WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 20 |

«в 2 томах Под редакцией академика РАМН Москва "Медицина" 1999 ПСИХИАТРИИ Москва "Медицина" 1999 УДК 616.89(035) ББК 56.1 Р84 Руководство по психиатрии: В 2-х т. Т.2/А.С.Тиганов, Р 84 ...»

-- [ Страница 2 ] --

Для предотвращения или ослабления эпилептических проявлений можно назначать карбамазепин (тегретол, финлепсин). Он обладает широ ким спектром действия и высокоэффективен как при больших судорожных, так и при психомоторных и фокальных припадках. При малых припадках карбамазепин недостаточно эффективен. Имеются сведения о том, что он смягчает раздражительность, назойливость, дисфорические расстройства на строения, психопатоподобные проявления [Висневская 1976]. Суточ ная доза препарата составляет от 0,2 до 1,2 г, начинают с приема 0,2 г 1— раза в день с последующим постепенным увеличением дозы до 0,4 г 2— раза в сутки. При переходе на лечение карбамазепином рекомендуется уменьшать дозу ранее назначенного препарата, постепенно заменяя его карбамазепином. Карбамазепин обычно хорошо переносится. Из осложне ний, развивающихся в первые дни лечения, можно назвать потерю аппетита, тошноту, общее недомогание, головные боли, головокружение, атаксию, нарушения аккомодации. Перечисленные расстройства, как правило, исче зают через после временного уменьшения дозы. Однако известны отдельные случаи аллергических кожных реакций, лейкопении, тромбопе нии, агранулоцитоза, гепатитов.

Данные о терапевтической эффективности нейролептических средств при больших судорожных припадках противоречивы.

(1953) подчеркивали положительное влияние нейролептиков на течение эпилепсии с большими судорожными припадками. A.Meszaros, P.Reilly (1956) отметили урежение больших судорожных пароксизмов, сопровождав шееся нормализацией ЭЭГ, только при лечении хлорпромазином (аминази ном) в сочетании с противосудорожными средствами. Нейролептики при эпилепсии назначают очень осторожно, поскольку в отдельных случаях они способствуют учащению припадков. Некоторые экспериментальные иссле дования также свидетельствуют об отрицательном влиянии нейролептиков на частоту судорожных пароксизмов. В настоящее время нейролептики (аминазин) применяют главным образом в неотложной терапии психических нарушений у больных эпилепсией для купирования возбуждения при суме речном помрачении сознания и в комплексе терапевтических мероприя тий — для купирования эпилептического статуса.

Наряду с многими традиционными лекарственными средствами, кото рые уже были приведены, в настоящее время применяются для лечения больших судорожных припадков и более новые препараты. Широко исполь зуются в последние десятилетия препараты, являющиеся производными вальпроевой кислоты: конвулекс, депакин, дипромол и др.

Лечение у взрослых начинается с назначения одного из указанных препаратов в дозе по 0,3 г 3 раза в сутки с последующим увеличением его суточной дозы на 0,2 г (до 2,6 г/сут) с 3-дневным интервалом до достижения выраженного и стойкого клинического эффекта. Средняя суточная доза у детей составляет 0,6 г, максимальная суточная доза назначается из расчета 4— 50 мг/кг массы тела. Побочные явления: потеря аппетита, тошнота, аллер гические реакции, атаксия, нарушения функции печени и поджелудочной железы, увеличение массы тела, азотемия. Противопоказания к лечению препаратами вальпроевой кислоты: заболевания печени и поджелудочной железы, геморрагический диатез, беременность. Производные вальпроевой кислоты способствуют усилению эффективности других противосудорожных средств, антидепрессантов, нейролептиков, о чем необходимо помнить при проведении комбинированной терапии.

Одним из высокоэффективных средств, применяемых для лечения ге нерализованных припадков, абсансов, очаговых и бессудорожных пароксиз мов, особенно при затяжном течении заболевания и резистентности к дру гим методам лечения, является дипромал (фирма "Польфа"), назначаемый в дозах 600—1200 мг/сут.

Противопоказания к назначению препарата: беременность, заболевания печени. К относительным противопоказаниям относятся сахарный диабет и почечная недостаточность. Возможно, а в ряде случаев и показано сочетание дипромала с карбамазепином. Суточная доза для детей составляет 15 мг/кг массы тела. Дети с большой массой тела могут принимать препарат до мг/сут, максимальная доза — 60 мг/кг массы тела.

Недавно на мировом лекарственном рынке появился принципиально новый антиэпилептический препарат — ламиктал (ламотриджин) [Гусев Бурд 1994;

Бурд Г.С., 1995]. Он препятствует избыточному выбросу возбуждающих аминокислот, в основном глютамата, не снижая при этом его выделения в пределах физиологической нормы. В отличие от традици онных противоэпилептических средств ламиктал эффективен при всех видах пароксизмальных расстройств и эпилепсии разного генеза. Суточная доза препарата 100—200 мг (максимальная — 600 мг). В тяжелых случаях воз можно сочетание ламиктала с препаратами вальпроевой кислоты, но его дозы не должны быть более 300 мг/сут.

Лечение малых припадков, вегетативных и психических эквивалентов.

В этих случаях рекомендуется триметин (по 0,2—0,3 г 3 раза в день). При использовании триметина возможны побочные явления: светобоязнь, кож ные высыпания, изменения крови (анемия, агранулоцитоз, эозинофилия).

Ввиду значительной его токсичности при лечении этим препаратом необ ходимо каждые 10 дней исследовать кровь и мочу. Триметин противопоказан при заболеваниях печени, почек, кроветворных органов и атрофии зритель ного нерва.

При лечении эпилепсии с преобладанием типичных малых припадков (простые абсансы, пикнолептические припадки) наиболее эффективны пре параты группы сукцинимидов — этосуксимид, суксилеп, пикнолепсин и др.

[Сухарева Г.Е., R., 1974]. Средняя суточная доза этосуксимида составляет от 0,75 до 1,5 г (на 3—4 приема). Начинают лечение с однократ ного приема препарата в дозе 0,25—0,5 г с последующим постепенным увеличением суточной дозы. Побочные явления: головная боль, желудоч но-кишечные расстройства, кожно-аллергические сыпи, нарушения крове творения (нейтропения, агранулоцитоз). Однако эти осложнения наблюда ются сравнительно редко.

Дифенин, бензонал, хлоракон также достаточно эффективны для лече ния малых припадков. Широко применяются для лечения этого вида па роксизмов препараты вальпроевой кислоты и ламиктал.

При лечении психомоторных пароксизмов применяют упоминавшиеся препараты широкого спектра действия — гексамидин, дифенин, хлоракон, финлепсин. Два последних препарата считаются наиболее эффективными при этом типе пароксизмов [Болдырев А.И., 1971]. Обычно их применяют в сочетании с малыми дозами люминала.

Во многих работах указывается на высокую антисудорожную актив ность транквилизаторов (диазепам, нитразепам), применяемых в изолиро ванном виде или в сочетании с основными противосудорожными средства ми. Их используют при лечении малых, височных и диэнцефальных парок сизмов [Лаврецкая Э.Ф., 1968, 1969;

Л.М., 1971;

Вольф М.Ш., 1979;

Eidelberg E., 1965;

Brown Т., Penry J., 1973].

Лечение вегетативно-висцеральных пароксизмов зависит от их патогене за. При фокальных вегетативно-висцеральных припадках показано приме нение дифенина и финлепсина и других средств лечения височной эпилеп сии в комбинации с люминалом. При вегетативно-висцеральных приступах диэнцефальной эпилепсии более эффективны препараты группы бензодиа зепинов (элениум, седуксен, эуноктин) в сочетании с различными противо судорожными смесями (например, смесью Воробьева). Можно сочетать бен зодиазепины со смесью, включающей дифенин, люминал, кофеин. Одно временно проводят десенсибилизацию антигистаминными средствами и наз начают вегетотропные препараты (спазмолитин, беллоид и др.).

При полиморфных пароксизмах лечение одним препаратом может не дать желаемого результата. В таких случаях рекомендуется комбинированная терапия. Например, при сочетании больших судорожных припадков и абсансов применяется смесь Серейского с гексамидином, хлораконом и диакарбом.

Комбинация антисудорожных средств, кроме того, позволяет уменьшить дозы наиболее токсичных препаратов. При недостаточной эффективности дифенина можно рекомендовать его сочетание с фенобарбиталом. В пер вую неделю назначают фенобарбитал по 0,05 г 2 раза в день и дифенин по 0,05 г 1 раз в день, во вторую неделю — фенобарбитал по 0,05 г 1 раз в день, дифенин по 0,05 г 2 раза в день, в третью неделю — только дифенин по 0,05—0,1 г 3 раза в день;

комбинированный курс лечения рассчитан на Сложные абсансы стволового происхождения купируются сочетанием дифенина и седуксена (или радедорма).

Хлоракон в сочетании с карбамазепином хорошо купирует психомотор ные пароксизмы, абсансы и другие проявления "височной эпилепсии". При пароксизмах с психомоторным и вегетативным компонентом целесообразно сочетать седуксен, дифенин, финлепсин.

При лечении больных с ежедневными частыми абсансами рекоменду ется сочетание триметина, фенобарбитала и диакарба. По мнению Е.С.Ре мезовой (1965), диакарб обладает не только дегидратирующим, но и проти воэпилептическим действием, которое особенно отчетливо выражено при типичных абсансах. В течение первых 7 дней проводят лечение фенобар биталом, далее при отсутствии эффекта добавляют триметин по 0,1 г раза в сутки, а через несколько дней и диакарб по 0,12—0,25 г на ночь, причем последний назначают в течение 3 дней с перерывом на каждый 4-й день.

Лечение эпилептического статуса. Это состояние, угрожающее жизни больного и требующее неотложной помощи.

Основные принципы купирования эпилептического статуса сводятся к следующему: возможно раннее начало лечения, комплексность терапевти ческих мер с воздействием на различные звенья патологического процесса, применение дозированного наркоза и мер дыхательной реанимации. В тя желых, трудно купируемых случаях применяют краниоцеребральную гипо термию. При купировании эпилептического статуса основной задачей явля ется борьба с судорожным синдромом. В.А.Карлов (1968) рекомендует дли тельный дозированный наркоз и введение противосудорожных средств в желудок через зонд;

при дыхательных расстройствах — введение миорелак сантов, интубацию трахеи и искусственную вентиляцию легких. Для устра нения гемоциркуляторных нарушений показаны кардиотонические и сосу дистые препараты.

Н.К.Боголепов и соавт. (1971) строят схему терапевтических мероприя тий в соответствии с биохимическими нарушениями. Наряду с этим они рекомендуют применять при эпилептическом статусе управляемую искусст венную вентиляцию легких, наркотические и дегидратационные препараты в сочетании с общепринятыми противосудорожными средствами.

Для купирования эпилептического статуса показано введение в клизме мл 6 % раствора хлоралгидрата и 20—30 мл 2 % раствора барбитал натрия. При их неэффективности рекомендуется ввести внутримышечно или очень медленно внутривенно гексенал (1 г) в виде свежеприготовлен ного 10 % раствора. После введения гексенала (или независимо от этого) следует ввести внутривенно раствор сульфата магния (5—10 мл 25 % рас твора на 40 % растворе глюкозы), который удлиняет и углубляет действие гексенала. Эффективность сульфата магния возрастает, если сочетать его с димедролом или пипольфеном и средствами. Как крайнюю меру применяют спинномозговую пункцию с выпусканием цереб роспинальной жидкости (до 20 мл).

Успешно применяется также другая методика [Болдырев 1971;

Авруцкий Г.Я., Недува предусматривающая внутривенное вве дение вслед за хлоралгидратом и барбитал-натрием (в клизме) в случае их неэффективности 2—3 мл 2,5 % раствора (50—75 мг) аминазина в 20 мл 40 % раствора глюкозы. Вводить внутривенно аминазин с глюкозой лучше в короткие межприступные промежутки, медленно. При необходимости такое введение можно повторить в меньшей дозе. В неосложненных случаях с помощью такой методики удается вывести больного из эпилептического статуса. Однако аминазин не всегда быстро купирует эпилептический статус [Узунов Г., Божинов Н., Георгиев И., 1958]. Введение аминазина целесо образно только на ранних этапах эпилептического статуса. На позднем этапе, когда развиваются расстройства сердечной деятельности и функций дыхания, введение аминазина может быть опасно для жизни больного.

Эффективным способом купирования эпилептического статуса являет ся внутривенное введение диазепама (седуксена) [Боголепов Н.К. и др., 1971]: мл 0,5 % раствора седуксена на 20 мл изотонического раствора хлорида натрия или 40 % раствора глюкозы. Препарат нужно вводить мед ленно, наиболее целесообразно капельное внутривенное введение 0,5 % раствора седуксена на изотоническом растворе хлорида натрия (из расчета 40—80 мг седуксена в сутки). По мнению R.Lempp (1974), внутривенное введение седуксена является наиболее действенным средством прерывания эпилептического статуса, дающим к тому же наименьшее количество по бочных эффектов. При лечении эпилептического статуса особое внимание следует уделять контролю за состоянием сердечно-сосудистой и дыхательной систем. При необходимости применяют сердечные средства: кофеин-бензо нат натрия, кордиамин (камфора противопоказана), адонизид или строфан тин;

стимуляторы дыхания (цититон, лобелии). Для устранения метаболи ческого ацидоза внутривенно капельно вводят 4 % раствор гидрокарбоната натрия (150—400 мл). Для борьбы с гипертермией применяют литические смеси (2,5 % раствор аминазина, 1 % раствор димедрола или 2,5 % раствор пипольфена, 50 % раствор анальгина, 2 % раствор промедола). Для борьбы с отеком мозга показаны внутримышечные инъекции фонурита, лазикса, сульфата магния.

В настоящее время при эпилептическом статусе у детей применяют следующие препараты: дифенил, гидантаин, барбитураты, хлоралгидрат и паральдегид, производные вальпроевой кислоты. По мнению G.Carlier, O.Guidi, J.M.Durbu (1989), внутривенное введение бензодиазепина быстро купирует судорожный синдром, однако при этом возможно подавление функции дыхания, в то время как дифенилгидантоин при высокой купи рующей эффективности не влияет на дыхательный центр. Во избежание нарушений сердечной деятельности скорость введения бензодиазепина не должна превышать 25—50 мг/мин;

как правило, доза из расчета 5—10 мг/кг массы тела является достаточной для купирования судорожного синдрома.

В случаях отсутствия эффекта при назначении бензодиазепинов рекоменду ются барбитураты. Хлоралгидрат и паральдегид назначают в комбинации с фенобарбиталом. Вальпроат натрия (как правило, в виде свечей) рекомен дуется использовать при затяжном эпилептическом статусе, резистентном к лечению другими препаратами.

Лечение сумеречного расстройства сознания, и эпилептических психозов. При сумеречном расстройстве сознания лечение зависит от того, как оно развилось — аутохтонно или после пароксизма. В последнем случае необходимо предпринимать одновременно меры, направленные на лечение припадков. Для лечения сумеречных состояний, не связанных с пароксиз мами, рекомендуется введение диазепама внутримышечно или внутривенно в нарастающих дозах в сочетании с этосуксимидом [Dreyer R., 1970]. Из нейролептических средств для купирования сумеречных состояний показа ны аминазин, тизерцин, галоперидол [Голодец 1967, 1970].

Дисфории, занимающие в клинической картине эпилепсии значительное место, подлежат специальному лечению. Наряду с изолированным приме нением таких препаратов, как фенобарбитал, рексамидин, карбамазепин [Лукомский 1972;

J., 1965;

M., 1971], рекомендуется сочетание последних, особенно карбамазепина с нейролептиками (в первую очередь с аминазином) [Невзорова 1968]. Многие исследователи отме чают особую эффективность неулептила, смягчающего не только дисфории, но и другие аффективные и психопатоподобные расстройства. Такие ней ролептики, как тизерцин [Голодец 1970], производные бутирофенона, флюфеназин [Темков И., Киров К., 1971] и антидепрессанты — мелипра мин, фторацизин [Беляев 1966], амитриптилин, кломипрамин (анаф ранил) эффективны при эпилептических нарушениях настроения. Нерезко выраженные дисфорические состояния с успехом устраняются транквили заторами — диазепамом и др. [Андреева Н.Н., 1969;

Tudor J., Stoica J., 1969].

Эффективны при дисфориях и производные вальпроевой кислоты — конву лекс, депанин и др.

Лечение эпилептических психозов определяется в первую очередь их психопатологической структурой. В зависимости от этого рекомендуются различные психотропные средства. Ряд исследователей [Landolt H., 1954, 1962, 1963;

Christian W., 1957;

Tellenbach H., 1965] подчеркивали, что лечение эпилептических психозов основано на выраженном антиконвульсивном дей ствии некоторых антидепрессивных (триптизол) и нейролептических (амина зин, галоперидол) средств, применение которых ведет к развитию ремиссий.

G.Kohler (1975) считал, что наилучшей для лечения депрессий является комбинация амитриптилина и небольших доз карбамазепина или кломипра мина (анафранила), а при галлюцинаторно-параноидных психозах наиболее эффективны галоперидол и аминазин. При хронических эпилептических психозах показано курсовое лечение упомянутыми нейролептиками. Боль шинство исследователей эпилепсии считают, что эффективность проводи мой терапии определяется динамикой ЭЭГ.

В комплексном лечении эпилепсии важное место занимает дегидрата ционная, рассасывающая и общеукрепляющая терапия. При наличии симп томов внутричерепной гипертензии применяются дегидратирующие средст ва — 25 % раствор сульфата магния внутримышечно, курсовой прием диа карба в течение 1 мес (с перерывом каждый 4-й день). Рассасывающая терапия (бийохинол, инъекции препаратов алоэ, стекловидного тела и др.) проводится при эпилепсии на фоне остаточных явлений мозговых инфекций и травм. Большое значение приобретают методы, направленные на повыше ние защитных свойств организма (витамины, апилак и др.). Важная роль в предотвращении рецидивов отводится оптимальному режиму, созданию бла гоприятной психологической обстановки, правильному рациону питания.

Специальные диеты для больных эпилепсией в настоящее время не приме няются, но остается актуальным соблюдение определенных диетических рекомендаций. Больным эпилепсией рекомендуется диета с ограничением жидкости, соли, с исключением алкоголя и острых блюд.

Чрезвычайно важно определение показаний к окончанию противоэпи лептической терапии. Препарат или комбинацию лекарственных средств, по мнению большинства исследователей, можно отменить тогда, когда пароксизмы отсутствуют в течение 5 лет и ЭЭГ в норме. Если больному проводят лечение пароксизмов различной структуры, то в последнюю очередь отменяют препараты, купирующие большие судорожные припадки.

При эпилептической болезни проводится первичная и вторичная про филактика. Меры первичной профилактики эпилепсии разработаны пока не достаточно. В связи с ролью генетических факторов в этиологии заболевания для его профилактики важно предотвратить брак двух лиц, страдающих эпи лепсией, а также тщательно наблюдать за здоровьем детей в семьях с на следственной отягощенностью. Такие дети имеют повышенный риск разви тия эпилепсии. Вероятность манифестации судорожных явлений в этих случаях особенно велика во время соматических заболеваний, интоксика ций, черепно-мозговых травм;

таким детям до 3 лет не рекомендуется делать профилактические прививки (исключая случаи особой эпидемиологической обстановки). К мерам первичной профилактики эпилепсии также относятся охрана здоровья беременной, охрана плода в пренатальном периоде, пред упреждение родовых травм и инфекций в пренатальном и постнатальном периодах.

Вторичная профилактика, т.е. предупреждение неблагоприятного тече ния и обострений заболевания, сводится в основном к стабилизации до стигнутой терапевтической ремиссии. При этом наряду с адекватным и систематическим лечением особое значение приобретают профилактика ин теркуррентных заболеваний, забота о режиме и питании больного.

Помощь больным эпилепсией сводится к наблюдению и лечению в диспансере или, если необходимо, в стационаре. Заметим, что большинство исследователей призывают очень осторожно решать вопрос о госпитализа ции этих больных. Частая госпитализация суживает круг интересов больно го, нарушает его связи с обществом, способствует развитию госпитализма и обострению негативных черт, особенно в недостаточно хорошо организо ванных стационарах.

Чрезвычайное внимание нужно уделять женщинам, страдающим эпилеп сией во время беременности и родов. В этот период дозы противоэпилепти ческих средств должны быть минимальными. Противопоказаний к гормональ ной терапии, нередко назначаемой акушерами, как правило, не бывает.

Бесспорными показаниями к прерыванию беременности, по мнению большинства исследователей, являются эпилептический статус и депрессии с суицидальными попытками.

Реабилитационные меры при эпилептической болезни разнообразны и направлены на восстановление социального и трудового статуса больного.

Правильный выбор профессии и рода занятий с учетом индивидуальных особенностей и интересов или учебного заведения при стремлении и возмож ности продолжать образование, создание благоприятного психологического кли мата в семье и коллективе, занятия доступными для больного видами спорта способствуют решению индивидуальных реабилитационных задач.

Лечение больных эпилепсией (реабилитационные и профилактические мероприятия) в нашей стране проводится как психиатрами, так и невроло гами. Но психотические состояния и нарушение поведения, естественно, подлежат психиатрическому лечению.

Большинство больных получают терапию амбулаторно, что позволяет обеспечивать стабильность их социального статуса. Лечение в стационаре обусловлено необходимостью купирования острых психических нарушений или эпилептического статуса, а также расстройств поведения. Длительное лечение в стационаре, как правило, необходимо при эпилептическом сла боумии, тяжелых личностных и поведенческих нарушениях.

Трудовая экспертиза. В настоящее время в отечественной и зарубежной психиатрии все чаще индивидуально решают вопрос трудоустройства боль ных эпилепсией. Вместе с тем существуют и некоторые общие установки, основанные на большом опыте психиатров, работающих в области трудовой экспертизы.

При частых пароксизмах, возникающих днем, и в первую очередь при больших судорожных припадках больные нуждаются в правильной профес сиональной ориентации или перемене профессии. Им запрещены работа около движущихся механизмов, на высоте, вождение транспорта. Если, несмотря на проводимую терапию, пароксизмы продолжаются, больные все же могут полноценно работать в широком диапазоне специальностей. Это конторские служащие, подсобные рабочие, сапожники, повара, автомехани ки, сельскохозяйственные рабочие и садовники, почтовые работники и т.д.

Рекомендуя ту или иную профессию, врач должен с большим вниманием относиться к позиции самого больного, его склонностям и интересам.

Значительно больший выбор специальностей можно предложить больным с ночными пароксизмами, миоклоническими приступами или кратковремен ными преходящими расстройствами сознания.

В нашей стране больные эпилепсией без выраженных и глубоких из менений личности имеют право поступать в высшие учебные заведения филологического, исторического, языкового, математического, биологичес кого, сельскохозяйственного, экономического, лесохозяйственного и других профилей. Инвалидность при нетрудоспособности или ограничении трудоспо собности устанавливают в соответствии с особенностями проявлений и течения эпилептической болезни. Степень инвалидности зависит как от глубины и выраженности изменений личности, частоты и характера пароксизмов, так и от профессии и степени офаничения трудоспособности больного.

Судебно-психиатрическая экспертиза. Диагноз эпилепсии сам по себе не предопределяет судебно-экспертной оценки. Один и тот же больной может быть вменяемым в межприступном периоде и невменяемым во время па роксизмального или психотического состояния. Большие судорожные па роксизмы не являются препятствием к отбыванию наказания в местах заключения, однако при большой частоте и тяжести припадков состояние обвиняемого или осужденного может быть приравнено к душевному забо леванию. Таких больных по решению суда направляют на лечение в психи атрическую больницу.

Судебные психиатры чаще наблюдают больных с сумеречными состо яниями сознания и эпилептическими психозами. Судебно-психиатрическая оценка сумеречных состояний, во время которых совершено правонаруше ние, связана с тщательным изучением психопатологической структуры этих состояний. Отрешенность больного от окружающей действительности, авто матизированный характер действий, стереотипность поведения, а также указания на аналогичные состояния в прошлом или появление этих состо яний во время стационарной экспертизы позволяют установить, совершено ли правонарушение в состоянии сумеречного помрачения сознания. В су меречном состоянии сознания больные невменяемы в отношении инкри минируемого им деяния.

Для распознавания дисфории важны объективные сведения анамнеза о подобных состояниях в прошлом, возникавших без видимых причин. Су дебно-психиатрическая оценка зависит от глубины дисфории: тяжесть этого состояния и несоответствие действий обычному поведению больного ис ключают вменяемость.

Во время психозов, сопровождающихся, как правило, массивными бре довыми и галлюцинаторными расстройствами, больные невменяемы. Обще ственно опасные действия возможны и во время малых припадков и других кратковременных эпилептических расстройств (явления амбулаторного ав томатизма и др.), хотя и встречаются относительно редко (транспортные происшествия, поджоги и т.д.). В этих случаях больные невменяемы.

При изменениях личности вменяемость определяется их характером и выраженностью. Учитывают сохранность интеллектуальных способностей и критики, способность к правильной оценке тяжести и последствий своего поступка, утрату профессиональной трудоспособности и навыков.

Прогноз эпилепсии в целом достаточно благоприятен, за исключением так называемых злокачественных вариантов эпилептической болезни с частыми припадками, эпилептическими состояниями и быстро нарастающим слабо умием. Своевременно начатое лечение, правильный выбор препаратов или их комбинации приводят, как правило, к урежению пароксизмов и стабилизации состояния больного в целом. Как уже говорилось, при адекватной и своевре менно начатой терапии изменения личности бывают минимальными или практически отсутствуют, а следовательно, у больных сохраняются работо способность, творческая инициатива, способность продолжать образование.

ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА ПРИ ПЕРВИЧНЫХ ДЕГЕНЕРАТИВНЫХ (АТРОФИЧЕСКИХ) ПРОЦЕССАХ Выделение психических расстройств при первичных дегенеративных (атро фических) процессах головного мозга в отдельную группу психических за болеваний позднего возраста, объединяющую различные нозологические формы, основано на общности некоторых свойственных этим заболеваниям клинических и биологических характеристик.

Основные характеристики:

принадлежность к общей группе первичных или идиопатических деге неративных заболеваний которые сопровождаются (или могут сопро вождаться) развитием слабоумия вследствие прогрессирующей дисфункции и дегенерации клеточных элементов головного мозга;

типичные закономерности развития заболевания с малозаметным постепенным началом и хроническим неуклонно прогредиентным тече нием;

необратимость болезненного процесса, обусловливающая неблагопри ятный прогноз;

постепенный характер развития слабоумия от начальных расстройств памяти и легких когнитивных и личностных нарушений до глубокого рас пада интеллекта и психической деятельности в целом;

дефицитарный характер болезненных расстройств как основное (обли гатное) проявление патологического процесса;

продуктивные психопа тологические расстройства выступают только в качестве факультатив ных;

постепенное присоединение на разных этапах заболевания различных неврологических симптомов (нарушения высших корковых функций, под корковые и пароксизмальные расстройства и т.п.);

преимущественно эндогенный характер болезненного процесса, при котором экзогенные факторы играют лишь второстепенную роль, т.е. про воцируют или утяжеляют его течение;

несомненный, хотя и неоднозначный вклад генетических факторов в их развитие.

КЛАССИФИКАЦИЯ ПЕРВИЧНЫХ ДЕГЕНЕРАТИВНЫХ ПРОЦЕССОВ В настоящее время нет единой классификации первичных дегенеративных процессов, характерных преимущественно для позднего возраста. В основу принятых в настоящее время классификаций положены два принципа — нозологический и топографический.

Нозологическая классификация предусматривает выделение следующих нозологических форм первичных дегенеративных процессов, приводящих слабоумию или снижению интеллекта: болезни Альцгеймера (деменция альцгеймеровского типа), болезней Пика, Паркинсона, (хорея Гентингтона) и других более редких форм1.

В соответствии с топографическим принципом классификации первичные дегенеративные ослабоумливающие процессы разделяются на 2 основные группы: 1) с более диффузным характером атрофического процесса — де менция альцгеймеровского типа и 2) так называемые системные атрофии (в эту группу входят также неврологические наследственно-дегенеративные заболевания, не сопровождающиеся слабоумием).

Существует систематика первичных дегенеративных деменций, осно ванная на преобладающей локализации патологического процесса [Wallin A., A., Gustafson L., 1994]. В соответствии с ней выделяются заболевания с преимущественно лобно-височной локализацией (болезнь Пика, лобно долевая деменция неальцгеймеровского типа, амиотрофический боковой склероз с деменцией, атипичная болезнь Альцгеймера), с преимущественно височно-теменной локализацией (болезнь Альцгеймера с ранним и поздним началом и синдром Дауна с деменцией альцгеймеровского типа), с преиму щественной подкорковой локализацией (хорея Гентингтона, прогрессирую щий супрануклеарный паралич, множественная системная атрофия с демен цией, болезни Паркинсона и и др.).

Создание последней классификации стало возможным лишь в послед ние годы благодаря развитию современных методов прижизненной оценки структур и функций головного мозга.

Материал данной главы представлен с учетом нозологического и топо графического принципов классификации с выделением альцгей меровского типа и системно-атрофических процессов.

ДЕМЕНЦИЯ АЛЬЦГЕЙМЕРОВСКОГО ТИПА Деменция альцгеймеровского — первичная дегенеративная деменция позд него возраста, которая характеризуется постепенным малозаметным началом в пресенильном или старческом возрасте, неуклонным прогрессированием рас стройств памяти и высших корковых функций вплоть до тотального распада интеллекта и психической деятельности в целом на отдаленных этапах болез ни. Это наиболее распространенная форма первичных дегенеративных де менций.

В основе диагностики альцгеймеровского типа лежат следую щие облигатные признаки:

1) наличие синдрома 2) развитие множественного когнитивного дефицита, который опреде ляется сочетанием расстройств памяти (ухудшение запоминания новой и/или воспроизведения ранее усвоенной информации) и при сутствием признаков по крайней мере одного из следующих когни Эти формы первичных дегенеративных деменций не рассматриваются в данном руководстве в связи с исключительной редкостью таких наблюдений в психиат рической практике. К ним, в частности, относятся прогрессирующий супранук леарный паралич, множественная системная атрофия с деменцией, амиотрофи ческий боковой склероз с деменцией, прогрессирующий подкорковый глиоз, кортико-базальная дегенерация и др.

Она именуется также болезнью Альцгеймера тивных нарушений — афазии (нарушение речевой функции), апрак сии (нарушение способности к выполнению двигательной активнос ти, несмотря на нормальные моторные функции), агнозии (невоз можность или идентифицировать объекты, несмотря на сохранное сенсорное восприятие), нарушения интеллектуальной деятельности (планирования, программирования, абстрагирования, установления причинно-следственных связей);

3) нарушения памяти и когнитивных функций вызывают снижение социальной или профессиональной адаптации больного по сравне нию с прежним уровнем;

4) течение характеризуется постепенным малозаметным началом и не уклонно прогрессирующим снижением когнитивных функций;

5) отсутствие данных клинического или специальных параклинических исследований, которые могли бы указать на то, что расстройства памяти и когнитивных функций обусловлены каким-либо другим заболеванием или повреждением ЦНС (например, церебрально-со судистым заболеванием, болезнью Паркинсона или Пика, хореей Гентингтона, субдуральной гематомой, гидроцефалией и др.) или системной болезнью, о которой известно, что она может вызывать синдром деменции (например, гипотиреоидизм, недостаточность ви тамина или фолиевой кислоты, гиперкальциемия, нейросифи лис, ВИЧ-инфекция и др.);

тяжелой органной недостаточнос тью, а также состоянием интоксикации, в том числе медикамен тозной;

6) признаки когнитивных нарушений выявляются вне состояний по мрачения сознания;

7) расстройства когнитивных функций не вызваны каким-либо другим психическим заболеванием (например, депрессией, шизофренией, умственной отсталостью и др.).

Применение перечисленных диагностических критериев, которые были разработаны рабочими группами американских и международных экспертов G. et 1984] и легли в основу соответствующих разделов современных систематик психических болезней (DSM-IV, позво лило повысить точность клинической диагностики деменции альцгеймеров ского типа (болезни Альцгеймера) до 90—95 % [Jellinger Bancher С, 1994]. Однако определенный диагноз деменции типа может быть поставлен только при подтверждении его данными аутопсийно го нейроморфологического исследования головного мозга.

Нейроморфологическая картина деменции альцгеймеровского типа ха рактеризуется типичными признаками, к числу которых относятся атрофия вещества головного мозга, утрата нейронов и синапсов, грануловакуолярная дегенерация, глиоз, сенильные (амилоидные) бляшки и нейрофибриллярные клубки в нейронах, а также амилоидная ангиопатия. Однако только два из них — сенильные бляшки и нейрофибриллярные клубки в нейронах рас сматриваются как ключевые нейроморфологические феномены заболевания и имеют диагностическое значение. В соответствии с диагностическими указаниями, разработанными международной группой экспертов [Khachatu rian Z.S., 1985;

Mirra S.S. et al., 1993] морфологический диагноз деменции альцгеймеровского типа основывается на количественной оценке сенильных бляшек и нейрофибриллярных клубков, минимальное число которых в не окортексе и/или гиппокампе, необходимое для подтверждения диагноза, варьирует в зависимости от возраста больного к моменту смерти. Например, численность сенильных бляшек (если одновременно присутствуют и нейро фибриллярные клубки) в любом из отделов неокортекса в возрасте до лет должна быть не менее в 50—65 лет >8/мм2, в 66—75 >10/мм и в возрасте старше 75 лет более Введение указанных количествен ных параметров для установления облигатных диагностических морфологи ческих признаков деменции альцгеймеровского типа обусловлено тем, что аналогичные нейроморфологические изменения могут обнаруживаться и у пожилых людей без признаков деменции, а также при некоторых других формах патологии головного мозга.

КРАТКИЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК Учение о сенильной деменции (которая в настоящее время по крайней мере частично, в группу альцгеймеровского типа) сложилось еще в конце прошлого и начале настоящего века в результате выделения ее из группы позднего возраста в связи с описанием в 1892 г. P.Blocq, Q.Marinesco ее патолого анатомического субстрата — сенильных бляшек. Болезнь Альцгеймера была впервые описана A.Alzheimer в 1907 г. как своеобразное заболевание коры головного мозга, начинающееся в пресенильном возрасте и сопровождающееся развитием тотальной деменции с выраженными нарушениями высших корковых функций (афато-апрак то-агностическая деменция). A.Alzheimer выделил свойственные этому заболеванию нейроморфологические признаки: сочетание сенильных бляшек и характерных измене ний нейрофибрилл, позднее получивших название Автор в то время считал, что речь идет о новом заболевании, отличном от сенильной деменции. Эту точку зрения поддержал который в 8-м издании своего "Руководства по психи атрии" (1910) предложил название "болезнь Альцгеймера", выделив ее в самостоятель ную нозологическую единицу. Сам A.Alzheimer, однако, позднее выступил с опровержением не только своей прежней точки зрения, но и взглядов E.Kraepelin, а также тех авторов, которые трактовали эти случаи как самостоятельное заболева ние. Он высказал суждение о том, что речь идет об атипичной форме сенильной деменции. С тех пор взгляды как отечественных, так и зарубежных исследователей на взаимоотношения между этими двумя формами неоднократно менялись.

Начиная с работ и Т.И.Геймановича (1912, 1915), многие оте чественные психиатры в той или иной форме поддерживали унитарную концепцию, т.е. концепцию о нозологическом единстве сенильной деменции и болезни Альцгей мера, рассматривая последнюю как атипичную форму сенильной деменции [Гиля ровский В.А., как определенную стадию ее развития [Снежневский 1949] или как сенильную деменцию, развивающуюся на "иновозрастной почве" [Жислин 1960]. Большинство немецких психиатров первой половины нашего века при знавали эти заболевания в нозологическом плане различными. Такая же точка зрения преобладала в то время в англо-американской, французской и итальянской психиатрии. В отечественной геронтопсихиатрии годов последовательно высказывалось мнение об относительной клинической самостоятельности этих форм деменции позднего возраста, которое обосновывалось своеобразием как их клини проявлений, так и особенностей течения. Вопрос об их нозологической общности оставался, однако, открытым ввиду отсутствия убедитель ных данных, подтверждающих сходство или различие этиопатогенетических меха низмов [Штернберг Э.Я., 1967, 1977, 1983]. В разработанных в то время классифи кационных схемах, в том числе и в МКБ-9, указанные формы деменции диагности ровались под различными названиями.

Начиная с конца 60-х — начала 70-х годов в зарубежной, в особенности американской психиатрии, стала преобладать тенденция к изменению содержания понятия "болезнь Альцгеймера" и расширению ее диагностических границ за счет включения в эту нозологическую категорию значительной части случаев сенильной деменции, основанием для чего послужило накопление нейроморфологических дан ных об общности гистопатологических признаков, выявляемых при аутопсийном исследовании мозга умерших.

Это привело к тому, что за последние два десятилетия традиционные представ ления о диагностических критериях болезни Альцгеймера подверглись существенной трансформации. В соответствии с разработанными различными экспертными груп пами, в том числе [McKhann G.D. et 1984], CERAD2 [Mirra S.S. et al., 1994], диагностическими рекомендациями, отраженными в (1987), и утвержденной ВОЗ МКБ-10 (1992) диагностическая рубрика "Болезнь Альцгеймера" охватывает не только относительно редкую форму пресенильной де менции, в целом соответствующую классическому описанию A.Alzheimer, но и широко распространенную среди населения старших возрастов сенильную деменцию альцгеймеровского типа.

В течение последнего десятилетия и эта концепция подвергается критическому реанализу. К настоящему времени получены убедительные доказательства (на кли ническом, нейропсихологическом, нейрофизиологическом, нейроинтраскопичес ком, нейрохимическом и генетическом уровнях) о гетерогенности болезни Альцгей мера в ее современном понимании [Гаврилова СИ., 1987;

Гаврилова СИ. и др., 1990, 1992;

Корсакова Н.К. и др., 1991;

Изнак А.Ф. и др., 1992;

Рогаев Е.И., 1996;

Gottfries С, 1988, 1993;

Blennow К., 1990;

Wallin A., Blennow К., 1996]. Эти новые данные подтверждают принятую в отечественной геронтопсихиатрии дифференциацию по крайней мере двух основных, относительно самостоятельных клинических форм — пресенильного типа, соответствующего классической болезни Альцгеймера, и сениль ного типа (или сенильной деменции альцгеймеровского типа). На этом основании стали правомерными предложения о новом усовершенствовании терминологической руб рификации болезни Альцгеймера. Шведские исследователи [Wallin A., Blennow К., 1996] считают более адекватным термин синдром". Отечествен ные исследователи [Гаврилова СИ. и др., 1990] последовательно придерживаются терминологии "деменция альцгеймеровского типа". Аналогичная последнему обо значению терминологическая рубрификация введена и в (1994).

Однако несмотря на то, что концептуальное содержание понятия "деменция альцгеймеровского типа", или болезнь Альцгеймера (по терминологии МКБ-10), остается проблематичным, разработанные в последние годы операциональные диа гностические критерии позволяют, даже в отсутствие надежных биологических мар керов, с большой достоверностью идентифицировать эту форму первичной дегене ративной деменции.

РАСПРОСТРАНЕННОСТЬ Данные о распространенности в том числе альцгейме ровского типа, опубликованные до 1985 г., отличались большими расхож дениями [Henderson A.S., Kay D.W.K., 1984]. Указанные различия были связаны в первую очередь с неоднородностью диагностических стандартов и методологическими несоответствиями.

Благодаря применению единых диагностических стандартов диагности ки альцгеймеровского типа, как правило, критериев NINCDS/ ADRDA, в последнее десятилетие в разных странах мира были получены NINCDS/ADRDA — Национальный институт неврологических неинфекционных расстройств и инсульта/Ассоциация болезни Альцгеймера и относящихся к ней расстройств.

CERAD — консорциум по разработке диагностических критериев болезни Альц геймера.

более надежные эпидемиологические данные не только о распространен ности, но и о возможных факторах риска этого заболевания.

Наиболее достоверными представляются данные мультицентрового ис следования, выполненного в странах Европейского экономического сооб щества (ЕЭС) в рамках единой эпидемиологической программы [Rocca W.A. et 1991]. Результаты, полученные в разных странах ЕЭС, оказались весьма сходными. Анализ обобщенных данных EURODEM-ис следования позволил установить повозрастные показатели распространен ности, в том числе отдельно для мужского и женского населения. Показа тели (prevalence) для следующих возрастных групп: 60—69, 70—79 и 80— лет женского населения составили соответственно 0,4, 3,6 и 11,2 %, а для мужского — 0,3, 2,5 и 10 %. Они оказались существенно ниже тех, кото рые были определены в некоторых американских исследованиях [Evans D.A.

et 1989], и ниже данных японских авторов [Karasava A. et al., 1982].

Популяционное эпидемиологическое исследование [Гаврилова СИ. и др., 1995] частоты деменций (в том числе альцгеймеровского типа) среди населения старших возрастов (60 лет и более) одного из районов Москвы позволило установить распространенность альцгеймеровского типа различной тяжести: для умеренных и тяжелых случаев %, для начальной (мягкой) — 2,3 %. Таким образом, общая частота де менций альцгеймеровского типа для московской популяции составила 4,4 %.

Соответствующий показатель для церебрально-сосудистой был равен 5,4 %, а общий показатель распространенности — 10,7 %, в том числе: 3,1 % умеренной и тяжелой и 7,6 % для мяг кой Установлено, что показатели альцгеймеровского типа увеличиваются с возрастом: от 0,6 % в возрастной группе 60—69 лет до 3,6 % в возрасте 70—79 лет и до 15 % в возрасте 80 лет и старше. Эти показатели очень близки к вышеприведенным данным программы EURODEM и к результатам одного из последних американских исследова ний [Bachman D.L. et al., 1992]. Частота деменций альцгеймеровского типа среди женского населения Москвы оказалась вдвое выше, чем среди мужчин того же возраста, — соответственно 4,7 и 2,1 % (соотношение 2,2). Близкое к этому соотношение (2,8) установлено в работе и соавт., а также приведено в аналитическом обзоре A.F.Jorm и соавт. (1987).

В последние годы на основе анализа многочисленных эпидемиологи ческих данных и специальных сравнительных контролируемых исследова ний когорт больных и здоровых людей того же возраста удалось определить факторы риска по развитию деменций альцгеймеровского типа [Брацун 1998;

van Duijn et al., 1994;

Fratiglioni L., 1995]. К определенным, т.е.

воспроизводимым во всех исследованиях, факторам риска относятся сле дующие: возраст, наличие секундарных случаев болезни в семьях, наличие АроЕ4 аллеля в гене хромосомы 19. Как вероятные факторы риска рассматри ваются черепно-мозговая травма и заболевания щитовидной железы в анам незе, поздний возраст матери при рождении, предшествующие депрессивные эпизоды и низкий уровень образования. Такие факторы риска, как стрессо генные жизненные события и повышение концентрации алюминия в питьевой воде, относятся к предположительным. Показано, что курение, длительное применение противовоспалительных нестероидных препаратов и эстрогенов, а также регулярное применение алкоголя в небольших дозах могут выступать качестве негативных факторов риска, т.е. способных снижать вероятность заболевания. Однако данные о предполагаемых факторах риска и факторах протекторах нуждаются в дополнительном изучении.

КЛАССИФИКАЦИЯ Современная международная классификация деменции альцгеймеровского типа предельно проста и основана на возрастном принципе.

В соответствии с (1994) выделяются две формы: 1) болезнь Альцгеймера с ранним началом, т.е. до 65 лет (син.: тип 2 болезни Альц геймера, пресенильная деменция альцгеймеровского типа). Эта форма со ответствует классической болезни Альцгеймера и в литературе иногда обо значается как "чистая" (pure) болезнь Альцгеймера;

2) болезнь Альцгеймера с поздним, т.е. после 65 лет началом (син.: тип 1 болезни Альцгеймера, сенильная деменция альцгеймеровского типа). Предусмотрено также выде ление атипичной болезни Альцгеймера или деменции смешанного типа, т.е.

сочетания проявлений, характерных для болезни Альцгеймера и сосудистой деменции.

По существу тот же хронологический принцип заложен и в (1994), где в рамках каждой из двух основных форм альцгейме ровского типа — с ранним (до 65 лет) и поздним (после 65 лет) началом предусмотрено выделение вариантов, характеризующихся наличием в кли нической картине (помимо синдрома деменции) различных продуктивных психопатологических расстройств. В соответствии с этим выделены вариан ты ранней и поздней деменции альцгеймеровского типа с делирием, с бредом, с депрессивными расстройствами и без таковых — неосложненные.

Приведенные классификационные схемы, основанные на формально возрастном и отчасти феноменологических критериях, несомненно, отлича ются простотой и удобством использования в практической медицине. Од нако они вряд ли могут считаться удовлетворительными с точки зрения этиологически или патогенетически ориентированного подхода. В этом от ношении более адекватной представляется классификация шведских иссле дователей fWallin A. et 1994], предусматривающая выделение семейных (наследственно обусловленных) форм пресенильной болезни Альцгеймера, сенильной деменции альцгеймеровского типа, атипичной болезни Альцгей мера с преобладанием лобно-долевой дегенерации альцгеймеровского типа и синдрома Дауна с деменцией альцгеймеровского типа. Выделение в этой классификации двух наиболее распространенных типов — пресенильной бо лезни Альцгеймера и сенильной деменции альцгеймеровского типа основано не только и не столько на различиях в возрасте начала болезни, но и на характерных для каждой из указанных форм особенностях клинической картины и течения, а также неоднородности психопатологической структу ры синдрома деменции.

Описание указанными авторами клинических различий болезни Альц геймера и сенильной деменции альцгеймеровского типа совпадает с основ ными дифференцирующими признаками для разграничения этих форм де менции, разработанными в отечественной [Гаврилова СИ.

и др., 1992]. Они приводятся в табл. 1.

Классификация, основанная на своеобразии клинических проявлений и течения, характерных для различных форм альцгеймеровского типа, а не только на различиях в возрасте начала болезни, представляется более адекватной еще и потому, что из-за медленного малозаметного про грессирования заболевания на начальном этапе его развития истинный возраст больного к его началу бывает определить трудно, а порой даже невозможно. Кроме того, небольшая часть случаев "классической" болезни Альцгеймера может начинаться в возрасте, превышающем 65 лет, а иници Параметры, применяемые в дифференциации основных клинических форм альцгеймеровского типа Болезнь демен- Сенильная деменция альцгеймеровского типа ция типа) Начало преимущественно в пресенильном Начало преимущественно в старческом возрасте возрасте Медленное развитие болезни на инициаль- Менее прогредиентное развитие болезни ных этапах и бурное прогрессирование на на всех этапах (за исключением конечного) этапе клинически выраженной деменции Появление корковых очаговых расстройств Нарушение высших корковых функций на уже на ранних этапах болезни фоне далеко зашедшей деменции Множественное тяжелое поражение выс- Общее ухудшение высших корковых функ ших корковых функций на этапе продвину- ций, которое редко достигает степени яв той деменции ных очаговых расстройств Длительная сохранность реакции пациента Выраженные изменения личности и утрата на болезнь и основных его личностных критики к болезни уже на ранних ее этапах особенностей Относительно гомогенная клиническая кар Гетерогенная клиническая картина (раз тина на развернутом этапе деменции личные клинические формы) деменции (афато-апракто-агностическая деменция) альные симптомы сенильной деменции, напротив, в отдельных случаях становятся очевидными до 65 лет.

Чрезвычайно важно как в клинической практике, так и для исследова тельских целей адекватно и единообразно оценивать заболевание в зависи мости от стадии его развития, что в случае деменции альцгеймеровского типа равноценно по существу тяжести деменции. Наиболее адекватной в этом отношении нам представляется шкала, разработанная американскими исследователями [Hughes СР. et 1982] — Clinical Dementia Rating (CDR), позднее усовершенствованная L.Berg (1984, 1988). В этой шкале предусмат ривается выделение четырех последовательных стадий развития болезни Альцгеймера — от стадии сомнительной деменции (CDR-0,5) через стадию мягкой (CDR-1) и умеренной (CDR-2) до тяжелой (CDR-3) деменции, при этом нулевая оценка соответствует отсутствию когнитивных нарушений и изменений в уровне социальной и профессиональной деятельности. Опи сываемая шкала основана на оценке функциональных возможностей паци ентов на каждом из последовательных этапов деменции и в целом соответ ствует принятому в отечественной геронтопсихиатрии выделению этапов развития альцгеймеровского типа [Калын 1990;

Селезне ва Н.Д., 1990].

КЛИНИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ И ТЕЧЕНИЕ АЛЬЦГЕЙМЕРОВСКОГО ТИПА Общность нейроморфологических признаков и сходство основного стерео типа развития болезни с постепенным прогрессированием слабоумия — от малозаметных симптомов начального когнитивного снижения до полного распада интеллекта и психической деятельности в целом — послужили пред посылками для объединения собственно болезни Альцгеймера, т.е. пресе деменции и сенильной деменции типа в рамках единого нозологического процесса под общим названием "болезнь Альцгей мера" или типа", что и нашло отражение в ряде современных классификаций. Вместе с тем хорошо известно своеоб разие клинических проявлений и течения заболевания в случаях пресениль ной (классической) болезни Альцгеймера и сенильной деменции [Штерн берг Э.Я., 1967, 1977;

Kraepelin E., 1910;

Schneider C.S., 1927, 1929, и др.].

Полученные в последние годы дополнительные доказательства (нейропси хологические, нейрофизиологические, нейрохимические, нейроинтраскопи ческие, генетические) неоднородности типа [Гаврилова СИ. и др., 1989, 1992;

Рогаев Е.И., 1999;

Gottfries C.G., 1993;

Wallin A. et 1994, и др.] дают все больше оснований для пересмотра так называемой "унитарной" концепции болезни Альцгеймера. Указанное дела ет правомерным рассмотрение пресенильной болезни Альцгеймера и се нильной деменции типа в качестве самостоятельных клинических форм, не вдаваясь в дискуссию об их нозологическом единстве или самостоятельности.

БОЛЕЗНЬ АЛЬЦГЕЙМЕРА Болезнь Альцгеймера (пресенильная деменция типа) — первичная дегенеративная деменция, развивающаяся преимущественно в пресе нильном возрасте, сопровождающаяся неуклонным прогрессированием наруше ний памяти, интеллектуальной деятельности и высших корковых функций и приводящая к развитию тотального слабоумия с выраженными расстройства ми высших корковых функций (речи, праксиса и оптико-пространственной деятельности) — афато-апракто-агностической деменции.

В соответствии с нейроморфологическими данными проспективного изучения контингента больных, прослеженных от стадии доклинических инициальных проявлений до стадии тяжелой деменции или конечного со стояния, на раннем этапе болезни характерные для болезни Альцгеймера нейрогистологические изменения обнаруживаются только в гиппокампе, миндалевидном ядре и примыкающих к ним базальных отделах коры ви сочных долей. Стадия клинически выраженных проявлений болезни (уме ренная деменция) характеризуется тяжелым поражением задневисочных и теменных отделов коры, а также задней части угловой извилины. На более позднем этапе (тяжелая деменция) в болезненный процесс вовлекаются и лобные отделы мозга [Brun A., Gustafson 1976, 1993].

Клинические проявления. В преобладающем большинстве случаев (от до 85 %) болезнь Альцгеймера начинается в возрасте 45—65 лет, однако возможно более раннее (около 40 лет) и более позднее (старше 65 лет) начало заболевания % случаев). Средний возраст больных к началу заболевания варьирует по разным оценкам от 54 до 56 лет. Средняя про должительность болезни составляет 8—10 лет, но возможно как затяжное (более 20 лет), так и катастрофическое течение болезни — от 2 до 4 лет [Штернберг Э.Я., 1967;

Селезнева Н.Д., 1990;

Wallin A. et al., 1994].

В течении заболевания традиционно выделяют 3 основные стадии:

инициальную, стадии умеренной и тяжелой деменции [Штернберг Э.Я., 1967;

Sjogren Т. et 1952;

Gustafson L., 1990]. В некоторых работах ини циальная стадия подразделяется на этап доклинических проявлений, или сомнительной деменции, и этап мягкой деменции, а стадия тяжелой демен ции — на этап собственно тяжелого и очень тяжелого (конечный этап) слабоумия [Селезнева Н.Д., 1990;

Berg L., 1988].

Инициальная стадия характеризуется начальными признаками мнестико-интеллектуального снижения. На этом этапе обнаруживаются только часто повторяющаяся забывчивость, неполное воспроизведение со бытий, легкие затруднения в определении временных взаимоотношений и в мыслительных операциях (например, в определении незначительное ухудшение социальной деятельности, в том числе профес сиональной, при полной сохранности повседневного функционирования (возможно только некоторое снижение интеллектуальных интересов). Уже на этом этапе появляются легкие дисфазические нарушения либо элемен ты нарушений праксиса, легкие личностные изменения (по типу акцен туации или нивелировки личностных особенностей) и снижение психи ческой активности. На этом этапе развития заболевания больным, как правило, удается скрывать или компенсировать имеющиеся у них расстрой ства.

На этапе мягкой деменции нарушения памяти становятся более отчет ливыми (особенно на текущие события), появляются трудности в хроноло гической, а также в географической ориентировке. Возникают затруднения в мыслительных операциях, особенно в абстрактном мышлении, возмож ностях обобщения, суждения, сравнения. Нарушения мыслительной дея тельности, как и выраженность мнестических расстройств, зависят от воз раста больных к началу заболевания: при развитии заболевания около лет и позднее имеется тенденция к более раннему их возникновению, а при более раннем начале заболевания расстройства памяти могут обнаруживать ся вслед за другими симптомами, например после характерологических изменений или после появления начальных корковых дисфункций.

Нарушения высших корковых функций (речи, праксиса, оптико-про странственной деятельности) достигают на этом этапе различной степени выраженности — от "прообразов" будущих корковых очаговых расстройств до более отчетливых нарушений корковых функций. По данным Н.Д.Селез невой (1990), начальные нарушения корковых функций на этапе мягкой деменции наблюдались у 93 % больных, причем примерно у 25 % из них выявлялись изолированные расстройства какой-либо корковой функции, чаще всего речи, а у остальных — признаки сочетанных корковых дисфунк ций (например, речи и деятельности или пракси са). У многих больных (75 %) на этом этапе обнаруживаются отчетливые изменения личности: чаще психопатоподобного типа в виде повышенной возбудимости, конфликтности, обидчивости, эгоцентризма, реже в форме нивелировки личностных особенностей, часто в сочетании с выраженным снижением активности и потребности в деятельности. Указанные симптомы на этапе мягкой деменции достигают такой степени выраженности, что это сказывается на способности больных справляться с профессиональными обязанностями или привычными видами социальной активности (хотя с посторонней помощью им это еще удается). Легкие или более отчетливые нарушения обычно наблюдаются в наиболее сложных видах повседневной деятельности (покупки, оплата счетов, подготовка к приему гостей и т.п.), а также в реализации более сложных видов хобби и интеллектуальных интересов. Больные на этом этапе справляются с самообслуживанием, но нуждаются в некотором побуждении и контроле.

На инициальной стадии болезни Альцгеймера наряду с дефицитарной симптоматикой нередко наблюдаются продуктивные, главным образом аф фективные или бредовые расстройства. Они выявляются примерно у 50 % больных [Штернберг Э.Я., 1967;

Селезнева Н.Д., 1990]. Аффективные нару шения, чаще в виде хронического гипотимического аффекта, субдепрессив ных реакций на собственную несостоятельность или психотравмирующую ситуацию в связи с болезнью наблюдаются на этой стадии более чем у 30 % больных. Нередко субдепрессивные симптомы сочетаются с тревогой, исте роформными или ипохондрическими симптомами. Бредовые расстройства в виде эпизодических или протрагированных бредовых идей ущерба, воров ства, реже — идей отношения, преследования или ревности выявляются на ранних этапах болезни примерно у 25 % больных. Примерно у такой же части больных, обычно при более раннем начале болезни, обнаруживаются церебрастенические симптомы в виде повышенной утомляемости и жалоб на головную боль.

Продолжительность инициальной стадии может варьировать от 15 до 20 лет. При этом существует обратная зависимость между длительностью этого начального периода болезни и возрастом больного к ее началу. Рас хождение в средней продолжительности инициальной стадии при начале заболевания до 50 и после 60 лет составляет 7 лет.

Распознавание болезни на ее начальной стадии представляет значитель ные трудности, что объясняется нерезкой выраженностью когнитивных на рушений, в том числе корковых очаговых расстройств. Характерный син дром афато-апракто-агностической деменции еще не сформирован. У боль ных отмечается определенная степень сохранности социальной адаптации, а начальные проявления заболевания отличаются вариабельностью как по выраженности тех или иных когнитивных расстройств, так и по разнообра зию их сочетаний. Вносят свой вклад в дифференциально-диагностические трудности и нередко присутствующие на этом этапе болезни продуктивные психопатологические расстройства.

Вариабельность инициальных проявлений болезни послужила основа нием для выделения различных ее вариантов. B.Favre (1941) выделял "псев дососудистый" вариант, (1960, 1965) называемый прес биофренный вариант с длительным (многолетним) преобладанием амнести ческого синдрома.

Анализ особенностей инициальных проявлений и их корреляций с возрастом начала и темпом дальнейшего развития забо левания позволил вьщелить два основных типа инициального этапа болезни:

так называемый очаговый и амнестический [Селезнева 1990]. Выде ление этих вариантов основано на преобладании среди инициальных рас стройств амнестических нарушений или корковых дисфункций. При очаго вом типе начала болезни Альцгеймера, который встречается у большинства больных (64 %), возможно изолированное преобладание какой-либо одной корковой дисфункции ("моноочаговый" вариант) или множественное пора жение высших корковых функций ("полиочаговый" вариант). Оба варианта очагового типа начала болезни встречаются приблизительно с равной час тотой. При амнестическом типе начала заболевания, который встречается приблизительно у больных, прогрессирование нарушений памяти значи тельно опережает развитие корковых очаговых расстройств. В зависимости от характера личностных изменений, обычно сопровождающих прогресси рование мнестических нарушений, выделены два варианта типа: с преобладанием психопатоподобных расстройств;

с преобладанием нивелировки личностных особенностей и Начало заболева ния по амнестическому и моноочаговому типу характерно для более раннего (до 60 лет) дебюта болезни, а полиочаговый вариант чаще встречается при более позднем возрасте начала болезни.

На стадии клинически проявлений болез ни (стадия умеренной деменции) преобладают признаки синдро ма нарушений высших корковых функций, вызываемого поражением ви сочно-теменных отделов головного мозга, т.е. симптомы дисмнезии, дисфа зии, диспраксии и дисгнозии. Наряду с выраженными расстройствами памя ти, касающимися как возможности приобретения новых знаний и запоми нания текущих событий, так и воспроизведения прошлых знаний и опыта, у больных отмечаются нарушения ориентировки во времени, а часто и в окружающей обстановке, тяжелые нарушения собственно интеллекта (вы раженное снижение уровня суждений, серьезные трудности в аналитико синтетической деятельности), а также инструментальных его функций — речи, праксиса, гнозиса, оптико-пространственной деятельности. Перечис ленные нарушения на этапе умеренной деменции достигают такой степени, что это не позволяет больным самостоятельно справляться с какими-либо профессиональными или общественными обязанностями. Они могут выпол нять только простую рутинную работу по дому, их интересы крайне огра ничены, им необходимы постоянная поддержка и помощь даже в таких видах самообслуживания, как одевание, личная гигиена и т.п.

На этом этапе появляются различные неврологические симптомы: по вышение мышечного тонуса, единичные эпилептические припадки (абор тивные и генерализованные), паркинсоноподобные расстройства (акинети амиостатические) или диссоциированные невроло гические синдромы (скованность без ригидности, амимия без общего аки неза, изолированные расстройства походки), а также различные, чаще всего хореоподобные и миоклонические, гиперкинезы.

Тем не менее больные, как правило, длительно сохраняют основные личностные особенности, чувство измененности или собственной неполно ценности и адекватное эмоциональное реагирование на болезнь. Даже при выраженном слабоумии и тяжелых корковых очаговых расстройствах, когда больные уже неспособны к какой-либо развернутой критической оценке своего состояния, они нередко со слезами на глазах жалуются, что "голова не работает", "памяти нет", проявляют своеобразную растерянность и дают аффективную реакцию на свою несостоятельность. На этапе умеренной деменции, помимо встречающихся на более ранних стадиях болезни про дуктивных расстройств (которые становятся все более фрагментарными), наблюдаются кратковременные психотические эпизоды экзогенного типа:

состояния галлюцинаторной спутанности, делириозные эпизоды, а также состояния психомоторного возбуждения. Важно отметить, что такие психо тические эпизоды обычно не сопровождают ухудшение соматического со стояния (как это бывает при сенильной деменции). Они свидетельствуют об усилении прогредиентности заболевания.

Как показали длительные наблюдения, при болезни Альцгеймера фор мирование характерного для этой стадии заболевания синдрома афато-ап ракто-агностической деменции происходит по определенным закономернос тям [Штернберг Э.Я., 1967]. Постепенный распад высших корковых функ ций (речи, праксиса, гнозиса, счета и др.), неразрывно связанный с разви тием слабоумия, представляет собой наиболее характерную клиническую особенность болезни Альцгеймера.

Центральное место в клинической картине прогрессирующего слабо умия занимает распад памяти, который следует закономерностям прогрес сирующей амнезии, т.е. распространяется от более сложных, позднее при обретенных и менее прочно закрепленных знаний и навыков к рано при обретенным, более организованным и автоматизированным. Как правило, амнестический синдром при болезни Альцгеймера относительно редко (и только в рудиментарной форме) сопровождается патологическим оживле нием прошлого и характерным для сенильной деменции "сдвигом ситуа ции в прошлое", а конфабуляторная продукция бывает скудной или отсут ствует.

Нарушение запоминания и возможности усвоения новых знаний и опыта в сочетании с прогрессирующим распадом прошлых запасов памяти являются тем фоном, на котором развиваются расстройства внимания, ос мысливания и восприятия окружающего и начальные симптомы будущих корковых очаговых нарушений. Например, оптико-пространственные рас стройства постепенно как бы "вырастают" из нарушений оптического вни мания, неустойчивости зрительных установок и своеобразной рассеянности.

Первоначально они проявляются нарушениями пространственной ориен тировки в малознакомой местности, позднее в привычной местности и хорошо знакомой обстановке. На этапе умеренной деменции выражены расстройства зрительной ориентировки в окружающем пространстве и нару шения узнавания оптико-пространственных соотношений. В дальнейшем ок ружающее пространство как бы утрачивает для больных всякую структуру:

они перестают узнавать расстояния, расположение предметов, направление и перспективу.

Аналогичным образом симптомы апраксии постепенно "вырастают" из относительно рано появляющихся нарушений привычных навыков — у ок ружающих возникает впечатление, что больные разучились выполнять при вычную работу (например, шить, готовить и т.д.). Вначале эти нарушения непостоянны и касаются наиболее сложных действий, тогда как элементар ные действия и автоматизированные формы деятельности остаются сохран ными. На этапе умеренной деменции эти симптомы обычно перерастают в стойкую апраксию, особенно в случаях с ранним появлением симптомов диспраксии. У таких больных наступает более выраженный распад деятель ности, причем страдают не только план и последовательность действий, но и моторный компонент праксиса: больные выглядят не только бестолковы ми и беспомощными, но и моторно неловкими. В отдельных случаях (чаще при "моноочаговом" варианте инициальных расстройств) нарушения мотор ных компонентов праксиса (в виде моторной неловкости) появляются рань ше — уже на инициальном этапе болезни.

Речевые расстройства также в большинстве случаев развиваются в оп ределенной последовательности — амнестически-афатические симптомы как бы "вырастают" из отчетливо выраженного амнестического синдрома.

Это касается не только амнестической афазии (называния тех или иных предметов), но и начальных сенсорно-афатических симптомов и даже на рушений экспрессивной речи. Развитие нарушений импрессивной речи про ходит ряд стадий ограниченного понимания: вначале нарушается понимание логико-грамматических конструкций при сохранности фонематического слуха и понимания отдельных слов. В дальнейшем развивается тотальная афазия, отличающаяся относительной редкостью и логореи, ха рактерной для сенсорной афазии иного происхождения. Распад экспрессив ной речи проходит ряд этапов нарастающего оскудения речи — от обеднения словарного запаса, упрощения семантического и грамматического постро ения речи и затруднений в произнесении отдельных слов и слогов ("споты кания", "заминки") до типичных нарушений словообразования (дизартрии), речевых автоматизмов (логоклонии, палилалии) и эхолалических форм речи.

Нарушения речевой функции часто сопровождаются повышением речевой активности вплоть до речевого возбуждения, реже — речевой аспонтаннос тью. Однако описанная последовательность распада речи не является един ственно возможной. В некоторых случаях (обычно при "моноочаговом" типе инициальных расстройств) нарушения экспрессивной речи могут опережать нарушения импрессивной речи.

Расстройства чтения, письма и счета, наблюдающиеся при болезни Альцгеймера как проявления корковых очаговых расстройств, так же отли чаются своеобразием клинических проявлений и характерными закономер ностями своего развития. В частности, установлено раннее развитие рас стройств письменной речи, сочетающееся с акалькулией, алексией, апрак сией и разными формами нарушений оптико-пространственной деятель ности. Примерно у 25 % больных нарушения письма опережают расстрой ства устной речи. В структуре аграфии большое место занимают нарушения оптико-пространственной деятельности: больной сначала перестает писать параллельно расположенными строками, располагает их косо или беспоря дочно. Позднее искажается написание слов: слова пишутся неслитно, раз рываются на слоги или отдельные буквы, они располагаются далеко друг от друга, на разной высоте, несколько букв пишется на одном и том же месте;

при попытке копировать больные только обводят рисунок. Позднее воз можность письма утрачивается полностью. В других случаях при тенден ции к двигательным стереотипиям наблюдаются "стереотипии письма" (повторение одного и того же слова или буквы, размашистые круговые движения вместо письма) или стереотипные каракули с тенденцией к мик рографии.

Для алексии, развивающейся при болезни Альцгеймера, характерны те же клинические особенности, что и для нарушений письменной речи. На рушения чтения также нередко опережают афатические расстройства, отли чаясь от них более быстрым темпом развития. Не всегда имеется и парал лелизм с развитием аграфии. Иногда больные с тотальной афазией могут читать вслух, но чтение про себя, т.е. понимание прочитанного, уже невоз можно. Некоторые больные читают вслух бегло и без ошибок (паралексий), хотя смысловое понимание чужой речи утрачено уже полностью. Иногда больные скорее угадывают текст, нежели его читают или читают по буквам, по слогам, не соединяя их в слова. Недостаток понимания при чтении вслух находит свое выражение в отсутствии смысловых ударений и пауз, а также адекватной речевой мелодии.

Нарушение счета (акалькулия) в некоторых случаях может быть веду щим расстройством в структуре корковых нарушений на начальных этапах развития болезни. В этих случаях, свидетельствующих о вовлечении в бо лезненный процесс теменно-затылочных отделов мозга, акалькулия сочета ется с выраженной аграфией и так называемой агнозией пальцев рук [Снеж 1949], т.е. утратой возможности правильно называть пальцы рук при сохранной способности показывать их по инструкции. Обычно расстройства счета развиваются в такой последовательности: раньше нару шаются операции деления и умножения, позднее вычитания и в последнюю очередь сложения. При письменном счете рано утрачивается понимание условных арифметических знаков (раньше всего деления и умножения).

В дальнейшем утрачивается понимание и абсолютной величины чисел и их количественных соотношений Как показали результаты проспективного наблюдения больных, тип инициальных расстройств определяет темп прогредиентности болезненного процесса и особенности структуры синдрома на этапе умеренной деменции [Селезнева 1990]. В частности, на протяжении длительного периода развития деменции сохраняется определенное соотношение между выражен ностью нарушений высших корковых функций и тяжестью мнестико-интел лектуальных расстройств. Так, при "амнестическом" типе начала болезни на стадии умеренной деменции наблюдается более выраженный темп про грессирования снижения по сравнению с на растанием корковых очаговых расстройств;

в структуре нарушений речи и праксиса преобладают амнестические компоненты. При "моноочаговом" типе инициальных расстройств на этапе умеренной деменции сохраняется опережающий темп распада высших корковых функций по сравнению с нарастанием расстройств памяти и интеллекта. Корковые очаговые рас стройства уже на этом этапе отличаются тяжестью и тотальностью, т.е. в структуре афазии и апраксии нарушены как мнестический, так и моторный компоненты, рано выявляется неврологизация афатических, агностических и апрактических расстройств. начале болезни по "полиочаговому" типу формирование структуры умеренной деменции может развиваться по раз ным сценариям: а) с относительно пропорциональным прогрессированием расстройств памяти, интеллекта и корковых дисфункций и б) с более бы стрым распадом памяти и интеллекта по сравнению с развитием корковых очаговых расстройств. Формирование структуры умеренно выраженной де менции в соответствии с первым вариантом чаще встречается при начале болезни в более раннем возрасте, а второй тип развития характерен при появлении первых симптомов болезни в возрасте 60 лет и старше.

Стадия тяжелой деменции характеризуется крайне тяжелым распадом памяти. Больные сохраняют только скудные фрагменты запасов памяти, возможность ориентировки ограничивается фрагментарными пред ставлениями о собственной личности. Суждения и какие-либо мыслитель ные операции становятся по существу недоступными больным, им необхо дима постоянная помощь даже в элементарном самообслуживании;

у них нарушен самоконтроль за функцией тазовых органов. На завершающем этапе тяжелой деменции (т.е. конечном этапе) наступает тотальный распад памяти, интеллекта и всей психической деятельности больного.

на этом этапе может достигать степени полного распада способности к организованному и адекватному действию, хотя существует значительная вариабельность ее тяжести и тотальности. В случае тотальной апраксии речь идет о своеобразном распаде моторики: больные не могут выполнять какие-либо законченные, плавные, целенаправленные движения.

Преобладают либо простейшие ритмичные и итеративные (т.е. чисто нев рологические) типы движений, нередко сочетающиеся со стереотипиями (потирание рук, поглаживание халата, хлопание в ладоши, потирание стола и др.). При этом утрачивается возможность выполнения даже элементарных, автоматизированных двигательных актов, когда больные не могут подни маться по лестнице, ходить или садиться. Они стоят в какой-то неловкой, неестественной позе, толкутся на месте, садятся боком, иногда рядом со стулом, иногда как бы застывают над стулом, не зная, как сесть, и т.д.

Агнозия также достигает своей крайней степени — больные перестают не только узнавать окружающих или определять какие-либо предметные пространственные отношения, но даже и различать направление, откуда слышится обращенная к ним речь, не фиксируют взгляда на предметах даже при настойчивом побуждении извне, не узнают своего изображения в зер кале (симптом зеркала).

Распад речи сопровождается различными по степени выраженности переходами к тотальной сенсорной афазии и своеобразным распадом экс прессивной речи с преобладанием нарушений словообразования и различ ных речевых автоматизмов. В особенно тяжелых случаях развивается карти на насильственного говорения (а иногда насильственного пения), состоя щего из вербигераций, однообразных и монотонных повторений отдельных слов или осколков слов. Нередко оно сочетается с насильственными дви жениями, амиостатическими симптомами, оральными и хватательными ав томатизмами и другими подкорковыми неврологическими расстройствами.

На этом заключительном этапе болезни, т.е. в конечном, или исходном, состоянии распад всех высших корковых функций достигает тотальной степени. Столь тяжелое разрушение психической деятельности редко встре чается при других атрофических процессах, в том числе при болезни Пика или хорее Гентингтона [Штернберг Э.Я., 1967]. На этом этапе появляются такие неврологические расстройства, как развитие вынужденной ("эмбрио нальной") позы, контрактур, множественные насильственные двигательные феномены, автоматизмы и примитивные рефлексы, насильственные грима сы плача и смеха, нередки эпилептические припадки. Одновременно, как правило, развиваются выраженные общесоматические изменения: похуде ние, доходящее до кахексии, крайнее одряхление, булимия, эндокринные расстройства (например, маскулинизация у женщин).

СЕНИЛЬНАЯ ДЕМЕНЦИЯ АЛЬЦГЕЙМЕРОВСКОГО ТИПА типа представляет собой первичную дегенеративную начинающуюся в преобладающем большинстве слу чаев в старческом и (реже) в пожилом возрасте с малозаметных нарушений памяти, интеллектуальных функций и личностных изменений, которые, неук лонно прогрессируя, приводят к развитию тотальной деменции амнестического типа с общим нарушением высших корковых функций.

Нарушения высших корковых функций в этих случаях относительно редко достигают степени тяжелых корковых очаговых расстройств.

Характер и последовательность развития измене ний не имеют резко выраженных различий с таковыми, которые были описаны при пресенильном типе болезни Альцгеймера, хотя эти изменения менее выражены и менее регионально акцентированы: в частности, на этапе умеренной деменции нет столь выраженного поражения задневисочных и теменных долей, характерного для болезни Альцгеймера [Wallin A. et 1994]. Кроме того, значительно чаще встречаются признаки лейкоараиозиса.

Сенильная деменция альцгеймеровского типа в 75—85 % случаев начи нается в возрасте 65—85 лет, хотя ранние доклинические симптомы болезни иногда выявляются в возрасте около 60 лет. Продолжительность заболевания колеблется от 4 до лет и более.

Так же как при пресенильном типе болезни Альцгеймера, традиционно выделяют 3 основные стадии: инициальную, которая подразделяется на этапы доклинических проявлений и мягкой деменции;

умеренную и тяже лую деменцию. Критерии определения стадий (и соответственно тяжести деменции) соответствуют тем, которые были описаны при пресенильном типе болезни Альцгеймера. Поэтому здесь мы остановимся преимуществен но на тех особенностях клинических проявлений и течения заболевания, которые отличают сенильную деменцию альцгеймеровского типа от собст венно болезни Альцгеймера.

Постепенное нарастание нарушений памяти и других симптомов ког нитивного снижения представляет общую закономерность развития демен альцгеймеровского типа. Однако сенильная деменция в отличие от собственно болезни Альцгеймера дебютирует исключительно амнестическим типом инициальных расстройств. Последние чаще всего сочетаются с лич ностными изменениями по типу так называемой трансиндивидуальной (се нильной) перестройки структуры личности, реже сопровождаются резким, нередко гротескным заострением характерологических особенностей. Лишь в исключительно редких случаях с самого начала болезни отчетливо высту пают признаки снижения психической активности или аспонтанности.

На этапах развития сенильной деменции амнес тический синдром находится в центре клинической картины. Расстройства памяти сопровождаются снижением уровня различных сторон интеллекту альной деятельности. Как и распад запасов памяти, разрушение когнитив ных функций и психической деятельности в целом следует закономерностям прогрессирующей амнезии. Прежде всего поражаются наиболее сложные, интегрирующие и творческие формы интеллектуальной деятельности, свя занные со способностью к абстрагированию и критике, в то время как больные еще располагают старым словарным запасом и хорошо оперируют кругом установившихся понятий и представлений. У них сохраняются до вольно долго внешние формы поведения, мимики и пантомимики. При этом, однако, поначалу малозаметно, но неуклонно снижается уровень суж дений, умозаключений, аналитико-синтетических возможностей. Это в свою очередь приводит к постепенно нарастающему снижению профессиональ ных и деловых возможностей, легким затруднениям в счетных операциях и сужению круга интеллектуальных интересов.

Наиболее отчетливо закономерности в последовательности распада пси хической деятельности проявляются в динамике прогрессирования рас стройств памяти, т.е. в развитии амнестического синдрома. На инициальной стадии болезни еще сохраняется способность к непосредственному запоми нанию, но закрепление нового материала бывает неполным и нестойким.

В дальнейшем нарушения запоминания, "невозможность образования но вых связей" [Снежневский А.В., 1948] становятся все более выраженными и приводят к фиксационной амнезии, которая сопровождается появлением сначала легких нарушений ориентировки в хронологической последователь ности событий и их временных взаимоотношений, а затем и к амнестичес кой дезориентировке в пространстве (сначала в незнакомой или малозна комой местности, а затем и в более привычной обстановке). Уже на этапе мягкой деменции отчетливо выявляются и становятся заметными окружаю щим нарушения репродуктивной памяти, избирательного воспроизведения точной информации, нужных в данный момент дат, имен, названий и др.

На этом раннем этапе развития деменции у части больных наблюдается феномен оживления воспоминаний о событиях далекого прошлого. Этот феномен особенно характерен для тех пациентов, у которых в дальнейшем развивается пресбиофренный синдром. В других случаях появляются эле менты будущих нарушений высших корковых функций: чаще в виде так называемой агнозии пальцев рук, а также симптомы лицевой дисгнозии и начальные нарушения праксиса амнестического характера.

Кроме сравнительно редких случаев начала болезни с исключительно амнестических нарушений, как правило, уже на ранних этапах сенильной деменции мнестико-интеллектуальные нарушения выступают в неразрыв ном единстве с личностными изменениями. У отдельных больных такие изменения могут даже предшествовать появлению мнестических расстройств и в течение нескольких лет определять картину болезни, вызывая серьезные диагностические трудности. Особенно характерны изменения по типу так называемой трансиндивидуальной сенильной перестройки структуры лич ности, которая выражается в усилении ригидности и огрубении личности, в постепенном сужении интересов, стереотипизации и шаблонности выска зываний, нарастании эгоцентризма, оскудении эмоциональных контактов и отзывчивости. У больных появляются угрюмость и ворчливость, к подозрениям и конфликтам. Вместе с тем из-за снижения критики и способности анализировать ситуацию больные становятся внушаемыми, легко поддаются чужому влиянию, нередко во вред своим интересам. Описанные психопатоподобные изменения могут сочетаться с утратой нравственных установок, такта и стыдливости, а иногда и с расторможенностью влечений (повышение сексуальной возбудимости, склонность к бродяжничеству и собиранию хлама).

Подозрительность и конфликтность нередко позднее перерастают в склонность к бредообразованию. Эпизодические мало разработанные и не систематизированные бредовые идеи (чаще в форме мелочного, конкретно го, направленного против лиц из ближайшего окружения больных бреда воровства, ущерба, мелкого притеснения) выявляются на этапе мягкой де менции у более 50 % больных. Аффективные нарушения на этом раннем этапе болезни чаще всего представлены субдепрессивными реакциями, воз никающими в ситуации актуализации бредовых идей ущерба, или выступают в форме угрюмо-мрачной подавленности, отражающей нередко чувство не желания жить (taedium vitae).

Синдром амнестического слабоумия определяет клиническую картину болезни на умеренно деменции. Се нильная деменция относится к тотальному типу слабоумия, т.е. характери зуется прогрессирующим распадом всех сторон психической деятельности.

Ее является амнестический синдром, достигающий на этом этапе значительной тяжести. Становятся все более выраженными проявления фиксационной амнезии. Заучивание какой-либо новой информации дела ется невозможным. Больные практически утрачивают способность к вос произведению хронологии автобиографических или основных общественно исторических событий и даже самой их последовательности, не могут ори ентироваться во времени, а часто и в окружающей обстановке. Постепенно воспоминания о прошлом становятся все более неполными, неточными и противоречивыми, распадаются все материалы памяти и запас приобретен ных знаний в соответствии с закономерностями прогрессирующей амнезии.

Наиболее долго сохраняются только хорошо заученные, рано приобретенные и автоматизированные знания.

По мере углубления деменции у больных развивается картина амнес тической дезориентировки, нередко в сопровождении феномена "сдвига ситуации в прошлое" — амнестической дезориентировки, сопровождаемой патологическим оживлением воспоминаний о далеком прошлом, ложными узнаваниями окружающих, которых больные принимают за лиц из своего прошлого. "Сдвиг в прошлое" распространяется в дальнейшем и на пред ставления о собственной личности: больные называют свой возраст соот ветственно тому периоду своего прошлого, в котором они в этот момент как бы "живут". Максимальным выражением таких расстройств является так называемый старческий, или ложный, делирий [Жислин СТ., 1960], сопровождающийся повышенной активностью больных ("деловитостью"), постоянным стремлением к псевдодеятельности и, как правило, благодуш ным аффектом, разговорчивостью и даже эйфорией.

Необходимо отметить, что амнестический синдром, развивающийся при сенильной деменции, обычно характеризуется относительно скудной конфабуляторной продукцией. Конфабуляции отличаются обыденным со держанием и чаще всего отражают жизнь больных в прошлом, их сдвинутые в более или менее отдаленное прошлое представления об окружающей ситуации и собственной личности (экмнестические конфабуляции).

На этапе умеренной деменции отчетливо выявляются, хотя и не у всех больных, нарушения высших корковых функций: чаще всего признаки ам нестической афазии, лицевая дисгнозия, нарушения мнестического компо нента праксиса (т.е. последовательности выполнения отдельных элементов привычных действий), а в ряде случаев и признаки конструктивной дис праксии. Вместе с тем в отличие от болезни Альцгеймера при сенильной деменции долго сохраняются темп, живость и выразительность речи, повы шенная речевая готовность, наблюдается длительная сохранность моторного компонента праксиса.

В последние годы было установлено, что психопатологическая струк тура синдрома слабоумия на стадии умеренной деменции весьма гетерогенна [Калын 1990]. В зависимости от разной представленности в его струк туре различных симптомов когнитивного снижения, в том числе нарушений высших корковых функций, а также продуктивных психопатологических расстройств, выделяются 4 основные клинические формы сенильной демен ции альцгеймеровского типа: 1) простая форма, характеризующаяся явным преобладанием деструктивных проявлений, т.е. признаков распада психи ческой деятельности;

2) параноическая форма, при которой, помимо про грессирующего синдрома когнитивного снижения, у больных наблюдается постоянная готовность к бредообразованию и ложным воспоминаниям, а позднее с интенсивной конфабуляторной продукцией;

3) пресбиофренная форма, отличающаяся сочетанием прогрессирующего распада мнестико-ин теллектуальных функций с повышенной речедвигательной активностью и эмоциональной живостью, приподнятым или значительно реже — снижен ным аффектом и постоянной готовностью к конфабулированию;

4) ная деменция с при которой нарушения высших корковых функций достигают степени выраженных корковых очаговых расстройств, и структура синдрома приближается к афато-апракто-агностической демен ции, характерной для болезни Альцгеймера.

Психопатологическая структура проявлений сенильной деменции на каждой из последовательных стадий ее развития, так же как темп прогре диентности болезненного процесса, зависит от ее клинической формы. Эти различия полностью стираются только на заключительном этапе болезни — в конечном (исходном) состоянии. Наибольший темп прогрессирования распада когнитивных функций свойствен простой форме и сенильной де менции с что находит отражение в сокращении продол жительности последовательных этапов развития болезни (за исключением конечного) и ее общей длительности.

На стадии тяжелой деменции состояние больных независимо от формы заболевания характеризуется тотальной деменцией с тяжелым распадом памяти, полной фиксационной амнезией, амнестической дезори ентировкой, близкой к тотальной (с утратой представлений о времени и окружающей обстановке и крайне скудными представлениями о собствен ной личности). Распад интеллектуальных функций достигает такой тяжести, что способность больных к суждениям и умозаключениям практически полностью утрачивается, больные не в состоянии разрешать какие-либо житейские проблемы и теряют возможность независимого существования.

По мере углубления слабоумия происходит прогрессирующее наруше ние предпосылок чувственного познания окружающего мира [Снежневский 1948]. Все виды восприятия становятся дефектными, они не могут интегрироваться в единое целое, чему способствуют также слабость актив ного внимания, рассеянность и отвлекаемость больных. Адекватное воспри ятие окружающего мира нарушается, и исходящие извне раздражения вы зывают только автоматизированные, шаблонные формы реакций. Типичный пример такого поведения — так называемые мнимые беседы между больны ми, в которых сохраняется внешняя ситуация беседы, а смысл и содержа ние высказываний собеседников по существу остается им недоступным.

Все более отчетливым становится сдвиг настроения в сторону беспечнос ти или эйфории, которые в дальнейшем переходят в полное эмоциональ ное опустошение. Могут появиться черты гневливости, злобности, агрессив ности.

Поведение больных все более утрачивает признаки хотя бы внешней сохранности. Постепенно нарастает регресс поведения: они становятся про жорливыми, неряшливыми и неопрятными, затем и совершенно беспомощ ными. Часто наблюдается извращение ритма сон — бодрствование. Ночной сон делается поверхностным, прерывистым, а днем больные часто дремлют.

Одновременно учащаются эпизоды ночного двигательного беспокойства и спутанности с суетливостью и типичными "сборами в дорогу". Бредовые высказывания и конфабуляторная продукция становятся все более скудны ми, фрагментарными, а затем исчезают и полностью амнезируются.

На стадии тяжелой деменции у большинства больных обнаруживаются нарушения высших корковых функций, характер и тяжесть которых во многом определяются формой сенильной деменции. В частности, для про стой формы характерны выраженные проявления сенсорной (акустико-мнес тической) и амнестической афазии. Несмотря на длительно сохраняющуюся речевую активность и даже повышенную речевую готовность, а также жи вость и интонационную сохранность речи, ее смысловое содержание пол ностью утрачивается (в ней все большее место занимают междометия, стерео типные обороты, вводные слова и т.п.). По существу речь утрачивает комму никативную функцию и превращается в лишенную смысла болтливость.

У больных с параноической и пресбиофренной формами сенильной деменции нарушения понимания речи и симптомы амнестической афазии выражены в значительно меньшей степени. Наибольшей тяжести расстрой ства речи достигают при сенильной деменции с альцгеймеризацией. Наряду с выраженной амнестической и сенсорной афазией у таких больных выяв ляются признаки нарушений экспрессивной речи в виде логоклоний, пара эхолалий, палилалий и персевераций.

У всех больных наблюдается распад навыков чтения, письма, счета.

Они раньше всего достигают степени тотального дефекта соответствующих функций при сенильной деменции с альцгеймеризацией. Наибольшая со хранность этих функций, а также экспрессивной речи характерна для боль ных с пресбиофренной формой сенильной деменции.

У всех больных на этапе тяжелой деменции нарушен не только мнес тический, но и конструктивный компонент праксиса, однако распада моторного компонента праксиса при сенильной деменции (в отличие от болезни Альцгеймера), как правило, не происходит. Наиболее глубокие нарушения функции гнозиса и оптико-пространственной деятельности ха рактерны для сенильной деменции с альцгеймеризацией и для простой формы. Такие больные обычно полностью утрачивают возможность ориен тироваться даже в хорошо знакомом помещении. Лицевая, а позднее и предметная агнозия выявляются на этом этапе у всех больных. Крайним выражением этого расстройства, а также аутопсихической дезориентиров ки является так называемый симптом зеркала: больные не узнают своего изображения в зеркале, разговаривают с ним как с посторонним челове ком. Наблюдаются также эпизоды отождествления изображений с живыми людьми, что сопровождается соответствующими формами поведения: боль ные разговаривают с фотографиями или изображениями на телеэкране, угощают их и т.п.

Неврологическая симптоматика, появляющаяся уже на более ранних этапах болезни, достигает наибольшей выраженности на стадии тяжелой деменции. Она представлена подкорковыми нарушениями, обычно в виде так называемого сенильного тремора и изменений походки, которая стано вится семенящей и шаркающей.

Даже на этапе исходного состояния при сенильной деменции не на блюдается тех неврологических расстройств (например, хватательных и оральных автоматизмов, амиостатических синдромов, гиперкинезов), кото рые характерны для конечного этапа болезни Альцгеймера. Конечный этап (исходное состояние) обычно формируется у больных с тяжелой сенильной деменцией вслед за присоединением какой-либо соматической патологии (чаще всего пневмонии). На этом фоне быстро развиваются кахексия, тя желые дистрофические нарушения, эмбриональная поза.

Психотические состояния при сенильной деменции альцгеймеровского типа не исчерпываются вышеописанными бредовыми, конфабуляторно-бре довыми расстройствами и картиной псевдоделирия. Относительно часто на фоне продвинутой деменции (умеренной и тяжелой) в случаях присоедине ния дополнительных экзогенных факторов — чаще соматических заболева ний или оперативных вмешательств, лекарственной или иной интоксикации и даже в результате психотравмирующих воздействий или резкой смены жизненного стереотипа — возникают состояния спутанности сознания, сце нические галлюцинаторные переживания, редуцированные делириозные или делириозно-аментивные синдромы.

Наблюдаются также более редкие формы сенильной деменции, которые по синдромальным особенностям можно квалифицировать как старческие парафрении [Штернберг Э.Я., 1977]. В этих случаях психоз развивается на фоне медленно нарастающих "сенильных" изменений личности и постепен но прогрессирующего мнестико-интеллектуального снижения, иногда в со провождении отдельных паранойяльных идей. Манифестный психоз развер тывается сравнительно остро: развивается галлюцинаторное или галлюци наторно-параноидное состояние, в структуре которого возможны преходя щие экзогенные эпизоды (ночные состояния спутанности). Галлюцинатор но-параноидное состояние трансформируется позднее в галлюцинаторно парафренное с развитием фантастического галлюциноза, а затем переходит в хроническое конфабуляторно-парафренное. В этом, как правило, затяж ном (обычно многолетнем) состоянии наблюдаются неисчерпаемые, быстро меняющиеся по содержанию фантастические конфабуляции. Постепенно продуктивная симптоматика редуцируется и одновременно нарастают мнес тико-интеллектуальные расстройства, которые чаще всего не достигают сте пени тотального слабоумия. По мнению Э.Я.Штернберга, такие психозы относятся к психотическим вариантам сравнительно мягких, т.е. медленно прогредиентных сенильно-атрофических процессов.

К этой же группе наблюдений относятся и затяжные паранойяльные психозы (обычно в форме бреда ущерба, мелкого вредительства, морального притеснения, реже в виде бреда ревности или преследования).

Среди них существует ряд переходов от бредовых психозов, принадлеж ность которых к сенильной деменции альцгеймеровского типа не вызывает сомнений, до наблюдений, чрезвычайно трудных для диагностической оцен ки [Штернберг Э.Я., 1977]. Когнитивные нарушения в этих случаях харак теризуются тенденцией к чрезвычайно медленной прогредиентности, а пара нойяльный психоз отличается стойкостью. Однако через несколько лет наблюдаются постепенная редукция бредовых расстройств, присоединение и(или) замещение их высказываниями, а в дальнейшем и они становятся фрагментарными, скудными, а затем исчезают и позднее амнезируются. Одновременно с распадом продуктивных расстройств посте пенно прогрессируют мнестико-интеллектуальные расстройства и развива ется амнестическая деменция, редко доходящая до тотального слабоумия.

Такие формы сенильной деменции развиваются обычно у лиц с отяго щенным эндогенными психозами семейным анамнезом и личностными (шизоидными) аномалиями и могут рассматриваться как особые формы эндоформных сенильно-атрофических процессов, отличающихся относи тельно малопрогредиентным течением [Штернберг Э.Я., 1983].

Параклинические исследования Нейропсихологические исследования. Применение комплекса нейропсихологичес ких методик, в частности разработанных в Научном центре психического здоровья РАМН [Корсакова Н.К. и др., позволяет существенно расширить возможности выявления и оценки высших корковых функций (памяти, мышления и др.) на относительно ранних этапах заболевания, вызывающих нередко серьезные диагнос тические трудности в отграничении проявлений деменции альцгеймеровского типа как от возрастного видоизменения мнестико-интеллектуальных функций, так и от других форм мозговой патологии.

Структурные особенности нейропсихологических синдромов нарушения выс ших психических функций у больных с болезнью Альцгеймера и сенильной демен цией альцгеймеровского типа особенно отчетливо выступают на этапе умеренно выраженного слабоумия, когда завершается формирование психопатологического синдрома амнестической деменции с корковыми очаговыми расстройствами и бо лезнь вступает в стадию клинически выраженных проявлений. Синдром нарушения высших психических функций на инициальной стадии болезни отличается менее выраженной специфичностью, поэтому на его диагностической оценке мы остано вимся позднее.

Больные с тяжелой деменцией не справляются с программой нейропсихологи ческого исследования, потому на этом этапе развития болезни суждение о структуре и особенностях нейропсихологического синдрома невозможно.

Для нейропсихологического обследования больных с деменцией альцгеймеров ского типа применяется традиционная схема, разработанная в школе А.Р. Лурии (1962). Методика анализа данных нейропсихологического обследования основана на концепции А.Р. Лурии (1962, 1973), касающейся системной динамической локали зации высших психических функций с участием трех блоков мозга в их иерархической организации1, а также на представлениях о том, что в реализации высших психических функций принимают участие две группы факторов: операцио нальные (специфические для каждой функции) и регуляторные, представляющие собой систему неспецифических детерминант в целостной регуляции и реализации психической деятельности. Организация операциональных и различных регулятор ных факторов обеспечивается деятельностью различных мозговых блоков, т.е. струк турно-функциональных образований мозга.

Схема А.Р. Лурии была специально адаптирована для исследования пациентов с болезнью Альцгеймера и сенильной деменцией альцгеймеровского типа И.Ф.Ро щиной (1993). Эта методика позволяет выявить и количественно оценить нарушения памяти, интеллектуальных операций и различных корковых функций: речи, пракси са, зрительного гнозиса, оптико-пространственной деятельности, а также письма и чтения [Рощина И.Ф., Жариков Г.А., 1998].

Исследование больших групп пациентов с собственно болезнью Альцгеймера и сенильной деменцией альцгеймеровского типа показало, что на этапе умеренно выраженного слабоумия структура нейропсихологического синдрома характеризуется сочетанием нарушений операциональных и регуляторных факторов. По мере утяже ления деменции происходит нарастание дефекта в реализации высших психических функций как в связи с операциональными, так и в связи с регуляторными факто рами. Однако были установлены и определенные различия между этими группами больных, которые касаются выраженности нарушений операциональных и регуля торных факторов, в структуре синдрома, а также последовательности вовлечения в патологический процесс различных морфофункциональных зон мозга [Корсакова Н.К. и др., 1992].

В структуре синдрома умеренной деменции при болезни Альцгеймера представ лены в основном нарушения операциональных составляющих психической деятель ности: оптико-пространственных функций, номинативной функции речи, кинесте тической и кинетической организации движений, зрительного гнозиса, письма и чтения, которые обеспечиваются вторым блоком мозга, и снижение энергетического обеспечения деятельности и ее нейродинамических параметров, производимого пер вым блоком мозга.

При сенильной деменции альцгеймеровского типа на первый план выступают дефекты в функционировании третьего блока мозга: нарушение программирования, произвольной регуляции деятельности и контроля за ее протеканием. В меньшей степени выражено снижение активационного обеспечения деятельности и ее дина мических параметров (первый блок) при относительной сохранности операциональ ных составляющих деятельности (второй блок мозга).

Динамика синдрома нарушения высших психических функций по мере про грессирования деменции от умеренной к тяжелой свидетельствует о том, что при болезни Альцгеймера в патологический процесс сначала вовлекаются теменные, теменно-затылочные и височные отделы мозга с последующим распространением его на префронтальные и премоторные зоны. При сенильной деменции вовлечение структур мозга в болезненный процесс происходит в направлении от передних к задним отделам мозга.

Характер нарушения психических функций указывает на определенные лушарные различия (при диффузном в целом характере патологического процесса) между группами больных сенильной деменцией и болезнью Альцгеймера. Большая выраженность нарушений речи и связанных с ней процессов, а также праксиса и Более подробно изложение теории А.Р. Лурии о трех блоках см. том 1, глава "Медицинская психология и психиатрия".

слухоречевой памяти у больных с болезнью Альцгеймера свидетельствуют о преоб ладающей дисфункции левого полушария. У больных сенильной деменцией (на том же этапе развития болезни) обнаруживается в большей мере дисфункция правого полушария мозга, о чем свидетельствует лицевая агнозия, особенности рисунка, неудержание порядка элементов при запоминании, фрагментарность восприятия, а также большая сохранность речи.

На этапе мягкой деменции нейропсихологический синдром нарушения высших психических функций еще не получает своей завершенности [Рощина И.Ф., Жари ков 1998]. Общие расстройства при болезни Альцгеймера и сенильной демен ции: ограничение объема непосредственного воспроизведения с отчетливым нега тивным влиянием на запоминание интерференции (т.е. побочной деятельности), снижение продуктивности заучивания, уменьшение объема воспроизведения (осо бенно в условиях интерференции). Общими когнитивными дисфункциями также являются элементы нарушения оптико-пространственной деятельности и речи (в основном ее номинативной функции). Выявляются также нарушения регуляторных функций, но они имеют существенные различия как по степени выраженности, так и по соотношению дефектов различных регуляторных функций.

Уже на раннем этапе болезни отчетливо выявляются элементы будущих син дромов нарушения высших психических функций, которые характерны для стадии умеренно выраженного слабоумия при болезни Альцгеймера и сенильной деменции.

По данным зарубежных исследователей, которые, как правило, оценивают нарушения различных когнитивных функций изолированно, а не в рамках целост ного нейропсихологического синдрома О., 1996], на этапе мягкой деменции наблюдается отчетливый дефицит эпизодической памяти (воспроизведения) и в меньшей степени первичной памяти (заучивания). Выявляются, кроме того, нару шения вербальных и оптико-пространственных функций, а также внимания [Grady C.L.

et 1988;

Morris et 1991;

Storandt M. et 1992;

Almkvist 1993;

Price B.H. et al., 1993;

Herlitz A. et al., 1995]. Самые ранние нейропсихологи ческие изменения на доклиническом этапе развития болезни (сомнительная демен ция) ограничиваются нарушениями эпизодической памяти и внимания, а также, по данным Backman (1993), легким дефицитом первичной памяти.

По мнению O.Almkvist (1993, 1996), симптомы когнитивных дисфункций, вы являющиеся на этапе мягкой деменции, подтверждают данные H.Braak, E.Braak (1991), которые свидетельствуют о вовлечении в процесс на раннем этапе болезни преимущественно энторинальной области и примыкающих отделов височной коры, гиппокампа и базальных отделов лобных, височных и теменных долей.

Прижизненная визуализация мозговых структур. Методы нейроинтраскопии, или методы прижизненной визуализации мозга, применяемые в диагностике демен альцгеймеровского типа, аналогичны таковым в других областях медицины ПЭТ и др.)1.

Для диагностики наиболее широко используются методы КТ и МРТ.

КТ, применяющаяся уже более 20 лет, стала обязательной методикой при обследо вании больных, страдающих деменцией, прежде всего потому, что это исследование дает возможность идентифицировать заболевания или травмы головного мозга, ко торые могут быть ответственными за развитие когнитивных нарушений.

Диагностическими КТ-маркерами, подтверждающими диагноз деменции альц геймеровского типа, являются признаки общей (суммарной) и региональной (ло кальной) атрофии вещества головного мозга, т.е. уменьшения объема вещества головного мозга, о наличии которого судят по индексам, оценивающим степень расширения субарахноидальных пространств и желудочковой системы по отноше нию к объему мозговой ткани соответствующих долей мозга (объемные индексы), а также по величине линейных желудочковых индексов (передних рогов, центральных отделов, задних рогов и третьего желудочка).

Их характеристику, диагностические возможности и принципы интерпретации результатов см. в главе "Нейронауки в психиатрии", том 1.

Для количественной оценки степени атрофии паренхимы мозга используется методика, разработанная С.Б.Вавиловым (1989). В соответствии с ней расчет объем ных индексов: субарахноидально-долевых, вентрикулодолевых и суммарных ликво родолевых производится для разных долей: височных, лобных и теменных. Величина каждого объемного индекса подсчитывается как отношение объемных показателей фрагментов субарахноидальных пространств и желудочковой системы (в определен ных для каждой из долей проекциях) и объема мозговой ткани соответствующих долей, умноженное на 100. Оценка степени атрофии височных долей производится в области полюса и прилегающих медиобазальных отделов (гиппокамп, крючок гиппокампальной извилины). Лобные доли исследуются на уровне передних рогов боковых желудочков, а теменные — на уровне тел боковых желудочков.

Проведенное в Научном центре психического здоровья РАМН изучение при жизненных структурных изменений в головном мозге больных с деменциями альц геймеровского типа на разных этапах течения болезненного процесса и контрольных групп здоровых лиц того же возраста дало возможность определить ряд КТ-призна ков, которые позволяют с достаточной степенью достоверности дифференцировать больных с деменцией альцгеймеровского типа от здоровых лиц соответствующего возраста [Колыхалов и др., 1993].

При болезни Альцгеймера выраженность региональной корковой и централь ной атрофии (в проекциях височных, лобных и теменных долей), а также увеличение линейных размеров желудочков достоверно превышают аналогичные показатели здоровых лиц того же возраста.

Ценность КТ-данных для диагностической оценки больных сенильной демен цией оказалась неоднородной.

Величина показателей, оценивающих выраженность центральной атрофии у больных с умеренной сенильной деменцией, статистически достоверно отличается от таковой для группы возрастного контроля по всем вышеуказанным региональным образованиям, за исключением объемных вентрикулодолевых индексов. Показатели же степени корковой атрофии имеют достоверное отличие от таковых соответствую щей возрастной нормы только для проекции медиобазальных отделов височных долей. Кроме того, при сенильной деменции были установлены достоверно большая частота и выраженность поражения белого вещества головного мозга в перивентри кулярной зоне и в области семиовальных центров (лейкоараиозис) по сравнению с этими показателями в группе пациентов с болезнью Альцгеймера.

В зарубежной литературе приводится ряд линейных КТ- и которые также имеют диагностическую значимость для отграничения болезни Альц геймера и сенильной деменции альцгеймеровского типа от возрастных изменений:

1) увеличенное по сравнению с возрастной нормой межкрючковое (interuncal) рас стояние [Dahlbeck J.W. et 1991;

Early B. et 1993];

2) расширение перигиппо кампальных щелей [de Leon M.J. et al., 1993];

3) уменьшение объема гиппокампа M. et al., 1992], которое признается одним из ранних диагностических признаков [Wahlund L.O., 1996].

Указывают также на диагностическую значимость методов, позволяющих по лучить функциональные характеристики мозговых структур. Среди наиболее значи мых для ранней диагностики параметров приводятся следующие: 1) билатеральное уменьшение кровотока в височно-теменных отделах коры, по данным однофотонной эмиссионной КТ J.J. et al., 1994];

2) атрофия височных долей и уменьшение кровотока в височно-теменных отделах коры, по данным упомянутого метода и рентгеновской [Jobst et al., 1992].

Нейрофизиологические исследования занимают важное место среди неинвазив ных методов диагностической оценки больных деменциями альцгеймеровского типа.

Электроэнцефалографическое исследование. Патологические изменения ЭЭГ при деменциях альцгеймеровского типа отмечаются у большинства больных (87 %) A. et al., 1995]. Наиболее типичны нарастание медленноволновой активности (преимущественно 0-диапазона, чаще низкой или средней амплитуды) — в 62 % случаев и Д-активности — у 72 % больных, а также редукция а-ритма (снижение его амплитуды и сглаженность региональных различий) по сравнению с возрастной нормой.

6— Выраженность р-активности, как правило, снижена. Довольно часто (у '/з больных) наблюдаются генерализованные билатерально-синхронные Э- и Л-волны, превышаю щие по амплитуде основную активность [Пономарева Н.В. и др., 1991].

Диагностическая значимость указанных изменений оценивается по-разно му. По мнению большинства специалистов, наибольшей диагностической информа тивностью обладает такой признак, как нарастание медленноволновой активности [Brenner R.P. et 1988;

Coben L.A. et 1990;

Schreiter-Gasser U. et 1993;

A. et al., 1995]. Степень его диагностической значимости колеблется от 68 % [Saletu В., 1993] до 91 % [Anderer P. et al., 1994]. A. Edman и соавт. (1995) получили убедительные доказательства, что выраженность нарастания медленноволновой ак тивности достоверно коррелирует с тяжестью деменции, а также с наличием ком плекса клинических признаков, характерных для так называемого теменного син дрома (parietal lobe syndrome), характеризующегося апраксией, сенсорной афазией, зрительной агнозией и оптико-пространственной дисфункцией.

Картирование ЭЭГ — метод компьютерного анализа пространственной органи зации электрической активности головного мозга (топографическое картирование ЭЭГ). Проспективное изучение контингента больных с деменциями альцгеймеров ского типа [Изнак А.Ф. и др., 1991;

Гаврилова СИ. и др., 1992] с применением этого метода показало, что значительное усиление медленноволновой, и особенно Д-ак тивности является тем ЭЭГ-параметром, который коррелирует с диагнозом деменции альцгеймеровского типа.

При изучении амплитудно-частотных характеристик электроактивности голов ного мозга у пациентов с болезнью Альцгеймера и сенильной деменцией альцгей меровского типа (при идентичной тяжести синдрома деменции) были установлены различная топография спектральной мощности ЭЭГ и различные тенденции ее динамики по мере утяжеления синдрома деменции. В частности, у пациентов с болезнью Альцгеймера на этапе умеренно выраженной деменции отмечалось резкое снижение спектральной мощности в а-диапазоне с наибольшим подавлением высо кочастотных компонентов а-ритма. В 9-частотном диапазоне наблюдалось заметное диффузное усиление мощности (по сравнению с возрастной нормой) во всех отделах мозга с пиком в центральных отведениях. Увеличивалась и спектральная мощность в Д-частотном диапазоне, пик ее мощности приходится на лобно-центральные об ласти. На стадии тяжелой деменции наблюдается полное выпадение высоко- и среднечастотных компонентов Мощность в и Д-частотном диапа зонах, напротив, повышена и сопровождается генерализацией из центральных об ластей в теменные и лобные отделы.

В группе больных сенильной деменцией (на стадии умеренного слабоумия) отмечается подавление а-ритма в затылочной области, фокус его спектральной мощности (особенно низкочастотного компонента) смещается в теменно-централь ные области. Кроме того, происходит смещение максимальной мощности в и Д-частотных диапазонах в центральные и теменные области. По мере утяжеления деменции Д-активность генерализуется, а ее фокус сдвигается из лобных в теменно затылочные области. В а-частотном диапазоне наблюдается перераспределение мощ ности с более высокочастотных на менее высокочастотные компоненты при отно сительной сохранности последних даже на этапе тяжелой деменции.

Исследование зрительных вызванных потенциалов (ЗВП). Изучение различных компонентов ЗВП у пациентов с собственно болезнью Альцгеймера и сенильной деменцией альцгеймеровского типа на идентичных этапах развития заболевания [Пономарева Н.В. и др., 1991] позволило обнаружить как количественные, так и качественные различия между этими группами обследуемых. При болезни Альцгей мера на стадии умеренной деменции наиболее характерной особенностью ЗВП является повышение амплитуды компонентов в обоих полушариях и — в левом полушарии. На стадии тяжелой деменции при болезни Альцгеймера проис ходит достоверное нарастание латентных периодов поздних компонентов и ответа. Отличия по этим параметрам от возрастного контроля ста тистически достоверны. Амплитуда поздних компонентов ЗВП снижается по срав нению с параметрами ЗВП на стадии умеренной деменции, причем достоверно уменьшается амплитуда волн в обоих полушариях, а и — в левой гемисфере.

Амплитуда волн и становится достоверно ниже нормы. У 60 % больных на этой стадии болезни волны и полностью редуцируются.

При сенильной деменции (на стадии умеренного слабоумия) амплитуда волн N, и с обеих сторон и справа также повышается. Кроме того, по сравнению с возрастной нормой повышаются латентные периоды всех компонен тов ЗВП. Как и у пациентов с болезнью Альцгеймера, амплитуда поздних компо нентов ЗВП в тяжелой стадии сенильной деменции меньше, чем на стадии уме ренной деменции, причем достоверно снижается амплитуда волн и Но в отличие от болезни Альцгеймера амплитуда компонентов и достоверно не отличалась от возрастной нормы. Отсутствие компонентов и наблюдается исключительно редко.

Таким образом, на стадии умеренной деменции различия ЗВП в группах паци ентов с болезнью Альцгеймера и сенильной деменцией преимущественно количест венные. В целом отклонения от нормы при болезни Альцгеймера несколько преоб ладают в левом полушарии, а при сенильной деменции — в правом. На стадии тяжелой деменции различия в структуре ЗВП между группами пациентов с болезнью Альцгеймера и сенильной деменцией приобретают качественный характер. При сенильной деменции изменены как ранние, так и поздние компоненты ЗВП. При болезни Альцгеймера патологические изменения менее однородны: они касаются в основном поздних волн ЗВП, параметры которых в этой группе больных нарушаются в большей мере, чем у больных сенильной деменцией. По мнению Н.В.Пономаревой и соавт. (1991), большая выраженность поздних компонентов ЗВП может быть связана с большей тяжестью нарушений зрительного гнозиса и оптико-пространст венной деятельности при болезни Альцгеймера.

Биохимические исследования. Изучение диагностической значимости различных биологических показателей, в частности содержания нейротрансмиттеров, амино кислот, металлов и т.п., посредством сравнительного исследования этих параметров в крови и цереброспинальной жидкости у пациентов с деменцией альцгеймеровского типа, в группах возрастного контроля и при других формах церебральной патологии показало, что они имеют ограниченную диагностическую ценность [Basun H., 1993].

По мнению (1996), значительно более диагностически информа тивными должны быть соединения, вовлеченные в процесс образования нейромор фологических маркеров болезни Альцгеймера (Р-амилоид и т-белок). Изучение кон центрации т-белка в цереброспинальной жидкости кровных родственников — носи телей мутации в АРР-гене показало, что содержание этого белка в этих случаях в раза выше, чем у здоровых лиц, не имеющих этой генной мутации, причем по этому признаку указанные группы четко разграничиваются [Jensen M. et Позднее Rosier и соавт. (1996) подтвердили, что повышение содержания т-белка в цереб роспинальной жидкости пациентов с болезнью Альцгеймера (по сравнению с паци ентами с неврологическими заболеваниями, группами возрастного контроля и по жилыми больными депрессией) имеет диагностическую значимость.

W.E. van Nostrand и соавт. (1992) обнаружили достоверное снижение уровня Р-АРР в цереброспинальной жидкости больных по сравнению с группой возрастного контроля и предположили, что этот параметр, возможно, окажется биологическим маркером болезни Альцгеймера.

Определение содержания аполипопротеина Е Е) [Rosier N. et al., 1996] в цереброспинальной жидкости больных и посмертное определение его концентрации в желудочках мозга показало, что содержание Аро Е в цереброспинальной жидкости и желудочковых пространствах при болезни Альцгеймера по сравнению с другими заболеваниями снижено недостоверно и поэтому вряд ли может служить диагности ческим маркером болезни Альцгеймера.

ЭТИОЛОГИЯ И ПАТОГЕНЕЗ Несмотря на огромный объем накопленных в последние десятилетия знаний о биологических основах болезни Альцгеймера (деменции альцгеймеровско го типа), необходимо признать, что ее этиология остается до сих пор неизвестной.

В свете развиваемой в настоящее время концепции клинико-генетичес кой гетерогенности вполне вероятно, что речь идет об этиологически раз личных формах альцгеймеровского типа, которые развиваются по общим или только частично совпадающим патогенетическим механизмам и приводят к эквифинальным последствиям.

Последние достижения в области молекулярной генетики болезни Альцгеймера привели к идентификации 3 генов, локализованных в 3 раз личных хромосомах: в хромосоме 21 — ген белка предшественника р-ами лоида (р-АРР);

в хромосоме 14 — пресенилин1 (PSN1) и в хромосоме 1 — пресенилин2 (PSN2) [Рогаев Е.И., 1996]. Все эти гены ответственны за возникновение семейных (т.е. наследственно обусловленных) форм болезни Альцгеймера. Носители мутаций в гене р-АРР встречаются в 3—5 % семей с пресенильным типом заболевания. Наследование в этих семьях происходит по аутосомно-доминантному типу. Мутации в гене PSN1 оказались ответ ственны за 60—70 % всех ранних (пресенильных) случаев семейной болезни Альцгеймера. Установлено, что мутации в гене PSN2 более редки и обна ружены к настоящему времени только в семьях немецкого происхождения, выходцев из Поволжья. Мутации в гене PSN1 характеризуются полной пенетрантностью и обязательно проявляются в возрасте от 30 до 50 лет.

Мутации в гене PSN2 характеризуются неполной пенетрантностью, они вовлечены в развитие более поздних семейных форм болезни Альцгеймера, начинающихся после 60—65 лет. Пока остается невыясненной роль мутаций или полиморфизмов пресенилинов в развитии спорадических случаев ней болезни Альцгеймера (т.е. сенильной деменции альцгеймеровского типа).

К настоящему времени идентифицирован только один генетический фактор — Е4 ИЛИ изоморфный вариант аполипопротеина Е (АроЕ4) в гене хромосомы 19, подтвержденный в независимых исследованиях как фактор риска для сенильной деменции альцгеймеровского типа [Рогаев 1996;

Rosis A.D. et 1996], ибо у таких больных была обнаружена повышенная частота аллеля АроЕ4 по сравнению с возрастным контролем.

Роль установленных генных мутаций в пусковых механизмах болезни остается еще недостаточно выясненной. Обнаружено, что некоторые мута ции в гене р-АРР ответственны за увеличение продукции р-амилоида, из агрегатов которого формируются так называемые сенильные, или амилоид ные, бляшки. Существуют предположения, что отложения р-амилоида в межклеточном пространстве тканей головного мозга не только нарушают движение межклеточной жидкости и оказывают механическое давление на близлежащие нейроны и их отростки, но и в виде сенильных бляшек обладают нейротоксичностью, вследствие чего нервные клетки подвергают ся дегенерации и это в конечном итоге приводит к их распространенной гибели.

Сам по себе р-амилоид представляет собой продукт протеолитического разрушения высокомолекулярного белка-предшественника р-амилоида (р АРР). Длительное время считалось, что только аномальный процесс превра щения белка-предшественника приводит к образованию р-амилоида. Одна ко недавно было установлено, что р-амилоид продуцируется в ходе физио логического превращения на протяжении жизни всех людей. Лишь вызван ная мутациями в (3-АРР-гене гиперпродукция р-амилоида или удлинение его молекулы за счет присоединения двух дополнительных аминокислот приво дит к патологическому процессу усиленного образования амилоидных бля шек, поскольку удлиненные пептиды агрегируют значительно чаще, чем более короткие их формы.

Биологические функции генов-пресенилинов не вполне ясны, однако установлена прямая связь между мутациями в генах-пресенилинах и обра зованием р-амилоида. В частности, было показано, что эти мутации вызы вают образование удлиненного пептида р-амилоида, т.е. они действуют в конечном итоге через те же патологические механизмы, что и мутации в гене р-АРР, приводя к изменению в процессе превращения р-амилоида.

Хотя недавние успехи молекулярной генетики представили убедитель ные доказательства генетической природы значительной части семейных случаев болезни Альцгеймера, остается неизвестным, какую роль играют гене тические факторы в развитии спорадических форм болезни, на долю которых приходится около 90 % всех случаев деменции альцгеймеровского типа.

Идентифицированный недавно Е4 изоморфный вариант АроЕ гена [Saunders R. et 1993] признан в настоящее время главным генетическим фактором риска подверженности поздней болезни Альцгеймера (т.е. сениль ной деменции альцгеймеровского типа). В нескольких независимых иссле дованиях было установлено, что е4-аллель АроЕ гена встречается достоверно чаще у больных с сенильной деменцией альцгеймеровского типа по срав нению с контрольной группой лиц того же этнического происхождения.

Высказано предположение, что полиморфизм в гене АроЕ4 ответствен за механизм взаимодействия с процессом превращений р-амилоида и, по-ви димому, способен ускорять агрегацию последнего и таким образом приво дить к более раннему образованию амилоидных бляшек [Haas С, 1996].

Все открытые генетические аномалии так или иначе влияют на процес сы, связанные с аномалиями в амилоидных превращениях, которые приво дят к образованию амилоидных бляшек. Признание найденных генетичес ких мутаций этиологическими факторами (по крайней мере части случаев) болезни Альцгеймера основано на предположении о том, что аномальный процесс амилоидогенеза является ключевым патогенетическим звеном забо левания. В соответствии с этой гипотезой аномальный амилоидогенез пред шествует нейрофибриллярным изменениям, выступая в качестве причины нейрональной дисфункции и последующей гибели нейронов [Giaccone G.

et al., 1989].

Однако недавнее количественное изучение биопсийного и аутопсийно го материала показало, что тяжесть деменции, отражающая прогрессирова ние заболевания, в большей мере коррелирует не с количеством сенильных (амилоидных) бляшек, а с плотностью нейрофибриллярных клубков и с утратой синапсов [Masliah E., Terri R.D., 1993]. Кроме того, большое коли чество амилоидных бляшек обнаруживается часто и в коре головного мозга недементных стариков.

По мнению и (1996), возможно, более патогенетически значимым процессом, вызывающим гибель нейронов и развитие деменции, является не аномальный амилоидогенез, а накопление гиперфосфорилиро ванного нерастворимого т-протеина, который составляет основу парноскру ченных филамент, образующих нейробифриллярные клубки. Проспектив ные клинико-анатомические исследования показали, что имеется четкая последовательность в распространении нейрофибриллярной патологии от нижнемедиальных височных отделов аллокортекса на лимбические образо вания и далее на ассоциативные зоны коры больших полушарий головного мозга [Braak H., Braak E., 1996]. Это иерархическое распространение ней рофибриллярной патологии четко соответствует последовательным перехо дам в развитии болезни от инициальных доклинических симптомов к мяг кой, а затем к умеренной и тяжелой деменции [Jellinger K.A. et 1991;

Braak H., Braak Е., 1991, 1992, 1994;

Berg L. et al., 1993].

Другим нейроморфологическим феноменом, парал лелизм с прогрессированием когнитивного снижения, является уменьшение числа синапсов в лобной и височной коре и гиппокампе [Masliah E. et al., 1993;

Terry R. et al., 1994]. Такая корреляция позволила предположить, что развитие деменции при болезни Альцгеймера связано с утратой синаптичес ких контактов в специфических корковых и подкорковых областях мозга [Masliah E., Terry R., 1993].

В настоящее время нет убедительных данных о казуальных взаимоотношениях между синаптической плотностью и нейритической патологией при болезни Альц геймера [Terry R. et al., 1991;

Jellinger Bancher С, 1994], однако предполагается, что утрата синапсов отражает нейрональную дегенерацию в специфических областях коры, вызванную пока еще неизвестным патологическим процессом, который в конечном итоге приводит к нейрональной гибели и прерыванию интракортикаль ных, кортико-кортикальных и корково-подкорковых связей, что и является главной причиной развития деменции [Hof P.R., Morrison J.H., 1994]. Так называемые мор фологические маркеры болезни Альцгеймера — сенильные бляшки и нейрофибрил лярные клубки, возможно, отражают лишь неспецифический ответ нейрональной ткани на основной патологический процесс, молекулярные основы и патогенез которого нуждаются в дальнейшем уточнении [Jellinger Bancher С, 1994].

Выполненные многочисленные нейрогистологические и нейрохимичес кие исследования аутопсийного мозга больных деменциями альцгеймеров ского типа позволили установить несколько каскадов биологических собы тий, происходящих на клеточном уровне, которые предположительно вовле чены в патогенез заболевания: нарушение процессов фосфорилирования белков, изменения в метаболизме глюкозы и активация процессов перекис ного окисления липидов. Высказано предположение, что каждый из таких каскадов патологических событий или их совокупность могут в конечном итоге приводить к вышеописанным структурным изменениям, которые лежат в основе дегенерации и гибели нейронов и сопровождаются развитием деменции.

Фосфорилирование белков в настоящее время считается одним из глав ных механизмов регуляции метаболизма клетки. Это базисный процесс, оказывающий влияние на самые различные клеточные процессы, в том числе на биосинтез белка, водный, липидный, энергетический обмен, фор мирование цитоскелета, пролиферацию и дифференцировку клеток, обес печивая деятельность и пластичность нервной системы [Nestler E.J. et al., 1984]. Система белкового фосфорилирования охватывает субстратные белки (фосфопротеин) и ферментные системы, участвующие, в частности, в био синтезе нейромедиаторов, энергетическом метаболизме клетки, а также ре гулирует функции белков цитоскелета, белки рецепторов, нейромедиаторов, ионных каналов и т.д. Процесс фосфорилирования является тем основным биохимическим механизмом, с помощью которого клетки интегрируют вне клеточные сигналы и поддерживают свой гомеостаз. Из сказанного очевид но, что изменения в системе белкового фосфорилирования даже в каком-то одном звене могут запустить каскад аномальных биохимических реакций [Бурбаева Г.Ш., 1996].

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 20 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.