WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 13 |

«ЧАРЛЬЗ Основания теории знаков Уильям МОРРИС Nemo autem vereri debet ne characterum contemplatio nos a rebus abducat, imo contra ad intima rerum ducet. ...»

-- [ Страница 2 ] --

ривать как часть семиотики. Что касается лингвистики, то она явно Изложение предмета, данное выше, было приспособлено к за подпадает под семиотику, занимаясь в настоящее время опреде дачам введения. Большие области семиотики были опущены, точ ленными аспектами сложных знаковых структур, образующих язы дежных знаков;

и бесспорен тот факт, что всякая наука должна ки в полном семиотическом смысле этого слова. Возможно, что все воплотить свои результаты в знаки языка. Следовательно, ученый ми признанное неудовлетворительное положение с такими терми должен быть столь же тщательным в обращении со своим оруди нами, как «слово», «предложение», «часть речи», может быть ем — языком, как и при конструировании приборов или проведе исправлено, если будут учтены знаковые функции различных язы нии наблюдений. Именно к семиотике должны обращаться науки ковых средств. Древние проекты создания универсальной грамма за понятиями и общими принципами, существенными для решения тики приобретают новую форму и оправдание, если в их основу их собственных проблем знакового анализа, потому что семиоти будет положено учение, что все языки выполняют сходные знако ка — это не просто наука среди других наук, а органон, или инст вые функции, используя разные средства.

румент, всех наук.

Логика, математика и лингвистика могут быть включены в се Эта функция может быть осуществлена двумя путями. Первый миотику полностью. Что касается некоторых других наук, то это путь состоит в том, чтобы сделать подготовку в области семиоти возможно лишь частично. В значительной части под компетенцию ки постоянной частью образования ученого. Благодаря этой под семиотики подпадают проблемы, оцениваемые как эпистемологи готовке, ученые стали бы более критически относиться к своему ческие или методологические: так, эмпиризм и рационализм^ явля лингвистическому аппарату, вырабатывать в себе навыки осторож ются в своей сути теориями о том, когда имеет место отношение ного с ним обращения. Другой путь заключается в конкретном ис денотации, или о том, когда можно сказать, что оно имеет место;

следовании языков специальных наук. Выраженные с помощью обсуждение проблем истинности и знания неразрывно связано с языка достижения наук — часть предмета, изучаемого дескрип семантикой и прагматикой;

обсуждение процедур, применяемых в тивной семиотикой. Конкретный анализ основных терминов и про науке, если это не просто раздел логики, психологии или социоло блем в тех или иных науках покажет специалистам значение семи гии, должно соотнести эти процедуры с познавательным [когнитив отики гораздо более эффективно, чем самое длинное абстрактное ным] статусом утверждений — результатом их приложения [к ми рассуждение. Такими исследованиями являются другие очерки в ру]. Эстетика в той мере, в какой она изучает определенный вид настоящей «Энциклопедии». В современных научных теориях функционирования знаков (таких, например, как иконические, де встречается много псевдопроблем, возникших из смешения утвер сигнатами которых являются ценности), — семиотическая дисцип ждений на языке семиотики и на языке-объекте, — многочислен лина, имеющая синтактический, семантический и прагматический ные примеры тому можно было увидеть в недавних дискуссиях по компоненты, и различение этих компонентов может лечь в основу проблемам индетерминизма и принципа дополнительности. Эмпи эстетического анализа. Социология знания есть явно часть прагма рические проблемы нелингвистического порядка не могут быть тики, так же как и риторика;

семиотика — это система, которая ох решены исходя из лингвистических соображений;

но очень важно, ватывает современные эквиваленты древнего «тривия» (trivium) — чтобы эти два рода проблем не смешивались и чтобы нелингвисти логики, грамматики и риторики. Согласно высказанному уже выше ческие проблемы формулировались в такой форме, которая спо предположению, частичный (а возможно, и абсолютный) критерий собствовала бы их эмпирическому решению. Классическая логика отграничения психологии и ряда социальных наук от других био считала себя органоном наук, но в действительности она была не логических и социальных наук можно найти в том, что первые име способна осуществить эту задачу;

современная семиотика, соеди ют дело с реакциями, опосредованными знаками. Само возникно нив в себе новые веяния в логике и широкое многообразие подхо вение семиотики представляет собой определенную стадию в дов к знаковым явлениям, возможно, попытается взять на себя эту унификации наук, связанных полностью или частично со знаками;

роль.

семиотика может также сыграть важную роль связующего звена между биологическими науками, с одной стороны, и психологией и социальными науками — с другой, пролив новый свет на соотноше 3. Значение семиотики для гуманитарных наук ние так называемых «формальных» и «эмпирических» наук.

Знаки служат не только приобретению знания, но и другим целям, поэтому дескриптивную семиотику следует рассматривать шире, 2. Семиотика как органон наук чем изучение языка науки. В соответствии с различными целями Семиотика занимает среди других наук уникальное место. Мож- были разработаны более или менее специализированные языки, но, по-видимому, сказать, что всякая эмпирическая наука занима- которые в известной степени следуют за различными измерениями ется поисками данных, которые могли бы служить в качестве на- семиозиса. Так, математическая форма выражения хорошо приспо ка обещает осуществить одну из задач, традиционно считавшихся соблена для того, чтобы выдвигать на первый план взаимосвязь тер философскими. Философия часто грешила, смешивая в своем соб минов в языке, так что отношение к объектам и интерпретаторам ственном языке различные функции, которые выполняют знаки. Но, отодвигается назад;

язык эмпирической науки особенно пригоден согласно старой традиции, философия должна стараться постичь для описания природы;

язык морали, изобразительных и приклад специфические формы человеческой деятельности, стремиться к ных искусств особенно подходит для управления поведением, для наиболее общему и наиболее систематическому знанию, какое толь представления вещей или ситуаций как объектов интереса, для ма ко возможно. В современной форме эта традиция выступает в нипуляции вещами с целью достижения желаемых результатов. И во отождествлении философии с теорией знаков и с унификацией на всех этих случаях представлены все измерения семиозиса, но не уки, иначе говоря с общими и системными аспектами чистой и дес которые из них занимают подчиненное положение или частично криптивной семиотики.

преобразованы, в силу того что внимание сосредоточено на одном из измерений. У утверждений математики, возможно, есть эмпи рический аспект (многие из них действительно были открыты эм Из б р а н н а я б и б л и о / р а фи я * пирическим путем);

математические проблемы могут возникнуть в Ai d u k i e wi c z K. Sprache und Sinn// Erkenntnis, vol. IV, 1934.

связи с проблемами в других областях, но язык математики отво B e n j a mi n А. С. The Logical Structure of Science. Chaps. VII, VIII, IX.

дит этим факторам подчиненную роль, чтобы лучше осуществить London, 1936.

ту задачу, для выполнения которой он был создан. Эмпирические С a r n a p R. Philosophy and Logical Syntax. London, 1935.

науки заняты в действительности не столько тем, чтобы получить С a r n a p R. Logical Syntax of Language. Vienna — London, 1937.

все возможные истинные утверждения (как, например, утвержде С a r n a p R. Testability and Meaning//Philosophy of Science, vol. Ill, 1936, ние о площади каждого знака на этой странице), сколько тем, что vol. IV, 1937.

бы получить важные истинные утверждения (то есть утверждения, Cas s i r er E. Die Philosophie der symbolischen Formen. 3 vols. Berlin, 1923.

которые дают надежную основу для предсказания и в то же время Eat on R. M. Symbolism and Truth. Cambridge (Mass), 1925.

помогают в создании систематической науки), — но язык эмпири Ga t s c he nb e r g e r R. Zeichen. Stuttgart, 1932.

ческой науки приспособлен для выражения истины, а не важности Hus s er l E. Logishe Untersuchungen. Vol. II, part I. 4th ed., Halle, 1928.

ее утверждений. Лирическая поэзия обладает синтаксисом и ис K o k o s z y n s k a M. ber den absoluten Wahrheitsbegriff und einige andere пользует слова, означающие вещи, но ее синтаксис и слова действу semantische Begriffe// Erkenntnis, vol. VI, 1936.

ют таким образом, что для читателя на первый план выступают цен Mead G. H. Mind, Self, and Society. Chicago, 1934.

ности и оценки. Максимы прикладных искусств покоятся на Me a d G. H. The Philosophy of the Act. Chicago, 1938.

истинных пропозициях, существенных для достижения определен Morris Ch. W. Logical Positivism, Pragmatism, and Scientific Empiricism. Paris, ных целей («чтобы достигнуть х, сделай так и так»);

у моральных '"" 1937.

суждений аналогичным образом может быть эмпирический компо О g d e n С. K., R i с h a r d s I. A. The Meaning of «Meaning». London, 1923.

нент, но кроме этого, они могут предполагать желательность дос P e i r с e Ch.S. Collected Papers, esp. Vol. II. Cambridge (Mass.), 1931.

тижения определенной цели и стремиться управлять поведением Rei chenbach H. Experience and Prediction. Chaps. I and II, Chicago, 1938.

(«Вам следует сделать вашему ребенку прививку», то есть «При Sc hl i c k H. Gesammelte Aufstze, 1926—1936. Vienna, 1938.

нимая как само собой разумеющееся цель сохранения здоровья ре T a r s k i A. Grundlegung der wissenschaftlichen Semantik// Actes du congrs бенка, прививка в настоящее время является наиболее надежным international de philosophie scientifique. Paris, 1936.

средством достижения этой цели, поэтому ее нужно сделать»).

T a r s k i A. Der Wahrheitsbegriff in den formalisierten Sprachen // Studia.

Семиотика дает основу для понимания важнейших форм чело philosophica, vol. 1,1935.

веческой деятельности и связи этих форм друг с другом, посколь Wi t t ge ns t e i n L. Tractatus logico-philosophicus. London, 1922 [русский ку все эти виды деятельности и все отношения находят отражение перевод: Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. М., 1958].

в знаках. Такое понимание оказывает действенную помощь, устра няя смешение различных функций, осуществляемых посредством знаков. Как сказал Гёте: «Нельзя на самом деле придираться ни к какой форме представления » — при условии, разумеется, что та или иная форма представления не выдает себя за то, чем она не являет Составлена Ч. У. Моррисом. — Прим. Ьед.

ся. Способствуя пониманию человеческой деятельности, семиоти 7 Семиотика ЖАН ПИАЖЕ направляется и ограничивается схемами действия. Познание на ЖАН Психогенез знаний и его чинается с действия, а всякое действие повторяется или обобща ется (генерализуется) через применение к новым объектам, порож ПИАЖЕ дая тем самым некоторую «схему », т. е. 'своего рода праксичёский эпистемологическое значение (praxique) концепт. Основная связь, лежащая в основе всякого зна ния, состоит не в простой «ассоциации» между объектами (по скольку это понятие отрицает активность субъекта), а в «ассими ляции» объектов по определенным схемам, которые присущи субъекту. Этот процесс является продолжением различных форм биологической ассимиляции, среди которых когнитивная ассими ляция представляет собой дишь частный случай и выступает как процесс функциональной интеграции. В свою очередь, когда объекты ассимилированы схемами действия, возникает необходи мость приспособления («аккомодации») к особенностям этих.объектов (ср. фенотипические «аккомодаты» в биологии), это при Пятьдесят лет экспериментальных иссле способление (аккомодация) является результатом внешних воздей дований убедили нас, что знания не являются ствий, т. е. результатом опыта. Этот экзогенный механизм вполне результатом простой регистрации наблюде согласуется со всем, что есть ценного в эмпирическом тезисе, но ний. Процесс познания невозможен без струк (и эта оговорка очень важна) приспособление не существует в «чи турации, осуществляемой благодаря активно стом» виде само по себе, а всегда является приспособлением схе сти субъекта. Не существует также (у человека) мы ассимиляции: именно в этой последней заключается движуща априорных или врожденных когнитивных яся сила когнитивного акта.

структур: наследственным является лишь фун Этот механизм, доступный наблюдению с момента своего воз кционирование интеллекта, которое порожда никновения, является универсальным и встречается на различных ет структуры только через организацию пос уровнях научного мышления. Роль ассимиляции здесь сводится к ледовательных действий, осуществляемых над тому, что нечто «наблюдаемое в опыте», т. е. некоторый «факт», объектами. Отсюда следует, что эпистемоло всегда интерпретируется параллельно с его расшифровкой: для это гия, или теория познания, в соответствии с дан го всегда с самого начала требуется использование логико-мате ными психогенеза, не может быть ни эмпири матических рамок — таких, как установление связи или соответ ческой, ни «преформистской», а может лишь ствия, смежности или разделения, навешивание кванторов «больше » основываться на «конструктивизме», т.е. на или «меньше », ведущих к понятию меры, — короче говоря, всей кон длительной выработке новых операций и цептуализации, присущей субъекту и исключающей существование структур. Основная проблема, следовательно, чистых «фактов», равно как и фактов, целиком внешних по отно заключается в том, чтобы понять, как осуще шению к активности субъекта;

и это тем более справедливо, посколь ствляются такие действиями каким образом ку субъект должен варьировать наблюдаемые феномены, чтобы их они, не будучи результатом предопределенных ассимилировать.

заранее конструкций, становятся в процессе Что же касается процессов научения, на которые ссылаются развития логически необходимыми.

эмпирики-бихевиористы в поддержку своих тезисов, то Инель 1. Эмпиризм. Критика эмпиризма заклю Дер, Синклер и Бове показали, что эти процессы не только не объяс чается не в том, чтобы отрицать значение эк няют когнитивного развития, но и сами подчиняются его законам, спериментирования;

дело в том, что «эмпири Доскольку стимул как таковой выступает лишь на определенном ческое» исследование генезиса знаний сразу Уровне «компетенции» (другое биологическое понятие, близкое же выявляет недостаточность «эмпиричес ассимиляции). Одним словом, действие стимула предполагает на кой» интерпретации эксперимента. В действи личие некоторой схемы, которая и является реальным источником тельности знание — это не результат чисто ответа на стимул (что ведет к инверсии схемы SR или делает ее го восприятия, поскольку восприятие всегда 7* но эта возможность эффективно непредсказуема, поскольку нельзя симметричной S<->R). Прибрам к тому же показал, как осуществ опираться на комбинаторику. Итак, или математика является час ляется выбор входов (inputs), начиная с неврологических уровней.

тью природы и тогда она возникает вследствие конструктивной 2. Преформация. Необходимо ли в таком случае ориентировать ся на врожденность (преформацию) знаний? Мы еще вернемся к этой деятельности человека, или же ее источником является некий сверх проблеме, а сейчас ограничимся лишь критикой гипотезы предоп- чувственный платоновский универсум. Какими психологическими ределенности. Если придерживаться фактов психогенеза, то прежде методами можно обнаружить этот универсум — это вопрос, на ко всего можно констатировать существование стадий, по которым, торый никогда никто не мог ответить.

И мы вновь возвращаемся к ребенку, поскольку он всего лишь по-видимому, происходит процесс длительной последовательной структурации. Это начальный сенсомоторный период, предшеству- за несколько лет спонтанно осваивает оазисные операции, создает структуры логико-математической природы, без которых он не ющий языку, когда у человека формируется некоторая логика дей понял бы ничего из того, чему его будут обучать в школе. Именно ствий (отношение порядка, вхождение схем, пересечение, поста после долгого предоперационального периода, в возрасте около новка в соответствие и т. д.), изобилующая открытиями и- даже лет, когда ребенку еще не хватает когнитивных инструментов, он изобретениями (перманентные объекты, организация пространства, открывает для себя обратимость, транзитивность, рекурсивность, причинности и т. п.). С 2 до 7 лет имеет место концептуализация взаимное соответствие отношений, включение классов, сохранение действий (т. е. их репрезентаций): характеризующаяся открытием функций между ковариациями явлений, идентичностью и т. д., но числовых ансамблей, меру, организацию пространственных отно шений (координат), морфизм, некоторые функторы и т. п., иначе еще без реверсивных операций и операций хранения. Две после говоря — все основы логики и математики. Если бы все это было дние операции формируются на уровне конкретных операций (в 7— врожденным, это означало бы, что младенец уже в момент своего 10 лет) одновременно с логически организованными «группиров рождения виртуально владеет всем тем, что Галуа, Кантор, Гиль ками», которые, однако, еще связаны с манипулированием берт, Бурбаки или МакЛейн смогли актуализовать впоследствии.

предметами. Наконец, к 11—12 годам формируется гипотетико-де А поскольку дитя человеческое является своего рода «суммой всех дуктивная пропозициональная логика, параллельно с комбинатори составляющих», мы должны, видимо, обратиться к простейшим од кой, «совокупностью частей», кватернарными группами (de quaternalit) и т. д. ноклеточным организмам, к вирусам, с тем чтобы локализовать там «множество возможностей».

Только эти хорошо структурированные и последовательные Одним словом, теории врожденных знаний, так же как и эмпи построения (в которых одно звено необходимо для следующего) рические объяснения, кажутся нам далекими от конкретной исти могут рассматриваться как прогрессивная актуализация (связан ны, поскольку логико-математические структуры при их бесконеч ная со становлением центральной нервной системы и т. п.) некото ности невозможно локализовать ни в объектах, ни в субъекте в рого набора преформаций, в процессе которой генная программа момент его возникновения. Таким образом, единственно приемле как бы регулирует органический эпигенез, хотя этот последний и мым для нас является конструктивизм, но на его долю выпадает остается во взаимодействии со средой и ее объектами. Таким об сложнейшая задача объяснить механизм формирования нового, разом, необходимо отдать предпочтение одной из двух гипотез:

обосновать характер логической необходимости, которую это но либо реальным конструктивным построениям с постепенным откры вое приобретает в процессе развития.

тием новых возможностей, либо последовательной актуализации 3. Отражающая абстракция. Если логико-математические некоторого набора возможностей, заданного с самого начала. За структуры не являются врожденными, то следует вернуться очень метим прежде, что аналогичная проблема существует и в истории далеко вспять, чтобы найти их корни, т. е. элементарные действия, науки: являются ли различные достижения в истории математики обеспечивающие их выработку. Именно на сенсомоторном уров итогом поэтапного созидания, или же они представляют собой лишь не, т. е. задолго до появления языка, прослеживаются такие исход реализацию множества всех возможностей, которое в данном слу ные точки (впрочем, точки не абсолютного начала, поскольку для чае соответствует универсуму платоновских идей? Однако «мно этого необходимо было бы обратиться к функционированию са жество всех возможностей» — это понятие антиномическое, так мого организма: см. разд. 5). Каковы же в таком случае механизмы, же как и «множество всех множеств», поскольку само слово «всех» обеспечивающие построение различных структур от одной стадии предполагает лишь некую возможность. Более того, современные к другой? Первым будет то, что мы назовем «отражающей абст исследования показывают, что за трансфинитным числом «каппа ракцией».

нуль» (предел предикативности) возможно открытие новых чисел, UbAAllH исНОБНОИ СЕМИОТИКИ ЖАН ПИАЖЕ В самом деле, можно выделить три различных вида абстрак путь математического развития (например, для ребенка — это пра ции: (1) назовем «эмпирической абстракцией» ту, которая распро вила сложения, порождающие умножение). Иначе говоря, всякое страняется на физические объекты, внешние по отношению к отражение на некоторый новый уровень влечет за собой и делает субъекту;

(2) абстракцию логико-математическую в противополож неизбежным некоторую определенную реорганизацию, и именно ность первой назовем «отражающей» («rflchissante»)", посколь такую продуктивную перестройку мы называем «рефлексией»: за ку она ведет начало от действий и операций субъекта. Она являет долго до своего превращения в тематизированное целое оно всту ся «отражающей» в двойном смысле, поскольку в ее основе лежат пает в действие через процессы ассимиляции и координации, еще два согласованных, но различных процесса: процесс проекции на инструментальных, причем структура как таковая не осознается (и более высокий уровень того, что было извлечено из низшего уров это также встречается на протяжении всей истории математики).

ня (речь идет о своего рода «отражении » [ «rflchissement »]);

и про Наконец становится возможной рефлектирующая абстракция, или цесс своеобразной «рефлексии» («rflexion») как перестройки на ретроспективная тематизация, которая, хотя и распространяется новом уровне. В этой перестройке вначале используются операции, лишь на уже конструктивно добытые элементы, естественно, пред достигнутые на предыдущем уровне, лишь в качестве инструмен ставляет собой некоторую новую конструкцию, поскольку с помо тальных, но с целью (отчасти бессознательной) скоординировать щью перекрестных вертикальных соответствий она представляет их в некую новую общность. (3) Наконец мы выделим «рефлекси симультанным то, что было уже до этого выработано последова рующую («обдуманную») абстракцию» или «рефлексивное мышле тельными связями в горизонтальных направлениях (ср. в научном ние», чтобы обозначить тематизацию того, что оставалось опера мышлении тематизацию «структур» у Бурбаки) циональным или инструментальным в (2). Фаза (3) представляет 4. Конструктивная генерализация. Само собой разумеется, собой, таким образом, естественное завершение фазы (2), но пред абстракция и генерализация тесно связаны между собой и даже полагает, кроме того, явное сравнение на более высоком по отно опираются друг на друга. Отсюда следует, что эмпирической абст шению к «отражениям» уровне инструментальных операций и по ракции соответствует идуктивная генерализация, развивающаяся строений в процессе становления фазы (2). Таким образом, важно от «некоторых» ко «всем» путем простого экстенсионального рас различать отражающую абстракцию, участвующую в любом конст ширения, в то время как рефлексирующей абстракции соответствует руктивном построении при решении новых задач, и абстракцию конструктивная генерализация, и в частности, «дополнительная» рефлексирующую, которая добавляет к первой некоторую систему или «комплетивная».

эксплицитных соответствий между тематизированными указанным Первая проблема, которую необходимо решить, это пробле образом операциями.

ма построения последовательных уровней (paliers), которые мы Отражающая и рефлексирующая абстракции являются, таким просто назвали в предыдущих параграфах: каждый из них есть образом, источниками структурных новообразований по следую результат ассимиляции или новой операции, предназначенной за щим соображениям. Во-первых, «отражение» на более высокий полнить некоторую лакуну на предшествующем уровне и актуа уровень элемента, извлеченного с низшего уровня (например, ин лизующей таким образом некую возможность, открытую данным териоризация некоторого действия в некое концептуализованное уровнем. Прекрасный тому пример — переход от действия к пред представление), означает постановку в соответствие данных эле ставлению благодаря формированию семиотической функции. Суть ментов, что само по себе уже является новым актом, который в свою сенсомоторной ассимиляции состоит в ассимиляции объектов схе очередь открывает дорогу другим возможным соответствиям, что мами действия, в то время как суть репрезентативной ассимиля уже является подлинным «открытием». Когда элемент, перенесен ции заключается в ассимиляции объектов друг другу, что приво ный на новый уровень, компонуется с элементами, которые прежде дит к возникновению концептуальных схем. Между тем эта новая находились на этом уровне или которые еще будут сюда добавле форма ассимиляции уже была потенциально заложена в сенсомо ны, то перед нами уже результат рефлексии, а не отражения (при торной форме, поскольку эта последняя распространялась на мно этом рефлексия порождена этим последним): отсюда следуют но гие, последовательно возникающие объекты: достаточно, однако, вые комбинации, которые могут привести к созданию новых опе было дополнить эти последовательные ассимиляции симультанным раций, осуществляемых «над» предыдущими, а это и есть обычный Действием постановки в соответствие, чтобы перейти на следую * Французское слово rflchissante двусмысленно, его можно перевести как «отра- Ребенок на определенном этапе начинает учитывать число этих сложений, а не жающая » и как «мыслящая ». Это ниже используется Ж. Пиаже. — Прим. ред.

только их результаты.

Vi 1_„ЬМИи I ИКИ ЖАН ПИАЖЕ щий уровень. Но такое действие содержит в себе восстановление ней и внешней по отношению к пространственному положению или в памяти объектов, не наблюдаемых в данный момент, а это вос- движению (в возрасте 11—12 лет).

становление в памяти требует формирования специфического ин- 5. Биологические корни знания. Все, что мы рассмотрели до сих струмента, которым и является семиотическая функция (отсрочен- пор, говорит именно в пользу систематического конструктивизма.

ная имитация, символическая игра, мысленный образ, который Нам остается лишь отыскать его источники в самом организме, по является интериоризованной имитацией, язык жестов и т. п. в до- скольку последовательность построений не может предполагать бавление к звуковому языку). Таким образом, существуют сенсо абсолютного начала. Но прежде чем предложить какое-то реше моторные означающие, которые являются признаками или сигна ние, уместно задаться вопросом о том, что означало бы с биологи лами, но они представляют собой лишь один какой-то аспект или ческой точки зрения решение в пользу преформизма, иначе гово часть обозначаемых объектов: семиотическая же функция появля- ря, чем бы стал априоризм, выраженный в терминах доктрины ется тогда, когда означающие отличаются от означаемых и могут врожденности.

соответствовать множеству этих последних. Таким образом, оче- Это со всей ясностью показал великий ученый К. Лоренц, счи видно, что между концептуальной ассимиляцией объектов друг с тавший себя кантианцем и остававшийся приверженцем наслед другом и семиотизацией существует взаимозависимость, и оба эти ственного происхождения основных структур разума, поскольку процесса ведут свое происхождение от дополнительного, «комп- они предшествуют любому приобретению знания из опыта. Но как летивного» обобщения сенсомоторной ассимиляции, которой со- биолог, Лоренц прекрасно сознавал, что, кроме «общей» наслед ответствует отражающая абстракция элементов, непосредствен- ственности, присущей всем живым существам или их большим груп но заимствуемых из нее. пам, существует специфическая наследственность, которая варьи Было бы легко показать, что новоприобретения, свойственные руется от одного вида к другому: так наследственность человека уровням конкретных, а затем — гипотетико-дедуктивных операций, свойственна только человеческому виду. Отсюда следовало что, также ведут свое происхождение от дополнительного, «комплетив- честно веря во врожденный характер — как некое предваритель ного» обобщения. Так, например, своими новыми возможностями ное условие — основных категорий нашего мышления, Лоренц не конкретные операции обязаны овладению обратимостью, что под- мог, даже исходя из этого факта, утверждать их общность: почему готовлено уже предоперациональной обратимостью, но требует, и появилась его очень глубокая формулировка, согласно которой кроме того, систематической отладки, регулировки утверждений и «априорность» разума будет состоять просто из «врожденных ра отрицаний, другими словами — саморегуляции, впрочем всегда су- бочих гипотез». Другими словами, Лоренц сохраняет для «априор ществующей в рамках конструктивного обобщения (к которому мы ного» его исходную точку, предшествующую построениям субъек вернемся в разд. 6). Что же касается гипотетико-дедуктивных опе- та, но устраняет из нее необходимость, значительно более важную раций, то они становятся возможными без комбинаторики при пе- (тогда как мы поступаем наоборот, настаивая на необходимости, — реходе от структур «группировок», элементы которых разобщены, см. разд. 6, — но помещая ее в конце конструктивного процесса, к структурам «множество частей» с комбинаторикой и обобщени- без предварительного программирования).

ем разбиений. Позиция Лоренца сама показывает свою слабость: если разум Эти последние успехи обязаны своим появлением очень важ- является врожденным, или всеобщим, то он должен восходить к ной форме конструктивного обобщения, суть которой заключает- простейшим одноклеточным механизмам;

если же он является ви ся в том, чтобы придать определенной операции роль более высо- довым (или же родовым и т. д.), то необходимо объяснить, через кого ранга: так, сочетания — это классификации классификаций, какие мутации и под влиянием какого естественного отбора он смог перестановки — это сериации сериаций, множества частей — это появиться (хотя бы и лишенный своего основного качества — не разбиения разбиений и т. д. обходимости). Но при современном состоянии наших знаний обыч Отметим, наконец, более простую, но не менее важную форму, ные объяснения этой частной проблемы сводятся к простой игре которая состоит в обобщении аналогичных структур через син- словами: они состояли бы в том, чтобы сделать из разума продукт тез, — такую, как координация двух систем референций, внутрен- случайной мутации, т. е. простого случая.

По нашему мнению, сторонники врожденности самым удиви тельным образом забывают о существовании некоего механизма, Напомним, что дополнительное, «комплетивное » обобщение — это основной кон такого же всеобщего, как и наследственность, и, в некотором смыс структивный процесс в математике;

например, переход группоидов в полугруппы, ле, управляющего ею: это саморегуляция, которая играет опреде затем в моноиды, затем в группы, кольца и тела.

ЖАН ПИАЖЕ ИЗ ОБЛАСТИ ОСНОВНОЙ СЕМИОТИКИ естественно, будет такова: эта возрастающая необходимость есть ленную роль на всех уровнях, начиная с гена, и все более важную результат саморегуляции, и она выражается через также возрас роль по мере приближения к высшим уровням и к поведению. Само тающее уравновешивание когнитивных структур;

необходимость регуляция, корни которой, очевидно, являются органическими, при вытекает, следовательно, из их «закрытости».

суща жизненным и мыслительным процессам, и ее действие имеет, С этой точки зрения, можно выделить три формы уравновеши кроме того, то огромное преимущество, что может быть непосред вания. Наиболее простая и, как следствие, наиболее ранняя — это ственно проконтролировано: вот почему именно в этом направле уравновешивание ассимиляции и аккомодации. Начиная с сенсомо нии, а не в простой наследственности, надлежит искать биологи торного уровня, на котором равновесие стремится одновременно ческое объяснение когнитивных построений, тем более что в сохранить схему и учесть свойства объекта, оно может, если эти процессах регуляций саморегуляция по самой своей природе явля последние являются неожиданными и интересными, повлечь за со ется в высшей степени конструктивистской (и диалектической)1.

бой образование некоторой-подсхемы или даже новой схемы, ко Теперь понятно, почему мы, симпатизируя трансформацион.торые потребуют своего собственного уравновешивания;

само со ным аспектам доктрины Н. Хомского, не можем принять его гипо бой разумеется, что схема действий, примененная к новым объектам, тезу о «врожденном фиксированном ядре». И этому есть две при должна быть иной в зависимости от свойств этих объектов. Но эти чины. Первая заключается в том, что биологически такая мутация, функциональные механизмы мы находим на всех уровнях. Даже в свойственная человеку как виду, была бы необъяснима: совершен науке ассимиляция линейных и угловых скоростей включает одно но неясно уже одно то, почему случайные мутации сделали челове временно ассимиляцию по отношению к пространственно-времен ческое существо способным «понимать» звуковой язык, и если, кро ной общности и аккомодацию к этим различным ситуациям;

точно ме того, необходимо было бы приписать ему врожденность так же инкорпорация открытых систем в общие термодинамичес лингвистической структуры, заложенной в разуме, то это обесце кие системы требует как дифференцирующей аккомодации, так и нило бы саму эту структуру, поскольку поставило бы ее в зависи мость от тех же случайностей и превратило бы разум, согласно ассимиляции.

Вторая форма равновесия устанавливается между подсистема К.Лоренцу, в набор простых «рабочих гипотез». Вторая причина ми, идет ли речь о подсхемах в какой-то единой схеме действия или для нас заключается в том, что «врожденное фиксированное ядро» о подклассах какого-то одного общего класса, или же о подсисте сохранило бы все свои достоинства «фиксированного ядра», если мах в множестве операций, которым располагает субъект, как, на бы оно было не врожденным, а представляло бы собой «необхо пример, числа и пространственные измерения при оценках, когда димый» результат конструктивных построений, свойственных сен может быть использовано и то, и другое. Но, поскольку подсисте сомоторному интеллекту, предшествующему языку и являющемуся мы обычно развиваются с различной скоростью, между ними могут результатом саморегуляции, одновременно органической и пове возникать конфликты. Их уравновешивание предполагает в этом денческой, которая определяет этот эпигенез. Именное данное случае определенное различение между их общими частями и их объяснение «фиксированного ядра» — не врожденного, но явля отличающимися свойствами и, как следствие, компенсаторную ре ющегося продуктом сенсомоторного интеллекта, — в конечном гулировку между утверждениями и частичными отрицаниями, так счете принимают такие авторы, как Р. Браун, Э. Леннеберг и же как и между прямыми и обратными операциями, или же, в до Д. МакНейл. Все это достаточно ясно показывает, что гипотеза о полнение к этому, использование взаимности. Теперь ясно, как урав врожденности бесполезна для поддержания единства прекрасной новешивание ведет к логической необходимости: развивающаяся концепции Хомского.

внутренняя непротиворечивость (системы), которую ищет и в кон 6. Необходимость и уравновешивание. Нам осталось лишь вы це концов достигает субъект, проистекает из простой причинной яснить, почему конструктивные построения, которых требует фор регуляции действий, результаты которых раскрываются потом как мирование разума, приобретают все возрастающую необходимость совместимые или противоречащие, затем она приводит к включе несмотря на то, что каждое из них начинается с разных проб, час нию связей или импликаций, становящихся выводимыми дедуктив тью случайных и содержащих до достаточно позднего времени зна но и, следовательно, необходимыми.

чительную часть иррационального (нонконсервация, дефекты об Третья форма уравновешивания опирается на предшествую ратимости, недостаточный контроль отрицаний и т. д.). Гипотеза, щую, но отличается от нее построением некой новой всеобщей си стемы: а именно, той, которую обусловливает необходимость са Верно, что саморегуляция частично является врожденной, но это скорее касается мого процесса дифференциации новых подсистем и которая функционирования, а не структур.

ИЗ ОБЛАСТИ ОСНОВНОЙ СЕМИОТИКИ ЖАН ПИАЖЕ требует, следовательно, компенсаторного действия интеграции в некое новое целое. По-видимому, здесь мы имеем дело с простым До XVII в. в развитии психогенеза и когнитивных структур в ряде случаев можно наблюдать полный параллелизм. Так, для от уравновешиванием противоположных сил: дифференциации, угро ношений между силой и движением можно выделить 4 периода:

жающей единству целого, и интеграции, ставящей под угрозу не 1) период теории движителя и движимого Аристотеля и как след обходимые различия. Действительно, своеобразие когнитивного ствие — модель антиперистасиса;

2) глобальное объяснение, в ко равновесия (но, впрочем, это имеет место уже и в органических тором остаются недифференцированными сила, движение и им системах) заключается, наоборот, в том, чтобы обеспечить обога щение целого в зависимости от важности дифференциаций и ум- пульс;

3) теория импетуса или порыва, созданная Буриданом в качестве необходимого посредника между силой и движением;

4) ножение этих последних (а не только их связности) в зависимости заключительный предньютоновский период, когда импульс начи от внутренних (или становящихся таковыми) изменений целого и его свойств. Здесь вновь отчетливо проявляются отношения между нают связывать с ускорением. У ребенка же можно констатировать последовательность четырех очень сходных стадий. Первая — ког уравновешиванием и развивающейся логической необходимостью;

необходимостью иметь terminus ad quern [«верхний предел»], вы- да два двигателя довольно систематически выступают как пережи текающей из конечной интеграции или «закрытости» систем. ток анимизма, но с большим числом спонтанных примеров антипе ристасиса (часто в очень неожиданных ситуациях и не только для Одним словом, когнитивное уравновешивание «играет на по движения метательных снарядов). На второй стадии появляется не вышение», т. е. нарушения равновесия ведут не к возвращению к которое глобальное понятие, сравнимое с «действием», которое предыдущей форме равновесия, а к некоей лучшей форме, характе можно выразить следующим образом mvе, где т — масса, v — ско ризующейся возрастанием взаимозависимостей или необходимых импликаций.

рость, и е — пройденный путь. На третьем этапе (7—10 лет) спон танно появляется «импульс» в смысле среднего термина Буридана, Что же касается знаний, являющихся результатом опыта, то их но, сверх того, со способностью «проникать» в неподвижные по уравновешивание включает, кроме предшествующих законов, пос средники, проходя через их «внутренность», когда какое-то дви ледовательный переход внешнего (экзогенного) во внутреннее (эн жение передано через их посредство. Наконец, на четвертом этапе догенное) в том смысле, что все возмущающие воздействия (неосу (к 11—12 годам) появляются зачатки ускорения.

ществившееся предвидение и т. п.) вначале уничтожаются или нейтрализуются, а затем мало-помалу интегрируются (с изменени- Для более широких исторических периодов, само собой разу меется, мы не находим полного параллелизма, но можно найти об ем равновесия) и наконец включаются в систему в качестве внут щие механизмы. Так, история западной геометрии обнаруживает ренних вариаций, поддающихся дедуктивному выводу и реконст некий процесс структурации, этапы которого таковы: этап центра руирующих экзогенное посредством эндогенного. Биологический ции на отношениях интрафигуральных (внутри фигур) по Эвклиду;

эквивалент этого процесса (см. работу Г. фон Фёрстера «От шума этап конструирования отношений интерфигуральных (между фи к порядку» ) нужно искать в явлении «фенокопии», которое мы по гурами) с помощью декартовых координат, затем этап развиваю пытались них работпроинтерпретировать и обобщить в одной из более ран.

щейся алгебраизации, начиная с Клейна. В сокращенном виде мы находим аналогичный процесс и у детей, которые начинают, есте 7. Психогенез и история науки. Как сказал Холтон, можно най ственно, с интрафигурального, но к 7 годам открывают, что для того, ти определенное совпадение между психогенезом и историческим чтобы определить некую точку на плане, недостаточно одного из развитием когнитивных структур, и именно это мы попытаемся мерения: их необходимо два, и они должны быть расположены ор уточнить Р. книге, в физиком Гарсиа.над которой мы сейчас работаем совместно с тогонально. На этом этапе «интерфигуральное» (необходимое так же для построения горизонталей) следует за тем, что мы назвали «трансфигуральное», в котором подлежащие открытию свойства не могут выявляться на одной-единственной фигуре, но требуют Fo e r s t e r H. von. From n environements. - I «Seif- u »d n: °" self orfanizin? s^ems Ca their определенной дедукции или некоторого исчисления, например: ме SYStemS>> ei M г fSam°n press, London, 1960, p. _ _ ' ' *>vits' S' ™ron, ханические кривые, относительные движения и т. п.

Эти аналогии с историей науки убедительно говорят в пользу ^ нашего конструктивизма. Антиперистасис не был передан наслед tic Origins of Scientific Thought. Harvard Univ. Press, Cambridge ственным путем от Аристотеля к маленьким жителям Женевы, но сам Аристотель начал с того, что был ребенком, потому что дет ИЗ ОБЛАСТИ ОСНОВНОЙ СЕМИОТИКИ ство предшествует зрелому возрасту у всех людей, включая и пе РОМАН В поисках сущности языка щерного человека. Что же касается того, что именно человек науки извлекает из своих детских лет, то это не набор врожденных идей, поскольку в обоих случаях есть пробы и ошибки, но некая конст- ЯКОБСОН руктивная сила, и один из нас сказал, что гениальный физик — это человек, который сумел сохранить способность к творчеству, свой ственную своему детству, а не потерял ее в школе.

«В человеческой речи разные звуки имеют разные значения ». Отсюда Леонард Блумфилд в своей известной книге «Язык» (1933 г.) дела ет вывод, что «изучать это соответствие опре деленных звуков определенным значениям и значит изучать язык»*. Еще столетием раньше Вильгельм фон Гумбольдт учил, что «существу ет очевидная связь между звуком и значени ем, которая, однако, в редких случаях подда ваясь точному объяснению, обычно остается неясной». Проблема такой соотнесенности и связи всегда была кардинальной в уже немо лодой науке о языке. Насколько этот факт был тем не менее временно предан забвению язы коведами недавнего прошлого, показывает ре акция на интерпретацию знака, и в частности языкового знака, как неразложимого единства означающего и означаемого у Фердинанда де Соссюра;

этой интерпретации многократно воздавалась хвала за ее изумительную новиз ну, хотя давняя концепция вместе с термино логией была целиком перенесена из теории сто иков, существующей уже двадцать столетий.

В учении стоиков знак (smeon) рассматри вался как сущность, образуемая отношение_м означающего (smanon) и означаемого (s mamomenon). Первое определялось как «вос Бл у мфи л д Л. Язык. М.: Прогресс, 1968, с. 42.

Прим. ред.

принимаемое» (aistheton), а второе — как «понимаемое» (noeton) Он полагал, что лингвистика должна стать частью этой общей на уки и что она определит, какие свойства выделяют язык в отдель или, если выражаться более лингвистично, «переводимое». Кроме ную систему из общей совокупности «семиологических фактов».

того, референция знака была четко отграничена от значения с по Было бы интересно выяснить, есть ли какая-нибудь генетическая мощью термина tynkhnon (схватываемое). Исследования стоиков связь между работами обоих ученых в области сравнительного ис в области знако-обозначения (semeisis) были усвоены и получили следования знаковых систем или же это простое совпадение.

дальнейшее развитие в трудах Августина;

при этом использовались Полувековая работа Пирса по созданию общих основ семиотики латинизированные термины, в частности signum (знак), который имеет эпохальное значение, и если бы работы Пирса не остались включал в себя и signans, и signatum. Между прочим, эта пара корре большей частью неопубликованными вплоть до тридцатых годов лятивных понятий и наименований была введена Соссюром лишь в или если бы, по меньшей мере, его опубликованные работы были середине его курса общей лингвистики, возможно, не без влияния известны языковедам, они, несомненно, оказали бы ни с чем не срав «Ноологии» X. Гомперца (1908г.). Эта доктрина красной нитью нимое влияние на развитие лингвистической теории в мировом мас проходит через средневековую философию языка с ее глубиной и разнообразием подходов. Двойственный характер и вытекающее штабе.

Пирс также проводит резкое различие между «материальны из него, по терминологии Оккама, «двойное познание » любого знака ми качествами» — означающим любого знака и его «непосредствен были глубоко усвоены научной мыслью средневековья.

ной интерпретацией», т. е. означаемым. Знаки (или, по терминоло Возможно, самым изобретательным и разносторонним из аме гии Пирса, репрезентбмены (representamina)) обнаруживают три риканских мыслителей был Чарльз Сандерс Пирс (1839—1914 гг.), — основных вида знакообозначения, три различных «репрезентатив настолько великий, что ни в одном университете не нашлось для ных свойства», которые основаны на разных взаимоотношениях него места. Первая попытка классификации знаков была сделана между означающим и означаемым. Это различие позволяет Пирсу Пирсом в его проницательной работе «О новом списке категорий», выделить три основных типа знаков:

которая вышла в «Proceedings of the American Academy of Arts and 1) Действие иконического знака основано на фактическом по Sciences» (1867 г.);

спустя сорок лет, подводя итоги «изучения при добии означающего и означаемого, например рисунка какого-то роды знаков, которому он посвятил свою жизнь», Пирс отмечал:

животного и самого животного;

первое заменяет второе «просто «Насколько мне известно, я являюсь пионером или, скорее, даже потому, что оно на него похоже».

проводником в деле прояснения и обнаружения того, что я назы 2) Действие индекса основано на фактической, реально суще ваю семиотикой, т. е. в учении о сущности и основных видах знако ствующей смежности означающего и означаемого;

«с точки зрения обозначения;

я считаю, что для первопроходца это поле деятельно психологии, действие индекса зависит от ассоциации по смежнос сти слишком обширно, а работа слишком велика». Пирс отчетливо ти», например, дым есть индекс огня, и подтвержденное послови сознавал несостоятельность общетеоретических предпосылок в цей знание того, что «нет дыма без огня», позволяет человеку, ин исследованиях своих современников. Само название его науки о терпретирующему появление дыма, сделать заключение о наличии знаках восходит к античному smeitike;

Пирс ценил и широко ис огня, безотносительно к тому, был или не был огонь зажжен наме пользовал опыт античных и средневековых логиков, «мыслителей ренно, чтобы привлечь чье-то внимание;

то, что обнаружил Робин высшего класса», сурово осуждая столь обычное «варварское ис зон Крузо, было индексом: его означающим был отпечаток ноги на ступление» перед «изумительной проницательностью схоластов».

песке, а установленным по нему означаемым — присутствие на этом В 1903 г. он выражал твердое убеждение в том, что если бы ранее острове человека;

по Пирсу, индексом является ускорение пульса «учение о знаках» не было предано забвению и если бы оно было как возможный симптом жара, и в этих случаях его семиотика фак продолжено со всей силой ума и страсти, то к началу двадцатого тически сливается с исследованием симптомов болезней в медици столетия такие жизненно важные специальные науки, как, напри не, которое называют семиотикой, семиологией или симптомато мер, языкознание, уже находились бы «наверняка в более разви том состоянии, чем то, которого они обещают достигнуть в самом логией.

3) Действие символа основано главным образом на установлен лучшем случае к концу 1950-го года».

ной по соглашению, усвоенной смежности означающего и означае С конца прошлого века необходимость подобной научной дис мого. Сущность этой связи «состоит в том, что она является прави циплины горячо отстаивал Соссюр. В свою очередь отталкиваясь лом», и не зависит от наличия или отсутствия какого-либо сходства от греков, он назвал ее семиологией и ожидал от этой отрасли зна или физической смежности. При интерпретации любого данного ний, что она прояснит сущность знаков и законы, управляющие ими.

8 Семиотика 112 ИЗ ОБЛАСТИ ОСНОВНОЙ СЕМИОТИКИ РОМАН ЯКОБСОН символа знание этого конвенционального правила обязательно, и подчеркивается, что никто не опроверг этого принципа, но «часто знак получает действительную интерпретацию только потому и легче обнаружить истину, чем приписать ей должное место».

просто потому, что известно это правило. Первоначально слово Сформулированный принцип был главенствующим во всей на «символ» употреблялось в сходном смысле также Соссюром и его уке о языке (la langue в соссюровском смысле этого термина, т. е.

учениками, но позлее он возражал против употребления этого тер языковой код);

последствия его неисчислимы. В согласии с Балли и мина, потому что в традиционном понимании последнего предпо Сеше, А. Мейе и Ж. Вандриес также подчеркивали «отсутствие свя лагается некоторая естественная связь между означающим и оз зи между значением и звуком», и Блумфилд вторил тому же прин начаемым (например, весы как символ правосудия), и в заметках ципу: «Языковые формы являются произвольными».

Соссюра было предложено для условных знаков, входящих в ус Само собой разумеется, что согласие с соссюровской догмой ловную знаковую систему, название сема, в то время как Пирс ис произвольности языкового знака было далеко не единодушным. Так, пользовал термин «сема» для особой, совершенно отличной цели.

Отто Есперсен отмечал (1916 г.), что роль произвольности в языке Достаточно сопоставить употребление Пирсом термина «символ» слишком преувеличена и что ни Уитни, ни Соссюру не удалось ре с различными значениями слова символизм, чтобы осознать, что шить проблему взаимоотношения между звуком и значением. От здесь имеется опасность досадных двусмысленностей;

но за не клики Ж. Дамуретта, Э. Пишона и Д. Л. Болинджера были озаглав имением лучшего мы вынуждены сохранить термин, введенный лены одинаково: «Знак не произволен » ( «Le signe n'est pas arbitraire » Пирсом.

(1927 г.), «The sign is not arbitrary» (1949 г.)). Э. Бенвенист в своей Рассмотренные семиотические соображения вновь вызывают весьма своевременной статье «Природа языкового знака» («Nature к жизни вопрос, который с проницательностью обсуждался в «Кра de signe linguistique », 1939 г.) раскрыл тот решающий факт, что толь тиле», замечательном диалоге Платона: закрепляет ли язык форму ко для беспристрастного и стороннего наблюдателя связь между за содержанием «по естеству» (physei), как это утверждает глав означающим и означаемым является чистой случайностью, в то вре ный герой диалога, или «по соглашению» (thsei), как это утверж мя как для носителя данного языка эта связь превращается в необ дается в контраргументах Гермогена. Примиряющий обе стороны ходимость"'.

Сократ склонен в диалоге Платона согласиться, что репрезентация Своим основным требованием внутреннего лингвистического через подобие преобладает над использованием произвольных зна анализа любой синхронной (идеосинхронической) системы Соссюр ков, но, несмотря на привлекательную силу подобия, он чувствует с очевидностью лишает силы ссылку на различия звуков и значе себя обязанным признать дополнительный фактор — условность, ний во времени и пространстве, которая является аргументом в обычай, привычку.

пользу произвольной связи между обоими составляющими языко Среди ученых, которые в своей трактовке этого вопроса сле вого знака. Швейцарская крестьянка, говорившая по-немецки, сво довали по стопам платоновского Гермогена, важное место принад им пресловутым вопросом, почему ее франкоязычные односельча лежит йельскому языковеду Дуайту Уитни (1827—1894 гг.), кото не называют сыр fromage, — Kse ist doch viel natrlicher! «Ведь Kse рый выдвинул тезис о языке как об общественном учреждении.

подходит гораздо лучше!», обнаружила отношение к проблеме, ко В фундаментальных трудах Уитни, относящихся к шестидесятым и торая гораздо больше соответствует точке зрения Соссюра, чем семидесятым годам XIX века, язык определялся как система про утверждения, что каждое слово — произвольный знак, вместо ко извольных и условных знаков (epitykhonta и synthmata Платона).

торого мог бы использоваться для той же цели любой другой знак.

Это учение было заимствовано и развито Ф. де Соссюром и вошло Но существует ли эта естественная необходимость в силу одной в посмертное издание его «Курса общей лингвистики» (1916 г.), осу только привычки? Действуют ли языковые знаки — поскольку они ществленное его учениками III. Балли и А. Сеше. Учитель провозг являются символами — «только благодаря существующей привыч лашает: «В существенном моменте, как нам кажется, американский ке», связывающей их означаемое с означающим?

лингвист прав: язык — это соглашение;

природа знака, о котором Одной из важнейших черт семиотической классификации Пирса принимается соглашение, остается безразличной ». Произвольность является тонкое осознание того, что различие трех основных клас выдвигается Соссюром в качестве первого из двух основных прин сов знаков — это лишь различие в относительной иерархии. В ос ципов, определяющих природу языкового знака: «Связь, соединя нове разделения знаков на иконические знаки, индексы и символы ющая означающее с означаемым, произвольна»". В комментариях * См.: Бенвенист Э. Общая лингвистика. М.: Прогресс, 1974, гл. VI. — Прим.

* С о с с ю p Ф. де. Труды по языкознанию. М.: Прогресс, 1977, с. 100. — Прим. ред.

ред.

8* i vi лежит не наличие или отсутствие подобия или смежности между кая последовательность, как «На собрании присутствовали прези означающим и означаемым, равно как и не исключительно факти дент и государственный секретарь», гораздо более обычна, чем ческий или исключительно условный, привычный характер связи обратная, потому что первая позиция в паре однородных членов между двумя составляющими, а лишь преобладание одного из этих отражает более высокое официальное положение.

факторов над другими. Так, ученый говорит об «иконических зна Соответствие в порядке между означающим и означаемым на ках, в которых сходство поддерживается конвенциональными пра ходит свое место среди «основных возможных видов знакообоз вилами»;

можно припомнить разные правила построения перспек начения», очерченных Пирсом. Пирс выделяет два отличных под тивы, которые зрителю нужно усвоить, чтобы воспринимать класса иконических знаков: образы и диаграммы. В образах произведения несходных между собой направлений в живописи;

в означающее представляет «простые качества» означаемого, в то разных изобразительных кодах имеют разное значение различия в время как у диаграмм сходство между означающим и означаемым величине фигур;

в соответствии с традицией некоторых средневе «касается только отношений их частей». Пирс определяет диаграм ковых школ живописи злодеи, в отличие от других персонажей, му как «репрезентамен, являющийся по преимуществу иконичес последовательно изображались в профиль, а в древнеегипетском ким знаком отношения, стать каковым ему способствует услов искусстве их изображали только анфас. Пирс заявляет, что «было ность». Примером подобного «иконического знака, отражающего бы трудно, если не невозможно, привести пример абсолютно чис отношения частей означаемого», могут служить прямоугольники того индекса или пример знака, абсолютно лишенного свойства разных размеров, которые выражают количественное сравнение индекса». Такой типичный индекс, как указующий перст, передает производства стали в разных странах. Отношения в означающем неодинаковое значение в различных культурах;

например, у неко соответствуют отношениям в означаемом. В таких типичных диаг торых южноафриканских племен, показывая пальцем на какой-ни раммах, как статистические кривые, означающее представляет со будь предмет, его таким образом проклинают. С другой стороны, бой изобразительную аналогию с означаемым в том, что касается «в символ всегда включается своего рода индекс», и «без индексов отношения их частей. Если в хронологической диаграмме отно было бы невозможно обозначить, о чем человек говорит».

сительный прирост населения обозначен пунктирной линией, а Интерес Пирса к разным уровням взаимодействия трех выде смертность — сплошной, то это, в терминах Пирса, «символичес ленных функций во всех трех типах знаков и в особенности при кие характеристики». Теория диаграмм занимает важное место в стальное внимание к индексальным и иконическим компонентам семиотических исследованиях Пирса;

он отдает должное значитель языковых знаков непосредственно связаны с его тезисом, утверж ным достоинствам диаграмм, вытекающим из того, что они являют дающим, что «самые совершенные из знаков» — те, в которых ико ся «поистине иконическими знаками, естественно аналогичными нические, индексальные и символические признаки «смешаны по обозначаемому предмету». Рассмотрение различных множеств ди возможности в равных отношениях». Напротив, настойчивое под аграмм приводит Пирса к утверждению, что «каждое алгебраичес черкивание условности языка Соссюром связано с его утвержде кое уравнение является иконическим знаком, поскольку оно пред нием, что «полностью произвольные знаки наиболее пригодны для ставляет с помощью алгебраических знаков (которые сами обеспечения оптимального семиотического процесса».

иконическими не являются) отношения соответствующих коли Индексальные элементы языка обсуждались в нашей работе честв». Любая алгебраическая формула оказывается иконическим «Подвижные определители, глагольные категории и русский гла знаком в силу правил коммутации, ассоциации и дистрибуции сим гол» («Shifters, Verbal Categories and the Russian Verb», 1957 г.);

по волов. Таким образом, «алгебра — лишь одна из разновидностей пытаемся теперь рассмотреть иконический аспект языковой струк диаграммы», а «язык — лишь один из видов алгебры». Пирс отчет туры и дать ответ на вопрос Платона: какого рода подражание ливо понимал, что, например, «аранжировка слов в предложении (rnnmesis) используется языком для соединения означающего с оз должна служить в качестве иконического знака, чтобы предложе начаемым?

ние могло быть понято».

Последовательность глаголов veni, vidi, vici сообщает нам о по Обсуждая грамматические универсалии и почти-универсалии, рядке деяний Цезаря прежде всего и главным образом потому, что обнаруженные Дж. X. Гринбергом, я отмечал, что порядок зна последовательность сочиненных форм прошедшего времени исполь чимых элементов обнаруживает в силу своего явно иконического зуется для воспроизведения хода событий. Временной порядок ре характера особенно ясно выраженную склонность к универсаль чевых форм имеет тенденцию к зеркальному отражению порядка ности (см. мой доклад в сб. «Universals of Language» под ред.

повествуемых событий во времени или по степени важности. Та Дж. X. Гринберга, 1963 г.). Именно поэтому в условных предложе FOMAH ЯКОБСОН ИЗ ОБЛАСТИ ОСНОВНОЙ СЕМИОТИКИ ниях всех языков порядок, при котором условие предшествует след- Ярко выраженный диаграммный характер носит не только со единение слов в синтаксические группы, но и соединение морфем в ствию, является нормальным, первичным, нейтральным, немаркиро слова. И в синтаксисе, и в морфологии любое отношение частей и ванным. Если почти во всех языках, опять-таки согласно данным целого согласуется с пирсовским определением диаграмм и их ико Гринберга, в повествовательном предложении с именными субъек том и объектом первый, как правило, предшествует второму, то этот нической природы. Существенный смысловой контраст между кор грамматический процесс с очевидностью отражает иерархию грам- нями как лексическими морфемами и аффиксами как грамматичес матических понятий. Субъект действия, обозначенного предикатом, кими морфемами находит свое графическое-выражение в их различной позиции в пределах слова: аффиксы, в особенности сло воспринимается, в терминах Эдуарда Сепира, как «исходный пункт», «производитель действия», в противовес «конечному пун- воизменительные суффиксы, в тех языках, где они есть, обычно кту», «объекту действия». Подлежащее, единственный независи- отличаются от других морфем ограниченным и выборочным исполь зованием фонем и их комбинаций. Так, единственные согласные, мый член предложения, выделяет то, о чем говорится в сообщении.

используемые в продуктивных словоизменительных суффиксах Каков бы ни был истинный ранг деятеля, он с необходимостью выд английского языка, — это зубной непрерывный и смычный, и их со вигается в герои сообщения, как только берет на себя роль подле четание -st. Из 24 смычных фонем русской консонантной системы жащего. The subordinate obeys the principal — «Подчиненный пови только четыре фонемы, явно противопоставленные друг другу, вы нуется главному». Вопреки табели о рангах, внимание прежде всего ступают в словоизменительных суффиксах.

сосредоточивается на подчиненном как на деятеле, а затем перехо Морфология богата примерами знаков, в которых проявляется дит на объект — на главного, которому повинуются. Если же, од эквивалентность отношения между означающими и означаемыми.

нако, сказуемое выражает вместо «активного» действия действие Так, в индоевропейских языках положительная, сравнительная и «пассивное», то роль подлежащего приписывается объекту актив превосходная степени прилагательных обнаруживают постепенное ного предложения: The principal is obeyed by the subordinate «Глав нарастание числа фонем, например: high — higher — highest, altus — ный ставится в повиновение подчиненным».

altior — altissimus. Таким способом означающие отражают града Рассматриваемая иерархия подчеркивается невозможностью цию означаемых по степени качества.

опустить подлежащее при факультативности дополнения: The Есть языки, в которых формы множественного числа отлича subordinate obeys, the principal is obeyed. Как стало ясно после сто ются от форм единственного дополнительной морфемой, в то вре летий грамматических и логических штудий, предикация столь кар мя как, по данным Гринберга, нет такого языка, в котором это от динально отличается от всех других семантических актов, что на ношение было бы обратным. Означающее плюральной формы стойчивые попытки аргументировать уравнивание подлежащего и проявляет тенденцию отражать значение количественного превос сказуемого должны быть категорически отвергнуты.

ходства путем удлинения этой формы. Ср. личные формы глагола Изучение диаграмм нашло свое дальнейшее развитие в совре в единственном числе и соответствующие формы множественно менной теории графов. Языковеда, читающего отличную книгу го числа с более длинными окончаниями во французском языке:

Ф. Харари, Р. 3. Нормана и Д. Картрайта «Структурные модели» 1 л. je finis — nous finissons, 2 л. tu finis — vous finissez, 3 л. il finit — ils (1965г.), в которой дано детальное описание различных ориенти finissent, или в польском языке: 1. znam — znamy, 2. znasz — znacie, рованных графов, невольно поражает подозрительная аналогия 3. zna—znaja.. В склонении русских существительных реальные между графами и грамматическими моделями. Изоморфное стро (ненулевые) окончания одного и того же падежа во множествен ение означающего и означаемого обнаруживает в обеих областях ном числе длиннее, чем в единственном. Прослеживая по разным похожие средства, которые облегчают точную транспозицию славянским языкам различные исторические процессы, которые грамматических и особенно синтаксических структур и графы.

постоянно создавали это соотношение, можно убедиться, что эти В строении графов находят близкую аналогию такие свойства язы и многие подобные данные лингвистических наблюдений расхо ка, как связанность языковых объектов друг с другом, а также с дятся с утверждением Соссюра, что «в звуковой структуре озна начальной границей цепочки, непосредственное соседство и связь чающего нет ничего, что носило бы какое-либо сходство со зна на расстоянии, центральность и периферийность, симметричные чимостью или значением знака».

и асимметричные отношения, эллипсис отдельных компонентов.

Соссюр сам ослабил свой «фундаментальный принцип произ Буквальный перевод всей синтаксической системы на язык гра вольности», проведя различия между «радикально» и «относи фов позволит отделить диаграммные, иконические формы отно тельно» произвольными элементами языка. Ко второй из этих ка шений от строго условных, символических черт этой системы.

118 РОМАН ЯКОБСОН ИЗ ОБЛАСТИ ОСНОВНОЙ СЕМИОТИКИ сические диаграммы в системе языка как знаковой системы важны тегорий он отнес те знаки, которые на синтагматической оси мо не менее словаря.

гут быть разложены на составляющие, идентифицируемые на па Оставляя грамматику и переходя к строго лексическим пробле радигматической оси. Однако и такие, с точки зрения Соссюра «со мам корней и далее неделимых одноморфемных слов (stoikhea и вершенно немотивированные», формы, как франц. berger «пастух» prta onomata словаря, как они названы в «Кратиле»), мы должны, (из лат. berbicarius), могут поддаваться аналогичному анализу, вслед за участниками платоновского диалога, задаться вопросом:

поскольку -ег ассоциируется с другими случаями употребления разумно ли на этом остановиться, прекратив обсуждение внутрен этого суффикса деятеля и занимает то же место в других словах ней связи между означающим и означаемым, или же нужно без ум того же парадигматического класса, например vacher «пастух» и ных уверток «играть игру до конца и отважно исследовать эти воп т. д. Более того, при отыскании связи между означающим и озна чаемым необходимо учитывать не только случаи полной тожде- росы».

Во французском языке слово ennemi «враг», как констатировал ственности формы, но и случаи, когда разные аффиксы обладают Соссюр, «ничем не мотивируется»;

однако же в выражении ami et некоторой общей грамматической функцией и одним постоянным ennemi «друг и враг», от француза едва ли ускользнет сходство двух фонологическим признаком. Так, польский инструментальный па сополагаемых рифмующихся слов. Англ, father, mother и brother деж в различных окончаниях для разных родов, чисел и частей нельзя разделить на корень и суффикс, но второй слог этих терми речи последовательно сохраняет признак назальности либо в пос нов родства воспринимается как своего рода звуковой намек на их леднем согласном, либо в гласном. В русском языке морфонема [м] семантическую близость. Не существует синхронных правил, ко (представленная двумя фонологическими вариантами — палата торые в английском управляли бы этимологической связью между лизованным и непалатализованным) встречается в окончаниях пе ten, -teen и -ty, как и между three, thirty и third или two, twelve, риферийных падежей (творительного, дательного и предложно twenty, twi- и twin, но все же эти формы и сейчас связываются в го) и никогда не встречается в окончаниях падежей других классов.

серии через очевидное парадигматическое родство. Какой бы зна Следовательно, отдельные фонемы или различительные признаки менательной ни была звуковая форма слова eleven, все же улавли в составе морфем могут служить самостоятельными показателя вается некоторая связь со звуковой структурой числительного ми определенных грамматических категорий. К употреблению та twelve, которая поддерживается непосредственным соседством ких более мелких единиц, чем морфема, применимо замечание Сос обоих числительных.

сюра о «роли относительной мотивации»: «Сознанию удается Упрощенное применение теории вероятностей могло бы наве ввести принцип порядка и регулярности в некоторые части кор сти нас на мысль о существовании у смежных количественных чис пуса знаков».

лительных тенденции к расподоблению (любопытен тот факт, что Соссюр выделил в языке два направления — тенденцию к ис дирекция берлинского телефонного управления изменила звучание пользованию лексических средств, т. е. немотивированных знаков, числительного zwei на zwou, чтобы избежать смешения с drei). Од и тенденцию к использованию грамматического инструмента, или нако в различных языках у стоящих рядом числительных преобла правил построения. Санскрит оказывается, с его точки зрения, об дает противоположная, ассимилятивная тенденция. Так, русский разчиком ультраграмматической, максимально мотивированной язык обнаруживает в пределах каждой пары названий цифр час системы, тогда как во французском, по сравнению с латынью, Сос тичное сближение, например, семь — восемь, девять — десять.

сюр обнаруживает ту «абсолютную произвольность, которая, в •Сходство означаемых соседних числительных приводит к их фор сущности, и является истинным условием языкового знака». Сле мальной близости.

дует отметить, что классификация Соссюра построена только на Новообразования типа slithy «скользкий» (перен.) из slimy морфологических критериях, в то время как синтаксис остается «скользкий;

подобострастный.» и lithe «гибкий;

сговорчивый» и фактически в стороне. Эта сверхупрощенная двухполюсная схема многочисленные виды смешений и контаминированных форм вскры существенно улучшена Пирсом, Сепиром и Уорфом благодаря ос вают взаимное сцепление простых слов, приводящее к тесному вза мыслению более широких синтаксических проблем. В частности, имодействию их означающих и означаемых.

Бенджамин Уорф, делавший упор на «алгебраическую природу язы В цитированной выше работе Д.Л. Болинджера показывается ка», сумел выделить из отдельных предложений «модели структу «огромная важность взаимодействий» между звуком и значением ры предложений» и утверждал, что «в языке аспект структурного и «объединение слов, имеющих похожие значения в соединении с моделирования всегда преобладает и осуществляет контроль над похожими звуками», независимо от происхождения таких группи лексацией, или аспектом наименования». Таким образом, синтак 120..Jb...

ИЗ иЪЛАСТИ аугментативных формах различных африканских и американских ровок (например, bash «ударять», mash «разваливать», smash «раз языков. В баскских диалектах палатализация, повышающая тональ бивать вдребезги», crash «рушиться с грохотом», dash «швырнуть», ность согласных, передает идею уменьшения. Замещение низких пе lash «хлестнуть», hash «рубить», rash «бросаться», brash «ломать», риферийных гласных или согласных высокими непериферийными, clash «сталкивать», trash «отбросы», plash «плескаться», «плавать», компактных — диффузными, непрерывных согласных — прерван splash «брызгать», flash «мелькнуть»). Такие слова смыкаются со ными и неабруптивных — абруптивными (глоттализованными), ис звукораздражительными словами, для синхронного анализа кото пользуемое в ряде американских языков «для добавления к значе рых генетические вопросы опять-таки совершенно несущественны.

нию слова идеи малости», и обратная подстановка для выражения Парономазия (паронимия), или смысловое сближение фоноло увеличительной, интенсивной степени — все это основано на скры гически сходных слов, независимо от их этимологической связан той синестетической значимости, присущей некоторым фонемным ности, играет значительную роль в жизни языка. Апофония глас противопоставлениям. Эта значимость, легко обнаруживаемая те ных подчеркивает каламбурный характер заголовка журнальной стами и экспериментами по восприятию звуков и особенно замет статьи: «Многосторонние усилия или многосторонний фарс?» ная в детской речи, может создавать шкалу «уменьшительных» и («Multilateral Force or Farce?»). В русской пословице Сила солому «увеличительных» значений, противопоставленных нейтральному.

ломит связь между сказуемым ломит и дополнением солому под Наличие низкой или высокой фонемы в корне слова в языке дакота черкивается тем, что корень лом- созвучен с корнем солом-, фоне или чинук само по себе не сигнализирует о более высокой или бо ма [л] в соседстве с ударной гласной объединяет все три члена пред лее низкой степени интенсивности, в то время как сосуществова ложения;

оба гласных подлежащего сила повторены в том же ние двух чередующихся звуковых форм одного и того же корня порядке в дополнении, которое, так сказать, синтезирует фонем создает диаграммный параллелизм между оппозициями двух то ную отделку начального и конечного слов пословицы. И все же на нальных уровней в означающих и двух градуирующих значений в обычном, лексическом уровне взаимодействие звука и значения соответствующих означаемых.

носит скрытый, виртуальный характер, тогда как в синтаксисе и мор Автономная иконическая значимость фонемных оппозиций, фологии (равно как в словоизменении и в словообразовании) внут если не считать относительно редких случаев ее грамматического реннее, диаграммное соответствие между означающим и означае использования, реже проявляется в чисто фактографических со мым очевидно и обязательно.

общениях, чем в поэтическом языке, в котором она становится осо Частичное сходство двух означаемых может быть выражено бенно явственной. Изумительно чуткий к звуковой фактуре языка частичным сходством означающих, как в рассмотренных выше при Стефан Малларме отмечал в своем эссе «Кризис стиха» («Crise de мерах, или полным тождеством означающих, как это бывает при vers»), что слово ombre «тень» и в самом деле является тенистым, а лексических тропах. Слово star «звезда» означает либо «светящее tnbres «мрак» (с его высокими гласными) не предполагает темно ся небесное тело», либо «выдающийся человек». Характерной осо ты, и он чувствовал себя глубоко обманутым тем, что значение бенностью таких асимметричных пар является иерархия двух зна «день» ошибочно приписано слову jour, a значение «ночь» — сло чений: одно из них — первичное, центральное, собственное, не ву nuit вопреки темной окраске первого и светлой окраске второго зависящее от контекста, другое — вторичное, периферийное, пе слова. Однако стих, как утверждает поэт, «восполняет дефект язы реносное, контекстуальное. Метафора (или метонимия) состоит в ков» (rmunre le dfaut des langues). Внимательный разбор ночных приписывании некоторого означающего вторичному означаемому, и дневных образов во французской поэзии показывает, как затем ассоциируемому с первичным означаемым по сходству (или по няется слово nuit и придается яркость слову jour, когда первое ок смежности).

ружено контекстом низких и бемольных гласных, а второе раство Грамматические чередования в корнях приводят нас снова в рено в последовательности высоких фонем. Даже в обычной речи, область регулярных грамматических процессов. Выбор чередую как заметил Стефан Ульманн, соответствующее звуковое окруже щихся фонем может быть чисто условным, как, например, исполь ние может усилить экспрессивное качество слова. Если распреде зование передних гласных в «умлаутных» формах множественно ление гласных между латинскими словами dies и пох или между чеш го числа в идише, приводимых Сепиром: tog «день» — teg «дни», скими den и пос отвечает поэтическому ощущению контрастов fus «нога» — fis «ноги» и т. д. Существуют, однако, примеры анало светотени, то французская поэзия драпирует «противоречащие» гичных грамматических «диаграмм» с явно иконическим значени вокабулы или заменяет образцы дневного света и ночной темноты ем самих альтернантов, как, скажем, частичная или полная редуп контрастом тяжелого, душного дня и легкой ночи, так как этот кон ликация корня в плюральных, итеративных, дуративных или 122 УЮ траст поддерживается другой синестетической коннотацией, свя заций, явная и обязательная для всей синтаксической и морфоло зывающей низкую тональность периферийных фонем с тяжестью гической системы языка, но существующая в латентном и вирту и, соответственно, высокую тональность непериферийных фонем альном виде и в его лексическом аспекте, разрушает догму Соссю с легким весом.

ра о произвольности, в то время как второй из его «общих Впечатляющее воздействие звуковой фактуры проявляется в принципов» — линейность означающего — был поколеблен разло поэтическом языке в двух направлениях: в выборе и в группировке жением фонем на различные признаки. Устранение этих основных фонем и их составляющих;

эти два выразительных фактора, наве положений требует в свою очередь пересмотра и выведенных из вающих образы, хотя и скрыты, но присутствуют и в нашем обыч них заключений.

ном речевом поведении.

Таким образом, наглядная и ясная идея Пирса, что «символ Заключительная глава романа Жюля Ромена «Детская любовь» может представлять собой иконический знак или (перепишем этот («Les amours enfantines») называется «Шумы улицы Реомюр» союз в современном стиле: и/или) индекс», ставит перед наукой о («Rumeur de la rue Reaumur»). Писатель говорит о названий этой языке новые, насущные задачи и открывает перед ней многообеща парижской улицы, что она напоминает песню колес и стен и разные ющие перспективы. Указания этого «проводника в семиотике» вле другие виды городского шума, вибрации и грохота. Эти мотивы, кут за собой важные последствия для лингвистической теории и слитые в книге с темой приливов и отливов, воплощены в звуковом практики. Иконические и индексальные составляющие языкового рисунке rue Reaumur. Из согласных фонем в это название входят знака слишком часто недооценивались и даже вовсе не принима только сонорные;

последовательность состоит из четырех сонор лись во внимание;

с другой стороны, преимущественно символи ных (S) и четырех гласных (V);

SVSV, — VSVS, — зеркальная сим ческий характер языка и вытекающее отсюда кардинальное отли метрия с группой ги в начале и ее перестановкой иг в конце. На чие его от других, главным образом индексальных или иконических, чальный и конечный слоги названия трижды отражаются словесным систем знаков также ожидает должного учета в современной лин окружением: rue Reaumur, ru-meur, roues... murailles, trpidation гвистической методологии.

d'immeubles, [«шум, колеса... стены, дрожание зданий»]. Гласные Свое любимое изречение Пирс взял из «Металогики» Джона выделенных слогов обнаруживают три оппозиции фонем;

1) низ Солсберийского: Nominantur singularia, sed universalia signifi cantur кие (задние) — высокие (передние);

2) бемольные (лабиализован «Единичное называется, а общее означивается». Как много пустой ные) — небемольные (нелабиализованные);

3) диффузные (закры и тривиальной полемики избежали бы ученые, изучающие есте тые) — недиффузные, (открытые):

ственный язык как систему, если бы овладели «Умозрительной грам матикой» Пирса, и особенно ее тезисом, что «истинный символ — ru r au mur rou mur r men это символ, который имеет общее значение», и что в свою очередь Низкие это значение «может быть только символом», поскольку omne sym bolum de symbolo «Всякий символ — о символе». Символ не только не способен обозначать какую-либо отдельную вещь, а обязатель Бемольные но «обозначает род вещи», но «он и сам является родом, а не от дельной вещью». Символ, например слово, является «общим прави Диффузные лом», которое получает значение только через разные случаи его применения, а именно через произнесенные или написанные — но сящие вещный характер — replicas. Как бы ни видоизменялись эти Искусное переплетение одинаковых и контрастных признаков воплощения слова, оно остается во всех случаях «одним и тем же в этой «песне колес и стен», подсказанное банальным уличным на словом».

званием, дает решающий ответ на провозглашенное Александром Знаки, носящие преимущественно символический характер, — Попом требование: «Звук должен быть откликом смысла».

это единственные знаки, которые благодаря тому, что обладают Постулируя два изначальных языковых свойства — произволь общим значением, способны образовывать суждения, тогда как ность знака и линейность означающего, — Соссюр приписывал им «иконические знаки и индексы ничего не утверждают». В одной из обоим одинаково фундаментальную важность. Он полагал, что, если посмертных работ Чарльза Пирса — книге «Экзистенциальные гра эти законы верны, они будут иметь «неисчислимые последствия» и фы», имеющей подзаголовок «Мой шедевр», — завершается ана определят «весь механизм языка». Однако система диаграммати лиз и классификация знаков, сопровождаемые кратким обобщени ИЗ ОБЛАСТИ ОСНОВНОЙ СЕМИи ГИКИ ем, касающимся творческой способности (enrgeia) языка: «Итак, способ существования символа отличается от способа существо вания иконического знака и индекса. Бытие иконического знака при надлежит прошлому опыту. Он существует только как образ в па мяти. Индекс существует в настоящем опыте. Бытие символа состоит в том реальном факте, что нечто определенно будет вос принято, если будут удовлетворены некоторые условия, а именно если символ окажет влияние на мысль и поведение его интерпрета тора. Каждое слово есть символ. Каждое предложение — символ.

Каждая книга — символ... Ценность символа в том, что он служит для придания рациональности мысли и поведению и позволяет нам предсказывать будущее ». Философ многократно возвращался к этой П идее: индексальному hie et nunc «здесь и сейчас» он настойчиво противопоставлял «общий закон», лежащий в основе любого сим вола: «Все истинно общее относится к неопределенному будуще му, потому что прошлое содержит только некоторое множество таких случаев, которые уже произошли. Прошлое есть действитель СЕМИОТИКА И ный факт. Но общее правило не может быть реализовано полнос тью. Это потенциальность;

и его способ существования — esse in future "быть в будущем"». Здесь мысль американского логика пе ПСИХОЛОГИЯ ресекается с предвидением Велимира Хлебникова, самого своеоб разного поэта нашего столетия, который в комментарии к собствен ным произведениям (1919г.) писал: «Я осознал, что родина творчества — в будущем;

оттуда веет ветер богов слова».

ЧАРЛЬЗ Из книги «Значение и Уильям означивание», МОРРИС Знаки и действия 1. Область семиотики Семиотика ставит своей целью создание общей теории знаков во всех их формах и проявлени ях: как у человека, так и у животных, как в норме, так и в патологии, как в языке, так и вне его, как в индивиде, так и в обществе. Таким образом, се миотика — это интердисциплинарная сфера.

Широкий интерес к этой области вызван отчасти верой в то, что знаковые процессы бо лее высокого уровня (часто называемые симво лами) имеют важнейшее значение для понима ния человека и его действий. Эрнст Кассирер называл человека «символическим животным» (animal symbolicum), вместо «разумного живот ного» (animal rationale), и многие современные исследования показали обоснованность такой концепции.

Термин «семиотика » (semiotic) был воспри нят Джоном Локком у греческих стоиков, кото рые в свою очередь испытали влияние традиции греческой медицины, трактовавшей диагноз и прогноз как знаковые процессы. Широкое рас пространение в наши дни термин «семиотика» получил благодаря Чарлзу С. Пирсу (1839— 1914), который следовал словоупотреблению Локка. Используются также термины «сигни фика » (signifies) и «семантика », хотя сейчас наб людается тенденция употреблять термин «се мантика» как название только одной отрасли семиотики.

9 Семиотика jo.jx.ry vi ЧА^ЛЪЗ УИЛЬЯМ МОРРИС В прошлом основной вклад в общую теорию знаков внесли фи л В-третьих, данная формулировка носит «поведенческий» ха лософы и лингвисты, но в настоящее время большая работа в этой рактер;

в ней подчеркивается, что знаковое поведение открыто для области ведется также психологами, психиатрами, эстетиками, со объективного изучения, хотя организм (по крайней мере человека), циологами, антропологами.

испытывая нечто, может сообщать о своем собственном знаковом поведении. Тем не менее основывающаяся на поведении формули ровка носит более фундаментальный характер, чем формулировка, 2. Основные термины семиотики основанная на самонаблюдении, поскольку семиотика имеет дело Для целей настоящей работы основные термины семиотики можно со знаковыми процессами у животных, у детей, еще не овладевших ввести следующим образом: семиозис (или знаковый процесс) рас •языком, а также у лиц с различного рода психическими заболева сматривается как пятичленное отношение — V, W, X, Y, Z, — в ко ниями, когда отчеты о самонаблюдении либо невозможны, либо тором V вызывает в W предрасположенность к определенной реак ненадежны. Однако отчеты о знаковых процессах, основанные на ции (X) на определенный вид объекта (Y) (который, следовательно, самонаблюдении, не отвергаются семиотикой, исходящей из пове не действует как стимул) при определенных условиях (Z). В случаях, дения, потому что сами эти отчеты представляют собой разновид где существует это отношение, V есть знак, W — интерпретатор, ность знакового поведения.

X — интерпретанта, Y — значение [означивание, сигнификация В-четвертых, я не вижу возражений против введения таким об (signification)], a Z — контекст, в котором встречается знак.

разом «значений-сигнификаций». Это не «сущности» в каком-либо Карл фон Фриш" показал, что нашедшая нектар пчела, возвраща нежелательном смысле, но определенные, поддающиеся описанию ясь в улей, совершает «танец » и таким образом направляет других пчел стороны сложных процессов поведения в естественном мире. А по к источнику пищи. В этом случае «танец» есть знак;

другие пчелы, ис скольку это так, о них можно говорить, не превращая их в вещи. Мы пытывающие влияние танца, — интерпретаторы;

предрасположен можем наблюдать, что пчелы под влиянием танца при определенных ность этих пчел реагировать определенным образом под влиянием обстоятельствах предрасположены искать пищу, равно как можно танца — интерпретанта;

тип объектов, по отношению к которому пче наблюдать, что в других контекстах танец служит для направления лы предрасположены к определенной реакции, — значение (сигнифи пчел на поиски возможных мест для размещения новых ульев. Если кация) знака;

а местонахождение улья — часть контекста.

так интерпретировать значения, в них нет ничего мифического.

Уместно сделать несколько замечаний относительно такого В-пятых, контекст, в котором нечто функционирует как знак, представления семиозиса (или знакового процесса или знакового может включать и другие знаки, но это не обязательно.

поведения).

В-шестых, интерпретанта, как предрасположенность реагиро Во-первых, данная формулировка не предлагается в качестве вать определенным образом под влиянием знака (например, у определения «знака», поскольку мы, возможно, захотим назвать пчел — поведение, направленное на поиски пищи или на разведку знаками вещи, которые не отвечают требованиям такого описания — новых мест), не имеет обязательной «субъективной» коннотации.

я предпочитаю оставить этот вопрос открытым. Формулировка про При желании эту предрасположенность можно интерпретировать, сто указывает условия признания некоторых явлений знаками.

исходя из понятия вероятности, как вероятность определенной ре Во-вторых, сказать, что то, что сигнифицируется, не является акции в определенных условиях при появлении определенного зна в данный момент стимулом, не значит отрицать, что мы можем сиг ка. Или же, как мы увидим дальше, интерпретанту можно рассмат нифицировать объекты, данные в непосредственном опыте, — как, ривать как промежуточную переменную, которая постулируется в например, я могу, указывая на письменный стол, за которым сижу теоретических целях и контролируется косвенными эмпирически и пишу, сказать: «Это письменный стол». «Письменный стол» оз ми данными.

начает (сигнифицирует) предмет с боковыми поверхностями, зад ней стенкой, ящиками, которые можно выдвигать, и т. п., а все это в 3, Измерения значения данный момент недоступно моему наблюдению. Непосредственно я могу наблюдать только некоторые признаки письменного стола.

Общепризнано, что знаки, которым обычно (но не всегда) припи сывают обладание значением-сигнификацией, существенно разли чаются по тому, какое значение-сигнификацию они имеют. Очевид В этой статье Ч.У. Морриса сноски, отмеченные цифрами, принадлежат автору и ные примеры этому — слова черный, хороший и следует. Такие приведены в конце статьи. Наличие комментариев в тексте не отмечается, — см. по различия, однако, объясняются по-разному.

номеру стр. в Комментарии.

9* СЕМИОТИКА И ПСИХОЛОГИЯ ЧАРЛЬЗ УИЛЬЯМ МОРРИС Я исхожу из того, что значение-сигнификация трехмерно и что •каждому предложению процент — число, показывающее, в какой эти три измерения могут быть объяснены в связи с тремя фазами степени оно является десигнативным, оценочным и предписываю или аспектами действия, акта. В анализе действия я следую за Джор- щим. В целом, в этих трех группах наблюдалось значительное еди джем Г. Мидом4. нодушие относительно того, является ли данное предложение в Согласно Миду, если дан импульс (как предрасположенность к данном контексте преимущественно десигнативным, оценочным определенному виду действия), то последующее действие имеет три или предписывающим. Так, все группы считали, что трусливый имеет фазы: фазу восприятия, фазу манипуляции и фазу завершения значительную силу по всем трем измерениям, но наибольшую — в (perceptual, manipulatory, consummatory). Организм должен воспри- оценочном измерении;

старый было оценено как преимуществен нять существенные черты окружения, в котором ему предстоит но десигнативное слово. Полученные результаты с научной точки действовать;

он должен вести себя по отношению к объектам так, зрения трудно назвать впечатляющими, но они по крайней мере чтобы это привело к удовлетворению его импульса;

и, если все идет указывают на то, что в этой области возможны экспериментальные благополучно, организм затем достигает той фазы деятельности, исследования.

которая представляет собой завершение действия. Поскольку, в Если связать сказанное выше с анализом действия у Мида, то понимании Мида, действие и объект соотносительны, он говорит можно ожидать, что десигнативные знаки будут преобладать на также о дистанционных, манипуляционных и завершающих (dis стадии восприятия, потому что здесь действующее лицо стремит tance, manipulatory, consummatory) свойствах объекта. ся получить информацию о ситуации, в которой оно действует.

Если теперь подойти к знакам с точки зрения поведения, мож- На стадии манипуляции, как представляется вероятным, исполь но предположить, что их значения связаны с этими тремя аспекта- зуемые знаки должны быть в основном предписывающими и дол ми действия, что они трехмерны. Тем самым предполагается, что жны означать, как следует реагировать на объект или ситуацию.

каждый знак должен рассматриваться в трех измерениях, хотя в В завершающей фазе действия знаки, по-видимому, будут преиму ряде случаев по одним измерениям знаки могут быть нагружены щественно оценочными, означая завершающие свойства объекта сильнее, а по другим иметь нулевую нагруженность. или ситуации.

Знак является означающим, или десигнативным (designative), если он означает наблюдаемые* свойства окружения или действующего 4. Интерпретанта лица;

оценочным (appraisive), если он означает завершающие Поскольку, согласно настоящей модели, все знаки имеют интерпре (consummatory) свойства того или иного объекта или ситуации, и, танты, трем измерениям значения соответствуют различные виды наконец, знак является предписывающим (prescriptive), если он оз интерпретант. Интерпретанта знака — это предрасположенность начает, как надо реагировать на объект или ситуацию, чтобы удов реагировать определенным образом под влиянием знака. В десиг летворить руководящий импульс. Исходя из этого, обычно черный нативном измерении значения интерпретантой соответственно яв является преимущественно десигнативным, хороший — оценочным, ляется предрасположенность реагировать на означенный объект а следует — предписывающим. Разумеется, при этом всегда важен как если бы он обладал определенными наблюдаемыми свойствами.

контекст, и в некоторых контекстах черный может оказаться пре Так, если человеку сказали, что в соседней комнате находится чер имущественно оценочным или предписывающим, хороший — десиг ный предмет, он, входя в комнату, настраивается на определенные нативным или предписывающим, а следует — десигнативным или зрительные впечатления.

оценочным. Анализируя произнесенное или написанное слово само В случае оценочных знаков интерпретантой является предрас по себе, нельзя определить, какова его сила по трем измерениям.

положенность действовать по отношению к означаемому объекту, Для этого требуется изучение конкретного действия в конкретной как если бы он был удовлетворительным или неудовлетворитель ситуации.

ным. Так, если мать, пытаясь заставить ребенка проглотить чайную Тем не менее существуют известные доказательства того, что ложку касторки, говорит при этом ням-ням, ребенок настраивает определенные слова действительно обладают значениями по трем ся на нечто приятное. Касторка же, когда он ее попробует, ему явно измерениям6 и что есть известная сбалансированность в их отно не понравится, и если мать вновь будет повторять ням-ням в по сительной силе по этим измерениям. В трех моих семинарах студен добных ситуациях, это слово из знака положительной оценки пре там давали форму «X есть —»и говорили, что X — скромный, гор вратится в знак отрицательной оценки — или же ребенок вынуж дый, твердый, сырой, мудрый, строгий, объективный, добрый, ден будет считать свою мать лгуньей.

серьезный, трусливый, старый и т. п., а затем предлагали приписать 1.-дМЕ^л.

СЕМИОТИКА И ПСИАилигИ>1 ЧАРЛЬЗ УИЛЬЯМ В случае предписывающих знаков интерпретантой является Термины, использованные в колонке «Интерпретанта», как пред предрасположенность действовать определенным образом по от ставляется, в разъяснении не нуждаются. Мы исходим здесь из впол ношению к означаемому объекту или ситуации. Если человеку, бе не вероятной гипотезы о том, что интерпретанта преимущественно зуспешно пытающемуся открыть дверь, чтобы выйти, скажут, что десигнативных знаков тесно связана (помимо прочего) с сенсорной ему следует нажать на кнопку, он будет склонен совершить это ! нервной системой, в том числе с областями сенсорной проекции в коре действие и будет в большинстве случаев ожидать, что, совершив Уголовного мозга, что преимущественно оценочные знаки тесно связа его, сможет выйти из комнаты. :ны с автономной нервной системой, включая области памяти и центры Очень важно отметить, что любой данный знак способен в той удовольствия, и что в основном предписывающие знаки тесно связа или иной степени функционировать во всех измерениях значения • ны с соматической (или двигательной) нервной системой, включая и, следовательно, иметь все интерпретанты, соответствующие из- эффекторную систему мозга. Данная гипотеза, разумеется, не отри мерениям. Проиллюстрировать это можно предложением Он трус. цает того, что во всех случаях действуют и другие стороны организ Слова, подобные черный, хороший и следует, — это просто слу- ма, а поскольку большинство знаков в действительности имеет нагру чаи, когда определенные измерения значения и определенные типы женность по всем трем измерениям значения, то эта гипотеза вовсе интерпретант являются преобладающими. Подробнее о таких сло- не подразумевает, что интерпретанта знака ограничена каким-либо одним аспектом нервной деятельности и связанными с ним органи вах будет сказано ниже.

'ческими проявлениями. Из гипотезы действительно следует, что трех мерность значения находит отражение в трехмерности интерпретант.

5. Резюме исследования Термины в колонке «Значения-сигнификации » заимствованы из Теперь от фаз действия в том виде, в каком их понимал Мид, мы ^психологии и нуждаются в некотором разъяснении. Свойство выс перейдем к некоторым общим условиям действия. Остановимся на тупать в качестве стимула (stimulus property) используется здесь в трех из них. широком смысле. Под этим подразумеваются не только признаки Действующее лицо должно получить информацию о ситуации, объекта, возбуждающие те или иные органы чувств, но и признаки, в которой предстоит действовать, выбрать объекты, по отношению которые могли бы оказать воздействие при определенных условиях к которым оно проявит позитивное предпочтительное поведение, (например, на другой стороне луны), и даже такие, которые, явля воздействовать на выбранный объект посредством конкретного ясь сами по себе ненаблюдаемыми, могут воздействовать на прибор, поведения. Так, если действующее лицо испытывает жажду и ви благодаря которому их можно наблюдать (например, температура дит, что можно получить чай или кофе, оно должно оказать пред на поверхности солнца). Таким образом, означение-десигнация ох почтение чему-то одному, скажем, чаю, а затем решить, выпить ли ватывает гораздо более широкую область явлений, чем те, которые ему чай быстро или медленно, в одиночестве или в компании и т. п.

даны в непосредственном наблюдении.

Эти три условия действия являются общими для любого дей Под усиливающим свойством объекта (reinforcing property) под ствия независимо от того, кто его совершает — люди или живот разумевается способность объекта увеличивать вероятность осуще ные;

они могут иметь место без знаков, или при наличии знаков на ствления вызываемой им реакции. Так, некоторые виды корма соба доязыковом уровне, или при наличии языковых знаков в сложном ка, попробовав, съедает, а от других отказывается. О первом виде процессе познания (inquire). Поведение амебы относится, по-види корма можно сказать, что он обладает усиливающим свойством, а о мому, к первому уровню;

крик утки, предостерегающий утят об опас втором — что у него такого свойства нет. Хотя такие свойства и не ности, — ко второму уровню, а поведение человека E значительной выступают в качестве стимула, я не вижу возражений против того, части — к третьему уровню. Познание будет подробно рассмотре чтобы говорить о них как о свойствах объекта. Они действительно но ниже. Сейчас же достаточно отметить, что оценочные знаки, выступают как свойства только в связи с конкретным организмом, используемые в процессе познания, — это знаки именно возмож поэтому объект может обладать усиливающими свойствами, если ных объектов, завершающих действие, тогда как оценочные знаки исходить из поведения собаки, и может не иметь таких свойств, если на завершающей фазе действия сообщают о непосредственном опы исходить из поведения кошки. Но ведь это довольно обычная ситу те осуществления или неудачи. Чай, оцененный в процессе позна ация: мы не колеблясь говорим, что одни объекты съедобны, а дру ния как ням-ням, может не оказаться таковым, когда его попробуют.

гие — нет, хотя для различных типов пищеварительных систем та Некоторые результаты вышеизложенного в несколько иных кая классификация различна. Подобные свойства можно назвать терминах представлены в таблице № 1.

«объективно относительными».

ЧАРЛЬЗ УИЛЬЯМ МОРРИС И чение). Следовательно, слово хороший имеет оценочное значение Таблица № 1. Знаки и условия действия тогда, когда оно не только означает, что некоторый объект имеет Условия действия Измерение Интерпретанта Значения усиливающие свойства, но и вызывает в своих интерпретаторах иредрасположенность к позитивному предпочтительному поведе значения (пре драспол оже нность сигнификации п нию ° отношению к означенному объекту. Врач-диетолог может реагировать сказать своему пациенту (предположим, страдающему диабетом), что диета А — хорошая, а диета Б — плохая, и при этом в нем са посредством) мом отнюдь не возникает предрасположенность питаться в соот 1. Получение ин- Десигнативное Органов чувств Свойства объектов, ветствии с диетой А, а не с диетой Б. Следовательно, слово хоро ший является для него преимущественно десигнативным, тогда как формации выступающие как для его пациента это слово еще и оценочно (то есть имеет оценоч стимул ное «значение»), поскольку оно предрасполагает его отдать пред почтение диете А.

2. Выбор объектов Оценочное Предпочтения тех или Усиливающие Аналогичным образом обстоит дело со словом следует: в неко для предпочтитель- иных объектов свойства объекта торых контекстах оно является чисто десигнативным, в других — ного поведения имеет оценочный компонент. Оно имеет предписывающее значение |!О.лько тогда, когда означает для интерпретатора, что предписывае 3. Воздействие на Предписывающее Предпочтения той или Действие как сред мое.действие является способствующим и вдобавок действительно предрасполагает интерпретатора совершить это действие. Здесь так объект посредством иной линии поведения ство, способствую же значение высказывания со словом следует может быть различ особого поведения щее чему-либо ным для того, кто его произносит, и того, кому оно адресовано.

Наконец, значение десигнативное: знак обладает им в той сте пени, в какой интерпретатор предрасположен к определенному Когда действие называют «способствующим» (instrumental), роду деятельности собственных органов чувств по отношению к имеют в виду, что оно позволяет осуществить какое-то другое дей определенного рода объекту. Многие знаки имеют все типы значе ствие, которое предрасположен совершить организм. Так, во вре ния, но в различной степени.

мя эксперимента голодное животное может получить пищу, если, и ••".•.••-Что же касается термина «выражать», то, исходя из предлагае только если оно нажмет на рычаг. Нажатие на рычаг и является, мой системы, его можно ввести по крайней мере двумя способами.

следовательно, способствующим действием. Нажатие кнопки у две Так, можно было бы сказать, что каждый знак выражает свою ин ри в приведенном выше примере также является способствующим терпретанту без означивания-сигнификации ее. Или же можно было действием для того, кто собирается выйти из комнаты.

бы сказать, что знак выразителен (is expressive) в той мере, в какой его образование, или производство, само принимается интерпрета 6. Термины «значение» и «выражать» тором как знак определенного состояния того, кто его произвел.

В этом случае не всякий знак действительно выразителен, хотя по Термины «значение» (meaning) и «выражать» не были введены в тенциально он таким свойством обладает. Конечно, некоторые зна качестве основных терминов семиотики в связи с тем, что они на ки (как, например, сигнал тревоги) гораздо чаще, чем другие, интер столько многозначны и используются настолько по-разному, что претируются как выразительные в этом смысле, и именно их, лучше было бы вообще не использовать их в качестве основных вероятно, имеют в виду многие, говоря о выразительных знаках. Од терминов при обсуждении семиотических проблем. Но при жела нако в этом втором смысле все знаки могут быть истолкованы как нии их, разумеется, можно ввести, опираясь на более фундамен выразительные, и то, что ими выражается, никоим образом не огра тальные семиотические термины. Так, можно было бы сказать, что ничено эмоциональными отношениями. Поэтому отождествление значение (meaning) знака — это его значение-сигнификация и ин понятий «выразительное» и «эмоциональное» порождает много не терпретанта одновременно, но ни одно из них в отдельности.

доразумений, которых стремится избежать настоящее исследование.

В этом случае сказать просто, что некоторый объект имеет уси >• ' Можно было бы утверждать, что воспроизведенный здесь ана ливающие свойства, не значит произнести оценочное высказыва лиз действия слишком упрощен — он концентрирует внимание на ние (то есть не значит произнести нечто, имеющее оценочное зна том, что делает действующее лицо с объектом, и игнорирует то, что -v: ;

Теперь стоит рассмотреть возможность сохранения трехмер делает с действующим лицом объект. Так, голодный человек при ного подхода. Одной из причин введения формативного измере стально оглядывает окружение в поисках съедобных объектов, ма ния сигнификации, несомненно, является стремление найти путь для нипулирует ими, съедает их;

и объект в свою очередь вызывает в объяснения статуса формальной логики, математики и грамматики.

организме очень сложный ряд процессов. Следует подумать, мо Так, если не вводить четвертого, формативного измерения, тогда жет быть, этот более пассивный, более «претерпеваемый» аспект нужно будет объяснить их статус в рамках анализа по трем изме поведения имеет свой особый вид функционирования знаков и имен рениям.

но такие знаки являются преимущественно «выразительными»? Эта ;

,. Одна возможность, о которой иногда говорят, заключается в область несомненно требует серьезного изучения и может пролить том, чтобы рассматривать форматоры просто как «вспомогатель значительный свет на символизм мифов, эстетики и религии.

ны« средства», которые сами сигнификации не имеют, но которые Когда человек ест яблоко, он действительно становится в ка решающим образом влияют на сигнификацию сочетаний знаков, в ком-то смысле пассивным, и яблоко «действует на него». Но, как которых они выступают. Их можно тогда назвать «синсигнумами» представляется, то, что происходит, поддается описанию на осно (сознаками, sinsigns). Так, порядок слов в X hit Y «X ударил У"», про ве десигнативного, оценочного и предписывающего измерений оз тивопоставленный порядку слов в Y hit X «Y ударил X», можно начивания — сигнификации. Человек может обозначить как десиг считать синсигнумом в этом смысле — он обусловливает различие нат (designate) то, что с ним происходит, может это оценить, а затем сигнификации этих двух выражений, но своей собственной сигни и сформулировать предписания относительно своего поведения во фикации не имеет.

время еды в будущем. Эти знаки могут иметь значение и быть вы v Возможно, такого описания достаточно для объяснения неко разительными в том смысле, в каком говорилось выше. Но вопрос торых (а может быть, и всех) единиц неопределенного класса, на заключается в том, не потребует ли такое важное исследование еще зываемого форматорами. Но существует и другая возможность, а и введения нового измерения означивания-сигнификации.

именно рассматривать форматоры как особый класс лексических знаков и, таким образом, как знаки, допускающие изучение с точ 7. Формальные знаки ки зрения десигнативной, оценочной и предписывающей сигнифи кации. Некоторые склонны считать их метаязыковыми знаками, ко До сих пор ничего не было сказано о том, что часто называют ло торые означают (сигнифицируют) сопровождаемые ими знаки. Так гическими, или грамматическими, или структурными знаками, ко или в «Р или » можно было бы истолковать как означающее (в дан торым приписывают логическую, или грамматическую, или струк ном случае, имеющее десигнатом) совокупность пар предложений, турную сигнификацию (или значение). Примерами могут служить такую, что по крайней мере одно из предложений в каждой дан слова типа or «или», скобки, и -1у (русск.-о) в предложении Не came Ной паре является истинным. Скобки можно было бы рассматри quickly «Он пришел быстро».

вать как означивающие выражения, вокруг которых они стоят, и В книге «Знаки, язык и поведение» такие единицы были назва предписывающие, чтобы к этим выражениям относились опреде ны «форматорами» и была сделана попытка выделить для них чет лённым образом. Важно осознать, что существуют отношения сиг вертое измерение сигнификации — «формативную сигнификацию».

нификации не только к ситуациям вне области знаков, но и внутри Так, об or «или» было сказано, что оно в некоторых случаях означа этой области.

ет, сигнифицирует то, что означенная другим способом ситуация Как я полагаю, при таком походе можно достигнуть многого.

имеет свойство альтернативности. Об утверждении Яблоко лежит не менее заслуживает внимания и другая его разновидность — на первой или второй полке холодильника можно было бы сказать, Когда форматоры (по крайней мере некоторые) признаются не ме что оно не означивает каких-либо наблюдаемых свойств яблока или Таязыковыми знаками (в том смысле, что они эксплицитно означи холодильника, не оценивает их, не предписывает действия по отно вают другие знаки), но находящимися на более высоком уровне, чем шению к ним. Следовательно, если мы подразумеваем под «лекси те знаки, которые они сопровождают (то есть они предполагают ческими» такие единицы, которые означивают, оценивают или пред эти знаки, но, по существу, их не означивают). Так, в упомянутом писывают, тогда или в этом употреблении лексической единицей не выше случае с или можно было бы сказать, что или означает нечто является. Поскольку оно все же, видимо, означает нечто об озна О ситуации, означенной с помощью других знаков того сочетания, ченной ситуции, то можно сказать, что оно имеет другой тип (или В'Котором выступает данное слово или, а именно, что это ситуация измерение) сигнификации — «формативную сигнификацию».

альтернативности и что на нее следует реагировать так-то и так-то I (Если вы не найдете яблока на первой полке, поищите его на вто- Если дискурс основывается на аналитических импликатах, он рой и т. п.). Этот путь отличается от того, который был впервые представляет собой аналитический формальный дискурс;

и если он предложен при введении понятия уровней в языке-объекте, и при- основывается на противоположных импликатах, он представляет знание сигнификации форматоров лексической избавляет от необ- собой контрадикторный формальный дискурс. Математический ходимости вводить четвертое измерение сигнификации.

дискурс часто (или всегда) относится к первому типу;

мистический дискурс часто (или всегда) — ко второму".

Таким образом, в рамках современной семиотики возможно 8. Формальный дискурс охватить тип формального дискурса (противопоставленный лекси Хотя измерение формативной сигнификации не признается необ ческому) и без введения четвертого (формативного) измерения сиг ходимым, тем не менее в семиотике нужно дать объяснение тако нификации в дополнение к десигнативному, оценочному и предпи му формальному (formative) дискурсу, примером которого явля сывающему измерениям. Следовательно, для того, чтобы найти ется математика и формальная логика. Так, 2+2=4 отличается от место формальному дискурсу, нет нужды усложнять анализ ста 2 кварты спирта, добавленные к 2-м, квартам воды, дают 4 квар дий действия.

ты жидкости. Первое предложение формальное (и аналитичес кое);

второе — лексическое (и синтетическое). Первое — фор 9. Применения знаков мально истинно, второе — эмпирически ложно. Отрицательные варианты этих предложений являются соответственно ложными В современных исследованиях особо подчеркиваются многообраз с формальной точки зрения и истинными с точки зрения эмпири- ные применения знаков, особенно знаков языковых. Но термины ческой.

«сигнификация», «применение», «употребление» и отношения меж Я не ставлю перед собой задачи всесторонне рассмотреть здесь ду ними понимаются далеко не однозначно. Некоторые отождеств проблемы формального дискурса. Однако одно соображение мог- ляют сигнификацию слова с его применением (use), другие — с его ло бы подсказать направление дальнейшего исследования. употреблением (usage). Термины «применение» и «употребление» Отношение аналитических импликатов (analytic implicates) иногда различают, а иногда — нет.

между двумя знаками или рядами знаков может быть введено сле- Если признается, что прагматика занимается происхождени дующим образом: если сигнификация Sj включается в сигнифика- ем, применением и воздействием знаков, то, говоря о «применении» цию 5, или тождественна ей, S является аналитическим имплика- знака, тем самым уже предполагают, что у знака есть «сигнифика 2 том Sj. Так, в Люди суть животные слово животные выступает как ция». Следовательно, в такой системе «сигнификация» и «приме аналитический импликат по отношению к люди. Если нечто есть нение» разграничиваются. Однако термин «употребление» знака, человек, тогда в силу сигнификации слова человек это нечто явля- когда его отграничивают от «применения», — как мне представля ется животным. Аналогичные примеры — А есть А и Black berries ется, означает не что иное, как оперирование с чем-то как со зна are black «Черные ягоды черны». Предложение же Blackberries are ком в рамках знакового процесса (или знакового поведения). Этот black «Ягоды черной смородины черны» примером такого формаль- термин ничего не добавляет к тому, что уже было сказано.

ного предложения не является. Это эмпирическое предложение, и В книге «Знаки, язык и поведение» были рассмотрены четыре для ранней стадии созревания черной смородины оно является фак- основных случая применения знаков, которые названы информа тически ложным. тивным, оценочным, побудительным и системным. Знаки можно использовать, чтобы информировать кого-либо о свойствах объек Отношение противоположных импликатов (contradictory тов или ситуаций, побудить кого-либо к предпочтительному пове implicates) может быть введено следующим образом: если сигни фикация Sj есть отсутствие условий, которые образуют сигнифи- дению по отношению к определенным объектам или ситуациям, кацию S, тогда Sj и S являются по отношению друг к другу проти- вызвать определенную линию поведения, организовать предраспо 2 воположными импликатами. Люди есть не-люди, А есть не-A, Black ложенность к поведению, уже вызванную другими знаками. Для berries are not-black «Черные ягоды не-черные» — примеры пред- выполнения тех или иных функций не обязательно подбираются ложений, построенных на основе противоположных импликатов. знаки с какими-то определенными типами сигнификации, но, в це Из сигнификации знаков известно, что если один из знаков приме- лом, десигнативные знаки, как правило, употребляются информа ним к чему-то, то другой не подходит;

и если один знак не приме- тивно, оценивающие знаки — оценочно, предписывающие знаки — ним к чему-либо, то другой применим. побудительно, а формативные знаки — системно.

il lVAIi.i' ЧАРЛЬЗ УИЛЬЯМ МОРРИС «фактор» или «отношение» (respect). Семиотические «измерения» не Отличительной чертой семиотических исследований в после являются измерениями в строгом математическом смысле (как изме дние годы был растущий интерес к различным измерениям сигни рения величин). Величины переменных частично независимы, и, хотя фикации и к многообразным функциям знаков. Прежде философов нам неизвестна система счисления, которая была бы общей для всех XX века интересовали главным образом десигнативное и форма переменных, величины каждого измерения до известной степени под тивное измерения сигнификации, в том виде, в каком они прояв даются количественному выражению.

лялись в математике и других науках. Этот интерес сохраняется, См. анализ слов cowardly «трусливый » и friendly «дружеский » в книге:

но, кроме того, усиливается интерес к роли знаков на стадиях ма D е w е у, John. Experience and Nature. Chicago — London, p. 292—293.

нипуляции и завершения действия. Так, все чаще внимание ученых Слово хороший может иметь для врача-диетолога оценочный компо обращается к ритуалам, мифам, морали, искусству, законам, поли нент даже здесь: если он вдруг заболеет диабетом, он, возможно, будет тике, религии, философии. Поскольку каждая из этих сфер пред предрасположен к диете А,^а не Б, в силу того, что он раньше говорил полагает понятие ценности, то пора обратиться к теории ценности (аксиологии), к исследованию отношений между знаками и ценнос- своему пациенту.

Здесь необходима оговорка в соответствии с комментарием по поводу тями, к изучению того, какое место занимают ценности в деятель ности людей. термина «наблюдение» (см. примеч. 5).

1° Разумеется, в некоторых случаях интерпретатор знака может быть од новременно и его создателем. Абрахам Каплан называет такой знак «са мовыразительным». Можно заметить, что не все знаки, выразительные Примечания в первом смысле этого слова, являются выразительными (или самовы Fr i s c h Carl von. Bees, Their Vision, Chemical Senses, and Language. разительными) во втором смысле. В своей книге «Signs, Language, and Cornell University Press, Ithaca, New York, 1950. Behavior» (Prentice-Hall, New York, 1946;

George Braziller, New York, Сделаем оговорку, поскольку не всегда предрасположенность возни- 1955) я предложил использовать «выразительный »во втором смысле и кает в знаковых процессах. Есть много случаев, когда склонность реа- продолжаю отстаивать свое предложение.

гировать определенным образом на определенные вещи имеет место Мое внимание к этому привлек Хауэрд Парсонс, который в настоящее независимо от знаков. время работает над данными проблемами.

В связи с этим некоторые формулировки в моих ранних работах вызва- М- Неспециалист может опустить разделы 7 и 8 без ущерба для основной ли возражения. См. мою рецензию «Words Without Meaning» на книгу ;

. линии рассуждения.

Большинство современных лингвистов все еще говорит о структурном Б. Ф. Скиннера «Verbal Behavior », в журн. «Contemporary Psychology », 1958, № 3, p. 212-214. значении, грамматическом, формальном, языковом и т. п. Постулат о Mead George G. The Philosophy of the Act, d. Ch. W. Morris, University существовании такого значения был подвергнут сомнению Н. Хомским of Chicago Press, Chicago, 1938. в его книге: Ch o mc k y N. Syntactic Structures. Mouton, The Hague, Термин «наблюдаемый » употреблен здесь в довольно узком смысле: «на- 1957.

блюдаемый непосредственно органами чувств или наблюдаемый опосре- См. мою статью «Mysticism and its Language» в книге «Language: An дованно, т. е. с помощью анализа факторов, который доказывает, что эти Enquiry into Its Meaning and Function», Harper & Brothers, New York, 1957, p. 179— 187. Эта статья в несколько сокращенном виде была пер факторы свидетельствуют о явлениях, непосредственно органами чувств воначально опубликована в «Etc. A Review of General Semantics», 1951, не наблюдаемых». Термин «наблюдение» широко употребляется в по вседневном языке, и некоторые философы предпочтут не использовать № 9, с. 3—8.

Разумеется, это не относится к таким мыслителям, как Эрнст Касси его в данном контексте, дабы не создавать впечатление, что семиотика рер, которого интересовали все важнейшие формы символической дея устанавливает объем значения сигнификации знаков. Важнейшие фило тельности людей.

софские положения зависят оттого, что признается границами значения Некоторых читателей, возможно, заинтересует, чем данное здесь из (сигнификации). В настоящем предварительном изложении обсуждать ложение отличается от концепции в книге «Знаки, язык и поведение».

этот вопрос нецелесообразно. Можно отослать читателя к анализу фаз Здесь предложена иная трактовка знакового поведения, сделана по референциальной функции языка в книге Q u i n e Willard van Orman.

Word and Object MIT Press. Cambridge (Mass.), p. 108—110. пытка обойтись без формативного измерения сигнификации, большое Некоторые читатели будут возражать против использования в этой свя- значение придается измерениям сигнификации (которые раньше име зи термина «измерение», предпочитая, возможно, такие термины как новались «способами означивания» [modes of signifying]).

ЖАН ПИАЖЕ prhension) (я противопоставляю термины «содержание понятия» ЖАН Схемы действия и усвоение и «экстенсионал» [extension], согласно их употреблению француз ской логической школой);

концепты с содержанием понятия, сле довательно, распространяются на качества и предикаты, но еще не ПИАЖЕ языка имеют объема (экстенсионала);

иначе говоря, ребенок узнает вися щий предмет, то есть производит акт опознания, но у него нет сред ства представить себе совокупность висящих предметов. А если нет еще экстенсионала, значит, нет и припоминания, поскольку для того чтобы прийти к представлению о совокупности предметов, облада ющих одним и тем же качеством, необходима, естественно, способ ность к припоминанию, то сть к представлению тоже. Последнее позволяет осуществить символическая или семиотическая функция, которая возникает значительно позже и которая не дана с самого качала;

этим и объясняется ограниченность практических концеп Нам хотелось бы в нескольких словах тов, которые я называю схемами ассимиляции.

объяснить, почему мы считаем, что язык согла- Однако хотя еще нет экстенсионала, существует координация суется со всем, что усвоено на уровне сенсо- между схемами, и именно эти координации образуют всю сенсомо моторного интеллекта. Действительно, сенсо- торную логику. Вот один пример координации: представьте себе моторный интеллект уже содержит некоторую некий предмет, который положен на какой-то другой предмет;

от логику — логику действий, когда нет еще ни ношение «положен на» может быть скоординировано с действием мышления, ни представления, ни языка. Эти «тянуть», и ребенок потянет к себе одеяло, на которое положен действия скоординированы согласно некото- предмет, с целью получить его. Что же касается способа проверки рой логике, уже содержащей множество струк- действительного наличия координации, то достаточно положить тур, которые разовьются позднее самым ярким предмет чуть подальше от одеяла: если ребенок его продолжает образом. Прежде всего имеется, конечно, обоб- тянуть, значит, он ничего не понял, и координация отсутствует;

если щение (генерализация) действий. Например, же он ожидает, что предмет должен быть на одеяле, и тянет его — ребенок пытается схватить висящий предмет, координация существует. Более того, в этой сенсомоторной логи ему это не удается, но он раскачивает его;

тог- ке мы находим все виды соответствий или практических морфиз да, весьма заинтересованный, ребенок продол- мов, морфизмов в математическом смысле этого термина;

мы нахо жает ударять по нему, чтобы заставить качать- дим ожидаемое отношение порядка: средства предшествуют ся, и в результате всякий раз, когда он видит достижению цели, они должны быть упорядочены согласно опре висящий предмет, он начинает толкать его и деленной последовательности;

мы находим включения, то есть одна раскачивать. Этот акт, несомненно, свидетель- схема может быть включена в другую в виде частной схемы или ствует о начале логического обобщения, или подсхемы;

короче говоря, мы находим постоянную структуру, ко интеллекта, у ребенка. Основным феноменом торая предвещает структуру логики.

Вернемся к моей первой проблеме: как субъект переходит от на уровне этой логики действий является ас этой логики действий к концептуальной логике? Под концептуаль симиляция;

ассимиляцией я называю интегра ной логикой я понимаю такую логику, которая предполагает пред цию новых объектов или новых ситуаций и со ставление и мышление и, следовательно, концепты с экстенсиона бытий в предшествующие схемы;

я называю лен, а не только с содержанием (comprhension). Этот переход к схемой то, что является результатом обобще ' концептуальной логике является, по сути дела, особым преобразо ния, пример которого я только что привел ванием ассимиляции. До этого момента ассимиляция представляет выше. Эти схемы ассимиляции являются свое го рода концептами, но концептами практичес- собой включение некоторого объекта в схему действия;

например, один предмет может быть схвачен, другой тоже может быть схва кими. Они являются концептами в том смысле, чен, и т. д., — все объекты хватания ассимилированы, включены в что предполагают содержание понятия (сот 10 Семио ЖАН ПИАЖЕ схему действия — действия хватания. В то время как новая форма тов передаются характеристики этого предмета. Например, в пред ассимиляции, которая вскоре возникнет и сделает возможной кон мете есть отверстие, которое нужно увеличить, и именно эта по цептуальную логику, — это ассимиляция между предметами, а не требность имитируется, когда ребенок открывает и закрывает рот.

только между предметами и схемой действия;

иначе говоря, одни Эта имитация играет чрезвычайно большую роль, поскольку она предметы будут ассимилироваться другими, что и обусловит воз может быть моторной, как в случае, который я только что рассмот никновение экстенсионала. Но это, естественно, предполагает вос рел, но она продолжается затем в интериоризованной имитации, и произведение в памяти;

а для этого, разумеется, необходима по я утверждаю, что ментальный образ вначале есть не что иное, как требность воспроизвести в памяти, то есть подумать о каком-либо интериоризованная имитация, порождающая затем репрезентацию.

предмете, который в настоящее время не является непосредствен Другой формой символической функции является символичес но воспринимаемым. Так откуда же возникает это воспроизведе кая игра. До того возраста, который мы в настоящий момент рас ние в памяти? Именно здесь мы видим, как возникает символичес сматриваем, игра, вне всякого сомнения, существует;

ребенок на кая или семиотическая функция, о которой я говорил выше*.

чинает играть очень рано, но ранние игры, предшествующие этому Символическая или семиотическая функция формируется в те уровню, заключаются в повторении какого-то предшествующего чение второго года жизни ребенка и, как мне кажется, имеет чрез действия, первоначально серьезного. Ребенок может попытаться вычайно важное значение для нашей проблемы. Язык же является попробовать свои силы, например, в раскачивании висящего пред лишь частным случаем семиотической функции (безусловно, важ мета, затем он забавляется просто из желания упражнять свою спо ным, я этого не отрицаю), но всего лишь частным случаем, и притом собность;

это игра, состоящая в простом упражнении или повторе весьма ограниченным в совокупности проявлений символической нии, и в ней нет еще никакого символизма. На уровне, который мы функции.

теперь рассматриваем, начинается символическая игра, то есть игра, Вполне возможно, что Хомский мне возразит, что все это от которая воскрешает в памяти прошлую ситуацию с помощью жес носится к семантике и что семантика менее интересна для нашей тов.

проблемы, чем синтаксис. Но я считаю, что здесь мы имеем дело с Мне бы хотелось указать в качестве третьего примера отсро синтаксисом, логическим синтаксисом, разумеется, поскольку речь ченную имитацию;

отсроченной имитацией в психологии называ идет о таких координациях схем, которые играют фундаменталь ют такую, которая начинается в отсутствие модели. Это тот кон ную роль в последующей логике. Как мне кажется, имитация играет текст, в котором начинается язык. Моя гипотеза сводится к тому, очень важную роль в формировании семиотической функции. Под что условия возникновения языка составляют часть более широкой имитацией я понимаю не подражание человеку, не имитацию его совокупности условий, подготовленной различными стадиями раз жестов, а имитацию некоторого предмета, когда с помощью жес вития сенсомоторного интеллекта. Можно выделить шесть стадий, значительно различающихся тем, что именно последовательно при обретается на той или иной из них, но мне здесь было достаточно * См. другую статью Пиаже в наст, сборнике. — Прим. ред.

охарактеризовать сенсомоторную логику в целом и эту символи Я наблюдал, как возникает семиотическая функция у моих детей. Сначала у одной ческую функцию. Именно в этот момент появляется язык, и, сле из моих дочерей. Я ей предлагаю приоткрытый спичечный коробок, положив туда довательно, он может использовать все, что было достигнуто сен на глазах у дочери какой-нибудь предмет (например, наперсток: я подчеркиваю, сомоторной логикой и символической функцией в широком смысле, что положенное в коробок несъедобно, далее будет ясно почему). Девочка пытает ся открыть коробок, чтобы достать предмет, она вертит его в руках, но это ничего в котором я употребляю этот термин, язык же является лишь ее ей не дает;

наконец, она прекращает манипуляции с коробком, смотрит на него, и частным случаем. Я думаю, таким образом, что есть некий смысл в при этом открывает и закрывает рот;

это служило символизацией того, что необхо этом синкретизме и в этом родстве между сенсомоторным интел димо было сделать (ведь в коробке не было ничего съедобного). Еще один новый факт подтверждает такую интерпретацию. Я повторил тот же опыт четыре года спустя и предложил коробок своему сыну в том же возрасте. Вместо того чтобы Я^наблюдал первую символическую игру у одной из моих дочерей: чтобы заснуть, закрыть и открыть рот, когда ему не удалось открыть коробок, он посмотрел на ей было необходимо сжать в кулаке край какой-нибудь материи, поднести свой щель и на свою руку, потом разжал и сжал руку. Следовательно, это также симво большой палец ко рту и сосать его. Однажды утром мать перенесла ее к себе в лизация, только на этот раз в ручных терминах, но сразу же видно, что это снова кровать;

дочь не хотела спать и осталась сидеть, но вот заметила край простыни, представление цели, которую необходимо достигнуть (впрочем, один раз совер взяла его в руку, засунула в рот большой палец, склонила голову и закрыла глаза:

шив это воспроизведение, он засунул палец в щель и попытался вытащить пред улыбаясь, она притворилась спящей и продолжала сидеть;

она имитировала риту мет);

оба ребенка с интервалом в четыре года решили задачу, но после такого сим ал, который повторяла каждый вечер, чтобы заснуть. Это пример простой симво волического воспроизведения.

лической игры;

несколько дней спустя эта игра стала еще более сложной.

10* лектом и формированием языка;

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.