WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… Ю.А. Зубок, В.И. Чупров Статья поступила РИСК В СФЕРЕ в редакцию в ноябре 2008 г.

ОБРАЗОВАНИЯ МОЛОДЕЖИ:

ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ И САМОРЕГУЛЯЦИОННЫЕ МЕХАНИЗМЫ УПРАВЛЕНИЯ Характерными особенностями современных динамично изменяю Аннотация щихся обществ признаны неопределенность и риск. Они проника ют в механизмы социального развития и становятся неотъемле мой частью социальной реальности. Как объективное условие жиз ни и деятельности риск особенно актуален в среде молодежи, и поиск способов его регуляции становится настоятельной необхо димостью. В статье рассматриваются механизмы возникновения неопределенности и риска в социальном развитии молодежи, вы являются изменения в уровне средовых и деятельностных рисков, обсуждаются пути их регуляции. На примере образования как важ нейшей составляющей социального развития молодежи показаны происходящие в настоящее время изменения институциональной регуляции риска и его саморегуляции. Особое внимание уделено отношению молодежи к национальному проекту «Образование» как способу институционального снижения риска и средствам не институционального регулирования с использованием механиз мов социальной стратификации, социальной организации и соци окультурных способов индивидуальной саморегуляции. Социоло гические механизмы управления риском рассматриваются с позиций нелинейности социальных изменений в современном об ществе и в образовании как его части. На основе представитель ных социологических исследований, проводимых Отделом социо логии молодежи ИСПИ РАН, делаются выводы о неоднозначном характере их проявления в российской системе образования.

В современном обществе фактор риска лежит в основе многих Контуры социальных проблем различных групп. Как явление, присущее из социологиче меняющимся системам, риск возникает объективно. Его причиной ской концепции становится комплексная трансформация, «охватывающая все сфе риска в моло ры жизни общества и выраженная в преобразованиях способа дея тельности человека (культуры), форм отношений между людьми в дежной среде ходе их деятельности (социальности)» [8. С. 38–40]. Комплексной C / Образовательная политика эта трансформация признается в силу направленности на измене ние не отдельных частных свойств, а сущностных черт общества, когда помимо количественных наблюдаются качественные изме нения [13. С. 39]. Вторжение в системообразующие элементы;

ра дикальность и относительная быстрота изменений;

отсутствие от четливо поступательной, а главное — положительной направлен ности изменений;

длительность и глубина аномии, обусловленной опережающим разложением старых общественных институтов по сравнению с созданием новых;

принципиальная зависимость хода и результатов процесса и деятельности от субъективных факто ров, которые по значимости практически равны объективным (или, скажем так, объективируются в самом процессе), в том числе от поведения правящей верхушки и групп влияния;

слабая управляе мость и предсказуемость процесса [2. С. 133;

9. С. 42–43] усили вают роль стихийных элементов в развитии и неопределенность его итогов. Переход от одной стадии развития к другой, когда прежние механизмы социальной регуляции уже утратили эффек тивность, а новые еще не сформированы, не апробированы, не внедрены в социальную практику, порождает объективную не определенность — неясность, размытость, нечеткость, неструк турированность и незавершенность. Возникает так называемая сре да риска (термин Э. Гидденса), в которой мало что гарантировано.

В общественном плане отмечается спонтанность и хаотичность деятельности институциональных механизмов, что приводит к ро сту непредсказуемости на индивидуально личностном и групповом уровне, т.е. к невозможности адекватной рефлексии социальных субъектов в связи с усиливающейся нестабильностью социальной реальности, и это проявляется в переживании неуверенности, не защищенности, страха или, напротив, ничем не обоснованной на дежды.

Жизнедеятельность в подобных условиях имманентно связана с риском. Способность оптимизировать собственный потенциал, нестандартные модели поведения, предвидеть возможные послед ствия рискованных действий является необходимым условием реа лизации индивидуальных жизненных стратегий современного че ловека.

Длительный период социальной неопределенности — 1990 е гг. — отразился на воспроизводственных и регуляционных механизмах российского общества. Сформировался особый тип общественных связей, называемый обществом риска. Общество риска представляет собой специфический способ организации со циальных связей, взаимодействия и отношений людей в условиях неопределенности, когда воспроизводство жизненных средств (ус ловий жизни), физических и духовных сил человека приобретает не социально направленный, а преимущественно случайный, ве роятностный характер, вытесняясь производством самого риска [12. С. 95–98]. Развитие молодежи в таком обществе подчинено преимущественно воспроизводству и преодолению риска. При этом Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… риск проявляется двояко: как характеристика условий жизнедея тельности социальных субъектов в состоянии перехода от ситу ации неопределенности к ситуации определенности (или наобо рот) — это средовой риск;

и как деятельность в данных условиях, когда появляется обоснованная возможность выбора при оценке вероятности достижения предполагаемого результата, — это дея тельностный риск [4. С. 136].

В процессе своего развития молодое поколение осуществляет двунаправленное движение: от относительной определенности, обеспечиваемой родителями, к неопределенности самостоятель ной жизни со всей полнотой ответственности за выстраивание и реализацию жизненных стратегий, и в то же время от неопреде ленности переходного, амбивалентного социального статуса и ла бильного, несформированного сознания к определенности, сопут ствующей достижению социальной зрелости, относительной ус тойчивости социальных позиций и идентичностей. На этом осно вании риск рассматривается в качестве сущностной характерис тики молодежи [12. С. 353–354;

5. С. 401–403].

Как часть общества, молодежь находится под влиянием объек тивных условий, часто не позволяющих реализовать жизненные планы и социальные притязания в труде, образовании, управле нии, семейных отношениях, сохранении здоровья и т.д. Такие ус ловия возникают в связи с дисфункцией социальных институтов как механизмов социальной регуляции и выступают по отношению к молодежи объективным фактором средового риска. Вместе с тем, реализуя в социальном плане инновационную функцию, а в индивидуально личностном плане стремясь к осуществлению соб ственных притязаний, молодое поколение выступает носителем субъективного, т.е. деятельностного, риска как ресурса социаль ного продвижения и саморазвития.

Итак, по отношению к молодежи риск выступает одновременно условием ее жизнедеятельности и фактором самореализации и развития. Испытывая риск, молодежь становится объектом влия ния макросоциальных явлений, развивающихся вне ее деятельно стного участия, т.е. объективного и не зависящего от нее самой риска. Одновременно молодые люди являются субъектами риско ванной деятельности, провоцируя риск посредством социального творчества, социальных инноваций, реализации социальных при тязаний в процессе своего становления как субъекта обществен ных отношений. Данная теоретическая концепция послужила ос нованием для изучения тенденций развития молодежи под влия нием разных сторон риска. Так, было установлено, что средовой риск существенно замедляет развитие молодежи во всех сферах.

Особенно заметно страдает образовательный статус молодежи, причем не столько в количественном, сколько в качественном вы ражении. Исследования1 показывают, что в условиях нарастания Здесь и далее анализ базируется на результатах ряда социологических исследований, проведенных Отделом социологии молодежи ИСПИ РАН по сопоставимой методике. Выборка репрезентативная для мо C / Образовательная политика неопределенности отмечается рост инструментальных и падение терминальных ценностей, снижение когнитивных потребностей молодежи, рост значимости диплома на фоне обесценивания зна ний. Очевидна связь между таким показателем, как интенсивность и количество проводимых всевозможных экспериментов в сфере образования, и направленностью ценностных ориентаций молоде жи, ее отношением к образованию: чем больше становится уро вень неопределенности в связи с постоянным реформированием, тем активнее проявляют себя инструментальная мотивация и праг матизм.

Наметившийся в стране переход от неопределенности к опреде Проблема ленности успел несколько стабилизировать и ситуацию в образо социальной вании, что не замедлило позитивно сказаться на потребности в регуляции образовании, самооценках отношения молодежи к учебе и ценнос риска ти образования. Так, в структуре потребностей молодежи образо вание прочно удерживается на втором месте. Налицо рост само оценок отношения к учебе среди современной молодежи (средний коэффициент самооценки отношения к учебе в 2006 г. составил 4,77, в 2008 г. он вырос до 4,96). Отмечая позитивный сдвиг, под черкнем, что данный показатель является крайне чувствительным и по отношению к положению молодежи в сфере образования, и по отношению к продолжающимся экспериментам в образовании, и по отношению к востребованности образования на рынке тру да — возможности зарабатывать с помощью знаний, и даже по отношению к общей ситуации в стране. Чем выше нестабильность, тем ниже данный показатель.

Для выявления группы молодежи с различными ценностными ориентациями были суммированы данные по следующим индика торам: «раскрытие способностей», «потребность», «познание» (тер минальные ценности) и «средство», «обязаловка», «диплом» (инст рументальные ценности). Данные свидетельствуют, что доля тер минальных ценностей выросла с 56,8 до 61,1%. Это является пока зателем существенного укрепления самоценности образования для молодежи. Одновременно понизился уровень инструментальных ориентаций с 43,4 до 38,5%, что свидетельствует об ослаблении в период 2006–2008 гг. отношения к образованию как средству для лодежи РФ. Молодежь репрезентировалась по демографическим характеристикам, сферам занятости и региональным условиям проживания.

1. Всероссийский социологический мониторинг «Социальное развитие молодежи» (2002–2006 гг.), проведенный в 12 регионах РФ, соответствующих делению на экономические зоны, выборка респондентов в возрасте 15–29 лет составила в 2002 г. 2012 человек;

в 2006 г. — 2000 человек.

2. Исследовательский проект «Социально экономические и культурные права молодежи в СНГ и основ ные препятствия их реализации» осуществлен по заказу Московского бюро ЮНЕСКО в период 2002– 2005 гг. Выборка охватывала учащуюся молодежь в возрасте от 12 до 18 лет (школьников, учащихся ПТУ, студентов техникумов и вузов) и составила 801 человек (руководитель — д. соц. н., проф. В.И. Чупров).

3. Исследовательский проект «Молодежь России», выполненный по заказу Общественной палаты РФ в 2008 г. в 16 регионах РФ среди молодежи в возрасте 15–29 лет. Выборка составила 730 человек (руководи тели —д. соц. н., проф. Ю.А. Зубок, д. соц. н., проф. В.И. Чупров).

Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… достижения других целей. Однако остается неразрешимым острое противоречие между ценностью образования как статусного сер тификата и его когнитивной составляющей. Как показывают мно голетние исследования, знания давно вчетверо менее значимы для молодежи, чем диплом. Как уже отмечалось выше, сознание молодых людей отмечено весьма разрушительным противоречием между когнитивной и атрибутивной составляющими образования.

Ценность образования активнее реагирует на изменение общей ситуации в образовании и на протяжении последних 10–15 лет колеблется по синусоидальной траектории вместе с ростом им пульсивности преобразовательных действий: чем чаще происхо дят эксперименты в сфере образования молодежи, а вместе с ними усиливается неопределенность образовательных и вообще жизненных перспектив молодых людей, тем сильнее их инстру ментализм и прагматизм. Что касается терминальной ценности знаний, то она демонстрирует печальную устойчивость, еще к се редине 1990 х гг. опустившись до уровня 15%. Значительная часть молодежи придерживается мнения, что знания важны лишь в оп ределенных ситуациях.

Не является однозначным и такой показатель развития моло дежи, как доступность образования. За последнее десятилетие доля молодежи, которой платное образование полностью доступ но, выросла на 10%, достигнув 17,8%, на 16% сократилась доля молодых людей, которым путь к платному образованию закрыт в связи с нехваткой средств, — их насчитывается 33,7%. Числен ность молодых людей, которым придется во многом себе отказы вать, в случае если возникнет необходимость платы за учебу, так же увеличилась, достигнув 50%. Как видно, номинальные показа тели численности всех трех групп указывают на сохраняющееся противоречие между молодежью и обществом в сфере образова ния, порождающее риск. Оно связано с расхождением между ком мерческими интересами образования как сферы услуг и интереса ми молодежи, связанными прежде всего с доступом к главному «социальному лифту», и одновременно с отказом государства от регулирования этого процесса.

Положение и мотивация молодежи в сфере образования опре деляются по территориальным, социальным и материальным ос нованиям. Риск остаться без образования или получить некаче ственные знания многократно выше у селян, чем у горожан;

у жи телей малых городов и поселков городского типа, чем у проживаю щих в крупных городах;

у выходцев из неимущих семей, чем из обеспеченных. В общественном плане это приводит к неравенству образовательного потенциала молодежи, которое усиливает риск деформаций в механизме духовного воспроизводства.

О зависимости показателей риска в образовании от матери ального положения и региональных условий жизни дает представ ление табл. 1.

C / Образовательная политика Влияние материального положения и региональных условий жизни Таблица учащейся молодежи на изменение показателей ее социального старта в сфере образования Доля респондентов, % Факторы Материальное Обеспеченные 16,9 34,3 29,5 39,1 22, положение Малообеспеченные 15,7 39,3 32,2 42,5 21, Москва, Санкт Петербург 13,6 38,9 34,0 45,6 25, Областной центр и крупный 16,8 36,5 31,3 35,8 11, город Тип поселения Средний город 15,5 42,5 29,7 36,4 21, Малый город 19,1 36,4 31,0 41,3 30, Село, деревня 66,4 40,7 32,4 50,2 23, Как видно, доли учащихся с низким уровнем когнитивных по требностей и ценностей среди обеспеченной и малообеспеченной молодежи различаются весьма незначительно. Материальные ус ловия жизни не отражаются непосредственно на когнитивных по требностях и ценностях, но оказывают заметное влияние на отно шение к образованию, а также на его доступность. Материальный фактор усиливает девальвацию ценности образования и ограничи вает возможности его приобретения для значительной части уча щихся.

Тот факт, что доли испытывающих чувство страха в связи с невозможностью получить образование в группах материально обеспеченных и малообеспеченных практически не различаются, свидетельствует, видимо, о наличии других препятствий на этом пути, кроме материальных трудностей. К ним относятся различия региональных условий жизни.

Высокая степень риска в образовании, отмеченная практичес ки по всем показателям, кроме когнитивных потребностей, ощу щается учащейся молодежью, живущей в мегаполисах, — в Моск ве и в Санкт Петербурге. Более разнообразные возможности вы бора места учебы по профессиональной направленности, формам и видам образования положительно отражаются на уровне потреб ности в знаниях. С другой стороны, продолжающийся рост стои мости образовательных услуг, если он опережает жизненный уро вень даже столичной молодежи, отрицательно сказывается на ее знаний образования образование потребностями для оплаты обучения с низкими когнитивными нуждающихся в средствах с невозможностью получить испытывающих страх в связи с инструментальными ценностями с инструментальными ценностями Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… отношении к образованию и на возможностях поступления в учеб ные заведения. Растущая конкуренция при поступлении в учебные заведения повышает уровень риска, что, в свою очередь, негатив но влияет на формирование эвристического потенциала и на эмо циональное состояние молодых москвичей и петербуржцев.

Значительно увеличивается риск в средних и малых городах, а также в сельских поселениях, в которых влияние социально эко номических факторов проявляется наиболее противоречиво. С од ной стороны, социокультурная среда подавляет когнитивную мо тивацию. С другой стороны, переезд в крупные города и област ные центры для получения образования — единственная возмож ность миграции и восходящей мобильности, что также усиливает инструментализацию мотивов образования. Однако низкий жиз ненный уровень молодежи ограничивает возможности такой мо бильности, а следовательно, и получения образования, особенно высшего. Это вызывает чувство неуверенности и страха, которые порождают новый виток инструментализации сознания.

Сравнительно меньший риск в сфере образования отмечен по большинству показателей среди учащихся в крупных городах. Ве роятно, уровень коммерциализации образования в них не так ве лик, как в Москве и Санкт Петербурге, а возможности трудоуст ройства шире, чем в небольших городах и в селе.

Как видно, региональный аспект риска в сфере образования сегодня отражает не только традиционное неравенство социаль ного старта молодежи между селом и городом, но и различия в условиях между крупными и небольшими, территориально удален ными от столиц и региональных центров городами. А в селах и малых городах проживает значительная часть молодых россиян.

Эти особенности воспроизводства образовательного потенциала следует учитывать при проведении модернизации образования, особенно в связи с внедрением единого государственного экза мена.

Укоренившаяся в сознании молодежи инструментализация зна ний (когнитивная составляющая), как уже отмечалось, практичес ки не зависит от материальной обеспеченности семей и не разли чается существенно в зависимости от типа поселения, кроме сель ских районов. Данная тенденция приобрела устойчивый характер под воздействием противоречий между уровнем образовательной подготовки молодежи и оплатой труда, а также в связи с невостре бованностью знаний, кризисным состоянием экономики и увели чением доли молодежи, работающей не по специальности. Это и определило формирование представительной (одна треть) группы молодежи с устойчиво инструментальным отношением к знаниям.

Особенно подвержена этому виду риска сельская молодежь.

В условиях разрушающегося сельскохозяйственного производства, отсутствия квалифицированной работы, специфического образа жизни от нее не требуется особой образовательной подготовки.

Это понимают две трети молодых селян, не испытывающих ни ма C / Образовательная политика лейшей потребности в знаниях. В то же время получение образо вания, особенно высшего, для них может стать единственно воз можным способом переезда в город. Поиск выхода из создавше гося противоречия обусловливает неизбежную инструментализа цию их сознания. По видимому, подобная специфика социального старта сельской молодежи мало учитывается в проводимой мо дернизации образования.

Таким образом, вопрос о социальной регуляции риска в обра зовании молодежи давно назрел и как практическая, и как теоре тическая проблема.

Основу регулирования составляют социальные институты как устойчивые комплексы формальных и неформальных правил — норм, ценностей, ожиданий, образцов поведения, регулирующих поведение молодежи в различных ситуациях. Выстраивая статус но ролевую систему, институты направляют его в кодифициро ванное, а стало быть, более предсказуемое русло. Между тем со циальное поведение является прямым следствием восприятия людьми происходящего, их отношения к создавшейся ситуации.

Это отношение далеко не всегда определяется социальными пред писаниями — нормами, ценностями, социальными ролями, оно регулируется личными соображениями, индивидуальным или груп повым опытом, интуитивными представлениями о возможном бу дущем и т.д. Они то часто и становятся отправной точкой в само регуляции.

В устойчиво развивающемся обществе эффективно реализу ются институциональные механизмы социальной регуляции. В ус ловиях неопределенности происходит деформация и даже дис функция социальных институтов. Они перестают эффективно вы полнять свою нормативно ориентирующую функцию. Утрачивает ся четкость и однозначность в определении морально этических ориентиров. Размываются нормы, предписания, санкции, снижа ется уровень социального контроля и взаимной требовательности людей.

Социальные противоречия и конфликты молодежи, вызванные неудовлетворением социальных потребностей или нереализован ностью поставленных целей в образовательном процессе, с одной стороны, и неэффективность институциональных механизмов их разрешения — с другой, стимулируют субъектную активность, вы нуждая молодого человека прибегать к индивидуально доступным способам саморегуляции жизненных ситуаций в различных сфе рах жизнедеятельности. Под саморегуляцией в социологии пони мается деятельность, направленная на предупреждение и преодо ление возникающих отклонений от такого состояния условий бы тия и способов жизнедеятельности, которые индивид (группа) при нимает для себя как должные и ожидаемые. Рассматриваемая как воздействие личности или группы на самих себя, саморегуляция является формой становления субъектности молодежи как спо собности активно и автономно существовать и действовать в из меняющемся обществе. Проявляясь в форме поведенческой реак Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… ции молодых людей (молодежи как социальной группы) на недо статочные возможности, предоставляемые средой, она определя ется как способность оптимального выбора в ситуациях возникаю щего риска.

В условиях нелинейно изменяющихся процессов, сопровождаю щих риск, эта реакция находит практическое проявление в спосо бах саморегулирования, представляющих собой результат конк ретных действий и деятельности по отслеживанию и осмыслению молодыми людьми того, как развивается та или иная ситуация.

Важную роль в этом процессе играет индивидуальная или группо вая рефлексия. Она реализуется посредством постоянного пере осмысления основ своей деятельности, самоанализа ее результа тов в направлении оптимального выбора ради максимизации вы игрыша или минимизации проигрыша. Гарантом успешного само регулирования является право. Отражаясь в правовом сознании, результаты деятельности приобретают легитимную форму.

В ситуациях риска на локальном уровне происходят спонтан ное саморегулирование, индивидуальный поиск осознанного спо соба решения проблем, связанных, например, с поступлением в учебное заведение, выбором профессии, трудоустройством. По сути, самоорганизация молодежи — это пример изучаемых в си нергетике «самоорганизующихся сред» [11], функционирующих в изменившихся институциональных параметрах в условиях неопре деленности. В наиболее выраженной форме она проявляется в индивидуализации молодежи, присущей обществу риска. Реали зуя риск собственными силами, молодые люди вырабатывают но вые ориентации, преемственно связанные со старыми стереоти пами и традициями в сфере образования. На индивидуально лич ностном уровне новые ориентации способствуют возрождению порядка на основе свободы воли отдельных молодых людей. На групповом уровне саморегуляция осуществляется через механиз мы стратификации, социокультурной регуляции, самоорганизации.

В условиях социальной неопределенности изменяется роль само Способы го института образования. Прежде всего, в современных условиях социальной передача культурного наследия от поколения к поколению все боль регуляции ше утрачивает форму линейно поступательного движения. Это про риска в обра является и в обыденной, и в общественной жизни. Так, в повсед зовании невной жизни молодые люди постоянно сталкиваются с трудно согласуемыми между собой стремлениями улучшить условия сво молодежи ей жизни, заработать — и одновременно преуспеть в образовании, в культурном развитии, в спорте, создании семьи, рождении детей и т.д. В общественной жизни, особенно при неэффективной соци альной политике, в процессе передачи культур накапливаются не реализованные противоречия между материальным и духовным производством. Недооценка любой из сторон общественного про изводства, будь то создание материальных условий жизни или ду ховное развитие, усиливает социальные риски не только в этих C / Образовательная политика сферах, но и в общественном воспроизводстве в целом. Роль со циальных институтов в достижении и сохранении единства обеих сторон производства трудно переоценить.

В условиях нелинейно развивающихся социальных процессов преодоление противоречий сопряжено с новыми рисками. Они свя заны с возникновением случайных факторов, способных усиливать разрыв между материальным и духовным производством, в ре зультате чего нарушается достигнутое равновесие между сложив шимися условиями жизнедеятельности и ожиданиями молодых людей. Их взаимодействия также начинают развиваться по нели нейной траектории и приобретают спонтанный, малопредсказуе мый характер. Это проявилось, в частности, в противоречии между модернизационными стратегиями в образовании и катастрофи ческой перегрузкой учащихся. Последние вынуждены самостоя тельно регулировать этот процесс, подменяя реальные ситуации имитацией. Аналогично усиливаются противоречия в связи с дис пропорциями в подготовке и использовании специалистов, с пе репроизводством представителей так называемых модных про фессий, с нарушением баланса технического и гуманитарного, го сударственного и частного, бесплатного и платного образования.

Поиск индивидуальных стратегий преодоления этих противоречий приводит к тому, что жизненный путь молодого человека начинает выступать как «отдельно взятый временной сегмент, который по чти не связан с преемственностью поколений» (Э. Гидденс). То есть нарушается целеориентированная регуляция механизма об щественного воспроизводства.

В условиях рыночных отношений преодоление возникающих противоречий в системе образования вряд ли возможно путем централизованного планирования и силового регулирования. По этому расширяются институциональные возможности плюралис тического выбора жизненных стратегий через ослабление «привя занности» молодых людей к определенному месту или социальной позиции, характерной для недавнего прошлого. Причем трудности в реальных перемещениях в социальном пространстве сегодня могут преодолеваться игровым изменением положения — от уче бы «понарошку» в системе дистантного образования до покупки диплома. Подобные симуляции, играизированные практики не спо собны целенаправленно влиять на расширенное воспроизводство уровня образования в стране, но вполне пригодны для смягчения социальных последствий многих противоречий на индивидуаль ном уровне.

Как удалось установить, различные формы риска — средового, возникающего в процессе воспроизводства образованием усло вий жизни, и деятельностного, связанного с воспроизводством духовных и физических сил, — неодинаково связаны с институцио нальными изменениями. Средовой риск становится фактором, влияющим на отношения людей в данной сфере, до тех пор пока они не найдут адекватный способ его регулирования. Но в услови Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… ях риска, как уже отмечалось, снижается эффективность целена правленного регулирования в связи с дисфункцией традиционных институциональных механизмов. Поэтому активизируются меха низмы саморегуляции.

Так, превращение образования в оплачиваемую услугу усили вает средовой риск в данной сфере, принципиально меняя харак тер взаимодействий в системе образования, структуру мотивов и ценностных ориентаций, снижая доступность образовательных ус луг для неимущих слоев населения. Рационализация этих тенден ций предполагает наличие определенного уровня сплоченности, солидарности молодежи. Но основаниями ее объединения высту пают не внешние факторы, такие как, скажем, классовые различия, а взаимное доверие, связанное с общими приватными интереса ми, которое в нынешних условиях влияет на уровень сплоченности больше, чем общность социальных позиций. Поэтому саморегуля ция средовых рисков на основе взаимных интересов и доверия обеспечивает более эффективный способ их минимизации.

Неоднозначно проявляется роль института образования при его столкновении с деятельностными формами риска. Среди уча щихся средних школ и ПТУ, по их собственному признанию, каж дый третий вынужден постоянно совершать в процессе учебы рис кованные поступки, а среди студентов вузов — каждый второй.

В зависимости от способов регулирования деятельностные риски могут привести к позитивным результатам, к выигрышу, т.е. стать источником достижений и развития, но могут завершиться и про игрышем. Вероятность того и другого исхода определяется степе нью не только индивидуальной, но и институциональной рефлек сивности, т.е. способности к активному пересмотру социальной реальности, пусть даже виртуальной. На индивидуальном уровне это способность к переконструированию реальности в форме, адек ватной сложившейся ситуации. Подобно тому как по разному вос принимается в зависимости от личностной установки стакан с во дой — наполовину пуст он или наполовину полон, — может быть критически осмыслена (отрефлексирована) любая жизненная си туация, и ее оценка может измениться на диаметрально противо положную. Институциональная рефлексивность проявляется в спо собности социальных институтов к адекватным изменениям, в гиб кости институциональных механизмов. И индивидуальная, и ин ституциональная формы отражения и осмысления изменяющихся социальных реалий способствуют формированию новых идентич ностей. То, что вчера было проигрышем, сегодня может оказаться выигрышем.

Следовательно, ожидаемые позитивные изменения в сфере образования напрямую связаны с эффективностью процесса ин ституционализации механизмов социальной регуляции. В нынеш них условиях непоследовательные действия по модернизации об разования усиливают состояние неопределенности в данной сфе ре, что становится фактором средового риска. Это способствует C / Образовательная политика росту социального расслоения в молодежной среде. С другой сто роны, рост неопределенности активизирует рискогенный фактор поведения молодежи в выборе образовательных стратегий. Поиск возможностей выхода из неустойчивого состояния приобретает преимущественно случайную форму. Снижается эффективность целенаправленных механизмов управления формированием обра зовательного потенциала, а в его саморегулировании доминирую щую роль приобретают спонтанные процессы.

Таким образом, в условиях социальной неопределенности и связанной с ней нелинейной динамики социальных процессов ин ституционализация социальной регуляции в сфере образования молодежи носит, в терминологии Э. Гидденса, прерывистый ха рактер. Традиционные институциональные механизмы, призван ные регулировать линейно изменяющиеся процессы, вытесняются новыми институциональными отношениями, характеризующимися большей степенью гибкости и подвижности. Но институционализа ция новых механизмов не завершена полностью. Многие «отраба тываются» в ходе реформирования образования, недостатки кото рого закрепляются в этих механизмах. В результате происходит симуляция функционирования самих механизмов, и они становят ся источником воспроизводства риска.

Подобные тенденции явно просматриваются в реализации мно гих проектов и целевых программ, призванных оптимизировать условия развития молодежи и снизить риски. От того, насколько вовлечена в их осуществление молодежь, зависит эффективность проектов, а в итоге — перспективы развития и молодежи, и обще ства. Как показали исследования, большинство молодежи знакомо с национальным проектом «Образование»: подробно о нем знают 22,1% молодых людей, 59,3% знакомы в общих чертах, 18,5% ни чего о нем не слышали. Между тем степень информированности могла бы быть и выше, учитывая высокий количественный показа тель включенности молодежи в процесс обучения. Однако недо статки разъяснительной работы, весьма условная включенность в образование каждого пятого молодого человека, слабое отраже ние интересов молодежи в реализуемых проектах имеют след ствием низкую информированность и потерю проектом прежних темпов.

Данные о субъективной оценке влияния проекта на положение и перспективы молодежи в сфере образования показывают, что большинство молодых людей — 48,6% — никак не ощущают на себе реализацию национального проекта. 35,2% опрошенных со общили, что ощущают ее косвенно, и только 9% — непосредствен но. Выяснение степени удовлетворенности реализацией проекта и вовсе показало его невысокую эффективность в глазах тех, на кого он направлен. Так, лишь 7,1% молодых людей выразили полную удовлетворенность ходом осуществления национального проекта, 43,7% удовлетворены частично, и 49,2% признались, что в индиви дуальном плане недовольны промежуточными результатами про екта. Разумеется, не стоит ожидать от большинства молодежи по Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… вышенной рефлексии в отношении социальной политики вообще и применительно к образованию в частности. Однако важны настрое ния молодежи, которые могут формироваться и под влиянием не довольства значимых взрослых, крайне важна степень доверия институциональным структурам как регуляторам риска в образо вании. Представленные данные свидетельствуют, что молодежь не видит серьезных оснований для подобного доверия. Следова тельно, в поиске индивидуальных способов снижения риска моло дежь не будет стремиться к сотрудничеству с этими структурами.

В этом случае степень напряженности может возрасти.

Изменение институциональных механизмов регуляции риска наглядно проявляется в деятельности различных направлений сис темы образования. Одним из важнейших, на взгляд авторов, сег ментов этой системы выступает правовое образование молодежи.

Значимая его функция — формирование ценностных ориентаций подростков в правовой сфере как внутренних регуляторов соци ального развития молодежи. Отношение к праву как к терминаль ной ценности и уважение к закону свидетельствуют о развитом правосознании. Нормативная составляющая терминальной ценно сти права, представленная в исследовании альтернативой «следо вать во всем правовым нормам, правилам поведения», оценива лась по пятибалльной шкале. Уважение к закону проверялось вы бором альтернативы «закон надо выполнять всегда». Среди рес пондентов, получающих правовые знания из учебного курса, 57% придерживаются мнения, что закон надо выполнять всегда, а сред невзвешенная оценка выбора ими альтернативы «следовать во всем правовым нормам» составила 3,62 по пятибалльной шкале. В груп пе респондентов, черпающих информацию из неформальных ис точников, сторонников соблюдения закона оказалось заметно мень ше — 48,2%, а средневзвешенный коэффициент выбора в пользу нормативного подхода составил 3,49. Различия в значениях, как видим, существенные, из чего можно заключить, что правовое об разование в России в целом позитивно реализует свою аксиологи ческую функцию, влияя на формирование ценности права и уваже ния к закону.

Однако нельзя не видеть, что треть респондентов, получающих правовое образование, придерживается не терминальной, а инст рументальной ориентации, рассматривая право как средство до стижения личных интересов, а закон — как ограничение, которое надо уметь обходить. Причина прагматизации сознания подрост ков коренится в глубинных социокультурных процессах, происхо дящих в России, определяющих в том числе и риск инструмента лизации правового сознания. Вытеснение терминальных ценнос тей права инструментальными не свидетельствует об аномии, но существенно меняет направленность социокультурных механиз мов регуляции в сфере правового образования.

Формирование знаний о механизмах реализации прав — важ нейшая функция правового образования. Знакомство не только с C / Образовательная политика правами в различных сферах, но и с правовыми механизмами, обеспечивающими возможность их практической реализации, по зволяет подростку чувствовать себя уверенно в отношениях со взрослыми и со сверстниками, находить правильные решения в разных жизненных ситуациях. Сравнивая оценки возможностей ре ализации прав, которые дают подростки, использующие различ ные каналы получения правовой информации, можно судить об эффективности правового образования в выполнении данной за дачи (табл. 2).

Таблица 2 Оценка подростками возможностей реализации прав в зависимости от использования ими различных источников правовой информации Оценка возможностей реализации прав (К) Основные права Получают информацию Получают информацию из учебного курса по неформальным каналам Право на образование 3,89 3, Право участвовать в научном прогрессе 3,00 2, Право участвовать в культурной жизни 3,92 3, Право на информацию 3,92 3, Экономические права 3,20 3, Права личности 4,11 4, Примечание: К — средневзвешенный коэффициент по пятибалльной шкале.

Из анализа данных, представленных в табл. 2, четко просмат ривается зависимость оценки возможностей реализации прав от того, из каких источников получает подросток знания о них. Значе ния средневзвешенных оценок в группе подростков, получающих знания из учебного курса, по всем группам прав существенно выше, чем у подростков, пользующихся неформальными источниками ин формации. Это подтверждает практическую направленность сис темы правового образования. Однако в процентном выражении картина выглядит не столь оптимистично. Доля подростков, оце нивших свои возможности в реализации прав ниже среднего уров ня, составила среди получающих знания из учебного курса в сред нем 35,5%, (от 60,3% применительно к праву участвовать в науч ном прогрессе до 19,4% — относительно прав личности). То есть каждый третий подросток имеет весьма отдаленное представле ние о действующих правовых механизмах, использование которых предоставляет ему возможности реализовать свои права.

Таким образом, анализ реализации основных функций право вого образования указывает на недостаточную эффективность дей ствующих институциональных механизмов в формировании пра вового сознания и навыков применения полученных правовых зна ний на практике.

За период реформ произошли существенные изменения в са мой системе правового образования. Внедрены новые формы обу чения, модернизированы учебные программы, введены современ Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… ные учебные курсы, появились новые учебники, совершенствуются методики обучения. Все это и многое другое направлено на повы шение уровня правовых знаний как одного из важнейших механиз мов регуляции риска в развитии молодежи. Анализ удовлетворен ности подростков правовыми знаниями, полученными в процессе обучения, позволяет косвенно оценить и эффективность перечис ленных мер.

Большинство подростков (58,9%) выразили удовлетворенность полученными знаниями, в том числе 15,8% удовлетворены полно стью и 43,1% больше удовлетворены, чем не удовлетворены. То есть две трети подростков, выражая удовлетворенность получен ными знаниями, тем самым оценивают состояние правового обра зования как удовлетворительное. Однако для целей социальной регуляции не меньший интерес представляет характер связи меж ду степенью удовлетворенности респондентов правовыми знания ми и уровнем правосознания подростков, получающих знания в процессе обучения. Эта связь становится очевидной при сравне нии основных характеристик правосознания респондентов, полно стью удовлетворенных правовыми знаниями, полученными в про цессе обучения (первая группа), и тех, кто не удовлетворен знания ми (вторая группа).

Если в первой группе об особом юридическом статусе подро стка осведомлена половина опрошенных (49,6%), то во второй — лишь каждый третий (30,1%). Но данное сравнение выявляет лишь наличие связи, не раскрывая ее характер. Обратим внимание, что даже среди подростков, выразивших удовлетворенность правовы ми знаниями, половина (50,4%) имеет весьма отдаленное пред ставление о собственном статусе, а среди неудовлетворенных по лученными знаниями таких почти 70%. Это указывает на играизи рованный характер взаимодействий подростков в системе право вого образования. Подростки делают вид, что удовлетворены по лученными знаниями, хотя, как выясняется, это не может отражать реальное их состояние. Аналогичным образом играизация проис ходит в учебном процессе. Сводя до минимума уровень требова ний, учебные учреждения имитируют некий «порядок, порожден ный из хаоса» [10], вызванного состоянием неопределенности в сфере образования. Низкие зарплаты преподавателей, недоста ток квалифицированных кадров, отсутствие средств на хозяйствен ные нужды, зависимость от внебюджетного финансирования и мно гое другое служит оправданием снижения требований к учащимся.

Способствуя до некоторой степени минимизации неопределенно сти, подобный — гибридный, по выражению С.А. Кравченко, — тип рациональности выполняет свою регуляционную функцию.

Проявляется играизация и в уровне информированности под ростков об основных правах. Даже среди тех, кто полностью удов летворен своими знаниями, в среднем лишь менее половины (44,9%) подробно знакомы со своими правами. Значит, по суще ству, подростки удовлетворены не уровнем собственных знаний, C / Образовательная политика а теми минимальными требованиями, которые к ним предъявля ются. Иначе говоря, оценки подростков символизируют одобре ние правил игры, существующих в системе образования, в данном случае правового.

Таким образом, институциональная регуляция, рассмотренная на примере отношения молодежи к реализации национального про екта «Образование» и некоторых аспектов деятельности правово го образования, обнаруживает свою невысокую эффективность.

Ослабление внешней регуляции риска начинает компенсировать ся саморегуляцией молодых людей.

Прежде всего используются стратификационные механизмы са морегуляции. В сфере образования молодежи процесс социаль ного расслоения непосредственно связан с соотношением аскрип тивного (предписанного) и достигаемого статусов. В статусе, пред писанном молодому человеку родительской семьей, содержатся исходные возможности стартовых позиций, а в достигаемом соб ственными усилиями — направленность дальнейшей социальной мобильности. Реализация статусных позиций сопряжена с множе ством рисков, вызываемых неопределенностью жизненного стар та и дальнейшего развития молодежи, которые обостряются или минимизируются под влиянием факторов, заложенных в страти фикационном механизме саморегуляции.

Стартовые позиции молодежи в сфере образования и риски, связанные с их выбором, находятся под влиянием и образователь ного статуса родительской семьи, и материального благосостоя ния, и региональных условий жизни, и гендерных особенностей, и многих других факторов. В стратификационном механизме они выступают в качестве оснований аскриптивного статуса молоде жи. Как показывают результаты исследования, степень их влияния различается. Если проанализировать тесноту их связи по коэффи циенту сопряженности с основными моделями жизненного старта (различные виды образования, работа и формы их сочетания), то выясняется, что ведущее место по степени влияния на жизненный старт учащейся молодежи занимает такой статусный фактор, как образование родителей (матери — 0,39, отца — 0,32). Вторую по зицию занимает региональный фактор (0,24). И лишь третью — фактор материального положения (0,21). Для данного анализа пер востепенное значение имеет ранговое распределение названных факторов. Опережающее влияние образования родителей и ре гиона проживания по сравнению с материальным положением се мьи весьма показательно и не случайно. Условия жизни в россий ских регионах настолько разнятся, что именно эти различия оказы ваются наиболее значимыми в формировании социокультурной среды обитания. К тому же традиционная разница между город ским и сельским образом жизни за последнее десятилетие стала более поляризованной. Заметно контрастнее проявляются разли чия в образе жизни населения крупных и малых городов. Поэтому региональные условия становятся важным основанием социаль Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… ной стратификации и не могут не отражаться на жизненном старте молодежи.

Таким образом, на первый план выдвигаются социокультурные основания стратификации и расхождения моделей социального развития. Что касается гендерных различий (0,15), то они проявля ются на уровне отдельных видов образования и форм вторичной занятости (сочетания учебы с трудом). В целом же степень их влияния на уровень риска в развитии молодежи меньше, чем дру гих факторов.

Идентификация с той или иной статусной группой связана не только с отождествлением себя с ней, но и с осознанием соб ственной включенности в групповые механизмы саморегуляции.

Это способствует снижению социальной неопределенности на эта пе жизненного старта, обретению уверенности в себе, столь необ ходимой для минимизации риска. Соответственно эффективность групповых механизмов саморегуляции зависит от того места, ко торое занимает данная группа в стратификационной структуре об щества. Чем выше социальный статус группы, тем разнообразнее внутригрупповые и межгрупповые социальные контакты, а значит, более разветвленными становятся механизмы саморегуляции, рас ширяются возможности самореализации всех, кто к ней причас тен.

Рассмотрим, как влияют неинституциональные механизмы со циальной стратификации на средовой и деятельностный риск в сфере образования молодежи. Для этого выделим группы учащей ся молодежи (учащиеся средних школ, ПТУ, техникумов и вузов) с высоким и низким социальным статусом. Статус определялся по показателям уровня образования родителей, региона проживания и материального положения семьи.

В группе учащихся и студентов с низким уровнем аскриптивно го социального статуса степень средового риска значительно выше (К = 3,92 по семибалльной шкале), чем в группе с высоким стату сом (К = 3,64). Этот показатель отражает состояние социальной неопределенности условий, в которых вынуждены жить учащиеся и студенты, унаследовавшие от родителей низкий социальный ста тус. Не имея необходимой поддержки со стороны семьи и окруже ния, молодые люди должны справляться с рисками в своей среде, рассчитывая в основном на собственные силы. Для достижения успеха в формировании личного статуса им необходимо преодо леть психологический барьер изначально ограниченных возмож ностей, а затем утвердиться в новом социальном качестве путем реальных статусно ролевых перемещений. То есть в среде моло дежи с низким уровнем аскриптивного статуса саморегуляция рис ков осуществляется преимущественно путем реально достигаемо го изменения ее положения в стратификационной структуре.

Иная жизненная ситуация складывается в высокостатусной группе молодежи. Высокий аскриптивный статус не только мини мизирует риск жизненного старта, но и приобретает символичес C / Образовательная политика кую форму в социально стратификационом механизме. Реальная восходящая мобильность подменяется символической. Основани ем стратификации служит не столько достигаемый статус, сколько его символическая форма, являющаяся проекцией аскриптивного статуса. Подобная имитация социальных перемещений выполняет в условиях неопределенности регуляционную функцию по мини мизации риска в среде молодежи с высоким уровнем аскриптив ного статуса.

В то же время степень деятельностного риска у молодых людей с высоким уровнем аскриптивного статуса более чем в 2 раза превышает значение аналогичного показателя в группе с низким статусом. Это объясняется более широкими возможностями для самореализации, унаследованными от родителей. Молодые люди с высоким статусом чувствуют себя более защищенными от воз можных потерь в случае ошибочного выбора, а потому смелее идут на риск. Проигрыш компенсируется высоким аскриптивным стату сом, а выигрыш повышает достигаемый статус.

Таким образом, саморегуляция средового и деятельностного рисков в стратификационном механизме происходит не одинако во. Ослабление средового риска посредством символической мо бильности сопровождается усилением деятельностного. Знание этих особенностей механизма стратификационной саморегуляции позволяет оказывать целенаправленное воздействие для сниже ния средового риска и стимулирования деятельностного. При этом важную роль призваны сыграть факторы, компенсирующие стра тификационные различия, среди которых не последнюю роль иг рают знаково символические основания стратификации.

Социальная неопределенность, сопряженная с нелинейным характером социокультурной динамики, находит свое выражение в социокультурных механизмах социальной регуляции. К специ фическим ее проявлениям относятся: доминанта первичных (по А. Маслоу) потребностей;

приоритет узкопрагматических инте ресов, соображений выигрыша, выгоды, пользы;

ценностная не определенность, сопровождающаяся переходом от одной систе мы ценностей к другой, и связанная с ней дезинтеграция. Эти изменения неизбежно повышают уровень риска в сети социально го обмена (Р. Эмерсон, Дж. Коулмен). Неопределенность возна граждения порождает недоверие со стороны партнера, обладаю щего правами. В свою очередь партнер, несущий затраты, не уве рен, что исполняет свои обязанности не впустую. Возникает риск, что обменный цикл может прерваться. Это порождает специфи ческую мотивацию, центральные позиции в структуре которой за нимает альтернатива «недоверие — доверие». Доверие, по мне нию Э. Гидденса, повышает уровень определенности и стабилизи рует рациональность социальных взаимодействий [14. Р. 34–35].

В системе образования это наглядно проявляется в инструмента лизации ценности образования, снижении когнитивных ориента ций и симуляции (имитации) образования.

Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… Социальные институты через производство и перераспределе ние ценностей утверждают и упорядочивают ролевое поведение индивидов, делая его предсказуемым и регулируемым [6. С. 115].

Однако социокультурная регуляция в нынешних условиях постоян ного экспериментирования носит весьма кратковременный и си туационный характер. Возникает феномен «макдоналдизации» — штампованных решений. Молодые люди, принимая подобные «мак доналдизированные стандарты», утрачивают собственную актив ную причастность к событиям. В самом деле, жить или не жить в условиях реформирования образования не является выбором мо лодежи. Не переживая сопричастности к предмету, явлению, не возможно превратить его в ценность. Производство «макдоналди зированных» ценностей носит разовый характер. А поскольку со зидательная активность в «макдоналдизированной» реальности вытесняется потребительской, то прекращается воспроизводство абсолютных ценностей. Именно это и происходит с когнитивными интересами молодежи.

Отказ от абсолютных ценностей и переход к временным, дого ворным создает ситуации правдоподобного существования. Каж дый конструирует свою — удобную — систему объяснений и цен ностей. Это помогает на время придать определенность жизнен ной ситуации. Состояние правдоподобности получает дальнейшую рационализацию в игровой практике, закрепляясь в форме играи зированного сознания. Для него характерна фрагментарность, по определению Т. Лукмана, «отсутствие общего знания о должном, т.е. всеобъемлющей и разделяемой всеми морали». Ценности зна ний, утрачивающие свою всеобщность и определенность, уступа ют главные позиции потребностям и интересам, лежащим в иных сферах.

Как же происходит социокультурная саморегуляция? Главная роль здесь принадлежит мотивационной сфере сознания. Это слож ное системное образование, являющееся продуктом взаимодей ствия потребностей, интересов и ценностей. Потребности прида ют процессу саморегуляции предметную направленность, указы вая на то, что необходимо, без чего нельзя существовать, интере сы — деятельностную, определяя наиболее выгодные способы удовлетворения потребности, ценности наполняют ее общемиро воззренческим и нравственным смыслом, формируя социальную направленность поведения личности или группы. Применительно к рассматриваемой проблеме уровень потребностей определялся по семибалльной шкале распределения ответов на вопрос о сте пени неудовлетворенности образованием. Уровень интересов — по семибалльной шкале оценок степени заинтересованности в об разовании как факторе самоутверждения. Терминальные и инст рументальные ценности различались в зависимости от понимания респондентом смысла образования как цели или как средства.

Наиболее активно степень риска снижается под влиянием ин тересов. Особенно заметно эта зависимость проявляется в дея C / Образовательная политика тельностном риске. Его значение в связи с повышением уровня когнитивных интересов снижается в 2,5 раза. Это связано с дея тельностной природой интересов в мотивационной сфере созна ния. В интересах отражаются субъективные ожидания человека (группы) в конкретной ситуации (выгодно/невыгодно) и объектив ные требования к личности или к группе (возможно/невозможно), что и обусловливает их деятельностную функцию в механизме са морегуляции риска. В условиях неопределенности прагматизация когнитивных интересов молодежи, переводя взаимодействия в сфере образования в плоскость взаимной выгоды, повышает уро вень доверия к институту образования. В свою очередь рост дове рия способствует повышению определенности в различных ситуа циях, возникающих в данной сфере, что и становится фактором минимизации деятельностного риска.

Соотношение субъективных ожиданий и объективных требова ний регулируется ценностями, придающими смысл саморегуляции.

Значения средового риска минимизируются в группе молодежи, ориентированной на терминальные ценности образования, когда образование признается самоценным. А степень деятельностного риска практически одинаково распределяется в обеих группах (ори ентированных на терминальные и на инструментальные ценности).

Видимо, в стремлении минимизировать средовой риск молодые люди ориентируются на фундаментальные ценности образования, а не на сиюминутную выгоду. Совершая же практические действия, они пытаются не столько снизить, сколько оптимизировать риск в зависимости от конкретных ситуаций. Поэтому в процессе ра ционализации деятельностного риска в условиях неопределенно сти в одинаковой степени активизируются и терминальные, и ин струментальные ценности. Здесь возникает вопрос: если терми нальные ценности снижают деятельностный риск, который является признанным фактором инноваций, не препятствуют ли они разви тию молодежи? Отвечая на этот вопрос, отметим, что самоценное отношение к образованию предполагает самосовершенствование, наращивание интеллектуального потенциала и повышает конку рентоспособность молодого человека. Следовательно, оно дает прочную опору для оптимизации риска и его последствий, сдержи вает немотивированный, спонтанный риск.

Активную роль в саморегуляции этого процесса играет все та же «макдоналдизация», ориентированная на принцип «здесь и сей час». Перераспределяя терминальные и инструментальные ценно сти в зависимости либо от эффективности той или иной образова тельной стратегии, либо от предсказуемости ее реализации, либо от уверенности в возможностях проконтролировать ситуацию, «мак доналдизация» упорядочивает ролевое поведение молодежи в сфе ре образования, делая его предсказуемым и регулируемым. При чем выбор приоритетов при перераспределении ценностей огра ничивается набором предоставляемых услуг в сфере образования (зачастую невысокого качества), с одной стороны, и весьма низ Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… ким уровнем запросов в условиях ускоренного образа жизни — с другой. В итоге «макдоналдизированные» практики стимулируют воспроизводство договорных сиюминутных ценностей, реализуя рассудочно прагматичный тип саморегуляции.

Как показали исследования, не меньшее значение в механизме саморегуляции имеет направленность установок молодежи на ста бильность или на риск1. Рассмотрим, как изменяется социокуль турный механизм саморегуляции под влиянием аттитюда безопас ности, выраженного в стремлении к стабильности, и аттитюда опас ности, связанного с тягой к изменению и риску. Учитывая отмечен ную выше роль права в саморегуляционном механизме, проведем анализ на примере правового образования2. Для этого сравним степень обусловленности правового сознания и поведения уча щейся молодежи ценностями и интересами в группах, ориентиро ванных на стабильность и на риск (табл. 3).

Сравнение характеристик правового сознания и поведения Таблица учащейся молодежи в связи с направленностью ценностей и уровнем интересов в группах, ориентированных на стабильность и на риск Ориентация на стабильность Ориентация на изменения и риск Самооценка Направленность Самооценка частоты нарушений ценностей и уровень Самооценка степени Самооценка степени частоты нарушений закона интересов в сфере законопослушания законопослушания закона (%) образования (%) (К) (К) Часто Никогда Часто Никогда Терминальные 2,55 20,4 79,6 2,05 34,7 65, ценности Инструментальные 2,56 23,7 76,3 2,23 48,6 51, ценности Высокий уровень 2,56 21,4 78,6 2,27 41,8 58, интереса Низкий уровень 2,48 22,9 77,1 2,05 40,0 60, интереса Примечание. К — средневзвешенный коэффициент по трехбалльной шкале.

Сравнительный анализ данных, представленных в табл. 3, по казывает, что ориентация на стабильность, т.е. на безопасность, надежность и спокойствие, в целом положительно отражается на правовом сознании и поведении учащейся молодежи. При этом степень влияния ценностей и интересов на изменение показате лей законопослушного поведения минимальна, что свидетельствует о нормальном функционировании механизма саморегуляции.

Описание диспозиционной концепции риска см. [3;

4].

Исследование «Социально экономические и культурные права молодежи в СНГ и основные препят ствия их реализации», проведенное в 2005 г. Отделом социологии молодежи ИСПИ РАН под руководством д. соц. н., проф. В.И. Чупрова по заказу Московского бюро ЮНЕСКО в Российской Федерации и в Республи ке Беларусь. Выборка учащейся молодежи в возрасте 12–18 лет в РФ составила 804 человека.

C / Образовательная политика Еще более выраженные формы процесс саморегулирования приобретает в группе учащихся, ориентированных на изменения, связанные с риском. Стремление к изменениям повышает уровень риска, оценки степени законопослушания в данной группе замет но ниже, а частоты правонарушений, наоборот, выше. Однако ста новится более явным влияние ценностей и интересов. Это означа ет, что предприимчивость, стремление к изменениям, реализуе мые в России, как правило, на грани нарушения закона, снижают уровень законопослушания, но осознание риска приводит в дей ствие механизм саморегуляции.

Таким образом, в рационализации риска наблюдаются встреч ные процессы: действие механизма социокультурной саморегуля ции риска связано с осознанием опасности, а повышение его эф фективности — со стремлением молодежи к стабильности. В свя зи с этим для рационализации риска в сфере образования необходимо, во первых, снизить опасность последствий социаль ной неопределенности, вызванной реформами. Определенную роль может сыграть повышение информированности учащихся, абиту риентов и студентов, обеспечивающей если не свободный, то от носительно мотивированный выбор образовательных стратегий.

А во вторых, необходимо расширить формы самоуправления мо лодежи как условия стабилизации ее социального положения. Это представляется особенно актуальным в свете все новых задач по обновлению отечественной системы образования, обозначенных в Послании Президента РФ Федеральному Собранию. В их реализа ции необходимо избежать очередного витка резких разворотов в реформировании образования, затягивающих узел неопределен ности и риска.

В современном обществе существенно повышается роль со циально организационных механизмов саморегуляции риска. Это процесс самоупорядочения и самоорганизации молодежи и ее взаимодействий в условиях нелинейного развития современных обществ. Сегодняшний социум отличается тем, что регуляция в нем основана преимущественно не на принудительном, а на ин формационно коммуникативном взаимодействии. Соответственно этому происходит перераспределение приоритетов от целенаправ ленного воздействия как внешнего фактора, к самоорганизации как следствию рефлексии субъектов. Результатом самоорганиза ции становится не столько сам порядок, сколько движение к нему, т.е. процесс упорядочения, а не состояние упорядоченности.

Как происходит самоупорядочение? Социум предстает как от крытая система, имеющая в неравновесном состоянии потенци альное множество путей эволюции. Выбор пути совершается слу чайно и является результатом конфликта, конкуренции и самоор ганизации противодействующих способов эволюции системы, а также активности субъектов в момент разветвления возможных путей развития. При этом поле социальных возможностей поляри зуется, становится альтернативным. Новое состояние возникает Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… непредсказуемо, т.е. оно не выводится напрямую из сложившейся ситуации. В то же время оно запрограммировано в виде равнодей ствующей возможных путей развития [1. С. 65–66]. Самоорганиза ция достигается за счет внутренней энергии и ее преумножения с использованием дополнительных ресурсов.

Таким образом, самоорганизация — это спонтанно совершаю щийся процесс социального регулирования, связанный с возник новением новых структур или трансформацией существующих в момент их крайней неустойчивости.

В сфере образования самоорганизация молодежи становится альтернативой неупорядоченности социальных связей, возникшей из за неустойчивости реформируемых образовательных структур.

В обыденной жизни это проявляется в фактах нарушения прав учащихся и студентов, в нерегулируемом качестве образователь ных услуг, фактах коррупции и т.д. — все это отражается в моло дежной среде как состояние неопределенности и риска. Осозна вая это, учащаяся молодежь стремится противостоять эскалации неопределенности и риска в организованной форме. Например, активизируя семейные и родственные связи, осознанно участвуя в неформальных объединениях и молодежных движениях, сотрудни чая с различными официальными органами и т.д.

В эмпирическом исследовании об уровне самоорганизации молодых людей с целью регуляции риска свидетельствует наличие или отсутствие у них стремления защитить свои права с помощью друзей либо путем обращения в общественные и государственные организации с целью разрешения конфликтов в сфере образова ния (табл. 4).

Влияние самоорганизации на степень риска в правовых отношениях Таблица учащейся молодежи в сфере образования Высокий уровень самоорганизации Низкий уровень самоорганизации Степень Степень Степень Возможности Соблюдение Возможности Соблюдение правовой правовой риска в реализации общепринятых в реализации общепринятых защищенности защищенности прав (К 1) норм (К 1) прав (К 1) норм (К 1) (К 2) (К 2) Низкая 4,14 3,82 2,09 4,12 3,74 2, Высокая 3,79 3,37 1,91 3,65 3,33 1, Примечание: (К 1) — средневзвешенный коэффициент по пятибалльной шкале;

(К 2) —средневзве шенный коэффициент по трехбалльной шкале.

Анализ данных, представленных в табл. 4, обнаруживает устой чивую связь между уровнем самоорганизации и степенью риска в правовых отношениях учащейся молодежи. Основа этих отноше ний закладывается в сфере правового образования. При низкой степени риска значения показателей анализируемых характерис тик правовых отношений (возможностей реализации прав, соблю дения правовых норм, степени правовой защищенности) доста точно высоки и практически не различаются в группах с высоким и C / Образовательная политика низким уровнем самоорганизации. Стало быть, при минимальных рисках, что характерно для состояния определенности социальной среды, минимизируется и вероятность появления предпосылок для спонтанной самоорганизации. В самом деле, если все спокойно в жизни молодежи, то и причин для подобной самоорганизации не возникает. И наоборот, в условиях высокого уровня средового риска заметно снижается оценка возможностей реализации прав, со блюдения общепринятых норм, правовой защищенности. Причем в группе с низким уровнем самоорганизации эти оценки снижают ся более заметно. Следовательно, самоорганизация молодежи даже в условиях высокой степени риска способствует упорядоче нию правовых отношений и в конечном счете — регуляции риска.

Подобная регуляция возможна во многом благодаря широкому распространению современных форм рационализации, таких как «постфордизм», «макдоналдизация», играизация. Эти способы под робно описаны в теоретической социологии1. Так, например, влия ние «постфордизма» наглядно прослеживается в такой распро страненной форме самоорганизации, как репетиторство при по ступлении в вузы. Бурное распространение репетиторства в по следнее десятилетие не случайно совпадает с периодом реформ в образовании, так как становится формой рационализации жизнен ных ситуаций и преподавателей, и абитуриентов в условиях расту щей неопределенности в данной сфере. Репетиторство было и раньше. Но, следуя логике «постфордизма», в потребительском обществе изменился характер отношений обмена услугами между репетитором и абитуриентом. Неопределенность, связанная с ме няющимися правилами поступления в учебные учреждения и кри териями оценки знаний, вызвала потребность в более эффектив ных методиках преподавания. Современный абитуриент заинтере сован не просто в разнообразных и качественных знаниях, а в знаниях, гарантирующих поступление в определенный вуз, за что готов платить. Ответное расширение услуг на рынке репетитор ства сопровождается ростом квалификации, расширением полез ных связей, повышением инновационного потенциала репетито ров нового типа. Способствуя рационализации социальных взаи модействий, «постфордизм» как форма самоорганизации стано вится фактором саморегуляции в сфере образования.

Таким образом, рассмотренные на примере образования мо лодежи изменения в механизмах социальной регуляции раскрыва ют возможности рационализации неопределенности и риска. Оче видно, что успешность этого процесса зависит от степени взаимо действия институциональных и саморегуляционных способов. Но, поскольку саморегуляция все же осуществляется в определенных институциональных рамках, существующих в обществе, важен взве шенный подход к продолжению реформирования образования, и прежде всего четкое обоснование целей и их соотнесение с целя См. например, [6].

Ю.А. Зубок, В.И. Чупров C / Риск в сфере образования молодежи… ми общества и потребностями молодежи и выстраивание точных стратегий действий в образовательном процессе, что и станет од ним из способов регуляции неопределенности и риска в образова нии молодежи, а значит, и в ее дальнейшем развитии.

1. Ельчанинов М.С. Социальная синергетика и катастрофы России в Литература эпоху модерна. М.: КомКнига, 2005.

2. Заславская Т.И. Постсоциалистический трансформационный про цесс в России // Вестник Российского гуманитарного научного фонда.

1998. № 3.

3. Зубок Ю.А. Проблема риска в социологии молодежи. М.: Социум, 2003.

4. Зубок Ю.А. Феномен риска в социологии. Опыт исследования моло дежи. М.: Мысль, 2007.

5. Зубок Ю.А., Чупров В.И. Социология молодежи: Энциклопедичес кий словарь. М.: Academia, 2008.

6. Кравченко С.А. Нелинейная социокультурная динамика: играизиро ванный подход: монография. М.: МГИМО Университет, 2006.

7. Кравченко С.А. Социология. Парадигмы через призму социологи ческого воображения. 3 е изд. М.: Экзамен, 2007.

8. Лапин Н.И. Пути России: социокультурные трансформации. М., 2000.

9. Локосов В.В. Российское общество: трансформация целей, инте ресов, ценностей. М.: РИЦ ИСПИ РАН, 2006.

10. Пригожин И., Стингерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог чело века с природой. М.: Эдиториал УРСС, 2001.

11. Синергетика и социальное управление. М., 1998.

12. Социологическая энциклопедия: в 2 т. М.: Мысль, 2003. Т. 2.

13. Штомпка П. Социология социальных изменений. М.: Аспект Пресс, 1996.

14. Giddens A. The Consequences of Moderniti. Politi Press, 1991.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.