WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Вестник СПбГУ. Сер. 5. 2004. Вып. 4 С.Ю. Румянцева ЭВОЛЮЦИЯ ПОНЯТИЯ И МЕТОДОЛОГИИ АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КОНЪЮНКТУРЫ В 90-е XX в. реализовалась и закончилась депрессия четвертого длинного цикла в

мировой экономике, были заложены основы для возникновения фазы оживления нового долгосрочного витка мировой экономической конъюнктуры. Формирование повышательных трендов мировой и российской экономики происходит сегодня в условиях, качественно отличных от стандартных ситуаций, на фоне которых ранее проявляла себя экономическая динамика. Изменения, произошедшие в структуре мировой экономики за последние тридцать лет, заставляют при исследовании экономической динамики учитывать корректирующие факторы, связанные со становлением глобальной экономики, в рамках которой увязывается в единую систему экономическая динамика разных стран, и формированием постиндустриальной и информационной экономик, стимулирующих сокращение продолжительности и изменение характера инновационных циклов.

Формирование приоритетов технологического развития, происходящее под влиянием транснациональных центров глобального рынка, подкрепляется активной политикой корпораций по управлению качественными характеристиками потребительского спроса. В условиях глобализации субъекты микроуровня более слабых национальных экономик вынуждены принимать сложившиеся правила игры и строить свою стратегию в рамках допустимых типов инновационного поведения. В результате структура национальной экономики и ее конъюнктура в значительной степени попадают в зависимость от тенденций глобального рынка и присущих ему циклических колебаний. 60-летняя цикличность экономики сегодня базируется не столько на динамике отдачи, основанной на инновационной ренте, сколько на механизме раскручивания глобального финансово нефтяного мультипликатора, обеспечивающего перераспределение ресурсной ренты в мировом масштабе. Данное положение вещей может служить основой формирования жестко закрепленной системы ролей среди игроков глобального рынка, обеспечивающей определенный уровень входного барьера на мировой рынок инновационных продуктов.

С учетом указанных коррекций сегодня существует настоятельная необходимость глубокого анализа долгосрочных тенденций развития мировой экономики, взаимодействия мировых и национальных трендов развития. Необходимо понять, какой тип динамики экономической системы формируется в настоящее время в России, адекватно оценить его уязвимые места и конкурентные преимущества страны в качестве субъекта мировой экономики.

Требуется достаточно точный инструментарий оценки перспектив экономического развития, который должен базироваться на изучении структурных особенностей долгосрочных трендов и лишь в силу этого служить основой для долгосрочного экономического прогнозирования.

РУМЯНЦЕВА Светлана Юрьевна – канд. экон. наук, доцент кафедры экономической теории СПбГУ. Автор более тридцати научных публикаций, в том числе одной монографии. Лауреат конкурса Международного фонда экономических исследований академика Н.П. Федоренко за 1999 г. Лауреат медали Кондратьева за 2004 г. в номинации «Конкурс молодых ученых». Член Философско-экономического ученого собрания Лаборатории философии хозяйства МГУ.

© С.Ю. Румянцева, Объектом подобного анализа может стать система множественных тенденций, формирующих экономическую динамику. Такая система, или конъюнктура в строгом и в то же время наиболее широком смысле этого слова, представляет собой совокупность циклов разной продолжительности. Построение системы индикаторов многоцикличной конъюнктуры помогает скорректировать данные, формируемые стандартной методологией изучения тенденции роста и делового цикла.

На наш взгляд, значение имеет не столько долгосрочный прогноз ведущих макроэкономических тенденций сам по себе, сколько система кратко-, средне- и долгосрочной диагностики наиболее значительных тенденций экономического развития.

Значимой может оказаться система конкретных показателей экономической динамики, отражающих закономерности протекания взаимосвязанных саморазвивающихся процессов.

Анализ последних может обеспечить оценку как ближайших, так и удаленных в будущее перспектив экономического развития, показать конкурентные возможности национальной экономики.

Думается, что ключ к формированию подобной системы динамической оценки может дать разработка комплексной многоцикличной концепции конъюнктуры.

Объект исследования экономической динамики и понятие конъюнктуры Экономическая динамика, или процесс изменения экономической системы во времени, представляет собой сложное и структурно насыщенное явление, анализ которого позволяет прояснить различия в предмете и методологии разных направлений «динамической» научной мысли.

Изучение процесса эволюции экономической системы, необходимое для осмысления свойств современного хозяйства, труднореализуемо в рамках доминирующей неоклассической парадигмы экономического анализа, оперирующей по преимуществу категориями статики. Институциональное направление экономической мысли, инструментарий которого формировался в целях создания аналитических моделей, пригодных для анализа эволюционных изменений, апеллирует к категориям структуры:

организаций, контрактов, правил и норм. Развитие институциональной теории вылилось сегодня в формирование разветвленной теории менеджмента, в которой появляется время, обнаруживаемое в понятии «стратегия». Институциональная теория и ее приложения в области концепций менеджмента, таким образом, динамичны, но понятие динамики, формируемое в ее рамках, выводится из структурной теории организации. Можно сказать, что институциональная теория ввела фактор времени в анализ внутренней среды организации, рассматривая закономерности формирования ее внешнего окружения как по преимуществу статичные.

С учетом вышесказанного содержание понятия «экономическая динамика», в полной мере учитывающее функцию времени, может быть раскрыто лишь как единство структурного и конъюнктурного анализа.

Фундаментальное исследование явления конъюнктуры необходимо сегодня.

Фундаментальная теория конъюнктуры, развивавшаяся в 20-е годы ХХ в. параллельно с неоклассической теорией равновесия, ко времени формирования неоклассического мейнстрима мировой науки в середине ХХ в. оказалась на обочине научной мысли и была выхолощена до технологии прогнозирования макроэкономических параметров, обосновывавшихся неоклассической теорией роста.

Закономерности, формирующие конъюнктурную составляющую экономической динамики, можно выявить посредством анализа динамических явлений, определенных Н.Д. Кондратьевым как процессы-потоки. Анализ структурной составляющей экономической динамики тяготеет к кондратьевскому определению фондовых, кумулятивных процессов.

Сегодня в рамках теории экономической динамики можно выявить несколько различных методологических подходов к определению ее объекта. Так, макроэкономическое прогнозирование и теория конъюнктуры базируются на исследовании потоковых, количественных значений изменения экономической системы во времени. Для теории эволюционной экономики и теории постиндустриализма характерна ориентация на изучение экономического развития в его качественной ипостаси, а в рамках теории экономического роста и длинных волн в основном в приблизительно равных пропорциях сочетаются конъюнктурный анализ с качественным анализом процесса экономического развития.

Каждое из указанных направлений научной мысли формирует свой ракурс взгляда на процессы экономической динамики, эвристическая ценность которых усиливается при сопоставлении и наложении получаемых ими результатов. Тем не менее в определенные эпохи развития экономической системы наиболее значимые результаты дает какое-либо одно направление, наиболее адекватно и точно предвосхищающее продолжение либо изменение тенденции экономической динамики. Так, в методологии теории экономического роста и методах макроэкономического прогнозирования заложен сильный потенциал точного анализа экономической динамики, характерной для периодов стабильного развития. Периоды слома тенденций экономической динамики предъявляют требования к комплексным, долгосрочным и качественным концепциям, таким как теория цивилизационных циклов, в том числе постиндустриализма, эволюционная теория и теория длинных волн.

Цивилизационный разлом, переживаемый сегодня большинством стран мировой экономики, естественным образом порождает в экономической жизни сочетание множества разнонаправленных тенденций и соответствующие им противоречивые прогнозы.

Очевидно, тем не менее, что сегодняшняя ситуация не уникальна: разломы, подобные переходу к постиндустриализму, не раз случались в мировой хозяйственной истории. В начале ХХ в., когда ряд стран, прежде всего Россия и некоторые европейские страны (Германия, Швеция, Швейцария), переживали замещение агарной цивилизации индустриализмом, теоретиками конъюнктуры из этих стран был сформирован существенный задел в области методологии многоцикличного конъюнктурного анализа.

На заре становления индустриализма после промышленной революции XVIII в. в ведущих странах мировой экономики наибольший интерес ученых привлекали принципы функционирования рынка, его основные статические законы. Динамика, попадая в поле зрения экономистов-исследователей, в основном представала перед учеными в форме вопроса о причинах нарушения рыночного равновесия. Рассмотрение этого вопроса в учении об экономических кризисах лишь в последней четверти XIX в. привело к формированию теории экономического цикла. На этом пути исследование объективной обусловленности кризиса (теория кризисов) сменилось осознанием их периодичности (теория циклов), и лишь затем рассмотрение цикличности как естественной формы существования динамики рынка привело к появлению теории конъюнктуры.

Ученые Англии, США, Франции, первыми столкнувшиеся со всеобъемлющим характером рынка, обратили внимание, прежде всего, на его функцию автоматического регулятора экономических процессов, что и предопределило доминирование равновесных статических моделей как основного инструмента анализа экономических систем вплоть до сегодняшнего дня. Между тем ученые из тех стран, которые включались в индустриально рыночную среду под влиянием расширения мирохозяйственных связей, естественным образом были заворожены другим свойством рынка, а именно взаимосвязанным характером осуществления процессов подъема и спада в различных отраслях и сферах национального и мирового хозяйства.

Результаты работы нескольких конъюнктурных школ и десятков конъюнктурных институтов начала ХХ в. в этой области, отброшенные сегодня на периферию научной мысли или попросту забытые, настоятельно требуют своей актуализации, применения для исследования неоднозначных теоретических и практических проблем сегодняшнего дня.

Краткий очерк истории формирования теории конъюнктуры Формированию теории конъюнктуры предшествовало продолжительное вековое развитие теории кризисов и циклов. Исследование причин экономических кризисов было начато еще в работах классиков. В дальнейшем экономические кризисы оказались объектом специального изучения У.К. Джевонса,1 Ж. Лескюра,2 М.А. Бунятяна3 и др. Формирование теории кризисов и выявление различных аспектов их причинной обусловленности способствовало возникновению концепций периодических экономических циклов в трудах К. Жюглара, А. Афтальона,4 А. Пигу,5 М.И. Туган-Барановского,6 Й. Шумпетера, У. К. Митчелля.8 Развивая учение о причинах периодически возникающих экономических кризисов, основным объектом анализа которого было изучение делового 7–11-летнего цикла, при исследовании экономической динамики авторы обращались и к иным формам экономических колебаний, большей и меньшей продолжительности по отношению к деловому циклу. Временем латентного существования теории конъюнктуры можно считать период от 1864 г., когда Ф. Лассаль сформулировал понятие «конъюнктура», определив его как «связующую ленту общественных взаимных связей …цепь, которая все существующие, неизвестные обстоятельства связывает между собой»,9 до 1904 г., когда В. Зомбарт обозначил приоритет исследования закономерностей ритмики процесса развития хозяйства во времени над исследованием причин периодически возникающих в экономике кризисов и депрессий. «Дальнейшее развитие теории пошло именно в этом направлении»,– констатировал Н.Д. Кондратьев в своих «Больших циклах конъюнктуры»,11 выражая насущную потребность экономической теории того времени. Однако это не так. В начале ХХ в.

сложились предпосылки для развития множества направлений научной мысли: собственно теории циклов, в том числе ее марксистского ответвления в форме доказательства кризиса современного капитализма, теории конъюнктуры, провозглашенной как состоявшаяся научная школа П. Момбертом12 и В. Рёпке, а также теории экономического роста и макроэкономического прогнозирования. В течение полутора столетий, начиная с труда А. Смита (1776 г.), практически ни один серьезный исследователь экономических процессов не обходил в своем творчестве проблему цикличности. Но если теоретики конъюнктуры В. Рёпке13 и русский профессор В.М. Штейн14 в 20-е годы ХХ в. в своих трудах ссылались на труды И. Фишера и ранние работы Дж. М. Кейнса, полагая их наработки в области теории кредитного цикла и валютного регулирования подготовительным материалом к формированию конъюнктурной теории, то уже в 1951 г.

«американский Кейнс» Э. Хансен третью часть своего фундаментального труда посвящает разбору десятков континентальных и американских теорий циклов и конъюнктур, в контексте его книги понимаемых как начальный этап формирования макроэкономической теории и технологии макроэкономического прогнозирования.15 Существенная роль, отведенная в концепции Хансена вопросам обратных связей16 и многоцикличности, является отголоском мощного влияния теории конъюнктуры, тем не менее можно говорить о том, что к середине ушедшего века мейнстрим экономической науки, сложившийся в результате трудов Кейнса и позже Самуэльсона, уже сформировался.

Три конъюнктурные школы начала ХХ века Теория конъюнктуры как самостоятельное научное направление сформировалась в первом десятилетии ХХ в. практически одновременно в виде трех основных научных школ:

американской (Гарвардская школа бизнеса), российской и германской. Заметим, кстати, что В. Рёпке – один из ведущих в то время специалистов по данной проблеме – однозначно отдавал приоритет русским исследователям за их заслуги в систематическом объяснении явлений кризиса, исходя из феномена конъюнктуры.18 Географическая привязка названия школ может быть признана достаточно условной, поскольку принципами американской (гарвардской) школы руководствовались, кроме того, и английские конъюнктурные институты, а к германской школе (по крайней мере в области исследования конъюнктуры) относили себя шведский ученый Г. Кассель и швейцарский ученый В. Рёпке. Пик развития теории пришелся на тяжелый неустойчивый период в экономике большинства стран, наступивший после окончания Первой мировой войны, когда циклические колебания начали проявлять хаотические и резкие черты. В этом смысле мы склонны не согласиться с С.А. Бартеневым, утверждающим, что «в периоды относительно спокойных циклов появляется стремление,,закрыть” проблему, поставив на место теории циклов теорию конъюнктуры».19 Напротив, конъюнктурная теория сформировалась в условиях крайней неустойчивости мирового хозяйства.

Основные методологические различия подходов трех указанных выше школ могут быть сведены к следующим моментам.

1. Конъюнктурная школа в Германии была связана с именами Ф. Лассаля, А. Вагнера, П. Момберта и др. Для германской школы был характерен наиболее абстрактный подход к определению причин конъюнктурных колебаний и условий их возникновения, при сведении последних преимущественно к тем же условиям, которые характеризуют возникновение рынка вообще: это разложение натурального хозяйства и возникновение меновой экономики при переходе от аграрной к индустриальной системе хозяйствования. Это развитие товарно-денежных отношений и проникновение меновых принципов во все сферы хозяйства, ведущее к разложению цеховой системы производства «на заказ» и формированию стихийных основ функционирования рыночного механизма.

При таком подходе к обоснованию причин возникновения конъюнктуры последняя, по сути, понималась как существование рынка во времени, как движение различных отраслей и сфер экономики, характеризующееся взаимосвязанностью различных его элементов. К главным достижениям этой школы следует отнести:

• выявление многоцикличного характера конъюнктуры (В. Рёпке);

• выявление понятий общехозяйственной и частной конъюнктуры (П. Момберт);

• определение значения финансового сектора экономики как сферы формирования лидирующих показателей конъюнктуры, которые наиболее быстро и адекватно фиксируют перелом тенденции экономической динамики (П. Момберт);

• обоснование положения (под влиянием идей М.И. Туган-Барановского) о динамике основного капитала как основном конъюнктурообразующем элементе хозяйства (Г. Кассель).

Германская школа конъюнктуры сформировалась в первую очередь как развитие идей К. Викселля и А. Вагнера, отсюда усиленное внимание ее представителей к финансово кредитным аспектам конъюнктуры. Исключением выступает теория Г. Касселя, воззрения которого в равной мере были обусловлены тем влиянием, которое оказали на него идеи М.И. Туган-Барановского об инвестиционном механизме экономического цикла.

Представители германской школы использовали достаточно простые с технической точки зрения историко-логические и фактологические методы анализа, относительно редко прибегая к верификации собственно статистических закономерностей. Это было обоснованно, исходя из положения о том, что в понятии конъюнктуры связано воедино всё, влияющее на изменение траектории экономической динамики.

2. Практически параллельно германской развивалась российская школа конъюнктуры.

Вдохновителем идей российских конъюнктуроведов начала ХХ в. был М.И. Туган Барановский. Гармонично сочетая марксистскую методологию с принципами неоклассического анализа, Туган-Барановский сформировал концепцию циклических колебаний инвестиций в основной капитал, которая и легла в основу сравнительного анализа конъюнктуры капитального и потребительского секторов экономики, составлявшего одну из основных проблем, над которой работали представители русской школы (В.М. Штейн, С.А. Первушин, Н.Д. Кондратьев). В силу указанной причины у русских исследователей максимальный интерес вызывали разработки Г. Касселя по этим вопросам. Российские исследования характеризовались использованием развитого математического аппарата. Это позволило разработать оригинальную систему индексного анализа конъюнктуры. Так, если в 1921 г. был опубликован первый германский индекс оптовой торговли, то в России в 1923 г. имели параллельное существование четыре многосоставных конъюнктурных индекса – Конъюнктурного института, Госплана, индекс Статистики труда и промышленный индекс ВСНХ.20 И все же приоритет в формировании индексного метода принадлежал конъюнктуроведам из Гарвардской школы бизнеса, методы которых развивались под влиянием идей И. Фишера. Знаменательно, что в поисках максимально возможной математической строгости анализа С.А. Первушин оказался по своей методологии ближе к «гарвардской школе», чем к школе Туган-Барановского.

Среди широчайшей палитры достижений, созданных русской школой конъюнктуры менее чем за 20-летний период, выделяются следующие.

• Обоснован механизм межциклических взаимодействий на основе математической теории случайных процессов (Е. Слуцкий).

• Развита математическая теория статистического наблюдения за конъюнктурой (Д.И. Опарин, В.М. Игнатьев, Н.С. Четвериков).

• Разработан оригинальный индексный метод исследования конъюнктуры (С.Л. Комлев, С.П. Бобров, Н.Д. Кондратьев, С.А. Первушин).

• Обоснованы особенности конъюнктуры русского народного хозяйства в связи с влиянием сельскохозяйственных цен и величины урожаев (В.М. Штейн, С.А. Первушин, отчасти Н.С. Четвериков и А.В. Чаянов).

• Открыты большие циклы конъюнктурных колебаний (Н.Д. Кондратьев).

• Разграничено понятие экономической статики, динамики и конъюнктуры, определено значение раздельного изучения кумулятивных, необратимых и потоковых, обратимых процессов экономической динамики (Н.Д. Кондратьев).

Надо сказать, что достижения русской школы в уяснении и определении понятия «конъюнктура» воспринимались самими исследователями в начале ХХ в. весьма дискуссионно. В частности, С.А. Первушин, определявший конъюнктуру как «связь хозяйственных явлений, как процессов, развивающихся во времени»,21 стремясь к максимальной четкости и определенности объекта исследования, подвергал серьезной критике достижения немецкой школы, начиная с А. Вагнера (у которого это понятие совпадает с понятием экономической динамики), Момберта и Рёпке (у которого любые изменения «экономической погоды», в том числе и чисто спекулятивные «антиципационные конъюнктуры», оказываются включенными в это понятие). С позиций Первушина, и Кондратьевское определение явления конъюнктуры как «направления и степени изменения совокупности элементов народнохозяйственной жизни по сравнению с предшествующим моментом»22 выхолащивает смысл конъюнктурного процесса как сложного многокомпонентного движения, основным свойством которого является взаимосвязь (conjunctio). На наш взгляд, следует согласиться с критикой С.А. Первушина, охарактеризовавшего определение конъюнктуры Н.Д. Кондратьева как «статическое и статистическое» по преимуществу, а не «динамическое и экономическое». Определение Кондратьева – это определение математической величины, производной, точечное по своей природе и в данном контексте оторванное от экономического содержания причин, породивших такое состояние. Как и многие другие определения конъюнктуры, оно является слишком узким, поскольку не учитывает причинного характера экономической динамики, и в то же время слишком широким, так как предполагает необходимость мониторинга бесчисленного количества факторов, не всегда «связанных в единую цепь».

Наследие школы изучения циклов и конъюнктуры, в том числе и русской, не было полностью вытравлено из российской экономической науки в советский период. Конечно, существовали идеологические клише, не позволявшие авторам полноценно учесть все богатейшее наследие достижений в данной области, сослаться в своих трудах на «запрещенные» имена представителей российской конъюнктурной школы. Тем не менее в последующие после репрессий годы в России был опубликован ряд фундаментальных трудов, в текстах которых, несмотря на отсутствие (за редким исключением) соответствующих ссылок и обилие идеологической критики, в явном, иногда дословном виде присутствуют «следы» мощнейших разработок всех трех школ теории конъюнктуры начала века. Уже в 60-е годы ХХ в. теория конъюнктуры продолжила свое существование в учебной и научной литературе. Можно привести в качестве наиболее значимых публикаций учебник Ф.Г. Пископпеля,23 изданный в 1960 г. Институтом международных отношений, и фундаментальный трехтомник Л.А. Мендельсона.24 Отголоски репрессированного Кондратьевского института – работа Всесоюзного научно-исследовательского конъюнктурного института в Москве при Министерстве внешнеэкономических связей СССР, издававшего вплоть до 1991 г. бюллетень «Конъюнктура сегодня и завтра», готовившего обзоры мировой конъюнктуры и прогнозы основных и отдельных товарных рынков. Тем не менее существование теории конъюнктуры в СССР как прикладной дисциплины привело к существенным потерям в области ее фундаментальной разработки.

3. Развитие американской школы конъюнктуры проходило под эгидой NBER В работах основателя Национального Бюро экономических исследований (NBER) США У.К. Митчелля25 особое внимание уделялось проблеме «secular trend», или вековой тенденции, в связи с необходимостью точного измерения параметров экономических циклов. Вопрос о природе вековой тенденции, который не обошел при изучении циклов и конъюнктуры практически ни один ученый начала ХХ в., подается в соответствии с методологией NBER в совершенно особом ключе. В то время существовали серьезные различия в решении вопроса о природе вековой тенденции и значении ее анализа как явления и как ряда статистических данных. Например, в трудах представителей германской школы, предпочитавших использовать методы качественного анализа, вековая тенденция рассматривалась как один из элементов широко трактуемого понятия конъюнктуры.

Российские и североевропейские исследователи цикла рассматривали вековую тенденцию как инструмент анализа относительной продолжительности фаз подъема и рецессии деловых циклов. В русской школе изучение вековой тенденции привело Н.Д. Кондратьева к открытию «больших циклов» конъюнктуры. Чуть позже С.А. Первушин, который учитывал в своем исследовании и результаты открытия Кондратьева, и методологию американской школы, объявил о необходимости элиминировать как вековую тенденцию, так и большие циклы для того, чтобы получить достоверную картину конъюнктурных фаз и адекватный материал для построения тотального «диагностического» конъюнктурного индекса.

Особенностью и в то же время наиболее значимым результатом разработок Митчелля и его школы было как раз то, что, требуя исключения вековой тенденции наряду с сезонными колебаниями из статистики динамических рядов для получения четкой картины собственно конъюнктурного цикла, исследователи NBER выработали наиболее четкие и строгие методы измерения параметров экономического цикла. И сегодня комиссия по изучению делового цикла NBER (Business Cycle Dating Committee) использует данные выпуска, доходов, занятости, торговли и финансового рынка на секториальном и агрегированном (сводном) уровне, рассчитывает частные и сводные конъюнктурные индексы, акцентируя внимание на определении переломных точек экономического цикла и определении лагов, возникающих в циклической динамике различных показателей. Именно в рамках данного подхода сложилось представление о классическом деловом цикле (business cycle) и цикле экономического роста (growth cycle), различение которых в современной экономической теории стало уже хрестоматийным. Напомним, что деловой цикл обычно связывается с абсолютными спадами и подъемами в объеме выпуска и других показателей, тогда как циклы роста представляют собой флуктуации в экономических временных рядах, которые колеблются вокруг долгосрочного тренда. Важно иметь в виду, что первые и вторые как раз и представляют собой примеры потоковых и кумулятивных процессов, описанных в свое время Н.Д. Кондратьевым.

Несмотря на иронию конъюнктуроведов середины ушедшего века по отношению к результатам школы NBER, казавшимся лишь «измерением ради измерения», именно этой конъюнктурной школе досталась честь донести до сегодняшнего дня сухой остаток напряженных интеллектуальных усилий мирового научного сообщества начала ХХ в.

Одной из причин стойкого успеха «гарвардской школы» явилась глубоко разработанная математико-статистическая база исследования, положенная в основу изучения циклов. Практическая ориентация основных ее выводов, высоко оцененных бизнес-сообществом, разработка прогнозных методик в условиях устойчивой тенденции роста экономики оказались еще одним фактором мирового успеха этой школы в то время, когда была репрессирована столь же мощно вооруженная математическим методом русская диагностическая школа конъюнктуры.

Однако главным результатом развития теории конъюнктуры в Гарвардской школе бизнеса стали ее соединение с концепцией экономического роста и перерождение в технологию макроэкономического прогнозирования – состояние, в котором она существует сегодня.

Разработки С. Кузнеца, Дж. М. Кейнса, Дж. Р. Хикса, Р. Харрода и других ученых вскоре вылились в теорию экономического роста, положили начало макроэкономическому моделированию экономической динамики и с учетом результатов В. Леонтьева в разработке теории межотраслевого баланса привели к формированию непрерывного макроэкономического мониторинга в виде системы национальных счетов. Многие из этих исследований, в частности работа С. Кузнеца, проводились непосредственно под эгидой NBER. Поэтому и У.К. Митчелль, отдавая должное континентальной теории в области исследования вековой тенденции и ее колебаний, наиболее подробно останавливался на анализе разработок Р.Б. Прескотта и С. Кузнеца, посвященных логистической форме кривой кумулятивного возрастания количества произведенных в экономике благ.

Характерно, что У.К. Митчелль согласился с С. Кузнецом в вопросе о том, что «циклические колебания являются только чередующимися ускорениями и замедлениями в ходе основного процесса экономического развития».28 Тем самым был разрешен методологический конфликт между требованием исключения вековой тенденции для точного анализа экономического цикла и требованием исследования факторов, определяющих форму и направление развития векового тренда. В результате сформировались предпосылки для развития теории цикла и экономического роста как специфической концепции в рамках неоклассической парадигмы. Достижения школы NBER, посвященные выбору лидирующих показателей циклической динамики экономики и разработке агрегатного конъюнктурного индекса, свились в единую и цельную методологическую систему с моделями экономического роста и стали играть роль индикаторов неравномерности тенденции экономического роста.

Принципы многофакторности, многоцикличности и анализ конъюнктуры как системы с обратной связью, изучение которых было начато русской и немецкой конъюнктурными школами, были на этом пути потеряны.

Современное состояние конъюнктурной теории Основные задачи конъюнктурного исследования, наиболее четко сформулированные В.М. Штейном в 20-е годы XX в. как последовательные этапы симптоматологии, диагностики и политики, реализуются сегодня в практике макроэкономического прогнозирования и коррекции экономического цикла. Однако уже в конце ХХ в.

представители посткейнсианского направления экономической научной мысли стали бить тревогу по поводу того, что краткосрочные коррекции экономических циклов, прежде всего в финансово-кредитной сфере, в отрыве от анализа долгосрочных индикаторов экономического развития чреваты возникновением системных финансовых рисков и долгосрочной нестабильности при высокой степени неопределенности момента реализации системного риска.29 Вероятно, широко известные представления о множественности экономических циклов могут в рамках фундаментальной теории конъюнктуры быть увязаны в систему, сочетающую структурный анализ циклов разной продолжительности.

Такой подход может оказаться пригоден для предотвращения рисков, связанных с недостатком информации о закономерностях, характерных для одного элемента конъюнктуры при попытках регулирования другого.

В современном виде теория конъюнктуры практически потеряла свое самостоятельное значение, превратившись в специализированные разделы отдельных научных дисциплин.

Мейнстрим актуальной европейской и американской экономической науки рассматривает конъюнктурный анализ прежде всего в качестве инструментария оценки неравномерной составляющей тенденции экономического роста на макро- и мезо экономических уровнях. Понимаемый как нарушение тенденции роста и равновесия, цикл подлежит регулированию и коррекции, в результате даже исследование циклов, открытых Нобелевским лауреатом С. Кузнецом, в сущности, представляет собой периферию научного знания. Основанные на соответствующей методологии разработки ведущих мировых и российских конъюнктурных институтов* ориентированы на составление макроэкономических прогнозов. Для построения прогнозов используется широкая система показателей, предназначенных для отражения, прежде всего, делового цикла и цикла роста, а также более краткосрочной динамики, привязанной в основном к финансовому и нефтяному рынкам, что более характерно для российских исследований. Более стабильная в плане институциональной и производственной организации экономической системы Европа ориентируется на формирование среднесрочных (в основном 10-летних) прогнозов, не рассматривая пересмотр системы показателей прогноза как актуальную проблему.

Исследование долгосрочных тенденций в рамках программ конъюнктурных институтов * Среди основных европейских организаций, исследующих современную конъюнктуру, выделяются:

Институт прикладных системных исследований в Лаксенбурге (Австрия) – ИИАСА http://www.iiasa.ac.at;

Ассоциация Европейских Конъюнктурных Институтов в Брюсселе (AIECE)/ – http://www.econ.ucl.ab.be/CONJ/AIECE.en.html;

и Институт Мировой Конъюнктуры в Киле http://www.uni-kiel.de, проводящий исследования под эгидой AIECE, в структуру которой входит более 20 национальных конъюнктурных институтов Европы.

Европы представляет собой редчайше исключение.30 Преобладание представления о конъюнктуре как о форме существования 5–10-летних циклов экономической активности, присущее мейнстриму, является прямым наследием успеха Гарвардской школы бизнеса в исследованиях конъюнктуры. При широчайшем разнообразии в нюансах методологии каждого современного конъюнктурного института тем не менее бросается в глаза потеря, совершенная современной экономической наукой по отношению к тому богатейшему представлению о типологии различных «конъюнктур», в том числе и по временному критерию, которое содержалось, например, в исследованиях В. Рёпке.

Как уже было отмечено, сегодня тон конъюнктурным исследованиям в России задают институты макроэкономического анализа и прогнозирования, методология которых естественным образом имеет гарвардское происхождение.* Вместе с тем наследие теории конъюнктуры привлекается как успешный инструмент анализа ценовой динамики, динамики фондовых и товарных рынков, а также в маркетинговых исследованиях, где теория конъюнктуры становится инструментом и элементом соответствующих разделов прикладной науки. В заключение стоит обратить внимание на курьез, произошедший с теорией конъюнктуры в российской фундаментальной научной мысли, занятой изучением феномена длинных волн, открытых Н.Д. Кондратьевым в ходе эмпирико-статистического изучения конъюнктуры. Термин «длинные волны» (Long Waves), пришедший в российскую экономическую теорию в 80-е годы ХХ в. из западной науки в результате резкого усиления интереса к теории Кондратьева в мировой науке в указанное время, связан с понятием «экономическое развитие». Это так, поскольку доминирующие в мире концепции длинных волн изучают в первую очередь закономерности научно-технического и институционального развития экономики во времени, мало касаясь собственно конъюнктурной проблематики. Поэтому и понятие «большие циклы конъюнктуры», введенное Н.Д. Кондратьевым, выглядит сегодня своеобразным архаизмом по сравнению с понятием «длинные волны», научное содержание которого четко определено.

В связи с этим следует отметить, что и вопрос о волновой, или циклической, природе экономических колебаний,32 в определенной степени является схоластическим. Если Н.Д. Кондратьев под волнами понимал просто повышательные и понижательные фазы цикла, то в современной западной литературе рассматриваются эндогенные механизмы формирования экономических волн. В последнем случае циклы и волны оказываются синонимами, а спор о терминах теряет смысл. На наш взгляд, только если вернуться к рассмотрению теории конъюнктуры как взаимосвязанного многоцикличного движения, можно будет с достаточным основанием анализировать эндогенный механизм возникновения циклов наряду с рассмотрением эхо-эффекта распространения колебаний, приобретающих в этом случае волновой характер.

Перспективы фундаментального конъюнктурного анализа Сегодня экономической наукой накоплен богатейший опыт раздельного изучения разных форм экономической динамики – тенденции экономического роста, смены научно технических парадигм, последовательных этапов институциональной трансформации, а также разных видов экономических циклов, в первую очередь делового цикла, длинных волн и 30-летних ритмов Кузнеца. Представление о взаимосвязи между этими формами динамики экономической системы, размытое в ходе развития теории конъюнктуры, может и должно быть сегодня восстановлено на качественно новом уровне.

* Институт переходного периода на http://www/iet.ru;

Центр Макроэкономического Анализа и Краткосрочного Прогнозирования на http://www.forecast.ru Возможность такого восстановления сегодня имеется с учетом ряда опытов по созданию многоцикличных моделей экономической динамики,33 а также попыток применения математической теории обратных связей к исследованию социальных процессов. На наш взгляд, при применении концепции многоцикличной конъюнктуры к оценке параметров экономического развития расчет интегрального конъюнктурного индекса не должен становиться основной задачей, поскольку последний сглаживает различия между растущими и деградирующими сферами экономики, становится непригодным для прогнозирования в условиях существования множественных разнонаправленных трендов разного срока жизни. Основная задача состоит в том, чтобы выделить базовые тренды и оценить силу их взаимовлияния.

С учетом сказанного можно выделить основные принципы оценки и прогноза экономического развития, которые в целом сводятся к следующему:

1. Необходимо проводить мониторинг трех основных типов экономических циклов, составляющих динамику конъюнктуры: деловой цикл, 30-летний инвестиционный цикл и 60-летние волны Кондратьева.

Указанные циклы подлежат мониторингу на следующих уровнях:

a) мировая экономика – 60-летний, 30-летний и деловой цикл;

b) экономика Европы – 60-летний, 30-летний и деловой цикл;

c) экономика России – 30-летний и деловой цикл;

d) экономика региона – 30-летний и деловой цикл.

2. На качественном уровне анализа Российской экономики может проводиться исследование соответствия ее отраслевой структуры тенденциям, характерным для 60 летнего мирового цикла, поскольку внутреннего механизма формирования 60-летнего цикла в России не обнаруживается.

3. Для мониторинга каждого вида циклов необходимо использовать систему показателей оценки многоцикличной динамики:

a) 60-летний цикл: показатели денежной массы (М1, М2, М3 и выше), цены энергоносителей, удельный объем потребления энергоносителей. В качестве корректирующего показателя может применяться динамика расходов на НИОКР;

b) 30-летний цикл: ВНП и ВРП (для адекватной оценки динамики в России до 1992 г. – НД), индекс объема производства машиностроения, объем инвестиций в основной капитал, после 1960 г. – инновационные индексы;

c) 8-летний цикл: ВНП и ВРП, биржевые индексы, динамика доходов, объем инвестиций в основной капитал.

Приведенная система показателей не является единственно возможной и в случае оценки конкретной ситуации может быть расширена за счет учета дополнительных данных.

Однако именно эта система дает максимально четкие и сопоставимые по времени и по регионам результаты.

При проведении подобного исследования на практике можно получить, прежде всего, диагностический результат. Диагноз экономической системы необходим для разработки стратегии. На основе мониторинга циклических составляющих конъюнктуры возможны выявление динамических конкурентных ниш мирового и европейского рынка и оценка возможности интервенции в эти ниши в периоды благоприятной внешней для национального хозяйства конъюнктуры. Под динамической конкурентной нишей понимается экономическая ситуация, складывающаяся на определенном рынке в результате совмещения структурных отраслевых сдвигов с определенным сочетанием фаз различных экономических циклов.

J e w o n s W.S. Investigation in Currency and Finance. London, 1884.

Л е с к ю р Ж. Общие и периодические промышленные кризисы. СПб., 1908.

Б у н я т я н М.А. Экономические кризисы. М., 1915.

А ф т а л ь о н А. Периодические кризисы перепроизводства. М.;

Л., 1930.

P i g o u A.C. A study in public finance. London, 1949.

Т у г а н-Б а р а н о в с к и й М.И. 1) Промышленные кризисы в современной Англии. Их причины и влияние на народную жизнь. СПб., 1894;

2) Периодические промышленные кризисы. СПб., 1914.

Ш у м п е т е р Й. Теория экономического развития. М., 1982.

М и т ч е л л ь У.К. Экономические циклы. М.;

Л., 1930.

Цит. по: Р ё п к е В. Конъюнктура. М., 1927. С. 11. – Рёпке в своем труде ссылается на издание Лассаля без указания года. Однако известно, что указанная Рёпке статья Ф. Лассаля «Бастиа-Шульце фон Делич» («Herr Bastiat-Schulze v. Delitzsch». Leipzig), в которой впервые в научном обороте появилось слово «конъюнктура», была опубликована в последний год жизни философа – в 1864 г. Будучи ортодоксальным гегельянцем, Лассаль посвятил ряд своих трудов, в частности «Философию Гераклита Темного из Эфеса» 1858 г., проблемам диалектики и Гераклитову свойству «всеобщего изменения», связав диалектические законы с древними орфическими мифами о мистической цепи судьбы, неразрывно связывающей и определяющей все бытие. Возникновению понятия «конъюнктура» (conjunctio rerum omnium – связь всего), таким образом, мы обязаны немецкой школе социально философской мысли.

Влияние В. Зомбарта на формирование теории конъюнктуры как таковой отмечалось большинством представителей этой теории в 20-е годы ХХ в. и в более поздних обобщающих обзорах. Как указывал Н.Д. Кондратьев, Зомбарт заявил о необходимости разработки теории конъюнктуры в работе 1904 г.

(S o m b a r t W. Versuch einer Systematik der Wirtschafts-Krisen // Archiv fur Sozialwissenschaft und Socialpolitik.

Bd. 19. N. 1. 1904. S. 21. Указание на источник – в работе «Большие циклы конъюнктуры». Цит. по:

К о н д р а т ь е в Н.Д. Избр. соч. М., 1993. С. 25). Подход к рассмотрению развития капитализма с учетом теории конъюнктуры реализовался в фундаментральном труде В. Зомбарта «Der moderne Kapitalismus», опубликованном в трех томах с 1902 по 1927 г., в котором, наряду с анализом процесса развития капитализма как общественного строя и обоснованием оригинальной теории социализма, доказывалась живительная роль экономического кризиса для обновления капиталистического хозяйства и еще до Кондратьева предлагалась периодизация длительных циклов капиталистического развития, связанных с внедрением пучков технологических достижений. Именно в рамках понимания кризиса и подъема как естественных форм существования динамики капитализма (в отличие от доминировавших в то время оценочных суждений, в соответствии с которыми то кризис, то подъем рассматривались как «ненормальные» состояния экономики) Зомбарт и сформулировал концепцию конъюнктуры как таковой. «Процесс, совершающийся в развитии капиталистического хозяйства, можно правильно понять во всем его своеобразии, лишь уловив в нем ритмическое движение, выражающееся в подъеме и падении, в биении сердца конъюнктурной экспансии» (Цит. по: З о м б а р т В. Современный капитализм. М.;

Л., 1930. Т. III-2.

С. 49).

К о н д р а т ь е в Н.Д. Избр. соч. С. 25.

М о м б е р т П. Введение в изучение конъюнктуры и кризисов. М., 1924.

Р ё п к е В. Указ. соч. С. 33.

Ш т е й н В.М. Теория и политика экономической конъюнктуры. Пг., 1923. С. 39.

Х а н с е н Э. Экономические циклы и национальный доход // Классики кейнсианства. М., 1997. Т. II.

Там же. Т. II. С. 243–249.

Там же. Т. I. Гл. 2–4.

Р ё п к е В. Указ. соч. С. 7.

Б а р т е н е в С.А. Экономические теории и школы. М., 1996. С. 289.

См.: Ш т е й н В.М. Указ. соч. С. 57–64. – Разработка методики исследования конъюнктуры и основ индексного метода велась целыми научными коллективами и была реализована в основных трудах:

Б о б р о в С.П. Индексы Госплана. М., 1924;

И г н а т ь е в В.М. Конъюнктура и цены. М., 1925;

К о н ю с А.А.

Проблема истинного индекса стоимости жизни // Экономический бюллетень Конъюнктурного Института. 1924.

№ 9, 10;

О п а р и н Д.И. Конъюнктура и рынки. М., 1928, и др.

П е р в у ш и н С.А. Хозяйственная конъюнктура. Введение в изучение динамики русского народного хозяйства за полвека. М., 1925. С. 10.

К о н д р а т ь е в Н. Д. Проблемы экономической динамики. М., 1989. С. 70.

П и с к о п п е л ь Ф.Г. Основы изучения конъюнктуры капиталистического хозяйства. М., 1960.

М е н д е л ь с о н Л.А. Теория и история экономических кризисов и циклов. Т. I–II. М., 1959;

Т. III. М., 1964.

М и т ч е л л ь У.К. Экономические циклы;

M i t c h e l l W.C. Business Cycles and Their Causes.

Los Angeles, 1959.

S t o c k J.H., W a t s o n M.W. Business cycle fluctuiations in US Macroeconomic Time Series // Handbook of macroeconomics / Ed. by J.B. Tailor and M. Woodford. Amsterdam, 1999. P. 9.

M i t c h e l l W.C. Op. сit.

М и т ч е л л ь У.К. Указ. соч. C. 228.

M i n s k y H.P. Stabilising an Unstable Economy. New Haven;

London, 1986. P. 19, 29;

G r a y H.P., G r a y J.M. Minskian Fragility in the International Financial System // New Perspectives in Monetary Macroeconomics / Ed. by G.Dymsky, R.Pollin. Michigan, 1994. P. 145;

T a y l o r L. Financial Fragility: Is An Etiology at Hand? // New Perspectives in Monetary Macroeconomics / Ed. by G.Dymsky, R.Pollin. Michigan, 1994. P. 22, 31.

Исключительным интересом к изучению долгосрочного аспекта конъюнктуры характеризуются исследования современной бельгийской конъюнктурной школы. В 80-е годы ХХ в. бельгийские ученые посвятили значительные усилия изучению феномена кондратьевских циклов, а сегодня под эгидой Института социальных и экономических исследований IRES (Institut de reserches economiques et sociales), проводящего исследования в рамках общееевропейской программы конъюнктурных исследований Ассоциации Европейских Конъюнктурных Институтов AIEСE (Association of European Conjuncture Institutes), осуществляются долгосрочные конъюнктурные исследования. Большинство программ AIEСE рассчитано на оценку среднесрочного интервала, но ряд исследователей IRES, в первую очередь Изабель Касьерс, развивают теорию долгосрочного конъюнктурного анализа (см., напр.: C a s s i e r s I. Un Demi-sicle d’evolution de L’Economie Belge. Tendences longues, ruptures… et transformations irreversibles? // Bulletin de l’IRES. 2000. № 225 (http://www.econ.ucl.ac.be/EAS/FR/ART/2000/225.pdf).

Н о з д р е в а Р. Б., Ц ы г и ч к о Л. И. Маркетинг: как побеждать на рынке. М., 1991;

Р а з у м о в И.В.

Экономические отношения и конъюнктурная динамика на российском фондовом рынке. Ярославль, 2001;

Г е р а с и м е н к о О.А. Конъюнктурообразующие функции корпораций на региональных рынках сельхозпродукции.

Ростов н/Д., 2000;

К а ч а л о в В.А. Особенности формирования конъюнктуры товарного рынка на основе таможенной оценки товара. СПб., 2000;

С к р и п н и ч е н к о А.Н. Экономический мониторинг рыночной конъюнктуры в системе предпринимательства. СПб., 2000;

С т а н к е в и ч А.В. Прогнозирование емкости и конъюнктуры рынка. М., 2000;

Цены и ценообразование: Учеб. пособие / Под ред. В.Е.Есипова. СПб., 2001;

С е м е н о в В.П. Цена и рыночная конъюнктура: Учеб. пособие. СПб., 1997;

М о в с е с я н А.Г., С м и т и е н к о Б.Н. Современный мировой рынок и его конъюнктура: Учеб. пособие. М., 1999;

З е х и н В.А. Многомерный статистический анализ и прогнозирование основных показателей конъюнктуры мирового рынка нефти: Автореф.

канд. дис. М., 1996;

Л а т к и н А.П. Организация и финансирование инвестиций. Владивосток, 2000.

См., напр.: Р у м я н ц е в а С.Ю. Длинные волны в экономике: многофакторный анализ. СПб., 2003.

С. 6–8.

S h u m p e t e r I. Business Cycles : A Theoretical, Historical and Statistical Analisis of the Capitalist Process.

New York, 1939. Vol. 1. P.174;

F o r r e s t e r J. New Perspectives of Economic Growth // Alternatives to Growth-I: A Search for Sustainable Future/ Ed. by D.L. Meadows. Cambridge;

Massachusetts, 1977. P. 114;

B e r r y B.J.L. Long-wave Rhythms in Economic Development and Political Behaviour. Baltimore;

London, 1991. P. 127.

Х а н с е н Э. Указ соч. С. 243–249;

M e a d o w s D.H., M e a d o w s D.L., R a n d e r s J., B e r h e n s W.W. The Limits to Growth. London, 1974;

К у з ь м и н М.В. Гиперциклическая организация и динамика общественных систем // Идеи Н.Д. Кондратьева и динамика общества на рубеже третьего тысячелетия.

М., 1995.

Статья поступила в редакцию 23 сентября 2004 г.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.