WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 65 |

«CONCISE ENCYCLOPEDIA OF PSYCHOLOGY Second edition Edited by Raymond J. Corsini, Alan J. Auerbach John Wiley & Sons, Inc. ...»

-- [ Страница 40 ] --

Бар-Тал высказал предположение, что два суждения — расчет соотношения затрат и наград и учет атрибуции ответственности (заключения о том, почему др. человек оказался в ситуации, в к-рой ему требуется помощь) — определяют решение о предоставлении помощи. Помимо этого, на процесс формирования суждений оказывают влияние 4 типа переменных: личностные, ситуационные, культурные и связанные с характеристиками человека, нуждающегося в помощи. Стауб предложил общую модель, к-рая описывает то, каким образом ситуационные и личностные факторы совместно влияют на П. п. П. п. представляет собой функцию от личных целей (мотивов);

однако, активизация поведения зависит от важности данной цели в сравнении с др. целями и от характеристик ситуации.

Наконец, Шварц и Ховард представили пятиступенчатую модель, к-рая включает: а) восприятие нуждающегося в помощи, а тж определение возможных действий по оказанию помощи и оценка собственной способности их выполнить;

б) образование чувства моральной ответственности;

в) оценка затрат и выгод от возможных действий;

г) определение и оценка возможных реакций и д) выбор действия.

4 осн. подхода занимались развитием П. п., в особенности высоконравственного П. п.:

эволюционный, психоаналитический, с позиций теории соц. научения и когнитивной теории развития.

Эволюционный подход связан с поиском биолог. и соц. условий, к-рые могут способствовать формированию альтруистического поведения. Здесь существуют две т. зр. Согласно первой т. зр., альтруистическое поведение необходимо для выживания человека как вида, поэтому генам альтруистического поведения оказывалось предпочтение при воспроизводстве популяции. Согласно второй т. зр., альтруистическое поведение яв-ся продуктом социокультурной эволюции: челов.

существа эгоистичны по своей природе, однако соц. эволюция посредством культурного давления противодействует индивидуальным эгоистическим тенденциям для того, чтобы способствовать альтруистическому поведению, представляющему ценность для группы или об-ва.

Психоан. подход подчеркивает значение долговременных последствий опыта младенчества и детства.

Согласно подходу с позиций теории соц. научения, П. п. научаются в процессе взаимодействия с соц. окружением. В качестве условий, способствующих приобретению П. п., выделяются в первую очередь положительное подкрепление и моделирование, а тж индукция и исполнение роли.

Когнитивный подход к развитию подчеркивает качественные изменения в аспекте когнитивной, соц.

перспективы и развитие моральных суждений в качестве необходимых условий для формирования высоконравственного просоциального П. п.

В последнее время была предложена интеграция двух последних подходов в рамках теории когнитивного научения. Этот подход, наряду с признанием влияния когнитивной, соц. перспективы и развития моральных суждений, тж выделяет в качестве детерминанты формирования альтруистического поведения развитие системы саморегуляции. Согласно этому подходу, система саморегуляции лежит в основе формирования самоконтроля — способности выполнять жертвенное поведение без ожидания внешних вознаграждений.

См. также Сотрудничество/соперничество Д. Бар-Тал Понятие рефлекторной дуги (reflex arc concept) Статья Джона Дьюи «Понятие рефлекторной дуги в психологии» (The reflex arc concept in psychology) была опубликована в 1896 г., однако и сейчас она считается одной из классических работ, повлиявших на развитие функционалистской школы психологии.

Во времена Дьюи психологи переняли у физиологов модель рефлекторной дуги и адаптировали ее к изучению психол. действия. Считалось, что сенсорные нейроны проводят стимуляцию в центральный отдел, в к-ром, якобы, возникают «представления» или происходят «центральные процессы», к-рые, в свою очередь, программируют последующую моторную реакцию. Подобное объяснение казалось Дьюи в высшей степени абстрактным и фрагментарным.

По сравнению с предпочитавшейся тогда теорией рефлекторной дуги Дьюи рассматривал событие «ребенок-видит-пламя-и-хочет-дотянуться-до-него» как сложное единство, где стимул и реакция яв-ся фазами единого события, в к-ром «видение и хватательное движение настолько часто оказывались связанными между собой, что подкрепляют друг друга и помогают осуществиться друг другу». С т. зр. Дьюи, видение объекта и дотягивание до него под контролем зрения направляют друг друга на протяжении всего события, а не яв-ся тремя отдельными, последовательными актами, как следует из модели рефлекторной дуги.

Кроме того, Дьюи, судя по всему, был близок к интерпретации поведения с т. зр. взаимодействия организма и стимульного объекта. Он тж постепенно отходил от теории, согласно к-рой центром события яв-ся стимулируемый организм, и склонялся к более широкому толкованию психол. событий, к-рое не ищет их причины «под кожей организма».

Др. проблемой, волновавшей Дьюи, было присущее совр. ему психологии разделение организма на тело и душу (разум). В своей статье, посвященной рефлекторной дуге, он высказывался за освобождение психологии от этого устаревшего дуализма. Он призывал своих коллег перестать рассматривать тело и разум как независимые друг от друга сущности и научиться смотреть на поведение как на результат такой интеграции, при к-рой его просто невозможно разделить на две части.

Он считал метальные акты не просто психич. явлениями, а актами, в к-рых физическое и психическое сплавились в нерасторжимое целое.

См. также Вопрос об отношении души и тела, Социальная психофизиология Н. Пронко Порог (limen) В психофизике термин «П.» имеет 2 значения. Для любой сенсорной модальности абсолютный П. — это слабейший раздражитель, к-рый можно обнаружить, тогда как разностный П. — это наименьшее различие в стимуляции, к-рое можно обнаружить. Эти понятия были распространены на др. психол. содержание, включ. область научения.

Сходное использование понятия П. появилось в приложениях теории обнаружения сигналов к изучению процессов узнавания. В этом случае П. соответствует критерию испытуемого, т. е. критерию принятия положительного решения в ситуации, когда его просят ответить, опознается ли им данный элемент списка как встречавшийся (виденный, слышанный и т. д.) ранее. Испытуемый устанавливает критерий (П.) и отвечает «да», если чувство знакомости элемента превышает этот критерий, и «нет», если чувство знакомости оказывается ниже его. Данные такого рода используются для вычисления мер запоминаемости.

См. также Психофизические методы, Психофизика Г. Кимбл Порядок рождения и личность (birth order and personality) Один из самых значительных вкладов в психологию, сделанных А. Адлером, состоит в постулировании связи между порядком рождения и развитием личности. Адлер предположил, что положение ребенка в семье вносит специфические проблемы, каждая из к-рых разрешается в разных семьях по существу сходным образом. Т. о., связанный с порядком рождения опыт имеет следствием развитие личности, типичной для каждого положения, занимаемого ребенком в последовательности рождений в семье.

Исслед. порядка рождения насчитывается с избытком. Несмотря на предельно эмпирический характер большинства этих исслед., их результаты ограничиваются разрозненными явлениями и неполными объяснениями, что неудивительно при отсутствии осн. и полной теории порядка рождения.

Складывается впечатление, что имеется множество документальных подтверждений связей между порядком рождения и др. явлениями, но еще не сделано сколько-нибудь существенных шагов по пути понимания или объяснения результатов исслед. порядка рождения. По-видимому, невозможно одним только порядком рождения объяснить полученные в этой области результаты.

Тем не менее, впечатляющее количество исслед. порядка рождения отражает важность этого фактора. Даже в тех случаях, когда исслед. приводит к противоречивым результатам, их почти всегда можно объяснить пороками методологии или слабой теорет. базой, на к-рой основывалось данное исслед. Олмен, Грин и Кларк практически не обнаружили различий в личностных профилях, когда исключили действие всех факторов кроме порядка рождения. Однако, несмотря на подобную изобличающую «улику», исслед. порядка рождения продолжают приносить значимые результаты, особенно когда контролируются нек-рые критические факторы. Становится все яснее, что «влияния порядка рождения яв-ся более общими, чем предполагал Адлер», и, видимо, именно это навело Моузака на мысль о большей важности субъективного восприятия человеком своего психол. порядка рождения по сравнению с его местом в чисто биолог. последовательности рождений в семье.

Адлер утверждал, что понять отдельного человека можно, только учитывая полный контекст той семейной атмосферы, в к-рой он рос, и что важным вопросом в рамках этого контекста яв-ся положение ребенка в структуре семьи, связанное с порядком рождения. В ходе развития семьи как группы возникают новые, отличные от прежних потребности, и удовлетворение этих потребностей распределяется между детьми в зависимости от порядка рождения. У двух любых детей стиль совладания с проблемой, возникающей при изменении ситуации в семье, никогда не совпадает. Адлер указывал, что потребности или запросы, влияющие на стиль жизни, соответствуют воспринимаемому порядку рождения конкретного ребенка.

Из этого следует, что есть 4 категории порядка рождения с соотв. наборами характеристик и исследовательских данных. Следует подчеркнуть, что такие характеристики показывают лишь общие тенденции и предназначены для того, чтобы помочь психологам делать предположения относительно порядка рождения и личностной динамики, а вовсе не для того, чтобы с их помощью описывать и маркировать конкретных людей.

Первенец. Первенцы занимают уникальное положение в семье. Родители объективно могут уделять больше времени и внимания первому ребенку и склонны быть более осторожными, снисходительными и оберегающими. Первенец избавлен от необходимости соперничать со старшими братьями/сестрами и, хотя бы на время, поставлен в условия, когда ему ничего не остается, как подражать взрослым моделям и пытаться превзойти взрослые стандарты поведения.

Исслед. показывают, что эти факторы действительно сказываются на развитии личности. Первые дети в семье, в целом, чаще получают оценки по тестами интеллекта, попадающие в крайнюю правую (верхнюю) область распределения, яв-ся высоко мотивированными, достигают высоких постов и имеют сильную потребность в достижении. Среди студентов, получивших гос. поощрительную стипендию по результатам Национального квалификационного теста качества образования, количество первенцев равно суммарному количеству тех, кто родился вторым или третьим. Первенцы чаще всех других попадают в биографические справочники современников (Who's Who) и с большей вероятностью встречаются на руководящих должностях.

Такие дети, в тенденции, склонны проявлять высокую ответственность и ориентированы на продуктивность, чтобы соответствовать взрослым стандартам. Они осторожны, добросовестны и склонны к сотрудничеству, что отражает их желание сохранить свое привилегированное положение в отношениях с родителями после появления соперника.

Средние дети. Второй и/или средний ребенок в семье в принципе лишен возможности испытать, что значит быть единственным ребенком. Таким детям приходится прилагать больше усилий и чаще вступать в состязание, чтобы «захватить власть». Средний ребенок может находиться в тени старших сиблингов, к-рых он стремится сместить с занимаемых позиций. Он часто чувствует себя менее компетентным по сравнению со старшим братом или сестрой (не сознавая, что его незнание и неумение — просто следствие возраста) и может пытаться выделиться в др. областях. Напр., если старший ребенок имеет интеллектуальные наклонности, то младший может стремиться к занятиям спортом или иск-вом.

Исслед. показывают, что средние дети в семье чувствительны к несправедливостям, нечестности и совершаемым по отношению к ним ошибкам. Вероятно, они не отказываются попробовать свои силы в иск-ве. Средние дети в семье, будучи весьма коммуникабельными и благосклонными к другим, яв-ся хорошими дипломатами, успешно работают в группе, легко налаживают контакты с пожилыми и молодыми людьми и способны поддерживать хорошие отношения.

Младшие дети. Младший ребенок тж занимает уникальное положение в семье. У него нет преследователей и, являясь «ребенком всей семьи», он никогда не будет лишен этого положения.

Ранняя социализация последних детей в семье чаще включает снисходительное, балующее обращение с ними остальных членов семьи, приводя в результате к формированию зависимо-импульсивного типа личности.

Младшего ребенка легко избаловать, особенно когда старшие братья и сестры присоединяются к родителям в стремлении удовлетворить все его потребности. Результатом этого нередко становится чувство защищенности и неконкурентный характер: такой ребенок будет всегда искать поддержки других. Младший ребенок часто яв-ся самым «могущественным» в семье, прибегая к таким формам выражения своих желаний, как агрессивные действия и плач.

Младшие дети в семье менее серьезно относятся к собственной персоне и любят веселье и розыгрыши. В тенденции, они пользуются наибольшей популярностью у других и входят в макс.

возможное число групп, а тж имеют самую высокую самооценку по сравнению с занимающими все др.

позиции в порядке рождения. Они креативны, человеколюбивы и отличаются развитой способностью понимать юмор. Последние дети из больших семей имеют сильнейшую потребность в достижении и умеют прекрасно приспосабливаться к обстоятельствам. Однако, высока вероятность того, что они могут оказаться в числе неуспевающих учеников, стать алкоголиками (зависимой личностью) и иметь самый низкий IQ. Тем не менее, положение последнего ребенка в семье обеспечивает ему максимум любви и заботы из всех возможных позиций в порядке рождения.

Единственный ребенок. Положение единственного ребенка в семье сходно с положением самого младшего в том, что над ним никогда не нависает угроза утратить свои привилегии, поскольку у него просто нет соперников. С первенцами таких детей роднит их единственность: им не нужно бороться за родительское внимание и они ориентируются в своем поведении исключительно на взрослые образцы поведения и стандарты деятельности. Родители склонны баловать единственного ребенка, и такие дети могут в последующем пытаться восстановить привилегированное положение, просто захватывая «центр сцены», но не сделав ничего такого, что оправдывало бы их действия. Есть возможных исхода развития единственного ребенка в семье: он может остаться по-детски зависимым и беспомощным, либо приложит все силы, чтобы стать компетентным и состоятельным взрослым.

Исслед. показывают, что единственные дети испытывают сложности с установлением близких отношений, тяготея к одинокому образу жизни. Они склонны к эгоизму и имеют самую низкую потребность в аффилиации. Они стремятся во что бы то ни стало угодить другим, но при этом стараются сохранять макс. независимость и менее всего боятся неудачи. Для таких детей весьма вероятно поступление в колледж и успешное обучение. После первенцев, единственные дети имеют самый высокий IQ и самый высокий показатель потребности в достижении. И действительно, единственный ребенок в семье добивается в учеб. деятельности положения лидера и может превзойти учителя или наставника. Больше всего у единственных детей психол. проблем, и, по всей вероятности, они чаще обращаются за психиатрической помощью, причем неоднократно.

Исслед. будут продолжаться, т. к. качество и потенциал наших теперешних знаний в этой области, равно как и ожидаемые в ближайшем будущем данные, играют важную роль в понимании челов. поведения.

См. также Порядок рождения, Детская психология, Развитие в раннем детстве, Отношения сиблингов Р. Дрисколл, Д. Икстейн Порядок рождения (birth order) Эмпирические исслед. П. р. связаны с поиском устойчивых связей между личностными переменными и порядковым местом в семье. Эти исслед. носят бессистемный характер и почти всегда лишены к.-л. теорет. предпосылок, поэтому в литературе встречается множество противоречивых данных.

Типичной методикой таких исслед. яв-ся выяснение (обычно в форме опросов) П. р., не принимающее во внимание переменные, связанные с самим порядковым местом в семье, такие как возраст, раздельное проживание сиблингов, половые различия, аборты, выкидыши или мертворожденность. Публикуемые результаты часто неубедительны, потому что исследователи не сравнивают людей с одинаковым статусом рождения. Самым слабым местом яв-ся отсутствие установившейся модели исслед. в этой области. Большинство исследователей не рассматривают П. р.

как детерминанту личности, но считают, что он яв-ся самостоятельной характеристикой влияющего на индивидуума окружения.

Ниже будут рассмотрены эмпирические исслед. связанных с П. р. различий, статистическая значимость к-рых подтверждена на уровне доверительной вероятности р < 0,05. Было проанализировано более 3000 таких исслед., но лишь весьма малую выборку опубликованных работ можно свести воедино и обобщить их результаты. Так или иначе, имеющиеся данные позволяют выделить 5 возможных психол. позиций, в соответствии с к-рыми и подготовлен данный обзор: первый, второй, средний, последний и единственный ребенок в семье.

Первый ребенок. Первые дети имеют более высокие оценки в средней школе по сравнению с более поздними детьми, наиболее уязвимы к стрессу, чаще учатся в колледже, чем более поздние дети, и представлены непропорционально большой долей среди проблемных детей.

Второй ребенок. Второй ребенок в семье — особо выделяемая категория П. р. Такие дети проявляют большую зависимость в своем поведении по сравнению с детьми, родившимися раньше (первыми) или позже них;

чаще обращаются за помощью к взрослым и ищут их одобрения, чем первые и последующие дети в семье;

больше времени проводят в индивидуальных занятиях;

обычно более разговорчивы и выражают более негативный аффект по сравнению с другими. Мн. мальчики, производящие впечатление изнеженных, яв-ся первыми или, даже чаще, вторыми детьми в семье.

Вторые дети в однополых диадах, по-видимому, больше подражают родителю того же пола, чем их старшие братья/сестры.

Средний ребенок. Дети, занимающие среднее по П. р. положение, в тенденции лучше приспосабливаются эмоционально, если они из больших семей. Средние дети крайне остро чувствуют непринадлежность (непринятость другими) и наиболее чувствительны к разного рода несправедливостям и проявлениям пренебрежения. Они лучше всего преуспевают в командных видах спорта, безусловно чаще изучают музыку и языки и занимаются художественным творчеством. У них выраженные эстетические интересы, и они явно преобладают среди актеров.

Последний ребенок. Дети, родившиеся последними, приобретают больший опыт братских (сестринских) отношений, чем первенцы, не говоря уже о единственных детях в семье. Похоже, что они имеют самую высокую самооценку. Последние дети в семьях прекрасно адаптированы, если они из больших семей, но составляют непропорционально большую долю среди пациентов с психиатрическими расстройствами, если происходят из малых семей;

весьма вероятно, что у них самый низкий IQ и изрядный опыт школьных неудач. Родившиеся последними девочки, по-видимому, имеют знач. более низкую самооценку, чем ожидаемая.

Единственный ребенок. Взросление без братьев и сестер не оказывает сколько-нибудь необычного воздействия на развитие личности. Единственные дети в семье представлены непропорционально большой долей в группе лиц с эмоциональными нарушениями, а единственные сыновья имеют сильнейшую потребность в опеке. Единственные дети, по-видимому, менее склонны брать на себя ответственность за достижение успеха по сравнению с первенцами и более поздними детьми в семье. Им более свойственно обращаться за мед. помощью, причем неоднократно, требуя при повторных обращениях все большей помощи.

Интервал между рождениями. Сиблинги одного пола с меньшей разницей в возрасте получают более высокие оценки по тестам когнитивных способностей. Первенцы, имеющие младших братьев и/или сестер, разница в возрасте с к-рыми не превышает 3-х лет, обнаруживают более выраженную потребность в аффилиации и помощи, чем первые дети в семье с большим интервалом между рождениями детей.

Родительское влияние. Первенцы сообщают о более плотном родительском контроле, чем дети, родившиеся позднее. В исслед. норвежских семей установлено, что в глазах родителей мальчики имеют более высокую ценность, чем девочки.

Авторитет родителей в большей мере признается в подростковом возрасте сыновьями первенцами, чем родившимися позднее. Родительский авторитет воспринимается как наиболее значительный в том, что касается учеб. и экономических интересов первых детей в семье.

В сознании людей матери выглядят более принимающими, чем отцы;

аналогично воспринимаются и молодые родители по сравнению с родителями более зрелого возраста. Младшие дети по сравнению со старшими воспринимают своих родителей как более принимающих и плотно контролирующих.

Влияние сиблингов. Старшие сиблинги воспринимаются как наделенные большей силой и влиянием, тогда как младшие выглядят более обиженными и чаще обращающимися за помощью к родителям. В исслед. семей с двумя детьми наибольшая конформность была обнаружена у позже родившихся девочек в однополых парах сиблингов. Мужчины, проявляющие особую нежность к старшей сестре, склонны брать в жены женщин, имевших только младших братьев.

Первенцы и более поздние дети женского пола имеют, в тенденции, более выраженную соц.

ориентацию, чем первенцы и более поздние дети мужского пола. У первенцев и единственных детей в семье знач. сильнее склонность к самораскрытию, причем представители обоих полов раскрываются больше перед друзьями, чем перед сиблингами, отдавая предпочтение сиблингам своего пола.

Наибольшая склонность к самораскрытию обнаруживается у тех, кто имеет доступного для общения сиблинга своего пола на год или два старше себя.

Показатели интеллекта повышаются с увеличением материнского возраста и снижаются с увеличением порядкового места рождения.

Последние дети в семьях представлены несоразмерно большой долей среди хронических алкоголиков, а единственные дети — среди тех, кто скатился на самое дно об-ва. Первенцы — или, по крайней мере, первые мальчики в семьях — обнаружили большую склонность к алкоголизму по сравнению с др. детьми, особенно когда мальчики-первенцы были вынуждены с самого раннего возраста оказывать посильную помощь в обеспечении своих семей.

Академические достижения. Первые дети в семьях, сравнительно с др. категориями детей, чаще учатся в колледже и имеют более высокие показатели в интеллектуальной и учеб. деятельности.

Когда в исслед. контролируется уровень мотивации, различия между первыми и последними детьми в семье исчезают.

Показатели по Национальному квалификационному тесту качества образования (National Merit Scholarship Qualifying Test) снижаются по мере увеличения размера семьи и, в рамках одной семьи, с увеличением порядкового места рождения. Повышенная озабоченность интеллектуальными достижениями отмечается у первенцев, имеющих братьев. Первые дети в семье имеют более высокие показатели по тестам интеллекта, и это соотношение сохраняется независимо от образования матери или отца, дохода семьи и материнского возраста.

Психическое здоровье. В одном исслед. шизофрении была обнаружена непропорционально большая представленность случаев из второй половины П. р., особенно среди пациентов из очень больших семей. В др. исслед. шизофрении обнаружилась чрезмерная представленность ранних позиций (early ranks) в группе из пяти и более сиблингов. Пик шизофрении приходится на вторую позицию от конца, и этот результат совпал во всех пяти исслед.

В военном учеб. лагере единственные дети в семье по сравнению с первенцами чаще консультировались у психиатра, признавались «психоневротиками» и увольнялись из армии. Диагнозы первенцев распределились почти поровну между психоневрозом и расстройством личности. Лишь очень немногие из родившихся вторыми в семье получили диагноз «психоневроз», тогда как диагноз «расстройство личности», напротив, встречался у них весьма часто.

Среди лиц со склонностью к развитию паранойи отмечается самый высокий процент первенцев, тогда как группы средних по П. р. лиц отличаются высоким процентом тревожных расстройств. Когда первенцы выступают перед аудиторией, они демонстрируют гораздо худшую способность воспроизводить материал по памяти, чем более поздние дети в семье. Первенцы сообщают тж о более сильном страхе, чем те, кто родился позже. Первенцы и единственные дети в семье более чувствительны к боли, а первенцы являются, к тому же, более аффилиативными.

Брак. Первенцев женского пола, вероятно, больше среди посещающих предродовые курсы, чем женщин, бывших более поздними детьми в семье. Первенцы мужского пола вступают в брак в более молодом возрасте, чем мужчины, занимающие последующие места в П. р. В диадах супругов-первенцев разница в возрасте меньше, чем в супружеских парах, где муж и жена не были первыми детьми в семье.

Среди женщин, выходящих замуж в июне, первенцев больше, чем тех, кто был более поздним ребенком в семье. У первых и последующих детей (девочек) в семье не было обнаружено значимых различий в возрасте замужества и продолжительности периода между обручением и свадьбой.

Более высокая доля тех, кто состоит или состоял в браке, обнаружена среди самых старших сыновей и среди самых старших детей в семье, а самая низкая доля — среди самых младших сыновей.

Браки, заключенные между первенцем и более поздним ребенком в семье, яв-ся более удачными, чем браки между первенцами или между лицами, занимающими последующие места в П. р.

Делинквентность. Малолетние преступники происходят из семей, размер к-рых больше среднего. Первенцы и делинквенты из семей меньшего размера лучше подготовлены к жизни в об-ве или располагают лучшими ресурсами социализации, чем дети, занимающие последующие места в П. р., или дети из больших, превышающих средний размер, семей. Дети, занимающие среднее по П. р.

положение, в наибольшей степени подвергаются риску делинквентности. Первенцы составляют непропорционально малую долю среди делинквентов и, вероятно, чаще проходят срок условного заключения без нарушений по сравнению с более поздними детьми в семье.

Род занятий. Первенцы женского пола проявляют существенно больший интерес к карьере преподавателя колледжа, чем женщины, родившиеся в семье не первыми;

что касается мужчин, то первенцы и занимающие последующие места в П. р. обнаруживают практически одинаковый интерес к этой профессии.

Женщины, занятые в профессиях, не относящихся к типично женским, обычно моложе и чаще яв-ся первенцами, в детстве воспитываются работающими матерями и упоминают о мужчинах, оказавших важное влияние на их карьеру.

Близнецы. Близнецы-девочки чаще рождаются недоношенными по весу;

процент недоношенности среди близнецов в 7 раз выше, чем при рождении одного ребенка. Физ. дефекты встречаются наиболее часто при макс. недоношенности. В оценках учителями общего состояния здоровья близнецов и неблизнецов значимого различия не обнаружено. Матери дизиготных близнецов на момент родов старше матерей монозиготных близнецов. Меньший вес близнецов имеет тенденцию сохраняться вплоть до младшего школьного возраста.

У близнецов, воспитываемых раздельно с рождения, показатели по тестам интеллекта выше, чем у близнецов, растущих вместе, но ниже, чем у неблизнецов. У близнеца, родившегося первым, психомоторные навыки развиваются лучше, независимо от веса при рождении. Психомоторное развитие в первые 6 мес. более сходно у монозиготных близнецов по сравнению с дизиготными.

Паттерны развития в большей степени связаны с весом при рождении, чем с порядком рождения.

Близнецы демонстрируют образцы незрелой игры в одиночку. У родившегося первым близнеца вероятность иметь IQ выше, чем у родившегося вторым, на 15% больше;

у близнеца с большим весом вероятность иметь более высокий IQ увеличивается на 65%.

См. также Адлерианская психология, Порядок рождения и личность, Полезависимость, Теории личности Р. Бразингтон Последипломная подготовка в области психологии (graduate training in psychology) Первым человеком, внесенным в списки лиц, получивших в США ученую степень по психологии, был Джозеф Ястроу. Он получил докторскую степень в 1886 году в Ун-те Джонса Хопкинса, где работал под руководством Холла.

В то время последипломная подготовка основывалась на проведении лабораторных исслед. и экспериментов. Хотя в структурном плане психология была частью учеб. плана факультета философии, она, бесспорно, являлась отдельной наукой. Первые психологи рассматривали психологию как эксперим. науку, связанную с философией, но не являющуюся ее частью.

До Второй мировой войны специфика П. п. в о. п. почти не обсуждалась. Аспиранты просто обучались в соответствии с взглядами своих руководителей. После получения докторской степени они, как предполагалось, должны были принять назначение в ун-т, преподавать там и проводить исслед. так, как это делали обучавшие их профессора.

Появившиеся сразу после войны требования к профессорам обучать аспирантов не только в соответствии со своими собственными представлениями и готовить их не только для работы в унте, привели к орг-ции серии конференций по вопросам последипломной подготовки. В 1949 г. в Боулдере была проведена конференция «Подготовка в области клинической психологии», в 1951 г. прошла Северо-западная конференция «Рекомендуемые стандарты подготовки психологов-консультантов в докторантуре», в 1955 г. в Тэйере — конференция «Школьные психологи в середине столетия», а в Стэнфордском ин-те — конференция «Психология и психич. здоровье», в 1958 г. в Майами-Бич — конференция «Специализация в области психологии», в 1965 в Чикаго — конференция «Профессиональная подготовка клинических психологов» и в 1973 г. в Вэйле — конференция «Уровни и модели профессиональной подготовки в области психологии».

Первые 4 из этих конференций рассматривали нек-рые вопросы учеб. планов в связи с подготовкой практикующих психологов-профессионалов, отличающейся от таковой у академических психологов. Модель такой подготовки была определена на конференции в Боулдере. Конференция постановила, что психология яв-ся наукой, что клиническая психология яв-ся практ. приложением этой науки, и что клинический психолог должен знать науку психологию в той же степени, что и любой др.

психолог. Его практ. навыки и знания как клинициста должны были сочетаться с навыками ученого исследователя. Конференция тж определила 12 осн. (базовых) дисциплин, к-рые должны быть включены в программы по клинической подготовке;

среди них: физиология человека, теория личности, возрастная психология, психопатология, психотер., практикум и работа в интернатуре.

Северо-западная конференция и конференция в Тэйере были посвящены выработке требований к психол. консультированию и школьной психологии (соответственно) как профессиям. В Стэнфорде, через 6 лет после конференции в Боулдере, вновь рассматривались вопросы обучения в сфере охраны психич. здоровья. Участники конференции отметили проблемы в нек-рых областях, таких как подготовка специалистов для общественной системы психич. здоровья, клиническая специализация, формы и места проведения практикума, исследовательская деятельность в области психич. здоровья и структурная орг-ция.

На конференции в Майами-Бич рассматривались вопросы последипломной подготовки во всех областях психологии. В итоговом докладе выражалось полное одобрение того, что определяющей характеристикой психолога со степенью д-ра философии яв-ся исследовательская подготовка.

Профессиональные умения, т. о., должны были дополняться навыками и знаниями ученого исследователя.

На конференции в Чикаго была выражена поддержка поискам новых методов профессиональной подготовки. К 1980 г. в университетских и др. образовательных структурах США действовало ориентированных на профессиональную подготовку программ.

В 1973 г. 153 человека, представляющих различные интересы в сфере психологии, собрались в Вэйле, штат Колорадо. Восемь рекомендаций этой конференции были специально посвящены вопросам обучения в докторантуре. Их осн. содержание было определено в общем вводном заявлении, где говорилось, «что в докторских программах следует расширить диапазон и характер осн. академических курсов, а тж требования к профессиональной подготовке. Эти изменения могут и должны быть достигнуты без снижения стандартов обучения основам науки о поведении». Вывод Л. Келли и Л.

Голдберга, сформулированный в 1959 г., до сих пор не утратил своей актуальности: «Степень д-ра философии по направлению "психология", будучи объективным критерием образования, имеет на удивление мало общего в разных ун-тах и в разных специальностях». П. п. в о. п., в отличие от таковой в медицине и юриспруденции, до сих пор остается не кодифицированной.

См. также Клиническая психология: подготовка специалистов через аспирантуру Р. Харпер Последипломное образование (graduate education) История вопроса о природе и объеме последипломного образования в США восходит к таким выдающимся людям, занимавшимся проблемой получения высшего образования, как Д. Гилман из Ун та Джонса Хопкинса, Г. С. Холл из Ун-та Дарка и У. Р. Харпер из Чикагского ун-та. Они предвидели появление высших исследовательских и образовательных школ, не обремененных преподаванием базовых знаний. Они основывались на немецкой концепции П. о., в к-рой акцент делался на проведении студентами ун-та оригинальных исслед.

Официальное признание П. о. произошло в 1876 г. вместе с открытием Ун-та Джонса Хопкинса.

Вскоре после его появления по всей стране стали открываться др. школы и отделения П. о. В настоящее время более 700 вузов предлагают программы для получения докторской степени.

Степень магистра Степень магистра — в особенности магистра гуманитарных наук (М.А.) и магистра естественных наук (M.S.) — первая ученая степень, к-рую может получить соискатель. В настоящее время существует более 400 различных магистерских степеней в таких разнообразных областях, как управление торгово промышленной деятельностью (магистр экономики управления (М.В.А.)), иск-во (магистр изящных иск в (M.F.A.)), образование (магистр педагогики (M.Ed.)), богословие (магистр богословия (M.Th.)), прикладные науки (магистр прикладных наук (M.A.Sc.)).

Докторские программы Степень д-ра философии (Ph.D) лучше всего отображает характер и цель докторской работы. Это высшая ученая степень, присуждаемая за исследовательскую деятельность. Изначально ею отмечался оригинальный вклад в науку. Чтобы удовлетворить потребности профессиональных областей, для к-рых не подходила степень д-ра философии, в ун-тах были введены докторские программы по мн. др.

специальностям, таким как, напр., экономика управления (D.B.A.), образование (Ed.D.), психология (Psy.D.), соц. работа (D.S.W.).

Различия между докторскими программами отражают осн. расхождения в требованиях к учеб.

плану, касающихся качества и объема изучаемого материала, исследовательской и/или практ.

деятельности. Однако в нек-рых случаях эти различия яв-ся минимальными либо вообще отсутствуют.

Относительно новым явлением в П. о. во второй половине XX в. стало последокторское (postdoctoral) образование. По существу, оно позволяет обладателям докторской степени продолжить свое обучение и, возможно, проводить исслед. по широкому спектру дисциплин. Мн. ун-ты, а тж ин-ты и орг-ции предлагают последокторские научные стажировки (fellowships), программы и интернатуры, в рамках к-рых можно проводить предметные исслед. и участвовать в специализированной практике уже после получения докторской степени.

Существует ряд профессиональных орг-ций, чья деятельность прямо направлена на развитие П.о.

См. также Последипломная подготовка в области психологии Л. В. Парадайз Последовательные методы (sequential methods) П. м. — это квазиэкспериментальные планы исслед. в области психологии развития и др. наук о развитии, предназначенные для нейтрализации потенциальных смешений при изучении явлений, связанных с измерениями (dimensions) хронологического возраста, времени и поколений (когорт).

Традиционные планы в психологии развития В традиционных психол. исслед. развития, включающих переменную возраста, использовались либо поперечные (поперечных срезов), либо продольные (лонгитюдные) подходы. Оба они отягощены проблемами внутренней валидности, ограничивающими выводы, к-рые могут быть извлечены из исслед., проведенных по таким планам. Когда индивидуумы сравниваются с собой или с другими на различных стадиях возрастного развития, должны учитываться 3 параметра: хронологический возраст (А) наблюдаемого индивидуума, возрастная когорта (С) этого индивидуума (дата вхождения в среду), и время (Т) измерения наблюдаемого индивидуума. Традиционные планы исслед. развития смешивают эти параметры.

Поперечный подход (сравнение возрастов) использует выборки людей разных возрастов и сравнивает их показатели по изучаемой зависимой переменной, опираясь на допущение, что выборки сопоставимы между собой в отношении предыдущей жизненной истории и всех др. переменных за исключением возраста. Люди, входящие в возрастные группы, измеряемые в один и тот же момент времени, но различающиеся между собой по возрасту, должны по определению рождаться в различные моменты времени. Поэтому поперечные исслед. смешивают эффекты хронологического возраста и когорты. Считается, что когда сравнения охватывают широкий спектр возрастов, результирующие различия с большей степенью отражают вариацию когорт (поколений), чем влияния хронологического возраста. Т. о., поперечные исслед. подходят для определения возрастных различий в отдельный ист.

отрезок времени, обеспечивая информ. для принятия текущих политических решений, а исслед.

ограниченного спектра возрастов у детей или стариков могут обеспечивать предварительную оценку возрастных изменений в ситуации слабовыраженного влияния эффектов когорт.

В отличие от поперечного подхода, целью классического продольного плана яв-ся изучение развития одних и тех же индивидуумов. Как таковой, этот план представляет собой временную серию, состоящую из начального претеста, последующего вмешательства (тех событий в развитии, к-рые происходят с течением времени) и посттеста, к-рая применяется к одним и тем же индивидуумам. Если используется более чем один временной интервал, тогда имеет место последовательность перемежающихся воздействий (событий продолжающегося естественного развития) и посттестов.

Продольный план обычно применяется к одной группе участников исслед., имеющих примерно одинаковый хронологический возраст на момент проведения претеста и, следовательно, относящихся к одной возрастной когорте.

Нек-рые из угроз внутренней валидности, перечисленных Кэмпбеллом и Стэнли, могут служить вероятными альтернативными объяснениями тех наблюдаемых поведенческих изменений (или их отсутствия), к-рые приписываются возрасту в исслед., использующих эти традиционные планы. В продольном исслед. с единственной когортой должны смешиваться эффекты времени измерения (периода) и возраста, и присутствие эффектов периода в зависимой переменной будет нарушать внутреннюю валидность оценок возрастных эффектов. Эти эффекты периода могут либо имитировать, либо подавлять связанные с развитием изменения, происходящие в течение конкретного возрастного промежутка, в зависимости от того, ковариируют ли эффекты времени измерения и возраста положительно или отрицательно.

Продольный план с единственной когортой не позволяет непосредственно контролировать или оценивать величину др. угроз внутренней валидности. Напр. для ограничения угрозы инструментальной погрешности обычно предпринимаются специальные шаги, позволяющие обеспечить, насколько это возможно, неизменность измерительных процедур на протяжении всего исслед. Эффекты статистической регрессии минимизируют временами путем использования по меньшей мере двух, или даже более, повторных измерений. Тем не менее, если др. контрольные выборки не привлекаются для этой конкретной цели, продольные исслед. с единственной когортой не могут обойти эффектов тестирования и отсева в эксперим. группе. Продольные исслед. с единственной когортой сыграли необходимую и полезную роль на ранних этапах становления наук о развитии. Иногда продольный план с единственной когортой может быть наилучшим подходом в обеспечении предварительными данными по развивающимся функциям, к-рые могут в дальнейшем воспроизводиться в исслед. на др. когортах и в др. ситуациях измерения. Исслед. с единственной когортой могут тж быть полезными в приложениях, таких как определение типологий паттернов развития в специфической изучаемой популяции.

Последовательные стратегии Для устранения ограничений, присущих планам поперечных исслед. и продольных исслед. с единственной когортой, были предложены неск. последовательных стратегий. Термин «последовательный» означает, что потребная выборочная база (sampling frame) представляет собой последовательность выборок, наблюдаемых в неск. ситуациях измерения (периодах). Последовательные стратегии могут быть лучше поняты путем проведения различия между планом выборочного исслед.

(sampling design) и планом анализа (analysis design), несмотря на их тесную связь. План выборочного исслед. указывает клетки матрицы когорта — возраст, к-рые должны выбираться в конкретном исслед.

развития. План анализа указывает на то, каким образом эти выбранные клетки могут быть организованы в целях анализа эффектов возраста, когорты и времени измерения. Рис. 1 представляет типичную матрицу когорта возраст, показывающую все варианты последовательных планов, а тж иллюстрирует смешивание трех интересующих нас параметров. А и С представлены строками и столбцами матрицы, тогда как Т является параметром, заключенным в клетках данной матрицы. Ведутся споры в отношении того, возможно ли вообще, и если да, то как получить несмешанные оценки эффектов возраста, когорты и времени измерения.

Рис. 1. Схема поперечных и продольных последовательностей и возможных планов анализа, выводимых из общей модели развития Заполненные клетки таблицы представляют время измерения Поднимаемые в них вопросы довольно сложны, носят специальный технический характер и выходят за рамки этой статьи.

Планы выборочного исследования Можно выделить 2 типа последовательных планов выборочного исслед.: планы многократного наблюдения группы индивидуумов до заполнения клеток матрицы и планы использования независимых выборок индивидуумов (каждая наблюдается только один раз), извлекаемых из одних и тех же когорт до заполнения клеток матрицы. Матрица, показанная на рис. 1, могла бы быть получена на основе любого из этих подходов. Используя терминологию Балтеса, можно обозначить эти 2 плана как продольную и поперечную последовательности соответственно. Поперечная последовательность означает воспроизведение поперечного исслед. того же самого диапазона возрастов, к-рые оцениваются по меньшей мере в двух различных периодах времени, с получением оценки для каждого возрастного уровня по множеству когорт, где каждая выборка измеряется только один раз. В отличие от него, продольная последовательность предполагает измерение по меньшей мере двух когорт в отношении того же самого диапазона возрастов. Оценки для каждой когорты тж получаются в двух или более временных точках. Решающее различие между ними, однако, состоит в том, что продольная последовательность обеспечивает данные, позволяющие оценивать внутригрупповые изменения индивидуумов наряду с индивидуальными различиями в таких изменениях. Пример набора данных, содержащего как поперечные, так и продольные последовательности, можно найти у Шайи и Герцога.

Планы анализа Данные, собранные в соответствии со схемами, подобными приведенным на рис. 1, допускают множество альтернативных стратегий анализа. Каждая строка этой матрицы может рассматриваться как продольное исслед. с единственной когортой, каждая диагональ как поперечное исслед. и каждый столбец как исслед. с временным лагом (сравнение поведения в определенном возрасте в последовательных когортах). Последовательные планы выборочного исслед., к сожалению, не позволяют произвести полное разделение компонентов функции В = f(A, С, Т) вследствие очевидной линейной зависимости этих трех факторов. Тем не менее, есть основания полагать, что данная модель обеспечивает 3 различных плана анализа в виде рассмотрения изолированного эффекта любых двух из этих компонентов с одновременным допущением постоянства или нерелевантности третьего на основе теорет. или эмпирических соображений.

Касаясь минимального набора планов, представленных на рис. 1, Шайи предполагает, что когортно-последовательная стратегия (cohort-sequential strategy) позволит отделить возрастные изменения от когортных различий при условии незначительных эффектов времени измерения.

Временная последовательная стратегия (time-sequential strategy) позволит отделить возрастные различия от различий, связанных с периодом измерения, при условии лишь незначительных эффектов когорты.

Наконец, поперечно-последовательная стратегия (cross-sequential strategy) позволит отделить когортные различия от различий, связанных с периодом измерения. Временная последовательная стратегия, разумеется, исключает возможность повторных измерений (т. е. один и тот же индивидуум не может иметь один и тот же возраст в двух различных временных точках), однако ее преимущество состоит в оценке возрастных различий для целей соц. политики, причем по тем зависимым переменным, для к рых эффекты когорты, по-видимому, оказываются минимальными. Это тж подходящая стратегия для оценки эффектов времени измерения (периода) в исслед., охватывающих широкий диапазон возрастов/ когорт.

Каждая из этих последовательных стратегий анализа может быть распространена сверх того на контроль эффектов эксперим. отсева и эффектов тестирования или экспериментирования. Однако, каждый дополнительно контролируемый параметр потребует одной дополнительной совокупности данных.

Когда данные собираются в форме продольных последовательностей с целью изучения интраиндивидуальных различий в изменениях с течением времени, для анализа данных можно использовать как когортно-последовательную, так и поперечно-последовательную стратегию. У возрастных психологов, по-видимому, вызовет больший интерес когортно-последовательный план, т. к.

он эксплицитно дифференцирует интраиндивидуальные изменения внутри когорт и усредненные индивидуальные различия между когортами. Кроме того, этот план позволяет осуществлять проверку согласованности возрастных функций в последовательных когортах, предлагая тем самым большую внешнюю валидность в сравнении с той, к-рую бы обеспечил продольный план с единственной когортой.

Критическое допущение когортно-последовательного плана состоит в постулировании отсутствия эффектов времени измерения, содержащихся в собираемых данных. Это допущение может оказаться оправданным в экономическом отношении для мн. психол. переменных, однако нек-рые переменные все же могут находиться под влиянием «чистых» эффектов периода измерения или смешанных эффектов, представленных специфическими видами угроз внутренней валидности, связанных с различиями в критериях/инструментах измерения или поведении экспериментатора от ситуации к ситуации тестирования. Возникает вопрос о том, каким образом отразились бы нарушения допущения об отсутствии эффектов времени измерения (Т) на когортно-последовательном анализе.

Логический анализ позволяет предположить, что в этом случае будут искажаться все оцениваемые эффекты, хотя наиболее прямым доказательством этому послужило бы значимое взаимодействие С с А.

Однако, отсутствие статистически значимого взаимодействия еще не гарантирует соотв. отсутствия Т эффектов. Такие эффекты в широких исслед. могут локализовываться в небольшом подмножестве случаев, из-за чего могут оказываться ошибочными общие оценки эффектов.

Осн. следствие этой интерпретационной неопределенности последовательного анализа состоит в том, что при нарушении допущений, лежащих в основе конкретного плана, будет в той или иной степени страдать точность оценок всех эффектов. Однако, острота этой интерпретационной проблемы может быть снижена путем оценки относительного правдоподобия смешиваемых Т-эффектов, разумеется, при наличии сильной теории в отношении природы и направления оцениваемых и смешиваемых эффектов. Практ. применение сильной теории к последовательным планам требует точного определения смешиваний в невалидном плане для получения оценок этих смешиваемых эффектов.

Несмотря на то что всегда предпочтительнее оценивать эффекты «истинных» параметров из адекватного плана, основанного на корректных ограничивающих допущениях, изучающий возрастное развитие психолог зачастую должен довольствоваться менее оптимальным планом либо по соображениям, связанным с временными затратами, либо из-за природы изучаемого явления. Отсюда, при выборе наиболее предпочтительного плана, к-рый следует применить в конкретном исслед., нужно руководствоваться не только соотв. литературой, но и теорет. предположениями самого исследователя.

См. также Когортные различия, «Загрязнение» (статистическое), Исследование методом двойного ослепления, Экспериментальные планы, Жизненные события, Лонгитюдные исследования, Методология (научных) исследований К. У. Шайи Последствия депривации (deprivation effects) Ребенок иногда оказывается депривированным уже на момент рождения вследствие развития в пренатальных условиях, могущих вызывать повреждения тела и НС и жестко ограничивать экспрессию наследственных задатков новорожденного, к-рые в иных обстоятельствах оказали бы влияние на то, каким человеком он стал бы впоследствии.

Исследовательские данные подтверждают предположение, что мн. дети уже с рождения обнаруживают повышенную раздражительность с симптомами нервной гиперактивности;

нек-рые рождаются с психич. задержкой, вызванной плохим питанием или алкоголизмом матерей;

нек-рые с рождения вынуждены справляться с симптомами отнятия вследствие пагубной склонности матерей к героину, морфию или метадону;

одни дети рождаются с синдромом Дауна (монголизмом) из-за возраста матерей, а другие — с волчьей пастью вследствие приема их матерями в период беременности нек-рых лекарств;

нек-рые же рождаются с грубыми дефектами только потому, что их матерей подвергали, с диагностическими целями, большим дозам рентгеновского облучения в течение первых двух месяцев беременности. Мы только начинаем осмысливать последствия для детей ядерных аварий и испытаний ядерного оружия.

На первом году жизни у ребенка нет более насущной потребности, чем иметь тесную, постоянную связь с матерью или ее долговременным заменителем. За исключением голода, болезни пли явного телесного повреждения, никакой др. фактор не сказывается столь существенно на всех сторонах будущего развития и благополучия ребенка (Spitz, 1949). Безуспешные попытки установить постоянную эмоциональную связь в течение первого года жизни заканчиваются общей регрессией развития к эмбриональному уровню функционирования и, в конечном счете, смертью. В более позднем возрасте неудачи в установлении эмоционального контакта с матерью имеют следствием снижение темпов развития, неспособность развить контроль телесных функций, пониженный уровень развития интеллекта, памяти и способности к подражанию, усиление общей апатии и, для мн. детей, смерть. В проведенном Рене Спитцем 5-летнем исслед. приютских детей 37% подкидышей, к-рых он наблюдал, умерли на первом году исслед. Одни из самых серьезных повреждений у детей, лишенных тесной, непрерывной, интерактивной связи с постоянно ухаживающими за ними взрослыми, обнаружены в социально-эмоциональной сфере и заключаются в их неспособности строить отношения с другими. Их неглубокие чувства, недостаток эмоциональной реактивности, задержка речевого развития и трудности в подчинении правилам или улаживании недоразумений и конфликтов с др. людьми неоднократно отмечались исследователями.

Мн. дети живут с родителями, к-рые не могут дать им материнской ласки и заботы. В проведенном Хаймовиц исслед. детей, помещенных в больницу с подозрением на диагноз, известный как синдром чахлости (failure-to-thrive syndrome), у трети таких детей были обнаружены проблемы преим. эмоционального характера, вызванные тонким, неявным нарушением материнской функции.

Исслед., проведенные Г. Харлоу на детенышах макак показали, что присутствие и доступность яв-ся важными свойствами материнского поведения. Обезьянки в экспериментах Харлоу, воспитанные неживыми, «суррогатными матерями», сделанными из проволоки, обтянутой махровой тканью, выглядели здоровыми и довольными, но, когда их помещали к др. обезьянам, были неспособны к нормальному соц. или сексуальному поведению. Те из самок, к-рые все же оказывались оплодотворенными после проведенного с огромными трудностями спаривания, обнаруживали грубые отклонения в материнском поведении, колеблющиеся от полного безразличия к новорожденному до открытого нападения на своего детеныша.

Отсутствие материнского тепла приводит к серьезным последствиям. Сирс, Маккоби и Левин опубликовали данные, согласно к-рым лишение материнского тепла связано с развитием проблем питания или альтернативного симптома — ночного энуреза.

Люди нуждаются в связях и близости с другими на протяжении всей жизни. Исходя из потребности людей в общении, внимании и признании Э. Берн разработал свое понятие строуксов («поглаживаний»), в качестве к-рых может выступать «любой акт, выражающий признание (и одобрение) присутствия другого». Берн считал, что человек, испытывающий пренебрежение окружающих, обречен. Жизнь тех, кто лишен «поглаживаний», вскоре заканчивается безумием или смертью.

Лабораторные исслед. сенсорной депривации взрослых говорят о том, что в таких условиях у испытуемых возникают серии галлюцинаций. Более того, в случаях продолжительного ограничения стимуляции бездействие ретикулярной активирующей системы головного мозга ведет к дегенеративным изменениям нервных клеток. Люди просто не могут бездействовать. Они нуждаются в чувстве доверия и безопасности, в известном смысле архаическом, формирующемся на первом году жизни. Когда базисный уровень доверия низок, последствием этого часто становятся постоянные придирки, ворчание и нытье, подрывающие тесные и прочные отношения на протяжении всей жизни человека.

При отсутствии самоуважения неизбежные жизненные неудачи интерпретируются как подтверждение неполноценности и справедливое наказание за несостоятельность. Результатом может быть насильственное антисоциальное поведение или, чаще, сильная самовозвеличивающая потребность в превосходстве над окружающими и в достижениях. Выживание челов. детей, рождающиеся более беспомощными и менее физически развитыми, чем большинство детенышей др. млекопитающих, полностью зависит от ухаживающих за ними взрослых. Следовательно, мы изначально получаем опыт уязвимости, к-рый оставляет свой отпечаток на всей нашей жизни.

См. также Аффективное развитие, Материнская депривация Н. Р. Хаймовиц Последствия стресса (stress consequences) Признание Клодом Бернаром, а затем Уолтером Кенноном и Гансом Селье, того, что стрессогенные события влияют на внутреннюю среду организма, привело к согласованным попыткам оценить вклад физ. и психол. повреждений в индуцировать или обострение патологических состояний.

В самом деле, существенное внимание было уделено не только анализу воздействия стрессоров на классические психосоматические болезни, такие как язва желудка, но и на патологии, связанные с аффективными расстройствами, сердечно-сосудистыми заболеваниями и иммунологически обусловленными болезнями, такими как неоплазия.

При возникновении физ. повреждений организма в нем повышается уровень синтеза и использования нейротрансмиттеров. Считается, что увеличившаяся активность этих трансмиттеров повышает готовность организма справляться с аверсивными стимулами на уровне поведения и, кроме того, может оказаться существенной в плане снижения риска для здоровья. Вскоре после того как индивид подвергается воздействию стрессора, в его организме может увеличиваться концентрация аминов, обеспечивая тем самым достаточные запасы нейротрансмиттера, по крайней мере, на короткий период.

Если аверсивная стимуляция оказывается относительно сильной и продолжительной, может происходить чрезмерное расходование нейротрансмиттера. При таких обстоятельствах темпы синтеза могут отставать от темпов потребления, следствием чего будет общее снижение уровней аминов. Что касается уровней норэпинефрина, эти снижения были зарегистрированы в самых разных областях мозга, включая гипоталамус, голубое пятно, гиппокамп и кору, хотя наблюдаемое снижение все же происходит быстрее в одних областях, чем в др. Изменения активности допамина, видимо, имеют место в относительно небольшом числе мозговых структур, таких как дугообразное ядро гипоталамуса, nucleus accumbens и мезо-фронтальная кора. В силу наличия связей между дугообразным ядром и гипофизом, вполне вероятно, что изменения допамина в этой области мозга имеют существенное значение для секреции гомонов гипофизом. Более того, влияние вариаций допамина на развитие патологических состояний может быть весьма глубоким, особенно если учитывать возможное вовлечение nucleus accumbens и мезокортекса в эмоциональные и психотические расстройства. Тж считается, что связанные со стрессом альтерации эпинефриновых нейронов гипоталамуса могут иметь отношение к повышению кровяного давления.

И все же аверсивную стимуляцию per se нельзя считать ответственной за наблюдаемые в этом случае снижения норэпинефрина. Скорее, первичной детерминантой истощения запасов норэпинефрина выступает способность организма справляться с атаками на него с помощью поведенческих моделей.

По-видимому, в тех случаях, когда возможен поведенческий контроль над стрессором, бремя совладания разделяется между поведенческими и нейрохимическими способами.

Нек-рые теоретики высказывали предположение, что неудача в совладании со стрессором поведенческими способами может вызвать когнитивные изменения, в рез-те к-рых чел. осознает себя «беспомощным», не имеющим возможности решать свою судьбу, а это, в свою очередь, может вести к депрессии. Альтернативная т. зр. состоит в том, что депрессия есть следствие нейрохимических альтераций, а эти альтерации могут возникать у нек-рых людей, когда поведенческий контроль над аверсивными событиями оказывается невозможным. Согласно этой последней т. зр., чувства беспомощности и безнадежности могут вызываться такими нейрохимическими изменениями, а эти когнитивные процессы, вместе с умственной жвачкой и раздумьями о своем несчастном положении, способны еще больше усиливать нейрохимическую неустойчивость. Возможно, что именно этот порочный круг нейрохимических и когнитивных событий в конечном счете является ответственным за поддержание аффективного расстройства.

По всей видимости, в добавление к генетическим различиям в реагировании на аверсивную стимуляцию, разнообразные организменные, средовые и связанные с личным опытом факторы влияют на степень нейрохимических изменений, активизируемых стрессорами.

Особо критический фактор в определении нейрохимической неустойчивости связан с действием хронического стресса. Хотя острый стресс почти наверняка вызывает снижение концентрации норэпинефрина, контрольные уровни норэпинефрина регистрируются у животных, к-рые неоднократно подвергаются воздействию аверсивной стимуляции. Если стрессор продолжает действовать, непрекращающаяся нейрохимическая активность может оказаться чрезмерной для организма, вследствие чего могут возникнуть еще большие изменения адаптивного характера. В частности, может произойти ухудшение регулирования (снижение чувствительности) норэпинефриновых рецепторов, противодействующее эффектам повышенного расхода нейротрансмиттера.

Несмотря на то, что хроническая подверженность стрессу закапчивается адапт., предшествующий опыт может иметь следствием сенситизацию или обусловливание нейрохимического изменения. И действительно, уязвимость к вызываемым стрессом нейрохимическим отклонениям может усиливаться ранее пережитой травмой. В дополнение к вариациям нейрохимической активности, стрессоры производят глубокие изменения гормональной активности и стероидов.

Хотя традиционно считалось, что функционирование иммунной системы не зависит от Ц. н. с., возможное влияние психол. факторов на иммунореактивность привлекает все большее внимание исследователей. Действительно, накоплено огромное количество данных, свидетельствующих о связях между деятельностью Ц. н. с. и иммунными функциями, а такие переменные, как стресс, признаются факторами, способными влиять на уязвимость организма к иммунологически обусловленным болезням.

Неоднократно сообщалось о том, что аверсивная стимуляция может влиять на иммунореактивность у животных и людей. По-видимому, острая экспозиция аверсивным стимулам приводит к подавлению В- и Т-лимфоцитов, а тж макрофагов и естественных «клеток-убийц» (NK).

Принимая во внимание потенциальное участие NK-, Т- и В-клеток в защите организма против новообразований in vivo, нек-рых вирусов и микробных болезней, вклад аверсивной стимуляции в развитие широкого множества болезненных состояний кажется вполне вероятным.

Как и в случае нейротрансмиттеров Ц. н. с., воздействие стрессоров на функционирование иммунной системы может изменяться под влиянием ряда средовых факторов и факторов, связанных с личным опытом. Напр., хотя острое воздействие стрессора вызывает иммуносупрессию, вслед за хронической экспозицией стрессору наблюдается иммунофасилитация. Причину дифференциальных эффектов острых и хронических стрессоров еще предстоит установить, однако вклад в них нейротрансмиттеров Ц. н. с. просто невозможно не заметить, особенно в свете нейрохимической адапт., к-рая происходит после неоднократной реакции организма на стресс.

В полном соответствии с нейроиммуномодуляцией, вызываемой стрессорами, существует немало свидетельств в пользу предположения о том, что стрессогенные события могут влиять на возникновение и развитие опухолевых тканей. Было обнаружено, что переживание острого стресса усиливает развитие опухоли. Несомненно, существенным признаком возможного увеличения опухоли является контролируемость стрессора. Кроме того, на развитие опухоли влияют соц. факторы и жилищные условия. Наконец, действие стрессора, по-видимому, усиливает рост метастазов.

Опосредуется ли вызываемый стрессорами рост опухоли изменениями нейротрансмиттеров, гормонов и кортикоидов или изменениями метаболизма, еще предстоит установить.

См. также Гомеостаз, Нейрохимия, Психофизиология, Стресс X. Энисмен Посредничество в конфликте (conflict mediation) П. в к. определяется как усилия нейтральной третьей стороны, к-рая по просьбе конфликтующих сторон помогает им в достижении приемлемого разрешения их конфликта. П. в к. отличается от арбитража тем, что арбитражный суд навязывает конфликтующим сторонам вынесенное им решение после того, как эти стороны потребовали вмешательства нейтрального судьи. От судебного процесса оно отличается тем, что противные стороны представлены противоборствующими адвокатами, каждый из к-рых стремится добиться «победы» для своего клиента. П. в к. возвращает возможность разрешить конфликт и ответственность за его разрешение людям, непосредственно вовлеченным в него.

Посредник помогает сторонам найти свой собственный выход из конфликта.

П. в к. как форма разрешения споров впервые приобрело широкую известность в период существования итальянских городов-государств в XIV и XV вв. С тех пор оно распространилось на отношения между конкретными людьми, орг-циями и странами. Диапазон применения П. в к. крайне широк: от улаживания супружеских ссор и конфликтов до переговоров с целью достижения полюбовного соглашения.

Процесс П. в к. обеспечивает:

1. Сокращение судебных издержек.

2. Уменьшение нагрузки на суды.

3. Снижение уровня стресса и напряжения у участников спора.

4. Предоставление возможности одержать победу обеим сторонам (исход «выигрыш/выигрыш»).

5. Создание условий, в к-рых участники спора могут стать авторами соглашения вместо того, чтобы оказаться жертвами навязанного судебного решения.

Посредник — это, в первую очередь, фасилитатор, создающий оптимальные условия для совместного изучения конфликтующими сторонами спорных вопросов, осознания ими общих целей и понимания того, как видится проблема противной стороной. Посредник действует как связной, интерпретатор, катализатор и «мастер уговоров», не высказывая никаких суждений о достоинствах позиций и не вынося никаких официальных решений о победе или поражении любой из сторон.

Посредник помогает конфликтующим сторонам:

1. Взаимодействовать друг с другом.

2. Обозначить существенные вопросы и отделить их от эмоциональных.

3. Определить и уточнить предмет спора.

4. Произвести переоценку своих позиций.

5. Осознать и признать цели высшего порядка.

Посреднику следует:

1. Определять позиции сторон и задавать прямые вопросы с целью пополнения информ. и прояснения заблуждений сторон.

2. Стараться объективно выслушивать то, что в действительности говорят стороны.

3. Наблюдать за действиями и речью конфликтующих сторон. Язык тела и невербальное поведение — важные источники информ.

4. Контролировать (протоколировать) ход слушаний.

Вступительная речь Вступительная речь посредника направлена на введение осн. процедурных правил. Эти предварительные действия посредника имеют решающее значение для успешности переговоров.

Процедура представления должна быть нацелена на снижение напряжения и знакомство сторон с подходом к разрешению конфликта без проигрыша сторон. Моменты, к-рые должны быть охвачены во вступительной речи, включают:

1. Приветствие участникам процесса.

2. Представление посредника (или группы посредников) и участников.

3. Объяснение предстоящего процесса.

4. Объяснение осн. условий конфиденциальности и беспристрастности.

5. Объяснение осн. правил:

1) начальные выступления истца/ответчика;

2) перерывы;

3) проведение закрытых совещаний;

4) приглашения и вызовы;

5) письменные соглашения.

Стадии посредничества Стадии посредничества включают совместное обсуждение проблемы, сбор информ., поиск решения проблемы и заключение сделки.

Если стороны не смогли четко сформулировать взаимные претензии в своих начальных выступлениях во время совместной встречи, посредник должен найти способ сохранить эту информ. т.

о., чтобы ни одна из сторон не «потеряла свое лицо». Он должен быть гибким и уметь справляться с неопределенностью и меняющимися обстоятельствами. Посредник должен быть предельно внимателен к разногласиям сторон и проявлять уважение к их чувствам, особенно во время совместного обсуждения. Это позволяет ему собрать максимально возможную информ. о проблеме, включая информ. о субъективных мнениях и чувствах, часто занимающих центральное место в спорах. Рез-ты совместного обсуждения часто прорабатываются с каждой стороной на закрытых совещаниях.

После того, как слушания достигли той точки, когда участники уже выплеснули, по крайней мере, часть своих эмоций, связанных с конфликтом, становится возможным переход к поиску решения проблемы и заключению сделки. Важно, что участники спора могут теперь принимать активную роль в процессе и непосредственно сообщать о своих потребностях и требованиях друг другу. Это создает у спорящих сторон ощущение «хозяев положения», к-рое и заставляет их выполнять итоговое соглашение. Степень причастности сторон к разрешению спора пропорциональна их приверженности достигнутому соглашению. В течение этой фазы посредник направляет спорщиков на:

1. Разраб. компромиссных решений.

2. Установление целей высшего порядка. Если участники спора осознают, что цели обеих сторон м. б. достигнуты только с помощью объединенных усилий, тогда разрешение проблемы становится крайне важным.

3. Нахождение синтеза. Посредник может установить, что ценности конфликтующих сторон абсолютно противоположны, и тогда он может помочь выработать третью позицию, не обязательно компромиссную.

4. Использование возможности элегантно отступить. Посредник должен помочь каждой из сторон отступить не «теряя лица».

5. Выявление и предложение возможностей, неочевидных для участников спора.

6. Сокращение расхождений сторон путем подчеркивания сходства и минимизации различий.

Если слушания заходят в тупик, посредник должен за приемлемое время найти из него выход.

Это требует терпения и умений. Если стороны не хотят продолжать переговоры, посредник должен искать мотивационные факторы, способные обеспечить прорыв. Эти факторы обычно обнаруживаются на начальной фазе, когда конфликтующие стороны выражают свои чувства и потребности. Посредник должен вернуться к этой информ. и использовать ее для того, чтобы открыть путь к заключительной сделке.

Для достижения стадии заключения соглашения посредник должен:

1. Быть позитивно настроенным.

2. Взять в свои руки руководство процессом.

3. Оставаться нейтральным.

4. Помогать участникам спора увидеть альтернативы и возможные варианты.

5. Быть конкретным.

6. Подчеркивать области согласия.

7. Сужать область тупика.

8. Описывать, но не оценивать.

9. Контролировать понимание.

10. Проверять гипотетические альтернативы.

11. Проводить различие между потребностями и желаниями.

12. Быть внимательным к чувствам.

Если посредник выполняет перечисленные выше функции, большинство спорщиков, вероятно, достигнут стадии соглашения.

См. также Разрешение конфликта Ш. Левитон, Дж. Л. Гринстоун Постмодернизм (postmodernism) В эпоху Просвещения центром научной и философской мысли был человек. Психология как наука базировалась на концепции отдельной личности (individual subjects), наделенной внутренней душой (soul), а позднее — внутренним психич. аппаратом. Психология как наука заняла прочное положение в совр. мышлении, прежде всего это относится к бихевиоризму и к нек-рым тенденциям в когн. психол. Наблюдалось общее стремление к получению внешнего подтверждения, поиску универсальности и абстрактной рациональности, а тж достижению соизмеримости. Современность охватывает не только рационализм Просвещения, но и противодействие ему со стороны романтизма.

Гуманистическая психология, возникшая в 60-х гг. XX в., в период активного движения молодежи против традиционных культурных ценностей, оставаясь частью совр. научной мысли, образовала противоположный бихевиоризму полюс. Эта поляризация коснулась поисков внешнего подтверждения, дихотомии универсального и индивидуального, столкновения рационализма сторонников технического прогресса с чрезмерной эмоциональностью приверженцев романтизма и противопоставления количественной соизмеримости и качественной уникальности.

Бихевиоризм и гуманизм превратились в две стороны одной и той же совр. монеты — абстракции человечества от его собственной культуры. Можно даже говорить о двойной абстракции:

психика (the psyche), изучаемая совр. психологией в форме сознания или поведения, рассматривается в отрыве как от ее культурного содержания, так и от ее соц. и ист. контекстов. Культурное содержание и культурный контекст воспринимаются как случайные и локальные, а психол. процессы — как эссенциальные и универсальные.

Психология в ситуации постмодернизма В эпоху П. люди больше не яв-ся центром мироздания, индивидуум растворен в лингвистических структурах и всевозможных отношениях. В связи с этим возникает вопрос относительно статуса психологии как науки, изучающей отдельных личностей, коль скоро индивидуум перестал быть центральной фигурой.

Постмодернистский дискурс подчеркивает факт укорененности людей в специфической ист. и культурной ситуациях. В фокусе оказываются взаимосвязи в локальном контексте, лингвистическое и соц. конструирование реальности, и субъект (Я) как система отношений. Постмодернистская мысль опирается на концепцию открытого, зависящего от т. зр. и неоднозначного знания, проверку знания практикой и комбинированный (multi-method) подход к исслед., предполагающий использование многообразных методов, включ. качественные описания различного восприятия мира мужчинами и женщинами.

Последствия постмодернистской культуры для психологии не раз обсуждались психологами. возможных последствия постмодернистского подхода для этой науки можно описать в общих чертах следующим образом:

1. Сама концепция психол. науки может оказаться настолько прочно привязанной к модернистским допущениям, что психология будет испытывать трудности в понимании мужчин и женщин в постмодернистской культуре. Др. дисциплины, такие как антропология, продемонстрировали большую чувствительность к встроенности челов. деятельности в культурный контекст, и сегодня яв-ся источником полезного знания об отношении людей к миру, в к-ром они живут. Если психология была привилегированным способом понимания человека в эру модернизма, то эра П. может тж подразумевать наступление постпсихологической эпохи.

2. Диаметрально противоположной яв-ся ситуация, при к-рой совр. психологию можно представить себе в виде постмодернистского концептуального коллажа — некой смеси переработанных идей и методов, позаимствованных из др. дисциплин и объединенных в соответствии с самыми совр.

запросами массовой культуры.

3. Третья альтернатива заключается в том, что постмодернистский дискурс приведет к метатеоретической реконцептуализации предмета психол. науки и откроет для нее новые перспективы.

Постмодернистская психология?

Учитывая то огромное значение, к-рое придается в постмодернистской мысли разнообразию и неоднородности, нет смысла излагать программу для постмодернистской психологии. Однако нек-рые последствия постмодернистского дискурса для психологии как науки и профессии описать можно. Они касаются пересмотра концепций (по)знания и исслед., а тж восстановления в правах профессионального знания. Они включают деконструкцию и соц. конструктивизм в психологии, реинтерпретацию «Я», и системную терапию.

(По)знание и исследование. Признание существования неоднородных и несоизмеримых контекстов реального мира влечет за собой утрату гегемонии формализованных эксперим. и статистических методов исслед. На вооружение принимаются разнообразные способы производства знания, причем акцент делается не на абстрактном, объективном и универсальном, а на экологически валидном, социально полезном и локальном знании. Раздаются голоса в защиту более практ. видов знания, поднимающие практ. знание повседневной жизни выше теорет. знания. Происходит тж переход от субъекта (по)знания к самому (по)знанию, от (по)знающего человека к познаваемому человеку, от психологии когнитивных процессов к эпистемологическому изучению природы искомого знания.

Получают признание нарративные (повествовательные), герменевтические и деконструктивные подходы. Развивается комбинированный подход с акцентом на качественных, интерактивных и включенных исслед. Процесс исслед. не похож на простое картирование объективной соц. реальности;

исслед. состоит в соучреждении (coconstitution) объектов, раскрываемых в процессе установления контакта и взаимодействия с самим изучаемым объектом. Речевое общение и соц. практика становятся конечными контекстами, в к-рых достигается и выясняется достоверность знания.

Восстановления статуса профессионального знания. Профессиональная практика психологов рассматривается как важный источник психол. знаний. Хотя представители академической психологии обычно недооценивают их, инсайты, порождаемые практ. работой, находятся в полном соответствии с идеями философского анализа знания в постмодернистскую эпоху, при условии, что эта работа ориентирована на локальное и нарративное знание, на признание открытости практ. знания, на изучение разнородного, лингвистического и качественного знания о мире повседневности и на проверку его достоверности посредством практики. Знание превращается в способность совершать эффективные действия;

критерием достоверности для прагматического знания становится его способность привести человека к достижению той цели, к-рую он поставил перед собой. Сказанное вовсе не означает, что практика не нуждается в теории, речь идет о переключении внимания психологов-теоретиков с внутреннего мира индивидуума на его взаимоотношения с об-вом со всеми вытекающими из подобного переключения эпистемологическими, этическими и политическими последствиями.

Деконструктивная социальная психология. В академической психологии существует неск.

тенденций, к-рые явно связаны с постмодернистским дискурсом, преим. в соц. психол. Так, Паркер и Шоттер приводили доводы в пользу деконструирования соц. психол., делая упор на деконструкцию и риторику в тексте о людях. Термин деконструкция — гибрид терминов деструкция и конструкция — обозначает попытку конструирования (созидания) через разрушение. Отжившие свой век и вышедшие из употребления концепции «сносятся» и на их месте «возводятся» новые. Деконструкция фокусируется на внутренних противоречиях текста, на противоречиях между теми намерениями, с к-рыми текст писался, и тем смыслом, к-рый он, тем не менее, вынужден доносить. Паркер и Шоттер разделяют взгляды Дерриды, Фуко и Лакана при рассмотрении внутренних противоречий этих текстов и их соц.

конструкций, раскрывающих соотношение сил в данной сфере деятельности и порождающих невыраженные мнения, наподобие феминистской работы по соц. конструированию гендера.

Исчезающий субъект. Постмодернистские авторы отвергают субстанциональную концепцию Я в центре мира, децентрируя его посредством введения относительного понятия субъективности: Я существует благодаря его отношениям с другими как часть общей картины мира. Помещение лингвистических структур в центр внимания означает децентрацию субъекта. Я больше не пользуется языком, чтобы выразить себя, скорее можно говорить о том, что язык выражает себя через субъекта.

Единообразный субъект гуманистического дискурса отброшен за ненадобностью. Этот превращенный в сущность (essentialized) субъект заменяется временным, ситуационным и сконструированным субъектом, чья Я-идентичность конституируется и реконституируется относительно существующей соц. действительности. Кеннет Герген придаст особое значение соц.

конструированию личных идентичностей, особенно в связи с новыми коммуникационными технологиями, порождающими разнообразие знаний и приводящими к осознанию природы соц.

реальности в определенном ракурсе. Происходит насыщение Я, преобразование Я в состояние связанности, встроенности в множество соц. сетей.

Системная терапия Системная терапия — эта та профессиональная область, в к-рой постмодернистский лингвистический сдвиг приобрел наиболее явную форму. Произошел переход от изучения психики конкретного пациента к изучению семьи как лингвистической системы. Патология больше не рассматривается как коренящаяся в сознании или в бессознательном, а связывается со структурами языка. В центре внимания оказываются взаимодействия и связи, существующие внутри соц. группы.

Даже сам термин психотерапевт представляется неадекватным, поскольку терапевт не пытается лечить «душу» («psyche») пациента, но работает с языком и, как мастер разговорного жанра, врачует только словами.

Заключение Постмодернистский дискурс находится в противоречии с модернистскими основами совр.

психологии. Вопрос, к-рый был поставлен в данной статье, заключается в следующем: настолько ли прочно психол. наука связана с идеями модернизма, что она не может адекватно воспринять отношение мужчин и женщин к постмодернистскому миру. Были показаны тж и нек-рые аспекты психологии, обращенные к ситуации постмодерна.

Постмодернистская психология, по-видимому, требует перехода от исслед. когнитивных механизмов внутреннего психич. аппарата или внутреннего опыта самореализующегося Я к изучению последствий практ. деятельности в лингвистически конституированном соц. мире. А это требует выхода за пределы академических исслед., чтобы учесть создаваемое профессионалами знание и эпистемологические, этические и политические последствия этого знания. Для ныне существующего понимания человека характерно переключение внимания с субъекта (по)знания на само (по)знание и с внутренней сущности индивидуальной души на его бытие в мире с др. людьми.

Центр интересов смещается от внутренностей «психич. контейнера» к лицевой стороне челов.

мира. Такие понятия, как сознание и бессознательное, Я и психика, отходят на задний план, уступая место таким понятиям, как знание, язык, культура, ландшафт и миф. Происходит переход от археологии души к архитектуре совр. культурных ландшафтов.

См. также Отчуждение (политическое), Эклектизм, Эмпиризм, Общие системы, Метапсихология, Рационализм, Теория систем Ш. Квэйл Посттравматическое стрессовое расстройство (posttraumatic stress disorder) Риск получения травмы представляет собой неотъемлемую часть челов. существования со времени появления человека как вида. Нападения саблезубого тигра и террористические акты в XX в.

влекли за собой, вероятно, сходные психол. последствия для тех, кому удалось выжить после этого.

Герой пьесы Шекспира Генрих IV отвечал мн., если не всем, критериям диагностики ПТСР, как, впрочем, и целый ряд др. персонажей мировой литературы.

ПТСР — уникальный психиатрический диагноз в силу важности, придаваемой этиологическому фактору — травматизирующему стрессору. В сущности, постановка диагноза ПТСР невозможна, если больной не соответствует критерию стрессора, к-рый означает, что он в действительности пережил событие, считающееся травматическим. Клинический опыт изучения ПТСР показывает, однако, наличие индивидуальных различий относительно способности совладать с катастрофическим стрессом, в силу чего у нек-рых людей, переживших травматические события, ПТСР не возникает, а у других наблюдается резко выраженный синдром. Такие наблюдения заставляют признать, что травма, как и боль, не представляет собой внешний, полностью доступный объективации, феномен. Как и боль, травматический опыт фильтруется через когнитивные и эмоциональные процессы прежде, чем он может быть оценен в качестве чрезвычайной угрозы. Вследствие индивидуальных различий в этом процессе оценки люди имеют разный порог травматизации — одни оказываются более защищенными, а другие более уязвимыми к возникновению клинических симптомов после пребывания в стрессогенной ситуации. Хотя интерес к субъективным аспектам травмирования вновь возрастает, следует подчеркнуть, что такие события, как изнасилование, пытки, геноцид и тяжелый фронтовой стресс переживаются практически каждым человеком как травмирующие события.

Диагностические критерии ПТСР были пересмотрены в DSM-IV (табл. 2.). К сожалению, как показывают эпидемиологические исслед. ветеранов войны во Вьетнаме, среди жителей больших городов Америки и оставшихся в живых жертв изнасилования и инцеста, травма имеет гораздо большую распространенность, чем предполагалось ранее. По данным этих исслед. распространенность ПТСР доходит в наше время до 15%. Вследствие таких результатов, DSM-IV больше не характеризует травму как необычное событие.

Таблица 2. Посттравматическое стрессовое расстройство (критерии DSM-IV) А. Человек подвергся действию травмирующего события, в к-ром присутствовали оба фактора из) ниже перечисленных.

1. Человек непосредственно столкнулся или был свидетелем события, связанного с реальной либо грозящей смертью или с реальным либо возможным нанесением серьезных телесных повреждений себе или другим.

2. Реакция человека включала сильный страх, чувство беспомощности или ужаса (Примечание: у детей реакция на такое событие может выражаться в виде дезорганизованного или возбужденного поведения).

Б. Переживание травматического события, присутствует один или более из ниже перечисленных симптомов.

1. Навязчивое и мучительное вспоминание эпизода, включающее образы, мысли или ощущения (Примечание: у маленьких детей могут наблюдаться повторяющиеся игры, в к-рых находят выражение темы или аспекты травмы).

2. Повторяющиеся кошмарные сновидения, связанные с эпизодом (Примечание: у детей могут быть пугающие сновидения без распознаваемого содержания).

3. Поведение или чувство, как если бы травматический эпизод повторился (включая чувство оживления воспоминаний, иллюзии, галлюцинации, эпизоды диссоциативного «флэшбек», в т. ч. при пробуждении или в состоянии опьянения) (Примечание: у маленьких детей может наблюдаться повторяющееся проигрывание аспектов травмирующего события).

4. Интенсивный психол. дистресс при воздействии внутренних или внешних сигналов, символизирующих или напоминающих аспекты травмирующего события.

В. Стойкое избегание стимулов, связанных с травмой, и снижение общей реактивности, присутствуют три и более симптомов.

1. Усилия, направленные на то, чтобы избежать мыслей, чувств или разговоров, связанных с травмой.

2. Усилия, направленные на то, чтобы избежать действий, мест или людей, вызывающих воспоминания о травме.

3. Неспособность вспомнить важные аспекты травматического эпизода.

4. Выраженное снижение интереса к участию в важной деятельности.

5. Сужение спектра эмоций (напр., нет ожиданий по поводу профессионального роста, брака детей или нормальной продолжительности жизни).

Г. Стойкий симптом повышенного возбуждения (отсутствовавший до травмы), присутствуют два и более симптомов.

1. Трудность засыпания, прерывистый сон.

2. Раздражительность или вспышки гнева.

3. Снижение концентрации внимания.

4. Повышенная бдительность.

5. Реакции чрезмерного испуга.

Д. Длительность расстройства (симптомов, соответствующих критериям Б, В и Г) составляет более одного месяца.

Е. Расстройство вызывает клинически значимый дистресс или нарушения в соц., профессиональной или др. важных сферах функционирования.

Уточнить: "острое": если длительность симптомов составляет менее трех месяцев.

"хроническое": если длительность симптомов составляет три месяца и более.

Уточнить: "с отставленным началом": если симптомы появились не менее чем через 6 месяцев после травматического события.

Критерий навязчивого вспоминания включает признаки, к-рые, возможно, являются наиболее отчетливыми и легко идентифицируемыми симптомами ПТСР. Для лиц с ПТСР травматическое событие остается, иногда в течение десятилетий жизни, доминирующим психол. жизненным опытом, могущим вызвать панику, ужас, страх, печаль или отчаяние, к-рые проявляются в фантазиях в состоянии бодрствования, в ночных кошмарах и эпизодах психотического проигрывания, известных как «флэшбек» ПТСР. Помимо этого, травматические стимулы, провоцирующие воспоминания первоначального события, могут вызывать мысленные образы, эмоциональные и психол. реакции, связанные с травмой. Исследователи, пользуясь этим феноменом, могут воспроизводить симптомы ПТСР в лабораторных условиях, подвергая травмированных лиц действию слуховых или зрительных раздражителей, имитирующих аспекты травмы.

К критерию избегания и снижению реактивности относятся симптомы, отражающие поведенческую, когнитивную или эмоциональную стратегию, с помощью к-рой больные ПТСР пытаются снизить вероятность воздействия на них травматизирующих стимулов, или, в случае их воздействия, смогут минимизировать интенсивность своего психол. реагирования. Поведенческие стратегии включают избегание любой ситуации, в к-рой пострадавшие видят риск конфронтации с такими стимулами. В своем крайнем проявлении избегающее поведение может внешне напоминать агорафобию, поскольку больной ПТСР боится выходить из дома из-за страха косвенной конфронтации с травматизировавшим событием. В число симптомов избегания и снижения общей реактивности включены диссоциация и психогенная амнезия, с помощью к-рых больные отсекают от себя сознательные переживания связанных с травмой воспоминаний и эмоций. Наконец, поскольку больные ПТСР не могут выносить сильные эмоции, в особенности те, что связаны с травматическими переживаниями, они отделяют когнитивный аспект психол. переживания от эмоционального и воспринимают только первый. Такая эмоциональная анестезия приводит к тому, что больным ПТСР становится трудно поддерживать значимые межличностные отношения.

Симптомы, включенные в критерий повышенного возбуждения, напоминают таковые при паническом расстройстве и ГТР. Бессонница и раздражительность являются общими симптомами тревоги, тогда как повышенная бдительность и реакции испуга более редки. Повышенная бдительность при ПТСР может иногда быть столь выражена, что начинает напоминать развернутую паранойю.

Реакции испуга имеют свой нейробиологический субстрат и в действительности могут рассматриваться как наиболее патогномоничный симптом ПТСР.

По критерию длительности делается заключение о том, имеет ли место ПТСР и если да, то какое:

острое, хроническое или с отставленным началом. В DSM-III требуемая длительность составляла месяцев. В DSM-III-R длительность была сокращена до 1 месяца. На основе лонгитюдных исслед., показавших, что выздоровление от травмы обычно происходит в течение 3 месяцев, критерий длительности по DSM-IV составляет 3 месяца. Иными словами, развернутый синдром ПТСР должен наблюдаться на протяжении по меньшей мере 3 месяцев, для того чтобы полностью соответствовать диагностическим критериям.

С 1980-х гг. очень большое внимание стало уделяться разработке инструментов для оценки ПТСР. Кин и др. в работе с ветеранами вьетнамской войны разработали методики психометрической и психофизиологической оценки, оказавшиеся достаточно надежными и валидными. Др. исследователи модифицировали эти измерительные инструменты и использовали их в работе с жертвами стихийных бедствий, изнасилований, инцеста и с др. когортами травматизированных лиц. Эти методики использовались в исследовательских целях в упоминавшихся выше эпидемиологических и др. работах.

Исслед. показывают, что ПТСР сопровождается стойкими нейробиологическими нарушениями центральной и автономной НС. Психофизиологические изменения, связанные с ПТСР, включают повышение возбудимости симпатической НС, повышение общей чувствительности и уровня мигательного рефлекса испуга на слуховые раздражители, снижение корковых потенциалов при реакции на слуховые раздражители и нарушения сна. Нейрофармакологические и нейроэндокринные нарушения были обнаружены в норадренэргической, гипоталамо-гипофизарно-адренокортикальной и эндогенной опиоидной системах.

Лонгитюдные исслед. показали, что ПТСР может стать хроническим психич. расстройством, к рое может сохраняться в течение десятилетий, а иногда и на протяжении всей жизни. Больные с хроническим ПТСР часто демонстрируют длительное течение, характеризующееся ремиссиями и рецидивами. Существует вариант ПТСР с отставленным началом, при к-ром синдром развивается лишь через месяцы или годы после травмы. Обычно преципитирующим событием оказывается ситуация, к рая значимым образом напоминает первоначальную травму (напр., отправление сына ветерана войны на фронт или сексуальные домогательства или нападения на жертву насилия спустя неск. лет после травмы).

Если индивидуум соответствует диагностическим критериям ПТСР, имеется вероятность, что он будет соответствовать критериям DSM-IV по одному и более дополнительных диагнозов. Чаще всего такими коморбидными расстройствами являются большое аффективное расстройство, дистимия, злоупотребление алкоголем и др. психоактивными веществами, тревожные расстройства или расстройства личности. Правомерен вопрос о том, в какой степени высокий уровень коморбидности с ПТСР является артефактом, связанным с правилами принятия решений при диагностике ПТСР, поскольку в DSM-III-R не были сформулированы критерии исключения. В любом случае, высокий уровень коморбидности осложняет принятие терапевтических решений относительно пациентов с ПТСР, поскольку клиницист должен решать, следует ли лечить сопутствующие расстройства параллельно или последовательно.

В книге Дэвидсон и Фоу приводится обзор нек-рых сохраняющихся до настоящего времени неясностей относительно диагностических критериев ПТСР и нек-рых не нашедших ответа вопросов о синдроме ПТСР. Среди вопросов о синдроме такие: каково клиническое течение нелеченного ПТСР?

Существуют ли различные подтипы ПТСР? Каково различие между простой травматической фобией и ПТСР? Какова клиническая феноменология пролонгированной и повторяемой травмы? В отношении последнего Герман утверждает, что совр. формулировка ПТСР не характеризует осн. симптомы ПТСР, наблюдаемые обычно у жертв пролонгированного и повторяемого интерперсонального насилия, напр.

домашнего и сексуального жестокого обращения и политической пытки. Она предлагает альтернативную диагностическую формулировку, подчеркивающую множественность симптомов, чрезмерную соматизацию, диссоциацию, изменения аффекта, патологические изменения межличностных отношений и идентичности.

Критика раздается и со стороны кросс-культурной психологии и мед. антропологии. По большей части ПТСР диагностировался клиницистами из зап. промышленно развитых стран, работающими с пациентами, относящимися к той же культуре. Существуют значительные пробелы в понимании влияния этнического и культурного факторов на клиническую феноменологию посттравматических синдромов. Исследователи лишь сейчас активно начали использовать стратегии этнокультурных исслед. для обнаружения возможных различий между зап. и незападными об-вами в отношении психол.

влияния психотравм и клинических проявлений такой травматизации.

Наиболее успешными оказываются лечебные вмешательства, проведенные непосредственно после стихийных бедствий или боевых действий. Это часто обозначается как «критический разбор стрессового инцидента» (critical incident stress debriefing), или же используется к.-л. иной вариант этого термина. Ясно, что лучше всего, если человек, получивший травму, получает разбор инцидента в пределах неск. часов или дней после травмы. Такие вмешательства не только снижают интенсивность острой реакции на травму, но часто предотвращают последующее развитие ПТСР. Результаты лечения больных хроническим ПТСР зачастую менее успешны. Групповая терапия, возможно, является наиболее удачным терапевтическим подходом для пациентов с легкой-умеренной степенью выраженности расстройства. В обстановке группы больной ПТСР может поделиться своими воспоминаниями о травме, симптомах ПТСР и функциональных нарушениях с теми, у кого были схожие переживания. Этот подход оказался наиболее успешным в работе с ветеранами войны, жертвами сексуального насилия и инцеста и жертвами стихийных бедствий. Для мн. тяжелых больных с хроническим ПТСР можно использовать различные терапевтические подходы (часто предлагаемые в комбинации): психодинамическую психотер., поведенческую психотер. (прямую терапевтическую экспозицию) и фармакотерапию. Результаты оказываются неоднозначными и пока опубликовано мало данных исследований с использованием контрольных групп, посвященных эффективности проводимого лечения. Важно, чтобы терапевтические цели были реалистичными, поскольку в нек-рых случаях ПТСР является хроническим и тяжким психич. расстройством, недоступным совр. методам терапии. Остается, однако, надежда, что растущие познания о ПТСР помогут в разработке более эффективных вмешательств для всех больных, страдающих этим расстройством.

См. также Тревога, Страхи детей, Анализ чрезвычайных ситуаций, Средовой стресс, Движения глаз, Страхи людей на разных этапах жизни, Расстройства памяти, Генерализация стимула М. Дж. Фридман Потенциал действия (action potential) П. д. — это самораспространяющаяся волна изменения мембранного потенциала, к-рая последовательно проводится но аксону нейрона, перенося информ. от клеточного тела нейрона до самого конца его аксона. При нормальной передаче информ. в нервных сетях П. д. инициируется вследствие суммации локальных ступенчатых потенциалов в области, где аксон выходит из клеточного тела нейрона. Эту область наз. аксонным холмиком. Возникнув в аксонном холмике, П. д. будет проводиться без изменения амплитуды по аксону до тех пор, пока не достигнет его окончаний и не вызовет высвобождение нек-рого количества молекул нейротрансмиттера (нейромедиатора).

Для понимания сущности П. д. необходимо начать с объяснения трансмембранной разности потенциалов, к-рая существует при отсутствии любого внешнего воздействия. Эта разность потенциалов вызывается благодаря разделению ионов клеточной мембраной и наз. мембранным потенциалом покоя. Чтобы зарегистрировать трансмембранную разность потенциалов, один микроэлектрод подводят к наружной поверхности нервной клетки, а другой вводят внутрь клетки.

Разность потенциалов между этими двумя электродами усиливают и затем измеряют. Для большинства нейронов измеренный мембранный потенциал покоя составляет от -60 до -70 милливольт (мВ);

знак «минус» указывает на то, что внутренность нейрона имеет отрицательный потенциал относительно наружной среды.

Мембранный потенциал покоя определяется относительным распределением положительно или отрицательно заряженных ионов вблизи внешней и внутренней поверхности клеточной мембраны.

Положительные ионы натрия (Na+) и калия (K+), отрицательные ионы хлора (Cl—) и отрицательные органические ионы (А—) — все они играют важную роль в образовании мембранного потенциала покоя и формировании П. д. Положительно заряженные ионы наз. катионами, а отрицательно заряженные — анионами. Органические анионы — это большей частью протеины (белки) и органические кислоты.

В состоянии покоя внеклеточная концентрация ионов Na+ и Cl— выше внутриклеточной, тогда как ионы K+ и А— имеют более высокую концентрацию внутри клетки. Органические анионы никогда не покидают внутриклеточной области, а ионы Cl— в большинстве нейронов относительно свободно проходят через мембрану. Распределение ионов по обеим сторонам клеточной мембраны определяется действием трех факторов. Во-первых, это относительная проницаемость мембраны для каждого вида ионов. Во-вторых, это градиент концентрации каждого вида ионов и, в-третьих, это электродвижущая сила, создаваемая разделением зарядов.

Поскольку внутренняя область клетки отрицательно заряжена относительно ее наружной поверхности и имеет место низкая внутриклеточная концентрация Na+, катионы натрия хлынули бы в клетку, будь ее мембрана легко проницаемой для Na+. Однако в состоянии покоя клеточная мембрана практически непроницаема для ионов Na+. Проницаемость мембраны в отношении любого данного вида ионов определяется числом мембранных каналов, имеющихся для каждого их вида. Эти каналы образованы мембранными белками и могут быть либо всегда открытыми, неуправляемыми, либо открываться только при определенных состояниях. Каналы, к-рые открываются или закрываются в зависимости от состояний, наз. управляемыми каналами. Будут ли управляемые каналы открытыми или закрытыми, зависит от конформации (изменения формы) белков, к-рые образуют стенки канала. Когда нейронная мембрана находится в состоянии покоя, в ней практически нет открытых управляемых каналов для Na+. Ионы Na+, к-рые все же проникают в клетку, попадают в нее через неуправляемые, неспецифические каналы в мембране, но активно выкачиваются из нее натриево-калиевым насосом.

Этот насос образован из транспортных белков (сравнимых с каналообразующими белками) и использует метаболическую энергию для экспорта Na+ и импорта K+. Натриево-калиевый (Na+—K+) насос поддерживает определенную внутриклеточную и внеклеточную концентрацию этих ионов, к-рая необходима для клеточного гомеостаза и создания мембранного потенциала покоя. Итак, в состоянии покоя Na+ проникает в клетку, потому что концентрация ионов натрия выше снаружи, чем внутри клетки, а электродвижущая сила, создаваемая внутриклеточным отрицательным потенциалом относительно наружной поверхности мембраны, ускоряет движение этих катионов внутрь. Однако таких каналов, через к-рые могли бы пройти ионы Na+, крайне мало, а те катионы, к-рым все же удается попасть внутрь клетки, активно изгоняются обратно. Катионы калия стремятся покинуть внутриклеточную область, следуя их градиенту концентрации, но электродвижущая сила противодействует этому перемещению. Вообще, имеет место только относительная недостаточность открытых калиевых каналов, и множество ионов K+, покидающих клетку, возвращаются во внутриклеточную область благодаря работе Na+— K+ насоса. Малочисленность открытых мембранных каналов для Na+ и K+ в состоянии покоя и работа Na+—K+ насоса обеспечивают поддержание избытка внеклеточных ионов натрия и внутриклеточных ионов калия. Т. о., величина мембранного потенциала покоя определяется степенью разделения этих катионов и присутствием органических анионов внутри клетки.

Натриевые и калиевые каналы относятся к разновидности каналов, управляемых напряжением.

Это означает, что изменение трансмембранной разности потенциалов изменяет форму каналообразующих белков, вызывая тем самым отпирание или запирание канала. Если мембранный потенциал становится более положительным (т. е., мембрана деполяризуется), натриевые каналы начинают открываться. Деполяризация вызывается потоком ионов через каналы. Каналы, расположенные на дендритах и клеточных телах, открываются нейротрансмиттерами (нейромедиаторами), высвобождаемыми в синапсах с др. клетками. Нейротрансмиттеры связаны с рецепторными зонами нейрона-мишени и открывают химически управляемые ионные каналы. Если нейротрансмиттер яв-ся возбуждающим, происходит приток катионов и, как следствие, деполяризация постсинаптической мембраны в области синапса. Величина этой деполяризации меньше требуемой для генерации потенциала действия. Однако, суммация в зоне аксонного холмика возбуждающих постсинаптических потенциалов (ВПСП) при одновременном возникновении в той же области клетки гиперполяризующих тормозящих постсинаптических потенциалов (ТПСП) может вызвать П. д., если суммарная разность потенциалов обеспечивает достаточно большую деполяризацию (около +10 мВ).

Когда деполяризация в области аксонного холмика составляет около +10 мВ, управляемые напряжением натриевые каналы открываются и ионы Na+ устремляются в клетку. Это вызывает быстрое изменение трансмембранного потенциала до +55 мВ — величины, при к-рой достигается равновесное состояние концентрации Na+ по обе стороны мембраны. Рассматриваемая как электрическое явление, эта резкая деполяризация, вызванная потоком ионов Na+, представляет собой восходящую фазу потенциала действия. Примерно через 0,5 мс после начала деполяризации натриевые каналы начинают закрываться, а управляемые напряжением калиевые каналы открываются. Ионы K+ устремляются из клетки наружу и, в сочетании со сниженной натриевой проводимостью, это вызывает реполяризацию. Поскольку ионы K+ стремительно покидают клетку, прежде чем калиевые каналы успевают закрыться, возникает короткий пик гиперполяризации, продолжительностью ок. 2 мс. В течение первой фазы этой гиперполяризации натриевые каналы мембраны не будут открываться, и потому П. д. не может генерироваться (абсолютный рефрактерный период). В оставшуюся часть двухмиллисекундного периода натриевые каналы обладают пониженной способностью к отпиранию, и в это время потребуется знач. более сильный раздражитель, чтобы вызвать П. д. (относительный рефрактерный период). В течение 2,5 мс после пика потенциала действия натриево-калиевый насос восстанавливает Na+—K+ концентрацию покоя, и система готова к реактивации.

П. д. распространяется потому, что ионный ток в одной точке мембраны вызывает изменения емкостного электрического тока в соседнем участке мембраны, расположенном ближе к концу аксона.

Емкостной электрический ток изменяет величину трансмембранного потенциала и открывает натриевые каналы, что вызывает повторение полной последовательности только что описанных событий. Когда аксоны покрыты миелиновой оболочкой, электрический ток возникает только в области перехватов Ранвье, и П. д. распространяется «прыжками» от одного перехвата к другому (сальтаторное проведение). Такой механизм обеспечивает более высокую скорость проведения нервных импульсов в миеленизированных аксонах по сравнению с макс. возможной скоростью распространения П. д. в немиелинизированных аксонах.

См. также Ацетилхолинестераза, Центральная нервная система, Нейрохимия, Психофизиология М. Л. Вудрафф Потеря и горе (loss and grief) Потеря м. б. определена как лишение или нехватка чего-либо, что чел. имел и ценил. Горе — это эмоциональное страдание, вызванное потерей. Скорбь рассматривается как конвенциональное поведение, обусловленное нравами и традициями данного об-ва, определяющими поведение людей после постигшей их потери. В отличие от скорби, горе выражается не в культурно обусловленных, а в физиолог. и психол. реакциях.

Потеря может принимать разнообразные формы. Дэвид Перец рассматривает 4 осн. категории:

потеря значимого любимого или ценимого чел.;

потеря части самого себя;

потеря внешних объектов;

потеря, связанная с развитием.

Потери развития связаны с разными переходными периодами, к-рые переживают люди по мере созревания и развития в течение всей жизни — с младенчества и до старости. Переходные периоды включают задачи развития в младенчестве, пубертатном периоде, юности, середине жизни и на этапе удаления от дел.

Несмотря на то, что П. и Г. обсуждались еще в начале XX в. такими авторами, как З. Фрейд, К.

Абрахам и М. Кляйн, систематическая разраб. этих понятий началась лишь в 1940-х гг. В 1944 г. Эрих Линдеманн изучал эмоциональные реакции и способы адапт. выживших и родственников погибших во время пожара в ночном клубе «Кокосовая роща» в Бостоне. Важнейший вывод этого исслед.

заключался в том, что горе — не только естественная реакция на потерю, по и необходимая реакция для нормальной адапт. и формирования здорового отношения к происходящему. Статья Линдеманна послужила толчком к возникновению в Америке движения кризисного вмешательства.

До публикации в 1969 г. книги Элизабет Кюблер-Росс On death and dying («О смерти и умирании») специального внимания динамике переживания горя не уделялось. Кюблер-Росс исследовала разнообразные реакции смертельно больных пациентов на приближающуюся смерть. Она выделила неск. стадий, к-рые стали основой для дальнейшего изучения и обсуждения этой проблемы др. исследователями.

Выделенные Кюблер-Росс стадии имеют отношение к антиципаторному горю — той разновидности горя, к-рое выражается до потери, когда эта потеря воспринимается как неизбежная.

1. Отрицание и потрясение. Чел. отрицает неизбежность данной потери.

2. Гнев и раздражение. Чел. терзается вопросами о том, почему именно у него случилась эта потеря, и переживает обиду и возмущение.

3. Торг. Чел. пытается отсрочить неизбежное, прибегая к магическому мышлению.

4. Депрессия и начинающееся принятие. Период беспомощности, по завершении к-рого чел.

осознает, что потеря действительно неизбежна.

5. Принятие. Оно означает момент перелома на пути к формированию более положительного отношения к потере. Смерть рассматривается как завершение обязательств перед жизнью.

Саймос предлагает выделять три фазы для концептуализации фаз горя, связанного не с предстоящей, а с уже свершившейся потерей.

1. Потрясение, смятение и отрицание.

2. Острое горе, состоящее из продолжающегося (хотя периодически прекращающегося и ослабевающего) отрицания, физ. и психол. боли и дистресса, противоречивых эмоций и импульсов, а тж «поискового поведения», к-рое включает поглощенность мыслями о потере, непреодолимое стремление говорить о ней, дезориентацию, бесцельное блуждание, невозможность усидеть на месте и апатию. Это горе проявляется: а) в приступах плача, гнева, переживания вины и стыда;

б) в беспомощности, депрессии и отчаянии;

в) в ослаблении боли и усилении способности справляться с ней со временем;

г) в навязчивом стремлении отыскать смысл в потере;

д) в первых мыслях о новой жизни без того, что оказалось утраченным.

3. Интеграция потери и горя. Если рез-т оказывается благоприятным, факт потери принимается и происходит возвращение к благополучному физ. и психол. состоянию. Если рез-т неблагоприятный, реальность потери принимается с затяжным чувством уныния.

Стадийный, или фазовый, метод концептуализации процессов переживания горя оказался довольно популярным и использовался в различных вариациях применительно к др. потерям, включая развод, формирование гомосексуальной идентичности и повреждение спинного мозга. Эти фазы могут перекрываться и накладываться одна на др., может происходить возвращение и повторное прохождение предыдущих стадий. Кроме того, нет двух людей, к-рые бы одинаково реагировали на ту же самую потерю, и далее один чел. может по-разному реагировать на каждую потерю. Тем не менее, эти описания дают нам основу для понимания различных видов потерь и реакций горя, переживаемых людьми, и указывают на наиболее вероятные и перспективные формы восстановления.

См. также Кризисное вмешательство, Самоубийство А. Бэрон-мл.

Потребность в аффилиации (affiliation need) Потребность в аффилиации (П. а.) была 1 из 20 психол. потребностей, описанных Г. А. Мюрреем и измеряемых на основе теста тематической апперцепции (ТАТ). П. а. отмечается в том случае, когда один или более из персонажей истории, составляемой испытуемым, выражает стремление к «установлению, поддержанию или сохранению положительных эмоциональных отношений с др. чел.».

Люди с высокими показателями П. а. по Контрольному списку прилагательных Гоха (ACL) описывают себя как дружелюбных, сердечных, доверчивых, разговорчивых, неунывающих, добрых, преданных, помогающих, одобряющих, принимающих и великодушных. Эти характеристики, по-видимому, в большей степени связаны с феминными, нежели с маскулинными стереотипами личности. С. Миллер и К. М. Нардини обнаружили, напр., что женщины, по сравнению с мужчинами, получают более высокие оценки по измеряемой аффилиативной тенденции, а Боуз, Дас Гупта и Линдгрен отметили, что студентки из Калькутты, с к-рыми проводился Бенгальский тест (Bengali test), измеряющий П. а. и потребность в достижении (П. д.), получали по нему более высокие оценки по П. а. и более низкие по П.

д., чем их сокурсники-мужчины.

Существуют многочисленные доказательства отрицательной корреляции между П. д. и П. а., вероятно, вследствие того, что эти два мотива обычно выражаются во взаимно несовместимых формах поведения.

Исслед. подтверждают в целом гипотезы, осн. на теории П. а. Лэнсинг и Хейнс, напр., установили, что П. а. была значимо связана с количеством местных телефонных звонков, сделанных испытуемыми, хотя она и имела слабую связь с числом написанных ими писем или визитов к живущим от них на нек-ром расстоянии родственникам и близким друзьям. Сид и Линдгрен обнаружили, что женщины-студентки, специализирующиеся в области воспитания и образования, имели более высокие оценки по мере П. а., чем студентки, специализирующиеся в др. областях, и что П. а. у женщин, готовящихся стать матерями, оказывалась выше, чем в любой др. тестируемой группе.

Предположение о том, что тенденция к аффилиации характеризуется чувствительностью к отвержению, рассматривалось Меграбяном, к-рый не обнаружил значимой связи между этими двумя чертами. Обе переменные отрицательно коррелировали с мерой тенденции к достижению, однако тенденция к аффилиации положительно коррелировала с мерами эмпатии и тенденцией к поиску возбуждения, тогда как чувствительность к отвержению отрицательно коррелировала с тенденцией к поиску возбуждения и соц. желательностью. Тем не менее Меграбян пришел к заключению, что показатели по мерам тенденции к аффилиации и чувствительности к отвержению можно было бы объединить для получения отдельной меры зависимости.

См. также Теория «потребность — давление», Просоциальное поведение Г. К. Линдгрен Потребность в достижении (achievement need) Потребность в достижении (П. д. ) — наиболее подробно изученная из 20 психол. потребностей, описанных Г. А. Мюрреем в его классической работе Explorations in personality («Исслед. личности»). В ранних исслед. предполагалось, что П. д. присутствует в любой ситуации, где имеет место соревнование с неким уровнем совершенства. (Этот уровень совершенства может устанавливаться как на основе рез тов, достигаемых др., так и на основе собственных представлений о желаемом рез-те.) В большинстве этих исслед., особенно в тех, к-рые проводились Д. К. Мак-Клелландом и его сотрудниками, П. д.

измерялась на основе анализа историй, рассказываемых испытуемыми по картинкам, подобным тем, к рые включены в набор теста тематической апперцепции (ТАТ). Диагностическая валидность ТАТ была продемонстрирована в исслед. Мак-Клелланда и Аткинсона, в к-ром морские кадеты в ситуации «неуспеха» (создаваемой путем предоставления ложной информ. о рез-тах выполнения ими важных тестов) включали в свои истории больше тем, связанных с достижением, чем участники контрольной группы. Прогностическая валидность метода ТАТ была доказана Мак-Клелландом, к-рый обнаружил, что студенты колледжа, имевшие высокие оценки П. д., в последующие годы с большей вероятностью осваивали предпринимательские профессии, чем студенты, имевшие низкие оценки П. д. Мак-Клелланд полагал, что уровень экономического развития, достигаемого об-вом, определяется способами воспитания детей в этом об-ве. Эта идея стала центральной темой его наиболее известной работы Achieving Society («Общество достижений»), в к-рой он на основе анализа проявлений темы достижения в таких разных выразительных формах, как узоры керамических изделий, литература и детские учебники, прогнозировал уровни экономического подъема спустя десятилетия в различных странах и культурах античного, ср.-век. и совр. об-ва. Влияние практикуемых в об-ве методов воспитания детей можно, однако, изменить на противоположное. Мак-Клелланд и Уинтер описали рез-ты полевых исслед., проведенных с индийскими бизнесменами, имевшими первонач. низкие уровни П. д. и участвовавшими в специальной программе повышения уровня притязаний, что впоследствии привело к расширению ими предпринимательской деятельности и способствовало их значительному вкладу в экономику своей страны.

Работы Мак-Клелланда и его сотрудников были подвергнуты критике по целому ряду позиций.

М. С. Вайнштейн указывал на то, что он, как и мн. др. исследователи, обнаружили низкую надежность и сомнительную валидность измерений с использованием ТАТ. Мейер и Николлс ставили в упрек Мак Клелланду и его группе преимущественное акцентирование личности как критической переменной в прогнозировании поведения, узость их критериев достижения и неудачные попытки в получении значимых рез-тов в отношении мотивации достижения у женщин. Мн. др. исследователи тж не смогли установить значимые связи между оценками П. д. у женщин и связанными с достижением переменными. Хорнер высказал предположение, что женщины, по-видимому, считают неуместным для себя иметь честолюбивые стремления, особенно в тех областях, в к-рых доминируют мужчины, в рез-те чего их достижения тормозятся «боязнью успеха». Но дальнейшие исслед. Сида и Линдгрен показали, что боязнь успеха может оказываться сдерживающим фактором не только для женщин, но и для мужчин.

Одна из причин, по к-рым не удается связать оценки П. д. с достижениями женщин, может заключаться в традиционных способах измерения П. д. Такие измерения на основе ТАТ и опросников, как правило, пытаются охватить все известные компоненты того, что рассматривается под мотивацией достижения: ориентация на задачу, позитивные аттитюды к проблемным ситуациям и ответственности, чувствительность к эффекту Зейгарник, предпочтение задач средней трудности (в противоположность задачам высокой и низкой степени трудности), дух соперничества и стремление работать в одиночку для достижения самостоятельно поставленных целей скорее, чем для групп. Неудовлетворительная надежность и валидность мер П. д. м. б. следствием попыток измерения слишком широкого спектра черт. Линдгрен высказал предположение, что заложенные в таких мерах проблемы можно было бы обойти путем использования опросника в формате принудительного выбора, в к-ром респонденты должны осуществлять выбор между индивидуальными стилями, связанными с достижением и аффилиацией. Рациональным основанием для совместного использования этих факторов являются данные исслед., обнаруживших отрицательную корреляционную связь между потребностями в достижении и аффилиации. Исслед. Линдгрен, Садд и др. с использованием такого опросника показали:

а) отсутствие значимых различий в средних показателях П. д. у мужчин и женщин, полученных на выборке студентов-старшекурсников, и б) наличие положительных корреляций между показателями П.

д. и академической успеваемости.

Сильный акцент на кош. психол., появившийся в 1970-е гг., существенно сказался на характере исслед. в области мотивации достижения. Как указывают Мейер и Николлс, в течение этого периода исследователей интересовали преимущественно представления испытуемых о характере достижений, их намерения в отношении реализации связанных с достижениями действий и их атрибуции в отношении причин полученных рез-тов. Кросс-культурные исслед., напр., обратились к изучению межнациональных сходств и различий, фокусируясь на культурных особенностях определения «успеха» и «неудачи» и атрибуциях предпосылок/последствий успеха.

К началу 1980-х гг. вопрос о том, может ли мотивация достижения адекватным образом исследоваться в качестве черты личности или ее надлежит исследовать с когнитивных позиций, так и остался неразрешенным, вследствие чего приверженцы психологии личности и когнитивные психологи продолжают идти различными путями. Прежние вопросы, поднятые Вайнштейном в отношении того, можно ли измерить мотивацию достижения и существует ли она вообще, по-видимому, нашли свой ответ в рез-те исследовательской деятельности в этой области, активно возраставшей на всем протяжении 1970-х и 1980-х гг. Критика Вайнштейном надежности измерений мотивации достижения с помощью ТАТ стимулировала разраб. соотв. опросников, и в большинстве исслед. мотивации достижения в 1980-х гг. использовался этот потенциально более надежный тип психол. оценки.

См. также Потребность в аффилиации, Эксгибиционизм, Статус профессии, Уровень притязаний, Оптимальное функционирование Г. К. Линдгрен Похвала (praise) П., определяемая как искреннее одобрение, подразумевает как информирование о правильности совершенного действия, так и положительную оценку этого действия. Общепризнанно, что П.

оказывает влияние на поведение. Она один из наиболее часто используемых подкрепителей в самых различных ситуациях.

Большинство исслед., посвященных П., проводились в условиях школьного обучения и касались переменных, к-рые способствуют эффективности ее как подкрепителя. В целом П. оказывается наиболее действенной в отношении уч-ся с низкой успеваемостью. В этой группе она особенно эффективна в отношении уч-ся с низким уровнем способностей и уч-ся, принадлежащих к категориям населения с низким социоэкономическим статусом.

Исследователи в области теории атрибуции отмечают, что П. влияет на наши атрибуции своих собственных и чужих способностей. Низкие способности приписывают индивидуумам, к-рых хвалят за успех, но дают нейтральную обратную связь в отношении неудачи. Высокие способности приписывают индивидуумам, к-рых критикуют за неудачу, но дают нейтральную обратную связь в отношении успеха.

Мн. психологи и педагоги, включая Дж. Холта, Марию Монтессори, Ж. Пиаже и Д. Тости, считают, что П. наносит ущерб образовательному процессу. По их мнению, она ослабляет внутреннюю мотивацию и тем самым отрицательно влияет на учение школьников. П. служит хорошей ил.

основанного на здравом смысле конструкта, к-рый оказывается значительно сложнее, чем предполагалось, когда он становится предметом эмпирических исслед.

См. также Подходы к учению, Ободрение, Теория обучения, Вознаграждения и собственный интерес, Школьное обучение Р. А. Шоу Право на лечение (right to treatment) В 1960 г. Мортон Бирнбаум, врач и юрист, предложил «Право на лечение». Хотя в конституции прямо не говорится о таком праве, а тж не упоминается о госпитализации или принудительном лечении, Бирнбаум считает, что восьмая и четырнадцатая поправки, в к-рых говорится о жестоком обращении и лишении свободы, не обеспеченных соотв. юридич. условиями, в достаточной мере поддерживают это право. Вопрос звучит следующим образом: если государство приговаривает чел. к пребыванию в психиатрической больнице потому, что он психически болен и нуждается в лечении, или потому, что он невменяем и не может предстать перед судом, то не обязывает ли это государство предоставить тж и лечение?

Первым прецедентом был процесс «Рауз против Камерона», когда судья Бэйзлон вынес решение, что такое право существует. Позднейшие процессы высветили много сложных вопросов и проблем, важных для суда, общественности, больных, работников здравоохранения, юристов и правительственных чиновников.

В 1970-е гг. борьба за «права больных» вышла на первый план;

наряду с этим были подвергнуты пересмотру процедуры принудительной госпитализации и практика лечения. Выяснилось, что практика лечения не соответствует нашим ожиданиям.

См. также Психология и закон, Право на отказ от лечения Н. Дж. Финкель Право на отказ от лечения (right to refuse treatment) Прошлые неудачи и совр. прогресс в области лечения привели к парадоксальному положению вещей: мы привлекаем больных к лечению, они же часто настаивают на своем праве от него отказаться.

Есть документально подтвержденная информация о неудачном опыте принудительных госпитализаций. Госпитализация сама по себе, «терапевтическая больничная среда» и традиционная «разговорная терапия» не влияют на показатели выздоровления, лечения и выписки больных. Движение за права больных, право на лечение и право на лечение с наименьшими ограничительными мерами были поддержаны судопроизводством и законодательством.

Юридич. основы права на отказ заложены как в общем законодательстве, предписывающем получение согласия на проведение мед. или психол. лечения, так и в конституции. В конституции эти основы поддерживаются первой, четвертой, восьмой и четырнадцатой поправками.

Вопросов и проблем, связанных с принудительным лечением больных, много, и реакция врачей известна. Во-первых, возможно ли получение согласия? Может ли принудительно госпитализированный пациент, находящийся в больнице в течение мн. лет, дать компетентное и добровольное согласие? Может ли врач быть «двойным агентом», озабоченным и порядком в палате, и рез-тами н.-и. процесса, и благополучием пациента? Не находятся ли врачи меж двух огней, подвергаясь угрозе судебного преследования как за то, что они не лечат, так и за то, что лечат? Не попадут ли теперь больные в ловушку как своих психозов, так и своих прав? Будет ли вызовом психологии разраб. немедицинских методов лечения, к-рые были бы одновременно эффективными и достойными согласия? На данном этапе вопросы и проблемы появляются гораздо быстрее, чем решения.

См. также Профессиональная этика, Психология и закон, Право на лечение Н. Дж. Финкель Практика найма рабочих и служащих (employment practices) Практики найма представляют широкое разнообразие методов, используемых в процессе отбора и оценки кандидатов или работников в бизнесе и промышленном пр-ве. Эти методы привлекли к себе большое внимание из-за отрывка в седьмом разделе Закона о гражданских правах 1964 г.

Первоначальная версия седьмого раздела устанавливала регламентацию и контроль за методами, с помощью к-рых работодатели могут отбирать и оценивать персонал, однако содержание этого раздела существенно изменилось в рез-те внесения дополнительных поправок и постановлений. «Единые рекомендации по процедурам отбора наемных работников» (Uniform guidelines on employee selection procedures, UGESP) устанавливают для работодателей принципы, к-рыми они должны руководствоваться при отборе и оценке работников. Эти рекомендации не единственный способ воздействия на кадровые решения работодателей: за Законом о возрастной дискриминации при найме (Age Discrimination in Employment Act, ADEA) последовал Закон о профессиональной реабилитации (Vocational Rehabilitation Act). В дополнение к ним, в 1963 г. был принят Закон о равной оплате (Equal Pay Act), а в 1965 г. в рез-те серии правительственных постановлений было учреждено Управление программ по соблюдению федерального контрактного права (Office of Federal Contract Compliance Programs, OFCCP).

Действия большинства работодателей во всех практ. аспектах принятия кадровых решений регулируются теми или иными правилами. Эти правила дополняются рекомендациями, применяемыми OFCCP к федеральным контрактантам. Как независимый правительственный орган, OFCCP занимает активную позицию в обеспечении того, чтобы федеральные контрактанты принимали решения о найме и др. кадровые решения, учитывая интересы особо защищаемых групп, т. е. следит за тем, чтобы в штате работников были представлены меньшинства и др. группы.

Единые рекомендации по методам отбора наемных работников «Рекомендации» — наиболее важная часть Закона о гражданских правах и напрямую относится к методам, к-рые работодатели используют при решении о найме. В частности, этот закон, как разъясняется в «Рекомендациях», налагает фактически всеобъемлющий запрет на трудовую дискриминацию по признаку расы, пола, цвета кожи, религии или национального происхождения при решениях о найме. Когда действия этого закона сочетаются с Законом о возрастной дискриминации, защищающим возрастные группы от 40 до 70 лет, свободными от регулирования остаются (если таковые имеются) лишь очень немногие кадровые решения.

Определение эффекта вытеснения. «Рекомендации» определяют эффект вытеснения следующим образом: «Коэффициент отбора в отношении любой расы, пола или этнической группы, который составляет менее четырех пятых (4/5) (или 80%) от коэффициента отбора для группы с наиболее высоким значением этого коэффициента, в большинстве случаев будет рассматриваться федеральными правоприменительными органами как свидетельство эффекта вытеснения». Далее поясняется, что коэффициенты отбора свыше 80% не будут считаться свидетельством вытеснения, однако все коэффициенты подвергаются определенной интерпретации. На основе этой общей формулировки были разработаны многочисленные методы для расчета эффекта вытеснения, в том числе не только статистические методы, но и способы определения той группы, в отношении к-рой их надлежит использовать.

Определение группы, как правило, осуществляется на основе изучения либо потока кандидатов, либо рынка рабочей силы. Процедура анализа потока кандидатов предполагает анализ норм набора кандидатов на каждую из должностных позиций, классиф. кандидатов и нанятых по признакам расы и пола. Процедура анализа рынка рабочей силы состоит в сравнении нанятых кандидатов с количеством людей сходной квалификации на рынке рабочей силы, приходящимся на каждую из должностных позиций, по расе или полу. Несмотря на то, что первая процедура зависит от выбранных способов определения кандидата и от периода времени, в течение к-рого используется этот метод, ее измерения более точные, чем измерения, проводимые при анализе рынка рабочей силы. Последний метод использует общие классиф. работников по категориям должностей, что отражается на точности измерения, поскольку остаются открытыми вопросы, связанные с географическими районированием рабочей силы и конкретным характером требований к работе;

последний фактор оказывается особенно важным для должностных позиций, не охватываемых общими классиф. рабочей силы.

Т. о., понятие эффекта вытеснения используется для установления существования дискриминации при найме. Если такой эффект обнаруживается, это служит достаточным основанием для возбуждения судебного дела, причем бремя представления правовым органам доказательств того, что методы, использовавшиеся в решениях о найме, были валидными, возлагается на работодателя.

Когда это происходит, компания должна доказать, что ее метод валиден, что эффект вытеснения, вызванный применением данного метода, имеет причины, не связанные с его валидностью, и что эти причины нельзя преодолеть путем использования др. процедур найма.

Валидность методов. UGESP официально признает методы содержательной, критериальной и конструктной валидизации, используемые психологами в процедурах установления валидности тестов.

В поле зрения UGESP оказываются все три этих типа;

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 65 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.