. Кант даже не уделил этой задаче време- являющиеся общеотрицательными и частноутвердительными. Это по ни, достаточного для того, чтобы получить представление о ее важ- казывает следующая таблица.

ности. Но последующие немецкие логики, блуждающие без какого Частноотрицательные гипотетические предложения либо точного метода по всем периодам и занимающиеся всеми вопросами, слишком уважающие общепринятые предрассудки, ака- Условные. Не может греметь гром, или может идти дождь.

демичные и пристрастные в своих мнениях, приняли триаду кате- Дизъюнктивные. Может греметь гром, или может идти дождь.

горических, гипотетических и дизъюнктивных предложений — ча- Репугнанциальные. Не должен греметь гром, или не должен идти дождь.

стично потому, что она казалась удобной с метафизической Общеутвердительные гипотетические предложения стороны, а частично потому, что у них не было никакого метода, Индепенденциальные предложения. Должен греметь гром и не мо который бы мог настоятельно потребовать отказа от какого-либо ясет идти дождь.

взгляда, официально ими проповедовавшегося. Но профессор Шре Конъюнктивные предложения. Должен греметь гром и должен идти дер, будучи точным логиком, все же не мог принять эту триаду. Тем дождь.

не менее он считает категорические предложения по существу от Терциальные предложения. Не может греметь гром и не может идти личными от всех гипотетических предложений в широком смысле дождь.

слова. Вышеприведенный анализ термина, поскольку он рассмат ривает термин как предложение, рассматривает категорические Общеотрицательные гипотетические предложения предложения как сложные, или гипотетические, предложения. Но Условные предложения. Во всяком возможном случае, в котором мы не можем пройти мимо обдуманного мнения такого мыслителя, должен был бы греметь гром, шел бы дождь.

как Шредер, без более подробного рассмотрения...

Дизъюнктивные предложения. Во всяком возможном случае или 347. Квантифицируемый субъект гипотетического предложения гремит гром, или идет дождь.

представляет собой возможность, пли возможный случай, или воз Репугнанциалъные предложения. Ни в каком возможном случае од можное положение вещей. В самом простом смысле то, что является новременно не будет греметь гром и идти дождь.

возможным, представляет собой гипотезу, относительно ложности которой на некотором данном уровне осведомленности нельзя с до Частноутвердителъные гипотетические предложения стоверностью судить. Предполагаемым уровнем осведомленности Цндепенденциальные предложения. Может греметь гром без дождя.

может быть действительный уровень знаний говорящего, либо боль Конъюнктивные предложения. Может греметь гром и идти дождь шее или меньшее количество информации. Таким образом возника одновременно.

ют разные виды возможности. Все эти разновидности возможности Терциальные предложения. Может быть так, что не будет ни гре являются игнорантными*, или отрицательными. Положительная меть гром, ни идти дождь.

возможность возникает тогда, когда наше знание таково, как оно 348. Во всяком вполне развитом" гипотетическом предложении репрезентируется дизъюнктивным предложением: или А, или В, или имеется некоторый диапазон возможностей. Из этого предложе С, или D и т. д. истинно. А, В, С, D и т. д. являются в таком случае ние извлекает свою характеристику. Но последователи Филона положительно возможными случаями. Так, при игре в триктрак имеет утверждают (а последователи Диодора обычно допускают), что ся двадцать один возможный исход метания кости на каждую игру.

анализ должен начинаться с consequentia simplex de inesse, то есть с Совокупность положительно возможных случаев представляет со того, чем становится условное предложение, приобретая безуслов бой диапазон или универсум возможности. Высказывающий гипоте ную силу (omnipotence). Другими словами, мы должны начать с того, тическое предложение не обязательно обладает положительным дизъюнктивным знанием;

но, во всяком случае, он может произвес о контексте Пирса этот термин противопоставляется данному выше термину руди ментарный.—Прим. ред.

От лат. ignorans «не знающий, не имеющий сведений ». — Прим. ред.

чтобы снять квантификацию и рассматривать единичные гипотети тиворечивым, это равным образом несостоятельно. «А есть не А» ческие предложения. Когда мы сделаем это, условное предложе опровергает это.

ние (согласно учению Филона) приобретает вид: «В этом случае или 353. Общие Имена (нарицательные) обыкновенно используют не гремит гром, или идет дождь». Если мы не говорим об этом слу ся для обозначения «чувственно воспринимаемых предметов» чае ничего, кроме того, что это некоторая предполагаемая возмож («sensepercepts»), тогда как являющиеся фразами части гипотети ность, единичное гипотетическое предложение становится терми ческих предложений обычно используются для обозначения си ном (термом). «В предполагаемом мною случае или не гремел бы туаций, которые иногда имеют место или происходят. Одно обо гром, или шел бы дождь» сводится к: «Рассмотрим случай, в кото значает объект, другое — событие, на которые направлено ром или не гремит гром, или идет дождь», или к: «Случай либо на внимание. Между ними имеется психологическое различие. Но в личия дождя, либо отсутствия грома». Последние два выражения логике не следует проводить разграничений, которые не могут отличаются с точки зрения акциденциального синтаксиса извест вести к различению между хорошими и плохими умозаключениями.

ных языков, но они не различаются по значению.

Для целей логики не имеет.никакого значения, каким психологи 349. В статье, которую я опубликовал в 1880 г., я дал несовер ческим воздействием остановлено внимание. Когда потребуется шенное описание алгебры связки. Я там говорил со всей опреде произвести анализ непрерывного логического универсума-конти ленностью о необходимости квантифицировать возможный случай, нуума, возможно, будет показано, что следует проводить логи к которому относится условное или индепенденциальное предло ческое разграничение между таким универсумом и дискретным жение. Но поскольку мне не были в то время известны знаки кван универсумом;

и возможно, немного более естественно связывать тификации, алгебру которых я разработал позднее, основная часть непрерывный универсум с гипотетическими предложениями, не главы трактовала о простых следствиях de inesse [...].

жели с категорическими. Тем не менее в очень многих случаях уни 352. [...]" Замечу прежде всего, что предложение не перестает версум гипотетических предложений является дискретным;

и очень быть истинным из-за того, что оно не имеет смысла. Предложение во многих случаях универсум категорических предложений непре ложно тогда, и только тогда, когда нечто, что оно или утверждает рывен, как в приведенном выше примере с раскрашенной поверх явным образом, или имплицирует, ложно;

а всякое предложение, ностью.

не являющееся ложным, истинно, согласно принципу исключенно 354. Есть много языков, в которых простейшие утверждения, го третьего. Следовательно, нечто, не являющееся утверждением, которые мы делаем в категорической форме, принимают — насколь но рассматриваемое как утверждение, является истинным. Поэтому ко мы можем понимать психические процессы — гипотетическую мы можем отложить в сторону вопрос об истинности и ложности и форму. Один из таких языков — некоторое знание которого не яв задаться вопросом, верно ли, что гипотетическое предложение мо ляется чем-то исключительным и достаточно для того, чтобы ис жет не иметь смысла, а категорическое не может. В действительно следователь проник в дух этого языка — древнеегипетский. В этом сти бессмысленности так легко принимают форму категорических языке не многие слова отчетливым образом представляют собой об предложений, что языковой узус принял их и придал им значение.

щие (нарицательные) имена. Каждое общее слово вызывает изобра «То, что я вам говорю, правда» и «Человек есть человек» представ зительное представление. Даже для современного исследователя ляют собой изречения, которые мы часто слышим, хотя они, строго изобразительная идеограмма становится важной составной частью рассуждая, лишены смысла. Одним из примеров предложения, не возбуждаемого словом представления;

влияние иероглифического имеющего смысла, у профессора Шредера является предложение письма, способов выражения и т. п. состоит в том, чтобы сделать «Это предложение не истинно». Но легко показать, что оно со «соединение изображений» особенно выразительным при описа держит противоречие, то есть подразумевает две противореча нии соответствующего представления. Наше слово «есть», связка, щие друг другу вещи. Поэтому оно подразумевает, или значит, обычно выражается в древнеегипетском посредством указательного нечто. Внутренне противоречивое предложение не является не местоимения. Очевидно, что это указательное местоимение в по значимым;

оно значит слишком много. [То есть означает как р, так добных предложениях функционирует как относительное место и не-р. См. 383.] Но если профессор Шредер имеет в виду сказать, имение. Где в таких предложениях глагол? Мы чувствуем, что он что категорическое предложение не может быть внутренне про содержится в словах общего характера. Короче говоря, «Человек смертен» выражается в древнеегипетском в форме, которая пред ставляет следующий психологический процесс мышления: «То, о * Мы опустили небольшую часть текста Пирса, содержащую его полемику со Шре чем говорится, есть человек, о котором то, что говорится, есть смер дером. — Прим. ред.

означает, что при обстоятельствах г, если рассудок определенно тность». Это в точности тот способ, которым та же самая идея пе принуждается к идее h, то при тех же обстоятельствах рассудок редается в моей общей алгебре логики, где, обозначив человека как определенно принуждается к идее d. В соответствии со взглядами h, a смертный как d, я записываю:

филона, это то лее самое, что сказать, что при обстоятельствах г 71. h. —< d, либо рассудок не принуждается определенным образом к идее h, дибо при тех же обстоятельствах рассудок определенно принуж то есть для всякого индивидуального объекта справедливо, что, если дается к идее d. Из этого предположения можно математически он человек, он смертен;

или для всех случаев справедливо, что то, вывести правила для знака —<. Я не привожу их здесь, так как мою что является человеком, смертно.

рукопись, содержащую данный вывод, много месяцев тому назад Данная форма равным образом годится для универсального взял у меня на время один приятель;

и я еще не совсем потерял на категорического предложения или для условного предложения, а дежду получить ее обратно и потому не трачу сил на то, чтобы по то, что вид связи i с h и d кажется несколько различным в этих двух вторять эту работу. Из опущенного здесь вывода следует, что хотя случаях с психологической точки зрения, не должно влиять на ло этот знак дает нам возможность выразить многие отношения, ис гическую классификацию.

пользуя буквы для обозначения различных предложений;

однако, 355. Но читатель возразит, что, даже если принять мое утверж если мы не выберем какую-то букву для обозначения предложения, дение о том, что гипотетические предложения охватывают все пред относительно которого известно или предполагается, что оно лож ложения, я все лее далеко не доказал, что, наделив его члены ассер но, он никогда не даст нам возможности выразить то, что какое тивностью, мы превращаем его в процесс умозаключения. Я показал либо утверждение является ложным. Есть серьезные основания это, если это вообще мне удалось, только для случая универсаль принять условное соглашение, что ных условных предложений. Но это не мало. Сама идея логики зас тавляет логика принять понятие вывода, а вывод заключает в себе a—

чение 356. Остается показать, каким способом, по моему мнению, дол жны развиваться представления о других формах предложений;

и a —< a —< a —< a —< a —< a —< a —< a —< это будет содержанием главы, касающейся того, что я назвал «спе и т. д. до бесконечности. Этот ряд посылок без заключительного кулятивной риторикой». Я начну с замечания, что я использую результата, очевидно, эквивалентен отрицанию a [т. е. он эквива знак —< как знак включения. Я полагаю, что я первым показал в лентен: не-a, или не-, или не-а...]. Так, не вводя никакого другого 1867 г., что Булева алгебра, как она была оставлена Булем, не годи знака, а только благодаря представлению о бесконечном ряде, пос лась для выражения частных предложений. Развивая дальше эту ле того как мы уже имеем представление о последовательном ряде, идею, я показал в 1870 г., раньше, чем кто-либо другой, что в логике мы приходим к идее отрицания. Таким образом, понятия, исполь нужен знак, соответствующий знаку <, но что этот знак является.зуемые в построении умозаключения, производят понятие о необ неудовлетворительным, так как подразумевает, что данное отно ходимости отвергнуть некоторое умозаключение. Следовательно, шение представляет собой комбинацию отношений, выражаемых мы должны обобщить наше представление о построении умозак посредством знаков < и. =, тогда как на самом деле, как это было лючения так, чтобы оно охватывало не только необходимость при мною продемонстрировано, оно является более простым, нежели знать одно утверждение в силу того, что нами признано некоторое любое из них. Поэтому я предложил заменить знак < знаком —<, Другое, но также и тот процесс мышления, посредством которого по крайней мере в логике. Предложенный мною знак имеет то пре мы приходим к убеждению, что хотя одно утверждение истинно, имущество, что он не доставляет затруднений при наборе, а его ру однако некоторое другое тем самым еще не является неизбежно кописная форма быстро чертится двумя черточками. Вследствие Истинным. Всю сферу гипотетических предложений охватывает не моего приоритета следует сохранить предложенный мною знак примитивное понятие об умозаключении, а это обобщенное поня таким, каков он есть, разве что он вызовет слишком решительные тие. Как только мы будем иметь представление об абсурдности, мы возражения. Я сохраню его. Таким образом, -сможем представить себе, что определенное умозаключение может -Логически вести к абсурду. Умозаключение, которое ведет к абсур h. -< d t 13 Семиотика ду, ложно;

а умозаключение, которое является ложным, может в она является индексом цветка, недостаточно. Она становится некотором возможном случае повести к абсурду. Следовательно, субъектом предложения только потому, что сам факт ее исполь как только мы признаем идею абсурдности, мы будем вынуждены зования в качестве индекса цветка является признаком того, что отнести отвергание некоторого умозаключения к умозаключениям.

ана к этому была намеренно предназначена. Подобным образом Таким образом, как было сказано, предложение есть не что иное, Относятся к реальному универсуму, и обычно к ближайшему ок как умозаключение, предложения которого утратили ассертивность, ружению, все обычные предложения. Так, если кто-то вбегает в точно так же, как термин представляет собой предложение, субъек дбфмнату и кричит: «Пожар!» — мы знаем, что он говорит о чем-то ты которого утратили денотативную силу..роблизости, а не о мире «Тысячи и одной ночи». Уже сами обсто ятельства, при которых произнесено или написано предложение, указывают на данное окружение, как на то, к чему предложение § 7. Субъект относится. Но они выступают не просто как индекс этого окру 357. Ниже рассмотрим вопрос о том, имеет ли каждое предложе ^ения, но и как признак намеренной связи речи с соответствую ние главный субъект или нет, и, если имеет, может ли оно иметь щим объектом, каковую связь эта речь не могла бы иметь, если бы более одного главного субъекта или не может. Предложение мож не предназначалась для того, чтобы быть знаком. Выраженный но определить как знак, который сам по себе указывает на объект.

субъект обычного предложения наиболее близко подходит по ха Например, портрет с собственным именем изображенного лица, рактеру к индексу тогда, когда он является собственным именем, подписанным под ним, представляет собой предложение, утвер ерязь которого с объектом, хотя и чисто намеренная, не имеет, ждающее, что так выглядело это изображенное лицо. Если при Однако, никаких оснований (или по крайней мере ни о каких осно нять это широкое определение, то предложение не обязательно ваниях не думают, употребляя его), за исключением лишь того, что должно быть символом. Так, флюгер «сообщает», откуда дует ве |йелательно дать обозначение известному объекту. Среди соб :

тер, благодаря реальной связи, которую он все равно имел бы с ственных имен или наряду с ними мы мол-сем поместить абстрак ветром, даже если бы никогда не предназначался для того, чтобы ций» которые представляют собой названия отдельных вымышлен указывать на ветер, и не понимался бы таким образом. Он сам по ных предметов или, точнее, индивидуальных объектов, бытие себе указывает на ветер, потому что его устройство таково, что которых заключается в способе бытия еще чего-то. Одним из ви он должен показывать, откуда дует ветер;

и это устройство есть J0B абстракций являются индивидуальные множества, такие, как нечто отличное от его положения в любое конкретное время. Но -Немецкий народ». Когда субъект не является собственным име обычно под предложением или суждением мы подразумеваем сим нем или иным обозначением индивидуального объекта, известно волическое предложение, или символ, который сам по себе ука t& по опыту (близкому или отдаленному) как говорящему, так и зывает на свой объект. Каждый субъект отчасти имеет свойства искушающему, то роль такого обозначения играет потенциальное индекса в том смысле, что его функция — направлять внимание на •Предписание, устанавливающее, как должен поступать слушаю объект — есть характерная функция индекса. Однако субъект сим щий для того, чтобы обнаружить объект, к которому должно от волического предложения не может быть индексом в строгом носиться предложение. Если оно не содержит предписания к дей смысле слова. Когда ребенок показывает на цветок и говорит:

ствительному опыту, то все случаи могут быть сведены к двум «Красиво»,— это символическое предложение;

ибо слово «кра- (смеете с их видоизменениями). Эти два случая таковы: во-пер сиво», будучи употребленным, репрезентирует свой объект толь- зых, тот случай, когда слушающий должен выбрать какой-либо ко благодаря такой связи с ним, которую оно не могло бы иметь, объект в соответствии с некоторым данным описанием и он мо если бы не предполагалось и не понималось как знак. Однако ука- Жет выбрать любой, какой захочет;

во-вторых, тот случай, когда зывающая рука, которая является субъектом данного предложе устанавливается, что соответствующий объект должен быть най ния, обычно обозначает свой объект только благодаря такой свя- ден в некоторых пределах опыта, или среди существующих инди зи с этим объектом, которая все равно существовала бы, хотя бы видуальных объектов некоторого класса. Первый случай дает/>ас рука не предполагалась и не понималась как знак. Но, когда она нфеаеленный субъект универсального предложения, как, например, входит в предложение в качестве его субъекта, она указывает на ••«Любой василиск несет яйца». Утверждается не то, что какой бы свой объект иным образом. Ибо она не может быть субъектом это- "to ни было василиск существует, а только то, что, если слушаю го символического предложения, если она не будет намеренно ''Щий обнаружит василиска, предполагается, что предикат будет предполагаться и пониматься в качестве такового. Одного того, применим к нему. Другой случай дает нераспределенный субъект 13* СЕМИОТИКА И ЛОГИКА ЧАРЛЬЗ САНДЕРС ПИРС частного* предложения, как, например, «Некоторый негр-альби- мые линии в пространстве пересекаются равно двумя различными нос красив». Это предполагает, что существует по крайней мере врямыми линиями, если эти четыре прямые линии не принадлежат к один негр-альбинос. Среди видоизменений этих случаев мы мо- одному множеству образующих гиперболоида. Такое предложение жем учесть такие субъекты, как субъект предложения «Каждая называется предложением отношения. Порядок, в котором подби неподвижная звезда, кроме одной, находится слишком далеко, раются индивидуальные объекты, существен, когда отобранные чтобы показаться в виде диска» и «Существуют по крайней мере объекты различны в отношении распределения. Предложение мо две точки, общие для всех окружностей, касающихся какой-либо жет относиться к частоте, с которой в ходе обычных наблюдений данной кривой». Субъект универсального предложения можно •ёобытие представляет собой событие определенной разновиднос толковать как «Какой бы объект из универсума""" мы ни взяли»;

ти. Де Морган хочет возвести это в обычный тип предложений22.

так, предложение о василиске могло бы быть выражено: «Если выб- Но при этом он не учитывает крайне важного разграничения между рать любой объект из универсума, он или не будет василиском, -вероятностью и тем, что утверждает универсальное предложение.

или будет нести яйца». Если понимать субъект таким образом, не -Сказать, что вероятность того, что у теленка не более шести ног, утверждается, что он существует, но о его существовании хоро- равняется 1, значит сказать, что в конце концов, если взять телят, шо известно;

ибо универсум должен считаться известным гово- Как они даны в опыте, то отношение числа тех, у кого не более шес рящему и слушающему, иначе никакое сообщение о нем не могло ти ног, к общему числу телят равно 1. Но это не мешает тому, чтобы бы иметь место между ними;

ибо универсум известен только из нашлось какое-либо конечное число телят с количеством ног боль опыта. Частное предложение может быть выражено еще более ес- шим, нежели шесть, при условии, что в конце концов, то есть в ходе тественным образом так: «В мире существует нечто, что представ- бесконечных наблюдений, их число остается конечным и не увели ляет собой негра-альбиноса, который является красивым ». Несом- чивается неограниченно. С другой стороны, универсальное предло ненно, есть грамматические различия между этими способами Жение, например, утверждает, что любой теленок, который только сообщения о факте;

но формальная логика не берет на себя обес- Может существовать, без исключения, является позвоночным жи печение более нежели одного способа выразить один и тот же вотным. Универсальное предложение говорит о наблюдениях, от факт, если второй способ не является необходимым для выявле- йоеящихся к каждому объекту;

вероятностное, или статистическое, ния выводов. Последний способ в целом является предпочтитель- йредложение говорит о наблюдениях, относящихся к совокупности.

ным. Предложение может иметь несколько субъектов. Так, если речь идет об универсуме проективной геометрии, то является ис $ 18. Йредикат тинным предложением, что «Какими бы ни были индивидуальные 358. Здесь мы кратко изложим точку зрения на предикат, принима объекты А, В, С и D, существуют индивидуальные объекты E и F, емую в прагматической логике как следствие того, что в ней пред такие, что, каким бы ни был индивидуальный объект G, существу •иолагается, что вся цель дедуктивной логики состоит в том, чтобы ют индивидуальный объект H и индивидуальный объект Y, такие, установить необходимые условия истинности знаков, никоим об что если А, В, С и D являются прямыми линиями, то E и F являются разом не учитывая случайные явления индоевропейской граммати прямыми линиями, из которых каждая пересекает А, В, С и D, при ки. Ср. Отрицание23.

чем E и F не совпадают,'и если G является прямой линией, не сов В любом предложении, то есть в любом изречении, которое падающей с E и не совпадающей с F, и если G пересекает А, В и С, должно быть истинным или ложным, вычеркнем некоторые части она не пересекает D, если H не является гиперболоидом, для кото так,, чтобы остаток был не предложением, а чем-то таким, что ста рого А, В, С и D являются образующими, и Y представляет собой новится предложением, когда каждый пропуск заполнен собствен множество образующих Н, к которому принадлежит и А, и В, и С, ным именем. Зачеркивания должны делаться не механически, а с и D», то есть, в нашей обычной фразеологии, любые четыре пря такими видоизменениями, какие могут быть необходимы, чтобы сохранить частичный смысл фрагмента. Такой остаток является * Переводы этих терминов Пирса представляют трудности. В современной логике предикатом. Одно и то же предложение может быть сокращено «универсальное » (предложение) обычно противопоставляется «экзистенциально му » (предложению), поэтому вместо частное здесь можно было бы, по-видимому, ^различными способами, так что предикатами могут оказаться раз сказать экзистенциальное;

или, напротив, оставив частное, сказать общее (вмес 'Личные фрагменты. Так, возьмем предложение «Каждый мужчина то универсальное) в первом случае. — Прим. ред.

чтит некоторую женщину». Оно содержит, в частности, следую ** В этом рассуждении Пирса термин «универсум», по-видимому, значит то же, что щие предикаты:

термин «действительныймир». —Прим.ред.

ЧАРЛЬЗ САНДЕРС ПИРС «...чтит некоторую женщину». бой предикацию акциденциального конкретного термина, кото «...или не является мужчиной, или чтит некоторую женщину».

рый относится к ее собственному субъекту;

в широком смысле «Любой произвольно выбранный мужчина чтит...», это предикация какого-либо конкретного признака, принадлежа «Любой произвольно выбранный мужчина является...».

щего суппозитуму или любому субъекту меньшей широты;

в са мом широком смысле, это предикация любого предиката любому субъекту. Деноминативная предикация может быть апостериор § 9. Предикация ной или априорной, например homo est albus «человек есть бе 359. В логике: присоединение предиката к субъекту предложения, лое»;

rationale est substantia «рассудочное есть субстанция»;

homo так чтобы увеличить логическую широту, не уменьшая логической est animal «человек есть животное».

глубины.

...Диалектическая предикация, как определил Аристотель, 360. Это, однако, оставляет место для того, чтобы донимать.предикация общего термина в предложении, которое может быть предикацию различным образом, в зависимости от принятой кон следствием умозаключения в соответствующем вероятном месте;

цепции разделения предложения на субъект и предикат. В насто она не сводима к чему-либо предшествующему.

ящее время ведется спор о том, является ли предикация основной •-• Прямая предикация: предикация в обычном смысле как репре функцией предложения. Некоторые утверждают, что предложе зентирование того, что широта субъекта принадлежит предикату, ние Идет дождь не содержит никакой предикации. Однако если а глубина предиката — субъекту;

или, на схоластическом языке, это оно — утверждение, то оно не означает, что дождь идет в сказоч предикация высшего термина низшему, страдательности — субъек ной стране, но сам акт говорения чего-либо с явным серьезным ту, акциденции — субъекту, способа — «чтойности» (quiddity)*, ви намерением представляет собой Индекс, который понуждает ад дового различия — роду.

ресата оглядеться и выяснить, к чему относится то, что было ска...Сущностная предикация: в которой предикат целиком содер зано. Слово «дождь» воскрешает в его мысли образ мелких вер жится в сущности субъекта. Поэтому она представляет собой ана тикальных черточек в пределах поля зрения;

и он тотчас взглянет литическое суждение в смысле Канта. Но ни Кант, ни схоласты не в окно, вполне понимая, что субъектом обозначается видимая ок иредусмотрели тот факт, что с помощью математического рассуж рестность, в которой должны быть видны линии падающих капель.

дения или необходимой дедукции, посредством логики отношений Подобным образом, предикация есть и в условных или в других часто можно из максимально простого определения вывести пред гипотетических предложениях, в том же смысле, то есть что де ложение неограниченной сложности, далеко не очевидное, не при лается ссылка на некоторую известную область опыта или мысли.

нимая никакой гипотезы (принятие такой гипотезы могло бы толь 361. Далее следуют некоторые из наиболее часто повторяющих ко сделать выводимое предложение более простым);

выводимое ся схоластических словосочетаний.

предложение может содержать многие понятия, не выраженные...Аналогическая предикация;

довольно излюбленное выраже явным образом в определении. Это можно проиллюстрировать сле ние Фомы Аквинского: предикация, в которой предикат берется не дующим примером: человек есть разумное животное, следователь в своем строгом смысле и не в несвязанном смысле, а в особом смыс но, все, что не есть человек, либо, с одной стороны, не является ра ле, для которого есть достаточные основания, например, когда о зумным (будучи в то же время или животным, или же таким статуе говорят, что это человек.

объектом, который любит только фантомы), либо, с другой сторо...Деноминативная предикация: предикация, в которой то, ны, не является животным (будучи в то же время или разумным, что предназначено по своей природе быть субъектом, берется в или, возможно, любящим фантомы).

качестве субъекта, а нечто, предназначенное по своей природе Итак, если скажем, что это аналитическое суждение или сущ для предицирования, берется в качестве предиката;

сущности пре ностная предикация, то не будет адекватным ни определение схо дицируется здесь акциденциальное свойство. (Это основательно ластов, ни определение Канта. Но если мы скажем, что это не явля рассмотрено Дунсом Скотом «Utrum haec sit vera, Homo est ani ется сущностной предикацией, то есть аналитическим суждением, mal» «Верно ли это: Человек есть животное» ^, где, как и в боль то необходимым следствием простого определения (и весьма не шей части схоластических дискуссий, вывод идет в начале, а ин терес заключается в возникающих попутно значительных,. "тоиность — термин, употреблявшийся в русской философской традиции для трудностях и в том, как они должны преодолеваться.) Деномина обозначения «сущности >>, т. е. того, что делает предмет тем, что он есть (лат. quid тивная предикация в собственном смысле слова представляет со ditas от quid «что »). — Прим. перев.

1 KIJVA П AU l очевидным) может быть акциденциальная предикация и синтети- яации, когда субъект связан с предикатом как форма с материей:

ческое суждение, в полную противоположность тому, что предпо- alba est nix «белое есть снег»;

animal est homo «животное есть чело лагали и на чем основывались Кант или схоласты. Ср. у Дунса Ско- век». Примеры предикации praeter naturam, когда субъект и пре та, которого сущностная предикация есть предикация рода, вида дикат связаны с некоторым третьим термином как форма с матери или видового различия. ей: album est dulce «белое есть сладкое»;

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.