WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 65 |

«CONCISE ENCYCLOPEDIA OF PSYCHOLOGY Second edition Edited by Raymond J. Corsini, Alan J. Auerbach John Wiley & Sons, Inc. ...»

-- [ Страница 15 ] --

продукт), особенно если они сложные, вероятен эффект совместной деятельности. Групп. рез-т будет превосходить рез-т деятельности среднего члена группы, хотя необязательно будет столь же хорошим, как рез-т ее лучшего члена.

Мн. исслед. показывают, что группы, члены к-рых придерживаются разных систем ценностей, различаются по интересам, способностям и заботам, проявляют более выраженную конфликтность и креативность в процессе взаимодействия, чем однородные группы. Др. факторами, влияющими на процессы внутригруппового взаимодействия, являются численность группы и соответствие внутри группы статуса, авторитета и способностей у каждого ее члена.

Условия, в к-рые поставлена рабочая группа, определяют ее характерные особенности. Напр., высшая инстанция может строго определить роль каждого члена рабочей группы, так что все будут находиться в равном положении, но при этом пользоваться предназначенными только для них источниками информ., необходимыми для выполнения общего задания. Условия, в к-рых приходится работать группе, могут тж оказывать непосредственное влияние на процессы взаимодействия. Так, необходимость выполнить более трудное задание может привести к более частым совместным консультациям.

Рез-ты Г. р. в виде обратной связи влияют на условия работы группы. Группа будет испытывать трудности, если ей придется работать, не имея сведений о том, как она справляется с поставленной задачей.

Важность индивидуальных вкладов в решение задачи может быть обусловлена положением, отведенным каждому члену группы. Как правило, люди, находящиеся в центре событий, могут внести более значимый и весомый вклад в решение задачи группы, поскольку они лучше понимают происходящее.

Мотивация группы т. ж. зависит от множества факторов, таких как ясность стоящих перед группой целей, принятие лидера, удовлетворенность выполняемой работой, преданность каждого общему делу и доверие членов группы друг к другу. Особенно важны для мотивации группы происходящие в ней процессы. Что касается сложившихся групп, их члены научились доверять друг другу, открыто обсуждать проблемы, принимать равное участие в выработке решений, касающихся Г.

р., и солидаризироваться с целями группы. Ключом к повышению мотивации группы является привлечение ее членов к участию в планировании и орг-ции совместной деятельности.

Сплоченность группы, по всей видимости, оказывает сильное влияние на рез-ты ее работы.

Сплоченность либо ускоряет, либо замедляет работу группы, в зависимости от того, считают ли ее члены, что повышение продуктивности труда соответствует их собственным интересам.

См. также Групповое решение проблем, Промышленная психология, Работоспособность Б. М. Басс Групповая сплоченность (group cohesiveness) Г. с. определялась различными способами. Леон Фестингер определял это понятие на основе сил, к-рые заставляют индивидуума остаться или покинуть данную группу. Один из способов понимания Г.

с. опирается на представление о «задаче». Имплицитно или эксплицитно, у каждой группы есть задача или задачи, для решения к-рых она создается. Для классиф. задач группы предлагались многочисленные системы. В нек-рых подходах делался акцент на бессознательных мотивах членов группы. В др.

выделялись коммуникативные аспекты взаимодействия между членами группы. Третьи концентрировались на содержании наблюдаемых аспектов деятельности группы. Мерой Г. с. служит степень, в к-рой члены группы идентифицируются с общей задачей и прилагают усилия к ее решению.

Что влияет на Г. с.? Хотя Рабби с коллегами высказали предположение, что соперничество между группами не оказывает на внутригрупповую сплоченность большего эффекта, чем межгрупповое сотрудничество, большинство авторов на протяжении мн. лет были согласны в том, что враждебное отношение к чужаку или чужакам способствует усилению сплоченности внутри группы. Байон полагает, что задачи группы зачастую вытекают из бессознательных и примитивных потребностей и ожиданий ее членов. Он классифицировал эти формы активности как «зависимость», «нападение — бегство» и «спаривание». Они отражают предпосылки, разделяемые всеми в данной группе. Задача или цель зависимой группы заключается в получении поддержки со стороны лидера. В ориентированной на «нападение — бегство» группе целью является просто защита от нек-рой угрозы или путем вступления в борьбу с кем-либо или чем-либо, или путем отступления и бегства. В спаривающейся группе члены ведут себя так, как если бы их целью было объединение и некий новый организм, к-рый возникнет в рез-те такого объединения. Байон считал, что для формирования целостного представления о данной группе и таких групп. феноменах, как сплоченность, необходимо уделять внимание как деятельности группы, так и базисным аспектам групп. активности.

Для объяснения того, каким образом люди в группе достигают согласованности в движении по направлению к нек-рой общей цели, Томас Френч разраб. понятие «фокального конфликта». Сходные идеи выдвигались тж и др. авторами. В целом такие представления указывают на тенденцию групп обращаться к актуальным и насущным вопросам, часто благодаря снижению тревоги у всех ее членов.

Мн. дисциплины занимаются изучением групп. феноменов. Специалисты в области психологии личности и психотер., соц. и организационные психологи, антропологи и специалисты в области образования — неполный перечень тех, кто интересуется этой проблематикой. Широкое разнообразие методов и подходов обусловливает различные рез-ты таких исслед. Интеграция обнаруженных фактов в отношении Г. с. до сих пор остается актуальной и пока не реализованной задачей.

См. также Сотрудничество/соперничество, Развитие социального поведения людей С. Берент Групповая терапия обнаженных (nude group therapy) А. Маслоу установил, что нагота может повысить эффективность групп тренинга сензитивности.

П. Биндрим, следуя этому, провел первый сеанс Г. т. о. в 1967 г.

Для определения того, является ли обнажение гениталий первичным фактором, ответственным за положительный эффект, было проведено сравнение групп, участники к-рых занимались в купальных костюмах, с группами, посещавшими те же самые психотерапевтические занятия совершенно обнаженными. Мн. терапевтические эффекты были отмечены и без обнажения половых органов.

В то время как совершенно ясно, что массаж, телесный контакт, метод Райха и др. аква энергетические процедуры не требуют обнажения гениталий, столь же очевидно, что при нек-рых условиях оно имеет значение и может даже быть абсолютно необходимым для терапевтического процесса. Это справедливо, напр., когда терапевтический процесс используется следующим образом:

1. Как терапевтический фасилитатор для участников, к-рые никогда не имели опыта обнажения в группе. Для этих лиц приобретение такого опыта значит, что им нечего больше скрывать, и способствует более открытому выражению эмоций.

2. Как средство повышения самооценки. Низкая самооценка часто является результатом негативного образа тела, фокусирующегося на обычно скрываемых грудях и гениталиях, к-рые имплицитно считаются недостаточно развитыми, уродливыми или грязными. Их демонстрация способствует десенсибилизации и переоценке в ходе открытой дискуссии. Это особенно ценно для лиц, перенесших мастэктомию или имеющих деформацию половых органов, обычно слишком преувеличивающих свои физ. недостатки.

3. Как средство улучшения сексуального функционирования. Принятие собственных половых органов в качестве красивой части своего тела может быть первым шагом участников терапии в направлении к большей сексуальной раскрепощенности и удовлетворенности. Страх перед противоположным полом тж снижается в ходе открытой демонстрации и обсуждения наготы.

См. также Группы достижения изменений, Новаторские психотерапии П. Биндрим Групповое давление (group pressure) Невозможно находиться в группе и быть свободным от ее влияния. Группа рассматривается как важнейший фактор в детерминации поведения ее отдельных членов.

Как указывал У. Р. Байон, необходимым условием существования любой группы является служение определенной цели. Это подразумевает тесную взаимосвязь между единством цели внутри группы и ее успешностью в выполнении задач. Уорчел и Купер, подводя итоги исслед. в этой области, делают вывод о том, что достижению групп. целей способствует высокая сплоченность.

Томас Френч разраб. понятие «фокального конфликта», чтобы объяснить, каким образом люди в группе приходят к «сотрудничеству» для достижения общей цели. Ее члены, индивидуально или коллективно, могут оказывать давление на др. в данной группе с целью подчинения их задачам, требующим безотлагательного решения.

Такие давления могут оказываться чрезвычайно эффективными, влияя не только на выбор индивидуумом задачи, но и на индивидуальные убеждения, аттитюды и даже на восприятие действительности. М. Шериф, используя «автокинетический феномен», показал, что на восприятие отдельными членами группы таких характеристик, как направление, расстояние и скорость «движения» светового пятна, могут в значительной степени влиять вербальные суждения и оценки др. ее членов.

Соломон Аш продемонстрировал, что индивидуумы могут подвергаться существенному влиянию в отношении широкого спектра перцептивных суждений и оценок.

Стремление к соц. одобрению настолько глубоко укоренилось у большинства людей, что они скорее с готовностью подчинятся ожиданиям других, чем рискнут вызвать их неодобрение.

Потребность индивидуума в принятии др. в группе может быть такой сильной, что будет распространяться на совершенно незнакомых людей.

Угроза соц. отвержения или др. наказания может служить мощным подкреплением конформного поведения.

Генри Израел пролил свет на механизмы, посредством к-рых индивидуумы оказывают давление на др. и в свою очередь сами подвергаются их влиянию. Индивидуумы устанавливают 3 осн. вида отношений друг с другом, а именно: «требуемые» взаимоотношения, «избегаемые» и «катастрофические». В требуемых взаимоотношениях индивидуумы взаимодействуют способами, к рые, как они полагают, отвечают ожиданиям др. В ответ на это каждый из них хочет, чтобы др. тоже отвечали его ожиданиям. Люди избегают вести себя способами, к-рые могли бы не отвечать ожиданиям др. и в свою очередь оказывают на них давление. Требуемые взаимоотношения существуют как рез-т убеждения в том, что непосредственное выражение «избегаемых» мыслей или чувств могло бы повлечь за собой катастрофу. Такое мышление пронизывает групп. взаимодействия, благоприятствуя тайному сговору, а не подлинным взаимоотношениям сотрудничества и препятствуя честности и искренности в челов. взаимодействиях.

См. также Потребность в аффилиации, Конформная личность С. Берент Групповое консультирование (group counseling) Г. к. обычно проводится в небольших группах — 7-10 человек. Входящие в такую группу люди, делясь своими мыслями, чувствами и поведенческими проблемами, предоставляют тему для обсуждения. Предполагается, что каждый член группы вовлекается в процесс благодаря реагированию на др. ее членов посредством обратной связи, поддержки и решения проблем.

Ведущий, или руководитель группы, обычно имеет специальную подготовку в области методов Г. к. и стремится создать атмосферу доверия, открытости, ответственности и взаимозависимости.

Ведущий демонстрирует типичные образцы поведения и направляет процессы понимания, проявления заботы о др. и урегулирования конфликтов.

Различия между Г. к. и групп. психотер. в основном касаются состава группы, глубины ожидаемых личностных изменений ее членов и характера подготовки ее руководителя. Методы и процедуры, используемые в Г. к. и групп. терапии, весьма похожи.

Фактически членами консультационной группы могут быть люди любого соц. происхождения и любой профессии, обычно попадающие в нормальный диапазон приспособляемости и способности справляться с жизненными ситуациями. Они присоединяются к группе, чтобы достичь более глубокого понимания себя как личности и развить свои личные потенции. Члены терапевтической группы выносят на обсуждение более серьезные личностные проблемы и могут иметь невротические симптомы или быть хроническими невротиками с ограниченной способностью справляться с жизненными проблемами. Обычно им для изменения базовых структур личности требуется более интенсивная индивидуальная работа.

Руководители консультационных и терапевтических групп должны иметь специальную подготовку в области руководства группами. Консультанты, как правило, сосредоточиваются на вопросах нормального развития в течение жизни. В подготовке психотерапевтов обычно больше времени отводится на овладение методами работы с анормальными популяциями и на изучение психопатологии.

Группы — это естественное явление в истории человечества. Организованным группам предшествовали различные религиозные движения, драма и миракли. Нек-рые историки ссылаются на работу Месмера как предшественника групп. лечения.

Большинство, однако, указывает, что работа Дж. Г. Пратта по «методу класса» стала началом научного групп. лечения в США. Врач Пратт использовал методику директивного обучения, рассказывая больным туберкулезом, которых он лечил, о гигиене. Он исходил из необходимости поднять моральный дух больных, приучая к поддержанию чистоты. Используемый им метод больше походил на то, что мы сегодня называем «руководство». Вскоре стало ясно, что его пациенты больше пользы извлекали из поддерживающей атмосферы группы, чем из сообщаемой на занятиях информации.

В Европе групп. методы начали применять Альфред Адлер и Я. Л. Морено. Адлер консультировал детей в присутствии группы, гл. обр. с целью обучения др. специалистов индивидуальному консультированию. И снова было замечено, что группа или аудитория оказывала положительное воздействие на исход консультирования, если входящие в нее люди задавали вопросы и вступали во взаимодействие. Этот методический прием используется и совр. последователями Адлера с двоякой целью — обучения и консультирования.

Морено использовал групп. методики в работе с бездомными жителями Вены. Он работал с беспризорными детьми, перемещенными лицами и проститутками. Морено внедрил психодраму в США и ввел в обращение термины «групп. терапия» и «групп. психотерапия».

В число тех, кто оказал большое влияние на групп. терапию в США, входит С. Р. Славсон, внедривший методы, известные под названием активной групп. терапии. Его методы создавались в ходе работы с соц. дезадаптированными детьми. В Чикаго Рудольф Дрейкурс в работе с семейными группами и детьми применял адлерианские принципы. Карл Роджерс и его клиент-центрированный, или феноменологический, подход способствовали популяризации групп. работы. Нехватка адекватно подготовленного персонала и огромная потребность в восстановительной и поддерживающей терапии ускорили приспособление роджерианских принципов к групп. работе с ветеранами.

Хотя практики и пытались уточнить содержание терминов «руководство» и «групп.

консультирование», полемика по этому поводу обострилась до предела, так как авторы продолжали настаивать на том, что консультирование — сугубо личный процесс и должно проводиться индивидуально. Профессионализм школьных консультантов, консультантов, работающих в общественных организациях и занимающихся частной практикой, повысила доверие к методам Г. к.

Признанию жизнеспособности Г. к. тж способствовала деятельность Движения за человеческий потенциал и таких профессиональных орг-ий консультантов, как Американская ассоц. управления персоналом и Американская психол. ассоц. Каждая из этих крупных орг-ий имеет этические кодексы, связанные с областью именно групп. работы.

Газда, Дункан и Сиссон разъясняют отличительные признаки разнообразных групп. методов:

«Руководство группой и отдельные группы видов челов. потенциала характеризуются как преимущественно профилактические по назначению;

Г. к., Т-группы, группы сензитивности, группы встреч... — как частично профилактические, вызывающие рост и коррективные по назначению;

групп.

психотерапия — как лечебная по назначению. Круг клиентов, их психич. и физ. здоровье, рабочая обстановка, величина группы, продолжительность сеансов и длительность курса соответственно отражаются в особом значении или назначении каждого из этих трех явно различающихся группирований.» Кори и Кори предлагают трактовку Г. к., принятую в совр. практике:

«Г. к. часто фокусируется на проблеме определенного рода — образовательной, профессиональной, соц. или личной — и нередко проводится в общественных учреждениях, таких как школы, учреждения по вопросам психич. здоровья и различные агентства по оказанию услуг населению. Г. к. обычно отличается от групп. терапии тем, что имеет дело с сознаваемыми проблемами, нацелено не на серьезное изменение личности, а на разрешение конкретных текущих затруднений и не связано с лечением невротических или психотических расстройств.» Ялом анализирует целительные факторы (как он их называет), действующие в групп. терапии любого типа. В этих разнородных факторах нетрудно заметить ист. влияния, связанные с руководством группами, групп. динамикой и психотерапией.

«Снабжение информацией. Эта функция охватывает осуществляемое консультантом дидактическое инструктирование, а также советы, подсказки или прямое наставление, предлагаемые консультантом или др. членами группы для решении жизненных проблем.

Вселение надежды. Доказано, что выраженные ожидания успеха и вера в данный метод у потенциальных членов группы связаны с положительными рез-тами работы в группах.

Универсальность. Участие в работе группы часто помогает людям понять, что они не одиноки в своих переживаниях, что их проблемы, казавшиеся «уникальными», оказываются не столь уж редкими.

Это знание часто приносит чувство облегчения.

Альтруизм. Члены группы оказывают друг другу существенную помощь, предлагая поддержку и утешение, давая советы и высказывая догадки, делясь друг с другом похожими проблемами. Членам группы важно осознать, что они способны к взаимопомощи.

Корректирующая рекапитуляция первичной семейной группы. Группы имеют сходство с семьями в неск. важных отношениях. Мн. члены групп получают неудовлетворительный опыт в своих первичных семьях, а группа дает возможность проработать и реструктурировать важные семейные взаимоотношения, создавая атмосферу поддержки.

Развитие способов социализации. Хотя применяемые в разных видах групп методы могут сильно различаться (от непосредственного, практического овладения навыком до овладения им косвенным путем), соц. научение имеет место во всех группах. Развитие осн. соц. умений или навыков межличностного взаимодействия — рез-т процесса Г. к., достижению к-рого способствует обратная связь между членами группы.

Инициация поведения. Один член группы часто наблюдает, как др. член группы работает с аналогичной проблемой. Благодаря «замещающей» терапии «наблюдатель» может включить в свой репертуар или опробовать новые для себя образцы поведения, предлагаемые или моделируемые лидером группы либо др. членами группы.

Межличностное научение. Группа функционирует как соц. микрокосм, обеспечивающий необходимые терапевтические факторы, чтобы дать возможность своим членам получить корректирующий эмоциональный опыт. Члены группы благодаря подтверждению от др. и самонаблюдению начинают сознавать свое межличностное поведение. Группа через обратную связь и одобрение помогает каждому члену увидеть свое неадаптивное соц./межличностное поведение и обеспечивает поддержку ближайшего окружения для изменения.

Сплоченность группы. Сплоченность определяется как привлекательность группы для ее членов.

Проще говоря, это чувство «мы», «коллективизм» или «близость». Сплоченность в группе — это аналог раппорта или отношения между индивидуальным консультантом и клиентом. Принятие и поддержка, демонстрируемые группой после того, как ее член разделил с ней эмоционально значимые переживания, могут быть мощной целебной силой.

Катарсис. Группа — безопасное место, где ее члены могут выразить и обсудить свои чувства вместо того, чтобы носить их в себе. Групп. процесс помогает научиться выражению чувств вообще и выражению отрицательных и/или положительных чувств к лидеру и др. членам группы в частности.» Хотя эти целительные факторы большинство авторов относят к преимуществам при использовании групп. метода в терапии, с групп. работой связаны определенные риски и ограничения.

Кори и Кори предупреждают, что группы — это не панацея и что не все люди подходят для групп.

Некоторые потенциальные члены групп могут быть слишком подозрительными, враждебно настроенными или слабыми, чтобы извлечь пользу из групп. опыта. Кроме того, в группах часто принуждают соблюдать групп. нормы.

Если член группы принимает происходящие в группе процессы, то не исключается возможность возникновения нек-рого психол. риска. Раскрывшись перед чужими людьми, члены группы могут стать уязвимыми. Если эта уязвимость переносится в их жизни на отношения со значимыми людьми, для ее эффективного преодоления требуются соотв. средства поддержки.

Полную конфиденциальность обеспечить крайне трудно: нек-рые члены группы позволяют себе говорить за ее пределами о том, что они узнали. Кроме того, кто-то в группе может оказаться в положении «козла отпущения», особенно если вмешательство лидера группы не достигает цели в тех случаях, когда неск. членов группы нападают на одного. Любой метод вмешательства, столь мощный, как группа, может привести к серьезному нарушению жизни чел. Изменения могут затронуть образ жизни, систему ценностей и вылиться в потерю чувства защищенности. Потенциальным членам групп следует знать об этих рисках и ограничениях.

Клиент-центрированная модель Эта групп. модель, разраб. Карлом Роджерсом и его сторонниками, основана на предположении о том, что люди наделены врожденной способностью к реализации всех своих потенциальных возможностей. К их числу относится, прежде всего, возможность справиться со своими собственными проблемами в условиях свободной и терпимой атмосферы. Лидер группы рассматривается как фасилитатор, к-рый не ограничен никакими условиями и искренен в своих отношениях с членами группы.

Гештальт-модель Фредерик С. Перлз и его последователи разработали метод гештальт-терапии в группах. Групп.

опыт фокусируется на интенсивной установке «здесь-и-теперь». Переживание настоящего момента обеспечивает проникновение в смысл личного поведения и вызывает инсайт, на основе к-рого могут приниматься новые решения по поводу изменения поведения. Членов группы учат брать на себя ответственность за все свои чувства и поведение.

Транзактный анализ Эрик Берн разраб. концепцию состояний Я, к-рые он назвал Родитель, Взрослый и Ребенок. Цель участников группы состоит в том, чтобы научиться сознавать то состояние Я, в к-ром они преимущественно действуют. Чтобы развить эту способность сознавать состояния Я, члены группы обычно изучают свои первые планы, поручения, к-рые они получали от своих родителей, и свои предыдущие решения, касающиеся личной ценности и позиции в жизни.

Модель рационально-эмотивной терапии РЭТ — подход, разраб. Альбертом Эллисом, — осн. на использовании образовательной, а не мед. или психодинамической модели. Непосредственные действия, направленные на веру чел. в иррациональные суждения, к-рые возникли в рез-те вербального самовнушения, формируют основу для изменения поведения.

Цель терапии — помочь членам группы усвоить более рациональную философию жизни, вести себя более разумно и, следовательно, жить более полной жизнью. Основное отличие РЭТ-групп заключается в домашних заданиях, к-рые выполняются за пределами группы, что обеспечивает непрерывность процесса прогрессивных изменений. В этой модели интенсивно используются методики поведенческой терапии.

К др. теор. подходам, получившим нек-рое признание, однако имеющим более узкую область применения, можно отнести психоаналитическую модель, модель терапии реальностью, модель поведенческой терапии, развивающий подход и эклектическую модель развития челов. ресурсов.

См. также Консультирование, Групповая динамика, Групповая психотерапия Р. К. Берг Групповое решение проблем (group problem solving) Сравнение индивидуального и Г. р. п. — один из центральных вопросов групп. динамики, и большинство работ, посвященных Г. р. п., концентрировалось на таком сравнении. Выявляя различия между процессом решения проблемы людьми, работающими в одиночку, и людьми, работающими в составе групп, психолог может пролить немало света на концептуальные модели функционирования групп. Кроме того, большая часть работы в нашем мире происходит в условиях группы. Это означает, что пед., организационные и соц. психологи, наряду с др., должны активно изучать сравнительную эффективность групп. и индивидуального способов решения проблем, и если для решения проблем необходима группа, они должны разраб. способы максимизации групп. продуктивности.

При сравнении абсолютной продуктивности решения проблем группами и работающими в одиночку людьми почти всегда обнаруживается превосходство групп. Но если эти совокупные усилия группы измерять, используя такие процедуры, как сравнение затраченных человеко-часов, картина оказывается гораздо более сложной. Иногда группа затрачивает больше совокупных усилий, чем работающий в одиночку чел., а иногда — меньше. Когда главными считаются денежные или личностные ресурсы, возникает необходимость в выявлении как тех условий и обстоятельств, при к-рых групп. процесс будет повышать индивидуальные усилия, так и тех, при к-рых групп. процесс будет их снижать.

Вопрос о превосходстве индивидуального или Г. р. п. можно рассматривать в контексте контраргументов «производственных потерь» и «производственных выигрышей», имеющих место в группах. А. Стейнер определил «производственные потери» в единицах разности между потенциальной групп. продуктивностью и фактической групп. продуктивностью как следствием несовершенства групп.

процесса.

Существуют характеристики группы, снижающие эффективность решения. К факторам «производственных потерь» относятся потери во времени, когда группа не признает найденного кем-то (из ее членов) способа решения;

нежелание нек-рых членов группы целиком отдаваться групп. работе;

снижение индивидуальных усилий членов группы в рез-те групп. опыта. Мн. соц. психологи признают неизбежность «производственных потерь» при Г. р. п., но существуют тж исслед., к-рые указывают на «производственные выигрыши» как рез-т групп. опыта. Групп. взаимодействие может способствовать усилению групп. продуктивности при подходящем составе группы, соответствующих групп. нормах и правильной постановке групп. задачи. Хилл указывает на то, что в ситуации Г. р. п., вероятно, всегда имеют место и «производственные выигрыши» и «производственные потери». Лафлин и Адамопулос показали, что члены группы не только обучают друг друга в процессе групп. деятельности, но что происходящее при групп. работе научение переносится на последующее поведение, относящееся к индивидуальному решению проблем. Таким образом, долгосрочный подход часто диктует выбор групп.

модели решения проблем, т. к., несмотря на связанные с ней кратковременные «производственные потери», она играет важную обучающую роль.

Одним из важнейших факторов, относящихся к сравнительной эффективности групп в решении проблем, является роль «лучшего в группе». Часто «лучший в группе», по существу, решает проблему, а др. оказываются просто зрителями. Если бы такого лучшего члена группы можно было определить заранее, возможно, следующим наиболее мудрым шагом стало бы сведение к минимуму всего, что может отвлечь этого чел. от решения проблемы, напр. ликвидация групп. ситуации и использование способностей оставшихся членов группы по-иному.

Существуют ситуации, в к-рых групп. продуктивность оказывается ниже продуктивности «лучшего в группе». Это задачи, требующие, чтобы группа объединила неск. шагов на пути к их решению, к-рое к тому же далеко не очевидно. Стратегии, при к-рых члены группы воспринимают и поддерживают правильное решение, характерны для категории «дизъюнктивных», или эвристических, задач. И напротив, когда задачи оказываются конъюнктивными и требуют, чтобы «лучший в группе» убеждал др. членов в правильности найденного им решения, группа будет создавать этому человеку серьезные препятствия.

Согласно Келли и Тибо, если члены группы обладают разнообразными способностями, а задачи легко делятся на части, то в этой ситуации группа будет превосходить своего лучшего члена. Однако такого рода ситуация не обязательно рассматривается в качестве наиболее подходящей для Г. р. п.;

гораздо чаще она просто учитывается в качестве важного условия распределения и координации усилий. Для максимизации «производственных выигрышей» и минимизации «производственных потерь» предлагались специальные программы. Разработка процедур, позволяющих обучать членов группы более эффективному взаимодействию внутри группы, может дополняться ознакомлением групп с процессами, к-рые снижают эффективность групп. работы. Джанис и Манн рекомендовали при работе с группами побуждать их к поиску различных альтернативных решений, обучать методикам, ослабляющим действие защитных механизмов в группе, и использовать структурированные методики.

Др. ученые, стоящие на позициях поведенческого подхода, разработали структурированную систему групп. процессов коммуникации, позволяющую группам наиболее эффективно справляться с решением проблем. Метод Дельфи предусматривает сбор, объединение и обеспечение обратной связи в отношении индивидуальных решений, а затем принятие окончательного решения группой лиц. Эта процедура обладает преимуществами Г. р. п., т. к. «производственные потери» от прямого взаимодействия между членами группы сведены к минимуму. Она широко применялась в работе разных правительственных и производственных групп планирования. Эти подходы указывают, что необходимо сдерживать группу от создания ею препятствий отдельным людям и формировать среду, предотвращающую сужение мышления членов группы в отношении альтернативных решений проблемы.

Следует иметь в виду, что ситуации Г. р. п. могут служить др. цели, связанной с их способностью усиливать принимаемые на себя участниками обязательства по реализации найденного и принятого совместно решения. Разнообразные подходы к управлению, особенно практикующиеся в Японии, подчеркивают важную роль участия группы. Т. о., даже в тех случаях, когда желание сиюминутной отдачи может диктовать выбор индивидуального способа решения проблемы, в перспективе усиления долговременной приверженности членов коллектива найденному решению групп. способ может оказаться предпочтительным. Решения по проблемам могут приниматься лидером единолично (авторитарно), после консультации с группой или в процессе групп. собрания.

Оптимальный метод решения проблем зависит от типа требуемого решения, важности признания решения группой и разнообразных факторов групп. динамики в групп. процессе принятия решений.

Классическая модель групп. решения творческих проблем в предложенном Осборном виде начинается с определения и выяснения проблемы. Следующий шаг предусматривает сбор информ. о влияющих на проблему факторах и характере самой проблемы. За этим следует групп. процесс, известный под названием «мозгового штурма», в ходе к-рого, в атмосфере отсутствия оценочных суждений, группа продуцирует как можно больше дивергентных вариантов решения. Конвергентное мышление несовместимо с решением на этой стадии процесса, поскольку оно связано с критической оценкой предлагаемых решений. После успешного сеанса мозгового штурма группа начинает оценивать и критиковать различные альтернативные решения, выбирая в конечном итоге ту стратегию, к-рая будет реализовываться. Далее следует практ. внедрение решения, а за ним — оценка его эффективности. Как и др. методы Г. р. п., творческие подходы к решению проблем не во всех случаях оказываются лучше, чем индивидуальные подходы. Творческое решение проблем группой оказывается наиболее эффективным, когда необходимая для решения проблемы информ. «поделена» между членами группы, когда внедрение решения зависит от мн. людей, когда участники группы обучены методикам творческого решения проблем, когда проблема оказывается «реальной», связанной с конкретной отдачей от решения, и когда имеет место высокая эффективность межличностного взаимодействия в группе.

См. также Тренинг коммуникативных умений, Групповая динамика Л. Э. Джексон-мл., С. Р. Рейнолдс Группы достижения изменений (change induction groups) Более 5 млн американцев принимали участие в группах личностного роста или изменений, членов групп самопомощи и повышения сознания насчитывается вдвое больше, а десятки тысяч проходят групп. психотерапию.

Цели самые различные — от коррекции подростковой преступности до снятия лишнего веса.

Нек-рые клиенты обращаются с тяжелыми личностными и межличностными проблемами, решение к рых ранее было исключительно прерогативой профессионалов психиатрического здравоохранения. Др.

не испытывают непосредственного серьезного стресса, но ищут в группе возможности духовного обогащения. Довольно значительную долю пациентов составляют люди, испытывающие соц.

ограничения либо вследствие своей принадлежности к определенной половой, национальной и возрастной группе, либо в силу своей сексуальной ориентации. Наконец, есть группы, члены к-рых не имеют иных мотивов, кроме желания расширить свой жизненный опыт.

Использование групп для оказания систематической помощи людям в состоянии дистресса относительно недавно появилось в практике психиатрического здравоохранения. Малые группы, однако, всегда были важным целебным средством. Групп. динамика всегда широко использовалась религиозными целителями, но когда лечением стали заниматься не священнослужители, а профессиональные медики, это привело к упадку целенаправленного использования целительных сил группы. Развитие психиатрии как части медицины осн. на идее, что «научная медицина» должна дистанцироваться от лечения, имеющего ненаучные традиции. Легитимация терапии психол. проблем в качестве одной из ветвей медицины требовала от мед. науки четкого отграничения ее методов от практиковавшихся ранее приемов народной медицины, в к-рой высокоразвитые групп. техники использовались при лечении психол. заболеваний у друзей, знакомых и родных, в группах лиц со сходными заболеваниями или в рамках религиозной общины.

В начале XX в. отдельные авторы опубликовали первые сообщения об использовании групп с терапевтической целью. Джозеф Пратт, терапевт из Бостона, организовал групп. занятия для больных туберкулезом. В Европе Альфред Адлер организовал консультационные центры, где для лечения пациентов-рабочих применялись групп. концепции. Раннее и важное влияние на развитие групп.

психотерапии оказало использование Якобом Л. Морено лечебной группы. В Англии Трайгент Л.

Бёрроу, автор термина «групп. анализ», использовал группы для анализа расстройств поведения.

Вплоть до начала Второй мировой войны групп. психотер. развивалась не в полную силу. В условиях нехватки психиатрического персонала и возрастающей потребности в нем «резонность» лечения больных в группах стала очевидной. На распространение групп. подходов сильно повлиял соц.

прагматизм эффективного профессионального лечения большого количества людей. Большое влияние оказало тж изменение сути теории о природе чел. и генезе психол. заболеваний. Предположение о том, что психол. расстройства могут быть тесно связаны с проблемами челов. взаимоотношений, — т. е. их соц., а не интрапсихическое объяснение, — облегчило переход от диадной к групп. терапии.

Сравнение современных целительных групп Есть 4 осн. типа групп, главной задачей к-рых является психол. и поведенческое изменение людей и облегчение челов. страдания. Групп. терапия эксплицитно использует мед. модель. Ее публично провозглашаемая цель — «лечение», или продукция психич. здоровья;

она ориентирована на ту часть населения, к-рая обращается за помощью для облегчения психол. страдания. Членов терапевтических групп обычно называют «пациентами», терапевт относится к ним как к «больным» и демонстрирующим «нездоровое» поведение (да и сами они, вероятно, так считают).

В отличие от этого разнообразные типы групп самопомощи — порядка 250 отдельных орг-ций — намеренно не прибегают к профессиональному мед. руководству. Будучи непрофессиональным направлением, они, тем не менее, как и в групп. психотер., четко очерчивают круг клиентуры, на к-рую ориентируются. Фокус внимания определенной орг-ции самопомощи ограничен людьми, к-рых объединяет общий симптом, проблема или затруднительная жизненная ситуация.

Третий тип целительных групп — т. н. группы тренинга сензитивности и группы встреч — связан с обращением к челов. потенциалу. Обычно они ведутся профессионалами. В отличие от групп.

терапии, ориентированной на психол. заболевание и статус пациента, или от программ самопомощи, ориентированных на общую для членов группы проблему, это направление считает свои групп. занятия подходящими для всех, кто хочет расти, меняться и развиваться.

Наконец, группы повышения сознания настаивают на непрофессиональной ориентации и взаимном контроле, но, в отличие от групп самопомощи, у них более четкие критерии для отбора пациентов. Связующим звеном здесь является не общий психол. синдром, а к.-л. общая соц.

характеристика большой подгруппы людей — пол, национальность, этническое происхождение, возраст или сексуальное поведение, — допускающая широкий спектр индивидуальных особенностей.

Др. важное различие между отдельными групп. системами — это их системы атрибуции, или эксплицитно и имплицитно сообщаемые теории объяснения источника челов. страданий и путей изменения себя и своей жизни к лучшему.

Разные типы целительных групп отличаются еще и тем, как и в какой степени они управляют психол. дистанцией между лидером группы и участниками. Для уменьшения дистанции используется целый ряд методов: открытость терапевта, использование неформальной обстановки, принижение важности опыта лидера и подача себя как почти равного члена группы, использование физ. контакта.

Профессиональные теории целительных групп Поведенческие модели, лучше всего представленные в теории соц. научения, предлагают разные механизмы, необходимые для изменений: повышение и понижение уровня активации, моделирование и когнитивное реструктурирование. Предполагается, что лидеры полностью контролируют ситуацию: они эффективны в изменении, десенсибилизации, моделировании и т. п. любого желательного поведения.

Недостаточный учет сложностей соц. системы и ее уникальных возможностей для изменения обусловливает неудачу большинства поведенческих подходов, снижая эффективность стратегий достижения изменения, вполне успешных в диадах.

Гуманистические подходы представлены различными системами, к-рые объединяет общий взгляд на природу чел., первопричину его состояния и необходимые условия для его роста или изменения. Во главу угла ставится чел. как развивающаяся личность, а цель его развития понимается как актуализация скрытого потенциала. Самую широкую известность получила гуманистическая система Карла Роджерса.

Гештальт-подход, хотя и использует группу совершенно иначе, также принимает принципиально позитивный взгляд на природу чел. и его психосоциальные потребности. Гуманистически ориентированные формы терапии обычно не считают характеристики соц. системы факторами первостепенной важности, необходимыми для достижении изменений.

Динамические подходы имеют психоаналитические корни. Согласно этим подходам, источник чел. страдания имеет интрапсихическую природу: это внутренние конфликты, сопровождающие чел. в течение всей его жизни. Терапия заключается в когнитивном овладении этими конфликтами и в целом, и в конкретном случае.

Характеристики групп, облегчающих научение или исцеление Первостепенное значение имеют следующие характеристики:

1. Возможность развивать чувство принадлежности (к группе).

2. Возможность контролировать поведение членов группы путем поощрения и наказания.

3. Возможность оценивать реальность и тем самым то, как члены группы видят себя самих, группу в целом и др. в группе.

4. Возможность вызывать и высвобождать сильные эмоции.

5. Возможность обеспечить контраст для соц. сравнения и обратной связи. Такие сравнения облегчают пересмотр идентичности, предлагая новые возможности или альтернативы.

Терапевтика и роль терапевта/лидера Все профессиональные теории групп. изменений осн. на предпосылке, что группа — соц.

микрокосм: она вызывает именно те чувства, мысли или поведение, к-рые и беспокоят пациента.

Предполагает ли теоретик наличие психодинамического конфликта, видит ли он в качестве источника личных проблем отношения с окружающими или придерживается бихевиоральной позиции, в любом случае считается, что начальным шагом в изменении будет выявление беспокоящих, тягостных моментов. Демонстрация этих моментов в контексте, к-рый в к.-л. важном отношении отличается от обыденной жизни, представляет собой первый этап терапевтического процесса. Далее, поведение, мысли и чувства должны восприниматься и переживаться иначе, чем раньше;

участники должны «научиться» тому, что пугающие последствия не обязательно произойдут.

При изучении разнообразных теорет. позиций выявляется большое число терминов или концепций, описывающих поведение терапевта или лидера: они интерпретируют, сопротивляются, конфронтируют, размышляют, оказывают поддержку, разыгрывают ролевые сцены, действуют в качестве наблюдающего Я, форсируют групп. кризис, воздерживаясь от ожидавшегося от них поведения, подкрепляют, моделируют, заключают контракты, устанавливают осн. правила, защищают, выражают принятие, сохраняют свою аутентичность, выражают личное расположение, анализируют перенос, сообщают чувства, интерпретируют групп, динамику, учат, действуют как целостная личность, раскрывают свои личные эмоции, оспаривают позиции др., действуют провоцирующим образом и т. д.

Дескриптивные и концептуальные ярлыки, используемые для описания роли, весьма широки и многообразны.

М. Э. Либерман, И. Д. Ялом и М. Б. Майлз на основе анализа поведения лидера, предписываемого восемью теорет. позициями, описывают четыре осн. функции лидера группы:

эмоциональную стимуляцию, поддержку, придание смысла и исполнительные функции. Все лидеры, вне зависимости от их теорет. ориентации, используют к.-л. варианты поведения в этих четырех аспектах, хотя разброс относительно придаваемого им значения и частоты применения достаточно широк.

Лидеры тренинга сензитивности видят свою роль в том, чтобы помочь участникам понять себя и др. через понимание групп. процесса. Они сосредоточиваются на группе в целом и на взаимодействии ее членов друг с другом. Эти лидеры пытаются объяснить, что делает группа в целом, фокусируются на таких вопросах, как сохранение группы и ее сплоченности, распределение полномочий и рабочих заданий, выделение подгрупп и «козла отпущения» в группе.

Гештальт-терапевты подчеркивают целостность индивидуума. Изменение рассматривается как субинтеллектуальный процесс, опосредуемый стимуляцией вхождения индивидуума в контакт с примитивной мудростью тела. Группа в целом или ее члены используются редко. Классический прием этого методического подхода — пустое кресло, «горячий стул» возле лидера, занимаемый каждым членом группы по очереди для непосредственной «работы» с лидером.

Лидеры групп транзактного анализа работают по очереди с каждым из членов группы. Термин «транзактный анализ» относится к взаимодействиям не между отдельными индивидуумами в группе, а между внутренними символами (Родителем, Ребенком и Взрослым). Типично установление контрактов обучения (постановка специфических задач) и формальное преподавание аналитической модели.

Лидеры групп основной встречи делают акцент на восприятии и углублении межличностных отношений и на освобождении от телесных ограничений. Они исходят из того, что, освобождаясь от соц. заторможенности и мышечных зажимов, люди смогут воспринимать свое тело и др. людей иначе и более полно. В фокусе — как внутреннее состояние индивидуума, так и межличностные отношения.

Лидеры групп клиент-центрированного подхода сосредоточивают внимание на межличностной или внутриличностной динамике. Их цель — быть моделью для личностного развития, устанавливая состояния искренности, безусловного позитивного отношения и эмпатии как осн. компонентов терапевтического отношения.

Терапия атакой делает акцент на выражении гнева. Каждого члена группы по очереди подвергают критическим расспросам со стороны др., полагая, что длительная атака слабых мест индивидуума сделает его более сильным. Этот метод в системе Синанон называется «игрой», поскольку по окончании сеанса атмосфера в группе сразу же приобретает характер взаимной поддержки.

Используемая в Синаноне форма терапии атакой отличается от др. моделей тем, что здесь в группу включаются как опытные, так и неопытные члены, причем значительную часть работы делают «опытные игроки». В др. моделях терапии атакой конфронтацию почти целиком берет на себя лидер группы.

Психодраматические подходы построены на разыгрывании ролей или психодраматических упражнений т. о., чтобы участники могли отреагировать заблокированное прежде поведение или вызывающие страх эмоциональные отношения в «более безопасной» обстановке. Метод осн. на предпосылке, что человек может приобрести полезный опыт как непосредственно исполняя роль, так и будучи зрителем психодрамы.

Психоаналитически ориентированные группы сосредоточиваются на внутренней динамике, в особенности на первой истории, рассказанной в группе. Такие группы имеют менее эмоционально насыщенную атмосферу, отличаются большей рефлексивностью, концентрируясь на интеллектуальном совладании с действующими в группе интер- и интраперсональными силами. Терапевт действует как наблюдающее Я, интерпретируя сопротивление и анализируя механизмы психол. защиты по мере их проявления в соц. микрокосме группы.

Механизмы изменения Целостный процесс психол. изменения с помощью групп. методов м. б. представлен в терминах двух центральных и взаимозависимых аспектов групп. восприятия. Характеристики группы предписывают условия, определяющие контекст, в к-ром должны произойти ожидаемые изменения. Др.

важным аспектом системы терапевтического потенциала является «пакет» событий и ощущений — механизмы динамики. Нек-рые из них хорошо известны читателям, знакомым с проведением индивидуальной терапии, др. же могут иметь место лишь в ситуации, где действует неск. лиц.

Эффективность всех этих механизмов у всех людей или при всех состояниях не была подтверждена.

Они представляют собой квинтэссенцию того, что обычно считается важным.

Экспрессивность. Эмоциональная экспрессия — центральная в большинстве теорий. Нек-рые теорет. концепции подчеркивают выражение положительных эмоций, тогда как в др. критическим признается выражение отрицательных эмоций.

Самораскрытие — это прямое сообщение информ., к-рая, по мнению говорящего, вряд ли будет получена окружающими, если ее не выскажут, и к-рая считается им настолько личной, что рассказ об этом обычно ведется с большой осторожностью.

Обратная связь. Обратная связь представляет собой получение информ. о том, как чел.

воспринимается др. членами группы, что присуще лишь групп. ситуации.

Переживание сильных эмоций. Всякая терапия затрагивает эмоциональную жизнь чел.

Переживание сильного аффекта не обязательно предполагает прямое выражение чувств. Целительные группы предлагают огромное количество стимулов для вызова интенсивных эмоций у их участников.

Ощущение общности. Способность передать участнику чувство единения с др. — феномен, к рый может возникнуть лишь в групп. ситуации.

Альтруизм. Исключительно в группе может возникнуть ощущение собственной нужности др.

людям.

Эффект наблюдения. Часто можно наблюдать, что нек-рые участники группы остаются спокойными и пассивными в течение всей истории группы, однако это не означает, что они не извлекли для себя никакой пользы. В рез-те наблюдения часто происходят психол. изменения, хотя иногда они остаются не вполне осознанными.

Обнаружение сходства. Облегчение, испытываемое участниками, когда они обнаруживают, что их проблема не уникальна, является одним из наиболее положительных эмоциональных эффектов, предлагаемых группой.

Экспериментирование. Груп. ситуация представляет собой обстановку, которая позволяет участникам экспериментировать с новыми формами поведения при сниженном риске неблагоприятных последствий.

Внушение надежды. В группах часто происходят события, вызывающие надежду — чувство, что человек может измениться и что группа может этому способствовать.

Когнитивные факторы. Традиционные психотерапевтические системы, вышедшие из динамической психиатрии, акцентируют роль когнитивных факторов, обычно определяемых как инсайт.

В целом рез-ты хорошо спланированных исслед. обнадеживают. Они подтверждают терапевтическую эффективность различных целительных групп, описанных в этой статье.

См. также Групповая психотерапия, Человеческий потенциал, Марафон-терапия, Механизмы групповой психотерапии М. А. Либерман Группы самопомощи (self-help groups) Г. с. представляют собой более или менее формальные орг-ции непрофессионалов, преследующих общую цель ради достижения блага для каждого члена группы. Речь идет о группах, главная цель к-рых — изменения в психологии или поведении участников. Они исходят из двух принципов, а именно: люди, эффективно справляющиеся или справившиеся с личной проблемой, — лучшие помощники по сравнению с профессионалами, не имеющими в этом собственного опыта;

такие люди, помогая друг другу, помогают и самим себе.

История и современный статус В литературе упоминаются разные источники происхождения Г. с. Вне зависимости от своих предшественников, совр. Г. с. создаются, чтобы хоть отчасти удовлетворить терапевтические потребности населения, с к-рыми не справляются или справляются неадекватно существующие соц.

учреждения.

Самая старая, самая крупная и наиболее известная из существующих терапевтических Г. с. — об-во Анонимных алкоголиков (АА). Осн. в 1935 г. алкоголиками для помощи алкоголикам, оно имеет филиалы Аl-Anon и Al-Ateen для их родственников и друзей. На данный момент в него входит св. 1 млн чел. в 92 странах. Его программа «12 шагов» принята 34 Г. с., в т. ч. Анонимными азартными игроками, Анонимными обжорами, Анонимными шизофрениками и Анонимными наркоманами. Кроме того, хорошо известны орг-ции самопомощи Корпорация «Выздоровление» для бывших пациентов психиатрических учреждений и Синанон для наркоманов (а позднее и для бывших заключенных).

Рост Г. с., в особенности с середины 1970-х гг., рассматривался нек-рыми как крупное движение в психотер., «четвертая сила», следующая за «третьей силой» гуманистической психотер.

Типы групп Учеными создано неск. типологий Г. с. Четыре типа, разраб. Леоном Леви, больше всего подходят для групп с терапевтической ориентацией.

Группы I типа занимаются преим. контролем или реорганизацией поведения. Примеры таких групп: АА, Анонимные азартные игроки и Анонимные родители. Членов групп II типа по классиф. Леви объединяют общие стрессовые ситуации, в соответствии с к-рыми их можно разделить на подтипы. Эти группы могут фокусироваться на таких кризисных ситуациях, как изнасилование, убийство кем-либо ребенка и выживание после суицидной попытки. Др. группы занимаются т. н. переходными периодами жизни, или переходом к нормальному состоянию. Такие группы стремятся скорее к совладению с кризисными ситуациями, чем к изменению статуса своих членов. В работе групп III типа участвуют люди, испытывающие дискриминацию в связи с их полом, расовой или классовой принадлежностью и сексуальной ориентацией. Группы IV типа не имеют к.-л. определенной общей проблемы, они стремятся к общей самоактуализации и повышению личной эффективности.

Терапевтические факторы групп самопомощи Несмотря на большое разнообразие упомянутых выше орг-ций, можно выделить ряд общих для них терапевтических черт или процессов, к-рые способствуют достижению изменений в аттитюдах или поведении членов Г. с.

Общий опыт. Определенный тип общего опыта или ситуаций является основой и обоснованием существования большинства Г. с. Эта общность имеет неск. положительных черт. Людей в таких группах обычно сразу и полностью понимают, и потому они не чувствуют себя психологически одинокими. Кроме того, общность склоняет людей к снижению защит и побуждает к самораскрытию, чему сопутствуют эффект катарсиса и уменьшение стыда.

Помощь другим. Принцип «помощник терапии» в Г. с. гласит, что чем больше члены группы помогают др., тем больше они помогают самим себе.

Постоянная система поддержки. Члены Г. с. часто получают от др. участников поддержку, ободрение и похвалу. В действительности поддержка осуществляется круглосуточно, если есть возможность связаться с др. по телефону. Система поддержки становится чем-то вроде большой участливой семьи.

Информация. Большой терапевтический эффект приносит получение информ. технического порядка, а тж элементов народной мудрости.

Получение обратной связи. В обстановке открытости и искренности, типичной для Г. с., поведение участников доступно точному наблюдению и комментариям др. членов группы.

Обучение специальным методам. В таких Г. с., как АА, успешность решения проблем зависит от следования специальным методам или техническим приемам. Члены групп осваивают эти приемы и учатся постоянно применять их, что обеспечивает создание терапевтически ценной структуры.

Другие когнитивные процессы. Терапевтическое воздействие процесса самопомощи в значительной степени связано с такими принципами когнитивной терапии, как формирование положительного Я-образа, улучшение самомопонимания, расширение воспринимаемых альтернатив, усиление различительной способности и переопределение норм.

Самопомощь или профессиональная психотерапия?

Отношения между Г. с. и профессионалами, работающими частным образом или в гос.

учреждениях, варьируют от тесного сотрудничества до антагонизма. Для нек-рых групп независимость от авторитета, методов и финансирования профессионалов является делом принципа. Но даже ярые приверженцы Г. с. все больше признают важность того, как профессионалы создают, консультируют и легитимируют нек-рые из таких групп. По данным проведенных исслед., около трети групп самопомощи были осн. по меньшей мере при содействии профессиональных помощников.

Профессионалы и непрофессионалы тесно взаимодействуют между собой в деятельности многих групп, имеющих отношение к физ. здоровью. Такие орг-ции, как АА, часто получают существенную поддержку со стороны психиатров и клинических психологов.

См. также Группы достижения изменений, Директивное консультирование, Человеческий потенциал, Консультирование сверстниками, Поддерживающий уход Ф. У. Хансен Группы честности (integrity groups) Г. ч. составляют ресурс общественного движения за психич. здоровье, используемый для оказания помощи пациентам при решении проблем повседневной жизни через изменение себя. Эта модель групп самопомощи разраб. О. Хобартом Маурером. Концепция Г. ч. основана на теории Маурера, согласно к-рой мн. психосоциальные расстройства являются следствием нарушения людьми взятых на себя обязательств и договоренностей со значимыми в их жизни др. Чтобы помочь таким людям в решении их проблем, рекомендуется вовлекать чел. в группу поддержки, состоящую примерно из 8 участников со схожей судьбой.

Подход на основе теории соц. научения, служащий отличительным признаком этих групп, предполагает специфическую констелляцию структуры, целей и коллективное руководство;

вовлечение в группу, в к-рой опытные члены демонстрируют образцы адекватного поведения в группе;

нормы поведения и правила проведения ежедневных собраний;

заключение договора о соблюдении принципов честности, ответственности и поддержки в группе и за ее пределами;

принятие индивидуальных обязательств, касающихся специфических изменений поведения;

ожидание того, что словесные намерения будут претворяться в конкретные дела, и значительную поддержку группы и подкрепление достигаемых поведенческих изменений. Члены группы оказывают друг другу помощь по мере возникающей необходимости в промежутках между еженедельными трехчасовыми групп. занятиями.

Важность индивидуальной ответственности и взаимной поддержки подчеркивается в девизе Г. ч.: «Ты один можешь сделать это, но ты не можешь это сделать один».

См. также Групповая терапия, Терапия в однородных группах Э. Дж. Ваттано Гуманистическая психология (humanistic psychology) Г. п. — это одновременно общественное движение, зародившееся внутри психологии, и теорет.

перспектива, выдержавшая испытание временем. Оба этих аспекта требуют должного внимания и анализа. В самом понятии Г. п. содержится некое противопоставление научной психологии. В большинстве своих проявлений Г. п. отдает приоритет челов. опыту и наполненной смыслом жизни разумного об-ва, к-рое соприкасается с ее воплощениями в произведениях иск-ва и документальных источниках прошлого и современности. Большинство сторонников Г. п. занимались (и занимаются) психотер., обеспечивающей привилегированный доступ к челов. опыту, а гуманистическое движение всегда было тесно связано с прикладной психологией личностного роста и изменения.

Предшественники В 1920—1930-х гг., в американской психологии господствовал догматический бихевиоризм.

Сторонники этого позитивистского направления считали сознательный опыт человека выходящим за рамки научного понимания. В этой неблагоприятной обстановке, в конце 30-х, появилась психология личности. После знакомства с подходами к личности представителей европейской феноменологии и нарождающегося экзистенциализма Гордон Оллпорт предложил широкую теорет. перспективу для изучения зрелого Эго и процессов его развития. Генри Мюррей развил и отстаивал в американской психологии подход к личности, отличающийся выраженной фрейдо-юнгианской ориентацией и уделяющий особое внимание недоступным для сознания глубинам души, чье содержимое могло прорываться на поверхность и в форме творчества, и в форме невроза. Сразу после Второй мировой войны были изданы книги двух др. крупных психологов — Гарднера Мёрфи и Джорджа Келли, в к-рых излагались их собственные теорет. представления о личности, принципиально расходившиеся с позицией бихевиоризма.

Тем временем все еще господствовавший в американской психологии бихевиоризм, в его утонченной версии Джона Долларда и Нила Миллера, стремился найти почву для объединения с психоан. (находившимся тогда на вершине славы) и, по существу, оставался в оппозиции взглядам на личность Оллпорта и Келли, к-рые отвергали как механистические положения бихевиоризма, так и биолог. редукционизм классического психоан. Психология личности, оформившаяся после Второй мировой войны в относительно самостоятельное направление, и стала той питательной средой, из к-рой возникла Г. п.

Создание гуманистической психологии Конференция, состоявшаяся в 1964 г. в Олд-Сейбруке, штат Коннектикут, дала начало Г. п. как общественному движению в психологии. Активное участие в нем принимали выдающиеся представители психологии личности и др. гуманистических дисциплин: Гордон Оллпорт, Генри Мюррей, Гарднер Мёрфи и Джордж Келли из поколения отцов-основателей;

Шарлотта Бюлер, представлявшая европейскую традицию исслед., к-рую позже стали называть «перспективой времени жизни» (или «перспективой жизненного пути»);

Жак Барзун и Рене Дюбуа — представители гуманизма в литературе и биологии;

а также Карл Роджерс, Абрахам Маслоу и Ролло Мэй, ставшие интеллектуальными лидерами этого движения.

Роджерс, Маслоу и Мэй определили первоначальный характер Г. п. и по сей день остаются ее самыми уважаемыми фигурами. С т. зр. Роджерса, функционирование человека предполагает наличие внутренних тенденций к самоактуализации. Эти тенденции могут блокироваться различными превратностями социализации, однако их можно разблокировать в тех случаях, когда отношение «терапевт—клиент» характеризуется безусловным положительным принятием, правильным эмпатическим пониманием, искренностью и полнотой. Маслоу начал свой путь в психологию с изучения поведения обезьян. Под влиянием идей Курта Гольдштейна Маслоу развил иерархическую модель мотивации человека, согласно к-рой физиолог. потребности должны быть удовлетворены прежде всего и только затем наступает очередь потребностей в безопасности и защите, в принадлежности и любви и в уважении. Кроме того, и Роджерс и Маслоу воспринимали самоактуализацию как эмпирический принцип и как нравственный идеал. Они разделяли романтические воззрения Жан-Жака Руссо, утверждавшего, что человек по своей природе добр, только испорчен об-вом, в отличие от гоббсианского взгляда Фрейда, считавшего природу человека противоречивой, с неизбежной примесью зла, и от бихевиористских утверждений в духе Локка о податливости человека средовому программированию.

Находясь под сильным влиянием теологии культуры Пауля Тиллиха, Мэй привнес в Г. п.

европейскую струю экзистенциалистской и феноменологической мысли. Его книги вводили американских психологов в круг идей, берущих начало от Кьеркегора и Хайдеггера, в то время как в более поздних своих работах, рассчитанных на широкий круг читателей, он уделял пристальное внимание трагическим по своей сути сторонам положения человека в мире. За подходом Роджерса, придающим особое значение эмпатическому пониманию субъективного мира конкретного человека, закрепилась слава «феноменологического».

Влияние контркультуры Образование Г. п. как «Третьей силы» практически совпало с возникновением контркультуры «детей цветов» и употребляющих наркотики «хиппи» — феномена 60-х.

В психол. аспекте, контркультура обладала рядом черт, созвучных идеям Г. п. Прежде всего ее отличал индивидуализм: стремление каждого реализовать себя, фактически ни во что не ставя взаимную зависимость и не связывая себя обязательствами перед др. людьми. Была в ней и сентиментальная вера в способность чел. к совершенствованию, сочетающаяся с пренебрежительным отношением к политическим и этическим способам улучшения существующей жизни среди несовершенных созданий, находящихся в противоречии с самими собой и с окружающими. Был в ней и акцент на важности самораскрытия. Люди искали легкой, но поверхностной близости, пытаясь обойти стороной тот труд, к-рый требуется для создания и поддержания заботливых личных отношений.

Особая важность придавалась жизни здесь и сейчас, когда прошлое обесценивалось, а будущее не связывалось ни с какими планами, что плохо сочеталось с самоконтролем и обязательствами перед собой и др. людьми. В том же ряду стоял гедонизм, к-рый подразумевается, когда живешь в состоянии здесь и сейчас, с минимальным грузом моральных обязательств. И наконец, иррационализм, проявлявшийся в пренебрежении возможностями науки и рационального решения проблем, в полагании на интуицию, а не на факты, в слепом влечении к оккультизму и в прославлении наркотического «кайфа».

Основатели Г. п. не стояли на позициях «антинауки». Они скорее стремились выправить уклоны бихевиоризма и психоан., чтобы создать психологию, более правдиво отражающую челов. жизнь и более полезную для ее улучшения.

Движение групп встреч Движение групп встреч, к-рое оказалось в центре внимания Г. п. в 60—70 гг., имело несколько источников. Одним из них была работа Я. Л. Морено, психиатра мессианского толка из Австрии, к-рый до 1920 г. писал о психол. «встречах» (encounters — соприкосновениях, столкновениях) и использовал в практике спонтанный театр психодрамы (его термин), к-рый он впоследствии продвигал в Америке в качестве психотерапевтического метода. Др. источником был тренинг сензитивности, созданный Куртом Левином и его учениками. Левин был представителем «теории поля» в психологии. Он, фактически, является создателем совр. американской соц. психологии и, кроме того, автором методики практ. обучения людей умениям налаживать и поддерживать взаимоотношения — т. н.

«самообучающихся групп» (self-studying groups), в к-рых психолог исполняет роль не «руководителя», а «фасилитатора» (т. е. человека, оказывающего профессиональную помощь и поддержку членам группы). Тренинг сензитивности стал полноправным направлением, независимым от академической соц. психологии и все более тесно связываемым с индустриально-организационной психологией по мере ее становления. Нек-рые аспекты этого направления впитало в себя движение групп встреч.

Третьим источником стала гештальт-терапия, представленная в Эсаленском ин-те ее главным разработчиком Фрицем Перлзом: групповой подход, в к-ром терапевт играет самую активную роль, используя разнообразные методики (включая разыгрывание ролей), с тем чтобы сосредоточить участников на целостном эмоциональном переживании «здесь и сейчас».

В Эсаленском ин-те такая «интенсивная работа в группах», оркестрованная в соответствии с принципами гештальта, — обычно в форме «уик-энд марафонов», — тж сочеталась с методиками телесно-ориентированной терапии в русле идей Вильгельма Райха, нек-рыми формами массажа, медитативными техниками и упражнениями из йоги, позаимствованными из восточных религий. Алан Уотте пропагандировал и всячески поддерживал восточную религию в качестве идеологии для психотерапевтов, что предопределило мистическую сторону гуманистического движения.

Трансперсональная психология Границы Г. п. оказались тесными для иррационалистических, мистических тенденций, прорывающихся из контркультуры. Внутри гуманистического движения, не отвергая его, развилась концепция «трансперсональной психологии», к-рая открыто признавала свое тяготение к суфизму и др.

формам мистицизма и сосредоточивалась на гипотетических процессах, связывающих индивидуальные сознания с духовным океаном, с к-рым они сообщаются, — отголоски идей, высказанных в свое время К. Г. Юнгом. Г. п. как общественное движение реагировала т. о. на недостаток в нашей культуре веры, надежды и милосердия, но этой своей реакцией она ставила себя в положение религии и тем самым теряла контакт с психологией как наукой.

Другие аспекты гуманистической психологии Гуманистическое движение не было целиком поглощено Эсаленом и группами встреч;

необходимо отметить и др. его направления, существовавшие в то время. Среди них следует назвать логотерапию Виктора Франкла — религиозно-экзистенциалистскую версию психоан. (во многом напоминающую подход Ролло Мэя), придающую особое значение челов. потребности поместить смерть и страдание в некий смысловой контекст, с к-рым можно жить, причем даже в крайне тяжелом положении. Сюда же относится трактовка Амадео Джорджи феноменологической философии Мерло Понти: своего рода философская Г. п., почему-то так и не ставшая элементом «фасада» гуманистического движения. Еще одна мировоззренческая концепция — это интерпретация Дэвидом Бэкеном диалектически связанных принципов действия (agency) и общности (communion).

Движение породило собственных критиков. В частности, Ричард Фарсен, в прошлом ученик, сотрудник и единомышленник Карла Роджерса, возражал против бездумного преклонения перед терапевтическим трюкачеством, к-рое, на его взгляд, разлагало Г. п. Были также попытки «одомашнить» движение, вернуть его в лоно академической научной психологии, реформируя на ходу саму академическую психологию в гуманистическом направлении. Психологи тж пытались преодолеть противоречия между механистической бихевиористской психологией и Г. п. Однако практ. сближение академической и гуманистической психологии не разрешило вопросов филос. характера, лежащих в основе их спора. В лагере бихевиористов Альберт Бандура расширил рамки своей теории соц. научения с тем, чтобы она отвечала основным гуманистическим интересам. В результате он создал теорию реципрокного детерминизма, в к-рой ему удалось учесть самоконтроль и личную инициативу при образовании окружающей среды человека.

Секулярный гуманизм: пренебрегаемая версия гуманистической психологии Г. п. как общественное движение упорно обходила вниманием магистральный путь психол.

мысли, получивший отличные «рекомендательные письма» от европейских гуманистов, а именно психологию «секулярного гуманизма». Концепция секулярного гуманизма лучше всего поддается толкованию в рамках экзистенциалистской традиции гуманистической мысли. Человек, по утверждению Паскаля, — «мыслящий тростник», слабейшее из творений природы, — и потому нуждается в Благодати Божией. В духе противоположной традиции секулярного гуманизма Шекспира и Монтеня Ницше в XIX в. и Сартр в XX в. предложили экзистенциалистские, — если судить по значению, к-рое эти философы придавали ответственности наделенного самосознанием человека, — концепции мирского, нерелигиозного гуманизма.

Для религиозного экзистенциалиста аутентичная оценка положения человека в мире ведет к неизбежному признанию челов. бессилия перед лицом жизни и смерти, причем облегчить свое положение люди могут только на пути смирения перед всемогуществом Бога. Для атеистического гуманиста, напротив, надежда на Бога служит признаком регрессии к стадии детской зависимости;

челов. достоинство требует опирающегося на разум признания за людьми способности самостоятельно выбирать способ своего существования в нейтральном по отношению к ним мире. Смысл человека — в его творчестве. Воззрения представителей религиозного и секулярного гуманизма на природу человека невозможно примирить, хотя и те и другие требуют в качестве предварительного условия внимания к трагическим составляющим челов. существования, полностью игнорируемым господствующим направлением в Г. п.

Гуманизм и наука в психологии С самого начала XX в. разграничение наук на «науки о природе» и «науки о духе или культуре», введенное немецким философом Дильтеем, отзывалось эхом в различных направлениях совр. соц.

мысли. Возможно, наиболее полно это разграничение выражается в противопоставлении перспективы каузального (причинно-следственного) объяснения, традиционно даваемого с внешней по отношению к субъекту поведения позиции, перспективе истолковательного понимания в рамках внутреннего мира самого субъекта — области интуиции, смыслов, интенций и ценностей.

Каузальная перспектива, когда она применяется для объяснения челов. поведения, обеспечивает непрерывную связь наук о человеке с естественными науками о физ. и биолог. мире. Истолковательная перспектива подчеркивает уникальность челов. существ — этих обладающих культурой и способностью к символизации созданий, способных действовать с учетом прошлого и будущего, наполнять смыслом или бессмысленностью свое существование, обманываться и вводить в заблуждение др., но вместе с тем видеть друг друга насквозь. Совершенно очевидно, что обе эти перспективы применимы к человеку.

Когда эти перспективы ясно обозначены, они образуют противоположные полюса знания, необходимые, подобно полюсам магнита, но не поддающиеся синтезу в единую теорию. Может быть, это все, на что мы способны в нашем теоретизировании, но не только это вызывает неудовлетворение.

Подобная раздвоенность никак не помогает нам в объяснении того, что в феноменах лично выбираемого поведения смыслы или интерпретации, к-рые мы приписываем нашим характерным чертам и поступкам, на деле оказываются важными причинными факторами наших действий. Имея в виду именно этот случай, можно утверждать: в том, что касается такого исключительно челов. мира, интерпретация и каузальное объяснение должны быть каким-то образом объединены;

или, говоря иначе, единственной удовлетворительной наукой о челов. опыте и деятельности должна быть наука, в к рой герменевтическая интерпретация, соединенная с каузальным объяснением, играет главную роль.

Задачи, стоящие перед гуманистической психологией нашего времени Научная психология претерпела значительные изменения с момента основания гуманистического движения как «Третьей силы». Теперь, когда это движение потеряло былую силу и сплоченность — отчасти из-за своих «порочных» связей с контркультурой, а отчасти в ответ на изменившуюся ситуацию в психологии, — возможно, наступило время задаться вопросом: какие особые сферы внимания продолжают оставаться многообещающими с точки зрения Г. п.

Во-первых, Г. п. берет на себя особое обязательство — всегда быть «обращенной окнами» на актуальный челов. опыт. По мере того как психотер. становится все более технологичной, а новая когн.

психол. занимается построением блок-схем обработки информ., сохраняется потребность в более пристальном внимании к челов. опыту при проведении психол. исслед.

Во-вторых, попытка понять рефлексивные аспекты личности конкретного человека представляет собой серьезный вызов. Если рефлексивность личности действительно предполагает, что личность, по существу конституируется под влиянием символически-культурального содержания истолкований чел.

самого себя, то нашим теориям личности придется уделять более серьезное внимание ист. и культурному контексту, при условии, что они будут претендовать на статус подлинно научных теорий.

Два развивающихся направления в психол. исслед. могут с наибольшей вероятностью унаследовать мантию Г. п. в духе гуманистической науки, к-рый характеризовал поколение ее основателей. Одно связано с возрождением холистического подхода в исслед. личности. Другое — междисциплинарное (в к-ром психология занимает центральное место) — известно под названием «развитие человека на протяжении всей жизни» (life-span human development). Развивая это направление, сторонники «перспективы времени жизни» целенаправленно изучали диалектическое взаимодействие между челов. жизнями в их соц. контексте и ист. изменении. Изучение развития чел. в перспективе жизненного пути тж поставило под вопрос ранние допущения о постоянстве психол.

особенностей и детерминирующем влиянии раннего детского опыта.

См. также Бихевиоризм, Экзистенциализм, Религия и психология М. Б. Смит Гуманитарная модель здравоохранения (human services) Область гуманит. здравоохранения (human services) как прикладной соц. науки постоянно расширяется и изменяется. В области гуманит. здравоохранения работают врачи, психиатры, психологи, консультанты, соц. работники, реабилитаторы, специалисты по коррекции и профориентации и т. д.

плюс санитарки, сиделки и др. вспомогательный персонал, а тж лица, не имеющие специального образования, но обладающие необходимым уникальным опытом.

Гуманит. службы исторически связаны с областью охраны психич. здоровья. Прогресс, осуществленный научным подходом к психич. заболеваниям, привел к расширению сферы гуманит.

здравоохранения.

В разные ист. эпохи ряд философов и целителей выражали просвещенную т. зр. на патологию психики. Первая революция в психиатрии, т. н. моральная революция, произошла в XVIII в. благодаря трудам французского врача Филиппа Пинеля. Он провозгласил необходимость более гуманного обращения с душевнобольными. Помимо снятия цепей с психич. больных он придавал большое значение доброжелательному отношению к ним, свежему воздуху в палатах и роли эмоций в психич. и соматических расстройствах.

Второй революционный период пришел с пониманием важности той роли, к-рую играют динамическая психиатрия и психология в лечении лиц с эмоциональными расстройствами. Своим приходом (конец XIX в.) он обязан вкладу, сделанному Зигмундом Фрейдом, основателем психоан.

Адольф Мейер высказывал убежденность в том, что психич. заболевания являются рез-том усвоенных неадекватных паттернов поведения. Поэтому психотер. понималась как процесс перевоспитания, в к ром прежний стиль поведения должен быть замещен здоровыми паттернами. Значимым также было основание Национальной ассоц. психич. здоровья.

Третий революционный период начался в 50-е гг. с появлением психофармакологических лекарственных средств, оказавшихся эффективными в устранении деструктивного и патологического поведения. Повышение возможностей самообслуживания больных привело к наступлению четвертого революционного периода, для к-рого характерным было освобождение длительно стационированных и институционализированных больных с последующим проведением их лечения в здоровой среде. Эти перемены оказали большое влияние на развитие в области гуманит. здравоохранения.

Опыт мировых войн поставил вопрос о необходимости улучшения психиатрического здравоохранения. Население вынуждено было признать природу психич. заболеваний;

остро встал вопрос о дефиците кадров, необходимых для решения этих проблем.

Конгресс реагировал на это принятием Закона о психич. здоровье в 1946 г. (Mental Health Act of 1946). Национальный ин-т психич. здоровья (NIMH) разрабатывал для штатов программы подготовки специалистов и проведения научных исслед. В 1955 г. был принят еще один Закон о психич. здоровье.

Финансирование обеспечивалось Объединенной комиссией психич. здоровья и заболеваний. В работе, проведенной для этой комиссии в 1959 г., Джордж Элби подчеркивал, что существующие органы здравоохранения сами по себе не в состоянии решить задачи охраны психич. здоровья для большинства населения.

На основе рабочих отчетов этой комиссии были составлены рекомендации по подготовке специалистов, проведению научных исслед., созданию клиник лечения после острого периода заболевания, разработке новых программ для ведения острых и хронических больных, созданию внебольничных учреждений и введению законодательных мер по улучшению финансирования здравоохранения. Влияние, оказанное этими рекомендациями, и усилия президента Джона Кеннеди привели к принятию в 1963 г. Закона о создании коммунальных центров психич. здоровья (Community Mental Health Centers Act of 1963). Этот акт обязывал NIMH сформулировать требования и критерии создания коммунальных (общественных) центров психич. здоровья. Разнообразные многопрофильные учреждения должны были стать доступными для широких слоев населения.

Эта ситуация оказалась благотворной для расцвета движения совр. гуманит. здравоохранения.

Краткосрочная терапия, кризисное вмешательство, креативные методы терапии, групповая ориентация и др. подходы стали компонентом движения гуманит. здравоохранения. Прогресс в этой области поддерживался неуклонно после принятия Закона 1963 г. вплоть до снижения финансирования в середине 90-х гг.

Модель гуманит. здравоохранения лучше всего м. б. понята в сравнении с мед. моделью. Мед.

модель рассматривает чел., обратившегося за помощью, как лицо, проблема которого обозначена как болезнь. В сравнении с этим модель гуманит. здравоохранения, не ограничиваясь понятием болезни, рассматривает тж проблемы, связанные с нарушением адапт. к повседневной жизни, при к-рых дезадаптивное поведение должно быть заменено на более адекватное и продуктивное. От индивидуума, обратившегося за помощью, ожидается, что он будет принимать активное участие в осуществляемой терапии, с тем чтобы изменить восприятие себя. Как профессия, традиционно посвященная обеспечению благополучия пациента, медицина не могла игнорировать цели гуманит. здравоохранения.

Психиатры, интернисты и хирурги подчеркивают важность ответственности больного за свое благополучие в том, что касается диеты, физ. упражнений, сферы активностей свободного времени и отдыха.

Совр. движение гуманит. здравоохранения ориентировано на холистический подход к терапии.

Еще одним направлением является использование помощи волонтеров. Собеседования, направления к специалистам, консультации, кризисная помощь по телефону, набор кадров — это лишь нек-рые примеры жизненно важных услуг, оказываемых существующим движением волонтеров. Движение гуманит. здравоохранения оказалось тж весьма эффективным в таких областях, как работа полиции, юридических органов, исправительных учреждений, образование, соц. работа, медицина, психиатрия и психология. Рез-ом является разработка разнообразных программ подготовки специалистов с эффективным использованием челов. ресурсов.

Решение задач материально-технического обеспечения лечения больных в об-ве привело к появлению новых специальностей и ролей в области гуманит. здравоохранения. Ступеньки продвижения по службе стали доступными, на них, прежде не занятых, нашел себе место менее квалифицированный персонал, оказывающий сейчас жизненно важные услуги в деятельности коммунальных служб здравоохранения. Приток большого числа работников гуманит. здравоохранения в область, обычно рассматривавшуюся как поле деятельности мед. профессионалов, встретил нек-рую оппозицию со стороны тех, кто придерживался традиционного взгляда на здравоохранение. Будущее гуманит. медицины будет определяться финансовыми и этическими соображениями и объективной потребностью в подготовленном и опытном персонале.

См. также Общественная психология, Первичная профилактика психопатологии А. Лернер Гуморальная теория (humoral theory) Учение о «соках» тела впервые было сформулировано Гиппократом. Он развил идею, позаимствованную из философии Эмпедокла, полагавшего, что Вселенная создана из четырех основных элементов — земли, воздуха, огня и воды и что все известные вещества представляют собой различные сочетания этих элементов. Четырем элементам соответствуют четыре качества: теплое и влажное (воздух), холодное и сухое (земля), теплое и сухое (огонь) и холодное и влажное (вода). Что же касается челов. тела, то в нем эти элементы принимают форму четырех жидкостей, или «соков» организма:

крови, черной желчи, желтой желчи и слизи (флегмы). Эти «соки», по Гиппократу, составляют основу челов. тела и могут служить причиной болезни либо здоровья, в зависимости от их соотношения, избытка или недостатка.

Оставленное Гиппократом наследие позволило Галену, личному врачу императора Марка Аврелия, сформулировать учение о четырех типах темпераментов и увязать их с теорией «телесных соков» Гиппократа, чтобы можно было объяснить индивидуальные различия в поведении и доминирующих эмоциях людей. Сангвинический темперамент или чрезмерная веселость обусловлены избытком крови, а меланхолический темперамент — избытком черной желчи. Чрезмерное содержание в организме желтой желчи — причина холерического темперамента (вспыльчивость, вспышки гнева), а повышенное содержание слизи — причина флегматичности.

Учение о четырех «соках» тела и базирующаяся на нем классиф. темпераментов оставались в силе примерно до 1400 г. н. э. и продержались до наступления эпохи Ренессанса и возрождения медицины. Хотя эти представления и не дожили до наших дней, они оставили свой след в таких выражениях английского языка, как, например, good humor (благодушие, букв. «хорошая телесная жидкость»), bad humor (дурное настроение, букв. «плохая телесная жидкость») и humorous (забавный, смешной, веселый). Отголоски этих представлений слышны также в теориях типов личности, которые описывают людей по преобладанию определенного темперамента.

См. также Теории личности, Темпераменты Р. Ландин _Д_ Дауна синдром (монголизм) (Down syndrome (mongolism)) Д. с. вызван лишней хромосомой № 21, и потому др. название этой болезни — трисомия по хромосоме 21. В основе появления этой лишней хромосомы чаще всего лежит нерасхождение хромосом в процессе мейоза: при образовании гамет из родительской клетки с 46 хромосомами вместо 2 дочерних клеток, получающих по 23 хромосомы каждая, появляются 2 клетки, одна из к-рых получает 24, а другая — 22 хромосомы. Яйцеклетка с 24 хромосомами в случае оплодотворения производит клетку с 47, а не с 46 хромосомами, из к-рой, в конечном итоге, развивается ребенок с Д. с. Число случаев нерасхождения хромосом неуклонно растет с возрастом матери. У матерей моложе 30 лет на родившихся детей приходится 1 ребенок с Д. с., тогда как у матерей старше 45 — уже на родившихся.

Основной симптом этой хромосомной аномалии — низкий интеллект. Большинство людей с Д. с.

находятся на уровне резко выраженной умственной отсталости (имбецильности), с IQ около 30. Лишь у немногих оценки интеллекта соответствуют уровню слабо выраженной отсталости и, еще реже, пограничному уровню.

Существует множество морфологических признаков, позволяющих распознавать эту болезнь уже в начале жизни ребенка: общая гипотония мышц в младенчестве;

восточный разрез глаз (из-за к рого расстройство получило название «монголизм»);

небольшой череп с уплощенным затылком;

утолщенный, складчатый (с поперечными бороздами) язык;

приземистая фигура;

укороченные, похожие на обрубки пальцы и атипичное расположение складок на ладонях. В добавление к этому, у мн. детей с Д. с. встречаются врожденные пороки сердца и пониженная сопротивляемость респираторным инфекционным заболеваниям (пневмонии), и до изобретения антибиотиков лишь незначительная часть таких детей доживала до взрослости.

При Д. с. развитие обычно идет замедленными темпами и кривая умственного возраста может набирать «предельную» высоту вплоть до достижения больным 35—40-летнего возраста. Хотя люди с Д. с. существенно отстают в моторном, речевом и половом развитии, они часто достаточно развиты в соц. плане, по крайней мере, по сравнению с др. категориями умственной отсталости. В целом, они отличаются живостью натуры, готовы к сотрудничеству, дружелюбны, ласковы и легки в общении.

Хотя Д. с. неизлечим, новый метод амниоцентеза позволяет делать анализ хромосом плода. При обнаружении Д. с. родители могут принять решение об аборте.

См. также Хромосомные нарушения, Наследственные болезни, Умственная отсталость М. Р. Денни Двигательная терапия (movement therapy) Д. т. представляет собой форму психотер., осн. на допущении существования прямых и реципрокных отношений между душой и телом. Нарушения двигательных функций и дыхания рассматриваются в качестве отражения нарушений психики и гомеостаза всего организма. Так как физиолог. и психич. деятельность доопределяют друг друга, Д. т. — это психотерапевтический подход, к-рый нацелен на снятие как мышечной зажатости и напряжения мышц, так и психич. сопротивления.

Диагностика, обследование и лечение направлены на снятие ограничений в подвижности, спонтанности и свободы с помощью движений и двигательной интеракции. Целью для каждого является обнаружение всей полноты собственных ресурсов и творческого потенциала.

Д. т. практикуется в качестве главного или вспомогательного метода лечения в стационарах, амбулаторных мед. учреждениях, в частной практике и в образовательных учреждениях. Метод с успехом используется как в терапевтических группах, так и в группах личностного роста.

См. также Музыкотерапия, Невербальные терапии, Психотерапия Д. Г. Икстейн, С. Ф. Уоллок Движение Кэмпхилл (Camphill movement) Д. К. представляет собой международную сеть терапевтических сообществ, включающих школы для детей с психич. и эмоциональными проблемами, училища интернатного типа для молодежи и деревни для взрослых. Первая кэмпхиллская школа для детей, нуждающихся в специальном уходе, была осн. Карлом Кёнигом в 1940 г. в шотландском городе Абердине. Кёниг исходил из того, что жизнь вместе с «инвалидизированными» людьми окажется для «нормальных» в чем-то полезной. В его представлении «тремя большими ошибками» современности являются агностицизм, дарвиновское понятие «естественного отбора» и психол. теория измеряемого интеллекта.

Школы Кэмпхилл Школы Кэмпхилл ставят целью воспитание детей в соответствии с их потенциальными возможностями. Проблемой детей инвалидов часто является то, что физ. деформации или несовершенства тела препятствуют их духовному росту или физ. развитию. Дети находятся в школах в домашней обстановке вместе с персоналом, к-рый живет там со своими семьями. Работа идет не по сменному расписанию, и персонал обычно не получает зарплаты. Их потребности удовлетворяются, пока они — члены сообщества. Экономические предпосылки исходят из представления Штайнера о том, что при здоровой соц. жизни люди работают потому, что любят свою работу и находят ее саму по себе вознаграждающей. В свою очередь, члены сообщества считают, что вправе рассчитывать на материальную поддержку.

Деревни Кэмпхилл Деревни Кэмпхилл имеют целью помочь родителям, к-рые хотят, чтобы их дети-инвалиды вели социально значимую жизнь. Первая деревня Кэмпхилл 6ыла осн. в 1954 г. в усадьбе, подаренной издателем У. Э. Макмилланом, когда правительство США отказало его умственно отсталому сыну в эмиграции в Америку для вoccoединения с отцом.

Жители деревни имеют по возможности те же нрава и обязанности, что и персонал.. Задолго до появления Движения за права потребителей жители деревень Кэмпхилл участвовали в комитетах по управлению коммунальными службами и принимали участие в соц. и культурной жизни деревни.

Д.К. наиболее признано в Великобритании, где оно появилось и стало наиболее распространенной частной сетью учреждений, предоставляющих услуги лицам с особыми потребностями, получая наибольшее количество наград за качество обслуживания. За время, прошедшее с момента возникновения, эта сеть выросла во всемирное движение, охватившее Африку, Южную Америку и США.

См. также Антропософия, Вальдорфская педагогика Т. Г. Поплавски Движения глаз (eye movements) Глаза почти всегда находятся в движении. Самому человеку кажется, что окружающий мир относительно неподвижен, а глаза движутся произвольно, но это не так. Даже когда мы пытаемся фиксировать взгляд на предмете или картине при их внимательном рассматривании, глаза прекращают выполнять размашистые движения всего на 250—300 мс, а мелкие движения продолжаются даже в этот период относительной неподвижности. В общем, Д. г. выполняют функцию обеспечения новой информ.

центрального, или фовеального, зрения, чтобы рецепторы не адаптировались и не прекращали передавать информ. в зрительную кору. Нек-рые Д. г., в частности мелкое дрожание, объясняются мышечным напряжением плотной мускулатуры, обслуживающей зрительную систему.

Каждое глазное яблоко сохраняет свое положение в орбите и приводится в движение с помощью шести мышц. Анатомически глазные мышцы образуют три пары. Медиальная (назальная) и латеральная (височная) прямые мышцы обеспечивают горизонтальные Д. г. вокруг вертикальной оси. Верхняя и нижняя прямые мышцы составляют эффективную пару комплементов для обеспечения вертикальных Д.

г., а тж содержат горизонтальный и вращательный элементы, делающие возможным косонаправленные Д. г. Нижняя и верхняя косые мышцы располагаются под углом друг к другу и контролируют вращательные движения совместно с верхней и нижней прямыми мышцами. Глазные мышцы не только обеспечивают значительную широту движений. Благодаря их плотности, на единицу веса подвижных органов приходится больше мускулатуры, чем это имеет место для любой др. структуры тела.

Следствие этого — высокая скорость Д. г., устойчивость глазных мышц к динамическим нагрузкам и их способность быстро восстанавливать свои функции после утомления.

Обычно Д. г. совершается сопряженно, или параллельно. Единственное исключение — система вергентных движений: при рассматривании близких предметов происходит конвергенция глаз (сведение зрительных осей за счет поворота глазных яблок навстречу друг другу), а при переводе взгляда на более удаленные предметы происходит дивергенция глаз (разведение зрительных осей за счет отведения глазных яблок кнаружи от средней линии тела). И в том, и в др. случае глаза движутся в противоположных направлениях. Д. г. подразделяются на схватывающие, удерживающие и мелкие.

Схватывающие движения направлены на поиск и фиксацию стимула. Осн. движением этого типа является быстрое скачкообразное Д. г. — саккада. Ежедневно совершается приблизительно 230 саккадических Д. г. В общем, чем больше Д. г., тем с большей скоростью оно совершается: при углах вращения глаза в 5° и меньше скорость движения составляет примерно 200°/с, а более крупные саккады в 100° и более могут достигать скорости, превышающей 700°/с. Вместе с тем, 85% саккадических движений глаз ограничены 15°. Считается, что это баллистические движения: раз начавшись, они должны достичь мишени, прежде чем инициируется следующее движение и направление изменится.

Саккады, по-видимому, чувствительны и адаптируемы к когнитивному входу и к мишени или насыщенности зрительной сцены. Маловероятно, что последовательные саккады произойдут в промежуток времени меньше 150 мс, поскольку зрительной системе требуется около 50 мс на программирование саккады в процессе фиксации, от 20 до 30 мс — на выполнение саккадического движения и 50 мс — на восстановление четкого восприятия. Во время чтения саккады организованы в относительно упорядоченную последовательность, однако во время визуального поиска или разглядывания объектов они возникают без всякой системы.

Быстрая фаза оптокинетического нистагма тж относится к схватывающим движениям. Когда чел.

следит за вращающимся полосатым барабаном или кружится на карусели, через определенные интервалы происходит резкий скачок глазного яблока с фиксацией взгляда на новом и обычно несколько смещенном назад (относительно вращения) элементе барабана или визуальной сцены.

Удерживающие движения направлены на сохранение схваченной сцены или предмета в области нейтрального (фовеального) зрения. В настоящее время выявлены три вида таких движений.

Вестибулярные движения происходят в тех случаях, когда вестибулярная система внутреннего уха дает по цепи обратной связи команду глазодвигательной системе удерживать взгляд на мишени независимо от движений головы. Тихое преследование, слежение или медленная фаза нистагма — примеры удерживающего движения, при к-ром глаза следуют за движущимся стимулом. Если скорость движения стимула нарастает слишком быстро, инициируются корректирующие саккады, обеспечивающие повторный захват движущегося стимула для продолжения слежения за ним до тех пор, пока не будет достигнут следующий критический уровень корректировки. Вергентные движения тж относятся к удерживающим, но выполняются они рассогласованно (глаза движутся в разных направлениях). К осн.

вергентным движениям относятся конвергенция и дивергенция, проявляющиеся в виде перекрытия зрительного поля. Вергентные движения можно продемонстрировать с помощью карандаша, удерживаемого прямо перед собой на расстоянии вытянутой руки от глаз: сгибая руку в локте и приближая карандаш к носу, мы вызовем конвергенцию, а удаляя карандаш от носа — дивергенцию глаз. Эти движения произвольны. Они совершаются медленно и обычно имеют малую угловую величину.

Третья группа чрезвычайно мелких движений известна под названием физиолог. нистагма. Эти движения накладываются на более крупные движения и фиксации, обсуждавшиеся выше, и, по видимому, имеют сходное происхождение, однако их назначение выяснить пока не удалось. Мелкий тремор имеет медианную амплитуду около 17 угловых секунд, а его частота составляет от 25 до колебаний в секунду. Медленный дрейф происходит с амплитудой от 2 до 5 угловых минут и средней скоростью от 1 до 5 угловых минут в секунду. Это можно наблюдать, поместив небольшой источник красного света в темной комнате. Фиксация взгляда на этом источнике света создаст впечатление его движения по комнате. Микросаккады, или рывки, являют собой др. вид физиолог. нистагма. Они имеют амплитуду от 1 до 20 угловых минут и предельную скорость около 10°/сек. Строгие эксперим. исслед.

показали, что мелкие движения физиолог. нистагма не играют существенной роли в повышении остроты зрения.

Два независимых исследователя — Басуелл и Тинкер, работавшие в период с 1920 по 1940 гг., внесли решающий вклад в наше понимание процесса чтения и рассматривания картин. Говоря коротко, они продемонстрировали, что длина саккад и продолжительность фиксации зависят от типографских параметров, контекста и трудности самого текста. Значение придавалось большей специфичности тех частей слов, на к-рых заканчивались Д. г., и приспособляемости Д. г. к изменению динамических отношений между предложениями в отрывках текста, в зависимости от способностей читающего к когнитивной обработке информ. (напр., в зависимости от субъективной важности того или иного участка текста). За прошедшее время появились более удобные средства регистрации Д. г., в том числе имеется возможность делать это незаметно для испытуемого. Это позволяет точнее оценить естественное поведение с минимальными ошибками. Регистрация Д. г. применяется при изучении поведения водителей, пилотов, наблюдающих за показаниями приборов и земными объектами, проявлений психопатологии и недостаточной специфической обучаемости, а тж во множестве др.

областей исслед.

На протяжении почти 100 лет внимание экспериментаторов было направлено на доказательство правильности одного из четырех предположений о целях Д. г. Во-первых, благодаря Д. г.

осуществляется функция зрения: в их отсутствие рецепторы адаптируются и зрительные сцены становятся менее яркими. Во-вторых, Д. г. и фиксации взгляда играют роль в восприятии зрительных образов: по-видимому, они реализуют психомоторную программу, имеющую прямое отношение к рассматриваемой сцене или картине. В-третьих, Д. г. и фиксации взгляда м. б. подчинены восприятию:

поскольку фиксации происходят на тех участках зрительного поля, к-рые наиболее информативны, напр. на контурах, объектах и затенении, предполагается, что общее семантическое содержание задает паттерн Д. г. В-четвертых, последовательность Д. г. может служить средством кодирования, хранения и последующего реконструирования промежуточных ретинальных изображений деталей, обнаруженных на картине или в сцене: каждый индивидуум имеет собственный уникальный паттерн Д. г., к-рый отражает его интерпретацию данной сцены. Не исключена возможность, что каждая из этих альтернатив верна в тот или иной момент времени.

См. также Биологические ритмы Д. Ф. Фишер Двойная связь (double bind) Понятие Д. с. характеризует устойчивый стиль коммуникации, ставящий ее жертву в тяжелое, мучительное и «безнадежное» положение. Это происходит потому, что, во-первых, на разных уровнях коммуникации предъявляются различные, противоречащие друг другу требования, а во-вторых, жертва лишена возможности выражать свое отношение к Д. с. или самоустраниться от взаимодействия.

Поскольку впервые Д. с. была выявлена во взаимоотношениях взрослых, больных шизофренией, со своими семьями, считалось, что она имеет причинно-следственную связь с шизофренией, лишая больных способности получать в результате коммуникации ясные по смыслу сообщения и принимать участие в соц. взаимодействиях.

Группа клиницистов и ученых под руководством Бейтсона впервые применила теорию коммуникации в области охраны психич. здоровья, в частности для семейной психотер. Данная работа подтвердила наличие процессов гомеостаза и поддержания стабильности, действующих как в рамках семьи, так и во внутренней среде индивидуума, регулирующих функционирование и способствующих сохранению их жизнеспособности. В семьях эту функцию выполняет коммуникация.

Один единственный сложный коммуникативный акт может содержать множество сообщений, относящихся к различным логическим типам, по Бертрану Расселу, и часто включает разные модальности, к-рые могут противоречить друг другу или подкреплять друг друга. Агрессивный смысл сообщения можно смягчить, напр., соотв. движениями, позой или тоном, выражающими, что «все происходящее — шутка». Более того, смысл сообщения может сильно зависеть от окружающей обстановки или опыта прошлого взаимодействия участников коммуникации.

Коммуникационный подход подразумевает, что каждое вступление сторон в коммуникацию включает сообщение, предлагающее или подтверждающее тот или иной характер взаимодействия, а тж ответное сообщение, в к-ром данный характер взаимодействия может быть принят, модифицирован или отвергнут. Яростные перепалки подростков со своими родителями зачастую не имеют ничего общего с явным содержанием спора, а скорее отражают происходящие в их отношениях изменения, с к-рыми не согласна та или др. сторона.

Способность расшифровывать смысл коммуникативных актов требует специального научения, зачастую невербального, особенно при наличии явных противоречий между уровнями коммуникативного сообщения, как в случае, когда бранные слова произносятся со смехом. Когда смысл сообщения не очевиден, люди научаются переходить на более абстрактный уровень и начинают обсуждать такие двусмысленные сообщения, пытаясь прояснить их значение. Дети изначально не обладают такой способностью, и лишение их возможности учиться понимать смысл сообщений может сказаться уже во взрослом возрасте, приводя к серьезным расстройствам.

Стиль коммуникации при Д. с. особенно опасен наличием внутренних противоречий и блокированием научения. Исслед. семей больных шизофренией показали, что Д. с. часто проявляется во взаимодействии «мать—ребенок», когда мать, по-видимому, не стремится быть понятой ребенком. У такой матери отсутствует как принятие ребенка, так и принятие самого факта его отвержения. Д. с.

описывает завуалированное стремление к поддержанию дистанции в отношениях, к-рое маскируется обоюдной демонстрацией любви и заботы. Такие родители фактически поощряют близость на одном уровне коммуникации, отвергая ее на другом.

См. также Процессы коммуникации, Отношения «родитель—ребенок», Шизофрения Р. Энфилд Двухпроцессная теория научения (two-process learning theory) Центральная посылка Д. т. н. состоит в том, что законы классического и инструментального обусловливания не являются функционально эквивалентными. В течение всей первой половины этого столетия существовала общая тенденция обращаться с классическим и инструментальным научением как с базирующимися на едином наборе принципов. Тем не менее, даже на стадии ее формирования, в теории научения выражалась альтернативная точка зрения: уже в 1928 г. С. Миллер и К. Конорски проводили различие между двумя формами условной реакции. Реакция 1 типа являлась секреторной условной реакцией по Павлову (УР);

она вырабатывалась на основе установления положительной корреляции между условным (УРЗ) и безусловным (БРЗ) раздражителями. Реакция II типа отличалась от классической УР тем, что ее возникновение определялось ее последствиями. Однако, невзирая на эту раннюю работу Конорски и др., затрагивавшую проблему адекватности однопроцессных теорий научения, до тех пор, пока теория редукции драйва не столкнулась с теоретич. проблемами при интерпретации научения избеганию, теория двухпроцессного научения не могла бросить серьезный вызов преобладающей т. зр. Согласно теории редукции драйва, мотив к осуществлению реакции избегания выводится из аверсивного безусловного стимула и подкрепления успешной реакции, прекращавшей действие аверсивного события. Но поскольку эта реакция избегания предотвращает возникновение самого БРЗ, эта теория не могла дать объяснение тому, как приобретается и поддерживается избегающее поведение.

О. X. Маурер предложил решение этой проблемы, высказав идею, что научение избеганию могло быть рез-том двух процессов. Страх провоцирует избегающее поведение, и это поведение поддерживается путем редукции страха. Само формирование этой реакции страха на УРЗ происходит на основе процедуры классического обусловливания путем сочетания УРЗ и БРЗ. Эта позиция резко контрастирует с мнением К. Л. Халла, утверждавшего, что подкрепляющим фактором является прекращение действия аверсивного БРЗ. Маурер рассматривал сочетание событий как решающий процесс в классическом обусловливании. В отличие от этого, подкрепление как общий процесс для инструментального научения определяет выбор реакций избегания. Представленная в такой форме Д. т.

н. отводит классическому обусловливанию чрезвычайно важную роль;

процессы, подключаемые при помощи этих процедур, функционируют соответственно или как мотиваторы, или как подкрепители, опосредующие инструментальное поведение.

Дж. Б. Трейполд и М. А. Овермайер выразили сомнение в том, что классическая и инструментальная процедуры обучения устанавливают различие между павловскими и инструментальными процессами. Они предложили использовать вместо этого нейтральные термины, а именно: независимое от реакции и зависимое от реакции научение. Одним доводом в пользу такой терминологии служит то, что независимое от реакции научение — не обязательно рез-т классического обусловливания;

др. доводом служит существование известной реципрокности между этими двумя формами научения. Не только независимое от реакции научение может влиять на приобретение или поддержание зависимого от реакции научения, но и сама репрезентация, формируемая в ходе зависимого от реакции научения, может взаимодействовать с последующим формированием S—R связей.

Несмотря на то что в настоящее время концептуальный статус Д. т. н. находится в процессе своего становления, мн. теоретики считают, что независимое от реакции и зависимое от реакции научение подчиняются одним и тем же законам. Вместе с тем они проводят различие между типами связей, устанавливаемых в обеих обучающих процедурах. Классическое обусловливание способствует формированию S—R связей, тогда как инструментальное обусловливание приводит к установлению R—S репрезентаций. Эта концептуальная схема не имеет под собой прочной эмпирической основы.

См. также Теории научения Э. Дж. Рикерт Девиантное созревание (deviant maturation) Средний возраст, в к-ром американские подростки достигают половой зрелости, бесспорно, снизился в XX в. Однако в рамках любой когорты рождения нек-рые подростки созревают раньше или позже среднестатистической нормы. Психол. и поведенческие эффекты, связанные с таким девиантным созреванием, были предметом значительного числа исслед. Поскольку в этих исслед. практически всегда обнаруживаются половые различия, дальнейшее обсуждение рез-тов ведется раздельно для подростков мужского и женского пола.

Что касается подростков-мальчиков, их раннее созревание связано с очевидными преимуществами. Вероятнее всего, рано созревающий мальчик почти полностью отвечает существующим в данной культуре экспектациям маскулинности — к примеру, обладает худощавым мезоморфным телосложением, преуспевает в занятиях спортом и выглядит в глазах взрослых и сверстников привлекательным, умелым и возмужалым. Как показывают исслед., сверстники, родители и учителя обычно реагируют на рано созревающих мальчиков повышенными ожиданиями и положительной обратной связью, что, в свою очередь, отражается в представлениях этих подростков о себе. Они видят себя уверенными, зрелыми, независимыми и принимаемыми родителями, сверстниками и др. взрослыми. В отличие от рано созревающих, поздно созревающие мальчики чаще имеют эктоморфное телосложение (выглядят долговязыми и узкоплечими), не столь успешны в атлетических видах спорта и кажутся взрослым и сверстникам менее привлекательными, менее мужественными и менее зрелыми. Эти негативные ожидания отражаются в Я-концепции поздно созревающих мальчиков, склонных считать себя зависимыми, беспомощными, несостоятельными и отвергаемыми.

В исслед., к-рое провели Массен и Джоунз, было установлено, что у поздно созревающих мальчиков неск. богаче воображение и они более интроспективны и экспрессивны. Пескин обнаружил, что эта тенденция приобретает более выраженный характер, когда сравниваемые группы подростков уравниваются по времени, прошедшему с момента наступления пубертата (пубертатному возрасту).

Пескин сравнивал рано и поздно созревающих мальчиков в разных пубертатных возрастах, напр. в точке наступления пубертата (0), двумя годами раньше (-2), двумя годами позже (+2) и т. д. Оказалось, что после пубертата хронологически старший мальчик с отстающим созреванием более любознателен, склонен к поиску, экспериментированию и интеллектуальным занятиям, тогда как соотв. ему по пубертатному возрасту мальчик с опережающим созреванием больше ориентирован на общепринятые цели и обеспокоен соц. вопросами, а именно: как добиться признания и успеха (в частности, в учебе), как произвести благоприятное впечатление на др. и что надо делать, чтобы не потерять достигнутого.

В неск. лонгитюдных исслед. предпринимались попытки выяснить, насколько вероятны долговременные последствия различий в сроках наступления пубертата. Будут ли рано и поздно созревающие мальчики-подростки различаться тогда, когда они станут взрослыми? Установлено, что различия в частоте социализации сохраняются и во взрослости: рано созревающие мальчики, став взрослыми, остаются относительно более вовлеченными в жизнь об-ва и озабоченными созданием благоприятного впечатления о себе у окружающих. Однако, согласно Мэри Кавер Джоунз, поздно созревающие подростки мужского пола оказываются к концу четвертого десятилетия жизни более прозорливыми и легче приспосабливающимися к переменам, чем соотв. им возрастные когорты рано созревающих: поздно созревающие в целом терпимее относились к неопределенности, обнаруживали большую осведомленность в отдельных вопросах, были более склонны добиваться своих целей через независимость, а не через конформность, и менее склонны заниматься нравоучениями и проявлять высокомерное отношение к др.

Что касается девочек-подростков, то эффекты раннего и позднего созревания у них, в известной степени, противоположны тем эффектам, к-рые наблюдаются у мальчиков. В самом начале подросткового периода девочки, опережающие др. в физ. развитии, пользуются меньшим признанием сверстников, менее популярны и имеют меньший соц. вес, чем соотв. им возрастные когорты девочек с замедленным физ. развитием. Хотя сильная задержка созревания, конечно же, может оказаться источником проблем, небольшое отставание от графика созревания позволяет девочкам достичь максимального соответствия стереотипным экспектациям феминности, а именно: иметь эктоморфное телосложение (маленький рост и изящную фигуру), быть сдержанной, мягкой, отзывчивой и т. д.

Исслед. показали, что, хотя соц. оценки эктоморфного мужского типа устойчиво стремятся к отрицательному полюсу шкалы, эктоморфный женский тип оценивается положительно. Что касается представлений о себе, исслед. Жуана Кортеса и Флоренс Гатти показало, что эктоморфы, независимо от их пола, считают себя интровертированными, отзывчивыми, тактичными, мягкими, скрытными и т. д.

Однако полоролевые суждения об этих характеристиках меняются в зависимости от пола: женщины, обладающие этими качествами, оцениваются более положительно по сравнению с мужчинами.

Вполне возможно, что позднее физ. развитие девочек-подростков дает им относительные преимущества только на небольшой срок. Напр., сравнения рано и поздно созревающих девочек, проводившиеся в середине и в конце периода отрочества-юности, практически не выявили устойчивых различий. Но в исслед., проведенном на взрослых женщинах, Харви Пескин получил доказательства того, что рано созревающие представительницы женского пола оказались более интеллектуальными, ответственными, открытыми и объективными по сравнению с поздно созревающими. В противоположность этому, поздно созревающие девочки, перешагнувшие на момент исследования свое 30-летие, были склонны «защищать хрупкое эго» (проявляли негибкость и противились изменениям), чувствовали себя обманутыми жизнью, легко уступали, были предрасположены к срывам в условиях стресса и к неадаптивным реакциям на фрустрацию. Как уже упоминалось выше, полностью противоположные тенденции были обнаружены у взрослых мужчин.

В заключение следует рассмотреть ряд ограничительных условий. Первое связано с тем, что слишком сильный стресс в отрочестве может задерживать созревание. Второе заключается в том, что, помимо типов телосложения, не вписывающихся в соц. стереотипы, существуют и др. факторы, к-рые могут инициировать кризисы идентичности и влиять на развитие личности, поскольку последнее гораздо богаче простого соответствия стереотипным ожиданиям. Третье касается того, что лонгитюдным планам, использованным в рассматриваемых выше исслед., свойственны определенные ограничения, к-рые необходимо учитывать при обсуждении рез-тов. Наконец, имеющаяся в нашем распоряжении база данных носит ограниченный характер, а изучаемые выборки состоят преимущественно из представителей белого населения, относящихся к среднему классу.

См. также Развитие в подростковом и юношеском возрасте, Формирование идентичности в подростковом и юношеском возрасте, Развитие человека, Раннее развитие М. Д. Берзонски Девиантность (deviance) Изучение Д. основывается на двух различных т. зр. Первая рассматривает Д. как необычное, но при этом устойчивое отклонение от статистических норм. Др. словами, девиантным считается устойчивый образ действий, поведения или мышления, к-рый не типичен для общей популяции. Это определение сыграло заметную роль в психол. изучении Д.

Согласно др. распростр. позиции, Д. определяется через единичные критические события.

Случаи необычного и крайне активного поведения, характеризуемого безумием и насилием, служат ил.

этой т. зр. Взгляд на Д. как на критическое событие лежит в основе юридических определений Д.

Д. составила главное содержание мн. важных аспектов теории личности, клинической и соц.

психологии. Исслед. Д. можно классифицировать в соответствии с четырьмя осн. позициями. Первая предполагает взгляд на Д. как функцию внутренних факторов. Д. рассматривается в аспекте различий между индивидуумами. С т. зр. индивидуальных различий предполагается, что отдельные люди или группы людей, обладающие определенным уровнем специфичности, с большей вероятностью становятся девиантами. Предполагается тж, что индивидуальные различия и девиантность связаны причинно-следственными отношениями.

Второе важное объяснение Д. постулирует в качестве ее осн. предпосылок различия в социальной структуре. Официально классифицируемые формы Д. характеризуются непропорционально высокой представленностью среди населения, занимающего более низкое социально-экономическое положение в нашем об-ве. С т. зр. различий в соц. структуре, в доступе к законным возможностям, в доступе к незаконным возможностям, отчуждение или враждебность — это те критические ингредиенты, к-рые часто становятся причиной Д. Согласно этой позиции, Д. имеет индивидуальные компоненты, являющиеся рез-том воздействия различных соц. структур, и средовые аспекты.

Третье важное объяснение Д. опирается на интеракционистскую точку зрения. Согласно носящей формальное название «теории навешивания ярлыков», Д. порождается реакцией критически настроенных лиц на определенное деяние. Психол. расстройства, преступность и недостаточный уровень достижений официально и неформально маркируются как девиантные. С позиций «теории навешивания ярлыков» Д. представляет собой взаимодействие между поступками индивидуума и реакциями на них об-ва.

Четвертая важная т. зр. выражается теорией научения. Согласно ей, все действия, девиантные или нормальные, приобретаются в соответствии с законами моделирования, подкрепления и наказания.

Те люди, к-рые проявляют девиантные паттерны поведения, получали ранее за такие поступки соотв.

вознаграждение. С т. зр. теории научения, не существует врожденных различий между отклоняющимся и нормальным поведением. Преступное поведение, отклоняющееся от нормы поведение и недостаточная обучаемость приобретаются в процессе научения.

См. также Отчуждение (политическое), Теория навешивания ярлыков, Типы личности У. С. Дэвидсон, II Дееспособность (competency to stand trial) Д. относится к нормам уголовного права, на основании к-рых обвиняемые м. б. признаны недееспособными, если окажется, что они не в состоянии отдавать себе полный отчет и участвовать в своей защите. Хотя критерии для определения недееспособности могут неск. различаться (в зависимости от штата), Верховным судом США в деле «Даски против Соединенных Штатов» (362 US 402, 1960) была установлена конституционная норма, гласящая:

«Недостаточно решения судьи местного суда о том, что «обвиняемый ориентируется во времени и месте и способен в той или иной мере вспомнить рассматриваемые события»;

необходимо установить, обладает ли обвиняемый на данный момент достаточной способностью консультироваться со своим адвокатом с надлежащей степенью разумного понимания и, кроме того, обладает ли он пониманием предпринимаемых против него процессуальных действий, равно как и излагаемых в его деле фактов.» Несмотря на то, что критерии, заданные в этой норме, могут показаться четкими, их практ.

применение изобиловало неправильными истолкованиями и путаницей. Важно заметить, что понятие Д.

значительно отличается от понятий ответственности или защиты ссылкой на невменяемость. В то время как Д. относится к текущей способности обвиняемого участвовать в защите, ответственность адресуется к псих. состоянию обвиняемого в момент совершения инкриминируемого ему преступления и используется в качестве способа защиты в суде. Возможно быть дееспособным и при этом с успехом прибегать к защите ссылкой на невменяемость. И наоборот: обвиняемый, первонач. признанный недееспособным, но позднее вновь признанный дееспособным и привлеченный к суду, может расцениваться как ответственный за преступление.

Ходатайства о дееспособности. Процедуры установления Д. начинаются с подачи ходатайства в суд. В соответствии с определением Верховного суда («Пейт против Робинсона»), осн. действующие лица в суде — судья, обвинитель и защитник — должны поднять вопрос о Д., если суду представлены свидетельства, к-рые порождают «сомнение bona fide» в способности обвиняемого отвечать перед судом. Судья обязан выслушать свидетельства — обычно представляемые в форме ходатайства об оценке Д. — и принять решение, существуют ли в них достаточные основания для того, чтобы оправдать проведение оценки обвиняемого.

Как только ходатайство удовлетворено, большинство судов передают обвиняемых в закрытое клиническое учреждение на сроки до 60 дней. Большинство судебных органов имеют право проводить оценку обвиняемых в тюрьме или амбулаторным способом, но используют его крайне редко.

Психиатров, и в последнее время — психологов, просят провести оценку обвиняемого и обеспечить суд информ. о его психич. статусе.

Валидность связи между психозом и недееспособностью никогда не устанавливалась.

Фактически, валидность решений в отношении Д. даже не подвергалась исслед. Не исключено, что нек рые обвиняемые даже при наличии у них психоза могут оказаться вполне способными предстать перед судом. Возможности принятия неверных решений по большей части обусловлены использованием нечетких и неопределенных критериев для оценки Д.

Надежность оценок Д. оказывается довольно высокой. Оценки, выносимые опытными интервьюерами, обычно согласуются в 90% или более случаев. Однако высокие уровни надежности не обязательно означают, что такие решения яв-ся вместе с тем и валидными.

Др. спорным вопросом яв-ся релевантность амнезии в качестве критерия для установления недееспособности обвиняемого. На первый взгляд может показаться очевидным, что если обвиняемый не может припомнить обстоятельства предполагаемого преступления и не может сообщить факты или др. информ. защитнику, то это свидетельствует о его недееспособности. Но суды обычно руководствуются убеждением, что амнезия сама по себе может и не являться основанием для признания недееспособности. По мнению судов, факт влияния амнезии на ответы обвиняемого должны доказывать эксперты. Отказ признавать амнезию может отчасти отражать опасение судов, что амнезия может использоваться симулянтами как тактическое средство для того, чтобы избежать или отсрочить судебное разбирательство. В отношении амнезии суды заняли жесткую позицию, требуя подтверждающей информ., связывающей наблюдаемый симптом или поведение с возникшей юридич.

ситуацией. В отношении др. клинических вопросов суды обычно не занимают столь жесткой позиции.

Важным шагом в разраб. стандартной процедуры измерения, на к-рую могли бы опираться специалисты при оценке Д., яв-ся Акт оценки правоспособности (Competency Assessment Instrument, CAI).

Решение о недееспособности обвиняемого. Теоретически вынесение окончательного решения в отношении недееспособности остается за судами. Судья может использовать вывод или показание эксперта в качестве основы для принятия такого решения, но не обязан соглашаться с ним. На практике, однако, суды почти всегда принимают заключения и рекомендации экспертов.

Как только установлена недееспособность, обвиняемый обычно передается в закрытое клиническое учреждение на неопределенный срок для последующего лечения. Если Д.

восстанавливается, судебное разбирательство возобновляется. В прошлом такая передача обвиняемого осуществлялась на довольно длительные сроки. Этой практике был брошен вызов в деле «Джексон против Индианы», в к-ром было решено, что недееспособный обвиняемый «не может содержаться больше обоснованного периода времени, необходимого для определения того, существует ли реальная возможность, что он достигнет требуемой Д. в обозримом будущем». Такое решение привело в неск.

штатах к изменениям в установленных законом предельных сроках лечения. Предполагается, что если существуют перспективы успешного лечения, оно будет происходить в сравнительно короткое время, зачастую с использованием лекарственных средств или сокращенной психотерапии.

Предлагаемые изменения. Рош и Голдинг предложили ввести нек-рые изменения в процедуры оценки и лечения. Во-первых, ходатайства о проведении оценки должны быть специфичными, конкретизирующими те сомнения, к-рые поддерживают данное ходатайство. Если ходатайство признается обоснованным, они утверждают, что большая часть экспертиз не должна происходить в условиях закрытого клинического учреждения. В обзоре из 10 исслед. они обнаружили, что в среднем лишь примерно у 30% оцениваемых обвиняемых была установлена недееспособность, во многом из-за несоответствующего применения процедур оценки Д. Отсюда следует, что мн. случаи могли бы оцениваться в самой тюрьме или амбулаторно. В одном из своих исслед. Рош и Голдинг обнаружили, что одно- и двухчасовое интервью, к-рое фокусировалось гл. обр. на правовых вопросах, могло бы служить основой для первичного решения. Более того, выводы, полученные в рез-те этих интервью, хорошо согласовывались с рез-тами более длительной процедуры оценки в условиях закрытого клинического учреждения, продолжавшейся в среднем в течение 17 дней.

Рош и Голдинг тж предложили, чтобы процедуры оценки проводили группы, составленные из специалистов по психич. здоровью и праву;

в этом случае будет обеспечена более полная оценка как по юридич. вопросам, так и вопросам психич. здоровья. После завершения первичной оценки и принятия решения о судебном слушании обвиняемые с признанной Д. возобновили бы свое участие в процессуальных действиях. Что касается обвиняемых, признанных недееспособными, после рассмотрения в суде серьезности оснований и определения, что такое состояние достаточно доказано в данном уголовном деле, они были бы подвергнуты лечению. Если бы разбирательство привело к выводу, что обвиняемый имеет перспективы в излечении, он был бы направлен на стационарное либо амбулаторное лечение на период, не превышающий 3 месяцев.

Для тех обвиняемых, перспективы лечения к-рых представляются слабыми или лечение к-рых не привело к успеху по истечении 3-месячного периода, Рош и Голдинг предлагают проводить условное судебное разбирательство. Это было бы полноценное судебное разбирательство, в к-ром обе стороны, обвинение и защита, представляли свою аргументацию по данному делу. Такое судебное разбирательство обладает рядом преимуществ. Оно позволяет защите представить доводы, к-рые бы могли доказывать невиновность и ответить на доводы обвинения. Оно тж предоставляет возможность для длительного наблюдения и оценки обвиняемого, к-рый предположительно был признан недееспособным. И это послужило бы реальной проверкой валидности первоначального решения. Если бы в конце судебного процесса этот обвиняемый был признан виновным и была бы очевидной недееспособность обвиняемого, тогда этот вердикт можно было бы отменить. Эти обвиняемые могли бы тогда проходить лечение в менее ограничительных условиях и вернуться на судебное разбирательство впоследствии, если бы их Д. была восстановлена до того, как лимит лечения оказался исчерпанным. Однако если бы оказалось, что поведение обвиняемого свидетельствует о его Д., этот вердикт был бы утвержден. Такое условное судебное разбирательство, вероятно, увеличило бы наше понимание конструкта Д. и того, как она должна оцениваться.

См. также Уголовная ответственность, Показания экспертов, Судебная психология, Психологическая оценка, Психология и суды, Психология и закон Р. Рош Деиндивидуализация (deindividuation) Густав Ле Бон ввел понятие групп. ума (group mind). Он высказал предположение, что при нек рых обстоятельствах люди утрачивают свою индивидуальность и сливаются с толпой. Такая Д. связана с утратой запретов и с тенденцией людей вести себя нетипичным и противонормативным способом. В ист. плане, люди очень медленно освобождались от деиндивидуализированного существования, погруженного в широкие родственные, племенные и родовые отношения. Эрих Фромм изучал возникновение индивидуальности в челов. истории и то чувство уникальности и свободы, к-рое сопровождает это развитие. В соответствии с Фроммом, индивидуализация сопровождается ощущением изоляции, к-рое часто мотивирует людей присоединяться к разным группам.

Фестингер, Пепитоун и Ньюком предположили, что фокусировка чел. на группе, к-рая связана с его тяготением к группе, уменьшает внимание, уделяемое конкретным людям. Такая фокусировка на группе деиндивидуализирует ее членов, к-рые отодвигаются на второй план и в нек-ром смысле морально укрываются в данной группе. Поэтому Д. снижает запреты конкретного чел. в отношении вовлечения в противонормативные действия. В соответствии с этой формулировкой, тяготение к группе увеличивает Д., к-рая, в свою очередь, высвобождает поведение, в обычных условиях сдерживаемое запретами.

Зиллер высказал предположение, что люди научаются связывать индивидуализацию с вознаграждающими ситуациями, а Д. — с потенциально наказующими. Чел. научается ожидать вознаграждений за хорошее выполнение определенных заданий и хочет оказываться индивидуально ответственным за такие действия. Однако всякий раз, когда он оказывается в ситуации ожидания наказания, у него будет возникать тенденция скрыться или рассеять ответственность путем ухода на второй план в группе.

Зимбардо предположил, что многочисленные и разнообразные факторы могут вызывать Д., помимо фокусировки на группе или желания избежать отрицательной оценки моральной ответственности. К таким факторам относятся анонимность (в любой ее форме), размер группы, уровень эмоционального возбуждения, новизна и неопределенность ситуации, измененная временная перспектива (напр., вследствие употребления наркотиков и алкоголя), степень вовлечения в групп.

деятельность и т. д.

Все эти факторы ведут к утрате индивидуумом чувства идентичности или самосознания, что, в свою очередь, вызывает снижение его восприимчивости к внешним стимулам и утрату когнитивного контроля над своими эмоциями и мотивациями. Рез-том становится поведение, к-рое обычно находится под контролем внутренних сил, как положительных (любовь), так и отрицательных (агрессия).

Деиндивидуализированный чел. менее податлив к положительным или отрицательным санкциям со стороны агентов, не принадлежащих к данной группе, и потому его поведение в меньшей мере подчиняется внешним правилам и нормам.

Дайнер предпринял дальнейшую теорет. модификацию этого понятия, связав Д. с самоосознанием. Люди, утрачивающие индивидуальность, не уделяют должного внимания своему собственному поведению и плохо сознают себя в качестве отдельных существ. Рез-т — неспособность осуществлять текущий контроль или анализ своего поведения и неспособность извлекать соотв. нормы поведения из хранилища долговременной памяти. Деиндивидуализированным людям тж недостает предвидения, и их поведение страдает дефицитом продуманности или планирования.

С индивидуализацией и Д. оказался связанным довольно широкий спектр противонормативного поведения.

См. также Конформная личность, Индивидуализм, Неконформная личность Дж. Т. Тедеши Декортикация (decortication) Термин кора (cortex) относится к любому наружному слою клеток головного мозга. Мозг млекопитающих имеет три вида коры: грушевидную кору (pyriform cortex), к-рая обладает обонятельными функциями;

старую кору (архикортекс), составляющую осн. часть лимбической системы, или т. н. «эмоционального мозга»;

новую кору (неокортекс), участвующую в реализации наиболее сложных видов поведения. Обычно термином «кора» обозначают новую кору — неокортекс или, как ее еще называют, изокортекс (isocortex). Развитие коры в процессе эволюции шло быстрыми темпами, в результате чего она превзошла по объему все остальные мозговые структуры;

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 65 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.