WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 65 |

«CONCISE ENCYCLOPEDIA OF PSYCHOLOGY Second edition Edited by Raymond J. Corsini, Alan J. Auerbach John Wiley & Sons, Inc. ...»

-- [ Страница 26 ] --

Чел., попавший в чужую культуру, обнаруживает, что привычные ориентиры исчезли и замещены странными или незнакомыми. В рез-те у приезжего могут возникать самые разные состояния — от неясного чувства дискомфорта до совершенной дезориентации, требующей полной перестройки мышления. Вообще говоря, любая новая ситуация — напр., новая работа, новые отношения, новый образ жизни или новые соседи, — может потребовать нек-рых корректировок роли и изменений идентичности аналогично К.-ш. Иногда понятие К.-ш. используют для обозначения общей ситуации, когда чел. вынужден приспосабливаться к новому порядку, при к-ром не работают ранее усвоенные культурные ценности и модели поведения.

Вызываемые К.-ш. проблемы можно распознать, опираясь по меньшей мере на шесть отличительных признаков. Во-первых, привычные ориентиры поведения, ожидаемого от конкретного чел., или вообще отсутствуют, или их значение изменено. Во-вторых, ценности, к-рые данный чел.

считал подлинными, желанными, привлекательными и важными, могут потерять все эти качества. В третьих, дезориентация вследствие К.-ш. вызывает эмоциональное состояние тревоги, депрессии и даже враждебности, изменяющееся от легкого беспокойства до «шквалов» слепой, необузданной ярости. В четвертых, имеет место неудовлетворенность новым образом жизни и идеализация старого. В-пятых, привычные способы восстановления сил и душевного равновесия, к-рые до этого обычно срабатывали, больше не помогают. В-шестых, появляется ощущение, что это состояние перманентно и никогда не пройдет.

Вхождение в новую культуру часто вынуждает чел. негативно оценивать как эту новую, так и свою прежнюю культуру. До недавнего прошлого предполагалось, что К.-ш. несет с собой один только негативный опыт. Оберг указывал по меньшей мере на шесть аспектов К.-ш.: а) напряжение вследствие траты сил на психол. адапт.;

б) чувство утраты и лишения в отношении того, что касается прежних друзей, статуса, рода занятий и имущества;

в) непринятие чел. новой культурой и ее неприятие им самим;

г) утрата ясности в отношении роли, ролевых ожиданий, чувств и Я-идентичности;

д) удивление, беспокойство, отвращение или возмущение в отношении культурных различий нового и прежнего образа жизни;

е) сознание собственного бессилия вследствие неспособности вписаться в новую окружающую среду. Др. авторы применяли термин Оберга более широко, включая «культурную усталость», «языковой шок», «ролевой шок» и «всеобъемлющую неопределенность». Все эти определения сохраняли единство осн. значения, прилагая его к различным частным аспектам данной проблемы.

Питер Адлер попытался описать процесс и установить последовательность стадий переживания К.-ш. Его модель включает пять стадий: а) первичный контакт, или стадия «медового месяца», когда новоприбывший испытывает любопытство и возбуждение «туриста», но при этом его базисная идентичность все еще связана корнями с родной почвой;

б) вторая стадия связана с дезинтеграцией старой системы знакомых ориентиров, при к-рой чел. ощущает себя сбитым с толку и подавленным требованиями новой культуры;

типично тж чувство самообвинения и собственной несостоятельности перед лицом возникших трудностей;

в) третья стадия предполагает реинтеграцию новых ориентиров и возросшее умение функционировать в новой культуре. Типичные эмоции, связанные с этой стадией, — гнев и обида по отношению к новой культуре как причине трудностей и менее подходящему для жизни месту, чем прежняя среда. Поскольку на этой стадии гнев направлен вовне, то таким лицам очень сложно оказать к.-л. помощь;

г) на четвертой стадии продолжается процесс реинтеграции в направлении приобретения автономии и увеличения способности видеть положительные и отрицательные элементы как в новой, так и в старой культуре;

д) пятая стадия характеризуется независимостью: чел. достиг, наконец, «бикультурности» и теперь способен функционировать и в старой, и в новой культуре.

Эта последовательность стадий или шагов описывается U-образной или, включая возвращение на родину, W-образной кривой, когда процесс приспособления повторяется в условиях прежней культуры. Чёрч рассматривает одиннадцать эмпирических исслед. в подтверждение гипотезы U образной кривой. Эти данные подтверждают общую гипотезу, однако полное восстановление до первоначального уровня позитивного функционирования так и не получает объяснения. В пяти из этих исслед. не удалось подтвердить гипотезу U-образной кривой, что свидетельствует об отсутствии подкрепления осн. тезиса данными, полученными на разных выборках. Несмотря на недостаток эмпирических доказательств, U-образная кривая в качестве модели К.-ш. пользуется повышенным эвристическим спросом.

Фурнем и Бохнер обсуждают ряд проблем в связи с гипотезой U-образной кривой применительно к К.-ш. Во-первых, слишком мн. зависимые переменные, такие как депрессия, одиночество, ностальгия и др. аттитюды, могут рассматриваться в качестве разных сторон процесса приспособления. Во-вторых, определены лишь отдельные участки U-образной кривой в работах, где эта гипотеза проверялась на разных выборках лиц, находившихся на момент начала исслед. на различных уровнях приспособления и потому изменявшихся с разной скоростью. Фурнем и Бохнер высказывают мнение, что эмпирические исслед. процесса К.-ш. должны сосредоточиваться на интерперсональных, а не на интраперсональных переменных.

Кили обнаружил, что во мн. случаях сотрудники Канадского агентства междунар. развития (Canadian International Development Agency), испытывавшие сильный К.-ш. в длительных зарубежных командировках, в конечном счете работали более продуктивно, чем те, у к-рых К.-ш. был незначительно выражен или вовсе отсутствовал. Это согласуется с позицией П. Адлера, утверждавшего, что К.-ш. — это процесс межкультурного научения, ведущий к большему самопознанию и личностному росту;

такая позиция на данный момент встречает большее понимание, нежели отнесение К.-ш. к заболеваниям.

Рубен и Кили пришли к выводу, что интенсивность и направленность К.-ш. не связаны с паттернами психол. адапт. В нек-рых случаях выраженность К.-ш. положительно сказывалась на итоговой профессиональной эффективности в новой обстановке.

Фурнем в обзоре литературы по теме приспособления лиц, временно проживающих в чужой стране, пытался классифицировать различные виды К.-ш., подчеркивая скорее его интерперсональный, чем интраперсональный аспект. Согласно первому подходу, появление К.-ш. связано с географическим перемещением, вызывающим реакцию по типу оплакивания (выражения скорби по поводу) утраченных связей. Тем не менее не всякий К.-ш. связан с горем, и нет никакой возможности предсказать в каждом отдельном случае тяжесть утраты и соотв. глубину скорби.

Согласно второму подходу, вина за переживание К.-ш. возлагается на фатализм, пессимизм, беспомощность и внешний локус контроля чел., попадающего в чужую культуру. Тем не менее это не объясняет различий в степени дистресса и противоречит предположению, что большинство «путешественников» — субъективно — имеют внутренний локус контроля.

С третьей т. зр. К.-ш. — это процесс естественного отбора или выживания самых приспособленных, когда выживают только лучшие. Но такое объяснение слишком упрощает присутствующие переменные, поскольку большинство исслед. К.-ш. ретроспективные, а не прогнозирующие.

Согласно четвертой т. зр., вина за возникновение К.-ш. возлагается на неуместные в новой обстановке ожидания приезжего. Но нет никаких доказательств связи между неудовлетворенными ожиданиями и плохим приспособлением.

Сторонники пятой т. зр. утверждают, что причиной К.-ш. являются негативные события и нарушение ежедневного распорядка в целом. Однако измерить происходящие события и установить причинность очень сложно: то ли сами пострадавшие яв-ся виновниками негативных событий, то ли негативные события заставляют страдать этих людей.

Согласно шестой т. зр., К.-ш. вызывается расхождением ценностей из-за отсутствия взаимопонимания и конфликтов. Но ведь какие-то ценности более адаптивны, чем др., и ценностный конфликт сам по себе не может быть достаточным объяснением.

Седьмое объяснение связывает К.-ш. с дефицитом соц. навыков, вследствие чего соц.

неадекватные или неопытные люди переживают более трудный период приспособления. Тем не менее в таком объяснении преуменьшается роль личности и социализации, а в таком понимании приспособления присутствует скрытый этноцентризм.

Восьмая т. зр.: вина возлагается на недостаток соц. поддержки, причем этот подход заимствует аргументы из теории привязанности, теории соц. сети и психотер. Однако достаточно сложно количественно измерить соц. поддержку или разраб. механизм либо процедуру соц. поддержки, чтобы проверить данное объяснение.

Педерсен, развивая исслед. Томаса Коффмана, предложил ряд стратегий совладающего поведения, помогающих справиться с К.-ш. Во-первых, приезжий должен осознать, что любая важная перемена в жизни, как правило, имеет следствием стресс и дискомфорт, и в этом нет ничего необычного или патологического. Страдания, причиняемые К.-ш., могут в меньшей степени восприниматься как нехватка чего-либо или болезнь, если признать К.-ш. нормальной реакцией на перемены.

Во-вторых, сохранение личной целостности и самоуважения должно стать осн. целью того, кто переживает К.-ш. Приезжие зачастую ощущают потерю своего статуса в новой культуре, язык, обычаи и порядки к-рой ему незнакомы. Таким людям нужны ободрение и поддержка для сохранения правильного Я-образа и восстановления уверенности в своих силах.

В-третьих, на приспособление к новой культуре должно отводиться какое-то время, позволяющее избежать давления или спешки. Каждый чел. приспосабливается в своем индивидуальном темпе, в зависимости от ситуации. Для окончательного «примирения» нового и старого может потребоваться больше времени, чем кажется подходящим, но это время должно пройти.

В-четвертых, осознание адаптационных паттернов поможет приезжему выработать новые навыки и понимание ситуации. Составив схем, процессов, приводящих к появлению К.-ш., и предсказав дальнейший ход приспособления в виде логической последовательности стадий, можно сделать этот процесс более конкретным и однозначным. Депрессию и чувство провала следует воспринимать как одну из стадий приспособительного процесса, а не как постоянную составляющую своей новой идентичности.

В-пятых, словесное маркирование симптомов К.-ш. поможет приезжему интерпретировать эмоциональные реакции на стресс в ходе адапт. Знание того, что др. люди испытали К.-ш. и выжили или даже стали сильнее благодаря такому жизненному опыту, может подбадривать и обнадеживать.

В-шестых, то, что чел. легко приспосабливался в родной культуре, вовсе не значит, что адапт. к чужой культуре будет легкой. В нек-рых случаях приезжие могут ощущать ностальгию сильнее, если на родине они жили намного лучше. Возможно тж, что люди переносят свои старые проблемы в новую культуру, что ведет к плохому приспособлению в обеих культурах, хотя они-то как раз стремятся избавиться от старых проблем, сбежав в новую культурную среду.

В-седьмых, если нельзя предотвратить К.-ш., то можно подготовить людей к переходу в новую культуру и, следовательно, облегчить процесс приспособления. Такая подготовка могла бы включать изучение языка, культуры, моделирование ситуаций, в к-рые обычно попадают приезжие, и встречи с представителями землячеств.

Совр. теорет. перспектива, в к-рой ведутся исслед. К.-ш., образована рядом практически общепринятых допущений. Во-первых, К.-ш. — это не болезнь, а процесс научения, каким бы неприятным или болезненным он ни был. Однако К.-ш. м. б. связан с патологическими состояниями или приводить к вредным для здоровья реакциям. Во-вторых, в более широком смысле К.-ш. может относиться к положению, выходящему за пределы ситуации «приезжий в др. стране». Люди, переживающие любые радикальные изменения в своей жизни, могут проходить через процесс адапт.

или аккомодации, напоминающий К.-ш. В-третьих, пока невозможно (если возможно вообще) измерить процесс развития К.-ш. или доказать гипотезы U- или W-образной кривой, хотя все еще сохраняется эвристическая ценность К.-ш. в качестве объяснительной модели. В-четвертых, существуют способы подготовки людей к переживанию К.-ш., способствующие в ходе этого процесса облегчению страданий и неудобств. И наконец, К.-ш. — это распространенное явление, с к-рым — в большей или меньшей степени — в свое время сталкивается большинство людей.

См. также Билингвизм, Совладание, Культуроспецифичные расстройства, Групповое давление, Теория реактивного сопротивления П. Б. Педерсен Курение (smoking behavior) К. табака, особенно сигарет, стало объектом серьезного научного исслед. с 60-х гг. XX в. Однако история потребления табака насчитывает более 400 лет.

Хотя внимание значительной части об-ва к данным о вреде К., несомненно, способствовало нек рому снижению потребления сигарет на душу населения США, во всем мире потребление табака существенно выросло. Эта общемировая тенденция непрерывного роста потребления сигарет подняла множество сложных вопросов о мотивации К., касающейся как возникновения и сохранения привычки, так и избавления от нее.

Начало курения На Западе курить сигареты начинают в основном в подростковом возрасте. Большинство курильщиков приобретают эту привычку до 20 лет, но лишь немногие из них отмечают, что первое впечатление было приятным. Когда-то К. считалось мужским занятием, но сегодня среди курящих подростков девочек почти столько же, сколько мальчиков. Тем не менее в США, по-видимому, существует устойчивая тенденция к снижению числа подростков среди начинающих курильщиков.

Хотя, конечно же, есть множество личных причин, по к-рым одни люди начинают курить, а другие нет, существует неск. общих факторов, способствующих, по мнению большинства, приобщению к К. Напр., подростки из малообеспеченных семей и плохо успевающие в школе, скорее всего, начинают курить раньше и курильщиков среди них больше. Хотя постоянно отмечается сильное влияние наличия курильщиков в семье, истинная природа этого влияния неясна.

Одним из важнейших факторов, способствующих приобщению к К. в подростковом возрасте, яв ся, по-видимому, давление сверстников. Снятие напряжения, стремление успокоиться или попытки справиться с нервозностью тж считаются значимыми мотивами начала К. Есть данные, подтверждающие, что подростки, рано начавшие курить, яв-ся более общительными и ищущими возбуждения (arousal seeking), чем их некурящие сверстники. Однако, несмотря на попытки выявить полный набор отличительных особенностей начинающих курильщиков, накопленные в этой области данные носят нечеткий и противоречивый характер.

Курение как устойчивая привычка Трудности в понимании причин продолжения К. вытекают, по крайней мере частично, из комплексной природы эффектов К. на психол. и физиолог. уровнях.

На физиолог. уровне никотин, попадая в кровь, вызывает ряд кратковременных эффектов, большей частью сходных с эффектами, наблюдающимися при возбуждении симпатической НС.

Действие никотина на сердечно-сосудистую систему приводит к учащению ритма и силы сердечных сокращений, повышению АД и усилению кровотока. Попадание никотина в организм ведет тж к повышению уровня сахара в крови и расширению кровеносных сосудов. Кроме того, никотин может воздействовать на уровень нек-рых хим. продуктов ЦНС (напр., норэпинефрина, серотонина, ацетилхолина) и вызывать незначительные изменения ЭЭГ-активности.

Один из трудноразрешимых вопросов заключается в следующем: хотя потребление никотина оказывает, по-видимому, стимулирующий эффект, большинство курильщиков неизменно сообщают о его расслабляющем и «успокаивающем» действии. К др. положительным субъективным эффектам К.

относятся, согласно данным опросов курильщиков, чувство «комфорта в соц. ситуациях» и «аромат».

Кроме того, нек-рые данные свидетельствуют о том, что К. может оказывать положительное воздействие на выполнение определенных задач, связанных с обучением и специфическими навыками.

Однако то, каким образом эти и др. субъективные эффекты К. влияют на сохранение привычки к нему, далеко не ясно.

Левенталь и Эвис проанализировали поведение курильщиков и назвали 7 факторов, связанных с этой привычкой. Это — тревожность, аддикция, безделье (fiddling), стимуляция, соц. поощрение, удовольствие/вкус и привычка. К сожалению, всем классификационным схемам недостает согласованных эмпирических проверок, к-рые могли бы подтвердить используемые в них категории, так же как надежного и валидного шкалирования, к-рое помогло бы исследователям планировать эксперименты для анализа всей совокупности значимых данных.

Поскольку любое часто встречающееся поведение, по логике вещей, должно приобрести смысл вознаграждения, большинство исследователей, занимавшихся мотивационными аспектами К., считают, что эта привычка так или иначе играет роль подкрепления. Мн. исследователи подчеркивали функции физиолог., психосоциального или даже генетически зависимого подкрепления.

Нек-рые исследователи, придававшие особое значение физиолог. подкреплению, считали, что такое подкрепление опосредовано «аддикцией». Аддикция обычно определяется по наличию симптомов и признаков сильного дискомфорта или слабости, когда организм лишается предполагаемого аддиктивного вещества. Однако предсказуемость физиолог. и психол. реакций на отказ от К. невысока.

Отказ от курения Существует множество способов бросить курить, и наиболее распространенным из них, вероятно, яв-ся самомотивированное решение отказаться от этой привычки. Есть нек-рые данные, свидетельствующие о том, что резкое прекращение К. может быть высокоэффективным способом освобождения от этой привычки. К др. методам относятся оральный прием никотина, гипноз, индивидуальная и групп. психотер. и разнообразные методики модификации поведения.

Вне зависимости от метода и несмотря на отсутствие точных данных, по самым осторожным оценкам, от 10 до 25% курильщиков способны не курить продолжительное время или навсегда отказаться от К. В общем, попытки заранее дифференцировать курильщиков на способных, не способных или не желающих бросить эту дурную привычку, оказались практически безуспешными.

Однако заядлым курильщикам или людям, чья жизнь полна стрессов, бросить курить труднее.

См. также Аддиктивные процессы, Самоконтроль Т. Блау _Л_ Латерализация головного мозга (brain laterally) Латерализация указывает на функциональную асимметрию двух полушарий головного мозга. То есть, хотя две половины головного мозга и работают в согласованном единстве, в осуществлении мн.

функций одно из полушарий принимает большее участие, чем др.

Интерес к функциональной Л. г. м. чел. заметно возрос начиная с 1860-х гг., когда французский врач Поль Брока опубликовал рез-ты своих наблюдений, свидетельствовавшие, что у неск. умерших больных, страдавших нарушениями речи, после вскрытия были обнаружены поражения в левой лобной доле. Постепенно стало очевидным, что каждое полушарие осуществляет функции, в которых оно играет более значимую роль, чем др.

Наиболее заметным проявлением асимметрии, связанной с работой головного мозга, яв-ся преимущественное пользование правой или левой рукой, которое часто соотносят с латерализацией др.

функций. У правшей управление речевыми функциями осуществляется почти всегда преимущественно левым полушарием. Хотя это правило выполняется и для большинства левшей, у последних чаще, чем у правшей, управление речевыми функциями либо осуществляется преимущественно правым полушарием, либо распределено между обоими полушариями. У левшей, по-видимому, наблюдается меньшая функциональная асимметрия, чем у правшей.

В головном мозге чел. обнаружена и структурная асимметрия, выражающаяся в том, что нек-рые его области имеют большие размеры с одной стороны, чем с др., — в первую очередь те, к-рые связаны с речью. Хотя высказывается множество предположений относительно влияния этой структурной асимметрии на функциональную, наличие прямых связей между ними пока еще не было установлено.

Существует множество методов исслед. асимметрии полушарий. Один из них — аутопсия (вскрытие трупа), в результате к-рой удается обнаружить поражения мозга, связанные с нарушениями поведения, к-рые имели место при жизни чел. Другим является наблюдение функциональных отклонений, наличествующих у людей с идентифицируемыми повреждениями мозга. Повреждения мозга могут выявляться при нейрохирургических операциях и обследовании с помощью рентгеноскопии или КТ.

Каждое правило, касающееся функциональной асимметрии, имеет свои исключения. Однако у ряда функций латерализация наблюдается более часто. Самой характерной из них яв-ся речь, управление которой у большинства правшей осуществляется преимущественно левым полушарием. По этой причине левое полушарие принято называть «главным», а правое — «второстепенным» или «бессловесным». Повреждение, нанесенное левому полушарию, или унилатеральное предъявление информ. правому полушарию часто становятся причиной затруднений в собственной устной и письменной речи, наименовании объектов или понимании чужой речи. Функции, чаще всего находящиеся под контролем преимущественно правого полушария, включают в себя визуально пространственное мышление и память, тактильное и зрительное распознавание форм, музыкальные способности, а также копирование и изображение геометрических фигур.

Нибс описал различия в способах обработки информ. левым и правым полушарием.

Левополушарный способ обработки информ. представляет собой сукцессивный (последовательный) логический анализ, тогда как для правополушарного способа более характерен симультанный синтез информ. Обзорная публикация М. Д. Лезака, в к-рой представлены рез-ты ряда исслед., свидетельствует, что с Л. г. м. могут быть связаны и нек-рые различия в эмоциональном функционировании, что находит свое подтверждение в различных паттернах эмоциональных реакций при унилатеральном — право- или левостороннем — повреждении мозга.

Даже у пациентов с расщепленным мозгом к функциям, обычно представленным в одном полушарии, др. полушарие может получить доступ благодаря использованию механизмов периферической НС. Газзанига и его коллеги назвали этот процесс «обменом репликами». Вот один из примеров: стимул, предъявляемый правому полушарию, вызывает определенную эмоциональную реакцию, к-рая интерпретируется левым полушарием т. о., что чел. оказывается способным к соответствующей вербальной реакции. Следовательно, информ. может передаваться от одного полушария через проводящие пути периферической НС др. полушарию, даже когда непосредственная межполушарная связь через мозолистое тело невозможна.

Несмотря на свидетельства в пользу Л. г. м. чел., последний, находясь в нормальном состоянии, работает согласованно и как единое целое. Кинсборн указывает, что латерализованное функционирование одного полушария является комплементарным по отношению к функционированию другого. Л. г. м. яв-ся скорее средством обработки различных компонентов информ., чем механизмом осуществления различных видов деятельности.

См. также Головной мозг, Повреждения головного мозга, Компьютерная томография, Нейропсихология, Исследования расщепленного мозга Т. С. Беннетт Латеральное доминирование (lateral dominance) Л. д. означает более частое или более умелое использование одной стороны тела по сравнению с другой в унилатеральных видах поведения и деятельности. Пожалуй, наиболее очевидным примером Л.

д. яв-ся более частое или более умелое пользование одной рукой по сравнению с другой. Л. д. связано с асимметричной орг-цией функций больших полушарий головного мозга, однако эту связь нельзя считать строгой.

Большинство людей относятся к правшам, хотя имеет место значительная вариация в различии эффективности, силы и частоты использования правой руки в сравнении с левой.

Предпочтительное использование ноги или глаза, хотя и менее изучено, чем рукость, составляет не менее важный аспект Л. д. Несмотря на то, что большинство праворуких людей являются также «правоногими» и «правоглазыми», среди них немало таких, кто характеризуется смешанным Л. д. по руке, ноге и глазу. Даже если в детерминации Л. д. значительную роль играют средовые факторы, нек рые исслед. позволяют предположить определенную роль наследственных влияний в структуре этой детерминации.

См. также Латерализация головного мозга, Нейропсихология, Психофизиология Т. С. Беннетт Лечение алкоголизма (alcoholism treatment) Выздоровлению. от А. наилучшим образом способствует сплошная лечебная среда, обеспечиваемая системой мед. обслуживання. Создание системы этого типа требует исслед. мн.

переменных. В первую очередь должна быть учтена территория охвата, к-рая может представлять собой как весь мир, так и определенную небольшую область. За определением географической зоны следует оценка наркологического обслуживания. Она включает определение доли населения, нуждающейся в таком обслуживании, анализ существующих служб, выявление их недостатков и возможностей совершенствования системы обслуживания.

Существующие службы б. ч. ориентированы на взрослое мужское население, хотя в последнее время была признана необходимость расширения оказания помощи женщинам, подросткам, семьям алкоголиков и др. группам. Экономическая ситуация может диктовать большую подотчетность существующих служб и изучение возможностей воспроизведения программы в любой целевой географической зоне. Наконец, стала очевидной потребность в таких новых структурах, как дневные стационары и профессиональное обучение для женщин. Когда программы наркологической помощи планируются для специфических групп населения, часто возникают стереотипы отношения к злоупотреблению алкоголем или А.

Компоненты системы лечения Скорая помощь Скорая помощь — первое звено помощи людям в острых или кризисных состояниях. Услуги могут включать мед. оценку необходимости вмешательства, лечение и наблюдение, диагностическую оценку, планирование лечения и, при необходимости, подбор определенного уровня обслуживания.

Есть 3 типа служб скорой помощи, обычно доступных для больных, злоупотребляющих алкоголем.

1. Медицинская: обслуживание обычно предоставляется в условиях стационарных центров скорой помощи, где проводятся различные процедуры снятия интоксикации. Альтернативой являются детоксикационные структуры вне стационаров.

2. Немедицинская: примером модели скорой помощи яв-ся районные социально ориентированные детоксикационные центры. Акцент там делается на поддерживающие консультации, лекарственную стабилизацию и подготовку перехода к следующему звену сети обслуживания.

Персонал включает консультантов по А., представителей парамедицины и специалистов по специфическим дисциплинам здравоохранения. Длительность пребывания не превышает пяти дней.

3. Психологическая: часто люди, злоупотребляющие алкоголем, испытывают сильные стресс и тревогу, для снятия к-рых существуют программы кризисного вмешательства. Часто на начальном этапе лечения к.-л. психич. расстройства у пациента выявляется А. В этом случае важна дифференциальная диагностика для обеспечения правильного направления и лечения.

Стационарное лечение Стационарное лечение предусматривает круглосуточное пребывание в мед. учреждении под наблюдением и руководством врача. Это обслуживание обычно проводится в общесоматическом отделении. Три осн. категории направления: а) лица, нуждающиеся в снятии интоксикации мед.

средствами;

б) соматические заболевания, спровоцированные А. (язвы, гепатит, панкреатит и т. д.);

в) неотложная помощь при психич. расстройствах, связанных с А.

Промежуточное лечение Промежуточное лечение обычно называют резиденциальным. Оно предоставляется лицам, к-рые не в состоянии справляться со злоупотреблением алкоголем или алкогольными проблемами, в домашних условиях. Далее следуют примеры резиденциального лечения злоупотребления алкоголем или А.

1. Резиденциальная реабилитация. Резиденциальная реабилитация — это интенсивное лечение с использованием ряда лечебных подходов, включающих индивидуальную, групп. и семейную терапию, организацию Анонимных Алкоголиков (АА), трудотерапию и рекреационную терапию. Длительность пребывания 21—30 дней. Нек-рые программы резиденциальной реабилитации предназначены для специфических групп, напр. для пациентов с частыми рецидивами. При поступлении обычно возникает вопрос о мотивации клиента или готовности к лечению. Общих критериев определения мотивации не существует, впрочем неясно и то, насколько пациенты могут ответить на этот вопрос в своем текущем состоянии.

2. «Дома на полпути» — это резиденциальный центр, рассматриваемый как промежуточная ступень между программой интенсивного стационарного лечения и независимой жизнью. Здесь обычно предлагается минимальный объем лечения, осн. значение придается включенности пациента в сообщество и в системы соц. поддержки. Мед. работник обычно живет в этом доме. Существует распорядок дня, пациентам предлагается структурированное окружение. «Дом на полпути» часто является альтернативой возвращения в стрессовую домашнюю ситуацию, когда еще отсутствуют навыки совладания с этим стрессом. Средняя длительность пребывания 3—12 месяцев, используются разные лечебные подходы. Интегральным, а иногда и фокальным лечебным подходом являются ступеней АА.

3. Частичная госпитализация ориентирована на клиентов, нуждающихся в более интенсивном лечении и сохраняющих способность самостоятельного проживания в течение части дня. Дневной стационар предоставляется клиентам, имеющим собственное жилье и не нуждающимся в этом уровне интенсивного лечения в резиденциальной обстановке. Интенсивная внебольничная реабилитация сходна с дневным стационаром, но может предоставляться в вечернее время для работающих или занятых в дневное время клиентов. Число часов пребывания варьирует от 2 до 8 в сутки, от 1 до 7 дней в неделю. Частью плана лечения являются традиционные методы психотер. Программы частичной госпитализации признают необходимость оценки способности клиентов справляться с повседневными задачами и сохранять трезвость во внетерапевтической обстановке. Службы контроля и поддержки здесь жизненно важны для составления индивидуального плана лечения.

Другие службы Существует целый ряд др. служб, к-рые могут существенно повлиять на доступность услуг для клиента. Профилактика предоставляет людям соотв. информацию в доходчивой форме, рассчитанной на предупреждение начала злоупотребления алкоголем. Вторичной целью профилактики является установление трудностей и проблем, испытываемых конкретным человеком, с тем, чтобы они не приводили к алкоголизации. Информ. может распространяться по почте, через СМК и благодаря дискуссиям в различных группах. Тренинг — постоянное предоставление базисной информ. по всем аспектам злоупотребления алкоголем или А. Мн. программы лечения А. и родственные им программы ведут постоянный тренинг своих сотрудников. Разумеется, базисный тренинг по вопросам злоупотребления алкоголем и А. предлагается мн. группам, отдельным лицам, агентствам и орг-циям.

Методы лечения Выбор системы лечения обычно зависит от населения, ресурсов и философии программы.

Анонимные Алкоголики. Программа АА основана на 12 шагах и 12 традициях, предлагаемых как руководство по избавлению от А. как болезни. Каждого участника программы побуждают к разраб.

и выполнению «собственной программы» выздоровления. Обычно нового участника ставят в пару с «опекуном» — выздоравливающим алкоголиком из программы АА, который долгое время находится в абстиненции.

Аланон. Программа Аланон предназначена для жен (мужей) выздоравливающих или продолжающих пить алкоголиков, а тж для значимых др. в жизни алкоголика. Она проводится в группах и основана на 12 шагах и 12 традициях АА.

Алатин. Программа Алатин предлагается детям алкоголиков, обычно подросткам. Основой групповых занятий являются 12 шагов и 12 традиций АА.

Алатот. Программа Алатот ориентирована на детей выздоравливающих или продолжающих пить алкоголиков, а тж для значимых других в жизни алкоголика. Как и Алатин, она основана на шагах и 12 традициях АА. Проводится в групп. форме.

Взрослые дети алкоголиков. Взрослые, к-рым стало известно, что один из их родителей или оба они (либо кто-то из воспитавших их близких людей) начали много пить или уже пристрастились к алкоголю, становятся активными членами групп самопомощи «Взрослые дети алкоголиков», опирающихся на философию 12 шагов. В дополнение к модели самопомощи используется индивидуальная, групп. и семейная терапия.

Психотерапия. Целью индивидуальной и групповой психотер., проводимой психотерапевтом консультантом, является помощь пациенту-клиенту в понимании своих чувств и мыслей.

Психодинамический подход к лечению злоупотребления алкоголем и А. исходит из того, что употребление алкоголя представляет собой лишь симптом более глубокой патологии, к-рая нуждается в специфическом лечении. Альтернативная модель исходит из предпосылки, что А. — это болезнь или нездоровье и что даже если человек бросил пить, необходимо определить и разрешить ряд проблем, к рые мешают ему быть счастливым и чувствовать себя комфортно.

Семейная терапия изучает отношения и паттерны коммуникации в семейной структуре. Осн.

предположение заключается в том, что любая семейная система характеризуется динамикой, к-рая дает возможность каждому члену семьи сыграть осн. роль в поддержании баланса в семье. Цель семейной терапии — идентификация этой системы отношений и взаимных соглашений, а тж использование вмешательств, приводящих к формированию эффективного и продуктивного семейного взаимодействия.

Главное понятие в семейной терапии — созависимость. Созависимость определялась и как первичная болезнь, и как болезнь каждого члена семьи, в к-рой есть алкоголик. Ее можно рассматривать как дисфункциональный образ жизни и решения проблем, сложившийся вследствие нерациональных правил функционирования семейной системы. Созависимым человеком м. б. один из тех, кто попадает в зависимость от межличностных отношений и фокусирует свою жизнь на аддиктивном члене семьи. Вот лишь нек-рые характеристики созависимых лиц: они а) не доверяют собственным ощущениям;

б) являются опекающими;

в) не сознают границ;

г) становятся необходимыми и д) становятся мучениками.

Детские терапевтические игровые группы призваны создать воспитывающую и поддерживающую среду для детей пьющих родителей. Эти группы обычно рассчитаны на детей от 2 до 11 лет. В программу включены мероприятия, определенным образом связанные с употреблением алкоголя и его злоупотреблением. Используемые материалы адаптированы к уровню развития детей.

Терапевтические семинары представляют собой краткосрочный, ограниченный по времени подход, сфокусированный на специфической проблематике. Темами встреч могут быть проведение выходных, планирование карьеры и решение проблем. К этому методу лечения тж применимы такие термины, как группы сензитивности и группы марафона.

Рекреационная терапия и трудотерапия — ориентированный на активность процесс, имеющий целью снижение внутреннего напряжения благодаря занятиям спортом или к.-л. деятельностью.

Трудотерапия обычно строится в соответствии с к.-л. конкретным рабочим проектом, предполагающим пр-во несложных изделий.

Поведенческая терапия подчеркивает две цели в отношении злоупотребления алкоголем и А.: а) отказ от излишнего употребления алкоголя как доминирующей реакции на стресс и иные аверсивные ситуации и б) формирование альтернативных адаптивных моделей совладающего поведения.

Поведенческие терапевты часто рассматривают злоупотребление алкоголем и А. в рамках теории соц.

научения. Поведенческие подходы включают: а) аверсивное обусловливание, меняющее эмоциональный тон восприятия стимулов алкоголизации с положительного на отрицательный путем выработки условных связей между принятием алкоголя и вызывающими дискомфорт или отвращение событиями;

б) оперантное обусловливание, изменяющее реакции пьющего и др. переменные, к-рые оказывали влияние на его поведение;

в) когнитивно-поведенческую терапию, помогающую людям когнитивно реструктурировать свои дезадаптивные мысли и т. о. избавиться от такого дисфункционального поведения, как злоупотребление алкоголем;

г) многомерные поведенческие подходы, фокусирующиеся на предпосылках и последствиях паттернов злоупотребления алкоголем.

Фармакотерапия предлагает препараты, специфически ориентированные на лечение А. — дисульфирам (антабус) и цианамид (темпосил). Употребление алкоголя при наличии этих препаратов в организме вызывает такие аверсивные реакции, как гиперемию лица, тошноту, тахикардию и головокружение. Эти реакции не являются опасными для жизни. Есть разные способы применения таких средств, одним из к-рых является получение препарата при встречах с «помогающим лицом» — обычно консультантом, имеющим доверительные отношения с пациентом. Наиболее деструктивным способом использования этих лекарств яв-ся их применение в качестве меры наказания, под прикрытием «необходимости установления границ». Этот терапевтический подход не показан лицам с низким уровнем контроля побуждений и интеллекта. В лечении А. использовались тж такие средства, как малые транквилизаторы, литий и тиоридазин. Они рассматриваются или как первичные терапевтические агенты, или, чаще, как составная часть более широкого плана лечения.

Медикаментозное лечение больных А. имеет целью стабилизацию их физ. самочувствия.

См. также Аддиктивный процесс, Поведенческая терапия, Группы психологической коррекции, Лечение наркомании, Службы системы здравоохранения, Терапия в однородных группах, Оценка программ, Самоконтроль С. С. Кардан Лечение наркомании (drug users' treatment) Программы реабилитации лиц, употребляющих запрещенные психоактивные вещества, проводятся в США в различных учреждениях. Консультирование наркоманов обеспечивается такими органами штатов, как Отделение психич. здоровья, Отделение производственной реабилитации или Отделение реабилитации преступников. Кроме того, мн. федеральные и частные программы предлагают терапию наркомании. Лечение проводится в форме индивидуального и профессионального консультирования, групповой и семейной терапии. Кроме того, терапевтические сообщества предоставляют интенсивное, хотя и часто подвергающееся критике, лечение.

Индивидуальное консультирование. Наркоманы часто хотят получить индивидуальную консультацию, особенно когда теряют доступ к запрещенным психоактивным веществам. Пейдж и Сэндерс в своей работе «Некоторые характеристики заключенных наркоманок и рекомендации по их реабилитации» (Some characteristics of imprisoned, female drug abusers and implications for rehabilitation) указывают на то, что почти половина наркоманок сообщали о своем желании получить конфиденциальные консультации для обсуждения таких вопросов, как их отношения с мужьями и детьми, о том, как им перестать употреблять наркотики, и т. п. К сожалению, во мн. учреждениях нек рые факторы компрометируют качество предоставляемого наркоманам индивидуального консультирования. Консультанты, работающие в системе правоохранительных органов, вынуждены идти на этические компромиссы, пытаясь быть для клиента одновременно консультантом и авторитарной фигурой.

Профессиональное консультирование. Личное и профессиональное консультирование наркоманов не следует рассматривать как отдельные категории психол. консультирования или терапии.

Личные проблемы у мн. наркоманов мешают им преуспеть в профессиональном плане, а нетрудоустроенность усугубляет их личные проблемы.

Мн. наркоманы работают лишь в сфере неквалифицированного труда и имеют нестабильную производственную биографию. Пейдж и Сэндерс сообщают, что около половины наркоманок, обследованных в женской тюрьме, не имеют среднего или среднего специального образования. Эти женщины сохраняли достаточно высокие профессиональные притязания, хотя большинство из них работали только в сфере неквалифицированного труда. Профессиональное консультирование и профессиональная подготовка являются компонентом лечебных программ, в получении к-рых нуждаются мн. наркоманы.

Групповая терапия. Групп. терапия яв-ся одной из главных форм лечения наркомании, т. к. для наркоманов важным яв-ся общение с людьми с такими же проблемами. У мн. наркоманов были проблемные психотравматические отношения в семье, из-за к-рых они рано покидали родительский дом и становились членами наркотической субкультуры. Наркоманы в этой субкультуре часто оказывают огромное влияние на мысли и чувства друг друга. Групп. терапия имеет целью создание атмосферы поддержки, в к-рой больные могли бы помочь друг другу измениться в положительную сторону.

Мн. сторонники групп. терапии для наркоманов рекомендуют использование высокоструктурированных групп с директивным стилем управления. У. Глассер подчеркивает, что работа в терапевтических группах с правонарушителями должна сосредоточиться на том, какое поведение сделало их несчастными. Глассер полагает, что консультанты должны обращать главное внимание на поведение, а не на эмоции правонарушителей, чтобы помочь им научиться ответственному и эффективному поведению. Л. Яблонски приветствует использование групп системы Синанон для коррекции соц. безответственного поведения наркоманов. Группы Синанон используют приемы интенсивной конфронтации как средство заставить членов группы изменить антисоциальное поведение и стать конформными относительно поведения соц. ответственной референтной группы. Группы Синанон обычно проводятся в учреждениях, где персонал в состоянии в достаточной степени контролировать повседневную жизнь участников.

В работе с наркоманами использовались и др. типы групп. терапии. Клиентов в этих группах стимулируют к свободному обсуждению разнообразных тем. Больных здесь считают способными найти решение своих личных проблем и проблем во взаимоотношениях с окружающими. По данным исслед., неструктурированная терапия в марафон-группах может оказать положительное воздействие на установки наркоманов.

Семейная терапия. В литературе много писалось о семейных отношениях наркоманов, в особенности употребляющих опиаты. Поскольку мн. наркоманы подвергались неблагоприятному обращению в детстве, необходимо использование методов семейной терапии для того, чтобы помочь им разобраться с противоречивыми чувствами, испытываемыми к своим семьям, или чтобы улучшить их функционирование в семье.

В литературе немного данных о семейной терапии с наркоманами. Пейдж и Пауэлл рекомендуют использование предварительного индивидуального и/или группового консультирования, чтобы помочь наркоманам преодолеть враждебное отношение, к-рое они испытывают к членам своей семьи, прежде чем приглашать их для участия в семейном консультировании. Стэнтон и Тодд рекомендуют избегать оценочных суждений в семейной терапии с наркоманами.

Терапевтические сообщества. Терапевтические сообщества представляют собой программы стационарного лечения, имеющие целью помочь больным решить свои личные проблемы и научить их формировать и поддерживать межличностные отношения, характеризующиеся личной ответственностью и взаимной заботой. Это — разновидность терапии средой, в к-рой все, что происходит в жизни больных, обсуждается в группах.

Мн. программы терапевтического сообщества для наркоманов в США взяли себе за образец систему Дом Синанона. Яблонски утверждает, что Синанон яв-ся эффективной программой лечения наркоманов, поскольку при этом удается тотально контролировать их повседневную жизнь. Дидерих рекомендует использование техники промывания мозгов для изменения модуса мышления и поведения наркоманов. Последующие исслед. противоречат прежним сообщениям Дидериха, свидетельствуя о том, что большинство больных, прошедших лечение в Синаноне, возвращаются к употреблению наркотиков или алкоголя или погибают, вернувшись в об-во.

Совершенно иной подход к терапевтическому сообществу был сформулирован М. Джоунзом.

Джоунз считает, что соц. научение в терапевтических сообществах происходит, когда стационарные больные начинают решать свои проблемы на опыте того, что происходит с др. больными. Разрешая конфликты с др. больными и персоналом, они учатся избегать подобных конфликтов в будущем, меняя стиль своих межличностных отношений. Мед. персонал, работающий в этом типе сообщества, несет ответственность за формирование адекватных взаимоотношений между больными и за создание неавторитарной, пермиссивной групповой атмосферы.

См. также Консультирование, Фармакологические формы аддикции, Реабилитация при наркоманиях, Героиновая наркомания, Злоупотребление психоактивными веществами Р. К. Пейдж Лечение нарушений сна (sleep treatment) Специализированная область Л. н. с. включает применение фармакологии, психотер., психопедагогических методов и электро-сна. Вероятно, наиболее часто встречающимся Н. с. является бессонница. Страдающий бессонницей человек испытывает трудности в том, чтобы заснуть и/или сохранять сон и т. о. не получает его в достаточном количестве. Тяжесть расстройства может быть различной. У больных бессонницей повышен показатель по шкале депрессии MMPI. Чаще расстройство наблюдается у лиц среднего возраста и женского пола. При психофармакологическом лечении используются снотворные препараты и нейролептики. Среди психотерапевтических подходов активное и прямое вмешательство дает лучший эффект, чем психодинамическое.

Нарколепсия и гиперсомния относятся к состояниям чрезмерной продолжительности сна. При обоих расстройствах показано использование антидепрессантов и определенных типов диеты.

Психотер. может тж принести известный эффект, т. к. установлена связь приступов нарколепсии с воздействием стрессоров.

Бруксизм — скрипение зубами во сне — может приводить к повреждению зубных тканей. Он чаще наблюдается у женщин, может быть реакцией на стресс повседневной жизни и связан со второй фазой сна. В лечении используется гипноз, электромиографическая биолог. обратная связь и различные поведенческие вмешательства. Лекарственное лечение носит вспомогательный характер;

главный акцент делается на использовании миорелаксантов.

Апноэ во время сна является потенциально опасным расстройством дыхания, при к-ром происходит закупорка верхних дыхательных путей. Оно часто связано с потерей тонуса глоточной мускулатуры, сопровождаемой тенденцией к западению языка. Наиболее выраженные случаи происходят во время REM-фазы сна (фазы быстрых движений глазных яблок). В лечении используются фармакологические и механические методы, предназначенные для регулирования потребления кислорода.

Уэбб и Картрайт составили целый класс нарушений сна, связанных с детским возрастом и макс.

проявляющихся на определенных этапах развития. К ним относятся снохождение, ночные страхи (night terrors), ночные кошмары (nightmares) и энурез. Эти расстройства обычно проходят с возрастом, но в нек-рых случаях могут наблюдаться и у взрослого человека. При значительной тяжести расстройства используются препараты, подавляющие 4-ю фазу сна. Поддерживающая терапия может помочь ребенку, страдающему энурезом, а тж его родителям. Методы Л. н. с. пользуются тж успехом как вспомогательные при терапии психич. и неврологических расстройств, внутренних болезней и др.

патологических состояний.

См. также Нарушения сна В. Карл, Дж. Биндер Лечение ожирения (obesity treatments) Ожирение — наличие избыточной жировой ткани — представляет собой проблему для миллионов людей. В США, напр., по данным страховой компании Метрополитен Лайф, ожирением страдают 30% мужчин и 40% женщин в возрасте от 19 до 40 лет. Проблема не ограничивается США — во мн. промышленно развитых странах во всем мире такие же статистические данные.

Поскольку ожирение вызывает мн. соматические, психол. и соц. проблемы, оно является мишенью интенсивных терапевтических усилий. Попытки решить эту проблему включают режимы питания, операции гастрального шунтирования, окклюзию рта, фармакологические вмешательства и программы физ. упражнений. Все эти подходы либо имеют ограниченную эффективность, либо используются для лечения в высшей степени избирательных групп населения. Важный вклад психологии в понимание и лечение этого резидентного состояния сделали два теорет. направления:

психоан. и модификация поведения.

Психоан. внес существенный вклад в совр. понимание роли психол. факторов, связанных с ожирением. Одной из первых была Хильде Брух, проводившая клинические наблюдения детей с избыточным весом. Классический психоан. понимает этот состояние как результат дисфункций, появляющихся на оральной стадии развития.

Глюкман указывает на то, что неадекватное пищевое поведение может иметь свой источник в посторальной фазе развития. Он подчеркивает сложность этой проблемы и ограниченность чисто психоаналитической теории. Психоаналитическое Л. о. является, вообще говоря, непрямым, т. е.

актуальный симптом ожирения как таковой не яв-ся непосредственной мишенью терапии. Вместо этого внимание уделяется психол. конфликтам, лежащим в основе этого симптома. Когда эти конфликты смогут быть поняты и разрешены, будут сняты трудности клиента, связанные с перееданием и избыточным весом.

Мало известно о клиническом применении психоан. в Л. о., о его методах, рез-тах и распространенности. Рэнд и Станкард считают психоан. эффективным непрямым методом Л. о. По их данным, клиенты, получившие это лечение, сообщали о снижении ощущения уродливости своего тела.

Интересно, что не было обнаружено никакой связи между улучшением образа тела и потерей веса.

Дальнейшие исслед. могут помочь определить, являются ли эти рез-ты воспроизводимыми, а тж внести большую ясность в вопрос об общей эффективности этого метода.

Модификация поведения Модификация поведения стала использоваться в Л. о. относительно недавно. Теорет. основы метода заложили Фёрстер, Нюрнбергер и Левитт. Стюарт, используя идеи Фёрстера и его коллег, получил следующие результаты: у восьми амбулаторных пациентов в течение одного года наблюдалось снижение веса в среднем на 17 кг — неслыханный до того времени рез-тат использования психол.

подходов. Феноменальный успех Стюарта дал толчок к быстрому распространению модификации поведения как метода контроля веса. Это — наиболее широко применяемый метод лечения легкой до умеренной степени ожирения.

Контроль стимулов, регулирование питания, ситуационное управление и самомониторинг в силу своей эффективности представляют собой «ядро» поведенческих методик контроля веса. Однако недавние исслед. показывают, что эффективность этих компонентов поведенческой терапии, возможно, ограниченна и они не всегда приводят к необходимому снижению веса.

Конечной целью любой терапии ожирения является существенное снижение веса с последующим сохранением его уровня. Модификация поведения не оказалась достаточно успешной в достижении обеих этих целей, поэтому исследователи продолжили поиск более успешной «формулы» терапии.

Достигнутый за последние годы прогресс в поведенческой терапии ожирения обусловлен прежде всего растущим пониманием сложности этой проблемы. Ожирение — многоаспектная проблема, здесь действуют психол., соматические, соц. и культурные этиологические факторы. Поведенческие терапевты начали признавать сложность этой проблемы и пытаются сделать базисный подход модификации поведения для контроля веса более дифференцированным. Исслед. эффективности направлены на изучение влияния отдельных компонентов лечения — использования низкокалорийной диеты, соц. поддержки, фармакотерапии, стратегий профилактики рецидивов, физ. упражнений и когнитивных вмешательств.

Заключение Психоан. и модификация поведения внесли большой вклад в понимание ожирения, но возможности обоих подходов в достижении и поддержании существенного снижения веса ограниченны.

Дальнейшее развитие Л. о. должно идти в направлении к мультидисциплинарному подходу, адекватному сложности проблемы.

Поскольку чрезвычайно трудно снизить вес во взрослом возрасте, больше внимания должно уделяться профилактике. Объектом таких профилактических усилий должны быть дети — контингент, к-рому уделялось недостаточно внимания в исслед. ожирения, несмотря на наличие объективных данных о том, что начало ожирения у взрослых во мн. случаях восходит к детскому возрасту.

Объединенные усилия, направленные на работу с детьми и их родителями, могут предотвратить возникновение проблем, связанных с ожирением, в более позднем периоде жизни. Необходимо тж содействовать формированию окружения, способствующего здоровому образу жизни. Рациональное питание, физ. упражнения и борьба со стрессом должны находить себе место в школах, на рабочих местах и в повседневной жизни. Тем самым мы сможем помочь людям как в поддержании нормального веса, так и их здоровья в целом. Психоаналитики и поведенческие психотерапевты могут играть важную роль в мультидисциплинарных бригадах, планирующих и выполняющих программы терапевтического вмешательства.

См. также Поведенческая терапия, Ожирение, Психоанализ Дж. Р. Форейт, А. Т. Кондо Либидо (libido) Теория Л. яв-ся одной из наиболее широких и спорных концепций психоан. Л. относится к половому биолог. инстинкту, влечению или психич. энергии. Метапсихология изменений и преобразований Л. во время прохождения ребенком стадий психосексуального развития (оральной, анальной, фаллической, латентной и генитальной) образовала ядро ранних психоан. теорий психологии развития, психопатологии и клинической практики.

Фрейд твердо верил в биолог. обусловленность Л. и возлагал большие надежды на его биолог.

трактовку, но все же расширил это понятие, включив в него наряду с базисными сексуальными аспектами жизни еще и чувственные аспекты. К.-Г. Юнг подверг критике теорию Л. Фрейда уже в г., утверждая, что сексуальность является лишь разновидностью более первичной, недифференцированной формы психич. энергии или жизненной силы. Д. Рапапорт заменил понятие Л.

понятием общей, неспецифической энергии побуждений, когда переплавлял традиционный, ориентированный на инстинкты и Оно психоан. в более широкую эго-психологию. Растущая озабоченность в связи с банкротством гидравлической и термодинамической моделей, а заодно и модели разрядки побуждения привела к устранению или ослаблению значения теории Л. во многих позднейших формулировках психоан. теории.

Если оставить в стороне споры о том, какую роль играет Л. в психоан. теории или любой другой теории поведения и патологии, то свою полезность сохраняют две неизменные области понятий, выведенных из теории Л., в особенности если учитывать и уважать метапсихологический характер последних. Одна область — это качественные свойства Л. (или любой инстинктуальной энергии), к-рые служат в качестве структуры, процесса и орг-ции так называемого драйва, или побуждения.

Вторая полезная область понятий, выведенных из теории Л., — понятия связанных с возрастным развитием прогрессивных изменений психосексуальности и объектных отношений. Либидинальная гратификация была поставлена в связь с чувственностью или активностью, сфокусированной на каждой из т. н. эрогенных зон тела, сменявших одна другую при прохождении стадий развития. Конкретные особенности характера и/или патологии связывались с успехами, неудачами и компромиссами на каждой ступени цепного процесса развития. Продвижение Л. от аутоэротизма (гратификация при посредстве собственного тела) к нарциссизму (любовь к самому себе) и объектной любви (гратификация через вовлеченность в отношения с другими людьми) служит дополнением последовательности психосексуального развития, добавляя еще одну важную генетическую линию, из к-рых в итоге формируется основа для психоан. диагностической классиф.

См. также Сексуальность человека, Психоанализ Д. Л. Вертлиб Лидерство и руководство (leadership and supervision) Лидеры управляют и менеджеры ведут за собой, но эти две роли не являются тождественными.

И лидеры (leaders), и руководители (supervisors) могут выполнять межличностные, информационные роли и роль принимающего решения, но руководители, сверх того, вовлечены в такие нелидерские виды деятельности, как проверка исполнения, планирование, исслед., координирование, оценивание, надзор, кадровое обеспечение, переговоры и представительство.

Умение быть лидером и устанавливать личные контакты с др. — одно из наиболее важных профессиональных требований, предъявляемых к менеджеру любого уровня. Умение налаживать взаимоотношения между членами коллектива считается для менеджеров среднего уровня гораздо более важным, чем технические умения. Самой важной отдельно взятой функцией руководителей первого (низового) звена яв-ся осуществление надзора и руководство подчиненными. Два фактора, действием к рых можно объяснить большую часть индивидуальных различий в поведении руководителей, были названы структурированием, полезным в планировании и орг-ции деятельности, и вниманием, характеризующим заботу о нуждах подчиненных.

Нематериальные активы лидерства просматриваются у менеджеров в той степени, в к-рой они отличаются от запрограммированных автоматов, принимающих решения. Ориентированные на действия, а не на тщательное обдумывание, менеджеры чаще опираются на здравый смысл и интуицию, нежели на формальный анализ, что чрезвычайно затрудняет наблюдение за их процессами принятия решений. Предпочитая межличностные коммуникации письменным документам, менеджеры тратят большую часть своего рабочего времени на телефонные переговоры или совещания, в к-рых особую ценность приобретают лидерские качества и межличностные умения.

Эффективное лидерство оказывается тесно связанным с руководством и управлением по неск.

факторным измерениям, выделенным Морсом и Вагнером. Множественный регрессионный анализ позволяет предположить, что в общем и целом большая часть результативных действий менеджеров связана с управлением организационной средой.

Инициативные, смелые, новаторские решения яркого лидера могут вступать в конфликт с требованиями к гарантированной надежности и неукоснительному соблюдению организационных правил и ограничений, выражаемыми эффективным администратором. Существует отчетливая потребность в ситуационном подходе к пониманию сравнительной ценности лидерских и нелидерских аспектов руководства и управления.

См. также Эффективность лидерства, Стили лидерства Б. М. Басс Лимбическая система (limbic system) Л. с. включает область перегородки (подмозолистую область коры и связанные с ней подкорковые ядра), поясную извилину, гиппокамп, миндалину, отделы гипоталамуса, прежде всего мамиллярные (сосцевидные) тела, переднее таламическое ядро, уздечку и отделы среднего мозга. Эти области мозга связаны между собой реципрокными отношениями благодаря многочисленным аксональным проводящим путям, включая свод, поясок, конечную полоску, мозговую полоску (зрительного бугра), мамиллярно-таламический тракт (mammillothalamic tract), медиальный продольный пучок и уздечко-межножковый тракт (habenulointerpeduncular tract).

Л. с. может считаться системой в силу важных анатомических связей ее структур друг с другом и с гипоталамусом, а вовсе не по причине обязательной однородности этих структур по своим функциям.

И действительно, лимбические структуры оказались связанными с множеством разнообразных функций. Напр., гиппокамп играет важную роль в формировании следов памяти у людей и у животных;

область перегородки, по всей видимости, участвует в формировании видотипичных эмоциональных реакций, а миндалина, вероятно, имеет отношение к выученным реакциям на аверсивные стимулы.

Поясная кора связана с субъективной оценкой боли у людей и с приобретением условных реакций избегания у животных. В добавление к перечисленным выше категориям поведения эти лимбические области, наряду с др. входящими в Л. с. структурами, участвуют в регулировании и коррекции мн. др.

поведенческих реакций. Кроме того, гиппокамп, ядра перегородки и миндалина могут влиять на высвобождение гормонов гипофиза. В качестве обобщения можно сказать, что лимбические структуры благодаря их связям друг с другом, а тж с неокортексом, гипоталамусом, эндокринной системой и автономной НС участвуют в управлении мнемическими, эмоциональными и мотивационными процессами.

См. также Головной мозг, Центральная нервная система М. Л. Вудрафф Литература и психология (literature and psychology) Возникновение психологии как самостоятельной дисциплины в конце XIX в. выдвинуло на передний план связь этой новой науки с классическими языками и классической литературой. Две великие фигуры того времени, У. Джеймс и З. Фрейд, придавали важное значение этому вопросу. Оба получили подготовку в области медицины и физиол., однако считали себя психологами;

обоих привлекала философия, и оба добились популярности как писатели. Двойственность У. Джеймса отразилась в его младшем брате Генри, чья репутация как писателя основывалась гл. обр. на его психол.

глубине и проницательности.

Судьба распорядилась так, что Фрейд смог встретиться с Джеймсом во время своего единственного приезда в Америку в 1909 г. Создавая и развивая психоан., он постоянно осознавал, что гуманит. науки играют важную роль в его мышлении, и негативно расценивал отсутствие соотв. курсов в программах мед. образования, особенно при подготовке тех, кто собирается стать психоаналитиком.

Краеугольным камнем его клинической теории стал эдипов комплекс, на формулировку к-рого повлияли не только его клинические наблюдения и самоанализ, но и знакомство с трагедией Софокла, к-рую он перевел еще в юности. Среди целого ряда писателей, оказавших на него значительное влияние, были Шекспир, чьи книги он прочел на английском в юности, Гёте, к-рого он любил цитировать, и Достоевский, чьей психол. проницательностью он так восхищался. Фрейд создал не просто теорию челов. души, но произведения высокого литературного достоинства. Он писал психол.

работы как литературные произведения (ЛП), художественный уровень к-рых с тех пор никем так и не был превзойден.

Чел. — «говорящее животное», и Фрейд понимал, что любая исчерпывающая теория челов.

поведения должна считаться с этим простым и очевидным фактом. Фрейд использовал анализ языка в качестве фундамента, на к-ром он воздвиг свою теорет. доктрину. Предпринятый Фрейдом анализ сновидений обеспечил его осн. понятиями, касающимися функционирования челов. желаний и когнитивных процессов. Понятия с лингв. референтами характеризуют его анализ работы сновидения, включая понятия цензуры, сгущения, смещения, вторичной обработки и символизации.

Значение, к-рое Фрейд придавал языку, отразилось во всех областях его учения. Он начал с анализа оговорок и др. форм речевого парапраксиса. Аналогично, он раздумывал над тем, почему остроты и шутки являются формами речи, к-рые выявляют сложную работу ума. В итоге Фрейд разраб.

«лечение беседой» (talking cure), процедуру психоаналитической терапии, в к-рой в качестве средства облегчения невротического страдания используется разговор двоих людей.

Интерес к трансформационным процессам обеспечивает фундаментальную основу для встречи психологии и литературы. Мы истолковываем литературу и истолковываем сны, и это означает, что герменевтика, или учение о процессе истолкования, имеет центральное значение для психологии и литературы. Фрейд занимался анализом этих трансформационных процессов в своей теории не только в когнитивном плане — в виде разграничений бессознательного и сознательного, первичного и вторичного процесса, вытесненного и возврата вытесненного, явного и скрытого содержания сновидений, — но и в плане трансформации или коловратности инстинктов, как в случае перехода любви в ненависть.

Этот трансформационный или двуязычный характер психоанализа согласуется с целым рядом совр. подходов к языку, включая структуралистский подход французского психоаналитика Жака Лакана и деконструктивистский подход Жака Дерриды. Однако именно в трансформационно-генеративной теории языка мы обнаруживаем удивительные совпадения с характером фрейдовского мышления.

Параллель между Фрейдом и Хомским была развита М. Эдельсоном, к-рый обратил внимание на то, что оба автора постулировали существование глубинных структур, образующих основу поверхностных структур, а тж подчеркивали важность трансформационных операций, посредством к-рых язык глубинной структуры репрезентируется в языке поверхностной структуры. В полном соответствии с фундаментальным фрейдовским разграничением первичного и вторичного процесса мышления Фодор допускает существование личного языка, к-рый яв-ся предшественником публичного языка. Развивая идею Хомского о «языке и бессознательном знании», он утверждает, что для овладения родным языком мы должны обладать др., личным языком. Фодор выдвигает предположение о существовании «словаря» кодов, при помощи к-рых личный язык трансформируется в публичный язык.

Литература конца XIX—нач. XX вв., представленная произведениями Пруста и Джойса, служит наглядной ил. становления интереса к различным уровням языка. Романы Джойса можно рассматривать в контексте поступательного движения от публичного языка сознания к все большей опоре на личный (тайный) язык бессознательного. Это выглядит так, как если бы Джойс стремился писать на том личном языке, к-рый образует нижний слой всех ЛП. Между тем именно поэзия наиболее непосредственно выражает процесс трансформации личного языка в публичный язык. Язык поэта обеспечивает связку первичных и вторичных процессов и фокусируется на переходе от одних к др. В начале этого столетия Ф. Прескотт указал на наличие параллели между такими поэтическими тропами и процессом работы сновидений, описанным Фрейдом, — параллели, впоследствии развитой психоаналитиком Э. Ф.

Шарпом. Т. о., интересы психоан., литературы и лингвистики пересекаются на трансформационных операциях, в рез-те чего центральное значение приобретает проблема истолкования текста, или герменевтика.

Поскольку психоаналитические интерпретации ЛП изначально концентрировались вокруг важнейших тем психич. развития, разраб. Фрейдом, в них присутствовал неослабевающий интерес к оральному, анальному и фаллическим аспектам ЛП, часто с преобладающим акцентом на периоде развития эдипова комплекса. С развитием в рамках психоан. эго-психологии психоаналитическая литературная критика обратилась к подчеркиванию роли более адаптивных, синтезирующих аспектов литературной продуктивности. Этот новый акцент эго-психологии заключался в интерпретации литературных усилий как позитивного, совладающего поведения, в к-ром регрессия оказывается намеренным и контролируемым процессом, поскольку в противном случае фантазия, происходящая из первичного процесса, приобрела бы слишком личный характер и препятствовала художественному общению с читателем. Работы Эриксона поставили психоаналитические интерпретации ЛП на более прочную основу подчеркиванием цементирующей, интегрирующей роли эго-идентичности писателя, с одной стороны, и его места в контексте соц., культурных и ист. процессов — с др.

В конце своей жизни Фрейд все чаще обращался к проблемам доэдипова периода развития, когда он проводил различие между психол. развитием ребенка мужского и женского пола, и совр.

феминистская литературная критика обнаруживает движение в этом направлении. Фрейд утверждал, что доэдиповы отношения с матерью имеют большее значение для развития ребенка женского пола, чем эдипов период. Такая формулировка яв-ся центральной в феминистском подходе к проблемам формирования женской идентичности. Повышенный интерес женщин-критиков, проявляющийся в этом вопросе формирования женской идентичности, по отношению к писательству служит одним из примеров обоюдного вклада литературы и психологии в их взаимное развитие.

Используя парадигму, центральным пунктом к-рой яв-ся эдиповы проблемы, литературный критик Хэролд Блум смело вторгается в область психоаналитических понятий, пытаясь развить теорию литературы. Блум выделяет риторические тропы в поэзии как проявления механизмов защиты. В более широком аспекте Блум развивает тезис о том, что подавление как защитный механизм играет важную роль в характере отношения писателей к своим литературным предшественникам. Механизм подавления функционирует, принуждая писателей к неверному прочтению своих знаменитых предшественников или же искажая их влияние.

Поскольку тезис Блума подразумевает, что всякое прочтение предшествующих текстов является неправильным истолкованием этих текстов, это поднимает важную проблему о психол. основах реакции читателя на ЛП. Осн. теоретиком данного вопроса был Н. Н. Холланд. Очевидно, что каждый читатель текста подходит к этому тексту с некой интерпретативной схемой, к-рая отражает его личность.

Др. многообещающий подход состоит в рассмотрении различных подходов к анализу одного и того же текста группы литературных критиков в попытке выявить универсальные интерпретативные структуры, не зависящие от индивидуального истолкования текста каждым критиком. Такие метаанализы истолкований ЛП характеризуются важными чертами сходства с существующей в клинической психологии потребностью в идентификации общих элементов и структур в интерпретативных диагностических и психотерапевтических усилиях врачей.

Структуралистский подход отвергает представление о том, что тексты существуют для того, чтобы их истолковывать, или что они содержат в себе истину или смысл. Структуралисты заняты поиском систематической «научной» конструкции, к-рая бы позволила им свести тексты к набору базовых семиотических категорий, с тем чтобы устранить как таковой опыт читателя. Текст «читает» себя сам.

Лакан, находящийся под влиянием структурной лингвистики Соссюра и структурной антропологии Леви-Стросса, выдвигает в качестве центрального принципа идею, что бессознательное структурировано подобно языку. Лакан отвергает американскую психоаналитическую эго-психологию с ее акцентом на адаптивных, синтезирующих и интегративных аспектах эго в литературном творчестве. В противоположность этому Лакан подчеркивает отчужденную инаковость (otherness) эго и себя, к-рую он считал центральной для фрейдовских понятий нарциссизма и идентификации. Младенец сперва начинает развивать свое отчужденное «Я» — Лакан наз. это «зеркальной стадией» развития, имея в виду, что мать как зеркало служит для младенца опорным планом себя как др. Идея Лакана о зеркальной стадии позволяет вновь ввести понятие имаго (imago) в литературный анализ и обеспечивает связь между психоаналитическими концепциями и понятием архетипа у Юнга.

Деконструктивистская программа испытала на себе сильное влияние Хайдеггера, Фрейда и Лакана. В еще большей степени, чем Лакан, Деррида стремится определить текст не только как присутствие, но и отсутствие, с тем чтобы в конечном итоге уничтожить сам текст. Текст Фрейда или любого писателя стирается, разбирается или разрушается, с тем чтобы его можно было реконструировать или переписать так, чтобы показать текст, к-рый ему «неизвестен». Конечным рез том критического анализа Дерриды является представление текстов, фрейдовских или же др., допускающими различные истолкования, неокончательными, никогда до конца не понятыми, никогда до конца не сконструированными или не разобранными. Как и в последнем комментарии Фрейда к психоаналитической терапии, текст становится одновременно допускающим прекращение и не допускающим его.

Чему может научиться психолог, читая художественную литературу? Вероятно, наиболее психологически проницательным из поэтов был Уильям Блейк, чьи поразительно тонкие и глубокие проникновения в челов. душу еще только ожидают своего адекватного осознания и исслед. Не только его идеи, предвосхитившие концепции Фрейда и Юнга, но и вся совокупность его работ, как литературных, так и эстетических, тж требует интерпретации в его собственных психол. терминах, что могло бы способствовать разраб. важных представлений в отношении челов. личности.

Романтический поворот к «Я» сильно выражен у Вордсворта, чьи поэтические тексты содержат, пожалуй, наиболее яркие рекапитуляции раннего детского опыта, включая младенчество. Сложные идеи Кольриджа перекликаются со мн. совр. психол. проблемами, включая его представления касательно воображения и фантазии. Вклады Китса в психол. понимание в целом подверглись большему осмыслению, в т. ч. его акцент на идентичности как ключевом факторе формирования личности и его идеи о процессе творчества, включая отрицательную одаренность, его оксюморон для процесса, благодаря к-рому художник слова добирается до вопросов, занимающих центральное место в теории сновидений Фрейда.

Психология в своем стремлении к систематическому пониманию челов. личности нуждается в том, чтобы литература постоянно напоминала ей о том, где ее концепциям не хватает той глубины, сложности и богатства, к-рые характеризуют чел.

Дж. Байри Личное пространство (personal space) Каждый чел. формирует «буферную зону тела», наз. Л. п.;

под этим подразумевается область, имеющая невидимую и мобильную границу, через к-рую др. люди обычно не могут проникнуть, не вызвав при этом психол. дискомфорта.

Воспринимаемые вторжения в Л. п. приводят к целому ряду проявлений дискомфорта на уровне поведения и аттитюдов индивидуума. Одна из наиболее очевидных реакций — простое отодвигание от навязчивого чел., и этот эффект был продемонстрирован во мн. исслед. В др. исслед. было обнаружено, что субъекты сообщают о переживании ими гораздо большего стресса и гораздо меньшей приязни по отношению к вторгающемуся лицу в ходе эксперим. проверки условий, связанных с нарушением культурно обусловленных межличностных дистанций. Пол нарушителя в сравнении с полом самого субъекта играет важную и сложную роль в этих реакциях.

Исследователи использовали неск. методик для измерения размеров Л. п. Предпочитаемая межличностная дистанция может измеряться при помощи следующих методов: а) незаметное наблюдение за людьми в естественном окружении;

б) предоставление субъекту возможности указывать, когда приближающийся чел. должен остановиться;

в) предоставление субъекту свободы выбора в том, где ему сесть или встать при включении в ту или иную соц. ситуацию;

г) использование абстрактных процедур, в ходе к-рых субъект указывает, насколько далеко от гипотетических лиц он бы сел или встал, размещая на столе куклы или отмечая это место на листе бумаги. Исслед., измеряющие предпочитаемую дистанцию, показали, что размеры Л. п. не являются постоянными, а варьируют в зависимости от следующих факторов:

Внешние условия. В небольших помещениях или в углу помещения люди сохраняют большие межличностные дистанции, чем когда они находятся в больших помещениях или в центре помещения.

Сходство с нарушителем Л. п. и симпатия к нему. Несмотря на нек-рые противоречивые данные, большинство исслед. все же указывают на то, что люди устанавливают меньшие межличностные дистанции с теми, кто им нравится и кого они воспринимают как имеющего сходные атттитюды.

Возраст. исслед. по формированию Л. п. в целом показали, что у детей школьного возраста межличностная дистанция увеличивается примерно до 12 лет, когда она достигает дистанции взрослых людей. Дети-дошкольники обнаруживают предпочтения и вариации в Л. п. уже в 2-летнем возрасте.

Жизненный опыт. Отмечаются различия в Л. п. у людей, принадлежащих к различным культурам, и это, вероятно, отражает важную роль жизненного опыта.

См. также Теснота, Интеракционизм, Территориальность Э. П. Серафино Личностные опросники, разработанные на основе факторного анализа (Factor-analyzed personality questionnaires) По сравнению с носившими субъективный характер психоаналитическими описаниями структуры личности, к-рые преобладали в теории личности на всем протяжении 1930-х гг., психометрически ориентированные психологи восприняли факторный анализ как способ внесения мат.

точности в задачу картирования области личностных черт. Однако факторно-аналитический подход к изучению личности не оправдал в полной мере возлагаемых на него надежд. Остается много неразрешенных вопросов в области измерения личности, и до сих пор не преодолена зияющая пропасть между точностью вычислительных процедур и недостаточной объективностью методов факторного анализа, нередко приводящей к ложным выводам.

Несмотря на эти проблемы, сторонниками применения факторного анализа в психологии был сделан значительный вклад как в описание таксономии черт личности, так и в разработку и усовершенствование факторных личностных опросников. Р. Б. Кэттелл, Дж. П. Гилфорд и Г. Ю. Айзенк на протяжении многих лет сохраняли за собой положение первопроходцев в области исслед. личности с использованием различных техник факторного анализа. Ряд методологических достижений в их поздних работах можно отнести на счет появления более совершенных методов факторного анализа и психометрических методик, равно как и более мощных компьютеров, которые были недоступны на ранних — основных — этапах их изысканий.

См. также Факторный анализ С. Б. Селлс Личностные шкалы Комрея (Comrey personality scales) Л. ш. К. разрабатывались для измерения осн. характеристик личности с акцентом на нормальные — в противоположность патологическим — черты: доверие — оборонительность;

склонность к порядку — недостаток обязательности;

соц. конформность — непокорность;

активность — недостаток энергии;

эмоциональная стабильность — нейротизм;

экстраверсия — интроверсия;

маскулинность — феминность;

эмпатия — эгоцентризм.

К др. измерительным инструментам, разработанным Комреем в качестве автора или соавтора, относятся Шкалы мотивации достижения (Achievement Motivation Scales), Шкала тревожности Костелло — Комрея (Costello-Comrey Anxiety Scale), Шкала депрессии Костелло — Комрея (Costello — Comrey Depression Scale) и 216-пунктовая личностная шкала с 35 переменными, включающими нейротизм, зависимость, компульсивность, дружелюбие и враждебность. В ее состав также входит шкала «искренности» для оценки готовности респондентов сообщать о себе правдивые сведения.

См. также Измерение, Психометрика О. Джонсон Личность и болезнь (personality and illness) В начале XX в. главные причины смерти людей в США прямо или косвенно связывались с инфекционными заболеваниями. Однако сегодня главными причинами смертности яв-ся дегенеративные заболевания, большинство из к-рых связаны с психол. факторами и поведенческими проблемами, такими как злоупотребление алкоголем и наркотиками, малоподвижный образ жизни и переедание. Инфекционные заболевания вызываются контактом с вирусами или бактериями, тогда как дегенеративные болезни возникают в рез-те чрезмерного изнашивания систем организма.

Люди обладают генетической предрасположенностью к определенным дегенеративным заболеваниям. Нек-рые виды болезней могут передаваться в семьях от поколения к поколению, вероятно, вследствие общего генофонда их членов. Большинство исследователей сходятся в том, что существующих свидетельств вполне достаточно для признания роли генетических факторов в развитии таких заболеваний, как коронарная сердечная недостаточность, гипертония, сахарный диабет и мигрени.

Понятие стресса. Совокупное воздействие требований жизни, черт личности и эмоций чел.

вызывает стресс, к-рый может приводить к развитию болезни. Г. Селье определял стресс как неспецифическую реакцию организма на предъявляемые к нему требования. Он особо подчеркивал, что происхождение требований не имеет значения. В основе требования могут лежать определенные жизненные события, соц. отношения или внутренние события, такие как мысли и эмоции. Все требования, независимо от своего источника, мобилизуют определенные нервные или гормональные структуры, постоянная и интенсивная эксплуатация к-рых может приводить к дегенеративному заболеванию. Важную роль в стрессовой мобилизации играют симпатическая НС и эндокринные гормоны, такие как кортизол, кортизон, адреналин и норадреналин. В малых дозах стресс действует как тонизирующее средство, придавая жизни яркость и насыщенность, однако в больших дозах он влечет за собой перегрузку и износ одной системы за др.

Жизненные события. Давно признавалось, что определенные категории жизненных событий — такие как развод, супружество, беременность, перемены в условиях жизни, изменения в карьере, смена типа работы и уход на пенсию — имеют связь с потерей здоровья. Еще в 1897 г. сэр Уильям Ослер в «Лекциях о грудной жабе и родственных состояниях» (Lectures on angina pectoris and allied states) писал: «Я полагаю, что интенсивное напряжение, в котором живет чел., и привычка работать на износ, как машина, в значительно большей степени ответственны (за дегенерацию артерий), нежели излишества в питании и в употреблении алкоголя». А. Мейер исследовал связь между важными жизненными требованиями и развивающейся болезнью посредством тщательного картирования перемен в жизни, предшествовавших заболеванию. В издании «Достижения в медицинских и биологических исследованиях» (Contributions to medical and biological research), опубликованном в г., он рассказал о том, как он кропотливо регистрировал жизненные ситуации своих пациентов и их эмоциональные реакции на них. Вскоре обнаружилось, что в неожиданно большом числе случаев скопление этих трудных ситуаций имело следствием нарушение здоровья. За пионерской работой Мейера последовал целый ряд работ других исследователей, увлеченных той же идеей, завершившийся появлением «Описи недавнего опыта» (Schedule of recent experience), разработанной Т. Холмсом. Эта опись представляет собой вопросник, относящийся к классу стандартизованных самоотчетов и позволяющий получать информ. о конкретных событиях, происшедших в жизни опрашиваемого за последний период времени. Считается, что показатели по «Описи недавнего опыта» предсказывают в скором времени проблемы со здоровьем. М. Амундсен и ее коллеги ссылаются на многочисленные разведочные исслед., подтверждающие валидность этого инструмента, к-рый предназначен для измерения количества адаптационной энергии, требуемого скоплением жизненных событий независимо от их психол. значения для респондента.

Стиль жизни и личность. Причинная связь между Л. и. б. признавалась с незапамятных времен.

Цитата, приписываемая основателю медицины Гиппократу (около IV в. до н. э.) и древнему английскому врачу Перри из Бата звучит: «Важнее знать, какого рода человек имеет заболевание, чем какого рода заболевание имеет человек». В этой цитате подчеркивается значение личностных характеристик для начала, течения и исхода болезни. Тем не менее систематических попыток объяснить связь психол. факторов с болезнью не предпринималось вплоть до начала 1900-х гг. А. Адлер в «Исследовании неполноценности органов и ее психической компенсации» (Study of organ inferiority and its psychical compensation) писал о возникновении определенных личностных характеристик как рез-те усилий компенсировать физ. дефект. В этой и последующих публикациях и лекциях он развивал представление о том, что стиль жизни чел. — организованный набор устойчивых представлений о себе и мире — обусловливает появление и тяжесть некоторых физ. заболеваний или неспособностей.

Ослер в 1910 и Данбар в 1943 г. указали на связь сердечных приступов с определенным типом личности. Они обратили внимание на то, что у пациентов с инфарктом миокарда часто наблюдались агрессивные, напористые, ориентированные на работу аттитюды. М. Фридман и Р. Розенман в работе «Поведение А-типа и ваше сердце» (Туре A behavior and your heart) впоследствии описали характерный тип личности пациентов-сердечников. В своем «Исследовании западной объединенной группы» (Western Collaborative Group Study) они привели данные о том, что лица со свойствами А-типа — агрессивные, нацеленные на борьбу и преодоление и характеризующиеся высоким жизненным темпом — находятся в состоянии хронического возбуждения симпатической НС, при к-ром резко увеличивается выработка связанных с экстремальными ситуациями гормонов, таких как адреналин и кортизол. Поддержание высоких уровней этих «аварийных» гормонов связано с развитием атеросклероза, предваряющего многие формы сердечно-сосудистых заболеваний. Р. Лазарус особо отмечал критическую роль восприятия и когнитивной оценки в формировании хронических эмоциональных состояний. Т. о., люди, личность к-рых организована для защиты от угрозы, предрасположены к тревожной реактивности, к-рая может приводить к гиперактивности симпатической НС и тем самым приближать болезнь.

См. также А-тип личности, Поведенческая медицина, Психология здоровья, Язвенная болезнь, Темпераменты К. Б. Мэтини, Р. М. Керн Личные документы (personal documents) Активным сторонником использования личных документов в психологии являлся Г. Олпорт. В своей монографии 1942 г. он определил Л. д. как «любую запись личного содержания, в к-рой умышленно или непреднамеренно раскрываются сведения в отношении структуры, динамики и функционирования психич. жизни ее автора».

Олпорт выделял 6 форм таких документов: автобиографии, анкеты с открытыми вопросами, стенографические отчеты, дневники, письма и художественные и проективные документы. Он также привел следующий перечень осн. мотивов создания (намеренного) Л. д.: мотивировка своих поступков или самооправдание, эксгибиционизм, стремление к порядку, удовлетворение литературных наклонностей, выражение личных взглядов, катарсис, деньги, задание (assignment), содействие лечению, искупление, научный интерес, служение об-ву и желание обессмертить себя. Знание о таких мотивах позволяет исследователям не ограничиваться лишь одними представлениями здравого смысла в построении интерпретаций.

Олпорт предложил 6 критериев для оценки валидности конкретной интерпретации: ощущение внутренней уверенности, согласованность с имеющимися фактами, мысленное экспериментирование с целью оценить, яв-ся ли специфический фактор необходимым в интерпретации, прогностическая сила, соц. согласие (social agreement) и внутренняя согласованность.

См. также Биографические вопросники, Метод критических случаев, Опросники, Незаметные измерения Дж. Б. Кэмпбелл Лоботомия (lobotomy) Л. — специальный раздел психохирургии, при к-рой одна из долей мозга (лобная, теменная, височная или затылочная) иссекается или разъединяется с др. областями мозга. Префронтальная Л. — вид Л., предполагающий частичное удаление лобных долей.

В 1935 г. Э. Мониш на одной конференции услышал доклад о последствиях повреждения префронтальной зоны у шимпанзе. Хотя акцент в этом докладе ставился на трудностях научения, связанных с повреждением лобных долей, Мониша особенно заинтересовало, что одна обезьяна после операции стала более спокойной и послушной.

Вскоре после этой конференции Мониш и А. Лима впервые провели серию префронтальных операций на людях. В 1936 г. Мониш опубликовал рез-ты оперативного лечения 20 своих первых пациентов: 7 из них выздоровели, у 7 наступило улучшение, тогда как у 6 не наблюдалось никакой положительной динамики. После такого, мягко говоря не вполне благоприятного начала, Л. почему-то становится широко принятым методом лечения тяжелых психических больных.

Применение психохирургии и Л. достигло пика в конце 1940-х, а к середине 1950-х довольно быстро пошло на спад. Оценить рез-ты префронтальной Л. затруднительно. Операции проводились по практически несопоставимым методикам на пациентах с различными диагнозами. Наступило выздоровление или нет — часто решалось на основе такого прагматического критерия, как повышение управляемости пациента.

Для оценки состояния пациентов часто применялись стандартные тесты интеллекта, и обычно рез-ты не вскрывали к.-л. интеллектуальных недостатков. Однако часто сообщалось о более тонких изменениях, включая безынициативность, апатию, неспособность осуществлять целенаправленную деятельность, бестактность и повышенную отвлекаемость.

В дополнение к изменениям зон мозга, выбираемых нейрохирургами для удаления, изменились и методики разрушения мозговых структур. На ранних этапах психохирургии практически все операции выполнялись при помощи разнообразных режущих инструментов. С появлением стереотаксической хирургии участки мозга стали разрушать с помощью электрического тока, электромагнитных волн высокой частоты, замораживающих зондов (криохирургия), ультразвука, компрессии и высокой температуры.

Если коротко, то психохирургия — это попытка благотворно повлиять на изменение поведения психически больных при помощи нейрохирургии. Логическое обоснование конкретных операций оказалось довольно слабо связанным с нейропсихологическими исслед. животных. Л. приносила наибольшую пользу в тот период, когда еще не было эффективных фармакологических препаратов.

См. также Головной мозг, Психохирургия Б. М. Торн Логический позитивизм (logical positivism) Хотя Л. п. сравнительно быстро сошел с филос. сцены, он успел оказать такое влияние на психологию и смежные науки, последствия которого ощущаются не только сегодня, но, возможно, будут ощущаться и в будущем.

Основные идеи Л. п. сформировались в ходе проведения в 1920-х гг. семинаров группой философов и ученых, объединившихся под названием «Венский кружок». Они пытались опираться на фундамент, заложенный физиком Э. Махом, отстаивавшим новую философию естествознания, а фактически новую философию науки. Сам термин «Л. п.» был введен Г. Фейглем и Блумбергом в качестве итогового выражения полного множества развитых этим направлением концепций.

Л. п. возглавил крестовый поход против большинства влиятельных филос. школ, и в первую очередь против метафизики. Вскоре круг мишеней для критики расширился, включ. новую область — психологию, переживавшую в то время период быстрого роста. Главная цель этой критики была позитивной: изыскать способ объединения всех наук, опирающегося на эмпирические факты и четко определенный набор теорет. положений. Логические позитивисты убеждали своих коллег: «Мы никогда не придем к правильным ответам, если будем тратить большую часть своих усилий на неправильно сформулированные вопросы».

Принцип верификации стал, возможно, самым эффективным оружием в этой попытке ниспровергнуть распространенные псевдовопросы и псевдоутверждения. Айер так характеризует этот принцип: «Предполагается, что принцип верификации снабжает нас критерием для определения того, является ли предложение значимым (имеющим строгий смысл) или нет. Простой подход к формулированию такого критерия заключается в следующем: предложение имеет точный (буквальный) смысл тогда и только тогда, когда суждение, к-рое оно выражает, можно проверить либо аналитически, либо эмпирически». Важно отметить, что этот принцип приложим не к внешней действительности (на этот счет позитивисты имели свои сомнения), но к форме конструируемых нами предложений. Осн.

внимание было направлено на логическую структуру словесных (или мат./символических) формулировок. Что, напр., можно сказать о таком предложении: «Дождь или идет здесь, или нет»? Это конкретное предложение нельзя назвать «неверным» или «ложным»: именно невозможность доказать истинность или ложность этого предложения обнаруживает его бесполезность.

Реальные примеры из философии или из др. наук редко имеют такую простую форму, и требуется немало усилий, чтобы определить, имеешь ли дело с аутентичным утверждением (т. е. с таким, к-рое можно доказать или опровергнуть) или с замысловатым лингвистическим маскарадом.

Между сторонниками Л. п. не было единства во взглядах на то, какие именно утверждения можно считать удовлетворяющими критерию верифицируемости. Большинство из них придерживались умеренной т. зр., согласно к-рой утверждение аутентично, если его в принципе можно подтвердить.

Постепенно принцип верифицируемости трансформировался в понятие «проверяемости» или «подтверждаемости». Возможно, оригинальный принцип оказался чуть более успешным, чем этого хотелось бы, предъявляя такие требования, к-рым с трудом могли соответствовать даже формулировки точных наук.

На психологию Л. п. и аналитическая философия оказали большее влияние, чем принято думать.

Эти критические филос. доктрины, внимание к-рых было направлено на структуру вопросов и ответов, яв-сь наиболее популярными в то время, когда создатели совр. психологии начинали свою научную деятельность. В психологии начали множиться так называемые «микромодели»: узкие, замкнутые системы утверждений о высокоспецифичных явлениях, обычно связанных с ограниченным набором эмпирических процедур. Узнав о существовании множества отношений, в к-рых могут искажаться сложные утверждения, психологи утратили вкус к созданию крупномасштабных теорий. Область психолингв. продолжает опираться в своих исслед. и формулировках на сознание, поощряемое, отчасти, Л. п.

И последнее. Не следует смешивать Л. п. с более ранним филос. подходом, к-рый также использовал этот ключевой термин. О. Конт предложил всеобъемлющую систему под названием «позитивная философия». Это тоже был предвидящий, антиметафизический подход, продиктованный сильным беспокойством о будущем человечества в мире с тенденцией к росту индустриализации и раздробленности, но исторически он не имеет ничего общего с идеями членов Венского кружка.

См. также Эмпиризм Р. Кастенбаум Логотерапия (logotherapy) Л. можно определить как смысло-центрированную (от греч. logos — смысл) психотер.

Основателем ее является Виктор Э. Франкл. В основе подхода Франкла лежит мотивационная теория, в к-рой центральное значение уделяется тому, что Франкл называет «стремлением к смыслу» в отличие от «стремления к власти» и «стремления к удовольствию» (принципа удовольствия). Сегодня все больше пациентов жалуются на чувство бессмысленности существования;

в этой связи Франкл считает, что мн. проблемы и болезни в наше время вызваны этой неудачей в «поисках смысла». Рез-том такого положения дел яв-ся невротическая триада: депрессия, агрессия и аддикция. Логотерапевты представили эмпирическое подтверждение того, что в основе невротической триады лежит чувство бессмысленности существования.

Логотерапевты не предлагают и не «прописывают» смыслов. Целью Л. является описание процесса смысловосприятия (meaning perception) с помощью феноменологического анализа, чтобы т. о.

узнать, как нормальные люди приходят к смыслу и, следовательно, к чувству осуществления.

Дистиллятом такого анализа у Франкла яв-ся его «теория лого», в соответствии с к-рой смысл существованию могут придать деяние, творчество или прочувствование (experiencing) ч. л.

(произведений искусства, природы, культуры и т. д.). Л. тж предлагает специальную методику лечения обсессивно-компульсивных и фобических неврозов. Эта методика называется парадоксальной интенцией и заключается в том, что пациента побуждают делать или желать именно то, чего он боится.

Цель — нейтрализовать антиципаторную тревогу, играющую важную роль в механизмах обратной связи, к-рые вызывают и поддерживают невротическое состояние. Др. логотерапевтическая методика, называемая дерефлексией, предназначена для лечения таких сексуальных неврозов, как фригидность и импотенция.

См. также Экзистенциальная психотерапия, Психотерапия В. Э. Франкл Локализация звука (auditory localization) Под Л. з. понимается способность слушателя определять пространственное положение источника звука, учитывая направление и расстояние. Эта способность зависит гл. обр. от межушных различий звуковых входов, обусловленных положением головы относительно источника звука и расстоянием между ушами.

Признаки для определения направления В среднем у человека расстояние между ушами составляет примерно 0,75 фута (ок. 23 см). Т. к.

скорость звука в воздухе равна примерно 335 м/с, звук, исходящий из репродуктора, помещенного точно справа на уровне ушей испытуемого, достигает его правого уха на 0,7 мс быстрее, чем левого, и это позволяет ему локализовать источник звука как находящийся справа. Человек с нормальным слухом способен обнаруживать межушную разность времен величиной до 0,01 мс. Когда источник звука находится точно перед слушателем, над ним или за ним, межушная разность времен равна 0 и потому для получения информ., позволяющей локализовать источник, необходимы движения головы.

Два фактора обеспечивают межушную разность интенсивностей, используемую в качестве признака направленности звука: а) интенсивность звука, распространяющегося в воздухе, уменьшается по обратному квадратичному закону, так что звуки слышны громче в том ухе, которое находится ближе к источнику звука;

б) голова действует как звуковой экран, оставляющий ухо, расположенное дальше от источника звука, в акустической тени.

Когда источник звука располагается где-то в срединной плоскости тела, бинауральные признаки уравниваются и точная Л. з. зависит от создания межушной разницы интенсивностей посредством движений головы. Повороты головы вокруг вертикальной оси приводят к бинауральным различиям для источников, расположенных перед слушателем или позади него. Наклоны головы в сторону помогают локализовать звуки, исходящие сверху или снизу, но не из-за спины или спереди. Движения головой приводят к одновременному изменению сразу нескольких признаков для Л. з.: межушной разности интенсивностей, времен и фаз.

Слуховые признаки для определения расстояния до источника звука включают четыре фактора:

а) обратный квадратичный закон звукопроницаемости, согласно к-рому звук от более удаленного источника воспринимается ухом как более слабый;

б) тембр, по той причине, что сложные звуки из более удаленного источника содержат меньше высокочастотных гармоник вследствие их затухания при прохождении через воздух;

в) межушные паттерны интенсивностей и фаз, сложность которых уменьшается пропорционально расстоянию до источника звука;

г) рисунок реверберации, меняющийся во времени и связанный как с источником звука, так и со средовыми условиями. Слуховые оценки расстояния до источника звука менее точны, чем оценки направления.

См. также Нарушения слуха, Слуховая различительная способность, Слуховое восприятие, Ухо Дж. Ф. Корсо Локус контроля (locus of control) Термин «Л. к.» служит для обозначения группы субъективных мнений или убеждений относительно связи между поведением и его последствиями в форме наград или наказаний. Более точная формулировка этих мнений о Л. к. звучит как противопоставление интернального и экстернального контроля подкрепления (И—Э). Когда конкретный чел. воспринимает подкрепления (и положительные, и отрицательные) как итог собственного поведения, своих усилий или своих относительно постоянных особенностей, перед нами пример интернальных убеждений. Экстернальные убеждения, напротив, связаны с восприятием подкрепления как следствия везения, счастливого случая, судьбы, вмешательства влиятельных людей или же просто непредсказуемого (в силу сложности) стечения обстоятельств. Разумеется, мнения людей о Л. к. (или об И—Э) не ограничиваются дихотомией, а представлены точками непрерывного континуума вдоль оси с полюсами, образованными интернальными и экстернальными убеждениями соответственно.

Понятие И — Э было впервые предложено и введено в оборот Дж. Роттером. Он не только определил это понятие, но и сформулировал осн. положения теории соц. научения, в состав к-рой его можно было бы включить. Кроме того, Роттер представил в распоряжение научной общественности значительный объем психометрических данных и рез-тов исслед. конструктной валидности шкалы И— Э, сконструированной для измерения этого концепта.

Теоретическая основа понятия И—Э Мн. из тех, кто использует понятие Л. к. в своих исслед., делают это, не обращая внимания на то, как оно вписывается в более широкую схему факторов, к-рые воздействуют на поведение. Такой упрощенческий подход порой приводил к ошибочным прогнозам, разочарованиям по поводу малой доли дисперсии, объясняемой фактором И — Э, или к серьезным помехам на пути обобщения данных ряда исслед. Ведь с самого начала понятие И — Э формулировалось как одна из неск. переменных в более широкой системе теории соц. научения, к-рые, взаимодействуя между собой, и вызывают то или иное поведение в каждой конкретной ситуации. К этим переменным относятся: а) ожидания;

б) сравнительная ценность подкреплений;

в) психол. ситуация.

И—Э рассматривается как обобщенное ожидание в отношении того, как лучше всего категоризовать ситуации, к-рые преподносят чел. проблему, требующую решения. Т. о., Л. к. является обобщенным ожиданием или убеждением относительно оптимального, с т. зр. конкретного чел., способа смотреть на связь между его поведением и последующим появлением награды или наказания.

В любой сколько-нибудь определенной ситуации ожидание того, что конкретное поведение приведет к конкретным рез-там, определяется тремя переменными. Во-первых, это специфические ожидания успешности данного поведения, осн. на предыдущем опыте действий в такой же ситуации.

Во-вторых, это обобщенные ожидания успеха, осн. на обобщении опыта действий во всех сходных ситуациях. В-третьих, это обобщенные ожидания, связанные с опытом решения многочисленных проблем, среди к-рых проблема И — Э являет собой лишь частный пример. Взаимодействие всех трех переменных определяет ожидания чел. относительно успешности рассматриваемого поведения. А предыдущий опыт встреч с данной ситуацией определяет относительную силу влияния каждой из этих трех переменных.

Измерение И—Э Наиболее широко используемым инструментом для измерения Л. к. как обобщенной характеристики личности яв-ся шкала И — Э. Эта шкала состоит из 23 пар утверждений (с вынужденным выбором) наряду с шестью «утверждениями-заполнителями», помогающими скрыть назначение теста от испытуемых.

Данные, полученные самим Роттером, почти не содержали свидетельств в пользу того, что его шкала имеет более одного измерения. С того времени, однако, начали накапливаться доказательства в пользу многомерной природы И — Э, и к настоящему моменту их собрано уже изрядное количество.

Кроме того, было разраб. множество дополнительных шкал для измерения убеждений в специфических областях И — Э (здравоохранение, политика и т. д.). Большинство этих шкал рассчитаны на взрослых, но со временем появились и детские версии шкал И — Э.

Связи между И—Э и личным контролем Ориентация на интернальные убеждения, казалось бы, предполагает, что индивидуум должен занимать более активную и контролирующую позицию в отношении внешней среды. И в самом деле, существует достаточно данных, подтверждающих это предположение. Их накопление в неменьшей степени свидетельствует о валидности шкалы И — Э, поскольку осн. часть исслед. проводилась с использованием именно этого измерительного инструмента.

В области здравоохранения и личной гигиены вышеупомянутое предположение подтверждается рядом исслед. В одном из циклов самых ранних исслед. И — Э было показано, что больные туберкулезом интерналы более информированы о своем физ. состоянии и стремятся получить больше подобной информ. от врачей и медсестер, чем аналогичные больные-экстерналы. Кроме того, было замечено, что курильщики-интерналы, по-видимому, более внимательно относятся к предупреждениям о необходимости отказаться от этой дурной привычки по сравнению с курильщиками-экстерналами.

Аналогично этому, отмечаются связи интернальных убеждений с поведением, нацеленным на профилактику болезней зубов и десен;

результативным участием в программах снижения веса;

одобрительным отношением к прививкам;

участием в физкультурно-оздоровительных мероприятиях и соблюдением разного рода рекомендуемых медиками режимов. Даже пользование ремнями безопасности более характерно для интерналов, чем для экстерналов. Впечатляет именно то, что такая общая, неспецифическая личностная переменная, как И — Э, обнаруживает подобные связи с вышеперечисленными формами поведения, особенно если учесть сложный, определяемый множеством факторов характер последнего.

Во мн. отношениях интерналы кажутся более компетентными, чем экстерналы. Возможно, это впечатление возникает вследствие их более активных попыток приобрести информ., к-рая позволит им оказывать воздействие на внешнюю среду, поскольку они уверены в том, что способны оказывать такое воздействие.

В тех случаях, когда др. пытаются оказать межличностное влияние, обычно ожидается, что интерналы будут более стойкими, чем экстерналы;

по крайней мере, их согласие должно бы быть более обдуманным и логически обоснованным, чем просто рефлекторное действие. Ряд исслед. подтвердил это предположение. В основном такие данные получены в исслед. конформности, неявного влияния и др. подобных явлений. В той степени, в какой вербальное обусловливание представляет собой ситуацию неявного влияния, накопленные здесь данные тж можно считать подтверждающими сделанное выше предположение, т. к. мы обнаруживаем, что у экстерналов легче вырабатываются условные реакции этого типа, чем у интерналов. Сходные рез-ты обнаруживаются при рассмотрении изменения аттитюдов. Экстерналы кажутся необыкновенно восприимчивыми, особенно в тех случаях, когда они сталкиваются с информ. из авторитетных источников.

Рез-ты исслед. в области достижений крайне неоднозначны. У детей академические успехи прямо связаны с интернальными убеждениями, тогда как у студентов колледжей эта связь заметно ослабевает или же становится обратной. Аналогично этому, когда дело касается изучения связей потребности в достижении с переменной И—Э, данные носят довольно противоречивый характер и к тому же часто зашумляются влиянием половых различий. В смежной области исслед. было установлено, что интернальные дети в большей мере способны откладывать немедленное удовольствие ради получения отсроченного вознаграждения. Подобным же образом, поскольку экстерналы чаще относят рез-ты своей деятельности на счет внешних факторов, они не способны в полной мере испытать чувство гордости и удовлетворения, вызываемое достижениями и являющееся, как таковое, неотъемлемой частью «синдрома достижения».

Сравнительно недавние исслед. были ориентированы на возможность того, что нек-рые экстерналы выбирают свои убеждения в качестве защитной реакции. Т. е. «в действительности» они не верят в экстернальную орг-цию мира. Скорее их экстернальные убеждения представляют собой своего рода защитную рационализацию, чтобы можно было объяснить (оправдать) случившийся провал или ожидаемый неуспех. Это направление исслед. наводит на мысль о том, что убеждения одних экстерналов «конгруэнтны» их предыдущему опыту или динамике подкрепления, тогда как убеждения др. — только «защитные» шаги, предпринимаемые с целью минимизировать последствия неудачи, к рые в противном случае могли бы подорвать жизненные силы «неудачника».

Происхождение И—Э Возможно, наиболее серьезное отставание в публикациях по проблеме Л. к. наблюдается в области систематических исслед. развития И — Э убеждений. И все же нек-рые взаимосвязи здесь были отмечены, хотя бы в общих чертах. Напр., родители, одаривая своих детей теплом и любовью, наделяя их чувством защищенности и положительным эмоциональным зарядом, помогая формировать разнообразные умения и навыки, способствуют тем самым развитию у них интернальной ориентации.

Непротиворечивость родительских подкреплений, поведения и стандартов тж связана с развитием интернальности у детей. Кроме того, данные ряда исслед. говорят о сочетаемости экстернальных убеждений с низким социоэкономическим статусом. Расовые и этнические группы, к-рые практически не имеют доступа к власти и лишены мобильности, обнаруживают более экстернальные системы убеждений. Есть даже нек-рые основания считать, что отдельные культуры могут более или менее явно приучать к экстернальной позиции.

См. также Полезависимость, Внутренне и внешне направляемое поведение, Послушание Э. Дж. Фарес Лонгитюдные исследования (longitudinal studies) Лонгитюдные (продольные) исслед. подразумевают наблюдение отдельных людей или групп на протяжении определенного периода времени в целях оценки изменения. Л. и. является одним из важнейших методов психологии развития, изучающей зависящие от времени феномены. Осн. целью такого изучения, как правило, служат поведенческие или физиолог. изменения, к-рые могут происходить в процессе взросления. Для исслед. таких временных траекторий развития используются два осн. подхода: поперечные и продольные планы. В исслед. методом поперечных срезов изучаемая зависимая переменная (напр., IQ) измеряется практически одновременно в неск. различных возрастных группах. В этом типе исслед. можно измерять IQ в группах участников, к-рым на момент проведения исслед. исполнилось 4, 7, 10 и 12 лет. В Л. и. зависимая переменная измеряется у одной и той же группы участников на протяжении определенного периода времени (напр., когда им было 4, 7, 10 и 12 лет).

Осн. достоинство продольных планов состоит в том, что исследователи могут наблюдать тех же самых лиц на протяжении всего исследуемого периода. Это позволяет оценивать происходящие изменения у одних и тех же индивидуумов по мере того, как они прогрессируют или регрессируют в ходе развития. Поэтому Л. и. позволяют делать более прямые выводы в отношении развития, чем исслед. методом поперечных срезов. Реализация продольных планов сопряжена тж с определенными проблемами. Поскольку участников лонгитюда оценивают неоднократно, возникает вероятность того, что наблюдаемые изменения могут оказаться отчасти следствиями повторных измерений. Др.

потенциальной проблемой является отсев участников: поскольку Л. и. обычно охватывают длительные периоды времени, нек-рое количество участников может выпасть из исслед. по различным причинам (смерть, переезд или отказ от дальнейшего участия). Лонгитюдная стратегия остается важным методом орг-ции исслед. в психологии, однако такие исслед. редко проводятся по причине высоких временных и материальных затрат.

См. также Исследование методом поперечных срезов, Методы эмпирического исследования, Экспериментальные планы К. Дж. Дру Любовь (love) Что такое любовь?

Большинство исследователей сходятся в том, что «любовь» приходит в различных формах. Зик Рубин проводит различие между симпатией и Л. Романтическая любовь включает в себя такие элементы, как забота о другом чел., нежность, самораскрытие (self-disclosure) и исключительность. В отличие от романтической Л. симпатия — это влечение одного чел. к др., к-рое включ. в себя хорошее отношение и ощущение сходства с ним.

Хэтфилд и Уолстер различают страстную Л. и дружескую Л. Страстная Л. характеризуется интенсивными эмоциональными переживаниями и смешением различных чувств: нежности и сексуальности, восторга и страданий, мучительного беспокойства и облегчения, альтруизма и ревности.

Дружеская Л. (companion love), напротив, связана с менее интенсивными эмоциями, сочетая в себе чувства дружеского расположения и глубокой привязанности. Она характеризуется товарищескими отношениями, пониманием и заботой о благополучии др.

Дж. Ли выделяет 6 типов любви. Eros — это романтическая и сексуальная Л., проникнутая страстным желанием полностью познать любимого чел. Mania — это навязчивая, всепоглощающая и требовательная Л., часто сопровождаемая болью и мучительной тревогой вследствие неутолимой потребности во внимании со стороны др. Ludis — это сосредоточенная на себе, игривая Л., рассматриваемая как своего рода состязание, в к-ром надлежит одержать победу. Storge — это дружеская Л., прочная безмятежная Л., возникающая между двумя близкими друзьями. Аgаре — это священная, благоговейная и сосредоточенная на «Нем» («Ней») Л., всегда терпеливая, всепрощающая и кроткая. Pragma — это практическая и рассудочная Л., выражаемая только после установления того, яв ся ли данный партнер «хорошей партией».

В кого чаще всего влюбляются?

Близость яв-ся, вероятно, наиболее важной детерминантой, определяющей выбор людьми друзей, любимых и супругов. В целом чем ближе находятся друг к другу люди, тем больше шансов, что они познакомятся, а знакомство довольно часто влечет за собой привязанность и Л. Кроме того, когда люди живут или работают рядом с др., возникает больше шансов оказаться с ними в поощряющих ситуациях.

Неудивительно, что другой важнейшей детерминантой служит физическая привлекательность. Существуют, по-видимому, три причины того, почему нас влечет к красивым людям: а) хорошая внешность сама по себе вызывает эстетическое удовольствие;

б) с красивым партнером престижно и в) в соответствии со стереотипом «красота есть благо» большинство считает, что красивые люди обладают соц. желательными чертами личности и что их жизнь складывается более счастливо и успешно по сравнению с жизнью непривлекательных людей.

Сходство тж играет важную роль. Люди чаще влюбляются в тех, с кем они имеют много общего в соц. происхождении и образовании, ценностях, интересах и аттитюдах. Львиная доля исследовательского внимания была уделена взаимосвязи между сходством аттитюдов и влечением людей друг к другу.

Существуют несколько возможных объяснений того, почему нам нравятся и вызывают нашу Л.

похожие на нас люди. Во-первых, все мы чаще сталкиваемся в своей жизни с похожими, чем с непохожими на нас людьми. Во-вторых, существуют определенные давления со стороны об-ва к взаимодействию с похожими др. Наконец, с т. зр. сравнения затрат и результатов взаимодействие с похожими людьми оказывается более вознаграждающим (и влечет меньше затрат), поскольку они в целом поддерживают наши представления в отношении окружающей действительности.

Однако нельзя не принимать в расчет и свидетельств того, что, как ни парадоксально, люди зачастую влюбляются в тех, кто дополняет их тем или иным образом, в соответствии со старой истиной «противоположности притягиваются». Р. Уинч утверждает, что люди влюбляются в тех, кто компенсирует и/или дополняет их собственные личностные черты и потребности. К сожалению, другие исследователи не смогли воспроизвести результаты, полученные Уинчем. В своей совокупности эмпирические данные указывают на то, что люди имеют тенденцию выбирать себе друзей и партнеров, к-рые обладают скорее сходными, нежели дополняющими чертами личности и потребностями.

Что такое страстная любовь?

Столетиями теоретики спорили о том, что в действительности представляет собой страстная Л.

Кендрик и Чалдини утверждают, что, в целом, страстная Л. объясняется теми же самыми принципами «подкрепления», что и «межличностная аттракция». Они утверждают, что чем более сильные положительные подкрепления люди получают от других, тем большую симпатию или Л. по отношению к ним они будут испытывать. Т. о., по их мнению страстная Л. стимулируется интенсивными положительными переживаниями и угашается интенсивными отрицательными переживаниями.

Однако некоторые исследователи придерживаются противоположной т. зр. Существующие данные свидетельствуют о том, что для большинства людей Л. ассоциируется как с наслаждением, так и со страданием и может стимулироваться тем и др.

Тому, что Л. может связываться не только с удовольствием, но и со страданием, есть определенные физиолог. основания. С физиолог. т. зр. Л., наслаждение и страдание характеризуются одной общей чертой — они представляют собой сильное возбуждение. Радость, страсть и волнение, так же как гнев, зависть и ненависть — все это продукты «симпатической» реакции в НС. Это доказывается «симптомами», связываемыми со всеми этими эмоциями: покраснением лица, влажностью ладоней, слабостью в коленях, тошнотой, головокружением, учащением сердцебиения, дрожью в руках и учащением дыхания.

Многочисленные эмпирические данные поддерживают осн. на здравом смысле представление о том, что, при соответствующих условиях, сильные положительные переживания, такие как эйфория, сексуальные фантазии, взаимопонимание с партнером или общее возбуждение, могут питать страсть.

Однако наряду с ними существуют доказательства в пользу более интригующего утверждения, а именно что тревога и страх, ревность, чувство одиночества, гнев или даже горе, при соответствующих условиях, тж могут вызывать страсть.

Недавние лабораторные исслед. показали, что, при подходящих условиях, любое состояние интенсивного возбуждения может интерпретироваться в качестве активатора любовной страсти — даже если оно является рез-том не связанного с ней по содержанию опыта, такого как бег трусцой, прослушивание комедийной интермедии или рассказа о надругательстве толпы и убийстве миссионера.

Как это ни странно звучит, но факты говорят о том, что адреналин пробуждает в сердце Л. Не вызывает сомнений, что наиболее общим стимулирующим фактором страстной Л. яв-ся наслаждение, однако тревога и страх могут при этом иногда тоже вносить свой вклад.

Существуют ли различия между мужской и женской любовью?

Мужчины и женщины испытывают, в основном, те же самые чувства и переживания. Однако существуют данные о том, что наряду с этим имеются некоторые различия в том, что волнует мужчин и женщин в Л., и в том, как они реагируют на свои отношения. Были обнаружены следующие различия:

1. Мужчины, в целом, оказываются более «романтичными», чем женщины.

2. Мужчины, по-видимому, влюбляются быстрее, чем женщины. Им также нужно больше времени, чтобы полностью разлюбить свою избранницу, и они острее переживают разрыв, вероятно, вследствие отсутствия др., за исключением своей подруги, человека, кому они могли бы довериться.

3. В своей Л. женщины чаще по сравнению с мужчинами переживают чувства мучительного страдания и исступленного восторга.

4. В случайных связях женщины чаще раскрывают свои чувства — как положительные, так и отрицательные.

В глубоко интимных взаимоотношениях мужчины и женщины мало (если вообще) различаются в том, насколько они готовы раскрыться друг перед другом. Они различаются, однако, характером того, чем они готовы поделиться друг с другом. Мужчины более склонны делиться своими взглядами на политику и своими успехами;

женщины — своими чувствами в отношении др. людей и своими опасениями.

Как люди узнают о том, что их любят?

Есть целый ряд разоблачающих телесных признаков. Влюбленные выдают свои чувства в таких внешних признаках, как подчеркнутое внимание к собственной внешности (жесты прихорашивания).

Любящие люди склонны проводить значительную часть времени, глядя в глаза друг другу. Им также хочется касаться друг друга и оставаться рядом. Вероятно, наиболее очевидным из всех признаков влюбленности в другого чел. яв-ся стремление проводить с ним большую часть времени и желание что то делать для этого чел.

См. также Межличностная аттракция, Выбор супруга/супруги Э. Хэтфилд _М_ Магическое число семь (magical number seven) Словосочетание М.ч.с. стало частью языка психологии благодаря важной статье под названием «Магическое число семь, плюс-минус два: некоторые пределы нашей способности обрабатывать информацию» (The magical number seven, plus or minus two: Some limits on our capacity for processing information). Эта статья определила характеристики челов. оценки и памяти, к-рые со временем стали центральными темами исслед. в нарождавшемся тогда теоретическом подходе, получившем название «когн. психол.».

Объем абсолютной оценки Одной из характеристик обработки информ. чел., выделенной Миллером для внимания, является объем абсолютной оценки (span of absolute judgment), или максимальное число отдельных объектов, количество или величину к-рых можно оценить за один раз. Миллер рассмотрел многочисленные работы для того, чтобы продемонстрировать, что среднее число стимульных категорий, доступное для распознавания за один раз, находится в пределах узкой полосы по обе стороны числа 7. Это было справедливо для широкого диапазона задач, включая определение высоты звуковых тонов, оценку громкости звуков или определение солености растворов соли.

При распознавании или оценке величин индивидуализированных стимулов испытуемые совершали незначительное число ошибок либо вообще не делали ошибок вплоть до «магического числа семь, плюс или минус два». Однако при столкновении с большим числом стимулов возрастала доля ошибок. Миллер назвал это ограничение числа объектов, которые могли быть оценены без ошибки в любой момент, объемом канала. Широкое разнооборазие контекстов, для которых это имеет силу, заставило Миллера предположить, что данное явление могло вытекать из врожденных характеристик НС.

Объем непосредственной памяти Объем абсолютной оценки имеет некоторое сходство с объемом непосредственной памяти, определяемым числом объектов, к-рые можно запомнить в задаче на запоминание, если проверка памяти происходит непосредственно. Похоже, что объем непосредственной памяти также может заключать в себе около 7 объектов, что явилось одним из тех наблюдений, которые привели Миллера к использованию определения «магическое» для числа семь.

Одно из проявлений существования этого узкого места с 7 объектами может быть найдено в эксперименте пионера в области исслед. памяти Г. Эббингауза. В одной из его многочисленных работ по изучению памяти исследовалась зависимость между длиной списка бессмысленных слогов и числом повторений, необходимых для его воспроизведения сразу без ошибки. Эббингауз обнаружил, что он мог запомнить список из 7 слогов после всего лишь одного повторения. Однако, работая со списком из слогов, он заметил, что необходимо сделать более чем 16 повторений. Существенное понимание, достигнутое в современной полемике о магической семерке, позволяет полнее осмыслить эти результаты, экспериментально полученные более ста лет назад. Очевидно, что перечень из 7 пунктов находится в пределах объема непосредственной памяти, однако более длинный перечень выходит за эти пределы.

Образование блоков Когда пытаются «запихнуть» в память более 7 единиц информ. за раз, то ранние единицы обычно замещаются более поздними. Однако существуют способы обойти это узкое место. Возможно, наименее эффективный путь — это механическое повторение, к-рым неторопливо занимался Эббингауз.

Гораздо более эффективная стратегия — организация блоков (chunking), процесс группировки отдельных объектов на основе некоторого принципа организации. Или же объекты могут быть объединены в более крупные структуры, основанные на той информации, которая уже хранится в долгосрочной памяти. Т. о., хотя объем непосредственной памяти и ограничен 7 единицами, количество информ. в каждой единице может быть увеличено благодаря организации в блоки. Напр., рассмотрим данный ряд чисел: 149217761941. Если эти числа произнести отдельно друг от друга, и попросить вас запомнить их, вы обнаружите, что это находится за пределами вашего объема непосредственной памяти. Однако, организованные в три блока — 1492 1776 1941 — эти 12 отдельных цифр теперь отражают важные даты американской истории, а эта информ. уже хранится в долгосрочной памяти.

Успех многих мнемонических приемов (средств запоминания) обусловлен тем фактом, что их обдуманное использование приводит к преобразованию запоминаемого материала в число блоков, доступное для того, чтобы с ним справиться.

Является ли число семь по-прежнему магическим?

Недавние исслед. предложили несколько уточнений для прежней т. зр. на М. ч. с., согласно которой объем памяти является примерно одним и тем же по размеру, независимо от типов объектов, к рые следует сохранять. Теперь представляется вероятным, что размер объема памяти отчасти зависит от природы того материала, к-рый будет запомнен. Напр., в объеме памяти можно удерживать больше чисел, чем слов. Кроме того, на размер объема памяти влияет тот способ, к-рым кодируются единицы.

Люди могут скорее удерживать большее количество единиц, закодированных акустически (по тому, как они звучат), чем закодированных визуально (посмотрев на них). Тем не менее, число «семь», по видимому, сохраняет свое «магическое» качество.

См. также Устойчивость внимания, Память, Объем памяти Ф. М. Кодл Маниакально-депрессивная личность (manic-depressive personality) Все люди испытывают какие-то колебания настроения и эмоций. Исслед. показывают, что люди, чье настроение можно назвать высокостабильным, могут быть менее здоровыми, чем те, кто подвержен изменчивости настроения. Однако у небольшого числа людей (ок. 1% населения), страдающих маниакально-депрессивным расстройством, колебания настроения настолько велики, что это серьезно нарушает их способность приспосабливаться к требованиям повседневной жизни.

Диагноз Согласно Руководству по диагностике и статистической классификации психических расстройств, маниакально-депрессивные расстройства классифицируются как DSM 296: большие аффективные расстройства: биполярные расстройства. Дополнительные категории введены для обозначения превалирования маниакальных или депрессивных симптомов в картине заболевания.

В маниакальной фазе человек обычно демонстрирует значительное повышение настроения и активности. Он часто сообщает о том, что чувствует себя уверенным, счастливым и способным практически на все. Пациент обнаруживает подъем энергии, часто отказываясь от сна при повышении интенсивности работы, сексуальной активности и соц. контактов. В типичных случаях у таких больных отмечается «скачка идей» («flight of ideas»), проявляющаяся в ускоренной речи с плохо артикулированными мыслями, редко доводимыми до логического завершения. Пациент повышенно отвлекаем и с раздражением реагирует на все, что ему мешает.

Напротив, депрессивная фаза характеризуется чрезмерным снижением уровня повседневной активности. Обычно пациенты сообщают о выраженной грусти, могут постоянно плакать. Они теряют интерес к тому, что ранее доставляло удовольствие. Пациент может жаловаться на потерю энергии и проводить в дремоте значительную часть дня. Как это ни парадоксально, нек-рые депрессивные больные выглядят возбужденными, в особенности ночью, когда их мучает бессонница и ранние пробуждения по утрам. Депрессивная фаза сопровождается идеями малоценности, безнадежности и самообвинения. Человек в этой фазе обычно погружен в задумчивость, жалуется на неспособность принимать решения и может высказывать суицидальные мысли.

Характер перехода из маниакальных фаз в депрессивные у разных больных различный.

Распространенное представление о правильной амплитуде или маятникоподобных колебаниях при этом расстройстве является, т. о., неправомерным упрощением. Большинство исследователей и клиницистов отмечали, что маниакальные и депрессивные фазы спонтанно купируются, так что эти эпизоды, даже без лечения, редко длятся дольше 6—9 месяцев. Стойкие физ. или когнитивные нарушения наблюдаются редко.

Этиология Хотя маниакально-депрессивное расстройство известно с библейских времен, причины его до сих пор вызывают горячие научные споры.

Физиологические подходы Исследователи, придерживающиеся биолог. подхода к аффективным расстройствам, обычно проводят разграничение между реактивными и эндогенными расстройствами. При эндогенных расстройствах нарушения не зависят от жизненных событий и зарождаются внутри больного.

Биполярное аффективное расстройство ближе к эндогенному, чем к реактивному типу, и поэтому предположительно имеет биолог. основу.

Джон Прайс, Дэвид Розенталь и Джордж Винокур во мн. исслед. обнаружили, что близкие родственники маниакально-депрессивных пациентов имеют значительно больше шансов заболеть как униполярным, так и биполярным аффективным расстройством, по сравнению с родственниками здоровых лиц. Далее, наследственный характер биполярных расстройств находит более убедительное подтверждение, чем униполярных. Винокур говорит о «депрессивном спектре», в к-ром у родственников мужского пола больных с биполярным аффективным расстройством чаще отмечаются алкоголизм, социопатии и депрессии, тогда как у родственников женского пола более высокий шанс заболеть только депрессией. Эта находка, наряду с тем фактом, что связи отец—сын редки при биполярных расстройствах, подтверждают предположение о возможной обусловленности расстройства X-хромосомой.

Если генетические факторы играют роль в возникновении биполярного расстройства, то представляется необходимым изучение биохимических механизмов, ответственных за это заболевание.

Согласно катехоламиновой гипотезе, выдвинутой Йозефом Шильдкраутом, депрессия возникает в результате недостаточности катехоламинов, в то время как мания может вызываться повышенным выбросом этих веществ. Согласно индоламиновой гипотезе, выдвинутой Эли Коппен, к депрессии ведет дефицит не норэпинефрина, а серотонина, поскольку триптофан, предшественник серотонина, повышает настроение. Литий, эффективный в лечении мании и нек-рых депрессий, оказывает влияние на метаболизм и катехоламина, и индоламина.

Психологические подходы Биолог. факторы бесспорно играют определенную роль в биполярных расстройствах. Однако следует заметить, что на возникновение этих расстройств влияют мн. др. факторы. В рамках психол.

подхода одной из первых теорий маниакально-депрессивного расстройства была классическая психоан.

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 65 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.