WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 65 |

«CONCISE ENCYCLOPEDIA OF PSYCHOLOGY Second edition Edited by Raymond J. Corsini, Alan J. Auerbach John Wiley & Sons, Inc. ...»

-- [ Страница 17 ] --

карабкаться по лестнице, а второй играет роль «контрольной группы». Большинство результатов свидетельствует о том, что если обучение начато в тот момент, когда ребенок физически готов к нему, он прогрессирует быстрее, чем в тех случаях, когда обучение начато преждевременно. В др. исслед.

сравнивались дети, воспитывавшиеся в ограниченной среде, напр. в сиротских приютах, и дети, растущие в более стимулирующей среде. Было установлено, что разительные различия между ними зависели от объема общения со взрослыми, степени физ. стимуляции и наличия возможностей для двигательной активности. Есть, однако, свидетельства в пользу того, что соответствующие образовательные программы, особенно если дети начинают заниматься по ним в раннем возрасте, могут нейтрализовать отрицательное воздействие подобной обедненной среды на интеллектуальное развитие.

Третий основной подход базируется на статистическом анализе семейного сходства. Была исследована степень сходства в выполнении тестов способностей и личностных тестов родителями и детьми, сиблингами, а тж монозиготными и дизиготными близнецами. В общем, чем теснее наследственная связь, тем более сходными оказываются показатели тестов. По большинству тестов интеллекта, напр., корреляции монозиготных близнецов приближаются к 0,90, являясь почти столь же высокими, как корреляции между показателями первичного и вторичного тестирования одних и тех же лиц. Корреляции дизиготных близнецов группируются около 0,70, а корреляции сиблингов — около 0,50, так же, как корреляции между родителями и детьми. Следует, однако, отметить, что семья — не только биолог., но и культурная общность. В целом, чем теснее два человека связаны родственными узами, тем более сходными будут их условия жизни и степень их влияния друг на друга. Специальные исслед. приемных детей и идентичных близнецов, воспитываемых порознь, позволяют провести раздельную оценку вкладов наследственности и среды, однако отсутствие в них контроля некоторых условий не позволяет сделать окончательных выводов.

Природа интеллекта Структура Интеллект чаще всего отождествлялся с коэффициентом интеллекта — IQ, полученным по стандартизованному тесту интеллекта. Такие тесты отражают — по крайней мере отчасти — концепцию интеллекта, сложившуюся в той культуре, в которой они разрабатываются. Начало современному тестированию интеллекта было положено Альфредом Бине, разработавшим тест для выявления среди школьников умственно отсталых детей. Критериями валидизации тестов интеллекта нередко служили такие академические критерии, как школьные отметки, учительские рейтинги учеников по интеллекту, данные переводных и выпускных экзаменов, а также уровень образования. По содержанию большинство тестов интеллекта являются преимущественно вербальными, с той или иной степенью охвата арифметических навыков и количественных рассуждений. Однако разные тесты интеллекта могут выборочно оценивать несколько различающиеся сочетания способностей. Неречевые тесты и тесты действия, например, часто предъявляют более высокие требования к оперированию пространственными представлениями, к скорости и точности перцепции, а также к невербальному рассуждению, чем обычные вербальные тесты.

По мере возрастания участия психологов в профориентационном консультировании и в отборе персонала для различных организаций пришло осознание потребности в дополнительных тестах для измерения способностей, не охватываемых традиционными тестами интеллекта. В результате были разработаны так называемые тесты специальных способностей для отбора людей, способных работать клерками, механиками, а также обладающих др. способностями, полезными с т. зр. ряда специальностей. Одновременно с этим проводились фундаментальные исслед. природы интеллекта методами факторного анализа. По существу, эти методы заключаются в статистическом анализе интеркорреляций между показателями тестов в целях определения наименьшего числа независимых факторов, к-рыми можно объяснить данные интеркорреляции. К способностям, или факторам, выявленным подобным образом, относятся вербальное понимание, беглость речи, арифметические навыки, количественное рассуждение, перцептивная скорость, оперирование пространственными образами и понимание механических закономерностей. Сами функции, измеряемые тестами интеллекта, посредством факторного анализа были разделены на относительно не зависимые друг от друга вербальные и числовые способности. Эти способности — в сочетании с теми, которые лежат в основе тестов специальных способностей, — позволяют в настоящее время создать более полную картину чел.

способностей. Некоторые из них включены в то, что обычно называют комплексными батареями способностей.

С др. стороны, неуклонно возрастающий массив данных кросс-культурных исслед.

свидетельствует о том, что в разных культурах под интеллектом могут пониматься разные качества чел.

И составляющие интеллект качества, и относительный уровень развития этих качества отражают требования и условные подкрепления со стороны культуры, в к рой чел. функционирует. Проведенные в современных дописьменных культурах исслед. показывают, что те представители этих культур, к-рые испытали на себе заметное влияние европейского образования, более склонны реагировать на задания теста, опираясь на абстрактные понятия, и менее зависимы от контекста, чем их ровесники, получившие традиционное воспитание. С кросс-культурных позиций, доступные в настоящее время тесты интеллекта могут быть наиболее верно охарактеризованы как средства измерения академического интеллекта или способности к обучению. Эти умения и навыки представляют лишь ограниченную часть интеллекта, но ту его часть, к-рая находит широкое применение и чрезвычайно востребована в современных, промышленно развитых об-вах. В таких об-вах академический интеллект значимо коррелирует не только с учеб. достижениями, но и с достижениями в большинстве профессий и в др.

важных сферах общественной деятельности.

Интеллектуальные функции, выявляемые традиционными тестами интеллекта, исследовались тж когнитивными психологами в рамках изучения процессов обработки информации и машинного моделирования человеческого мышления. Хотя эти исслед. находятся только на начальной стадии, они вносят свой вклад в понимание того, что именно измеряют тесты интеллекта, потому что в центре их внимания находится сам процесс решения задач, а не его конечный результат. Что делает тестируемый, отвечая на вопросы теста? Анализируя выполнение интеллектуального теста с т. зр. составных элементарных процессов, можно в конечном счете способствовать выявлению источников сильных и слабых сторон интеллекта каждого человека. Подобный анализ способен усилить диагностическую функцию тестов и облегчить разработку индивидуальных обучающих программ, отвечающих потребностям конкретного человека.

Развитие на протяжении жизни Лонгитюдные исслед. возрастных изменений уровня выполнения традиционных тестов интеллекта обнаруживают его медленное повышение в младенчестве, сменяемое в детстве более быстрым прогрессом, продолжающимся до наступления зрелости, когда начинается постепенное снижение показателей. Следует, однако, отметить, что на разных этапах развития чел. уровень его интеллекта оценивается по разному набору свойств: IQ младенцев определяется преимущественно по уровню их сенсомоторного развития, a IQ детей — по уровню развития вербальной и др. абстрактных функций. В период обязательного школьного обучения содержание тестов интеллекта близко отображает то, что изучается в школах. В дальнейшем возможны ситуации, при к-рых изменяющиеся паттерны интеллектуального развития индивидуума, связанные с повышением образовательного уровня и приобретением определенной специальности, не выявляются с помощью широко применяемых тестов интеллекта: для этого может потребоваться более широкий спектр тестов и иных оценочных процедур.

Средний уровень выполнения традиционных тестов интеллекта обнаруживает непрерывное повышение с возрастом вплоть до третьего десятилетия жизни. Среди групп с высокими тестовыми показателями, в первую очередь это относится к выпускникам колледжей и к людям, занятым умственным трудом, такое повышение может происходить на протяжении всей жизни. В выборках лиц, показатели к-рых приближаются к среднему для популяции, тенденция к снижению тестируемых способностей проявляется после достижения ими 30-летнего возраста, причем наибольший спад отмечается при выполнении задач на скорость, зрительное восприятие и установление абстрактных пространственных отношений. В исслед. методом поперечных срезов, где используются разные выборки на разных возрастных уровнях, возрастные различия, по всей вероятности, смешиваются с культурными изменениями в популяции, поскольку разные возрастные группы отличаются тж и по уровню образования и другим изменяющимся условиям жизни. Хорошо спланированные лонгитюдные исслед. взрослых показывают, что снижение показателей тестов интеллекта, приписываемое возрасту, значительно меньше тех различий, которые связывают с происходящими со временем образовательными и культурными изменениями.

Интеллектуальные девианты Умственно отсталые и одаренные люди представляют нижний и верхний края распределения интеллекта. Поскольку это распределение является непрерывным, между этими группами и статистической нормой нет четких границ. На основе выполнения теста интеллекта умственная отсталость обычно отождествляется с IQ ниже 70, представленного примерно 2—3% всего населения.

Решения по поводу окончательного диагноза и возможного лечения для каждого конкретного случая основываются не только на величине IQ, но на всестороннем изучении интеллектуального развития индивидуума, истории его обучения, соц. компетентности, физ. состояния и ситуации в семье. Хотя немногие редкие формы умственной отсталости являются следствием дефектных генов, подавляющее большинство случаев вызвано воздействием средовых условий до или после рождения, оказывающих неблагоприятное физ. и психол. влияние.

Располагающихся на противоположном полюсе шкалы интеллектуально одаренных людей изучали с помощью различных процедур и с различных т. зр. Одно крупное лонгитюдное исслед. было выполнено в Стэнфордском ун-те Льюисом М. Тёрменом и его коллегами. В этом исслед. приняли участие 1000 детей, IQ которых по шкале Стэнфорд-Бине был равен не менее 140;

дети были тщательно обследованы, и в дальнейшем обследование проводилось на нескольких этапах жизни. Столь высокий IQ имеет чуть больше 1% населения. Результаты Стэнфордского исслед., подтвержденные и работами др. ученых, показали, что одаренный ребенок, как правило, успешно учится в школе, здоров, эмоционально устойчив и имеет разнообразные интересы. Достигая зрелости, эти дети в целом сохраняют свое превосходство и во взрослых занятиях.

Благодаря исслед. одаренности понятие интеллекта было расширено, чтобы включить в него ряд творческих способностей, в частности, идеаторную беглость и оригинальность. Установлено, что в творческих достижениях важную роль играют мотивация, интересы и др. личностные переменные, а тж психол. климат той среды, в к-рой индивидуум вырос и в к-рой он, став взрослым, работает.

Групповые различия Половые различия Изучение любых групповых различий в поведенческих характеристиках ставит перед исслед. ряд проблем, связанных как с методологией, так и с интерпретацией полученных рез-тов. При проведении групповых сравнений индивидуальные различия внутри каждой группы оказались гораздо больше средних различий между группами. Распределения различных групп в значительной степени перекрываются. Даже когда имеются большие, статистически значимые различия между средними показателями двух групп, в группе с низкими показателями всегда можно найти таких людей, которые по своим показателям превосходят членов группы с высокими показателями. Из этого следует, что групповая принадлежность индивидуума не может служить надежным индикатором его положения в распределении психол. черт.

Вторая проблема возникает в связи с использованием нерепрезентативных выборок, в которых выборочные факторы могли действовать по-разному в исследуемых популяциях. Напр., поскольку, как показывает практика, мальчики бросают школу чаще, чем девочки, сравнение показателей интеллектуального теста учеников и учениц старших классов покажет различие средних в пользу мальчиков. Однако это различие, скорее всего, исчезло бы, если бы мы могли включить в группу мальчиков тех, кто в свое время ушел из школы, поскольку их показатели имеют тенденцию группироваться в области нижнего края распределения. Аналогичная по смыслу, но противоположная по направлению ошибка интерпретации иллюстрируется данными обследований умственно отсталых лиц, помещенных в стационары, среди к-рых, согласно опубликованным отчетам, в целом больше мужчин. Хотя поначалу эти выводы были восприняты как доказательство того, что среди мужчин больше умственно отсталых, чем среди женщин, позднее истоки таких данных были прослежены до принципов отборочных процедур (selective admission policies). В силу различных соц. и экономических причин умственно отсталые женщины чаще остаются жить в общине (community), чем мужчины с тем же интеллектуальным уровнем.

Использование в групповых сравнениях суммарных показателей по тестам интеллекта тж может привести к неверным выводам. При разработке ряда тестов, таких как шкала Стэнфорд-Бине, половые различия исключались путем отбрасывания или уравновешивания заданий, к-рые легче было выполнить лицам мужского либо женского пола. Даже когда разработчики тестов не придерживались этой практики при отборе заданий, суммарный показатель по разнородному тесту может замаскировать существующие групповые различия в специальных способностях.

Обзоры психол. тестов показали значимые различия средних показателей между полами по ряду способностей и черт личности. Женщины как группа превосходят мужчин в ловкости пальцев, скорости и точности восприятия, беглости речи, а также в выполнении других заданий, связанных с механикой речи (mechanics of language) и механической памятью на разного рода содержание. Мужчины превосходят женщин в скорости и координации грубых телесных движений, пространственной ориентации, понимании механических закономерностей и мат. рассуждении. Среди различий в чертах личности одним из наиболее убедительно доказанных различий яв-ся большая агрессивность представителей мужского пола. Это различие проявляется в раннем возрасте и обнаруживается во всех культурных группах. Выявлено оно и у животных, в первую очередь у человекообразных обезьян и большинства др. млекопитающих. В ряде исслед. сообщалось о более сильной потребности в достижении у лиц мужского пола, однако впоследствии было доказано, что это различие зависит от условий, в к-рых оценивается мотивация достижения: не исключено, что рез-ты отчасти отражают то, в какой степени условия являются проблемно- или субъектно-ориентированным. Существуют веские доказательства в пользу большей соц. направленности женщин и их большей потребности в соц.

одобрении;

женщины тж менее уверены в себе, чем мужчины, и обнаруживают более высокий уровень тревожности в разных ситуациях.

Большинство исслед. половых различий снабжают нас только описательными данными о существующих в рамках данной культуры различиях. Их истоки нужно искать в сложных взаимодействиях биолог. и культурных факторов. С биолог. т. зр., различные роли, к-рые мужчины и женщины исполняют в репродуктивной функции, безусловно способствуют половой дифференциации психол. развития. Материнские функции, отведенные природой женщине, включая длительный период вынашивания и вскармливания младенца, оказывают огромное влияние на половые различия в интересах, аттитюдах, эмоциональных чертах, профессиональных целях и достижениях. Половые различия в агрессивности связаны с большими размерами тела, большей мышечной силой и физ.

выносливостью мужчин. Существуют тж веские экспериментальные доказательства связи агрессивного поведения с уровнем половых гормонов. Др. важное половое различие можно обнаружить в акселерации возрастного развития девочек. Девочки не только достигают пубертата раньше, чем мальчики, но на протяжении всего детства они по всем физ. характеристикам оказываются ближе к своему взрослому телосложению. В младенчестве акселерация возрастного развития девочек может быть важным фактором, определяющим более быстрое овладение языком, и может дать им преимущество в вербальном развитии в целом.

Нетрудно проиллюстрировать и вклад культуры в половые различия. В большинстве обществ мальчики и девочки, хоть и живут в одном доме, в действительности растут в разных субкультурах. И родители, и др. взрослые, и сверстники — все во мн. случаях относятся к ним по-разному. Личности матери и отца сами по себе оказывают большое влияние на формирование у ребенка представлений о половых ролях и о том, чего ждет от мужчин и женщин определенная культура. Весьма вероятно, что полоролевые стереотипы влияют на половую дифференциацию мотивации, интересов и аттитюдов.

Есть данные, частично подтверждающие, что выполнение когнитивных заданий, таких как решение задач и тестов достижений по чтению и арифметике, значимо связано со степенью полоролевой идентификации индивидуума и его собственной оценкой приемлемости для своего пола различных занятий. Большинство описательных данных, касающихся половых различий в психол. чертах, было собрано в США и в западноевропейских странах до начала соврем. феминистского движения.

Изменения в образовательной, профессиональной и общественной сферах, произошедшие под влиянием этого движения, могут отразиться на относительном развитии лиц мужского и женского пола как в когнитивной области, так и в других областях.

Расовые и культурные различия Раса — это биолог. понятие, относящееся к подразделениям вида. Оно соответствует таким классиф., как порода, племя или линия у животных. Челов. расы образуются тогда, когда группа людей становится относительно изолированной благодаря действию географических или соц. барьеров, в результате чего спаривание внутри группы становится более частым явлением, нежели спаривание членов группы с «чужаками». Должно смениться много поколений, прежде чем начавшийся т. о.

процесс приведет к образованию популяций, различающихся относительной частотой определенных генов. Однако поскольку эти различия относительны, а не абсолютны, любая расовая группа обнаруживает некоторую вариацию в наследственных расовых характеристиках и частично пересекается с др. популяциями по таким характеристикам. По этой причине понятие расы, в строгом смысле слова, применимо к популяциям и не применимо к отдельным людям.

Когда людей классифицируют по таким категориям, как социоэкономический уровень, национальность, или этническая идентичность, часто обнаруживаются значимые групповые различия в практиках воспитания детей, сексуальном поведении, эмоциональных реакциях, интересах и аттитюдах, а тж в выполнении многих тестов способностей. Во всех таких сравнениях направление и степень различия между группами зависит от конкретной черты, интересующей исследователей. Поскольку каждая культура (или субкультура) поощряет развитие своего собственного типичного паттерна способностей и черт личности, сравнения на основе таких глобальных мер, как IQ или общая эмоциональная адаптация, практ. лишены смысла.

Изоляция групп приводит как к культурной, так и к расовой дифференциации. Отсюда, трудно раздельно оценить вклад биолог. и культурных факторов в расовые различия по психол. чертам. В поисках ответа на этот вопрос тестируют «полукровок», детей от смешанных браков. Считалось, что если в силу генетических факторов одна раса более интеллектуальна, чем другая, интеллектуальные способности «полукровки» должны быть промежуточными. Однако, по общему мнению, эта гипотеза весьма сомнительна, поскольку предполагает абсолютную связь между генами, определяющими цвет кожи (или иные расовые признаки), и генами, определяющими интеллект. При неполной связи корреляция между расовыми признаками и интеллектом исчезнет через неск. поколений, если будут продолжаться смешанные браки. Интерпретация рез-тов еще более осложняется тем обстоятельством, что смешивание рас обычно является выбираемым в рамках одной или обеих рас, а тж тем, что «полукровки» имеют тенденцию к ассимиляции в той культуре, к к рой принадлежит большинство населения. В группах, к-рые яв-ся довольно однородными по своей ассимиляции культурой большинства, и в к-рых люди относились к определенным расам скорее по документам, составленным со слов их родителей, нежели по их внешности, корреляция между тестовыми показателями и степенью расового смешивания была пренебрежимо мала.

Др. подход представлен изучением происходящих с возрастом изменений в сравнительном выполнении тестов расовыми группами. Напр., в США изучение чернокожих младенцев и детей дошкольного возраста либо вовсе не выявило у них отставания в умственном развитии, либо выявило лишь незначительное отставание от норм для детей белого населения. Однако тестирование школьников, проведенное в тех же регионах и в то же самое время, обнаружило заметную разницу в средних показателях, к-рая с годами увеличивалась. Эти рез-ты аналогичны данным, к-рые были получены и для других групп детей, росших в ограниченной образовательной и культурной среде. В данном случае возрастное снижение интеллекта было приписано кумулятивным эффектам ограничений опыта детей и усиливающемуся несоответствию обедненной среды расширяющимся интеллектуальным потребностям растущего ребенка. Рассматривая эту проблему с более широкой т. зр., можно сказать, что такое возрастное снижение показателей относительно тестовых норм происходит в тех случаях, когда тест оценивает когнитивные функции, развитие к-рых не стимулируется в конкретной культуре или субкультуре.

Третий подход заключается в сравнении выборок представителей одной и той же расы, выросших в разных условиях. Как правило, подобные исслед. выявляют большие различия в выполнении теста между подгруппами одной и той же расы, живущими в разных условиях, чем между разными расовыми группами, живущими в более сопоставимых условиях. То, что региональные различия, выявленные в пределах одной и той же расовой популяции, связаны скорее с культурными особенностями этих регионов, нежели с избирательной миграцией, было доказано в нескольких исслед.

Исслед. т. н. уравненных групп (equated groups) разных рас обычно показывают существенное сокращение различий средних значений IQ, хотя нек-рая разница все же остается. Проведение подобных исслед. связано с рядом трудностей методологического характера. Одна из них заключается в статистической регрессии к среднему, к-рая проявляется всякий раз, когда эксперим. план с попарным уравниванием выборок (matched-sample experimental design) применяется в исслед. популяций, различающихся по уравнивающей переменной (equating variable), напр. по социоэкономическому уровню. В результате этого обнаруживаемые при сравнении подобранных выборок различия средних показателей, напр. IQ, представляют собой всего лишь статистический артефакт процедуры отбора. Др.

трудность связана с использованием очень широких категорий для классиф. таких переменных, как социоэкономический или образовательный уровни. Когда имеешь дело со столь крупными категориями, всегда есть вероятность того, что индивиды из одной популяции сгруппируются на нижнем уровне внутри каждой категории, а индивиды из др. популяции — на верхнем уровне той же категории, даже если отбор производился т. о., чтобы суммарное число индивидов во всех категориях было одинаковым.

Аналогичная трудность возникает и при использовании таких традиционных уравнивающих переменных, как профессия и образование родителей, ибо связь этих переменных с психол. развитием ребенка может быть весьма косвенной и отдаленной. Все более заметной становится тенденция к созданию шкал домашней среды (home enviroment scales), к-рые более детализированы и имеют более непосредственное отношение к развитию надежно определяемых свойств, таких как способность к обучению. Использование подобных шкал для сравнительного изучения чернокожих и белых дошкольников и учащихся средних школ оказалось плодотворным: были получены доказательства зависимости групповых различий в интеллектуальном развитии от релевантных характеристик домашней среды.

Опираясь на накопленные к настоящему времени знания, с уверенностью можно сделать лишь неск. выводов. Во-первых, биолог. основа любых наблюдаемых психол. расовых различий до сих пор не установлена. Во-вторых, получено немало доказательств — как из сравнительного изучения рас, так и из др. исследований в области Д. н. — того, что роль культурных факторов в формировании поведенческих различий, преимущественно выявляется при изучении разных расовых групп. Наконец, в отношении всех психол. черт и качеств, диапазон индивидуальных различий внутри каждой расы значительно превышает различие средних показателей между расами.

Что же касается групповых различий вообще, можно сказать, что эмпирически установленные групповые различия превращаются в групповые стереотипы, если: 1) различия групповых средних приписываются всем без исключения членам группы;

2) наблюдаемые различия воспринимаются как жестко закрепленные, не поддающиеся изменению и передаваемые по наследству.

См. также Приемные дети, Генетика поведения, Одаренные и талантливые дети, Наследуемость, Интеллект человека, Индивидуальные различия, Психологическая оценка, Расовые различия, Половые различия А. Анастази Дифференциальные тесты способностей (Differential Aptitude Tests, DAT) Д. т. с. — комплексная батарея из восьми тестов, предназначенная для использования в образовательном и профессиональном консультировании уч-ся старших классов средней школы. В состав батареи входят следующие тесты: вербальное рассуждение (Verbal Reasoning), числовая способность (Numerical Ability), абстрактное рассуждение (Abstract Reasoning), канцелярская скорость и точность (Clerical Speed and Accuracy), механическое рассуждение (Mechanical Reasoning), пространственные отношения (Space Relations), правописание (Spelling) и словоупотребление (Language Usage). Девятый показатель — мера способности к обучению (или академической способности), яв-ся производным, получаемым путем объединения показателей по тестам «Вербальное рассуждение» и «Числовая способность». В качестве дополнения в батарею тж входит Опросник планирования карьеры (Career Planning Questionnaire).

Существующие формы этого теста (S и Т) были стандартизованы на национальной выборке из 000 уч-ся и имеют нормативные данные по классам и полу.

Представленные в руководстве данные по валидности свидетельствуют о том, что показатели Д.

т. с. прогнозируют успеваемость по различным предметам в средней школе и дифференцируют уч-ся в отношении их будущей профессиональной деятельности. Вместе с тем, однако, имеется мало свидетельств в поддержку дифференциальной валидности паттернов показателей по различным тестам этой батареи.

См. также Педагогическая оценка, Измерение Ф. Г. Браун Дневные дошкольные центры (day-care centers) Д. д. ц., дневные ясли (day nursery) или детские ясли (cruche), определяемые как «организованное оказание услуг по присмотру за детьми вне дома в течение определенной части дня», впервые появились во Франции.

В США Д. д. ц., обеспечивающие внедомашний присмотр за детьми, специально создавались для преодоления экономических трудностей посредством высвобождения женщин для участия в производительном труде и особенно распространились в период Великой депрессии, Второй мировой войны и Войны с бедностью. Из др. групп населения, помимо работающих женщин, к услугам дневных центров чаще обращались одинокие родители, представители меньшинств, бедные или находящиеся на грани бедности семьи. Преобладающей формой вспомогательного ухода за детьми при этом оставался присмотр няни в своем собственном или же в к.-н. др. доме.

Большинство программ Д. д. ц.: а) придерживаются фиксированного граф. — 8 или более часов ежедневно;

б) обслуживают детей не старше 6 лет;

в) имеют лицензии;

г) реализуются специалистами.

В пользу дневных центров говорят неск. аргументов, осн. на предположении, что такие условия и программы обладают определенными качественными преимуществами, к-рые не может обеспечить домашний уход, а именно: а) контролируемые стандарты для таких факторов, как количество персонала на одного ребенка, пространство и оборудование;

б) специализированные услуги в соответствии с потребностями и интересами обслуживаемых клиентов;

в) более эффективные услуги в обеспечении и контроле (напр., здоровье и питание) вследствие концентрации детей в одном месте. Однако существуют три аргумента против Д. д. ц.: а) более высокая стоимость услуг по сравнению с домашним присмотром;

б) ограниченная открытость к изменению после того, как центр начинает функционировать;

в) невозможность набрать в нек-рых местах проживания достаточное количество детей для организации центра.

Условия в дневных дошкольных центрах Исследовательская литература группируется вокруг четырех осн. ситуационных измерений: а) количество детей, б) размеры физ. пространства;

в) количество персонала на одного ребенка;

г) характеристики детей. Напр., данные свидетельствуют о том, что в небольших по количеству детей (приблизительно от 15 до 20) дневных центрах персонал чаще их хвалит, успокаивает и задает вопросы и в меньшей степени акцентируется на правилах и рутинных процедурах. С возрастанием количества детей на каждый квадратный фут возрастает частота проявлений негативного поведения, такого как агрессивность, разрушительность и изолированность. Кроме того, в однородных по возрасту группах воспитатели менее ласковы и реже прибегают к прямым формам обучения, а дети демонстрируют большую конфликтность и соперничество по сравнению с разнородными по возрасту группами.

Эффекты дневных дошкольных центров Программы групп. воспитания в дневных центрах влияют на когнитивное, эмоциональное и соц.

развитие детей. Представляется очевидным, что 1—2-летняя качественная программа в сочетании с эффективной домашней программой может вызывать устойчивые положительные изменения в когнитивных способностях детей, в особенности IQ. У вырастающих в экономически неблагополучных условиях детей опыт пребывания в дневных центрах заметно ослабляет снижения IQ, часто наблюдаемые у детей из аналогичных семей, живущих в условиях высокого риска и нестабильности.

Что касается эмоционального развития, то Д. д. ц. не наносят ущерба отношениям привязанности между матерью и ребенком, даже когда такой уход за ребенком начинается уже с первого года жизни, и не снижают предпочтения ребенком матери в сравнении с др. опекуном. Дети, проводящие определенную часть своего дня в детском центре, больше взаимодействуют со сверстниками, приобретая опыт как позитивных, так и негативных отношений.

Количество исслед. резко сокращается, а рез-ты оказываются более неоднозначными, когда рассматривается влияние детских дошкольных центров на семью и др. системы. Матери, принимающие участие в программах обучения, формируют сети поддержки (supportive networks), распространяя информ. и оказывая помощь друг другу в воспитании детей. Имеются тж данные о том, что по мере роста удовлетворенности родителей организацией присмотра за их детьми возрастает и удовлетворенность работой и супружескими отношениями.

К интерпретации этих данных следует относиться с осторожностью. Для понимания потенциальных оптимизирующих воздействий на детей родителей, семей, поставщиков услуг по уходу за детьми и соц. сетей поддержки необходимы дальнейшие исслед., как фундаментальные, так и прикладные.

См. также Обучение в раннем детстве Ф. Дойч Дневные стационары (day hospitals) Д. с. и центры дневного пребывания начали широко распространяться в 1970-е гг. в ходе движения деинституционализации. Д. с. предотвращают тотальную изоляцию больного от семьи и здорового окружения, требуя при этом меньших финансовых затрат как со стороны государства, так и со стороны пациента, по сравнению с полностью укомплектованной мед. персоналом больницей, круглосуточно обслуживающей стационированный контингент. Пациенты Д. с. обычно находятся в переходном периоде от полной госпитализации к самостоятельному проживанию, они прибывают в Д.

с. прямо из мест проживания для избежания эффектов полной институционализации. Переходный характер обстановки Д. с. или центра дневного лечения снижает стигматизацию и зависимость, часто сопровождающую период во время и после долгосрочной госпитализации. Главная цель этих учреждений — подготовка клиентов к решению задач повседневной жизни. Реабилитационные службы обычно используют адаптированные к индивидуальным задачам групп. программы, включающие терапию развлечениями, занятостью и средой, а тж производственную реабилитацию. Разнообразие видов активности, предоставляемых пациентам в Д. с. и центрах дневного лечения, предполагает наличие мультидисциплинарного персонала при участии психиатров, клинических психологов, психиатрических соц. работников, психиатрических медсестер, специалистов по терапии занятостью и развлечением и консультантов по производственной реабилитации.

См. также Дома «на полпути», Программы психического здоровья Р. Д. Фелнер Добрачное консультирование (premarital counseling) Только в самом широком смысле этого термина можно рассматривать Д. к. в качестве «консультирования». Из функций консультирования в нем остаются обсуждение проблем и образовательное вмешательство, имеющее главной целью снабжение жениха и невесты типичными для таких случаев сведениями.

Выдающимся пионером в осуществлении образовательного инструктивного метода подготовки к браку являлся Эрнст Р. Гровс, который в 1924 г. в одном из колледжей Университета Бостона ввел учебный курс под названием «Подготовка к браку и семейной жизни».

Др. событием, оказавшим большое влияние на Д. к., был переход в психологии от строго интрапсихического рассмотрения проблем к расширенному взгляду на межличностные системы и культурные аспекты проблемных ситуаций. Это побудило специалистов в области психич. здоровья и пасторских консультантов начать обращать повышенное внимание на переменные отношений в браке и в процессе подготовки к браку.

Начиная с 1950-х г. «Журнал пасторской психологии» (Journal of pastoral psychology) стал отражать более широкий интерес к аспектам взаимоотношений Д. к., выразившийся в увеличении числа статей по данному предмету. Рост количества курсов по пасторскому консультированию во многих учеб. заведениях США явился дополнительным свидетельством того, что религиозные организации расширяют свое влияние на сферу межличностных отношений.

Благодаря усилиям Службы здравоохранения США, нацеленным на выявление и контроль венерических заболеваний, к проведению добрачного обследования изначально были привлечены профессиональные медики. Хотя большинство физ. осмотров проводились поверхностно и регламентировались (существенно различавшимися) законами штатов, нек-рые врачи ощущали потребность выйти за рамки рутинных процедур и снабдить молодые пары необходимыми сведениями и рекомендациями. Большая часть консультаций, предоставлявшихся врачами, были сосредоточены на вопросах пола и сексуальности.

Накапливается все больше данных, что по крайней мере нек-рые из тех, у кого не сложились отношения в первом браке, строят более конструктивные отношения во втором браке. Проведенное после неудачного брака консультирование может помочь новой супружеской паре избежать тех проблем, которые привели к несостоятельности предшествовавшего брака. От людей, к-рые ранее состояли в браке, тж будут ожидать достижения определенного понимания тех требований, к-рые к ним предъявляет брак, и принятия более разумного подхода к новым отношениям.

В совр. литературе по вопросам Д. к. говорится о том, что брачных и семейных консультантов поощряют помогать намеревающимся вступить в брак реалистично оценить многие из романтических иллюзий и мотивов, связанных с браком. Они могут исследовать соц.-психол. аспекты динамики брака и процесс формирования супружеской привязанности и верности. Кроме того, многими осознается необходимость исследовать причины образования семьи и болезненный процесс разделения и расставания.

См. также Консультирование, Сексуальность человека, Выбор супруга/супруги Р. Берг Доверительные границы (confidence limits) Д. г. имеют отношение к интервальному оцениванию и связаны со стандартными ошибками статистик: выборочных средних, коэффициентов корреляции, предсказанных значений переменной и т.

д. При интервальном оценивании главной задачей яв-ся определение такой области значений или такого числового интервала, к-рые позволяют с высокой степенью вероятности предполагать, что истинное значение оцениваемого параметра заключено в их границах. Если применить это понятие к определенной статистике, напр. выборочному среднему, то становится очевидным следующее:

независимо от способа выборки и ее размеров, у нас нет никаких оснований рассчитывать на то, что выборочное среднее будет в точности равно генеральному среднему (параметру). Любое выборочное исслед. связано с ошибками выборки вследствие действия случайных факторов, вызывающих флуктуации от выборки к выборке. Отсюда возникает необходимость точно оценить интервал, предположительно включающий истинное среднее. Такое оценивание предполагает выбор уровня достоверности, аналогично тому, как это происходит при проверке гипотезы. Д. г. являются дополнительными величинами относительно уровней значимости, используемых при проверке гипотезы. Выборочное распределение средних принимает вид нормального распределения со средним, равным среднему выборочных средних (X), и со стандартным отклонением (Sm), равным стандартной ошибке среднего. Если число выборок стремится к бесконечности, верны следующие условия:

—1,96 m — +1,96 m (95% доверительные границы);

—2,58 m — +2,58 m (99% доверительные границы);

—3,29 m — +3,29 m (99,9% доверительные границы).

Смысл этих формул заключается в том, что на заданном уровне достоверности построенный интервал будет включать соотв. процент всех возможных средних, нормально распределенных относительно генерального среднего µ.

Д. г. полезны при оценивании интервала, в к-ром на заданном уровне достоверности предположительно лежит «истинное» значение тестового балла, полученного конкретным чел.

Выборочная ошибка коэффициента надежности (rit) равна e = 0 1- rit. Отсюда, напр., 95% Д. г. для «истинного» значения IQ у испытуемого, получившего оценку IQ = 110 по тесту, надежность к-рого равна 0,84, будут соответственно 98 и 122 (при 0 = 15, e = 15 1- 0,84 = 6).

Д. г. тж используются в предсказаниях ( X ) осн. на критериях заданной степени валидности.

Стандартная ошибка, связанная с предсказанным баллом ( X ), есть не что иное, как стандартная ошибка оценки (у, х).

П. Ф. Меренда Дома «на полпути» (halfway houses) Дома «на полпути» (ДП) представляют собой небольшие групп. жилища, предоставляемые выписанным из психиатрического стационара пациентам на переходном периоде их приспособления к самостоятельной жизни в об-ве. ДП различаются между собой по локализации, размеру, назначению и контингенту больных. Однако большинство из них располагается в населенной зоне, вмещает 15— жильцов, служит переходной инстанцией между психиатрическим стационаром и средой здорового проживания и выполняет функцию осн., хотя и временного места жительства пациентов. Большинство ДП предоставляется пациентам с диагнозом наркомании, с наличием психич. расстройств и проблем, вызванных антисоциальным поведением. Хотя ДП первоначально имели целью заполнение пустоты между психиатрической больницей и здоровой средой проживания, мн. из них сейчас служат источником поступления пациентов в стационары.

Неск. факторов способствовали развитию движения ДП. Произошел переход от длительного содержания больных в психиатрических стационарах к их помещению в минимально ограничивающие условия лечения. Кроме того, определенные соц. и юридич. акции способствовали выписке большого числа стационарных больных. В то же время прогресс в психофармакологии привел к снижению проявлений симптоматики у мн. больных и сделал возможной их выписку из психиатрического стационара. Параллельное развитие судебной системы утвердило необходимость создания мест временного проживания для того, чтобы помочь лицам, освобожденным после длительного заключения, адаптироваться к жизни в об-ве.

Главная цель ДП — помощь в развитии навыков, необходимых для успешной жизни в об-ве.

Более специфические цели — помощь жильцу в контроле над проблемным поведением, улучшение навыков соц. поведения, установление соц. отношений, помощь в трудоустройстве, приобретение финансовых навыков и развитие навыков самообслуживания.

ДП выполняют тж филос., соц. и пед. функции, включая предотвращение или снижение числа госпитализаций, снижение затрат на лечение, использование минимально ограничивающей лечебной среды и минимизацию разрыва соц. связей в здоровой среде, обусловленного поступлением в стационар. ДП выполняют тж образовательную функцию, знакомя население с характеристиками, специальными проблемами и нуждами своих обитателей.

Большинство ДП используют непрофессиональный персонал и стремятся создать для своих обитателей атмосферу соц. поддержки. Специфические программы часто включают плановые развлечения и соц. мероприятия, собрания жильцов, групп. терапию, распределение ответственности за ведение домашнего хозяйства и консультирование больных. В большинстве домов приняты строгие правила, касающиеся должного поведения;

жильцы принимают участие в системе домового самоуправления.

Мн. ДП используют определенные типы ситуационных программ для стимуляции и вознаграждения зрелого, ответственного поведения больных. В административном аспекте ДП чаще всего аффилиированы или финансируются церковными и частными орг-циями, больницами или центрами психич. здоровья.

ДП стремятся к постепенному восстановлению соц. статуса выписанных больных, к ступенчатой реинтеграции пациентов в об-ве, к приобретению ими навыков, необходимых для успешной жизни в здоровой среде. Акцент на успешном приближении к независимой жизни в об-ве обусловлен полученными данными о том, что первые неск. месяцев после выписки из больницы сопряжены с наиболее высоким уровнем стресса и риском рецидива.

Хотя обоснование существования ДП и их цели привлекательны и обладают очевидной валидностью, эффективность этого подхода еще недостаточно подтверждена эмпирическими исслед. В большинстве исслед. не использовались контрольные группы или авторы стремились лишь сформулировать предикторы успешного рез-та терапии. Предикторами, от к-рых чаще всего зависит рез-т, являются признаки алкоголизма, число предыдущих госпитализаций, трудовая занятость в период проживания в ДП, сохранность соц. связей и возраст. Методологические недостатки и противоречивость данных опубликованных исслед. заставляют сделать вывод о том, что терапевтические преимущества ДП все еще остаются недостаточно доказанными.

Одно из препятствий для проведения оценки эффективности — концептуальная и организационная неоднородность таких учреждений. Можно ожидать различий в эффективности функционирования ДП в зависимости от их теорет. концепции, специфических программ, подготовки и характеристик персонала, уровня поддержки со стороны общественных учреждений и типа размещаемых пациентов.

Поражает отсутствие эмпирической основы специфических программ, используемых в ДП.

Напр., растет число солидных публикаций, посвященных методам обучения больных соц. навыкам, навыкам супружеских взаимоотношений и способам трудоустройства. Однако в большинстве программ ДП продолжают использоваться устаревшие и интуитивно обоснованные методы достижения этих целей.

ДП — это прежде всего концепция лечения, к-рая совершенно не обязательно предусматривает наличие определенного учреждения. Успешная реинтеграция в об-ве выписанных из стационара больных м. б. осуществлена путем моделирования, обучения, тренинга и постепенного приближения к жизни в здоровой среде без специальной институциональной структуры, посвященной решению этих задач.

С. Н. Хейнс Домашние любимцы (pets) На всем протяжении истории имели место межвидовые соц. взаимодействия — отношения хищника и жертвы;

любопытство — товарищеские отношения — игра;

кооперация или контакты.

Собаки, прирученные ок. 10 тыс. лет тому назад, стали, возможно, первыми Д. л., помогая людям охотиться, охраняя их поля и амбары, а тж служа источником мясной пищи. Связь между человеком и домашним животным представляет собой уникальные взаимоотношения. Д. л. позволяют почти полную свободу отношений, они предлагают искренний и близкий союз, лишенный духа конкуренции и к.-л.

оценок. Они могут успокоить, оказать помощь и защитить от вторжения, темноты, физ. нападения, скуки и, возможно, одиночества. Д. л. может выступать в качестве молчаливого собеседника. Он может стимулировать проявления спонтанности и творчества;

высвобождать сдерживаемую энергию и напряжение, выступая в качестве товарища по играм;

помочь воспитать чувство ответственности и челов. ценности, выступая в качестве зависимого существа. А, самое главное, Д. л. служат доступным и понятным средством выражения ответных реакций — получение любви и ее отдача идут рука об руку, в то время как дурное обращение и пренебрежение влекут за собой избегание и отторжение. Кроме того, осуществляя свои биолог. функции и половые отношения, Д. л. помогает научить детей понимать явления природы.

См. также Антисоциальная личность, Одиночество Ф. Дойч Доминантные и рецессивные гены (genetic dominance and recessiveness) По иронии судьбы, о наследственности животных нам известно гораздо больше, чем о наследственности чел.

Наследственность является результатом комбинаций генов. Гены — это биохимические функциональные элементы хромосом, определяющие потенциальный пол и др. признаки у зародыша.

Хромосомы представлены парами в ядре каждого сперматозоида и каждой яйцеклетки. У чел. имеется 23 пары, или 46 хромосом, причем одну пару называют половыми хромосомами, потому что они определяют пол будущего организма. Клетки женского организма несут две Х-хромосомы, тогда как клетки мужского содержат одну Х- и одну Y-хромосому. Y-хромосома мельче по размеру и содержит меньше генов на своей поверхности, чем Х-хромосома.

В рез-те клеточного деления в яичниках все яйцеклетки содержат одну Х-хромосому, тогда как клеточное деление в яичках приводит к тому, что половина сперматозоидов содержит Х-хромосому, а др. их половина — Y-хромосому. Т. о., в половине случаев челов. яйцеклетка оплодотворяется сперматозоидами, несущими Х-хромосому, и еще в половине — сперматозоидами, несущими Y хромосому, так что половина рождающихся в популяции детей должна бы иметь мужской пол, а половина — женский. (Мальчиков все же рождается чуть больше, но среди них и смертность выше, а потому соотношение полов быстро уравнивается;

по мере того как дети становятся старше, соотношение полов сдвигается в сторону преобладания представительниц женского пола вследствие большей устойчивости женского организма к болезням.) Несмотря на то что мы очень мало знаем о локализации генов в половых хромосомах (X и Y) и аутосомах (определяющих все признаки организма за исключением половых), если судить по сложности строения челов. организма и тому, что нам известно о наследственности животных, в каждой хромосоме должно находиться громадное множество генов. Ибо ген является не чем иным, как биохимическим определением местоположения определяющего фактора, к-рый служит причиной появления конкретного признака или состояния (напр., голубых глаз или гемофилии) либо вызывает развитие определенной части тела (напр., эпидермиса большого пальца).

Карта расположения генов в хромосомах называется генотипом индивида, тогда как фенотип — экспрессия этих генов в конкретном живом организме. «Доминантный» ген способен вызвать свой эффект даже в гаплоидном (единственном) числе, поскольку он сильнее рецессивного аллеля (гена, находящегося в том же месте парной — гомологичной — хромосомы). Когда признак определяется рецессивным геном, для фенотипического проявления этого признака (или дефекта) необходимо диплоидное число хромосом (оба аллеля или гена в одном и том же локусе на паре хромосом).

Индивида, имеющего рецессивный ген какого-то наследственного дефекта или заболевания на одной хромосоме, но нормальный аллель на др. — гомологичной — хромосоме, наз. «носителем», потому что этот потенциальный родитель несет ген дефекта в гаплоидной форме и не может обеспечить его экспрессию до тех пор, пока этот ген не объединится с др. рецессивным геном этого дефекта от второго родителя при зачатии ребенка. Исключение из этого правила составляет сцепленный с полом рецессивный ген, локализованный в Х-хромосоме носителя женского пола. При объединении такой Х хромосомы жены с Y-хромосомой мужа у сына с генотипом XY наследственная болезнь (обусловленная действием рецессивного гена матери) будет проявляться так, как если бы Y-хромосома в его генотипе вообще отсутствовала.

Доминантный ген всегда блокирует действие рецессивного, но два рецессивных гена в одном и том же локусе гомологичных хромосом обладают достаточной силой, чтобы контролируемый ими признак (или дефект) мог проявиться в фенотипе. Впрочем, и одного рецессивного гена Х-хромосомы индивида мужского пола достаточно, чтобы определяемый им признак (или дефект) проявился в фенотипе или при формировании тела ребенка.

В состав доминантных признаков у чел. входят темные и вьющиеся волосы;

наличие непигментированных участков волосяного покрова;

облысение у мужчин;

карие, каре-зеленые или зеленые глаза;

нормально пигментированная кожа;

сросшиеся или лишние пальцы на руках и на ногах;

брахидактилия (укорочение пальцев из-за отсутствия фаланги);

ахондроплазия (форма карликовости, при к-рой голова и туловище достигают обычных размеров, а конечности сильно укорочены);

невосприимчивость к яду сумаха (Rhus radicans);

положительный резус-фактор;

факторы нормального свертывания крови;

группы крови A, В и AВ (по системе АB0). Рецессивные признаки включают прямые, светлые или рыжие волосы;

облысение у женщин;

голубые или серые глаза;

отсутствие пигментации кожи (альбинизм);

нормальные пальцы;

восприимчивость к яду сумаха (Rhus radicans);

куриную и цветовую слепоту;

глухонемоту;

отрицательный резус-фактор;

гемофилию и группу крови (по системе AB0).

См. также Хромосомные нарушения, Наследуемость X. К. Финк _Е_ Единственные дети (only children) Дети наз. «единственными», с т. зр. порядка рождения, если они не имеют братьев и сестер и одни воспитываются родителями (родителем). С психол. т. зр., ребенок, у к-рого большая разница в возрасте (более 7 лет) с ближайшими к нему по порядку рождения сиблингами, или ребенок, являющийся единственным в семье мальчиком/единственной девочкой, может рассматриваться в функциональном плане как единственный.

Исходя из своих теорет. представлений о семейной констелляции и порядке рождения как важных потенциальных факторах, влияющих на выбор ребенком стратегии приспособления и формирование личности и стиля жизни, Адлер говорил, что: «Единственный ребенок является проблемным уже в силу своего положения. У него есть соперник, но это не брат и не сестра. Он интуитивно чувствует вызов со стороны отца и вступает с ним состязание. А мать опекает свое единственное чадо и ни в чем ему не отказывает». В рамках адлерианского подхода тж высказывается предположение, что Е. д. могут испытывать затруднения в межличностных отношениях, соревновании и совместной жизни и деятельности.

Существует немного исслед., прямо посвященных изучению Е. д.;

большей частью информ. о них содержится в сравнительных исслед. порядка рождения, часто дающих противоречивые результаты.

См. также Порядок рождения и личность Г. Мэнистер Ежегодники психических измерений (mental measurement yearbooks) Начиная с 1938 г., публиковавшиеся на протяжении 40 лет Е. п. и. (MMY) оказывали неоценимую помощь широкой массе пользователей тестов.

По замыслу Буроса, целями Е. п. и. являлись: а) снабжение читателей регулярно обновляемой библиографической информ. о всех тестах, имеющихся в англоязычных странах;

б) предоставление исчерпывающей и точной библиографии по отдельным тестам;

и в) обеспечение читателей критическими обзорами тестов, составленными квалифицированными специалистами, с тем чтобы они могли выбирать из них наиболее подходящие для решаемых ими задач. Др. цели, отмечаемые Буросом, включали тж оказание давления на издателей тестов с целью стимулировать их производить меньшее количество тестов, но с более высоким качеством, и сопровождать публикуемые тесты более полной информ. При этом тж выражалась надежда, что пользователи станут со временем более разборчивыми потребителями стандартизованных тестов.

См. также Психометрика Г. Робертсон Естественное (грудное) вскармливание (breast-feeding) Все врачи сходятся во мнении, что грудное молоко — это лучшее питание для детей в первые месяцы жизни. По сравнению с детьми, к-рых кормят детскими молочными смесями, у детей, находящихся на грудном вскармливании, реже возникают пищеварительные проблемы, аллергии и болезни, а тж реже встречается синдром внезапной смерти младенца (СВСМ). С т. зр. питательной ценности, полной замены грудному молоку не существует.

Мн. психологи считают, что кормление грудью дает еще и психол. выгоды, поскольку может усиливать связь между матерью и ребенком. В физиолог. плане, мать и грудной ребенок разделяют удовольствие и дискомфорт: как сосание, так и кормление грудью, дают ощущение удовлетворения, тогда как пустой желудок и переполненная молоком грудь вызывают болезненные ощущения. Поэтому кормящая мать не только получает психич. удовлетворение от того, что собственным телом удовлетворяет потребности своего ребенка, но и приходит к осознанию естественного симбиотического отношения, существующего между ней и малышом. В добавление к этому, количество грудного молока у матери прямо зависит от энергичности, продолжительности и частоты сосания, что способствует образованию еще одной связующей цепи между матерью и ребенком. Наконец, непосредственный телесный контакт тж может вносить свой вклад в формирование связи между матерью и ребенком.

Однако среди психологов немало тех, кто считает, что др. способы укрепления связи между матерью и ребенком служат вполне удовлетворительной заменой Г. в. Психологически важным является не тот или иной способ вскармливания, а общий характер взаимодействия матери и ребенка.

К. С. Бергер Естественные и логические последствия (consequences, natural and logical) Это понятие противопоставляется вознаграждению и наказанию как средствам воспитания детей и, возможно даже шире, как средствам установления отношений с др. людьми.

Более простой из двух составных категорий этого понятия является категория естественных последствий, к-рая означает, что «воспитатель» («trainer») по существу ничего не предпринимает, предоставляя индивидууму самому испытать последствия своего поведения, наступающие либо по законам природы, либо по челов. законам. В применении этого метода естественных последствий к маленьким детям руководствуются двумя соображениями: а) всегда информировать ребенка о возможных последствиях данного поведения и б) не допускать, чтобы ребенок испытывал такие последствия, если существует вероятность того, что они окажутся травматическими, опасными или даже фатальными. Этот метод воспитания можно было бы назвать «обучением на собственном опыте», поскольку исповедующий его родитель-воспитатель полагает, что лучший способ узнать действительность — это познакомиться с ней на собственном опыте.

Понятие логических последствий более трудно для объяснения. Оно относится к «воспитателю», в широком значении этого слова, как в том случае, когда к.-л. взрослый человек вступает во взаимодействие с другим с целью «преподать ему урок». Ключевым понятием здесь является договор (contract) — явный или подразумеваемый — о том, что объект воспитания будет рассматривать действия воспитателя как справедливые, в поведение как логичное.

Воспитатель либо что-то делает, либо, напротив, не делает исходя из своего представления о том, что является правильным. В этом случае ребенок не «наказывается», скорее ему «преподается» урок.

Этот метод воспитания рассматривается как полностью соответствующий отношениям взрослых людей: вы платите чел., только если он выполнил обещанную им работу;

вы избегаете иметь дело с кем либо, кто оказывается невоспитанным;

вы покидаете место назначенной встречи после того, как время вашего ожидания исчерпало разумный предел;

вы спасаетесь от грозящей бедой ситуации;

и т.д.

См. также Родительская пермиссивность, Наказание, Вознаграждения, Вознаграждения и собственный интерес У. Саттон Естественный отбор (natural selection) Согласно Ч. Дарвину, Е. о. как дифференцированное выживание и размножение членов популяции относится к механизмам эволюции: естественная среда отбирает тех особей, к-рые передают свои черты от одного поколения к другому и, т. о., формируют особенности последующих популяций. В предлагаемой статье сначала будут кратко рассмотрены факты эволюции, затем — осн. положения учения Дарвина, и, наконец, то, какое отношение отбор имеет к исслед. поведения.

Эволюция Взрыв разнообразия многоклеточных организмов произошел примерно 570 млн. лет назад, во время геологического периода, получившего название кембрийского, за к-рым последовала «прополка» (weeding out): выжившие положили начало осн. группам, от к-рых в процессе эволюции произошли совр. виды.

Одной из таких групп были позвоночные. Эволюция от рыб до амфибий, а затем до рептилий ознаменовалась множеством важных вех, одной из к-рых стало заселение суши. Динозавры были впечатляющей частью этой истории, но ок. 65 млн лет тому назад они вымерли, что позволило эволюционировать крупным млекопитающим.

В масштабе геологического времени только что рассмотренного периода, 4 млн лет или около того, к-рые минули с тех пор, как предки гоминид перешли к прямохождению, — очень короткий отрезок времени. Еще короче срок, прошедший с тех пор, как возник Homo sapiens. Генеалогию человека можно проследить лишь в самых общих чертах, поскольку иногда трудно провести границы между различными популяциями гоминид. Род Homo появился примерно 2,5 млн лет назад, его представлял вид Homo habilis, и примерно к тому же времени относят начало использования орудий труда. Появление Homo erectus и использование им огня произошло примерно 1,7 млн. лет назад в Восточной Африке. Homo sapiens появился ок. 250 тыс. лет тому назад. Экспансия одних групп, напр.

кроманьонцев, сопровождалась вымиранием других, таких как неандертальцы. Если рассматривать анатомию, совр. люди возникли ок. 40 тыс. лет назад;

это же время считается достаточно противоречивой датой возникновения языка.

Самой успешной теорией в отношении согласования фактов эволюции является учение Ч.

Дарвина о Е. о.

Естественный и искусственный отбор. Е. о. — это дифференцированное выживание и размножение членов популяции;

согласно этому подходу, естественная среда отбирает тех особей, к рые передают свои черты от одного поколения к другому и т. о. формируют особенности последующих популяций. Эволюция путем Е. о. требует изменчивости внутри популяции.

Отбор был известен задолго до работ Ч. Дарвина, поскольку широко использовался в растениеводстве и животноводстве. Люди знали, как проводить селекцию растений или домашнего скота, руководствуясь такими характеристиками, как урожайность и выносливость. Такое селективное выведение пород и сортов получило название искусственного отбора, и оно породило разнообразие овощей, фруктов и т. д. Рабочих лошадей отбирали, руководствуясь силой, а беговых — скоростью.

Дарвин предположил, что в природе имеет место Е. о.

Осн. аргументы Дарвина были впервые опубликованы в его книге «О происхождении видов».

Одни люди с энтузиазмом приняли его аргументы, зато другие ожесточенно отрицали их.

Сопротивление росло, и к концу XIX в. широко распространилось мнение о том, что дарвинизм мертв.

Такая ситуация сохранялась даже в начале XX в. Эти полвека или около того, что прошли до возрождения интереса к учению Дарвина, были названы «затмением дарвинизма».

Альтернативные теории. Причина этого затмения крылась не в том, что теория эволюции была опровергнута, а в том, что в то время стали господствовать др. теории. Главными альтернативами дарвинизму были ламаркизм, теория ортогенеза и комбинация менделевской генетики с теорией мутаций. Ламаркизм восходит к работам Ламарка, французского ученого XVIII в., к-рый предположил, что признаки, приобретенные организмом, могут быть переданы по наследству его потомству, благодаря изменениям его собственного генетического материала, или зародышевой плазмы. Проблема, возникающая в связи с этой теорией, заключалась в следующем: почему благоприятные признаки с большей вероятностью передаются потомству, чем неблагоприятные?

Согласно теории ортогенеза, эволюцию направляют силы внутри самих организмов, без учета требований окружающей среды;

ее можно уподобить раскрытию плана развития. Полагали, что одним из проявлений раскрытия плана было повторение (рекапитуляция) филогенеза в онтогенезе. Онтогенез представляет собой развитие отдельного организма, а филогенез представляет историю его эволюции.

Считалось, что в процессе онтогенеза зародыш проходит через стадии развития, соответствующие его филогенезу. Эта идея рекапитуляции, однако, имеет серьезные ограничения и более не является центральной в теории эволюции.

Проблема менделевской генетики состояла в том, что она не предлагала никакого механизма изменчивости. Если строго следовать учению Г. Менделя, то доминантные и рецессивные гены в одном поколении определяют их соотношение в следующем. Без изменчивости здесь не было ничего, с чем бы мог работать Е. о. Чтобы объяснить появление новых форм, последователи Г. Менделя добавили теорию мутаций, к-рая утверждала, что эволюция происходит за счет спонтанных и зачастую крупных генетических изменений.

В XIX в. гены были чисто теорет. объектами;

их нельзя было увидеть. Только позднее методы клеточной биологии достигли такого уровня, к-рый позволил идентифицировать гены в настоящих клетках. Тем не менее, все эти эволюционные теории исходили из предположения, что некий наследственный материал передается от одного поколения другому, и что его свойства определяют эволюцию. Осн. идея нек-рых теорий заключалась в том, что этот генетический материал является репрезентацией или копией организма. В самых ранних версиях теории ортогенеза, известных под названием преформизма, зародыш представлял собой гомункулуса, крохотного индивида с уже сформированными органами;

позднее его представляли в виде предковых форм, поскольку считалось, что онтогенез повторяет филогенез. Что касается ламаркизма, то передача приобретенных признаков требовала, чтобы они каким-то образом сохранялись в зародышевой плазме, поэтому зародышевая плазма должна была содержать своего рода план тех частей организма, к-рые надлежало изменить в следующем поколении. В любом случае, зародышевую плазму можно было расценивать как репрезентацию (отображение) или копию самого организма.

Рецепт представляет собой последовательность процедур или инструкций. Он описывает, как создать продукт, но он отнюдь необязательно включает в себя описание самого продукта (рецепт торта не выглядит как торт). Рецепт может быть информативен, но вряд ли он содержит информ. о своем собственном создании, напр., о том, сколько понадобилось сделать попыток, чтобы он начал работать.

Напротив, в проекте обычно ничего не говорится о том, как строить сооружение. Как и рецепт, он может быть информативен, но обычно в нем нет сведений о его истоках, напр. о том, в каком порядке проектировались разные части. Проект является образом или копией, а рецепт — нет. В ламаркизме и трудах преформистов-ортогенетиков генетический материал трактуется как проект, а не как рецепт.

Современный синтез. Принципиальным достижением совр. биологии стало то, что она вновь обратилась к генетическому материалу, но не в качестве проекта структуры организма, а в качестве рецепта его развития. Совр. теория потребовала переосмысления положения о том, что генетический материал содержит информ., неважно, об эволюционной ли истории или о структуре организма.

Генетический материал дает ограниченную информ. о той прошлой окружающей среде, в условиях к рой он прошел отбор, поскольку он не включает в себя генетический материал всех тех организмов, к рые не смогли выжить. Кроме того, этот материал предоставляет ограниченную информ. о конечной структуре организма, поскольку является скорее рецептом производства белков, а не проектом частей тела. Такой ход рассуждений привел к глубоким выводам. Один из них заключается в том, что ламаркизм и, по крайней мере, нек-рые варианты ортогенеза, стали непригодными альтернативами дарвиновскому отбору, потому что их постулаты стали противоречить новым сведениям о законах работы генетического материала.

Объединение менделевской генетики и дарвиновского отбора, имевшее место в 20—30-х гг. XX в., получило название совр. синтеза (the modern synthesis) и стало ядром совр. биологии. Генетические эксперименты с дрозофилами не только позволили прояснить генетические механизмы, но и дали возможность наблюдать мутации в лабораторных условиях. Работая с плодовыми мушками, можно изучить множество поколений за относительно короткий период времени. В ходе исслед. были получены сведения о естественной скорости мутаций и величине их эффектов, к-рые оказались существенно ниже, чем изменения, предполагаемые в более ранних теориях мутаций. Комбинация менделевской генетики с результатами мутаций давала изменчивость, необходимую для работы механизмов Е. о.

Теории Дарвина пришлось противостоять не только конкурирующим теориям. Ранее уже упоминалась обрывочность летописи ископаемых остатков. Наши знания о доисторической жизни зависят от степени сохранности отдельных представителей древних видов, но обстоятельства сохранения и открытия этих останков неизбежно оставляют пробелы. Кроме того, твердые части (кости и раковины) гораздо лучше сохраняются, чем мягкие ткани. Даже если удается найти все части неповрежденными, сведения о поведении этих созданий весьма ограничены. Иногда возникает необходимость прибегнуть к косвенным доказательствам (напр. аналогиям между ныне живущими видами и ископаемыми остатками поведенческой деятельности, такими как окаменевшие отпечатки ног).

Др. проблема была связана с возрастом Земли. В XX в. возраст нашей планеты был пересмотрен в сторону его значительного увеличения, но в XIX в. его считали слишком малым для того, чтобы эволюция могла осуществляться путем Е. о. Существовало и непонимание в отношении возможности маловероятных событий, если в распоряжении имеется множество попыток на протяжении длительного отрезка времени. Напр., предположим, что некая органическая молекула является решающей предпосылкой возникновения жизни;

что она возникает в природе только при прохождении молнии через определенную смесь газов, присутствовавшую в древней атмосфере Земли, и что шансы этого события 1 млн. к одному. Создание органической молекулы в таких условиях кажется весьма маловероятным. А теперь предположим, что в начале истории Земли, продолжавшейся неск. млн лет, на нашей планете бушевали грозы, т. е. необходимые условия повторялись много миллионов раз. Исходя из такого предположения, возникает практ. уверенность в том, что необходимая молекула возникнет, причем не один раз, а неск., хотя точно предсказать момент ее появления невозможно.

Изменчивость и отбор. Рассмотрим пример Е. о. Представим себе популяцию животных, являющихся добычей (напр., зебр), члены к-рой различаются по скорости бега. Причины этого могут заключаться в индивидуальных различиях анатомии зебр, напр. длине костей и величине мышц, разной чувствительности, позволяющей одним стартовать быстрее других, и/или нек-рых косвенных факторах, могущих вызывать замедление бега, напр. различной подверженности болезням. Если на этих животных охотятся хищники, то жертвами станут самые медленные зебры.

В любой момент своей истории эта популяция травоядных животных обладает некой средней скоростью. Одни члены популяции бегают с большей скоростью, чем средняя, другие — с меньшей. Те, кто бегает медленнее, имеют больше шансов быть пойманными, и, соответственно, меньше шансов передать свои гены по наследству своему потомству. В следующем поколении окажется больше потомков тех, кто бегал с большей, чем средняя, скоростью, и меньше тех, кто бегал медленнее;

т. е., будет больше быстро бегающих и меньше медленно бегающих животных. Вероятно, средняя скорость у нового поколения будет выше, чем у предыдущего. Следовательно, много поколений спустя средняя скорость станет гораздо выше.

Исходя из этих аргументов, источником отбора является окружающая среда (окружающая среда хищников включает добычу, а среда добычи — хищников). Отбор создает характерные особенности организма, но отбор тж необходим и для их поддержания. Напр. предки китов некогда были сухопутными животными. После того, как они вновь перешли к морскому образу жизни, исчезли условия окружающей среды, в к-рых наличие ног было преимуществом, поэтому отбор больше не поддерживал такой признак, как хорошо развитые конечности. Вместо этого отбор стал благоприятствовать таким конечностям, к-рые оказались бы пригодными для передвижения в воде.

Ноги у предков китов постепенно исчезли;

однако бессмысленно говорить, что ноги вымерли или стали вымершими. Отбор оперирует видами, а не отдельными органами, системами или частями тела.

Окружающая среда с изобилием высоких деревьев со съедобными листьями создает условия, в к рых преимуществом может оказаться наличие длинной шеи, особенно если более малорослые деревья встречаются редко или их листья объедают конкуренты. Жирафы возникли в результате Е. о.

относительно длинной шеи;

подобный отбор не мог бы иметь место в окружающей среде, лишенной высоких деревьев (высокие деревья определяют отбор по длине шеи). Помимо этого, отбор зависит и от того, что имеется в наличии в самом его начале. У одного вида вариации индивидов могли вызвать отбор по длине шеи, а у другого мог происходить отбор особей, более эффективно карабкающихся на деревья. Окружающая среда совершает отбор в популяции организмов, но отбор может оперировать только со спектром изменчивости, уже существующим в популяции. К ограничениям возможных вариаций следует отнести структурные факторы. В случае человека, напр., наши предки млекопитающие с четырьмя конечностями исключают у человека возможность эволюции пары крыльев за плечами.

Непрерывная или прерывистая эволюция? Рассмотренный нами способ эволюционного отбора подразумевает постепенные изменения, происходящие в течение длительных промежутков времени. Предметом нек-рых споров об эволюции был вопрос о том, происходит ли она постепенно или рывками (прерывистая эволюция или эволюционный скачок). Ископаемые остатки содержат доказательства осн. изменений видов, происшедших в течение отрезков времени, относительно коротких с т. зр. эволюционных критериев, напр. вспышка роста многоклеточных форм жизни в кембрийском периоде или в конце мелового периода, вымирание динозавров (возможно, в результате падения кометы или иной катастрофы планетарного масштаба) и более позднее развитие крупных млекопитающих. Принимая во внимание убедительные свидетельства возможности обоих типов эволюции, резоннее всего прийти к выводу о том, что эволюция шла по обоим этим путям.

Структурированная сложность. Е. о. по одному признаку, напр. по скорости бега, кажется достаточно простым, но эволюция имеет дело с гораздо большим, чем однонаправленные изменения.

Это приводит к структурированной сложности, напр. к весьма сложному строению челов. глаза. Есть ли основания полагать, что Е. о. породил эту сложную структуру? Если глаз является продуктом Е. о., он не мог возникнуть сразу же сформированным. Но чем хороши отдельные части глаза? Какие они могут дать преимущества при отборе? Ответ заключается в том, что даже 1% глаза дает существенные преимущества, если у окружающих нет и этого.

Если у данного вида в процессе эволюции возникла такая сложная система, как глаз, маловероятно, что его место займет какая-то иная структура, выполняющая такую же функцию. Напр., 1% зрения, к-рое могло бы быть эволюционным предшественником совершенного челов. глаза, дает значительно меньшее преимущество, когда сформированный глаз уже существует, чем тогда, когда альтернативы зрению нет. Отбор не заменяет уже существующие механизмы другими, выполняющими такую же работу, поэтому, возможно, мы без всяких опасений можем сказать, что в процессе эволюции на наших лбах никогда не возникнет третий глаз.

Побочные продукты отбора. Сходство (насекомых) с палочками — необычное приобретение, представляющее всего лишь одно из возможных направлений отбора. Отбор может оперировать различными признаками в различных популяциях, и отнюдь не каждый из признаков, кажущийся приспособительным, обязательно является продуктом Е. о. Дарвин считал Е. о. самым важным механизмом эволюции, но он взял на себя труд отметить, что Е. о. — не единственно возможный способ: «Я полагаю, что естественный отбор был главным, но не единственным средством видоизменения» (выделено мною). Описание признаков популяции с т. зр. Е. о. требует большего, нежели сочинение правдоподобной истории о том, какое преимущество они могли бы давать членам этой популяции.

В филогенезе нек-рые особенности могли возникнуть как случайные побочные продукты отбора.

Возможно, нек-рые признаки совр. популяций не являются непосредственным результатом отбора;

возможно, они представляют собой случайные побочные продукты др., не родственных им признаков, возникших в результате отбора.

Отбор и поведение Согласно учению Дарвина, Е. о. воздействует на сменяющие друг друга популяции организмов, но отбор может так же воздействовать на последовательно сменяющие друг друга совокупности реакций в рамках времени жизни отдельного организма. Так, формирование оперантных реакций путем последовательного приближения (shaping) может порождать изменения в поведении, организуя последовательности одних, а не др. реакций. Если только самое сильное нажатие на рычаг позволяет голодной крысе получать пищу, то более сильные нажатия будут происходить чаще, а слабые — реже, а спустя какое-то время сила нажатия крысы возрастет. Такой отбор был назван отбором по последствиям (selection by consequences). Это онтогенетический, а не филогенетический отбор. В случае с нажатием рычага получение пищи является тем последствием, к-рое отбирает одни реакции и отметает другие.

Реакция, влекущая за собой получение пищи, «выживает», а остальные «вымирают». Параллели между этими двумя вариантами отбора, Е. о. и отбором поведения по его последствиям, были детально исследованы.

Подобно тому, как Галилей переместил Землю из центра Вселенной на орбиту вокруг звезды, объяснения с т. зр. отбора бросают вызов нашему традиционному способу размышления о самих себе.

Существуют и др. важные аналогии. Как отмечалось ранее, искусственный отбор был известен во времена Дарвина;

вопрос заключался лишь в том, может ли подобный отбор осуществляться в природных условиях. Процедура, известная под названием «формирование оперантных реакций путем последовательного приближения», тж является методом искусственного отбора, в процессе к-рого экспериментатор формирует силу нажатия крысой на рычаг или специалист по поведенческой терапии формирует вокализации у неразговаривающего ребенка, воспитываемого в детском доме. В этих случаях эффективность данного метода очевидна. Тем не менее, этот вид отбора является искусственным, и возникает вопрос о том, действует ли он в естественных условиях на поведение, чтобы сформировать нек-рые из поведенческих паттернов нашей повседневной жизни.

Обычно в нашем распоряжении оказываются только конечные результаты, после того, как подчиняющиеся случаю силы природы уже выполнили свою работу. Напр., можно предположить, что онтогенетический отбор внес свой вклад в формирование умения гризли ловить лососей в реках у северо-западного побережья Тихого океана, но единственное, что мы можем увидеть — это различия между беспомощными усилиями молодых новичков и великолепно скоординированными действиями опытных взрослых особей. Сам по себе процесс формирования реакций путем последовательного приближения не виден, поскольку он занимает слишком много времени (филогенетической аналогией этому может быть обрывочность геохронологической летописи ископаемых остатков). Вопрос о том, до какой степени Е. о. оперирует поведением индивида на протяжении его жизни, остается открытым, но ист. аналогии с учением Дарвина заставляют предположить, что этот вопрос требует серьезной постановки.

См. также Экологическая психология, Эволюция, Наследуемость, Развитие человека, Оперантное обусловливание, Расовые различия Ч. Катанья _Ж_ Железы и поведение (glands and behavior) Железы можно разделить на два класса: экзокринные (внешней секреции) и эндокринные (внутренней секреции). Экзокринные железы имеют протоки. Их продукты выполняют свои функции в окрестностях выделяющей секрет железы, но вне тканей тела, хотя это «вне» может относиться к полости рта, напр. Потовые железы, слюнные железы, и экзокринные структуры поджелудочной железы, к-рые выделяют участвующие в пищеварении пептиды, — все это примеры экзокринных желез.

Они практически не оказывают прямого влияния на поведение. Эндокринные, или не имеющие выводных протоков железы выделяют свои продукты непосредственно в кровь и осуществляют воздействие на органы, удаленные от функционирующей железы. Отдельные эндокринные железы могут оказывать сильное прямое воздействие на а) поддержание гомеостаза, б) регулирование эмоциональных поведенческих реакций, особенно связанных со стрессом, и на в) половое и полоролевое поведение.

Эндокринных желез всего шесть, и две из них имеют отделы, различающиеся своей структурой и функциями. Одна из последних двух желез — гипофиз — расположена в основании головного мозга и связана с гипоталамусом через воронку, или ножку, гипофиза. Передняя доля гипофиза, наз.

аденогипофизом, значительно больше его задней доли. Аденогипофиз — это железа в подлинном смысле слова: она выделяет гормон роста (соматотропный, СТГ), АКТГ, тиреотропный гормон (ТТГ), пролактин и гонадотропины. Уровни гормонов, секретируемых аденогипофизом, контролируются гипоталамусом через его связи со срединным возвышением (the median eminence), где аксоны клеток мелкоцеллюлярной (parvicellular) системы гипоталамуса высвобождают факторы, стимулирующие либо тормозящие секрецию гормонов передней доли гипофиза.

Задняя доля гипофиза, нейрогипофиз, получает прямую иннервацию от гипоталамической крупноцеллюлярной (magnocellular) нейросекреторной системы. Клетки, образующие крупноцеллюлярную нейросекреторную систему, локализованы в супраоптическом и паравентрикулярном ядрах гипоталамуса, а их аксоны доходят до нейрогипофиза. Окончания этих аксонов высвобождают окситоцин и вазопрессин, к-рые поступают прямо в кровь.

Надпочечная железа тж состоит из двух частей. Её внешний слой называется корой. Выделяемые гипофизом гормоны стимулируют клетки коры надпочечников к секреции либо минералокортикоидов, либо глюкокортикоидов. Минералокортикоиды, такие как альдостерон, влияют на почки, позволяя поддерживать содержание солей и воды в организме на постоянном уровне. Глюкокортикоиды участвуют в реакции организма на стресс. Внутреннюю часть надпочечной железы составляет мягкая мозговая ткань. Ее клетки являются мишенями преганглионарных симпатических аксонов, идущих из спинного мозга, и выделяют при стимуляции адреналин и норадреналин непосредственно в кровь.

Общий термин «гонады» относится к мужским и женским половым железам — яичкам и яичникам соответственно. Гонады секретируют эстроген, прогестерон и тестостерон. Относительные количества этих гормонов определяют отличительные половые характеристики.

Три оставшиеся эндокринные железы — это поджелудочная, щитовидная и паращитовидная.

Эндокринные структуры поджелудочной железы секретируют инсулин, необходимый для проникновения глюкозы и жиров в клетки, с тем чтобы клетки могли использовать их для получения энергии или, в случае жировых клеток, для создания их запасов. Щитовидная железа выделяет тироксин, регулирующий скорость обмена веществ и синтез белка клетками во всех частях организма.

Паращитовидная железа секретирует гормон, участвующий в регулировании концентрации кальция в крови. Эта железа практически не оказывает прямого влияния на поведение.

Активность фактически всех эндокринных желез, за исключением мозгового слоя надпочечников, непосредственно регулируется гормонами, выделяемыми гипофизом, а деятельность самого гипофиза регулируется гипоталамусом. Хотя мозговой слой надпочечников напрямую получает сигналы из симпатического отдела автономной НС, гипоталамус, в силу его способности контролировать автономную НС, оказывает влияние даже на секрецию адреналина и норадреналина этой структурой надпочечников. Следовательно, любое обсуждение роли желез в регуляции поведения должно учитывать функции гипоталамуса.

Гормональные влияния на гомеостатические механизмы Понятие гомеостатического механизма относится к любой деятельности или комплексу действий в целях поддержания клетки, органа или всего организма в стационарном (установившемся) состоянии, оптимальном для выживания, к-рое и наз. гомеостазом. На клеточном уровне примером такой деятельности могло бы служить включение натриево-калиевого насоса для восстановления внутриклеточной и внеклеточной концентрации этих двух видов ионов, соответствующей состоянию покоя нейронной мембраны. Пищевое и питьевое поведение — примеры гомеостатических механизмов на уровне целого организма. У млекопитающих в поддержании гомеостаза организма участвуют и нервная, и эндокринная система.

Чтобы поддерживать гомеостаз, организму требуется целый ряд веществ: витамины, минералы, микроэлементы, жиры, углеводы и белки. Если в кругооборот включается избыток любых из этих веществ, они могут либо выводиться из организма, либо запасаться в нем. Если же имеет место недостаток к.-л. из этих веществ, в большинстве случаев необходим прием недостающего вещества внутрь (в составе пищи). Однако, недостаточные уровни витаминов, минералов и микроэлементов (за возможным исключением соли) не вызывают чувства голода. Состояние голода и вытекающее из него поведение, cвязaннoe с поиском и съеданием пищи, вызывается низкими уровнями углеводов, жиров и, возможно, белков.

Островки Лангерганса, рассеянные по всему телу поджелудочной железы, составляют ее эндокринную часть, к-рая как раз и связана с регулированием питания. Островки Лангерганса содержат три типа клеток, секретирующих три разных гормона — глюкагон, инсулин и соматостатин, участвующих в регулировании доступа глюкозы к клеткам. Глюкагон повышает уровень глюкозы в крови;

инсулин, наоборот, понижает уровень глюкозы в крови, присоединясь к рецепторам на поверхности клеточной мембраны и повышая тем самым ее проницаемость для молекул глюкозы, что приводит к ускоренному поглощению глюкозы клетками тела и мозга;

а соматостатин, по-видимому, регулирует секрецию глюкагона и инсулина. Инсулин — это именно тот гормон эндокринной части поджелудочной железы, к-рый имеет самое прямое отношение к пищевому поведению.

Инсулин выделяется в ответ на повышение уровня глюкозы в крови. Это может происходить после приема пищи или выделения глюкагона и связанного с этим увеличения содержания глюкозы в крови. Повышенный уровень инсулина ускоряет процесс проникновения глюкозы в клетки, где она либо используется в качестве «горючего», либо накапливается жировыми клетками, к-рые сначала преобразуют ее в триглицериды. В результате, уровень глюкозы в крови падает. Имеющиеся данные подтверждают т. зр., что чувство голода и связанное с ним пищевое поведение инициируются в тех случаях, когда в крови снижается содержание питательных веществ, и особенно содержание глюкозы.

Т. о., высокий уровень инсулина, вероятно, может вызывать чувство голода, поскольку инсулин понижает уровень глюкозы в крови. Кроме того, уровень инсулина регулируется гипоталамусом, и тогда прерыванием этих управляющих воздействий из-за повреждения структур гипоталамуса можно объяснить влияние очаговых гипоталамических повреждений на пищевое поведение и вес тела.

Дорсальные двигательные ядра блуждающего нерва обеспечивают передачу сигналов от головного мозга к поджелудочной железе. Нейроны латерального гипоталамуса посылают сигналы в дорсальные двигательные ядра, и стимуляция латерального гипоталамуса повышает уровни циркулирующего инсулина. Эти нейроны, по всей вероятности, чувствительны к изменениям потребления содержащейся в крови глюкозы в силу наличия у них собственных глюкорецепторов либо получения (через нейронную цепь) сигналов обратной связи от глюкорецепторов печени.

Двухстороннее разрушение латерального гипоталамуса приводит к тому, что животное прекратит есть и умрет от голода, если его не будут кормить принудительно. Высказывались предположения, что этот эффект вызван снижением латеральной гипоталамической стимуляции ядер блуждающего нерва, к-рая приводит к повышению уровня инсулина. Поэтому животное с удаленным латеральным гипоталамусом сохраняло низкий уровень инсулина и низкую скорость утилизации глюкозы. Следовательно, мозг такого животного не распознает, что оно голодно, и не дает команды к началу пищевого поведения.

Разумеется, это далеко не полное описание нервного контроля голода и пищевого поведения;

к тому же, рассмотренный механизм — не единственный, посредством которого латеральный гипоталамус влияет на пищевое поведение. Тем не менее, этот механизм может служить первым наглядным примером взаимодействия гипоталамуса и продукта эндокринной железы в корректировании гомеостатического поведения.

Второй пример дает питьевое поведение, являющееся составной частью гомеостатического механизма, регулирующего содержание воды и солей в организме, а тж АД. При уменьшении объема крови вследствие потери воды организмом, как в случае напряженных физ. упражнений, вызывающих обильное потоотделение, давление крови падает и скорость кровотока снижается. Это замедление кровотока распознается почками, реагирующими на него выделением ренина, к-рый, в свою очередь, превращается в ангиотензин (гипертензин) в сосудистом русле. Ангиотензин выполняет две функции.

Во-первых, он стимулирует деятельность коры надпочечников, к-рая в этом случае выделяет альдостерон, побуждающий почки возвращать натрий в систему кровообращения. Когда натрий возвращается в кровь, вместе с ним переносится и вода, что приводит к частичному восстановлению объема крови. Во-вторых, ангиотензин стимулирует деятельность субфорникального органа в головном мозге. Нейроны субфорникального органа, в свою очередь, стимулируют управляющие цепи в медиальной преоптической области, к-рые опосредуют питьевое поведение через связи со средним мозгом. Вдобавок ко всему, потеря внеклеточной воды приводит к возбуждению осморецептивных нейронов в дугообразном ядре (nucleus circularis) гипоталамуса, к-рые стимулируют его супраоптическое ядро. Это вынуждает заднюю долю гипофиза секретировать антидиуретические гормоны (АДГ), а они в свою очередь заставляют почки повышать концентрацию мочи и возвращать воду в систему кровообращения. Т. о., жажда и питьевое поведение тж представляют собой гомеостатические механизмы, находящиеся под сильным контролем желез.

Гормональные реакции на эмоциональный стресс К двум важным видам поведения, подверженным влиянию эндокринных желез, относятся поведенческие реакции на стресс и поведенческие реакции, связанные с полоспецифичным сексуальным поведением. Полоспецифичное поведение включает не только поведенческие модели спаривания и ухода за потомством, но и такие поведенческие акты, как стычки между самцами (intermale aggression), напрямую не связанные с размножением вида. Формирование нейронных цепей, лежащих в основе этих видов поведения, требует организующего влияния определенных гонадотропинов.

Термины, используемые для классиф. эмоций, обычно включают чувства счастья (happiness), любви (love), горя (grief), вины (guilt) и радости (joy). Однако большинство этих эмоций невозможно определить с операциональной строгостью, к-рой требует научное исслед., особенно в тех случаях, когда для выявления вклада нервной и эндокринной систем в эмоциональное состояние и сопутствующее ему поведение используются лабораторные животные. Вот почему эти категории эмоций никогда не определялись и не уточнялись исходя из эмпирического наблюдения. Скорее, это просто слова, взятые из обыденного языка и описывающие либо интроспективное состояние говорящего, либо внутреннее состояние др. человека, выведенное говорящим из наблюдений за его поведением. Поэтому мы не можем оценить вклад нейроэндокринной системы в большинство эмоциональных состояний, описываемых словами обыденного языка. Тем не менее, связь между стрессом и нейроэндокринной системой надежно доказана, и эту связь, вероятно, можно распространить на состояния страха и тревоги.

Страх иногда полезно рассматривать как реакцию на специфический стимул текущей обстановки, и тогда тревогу можно интерпретировать как антиципаторную реакцию на возможное угрожающее событие. В этом случае страх обычно считается более скоротечным состоянием, тогда как тревога может быть хронической и настолько генерализованной, что уже не связывается с каким-то специфическим стимулом. Однако оба эти состояния вызывают сходные эндокринные реакции.

Простейшая из них представляет собой разряд симпатических нейронов, расположенных в спинном мозге. Аксоны этих симпатических нейронов заканчиваются на висцеральных органах, в том числе на артериях. Их активность в периоды стресса приводит к повышению АД, частоты сердечных сокращений и дыхательных движений, к выбросу в кровь запасов глюкозы из печени и в то же время к уменьшению моторики желудка и кишечника. В добавление к этому, симпатическая активация мозгового слоя надпочечников увеличивает выделение адреналина и норадреналина в кровь.

Кора надпочечников тж участвует в реагировании на острый (страх) и/или хронический (тревога) стресс. Однако, симпатическая НС не имеет возможности напрямую активировать кору надпочечников.

Как указывалось выше, клетки коры надпочечников активируются АКТГ. АКТГ выделяется передней долей гипофиза (аденогипофизом) и побуждает кору надпочечников секретировать глюкокортикоиды (кортизол, кортизон и кортикостерон). Глюкокортикоиды повышают тонус сердечной мышцы и сосудов, увеличивают поступление питательных веществ в кровь, уменьшают воспаление и тормозят синтез белка. Секреция АКТГ передней долей гипофиза контролируется гипоталамическим гормоном — кортиколиберином (corticotropin-releasing factor, CRF). Кортиколиберин вырабатывается нейросекреторными клетками в паравентрикулярном ядре гипоталамуса и транспортируется вниз по аксонам этих специализированных нейронов до капиллярной сети аденогипофиза, где, высвобождаясь, стимулируют секрецию АКТГ. Паравентрикулярное ядро подвержено жесткому контролю со стороны структур лимбической системы, в частности миндалины, к-рые участвуют в регулировании реакций страха. Секреция глюкокортикоидов корой надпочечников тесно связана с работой отделов мозга, участвующих в формировании состояний страха и усилении сопутствующих им поведенческих реакций.

Перед лицом непосредственной, сравнительно кратковременной угрозы, активация симпатически-адреналомозговых и гипоталамо-гипофизарно-адреналокорковых реакций безусловно имеет адаптивное значение. Эти реакции подготавливают организм к борьбе или бегству. Однако, как показал Селье, непрекращающаяся активация этих систем в условиях хронического стресса может иметь серьезные последствия для здоровья. Изменения в организме, вызываемые длительным стрессом, Селье называет общим адаптационным синдромом (ОАС) и выделяет в его развитии три стадии. Первая стадия представляет собой реакцию тревоги, в течение к-рой организм существенно увеличивает выработку и выделение гормонов стресса. Эта первая стадия продолжается только неск. часов, тогда как сменяющая ее вторая стадия — стадия сопротивления (резистентности) — может длиться неск. дней или даже недель. Во время второй стадии уровни адреналина, норадреналина и глюкокортикоидов в крови остаются высокими. Затем наступает третья и последняя стадия — истощение, когда организм больше не может реагировать на стресс.

ОАС может вызываться любой стрессовой ситуацией, включ. хронический физ. стресс (напр.

вследствие сильного переохлаждения или реальной физ. опасности), но он может тж развиваться в результате постоянного психол. стресса. В том виде, как они были первоначально описаны Селье, физ.

корреляты ОАС включают прежде всего увеличенные надпочечные железы, с заметно большей по размеру корой надпочечников, т. к. именно ее клетки реагируют на действие АКТГ и пытаются вырабатывать все большие количества глюкокортикоидов, а тж сморщенную, сократившуюся в объеме вилочковую железу (тимус), потерю веса и язвы желудка. Причиной образования язв желудка является хроническое недостаточное кровоснабжение пищеварительного канала. Поддержание функционального состояния слизистой оболочки, защищающей желудок от участвующих в переваривании пищи кислот, требует большого расхода крови. В результате хронической активации стрессовых реакций организма кровоснабжение пищеварительного канала настолько уменьшается, что выстилающая его слизистая оболочка разрушается, и находящаяся в желудке соляная кислота вызывает язвы.

Причина уменьшения в объеме вилочковой железы, наблюдаемого при ОАС, неизвестна. Тимус отвечает за продуцирование множества лимфоцитов (главных клеток в иммунологической защите организма от инфекций), и хронический стресс снижает способность иммунной системы к реагированию. Механизм вызванного стрессом снижения иммунной реактивности известен;

он связан с повышенным выделением в кровь глюкокортикоидов при стрессе.

Повышенный уровень глюкокортикоидов замедляет синтез белка. В качестве кратковременного компонента реакции на угрозу торможение синтеза белка полезно, поскольку сберегает метаболическую энергию. Однако, сокращение синтеза белка распространяется и на те белки, к-рые образуют рецепторы на клетках, распознающие чужеродные элементы в крови. Эти рецепторы представляют собой антитела, а переносящими их клетками являются лейкоциты (белые клетки крови) вместе с лимфоцитами. В период стресса продукция антител-рецепторов и переносящих их клеток снижается. Длительный стресс приводит к иммуносупрессии (подавлению иммунитета), повышенной восприимчивости к инфекционным болезням и предрасположенности к развитию рака.

Ненормально высокий уровень такого глюкокортикоида, как кортизол, был тж выявлен у 40— 60% депрессивных больных, и причина этого известна — повышенная секреция CRF гипоталамусом.

Гиперсекреция CRF гипоталамусом, вероятно, представляет собой специфический эффект общей дисфункции восходящих аминоэргических систем нейротрансмиттеров (допамина, норэпинефрина и серотонина), к-рую считают биолог. причиной депрессии.

Совокупный эффект активации нейроэндокринных систем, участвующих в реагировании организма на стресс, заключается в обеспечении состояния повышенной готовности к физ.

деятельности, причем без обязательного возбуждения специфических нейронных цепей, отвечающих за реализацию направленного поведения. Хотя такая активация может быть полезной для выживания при наличии реальной угрозы, затянувшаяся активация этих систем наносит вред здоровью.

Полоспецифичное поведение Воздействия гонадных гормонов на НС и, следовательно, на поведение зависят от стадии развития организма. В критические периоды развития гонадные гормоны вызывают устойчивые изменения нервной организации, приводящие в итоге к половой дифференциации поведения. У взрослого гонадные гормоны могут активировать типичные для его пола формы поведения, однако при недостаточной секреции половых гормонов такое поведение не сохраняется, как не происходит и структурных изменений в головном мозге.

Будущий пол зародыша человека или животного определяется одним геном. Половой диморфизм включает как очевидные телесные признаки, такие как форма наружных половых органов, так и различия в организации разных нейронных систем, и определяется тем, какую половую хромосому — X или Y — несет в себе сперматозоид, оплодотворяющий яйцеклетку. Если сперматозоид содержит Х-хромосому, образующийся в результате слияния с яйцеклеткой набор XX определяет развитие плода по женскому фенотипу. Как только яичники начинают секретировать гонадотропины, вторичные половые признаки и мозг все более «феминизируются». Если образуется XY-набор, будут развиваться яички, а вторичные половые признаки и мозг будут формироваться по мужскому фенотипу.

Ген, к-рый определяет, превратятся ли гонады анатомически нейтрального эмбриона в яичники или яички, локализован в середине короткого плеча Y-хромосомы. Этот ген называется «определяющей пол областью Y» (sex-determining region of Y) и содержит код продуцирования «фактора формирования семенников» (testes-determining factor, TDF). Присутствие TDF служит причиной развития яичек. В свою очередь, яички секретируют два гормона, к-рые отвечают за фенотипическое развитие плода по мужскому типу. Если эти гормоны отсутствуют, не посылаются и сигналы к изменению внутреннего, идущего по умолчанию процесса развития, в результате к-рого формируется плод женского пола.

Тестостерон, секретируемый клетками Лейдига (железистыми клетками яичек), направляет развитие половых органов, зачатка молочных желез и НС по мужскому типу. Второй гормон секретируется клетками Сертоли (фолликулярными клетками яичек) и называется гормоном, угнетающим развитие мюллеровых протоков (Mullerian duct-inhibiting hormone, MIS). MIS обусловливает рассасывание тканей, из к-рых в противном случае сформировались бы фаллопиевы трубы, матка, шейка матки и влагалище.

Хотя Феникс, Гой, Джералл и Юнг провели свой эксперимент еще до открытия MIS, полученные ими данные способствуют разграничению функций этих двух гормонов и демонстрируют важность тестостерона для маскулинизации взрослого поведения. Плод, вне зависимости от его пола, подвергается воздействию высоких уровней эстрогенов, содержащихся в крови матери. Поэтому первичная секреция яичников плода усиливается эстрогенами матери. Феникс и др. решили выяснить, что произойдет, если плод женского пола подвергнуть воздействию уровней тестостерона, превышающих норму. Для получения ответа на этот вопрос они вводили большие дозы тестостерона беременным морским свинкам. Наружные половые органы новорожденных самок оказались определенно мужскими, а вот внутренние половые органы остались женскими. Подопытные животные стали псевдогермафродитами. Этот феномен объясняется тем, что их наружные половые органы прибрели форму мужских гениталий под влиянием тестостерона;

однако маточные трубы, матка, шейка матки и влагалище остались прежними, т. к. эти морские свинки не подвергались воздействию второго тестикулярного гормона, MIS, и потому развитие внутренних половых органов происходило в соответствии с действующим по умолчанию генетическим планом формирования организма женского пола.

Второе наблюдение оказалось даже более важным. У нормальных взрослых самок морской свинки введение эстрогена и прогестерона вызывает сильный лордоз — изгиб позвоночника вперед — во время спаривания. Лордоз (или поза подставления) — это полоспецифичное поведение, запускаемое у взрослых самок наличием эстрогенов в крови. Феникс и др. обнаружили, что самки морской свинки, подвергавшиеся воздействию тестостерона в период внутриутробного развития, практически не демонстрировали лордотического поведения при инъекциях эстрогена и прогестерона в период зрелости. Однако, хотя они и имели функционирующие яичники, они столь же часто демонстрировали характерное для самцов половое поведение (садку), как и помет самцов морской свинки, подвергавшихся инъекциям тестостерона. Садка часто используется как эксперим. показатель мужской модели полового поведения и редко наблюдается у нормальных взрослых самок даже при введении им тестостерона. Пренатальная экспозиция тестостерона может иметь следствием не только формирование наружных половых органов по мужскому типу, но и развитие нейронной структуры отделов мозга по мужскому образцу.

В развитии животных существуют относительно короткие критические периоды, когда манипулирование уровнями половых стероидов вызывает различия в формировании взрослых моделей полового поведения. У крыс период беременности составляет 21 день. Семенники появляются на 13-й день эмбриональной жизни и секретируют андрогены вплоть до 10-го дня после рождения. Затем секреция андрогенов практически прекращается до наступления половой зрелости. Кастрация самцов крысы в день рождения приводит к демонстрации свойственного самкам полового поведения (лордоза) в период достижения зрелости, когда таким самцам вводят эстроген и прогестерон и устраивают садку с нормальными самцами. Самцы крысы, кастрированные спустя 10 дней после рождения, не проявляют лордоза по достижении половой зрелости. Это позволяет предположить, что существует короткий критический период, когда головной мозг чувствителен к влиянию тестостерона в плане развития мужского полового поведения.

Кроме того, передняя доля гипофиза особей мужского и женского пола секретирует лютенизирующий гормон (ЛГ) и фолликулостимулирующий гормон (ФСГ). Как уже отмечалось, выделение гормонов из передней доли гипофиза контролируется гипоталамусом. У особей мужского пола ЛГ и ФСГ выделяются постоянно, тогда как у особей женского пола выделение этих гормонов носит циклический характер и их уровни связаны с циклической активацией репродуктивных органов.

Если самцов крысы кастрируют вскоре после рождения, у них будет происходить циклическая секреция ЛГ и ФСГ. Если имплантировать яичники взрослым самцам крысы, кастрированным в пределах 1 дня с момента рождения, эти яичники оказываются способными к циклической овуляции, а сами самцы реципиенты демонстрируют поведение, обычно проявляемое самками в период течки.

Чрезмерная экспозиция андрогенов в критические периоды явно может вызывать мужское поведение у особей женского (по генотипу) пола, тогда как недостаток этих гормонов может приводить к феминизации особей мужского (по генотипу) пола. Так, самки, подвергшиеся воздействию высоких уровней тестостерона в критические периоды развития, будут демонстрировать садку практически с той же частотой, с какой обнаруживают это поведение генетические самцы, а самцы, испытавшие недостаток тестостерона в определенный критический период развития, окажутся неспособными к такому типичному для них поведению, как садка, и будут демонстрировать лордоз при введении им эстрогена по достижении зрелости. Соотносимое с результатами этих экспериментов наблюдение состоит в том, что у нормальных особей мужского и женского пола воздействие гомотипических гормонов (т. е., гормонов, соответствующих полу животного) инициирует полоспецифичное поведение (напр., лордоз при экспозиции нормальной самки эстрогену и прогестерону). Все эти наблюдения свидетельствуют о: а) чувствительности головного мозга к половым стероидам и б) существовании различий в организации, по крайней мере, нек-рых отделов головного мозга у особей мужского и женского пола.

Коль скоро ЦНС реагирует на гонадные гормоны, в нервной ткани должны существовать рецепторы андрогенов, эстрогена и прогестерона. Такие рецепторы локализованы в нейронах, обнаруженных в нек-рых областях ЦНС крыс и низших обезьян. К этим областям относится не только гипоталамус, они включают тж фронтальную и поясную кору, миндалину, гиппокамп, средний мозг и спинной мозг. В отличие от рецепторов для распознавания нейромедиаторов (нейротрансмиттеров), рецепторы половых стероидов обычно находятся в ядре клетки, а не в клеточной мембране.

Следовательно, вместо того, чтобы изменять свойства плазматической мембраны, гонадные гормоны влияют непосредственно на ДНК и транскрипцию генов. Такое действие дает возможность этим гормонам оказывать влияние на мн. функции клетки.

Представленность в головном мозге рецепторов для гонадных гомонов различается у особей мужского и женского пола. Напр., как уже отмечалось, у особей женского пола ЛГ выделяется в связи с циклической активацией репродуктивных органов, тогда как у особей мужского пола ЛГ секретируется постоянно на заданном уровне. Выделение ЛГ регулируется нейросекреторными клетками передней доли гипофиза, к-рые секретируют фактор, высвобождающий лютеинизирующий гормон (LH-releasing hormone, LHRH). Нейросекреторные LHRH-клетки не имеют рецепторов половых стероидов, однако, они получают нервные сигналы от нейронов преоптической области гипоталамуса. А эти преоптические нейроны имеют рецепторы эстрогена. Т. о., у нормальных особей женского пола выделяемый в фолликулярной фазе овариального цикла эстроген стимулирует нейроны преоптического гипоталамуса, к-рые, в свою очередь, посылают нейросекреторным LHRH-клеткам сигналы начать выработку ЛГ. В головном мозге генетических самок, подвергавшихся воздействию высоких доз андрогенов в период внутриутробного развития или сразу после рождения, клетки преоптической области не развивают рецепторы эстрогена и не реагируют на повышение его уровня. В этом случае обнаруживается мужской паттерн секреции ЛГ.

Половой диморфизм проявляется и в структуре головного мозга. Самый наглядный пример — ядро, локализованное в преоптической области гипоталамуса. Это ядро гораздо крупнее у особей мужского пола. К сожалению, его функция до сих пор неизвестна. Рэйсман и Филд обнаружили тж различия в организации входных цепей преоптической области гипоталамуса.

В добавление к влиянию на репродуктивное поведение, гонадные гормоны могут оказывать организующее и инициирующее воздействие на др. виды поведения. Напр., уровень агрессии в стычках между самцами положительно коррелирует с уровнем тестостерона независимо от того, связана ли эта агрессия с соперничеством из-за самки или нет. Эти эффекты связаны с нейронными событиями, имеющими место в медиальном и преоптическом гипоталамусе. Агрессивная игра гораздо более распространена среди самцов животных, и процент этой формы игры резко снижается у самцов крысы, если их кастрируют до наступления 6 дня постнатального развития, но такого снижения не происходит, если их кастрируют позже этого срока. И наоборот, самки крысы, подвергавшиеся воздействию больших доз тестостерона на протяжении первых 6 дней жизни, демонстрируют агрессивную игру в том же объеме, что и самцы, когда эта форма игры развивается неск. недель спустя. Аналогичные результаты были получены в исслед. низших обезьян, однако все эксперим. манипуляции должны в этом случае производиться пренатально.

Резюмируя, можно сказать, что гонадные гормоны обладают способностью организации поведения, если применяются в определенные критические периоды развития организма.

Предположительно, такая организация происходит благодаря влиянию этих гормонов на развивающуюся схематику (circuitry) головного мозга, хотя точная картина причинных связей между выделением гормонов и окончательной конструкцией мозга неизвестна. Точные сроки критических периодов, когда гонадные гормоны могут вызывать устойчивые изменения поведения, варьируют у разных видов животных, однако эти критические периоды приходятся либо на конец беременности, либо на самое начало жизни после рождения. Организуемое гонадными гормонами поведение включает не только поведенческие реакции, связанные с половой активностью, но и др. модели поведения, в особенности, служащие для выражения агрессии. Кроме того, экспозиция гонадным гормонам может активировать такое поведение, как садка или лордоз у половозрелых животных, если имеют место соотв. сенсорные события, такие как самка в позе подставления в случае полового поведения (садки) самца. Гонадные гормоны тж влияют на фактическую морфологию половых органов и вторичных половых признаков. Вариации внешних половых признаков тоже могут сказываться на поведенческой экспрессии, особенно у людей, чьи половые роли в значительной степени определяются гендерной интерпретацией, осн. на внешности и последующем соц. научении.

См. также Надпочечники, Агрессивное поведение животных, Половое поведение животных, Генетика поведения, Биологические ритмы, Эмбрион и плод, Эндорфины/энкефалины, Утомление, Общий адаптационный синдром, Доминантные и рецессивные гены, Холистическое здоровье, Гомеостаз, Гормоны и поведение, Сексуальность человека, Гипоталамус, Недостаточность питания и поведение человека, Нейрохимия, Ожирение, Гипофиз, Половое (сексуальное) развитие, Стресс, Последствия стресса, Транссексуализм, Контроль веса М. Л. Вудрафф Жертвы побоев (battered people) В США высоко ценятся неприкосновенность семьи и право ее членов — родителей, в отдельности, и отца, в особенности, — решать семейные проблемы без вмешательства извне. Это стремление американцев не допустить вмешательства в семейную жизнь и сохранить независимость семьи привело к ее обособлению от внешнего мира. Занятие этой позиции временами ограждало семьи от действий полиции, судебного преследования и любопытства исследователей. Тем не менее американские семьи сильно страдают от насилия в семье. Серьезность этой проблемы, по крайней мере частично, отражена в известной статистике, приведенной в обзоре фактов насилия в американской семье, к-рый составили Мюррей Страус, Ричард Желле и Сюзанна Стейнмец. Эти статистика свидетельствует о том, что насилие в семье — одна из ведущих причин смерти, телесных повреждений и эмоциональной патологии.

Проблема, по-видимому, затрагивает все расы и социально-экономические уровни. Вместе с тем, все формы внутрисемейного насилия реже обнаруживаются на более высоких уровнях соц. и экономического положения.

В 1960-х гг. об-во обратилось к проблеме защиты детей от жестокого обращения, что привело к разработке и принятию соотв. законов. К 1968 г. во всех 50 штатах были созданы службы по защите детей (protective services for children) и приняты законы, обязывающие граждан сообщать о подозрительных случаях. Хотя в нек-рых штатах были тж предусмотрены аналогичные службы для взрослых, не могущих защитить себя, внимание общественности к др. формам насилия в семье оставалось — а в нек-рых отношениях и по сей день остается — явно недостаточным. Жестокому обращению с престарелыми родителями, а тж бабушками и дедушками, со стороны др. членов семьи, как и проявлению насилия в отношениях сиблингов, до сих пор почти не уделяется внимания в законах и исслед.;

впрочем, эти проблемы пока не вызывают заметного беспокойства и в нашем об-ве.

Неск. более обнадеживающая ситуация складывается в области супружеского насилия. В 1971 г.

Айрин Пиззи открыла в Англии приют для женщин, подвергшихся насилию. В США первая организованная попытка противостоять супружескому насилию была в 1972 г., когда группа, называвшая себя «Защитники женщин», создала справочно-консультационную телефонную службу для терпящих побои женщин (штат Миннесота). Два года спустя эта группа основала первый известный в США приют для избиваемых мужьями жен и их детей.

Несмотря на рост внимания к насилию в семье, адекватные исслед. любой из его форм практически отсутствуют. И все же ряд фактов общего характера известен. Первый и, возможно, самый главный из них состоит в том, что насилие порождает насилие. Независимо от характера нанесения побоев или их цели, люди, к-рых к.-л. часто били или к-рые в настоящее время страдают от побоев, в будущем скорее прибегнут к насилию, чем те, кто избежал подобной участи. По-видимому, это особенно верно для лиц мужского пола, и неудивительно, что мужчины более склонны к применению насилия.

Когда физ. насилие имеет место в отношениях взрослых людей, в 50% случаев оно является обоюдным. Невозможно полностью понять роль такого насилия. Оно может носить характер самозащиты или нарастать по спирали. Мужчины склонны наносить более тяжелые повреждения и использовать более опасные орудия, такие, как пистолет или нож.

В большинстве случаев нанесенные увечья и ранения нельзя считать преднамеренными. Однако, они часто являются следствием чрезмерного стремления получить или сохранить власть над др.

человеком. Насилие в таких семьях считается само собой разумеющимся;

тот, от кого оно исходит, часто импульсивен и не способен в должной мере контролировать эмоции. У такого человека эмоции быстро достигают пика, хотя контроль над ними чаще всего достаточен для того, чтобы избежать нанесения тяжелых увечий, способных привести к смертельному исходу.

Каждый тип жестокого обращения может существовать (и действительно существует) независимо от др. форм насилия, хотя они часто кажутся связанными. Нек-рые авторитетные ученые, занимающиеся проблемой насилия в семье, опираясь на эти данные, считают, что физ. жестокость — в нек-рых формах и до определенной степени — санкционирована сложившейся в семье обстановкой и что «потеря контроля» носит приобретенный характер (или имеет второстепенное значение).

Вероятность проявления всех форм физ. жестокости повышается при алкогольном опьянении.

Появление в семье жестокого обращения с нек-рыми ее членами более вероятно, когда семья находится в состоянии стресса или когда «обидчик» имеет плохую предысторию совладания со стрессом, хотя большинство таких лиц не имеют столь серьезных нарушений эмоциональной сферы, чтобы их можно было отнести к разряду психотиков. Средовые факторы тж влияют на проявление жестокости. Насилие чаще встречается в семьях, где более двух детей, где повышенный уровень стресса и где принятие решений ложится, в основном, на плечи одного человека.

Чтобы стало возможно заняться этой проблемой в более широких масштабах, потребуется более глобальный анализ роли насилия и давления социально-экономических факторов в нашей культуре.

Ослабление соц. изоляции семей и сексистских аттитюдов в об-ве, вероятно, должно способствовать созданию основы для широких программ вмешательства и профилактики насилия в семье.

См. также Агрессия, Жестокое обращение с ребенком, Стресс, Виктимология, Насилие С. Д. Шерритс Жестокое обращение с ребенком (child abuse) Ж. о. с р. определяется как неслучайное нанесение ущерба детям родителями или опекуном.

Степень ущерба не включена в качестве существенного признака в данное определение, хотя есть определения, осн. на оценке степени ущерба, и они различаются в разных штатах в зависимости от того, как истолковывается понятие ущерба в местных законах, судах и их постановлениях. Более того, оценка степени нанесенного ребенку ущерба меняется в зависимости от конкретного периода в истории детства. Изменения взглядов американцев на Ж. о. с р. отражает ист. изменения соц. ценностей и аттитюдов в отношении детей.

С глубокой древности до колониальной эпохи дети считались собственностью родителей, имевших законное право обращаться с ними хорошо или плохо по собственному усмотрению. В нек рых случаях детей оскопляли или подвергали физ. истязаниям с одобрения или по прямому указанию религиозного лидера. Нынешние органы, созданные специально для разбора случаев Ж. о. с р., восходят корнями к прецеденту 1874 г. с приемным ребенком по имени Мэри Эллен. Ее ежедневно избивала мачеха и оказалось, что нет никаких законных способов защитить ее. В то время еще не было законов, каравших за Ж. о. с р., хотя аналогичные законы, защищавшие животных уже были приняты. Дело Мэри Эллен было передано в Общество по защите животных от жестокого обращения, представлявшего ее в суде «как животное, с к-рым жестоко обращались». Этот случай послужил поводом к созданию детского отделения в Американской гуманистической ассоц.

В 1974 г. Конгресс принял федеральный закон о трактовке и мерах предупреждения жестокого обращения с детьми (Federal Child Abuse, Prevention and Treatment Act), обеспечивая прямую поддержку штатам в разработке программ для детей, пострадавших от насилия и отсутствия должного ухода. Этот закон тж предусматривал проведение соотв. исследований и создание Центра по проблемам жестокого обращения и отсутствия ухода за детьми (Center for Child Abuse and Neglect), а тж Бюро по делам детей (Children's Bureau) при Управлении по вопросам детского развития Министерства здравоохранения и соц. обеспечения. К 1968 г. службы защиты и законодательная основа для их работы были созданы во всех 50 штатах. Возобновление интереса к проблеме Ж. о. с р. произошло под влиянием неск. факторов, среди к-рых не последнюю роль сыграла озабоченность врачей в 1960-е гг. мед. и эмоциональным ущербом, причиняемым детям.

Когда в нашем об-ве изменилось отношение к детям и насилию как таковому, эта проблема переросла в проблему разработки критериев отличия мер дисциплинарного воздействия, применение к рых необходимо и оправдано по праву, от чрезмерной и неуместной жестокости в обращении с детьми.

При рассмотрении дел о жестоком обращении с детьми его толкования варьируют от человека к человеку, от судьи к судье и даже от штата к штату. К наиболее серьезно пострадавшим детям обычно применяют термин «избиваемые дети» («battered children»), тогда как термин «ребенок, с к-рым жестоко обращаются» («abused child») считается более мягким. Отсутствие должной физ. и психол.

заботы о ребенке еще труднее поддается определению, и эта проблема получила существенно меньше внимания в литературе по соц. наукам и в практике правового вмешательства. Исключение составляют крайние случаи пренебрежения родительскими обязанностями, связанные с возможным причинением физ. вреда ребенку.

Сексуальное насилие над ребенком — это отдельная сфера, заслуживающая особого внимания.

Сексуальное насилие может как сочетаться, так и не сочетаться с др. формами физ. жестокости или заброшенности.

Невозможно точно установить число случаев физ. насилия, сексуального насилия и отказа детям в заботе, т. к. регистрируются только самые грубые случаи с тяжелыми последствиями. К настоящему времени все штаты имеют собственные законы, обязывающие официально регистрировать все формы насилия;

тем не менее, официальная статистика дает весьма умеренные цифры. Лица с высоким социоэкономическим статусом неполно представлены в этой статистике, т. к. они чаще пользуются услугами частных агентств, к-рые не сообщают о фактах насилия властям, за исключением особо тяжелых случаев.

Большинство детей, подвергшихся физ. насилию, не нуждаются в мед. лечении и где-то менее 1% таких детей получают травмы со смертельным исходом. Если исключить сексуальное насилие, наиболее частыми жертвами физ. насилия на всех возрастных уровнях оказываются представители мужского пола. Статистические исслед. свидетельствуют о том, что большинство детей, страдающих от жестокого обращения, — это дети в возрасте 6 лет и старше, и гораздо меньшую долю составляют дети в возрасте до 2 лет;

однако, по всей вероятности, дети дошкольного возраста реже, чем школьники попадают в поле зрение соц. служб.

Складывается впечатление, что большинство случаев Ж. о. с р., исключая сексуальное насилие, носит характер стихийных, непреднамеренных действий, совершаемых родителем, столкнувшимся с экстремальным средовым стрессом. Обычно физ. насилие возникает в ситуации, когда ребенок не может удовлетворить ожидания откровенно карающего родителя, к-рый уверен в эффективности телесных наказаний как средства воспитания. Иногда родители ожидают от ребенка поведения или достижений, к-рые выходят за пределы его возрастных возможностей или нереальны в сложившейся ситуации. Оказалось, что мн. родители, фактически, ожидают от ребенка заботы о них самих: долго плачущий ребенок воспринимался ими как отвергающий и не любящий маму/папу.

Безусловно, большинство актов насилия проистекают из попыток добиться от ребенка послушания, перерастающих в проявление неуместной жестокости. Почти во всех таких случаях возможное травмирование ребенка, особенно серьезное, не бывает намеренным. Даже в случае сексуального насилия, совершивший его родитель часто говорит о том, что не хотел причинить вреда, и нередко обосновывает свои действия как попытку «просветить» ребенка в сексуальных вопросах.

Большинство родителей, жестоко обращающихся с ребенком, не имеют серьезных психиатрических диагнозов, но часто испытывают затруднения в соц. отношениях, а тж в контролировании собственной раздражительности и импульсивных реакций, к-рые быстро перерастают в применение силы. Часто эти люди не только переживают значительный средовой стресс, но тж — и это значительно важнее — не в состоянии справиться с ним подходящими ненасильственными средствами.

Большинство объяснений Ж. о. с р. исходят из сочетания факторов, включ. личность проявляющего жестокость взрослого, к-рый предрасположен реагировать физически при необходимости дисциплинировать ребенка, особенно когда этот человек испытывает сильный стресс. В дополнение к этому, обстоятельства часто способствуют усилению стресса и растормаживают его агрессивное поведение.

Определенные предрасполагающие характеристики ребенка тж могут повышать вероятность жестокого обращения с ним.

Дети, появившиеся на свет в результате нежелательной или чрезвычайно трудно протекавшей беременности или осложненных родов, с большей вероятностью подвергаются жестокому обращению, равно как и дети с низким весом при рождении, гиперактивные дети и дети с любыми поведенческими трудностями и проблемами в обучении. Похоже, что длительная разлука ребенка с родителями — особенно в первый год жизни — тж увеличивает вероятность жестокого с ним обращения.

Предпринимались попытки разработать терапевтические и профилактические методы работы с жертвами и виновниками Ж. о. с р. Восстановительная терапия пострадавших от физ. насилия детей и профилактические меры, в целом, дают более обнадеживающие результаты, чем терапия и профилактика в отношении случаев сексуального насилия и отсутствия должного ухода за ребенком.

Конечно, первой и самой неотложной мерой является выведение детей из-под угрозы физ. расправы. В большинстве таких случаев детей забирают из дома, поскольку насильственные действия обычно со временем повторяются.

Большинство подходов к решению проблемы Ж. о. с р. сосредоточены в двух осн. областях.

Наиболее прямой подход — работа с самими родителями, к-рым помогают научиться справляться со стрессом, умерять свое поведение и сознавать динамику акта насилия. Второй — более общий подход — ставит целью улучшить и упрочить контакты родителей с более широким соц. окружением.

Делаются попытки снизить уровень переживаемого семьей стресса, одновременно увеличивая объем поддержки и помощи. Во всех случаях, и особенно в случаях сексуального насилия, обеспечение внешнего надзора представляется чрезвычайно важным, особенно на начальных этапах работы с семьей.

При сочетании интенсивной индивидуальной работы и более широких соц. вмешательств вероятность помешать Ж. о. с р. и уменьшить шансы причинения серьезного вреда ребенку резко повышается.

См. также Агрессия, Жертвы побоев, Отсутствие заботы о детях, Насилие С. Д. Шерритс Жесты (gestures) Ж. являются неотъемлемой частью системы коммуникации и частью «языка», когда язык широко определяется как выражение и восприятие идей и эмоций. Считается, что язык жестов, состоящий из сотен и тысяч различных сигналов, существовал до появления устной коммуникации на протяжении почти миллиона лет.

Для того чтобы стать Ж., действие должно восприниматься кем-то еще и сообщать к.-л. информ.

этому человеку. Сам объем рассматриваемых невербальных движений, охватываемых термином «Ж.», длительное время вызывал многочисленные споры. Исследователи, определявшие Ж. с «позиции получателя», включали в определение Ж. непроизвольные действия, т. к. они могут интерпретироваться получателем как произвольные и, тем самым, являться «сообщением».

Если не считать случайных, не имеющих соц. значения Ж., передающих побочные сообщения, все Ж. можно разбить на три общих категории. Символические Ж. (symbolic gestures), такие как крестное знамение или отдание чести флагу, обозначают некое традиционное событие или идею.

Иконические Ж. (iconic gestures) имеют сходство с той вещью, для изображения к-рой они предназначены, напр. форма чаши может воспроизводиться ладонями. Экспрессивные Ж. (expressive gestures) включают такие поведенческие проявления, как улыбка, выражение презрения и недовольства.

Символические Ж., зачастую заменяющие речь, обычно осознаются использующими их людьми и имеют хождение в специфических группах. К таким группам, выработавшим свою собственную систему кинетической речи, относятся североамериканские индейцы. Ж. могут не только заменять речь, но тж уточнять и дополнять смысл самого высказывания и тем самым выполнять функцию метакоммуникации. Напр., прикладывание правой ладони к сердцу означает искренность и удостоверяет правдивость слов человека, использующего этот Ж.

Область изучения Ж. во многом пересекается с областью изучения невербального поведения и коммуникации. Совр. научное изучение Ж. началось с монографии Дарвина «О выражении эмоций у человека и животных», основу к-рой составили его собственные наблюдения. Несмотря на признание им того факта, что определенные Ж. могут приобретаться путем научения, Дарвин утверждал, что большая часть телесных выразительных действий все же носит врожденный или наследственный характер.

В противоположность этому Уэстон Ля Барр, исследовавший культурные аспекты Ж., писал, что антрополог должен с осторожностью относиться к высказываниям об «инстинктивном» характере Ж., когда речь идет о людях. Напр., кивок головой как выражение согласия и (воспринимающееся как отрицательное) покачивание головой рассматривались в качестве «инстинктивных» жестов, осн. на обнаруживаемом у младенца с рождения рефлексе «поиска груди» (rooting response) и его отказе от нее.

Однако Ля Барр приводит множество альтернатив выражения согласия и несогласия из др. культур:

напр. айны на севере Японии для выражения согласия или несогласия используют ладони, тогда как абиссинцы говорят «нет», резко поворачивая голову в сторону правого плеча, и «да», резко отводя ее назад и поднимая при этом брови.

Хьюз проанализировал «постуральные привычки» («postural habits») у представителей различных культур, а Эдвард Холл описал культурные различия в приближении друг к другу (proximity) и в прикосновении при контакте в исслед., область к-рых он назвал «проксемикой» («proxemics»).

Ломакс и др. разработали систему, названную «хореометрией» (choreometrics), показывающую как стили движения связаны с социоэкономическими уровнями жизни в определенной культуре. Исследуя панкультурные аспекты телесных движений, Эйбл-Эйбесфельдт обнаружил, что приветствия сопровождаются поднятием бровей и улыбками в самых разных культурах, а Экман и Фрайзен установили, что определенные выражения лица являются универсальными. Дарвин обнаружил, что нек рые психич. заболевания сопровождаются специфическими навязчивыми выразительными движениями.

Вильгельм Райх обращал внимание на частые расхождения между вербальным содержанием и эмоциональным поведением. Он считал, что форма поведения пациента оказывается не менее важной чем то, о чем он говорит.

Фрейд утверждал, что мн. «случайные действия» аналогичны бессознательным позициям. Морис Краут изучал сферу действия и значение разнообразных «аутистических» Ж. (напр., чесание или накручивание на палец пряди волос), предполагая, что эти Ж. могут выполняться неосознанно и отражать внутренний психол. конфликт;

он связывал кулачные Ж. с агрессией и пальцевые Ж. со стыдом или конфликтами в области достижений или эмоциональной привязанности. Он тж обнаружил индивидуальные и половые различия в выполнении отдельных Ж.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 65 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.