WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

Российская академия наук Институт психологии РАН Лаборатория психологии рефлексивных процессов Институт человека РАН Дипломатическая академия МИД России Институт рефлексивных процессов и управления Фонд

«Стратегия развития» Рефлексивные процессы и управление Тезисы IV Международного симпозиума 7 9 октября 2003 г., Москва Под редакцией В.Е.Лепского Издательство «Институт психологии РАН» Москва – 2003 Рефлексивные процессы и управление. Тезисы IV Международного сим позиума 7 9 октября 2003г., Москва / Под ред. В.Е.Лепского – М.: Изд во «Ин ститут психологии РАН», 2003. – 172 c.

ISBN 5 9270 0049 5 Материалы IV Международного симпозиума отражают расширение тематики тео рии рефлексивных процессов и географии специалистов, разрабатывающих ее про блематику. В качестве основной вырисовывается тема социальной востребованности положений этой теории, а также практических приложений обосновываемых ею реко мендаций. Особо отмечается связь рефлексивности и нравственности (в самых ши роких толкованиях первой и второй).

Материалы сборника отражают разные подходы к процессам становления страте гического субъекта, способности взять ответственность за судьбы страны и мира, при этом рефлексивность является ключевым его качеством.

Сборник вызовет безусловный интерес не только у исследователей (в области ес тественных и гуманитарных наук), но также у практических работников: управленцев, аналитиков, экспертов, руководителей образовательных и коммуникационных структур.

ISBN 5 9270 0049 Материалы симпозиума изданы при поддержке Фонда «Стратегия развития» © Институт психологии РАН, СОДЕРЖАНИЕ Абаев Л.Ч. (Россия) Рефлексивный анализ и «обратные» задачи игрового моделирования.............................................................................. Аникеева Т.А. (Россия) Коммуникативные стратегии телекоммуникатора..... Анисимов О.С. (Россия) Методологические основания социальной инженерии.................................................................................................. Анисимова С.А. (Россия) Линейно квадратичная модель рефлексивного выбора........................................................................................................ Аристова С.М., Королев П.М. (Россия) Исследование модальных структур рефлексивных игр........................................................................ Белозеров С.М. (Россия) Законы самоорганизации внутреннего мира человека и методы управления персональными моделями........................ Беляев И.П., В.М. Капустян (Россия) По поводу «непроходимой глупости».................................................................................................... Беляев И.П., Е.А. Трофимов Е.А. (Россия) Рефлексивное управление ситуациями с помощью аналитических методов........................................ Буров В.А. (Россия) Постнеклассическая модель рефлексии и решение проблемы идентификации.......................................................................... Буров А.Ю. (Украина) Нравственность как модель рефлексивного поведения................................................................................................... Бухтояров А.А. (Россия) Рефлексия в измененных состояниях сознания...... Воронов А.В. (Россия) Нейропсихологическая биоинформатика и рефлексирующий субъект....................................................................... Вятченин Д.А. (Беларусь) Автоматическая классификация как рефлексивный процесс......................................................................... Гам В.Т., Филимонов А.А., Чекалева Н.В. (Россия) Рефлексивный анализ истоков гендерного дисбаланса общего образования............................... Григорьев Э.П., Лепский В.Е., Лобанов А.Н. (Россия) Рефлексия биржевых игроков при информационном манипулировании рынком......... Давыдова Г.И. (Россия) Методы рефлексивно диалогического развития мышления и личности.................................................................. Евстифеева Е.А., Калинкин М.Н., Яблокова Н.И. (Россия) Рефлексивное обеспечение реабилитационных программ при хронических заболеваниях.............................................................................................. Ерешко Ф.И. (Россия) О рефлексии в управляемых системах........................ Иванов Ф.Е., Смолянинов В.В. (Россия) Правовое сознание в контексте рефлексивной культуры.............................................................................. Иванов Ф.Е., Смолянинов В.В., Филиппова Е.М. (Россия) Рефлексивная культура как основа психологии безопасности профессиональной деятельности.............................................................................................. Иванова С.Ю. (Россия) Патриотизм как значимая социальная ценность современного российского общества........................................................ Иманкожоев Т.А. (Кыргызстан) Центральная Азия как политическая точка Китая, США и России......................................................................... Казаневская В.В. (Россия) Онтология рефлексивности в категориальной психологии................................................................................................. Караванова Е.Е. (Россия) Сравнительный анализ категориальной структуры образа партнера и образа рекламного сообщения у субъектов рекламной коммуникации............................................................................................. Карпов А.В., Скитяева И.М. (Россия) Способность к рефлексии как фактор когнитивной интеграции субъекта............................................ Коновалова Л.В. (Россия) Роль образования в формировании этнической толерантности............................................................................................ Корецкая Е.В. (Россия) Рефлексия субъекта в профессионально значимых жизненных ситуациях.................................................................. Королев В.А. (Россия) О системах, сравнимых с консультантом по совершенству или о Божественности позиций исследователя и консультанта............................................................................................ Кошмаров А.Ю. (Россия) Репутация политического лидера как категория социальной рефлексии............................................................................... Крупнов Ю.В. (Россия) Рефлексивные практики, инфраструктуры и государственность – основа реконструкции России................................ Кульба В.В., Малюгин В.Д., Шубин А.Н. (Россия) Деструктивный эффект информационного управления................................................................... Лазутина Г.В. (Россия) Нравственная рефлексия журналиста: причины минимизации.............................................................................................. Лепский В.Е. (Россия) Исходные посылки становления эргономики социальной инженерии............................................................................... Лефевр В.А. (США) Теория рефлексии и закон соответствия......................... Львов В.М., Шлыкова Н.Л. (Россия) Рефлексивный метод в оценке и формировании корпоративной культуры................................................. Малинецкий Г.Г. (Россия) Синергетика, рефлексивное управление, научный мониторинг................................................................................... Малков А.С., Витюков Ф.А. (Россия) Моделирование конфликтующих государств.................................................................................................. Малков С.Ю. (Россия) Разные этические системы: две стороны одной медали........................................................................................................ Малков С.Ю. (Россия) Этические системы в истории человечества.............. Марача В. (Россия) Предмет критики и пространство рефлексивного размышления............................................................................................. Маркова Н.Е. (Россия) Заданная рефлексия и модификация девиантного субкультурного поведения..................................................... Матвеева Л.В. (Россия) Рефлексия психологической безопасности в информационной коммуникации............................................................. Мединцев Р.А. (Россия) Рефлексивный менеджмент – средство выживания компании в новой экономике.................................................... Моисеева Н.А. (Россия) Русский национальный характер и специфика его рефлексивности................................................................................. Мочалова Ю.В. (Россия) Субъективная рефлексия коммуникатора как основа установления контакта с аудиторией в телевизионной коммуникации........................................................................................... Мукашева А.К. (Россия) Рефлексия в контексте психологии социального познания................................................................................................... Найченко М.В. (Россия) Социальное проектирование и эргономика........... Новиков Д.А., Чхартишвили А.Г. (Россия) Рефлексивные игры:

математическое моделирование.............................................................. Панов В.И., Лидская Э.В. (Россия) К проблеме учебной рефлексии.......... Панов В.И., Сердакова К.Г. (Россия) Экопсихологическая рефлексия проблемы старения.................................................................................. Попова О.А., Филимонов В.А. (Россия) Технологии мобильных комплексов поддержки принятия решений в условиях чрезвычайных ситуаций................................................................................................... Реут Д.В. (Россия) Конфликтующие проекты................................................ Свитич Л.Г. (Россия) Аксиологические проблемы современного журнализма.............................................................................................. Севастьянов В.А. (Россия) СМИ, сохранность человека и глобальный рынок........................................................................................................ Сейтов А.А. (Россия) Развитие представлений о системе управления в рамках деятельностного подхода........................................................... Семенов И.Н. (Россия) Проблемы развития рефлексивно творческого потенциала человека................................................................................ Солнцева Г.Н. (Россия) Функция и генезис рефлексии................................ Солондаев В.К. (Россия) Рефлексивная взаимосвязь личности и мышления в практической деятельности............................................... Сороковикова В.И. (Россия) Философская рефлексия и методы изучения культуры.................................................................................... Степанов А.М. (Россия) Нейрокибернетические аспекты рефлексивных процессов................................................................................................. Строганов П.Е. (Россия) Современные телевизионные образы................... Танасов Г.Г. (Россия) Рефлексия как условие развития личности................ Таран Т.А., Шемаев В.Н. (Украина) Рефлексивное управление в конфликтных ситуациях.......................................................................... Толмачева Н.В. (Россия) Информационная безопасность личности в условиях современных информационных войн, где методы Public Relations используются в качестве оружия..................................... Филимонов В.А. (Россия) Итоги и перспективы преподавания фрагментов рефлексивного анализа в вузах Омска................................. Хохлова Л.П. (Россия) Война и мир (Холодинамическая парадигма).

Обычная проблема терроризма с необычной стороны............................. Хромов А.Б. (Россия), Дюби, Бэнки (Индия), Мальхотра, Мамта (Индия), Моррисон, Дороти (США) Рефлексивные представления некоторых особенностей культуры России, Индии и США......................................... Цой Л.И. (Россия) Моделирование конфликта как процесс развития рефлексии................................................................................................ Чекрыгина Т.А. (Россия) Место и роль рефлексии в социокультурной идентификации личности......................................................................... Шохов А.С., Реут Д.В. (Россия) Рефлексивное обеспечение экономики как сети сетевых структур......................................................................... Djang, Philipp A. (USA) Modeling Social Influence with Reflexive Processes...... Kramer, Xenia (USA);

Kaiser, Tim (Germany);

Lefebvre, Vladimir;

Schmidt, Stefan E.;

Davidson, Jim (USA) Reflexive Models in Decision Making..................................................................................... Kaiser, Tim B. (Germany);

Schmidt, Stefan E. (USA) Reflexive Model for Terrorist Recruitment............................................................................. Lefebvre, Vladimir A. (USA) Reflexive Theory and Matching Law...................... Mamta, Dr. (India) Reflexive System – A Conceptual Knowledge....................... Weaver, Christopher A. (USA) 9/11 Made Americans Report an Improved Self Image. Can This Be?: A Reflexive Understanding................................... ПРЕДИСЛОВИЕ Ключевые темы данного симпозиума – высокая социальная цена и возможности теории рефлексивных процессов и практики рефлексивно го управления для создания современного научно методического обес печения постановки и решения стратегических задач, на примере разви тия России, поиск организационных форм включения такого рода науч но методического обеспечения в реальные процессы управления и раз вития российским государством и обществом в целом.

Прошли два года после предыдущего симпозиума, которые отчетли во продемонстрировали отсутствие позитивных тенденций на сближение научного подхода в целом, и рефлексивного в частности, с практикой принятии стратегических решений. Решения принимаются, как прави ло, на основе интуиции и фрагментарных представлений, последствия оказываются неожиданными и катастрофичными.

Под флагом борьбы с терроризмом процветают индивидуализм, эго центризм и рациональность. Гасится роль демократических институтов, истинные причины терроризма подменяются надуманными причинами, занижается роль нравственных и межцивилизационных аспектов реше ния стратегических проблем человечества.

Показательна полная неадекватность прогнозов последствий развя зывания войны в Ираке. То, что воспринималось, как ликование от встречи с демократией, обернулось многомиллионными демонстрациями рели гиозной направленности, равно как и массовыми грабежами. Расхищены ключевые для памяти человечества ценности культуры, а, значит, подо рваны и корневые истоки становления его рефлексивных процедур. Кро ме того война перешла в стадию затяжной партизанской с трудно пред сказуемой продолжительностью, большими человеческими жертвами и гигантскими материальными затратами.

Ситуация в сфере принятия стратегических решений в России опре деляется симптомами «бессубъектности», доминированием интересов коррумпированных чиновников и полным разрывом реальных механиз мов управления с наукой.

Претензии справедливы и в адрес науки, которая уделяет недостаточ но внимания междисциплинарным исследованиям, созданию научного обеспечения новых высоких гуманитарных технологий на основе исполь зования информационно аналитических систем. Которые позволили бы преодолеть многолетнее отставание «кабинетных ученых» от проблем ре альной практики, разрыв между гуманитариями и естественнонаучника ми, обеспечить их совместную работу в «полевых условиях».

В работе симпозиума планируют принять участие около 200 специа листов. Представлены страны: Беларусь, Германии, Индия, Канада, Кыр гызстан, Литва, Молдова, Россия, Украина, США.

Сборник тезисов в основном отражает планируемые выступления на секционных заседаниях и совсем не отражает содержание Круглых сто лов и Проектных групп, материалы которых будут опубликованы в оче редных номерах журнала «Рефлексивные процессы и управление».

Председатель оргкомитета симпозиума В.Е.Лепский www.reflexion.ru РЕФЛЕКСИВНЫЙ АНАЛИЗ И «ОБРАТНЫЕ» ЗАДАЧИ ИГРОВОГО МОДЕЛИРОВАНИЯ Л.Ч Абаев (Москва, Российский институт стратегических исследований) В настоящее время игровое моделирование является достаточно эф фективным и применяемым на практике инструментом анализа сложных социально политических, экономических, военных задач, в которых не обходим учет разнонаправленных интересов акторов (игроков), опреде ляющих существенное влияние на исследуемый процесс. При этом важ ную роль в игровом моделировании играет рефлексивный анализ, позво ляющий учесть не только возможные действия других акторов, но и оце нить, а при необходимости, и скорректировать собственные стратегии поведения, исходя из взгляда на себя со «стороны».

Одним из важных аспектов рефлексивного анализа и игрового моде лирования является так называемая «стратегическая рефлексия» [1], ис следующая вопрос о принципах принятия решений акторами и, соответ ственно, о результатах (ситуациях), порождаемых данными принципами.

В этой связи важнейшей проблемой становится проблема целеполагания.

В классической теории игр (в частности, при анализе биматричных игр с ненулевой суммой) обычно предполагается, что интересы каждого игрока полностью определяются его функцией полезности, причем по ведение игрока считается рациональным в том смысле, что он старается максимизировать свою функцию полезности, при этом ему безразлично значение функции полезности другого игрока. На практике такой подход далеко не всегда имеет место. Ярким примером не рационального, а кон фликтного поведения сторон является период «холодной» войны между СССР и США, когда выбор той или иной стратегии поведения часто дик товался стремлением не столько улучшить собственное положение, сколь ко ухудшить положение «противника».

Поэтому становится необходимым учет типологии игроков. В [2] были предложены классификация типов поведения акторов и соответ ствующие определения одного из базовых понятий теории игр — ста бильной ситуации (или ситуации равновесия) — для случая биматрич ных игр.

Обобщенным типом поведения сторон при этом можно считать «сме шанный» тип поведения, который задается для каждого игрока вектором (i, i), где i характеризует степень приоритетности для i го игрока мак симизации собственной функции полезности, а i – степень приоритет ности минимизации функции полезности «противника». В этом случае стабильная ситуация определяется следующим образом.

Определение: (i0, j0) – стабильная ситуация 1K1(i0, j0) – 1K1(i0, j0) 1K1(i, j0) – 1K1(i, j0) i, 2K2(i0, j0) – 2K2(i0, j0) 2K2(i0, j) – 2K2(i0, j) j, При этом частные случаи (когда i = 0 или i = 0) будут соответство вать рациональному типу поведения (и, соответственно, стабильные си туации будут тождественны ситуациям равновесия по Нейману Нэшу), конфликтному типу поведения сторон или конфликтно рациональному (соответствующему теории игр с противоположными интересами).

Учет типологии игроков позволяет рассмотреть «обратную» задачу игрового моделирования.

Если в «прямой» игровой задаче решением являются стабильные си туации и соответствующие им стратегии поведения акторов, то в «об ратной» задаче стабильная ситуация предполагается заданной. Соот ветственно, каждой стабильной ситуации будет соответствовать неко торая область в многомерном пространстве 1 1 2 2 приоритетов акторов.

Таким образом, появляется возможность определить характер отно шений игроков друг к другу, соответствующий различным стабильным ситуациям. Это позволяет понять, до некоторой степени, не только ха рактер реальных взаимоотношений между акторами на момент рассмот рения текущей ситуации (в предположении, что она стабильная), т.е. «по смотреть и на других, и на себя со стороны» (а это и есть рефлексивный анализ), но и определить, какой тип поведения игроков позволит перей ти к другим стабильным отношениям, в т.ч. и к более желательным для оперирующей стороны. Таким образом, становится возможным, коррек тируя свой тип поведения, реализовать в игровых моделях процедуру реф лексивного управления.

Рассмотренный подход может быть обобщен и на игры N лиц с не противоположными интересами.

Разработанные методы решения «обратных» задач игрового модели рования были апробированы в Российском институте стратегических ис следований при исследовании ряда проблем международных отношений и показали свою практическую значимость.

Литература 1. Новиков Д.А., Чхартишвили А.Г. Рефлексивные игры — М.: СИНТЕГ, 2003.

2. Абаев Л.Ч. Учет типологии сторон в играх с непротивоположными интереса ми/ Труды международной научно практической конференции «Теория ак тивных систем» — М.: ИПУ РАН, 2001.

КОММУНИКАТИВНЫЕ СТРАТЕГИИ ТЕЛЕКОММУНИКАТОРА Т.А. Аникеева (Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова) В современных условиях, когда технически опосредствованное обще ние начинает постепенно преобладать по объему и содержательному мно гообразию над межличностным общением, очень важно проследить особенности существования в этих условиях коллективной смысловой ре альности – ее форм, взаимодействия с индивидуальной смысловой сфе рой субъектов, трансформаций смыслового поля и т.д.

Проведенное исследование личностных особенностей телевизионных коммуникаторов, выполненное автором с применением ряда психодиаг ностических методик, а также изучение восприятия аудиторией экранных образов партнеров по общению позволяет выделить личностные особен ности телекоммуникатора в качестве основания, определяющего выбор им диалогического/монологического стиля общения в условиях телевизион ной коммуникации и, следовательно, позволяющего прогнозировать ус пешность его взаимодействия с аудиторией в контексте актуализации лич ностных смыслов. Именно диалог, способствуя восприятию человека на экране как личности, обладающей своей «жизненной позицией» (Ю.В.

Мочалова, 2002), ценностями, идеалами, оригинальным взглядом на мир и т.д., делает возможным как смысловую трансляцию в телевизионной ком муникации, так и (в редких случаях) возникновение новых смыслов у теле аудитории при восприятии ею телевизионных сообщений.

Выделено два психологических типа телекоммуникатора, характери зующихся определенными личностными особенностями, определяющи ми тип его коммуникативной стратегии и возможность реализации про цесса телевизионной коммуникации в форме диалога. Личностные осо бенности первого типа («экспрессивность проявлений личности»), а имен но: активность в установлении контактов, открытость, общительность, естественность и непринужденность поведения, независимость мышле ния, уверенность в себе и своих силах, эмоциональная гибкость и разви тое чувство своей защищенности, ответственность, склонность к лидер ству, предприимчивость, склонность к экспериментированию, любовь к риску и острым ощущениям, способность добиваться своей цели, ради кальность, стремление действовать смело, энергично и активно, избегая компромиссов, переносить трудные жизненные ситуации. Все это спо собствует яркости и открытости самовыражения человека на экране, де монстрируя таким образом зрителю авторскую позицию по отношению к содержанию сообщения, реализуя коммуникативную стратегию первого типа и позволяя воспринимать телекоммуникатора как личность, полноп равного партнера по телеобщению, апеллирующего к личности зрителя – собеседника в диалоге, сопровождающемся непрерывным «обменом» личностных смыслов. Другой психологический тип («экономность про явлений личности») характеризуется следующими личностными особен ностями: сознательность, обязательность, чувство долга, стремление к со блюдению моральных норм, дисциплина эмоций, социальная опытность, владение социальными навыками и манерами, способность к самоорга низации и самоконтролю, уравновешенность, реалистичность, практич ность, требовательность к себе и окружающим. Перечисленные качества позволяют реализовывать коммуникативную стратегию второго типа и строить диалог со зрителем путем вовлечения его в реальность диалога с гостями телевизионной программы, причем такой диалог разворачивает ся именно как открытое, субъект субъектное общение с непредсказуемым для самих участников результатом. При этом происходит актуализация смысловой сферы собеседников (в число которых включены и телезрите ли), способствующая обмену их личностных смыслов и порождению но вых смыслов по отношению к предмету диалога.

Соблюдение условия, при котором телекоммуникатор обладает лич ностными особенностями, относящими его к одному из описанных ти пов, способствует реализации им определенной коммуникативной стра тегии и осуществлению телевизионной коммуникации в форме диалога Автора телесообщения и Зрителя, при котором возможна трансляция смыслов телевизионной аудитории. Участникам такого диалога важно по мнить о том, что процесс переосмысления зрителями тех или иных ас пектов реальности, происходящего в результате восприятия телевизион ных сообщений, не всегда может быть ими отрефлексирован.

Работа выполнена при поддержке Гранта РГНФ 02 06 00241а МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ СОЦИАЛЬНОЙ ИНЖЕНЕРИИ О.С. Анисимов (Москва, Московский государственный социальный институт) 1. Социальная инженерия опирается на идею подчинения социальных процессов некоторой идее путем налаживания механизма корректирова ния процессов в рамках любой идеи. Естественно, что произвольное из менение неприемлемо ни для вмешательства в природу, ни для вмеша тельства в социальную динамику. Однако, если природа имеет свои зако ны существования, соотнесенные с законами универсума, «космически ми» законами или предначертаниями создателя, то социодинамика стро ится людьми, в пределах способностей следовать своей воле. Поэтому сами социальные процессы могут быть предметом усовершенствования, если вводящий идею коррекции, доказал наличие «несовершенства» соци альных процессов. Тем самым, социальный инженер изначально должен осуществлять реализацию рефлексивной функции критики текущих со циальных процессов и показывать несоответствие этого процесса неко торому идеалу. Вся история реальной практики инженерного отношения к социальным процессам, к обществу в целом изобилует образцами кри тики и последующего социального и социально политического, а также социально экономического, социокультурного и т.п. проектирования.

2. Практика показывает, что последствия корректировочного воздей ствия на социальные процессы часто вызывают вторичную критику пос ледующих социальных инженеров или выразителей негативного от ношения к предыдущим инженерным усилиям. Гораздо реже инженер ное отношение оценивалось как «положительное» в модальности безус ловного. Обычно оценки были в модальности относительного или про сто негативного. Чтобы преодолеть возможные «ошибки», социальный инженер вовлекал в процесс принятия социально инженерных решений (СИР) различные формы исторического и научного изучения социальных коррекций, социального управления. Однако, при достаточно тщатель ной реконструкции образцов инженерных воздействий на социальные процессы, даже при более или менее глубоком построении знаний о сущ ности социальных процессов и факторов их изменений ответ на исход ные вопросы об оправданности или неоправданности социально инже нерного воздействия (СИВ) остается достаточно сложным.

3. Чтобы придать вопросам и ответам, касающимся СИР и СИВ, же лаемую определенность, обоснованность, следует, прежде всего, обратить внимание на механизм СИР и СИВ, так как только в его рамках выявля ется зона ответственности за действия социального инженера. Основу механизма СИР составляет механизм «принятия решений» (ПР) и его наиболее проявленная и развитая форма – механизм «принятия управ ленческих решений» (ПУР). Современные теории ПР и ПУР остаются преимущественно эмпирическими и в лучшем случае несут следы эмпи рической схематизации. Для того, чтобы придать анализу и технологи ческим формам ПР и ПУР необходимую глубину требуется сущностное изучение мира деятельности, использование самых фундаментальных по ложений «теории деятельности», ее языковой основы – «языка теории де ятельности». Однако до сих пор этот язык (ЯТД) остается неизвестным большинству аналитиков процессов ПР, ПУР, ПСИР.

4. Общие контуры учения о деятельности имелись в философии (на пример, Аристотель, Плотин, Фихте, Гегель и др.). Но современный вид учение о деятельности стало приобретать в концепции Маркса, давшего картину больших коопераций в экономическом пространстве, описавшего механизм усложнения структур деятельности. В конце XIX и в начале XX вв. происходило накопление отдельных различений. Но только возник новение Московского методологического кружка в середине 50 х гг. при вело к теоретическому и инструментально технологическому, языковому оформлению представлений о деятельности с начала 60 х гг., к созданию в начале 70 х гг. своего рода парадигмы ЯТД. После начала игрового пе риода работы ММК, с 1979 г., множество управленцев и социальных ин женеров могло познакомиться с ЯТД во взаимодействии при решении многих проблем организации и управления. Однако результаты разрабо ток ЯТД стали реально «перемещаться» в ВУЗ овский и после ВУЗ овс кий образовательный процесс вместе с осуществлением экспериментов методологизации образования, в том числе управленческого (см. наши работы конца 80 и 90 х гг.).

5. Следовательно, социальная инженерия может внести неслучайность в свои проекты и действия лишь путем использования в проектировании и обосновании критериальных систем, выражающих сущность деятель ности, места деятельности в универсуме, условия оправданности и вклю ченности деятельности в универсум.

ЛИНЕЙНО КВАДРАТИЧНАЯ МОДЕЛЬ РЕФЛЕКСИВНОГО ВЫБОРА С.А. Анисимова (Москва, Московский физико технический институт) В математической психологии основным методом описания мораль ного выбора человека к настоящему времени стал рефлексивный подход к представлению субъекта, основы которого были заложены Владимиром Лефевром четверть века назад.

Им были предложены формальные модели субъекта, стоящего перед выбором одной из двух полярных альтернатив, одна из которых олицет воряет для субъекта добро, а другая – зло. Использованный при этом под ход позволяет применить к психологическому материалу методы мягкого моделирования, то есть путём построения и исследования моделей выя вить базовые закономерности человеческого поведения. Им была найде на функция, связывающая интенцию субъекта выбрать позитивный по люс (x) с его реальной готовностью сделать это (X1) [1, 2, 3]. Эта функция в самом общем своем виде может быть записана как X1 = x1 + (1 – x1)(1 – x2)M(x, y) Здесь переменная x1 отвечает за давление внешнего мира в сторону по зитивного полюса в настоящем, в момент выбора;

x2 – за давление в сто рону позитивного полюса, ожидаемое субъектом на основе его предше ствующего опыта. Функция M(x, y) соответствует оценке ситуации в бу дущем субъектом. Входящая в неё переменная y описывает партнёра субъекта, это суть представление субъекта о том, какова готовность его партнёра выбрать позитивный полюс. Величины x1, x2, x, y и X1, а также функция M(x, y) принимают свои значения из отрезка [0,1] и интерпре тируются как соответствующие вероятности. В булево линейной моде ли Лефевра функция, соответствующая ситуации в будущем, была ли нейной по обеим переменным M(x, y) = axy + bx + cy + d, где a, b, c, d R.

В квадратичной модели функция оценки ситуации в будущем вводи лась как m(x) = bx2 + ax + c, где a, b, c R.

Учёт квадратичной “поправки” по переменной позволил В.А. Лефевру ввести в рассмотрение важный параметр – индекс оптимизма. Богатый экспериментальный материал и наша интуиция говорят о том, что этот фак тор (настроение, индекс оптимизма) существенно влияет на наш выбор.

Но квадратичная модель не учитывает параметра, фигурировавшего в булево линейной модели, – y, который характеризует партнёра с точки зрения самого субъекта. В реальности же мы редко сталкиваемся с ситуа цией, когда выбор субъекта целиком и полностью зависит лишь от его собственной интенции. Предлагаемая модель учитывает и индекс опти мизма субъекта (), и готовность партнёра выбрать тот или иной полюс с точки зрения самого субъекта (y).

Объединим булево линейную и квадратичную модели, предположив, что субъект описывается уравнением X1 = x1 + (1 – x1)(1 – x2)m(x, y), где функция, соответствующая некоторой будущей ситуации, является квадратичной по переменной x и линейной по переменной y:

m(x, y) = ax2 + bx + c + dxy + ey, a, b, c, d, e R.

Введение в модель подобной асимметрии связано с тем, что нам свой ственно более тонко и сложно оценивать свои действия, нежели действия партнёра, по крайней мере в том, что касается моральной стороны выбора.

Пользуясь подходом, предложенным В.А. Лефевром, наделим наше го субъекта способностью совершать мысленные оценки биполярного вы бора своего и партнёра:

m(0,0) = 1, m(1,0) = 2, m(0,1) = 3, m(1,1) = 4.

Как и в квадратичной модели, i {0,1}, i = 1, 4.

Величину a = m(0.5, 0.5) назовём индексом оптимизма, характеризую щим оценку ситуации субъектом при условии, что у него и его партнёра отсутствуют какие либо интенциональные предпочтения одного из по люсов. Действительно, чем выше a, тем положительнее субъект оценива ет само стечение обстоятельств, обуславливающих его выбор. Очевидно, что [0,1].

При поставленных условиях коэффициенты a, b, c, d, e выражаются однозначным образом.

Применение линейно квадратичной модели к роману Ф.М. Досто евского “Братья Карамазовы” позволило выявить исключительную важ ность учёта настроения (индекса оптимизма) субъекта при анализе оп ределённых ситуаций. Так, с увеличением индекса оптимизма увеличи вается готовность субъекта выбрать позитивный полюс.

Проиллюстрировав удивительный христианский принцип “не уны вай”, мы получим возможность на новом уровне осмыслить христианс кие заветы, показать их жизненную важность и подтвердить необходи мость следования им для сохранения психического здоровья.

Построенная линейно квадратичная модель позволяет расширить рамки предложенного В.А. Лефевром нелинейного подхода к представ лению саморефлексии субъекта, что открывает новые горизонты в раз витии настоящей теории, а также приближает нас к пониманию нели нейной природы человеческой психики.

Литература 1. Лефевр В.А. Алгебра совести. М.: Когито центр, 2003.

2. Лефевр В.А., Дж. Адамс Веббер. Функции быстрой рефлексии в биполярном выборе // Рефлексивные процессы и управление, 2001, № 1, Т. 1. С. 34 46.

3. Лефевр В.А. Рефлексия. М.: Когито центр, 2003.

ИССЛЕДОВАНИЕ МОДАЛЬНЫХ СТРУКТУР РЕФЛЕКСИВНЫХ ИГР С.М. Аристова, П.М. Королев (г. Кудымкар, Образовательный центр) Предлагается модель рефлексивных процессов в контексте представ лений о мыследеятельности (Г.П.Щедровицкий). Выделяются основные фазы и рассматривается структура связей в модулях гурджиевской энеаг раммы. Дается интерпретация на примере анализа «золотого сечения» со ссылкой на модельные представления В.А.Лефевра.

ЗАКОНЫ САМООРГАНИЗАЦИИ ВНУТРЕННЕГО МИРА ЧЕЛОВЕКА И МЕТОДЫ УПРАВЛЕНИЯ ПЕРСОНАЛЬНЫМИ МОДЕЛЯМИ С.М. Белозеров (Москва, Академия народного хозяйства при Правительстве РФ) 1. Центральная функция психики – моделировать среду жизни чело века, чтобы в моделях открывать законы среды, в соответствии с которы ми он мог бы с минимумом ошибок строить организованные виды своей активности – профессиональную деятельность, период жизни, поведе ние, обучение, игру и т.д.

Материал человеческой психики самоорганизуется в такие персональ ные модели, как композиции – внутренние органы управления органи зованной активностью по собственным законам организации психики че ловека, открывающие законы внешнего мира для жизни в нем. Иначе го воря, природа законов самоорганизации внутреннего мира человека, их на значение – в открытии законов и правил внешнего мира.

2. 20 летние исследования самоорганизации материала в простран стве внутреннего мира личности (более 10 тыс. испытуемых) и его объек тиваций в различных мировых культурах позволили найти ряд базовых за конов самоорганизации внутреннего мира человека: закон инвариантных от ношений, закон дополнительности, закон связи, закон числа и др. Их можно выразить математически.

3. Следовательно, математику в данном смысле можно трактовать как объективацию законов самоорганизации психики, ее структуры, но не со держания. По этим же законам строятся все культурные модели – музы кальные, художественные, литературные, театральные, архитектурные, физические, химические, религиозные, мифологические, лингвистичес кие, психологические и т.д. Это не удивительно, так как все они сначала рождаются во внутренних мирах их авторов.

4. «Подсмотрев» эти законы в организации внутреннего мира челове ка, мы создали на их основе психологические IT – информационные техно логии сознательного построения человеком моделей деятельности, систем знаний, информации, решений, образов (РСМ/ССМ), открывающих каждо му правила, закономерности и законы в той области, в которой он живет и работает. Такие IT, моделирующие информацию по естественным зако нам самоорганизации психики, не только резко снижают возможность ошибок в деятельности, жизни, поведении и игре, но и выполняют эври стическую функцию «машины открытий». Если человек строит модель на тему, значимую только для него, то правила и закономерности, откры ваемые им с помощью таких IT, имеют узкую область использования. Если же тема модели общезначима (например, модель элементарных частиц), то законы, открываемые в ней остаются в культурных пластах человечес кого сообщества.

5. Особую ценность такие IT приобретают в организации управления и бизнесе. Исследования в 43 компаниях РФ показали высокий уровень ошибочных решений менеджеров и топ менеджеров – от 12% до 34% всех принимаемых решений, а также высокий уровень нескоординированно сти их деятельности – от 25% до 48%. Это приводит к потерям от реально возможной прибыли компании в размере от 32% до 73%. Внедрение пси хологических IT приводит к снижению потерь до 12% 3% за счет сниже ния уровня ошибочных решений до 5 1% и снижения уровня декоорди нации решений и действий до 3 0,8%.

6. Использование таких психологических IT (персональных и корпо ративных центров моделирования РСМ/ССМ) при решении личных пси хологических проблем служит практическим доказательством возможнос ти «компьютерного психотерапевта», теоретическое доказательство ко торого приводится в книге автора тезисов «Организация внутреннего мира человека и общества. Теория и метод композиций». М.: «Алетейа».

ПО ПОВОДУ «НЕПРОХОДИМОЙ ГЛУПОСТИ» И.П. Беляев, В.М. Капустян (Москва, НИИ информационных технологий) Проблемная ситуация (полигон) T понимается субъектом xi как Txi.

Тогда под пересечением T Txi будем понимать «уровень осознания» субъектом ситуации. Введем оценку уровня осознания ситуации в виде || T Txi || xi = (1) || T || где || || – мощность соответствующего множества. Величина xi показывает степень расхождения «истинного» состояния ситуации и ее отражения в сознании субъекта xi.

По аналогии с формулой совместной вероятности введем оценку со гласованности осознания ситуации T совокупностью N субъектов как про изведение соответствующих оценок xi :

N PN (T) = Р xi (2) i = Формула (2) вроде бы должна «чисто инструментально» и прозрачно просто давать оценку того, в какой степени (в процентах или долях еди ницы) совпадает осознание ситуации в группе субъектов некоторой об щей деятельности. При равной для всех членов группы из 10 человек сте пени понимания (осознания) ситуации xi = 0,9 несложно подсчитать, что степень согласованности (индекс согласия) P10(T) = 0,35. Для малой груп пы максимального объема N = 7 получим значение индекса согласия P7(T) = 0,48. Понятно, что такие оценки практически ничем не обоснованы, но достаточно наглядны для понимания сути дела. Ведь мы отвлекаемся от того, что не все субъекты в группе заняты всем – профессиональная орга низация совместной деятельности требует спецификации и разделения труда. И здесь задача согласования деятельностей различной направлен ности ложится на руководителя. Недаром в японской промышленности практикуют ротацию кадров и обязательное овладение всеми типами де ятельности в рамках некоторого производственного процесса.

Рассматриваемая модель позволяет понять и даже грубо оценить не которые механизмы социально общественной интеграции и коммуника ции. Например, механизм передачи некоторой идеи T от субъекта x1 «по цепочке» субъектам xi, i = 2,3,..., N (без самостоятельных оценок) опи шется также соотношениями (1) (2). И, скажем, уже пятый участник «це почки» осознает 0,59 от начального объема идеи, информации, сообще ния. Этот же подход позволяет понять механизм порождения самых ди ких слухов из первоначально правдоподобного сообщения. Здесь же мож но обсудить вопрос передачи знаний лектором на лекции, докладчиком на собрании и т.п.

Данная простая, модель позволяет понять, почему сильно искажают ся указания и распоряжения, передаваемые по достаточно иерархичной организационной системе управления, достигая низовых уровней. Так, уже для трехуровневой системы при том же условии xi = 0,9 получим P3(T)= = 0,73.

Можно понять, почему большие группы людей могут достигнуть вза имопонимания лишь по примитивным (простым) вопросам, касающим ся взаимодействия в сфере простых потребностей. Ведь шкала человечес ких потребностей начинается с витальных потребностей (в воздухе для дыхания, воде, пище и т.п.), далее идут социальные потребности (в обще нии, признании и т.п.), и вершиной являются духовные потребности.

И чем сложнее, более развита потребность, лежащая в основе данной деятельности, тем сложнее социальный комплекс, её удовлетворяющий, в том числе и по части инкорпорированных в него систем знаний. Пото му то она так трудно согласуется с деятельностью других.

И потому для лучшей управляемости часто применяются методы ог лупления, низведения потребностей людей до витальных. Иногда такие методы вынуждены – например, в армии. То же практикуется при тота литарных режимах. Достаточно вспомнить насильственную депортацию из России представителей интеллигенции в первые годы после револю ции 1917 г.

По выражению Н.Ф. Фёдорова (из работы «Письма от неучёных к учё ным»): «Для учёных история – это результат развития человечества под управлением объективных законов, а для неучёных так это просто море крови: непрерывная череда зверств и непроходимой глупости». По пово ду причин непроходимой глупости, как нам кажется, можно наметить не которые объяснительные схемы.

РЕФЛЕКСИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ СИТУАЦИЯМИ С ПОМОЩЬЮ АНАЛИТИЧЕСКИХ МЕТОДОВ И.П. Беляев, Е.А. Трофимов (Москва, НИИ информационных технологий) В основе принятия любого управленческого решения лежит знание и, при необходимости – анализ состояния предметной области. В этом ключе имеет смысл говорить не только о статистически накопленных дан ных, их динамике, но и о различного рода связях между событиями, опи сывающими предметную область (причинно следственных, статистичес ки определенных, ассоциативных и других связях).

Выявление «скрытых» связей между событиями, описывающими предметную область, их формальное представление в первую очередь по зволяет лицу, принимающему решение построить рефлексивную модель поведения людей, влияющих на развитие событий.

Процедура аналитической обработки информации, программная ре ализация которой обеспечивает эффект приращения знаний о состоянии предметной области и тем самым построение рефлексивной модели по ведения субъектов, влияющих на развитие событий, автоматически вы являет структуры статистически определенных связей, заданных на мно жестве значений переменных (поисковых дескрипторов) базы данных.

В отличие от известных методов анализа данных (Data mining, OLAP, методы статистического анализа и пр.) метод, положенный в основу про цедуры аналитической обработки информации, решает в некотором смысле задачу, обратную постановке задачи многокритериального выбора.

В соответствии с задачей многокритериального выбора определяется некоторое множество допустимых точек А = (а1,..., ак) пространства па раметров А, описывающих модель предметной области, в которых сово купность задаваемых критериев Ф(А) не достигает наихудших значений.

В нашем случае, точка А = (а1,..., ак) пространства интерпретируется за писью в базе данных, а множество параметров { аi } – поисковыми деск рипторами. При этом задается минимальная размерность допустимого пространства точек (выборки записей в базе) и требуется определить сис тему параметрических ограничений, которые могут характеризовать вы борку заданной размерности. Тем самым выявляются «скрытые» статис тически определенные связи между событиями предметной области.

Таким образом удается за счет выявления изначально скрытых связей на предметной области уменьшить «рыхлость» знаний лица, принимающе го решения и тем самым более плотным планшет рефлексивного анализа.

ПОСТНЕКЛАССИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ РЕФЛЕКСИИ И РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ ИДЕНТИФИКАЦИИ В.А. Буров (Москва, МГТУ им. Н.Э.Баумана) При построении модели рефлексии нам необходимо определить соб ственную исходную эпистемологическую позицию.

В кажущейся нам «естественной» классической парадигме научного знания не учитывается то, что принятая в ней эпистемологическая пози ция является отражением определенного типа субъективных пережива ний и соответствует первой классической глобальной научной револю ции XVII века. Молчаливо как аксиомы полагается, что субъект является индивидом, отнесенным к некоторой константной культуре, существую щей постоянно и лежащей в некотором опыте.

Переходя к формирующейся сегодня в условиях четвертой глобаль ной научной революции современной постнеклассической парадигме (В.С.Степин), включающей субъекта научного знания в схему теоретиза ции, мы придаем научной теории характер субъектной реальности с со ответствующим развитию внутренней организации субъекта динамичес ким развертыванием и актуальным существованием. Следуя этой пара дигме, мы должны дополнять теорию анализом реальности субъекта и его эпистемологической позиции.

В качестве примера одного из возможных вариантов эпистемологи ческой позиции, отличной от классической, мы можем трансцендировать субъекта за пределы опыта, определить переживаемую им реальность как лишь частично представимую в языке. От когнитивной модели рефлек сии мы можем перейти к балансу актуальной структуры реальности и ин формационных представлений в этой структуре. Такая эпистемологичес кая позиция будет близка к практикам традиционных культур и религи озному опыту.

Возможность преобразований эпистемологической позиции сразу показывает необходимость решения проблемы идентификации (В.Е.Леп ский) уже при создании теоретической модели – например, модели реше ния той же проблемы идентификации. Иначе мы опираемся на сложив шееся в научном дискурсе догматическое закрепление одного из возмож ных решений, кажущегося нам «естественным».

Таким образом, постнеклассическая модель рефлексии кроме рефлек тируемой и рефлектирующей позиции должна включить решение про блемы идентификации субъекта как актуальную динамическую состав ляющую теоретической модели: постановка задач, структура реальности и язык идентификации будут актуализироваться субъектом. Можно лишь предложить ему начальную «точку отсчета» из нашего субъективного ре шения проблемы идентификации, а также стратегию «навигации», сохра няющую эту точку отсчета.

Наша модель постнеклассического знания, выделяющая в нем теоре тические конструкты и медиаторы духовной культуры, является также и моделью решения задачи идентификации субъекта научного знания.

В этой модели построения теоретического знания за основу берутся две составляющих. Первая, формально логическая – это теоретические конструкты, формальные схемы, фикции которые могут конструироваться на основе обобщения опыта или браться в готовом виде из других облас тей знания. Вторая, смысловая – это медиаторы, вводится в теоретичес кие схемы субъектом для их включения в пространство духовной культу ры. В этом плане аспекты конструирования и медиации могут быть выде лены в любой научной работе, некоторые из которых по своей сути пред ставляют конструирование формальных схем, а другие – «медиацию на тему выбранного конструкта». Эти две составляющие теоретического зна ния необходимо дополнить наполнением конструкта онтологией облас ти, куда он перенесен, и структурированием эмпирики этой области на основе данного конструкта (В.С.Степин).

Таким образом субъектная составляющая теоретического знания в предлагаемой конструкции оказывается сведена к выбору медиаторов ду ховной культуры.

Выбор ключевых медиаторов будем связывать с представлением о полноте объема бытия в данной культуре: статусе основных определен ных Н.А.Носовым реальностей – телесности, сознания, личности, воли, внутреннего человека и духовности (виртуального тела субъекта).

Рассматривая вопрос сохранения национальных культур в современ ном информационном мире, В.Е.Лепский ставит проблему идентифика ции субъекта при «навигации» в поликультурном пространстве и форми рования языка для решения этой проблемы.

В предложенной нами модели субъект поликультурной «навигации» может рефлектировать инокультурные воздействия как возникающие вир туальные (лишь актуально существующие) изменения статусов реальнос тей его виртуального тела. Сделать это он может на основе сопоставления с опытом переживаний в опорной исходной позиции. Исходная позиция представляет собой набор ключевых медиаторов этноса, за сохранением которых и предлагается следить в процессе поликультурной «навигации».

При этом субъект может делать осознанный выбор принимаемых им трансформаций своей базовой культурной бытийной позиции или воз вращения в исходную позицию «навигации», возможно обогащенную межкультурным диалогом.

В данной модели рефлектирующая позиция существует актуально как субъектная реальность и постоянно перемещается;

это реальность тради ционной культуры и реальность поликультурной «навигации». Субъект реф лектирует свою «навигацию» из позиции традиционной культуры, а тради ционную культуру – из позиции «навигации», и обе они включены в дина мику своего актуального существования и эволюцию внутреннего психо логического и духовного опыта субъекта. Возникает проблема вооружения средствами рефлексии двух культурных позиций субъекта с разным реше нием в них проблемы идентификации, и следовательно выстраивания как бы двух рефлектирующих субъектов с разной идентификацией.

Примером такой рефлексии может служить работа с этическими си стемами В.Лефевра как изменение базовой культуры в поликультурной «навигации» российского общества. Здесь возникает необходимость раз вития рефлексивной культуры как для национальной, так и для надна циональной позиции – с разным решением в них проблемы идентифи кации.

НРАВСТВЕННОСТЬ КАК МОДЕЛЬ РЕФЛЕКСИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ А.Ю. Буров (Украина, г. Киев, украинско американское предприятие «Украинские информационные системы») Борьба со злом всегда была главным движителем сюжета в искусстве и политике. Для успешного следования написанному сценарию необ ходимо столкновение двух моделей – героя положительного и героя от рицательного. С этой целью на этапе завязки авторы сценария форми руют у аудитории (читателя, зрителя или социума) модели (образы) глав ных героев. При этом формирование осуществляется путем отражения их гиперболизировано положительного и отрицательного наборов па раметров в сознании аудитории. Сопоставление моделей отражает кон фликт действующих героев, а развязка показывает, какая из моделей лучше. Но если в сказке добро всегда побеждает зло, поскольку ее цель нравственно воспитательная, то в политике такая развязка не всегда возможна. Ярким примером тому стали политические события 2003 г.

вокруг Ирака, когда модель зла оказалась ложной и положительный ге рой вынужден признать: «доказательства» зла были ложными и «отри цательный» герой не обладал теми негативными качества, которые ему приписывались.

В терминах математической логики военно политическая операция против Ирака описывается не рефлексией (для которой справедливы по строения типа «Если США – хорошая страна, она борется с террористи ческими организациями;

в регионе Ирака существуют центры подготов ки террористов, значит, США должны бороться с Ираком»), а имплика цией, при которой даже при ложной исходной посылке и ложных дей ствиях возможен положительный результат.

И в политике, и в искусстве используется рефлексивное управление сознанием людей, но действия на физическом уровне (политические со бытия и война как «продолжение политики другими средствами») и на психическом (искусство) реализуются по разному.

Во первых, потому что конфликт является локальным и персонифи цированным – небольшое количество участников и достижение положи тельного результата возможно для одного конкретного индивидуума либо группы людей.

Во вторых, поскольку существует добро, то существует и зло – если есть свет, то есть и тень. Разделение между ними происходит по отноше нию к конкретному объекту, одна сторона которого оказывается в этом случае положительной, а другая отрицательной. Математическим анало гом такого раздела является нулевая точка на шкале измерения (точка отсчета).

В то же время в социально психологическом аспекте понятия «хоро шо плохо» имеют выраженное историко географическое значение. Если до 1917 г. «слово русского офицера» было гарантией честного выполне ния обязательств (максимумом порядочности и честности), в последние 10 15 лет ценность подобного утверждения приближается к нулю и ис пользуется для дезинформации собеседника (формирование у него иска женного модели событий), а максимальным ценным становится умение получить «свое» любой ценой.

Разница в географических нравственных ценностях видна на приме ре Европы и Северной Америки. Если в Европе национальными героями становились защитники отечества, то в США ими становились участни ки захвата чужих территорий.

Разница в критериях заключается не в «извращенности» идеалов, а в точке отсчета, точнее, в ее смещении по оси «добра зла». В действи тельности, в рефлексии социального поведения на шкалу нравственно сти следует выделить несколько интервалов, т.е. шкала должна быть ин тервальной.

1. Нравственность индивидуума. Оценка событий строится по от ношению к своему «Я», «добро» – это то, что положительно лич но для меня, «зло» то, что для меня неприемлемо.

2. Нравственность группы. Оценка события строится по отношению к идеалам и целям группы. Индивидуум либо согласует свои лич ные интересы с групповыми, либо покидает группу.

3. Мораль социума (государство, общество). Чаще всего она регла ментируется определенными юридическими правилами и закона ми. Может не соответствовать интересам многих групп и индиви дуумов, т.к. отражает модель социального поведения в интересах господствующей группы или групп.

4. Общечеловеческие ценности. Правила социального поведения индивидуумов и групп в интересах выживания биологического вида.

Совершенно очевидно, что между шкалами может существовать не соответствие, вызванное несовпадением точек отсчета и, как следствие, смещенная модель рефлексии социального поведения. Формирование нравственности индивидуума и группы состоит в совмещении «нуля» со ответствующих шкал и рефлексивном управлении формированием мо дели их нравственного поведения с учетом исторических, географичес ких, этнических особенностей индивидов.

РЕФЛЕКСИЯ В ИЗМЕНЕННЫХ СОСТОЯНИЯХ СОЗНАНИЯ А.А. Бухтояров (Москва, Институт компьютерных психотехнологий РАЕН) 1. Существует целый спектр состояний сознания, которые качествен но отличаются как от обычного, так и друг от друга. Наше сознание, как и всё в этом мире, квантовано.

Содержание акта рефлексии полностью зависит от формы сознания, в котором она осуществляется. Между тем всё еще бытуют предположе ния, что существует только одно состояние сознания, и стандартом этого состояния является сам исследователь.

2. Наше сознание так и останется управляемым при помощи мифов, пока из всей <Короны> его состояний будет использоваться только одно.

В этом случае можно говорить только о рефлексии в рамках одного состо яния сознания, огороженного <красными флажками>. Зацикленность в одном дискрете сознания – цена управляемости людской массы.

3. Многомерное сознание, позволяющее <рвануть за флажки>, ста новится востребованным из за катастрофичного характера, который при обрело современное развитие. Его выпускают на сцену Бытия потому, что <нормальные> решения и сценарии выхода из мирового цивилизацион ного кризиса не разрабатываются.

4. Вопреки утверждённому наукой восхождению по спирали, цик лоиде и т.п., существует и одновременно действует и нисхождение по этой же спирали. И тогда пространство бытия человека задаётся только тем, какой процесс идёт быстрее. Бодрое детское сознание весело утверждает:

всё тайное станет явным! Но переключение во взрослый режим говорит, что это вряд ли удастся. Явное может становиться тайным ещё быстрее. И жить нам, как информационному существу, станет негде.

5. Сегодняшнее положение вещей в глобальном плане невозможно поменять при помощи метода постепенных улучшений мира по частям или метода сохранения существующего порядка вещей. Он может быть только целостно обновлён, и механизм такого процесса должен быть за пущен в кратчайшие сроки.

НЕЙРОПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ БИОИНФОРМАТИКА И РЕФЛЕКСИРУЮЩИЙ СУБЪЕКТ А.В. Воронов (Владивосток, Институт автоматики и процессов управления ДВО РАН) Существенное значение для изучения, поддержки и развития рефлек сии индивидуумов могут оказать процессы информатизации, разработка и применение специализированных компьютеризированных средств. Рас смотрим находящиеся на уровне идей и на уровне предварительных ре шений новые информатизационные аспекты, которые могут представлять интерес для изучения, поддержки и развития рефлексии.

Сегодня все большее распространение получает идея необходимости создания интеллектуальной комплексной среды, содержащей интеллекту альные интерфейсы, обеспечивающие взаимодействие человека с разно образными машинами и доступ человека к распределенному сетевому зна нию. Такая среда может содержать также интеллектуальные объекты вир туальной реальности, интеллектуальные мобильные роботы, технологии обучения эффективному взаимодействию человека с интеллектуальной средой и др.

Эффективное взаимодействие человека с машинами предлагают реа лизовывать с помощью биологических сигналов человека. Чаще из био логических сигналов предлагают: электрокулограммы – записи сигналов движения глаз, электромиограммы – записи сигналов напряжения мышц, электрокардиограммы – записи сигналов ритма сердечной мышцы, элек троэнцефалограммы – записи биотоков головного мозга, альфа волны, распространяющиеся по позвоночнику к головному мозгу и др. Ведутся разработки микроэлектронных устройств, имплантируемых в организм человека и животных. Технологическим институтом штата Иллинойс (США) разработаны устройства микростимуляторы, взаимодействующие с нейромускульной системой человека. Исследовательская группа Наци онального института здравоохранения США разрабатывает устройства, имплантируемые в мозг человека. Предполагается, что устройства, имп лантированные в мозг, позволят осуществлять мысленное общение чело века с компьютером и принципиально новый метод взаимодействия че ловека с миром.

Большое значение придается исследованиям возможности использо вания среды виртуальной реальности. Так исследовательский проект blue c [1] имеет цель построения коллективной виртуальной среды, интегриру ющей реальных людей, снятых с помощью видеокамер. Изображения, сня тые с помощью видеокамер, с поддержкой движений и речи людей в реаль ном времени интегрируются в сетевые виртуальные среды, а использова ние больших экранов и современных проекционных технологий дает воз можность создавать ощущение полного погружения в виртуальную реаль ность. Таким образом, система blue c может сделать доступным взаимо действие между людьми и виртуальными образами – моделями функцио нального и поведенческого характера.

Для успешного практического применения виртуальных образов необ ходима разработка интегрированных моделей восприятия, рефлексии, эмо ций, поведения, адаптации и т.д., и реализация этих моделей в виртуаль ных образах. В двадцать первом веке ожидается интенсивное развитие в области создания «бытовых и обслуживающих» интеллектуальных роботов функционирующих в не детерминированной, изменяющейся среде и отве чающих высоким требованиям по уровню взаимодействия с человеком. В [2] обсуждаются перспективы реализации взаимодействия интеллектуаль ного робота и человека, при котором человек является пассивным пользо вателем, не проявляющим какие либо искусственные действия, а робот на ходиться в прямом контакте с человеком, отслеживая его лицо. Разработан человекоподобный робот, отображающий некоторые эмоциональные от тенки выражения в ответ на непосредственные физические контакты в про цессе взаимодействия с человеком [3]. Происходят существенные измене ния в области разработки технологий обучения и тренинга пользователей человеко машинных интерфейсных систем. Так, наблюдается постепен ное не просто улучшение существующих систем, а использование новых сред и процессов, в которых осуществляется обучение и тренинг. В ре зультате появляется новое поколение компьютеризированных систем, основным признаком которых является использование, например, среды приключенческих игр [4].

Существующие науки об информационных процессах (кибернетика, информатика, нейрокибернетика, нейроинформатика, социальная ин форматика, бионика, биоинформатика и др.) недостаточно учитывают знания психологии и практически не уделяют внимания психологичес кому “Я”. Это затрудняет и делает малопригодным использование дости жений этих наук для изучения, поддержки и развития рефлексии инди видуумов. Приведенные выше новые информатизационные аспекты бо лее применимы для изучения, поддержки и развития рефлексии, чем до стижения общепризнанных наук об информационных процессах. Новые информатизационные аспекты следует отнести вернее к нейропсихоло гической биоинформатике [5].

Концептуально работу по практическому изучению, поддержке и раз витию рефлексии предлагается реализовывать, интегрировав психоло гические представления о человеке, информационный подход и высо котехнологичные наукоемкие инновации в научное направление ней ропсихологическая биоинформатика. Нейропсихологическую биоин форматику следует ориентировать на разработку антропологических био компьютерных средств, совмещенных функционально с человеком, под держивающих постоянный контакт с человеком и участвующих прак тически во всей жизнедеятельности человека, и способствующих инди видууму эффективно организовывать, поддерживать, изучать и разви вать рефлексию, а также формировать новые научные знания о законо мерностях жизнедеятельности, функционирования и развития челове ко биокомпьютерных систем.

После выявления характерных для рефлексивных состояний призна ков на изображении лица планируется развитие работ в данном направ лении с применением аппаратно программных средств информатики.

Литература 1. Gross Markus, Staadt Oliver. The blue c project // ERCIM News. 2001. # 44. P. 41 42.

2. Sekmen Ali~ESafak, Wilkes Mitch, Kawamura Kazuhiko. Application of passive human robot interaction: Human tracking based on attention distraction // IEEE Trans. Syst., Man, and Cybern. A. 2002. 32, # 2. P. 248 259.

3. Canamero Lola, Fredslund Jakob. I show you how i like you can you read it in my face? // IEEE Trans. Syst., Man, and Cybern. A. 2001. 31, # 5. P. 454 459.

4. Khan Masood Mehmood. Implementing an intelligent tutoring system for adventure learning // Electron. Libr. 2002. 20, # 2. P. 134 142.

5. Воронов А.В. Мультидисциплинарный подход к рефлексии // Рефлексивные процессы и управление. Тезисы III Международного симпозиума 8 10 октяб ря 2001 г., Москва / Под редакцией А.В. Брушлинского и В.Е. Лепского. М.:

Изд во “Институт психологии РАН”, 2001. С. 21 23.

АВТОМАТИЧЕСКАЯ КЛАССИФИКАЦИЯ КАК РЕФЛЕКСИВНЫЙ ПРОЦЕСС Д.А. Вятченин (Беларусь, г. Минск, БГУИР) Одним из основополагающих понятий в человеческой деятельности является понятие классификации. Под классификацией традиционно понимается разделение рассматриваемой совокупности объектов или яв лений на однородные группы, причем, в зависимости от контекста, тер мином «классификация» обозначается как собственно процесс разделе ния, так и его результат [3]. Для решения задач классификации, возника ющих в научной и практической деятельности человека, предложены са мые разнообразные подходы, такие, как дискриминантный анализ, фак торный анализ, многомерное шкалирование и многие другие, среди ко торых особое место занимают методы классификации объектов в услови ях отсутствия так называемых обучающих выборок, то есть информации, характеризующей принадлежность объекта исследуемой совокупности одному из выделяемых классов [3].

В наиболее общем виде проблема классификации объектов в услови ях отсутствия обучающих выборок состоит в разбиении на заранее извес тное (либо неизвестное) число однородных, в определенном смысле, клас сов, всего исходного множества объектов таким образом, чтобы объекты, принадлежащие одному классу, находились бы относительно близко друг от друга, а сами классы отличались бы между собой. Полученные в ре зультате разбиения классы объектов именуются также кластерами, обра зами или таксонами, а методы их обнаружения соответственно называ ются автоматической классификацией, кластерным анализом, распозна ванием образов с самообучением или численной таксономией [3]. Мето ды автоматической классификации позволяют, с одной стороны, выяв лять «естественное» расслоение объектов по классам, и, с другой сторо ны, определять «естественное» число классов, на которые «расслаивает ся» исследуемая совокупность, в случаях, когда количество классов явля ется априори неизвестным. Эти методы условно объединяются в эврис тическое, иерархическое, оптимизационное и аппроксимационное на правления [2,3].

С гносеологической точки зрения, качество машинной классифика ции определяется ее соответствием классификации, проведенной чело веком, так что при значительной «близости» человеческой и машинной классификации можно сделать самые общие выводы о корректности той или иной кластер процедуры. Для определения адекватности существу ющих и разрабатываемых алгоритмов кластерного анализа человеческо му способу классификации без обучения необходимо рассмотреть про цесс классификации с самообучением, проводимой человеком. Подоб ная установка нашла применение в моделях распознавания с обучением, к примеру, при разработке алгоритма «Кора» [1].

В рамках процесса классификации, проводимой человеком, можно выделить несколько этапов. На первом этапе процесса субъект выделяет общие, наиболее характерные для объектов исследуемой совокупности, признаки, по которым будет производиться классификация, либо опре деляет отношение сходства на исследуемой совокупности. На втором этапе субъект производит группировку объектов в классы на основании «бли зости» значений выделенных признаков либо сходства объектов. Третьим этапом процесса классификации является верификация результатов, пре дусматривающая, во первых, рассмотрение «существенности» выделен ных для классификации признаков, либо рассмотрение адекватности выбранного критерия сходства объектов, а во вторых, соответствия по лученной классификации критерию качества, формулируемому субъек том. Результатом третьего этапа процесса классификации является, либо, с одной стороны, выделение других признаков, по которым производит ся классификация объектов, или выбор другой меры сходства с последу ющей группировкой объектов на основании новых результатов, получен ных при повторении первого этапа процесса, либо, с другой стороны, повторение второго этапа процесса классификации до тех пор, пока по лученный результат не будет удовлетворять выработанному субъектом критерию качества классификации. Следует указать, что как признаки, характеризующие объекты, или мера сходства объектов, так и критерий качества классификации определяется субъектом на интуитивном уров не, исходя из условий конкретной задачи.

С позиции прикладной статистики, задачи, соответствующие пер вому этапу процесса классификации, проводимой субъектом, не явля ются задачами автоматической классификации, поскольку в задачах кла стерного анализа исходные данные описываются либо матрицей значе ний признаков объектов, либо матрицей сходства объектов, то есть при знаки, характеризующие объекты, либо мера сходства объектов явля ются известными, так что автоматическая классификация, проводимая субъектом, состоит из второго и третьего этапов рассмотренного выше процесса, причем результатом третьего этапа будет являться только про верка соответствия полученной классификации выработанному субъек том критерию качества. Более того, в результате проведения третьего этапа процесса классификации субъектом может быть сформулирован другой критерий качества классификации, более адекватный условиям решаемой задачи. Сущность третьего этапа заключается в том, что субъект, проводящий классификацию, становится в позицию наблюда теля по отношению к системе «классифицируемая совокупность объек тов – субъект, проводящий классификацию», что позволяет, во первых, рассматривать указанную систему как рефлексивную, а, во вторых, рас сматривать классификацию без обучения, производимую субъектом, как рефлексивный процесс.

Таким образом, алгоритмы автоматической классификации, суще ствующие, и, особенно, разрабатываемые, должны анализироваться не столько с точки зрения господствующего в этой области естественнона учного подхода, сколько с точки зрения рефлексивного подхода, что обеспечит не только высокую точность результатов проводимого анали за, но и их более простую интерпретацию.

Литература 1. Вайнцвайг М.Н. Алгоритм обучения распознаванию образов «Кора» // Алго ритмы обучения распознаванию образов. М.: Сов. радио, 1973. C. 8 12.

2. Мандель И.Д. Кластерный анализ. М.: Финансы и статистика, 1988.

3. Прикладная статистика: Классификация и снижение размерности: Справ.

изд./ С.А. Айвазян, В.М. Бухштабер, И.С. Енюков, Л.Д. Мешалкин;

Под ред.

С.А. Айвазяна. М.: Финансы и статистика, 1989.

РЕФЛЕКСИВНЫЙ АНАЛИЗ ИСТОКОВ ГЕНДЕРНОГО ДИСБАЛАНСА ОБЩЕГО ОБРАЗОВАНИЯ В.Т. Гам, А.А. Филимонов, Н.В. Чекалева (Омск, Омский государственный педагогический университет) Попытаемся рассмотреть истоки гендерного дисбаланса в общем об разовании основываясь на рефлексивном анализе одного из основных компонентов социальной организации школы, а именно содержания об разования.

Традиционно содержание школьного образования заключается в изу чении основ наук. Именно они составляют значительную часть учебного плана любой школы. Науки несут в себе в явном и скрытом виде гендер ный дисбаланс. Это связано с тем, что научная картина мира вырастала на основе научных форм рациональности, которые присущи ее создате лям – мужчинам. Они стремились рационально объяснить и упорядочить не рационально устроенный мир. Отсутствие иррациональности и инту иции, присущих женскому мышлению, мужчины пытались компенсиро вать знанием о законах существования мира.

Действительно, идеалы и нормы процесса обучения в школе фикси руют четкие научные схемы упорядочивания мира и явно выраженные «правила игры». Это проявляется в знаниях по предмету, аналитичности коммуникаций, рассудочности и схематизме процесса обучения, откры тости оценки, отсутствии рефлексии. С другой стороны школа представ ляет собой миф организацию (по классификации организаций В.Тара сенко, представленной в Интернет публикации «Диагностика организа ции: инструменты консультанта мифодизайнера») и реализует достаточ но закрытую реальность, стремящуюся к универсальной ценности и са моорганизующуюся через прошлые причины (в конечном счете, это от ражено тезисом – «наше образование – лучшее мире» – и не надо ничего менять). Все должно быть узнаваемо и объясняемо с точки зрения «свя щенных» текстов (учебный план, программы, стандарты, инструкции, методики, технологии, ….).

В результате, опыт познания школы индивидуален и для учителя, и для ученика, а потому, как правило, неверифицируем и нефальсифици руем (очарование школой). При этом миф, в котором живет школа, не должен рефлексироваться, фиксироваться как схема или модель упоря дочивания мира. Главный принцип жизни такой школы отсутствие ка кого либо организационного развития, стремление к максимальному го меостазу процесса обучения по устойчивым самовоспроизводящимся схе мам. Современная школа реализует принцип, сформулированный Я.А.Ко менским [1]: «Искусство обучения не требует ничего иного, кроме искус ного распределения времени, предметов и метода».

Таким образом, содержание школьного образования, построенное на «мужском» восприятии мира в ущерб «женскому», не является сбаланси рованным разум (под которым понимается рационализм, логика, ана лиз) превалирует над интуицией, синтезом, духовностью даже в гумани тарных предметах. Заметим, что изучение наук также явно принижает роль женщины (достаточно посмотреть на портреты ученых в стенах школь ных кабинетов математики, химии, физики, истории, биологии и даже литературы), однако науки в школе преподают преимущественно педаго ги женщины.

При получении общего образования явным и неявным образом муж ское рациональное мышление влияет на все базовые идеи о человеке, при роде и их взаимоотношениях. В результате обучения человек восприни мает мир как раздельные объекты, существующие во времени и трехмер ном пространстве. Наука не обеспечивает личность качественным позна нием, не считает ценностью субъективное знание и опыт. Преобладание мужских ценностей и установок приводит и к культурному дисбалансу, создает постоянный фон всех проблем индивидуального, социального, экологического, экономического и т.п. характера, разрушает социальный метаболизм, не способствует развитию рефлексивных способностей че ловека. С приобретенным в процессе обучения рациональным знанием, объективностью и логикой школьники (впрочем, и многие взрослые) со вершенно беспомощны, когда имеют дело с человеческими ценностями и человеческим опытом. Может быть, этим обусловлено то, что наряду с процессом обучения в школе происходит процесс отчуждения детей от возможного знания [2]. Результаты наших исследований показывают, что реально активно включены в учебный процесс не более трети учащихся.

Истоки гендерного дисбаланса, на наш взгляд, заложены в основах современного школьного образования, социальной структуре школы и, соответственно, приводят к искаженному социальному опыту, приобре таемому школьниками со всеми вытекающими отсюда последствиями.

С нашей точки зрения, гендерный баланс в процессе обучения может быть восстановлен путем синтеза разумного (рационального) и интуитив ного способа осознания. Это означает, что «мужское» начало в образова нии должно «потесниться» и предоставить возможности для проявления «женского». Психологи отмечают явное преобладание контекстуальной перцепции и способностей к синтезу у женщин и аналитических возмож ностей – у мужчин. Женское мышление ближе к целостному (экологи ческому), так как оно способно к интуитивному осознанию единства всей жизни, взаимозависимости ее проявлений, циклов изменения и транс формации, понимании мира как динамической сети взаимосвязанных событий.

Будущее образование должно ориентироваться не только на рацио нализм и логику, но и на интуитивное понимание, целостность восприя тия мира, духовность и субъективный опыт. Такой подход требует нового языка в образовании, так как изучение основ наук построено на языке описательном, тогда как сообщение личностных переживаний требует языка выразительного, непосредственно выражающего опыт и отражая его качественный характер. Такое образование требует рефлексивной куль туры в обучении.

Серьезный сдвиг к сбалансированности образования в рамках обсуж даемой в статье темы, на наш взгляд, содержится в концепции модерни зации общего образования и заключается в переходе к деятельностному подходу в обучении на основе компетенций. Деятельность учащегося (в проектной работе, тренингах, различных формах групповой работы и т.п.) дает возможность для проявления интуиции, позволяет учесть собствен ный опыт, повышает значимость субъективного знания, развивает спо собность к синтезу, рефлексии, восприятию целостности. В деятельност ном обучении теряют свою ключевую роль описательный язык науки (бо лее важен язык выразительный, метафорический), количественные оцен ки (важнее качественные) и классно урочная система.

Рефлексивное рассмотрение ситуации, в которой появилась класс но урочная система или количественные отметки, очевидно, также мо гут помочь обнаружить истоки гендерного дисбаланса в школьном об разовании.

Литература 1. Коменский Я.А. Великая дидактика // Коменский Я.А., Локк Д., Руссо Ж. Ж., Песталоцци И.Г. Педагогическое наследие / Сост. В.М. Кларин, А.Н. Джу ринский. М.: Педагогика, 1989.

2. Фрумин И.Д. Тайны школы: заметки о контекстах: монография/ Красноярс кий гос.ун т. Красноярск, 1999.

РЕФЛЕКСИЯ БИРЖЕВЫХ ИГРОКОВ ПРИ ИНФОРМАЦИОННОМ МАНИПУЛИРОВАНИИ РЫНКОМ Э.П. Григорьев, В.Е. Лепский, А.Н. Лобанов (Москва, Институт рефлексивных процессов и управления) Биржевая цена, определяемая законом спроса и предложения, в каж дый момент времени соответствует как текущему представлению игроков о «справедливой» цене, так и ожиданиями будущего. Систематическое по лучение прибыли от изменения цен может быть реализовано только при высокой степени надежности прогнозирования динамики цен (или при всеохватывающем манипулировании рынком). Движение цен вызывает ся как изменением спроса и предложения, так и модификациями посту пающей новой информации в рефлектирующем сознании игроков.

Для заметного изменения спроса или предложения нужны свободные финансовые или товарные ресурсы. Объемы их интервенций измеряются миллиардами долларов. Поэтому более дешевым и эффективным спосо бом манипулирования является информационное воздействие, позволяю щее вызвать движение рынка в сторону, выгодную для манипуляторов.

Средства массовой информации (СМИ) круглосуточно собирают но вости о политике и экономике со всего мира. Эту информацию через ра дио, телевидение, газеты и Интернет они доводят до субъектов биржевой торговли: спекулянтов, хеджеров, управляющих взаимными фондами, ин вестиционными компаниями, банками и корпорациями. Наряду с про стой трансляцией новостей, СМИ предлагают их трактовку, делают ана литические обзоры, строят рейтинги корпораций и дают рекомендации биржевым игрокам.

Можно выделить следующие методы воздействия манипуляторов на рефлексию биржевых игроков, если предположить наличие универсаль ной закономерности – рефлексии биржевых игр (РБИ), которая определя ет психологические реакции всех без исключения субъектов, выступаю щих в различных ролевых функциях на плацдарме столкновения финан совых интересов.

Несмотря на множество индивидуальных проявлений и ситуацион ных специфик, достаточно четко вырисовываются два основных контура механизмов РБИ, взаимодействующих друг с другом (см. рисунок).

(1) Контур внутреннего автоколебания игрока – ( )1, ( )2, …, ( )n. В этом контуре человек мечется между «жадностью» (Ж) и «страхом» (С)», делает выбор между двумя полюсами этих ценностных ориентаций в поле «биполярного конструкта» Ж С, соотнося свою игру с интуитив ными ожиданиями успешных или неудачных шагов.

(2) Контур внешнего воздействия со стороны манипулятора на поведе ние вышеуказанных субъектов. «Препарированная» информация вза модействует в головах игроков с информацией об изменениях бирже вых котировок.

Манипулятор Жадность и тщеславие «Ж» Цены пойдут вверх, надо Зеркало покупать!!!

высокого ранга «Ж» рефлексии t1 (Намерение) t2 Я купил, но Блокировка цены пошли рефлексии вниз: Убытки!

Цены пойдут игрока «С» вниз, надо (Реальность) продавать!!!

Дестабилизация здравого t1 (Опасение) Смысла и уверенности игрока Нужно закрывать убыточную позицию на уровне его сознания Выгодная возможность покупки для крупного Опасение и Страх Продажа с явным убытком игрока «С» Типичный способ рефлексивного манипулирования Разумеется, игроки проявляют определенные способности к рефлек сии, которая выражается в способности предвосхищения состояния буду щей ситуации. Однако это – невысокий ранг рефлексии, обусловленный раздвоением их сознания. Игрок подвержен воздействию изнутри силами двух противоположных установок: намерению хорошо заработать и опасе нием потерять вложенные деньги. Игроки научились противостоять вне шним силам, применяя методы технического и фундаментального анализа.

Манипулятор, осуществляющий внешнее воздействие, обладает более высоким рангом рефлексии, чем субъекты биржевой игры ( )i. Он встра ивает в обычный поток сведений такие элементы, которые способны воз действовать именно на иррациональную сторону психики человека. Транс лируя такие элементы в сознание игроков, Манипуляторы учитывают осо бенности эмоций человека, его психики, интуиции – всего, что опреде ляет «тонкие» свойства личности.

Не зная всей глубины подобного комплексного воздействия, игрок, сталкиваясь с ситуацией, когда цены пошли вниз, судорожно принима ет решение: «немедленно закрывать убыточную позицию, продавать!».

Это ведет к обогащению крупного игрока, намеревающегося осуще ствить массированные покупки (см. рисунок).

Тем самым, Манипулятор, действуя по контуру внешнего воздействия, использует мысленное «зеркало высокого ранга рефлексии», включая в свое сознание не только объективную ситуацию, но и все «раздвоенное» состояние сознания игрока. Он блокирует рефлексию игрока, дестабили зируя его здравый смысл и уверенность.

Обычно в этом случае начинает идти тенденциозный поток сообще ний;

либо плохие данные о товаре, который торговец купил, либо сово купность хорошей (для данной открытой позиции) или плохой информа ции, но с результирующим негативным уклоном. Другой вариант: цена товара начинает «стоять», т.е. находится в узком торговом диапазоне, не демонстрируя намерения идти вверх или вниз, начинают появляться со общения о том, что рынок «скучный», «без направления». Сидящему у компьютерного монитора торговцу на «скучном» рынке трудно сохранить постоянное внимание и концентрацию, он отвлекается от игры или (не дожидаясь движения в нужном ему направлении) выходит из своей пози ции (в нашем случае продает). Цель манипулятора достигнута: он приоб рел перспективную покупку, не загоняя рынок вверх, так как в данный момент было достаточно продавцов.

Описанная выше схема манипулирования реализуется на разных уров нях и временных горизонтах – начиная от товара определенного вида (нефть, золото и т.д.) и кончая курсами валют и индексами фондового рынка. В последнем случае манипулирование может приводить не только к достижению манипулятором существенной прибыли и соответствую щим убыткам других участников торгов, но и к серьезным политическим и экономическим последствиям для государства (можно вспомнить рез кий обвал курса британского фунта, азиатский финансовый кризис или крайне резкое падение курса рубля в конце прошлого века).

Особую опасность представляет манипулирование в современных ус ловиях широкого распространения биржевых счетов с использованием маржи и производных финансовых инструментов с высоким рычагом, значительно увеличивающим риски, так как при этом даже не очень силь ные изменения котировок (±10%) могут приводить к катастрофическим финансовым потерям.

В данной связи представляют интерес методы раннего обнаружения информационного манипулирования рынками с целью разработки спо собов его нейтрализации и предотвращения негативных последствий.

МЕТОДЫ РЕФЛЕКСИВНО ДИАЛОГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ МЫШЛЕНИЯ И ЛИЧНОСТИ Г.И. Давыдова (Москва, Институт рефлексивной психологии творчества и гуманизации образования) Базовой для разработки методов рефлексивно диалогического разви тия мышления и личности является модель интеллектуально личностных изменений, происходящих с субъектом в процессе преодоления им про блемно конфликтной ситуации (Семенов И.Н., Степанов С.Ю., 1983, 1990).

На основе исследования влияния рефлексивных процессов на изменение направленности личности в процессе преодоления проблемно конфлик тной ситуации, разработан метод диалогического взаимодействия в про цессе решения творческой задачи (МЕДИВ), а также метод рефлексив ной поддержки, выполняющий как самостоятельную, так и комплимен тарно ведущую функцию коммуникации.

Процесс рефлексивно диалогического взаимодействия подчинен ко нечной цели рефлексивного разрешения проблемно конфликтной ситу ации и обеспечивает формирование, коррекцию и восстановление лич ностных функций рефлексии в коммуникативном процессе, связанном с повышением целостности взаимодействия. Эту идею можно истолковать как идею со творения общего поля двумя составляющими (или двумя личностями), как работу «self» или «мы в процессе» (Латнер, 1986). Цен ностью рефлексивно диалогических отношений является заложенный в них механизм саморазвития.

Метод рефлексивно диалогического взаимодействия связан с обеспе чением условий для прецедентов самопознания, самоанализа в проблем но конфликтных ситуациях. В его основу положено моделирование эле ментов проблемно конфликтной ситуации, связанное с развитием лич ностного поведения человека, необходимого для конструктивного пре одоления «бесполезных стереотипов». В ходе рефлексивно диалогичес кого взаимодействия в разной последовательности решаются задачи ак туализации рефлексии, ее функций для разрешения субъектом проблем но конфликтной ситуации;

формирование творческого подхода к реше нию задачи;

осознания роли личной активности в конструктивном пре образовании ситуации «здесь и теперь»;

переосмысление своих деструк тивных паттернов взаимодействия, принятие своей адекватной самооцен ки в проблемно конфликтной ситуации;

осознание целостности своего «Я» (телесные проявления, задатки, способности, характер, ценности, цели, идеалы). Значительное место в рефлексивно диалогическом взаи модействии принадлежит развитию самоорганизации и самопознания в процессе изменения отношений личности. Логика разворачивания реф лексивно диалогического взаимодействия диктуется структурно функци ональной схемой, моделирующей рефлексивный потенциал личностно го цикла преодоления проблемно конфликтной ситуации: а) формиро вание побуждения;

б) осознание намерений;

в) смысл «здесь и теперь»;

г) самоопределение относительно имеющихся альтернатив;

д) осознание условий необходимых для ее решения;

е) волевое действие, связанное с реализацией принятого решения.

Личностные функции, обеспечивающие протекание рефлексивно инновационного процесса (побуждение, намерение, ценность, замысел, план, результат) являются элементами поведения человека в проблемно конфликтной ситуации. Характер этих функций связан с разнообразием видов и свойств процесса рефлексии.

Метод рефлексивной поддержки связан с коммуникативным аспектом рефлексивной системы, атрибутом которой является характер отноше ний субъектов в процессе взаимодействия. Рефлексивная поддержка свя зана с проблемно конфликтной ситуацией и имеет с личностью общую основу существования – смысловую. В связи с этим поведение личности (вербальное и невербальное) подается анализу и исследованию. Напри мер, выделяется обобщенная самооценка – виды высказываний, пред ставляющие личностные характеристики значимого характера, отраже ние личностного опыта, принципов и ценностей, социально культурных норм, семейных традиций, отношения к себе. Обобщенная самооценка чаще всего завершает процесс выхода из проблемной ситуации, выступая в качестве обоснования принятого решения (напр.: «Какой я умный!» или «Нет, здесь я не компетентен»), либо выступает в функции побуждения («Все O’key! Я –любимый!», становится основой для построения новых личностных смыслов и др.

Методология рефлексивной поддержки подчинена культивированию того, чему исходно отводится только роль фона и периферии – челове ческих отношений («высококачественных человеческих отношений» по Роджерсу). Если это становится ценностно значимым в процессе взаимо действия, то из положения «фона» человеческие отношения проявят свою подлинную сущность, свое значение и смысл. Оказываясь силой, «поме щающей на свое место» каждое из совокупностей движений души чело века, отношения в процессе рефлексивно диалогического взаимодействия обнаруживают себя как подлинная причина происходящих изменений.

Рефлексивно диалогическое взаимодействие выступает как двусто ронний процесс: объективированный в продуктах взаимодействия, име ющих социально значимый характер и имеющий субъективный смысл, отраженный в изменении отношений личности. Это выражается в харак тере мышления и личностных особенностей человека, прежде всего его самооценки.

Выбор приемов рефлексивно диалогического взаимодействия обус ловлен принципом инновационной открытости по отношению к каждой практической задаче развития, использование конкретной техники ос новывается, прежде всего, на соображениях удобства, экономичности и доступности. Так, применяемая методика должна подчиняться требова нию субъективной адекватности и соответствовать ожиданиям личности, возможностям осмысления, интеллектуальному (образовательному) уров ню. Не менее значимым является соответствие метода личностным осо бенностям диалогента, учет эффективности применения директивных или когнитивных технологий, и проч.

РЕФЛЕКСИВНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ РЕАБИЛИТАЦИОННЫХ ПРОГРАММ ПРИ ХРОНИЧЕСКИХ ЗАБОЛЕВАНИЯХ Е.А. Евстифеева (г. Тверь, Тверской государственный технический университет) М.Н. Калинкин (г. Тверь, Тверская государственная медицинская академия) Н.И. Яблокова (Москва, МГТУ «СТАНКИН») Наличное состояние и «границы» здоровья населения современной России выявляют недостаточность использования только медицинской модели и традиционных медицинских технологий лечения многих болез ней. Среди новых технологий, расширяющих возможности лечения хро нических заболеваний человека, рефлексивный подход.

Так, сегодня в медицинской практике остается нерасшифрованным феномен «внезапной смерти», наблюдаемый при хронических сердечно сосудистых заболеваниях. При отсутствии явно выраженных и «клини чески зарегистрированных» симптомов ухудшения соматического состо яния, внезапно наступает летальный исход, «непрогнозируемое» течение заболевания или резкое его обострение. Такие «верифицированные дан ные» явно не вписываются в традиционную парадигму лечения хрони ческой болезни, применение которой эффективно для «острой стадии» болезни. Необходимостью становится поиск новых средств объяснения указанного феномена, а также герменевтика значимости реабилитацин ного периода.

Наши интуиции видят в пациенте активную фигуру, субъекта в реа билитационном процессе, который призван играть равную роль с меди ком. От его рефлексивных установок, веровательных интенций («исцеля ющая вера»), ожиданий и предпочтений, мотивации, связанной с сохра нением жизни, атрибуции ответственности, культуры «заботы о себе» за висит, в конечном итоге, успех врачевания и «биографический ресурс» динамики «от болезни». Вместе с тем – по нашим наблюдениям – оче видна опасность десубъективации больных в период реабилитации: не редко, поставив себя в позицию стороннего наблюдателя своей болезни, человек как бы объективирует и отчуждает свои проблемы, признавая, что не может с ними справиться. К субъективным препятствиям, встаю щим на пути выздоровления, относятся ригидность сознания, пассивный, «реактивный» способ существования больного в условиях хронического заболевания.

Для оказания помощи больным с хроническим заболеванием в реа билитационный период (особенно – на катамнестическом этапе) необ ходимо использовать «субъектный фактор» больного, стимулировать его рефлексивные процессы. Под рефлексией мы понимаем психическую (личностную) активность человека, интенцию к критическому осмыс лению текущей деятельности, способность анализировать и соотносить с ситуацией собственные действия, а также обоснование необходимос ти внесения корректив в процесс «самоосуществления». Рефлексия на правлена на выяснение способов конституирования себя в корреляции с другими.

Рефлексивная активность всегда селективна – это означает, что субъект может придавать большое значение одним полученным данным (как правило, положительных о себе данных) и «не замечать» других (обыч но отрицательных, снижающих его самооценку). Сведения, полученные путем саморефлексии, имеют больше шансов привести к психологичес ки ожидаемому результату.

Рефлексивный способ существования – это сознательный выход из полной поглощенности непосредственным процессом жизни (болезни, ограниченных возможностей) для выработки соответствующего отноше ния к ней, занятия позиции над ней. Продукт рефлексивной активности может проявиться в виде адекватной самооценки, самоконтроля, само регуляции, психологически ожидаемого результата.

Демонстрацией возможностей рефлексивного подхода в границах ре абилитационного периода при хронических заболеваниях, проверкой ва лидности конструкта «рефлексивная технология здоровья» должна быть адекватность веровательных установок и интенций пациентов с хрони ческим сердечно сосудистым заболеванием активно деятельностному, жизнеутверждающему отношению к себе и другому. Не менее важен скор ректированный поведенческий сеттинг человека с ограниченными воз можностями, его рефлексивная культура.

О РЕФЛЕКСИИ В УПРАВЛЯЕМЫХ СИСТЕМАХ Ф.И. Ерешко (Москва, Вычислительный центр РАН) В теории управления, принятия решений и в теории игр рефлексив ное поведение и рефлексивное управление (управление с рефлексией) является одним из первичных понятий и одной из главных проблем рас смотрения. Это связано с психологическими особенностями принятия решений субъектами во всех содержательных физических и обществен ных процессах, которые рассматриваются в этих науках. В одной из зна чительных работ в области психологии, посвящённых влиянию рефлек сии на процесс принятия решений игроками, в качестве одного из обра зов автор использует физическую аналогию взаимодействия двух зер кал[4]. Основной содержательный мотив в этих работах связан с попыт ками активных участников предвосхитить, предугадать действия или на мерения окружающих с тем, чтобы улучшить или вообще сформировать стратегию управления [5 7]. Во всех работах по исследованию операций при формализации принятия решений выделяется объективное описа ние конфликта и субъективное представление каждого участника кон фликта о нём. Упомянем введение понятий «ошибочных» игр [2] и объек тивных и субъективныъх описаний игр [3]. Совокупность представле ний участников процесса и соотнесение этой совокупности с объектив ным состоянием является основным предметом исследований в теории игр. Можно сказать, что анализ рефлексивных процессов (т. е. инфор мированности участников и учёт этой информации в процессе форми рования стратегий) является центральным местом принятия решений и, соответственно, теории игр. В некоторых работах [3, 4, 5, 8] рефлек сия, с формальной точки зрения, рассматривается как элемент обрат ной связи в стратегиях, что придает моделированию процесса принятия решений рациональную адекватность, и упрощает анализ поставленных задач.

Термин рефлекс (рефлексия) в [11] используется в двух случаях: а) для обозначения процесса формирования реакции объекта на внешние об стоятельства без его сознательного участия (назовем этот процесс реф лексом первого рода) и б) для обозначения сознательного процесса фор мулирования объектом представления о действии окружающего мира и выработки на этом основании своего поведения (рефлекс второго рода).

Рассмотрим два объекта, действующие во внешней обстановке, и обо значим их символами А и В. Фазовое состояние первого опишем буквой xt, а фазовое состояние второго – буквой yt, где t – момент времени. Если объект В бессознательно воспринимает (отражает в себя) доступную ему информацию о внешнем мире и, в частности, об объекте А и также бессоз нательно реагирует на нее, мы будем говорить об этом процессе, как о реф лексии первого рода. Определим рефлексивную стратегию первого рода для второго объекта, как выражения, зависящие от доступной ему информа ции о внешнем мире и, в частности об x, t и входящие в соотношения, описывающие динамику бессознательного изменения yt. Если объект В воспринимает (отражает в себя) доступную ему информацию о внешнем мире и, в частности, об объекте А (например, об x, t), о собственном состоянии y, t, и на основе этого отражения сознательно создает пред ставление (образ, гипотезу) о внешнем мире и, в частности, об объекте А, а затем сознательно использует это представление для выработки t – управ ляемого воздействия на внешний мир и, в частности, на первый объект, то мы будем говорить об этом процессе, как о рефлексии второго рода, а стра тегию будем называть рефлексивной стратегией второго рода.

В работах [3, 5 7] рефлексное (рефлексивное) управление рассмат ривается как x(y), как функция отклик первого игрока x на возможное управление второго игрока y. В этом случае, для того чтобы постановки задачи принятия решения были логически непротиворечивы, необхо димо привлечь ряд дополнительных условий относительно информаци онного взаимоотношения игроков. Это осуществляется путем введения понятия “право первого хода первого игрока” и принятия условия, что в момент выбора первым игроком конкретных значений своих управле ний ему будет известен конкретный выбор второго игрока, и первый игрок использует свое преимущество в виде стратегии поведения – фун кции x(y).

Если же положение вещей не таково, т.е. первый игрок не располага ет преимуществом в получении информации, то использование страте гии x(y) логически непротиворечиво может рассматриваться только как некоторая гипотеза первого игрока. В выступлении [9] содержалось крат кое описание направлений исследований и первых результатов после оз накомления автора с [8]. В работе [11] основное внимание уделяется по становочным вопросам и математическому моделированию рефлексив ных стратегий. В работе приводится развернутое описание содержатель ных рассуждений Дж. Сороса и А.О. Курно, приводится формальное опи сание модели Сороса и модели дележа динамического ресурса. Подробно исследуется рефлексивная игровая модель с привлечением аппарата тео рии иерархических игр Ю.Б. Гермейера. Теория игр не пытается предпи сать, как нужно поступать участникам конфликта. Как отмечает Н.Н. Во робьёв в Приложении к [1], исследователь, не имея возможности указать игроку, что он должнен делать, обращается к поиску теорем существова ния разумных стратегий. В этом контексте в работе [11] рассматривается вопрос о близости решений в «ошибочной» игре и в «истинной», объек тивной.

В работе [10] основное внимание уделяется исследованию уравнений Сороса с использованием аналитических и вычислительных средств, а также построению и подробному изучению модели рефлексивного при нятия решений по распределению динамически поступающих ресурсов.

Совершенно ясно, что перечисленные выше задачи принятия реше ний в рефлексивной постановке носят исключительно иллюстративный характер, представляя собой не более, чем некую логическую схему на этапе предварительных рассуждений. Но и полностью игнорировать воз можности такого анализа не следует, поскольку в сложных ситуациях при нятия и обоснования решений всегда крайне необходимо иметь возмож ность сделать первый шаг, и результаты предварительного, может быть простого, но структурно верного, анализа предоставляют для этого ши рокие возможности.

По существу же, после рассмотрения статического варианта, сразу возникает вопрос, а какова будет реакция игроков, когда они обнаружат, что реальные ответы контрагентов не совпадают с рассчитанными выбо рами в соответствии с принятыми гипотезами? Последуют какие то дей ствия игроков, и они, естественно, будут носить рефлексивный характер.

Данная проблематика представляется весьма интересной, и отдельные ее аспекты уже рассматривались некоторыми авторами.

Общий случай пока открыт для обсуждений.

Литература 1. фон Нейман Дж., Моргенштерн О. Теория игр и экономическое поведение. М.:

Наука, 1970.

2. Льюс Р.Д., Райфа Х. Игры и решения. М.: Изд. иностр. лит., 1961.

3. Гермейер Ю.Б. Игры с непротивоположными интересами. М.: Наука, 1976.

4. Лефевр В.А. Конфликтующие структуры. М.: Сов. радио, 1973.

5. Ерешко Ф.И. Иерархические компромиссы при общих связях и параллельных угрозах. М.: ВЦ АН СССР, 1984.

6. Кукушкин Н.С. Роль взаимной информированности сторон в играх двух лиц с непротивоположными интересами // Ж. вычисл. матем. и матем. физ. 1972.

Т.12, № 4. С. 1029 1034.

7. Ерешко Ф.И., Кононенко А. Ф. Решение игры с правом первого хода при неточ ной информации о цели партнера // Ж. вычисл. матем. и матем. физ. 1973.

Т. 13. № 1. С. 217 221.

8. Сорос Дж. Алхимия финансов.: М.: Инфра М, 1996.

9. Ерешко Ф.И., Лохныгина Ю.В. Рефлексивные стратегии в системах управле ния. // Тр. конф. Теория активных систем. М.: СИНТЕГ, 1999. С. 211 213.

10. Ерешко Ф.И., Лохныгина Ю.В. Исследование моделей рефлексивных страте гий в управляемых системах. М.: ВЦ РАН, 2001.

11. Ерешко Ф.И. Моделирование рефлексивных стратегий в управляемых систе мах. М.: ВЦ РАН, 2001.

ПРАВОВОЕ СОЗНАНИЕ В КОНТЕКСТЕ РЕФЛЕКСИВНОЙ КУЛЬТУРЫ Ф.Е. Иванов (Москва, Институт психологии РАН), В.В. Смолянинов (Москва, Институт машиноведения РАН) Понятие «культура» в научной литературе представлено как многознач ное, многоаспектное. Культура — это одновременно деятельностная и лич ностная характеристика человека. В определении культуры обычно выде ляются когнитивные (интеллект) и мотивационно ценностные компонен ты (мировоззрение, нравственное развитие, уровень эстетического воспри ятия). Культура формируется сознательно, целенаправленно на основе ис пользования специальных средств воспитания и обучения, с одной сторо ны, а с другой — это результат самовоспитания, самосозидания, свидетель ствующий о социальной зрелости личности, его способности решать важ ные для себя и для общества задачи. Культура — это система норм деятель ности, созданная на основании применения нравственных, ценностных и интеллектуальных критериев. На докультурном уровне все рефлексивные процессы протекают стихийно, неорганизованно и результат рефлексии случаен. На культурном уровне рефлексии придается организованный, це ленаправленный характер (Ф. Василюк. 1995). Поэтому рефлексивную куль туру можно определить как систему способов организации рефлексии, по строенных на основе ценностных и интеллектуальных критериев. Она вклю чает в себя: готовность действовать в ситуациях с высокой степенью нео пределенности, гибкость в принятии решений, постоянную готовность к поиску путей решения творческих задач в проблемных ситуациях профес сиональной деятельности, способность переосмысливать стереотипы сво его личностного опыта, возможность реализовать личностные, коммуни кативные и интеллектуальные свойства адекватно ситуации.

Рефлексивная культура — это возможность человека приблизиться к той границе самоактуализации, которая для него является предельной для конкретного хронотопа ситуации.

Активное развитие рефлексии происходит при преодолении профес сиональной и/или социальной критической ситуации. Особым образом в этом случае происходят рефлексивные процессы (личностного, интел лектуального, коммуникативного и др. уровней) у «распределенного» субъекта труда (Ф. Иванов. 1995, 1997). «Распределенность» субъекта тру да в современных исследованиях психологии безопасности понимается как реальное совместное выполнение профессиональных задач деятель ности микро и макроуровня, а также идеализированная (воображаемая) со зависимость по вертикали и горизонтали субъектов труда, структур но и функционально объединенных выполнением единого плана дея тельности.

Ведущей и самой значимой рефлексией успешного «распределенно го» субъекта труда при этом является коммуникативная рефлексия, кото рую следует представлять как правовую рефлексию. Правовая рефлексия формируется и развивается в процессе межличностного взаимодействия.

Ключевым моментом в развитии правовой рефлексии является усвоение иной, отличной от собственной, позиции, которое происходит в услови ях совместного осуществления деятельности, организованной в форме кооперации, управления действиями другого и т. п. Важнейшее значение при этом имеет обратная связь «зеркального характера», позволяющая человеку самому увидеть свое поведение и результаты своих манипуля ций. В этих случаях рефлексия выступает в своей меж индивидуальной форме (познание себя через другого и другого через себя). Развитие пра вовой рефлексии в процессе ее совершенствования характеризуется воз растанием адекватности рефлексивных представлений о других, себе и ситуации межличностного взаимодействия, что выражается в повышении точности рефлексивных представлений и рефлексивных ожиданий, уг лублении уровня анализа ситуации, появления новых, нестандартных способов разрешения проблемных, критических ситуаций.

Важным признаком уровня развития рефлексивной культуры личнос ти является гармоничность ее различных типов. Под гармоничностью по нимается не только наличие доминирующей направленности рефлексии, которое не подавляет, а стимулирует проявление других рефлективных со держаний, полезных для конструктивной личностной реализации, но и сво боду переключения с одного типа рефлексивных проявлений на другой.

Неадекватный уровень притязаний, проявляющийся в излишне за вышенных или заниженных требованиях к себе, к другим или к ситуации в целом, приводит к неблагоприятным преобразованиям психического состояния субъекта труда (стресс, фрустрация, аутические проявления, внутриличностный конфликт и др.), которые могут спровоцировать асо циальные формы поведения или патопсихологические защитные меха низмы, ведущие к нарушению правовых норм. При конкретных обстоя тельствах проявления подобного рода становятся иррациональными, по скольку человек продуцирует аутоагрессию или экоагрессию, не способ ствующих преодолению критических ситуаций, а способствующих их усу гублению.

Адекватный уровень притязаний является «творчески» завышенным, если позволяет субъекту вслед за расширением притязаний расширять границы субъективных возможностей, актуализируя их в новых условиях деятельности. Для адекватного творческого уровня притязаний характерно обнаружение многовариантности решения задач ситуации, переход от решения частных задач к поиску и открытию более общих закономерно стей развития ситуации, а в случаях появления критических факторов ситуации к нахождению превентивных мер «защиты» ситуации и прогно стике возможностей благополучных исходов критической ситуации.

В отдельных исследованиях при анализе причин срыва нормативной деятельности человека разделяют ситуативную и индивидуальную пред расположенность к аварийным инцидентам или происшествиям (гипо теза В. Мишеля). Аналогичная предрасположенность к конфликтам и про явлениям агрессии имеется и в социальной деятельности человека. Ис следовать истоки и механизмы асоциальной предрасположенности необ ходимо тщательно с целью разработки эффективных превентивных мер защиты человека от проявлений собственной враждебности и агрессии, от разрушения общественных правовых ценностей. Вопрос: как научить каждого человека оберегать собственное правовое пространство достойно и чтить правовые правовые пространства других людей как социальных партнеров? — самый актуальный вопрос современного развития челове ческого социума, вставшего на активный и, следовательно, творческий путь искоренения индивидуальных и, тем более, массовых проявлений агрессии и терроризма. Опора на научные достижения рефлексивной пси хологии несомненно необходима и для формирования новой научно обо снованной правовой культуры.

Актуальная задача современной психологической науки — это, на наш взгляд, разработка концепции правового сознания человека, как субъек та активной социальной деятельности. Именно массовое правовое созна ние может стать надежным гарантом гармоничного развития всемирного человеческого социума.

Работа выполняется при поддержке РГНФ;

проект № 02 06 00250а РЕФЛЕКСИВНАЯ КУЛЬТУРА КАК ОСНОВА ПСИХОЛОГИИ БЕЗОПАСНОСТИ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Ф.Е. Иванов, В.В. Смолянинов, Е.М. Филиппова (Москва, Институт психологии РАН) Критическая ситуация в профессиональной деятельности, связанной с высоким риском возникновения непредвиденных обстоятельств, харак теризуется необходимой ограниченностью свободы выбора действий, свя занных с преодолением развивающейся неблагоприятной ситуацией.

Прогнозирование возможности неблагоприятного исхода ситуации тре бует от субъекта деятельности максимальной сосредоточенности на сло жившейся ситуации при реализации рефлексивного поведения с целью нейтрализации проблемных моментов критической ситуации.

Произвольная профессиональная деятельность человека подразумева ет владение большим репертуаром специфических навыков и умений, дос таточных для эффективного решения разнообразных профессиональных задач. Прежде всего, что естественно, уровень профессионализма человека — субъекта профессиональной деятельности, оценивается по успешности решений разнообразных задач в нормативных условиях с целью формиро вания профессионально ориентированно сенсомоторного интеллекта как единого комплекса сенсорных, моторных и интеллектуальных стереоти пов, так называемых, синергиями. Решая в процессе обучения задачу си нергетического оснащения своего деятельностного пространства человек, тем самым, автоматизирует свою оперативную деятельность, минимизи руя свои либернетические ресурсы, элиминируя все избыточные степени свободы, доводя свое поведение по схеме «стимул реакция» до рефлектор ных алгоритмов. Превращаясь в хорошо организованную машину и в вы соко специфический автомат, человек, конечно, не исчерпывает свои ли бернетические возможности и рефлексивные способности, а только реор ганизует уровни управления целенаправленным поведением.

Следующий важный этап профессионального обучения связан с раз витием иинновационных навыков в нештатных условиях, когда форми руется уровень тактического управления деятельностью, учитывающей изменчивость внешних условий и структуры решаемых задач. Именно здесь создаются базовые рефлексивные компоненты оценочного и срав нительного типов. Эти компоненты тоже должны быть синергичны, т.е. в достаточной мере автоматичны, чтобы обеспечивать высокий професси онализм в динамическом режиме деятельности.

Первый тактический уровень профессиональной деятельности полез но представить в лингвистической интерпретации как уровень синтакси са, ошибки на котором следует считать недопустимыми, поскольку такие ошибки являются наиболее фатальными и наиболее трудно искоренимы ми, даже при хорошо развитой рефлексии. Второй тактический уровень управления, допускающий инновации, можно в лингвистической интер претации назвать грамматическим, поскольку у него тоже имеются свои жесткие правила.

Наиболее свободным для творчества является третий стратегический уровень управления, лингвистически адекватный семантическому уровню.

Осмысление задач, проблем, целей и содержания деятельности происхо дит на этом уровне, с привлечением накопленного опыта и рефлексий, с генераций гипотез и фантазий. Структурирование семантико стратегичес кого уровня деятельностного управления и есть, по существу, главная зада ча психологии сознания, которое традиционно подразделяется на два по дуровня: 1) собственно сознание — когнитивное пространство оператив ной мыследеятельности, оснащенное вербальным аппаратом выражения мыслей;

2) подсознание — довербальное мышление образного характера, предназначенное для инициации, вынашивания и созревания идей, допол ненное оценочными функциями эмоционального типа. По видимому, реф лексии играют роль функциональных структуризаторов всего сознания для организации взаимодействий когнитивных процессов.

Свобода мышления есть главный признак высокой рефлексивной куль туры человека во всех сферах профессиональной и социальной жизни. Не сомненно, на успешность принятия решения в критической ситуации вли яет адекватность восприятия информационных единиц ситуации и адек ватность поведения с учетом изменения структуры ситуации. Кроме того, причиной принятия ложного решения могут явиться чрезмерная уверен ность, или предубеждения, или тенденция принимать желаемое за действи тельное. Однако, искажение реального развития сценария ситуации явля ется следствием недостаточного ее осмысления. В момент критической ситуации важно не переносить безоговорочно старый опыт в новые усло вия, а адаптировать его с учетом новизны ситуации, что возможно только при осмыслении ситуации и, главное, себя в данной ситуации.

Осмысление ситуации субъектом деятельности, профессия которого связана с высоким риском возникновения ситуаций, выходящих из нор мативного пространства, происходит в нескольких планах:

во первых, мыслительная деятельность всегда задействована на раз личное количество целей;

во вторых, происходит осознание себя как индивидуальности, облада ющей определенными способностями, навыками, умениями, осознание себя как профессионала, осознание ситуации и своих возможностей и т.п.

Поэтому можно утверждать, что рефлексия является необходимым условием формирования поведения в критической ситуации. Особенно значимо проявление рефлексии при намеренном блокировании одного из планов, которое можно наблюдать, к примеру, при возникновении внут реннего конфликта, вызванного противоречием внутренних и внешних мотивов. Так в сознании субъекта возникает конфликт между «образом профессионала» и «образом себя как профессионала», т.е. нарушается собственная профессиональная идентичность, что приводит к росту внут реннего напряжения, к так называемому эмоциональному выгоранию, а в общем итоге к срыву профессиональной деятельности.

Одним из способов нейтрализации внутреннего напряжения при та ких условиях является процесс психологической защиты. Основной це лью психологической защиты является не конструктивное разрешение возникшего конфликта, а лишь предотвращение или смещение неудоволь ствия, диктуемого обстоятельствами сложившейся ситуации. Разрешение внутреннего конфликта, в данном случае, нарушение профессиональной идентичности, возможно при активной позиции субъекта, актуализиру ющего процессы рефлексивной культуры. Таким образом, рабочий про цесс в критической ситуации субъекта характеризуется не только после довательностью мыслительной деятельности, при которой осуществля ется ранжирование объектов по значимости и моделирование значимых условий, но и параллельностью процессов мыслительной деятельности, действие которых способно как усложнять, так и стимулировать адекват ность реагирования на критическую ситуацию.

Работа выполняется при поддержке РГНФ;

проект № 02 06 00250а ПАТРИОТИЗМ КАК ЗНАЧИМАЯ СОЦИАЛЬНАЯ ЦЕННОСТЬ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА С.Ю. Иванова (г. Ставрополь, Ставропольский государственный университет) Смена идеологических парадигм, социальных ценностей не прохо дит бесследно для рефлексивных механизмов индивида и общества. Осоз нание новых реалий, новых общественных связей и отношений, их при нятие (или непринятие) требуют напряжения душевных сил, мобилиза ции внутренних ресурсов и, самое главное, времени. Процессы трансфор мации в России связаны с глубокой модификацией системы ценностей и моделей социально экономического поведения. За последние десять лет страна претерпела сужение географических границ, изменилось ее назва ние и государственная символика. Все эти обстоятельства еще больше уси ливают и без того высокую нестабильность социальной среды.

В процессе адаптации к новым условиям в обществе формируется мак роидентичность на основе новой системы ценностей. Однако процесс этот происходит очень медленно, так как разброс ценностей россиян чрезвы чайно велик и подчас они являются полярными (общество – власть, сто лица – провинция, Сибирь – Центр, интеллигенция – народ, состоятель ные – бедные).

Истинный патриотизм предполагает формирование и длительное раз витие целого комплекса позитивных качеств. Основой этого развития являются духовно нравственный и социокультурный компоненты. Пат риотизм выступает в единстве духовности, гражданственности и социаль ной активности личности, любого другого субъекта, осознающего свою нераздельность, неразрывность с Отечеством. В этом плане он невозмо жен без рефлексии.

Лишь гражданское полиэтносоциальное общество обеспечивает ис торическую перспективу российской государственности. В условиях по лиэтнического, поликонфессионального и поликультурного общества, где 83 % русских составляют государствообразующий народ, идея патриотизма как социальной ценности и социального механизма в процессе форми рования гражданского общества может и должна послужить альтернати вой распространению националистических и космополитических настро ений и сценариев.

Сценарий глобализации и планетаризма мировой цивилизации, рас считанный на космополитизм и атомизацию общества, исчисление духов ных и культурных ценностей через денежный эквивалент противоречит логике российской истории с ее высокими духовными ценностями собор ности, любви и сострадания. Сегодня явно недостаточно высказывать не приятие навязываемых россиянам ценностей западного мира, необходима реалистичная и емкая альтернатива глобализму, которая видится в обраще нии к патриотическим традициям российской государственности, а также глубинному пониманию рефлексивных механизмов, повлиявших на ее историю.

ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ КАК ПОЛИТИЧЕСКАЯ ТОЧКА КИТАЯ, США И РОССИИ Т.А. Иманкожоев (Кыргызстан, Кыргызский национальный университет им. Ж.Баласагына) Сегодня регион Центральной Азии вызывает не малый интерес ми ровых держав (Китай, США, Россия). Интересно и само название регио на, отражающее специфику его развития, что обусловлено его положени ем среди различных цетров цивилизации – Срединная, Средняя и сегод ня Центральная Азия. Отсюда значимость рефлексии над самими этими определениями региона. Не одну сотню лет Центральная Азия являлась объектом гегемонистических устремлений извне. Данные устремления ос новывались на ее привлекательности в сырьевом отношении, включая и человеческие ресурсы, при этом учитывался фактор отсутствия единого интегрирующего ядра, способного объединить страны региона. Рефлек сивный подход может преодолеть разобщенность устремлений и целей, обусловленную спецификой цивилизационного развития.

Стремительная и качественная трансформация Центральной Азии в один из ведущих геоэкономических и геополитических регионов мира, в эпоху глобализации побуждает уделять ей пристальное внимание таких мировых держав, как Китай, США, Россия.

Государства Центральной Азии вступили в новый этап, при этом не представляя себе четкого пути развития. И теперь коренные преобразо вания привели к результату, который можно выразить мнением о том, что «Центральная Азия – это регион конкуренций ценностей».

Так, США проводят политику в регионе Центральной Азии, которая строится по схеме переустройства мира по модели Pax Americana (Пакс Американа). Согласно ей, наличие многих центров силы приведет к нео пределенности, оптимальным же, по их мнению, является наличие един ственного сильного центра.

Представители Китая заявляют, что они против борьбы держав и раз ных политических организаций в Центральной Азии, что Китай не стре мится к расширению сфер своего влияния в регионе, не навязывает свою волю и взгляды его странам, но и не допустит никакой деятельности, на носящей вред суверенитету КНР.

При реальных процессах интеграции Центрально азиатских стран и России требуется выработка специфических подходов, которые долж ны зависеть от степени взаимной заинтересованности стран, от трезвой оценки конкретной экономической ситуации в каждой республике.

Налаживание рациональных отношений России и Центрально Азиатс кой зоны возможно только в результате целенаправленной, скоордини рованной политической линии динамичного и гибкого балансирования в рамках реального складывания сил в регионе с учетом интересов и воз можностей.

ОНТОЛОГИЯ РЕФЛЕКСИВНОСТИ В КАТЕГОРИАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ В.В. Казаневская (г. Кемерово, Кемеровская государственная академия культуры и искусств) Исследование рефлексивных процессов [1] является новой нетриви альной задачей психологии. Расширение проблематики исследований рефлексивности делают актуальным вопрос об онтологической статусе рефлексии в составе целой психики Как понимается онтология рефлексивности в терминах категориаль ной психологии личности [2]? Какова ее функция и как она устроена? Об этом и идет речь в данных тезисах. В этой психологии рефлексия пред ставлена в ее связи с категорией «отражение», и в категории «отражение» процессы рефлексии раскрываются в своем фундаментальном и много образии функциональных значений. Так как система «личность» являет ся конкретной системой, конкретно выстроенной системой, то в ней аб страктные процессы отражения имеют свой конкретный вид, форму и назначение. Конкретность и заданность построения системы «личность» названа в категориальной психологии принципом природообусловлен ного. Общий смысл принципа природообусловленного состоит в том, что мы изучаем систему «личность» как некую природную данность, правда, на основе восприятия в системной терминологии. Первый смысл прин ципа природообусловленного заключается в том, что система «личность» наделена задачей и способностью и средствами к самосохранению.

Рефлексивные процессы имеют свой смысл в составе системы, по рождаются системой и потому могут исследоваться в полном комплексе системных категорий. Положение рефлексивных процессов в психичес кой системе, согласно обсуждаемых онтологических представлений, со стоит в том, что именно способность к рефлексии является первой из тех, которыми природа наделила систему человек для достижения им цели выживания. Человеку, наделенному целью выживания, недостаточ но обладать, в частности, простой раздражимостью. Эта цель требует предвидения, а для этого – способности воспринимать информацию, анализировать ее, принимать решения и исполнять их. Эта способность – рефлексивность – и первая функция психики, именно для реализа ции этой способности служит психика;

или, иначе, психика является способом осуществления способности к выживанию, способности реф лексии. Все дальнейшее развитие системы человек идет по пути разви тия его рефлексивных способностей вместе с развитием его психики.

Заметим при этом, что в целом развитие психики не исчерпывается раз витием рефлексии.

Как и целиком психика, рефлексивность (и способность и реализа ция), принадлежа объективному, имеет в своем составе субъективное, то есть имеет свое место в сознании.

Отношение сознания и объективного, субъективного и объективного является центральной проблемой существования, и в этом же отношении выстроено направление возможного развития человека, так как именно здесь выстроено движущее различие системы «человек мир». Согласно принципа природообусловленного мзначально это различие выстроено в первоначальном функционировании человека, и это первоначальное фун кционирование снабжено своей рефлексивностью, то есть первоначаль ной рефлексивностью, связанной заданной динамикой со всей системой «человек мир».

Таким образом, онтология рефлексивности определяется положением рефлексивных процессов в составе системы «человек в мире», то есть реф лексия связывает человека с внешним миром и с самим собой. Эта пара, являющаяся системой или способная стать системой, имеет своими эле ментами систему человек и систему мир. Эта пара изначально задана как неравновесная, (хотя бы в механизме потребления пищи, потребности в защите и других механизмах) и это неравносвесие определяет функциони рование системы человек;

это неравновесие реализовано в психике систе мы человек и определяет его рефлексивные процессы данных уровней.

Подобное широкое толкование рефлексии, и особенно объективно существующая реализация рефлексии этого уровня позволяет ввести впол не научное единообразие в рассмотрение проблемы рефлексии в целом.

Для этого остается применить уровневое строение окружающей реально сти, то есть мира, начиная от матери младенца до всей культуры, этики, социальной системы и до всего космоса. Такое представление, с нашей точки зрения, определяет онтологию рефлексии в ее природообусловлен ности, в ее конкретной системности. Рефлексия в определении «способ ность анализировать собственные мысли» может быть отнесена адекват но на соответствуюшие уровни этой общей онтологии.

Такой критерий научности, как поверяемость (повторяемость в опы те), для психологических исследований был сформулирован не в своем уров не, то есть не в своем уровне адекватности. Уровень поверяемости для пси хологических исследований, согласно оснований категориальной психо логии, находится не на уровне конкретных систем, поведение которых в общем неповторимо, а на уровне самих законов;

то есть не на уровне фено менов, а на уровне законов, например, законов психодинамики. Психоло гические законы в категориальной психологии обладают критерием науч ности – в частности, поверяемостью (повторяемостью). Индивидуальная же психика функционирует на основе одних, общих законов (общей теоре тической основы), которые не исключают ее индивидуальности и служат для нее основой;

индивидуальность при этом реализуется, в частности, в индивидуальных константах и структурах.

Литература 1. Лефевр В.А. Рефлексия. М.: «Когито Центр». 2003.

2. Казаневская В.В. Интегральная теоретическая психология личности. – Томск:

Изд во Томского университета, 2000.

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ КАТЕГОРИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ ОБРАЗА ПАРТНЕРА И ОБРАЗА РЕКЛАМНОГО СООБЩЕНИЯ У СУБЪЕКТОВ РЕКЛАМНОЙ КОММУНИКАЦИИ Е.Е. Караванова (Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова) Телевизионная рекламная коммуникации представляет собой вариант межличностного общения, то есть диалога между потребителем рекламы и ее создателем. Этот диалог отличается от непосредственного межличност ного общения так называемой «разорванностью коммуникации»: партне ры по общению в телевизионной коммуникации не имеют возможности прямого взаимодействия, что влечет за собой своеобразное достраивание в ментальном плане образа своего собеседника и приписывание ему опреде ленных качеств. По сути своей подобные образы виртуальны, но воздей ствие их на картину мира человека, а, следовательно, на его состояние, об раз мыслей, поступки, ценностные ориентиры и пр., вполне реально.

В рамках серии исследований, посвященных изучению представле ний зрителей и рекламистов об информационно психологической безо пасности, нами была выявлена и описана категориальная структура вос приятия телевизионных рекламных роликов, выполненных в разных куль турных традициях (русской, американской, английской и японской). В качестве основного метода исследования мы использовали психосеман тическое шкалирование, позволяющее наиболее полно – как на уровне сознания, так и на уровне подсознания выявить искомый образ. На осно ве уже имеющихся в нашем исследовательском арсенале психосеманти ческих шкал были составлены две новые, по которым участникам иссле дования (респондентам) предлагалось оценить набор рекламных роликов с точки зрения опасного или неопасного их воздействия на телезрителей.

Мы попросили респондентов оценить и эталонные образы – «идеальную» и «плохую» рекламу, что необходимо для выявления критериев хороше го/плохого вообще, имеющихся у наших испытуемых.

По результатам факторного анализа собранных данных мы построи ли для каждой группы респондентов категориальную (факторную) струк туру восприятия и оценки рекламных роликов.

В группе рекламистов на первое место по значимости вышел фактор «Психологического комфорта». Качества, объединенные в данном фак торе, характеризуют видеорекламу как доверительно обращающуюся к зрителю, заинтриговывающую его, доступную для понимания, вызываю щую приятные ощущения и положительные эмоции. Второй по значи мости фактор мы назвали «Уровень культуры». Фактор описывает рекла му, ориентированную на нормы и ценности общественной жизни. Третий фактор получил название «Тактичность». Четвертый фактор назван нами фактором «Динамичности».

Pages:     || 2 | 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.