WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 |

«Федор Раззаков Блеск и нищета российского ТВ Часть третья Деньги не пахнут (1992–1999) Каждый выживает в одиночку Пришествие рекламы. Братва рвется к «ящику». Когда взятки гладки. Убийство В. ...»

-- [ Страница 11 ] --

Авторы передачи не нашли ничего лучшего, как изгаляться в своих юморесках над гастарбайтерами (над таджиками), рабочими Челябинского металлургического комбината и т. д. Как справедливо отмечал в «Литературной газете» (номер от 17 октября) А. Слепов: «К актерам есть вопрос: неужели не чувствует тот же, к примеру, Сергей Светлаков – человек, наверное, с совестью, что не стоит приличным людям заниматься этим, ведь нашим детям и внукам здесь, в России, жить. Ну некрасиво изображать в юмористической программе «обслуживание» клиентов в милицейском автомобиле, причем в одной из наиболее циничных форм. Апофеозом трансформации явилась программа от 29 сентября, где вместо святого гаишника фигурирует второй (в одной передаче!) сюжет про челябинского токаря нетрадиционной сексуальной ориентации (как будто одного было недостаточно). Реальные челябинские рабочие, надо полагать, получили дополнительную возможность поскрипеть зубами и, не выбирая выражений, оценить ну о-о-очень своеобразное отношение к ним ТНТ, тем более что в амплуа извращенцев на этот раз выступают (хоть и во сне главного героя) уже все рабочие Челябинского металлургического комбината.

Интересно, знает ли кто-нибудь из авторов передачи, что именно челябинскими металлургами, токарями и сборщиками выпускались танки Т-34, спасавшие нашу страну в годы войны?..

Остается также удивляться, каким чудом до сих пор не разразилось дипломатического скандала по поводу того, что «простые ребята» – авторы сюжетов «Нашей Раши» про гастарбайтеров – прямо указывают название государства, откуда последние прибыли к нам на заработки.

Дело в том, что к этим рабочим здесь не применяется никаких других терминов, кроме одного – «полные идиоты». Они так и показаны – как абсолютные дебилы. Правда, в качестве компенсации они время от времени пересыпают к месту и не к месту эдакой эстетско-философской терминологией… Впрочем, и это можно расценить как подтверждение психического заболевания. Такой скандал, кстати говоря, тоже мог бы выражаться в немалой исковой сумме «прописью», причем уже в иностранной валюте.

Боюсь надеяться, но, если мы все наконец-то начнем уделять хотя бы немного внимания этим вещам, вдруг у руководства канала ТНТ что то проснется. Правда, скорее всего, и они, и их дети не живут постоянно, как они выражаются, «в этой стране». Иначе вряд ли они так целенаправленно выстраивали бы и столь жестко и упорно внедряли на своем канале всеопошляющую концепцию развлекательного вещания…» Отметим, что по зрительским рейтингам «Наша Раша» той осенью занимала 1-е место по Москве (более 5 %) и второе – по «России» (4,5 %;

на 1-м был «Аншлаг», но с небольшим отрывом – 4,8 %). Все эти передачи были юмористические, поскольку сатира в нынешней России давно почила в бозе. Как верно отметил в газете «Мир новостей» автор под псевдонимом Гуру Кен (номер от 18 декабря): «От элементов сатиры юмористические передачи избавились давно. Сатирическим остается реанимированный «Фитиль» на канале «Россия», но он идет в дневное время, и его цифры рейтинга поэтому непоказательны. Ведь все его конкуренты идут в вечерний прайм-тайм. Отчасти балуется сатирой Михаил Задорнов. Поэтому его больше нет в эфире госканалов, и увидеть его можно только на условно оппозиционном РЕН-ТВ. Вообще любые намеки на политику изгнаны подчистую из российского телеэфира, такие скетчи боятся ставить даже спутниковые и кабельные каналы вроде Юмор-ТВ. Время такое… Юмор стал блистательно существовать ниже пояса. Когда-то тот же «Comedy Club» поднимался на высмеивании Петросяна и Дубовицкой.

Теперь ниже пояса работают и команда Петросяна с Дубовицкой, и «Comedy…». В приватных беседах юмористы жалуются, что только такие шутки вызывают реакцию нынешних зрителей. Не ставить шутки ниже пояса означает провалить концерт. В рамках приличий держатся только старый добрый КВН и «Слава богу, ты пришел!» на СТС. По сути, сегодня это те две юмористические программы, которые может смотреть образованный телезритель. Однако на гастролях почти все команды КВН также плотно пичкают зрителей скабрезностями и сальностями. Тоже оправдываются, время такое…» Но вернемся к программной политике телеканалов в начале сезона-2007.

Меньше всего теленовинок в том сезоне (ни одной!) было у канала НТВ. Причина – экономия средств. Дело в том, что канал планирует построить рядом с «Останкином» здание нового телецентра, а это влетит в копеечку – не менее 500 миллионов долларов. Как заявил гендиректор НТВ Владимир Кулистиков: «Это телецентр «на вырост» – в расчете на то, что НТВ начнет информационные и художественные проекты, спрос на которые резко увеличится в связи с переходом на «цифру»…» Имеется в виду цифровое телевидение, приход которого уже не за горами. Правда, в России у него могут появиться определенные трудности. Вот как их видит С. Беднов: «С приходом «цифры» принципиально изменится общая картина телевизионного пространства.

Когда телезрителю будет предложен джентльменский набор из 150– телеканалов, нынешним лидерам придется забыть о своих рейтингах.

Потому что в распоряжении у любителей того же футбола будет несколько круглосуточных футбольных каналов, у любителей кино – десятки специализированных каналов, крутящих старое и новое, советское и российское, американское и индийское, смешное и страшное кино. Ну и так далее.

И тут возникает архиважная проблема. Если Первый канал и «Россия» в значительной мере утратят свое лидерство, то что останется от идеологической машины государства, на телевидении в основном и построенной? Как тогда быть с выборами? С имиджем политиков? С приоритетами в информационной сфере?

Судя по словам Дмитрия Медведева (он тогда еще не был президентом, а возглавлял его администрацию. – Ф. Р.), именно последние два вопроса возглавляемая им комиссия по переходу на цифровое телевидение и пытается решить. То есть, с одной стороны, сделать так, чтобы при равенстве всех телеканалов в эфире некоторые были «особенно равными». И чтобы электорат остался у экранов. Первая задача, судя по всему, будет решена введением системы кодирования, при которой часть каналов будет по-прежнему бесплатной (то-то бои начнутся за право оказаться в этом пакете!), а остальные останутся платными, то есть по-прежнему недоступными большинству россиян. А вторая – за счет предоставления части населения приставок к телевизорам на льготных условиях…» С осени 2007-го в России начал вещать и детский телеканал «Бибигон» (назван так по имени героя сказки К. Чуковского). Он поселился на трех федеральных каналах: «Россия», «Культура» и «Спорт». Отметим, что 65 % его телепередач российского производства и 35 % зарубежного. Как заявило руководство канала: «Наши программы рассчитаны на детско-юношескую аудиторию от 4 до 16 лет, основная задача – снижать чувство тревоги и за чередой приятных образов предлагать детям знания, научить правильному русскому языку, привить любовь к спорту и, конечно, показать лучшие отечественные и мировые мультфильмы и художественные фильмы…» Однако практически с первых же дней существования «Бибигона» к нему стали возникать вопросы. Так, если «Культура» легко и органично вписала в свою сетку передачи детского канала (видимо, потому, что давно уделяла внимание детской аудитории, ставя в свою сетку вещания интересные передачи и фильмы для детей), то два других канала на этом поприще явно прокололись. Например, «Спорт» отдал под детей время с 7 до 9 утра, а «Россия» – с 16.00 до 18.00, при этом демонстрируя в основном старые российские сериалы и программы.

Короче, детский канал хоть и появился, но выглядит на ТВ скорее как пасынок, чем как родной сын. То ли дело разного рода «ужастики» (фильмы ужасов), которые вот уже полтора десятилетия прочно обосновались на российском ТВ и стращают как взрослое население, так и детей, поскольку идут на всех телеканалах в самое что ни на есть прайм-таймовое время. «Ужастики» эти делятся на три категории.

Первая – в этих фильмах речь идет о фантастических человекоядных тварях;

вторая – фильмы о путниках, которые волей авторов этих произведений оказываются там, где водится «нечто»;

третья – фильмы про разного рода маньяков.

Как мы помним, на Западе подобные ленты существуют уже многие десятилетия, однако тамошнее ТВ отводит для их показа более позднее время. За всем этим зорко следит «Международная ассоциация против засилья фильмов ужасов», штаб-квартира которой находится в Женеве.

Но у нас, как водится, свои порядки. Впрочем, они прямо вытекают из той жизни, которую власть имущие строят в России. Как верно пишет телекритик Н. Романов: «Телеужасы у нас не были бы возможны, если бы не господствующая в России идеология неолиберализма, отрицающая свободу и равенство, поделившая человечество на господ, которым принадлежит мир, и рабов, чьей единственной задачей остается обеспечивать чужое благоденствие. Кинофильмы о вампирах и прочей нечисти, пусть завуалированно, но отражают правду жизни и, повторюсь, разделение людей на «едоков» и «еду». Кто-то будет съеден.

Кто-то спасется – но преимущественно благодаря случайности или слепой вере. Зритель доволен: нет ничего легче, чем стойко переносить чужие невзгоды и несчастья.

И то и другое – основы российского неолиберализма, от которого до каннибализма остался всего шаг. Остается констатировать, что само наличие фильмов ужасов в ежедневной сетке телевещания свидетельствует о том, что до прямого поедания друг друга мы еще не дошли.

Если старшее поколение боится за свое благополучие, то молодежь постепенно приучается к тому, что смерть – это совсем не страшно, а даже весьма занимательно. Следует заметить, что речь идет не о своей смерти, а о чужой. «Убивать легко» – учат фильмы ужасов…» Однако еще больше, чем фильмов ужасов, на российском ТВ различных фильмов криминального направления. Как мы помним, правофланговым в данной области давно является канал НТВ. Не изменил он себе и в новом сезоне, запустив осенью 2007-го такие крим сериалы, как «Зона» и «Платина». И все тот же Н. Романов по этому поводу писал тогда следующее: «Позиция авторов предельно проста и выражена в словах режиссера «Зоны» Петра Штейна: «Это вообще глупейшая позиция – говорить, что телевидение может воспитать».

ТВ празднует победу блатного мышления над гражданским во всем:

в речи, музыке, фильмах и сериалах, морали, одежде, поведении. Что свидетельствует о двуличии телевидения, называющего себя «демократическим». Птенцы из гусиного гнезда с восторгом полились в патронатную семью «Газпрома», встали на крыло, и теперь от их лицемерного клекота спасу нет.

Кому понадобились «Зона» и «Платина»? Понятно, это не заказ армии криминальных братков, нуждающихся в пополнении.

Мы имеем дело с КРИМИНАЛИЗАЦИЕЙ СОЗНАНИЯ, выросшей на прогнившей почве неверия, когда честная работа «западло», а жизнь за счет других возводится в принцип. Когда идеал девушки – содержанка, а молодого человека – деньги без труда… Наше ТВ делают не воры, а специалисты по СМИ. У них отсутствует воровская мораль, потому что у наших телевизионщиков ВООБЩЕ НЕТ МОРАЛИ. Только полностью равнодушные и бесчувственные люди могут создавать такие сериалы. Неравнодушный человек тронется умом.

Создатели сериалов «Зона» и «Платина» не станут сами грабить по ночам. И не пойдут на «зону». Они трусоваты и малообщительны. Они ДЕЛАЮТ ДЕНЬГИ на криминализации сознания…» Кстати, в ноябре канал НТВ велением с самого что ни на есть верху был исключен из списков СМИ, которые должны были предоставлять свой эфир для агитации во время грядущей кампании по выборам Президента России. О подобной участи мечтает каждый телеканал, поскольку нет ничего хуже для телевизионщиков, как политические теледебаты – рекламу туда не впихнешь, рейтинг ниже плинтуса. За что же НТВ удостоился такой чести? Неужели за активное участие в криминализации сознания российских граждан? Представь себе, дорогой читатель, и за это тоже. Но главное: именно НТВ активно шпыняло ельцинские 90-е как время разнузданного криминала и бандитской ваучеризации. Это делалось как посредством фильмов о тех временах (вроде «Улиц разбитых фонарей»), так и передач (вроде новинки с характерным названием «Лихие 90-е»). Посредством этих передач российским зрителям в очередной раз объясняли: вот что было при Ельцине, и вот что стало при Путине.

Между тем в декабре ТВ разродилось очередным шедевром – сериалом Сергея Урсуляка «Ликвидация». Пишу слово шедевр без кавычек, поскольку фильм и в самом деле получился отменным, особенно если брать во внимание весь тот сериальный конвейер, который вот уже почти 10 лет существует на российском ТВ. Приятно удивило еще и то, что сериал, где речь шла о событиях конца 40-х, практически обошелся без какой-либо антисоветчины, которая стала поистине «родовым пятном» всех российских сериалов, посвященных временам правления Сталина. И хотя без некоторой доли «клюквы» в фильме обойтись все равно не удалось (речь в нем шла об операции советских спецслужб, в результате которой была ликвидирована бандитская вольница в послевоенной Одессе), но эта «клюква» не шла ни в какое сравнение с тем, что показал, к примеру, Первый канал в фильме «Три дня в Одессе», посвященном тем же событиям. Короче, «Ликвидация» стала настоящим событием в российской тележизни, свидетельством чему были рейтинги сериала – они буквально зашкаливали.

Кстати, Первый канал тоже пытался купить «Ликвидацию», но не потянул по деньгам. Единственное, что он смог сделать – запустить в ответ продолжение «Диверсанта» под названием «Конец войны».

Рейтинг у сериала был высоким, но все же с «Ликвидацией» его не сравнить. Да и сюжет был тот еще – клюква клюквой. Гораздо выигрышнее в этом плане выглядел другой его сериал – «Преступление и наказание» по Ф. Достоевскому, но у этого добротно скроенного фильма оказался низкий рейтинг. Что в очередной раз подтвердило:

разного рода «клюква» по-прежнему ценится у зрителей выше, чем обращение к классике. На ТВ был всплеск интереса зрителей к ней – после сериала «Идиот», показанного в мае 2003-го. Однако уже очень скоро интерес этот упал до самой низкой отметки. Единственным исключением на этом «классическом» поприще был сериал «Мастер и Маргарита» по М. Булгакову, рейтинги которого можно назвать высокими. Характерный эпизод произошел осенью 2007-го в программе «Времечко», посвященной как раз обсуждению темы: какие экранизации классических произведений нам нужны. В итоге зрители чаще всего произносили имена не А. Пушкина или М. Лермонтова, а современных детективщиц – Донцовой, Устиновой, Дашковой и т. д.

И еще о рейтингах. Сериал «Ликвидация» в Москве собрал у телеэкранов 18,3 % зрителей, «Диверсант. Конец войны» – 16,7 %, конкурс «Евровидение» – 16 %, программа «Время» – 15,6 %, «Чистосердечное признание» – 15,6 %, «Русские сенсации. Неизвестная Пугачева» – 15,3 %. А ведь раньше, каких-нибудь несколько лет назад, фильмы и передачи-лидеры собирали более 20 %. Значит, сегодня доля зрителей стала снижаться, причем интенсивно. Куда же бежит этот зритель? Кто куда: одни в Интернет, другие в чтение, третьи в DVD и т. д.

Между тем Первый канал сильно «выстрелил» на поприще шоу программ, где большим успехом уже второй сезон пользовалась передача «Минута славы» – клон американской программы (в ней друг с другом соревновались самородки из народа, обладающие самыми различными талантами). Передача в целом неплохая, явившая стране, что в ней еще не перевелись таланты в самых разных областях творчества и разных возрастов. Однако и здесь не обошлось без скандала. Оказалось, что некоторые самородки были вовсе не любителями, а самыми что ни на есть профессионалами. Так, победитель состязаний Дмитрий Булкин, представленный как «автослесарь из Кубинки», на самом деле являлся артистом лучшего цирка в мире «Дю Солей» из Канады, работавшим на площадках Лас-Вегаса. А участница Ирина Казакова, представленная организаторами шоу как «продавщица цветочного магазина», была мастером спорта международного класса по гимнастике. Были и другие «подставы».

Обо всем этом написал в своем письме в газету «Советская Россия» Валерий Отставных (председатель комиссии по защите прав граждан в области общественной морали и духовной жизни Общественной палаты Тульской области). Вот лишь небольшой отрывок из этого послания (номер от 29 декабря): «В результате, если доверять свидетельствам участников телеконкурса, оказались введенными в заблуждение десятки миллионов зрителей во всем мире, с доверием относившиеся к Первому каналу. Пострадали, столкнувшись с обманом и фальшью, дети – участники состязания. Мальчики-сироты и девочки-инвалиды были вынуждены соревноваться с мировыми цирковыми звездами, мастерами спорта международного класса и народными артистами, не зная об этом.

Телезрители, введенные в заблуждение, голосовали за «автослесарей», «водителей троллейбусов», «продавщиц», не представляя, что этот конкурс смешал и дилетантов, и «профи» высочайшего класса. В итоге, как сообщил тульским СМИ В. А. Родин (тренер финалиста «Минуты славы – 2» 13-летнего Алеши Голобородько), «мальчику нанесена тяжелейшая моральная травма», тренер и ребенок решили, что больше на такие «телешоу» не поедут, Мальчик стал посмешищем своего родного поселка, тренеру Родину до сих пор стыдно перед детьми – участниками конкурса за «ту неправду, с которой ребята столкнулись…» Как и положено, год завершился массовой канальной «развлекухой», мало чем отличающейся от того, что видели зрители на протяжении последних нескольких лет: те же артисты по всем каналам, только названия передач разные. Правда, было и свое ноу-хау – у канала НТВ, который показал новогоднее шоу «Пожар в джунглях», где представительницы слабого пола щеголяли топлесс (то есть без бюстгальтеров), целовались взасос и даже имитировали… половые акты.

Ничего подобного ранее, да еще на Новый год, на российском ТВ не было (отметим, что по рейтингам эта передача заняла 3-е место после Первого канала и «России»). Не случайно, что представители мировых религий в России были возмущены именно этой телепередачей. Вот лишь несколько откликов по этому поводу.

В. Вигилянский, руководитель пресс-службы Московской патриархии: «На российском телевидении пошлость отвоевывает все больше пространства. Сегодня пошлость на телеэкране характерна не только для новогодних программ. Каналы демонстрируют свое невежество, бескультурье и этническую распущенность».

Б. Горин, глава Департамента общественных связей Федерации еврейских общин России: «Надо уравнять телепередачи в новогоднюю ночь с дневными передачами, так как все это дети смотрят. Дело в том, что по нашим законам после 12 на телевидении эротика разрешена.

Программа «Пожар в джунглях» нанесла ущерб психике страны гораздо больший, чем какие-то многолетние усилия в этом направлении».

Г. Газиева, пресс-секретарь Совета муфтиев России: «Картинки телешоу, которые я мельком увидела при переключении каналов, вызывали только отторжение, поскольку были направлены на низменные чувства».

Судя по всему, в следующем году эксперимент будет продолжен и девушки там уже не только полностью обнажатся, но и от имитации перейдут к непосредственным совокуплениям. Если это произойдет, то, думаю, мало кто удивится, поскольку от нашего нынешнего ТВ всего можно ожидать. Тем более на канале НТВ, который, как мы помним, был первопроходцем сексуальной темы на российском ТВ – первым затеял передачу «Про это», затем была не менее скандальная передача про извращения «Сука-любовь». В январе 2008 года канал продолжил эксперименты на этом поприще – запустил проект «Даст ист фантастиш» (знаменитая на весь мир реплика из западногерманских порнофильмов).

В качестве ведущего в ней выступает врач-сексолог Игорь Князькин.

Между тем в конце января на канале «Россия» состоялась знаменательная премьера: был показан документальный фильм архимандрита Тихона (Шевкунова) (он выступал как автор фильма и его ведущий) под названием «Гибель империи. Византийский урок». Эта лента многих не оставила равнодушными и заставила в очередной раз задуматься о будущем России. Ведь на примере гибели великой империи автор делал прозрачный намек на то, что если ситуация у нас будет развиваться в том же духе, что последние 17 лет, то Россия исчезнет с лица земли так же, как когда-то Византия. Вот как расценил на страницах «Советской России» (номер от 28 февраля) демонстрацию этой ленты известный русский писатель Валентин Распутин: «Речь в фильме идет о могущественной Византии, у которой мы переняли Православие, о ее падении и исчезновении. Вклад Византии в мировую цивилизацию огромен, ее богатства были немереными, рядом с нею европейские народы считались варварами. Она умела оправиться и от крестовых походов с Запада, и от собственных невзгод. Червь, подточивший и сокрушивший ее, долгое время считался настолько безопасным, что ему не придавали в Византии значения, а когда спохватились, было уже поздно. «Червь» этот в последние два десятилетия нам хорошо знаком, и называется он либеральными ценностями и свободами.

Рекрутский набор в византийскую армию заменили наемной армией, появились в немалом числе иностранные предприниматели, собственные олигархи грабили народ и вывозили деньги в Европу. От Православия потребовали потесниться, и в Византии появился экуменизм, позднее Православие и вовсе отменили. Своя культура, свои ценности оказались лишними. Потерявший историческую перспективу народ впал в апатию, потерял интерес к своей судьбе. Кончилось тем, что в 1435 году турки без особого труда приступом взяли Константинополь, и Византия окончательно ушла в историю.

Разве не накладывается эта судьба на судьбу сегодняшней России?

Наши либералы после показа этого фильма пришли в неописуемую ярость. «Очень, очень грязный фильм», – нервно отозвался известный «перестройщик» Юрий Афанасьев. Почти все газеты этого толка не удержались от ругательств и обличений, и отнюдь не во имя истины, а во имя, точно святыни, своей либеральной неприкосновенности. Радио «Эхо Москвы» потребовало запретить фильм.

К чести канала «Россия», через полторы недели после первой демонстрации «Гибели империи» ее повторили и сразу же после показа устроили публичное обсуждение. Конечно, оценки фильма писателя Виктора Ерофеева и доктора исторических наук Натальи Нарочницкой и вместе с нею ученого Игоря Чичурова были прямо противоположными, но так хорошо видно было, где истина, а где кастовая солидарность.

Очень хорошо ответил принимавший участие в дискуссии архимандрит Тихон на реплику, что нельзя в одну и ту же воду войти дважды. «Да, в одну и ту же воду, – парировал он, – дважды войти нельзя, но шлепнуться в одну и ту же лужу дважды можно»…» Тем временем в самом начале весны представители державного лагеря предприняли очередную попытку обратить общественное мнение к проблеме либерального мракобесия в СМИ, а именно на телевидении.

Группа видных деятелей российской культуры в количестве 11 человек (среди них были: Василий Белов, Владимир Гостюхин, Игорь Золотусский, Тимур Зульфакиров, Владимир Крупин, Валентин Курбатов, отец Михаил (Ходанов), Юрий Назаров, Александр Недоступ, Валентин Распутин и Савва Ямщиков) написала открытое письмо, которое было опубликовано в газете «Завтра» (номер от 5 марта).

Отметим, что за два месяца до этого точно такую же попытку предпринял журналист Александр Минкин в своем очередном «Письме к президенту» (его постоянная рубрика в «Московском комсомольце»).

Правда, его стенания выглядели странно, если учитывать, что именно такие, как Минкин, заварили всю эту либеральную кашу в России. И тот же Минкин, например, будучи приятелем Владимира Гусинского, активно поддерживал его медиаполитику в 90-е – в годы, когда мракобесие на ТВ было еще более разнузданным. Теперь же он вдруг записался в ярые борцы с этим самым мракобесием и даже заявлял, что «все дети нашей Родины растут в самом поганом публичном доме», и тут же поправлял себя: «Хотя нет. Уверен: даже в самом грязном публичном доме при детях не говорят и не показывают того, что говорит и показывает ТВ».

Как говорится, опомнился!

Другое дело, подписанты из державного лагеря, которые в отличие от минкиных всегда выступали критиками либерализма и прекрасно видели еще в 90-х, куда дело движется. В своем письме, где они выводили на чистую воду либерал-телевизионщиков вроде Михаила Швыдкого, Виктора Ерофеева, Александра Архангельского, Владимира Познера и Владимира Соловьева, они констатировали следующее: «Если перестать гадать на кофейной гуще и подумать о двустороннем движении на демократической улице, то невольно задаешься вопросом, почему российское медиапространство либо полностью закрыто для лиц, думающих иначе, чем любимцы Эрнста и другие «дежурные по стране» (выпад против канала «Россия» с ее передачей «Дежурный по стране», где главный бенифициант – Михаил Жванецкий. – Ф. Р.), либо доступ на экран для них жестко ограничен. Не пора ли предоставить эфир тем, кто России «строить и жить помогает», а не охаивает разумные начинания ее руководителей, как это делают штатные очернители, получая за свою подрывную работу немалые материальные блага, бесконечные призы, премии и ордена с медалями.

Мы не называем имена потенциальных кандидатов, способных возродить подлинную славу отечественного телевидения. Поверьте, их у нас немало – продолжателей традиций созидателей и творцов прошлых времен.

Надеемся на поддержку наших инициатив и громкие голоса в защиту подлинно демократического телевидения в России».

Увы, и этот голос так и не будет услышан. Что вполне закономерно: не для того либерал-демократы брали в 91-м власть, а с нею заодно и «почту с телеграфом», чтобы теперь допускать к ним своих оппонентов из державного лагеря. Впрочем, какой-то допуск на ТВ в рамках той демократии, которая установилась в России, державникам все же оставили. В итоге во многих передачах на разных каналах их брату дозволяется делегировать одного бойца (например, Александра Проханова), против которого обычно сражаются трое-четверо либералов, включая и самих ведущих, которые все поголовно разделяют опять же либеральные взгляды. Передачам этим несть числа: «Времена» на Первом канале, «К барьеру!» и «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» на НТВ, «Народ хочет знать» на ТВЦ и т. д. и т. п.

Любопытный эпизод произошел сразу после празднования Нового года в Чеченской республике. Тамошний президент Рамзан Кадыров собрал у себя своих телевизионщиков и отчитал их по первое число:

дескать, надо быть патриотами своего края, а не показывать незнамо что. Президент заявил: «На многих каналах чуть ли не круглые сутки показывают одни музыкальные открытки и западные фильмы. В эфире выдаются фильмы и клипы чуть ли не аморального характера. Я считаю подобное просто недопустимым. При этом только единицы телекомпаний показывают передачи о родном крае, истории республики, о жизни наших выдающихся соотечественников, исламские проповеди и т. д.».

В конце своего выступления Кадыров прямым текстом заявил:

телекомпании, которые проигнорируют его вышеозвученные требования, будут просто закрыты.

Честно признаемся, вполне справедливые слова, причем не только относящиеся к чеченскому ТВ, но и общероссийскому. Но именно это и возмутило либеральную общественность за пределами Чечни. Например, президент Фонда защиты гласности (отметим, однобокой гласности, смотрящей лишь одним оком – либеральным) Алексей Симонов (сын знаменитого советского поэта К. Симонова) заявил следующее:

«Естественно, подобное требование (о закрытии телекомпаний. – Ф. Р.) противоречит закону. Кроме того, насильно внушать патриотические идеи населению бессмысленно и вредно. Нет ничего хуже, когда каналы из-под палки начинают выдавать в эфир подобные передачи».

Вот как отреагировал на это заявление журналист «Литературной газеты» А. Бобров (номер от 30 января): «Я не понимаю сына советского поэта! Во-первых, кто нарушает закон первым? Закон о СМИ гласит: «Под массовой информацией понимаются предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио-, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы». Положение сегодня таково (и об этом вопиют миллионы телезрителей), что многие телепрограммы для неограниченного круга лиц никак не годятся: их нельзя по нравственным законам (или они вовсе упразднены?) смотреть детям, верующим, культурно и психически ранимым, а то и просто нормальным людям. Все отфыркивания устарели: мол, не нравится – переключите.

Дудки: при переключении то же самое – трупы, насилие, секс, «пищалки» вместо мата, а то и прямой мат, скабрезные шутки, бессмысленные песни с кривляниями и нескончаемое ржание не Пегаса, а «Аншлага». Так что скорее закон нарушает вещающая сторона!

Во-вторых, что значит «внушать патриотические идеи населению вредно»? Может быть, изъять и не пущать в эфир весь золотой фонд русской и советской поэзии – от Пушкина и Лермонтова до Блока и Есенина? Уж более-то последовательных патриотов с призывами любить Отечество (патриа), Русь-Жену-Мать, трудно сыскать… Да и отец правозащитника Константин Симонов иногда был казенно-патриотичен, как в начале стихотворения «Родина» – «Касаясь трех великих океанов, Она лежит, раскинув города…», но чаще – убедительно лиричен… Мне, как и миллионам, надоело «идти на смерть», видеть трупы (премьера фильма «Вызов» на старый добрый Новый год – 8 смертей разом!), мне хочется – про три березы родного Подмосковья или три церквушки на Севере, а не только про всеканальное открытие парадного храма Иверского монастыря на деньги Сбербанка.

Но больше всего удивляет оборот про «передачи из-под палки».

Неужели никто уже по зову души на современном телевидении не может сделать хорошие передачи о родном крае, об истории, о жизни наших выдающихся соотечественников? Это явная ложь или ставка не на тех людей. Ответьте честно: неужто те же политиканские одинаковые новости и занудные предвыборные ток-шоу сделаны с горячим сердцем?

Если только бумажник в кармане слева греет грудь…» Чуть ниже этой заметки была опубликована еще одна, где сообщалось, что «вскоре в России может появиться общественный совет по нравственности на телевидении (эта идея будет обсуждаться в середине марта в Совете Федерации). В него должны войти 20 человек – авторитетных деятелей культуры, науки, искусства, политики…» Далее шел список возможных кандидатов в этот совет, где не было… ни одного деятеля из державно-патриотического лагеря. Зато были: телекритик Ирина Петровская (трубадур либерального ТВ), писатель Даниил Гранин (а не Валентин Распутин или Юрий Бондарев), певица Лариса Долина, Наталья Солженицына (жена писателя-диссидента), актриса Чулпан Хаматова («голая пионерка» из театра «Современник») и т. д. Глядя на этот список, и ежу было понятно, для чего он создается – чтобы провести сугубо «косметический ремонт» ТВ.

Как и положено, сами телевизионщики к созданию даже такого либерального совета относятся плохо. Вот как отреагировал на эту затею гендиректор компании «СТС Медиа» (в него входят телеканалы СТС и «Домашний») Александр Роднянский (номер «Московского комсомольца» от 2 апреля): «К созданию совета я отношусь плохо. Потому что правила игры установлены достаточно давно. Существует государственная система надзора, она работает жестко и внятно.

Существует российское законодательство в конце концов. И, мне кажется, этого более чем достаточно. Ну введем мы сейчас дополнительные меры контроля, некий наблюдательный совет над всем телевидением… И что? Я уж не говорю, что на каждом канале свой общественный совет давно существует. С теми людьми, кто в него входит, давно выработаны отношения (судя по тому «лицу», что имеет сегодняшнее российское ТВ, эти советы из разряда тех, которые «ворон ворону глаз не выклюет». – Ф. Р.)… «Полиция нравов» не то чтобы совсем не нужна. Но, если она будет именно в том значении, о котором вы говорите, мы превратим отечественное телевидение в зону бесконечной пресной консервативной пошлости. Пошлость – это я не юмор имею в виду. А с точки зрения некой снисходительности, ментальности, поучения жить. Обычно такие вещи насаждают люди с моральным кодексом строителей коммунизма. Я в существование подобного рода вещей не верил, не верю и верить не буду…» Как говорится, лучше не скажешь. Если при советской власти был хоть какой-то моральный кодекс, то в нынешние времена само слово «мораль» носит отрицательный оттенок. Сегодня морально все, что приносит бабло. По этому поводу приведу мнение хорошо известного нам человека – члена Российской телеакадемии Сергея Капицы. Как мы помним, он давно критикует российское ТВ именно за отсутствие каких либо моральных кодексов (вспомним его интервью тому же «Московскому комсомольцу» от 24 августа 2006-го), однако в феврале 2008-го он дал еще более резкое интервью другому изданию – газете «Россiя», где заявил следующее: «Телевидение сегодня предает интересы России, развращает нацию, создает страну дураков, культивирует самые низменные чувства, насилие. Там нет ничего, кроме бесконечно однотипных сюжетов, плоских характеров. Может быть, страну, где такой телезритель, будет проще грабить? Моя точка зрения известна, поскольку я ее высказывал даже в правительстве, где эта тема однажды обсуждалась. Я считаю, что современное российское телевидение лишает страну будущего.

Посмотрите, уже сформировался большой круг людей, которые вообще отрицают наше телевидение и не смотрят его. При этом в советские годы (столь ненавистные А. Роднянскому. – Ф. Р.) я приглашал в программу кого хотел, и только один раз передача не вышла в эфир по политическим соображениям. А теперь нужно все согласовывать.

Поэтому цензура и сегодня существует. Но если раньше это было направлено на то, чтобы тянуть публику к светлому, к нравственности, к знаниям, то теперь – наоборот. Сколько научная общественность говорит о том, что нужен научно-популярный телеканал. Но его нет, зато на телевидении полно колдунов, ведьм, магов и прочих антинаучных персонажей…» А вот еще одно мнение – одного из авторов газеты «Завтра» – Юрия Бялого, опубликованное в те же дни, что и мнение А. Роднянского – 6 апреля: «Сейчас в прессе бурно обсуждается предупреждение, вынесенное телеканалу «2 X 2» за показ американских мультсериалов, «пропагандирующих насилие и жестокость». Справедливое предупреждение или нет – судить не берусь. Смотреть этого рода продукцию пытался, но не смог: вызывает сильный рвотный рефлекс.

Но ведь проблема гораздо глубже! Она в том, что подавляющая часть отечественной телепродукции, подчиненной его величеству Рейтингу, воинственно антикультурна. Она даже не пытается «подтянуть» наличную телеаудиторию к высоким культурным образцам.

Она, напротив, опускает эту аудиторию ниже любого культурного «плинтуса» – в первую очередь за счет все более грубых нарушений разного рода культурных и этических табу. По простой коммерческой причине: такая политика вещания, потакающая низшим, звериным вкусам массовой аудитории, обеспечивает высокий рейтинг и большие рекламные деньги… Мне скажут, что это проблема не только российская, что это – неотъемлемые издержки рыночной экономики и демократии с ее обязательной «свободой слова». А что, мол, вы хотите вернуться в эпоху советской идеологической цензуры?

Во-первых, в обществе, которое хочет жить и РАЗВИВАТЬСЯ, свобода слова – это прежде всего свобода СЛОВА. Не любого слова, а соразмерного тому, которое «было у Бога, и которое был Бог». А насчет «любого слова» там же сказано: «горе тому, кто соблазнит малых сих».

Во-вторых, в эпоху советской цензуры я не хочу. Но должен заметить, что недавно избранный Президент Франции Н. Саркози (как бы к нему ни относиться как к политическому деятелю) одним из первоочередных пунктов своих реформ назвал фундаментальную ревизию политики двух главных национальных телеканалов. А именно потребовал полностью убрать с них рекламу и насытить сетку вещания высокохудожественной и научно-познавательной телепродукцией (которой, кстати, на нашем телевидении нынче НЕТ ВООБЩЕ).

И еще должен заметить, что в подавляющем большинстве развитых (и тем более быстро развивающихся!) стран есть гораздо более жесткое, чем в России, законодательство, детально определяющее пределы допустимой культурной «нормы». А кроме этого, в большинстве таких стран (назову хотя бы Великобританию, Германию, Норвегию, США) активно работают своего рода «наблюдательные советы» из высокоавторитетных культурных деятелей. К рекомендациям таких «советов» (в отличие от слабого голоса нашей «Общественной палаты») хозяева телеканалов и даже голливудские продюсеры очень даже прислушиваются. Поскольку публичные вердикты этих «общественных культурных цензоров» вполне весомы и могут «обвалить» рейтинг канала или предопределить неуспех фильма в прокате.

Это – хоть какая-то культурная политика. И хоть какой-то тормоз на пути скатывания общества к полузвериному «культурному опрощению»…» В конце апреля даже такой приверженец либеральных ценностей, как журналист Александр Минкин, вновь напомнил о себе и опубликовал в «Московском комсомольце» огромную статью (печаталась в трех номерах) под кричащим заголовком «Под властью маньяков». В ней он в открытую обвинил российское ТВ в пропаганде мракобесия и в том, что оно плодит маньяков. При этом, как истинный либерал, ни полслова не сказал о том, с чего же началось это мракобесие. Почему во времена СССР телевидение не плодило маньяков, а сегодня вдруг стало. Хотя нет, в самом начале своей статьи Минкин проговорился: дескать, было время в пору его детства и юности, когда наше телевидение «сеяло разумное, доброе, вечное», но само обозначение этого периода – времена советской власти – опустил. Видимо, испугался, что, похвалив ее, навсегда лишится уважения у своих коллег-либералов. Однако отдадим ему должное, нынешнее телевидение, а с ним и само общество пригвоздил к позорному столбу со всем пылом и гневом. Так и написал:

«ТВ могло бы учить доброму. Почему нет? Потому что это невыгодно продавцам и властям. И тем и другим нужны глупые и тревожные.

Глупые больше пьют, курят, мажутся и верят в средства от запора перхоти-запаха. Тревожные больше пьют лекарств. Обе категории верят власти гораздо больше, чем спокойные, уверенные в себе, четко знающие свои права и никогда не останавливающиеся у лохотрона… Уважаемые читатели «МК», вы первыми в мире узнали о том, кто формирует ваши телепрограммы. Это в некотором смысле убогие.

Но именно поэтому статья останется незамеченной, уйдет в трясину без следа.

Теленачальникам невмоготу признать, что годами гнались за одобрением убогих. «Элите» – что она радовалась успеху у них. Всем творцам – что они ориентировались на мнение убогих и с трепетом ждали рейтинга;

что Творчество променяли на дешевку (и было бы ради кого).

Большинству граждан признать это открытие тоже невыносимо, ибо годами их кормили дерьмом всего лишь потому, что некоторые убогие любят дерьмо. И общество терпело. Значит, это наша общая вина.

Стоило нам выключить телевизор – а нас 95 процентов! – в один миг (гораздо быстрее, чем по решению Думы или указанию президента) все ТВ изменилось бы. Но мы согласились смотреть. Ругались, плевались – и смотрели.

Миллиардеры (диктаторы в обществе потребления) сделают все, чтобы уничтожить или высмеять это открытие. Оно им не выгодно.

Власть? Но тревожность и глупость населения ей необходимы (легко управлять).

Сопротивление может оказать только общество, организованная борьба, а не отдельные «вопиющие в пустыне»…» Нынешнее российское телевидение и в самом деле воспитало целую армию уродов, маньяков, извращенцев и им подобных. К примеру, советская власть такие кадры «ковать» отказывалась, хотя имела для этого такие же возможности. Но в таком случае она не была бы советской властью. У нее был «моральный кодекс строителя коммунизма», над которым сегодня потешаются разного рода роднянские, и этот кодекс принес стране больше добра, чем зла.

Сегодня подобного кодекса и близко нет, поэтому тот же рост преступности в стране катастрофический. Одни только преступления против детей на сексуальной почве выросли за последние три-четыре года в 25 раз (об этом и Минкин пишет)! Скажете, телевидение в этом не виновато? Еще как виновато. Просто никто из телевизионщиков в этом честно не признается, поскольку само слово «честь» для них пустой звук.

Например, сразу после заседания Совета Федерации (середина марта), посвященного обсуждению проекта закона «Об Общественном совете по телевидению», Владимир Познер собрал в своей аналитической программе «Времена» так называемых специалистов. И вот один из них – кинорежиссер Юлий Гусман – начал свою речь против цензуры на ТВ с того, что заявил: наше телевидение самое лучшее в мире. Другой «специалист» – Валерий Комиссаров (автор и ведущий эталона пошлости на российском ТВ 90-х – передачи «Моя семья») договорился до того, что никакого понятия «нравственное – безнравственное» вообще не должно существовать. По его мнению, есть хорошие и плохие передачи, а что там нравственно или безнравственно, это пусть судит господь бог. Поскольку именно такие деятели и заправляют сегодня делами в России – как в политике, так и в искусстве, – удивляться состоянию нынешней нравственности в стране не стоит.

В мае 2007-го я после долгого перерыва побывал на своей малой родине – в Узбекистане. И был приятно поражен, что слова «маньяк» там никто даже не знает. В кишлаках там до сих пор (как и при советской власти) нет замков на дверях, хотя брать в домах есть что: те же телевизоры, DVD и другая аппаратура имеется почти у каждого. Но воров никто не боится, поскольку красть там грешно. Как и похищать, насиловать и убивать детей. Поэтому последние там бегают стаями по улицам без какого-либо присмотра со стороны взрослых (обычно старшие дети следят за младшими).

Видел я и тамошнее телевидение. И, признаюсь честно, сравнивал его с терапевтическими сеансами. Никакого насилия, крови, поножовщины. Много музыки (больше всего национальной, в том числе и в современных ритмах), новости только положительные. Ловятся там и российские каналы, но их передачи фильтруются – то есть показывают не все, а самое достойное. Например, наиболее любимые у узбеков передачи – «Поле чудес» и «Жди меня» на Первом канале. А вот у «Короля ринга» рейтинг был уже меньше – все-таки мордобой, хоть и звездный. Короче, там я лишний раз убедился в том, что благополучие общества во многом зависит и от того телевидения, которое оно имеет.

Россия в этом отношении одна из самых несчастных стран, в чем я с господином А. Минкиным абсолютно солидарен.

Кстати, именно Первый канал в сезоне-2008 одним из первых сделал шаг в сторону того, чтобы создавать передачи, в которых скандалы и сенсации подавались бы зрителю в более человечной упаковке. То есть не били бы его по мозгам, как это делают другие каналы (вроде НТВ), а заставляли бы его задуматься, а то и пережить катарсис. Речь идет о передаче «В мире людей» с Николаем Дроздовым в роли ведущего. По этому поводу журналист А. Мельман писал в «Московском комсомольце»: «Репортажи «В мире людей» мало чем отличаются от того, что показывают на других каналах. Все те же матери, продающие своих дочерей на панель, те же маньяки, насилующие старушек, деревенские трансвеститы – хорошие парни или простые человеческие истории о падших звездах, их трагедиях и комедиях. Только есть одно «но»: это сам Дроздов, человек с чистейшей душой, что, согласитесь, большая редкость для нашего замызганного телевидения. Он все объясняет, все понимает, все прощает. Как тот же Алеша Карамазов или князь Мышкин, идиот.

Говоря циничным языком телевизионщика, это очень правильная фишка. Продюсеры нашли выход из безвыходного положения, куда загнало себя ТВ. В устах и во взглядах Дроздова все показанные мерзости нашей жизни и есть сама жизнь. Здесь он исповедник и имеет на это право. А исповедник, божий человек, никогда не оттолкнет проститутку, бомжа и даже убийцу. Он всех выслушает и их пороки примет на себя…» Однако передачи, подобные «В мире людей», большая редкость на нынешнем российском ТВ. Да и сам Первый канал, запустив этот проект, вскоре вновь заставил миллионы людей ужаснуться своей программной политике. 21 апреля, в день рождения Гитлера (!), взял и показал новый документальный фильм «Магда Геббельс. Жертвоприношение», сделав роскошный подарок… русским фашистам. Слово подарок пишу без кавычек, поскольку этот фильм – настоящий панегирик семейству Геббельсов (авторы ленты Андрей Егоров, Людмила Диденко, режиссер Андрей Егоров, продюсер Александр Митрошенков). Чтобы понять, о чем, собственно, эта картина, достаточно прочитать анонс к ней.

Приведу из него небольшой отрывок: «Никто никогда не мог упрекнуть Магду Геббельс в отсутствии материнских чувств. Более того, все видели, что она очень любит своих детей. Ради них она отказалась от многого в жизни, пережила болезни и лишения. Всякий, кто знакомился с ними, поражались, насколько хорошо они воспитаны. Дети платили ей доверием и любовью. Магде не раз предлагали вывести детей из бункера, но она отказывалась…» А теперь познакомимся с некоторыми откликами на фильм, появившимися после его премьеры, в Интернете.

«В поступке Магды есть какая-то средневековая сила и трагедия.

Как в темные века женщины бросались со стен, лишь бы не попасть на растерзание противнику. Насчет четы Геббельс не было и нет хороших отзывов и характеристик. Но почему-то в глубине души я испытываю к ним симпатию…» (Судя по всему, именно на такие чувства зрителей и рассчитывали авторы ленты.) «…Выходит, не была Магда такой уж злодейкой, а просто несчастной, которую амбиции завели слишком далеко. Может, она и правильно поступила с некоторой точки зрения. Какая жизнь была бы у ее детей после всего, что натворили их родители?.. А какая была красивая женщина!» «Вчера вечером посмотрел… докфильм про Магду Геббельс… ребята-девчата, это п…дец. Во-первых, общая атмосфера фильма и подача ее образа однозначно сочувственная. Мать, интеллектуалка, труженица, общественница.

Во-вторых, политика террора в более чем часовом фильме о нацистской верхушке упомянута аж два (!) раза, и оба раза утверждается, что Магда а) ничего не знала, б) очень сокрушалась… Вы тут про фильм Вайды переживаете (речь идет о новом фильме Анджея Вайды «Катынь», который можно смело назвать антисоветско антироссийским. – Ф. Р.). Какая вайда, какие скинхеды, какая газета «Дуэль»? Рейхсминистр Геббельс возглавляет Ростелерадио-2008, о чем еще говорить, смешные вы мои?..» С последним утверждением трудно не согласиться. И это видно не только по фильму о Магде Геббельс, но и по другим лентам – особенно современным, посвященным событиям Великой Отечественной войны.

Эти фильмы пачками демонстрирует российское ТВ в праздничные майские дни, вызывая у ветеранов горечь и обиду, а у более молодых телезрителей недоумение. Верно пишет в «Литературной газете» (номер от 14 мая 2008-го) П. Соколов: «После просмотра очередной серии новой телепродукции, приуроченной к Дню Победы, пришла очень простая мысль… Скажите, а вы можете представить себе настоящую статью о настоящей войне на страницах, к примеру, такого журнала, как Playboy? Издание с огромным тиражом, поступает в открытую продажу.

То есть написать-то о Второй мировой они могут, но мы же понимаем – как. И читать этого не будем. Потому что «формат» издания непригоден и оскорбителен. Так вот, пока что почти весь телеэфир главных каналов очень напоминает умело сколоченный в 90-е годы гигантский медиапроект под условным названием PlayRussia. Задача проекта элементарна – лишить население исторической памяти, не дать снова стать народом. Затолкать сознание в такой «формат», который опрокинет все духовные ценности, которые пронесла великая страна через время, страдания, подвиги и жертвы… Никакой это не современный «киноязык», это, вполне вероятно, осознанная цель выбить у поколений истинное ощущение боли, крови, горечи поражений и радости победы. Превратить это в виртуальный «телекомикс», где после сеанса будет не «конец фильма», game over… Замечательный режиссер-документалист Игорь Беляев, профессор, телеакадемик, назвал все происходящее сегодня в российском телеэфире войной за людские души. Он прав, это тоже война, пусть не в виде трагедии, а скорее фарса, но война. Потому что цель та же:

подчинить, навязать свои ценности, а значит – уничтожить как народ. И он говорил о необходимости нашего телеканала. Я возражал, говоря, что не хватит творческих сил, достаточно пока добиться рубрик, циклов на уже действующих. Теперь понимаю: он прав. Другие телепрограммы за редким исключением – чужая территория, где можно существовать лишь в глухой обороне. Нужен именно канал, но такой, который бы открыто противостоял тому, что происходит. Не сосуществовал в вялотекущей конкуренции, а давал внятный и талантливый отпор и был защищен от «вирусов». Не надо никого бить или сажать, достаточно говорить правду, освещать, и тогда одно слово правды перевесит тонны лжи.

Какая может быть «журналистская солидарность»? Какая может быть солидарность между солдатами Паулюса и Чуйкова? Нужен русский национальный телеканал…» Отметим, что в середине 2005 года в России появился военно патриотический телеканал «Звезда», 51 % акций которого принадлежат Министерству обороны РФ. С появлением его у многих людей были надежды, что канал станет прибежищем именно людей с державно патриотическими воззрениями. Однако этого по большому счету не произошло. Да, «Звезда» во многом не похожа на другие телеканалы, но он, по сути, превратился в военный канал и, главное, совершенно беззубый в плане идеологическом. Впрочем, автор слишком увлекся: в стране победившего либерализма иного и быть не может. Поэтому и призыв П. Соколова в «Литературке» остался без ответа: никакого русского национального телеканала в стране, где титульная нация (русские) отброшена на задворки политико-идеологического пространства, быть не может. Хоть испиши по этому поводу тонны чернил.

Между тем, игнорируя идею такого телеканала, власть в то же время прекрасно отдает себе отчет, что и оставить ситуацию на ТВ в первозданном виде все равно не удастся. Особенно когда критика в этом вопросе идет с обоих флангов – как с левого, так и с правого. Поэтому в целях перехвата инициативы и было устроено то мартовское обсуждение в Совете Федерации, а чуть позже в Центральном доме журналиста был собран и круглый стол при Национальной ассоциации телевещателей (НАТ). На нем с докладами выступили несколько известных деятелей.

Так, киновед, главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей представил собравшимся доклад с мудреным названием «Телевизионные стереотипы как культурные барьеры». В числе этих стереотипов значились следующие:

1) телевидение – это всего лишь СМИ, ничего больше (на самом деле это уже давно медийная среда, где человек не только развлекается, но и живет);

2) ТВ всего лишь отражает реальность (на самом деле не только отражает, но и изменяет ее);

3) ТВ находится под гнетом политической цензуры (на самом деле само ТВ занимается колоссальной цензурой реальности);

4) ТВ находится под диктатом рейтинга, рекламы потому, что этого хочет сам зритель.

Другой оратор – старейший телевизионщик Сергей Муратов – выступил с докладом «ТВ как культурная контрреволюция». В нем он привел слова польского писателя-фантаста Станислава Ежи Леца: «У каждого века есть свое Средневековье». После чего отметил, что нынешнее время – телесредневековье. Он напомнил собравшимся о том, как много экранного времени уделялось в советское время детскому ТВ (как мы помним, 50,5 часов в месяц) и документалистике. «Во имя чего тогда работали?» – вопрошал докладчик. И отвечал: «Чтобы телевидение делало людей лучше. А сегодня все наоборот».

От лица нынешних телебоссов слово взял бывший глава ВГТРК Эдуард Сагалаев. Как будто и не было выступлений предыдущих ораторов, он назвал современное российское ТВ молодым, талантливым, бурно развивающимся и вообще – самым лучшим в мире. Кстати, это же определение в отношении российского ТВ выдал чуть раньше – в июне – и новый Президент России Дмитрий Медведев. Так и сказал: «Наше телевидение вполне зрелое и качественное, и мне, например, его смотреть интересно».

Трудно сказать, сколько времени у экрана проводит президент, но наверняка не больше одного-двух часов (все-таки человек занятой). А то и вовсе знакомится с телеэфиром по специальным видеонарезкам, которые ему делают его помощники. А я вот той весной угодил в больницу на три недели и смотрел это ТВ по нескольку часов подряд.

Так вот скажу вам, занятие это не для слабонервных. Не знаю, о каком таком качестве говорил президент, но я его днем с лупой не разглядел.

Разве что в спортивных трансляциях с чемпионата мира по хоккею это качество было да в старых советских фильмах (они в основном и спасали). Большинство же из остального – мешанина из дурного вкуса и пошлости… Однако в споре (чье ТВ лучше) уместно послушать людей, которые не понаслышке знают предмет разговора. Поэтому сошлюсь на мнение журналиста Г. Старостенко, который так описывал свои впечатления от нескольких европейских ТВ: «В последние несколько лет доводилось мне смотреть французское телевидение. И главное впечатление – телевидение у французов «тихое». Именно – обходятся без нашего ора и экзальтации. Говорят вполголоса, тоном ровным и спокойным – даже дикторы, комментаторы и ведущие. Взгляд довольно одухотворенный.

Реклама абсолютно задушевная. Порой просто трепетная. Нет ни вопиющего бесстыдства, ни вульгарного трепа. Потом начинаешь понимать, что только так и должны себя вести воспитанные и умные люди, общаясь со зрителем в разумном тоне и продуманной эмоционально-понятийной гамме. Конфликты, ор, попса и вредное для сознание мельтешение кадров – они попросту неконструктивны, они – там, где господствуют аффекты, и французы, похоже, вполне без этого обходятся… Пару лет назад случилось побывать несколько раз в Шотландии.

Почти все вечера просиживал у телевизора в гостиничном номере.

Поставил рекорд по времени просмотра «ящика» – часов по пять в день… Многое отличает британское ТВ от нашего. И прежде всего то, что оно (при всем постиндустриальном релятивизме и глобализме) чтит традиции и работает на свою страну, а не на чужую. Хотя и это вполне понятно: остров включен в парадигму «золотого миллиарда», а мы, в общем, нет… Пожалуй, стоит поделиться еще одним наблюдением: телеэфир Соединенного Королевства – при всех различиях в телеканалах и телекомпаниях – прежде всего экологичен. В нем почти отсутствуют очевидные загрязнители сознания. И еще комфортен. И не в последнюю очередь – потому, что нет этих бульварно-криминально-дэтэпэшных драм (будь то художественные или документальные), культивирующих катастрофизм, подсознательную тягомотину и общее невыразимое тошнилово.

В большинстве стран Европы с телевидением, говорят, все тоже обстоит в пределах нравственной нормы. Косвенно это подтверждает и еще одно сопоставление: если у нас в местах заключения пребывает около семисот человек на сто тысяч (примерно как в Америке), то в Европе – в среднем семьдесят…» Тем временем продолжал углубляться раскол в самом телесообществе. Летом 2008-го медиахолдинг ВГТРК официально объявил, что в этом году не будет выставлять своих номинантов на премию «ТЭФИ» (напомним, что в ВГТРК входят каналы «Россия», «Культура», «Спорт» и «Бибигон»). Учитывая, что за год до этого из Телеакадемии вышли два других телеканала – центральный НТВ и почти центральный ТНТ (оба принадлежат «Газпром-Медиа»), ситуация с «ТЭФИ» стала поистине катастрофической – без двух их трех центральных каналов борьбы там не предвидится. Впрочем, борьбы там давно уже и нет – это типичный клановый междусобойчик (вспомним, как в прошлом году Первый канал отхватил 23 статуэтки, а ВГТРК всего 7).

Тем же летом (а точнее – в День независимости России 12 июня) ВГТРК затеяло новый мегапроект, купленный по лицензии у англичан – «Имя России. Исторический выбор – 2008». Смысл его в том, чтобы определить, кто из исторических деятелей для России самый значимый.

Первый замгендиректора телеканала «Россия» Александр Любимов, двигающий этот проект в массы, во всеуслышанье заявил, что предвкушает грандиозный успех и высокие рейтинги. Как он заявил:

«Это – изысканное и умное развлечение».

С высокими рейтингами дело и правда выгорело. Пользователи Интернета весьма активно принялись голосовать на сайте канала за своих кумиров. Но это голосование в итоге очень не понравилось самим авторам проекта. Ведь к середине июля на 1-е место вышел не кто нибудь, а сам Иосиф Сталин – человек, которого либералы активно «мочили» все 17 лет своего правления (а если захватить еще и горбачевскую перестройку, то выйдет и вовсе больше 20 лет). И тут на тебе – Сталин в лидерах! Пришлось Любимову и K° срочно брать контроль над ситуацией в свои руки. В итоге к 17 июля (к 90-летней годовщине со дня расстрела царской семьи) в лидеры был выведен царь Николай II. Вот как описывал эту ситуацию в газете «Советская Россия» А. Бобров (номер от 31 июля): «Началась паника на РТР, и поперла политиканская любимовщина. Многие СМИ получили от Александра Любимова заполошное письмо: «У нас на www.nameofrussia.ru была DDoS атака в виде flood attack. Одновременно и массированно с нескольких сайтов прошло голосование за Сталина. Конечно, его влияние – чудовищное! деструктивное! – на нашу историю огромное.

Предлагаю отметить его вклад в историю флэшмобом за Николая Второго, расстрелянного большевиками 90 лет назад».

Трагическую дату наши либералы-плейбои решили разыграть по полной, не было телеканала, чтобы не отметил скорбную дату. Да, в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге была расстреляна царская семья.

Но в эти же июльские дни 1918 года, 90 лет назад, сотрудниками ЧК Блюмкиным и Андреевым был убит посол Германии в Советской России граф Мирбах. Целью теракта было развязывание войны между Германией и Советской республикой. Одновременно в Москве началось восстание левых эсеров, быстро подавленное латышскими стрелками под командованием Вацетиса. Эсеровская боевая дружина «Союз защиты Родины и свободы» под командованием Савинкова успела захватить Ярославль. Сколько жертв, крови в преддверии интервенции и страшной Гражданской войны! И во всех этих событиях, конечно, прямо или косвенно виноват последний российский самодержец. Но об этом – ни слова по ТВ! Царил один подход: вот несчастное семейство, за гибель которого нам всем – от огромного государства до малого школьника – надо каяться. А как же гибель безоружных демонстрантов под иконами и хоругвями, расстрелянных по приказу царя? Среди погибших на январском снегу без суда и следствия тоже были женщины и дети, пусть не царских кровей… Еще в 1902 году, когда Россия вошла с вопиющими противоречиями в ХХ век, Лев Толстой написал Николаю II:

«Самодержавие есть форма правления отжившая, могущая соответствовать требованиям народа где-нибудь в Центральной Африке, отделенной от всего мира, но не требованиям русского народа. И потому поддерживать эту форму правления можно только, как это и делается теперь, посредством всякого насилия: усиленной охраны, административных ссылок, казней, религиозных гонений, запрещения книг и газет и вообще всякого рода дурных и жестоких дел». Насилие и жестокие дела были чреваты страшной расплатой… Любимовщину подхватило «Эхо Москвы» и вступило в борьбу с призраком сталинизма. В проекте «Поможем ВГТРК» оно начало свое голосование по первым 12 персонажам списка Любимова, существенно ужесточив правила – голосовать с одного компьютера можно только один раз. Поначалу на радость всклокоченному руководителю радиоканала Алексею Венедиктову (отметим, что по образованию он школьный учитель истории. – Ф. Р.) и всей ельциноидной общественности побеждать на «Эхе» стали Ельцин, Высоцкий… но буквально через день и здесь с еще большим отрывом, чем на ВГТРК, вперед ушел-таки «деструктивный» Сталин – созидатель великой державы. Обвинил в этом Венедиктов… «нациков», сетевые сообщества которых «хорошо организованы, очень агрессивны» и могут дать «любое количество голосов». Но как раз при Сталине-то никаких «нациков» не могло быть и в помине.

Позже на «Эхе» было выражено сочувствие Любимову, который «слишком легкомысленно» отнесся к подготовке этого телепроекта.

Кончилось тем, что проект «Поможем ВГТРК» само «Эхо Москвы» с позором закрыло, а на сайте «Имя России» в лидеры опять вышел Сталин. Любимова просто заколотило, он бросился создавать агитационные клипы, где ушедший в отпуск диктор Антонов выражает надежду, что люди будут голосовать не за политиков. Ему даже невдомек, что Александр Невский, Дмитрий Донской, Петр I, Екатерина, Ленин и Сталин – не просто политики, а великие исторические деятели, воители и строители государства и нации. Политики и псевдополитики – это нынешние, для которых и делали похожие предвыборные ролики те же авторы. Другой диктор – ведущий Кондрашов стал намекать на Столыпина, на его «национальные проекты». Тут уж при всем уважении к Петру Аркадьевичу так и тянет отреагировать: особенно удался проект со «столыпинскими галстуками» и тюремными вагонами. Ну а Виктор Ерофеев начал агитировать за писателей, но никто, что поразительно, не назвал одного бесспорного имени – Пушкин.

Проект называется «Имя России». Пушкин создавал во всем великолепии наш литературный язык, он дал им имя всему сущему. Нет, и Пушкина боятся: ведь он как нравственный камертон нации, как патриот и государственник обличал любимовщину, фигурально выражаясь, выступал против вожделенного комфорта, вечно враждебного Запада, лжецов и подлецов у трона…» Короче, практически все лето общественность с любопытством взирала на эти игрища взрослых людей, теряясь в догадках, что же начнется осенью, когда из списка кандидатов будут отобраны персонажей и на ТВ начнутся прямые теледебаты вокруг каждой из этих кандидатур.

Между тем 10 июля у телецентра было неспокойно. Это коммунисты проводили свою очередную акцию протеста. К участникам митинга обратился Председатель ЦК КПРФ Геннадий Зюганов, который заявил следующее: «Нынешнее российское телевидение – это не просто империя лжи. Это самая разрушительная машина, которая страшнее ядерной бомбы. Она пытается парализовать волю, запутать мозги и всячески переписать нашу историю. Хочу прямо сказать руководителю Первого канала господину Эрнсту: вы в прошлом году принимали большую делегацию депутатов и дали слово, что будете более-менее честно отражать события в стране. Но вы наврали, вы не выполнили ни одного обязательства, вы продолжаете воровать у граждан право на правду. Стыдно, что Первый канал государственного телевидения возглавляет враль, человек, не способный элементарно держать слово!

Последнее время вами развязан невиданный поход против советской истории и коммунизма. Не пощадили даже Красную площадь – цитадель великой державы-победительницы. Поэтому, разжигая антисоветизм и унижая историю, вы являетесь пособниками нацистов в Прибалтике, которые сносят памятники нашим солдатам и раскапывают могилы. Вы являетесь пособниками натовцев, которые строят новые базы в Польше и Чехии. Вы являетесь пособниками националистов на Украине, которые разделяют народы. Вы являетесь пособниками Саакашвили и его компании, которые разжигают пожар войны в Южной Осетии и Абхазии. Вы не заслуживаете доверия не только левых и народно-патриотических сил, но и всей страны…» Увы, но большая часть огромной страны так и не узнала об этой акции и словах, прозвучавших там, поскольку ТВ не сообщило об этом митинге ничего. В тот день по российскому ТВ косяком шли аполитичные ток-шоу, концерты и бесконечные сериалы. Кстати, о последних. В «Комсомольской правде» (номер от 9 июля) журналист П. Садков писал о сериалах следующее: «Ну вот. Теперь «Ненависть». Чуть раньше – «Батюшка», «Морской патруль», «Бухта страха», «Принцесса цирка», «Колдовская любовь», «Родные люди», «След»… «Капитанские дети», «Морозов», «Знахарь», «Морские дьяволы», «Женщина без прошлого», «Рыжая», «Атлантида», «Чемпион», «Сеть»… «Гаишники», «Разведчики», «Литейный, 4», «Папины дочки», «Счастливы вместе», «Закон и порядок», «Проклятый рай», «Час Волкова», «Возвращение Мухтара», «Дочки-матери», «Мачеха»… Все эти слова – они не слова. Они – названия сериалов. Причем самых свежих – этого сезона. Про любовь, про убийства, снова про любовь. А иногда и вовсе ни про что… Количество относительно недорогих многосерийных фильмов, похоже, приближается к рекордному. Вы не поверите – все съемочные площадки в России, Белоруссии и Украине заняты, и их график расписан на год вперед. Уедет одна съемочная группа – тут же приедет новая.

Точной статистики, конечно, нет, но латиноамериканцев мы, похоже, давно уже «сделали» по количеству производимого мыльного ширпотреба. Каждый день идет десяток сериалов! Причем повторяют эти фильмы крайне редко, так что идут сплошные премьеры…» Уточним слова автора: всего за неделю три главных канала – Первый, «Россия» и НТВ – показывают в сумме 119 сериалов. В среднем же каждый из каналов показывает по 8 сериалов в день. Из них криминальных или околокриминальных на Первом канале и НТВ идет по 5 штук ежедневно, на «России» – 2. Подавляющая часть всего этого сериального потока – откровенная муть, которая предназначена для одноразового показа (больше никто о нем не вспомнит, в том числе и зритель). Сценарии примитивные, актеры играют как бог на душу положит, операторы и режиссеры – такие же дилетанты. Вот лишь один пример.

В середине июля по НТВ состоялась премьера очередного зубодробительного боевика с характерным названием «Мент в законе».

Идея у фильма в общем-то неплохая: в центре ее история про честного милиционера. Но вот воплощение… Оно оказалось настолько, мягко говоря, слабым, что один из режиссеров фильма (их там было двое) – Сергей Попов даже потребовал убрать свое имя из титров. Вот его собственный рассказ: «Не советую этот сериал смотреть. Это одна из первых моих работ в таком жанре, и мне неловко за то, что получилось.

Дрянь откровенная. И название какое-то странное – «Мент в законе». Я против такого названия возражал, но мне сказали, что оно рабочее, потом, мол, что-нибудь другое придумают. Смотрю, как было, так все и осталось… Я, конечно, понимал, что в итоге получится. Но мне нужны были деньги. На тот момент у меня жена на седьмом месяце беременности находилась, кредит надо было выплачивать… Я потом просил, чтобы мое имя убрали из титров. Очень удивился, что фамилия моя все-таки там указана. Актерам, думаю, тоже не по себе за то, что они сыграли… Честно говоря, я не понимаю, зачем снимается столько дурацких сериалов. Не понимаю, поэтому и вам не могу объяснить…» А что тут понимать: в стране объявлена стабильность и от ТВ требуется «разжижать» населению мозги, чтобы люди не думали ни о чем серьезном, а смотрели бестолковые ток-шоу и сериалы. Собственно, эта политика проводится в России все годы капитализма по-российски, о чем речь уже шла выше. Приведу по этому поводу мнение И. Волошина, опубликованное в «Литературной газете» (номер от 6 августа): «Я смотрю телевизор – все говорят по-русски, даже звезды Голливуда, поскольку фильмы отдублированы надежно и прочно. Но чем дальше смотрю, тем больше мне кажется, что я не в России. То есть вроде бы я в России, но то, что за стеклом экрана, то, как говорят, с какой интонацией, о чем говорят, – нет, это какая-то другая страна, другой мир.

Похоже, телевидение выполнило свою задачу – оно создало мир абсолютной иллюзии. Или абсолютной пустоты. Яркой, подчас захватывающей, как лампочки на новогодней елке, но совершенно далекой от реальной жизни миллионов и миллионов людей. Одна неправда громоздится на другую, и даже редкие проявления правдивости взаимоотношений героев в том или ином сериале утопают в повальном, безбрежном вранье так называемых форматов, где герои передач будто бы танцуют, будто бы дерутся, будто бы любят и ссорятся, будто бы шутят, а за кадром будто бы смеются… Можно подумать, что все, кто руководит нашими ведущими каналами, совершенно не знают людей, с которыми живут в России. Не чувствуют и не понимают. Но стоит вглядеться в их биографии, послужной список, как вроде бы должны и понимать, и чувствовать.

Образованные люди. Неужели эта безумная карусель конкурентной борьбы умерщвляет в них брезгливость к порочным сюжетам, порочным лживым персонажам? А как же Бог, есть ли он в них, помнят ли они о нем не в дни величальные, когда надобно вести трансляции из храма Христа Спасителя, а в деяниях своих? Когда они приглашают на работу, доверяют место в эфире косноязычным, убогим с виду ведущим, чем руководствуются? Мол, гадости должен сообщать уродец с оттопыренными ушами? А о детстве, юности, старости – обо всем на свете – пустозвон манерный?..

Мне тридцать с небольшим. Я учился в Англии. Это к тому, что вот, мол, ворчит ветеран, дедушка преклонных лет. Нет. Мне просто органически непереносима ложь во всех ее проявлениях, особенно когда она высказывается приличными с виду людьми. Особенно телевидением, перед которым беззащитны и академик, и столяр, и учитель, и комбайнер, и стар, и млад».

Судя по всему, обуздать эту безумную телепродукцию практически невозможно даже созданием общественных советов по нравственности, поскольку все это – косметический ремонт, увод внимания от истинного положения дел в стране. Об этом в конце июля хорошо высказался министр культуры России Александр Авдеев: «Там, где в дело вступает рынок, создание художественных советов ничем не поможет! В 90-е годы мы сами выбрали этот тернистый путь – рыночные отношения, – и тогда многие талантливые люди не вписались в новый формат. Сейчас они пытаются взять реванш. По-человечески я их могу понять, более того, многие их претензии считаю обоснованными и справедливыми. Но время повернуть вспять невозможно. Поэтому создание художественных советов – это холостые выстрелы, не более того».

Тем временем партия власти и ее верные оруженосцы продолжают будоражить телесообщество своими новыми инициативами. Так, августа спикер Совета Федерации и лидер прокремлевской «Справедливой России» Сергей Миронов внес в Госдуму законопроект, запрещающий прерывать художественные фильмы на ТВ рекламными роликами. Напомним, что на тот момент существующий закон запрещал прерывать рекламой трансляцию программ продолжительностью менее пятнадцати минут, религиозных, детских, образовательных и спортивных телепередач (за исключением перерывов в соревнованиях). Миронов же предложил к этому списку добавить и фильмы: «Постоянное прерывание художественного фильма назойливой рекламой мешает его восприятию как творческого произведения и ущемляет права телезрителя, которому не оставляют выбора – смотреть или не смотреть появляющиеся в середине картины рекламные блоки».

Как и положено, телевизионщики отреагировали на эту инициативу крайне отрицательно. Например, в пресс-службе телеканала «Россия» появился следующий комментарий: «Даже те каналы, которые имеют финансовую поддержку государства, основной доход получают именно от продажи эфирного времени рекламодателям. Без рекламы невозможно не только сократить окно между выходом фильма в кинотеатральный прокат и появлением его на телеэкранах, но и вообще купить картину для показа на канале».

А вот мнение телеведущей Марианны Максимовской: «Это абсурдная инициатива. Надо сначала уважаемому мной политику хорошенько разобраться в структуре финансирования телеканалов. В частности, в той схеме, по которой появляются, например, телефильмы».

Кстати, финансовые дела ТВ – настоящий «ящик Пандоры».

Широкая общественность совершенно не знает о том, какие «бабки» вертятся в телебюджете и как происходит их распределение. Ведь и там есть как «белая касса», так и «черная», и любое посягательство, к примеру, на последнюю вызывает немедленный отпор со стороны телебоссов. Так что госпожа Максимовская наводит тень на плетень:

Миронов наверняка не хуже ее осведомлен о структуре финансирования телеканалов. Другое дело, что он получил из Кремля конкретное задание «пощекотать нервы» телебоссам, а Максимовской это не нравится. Ведь ее гонорары напрямую зависят не от Миронова, а от размеров тех самых рекламных доходов, на которые посягает (пусть даже не в полной мере) спикер Совета Федерации.

Тем временем все каналы готовятся к открытию нового телесезона.

Что же новенького они припасли на этот раз для своей аудитории?

Начнем с сериалов.

Так, Первый канал еще летом (в июле) запустил в эфир свой главный козырь – сериал «Монтекристо», который должен стать ответом на хит конкурента – «Колдовскую любовь» на «России». Кроме этого, осенью Первый канал покажет продолжение суперрейтинговой семейной саги «Две судьбы», а «Россия» – пятый сезон «Каменской».

На НТВ покажут новые серии «Проклятого рая», на СТС – «Моей прекрасной няни», а также «Ранеток», «Папиных дочек».

Теперь о передачах. На «России» с осени стартует «паранормальное» шоу «Феномен» (по английской лицензии). Отметим, что подобных «паранормальных» передач на нынешнем российском ТВ уже несколько. Это: «Битвы экстрасенсов» на ТНТ (с 2007-го), «Медиум» на СТС (с 2008-го), плюс к тому же с 2007-го канал ТВ- заявил о себе как о «первом мистическом». Однако у «Феномена» будет своя особенность – вести его станет не кто-нибудь, а известный маг и чародей с Запада Ури Геллер (несколько лет назад он прославился фокусом – якобы силой воли остановил лондонские часы Биг-Бен). В этой программе Геллер соберет два десятка российских коллег по паранормальным явлениям, и они вместе будут дурить… то есть развлекать телезрителей своими фокусами. По этому поводу вспоминаются слова академика Сергея Капицы, уже приводимые выше:

«Сколько научная общественность говорит о том, что нужен научно популярный телеканал. Но его нет, зато на телевидении полно колдунов, ведьм, магов и прочих антинаучных персонажей…» На той же «России» вновь будут продолжены «Танцы на льду», а на Первом их клон – «Ледниковый период». На Первом будет «Минута славы», на «России» – финал суперпроекта «Имя России».

Между тем в преддверии открытия нового телесезона грянула трагедия: Грузия напала на Южную Осетию. Россия не осталась в стороне от этого конфликта (на территории Осетии проживает много российских граждан) и ввела туда регулярную армию. Агрессор был отброшен. Именно во время этого конфликта стало понятно, что «одноканальное» телевидение, выстроенное при Путине, что называется, не даром ест свой хлеб – освещение событий на нем строилось в строго государственном русле. Чего, например, не скажешь о других российских СМИ, некоторые из них пытались вонзить нож в спину России, по сути солидаризируясь с грузинскими агрессорами и их заокеанскими хозяевами в Вашингтоне, Лондоне и Тель-Авиве. Так, на радиостанции «Эхо Москвы» ведущий одной из программ Матвей Ганопольский (кстати, в 90-х работавший на российском ТВ) пригласил в студию известную «правозаштатницу» (защитницу интересов США) Валерию Новодворскую, которая встала на защиту грузинских агрессоров. По ее словам: «Россия хотела, чтобы там (в Южной Осетии. – Ф. Р.) возник конфликт, она и создавала его, для этого паспорта выдавались российские в Абхазии в частности. Россия должна была давно прекратить делить Грузию, полностью умыть руки, устраниться, твердо сказать абхазским политикам, потому что народ мало этим интересуется, и осетинским политикам, что пока стоит Россия, а также Казбек, Эльбрус и Эверест, вы в состав России не войдете никогда, не мните себе и договаривайтесь с Грузией. Хотите просто быть независимыми, это другой разговор, это в ООН…» Думаете, мало таких новодворских и ганопольских работает на российском ТВ? Да сколько угодно. Они в свое время дружно разваливали СССР, дабы понравиться Западу и начать строить с его помощью «цивилизованную» Россию. Цивилизованная в их понимании – это холуйствующая, компрадорская. Ведь большую часть советской интеллигенции составляли так называемые либералы-западники, которые только на словах любили советскую власть, а на самом деле давно мечтали, чтобы она пала и на русскую землю ступил чужой сапог – западного цивилизатора. Эти люди никуда не делись – они продолжают свою деятельность уже в российских СМИ (на том же телевидении их большинство) и жуть как не хотят ссориться с цивилизаторами. Ведь им хочется ездить по заграницам, а не чахнуть в «лапотной» России с ее необразованным и неотесанным народом.

Естественно, когда началась война Грузии с Россией, они всей душей сочувствовали первой, но вслух вынуждены были петь дифирамбы второй.

Однако всем их верноподданническим заклинаниям грош цена в базарный день. Стоит России ввязаться в более серьезный конфликт с Западом, как продажное нутро либерала тут же вылезет наружу, как это было в годы горбачевской перестройки. Как заявил один из видных деятелей российского ТВ: «Я демократ, потому что люблю баночное пиво и не хочу, чтобы оно закончилось». Поэтому стоит Западу, к примеру, начать торговую войну с Россией и перестать кормить ее (а свое сельское хозяйство мы, по сути, загубили), как все эти любители баночного пива тут же поднимут руки вверх. Предав свою страну однажды, они не посчитают большим грехом предать ее и в следующий раз.

Между тем российское ТВ во время войны с Грузией занимало куда более мягкую позицию, чем то же грузинское. То было куда более агрессивным по отношению к России, ставя целью конкретно настроить свой народ не только против страны, с которой каких-нибудь двадцать лет назад они делили общую судьбу под одним небом, но и ее народа.

Вот как это описывает в «Комсомольской правде» (номер от 19 августа 2008-го) очевидец – журналист В. Ворсобин: «Я подсознательно долго не хотел включать этот чертов телевизор. Весь Тбилиси завороженно сидит у ящиков – в ресторанах, в магазинах, в гостиницах… У зрителей напряженные, даже злые лица… В одном кафе в компании знакомых грузин я все-таки посмотрел грузинский эфир. На экране жуткий нон-стоп. Трупы грузин, кричащие беженцы, полыхающие руины, страшные русские военные.

Сюжеты об «оккупационных войсках» – самые безумные.

Режиссеры творят чудеса – камера ловит лишь гримасы, микрофон – только мат. Лишь раз в экране появляется спокойное лицо русского сержанта.

– Откуда приехали? – спрашивает его журналист.

– Из Шали. Чечня, – простодушно улыбается парень.

Интервью обрывается. Снова трупы, беженцы… Затем из экрана чуть не вываливается победоносный Саакашвили. Грузинский не понимаю, поэтому прошу перевести хоть часть новостей. Переводят.

Если верить телевидению, я действительно немец, которого занесло в Москву где-то в сентябре 41-го…» Да, совсем недавно – каких-нибудь 20–25 лет назад – у нас была единая страна и единое телевидение. И в том же Тбилиси транслировались русские передачи из Москвы, русские фильмы, где речь шла о дружбе и интернационализме. И не было никаких войн, разве что иногда вспыхивали отдельные локальные конфликты, которые чаще всего заканчивались полюбовно, то есть бескровно. Теперь же мир сошел с ума: грузины воюют с русскими! Думаете, это сумасшествие возникло само собой? Нет, его специально взращивали, пестовали с помощью того же телевидения. Это оно на протяжении всех этих лет после распада СССР оплевывало нашу общую историю, выпячивало в ней исключительно трагические моменты, устраивая из этого настоящие пляски на костях. Все это выдавалось за «поиски исторической правды».

На самом же деле – это амбициозные политики и их верные прихвостни из медиасообщества, прикрываясь «поисками правды», стремились таким образом закрепиться у власти и перетянуть на свою сторону как можно больше рядовых граждан. Как видим, им это полностью удалось, если два некогда братских народа теперь стреляют друг в друга.

Если советское ТВ пропагандировало гуманизм, веротерпимость, интернационализм, то нынешнее российское культивирует в людях самые низменные пороки: насилие, шовинизм, бескультурье. Причем нельзя сказать, что общество не сопротивляется этому. Например, во всевозможных социологических опросах все больше россиян бьют тревогу и подают верхам конкретные сигналы о том, что с отечественным ТВ явно не все благополучно. Так, в середине августа 2008 года «Комсомольская правда» провела интернет-опрос, вынеся на обсуждение один вопрос: «Что больше всего раздражает вас на нашем ТВ?» Ответили почти две тысячи человек. Проценты распределились следующим образом:

35 % назвали главными раздражителями насилие, кровь, убийства;

29 % – рекламу;

17 % – позднее время показа хороших фильмов;

16 % – бесконечные сериалы;

9% – излишнее внимание сплетням, скандалам;

8% – «лубочное», сказочное отображение действительности;

7% – мат.

Отметим, что подобные опросы проводятся в обществе чуть ли не каждый год, однако воз, как говорится, и ныне там. Эфирная политика телебоссов в основе своей практически не меняется, что наводит на определенные вопросы. Например: а может ли вообще российское телевидение измениться при нынешнем режиме? Не является ли оно зеркалом того общества, которое построено у нас после развала СССР?

Короче, изменится само общество – изменится и телевидение.

Звезды телевидения Андрей Малахов А. Малахов родился 11 января 1972 года в городе Апатиты Мурманской области в простой семье: его отец инженер, мама – заведующая детским садом. Отметим, что Апатиты стали городом незадолго до рождения Андрея – в 1966-м (до этого он 31 год считался поселком и был основан в связи с разработкой Хибинских месторождений) и насчитывали тогда порядка 50 тысяч жителей. То есть городок был небольшой.

Детство Малахова было вполне обычным и ничем не примечательным. Он, как и миллионы мальчишек, любил играть в войну, в казаков-разбойников (благо тогда эти игры широко практиковались в среде советских подростков). Правда, было еще одно увлечение, о котором сам Андрей теперь вспоминает без какого-либо стыда: он обожал лазить с друзьями… по помойкам. Это увлечение нельзя было назвать в те годы массовым, в отличие от дня сегодняшнего, когда чуть ли не каждая помойка является сферой интересов со стороны бомжей и беспризорников, которых в стране насчитываются… миллионы. В советские годы помоек было меньше и содержимое их было гораздо скромнее.

В школе Малахов учился хорошо и был активным общественником:

как сознательный пионер являлся председателем совета дружины.

Параллельно он учился в музыкальной школе, правда, больших лавров там не снискал. По его же словам: «Да я сразу понял, что Ойстрахом не быть – отбывал повинность спустя рукава. На родительских собраниях в музыкальной школе всегда проходят показательные концерты детей. Так вот, меня всегда первым ставили, чтобы я где-нибудь в середине впечатление не испортил своей игрой. Меня же потом ставили ведущим концертов – только чтоб не играл! Зато писали на афише большими буквами – концерт ведет Андрей Малахов. Я был на седьмом небе от счастья…» Среднюю школу Малахов закончил в 1989 году с серебряной медалью. К тому времени он уже давно определился с будущей профессией – журналистика. Почему именно она? Дело в том, что широкий интерес людей к СМИ пробудился в Союзе именно тогда – в горбачевскую перестройку. Газеты, журналы, а также ТВ с радио буквально соревновались друг с другом, развенчивая прошлое и настоящее, и этот «угар нэпа» (а перестройку сравнивали именно с ним) захватил своим пафосом миллионы людей, особенно молодых. И если журналистика и раньше считалась одной из престижных профессий, тот в конце 80-х ее популярность вознеслась на еще большую высоту. Все хотели разоблачать, как Александр Невзоров, обаять, как Владислав Листьев, и выглядеть, как Урмас Отт. Не стал исключением и Андрей Малахов.

Приехав в Москву, он с первого же захода поступил на факультет журналистики МГУ. Поскольку синдром провинциала не просто сидел в нем, а буквально управлял каждым его шагом, учился Малахов с остервенением. А все потому, что хотел доказать и себе и всем окружающим, что даже он, выходец из заштатного провинциального городка, может сделать так, что весь мир будет лежать у его ног. В итоге в конце обучения он, как претендент на красный диплом, был отправлен на годовую стажировку не куда-нибудь, а в США, в Мичиганский университет. О том, как он там жил, Малахов вспоминает следующее:

«Нам давали 200 долларов. Плюс бесплатное общежитие и завтрак, довольно приличный. Прямо как в пятизвездочном отеле: наесться можно было на целый день да еще пару яблок или бананов с собой прихватить. Но начинались летние каникулы – негде стало жить:

общежитие надо было либо освобождать, либо платить за него по американским меркам. Двухсот баксов не хватало. Комнату в том маленьком городке стоило снять 150 долларов, а общага получалась еще дороже. Декан факультета журналистики, узнав, что я получаю так мало, сжалился и разрешил пожить в собственном коттедже – он все равно уезжал на время каникул отдыхать с женой в Майами. В мои обязанности входило только кормить кошку и поливать цветы. Времени у меня было до фига, и я устроился в местную гостиницу – три раза в неделю по семь часов продавал газеты. Платили пять долларов в час – я уже был богатым человеком!

Декан по возвращении через месяц был обрадован, что сад цветет и благоухает, газон пострижен и кошка, слава богу, жива. А в июле меня направили на местное телевидение Детройта, которое являлось подразделением знаменитой «Парамаунт Пикчерз». Там за две недели заплатили шестьсот долларов, так что я мог снимать в Детройте квартиру… Оглядываясь назад, вспоминаю времена своего американского студенчества так, будто жил в санатории ЦК КПСС «Снегири»…» Столь хорошие условия, которыми были окружены будущие советские журналисты в США (как и сама стажировка), не были случайностью. Ведь еще горбачевская перестройка проходила под строгим контролем американского Белого дома и Госдепа, а уж ельцинский капитализм и подавно. Американцам необходимо было подчинить себе все важнейшие сферы жизнедеятельности России, поэтому они буквально наводнили страну своими специалистами, а также взялись «ковать» таких специалистов из самих россиян.

Поскольку журналистика всегда относилась к наиболее действенному оружию по манипуляции массовым сознанием, то американцы уделяли этому сектору повышенное внимание (особенно это касалось телевидения, поскольку кинематограф после развала СССР фактически рухнул в пропасть и перестал представлять интерес для западных стратегов). В итоге ТВ ельцинских времен было фактическим слепком с ТВ американского, где развлекательная часть всегда составляла 90 % всех передач и только 10 % перепадает образовательной сфере.

В 1995 году Малахов окончил МГУ и стал штатным редактором международной информации программы «Утро» на Первом канале.

Причем сам он поначалу не хотел связывать себя с телевидением и мечтал работать либо в печатных СМИ, либо на радио. Благо опыт подобной работы у него уже был. Так, еще в годы студенчества он проходил практику в отделе культуры газеты «Московские новости» (одного из главных рупоров западников в СССР и России), был автором и ведущим программы «Стиль» на таком же прозападном радио «Maximum».

А вот первый контакт с телевидением Малахова разочаровал. По его же словам: «Однажды на факультет пришла одна дама и набрала самых способных ребят. На практику. Меня брать особо не хотели, но, когда она предложила поехать на ночь в Останкино и перевести с английского новости СNN, желающих заметно поубавилось. Ту ночь я до сих пор вспоминаю с содроганием – это в «ящике» кажется, что все просто и замечательно. Сидеть всю ночь со словарем и потом обрабатывать новости – занятие не из приятных. Разумеется, после этого возвращаться в Останкино не стал. Через месяц меня вызвали в деканат и отчитали. Оказалось, шеф-редакторам моя работа очень понравилась, и они звонили относительно меня самому декану. Что оставалось делать?

Понемногу втянулся…» С 1992 года Малахов начал готовить сюжеты для программы «Воскресенье с Сергеем Алексеевым» на ОРТ, писал и озвучивал авторские тексты для рубрики «Погода на планете». Спустя год, в 96-м, Малахов уже становится специальным корреспондентом, а затем и ведущим телеканала «Доброе утро». Его «крестной мамой» на последнем поприще стала известная ведущая Лариса Кривцова: это она обратила внимание на Малахова и фактически вывела его в эфир, когда один из ведущих программы заболел. Позднее Кривцова так опишет свои впечатления от Малахова: «Он такой ершистый, неделикатный вроде и в то же время – корректный, мягкий, может откровенно говорить о пикантных вещах».

Два года спустя Малахов поступает на юридический факультет Российского Государственного гуманитарного университета (РГГУ).

Именно в том году Малахов становится широко известным (как ведущий «Доброго утра») и признается «самым стильным телеведущим» по опросу телезрителей за первое полугодие.

Между тем настоящая слава обрушилась на Малахова чуть позже, а точнее – с июля 2001 года, когда на свет появляется ток-шоу «Большая стирка». Это была типичная калька с западного ТВ – передача, где на авансцену выносились разного рода скандалы и сенсации, и это «грязное белье» стиралось на глазах у всей страны (отсюда и название передачи). Особенно большим успехом эта передача пользовалась у огромной армии домохозяек. То, что этот проект затеял именно Первый канал (всегда провозглашавший себя самым правильным с точки зрения манер), было вполне закономерно: «желтизна» в те годы уже полностью захватила все российские СМИ и игнорировать этот факт было уже невозможно. Правда, «желтизна» Первого канала не шла в сравнение с тем «гепатитом», которым тогда заболели другие каналы, а также большинство печатных СМИ.

Отдадим должное Малахову, он весьма талантливо влез в одежды скандального журналиста. Так, если в «Добром утре» он по большей части являл собой вполне уравновешенного и стильного ведущего, то в «Стирке» стильность осталась при нем, а на место уравновешенности пришли эпатаж, а также весьма поверхностное знание обсуждаемых проблем. Однако многомиллионная армия поклонников Малахова прощала ему эти недостатки, всерьез считая его лучшим ведущим российского ТВ на поприще развлекательных программ.

Тогда же разошлись и его пути-дороги с «крестной матерью» – Ларисой Кривцовой. По словам самого Малахова: «Люди на телевидении рано или поздно расходятся. Первым звонком предупреждения, что Лариса не будет больше со мной работать, было, когда она параллельно с «Большой стиркой» сделала проект «Большой куш». Я никого рядом с собой не держу… Это напоминало ситуацию, при которой муж и жена живут в браке, но спят в разных комнатах. И ложатся в одну постель, только когда приезжают родственники – для демонстрации, как у них все хорошо…» Чуть больше трех лет в свет выходила «Большая стирка», собирая огромные рейтинги. Однако все это время не прекращались нападки на нее со стороны телевизионной критики и той части публики, которая ставила ей в вину дебилизацию телеаудитории. Самого Малахова эта часть зрителей стала называть «королем телевизионной желтухи». Во многом чтобы сбить волну этой критики и придать ведущему более благообразный вид, Первый канал закрыл «Большую стирку» (в июне 2004-го) и явил на свет более интеллектуальный проект с Малаховым в роли ведущего – «Пять вечеров». Эту передачу высоколобая критика почти не критиковала, а иной раз даже и хвалила. Но затем передача сменила название – на «Пусть говорят» (в названии крылось открытое пренебрежение к высоколобой критике) – и резко сменила свою направленность: то есть вновь стала стремительно «желтеть», избрав в качестве своих главных тем скандалы и сенсации. И новая волна критики обрушилась как на саму передачу, так и на ее ведущего.

Например, когда осенью 2005 года телеведущий был удостоен премии «ТЭФИ», в газете «Известия» появился весьма нелестный комментарий к этому событию, где отмечалось следующее: «…Иной раз создается ощущение, что гранды (телевизионные. – Ф. Р.), лучшие из лучших, сознательно бросают вызов общественной нравственности. К таковым событиям, бесспорно, относится и решение академиков Российского телевидения присудить высшую профессиональную награду Андрею Малахову. Получил он ее, кстати, за хорошую человеческую передачу «Пять вечеров». Сегодня, однако, Малахов и у широкой публики, и у телевизионных критиков, и, уверены, у лиц, облеченных властью, ассоциируется в первую голову с передачей «Пусть говорят». Она попирает любые, самые рудиментарные представления о морали. Так что вручение «ТЭФИ» Малахову невольно воспринимается как признание пошлости…» О том, как проходят съемки «Пусть говорят», в Интернете есть следующий рассказ безымянных авторов, датированный декабрем того же 2005-го (печатаю с сокращениями): «Полдень. В «Останкине» многолюдно, как в метро. Бегают деловые девушки с бейджами, из павильона таскают видеокамеры и фрагменты декораций. А у шестнадцатого подъезда телестудии очередь. Через полчаса – съемки передачи… В рядах ожидающих леди бальзаковского возраста и «останкинские халявщицы». Они таскаются на все съемки, но признаются, что душку Малахова обожают больше всех, пишет «Желтая газета»… В павильон вломились всей толпой. Хрупкие деревянные декорации еле выдержали напор любопытных… Когда все расселись, администратор строго предупредила: «Дорогие мои, засуньте свои сумочки… под сиденья, чтоб их не было видно».

«Так, ну а теперь похлопаем», – помощник режиссера расплылась в улыбке. Зал начал вяло аплодировать. «Не, ну так не пойдет.

Выражайте свои чувства, дарите эмоции! Вы такие же герои, как и гости программы». Тренироваться пришлось минут десять, после чего под громогласные аплодисменты на съемочную площадку как метеор влетел блистательный Андрей Малахов. И как ни странно, не в привычных ярких одеждах, а в строгом черном костюме. А ведь когда-то Малахов говорил, что он практически один на Первом канале выглядит ультрамодно и вызывающе. Даже радовался, когда кто-то из модельеров назвал его «нарядившимся трансвеститом». Похоже, от блеска и шика звезда телеэкранов устал. И выглядел не очень. Как будто с самого утра разгружал вагоны (последнее вполне естественно, если учитывать, что за один день Малахов участвует в записи нескольких выпусков «Пусть говорят». Видимо, описываемый – один из последних в тот день. – Ф.

Р.).

Ведущий уставился в сценарий и замер. К нему подбежал экстравагантный стилист с огромной шевелюрой и отчаянно заработал расческой. При этом что-то кокетливо шептал ему на ухо. Малахов почти не реагировал.

«Вообще он последнее время очень спокойный, даже грустный какой-то, – поделилась своими размышлениями одна из «останкинских халявщиц», – а раньше Андрюшенька очень кричал, бывало, даже матом. Как-то ему на съемках кофе не принесли. Так он как заорет – мол, какого х… у меня нет моего кофе!» Да и сам Малахов признался: «Мат – это моя единственная вредная привычка. Не курю, почти не пью, а вот сквернословить люблю… Постоянно запрещаю себе ругаться, по губам себя бью – не помогает. В самые сложные моменты прорывает. Это на экране я – человек-улыбка.

А когда камеры выключаются, меня не остановить. Каждому достается по заслугам – всю съемочную группу могу покрыть отборным русским матом. Но ребята не обижаются – привыкли».

Наконец свет в павильоне погас. Малахов собрался с мыслями, чуть вздохнул. Камеры заработали, и он в первый раз улыбнулся.

Дальше происходило что-то странное. Малахов вдруг стал в шоу какой-то ненужной мебелью. Постоянно терял нить разговора, сбивался и задавал гостям неуместные вопросы. Зрители и так называемые «эксперты» то и дело перебивали Андрея, а Малахов делал вид, что он внимательно слушает. Гости – редакторы газет и уже забытые звезды пенсионеры – занимались собственной раскруткой, заявляя в телекамеру сенсационные подробности их общения со знаменитостями. Затем зрители подняли настоящий бунт. Кричали с мест и требовали микрофон.

– Мы прервемся на рекламу, – по привычке протараторил Малахов. – Не пропустите самое скандальное шоу!

И еще час в том же духе. После окончания съемок взмыленный Малахов зашагал к выходу. И только у двери опомнился: обернулся к зрителям и небрежно кинул им спасибо. Из зала раздались редкие хлопки. «Закатилась звезда Малахова, – тихо заметил какой-то старичок в потертых штанах, который сидел в самом углу. – Устал он от телевидения. Сначала «Большая стирка», потом «Пять вечеров», а теперь вот это нечто под названием «Пусть говорят». Он же умный человек. А в передачах обсуждает, почему первоклассник зарубил топором учительницу или зачем мать-героиня выбросилась из окна со всеми своими двенадцатью детьми. Сплошная патология! И каждый раз – одно и то же. Тут и крыша поехать может».

А зрители медленно расходились, обсуждая судьбу очередного маньяка и убийцы…» Думаю, вряд ли кто из читателей не видел хотя бы одного выпуска «Пусть говорят». Поэтому наверняка согласится с последним утверждением автора опубликованного выше материала: передача и в самом деле является всего лишь набором скандальных и сенсационных фактов и не ставит перед собой задачи выявить их социальные корни.

По сути, то же самое мы ежедневно читаем в большинстве газет.

Единственное отличие: у Малахова эти факты еще и тщательно разжевываются, смакуются. И так уже четвертый год подряд.

Однажды (1 марта 2008-го) и автору этих строк выпала возможность побывать на съемках «Пусть говорят» в качестве эксперта.

Та передача была посвящена памяти двух замечательных советских артистов, ушедших из жизни незадолго до этого: певца Владимира Трошина и киноактрисы Эллы Некрасовой. Выбраны эти герои были неслучайно: на их примере авторы собирались поговорить о том, как иной раз причудливо завершается жизненный путь звезд. Если Трошин умер в кругу своих близких и с достоинством, то Некрасова в бедности и одиночестве, если не считать живших с нею бездомных животных, которых она подбирала на улице. Короче, тема могла вывести на весьма серьезную социальную проблему, затрагивающую не столько жизнь звезд, сколько жизнь простых россиян вообще. Однако этого не произошло. И не потому, что время передачи было ограниченно: цели такой никем не ставилось. Главным было – нагнетание скандала.

Он разразился во второй половине передачи, которая была посвящена судьбе Э. Некрасовой. В первой половине речь шла о жизни и творчестве В. Трошина, и эта половина оказалась не просто позитивной, а сверхпозитивной, поскольку покойному пелись исключительно дифирамбы (что вполне справедливо, учитывая жизненный путь певца – он был лишен какой-либо скандальности). По сути, таким же был и жизненный путь Э. Некрасовой, но это было бы уже слишком для передачи, заявляющей о себе как скандальной – две позитивные судьбы. Поэтому вся энергия авторов была сосредоточена на последних годах жизни актрисы, которые сложились наиболее драматически и давали пищу для скандала.

Всех собак спустили на дочь Э. Некрасовой, пришедшую в студию:

у нее в последние годы были сложные отношения с матерью. Короче, началось форменное копание в семейных отношениях двух взрослых людей. Дочь пыталась защищаться – например, сообщила собравшимся, что пригласили ее в передачу, чтобы поговорить о творчестве матери, а не о ее болячках – но эта реплика никакого впечатления на авторов действа не произвела. Видимо, они изначально планировали этот обман:

заманить дочь разными посулами, а потом распять на глазах у всей страны.

Распинал, естественно, Андрей Малахов, хотя было видно, что многих фактов биографии актрисы он не знает и пользуется подсказками сценаристов передачи. По сути, именно они и заварили эту «кашу», а Малахов, видимо, бегло познакомился с «рыбой» сценария за пару часов до записи и теперь, что называется, отбывал номер. Впрочем, иного и быть не может, учитывая, что в день записываются сразу несколько выпусков «Пусть говорят». Где уж там углубляться… Короче, этот конвейер не идет на пользу передаче. Есть, конечно, весьма неплохие выпуски и даже полезные (например, помогающие людям преодолеть жизненные невзгоды), но в целом – это все же «гуляние по верхам», то есть весьма поверхностное освещение предмета разговора и высасывание из пальца любого, даже самого маленького скандала и сенсации. Не спорю, что рейтинг у передачи может быть высоким, но речь идет о другом – о качестве предлагаемого продукта.

Несмотря на ту критику, которая стала сопровождать Малахова с самого начала его участия в скандальных шоу (с 2001-го года, с «Большой стирки»), параллельно росла и армия его поклонников (вернее, поклонниц). По мере роста славы Малахова росли его гонорары и востребованность в других проектах Первого канала. В итоге, помимо «Пусть говорят», он вел «Золотой граммофон», «Высшую лигу» и другие передачи. Летом 2007 года к профессии телеведущего Малахов добавил еще одну: стал главным редактором одного глянце-гламурного журнала «Star Hi».

Теперь приведу два мнения о Малахове – восторженное и критическое. Первое принадлежит перу журналистки Д. Печориной, которая пишет о своем герое следующее: «Безусловно, стиль Малахова как ведущего – проамериканский. Он создает интригу, задает температуру накала страстей, следит за порядком. Профессиональным взглядом выбирает из зрителей того, кто может дать подходящий комментарий. На шоу, которое ведет Малахов, нет уютной атмосферы. В студии безраздельно царит напряжение. Для многих тем, которые поднимает Андрей, – это вполне подходящий фон. Сенсация или злободневная проблема оказывается в своей естественной среде… Зачастую именно это обеспечивает высокие рейтинги. Например, такие, какие были у «Большой стирки», особенно первое время – чуть ли не каждый второй зритель, включающий телевизор по будням, в пять вечера смотрел Первый канал. Кто-то считает Малахова виртуозом, кого то он откровенно раздражает, но факт остается фактом – на нашем телевидении он неповторим. Безусловно, в новом поколении ведущих появятся те, кто скопирует и, быть может, откорректирует фирменный стиль Андрея. Но преимущество Малахова в том, что у него была смелость стать первым, не боясь критики и ярлыков».

Второе мнение принадлежит опять же представительнице слабого пола – журналистке А. Садовской. Оно опубликовано в «Литературной газете» (номер от 25 июня 2008 года): «Сейчас наш прекрасный лебедь (Малахов. – Ф. Р.) на пике популярности и не перестает удивлять своей фирменной ершистостью, трогательной косноязычной скороговоркой и обезоруживающей неделикатностью. Однако, согласитесь, трудно звезде столько лет светить всегда и везде.

Самоубийственно дарить публике жар своей души с такой беспощадной щедростью;

Малахов, судя по некоторым признакам, стал уставать… (Напомню, что последний вывод делался наблюдателями еще три года назад. – Ф. Р.) Возможно, пора мастеру эфира переходить на руководящую работу, писать книги (одну уже написал – некоторые полагают, что он это сделал сам). Или заняться выращиванием диковинных цветов на балконе (об этой страстишке он публично признался на сайте канала) или прекрасных лебедей из новых, может быть, еще более гадких, чем он, утят. «Когда б вы знали, из какого сора растут они, не ведая стыда», – закончим мы, слегка перефразировав строчки Ахматовой».

Что касается личной жизни, то самый бурный ее период выпал на начало этого тысячелетия, когда Малахов крутил роман с бизнесвумен Мариной Кузьминой. Редкое издание не писало об этих отношениях, сопровождая свои статьи весьма откровенными фотографиями (благо влюбленные совершенно не таились от папарацци). Эти отношения продолжались в течение нескольких лет, после чего влюбленные расстались. После этого Малахова видели в компании разных светских львиц, но того вулкана страстей, который царил в отношениях с бизнесвумен, там уже не было (во всяком случае судя по публикациям в прессе).

Между тем еще летом 2007 года в телесообществе стали ходить слухи, что Малахов собирается покинуть Первый канал. Слухи родились не на пустом месте, а после того как Малахов засветился в качестве ведущего на канале СТС. Однако эти слухи так и не подтвердились. Но спустя год эти разговоры вновь стали предметом споров в телетусовке.

Газета «Мир новостей» даже поместила заметку на эту тему под названием «Андрея Малахова могут выгнать с Первого канала?» (номер от 12 августа 2008-го, автор – С. Телебукин). Приведу из нее отрывок:

«Многие утверждали, что волну слухов по поводу смены работы (речь идет об истории с СТС. – Ф. Р.) Андрей пустил самостоятельно. Якобы для того, чтобы поднять свою зарплату на Первом канале. Константину Эрнсту очень не понравилось поведение подопечного. Ведь Малахов стал чуть ли не единственной звездой Первой кнопки, зарплата которого повысилась за пару лет почти в пять раз. В коридорах «Останкина» ходит легенда, что, услышав об амбициях Малахова, Эрнст лишь злобно заметил: «Да я таких, как Малахов, могу десяток наштамповать».

Второй серьезный скандал между Андреем и Константином случился буквально полгода назад. Под давлением своего основного босса ведущий «Пусть говорят» вынужден был оставить собственное шоу на «Русском радио». Эрнст резонно подумал, что лицо Первого канала должно оставаться лицом. Малахову было сказано: либо радио, либо ТВ.

Прозорливая звезда выбрала второй вариант. Ведь именно раскрученность Андрея дает ему огромные возможности для заработка.

Двухчасовая презентация с участием Малахова может обойтись крупной компании в 15 000 евро!!! Будучи редактором журнала «Star Hi», герой голубого экрана зарабатывает еще 10 000 в месяц. Не будь эфиров Первого канала, Малахов ни за что бы не купил себе роскошные апартаменты возле храма Христа Спасителя. Андрей долгое время утверждал, что фешенебельную квартиру ему приобрела богатая любовница Марина Кузьмина. Однако ведущий лукавил. По сообщению наших информаторов, жилплощадь стоимостью 3 миллиона долларов Андрей приобрел благодаря помощи медиамагната Александра Митрошенкова. Этому бизнесмену принадлежит «Трансконтинентальная Медиакомпания», которая, помимо прочего, работает и над созданием «Пусть говорят»… Несмотря на то что программа «Пусть говорят» все еще входит в десятку самых «смотрибельных» шоу страны, рейтинг передачи начинает снижаться. И не заметить этого Эрнст не может. Так и непонятно, что послужило причиной недовольства Константина Львовича: то ли снижение рейтинга, то ли растущие аппетиты Малахова.

Но какой бы ни была причина недовольства, Андрею от этого лучше не станет…» Между тем в конце августа 2008-го «Пусть говорят» начало новый сезон с тем же ведущим – Андреем Малаховым. Темы тех передач были разные: например, 26 августа это было освещение свежего скандала – разборкам в семье актера Алексея Панина (тот с гражданской женой никак не мог поделить 10-месячную дочь), 27-го разговор шел о выступлении советских спортсменов на летних Олимпийских играх в Пекине (сборная России заняла там 3-е общекомандное место), 28-го вспомнили советский фильм-сказку «Там, на неведомых дорожках…» и вообще говорили о сказочном киножанре – о его возрождении в сегодняшней России. Как видим, темы совершенно разные, однако объединяло их одно: они несли в себе позитивный заряд и старались в основном не эпатировать зрителя (исключением была «горячая» тема битвы А. Панина за дочь), а помочь ему разобраться в хитросплетениях нынешней жизни. Однако сохранится ли этот заряд в дальнейшем, большой вопрос. Ведь пройти между Сциллой и Харибдой, сохранив в неприкосновенности Его Величество Рейтинг, вещь для сегодняшнего ТВ самая актуальная.

Владимир Соловьев В. Соловьев родился 20 октября 1963 года в Москве. Его отец Рудольф и мать Ирина познакомились незадолго до этого – они вместе учились в одном вузе. Вспоминает мать телеведущего: «С Володиным отцом, Рудольфом Наумовичем, мы познакомились в педагогическом институте имени В. Ленина. Он уже успел отслужить в армии и поучаствовать в венгерских событиях 56-го. А я успела окончить десять классов и выскочить замуж.

Жили мы с моими родителями. И Володин дедушка, Соломон Львович Шапиро, и бабушка, Полина Петровна, работая на режимном предприятии (заводе имени Хруничева), уделяли Володе много заботы и внимания. Он многим обязан им, особенно любовью к книгам и труду…» Осенью 1970 года Соловьев отправился в 1-й класс обычной московской школы рядом с домом. Однако его родителям хотелось, чтобы их мальчик знал английский язык, поэтому стали предпринимать определенные шаги к тому, чтобы их мечта сбылась и их отпрыск перешел из обычной школы в специализированную. В итоге затея удалась. Уже в следующем году Соловьев оказался во 2-м классе элитной 27-й спецшколы на Кутузовском проспекте, где учились дети и внуки членов ЦК КПСС, дипломатов. Короче, «золотая молодежь».

Естественно, со многими из них Соловьев подружился, что впоследствии положительно скажется на его звездной судьбе. А пока ему помогают его родители.

В восьмом классе они наняли для него репетиторов, чтобы те превратили их гуманитарного мальчика в «технаря» и помогли ему поступить в один из технических вузов. Им хотелось, чтобы это был МИФИ, что на Каширке – весьма престижный вуз, плюс с военной кафедрой, которая освобождала от службы в армии. Однако подвела анкета: оба родителя абитуриента были евреями. К тому времени (а это был 1980 год) еврейская эмиграция из страны уже обрела формы массового оттока граждан, поэтому советская власть не желала вкладывать деньги (то есть бесплатно обучать) еврейскую молодежь, чтобы она потом отрабатывала эти средства на чужого дядю (чаще всего – из стана стратегических противников СССР). Короче, в МИФИ Соловьева не приняли. Тогда он подался в Институт стали и сплавов, причем поступил туда, сдав всего два экзамена (проводился там тогда такой эксперимент). Поскольку и там была военная кафедра, в армию его не забрали.

Как вспоминает мама будущего телеведущего, он всегда был коммуникабельным ребенком. По ее словам: «Школьные и студенческие друзья Володи любили наш дом. Приходили к нам часто, играли на гитаре, спорили, пели. У меня была одна забота – как накормить ребят.

Не пили никогда. Эта страшная чаша меня миновала…» В институте Соловьев учился без проблем и окончил его в 85-м с красным дипломом. Защитил там диссертацию и получил звание кандидата экономических наук. К тому времени страна уже становилась другой. Началась горбачевская перестройка. Соловьев в 1990 году легко оформил визу и уехал в США, в штат Алабама, чтобы преподавать экономику в тамошнем университете. Отметим, что уехал он туда со своей второй женой Юлией, на которой он женился незадолго до отъезда.

К тому времени это был уже второй брак Соловьева. В первый раз он женился в середине 80-х. Со своей тогдашней женой Ольгой Соловьев познакомился весьма прозаично – в метро. В 1986 году на свет появилась их первая дочь Полина, в сентябре 88-го – сын Александр. Но рождение двух детей не спасло семью от распада, и молодые расстались. Однако детям своим от первого брака Соловьев помогал, несмотря на то что в новой семье (уже в США) у него родился еще один ребенок – дочь Катерина. Правда, жена Соловьева так и не смогла адаптироваться в Америке и очень скоро вернулась на родину. А муж продолжил свою преподавательскую карьеру за рубежом.

Спустя несколько лет Соловьев вернулся на родину с твердой надеждой обустроить свою жизнь здесь. К тому времени Россия уже полностью «прогнулась» под Запад, и людям со связями по обе стороны океана можно было легко «ковать бабло». Вот и Соловьев занялся бизнесом (к нему он приобщился, еще когда работал в Америке), зарабатывая свой первый солидный капитал – открыл агентство по трудоустройству, а также заимел несколько «свечных заводов». Однако летом 1997 года его жизнь делает очередной неожиданный вираж. Вот как вспоминает он сам: «На радиостанцию «Серебряный дождь» меня пригласила работать одна девушка, работавшая когда-то в моем агентстве по трудоустройству. Я ее уволил, она ушла работать на радио и, вспомнив про мое хорошее знание английского, пригласила вести программу «Английский с улыбкой». Руководству радиостанции понравилось, как я держусь в эфире, и мне предложили работать на радио. Для меня это не было способом зарабатывать, потому что тогда я активно занимался бизнесом и очень неплохо себя чувствовал в финансовом отношении…» Именно радиоэфир стал мостиком для Соловьева к телеэфиру. В конце тех же 90-х он был приглашен на канал ТВ-6 (им владел Борис Березовский), где у него появились две передачи: «Завтрак с Соловьевым» и «Соловьиная ночь».

В 1999 году на свет появилась новая программа с участием Соловьева – «Процесс». Отметим, что в ней было два ведущих, вторым был Александр Гордон. Восемь последних лет тот жил в США, а в 95-м стал выпускать для ТВ-6 передачу «Нью-Йорк, Нью-Йорк». Два года спустя он вернулся в Россию и стал ведущим программы «Частный случай». С Соловьевым он познакомился на радиостанции «Серебряный дождь», где оба были ведущими.

«Процесс» был сугубо политизированной передачей и ставил целью не «разбор полетов» (того, что на самом деле происходит в стране), а пиар высших должностных лиц России. Правда, пиар был разный, в том числе и скандального свойства, для чего ведущим приходилось надевать на себя разные маски, изображая «злого» и «доброго» следователей. В роли первого выступал мрачный и саркастичный Гордон, в роли второго – улыбчивый и энергичный Соловьев. Лично мне был симпатичен Гордон, поскольку в его позиции я чаще всего не чувствовал наигрыша, а видел правду характера. В том же, что делал Соловьев, правды было меньше всего, а была игра на публику, желание во что бы то ни стало ей понравиться.

Кстати, личные взаимоотношения Гордона и Соловьева вне передачи нельзя было назвать доброжелательными: они, мягко говоря, друг друга недолюбливали. Как заявит в интервью «Независимой газете» (номер от 29 апреля 2000 года) сам А. Гордон: «У нас с Соловьевым нет никаких отношений вне программы. Я к Соловьеву отношусь совершенно нормально и спокойно, пока он… молчит. У нас абсолютно разные точки зрения на то, что такое хорошо и что такое плохо. Проще говоря, все, что я не люблю, так или иначе сконцентрировано в этом человеке: средний подход к жизни, превознесение всего цивилизованно тупикового, отрицание живых человеческих отношений, тяга к деньгам.

Он считает меня представителем дохлой комплексующей интеллигенции, недоучкой, недоумком и так далее. Так что наш конфликт (в передаче) искренен. Слава богу, в жизни мы с ним не общаемся…» И еще: «Свести в прямом эфире и организовать слаженную работу двух таких разных людей, как мы с Соловьевым, крайне сложно. У меня большой опыт работы в прямом эфире (я начал этим заниматься еще в Америке), у Соловьева такого опыта нет, и он его не приобретает, потому что постоянно подчеркивает, что он не профессионал на телевидении. Это, как ему кажется, спасает его от обвинений в журналистской проституции…» «Процесс» исправно выходил в эфир более года, после чего канул в Лету, поскольку желающих приходить на него и быть публично распятым среди политиков находилось все меньше. Ведущие передачи разбежались в разные стороны: в частности, Соловьев перешел на канал ТВС (был создан после закрытия ТВ-6), где вел две передачи:

«Смотрите, кто пришел» и «Поединок».

В 2004 году, после того как Президент России В. Путин был избран на второй срок и окончательно утвердил концепцию развития «одноканального» ТВ, была произведена отбраковка всех телепередач, где витал дух политической оппозиционности. На всех каналах во главе аналитических программ остались только те ведущие, кто был удобен Кремлю (то есть вместо «кремлеедов» пришли «кремлеведы»). Вроде Владимира Познера («Времена») и Михаила Леонтьева («Однако») – на Первом канале, Николая Сванидзе («Зеркало») и Сергея Брилева («Вести») – на «России», Алексея Пушкова («Постскриптум») – на ТВЦ и т. д.

Что касается Владимира Соловьева, то ему была отведена своя ниша. Он должен был под видом борца за народное счастье устраивать в своих передачах («К барьеру!» и «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым») «честные» дебаты между представителями разных политических партий. «Честные» пишу в кавычках, поскольку читатель, думаю, и сам прекрасно видит и знает, каким фиговым листком прикрываются авторы этих проектов. Например, в «Барьере» один штатный державник (вроде Александра Проханова) противостоит двум либералам (один приглашенный, другой – сам ведущий программы). В «Воскресном вечере» этот перевес еще более внушительный: против одного сразу трое, включая и ведущего. Все это выдается за плюрализм и верх демократии. Впрочем, иного и быть не может, учитывая, что именно таково сегодняшнее соотношение сил на ТВ: либералов там подавляющее большинство. Вот они и «рулят», как им удобно.

Поскольку подобных дискуссионных передач на сегодняшнем российском ТВ раз, два – и обчелся (что является сознательной политикой властей), то естественно, что ее ведущий быстро превратился во властителя дум и чаяний миллионов. Многие люди смотрят на Соловьева как на некоего защитника сирых и угнетенных, что, конечно же, смешно. Соловьев и раньше никогда не жил среди обездоленных, а сегодня и подавно – он является, по сути, одним из самых преуспевающих шоуменов российского ТВ. Но образ народного защитника ему очень выгоден, поскольку помогает ему поддерживать как свой собственный имидж, так и своих передач (а это сказывается на рекламных деньгах в них и, само собой разумеется, на гонорарах и самого ведущего). Кроме того, это позволяет Соловьеву зарабатывать деньги на стороне – давая творческие вечера, которые собирают полные залы. По его же словам: «Я там рассказываю людям о политике. Это совершенно отдельный жанр. Наверное, он ближе тому, что делает Радзинский (еще один либеральный вития со взором горящим. – Ф. Р.).

Но если он рассказывает о нашей истории, то я – о современной политической действительности. Это полуторачасовой спектакль монолог. Потом я еще больше часа отвечаю на вопросы зала. Билеты дорогие, но люди хорошо знают, на что они идут. Есть определенная аудитория, для которой мое мнение значимо. Еще ко мне ходят мои друзья – Макаревич, Кутиков, Маргулис, Веллер, и, если им не понравится, они скажут: «Володь, это плохо». Им не надо дружить с Соловьевым для чего-то. Но они говорят, что это – «с ума сойти!»…» Кстати, Соловьев написал про Путина книгу. Очень смелую – хвалебную. Нет, хвалить президента (теперь уже бывшего, а тогда он был еще действующим) никому не возбраняется, но очень это напоминает известную сцену из пьесы Е. Шварца «Голый король» (разговор короля с генералом).

Вообще Соловьев уже несколько лет пробует себя как писатель (впрочем, как рассказывает его мама, писать рассказы он начал еще в юности). На сегодняшний момент (конец 2008-го) Соловьев выпустил в свет уже шесть книг: «Русская рулетка», «Евангелие от Соловьева», «Соловьев против Соловьева», «Библия» здоровья» (последняя – про диету, которая помогла телеведущему сбросить целых 40 килограммов), «Мы и они» (под «мы» автор подразумевает народ, под «они» – чиновников) и, упоминаемая уже выше, книга про В. Путина.

Манера письма у Соловьева своеобразная – серьезно-ерническая.

Например, о моде на религию, охватившую российских чиновников, недавних коммунистов, он пишет опять же с уклоном в антисоветчину:

«…И выходят эти толстозадые вчерашние пионеры на – как это у них (сам Соловьев, видимо, пионером никогда не был – с детства диссидентствовал. – Ф. Р.) всегда называлось – линейку. Строятся в нестройные колонны – и вперед, в новый пионерский дозор…» Впрочем, хватит о политике. Напоследок поговорим о личной жизни телеведущего, которая является не менее насыщенной, чем телевизионная. Как мы помним, Соловьев до начала 90-х успел дважды жениться. Но он на этом не остановился. В конце 90-х он женился в третий раз, по его словам – в последний. Его избранницей стала дочь известного юмориста Виктора Коклюшкина Эльга Сэпп. Свадьбу молодые сыграли вдали от родины – во Франции. Торжество проходило в старинном замке с прудом, где плавали черные лебеди. Гостей было немного, только избранные – порядка трех десятков. Невеста блистала не только белым платьем, но и роскошным кольцом с драгоценным камнем – подарком жениха. В 2001 году у молодых родился сын (Даниил), после чего они произвели на свет еще двух детей (дочерей).

Живут супруги Соловьевы в писательском поселке в Переделкино на участке в 10 соток (там у них три дома, в одном из которых живет теща Соловьева), который телеведущий купил еще в 1993 году за тысяч долларов (сегодняшняя рыночная стоимость участка равняется примерно 2 миллионам долларов).

Тем временем в самом начале нового сезона 2008/09 года (в конце августа) российские СМИ сообщили, что передача «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» почила в бозе – снята с эфира.

Руководство канала объяснило свое решение тем, что рейтинг у передачи в последнее время заметно снизился. Что неудивительно:

лицезреть у Соловьева одни и те же лица отечественого политбомонда широкому зрителю просто надоело.

Иван Ургант И. Ургант родился 16 апреля 1978 года в Ленинграде, в актерской семье. Его родители играли в одном питерском театре, причем отец – Андрей Ургант – сын известной советской актрисы Нины Ургант, которая снялась более чем в ста картинах. Самой известной ее ролью была роль бывшей фронтовой медсестры в ленте Андрея Смирнова «Белорусский вокзал» (1971). Таким образом, окруженный со всех сторон актерами, Иван с раннего детства выбрал для себя будущую профессию – тоже актерскую.

Несмотря на то что его родители рано развелись (когда мальчику было чуть больше года), Иван не был брошенным ребенком и продолжал регулярно видеться не только с обоими родителями, но и со своей знаменитой бабушкой. Встречи с последней были настолько частыми, что некоторые даже считали именно ее мамой мальчика.

Детство Ивана прошло в Советском Союзе, поэтому было более беззаботным. Он буквально дневал и ночевал в театре своих родителей, вдыхая запах кулис и наблюдая за игрой великих артистов. Однако годы его юности выпали уже на смутные времена ельцинских реформ, когда люди театра стали чуть ли не люмпенами. Поэтому мечте Ивана стать артистом в те годы был нанесен серьезный удар: а стоит ли? Однако гены все же взяли свое. Окончив гимназию при Государственном Русском музее в 95-м, он поступил сразу на 2-й курс Петербургской академии театрального искусства. И еще будучи студентом, уже вышел на сценические подмостки: сыграл в спектакле БДТ имени Г. Товстоногова в спектакле «Макбет», где главную роль играла Алиса Фрейндлих. Правда, роль у студента была крохотная – стражник № 12, а спектаклей всего четыре.

Тем временем, по мере развития ельцинских реформ и усугубляющейся бедности населения страны (в том числе и актерской братии), Иван все чаще стал задумываться о перспективности выбранной им профессии. В итоге он стал искать применение своих актерских способностей и на других поприщах. Например, работал в одном ресторане официантом, в другом – исполнял испанские песни, а в стриптиз-баре вел ночные шоу. По его словам: «В стриптиз-баре я работал в экстремальных условиях. В подобных заведениях ведущему очень сложно привлечь к себе внимание. Кроме этого, такого количества голых женщин я в жизни не видел и, боюсь, больше не увижу. Если только не устроюсь работать банщиком… Спасибо бабушке. Это она вложила в меня стремление одержать победу над расхристанными умами посетителей этого вертепа. Иногда я просто физически ощущал ее поддержку…» Два года Ургант работал в стриптиз-баре, после чего заделался музыкантом. Но это увлечение длилось недолго. Вскоре его пригласили поработать диджеем на радиостанции «Суперрадио» в родном Санкт Петербурге. Тогда же начали завязываться и контакты Урганта с телевидением: он вел на Пятом канале программу «Петербургский курьер», которая повествовала о нелегких буднях кондитерских фабрик, деревообрабатывающих заводов и туристических фирм. Судя по всему, эти роли Ургант исполнял неплохо, поскольку очень скоро его карьера пошла круто вверх: он был приглашен в качестве ведущего на «Русское радио» (чуть позже на «Хит-ФМ»), а затем и на телеканал МТV. Так Ургант сменил Санкт-Петербург на Москву.

В качестве одного из ведущих МТV Ургант проработал больше года.

Затем снова сменил место прописки – перебрался на канал «Россия», что было серьезной заявкой на более широкий звездный статус. Ведь, во первых, «вторая кнопка» охватывала куда большую телеаудиторию (92,2 % населения, или 145 млн человек), во-вторых – Урганту доверили вести новый суперпроект канала «Народный артист» (вместе с Феклой Толстой). Со своими обязанностями молодой ведущий справился на «отлично», свидетельством чему была победа в номинации «Открытие года». Многие столичные клубы после этого выстроились в очередь, чтобы ангажировать новую знаменитость для ведения вечеров и презентаций.

Параллельно работе на ТВ Ургант успевал сниматься и в кино.

Правда, фильмы, в которых он участвовал, настоящим событием так и не стали. Речь идет о таких лентах, как «Он, она и я», «180 см и выше», а также фильмах «Останься» и «Жесть».

Приглашали его сниматься и в сериалах. Ургант был готов принять эти предложения, поскольку нуждался в деньгах, которые собирался потратить на покупку квартиры в Москве. Однако этим надеждам так и не суждено было осуществиться: графики съемок оказались совершенно несовместимы с его занятостью на ТВ.

Между тем в самом начале 2006 года Ургант совершил очередную рокировку – перешел работать на Первый канал. Как судачили в телетусовке, это было ответом Константина Эрнста руководителю «второй кнопки» Олегу Добродееву за то, что последний переманил к себе Евгения Петросяна и его шоу «Кривое зеркало». В итоге «Россия» лишилась Ивана Урганта и Феклы Толстой. Какие гонорары «положили» обоим на Первом, точно неизвестно, но ясно, что немаленькие. Сам Ургант однажды по этому поводу проговорится: «Мне платят настолько хорошо, что возникает ощущение, будто ты сошел с ума. Когда я был маленький, говорили, что следующее поколение советских людей будет жить при коммунизме. Мне кажется, я уже там…» На Первом Ургант сразу был брошен в дело: стал ведущим кулинарной передачи «Смак», которая, как известно, была детищем музыканта Андрея Макаревича. Последний по этому поводу рассказал следующее: «Я давно хотел покинуть «Смак». Но не мог этого сделать в течение трех лет. Просто не мог найти себе достойной замены.

Пробовали одного, второго, третьего – не то. Я ждал, когда Ваня Ургант освободится, и как только это произошло, я в него вцепился и уговорил вести программу… То, что Иван совершенно не умеет готовить, неважно. Мне страшно понравилось, что он абсолютно не пытается копировать какую-то мою манеру, наработанную для этой передачи. Он все делает совершенно по другому – драйвово, весело, и я надеюсь, что он внесет новое дыхание в эту программу…» Спору нет, новое дыхание в старую программу Ургант и в самом деле внес. Во всяком случае после смены ведущего, который считался визитной карточкой этого проекта, «Смак» нисколько не потерял в популярности (потому и гонорар ему положили высокий: за четыре программы «Смак» он получал 130 тысяч рублей). Однако о других проектах Урганта этого сказать было нельзя. Взять, к примеру, «Весну с Иваном Ургантом», которая появилась на свет весной того же 2006-го, – полностью провальный проект. А ведь как красиво все было обставлено:

роскошные декорации, самое смотрибельное время в эфире, да и день соответствующий – суббота. А эффект – нулевой. Как писал в газете «Труд» (номер от 20 мая) С. Беднов: «Шоу сделано с размахом.

Огромная студия, коридор с зеркальными стенами, большие трибуны для зрителей, несколько помещений, где разыгрываются скетчи. Само шоу представляет собой сборный эстрадный концерт со сквозным сюжетом и постоянными героями, разыгрывающими юмористические сценки. В принципе подобный формат существует во всем мировом ТВ и носит название «Saturday night life» («Субботняя ночная жизнь»). У нас попытки сделать что-то подобное предпринимались несколько раз, но всегда заканчивались неудачей. Увы, «Весна» идет пока по тому же пути.

Авторы шоу стараются представить гостей в необычном качестве.

Так, например, ведущий предложил Иосифу Кобзону спеть не его коронные песни, а блеснуть своим репертуарным разнообразием. В результате Иосиф Давыдович порадовал зрителей песнями на венгерском и даже бурятском языке, поскольку именно в этой республике живут его избиратели. Смешно, ничего не скажешь. А с Дмитрием Харатьяном была разыграна такая сценка. Мол, ведущий сразу его не признал, актер обиделся и в отместку все то время, что пребывал на сцене, называл Ивана Урганта… Леонидом Аркадьевичем. Тоже забавно. Но в целом новоявленная «Весна» оставляет тоскливое впечатление. Сквозной сюжет, который по идее должен быть искрометно смешным, напоминает КВН в худших вариантах. То есть люди на сцене гримасничают, суетятся, хихикают над собственными шутками, а зрителям не смешно.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.