WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

«ГЕЛЕВИЗИОННОЕ Урмас Отт ТЕЛЕВИЗИОННОЕ ЗНАКОМСТВО Москва «Искусство» 1992 От автора Людмила Гурченко Раймонд Аркадий Рай кин Алла Пугачева 107 Никита Михалков Арвидас Сабонис 132 Георгий ...»

-- [ Страница 3 ] --

жений от западных кинофирм. Зна­ А сколько можно было бы узнать чит, получила имя. о других, о себе рассказать! На­ — Выходит, вы открыли звезду? учиться понимать друг друга, най­ — Русская актриса! Не будем ти необходимое для себя... За ме­ касаться вопроса, кто ее открыл, ня боятся, что я потеряю корни!

кто ее сделал. Сейчас это уже не Рахманинов не потерял, Шаляпин имеет никакого значения. Она сама не потерял... Николай Васильевич себя сделала! Имя этой русской Гоголь писал «Мертвые души» в актрисы — в одном ряду с имена­ Риме, сидя в кафе «Эль Греко», ми звезд мирового кино! Плохо ли? где до сих пор висит его портрет...

По-моему, просто замечательно. Что значит — потерять корни? По­ Можно, конечно, считать деньги, терять может тот, кто их и не име­ ет. А у кого они есть — не потеря­ давнишняя картина брата — «Ася ет, потому что художник, на мой Клячина». Замечательная работа!

взгляд, подобен дереву: корни пи­ Я даже не подозревал, что этот тают его, а ветвями он должен фильм сыграл в моей жизни такую обнимать мир... большую роль.

Михалков в ударе. Видно, что эта Анатолий Васильевич Ермилову тема задевает его за живое. Хотя который сидит за моей спиной, же­ у меня у вероятно, плохо с вообра­ стом просит передать Никите Ми­ жением: никак не могу себе пред­ халкову очередную чашку чаю.

ставить Никиту Михалкова, варя­ Несколько минут назад Никита щего суп в раковине. Мне он поче­ бросил ему пустую чашку. Многие му-то видит с я у скорее уза столиком телезрители высказывали потом в ресторане какого-нибудь отеля, свое недовольство: что это такое — вроде «Хилтона» или «Шерато­ Михалков швыряет посуду! К тому на». же они не увиделиу куда полетела — Кстати, то обстоятельство, чашка. Несмотря на столь непри­ что Андрей Кончаловский, хорошо нужденный жесту Никита Михал­ известный на Западе кинорежис­ кову как мне показалось во время сер, — ваш родной брат, помогает записи у считается с присутствием вам или мешает? Я имею в виду своего второго режиссера. А тот вашу работу и на Западе и в Союзе. следит у насколько Михалков в — На Западе мне это нисколько интервью остается верен своим не помогает. принципам.

— Мешает? Анатолий Васильевич протяги­ — Не помогает и не мешает. вает мне чашку с чаем для Михал­ А в Союзе одно время мешало. Вы кова.

же помните, какие у нас были нра­ — Ваш чай.

вы. Хотя сам я не почувствовал — Спасибо. Вы, может, тоже хо­ никакого нажима, могу в этом че­ тите? Я уже говорил, что для меня стно признаться. Другое дело, главное — работа над картиной.

разумеется, что имя моего брата А когда сняли, нравится — спа­ вырезали из «Кинопанорамы», не сибо, не нравится — извините!

упоминали о нем в журналах. Сла­ Вцепляться в меня с критикой го­ ва Богу, всему этому пришел ко­ товой картины — все равно что со­ нец. И выходит на экраны страны баке кусать человека за протез.

1икита Михалков — Вы хотите сказать, что вы че­ но, если об этом просили. Но в ловек независимый? принципиальных вещах на уступки — Абсолютно независимых лю­ не шел. Хитрил, обманывал, гово­ дей не существует. Я не хочу зави­ рил глупости, молчал, убеждал, но сеть от чужого мнения, чужой зло­ в результате добивался, чтобы кар­ бы. Но есть зависимость, которой тина вышла в том виде, в каком я я жажду, — зависимость от своей могу под ней подписаться. Я не культуры, от своей истории... снял ни одной картины, за которую — Я имел в виду творчество. мне было бы стыдно. Не в том суть, — И в творчестве то же самое! хорошие они или плохие. Мне не Я хочу зависеть от культуры, кото­ стыдно, потому что я не снимал рая меня породила. Но быть сво­ для того, чтобы понравиться сию­ бодным от влияния критики. секундному руководству. Снимал — Это невозможно! то, что меня волнует. И думал: раз — Почему? Зависеть от крити­ я вырос и воспитан здесь и меня это ки — безумие! Это значит подчи­ волнует, значит, может волновать няться правилам игры, которых ты и еще кого-то — пять человек или не принимаешь. десять тысяч, понимаете?

— А здесь, на «Мосфильме», вы — Да. Будьте добры, скажите, можете себе позволить работать вы испытываете чувство страха только над теми картинами, кото­ перед новой работой? Мы уже го­ рые хотите снимать? ворили о том, что в кинематогра­ — Я никогда в жизни не сни­ фической карьере вам до сих пор мал того, чего не хотел. Некоторые удавалось обойтись без срывов. Вы считают, что благодаря моей фами­ не знаете, что такое фиаско...

лии я нахожусь в привилегирован­ — Как вам сказать? Перед ном положении. Михалков! Знаете, кажЦой картиной я заболеваю ею.

в мире все уравновешено. Поэтому Вообще кино — это не работа, а польза от моей фамилии равнознач­ болезнь... Мучительные поиски на тем неудобствам, которые она языка. Конечно, я профессиональ­ мне приносит. Скажем, те люди, ный режиссер и могу склеить которые не любят моего отца, мо­ фильм, так сказать, с закрытыми гут выразить свою неприязнь к глазами. Я знаю, как это делает­ нему через нас, детей. И делают ся, как, что и с чем монтиро­ это с удовольствием, ни одной воз­ вать. Но это не язык, это ремес­ можности не упускают. В этом от­ ношении я человек достаточно закаленный. А вообще каждый жи­ вет своей жизнью, так что все пра­ вильно.

Другое дело, что я никогда не вставал в позу и не говорил: не бу­ ду ничего менять в картине, пото­ му что я — художник! И поправлял Никита Михалков то, что для меня не принципиаль­ ло. А язык — живое! И тут я не кать тех (это происходит бессозна­ профессионал, я ищу. Это настоя­ тельно), кто тебя хвалит и любит.

щее, серьезное мучение. Другой И не любить тех, кто тебя ругает.

разговор, что зритель творческих Так можно потерять самоконтроль мук видеть не должен. Может и реальное представление о себе.

создаться впечатление — ах как Я предпочитаю не играть в подоб­ все легко! И пусть. Я за то, чтобы ные игры.

результат был моцартовский, что­ Чего я еще не принимаю — это бы адского труда не было видно. когда в творчестве видят что-то Но и пота уходит очень много. Я другое. Когда начинают деньги просто не очень люблю картины, считать в чужом кармане, зави­ где видишь, как трудно было ре­ дуют поездкам на Запад... Так жиссеру, — сразу начинаешь ус­ у меня случилось с фильмом «Очи тавать вместе с ним. Труд его вы­ черные». Но я и до этого фильма зывает во мне уважение, но худо­ объездил чуть ли не полсвета — жественного потрясения, того чув­ пять раз был в США, был в Австра­ ства, ради которого идешь в зри­ лии, в Японии, видел много инте­ тельный зал, я не испытываю. ресного, знаком с большими людь­ Что касается моих картин, то ми, которых очень и очень уважаю.

все наши ребята знают, как они мне Меня и раньше приглашали сни­ даются. Особенно тяжело это ска­ мать на Западе. Я отказывался, зывается на семье... Период мута­ потому что мне это было неинте­ ции, период беременности — тя­ ресно. Я вообще не занимаюсь тем, желейший. Каждый раз, когда что мне не нравится. И без того пишешь сценарий, думаешь: скорей трудно работать, так зачем делать бы закончить! Просто уже сил нет. то, что еще и неинтересно?

Закончил! Начинается подготови­ — Вы наверняка знаете, что тельный период. Думаешь: скорее многие о вас думают: наш совет­ снимать, больше не могу. И так ский плейбой международного все время, пока картина не сде­ класса! Вы привыкли к своему об­ лана. А потом вдруг — пустота! разу элитарного человека, на кото­ И вот для того, чтобы в этой пус­ рого смотрит весь мир?

тоте не начать заниматься оцен­ Этот вопрос кажется мне гвоз­ ками своего труда, я стараюсь дем интервью, хотя я понимаю, тут же влезть в новую работу. В что он может и польстить Михал­ любую! Сниматься или ставить кову и досадить одновременно. Но спектакль, как я сейчас ставил, что делать: таков сейчас его имидж.

снимать новую картину... Мгно­ И ответ Михалкова подводит итог венно! Именно в этом — моя не­ всей нашей беседе.

зависимость. Иначе начнешь огля­ — Знаете, если бы я об этом ду­ дываться по сторонам, прислу­ мал, то, наверное, ничего бы не шиваться, кто что сказал, и ду­ мог делать. Как только начинаешь мать: «Тебе понравилось — ты ум­ оценивать себя со стороны, теря­ ный человек. Не понравилось — ты ешь реальное представление о том, неумный человек, ты злой». И ис­ как работать.

Живя в Италии, я от усталости верное, тешит, но к реальной дей­ добирался до постели буквально ствительности не имеет никакого на четвереньках. Спектакль я ре­ отношения. Так же как реклам­ петировал по восемь — одиннад­ ные сюжеты журналов мод, когда цать часов в сутки, а после мы мы видим на разворотах красивых еще работали с художниками, по­ мужчин и женщин в перстнях, с том сидели на установке света, зажигалкой «Данхилл»...

и так без конца. А когда пишешь Есть люди, которые в это игра­ сценарий, не вылезаешь из своего ют, их видно сразу. Они этим жи­ номера. Дальше — съемки, репе­ вут и как бы поддерживают леген­ тиции и все прочее... Трудно пове­ ду о реальности такой жизни.

рить, особенно тем, кто не хочет ве­ Но я лично такой жизни не видел.

рить, но, как ни странно, я вижу В деловых кругах жизнь замотан­ жизнь Запада только тогда, когда ная, очень холодная. Улыбка — оказываюсь там туристом, членом дань вежливости, рукопожатие — делегации или еду со своей карти­ тоже. Откровенности и задушев­ ной. Тогда мне показывают досто­ ности мало. Возможности рас­ примечательности, водят в кино, в крыться почти нет — только с театр. А когда я работаю, у меня близкими, только с теми, с кем нет на это ни сил, ни просто работаешь. Люди, которые делают времени. Я полностью погружен кино или театр, работают адски...

в работу. За все время моего пре­ Да, правда, есть продукты, есть бывания в Италии, за полтора го­ одежда. Но, как ни странно, не тя­ да в общей сложности, я был в нет бежать за всем этим. Сладок кино десять раз. И то ходил толь­ ведь запретный, недоступный плод.

ко на картины, в которых меня Как ни странно, живя и рабо­ интересовали режиссер, актеры...

тая на Западе, я больше, чем Поэтому мой «западный образ здесь, думал о том что мы яв­ жизни», как его представляет се­ ляем собою, что есть наша исто­ бе обыватель, который считает, что рия и настоящее. Здесь я живу Никита Михалков — советский бытом, и осмыслить все это могу, плейбой международного класса, только когда смотрю как бы со сто­ с лежанием на пляже в окру­ роны. Леса не увидишь, если рас­ жении очаровательных манекен­ сматривать отдельные деревья, как щиц, — это миф! Кого-то он, на­ сказал кто-то. Поэтому для меня жизнь на Западе была еще и шко­ лой переосмысления определен­ ных ценностей. Пусть обыватель думает, что я — советский плей­ бой международного класса. Мне его не переубедить. А я буду жить той жизнью, какую мне дик­ туют моя совесть и воспитание, мои корни, привычки, мои друзья Никита Михалков и мое творчество! Буду делать свое дело, ибо, по-моему, самое бес­ чай и смотрит прямо в камеру.

смысленное — пытаться словами На экране потом будет крупный объяснить кому-то, что ты не та­ план: лицо Михалкова, озаренное кой, как о тебе думают. его знаменитой улыбкой. Мне ка­ — Спасибо, Никита Сергеевич, жется, что он находится в неко­ за интересную беседу, спасибо за торой задумчивости и не замечает телезнакомство, за русский чай! камеры.

— Спасибо большое и вам за Вероятно, Михалков с самого на­ ваше терпение. Я о вас много слы­ чала решил говорить не только для шал из разных источников, и мне широкой аудитории, но и для отно­ очень приятно, что теперь уже на сительно узкого круга коллег. По- ТВ есть собеседники, с которыми моему, он хотел внести что-то но­ хочется разговаривать. Бывает так, вое в то представление о нем, что задают вопросы — и ты вы­ которое сложилось у массового нужден на них отвечать. Сегод­ зрителя. Но при этом непременно ня я делал это максимально иск­ сохранить некую дистанцию, ос­ ренне. таться недосягаемым, несмотря — Спасибо большое! на внешнюю доступность. По край­ — Спасибо вам! ней мере я только так могу объ­ Разумеется, мне было приятно яснить,, почему передача кое-кого услышать заключительные слова из зрителей разочаровала. Просто Михалкова, и я не стыжусь в этом они ждали другого.

признаться. Меня часто упрекают «Теле знакомство» с Никитой за то, что в конце моих передач Михалковым было показано по идет взаимный обмен любезностя­ Эстонскому телевидению 8 марта ми. Говорят, что это нескромный 1988 года. Это был наш подарок и дешевый прием. Так оно и есть. женщинам, которые его обожают, Но я все-таки не могу удержаться и мужчинам, которые видят в нем от искушения, хотя и не ставлю свой идеал.

себе цели завершить интервью Когда я сказал Никите, что пе­ именно таким образом. Пусть мне редача прошла успешно, чего и сле­ простят то, что уже было, и то, что довало ожидать — ведь он люби­ еще будет... мец советского народа, а особенно Наша беседа окончена, но Ми­ советских женщин, — он расхохо­ халков остается сидеть. Он пьет тался и на иронию ответил иро­ нией: «Это ты — любимец!» При подготовке варианта для ЦТ Михалков предложил неко­ торые купюры у но сам при мон­ таже не присутствовалу посколь­ ку в очередной раз был за гра­ ницей. Встретившись с ним через некоторое время, я высказал до­ саду на то у что его невозможно поймать. Он ответил мне в своих лучших традициях: «Я — за гра­ Никиту Михалкова во всевозмож­ ницей? Это ты в своей Эстонии ных грехаху начиная с его фамилии за границей!» Еще мы собирались и кончая тем, что он слишком сыграть с ним в теннис, но так и часто ездит за границу и водит не нашли подходящего времени. дружбу с Марчелло Мастроянни.

Перед показом передачи по ЦТ Даже Михалкову узнав от меня одна из газет обратилась к Михал­ об этих письмаХу удивился, хотя кову за интервью. Опубликована я считал, что уж он-тоу как человек была практически лишь одна его опытный, должен был предвидеть фраза: ему не нравится, что наш возможность такой реакции.

цикл рассчитан главным образом В тот вечер, вернее, в ту ночь, на «обывательский вкус». обсуждая с ним в баре ялтинской Месяца через два я случайно гостиницы мировые проблемы, я увидел его в Ялте и не упустил опять подумал, что хорошо бы сде­ случая ответить на эту реплику. лать с Михалковым новую пере­ Если у передачи и есть какие-то дачу. Но вряд ли это удастся в недостатки, сказал я, то они именно ближайшее время.

в том, что в ней много филосо­ Никиту Михалкова пригласил фии, и слишком мало сплетен. в Ялту кооператив, организовав­ * Прекрасное определение! — ший творческую встречу с ним в — воскликнул Никита. — Хотя за огромном зале, который все-таки такие интервью, как с Карповым не вместил всех желающих. В об­ и Глазуновым, тебя надо было бы становке всеобщего ажиотажа расстрелять! Никита чувствовал себя как рыба Скажу еще о некоторых пись­ в воде. Он дал людям возмож­ мах, которые пришли после показа ность увидеть его таким, каким передачи по ЦТ. Меня удивил они его себе представляют.

их крайне недоброжелательный А после этого странно было тону как бы продиктованный лич­ смотреть, как заботливый отец се­ ной обидой. Впервые с такого рода мейства Никита Михалков усажи­ почтой я столкнулся после «Теле­ вает детей и жену в машину, чтобы знакомства» с Аллой Пугачевой. увезти их из шумной гостиницы То же самое, но не в таком мас­ в частный пригородный дом.

штабе повторилось и на этот раз. Первым утренним рейсом вся В чем тут дело у я понял далеко семья улетела в Москву. Вечером не сразу. Видимо, крайняя ограни­ режиссера Михалкова уже ждал ченность наших собственных воз­ Рим.

можностей не дает многим из нас Вот и всеу что я хотел рассказать примириться с тем, что у кого-то вам об этом человеке. Если мы они значительно шире. еще когда-нибудь встретимся с ним, Одна женщина у преподаватель я предпочел бы ситуацию «по пят­ вуза из небольшого города Цент­ надцати — моя подача», как гово­ ральной Россииу прислала мне (по­ рят на теннисном корте.

чему именно мне?) чуть ли не це­ лую диссертацию, где обвинила Сейчас я хочу нарушить хроноло­ гию и рассказать о «Телезнаком­ стве» с всемирно известным литов­ ским баскетболистом Арвидасом Сабонисом. На страницах этой книги он окажется, возможно, в не совсем привычном для него обществе людей искусства. Но тут уж ничего не поделаешь — ведь книга и готовилась для издатель­ ства «Искусство». И все-таки я про­ сто не мог не включить в нее хотя бы одну главу о спортсмене.

Откровенно говоря, меня раздра­ жает, когда во мне видят журна­ листа, который специализируется на звездах экрана и, может быть, сцены. Вполне вероятно, что такое представление отвечает вкусам не­ которых телезрителей, но не моим.

Я с самого начала думал о более широком круге участников переда­ чи. Мне, например, нравится брать интервью у спортсменов, и они много раз были моими собеседни­ ками. Поэтому было бы просто несправедливо по отношению к ним силами сделать новую передачу?

и к нашему циклу совсем обойти Не буду здесь обсуждать вопрос здесь спортивную тему. о том, многим ли из моих коллег Так возникла мысль поместить удалось бы осуществить такое на­ между двумя главами о режиссе­ мерение. А для меня Сабонис был рах главу о баскетболисте. И пусть одним из тех людей, которых я извинят меня другие блестящие заранее имел в виду для спортивной спортсмены, с которыми мне при­ галереи «Телезнакомства».

ходилось беседовать в «Телезна­ Наша встреча состоялась на комствеа> — когда-нибудь я обя­ третьем году существования цик­, зательно расскажу о них. ла. Может быть, она произошла «Арвидас Сабонис, безусловно, бы и раньше, но я поверил неко­ самая выдающаяся фигура из всех торым людям, уверявшим, что Са­ советских баскетболистов как про­ бонис не слишком подходящий со­ шлого, так и настоящего... Он — беседник для большой передачи, уникальное явление в мировом в которой главное — слово. Я и баскетболе и спорте вообще», — сам не вполне свободно владею писал несколько лет назад в книге русским языком и потому, как пра­ «Центровые» известный тренер, вило, предпочитаю словоохотливых ныне председатель Федерации бас­ партнеров. Стоило мне подумать о кетбола СССР Александр Гомель- том, как будет звучать в эфире ский. Кстати, весной 1987 года наш разговор со знаменитым бас­ мы сделали с ним передачу, ко­ кетболистом, — и мысль об этом торая так и не была показана по интервью сразу же начинала те­ ЦТ. По-моему, это объясняется рять для меня привлекательность.

двумя основными причинами. Так все шло до тех пор, пока Во-первых, спортивная темати­ советская баскетбольная коман­ ка, особенно если речь идет о вы­ да не выиграла золотую медаль дающихся мастерах, очень быстро на Олимпийских играх в Сеуле.

теряет актуальность: на смену од­ Несколько дней спустя, находясь ним соревнованиям приходят дру­ во Владивостоке, я увидел по ЦТ гие, а с ними — новые сенсации, в выпуске теле новостей короткое новые победы и поражения. Кроме интервью с Сабонисом. По-русски того, Александр Гомельский, зная, он говорил без труда. Во всяком что мы готовим передачу для эс­ случае, я не заметил в его речи тонских телезрителей, не жалел ни одной ошибки. Прямо из Влади­ комплиментов в адрес наших бас­ востока я позвонил в Каунас моим кетболистов, в том числе и тех, знакомым, которые еще раньше чьи имена за пределами Эстонии предлагали свою помощь в органи­ уже давно забыты болельщиками. зации встречи с Сабонисом.

«Телезнакомству» с Сабонисом Переговоры растянулись на не­ повезло больше — всесоюзный сколько месяцев. Раза два наша зритель увидел его. Хотя на ЦТ группа была уже готова отправить­ и в этом случае не обошлось без ся в Каунас, но в последнюю ми­ сомнений: а не лучше ли своими нуту выяснялось, что Сабонис со своей командой опять куда-то весьма необычного зрели1ца: мно­ уехал. гие девушки фотографировались Разумеется, вся эта история на фоне его «Волги». Потом по­ пришлась не очень-то по душе на­ явился он сам, раздал автографы шему телевизионному руководству. мальчишкам, и мы впервые оказа­ Сначала мы просили технику, а лись с ним лицом к лицу. Надо потом сами от нее отказывались. признаться, что Сабонис не горел Но что было делать? Мы целиком особым желанием давать интер­ зависели от Сабониса, он в свою вью. Я понял, что для него в этом очередь — от «Жальгириса», а нет никакого удовольствия — про­ «Ж альгирис» — от календаря мно­ сто он должен сдержать свое обе- гочисленных спортивных встреч. Iцание.

Календарь же был составлен так, Наш автобус двинулся за его что даже тренер утром иногда не «Волгой», и, разумеется, все маши­ знал, на каком конце земли при­ ны, скопившиеся перед Дворцом дется вечером играть его подопеч­ спорта, пропускали нас. Ехать при­ ным. шлось через весь Каунас. П рохо­ Наконец мы узнали, что в январе жие оглядывались на «Волгу» С а­ 1989 года «Жальгирис» дважды бониса, и я подумал, что ее здесь встречается в Каунасе с алма-атин­ многие, если не все, знают.

ским клубом С К А. И мы поехали Мы остановились на какой-то в Каунас. Там-то я впервые в жиз­ окраине, свернув в один из типич­ ни увидел Сабониса не по телеви­ но прибалтийских дворов. Облицо­ зору, а прямо на игровой плои^адке. ванный кирпичом добротный дом Арвидас отправлял мяч в корзи ­ старой посгройки. Мансарда. Не­ ну соперников с поразительной пременная собачья будка, а перед легкостью. На площадке были и ней на цепи — «злая собака».

другие звезды «Ж альгириса», но К стене сарая (он же и гараж) мне показалось. что многие зри­ прикреплено баскетбольное коль­ тели пришли во Дворец спорта цо. Кстати, это вовсе не означает, только ради того, чтобы увидеть что здесь живет олимпийский Сабониса. У меня также сложилось чемпион Арвидас Сабонис. Такие впечатление, что его поддержива­ кольца часто можно увидеть возле ет вся команда. В этом не было домов по всей Прибалтике.

подобострастия. а, скорее, какой- Приветливые родители Арвидаса то, возможно бессознательный, очень помогли нам, когда мы стали пиетет перед ним. Не вызывало приспосабливаться к съемке в до­ никаких сомнений, что звезда пер­ машних условиях. Не знаю уж, ка­ вой величины здесь — именно Ар­ кими словами поминали они нас видас Сабонис, или Сабас, как лас­ потом, — к нашему стыду, уезжая, ково зовут его поклонники бас­ мы оставили после себя страшный кетбола. беспорядок.

После игры, поджидая Арви- Наконец приготовления позади.

даса около служебного входа, мы Мы устраиваемся с Арвидасом в стали невольными свидетелями гостиной. Он садится на угловой диван, задев перед этим головой люстру. Правда, даже если бы его предки могли вообразить, ке,м cra­ te r ых потомок, они, думаю, все равно вряд ли сделали бы потолки повыше. Арвидас Сабонис обязан вписываться в нормальную, обыч­ ную жизнь.

Арвидас Сабонис Между тем Арвидас (по просьбе матери, /сак выяснилось позднее) успел побриться и теперь благо­ — А как все-таки вы себя чув­ ухает. ствуете?

— «Дракар»? — пытаюсь отга­ — Я сегодня играл в одном тай­ дать я. ме десять минут, в другом — тоже.

— # е знаю, какая-то бутыл­ Вообще-то мне теперь приходится ка, — отвечает он. беречь ноги. Но сегодня надо было За его спиной — большое окно, играть побольше, потому что алма- в которое видна автострада с до­ атинский СКА — очень хорошая вольно оживленным движением.

команда. Там все молодые. Пер­ Это как бы символ того, «го да­ спективная, я думаю, команда. От­ же здесь, в родительском доме, Са- лично играли, попадали в корзину бонис не может полностью изоли­ издалека. Нам пришлось поста­ роваться от внешнего мира.

раться, чтобы выиграть.

Такова обстановка в тот момент, — В сегодняшней встрече были когда наконец начинается наше весьма острые моменты — вы до­ интервью.

вольно долго проигрывали СКА.

-г- Арвидас, мы уже давно ве­ Что в это время думали вы? Были дем с вами переговоры насчет этой абсолютно уверены, что выиграете?

встречи. И вот сегодня она наконец — Когда ты в игре, то чувству­ произошла у вас в Каунасе. Вы ешь, как сам играешь, как склады­ только что играли, и, на мой взгляд, вается матч, легко тебе будет или игра была сложной. Состоялся бы трудно. Бывает, вроде бы и про­ наш разговор, если бы «Жальги- игрываешь, но знаешь, что победа рис» сегодня проиграл?

не уйдет. Так и сегодня. В какой-то — Состоялся бы, потому что в момент стало ясно: надо выклады­ Каунасе у «Жальгириса» трудно ваться вовсю. Проиграть никак выиграть. Наверное, мы бы выигра­ нельзя — ведь все-таки мы сильнее.

ли все равно.

Хотя алмаатинцы — очень хоро­ — Как вы чувствуете себя после шая команда. Я думаю, они долж­ такой игры?.. Мы сейчас сидим в ны быть в первой четверке.

доме ваших родителей. Скажите, Мне совершенно безразлично, это еще Каунас или уже пригород?

какое место Сабонис отводит клу­ — Наверное, пригород — грани­ бу алма-атинского СКА на отбо­ ца Каунаса метрах в пятидесяти рочном чемпионате СССР. Но меня отсюда.

радует у что он разговорчив и, ка жетсяу в хорошем настроении. Ли­ товский акцент придает его речи особый колорит. Я снова убежда­ юсь: зря меня пугали, будто Арви- дас двух слов по-русски связать не может. Какая чепуха!

Следующий мой вопрос доста­ точно баналену но я задаю его, Арвидас Сабонис чтобы поддержать возникший кон­ такт.

— Где вам больше нравится прячетесь от поклонников и по­ играть: дома, в Каунасе, или за клонниц? Или уже привыкли?

рубежом? А может, в других горо­ — Даже не знаю. После игры дах Советского Союза? дети идут за автографами. Как от­ — В Каунасе играть, конечно, кажешь? Но иногда... Вот, напри­ хорошо — хочется показаться сво­ мер, сегодня. У нас разминка. Под­ им... тут и родные сидят, смотрят. ходит женщина: «Давай-ка бы­ Но, с другой стороны, люди уже стренько распишись!» Я говорю:

стали выбирать, что смотреть. Сей­ «Извините, идет работа, мы долж­ час идет первенство Союза, и люди ны готовиться». Сам бегу и искоса билеты не покупают, думают — все на нее поглядываю, а она уже что- ясно и так. Раньше на все игры то про меня говорит. Наверное:

шли. А теперь ждут Кубка. На Ку­ «Вот хам, расписаться ему труд­ бок уже билетов нет. Нам-то дают, но!..» Конечно, я ее не виню, она хотя и тут проблема — их надо не понимает, что я готовлюсь. По­ раздавать. Потом приезжаешь на сле игры — пожалуйста, я никогда игру, так тебя ждет толпа — надо не отказываю. Выходишь, а у разде­ провести. Начинается ругань с эти­ валки дети ждут. Ясно, что полча­ ми... которые в дверях стоят. Когда са надо отдать им. Сейчас, на мою встреча в Каунасе, никуда от этого голову, календари с портретом на­ не денешься — не про игру ду­ чали выпускать, да еще четыре ва­ маешь, а как провести человека. рианта, и всем хочется автограф по­ Крутишься целую неделю... лучить. А то книга выйдет — и весь — Сколько мест вы имеете в тираж приходится подписывать...

зале? Вы лично. И письма бывают всякие. Вот по­ — Нам дaiof по двадцать биле­ стоянно мне пишет какой-то Фан- тов и по два пригласительных. Вы­ томас, так и подписывается. Кто та­ ходит двадцать два. Мы покупаем кой — понять нельзя, но про меня билеты за свои деньги, а потом все точно знает. Как я играл, когда дарим. Не скажешь ведь: «Дай три плохо бросил, почему не брит, по­ рубля». Неловко... чему побрился... По косточкам раз­ — Сегодня я убедился, что бирает. А подпись — «Фантомас», здесь, в Каунасе, действительно и больше ничего. Ни адреса, ни поч­ существует культ «Жальгириса» тового штемпеля — прямо в ящик и культ Сабонис а. Вы за городом бросают.

— А вы обычно, когда играете, — Что я могу ответить? Я про­ не бреетесь? Сегодня вы, наверное, сто играю.

из-за телевидения побрились? — Арвидас, вы недавно стали Мне кажется, наступил подходя­ олимпийским чемпионом. Что вы щий момент для такого вопроса, думаете о своей спортивной карье­ раз Арвидас сам затронул эту те­ ре? Главное уже позади или вы му. Мы привыкли видеть Сабониса многого ждете от будущего?

с небольшой бородкой. Так теперь — Трудно сказать. Все зависит модно, хотя многие спортсмены от здоровья, конечно. В целом со не бреются просто из суеверия. здоровьем все в порядке, но вот — Из-за мамы. Мама очень про­ ноги... Наверное, врачи чего-то не­ сила, чтобы я побрился. Сам я доглядели, может, время упустили.

бриться не люблю — скучно. Луч­ Одну мне хорошо вылечили, а дру­ ше отращивать бороду. гая начинает чуть-чуть побаливать.

— Кстати, вы упомянули о Фан- Не могу во всю силу работать...

томасе. А вы видели этот фильм? Конечно, я думаю о будущем, но Ведь вам всего двадцать четыре вдруг мысль: а как с ногами будет?

года. Случись что — все планы сразу — Видел. полетят. Вообще-то я оптимист.

Быстро прикидываю в уме: я по­ Я никогда не думаю: вот, порва­ чти на десять лет старше Арвидаса, лась связка — значит, конец. А ведь а бегал в кино на «Фантомаса» меня многие уже похоронили — не­ совсем мальчишкой. Получается, ту Сабониса, все. После первой травмы еще ничего, а после вто­ что он его смотрел в детском саду.

Впрочем, это не имеет значения. рой — прощай, Сабонис! А я — сра­ Не найдя подходящего вопроса зу на операционный стол и улы­ для плавного перехода, поворачи­ баюсь. Знаю же, врачи все сошьют, ваю на сто восемьдесят градусов. а остальное зависит от меня. Так — Скажите, как вы себя ощуща­ что насчет будущего мне пока труд­ ете в роли знаменитости? И гут, в но говорить.

Каунасе, и в Литве, во всем Союзе, — Скажите, вы, наверное, все за рубежом? Где вас больше знают? время, особенно во время трени­ — Наверное, в Литве. Просто по ровок и игр, боитесь за свои ноги?

улице не пройдешь. Уж очень я — Никогда. Стоит начать тре­ длинный, спрятаться никак невоз­ нироваться или играть, как про это можно. Был бы маленький — дру­ забываешь. Боль, правда, иногда гое дело... И за рубежом советский чувствуется, но страха нет.

баскетбол популярен. Нас, литов­ — Как вы думаете, без запад­ цев, там любят. В Испании, напри­ ной медицины вы бы смогли сей­ мер, очень культурный зритель, там час играть?

играть — одно удовольствие. В Гре­ — У нас, наверное, тоже можно ции тоже... было сделать все это, только вре­ — Вы ощущаете, что для многих мени заняло бы втрое больше. Все вы стали символом? А вам ведь зависит от аппаратуры, я так понял, только двадцать четыре года... а ее у нас нет.

— Даже для Сабониса?

— При чем здесь Сабонис? Во­ обще нет. Она всем нужна, осо­ бенно молодым. Все беды проис­ ходят из-за того, что в молодости чего-то недоглядели. Я же не ста­ рый еще, а уже... Перегрузки боль­ шие. Вот я был в Америке, лечился.

Арвидас Сабонис Там профессионалов в сезон два раза проверяют. Знают, как было в начале сезона и как в конце. И литовцев, которые живут в Амери­ опять же аппаратура... ке. Долго ждали, ничего не понят­ — Вы хотите сказать, что даже но, а потом как-то вдруг получи­ сборная команда Советского Сою­ лось.

за по баскетболу не имеет возмож­ — Какова же стоимость этого ностей для таких проверок? лечения?

— Проверять-то проверяют. — Американские газеты писа­ Особенно перед серьезными чем­ ли: семьдесят тысяч за все. Я так пионатами — мира или Европы. думаю, что это было дорогое ле­ Плюс одна проверка в сезон. Но, чение. Меня засовывали в огром­ по-моему, это делается просто для ный какой-то аппарат, в нем два статистики. часа надо лежать и не шевелиться.

— То есть наша спортивная А я очень люблю поспать. Я и за­ медицина не соответствует уров­ снул. Мы, баскетболисты, во сне ню нашего баскетбола? часто игру видим — что тебе мяч — Пройду я это медобследова- дают и надо пасовать. А ноги-то у ние, не пройду — какая разница? меня завязаны. Я как дернусь, аме­ Главное там — зубы. Если не в риканцы только ахнули. Вытащили порядке — вылечат, и, значит, все меня, опять все подготовили, и сно­ хорошо. Остальное тоже проверя­ ва два часа... Я уж старался не за­ ют. Но на бумаге может быть пло­ снуть, иначе опять все сначала.

хо, а все равно никто не скажет: Аппарат, я думаю, дорогой был.

«Ты на чемпионат мира не по­ А сама реабилитация мышц вряд ли едешь, потому что тебе надо ле­ очень уж дорогая. Наверное, всю читься». Раз ты нужен — будешь эту аппаратуру можно и у нас сде­ играть, и никаких разговоров! лать. Энтузиастов, что ли, нет?

— А как у вас с зубами? Тогда хоть купили бы для сборной.

— Очень хорошо. В Америке Это же так важно для нас — го­ все сделали. товишься спокойно и знаешь, что — Кстати, кто заплатил за вашу с ногами будет полный порядок.

операцию в Америке? И сколько? Нравится нам это или нет, но — Меня не оперировали, была все-таки Сабониса вернула в спорт только реабилитация. Все клуб ре­ и дала возможность играть в Сеуле шал. Я не знаю точно, как это вы­ западная, точнее, американская шло. Хотели все это сделать через медицина. Это, конечно, тема для размышлений. Иногда кажется, будь случится, то будет такая дра­ что наши спортсмены должны быть ка — вы такой не видели! А я про намного сильнее своих зарубеж­ себя думаю: если кто мне ногу по­ ных соперников у чтобы компенси­ рвет, хоть на животе доползу и сза­ ровать недостатки нашего спор­ ди перекушу ему сухожилие. Но тивного оснащения и медицины. югославы очень корректно играли.

— Американцы окончательно После Олимпиады мы даже подру­ вас вылечили, можно сказать, к са­ жились... Вот так мы и стали олим­ мой Олимпиаде. Перед Олимпиадой пийскими чемпионами.

в Сеуле ходили разные слухи о — Для вас лично это была не­ том, что Сабонис вроде бы сам не ожиданность?

хочет ехать, а хотят Гомельский — Конечно, как может быть и Грамов. Каковы на самом деле иначе! Ребята готовились, а я вооб­ были ваши планы? ще ни при чем. У меня была всего — Пока я лечился в Америке, неделя... Поехали, начали играть — я думал, что не могу играть. И ко­ и выиграли! Радость какая!..

гда в Литву вернулся, всем гово­ — Скажите, пожалуйста, а без рил — не буду играть. Я же пол­ Сабониса стал бы Советский тора года ничего не делал, понятия Союз...

не имел, что я теперь собой пред­ — Не знаю! Я не люблю про ставляю, особенно в сборной. А себя говорить. Со стороны виднее.

ехать-то надо было через неделю! Есть специалисты, им платят день­ Конечно, съездить хотелось, хоть ги, чтобы они смотрели — кто, как...

посмотреть... Вдруг я потом уже Вот у них спросите, они все вам никогда не увижу Олимпиады? расскажут.

Отправился к ребятам в сборную, Я знаю, что успел уже несколько даже кеды не взял. А Гомельский раз вывести Сабониса из себя. Но сразу: «Почему кеды не взял? Тут что поделаешь? В конце концов, работать надо!» Я засмеялся. «Ну я добивался встречи с ним вовсе ладно, пойдем к кольцу!» У него не для тогоУчтобы задавать вопро­ есть такое упражнение — он броса­ сы, которые ему по душе. Я хотел ет мяч, потом ногой по нему ударя­ узнать то, что интересует меня м, ет, а ты должен ловить. Я поймал вероятноу зрителей. Мне остается один раз, второй — тоже. Тогда только в ответ на последние слова Гомельский говорит: «Ты в хоро­ Арвидаса воскликнуть: «Прекрас­ шей форме, будешь играть!» В об­ но!» — и продолжить беседу.

щем, начал я тренироваться, смо­ — Прекрасно! Скажите, пожа­ трю, вроде все нормально. Поеха­ луйста, вы вообще боитесь острых ли. Я очень боялся югославов — вопросов во время интервью? На­ у них игроки такие, что могут и сколько мне известно, вы неохотно нарочно ударить. Я просил Гомель- общаетесь с журналистами.

ского: не надо с югославами мне — Я их просто не люблю. Ты го­ играть, неуверенно себя чувствую. воришь одно, потом оказывается Но Гомельский пошел к судьям, к совсем другое. И ничего ты с ними президенту, говорит: если что-ни­ не сделаешь. С одним журналистом вроде бы подружились, начали да­ же книгу писать...

— Это книга «Арвидас Сабо­ нис?» — Понятия не имею! Я не ж е­ лаю его больше видеть. Приезжал к нам на сборы, можно сказать, в команду вошел, своим человеком Арвидас Сабонис стал. А потом в «Огоньке», по-мое­ му, написал, что я пьяница, да и много другого насочинял. Как же — Все так делают. Я же был на я могу любить журналистов? Те­ Олимпиаде и видел...

перь говорят: «Жальгирис» пьет! Я действительно благодарен Са- — В этом смысле у телевидения бонису за его откровенность и есть преимущество: видно, что ска­ искренность. Впрочем, искренность зал, а чего не сказал. вообще в его характере. Да и по — Да, телевидение лучше. Но и существу он у на мой взгляд, прав.

с ним не все ясно — ведь выре­ Почему спортсменам должно быть зают... Нет, тоже не верю. строго запрещено то, в чем мы сами — Я вам обещаю, что в передаче грешны? Ведь они такие же люди, не будет никаких изменений. Вы как и все прочие.

сказали, что идут слухи, будто — Насколько я понимаю, в Со­ «Жальгирис» пьет. А на самом ветском Союзе у вас нет сейчас деле? Ведь бывают же моменты, каких-то больших стимулов для когда вы расслабляетесь? продолжения спортивной карьеры.

— Конечно, как же иначе? Пос­ Вряд ли вам очень важно стать ле удачного матча или если вы­ чемпионом Советского Союза. Ска­ играл чемпионат... Во всем мире, жите, пожалуйста, вы, наверное, наверное, нет такого спортсмена, хотели бы играть где-нибудь на За­ который после победы выслушал паде? В каком положении сейчас бы благодарность и спокойно по­ ваши дела?

шел спать. Но не пьем же мы каж­ — Я могу только хотеть, больше дый день! от меня ничего не зависит. Сам я — Я вам очень благодарен за ничего сделать не могу. Есть откровенность. Но некоторые счи­ Спорткомитет, есть еще какая-то тают, что это нарушение спортив­ организация, которая продает иг­ ной дисциплины, да? роков. Они вроде бы разбирают­ — Никакого здесь нарушения, ся в условиях, в ценах... И они ре­ по-моему, нет. Все закончилось, шают.

впереди — неделя отдыха, почему — А у вас были уже какие-то не посидеть с друзьями? более конкретные разговоры на эту — Спасибо, Арвидас, что вы об тему?

этом сказали. Мало, наверное, — Нет, не было. Может, времени спортсменов, которые бы открыто у них нет. Да я и сам еще думаю.

об этом говорили. Хотя все равно надо выезжать:

всем будет лучше — и Советскому вым в Америке, так надо еще со Союзу, и Литве, и мне. Плохо, что штангой поработать. Там мясоруб­ не выпускают. Сборная потерпит ка: пришел — и давай вперед...

без меня два года, ничего особенно­ Испанец один играл, как раз когда го не случится. Зато потом какая я в Америке был. И ему после сезо­ польза будет! на сказали: все, нам тебя не надо.

— Значит, вы сами не имеете Я спрашиваю: «А почему?» «Ну права подписать договор? что, — говорит, — мне в первую же — Подписать я могу, но что тол­ игру сломали нос, потом зубы вы­ ку... А если меня не выпустят? Мно­ били...» Я вот все это обдумываю.

го шума будет, и все. Если мне надо будет играть, как — Как вы думаете, вас отпустят сделать, чтобы нос не сломали...

все-таки? Мне рассказывали, что, когда при­ — Не знаю. Надо будет ехать ходит молодой игрок, он первый год просить, чтобы пустили, — дайте, пробивается через кровь. До звезды мол, хоть чуть-чуть поиграть там... и дотронуться не смей — тебе сразу — Где вам хотелось бы играть, фол. А он с тобой что хочет, то и в каком клубе? сделает. И никакого фола, потому — За профессионалов, конечно, что ты — молодой.

очень хочется... Но сейчас, в таком — А как у нас — в «Жальгири- состоянии, я не могу серьезно у се», например? И в сборной Совет­ них играть, не сумею. Надо здесь ского Союза? Вам же было лет подготовиться на все сто процен­ шестнадцать-семнадцать, когда тов. Там каждая игра идет как фи­ вы попали в сборную. Здесь тоже нал. В Союзе можно нагрузки ре­ такие законы?

гулировать — знаешь, какая коман­ — Ну, в «Жалыгирисе» не было да сильнее, какая слабее... В Евро­ ничего похожего. У нас и теперь пе, конечно, попытаться полегче, дружная команда. И молодые, и потому что не тот стиль игры и под­ старые, и средние — все дружим, бор игроков иной. семьями встречаемся. Но когда я — Вам по темпераменту больше пришел в «Жальгирис» — я какой подходит европейский баскетбол? был? Молодой, азартный. Я не люб­ Более спокойный, академический? лю проигрывать, хочу только выиг­ — Да, в Европе можно играть на рать — и все! Даже в карты, на­ технике. А если мне быть центро­ пример, играем, мне говорят: «Что ты орешь? Сиди спокойно!» А я что в сборной, как я понимаю, иг­ не могу, — раз я играю, должен рают лучшие.

выиграть... Помню, играли раз с — Вероятно, вы довольно хоро­ ЦСКА, мы тогда победили. У меня шо чувствовали себя в сборной локти были еще очень острые, еще и потому, что там все время ударишь — больно, сам знаю. Ну было много литовцев. Мы записа­ и крутишься, стараешься, конечно. ли такую же передачу с Алек­ Все-таки одного ударил, другого... сандром Яковлевичем Гомель­ Они там все постарше были. И ским, и я даже задал ему вопрос:

говорят мне: «Ты смотри!» В об­ «Не кажется ли вам, что в сбор­ щем, молодой еще был. Как дви­ ной страны слишком много литов­ нешь кого — и сразу к доктору цев?» надо идти язык от зубов отдирать. — Все по заслугам. Умеем иг­ Сейчас уже со мной такого не слу­ рать, что поделаешь... Раньше один чается. Раньше думал: только бы не только Паулаускас в сборной был, получить от кого — и всегда по­ больше никто. А теперь можно и лучал. А сейчас не думаешь — и на родном языке поговорить. Ког­ все в порядке. да я попал в юношескую сборную, — А как вообще сборная коман­ там больше литовцев не было. А я да, все эти звезды, принимала мо­ еще в седьмом классе учился, лодого Сабониса? по-русски почти не говорил. Хочу — Я как попал в сборную, мы сказать — только рот раскрою и сразу поехали на чемпионат мира молчу. Мысли есть, слов не хватает.

в Колумбию. Ну, я там не играл, Однажды дежурил, надо всех на только кричал. Еще не знал ниче­ зарядку поднимать, а что гово­ го, по-русски мало говорил... Но рить? Я постучал, они не откры­ ко мне с теплотой отнеслись, вают. Сами спрашивают: «Что, по-дружески. вставать?» Я: «Угу!» Они: «Что, — Можно сказать, что вам в на зарядку?» — «Угу!» — «Хорошо, этом смысле повезло. сейчас идем». Вот такие пробле­ — Да. А я раньше слышал, что мы были.

в сборной молодым рта раскрыть — Что вы можете сказать о Го­ не дают. Боялся, конечно, но обо­ мельском? Ведь он играет и в вашей шлось. судьбе и в вашей карьере очень — Вот сейчас вы лидер сборной важную, если не главную, роль.

команды Советского Союза. Если — Гомельский — такой человек, приходят молодые, как вы с ними что его понять трудно. Он может общаетесь? Они, естественно, назы­ одно сказать, другое сделать — вают вас на «вы»? по-всякому бывает. Но он автори­ — На «ты». Не принято у нас тет. И у нас и за рубежом — на «вы». везде. Сейчас уже прежней сбор­ — Значит, молодой может Сабо- ной не будет — там нет таких нису сказать «ты»?

авторитетов. А Гомельский — это — Пусть только попробует не Гомельский. И он всем помогал.

сказать! У нас все равны, потому О нем в Литве плохо говорили, потому что когда он был в ЦСКА, — A-а, «потому»! Но, может то забирал игроков в армию. Это, быть, стоит уйти оттуда в физкуль­ конечно, несправедливо, мне это турный?

тоже не нравится. — Нет, все равно сельскохозяй­ — Вам делали предложения пе­ ственную академию надо закон­ рейти в другие клубы? чить, я думаю. Потом, наверное, — Было когда-то. Мне мать поступлю, если смогу, в физкуль­ рассказывала — когда я еще мо­ турный. Там я как-то лучше буду лодой был, из «Статибы» приез­ знать, чему учусь. А тут — трак­ жали. А когда мне в армию идти торы, комбайны... Я знаю, где ко­ надо было, я играл свой первый леса, вот и все!

сезон. Так в ЦСКА меня уже на­ — А на каком вы курсе?

зывали солдатом. Говорили даже: — На третьем.

форма, обувь — все готово, только — Вы носите преподавателям тебя ждет, давай! В армию не бра­ билеты на свои игры?

ли из сельскохозяйственной ака­ — Постоянно носим. А что мы демии и медицинского института. еще можем? Я там и не один из Я пошел в сельскохозяйственную «Жальгириса», есть еще...

академию. Поступил заранее. По­ — Понятно. Это довольно слож­ ступать со всеми я не мог, потому ный момент?

что игры... Пока меня в армию не — Сложный! Мне просто не­ берут. удобно перед преподавателями, — Сейчас вы студент Каунас­ стыдно в глаза им смотреть. Если ской сельскохозяйственной ака­ серьезно говорить, это же просто демии, да? Ну и каковы успехи трата времени... Чтобы потом студента Сабониса? учиться тому, в чем я разбираюсь.

— Какие там успехи... Я бы мог Когда надо идти что-то сдавать, учиться в физкультурном инсти­ меня даже пот прошибает, я крас­ туте. Но в сельскохозяйственной нею сразу. Но что делать? Что академии... Учишься, конечно, хо­ мне делать? Вы можете посове­ чешь что-то знать, но нет времени, товать?

понимаете... Нет времени даже, — Мне кажется, надо все-таки чтобы книгу взять и спокойно по­ перейти в физкультурный. А вы читать! Играешь, тренируешься, думаете, что, если вы уйдете из ешь, спишь-спишь, потому что ус­ академии, вас заберут в армию?

тал, а потом все сначала... — Разговоры разные. Говорят — Почему вы поступили именно даже, если Сабониса заберут в ар­ туда? Вас интересовало сельское мию, то Литва присоединится к хозяйство? Или... ФРГ... А что? Могут забрать.

— Потому... — Мне странно слышать, что Сабонис, насколько я понимаю, даже вам грозит армия.

имеет в виду, что его как военно­ — Ну как? Скажут. Приказ — обязанного могли взять в армию — и все.

чтобы защищать спортивную честь — Какой вы видите свою даль­ ЦСКА. нейшую судьбу, Арвидас? Как вам заплатят, зависит от того, как Спорткомитет договорится. Пла­ тят за турнир, потом еще премии.

Одного я только не понимаю, по­ чему мне всегда говорят: «Надо занять первое место, тогда полу­ чишь столько-то». Почему нельзя сказать: «За второе место полу­ чишь такую-то сумму, за первое — еще больше»?

кажется, что будет с вами лет через — Вы только что сказали — пятнадцать — двадцать? «коммерческие поездки». Что это — Пока не думал. Даже на это такое?

нет времени! Пока — баскетбол, — Это когда выезжаешь за ру­ баскетбол... Ну что я умею? Я ни­ беж и надо выиграть, например, чего не умею. Готовить себе еду, первое место в турнире. Тогда ты но на еду тоже надо заработать. получаешь деньги иностранной ва­ Так что пока остается только бас­ лютой.

кетбол. Но пора уже думать о бу­ — Какая это сумма, если не сек­ дущем... как с ногами. Это здоро­ рет?

вье все-таки... — По-всякому бывает. Быва­ — Как вы считаете, ваша спор­ ет — двести долларов, бывает — тивная карьера позволит вам обес­ пятьсот... Сейчас вот на Олимпиа­ печить себя на всю жизнь? де получили две тысячи семьсот — Не могу сказать. Я не пред­ долларов. Первый раз такое было.

ставляю, сколько надо денег, что­ — Что вы купили на эти день­ бы спокойно жить. Вот если бы ги?

были контракты, если бы выехать — Телевизор купил, магнито­ за границу... Хотя кончится бас­ фон, всяких подарков домой... И кетбол — все равно надо что-ни­ еще зарегистрировал валюту на будь делать. Ведь если себя обес­ следующую поездку, чтобы спо­ печишь, значит, ложись на кровать койно жить. Чтобы, если захочет­ и лежи... ся, выпить, например, кока-колы.

— Вы комсомолец? А когда денег нет, остается только — Все комсомольцы. глазами хлопать!

— У вас были когда-нибудь — Бывает и такое с нашими сложности с выездом? Или вы спортсменами?

всегда без проблем выезжали? — Нет. Сейчас нет. А раньше — Без проблем. бывало. Конечно, и сейчас это не­ — Как вам платят, когда сбор­ большие деньги. Я думаю, должны ная выезжает на Запад? Какие платить побольше. Но есть люди, у вас условия на Западе? которые, наверное, знают, сколько — Раньше просто ехали, полу­ нужно...

чали суточные — и все. Сейчас уже Сабонис, как, впрочем, и все на­ поездки коммерческие. А сколько ши спортсмены, говорит о валют­ а вдруг мы что-нибудь не так ных проблемах за границей до­ сделаем? И тогда тебе сразу...

вольно невнятно. Наверное, счи­ — У вас есть какие-то конкрет­ тается, что эту область не стоит ные примеры?

открывать посторонним. Ответ на — Примеров много, но не хочу свой вопрос я получил, но все- я говорить об этом. Слишком мрач­ таки ясности не добился.

— А какая стипендия у вас тут, ный разговор... Из-за чего так, в «Жальгирисе», и в сборной Со­ не знаю. Может, из зависти. Ко­ юза? нечно, нас многие любят, но есть — [Мы от «Жальгириса» ничего и другие...

не получаем. Раз мы члены сбор­ — Существуют ли лично для вас ной, нам платит Спорткомитет тут — в Литве, в Каунасе, — ка- Советского Союза. Кажется, че­ кие-то проблемы? Или практически тыреста рублей, точно не помню. вы можете разрешить любые проб­ — Это тоже не слишком много. лемы сами?

— Не знаю. Я думаю, что не­ — Ну, сейчас у нас в команде много. все хорошо, особых проблем, я — Скажите, пожалуйста, сколь­ думаю, не существует. Квартиры ко денег вам отпускают каждый обещают тем, у кого пока нет.

день на питание? Я имею в виду А что еще? Квартира есть, машину знаменитые талоны. дали, ну и все.

— Талоны? С талонами по-раз­ — У вас есть квартира или вы ному бывает. Сейчас вот, напри­ живете с родителями?

мер, ездили в Ленинград, так ни­ — Я живу с родителями.

каких талонов не дали, да и вооб­ — Вы не хотите пока жить от­ ще ничего не дали. Поехали мы дельно?

на свои командные деньги. У нас — Хочу. Но где?

есть правило: опоздал на трени­ — Нет квартиры?

ровку — плати пять рублей, вооб­ — Нет. Мне сейчас выделили ще не пришел — двадцать пять, землю, чтобы я мог построить дом.

выпил — сотню и так далее. В Я думаю, когда будет дом, надо общем, какая-то сумма у нас на­ жениться. Чтобы дом вести.

бирается. В Ленинграде нам эти — У вас, наверное, очень много деньги очень пригодились — мы поклонниц. Неужели вы не можете за все сами платили. А талоны никак выбрать?

иногда выдают и на двенадцать — Вы как-то странно говори­ рублей в день. Но где мы пита­ те — как будто пришел в мага­ емся? В ресторанах, а там и цены зин и выбираешь. А сердцу не при­ другие. Если сборы в Каунасе, кажешь ведь...

талоны дают только на обед. — Ваших близких и болельщи­ — Скажите, у вас есть свой ме­ ков эта проблема не волнует?

неджер, человек, который занима­ — Волнует, конечно. Моему от­ ется вашими делами? цу звонили уже его друзья. Спра­ — Нет у нас никаких менедже­ шивали: «Почему ты не пригласил ров... Только все смотрят, следят — меня на свадьбу своего сына?» А отец говорит: «Так он меня самого еше не приглашал!» Тут вообще смешной случай был. У нас во Дворце бракосочетаний вывешива­ ют объявления, кто на ком ж е­ нится. И вдруг в списке — Сабо­ нис, однофамилец какой-то. Шум такой поднялся! Звонят отцу. Друг Арвидас Сабонис его уже идти собрался. Отец спра­ шивает: «Куда?» «Иду на плошадь, посмотрю, как там твой сын...» Мы — И чем они занимаются?

— Сестра учится в медицин­ с Хомичюсом сидим и думаем:

ском институте, а брат — пока «Ну все, точно, пора жениться...» Потом решили пригласить какую- в школе. Немножко играет в бас­ нибудь девушку и пойти с ней во кетбол.

Дворец, просто для смеха. Но по­ — И у него такие же данные, боялись. А вдруг шутку не поймут? как у старшего брата?

— Рост у него не маленький.

В общем, повеселились. Все приста­ — Ваши родители тоже как-то ют ко мне: «Ну когда же, когда?» Это кольцо мне подарил друг перед связаны со спортом?

— Нет. Я один такой вымахал.

самой поездкой в Америку. И когда Правда, мой прадед, дедушка мо­ я приехал, получилось, будто оно его отца, был двух метров с чем-то, оттуда. Сразу вопросы — как, по­ крепкий такой... У отца есть еще чему? Теперь говорят: «А женишь­ ся — на двух руках кольца бу­ два брата, и у всех дети высокие растут.

дут?» Я говорю: «Ничего, этим — Ваш рост — два метра двад­ кольцом очень удобно открывать минералку». Правда удобно: раз — - цать четыре сантиметра?

— Вот вы говорите — 2.24, и готово!

вчера я слышал — 2.23, а я сам — Лрвидас, а если всерьез — не знаю, потому что давно не ме­ есть у вас планы насчет женитьбы?

рился. Раньше во мне было 2. Или первым делом — баскет­ бол? и мне просто страшно было, что я такой длинный. С того времени я — Не знаю я. Сердце пока ни­ чего не говорит. уже не мерился.

— Мне кажется, даже Гомель­ — Значит, этот вопрос волнует ский точно не знает, какой у вас больше ваших окружающих, чем вас самого? рост.

— Так я сам не знаю! Откуда — Наверно. Мать говорит, что же тренеру знать?

надо жениться. Она хочет с вну­ ками понянчиться, а то потом Признаюсь, ответы Сабониса старая будет. меня сильно удивили. По сей день — У вас есть братья или сестры? не могу понять, была ли то созна­ — Есть брат и сестра. Они мо­ тельная мистификация или Сабо­ ложе меня.

нис говорил всерьез. Во всяком — Это, наверное, особая мо­ дель — кеды «Арвидас Сабонис»?

— Нет. Как всем, так и мне.

— А вам вообще нравится «Найк», да?

— Ну, во всяком случае, больше, чем «Адидас». Раньше с экипи­ ровкой было лучше. Когда я толь­ Арвидас Сабонис ко пришел в сборную, мне на се­ зон выдали три сумки. И всего случае, даже если он и в самом хватало. Дальше — хуже. Сейчас деле не знает своего роста, верится на Олимпиаду ехали, можно ска­ в это с трудом. зать, без всего. Даже кед у меня — Гомельский осторожно пи­ не было. Там все доставали.

шет в книге «Центровые», что «Найк» делает качественно, и кеды Сабонис ростом больше двухсот для меня удобные. Адидасовские двадцати сантиметров. Наверное, узкие, а у меня нога широкая.

с одной стороны, такой рост — Но у нас с «Адидасом» подписали хорошо, Сабонисом быть очень контракт.

приятно. Но, с другой стороны, это, Этот эпизод передачи — больше вероятно, как-то усложняет жизнь? реклама фирме «Найк», чем ан­ В быту, предположим. тиреклама «Адидасу». Разумеет­ — Я уже привык перед каждой ся, на Западе слова Сабониса бы­ дверью кланяться. А ведь бывают ли бы восприняты как поддержка же и высокие двери, в музеях одной из фирм. Мы же оцени­ например... Иногда встанешь, вот ваем это по-другому. Мы просто как сейчас — и люстра зазвенит. радуемся, что баскетболистам мо­ С кроватями тоже проблемы. Ко­ гучей советской команды есть в нечно, дома хорошо. Дома у меня чем выйти на площадку!

все длинное — крестный специ­ — Какую музыку вы предпочи­ ально на заказ делал. А когда таете?

выезжаешь играть, всегда с крова­ — Смотря по настроению. Бы­ ти ноги свисают. Так, знаете, иной вает, и симфонию хочется послу­ раз приеду домой, лягу и не могу шать спокойно, а бывает, что «ме­ заснуть, потому что ноги не висят. талл»...

Тогда я ложусь так, чтобы висе­ — Вы «металл» любите?

ли. Вот до чего доходит! Что по­ — Было время, когда почти все делаешь... Приходится терпеть. мы только «металл» и слушали...

— У вас обувь, я вижу, фирмы — Я думаю, зрителям будет «Найк». У вас есть договор, кон­ очень интересно узнать, кто ваши тракт с этой фирмой? «Найк» вас кумиры в музыке?

обеспечивает обувью? — Я вот люблю «Назарет» — — В этом сезоне они подарили старая, очень хорошая группа, — нам всю форму — и кеды и про­ потом «Куин», Фредди Меркури...

чее.

Я их всегда могу слушать, все плас тинки купил. А так... Я ведь не — Какие у вас отношения с ро­ фанат. Просто люблю послушать, дителями? Разговариваете ли вы с когда настроение... ними о себе, о баскетболе? До­ — Арвидас, вы на Западе часто вольны ли они, что вы — баскет­ встречаетесь с многими звездами болист? Как они относятся к тому, мирового баскетбола. О чем вы что вы самый популярный человек разговариваете между собой? Вы в Каунасе и вообще в Литве?

же по-английски довольно хорошо — Как сказать? Был бы я отцом говорите, да? и мой сын стал... может, я бы и — Нет, говорить я не говорю, радовался. А мать всегда мать, она но общаться кое-как могу. Меня хочет, чтобы я побольше дома бы­ понимают, и я понимаю. Конечно, вал.

надо учиться, но... — Они всегда смотрят, как вы — О чем же вы говорите с играете? В зале?

этими звездами? — Отец не любит шума, он че­ — Об игре говорим... Все зави­ ловек тихий. Дома сядет у телеви­ сит от того, где и как встретились. зора и посмотрит. Мать, конечно, Бывает, просто: «Здравствуй!» — в зале всегда.

«Здравствуй!» — «Как дела? Как — Вам помогает, если знакомые ноги?» И все. сидят в зале, или мешает?

— У вас есть враги? — Как-то даже не думаешь об — Враги? этом. Просто приходишь и игра­ — Среди баскетболистов. И во­ ешь. И когда шум стоит, если ка­ обще — враги. кой-нибудь острый момент, мы его — Среди баскетболистов... Од­ не очень и слышим.

но дело делаем, одну работу — — Вы говорили, что баскет­ какие же там враги? Судьи... Если бол — коллективная игра, что в за рубежом, очень редко вспоми­ «Жальгирисе» и в сборной коман­ наешь, кто судил. Значит, все как де Советского Союза вы все рав­ надо. А вот в первенстве Союза ны. Но, наверное, у вас все-таки постоянно приходится думать об есть друзья, те, кого вы любите этом. Потому что нет уверенно­ больше, чем других. Влияют ли лич­ сти, что хорошо судить будут, ные симпатии на игру? Кому пере­ Или не умеют, или не видят... Они дать мяч — другу или...

отстали, сильно отстали. Баскет­ — Нет. Со мной такого не бы­ бол движется вперед, а они ничего вает, Я, когда отдаю пас, не ду­ этого не знают. Их, наверно, не маю, хороший ты человек или нет.

выпускают за рубеж, вот они и не Игра идет! Я хочу, чтобы было знают. В Америке играешь — по- красиво. Чтобы зритель радовался своему судят, в Европе — тоже, и мне самому было приятно.

а здесь — опять по-другому. А — Если все-таки начнут заклю­ иногда вообще ничего не понима­ чать с зарубежными клубами до­ ешь. Как сегодня, например. У ме­ говора, о которых многие наши бас­ ня не было фола — дали фол, раза кетболисты мечтают, — что тогда два были фолы — ничего не дали.

будет с «Жальгирисом»?

иногда за защитника, который те­ бя опекает, потом думаешь за то­ го, кому должен отдать пас, и за его защитника...

— Как вы считаете, Арвидас, вы от природы гениальный баскет­ болист?

— От природы.

Арвидас Сабонис — Не работяга?

— Нет, от природы.

— Что будет... Смотря сколько — Вы не очень охотно трени­ уедет из «Жальгириса» игроков. руетесь?

Но есть молодые. Я думаю, им как — Нет, тренироваться я люблю, раз дадут шанс показать себя. Сей­ но мне не приходится что-то спе­ час есть надежный состав и никто циально отрабатывать. Как-то са­ не хочет рисковать, заменять его. мо собой все получается. Так что А если уедут несколько игроков, выходит — от природы... Хотя, ко­ молодые получат шанс пробиться. нечно, работаешь, чтобы физичес­ — А вам в свое время было кую форму держать.

трудно пробиться? — У вас бывают случаи, когда — Да нет, с особыми трудностя­ не хочется утром вставать и идти ми я не сталкивался. В «Жаль- на тренировку? Как вы в таких гирисе» как раз не было центровых. случаях поступаете?

И я сразу, как вошел в команду, — Раньше-то, конечно, работал играть начал. Я об этом так мечтал! как положено, а сейчас с ногой Ночами не спал... Дали мне форму, бывает по-разному и я смотрю, я оделся и давай перед зеркалом как быть. Если, например, вечером крутиться... В «Жальгирисе» буду игра, а утром тренировка, так играть как-никак! Радовался очень. лучше я посплю, чтобы нога не раз­ — Хороший центровой — боль­ болелась. Тогда вечером играть по­ шая редкость. Есть сейчас у «Жаль­ легче. Для меня самое страшное — гириса» на горизонте новый Са­ зарядка. Когда на сборах надо в бонис? восемь часов утра вставать и бе­ — Время покажет, сейчас не гать...

могу сказать. Есть вот Эйникис мо­ — Гомельский мне говорил, что лодой. У него рост хороший и сила сам он очень любит зарядку.

есть, только надо быстрее думать. — Да, он бегает... Он первый бе­ Медленно он думает и поэтому мно­ жит, а мы все, двадцать таких го теряет иногда. Баскетбол — лбов, бежим сзади и его проклина­ такая игра, где секунда — это уже ем — слишком быстро, можно бы много. и помедленнее!

— Значит, баскетболиста не — Догадывались ли вы в начале только ноги и руки кормят? своей баскетбольной карьеры, что — Нет, нет... Надо думать, и она будет настолько блестящей?

не только за себя. Даже думаешь Вы думали об этом?

— Ну что можно думать в шест­ — А вес какой?

надцать лет? Я и сейчас не знаю, — Восемь килограммов.

что будет дальше. И вообще не — Форель?

знаю, хорошо ли, что так случи­ — Нет, не форель.

лось... Конечноу это не могла быть фо­ — Я где-то читал, что у вас даже рель. Во время записи я не стал были планы бросить баскетбол и допытываться дальше. Но когда вы занимались еще чем-то, связан­ я потом начал перебирать русские ным с музыкой? названия рыб и дошел до лососяу — Это в самом начале... Арвидас сразу ответил: «Точно!» — А что за музыкальные заня­ — Рыбалка — ваше главное тия были? увлечение, как я понимаю?

— Я на аккордеоне играл. Мама — Я люблю, когда клюет.

очень хотела, чтобы я стал му­ — Впустую сидеть не имеет зыкантом или хотя бы играл для се­ смысла?

бя и не шлялся по дворам. Ну вот, — Я так не могу, нервы рас­ купили аккордеон, я начал учиться. ходятся.

Потом мы переехали, я стал ходить — Арвидас, наша беседа уже в другую школу. Туда пришел тре­ подходит к концу, я думаю, что нер, позвал меня заниматься бас­ можно подвести кое-какие итоги.

кетболом. Сперва мне как-то не по­ По-моему, это была довольно при­ нравилось, но... ятная беседа не только для меня и — Где сейчас находится этот наших телезрителей, но и для вас.

аккордеон? Может быть, после нее вы будете — Не знаю, где-то лежит. лучше относиться к журнали­ — Вы сейчас еще играете? стам...

— Ну, что умел, то пока умею — — Не уверен.

песни три-четыре... Сабонис лукаво улыбается. По Фантаст инее кая у наверное, кар­ правде сказать, мне не так уж важ- тина — Сабонис с аккордеоном! нОу что он думает обо мне и моих А мне этот разговор позволяет коллегах. Разумеется, мне бы хоте- перейти к новой, более занима­ лосЬу чтобы он когда-нибудь помя­ тельной темеу поскольку интервью нул меня добрым словом. Н о у меня уже близится к концу. нет ни малейших оснований счи­ — Какая у вас аппаратура, ка­ тать, что иначе и быть не может.

кой фирмы? Следующими двумя вопросами — «Технике». я пытаюсь вернуть наше интервью — Понятно. Какие у вас еще в те рамки, которые вполне устраи­ увлечения? Когда вы последний вают меня, но у как легко было раз были на рыбалке? предположить, не слишком нравят­ — На рыбалке? Вот в Америке ся Сабонису.

последний раз, по-моему, и был. — Помните, я спросил вас: чего И все. Такую рыбу поймал... как больше в вашей баскетбольной же она называется по-русски? карьере — того, что уже позади, Мясо у нее красное... или того, что еще впереди?

— Позади все складно шло, а впереди — не могу ничего сказать.

Вот если бы ясно было, где я буду играть... А пока очень хочется вы­ играть чемпионат Союза и Кубок.

Потом, если будет так, как я ду­ маю, — поехать куда-нибудь по­ играть, вернуться и продолжать дальше.

— Как вам нравится баскетбо­ лист Лрвидас Сабонис? в играх, которых так много вокруг — Не знаю я! Со стороны вид­ нашего спорта, ему часто приходи­ лось быть статистом. Человеком, нее — что я плохо делаю, что хо­ рошо. Ну что я сам могу сказать? от которого ничего не зависит ( кро­ Длинный я, больше двух метров... ме результата матча). Он выполнял по утрам еще выше. Что еще? Но­ чужую волю, даже если это шло га пятидесятый размер. Волосы та­ вразрез с его желаниями.

кие русые, глаза зеленые... Все. О наших спортсменах говорят — Спасибо, Арвидас! нередко свысока — как о людях — Не за что. ограниченных во всем, что не ка­ На самом деле есть за что, и, оче­ сается спорта. Это не всегда верно.

видно, суперзвезда баскетбола Са­ А главное, стоит *ли требовать от бонис сам знает об этом. этих гладиаторов, за борьбой ко­ По-моему, наше интервью впол­ торых мы следим затаив дыхание, не отвечает названию цикла. По чтобы они, по выражению Майи крайней мере для меня за эту пару Плисецкой, «были еще и Спино­ часов Арвидас стал добрым знако­ зами»? Разве того, что они дают мым. Я смог убедиться в том, что всем нам, — мало?

он нисколько не супермен, а пре­ Кстати, когда «Телезнакомство» красный парень, искренний и чест­ с Сабонисом прошло по Эстонско­ ный. му телевидению, меня и Яана Пих- У меня сложилось впечатление, лака стали упрекать в том, что мы, что Сабонис даже не совсем пони­ мол, дискредитировали замеча­ мает, чего ему удалось достичь. тельного литовского спортсмена.

Во всяком случае, сам он не видит Положа руку на сердце, у нас даже в своей карьере ничего невероят­ мысли такой не было. Мы оба от­ ного, хотя со стороны она кажется носимся к Арвидасу Сабонису с просто фантастической. И вряд ли огромной симпатией. Очевидно, в свои двадцать четыре года он причина упреков заключается в всерьез задумывался над тем, как том, что часть зрителей надеялась много уже осталось за его плечами. увидеть на экране супергероя, а Может быть, самого лучшего в увидела обыкновенного, как мы с жизни... вами, человека. И это явно разоча­ По своей спортивной природе ровало многих из тех, кто с нетер­ Сабонис — блестящий солист. Но пением ждал передачи.

В финальном кадре мы с Сабони­ утратил свой прежний высокии сом стояли рядом и смотрели в ка­ уровень и по политическим моти­ меру. #, хотя и сам не маленького вам не участвует в чемпионатах ростаУ был ему по плечо. Этот СССР.

кадр надолго останется в альбоме «Сердце пока ничего не гово­ моей памяти, и вовсе не потому, что рит», — признался Арвидас в на­ я запечатлен рядом со знамени­ шей передаче. Но и в его личной тостью.

жизни вскоре многое изменилось.

Точно так же запомнится мне Он женился на победительнице и небольшая комната, заполненная конкурса «Мисс Литва». Весной призами и наградами укоторые вру­ 1990 года они провели несколько чались Сабонис у в разных уголках недель в Таллинне. И теперь время земного шара. Здесь, разумеетсяу от времени я вижу Сабонис а в и олимпийское золото. Все это хра­ программах Эстонского телевиде­ нится в мансарде родительского ния, где он рекламирует тренажеры дома. где у жизни совсем иные одной нашей спортивной фирмы.

ритмЫу чем на шумной автостраде Для меня он остался все тем же неподалеку.

милым и славным АрвидасоМу не Семейство Сабонисов пригласи­ похожим ни на кого из моих «те­ ло нас остаться на ужин, приготов­ левизионных знакомых».

ленный, конечноу по рецептам ли­ товской кухни. Так славно закон­ чился этот долгожданный день.

Поздним вечером, когда мы уже были на пути в Таллинн, мимо нас промчалась знакомая «Волга». Си­ девший за рулем Арвидас привет­ ствовал нас длинным гудком и ми­ ганием фар.

Во время нашего разговора Са­ бонис еще не знал, что ожидает его в близком будущем. А некоторое время спустя он у как и другие звезды литовского баскетболау по контракту уехал играть на Запад.

Но не в Америку, как думали мно­ гиеу а в Испанию.

В его родной команде произошли большие перемены. После того как Литва весной 1989 года объявила о своей государственной незави­ симости, литовские баскетболисты перестали выступать в составе сборной СССР. «Жальгирис» с ухо­ дом из него самых ярких звезд [ёоргий Товстоногов В интервью для «Теле знакомства» Никита Михалков признался, что перед каждым своим новым филь­ мом переживает «период беремен­ ности». Разумеется, подобное срав­ нение может вызвать невольную улыбку. И все же мне кажется, что Михалков, как говорится, попал в яблочко. Сам я, говоря о своей работе>никогда не додумался бы до такой аналогии, но она абсолютно верна.

Почему в собеседники выбира­ он в это время находился в боль­ ешь одного, а не другого? Чем он нице, потом на долгое время уехал привлек тебя? Точного ответа нет. куда-то за границу. Застать его мне Но оказывается, что ты долгое не удалось. К счастью, я познако­ время, возможно бессознательно, мился по телефону с его секре­ следил за жизнью и творчеством тарем — Ириной Шимбаревич. Она какого-то человека. А потом вдруг любезно взяла на себя миссию по­ у тебя возникает желание встре­ средника — договорилась от моего титься с ним и сделать о нем пере­ имени о встрече и уточнила под­ дачу. Начинаются конкретные пе­ ходящий для Георгия Александро­ реговоры, подготовка. И в очеред­ вича день.

ной раз все перемешивается — ин­ Это редчайший случай, когда я терес и беспокойство, вера и не­ поехал записывать «Телезнакомст­ уверенность... во» без предварительного телефон­ Когда и как «заразил» меня сво­ ного разговора с собеседником. По­ ей личностью Георгий Товстоно­ добная история была у меня толь­ гов\ не берусь сказать. Помню толь­ ко однажды — с Марией Биешу.

ко, что в начале 1987 года, после А обычно я договариваюсь обо всем записи передачи с Алисой Фрейнд­ сам. Я не доверяю посредникам, лих, я подробно расспрашивал ее за даже если они способны прекрасно ужином в кабинете ресторана «Ви­ справиться со своей задачей. Мне ру» о Г еоргии Александровиче. непременно нужно самому услы­ Тогда я еще не знал, что через год шать голос человека, с которым с лишним состоится наша встреча. предстоит интервью. Дело в том, Сейчас я твердо уверен, что Тов­ что даже телефонное общение в стоногов — один из тех, кого мне определенной мере проясняет для с самого начала хотелось видеть меня тональность будущей пере­ в «Телезнакомстве». дачи.

Мне вспоминается приезд в Тал­ С Товстоноговым такой возмож­ линн одной московской дамы, пред­ ности не представилось. Поэтому, ставителя Союза театральных дея­ отправляясь ранним мартовским телей СССР. Она искала материал утром 1988 года в Ленинград, я для вечера памяти Андрея Миро­ испытывал некоторую неуверен­ нова. Ее интересовало интервью с ность.

ним, которое я когда-то записал К тому же мне пришлось при для своего цикла «Азбука эстра­ подготовке передачи ограничиться ды». Само собой разумеется, она в основном просмотром печатных была хорошо знакома с многими материалов о Товстоногове и его театральными знаменитостями, двухтомной работы «Зеркало сце­ знала обстоятельства их жизни, ны». Это было очень полезно для особенности характера. общего развития, но, откровенно Именно беседа с нею подтолк­ говоряу мало что давало для прове­ нула меня к конкретным действи­ дения интервью. Дело осложнялось ям. Я позвонил Георгию Алек­ тем, что я довольно редко бываю в сандровичу. Но, как выяснилось, Ленинграде и почти не видел тех постановок Товстоногова, которые Я впервые засомневался в своем принесли ему славу.

кумире Мерфи, чей циничный фа­ Оставалось одно — подробнее тализм до тех пор считал неопро­ расспросить о Георгии Александро­ вержимым. Неужели начавшееся виче людей, знающих то, что об­ как нельзя хуже предприятие мо­ суждается лишь в узком кругу и жет хорошо кончиться? Оказалось, что интересовало меня как журна­ что и Мерфи всего лишь человек и листа. Для себя я называю это способен ошибаться. По крайней «разведкой». «Разведка» позволяет мере на этот раз его пророчество выяснить вещиу о которых не про­ не сбылось.

читаешь ни в каких статьях и кни­ Естественно, что Товстоногов гах. Она нужна вовсе не для удов­ жил в одном из самых престиж­ летворения нездорового любопыт­ ных домов Ленинграда. Когда мы ства к жизни знаменитостей. Ее грузили в лифт свою аппаратуру, цель — чисто практическая. Она на лестничную площадку вышли помогает в ходе интервью не по­ несколько человеку для которых, пасть по неведению в дурацкое по­ судя по всему, приезд телевизион­ ложение и одновременно не ка­ ной группы не был чем-то из ряда саться того, о чем твой собеседник вон выходящим. С одной прият­ ни в коем случае не хотел бы го­ ной дамой мы даже обменялись не­ ворить.

сколькими фразами. Она довольно К сожалению, получилось таку лестно отозвалась о моей передаче что при подготовке к передаче мне с Алисой Фрейндлих и поинтере­ практически не с кем было про­ совалась, кто мне будет исповедо­ консультироваться. Поэтому легко ваться на этот раз. Как выяснилось понять мое беспокойство перед позже, моя собеседница — жена встречей с Георгием Александро­ композитора Андрея Петрова. Про­ вичем. Это был именно тот слу­ щаясь с ней, я подумал, что еще чай, когда ставились на карту мой вернусь в этот дом, м, может бытьу профессионализм, интуиция, опыт. довольно скоро.

Неприятности начались еще до Наверх мы с Ириной Шимбаре- выезда из Таллинна. Что-то случи­ вич поднялись последними. Геор­ лось с машиной, и нам пришлось гий Александрович стоял в дверях взять такси и возвращаться на сту­ и недоуменно смотрел, как толпа дию. Я уже был готов уговаривать незнакомых людей вносит в его таксиста «подбросить» нас до Ле­ квартиру бесконечные ящики с ап­ нинграда и подсчитывал в уме, хва­ паратурой и мотки кабеля. Я уже тит ли на это взятых с собой денег.

решилу что сейчас он задаст свой Но такси не понадобилось. Мы знаменитый вопрос: «Что это та­ все-таки продолжили путешествие кое?» — но все обошлось.

на той же машине и, как ни стран­ Внешний вид Товстоногова впол­ но, попали в город точно к на­ не соответствовал моему представ­ значенному времени. Техническая лению о нем. Только у пожалуй, бригада Ленинградского телевиде­ он оказался большим денди, чем ния уже поджидала нас. я ожидал. На нем был дорогой, шотландской шерсти свитер с ром­ торый сыграл затем в кадре роль бами и шелковый шейный платок. центральной образной детали.

В этом чувствовалась некая теат­ Он как бы подчеркивал домашнюю ральность, на которую Товстоногов непринужденность обстановки. Х о­ имел, конечно, больше прав, чем тя это было скорее целью, чем ре­ кто-либо другой. зультатом.

Пристраивая свое пальто на пе­ Когда все приготовления закон­ регруженную вешалку, я случайно чились, мы с Георгием Александ­ взглянул на ноги Георгия Алек­ ровичем уселись в антикварные сандровича- Он был в тапочках. кресла, вид которых сулил больше Я понял, что в этом доме не при­ удобств, чем оказалось на самом нято ходить, как я предпочитаю, деле. В продолжительных интер­ в уличной обуви. Долю секунды вью, таких, как наше, от мебели, мой мозг лихорадочно искал ре­ на которой сидят собеседники, за­ шение. Невольно я снял туфли, висит невероятно много. Кресла и Георгий Александровичу по-мо- нужны не слишком мягкие, чтобы ему, с каким-то облегчением пред­ не расслабляться. Кресло или стул аю жил мне тапочки. Позднее мои должны дисциплинировать и на­ белые носки и тапочки все-таки поминать о цели, ради которой ты попали на общем плане в кадр и сюда пришел. Ни в коем случае не остались не замеченными зри­ нельзя соглашаться на табуретку, телями. Особенно веселились зна­ потому что через какое-то время комые, которые знают мою принци­ начинаешь думать только об од­ пиальность в этом вопросе. ном — как бы досидеть на ней Квартира Товстоногова соеди­ до конца. Кроме шуток: вопрос о нялась с квартирой другой ленин­ подходящей для интервьюера мебе­ градской знаменитости — актера ли вполне заслуживает самого того же театра Евгения Лебедева. тщательного исследования.

Дело в том, что Лебедев женат Итак, мы рассаживаемся. Ищу на сестре Георгия Александрови­ удобное положение, помня, что та­ ча. Беседа происходила на «товсто- почки не должны попасть в кадр.

ноговской половине», представляв­ Товстоногов нервно курит. Не шей собой большую комнату, ко­ знаю, надо ли напоминать, что в торую при необходимости можно советских телепередачах курить не было с помощью раздвижных две­ принято.

рей разделить на кабинет и гости­ Затем наступает то необычайное ную. Из окна открывался вид на мгновение, когда все, словно по Неву. сигналу, вдруг замолкают, хотя Запись этой передачи примеча­ съемка еще не началась. В очках тельна еще и тем, что по каким- Георгия Александровича отража­ то непонятным причинам тради­ ются осветительные приборы, дым ционная перестановка мебели ока­ фирменной сигареты медленной залась сравнительно небольшой. струйкой поднимается к потолку, К моему великому удивлению, не наполняя комнату терпким аро­ тронули электрический камин, ко­ матом.

Я начинаю прямо с вопроса, ко­ Задавая новый вопрос, я в то же торый меня действительно интере­ время думаю о начале нашей бе­ сует, совершенно не догадываясь, седы. Как оно повлияет на даль­ каким будет ответ.

нейшее?

— Георгий Александрович, до — Последнее время, и не только нашей сегодняшней беседы я раз­ в Ленинграде, много говорят о говаривал с многими людьми, ко­ состоянии вашего здоровья. Как торые хорошо знают вас и ваше вы себя чувствуете?

творчество. И все говорили, что ин­ тервью с вами редко у кого полу­ чаются. Интересно, почему?

— Мне не приходило это в голо­ ву. Плохо получаются интервью?

— Да. Говорят, вы очень зам­ кнутый человек.

— Черт его знает! Может, и так.

Сам-то я не ощущаю этого. А вы Георгий Товстоногов читали интервью? Что они, дейст­ вительно такие?

Не буду скрывать, столь неожи­ — Из Америки я приехал какой- данный поворот разговора обеску­ то надорванный. До этого все было раживает меня. Конкретный воп­ нормально. А там — напряжен­ рос требует конкретного ответа. ная работа, переезды туда и об­ Довольно беспомощно пытаюсь ратно. Сейчас мне легче...

найти слова, чтобы выйти из не­ — Значит, Америка на вас пло­ ловкого положения. Но понимаю, хо действует?

что это не удается, и оставляю — Нет. Просто создалась стрес­ свои попытки. совая ситуация. Я не привык так — Нет, по-моему, все очень ин­ работать. Два месяца утром и вече­ тересно... Но говорят, что репорте­ ром, без выходных. Это было очень рам с вами очень трудно... Вооб­ тяжело. И еще — проблема языка.

ще вы охотно даете интервью? В Европе мне легче, потому что — Не очень. Но мне нравится я знаю французский и немецкий ваша работа, и я согласился. и выхожу из положения. Я ставил С удовольствием. Интервью с спектакль в Западном Берлине, Фрейндлих понравилось, с Гурчен­ и все сказали, что переводчика не ко. Меньше — с Евстигнеевым. надо — мешает. Достаточно сво­ Но тут дело не в вас, а в нем, ко­ бодно изъясняюсь и по-француз­ нечно... ски. А английского я не знаю и Меня удивило, что Георгий Алек­ работаю с переводчиком. Нет не­ сандрович решил высказать свое посредственного контакта, и это мнение об этой передаче. Возмож­ очень усложняет творческий про­ но, он и прав. Чувствую, что раз­ цесс.

говор принял опасный оборот, и — Значит, поставить спектакль хочу найти более спокойную тему. в Америке гораздо сложнее, чем быть главным режиссером в Ле­ — Кого вы все-таки предпочи­ таете — советских или...

нинграде?

— Да. Я даже не думал, что до — Иностранных? Ну что вы!

такой степени... К счастью, спек­ Нет сравнения! Тут дело в том, что такль прошел с большим успехом, у нас не надо начинать от Адама была хорошая пресса. Так что в и Евы, очень многое подразуме­ вается. Я тридцать два года рабо­ этом смысле все удачно, но цена таю по этой методике, и мы пони­ дорогая.

маем друг друга с полуслова. Ми­ нимум слов! Там так не получа­ ется. Там я должен был расска­ зать, объяснить, подвести... Конеч­ но, дома гораздо легче работать.

Потом, своих я знаю. А там мне нужно было одновременно понять личность, индивидуальность артис­ та. Я не люблю таких артистов, которые просто мастеровито вы­ полняют то, чего вы от них хотите.

Я люблю артистов, которые в ка­ — Американские актеры отли­ кой-то мере являются соавторами.

чаются от советских?

Он тебе поверил, заразился режис­ — Отличаются, конечно. Но там, серским замыслом и с тобой вмес­ знаете, очень интересуются Станис­ те идет к цели. Иногда в спорах.

лавским. Многое переведено на Это даже лучше для творческого английский. Хотя на практике они результата. Тут — самое интерес­ не очень понимают, что это такое — ное. А за границей приходится Станиславский. Когда просто чи­ больше актерам объяснять. Но есть таешь о его творчестве, создает­ и много преимуществ. Знакомишь­ ся все-таки умозрительное пред­ ся с другой страной — с ее бы­ ставление. Только в процессе ра­ том, культурой, с тем, как у них боты актеры до конца поняли, люди живут. Там в театре каждая в чем тут суть. У нас возникла роль — вопрос жизни и смерти.

какая-то особая атмосфера — они Понимаете, не просто неудача, все время задавали вопросы. Ведь а — больше не пригласят, не будет если эта методология становится следующего контракта. Для ар­ догмой, она превращается в свою тиста это стрессовая ситуация. С противоположность, особенно в одной стороны, огромная ответст­ том, что касается импровизации.

венность, а с другой — тормозит­ Логику сценического поведения определили, а дальше артисты ся творческий процесс, зажатость должны импровизировать, сущест­ появляется. Так что там есть вовать по-своему. И когда они от своя специфика работы с акте­ этого почувствовали радость, про­ ром.

цесс стал взаимоинтересным. Мне — Вы хотите сказать, что в Со­ интересно и им интересно! ветском Союзе стрессовых ситуа ций не существует? А в вашем руководителем театра, а кто нет.

театре? Значит, какая-то градация здесь — Нет, существуют, конечно. есть.

Никакой артист не хочет неудачи, — Извините, я не совсем теат­ само собой разумеется. Но когда ральный человек и не очень пони­ есть страх — останусь без рабо­ маю: чем отличается Союз теат­ ты, то он влияет и на отношение ральных деятелей от бывшего Все­ к искусству. И ничего хорошего союзного театрального общества?

в этом нет. f На мой взгляд, никакой разницы — Вы только что сказали, что нет.

уже тридцать два года являетесь — Нет, есть. Общества не имеют главным режиссером Большого никаких прав. Есть общество глу­ драматического театра в Ленин­ хонемых, общество слепых... Лю­ граде. ди просто помогают друг другу.

— Художественным руководи­ Мы же надеемся, что Союз теат­ телем. ральных деятелей, состоящий из — Это так называется? Не глав­ компетентных в искусстве людей, ный режиссер, а художественный будет влиять на всякие высшие руководитель? В чем разница? органы и без него не будут прини­ Действительно, в чем? Я считаю маться важные для театра реше­ себя человеком, неплохо знающим ния. Так что это немножко дру­ театральную жизнь, но до сих пор гое.

этот вопрос тонул для меня в ту­ Вот сейчас будет пересматри­ мане. Думаюу не только для меня. ваться организационная структу­ Спрашивая Георгия Александро­ ра театра. Я в Союзе театральных вича, я надеялся, что он разъяс­ деятелей выступил и сказал: то, нит, причем не только мне, но и что мы называем периодом застоя, телезрителям, в чем тут разница. к театру относится в полной мере.

— Просто художественный ру­ Существует модель Художествен­ ководитель в большей степени ли­ ного театра, которая возникла в дер. Главный из режиссеров — это начале века и была по тем вре­ одно, а руководитель, определяю­ менам очень прогрессивна. По су­ щий художественную программу ществу, это союз людей, которые театра, отвечающий в театре за объединены общей целью, имеют все: за репертуар, за артистов, свою художественную програм­ за реквизит, за бутафорию, за му и владеют методологией, ос­ оформление, — это все-таки дру­ тавленной Станиславским. А что гое. получилось? Из коммерческих со­ — Зарплата разная... ображений нужно ставить по де­ — Нет, не зарплата, а существо сять — двенадцать спектаклей дела. Впрочем, не всегда. Вот сей­ в год. Какая уж тут методология!

час Союз театральных деятелей А модель осталась прежняя, и намечает аттестацию всех главных это тормозит развитие театра.

режиссеров — кто из них имеет Сейчас экономисты, театральные право называться художественным деятели обсуждают структуру, ко­ торая позволила бы вернуться к — Дело не в том, много или договорной системе. Великие рус­ мало. Дело в том, что суть не ские антрепренеры, такие, как Со- всегда отвечает званию, вот что болыциков-Са марин, Синельников, печально!

обновляли труппы каждые год — — Будьте добры, расскажите, два. И нам нужно пересматривать как вообще действует эта систе­ всю организацию театра во имя ма? Определяет ли кто-нибудь, главной цели, ради которой он су- сколько народных артистов может работать в одном театре? Суще­ ствуют ли здесь какие-то ограни­ чения?

— Никакого потолка нет. Да это и неправильно было бы. До­ пустим, артист завоевал большую популярность, дорос до звания, а ему скажут: «В театре уже есть пятнадцать «заслуженных», больше Георгий Товстоногов нельзя!» Так не может быть.

— Простите, я, видимо, заблуж­ ществует. Только тот спектакль даюсь, но у меня были именно состоялся, который воздействовал такие сведения — что каждый на совесть зрителя. Станислав­ театр может иметь лишь опреде­ ский называл это сверхзадачей. ленное количество артистов со званием.

Если этого не происходит, то нет явления искусства. Есть какое-то — Нет-нет! Это нигде и никем не ограничено, я о таком не слы­ зрелище, хорошее или плохое, но шал.

не более.

К своему стыду у должен при­ — Значит, вы хотите сказать, знатьсяу что я действительно слы­ что произошла не просто смена названий, что новый Союз может шал о таком порядке, причем от людей, вхожих в театральные кру­ повлиять на ход дел в театре?

— Да, я надеюсь. Нельзя, что­ ги. Разумеется, это не дает мне бы творчество оценивалось только права ставить под сомнение слова чиновниками, часто людьми неком­ Георгия Александровича.

петентными. А в новом Союзе Интервью длится уже четверть решать вопросы будут люди пони­ часа. Задаю вопрос, который дол­ мающие. Возьмем хотя бы вопрос жен подвести нас к разговору о о званиях. Союз не должен допус­ жизни Товстоногова в театре и за кать здесь ошибок, потому что его его пределами.

Деятели изнутри знают творчество — Мне кажется, вы прежде все­ того или иного артиста, режис­ го ленинградский режиссер. Ведь сера.

всю свою активную творческую — Как вы считаете, у нас много жизнь вы провели здесь, в городе или мало народных артистов на Неве?

СССР?

— Более сорока лет.

— Более сорока лет. Но родом водил одним из бывших фронто­ вы из Грузии, из Тифлиса? вых театров, который после войны — Тбилиси.

стал передвижным — разъезжал — Скажите, в какой семье вы по разным областям и респуб­ росли?

ликам. Оттуда перешел в Цент­ — Как это ни странно, но ро­ ральный детский театр. Дело в том, дился я все-таки в Ленинграде. что директор тбилисского театра — Да?! Шах-Азизов, очень уважаемый те 1ёоргий Товстоногов Я и правда искренне удивлен. атральный деятель, переехал в Для меня это нечто новое. Столь Москву. Он стал директором Цент­ немаловажное уточнение на какой- рального детского театра и при­ то момент приводит меня в заме­ гласил меня работать к себе. Я по­ шательство. Во всяком случае, я ставил пьесу Ирошниковой «Где- делаю для себя вывод, что в даль­ то в Сибири».

нейшей беседе нужно поменьше — О чем?

пользоваться даже теми сведени­ — О заводах во время войны, ями, которые кажутся мне вполне когда там работала в основном достоверными. молодежь. Довольно острый днев­ — Да. Отец мой был инженер, ник... Я пригласил замечательного окончил петербургский Политех­ художника, который завоевал сей­ нический институт, а потом же­ час мировое имя, — Татлина, мы нился на грузинке, которая учи­ с ним очень подружились. Эта лась в Петербурге на педагоги­ встреча запомнилась мне на всю ческих курсах, и они уехали в Гру­ жизнь. Спектакль получился по зию. Там я получил среднее обра­ тем временам очень удачный. И зование, окончил немецкую школу. меня пригласили в Театр Ленин­ Тогда в Тбилиси была немецкая ского комсомола ставить ту же колония, и меня отдали в эту шко­ пьесу. Я перенес спектакль в Ле­ лу, чтобы я выучил язык. Потом я нинград. В театре оказалась вакан­ учился в Москве, в ГИТИСе, затем сия художественного руководите­ вернулся в Тбилиси и всю войну ля. Так началась моя ленинград­ проработал в Русском театре име­ ская эпопея. Она была очень про­ ни Грибоедова. В сорок шестом стая: семь лет — в «Ленкоме», а году я уехал в Москву, где руко- в пятьдесят шестом году я пере­ шел в БДТ, где работаю по сей точно найти деталь, которая опре­ день. деляла существо образа. И это — В одном из своих интервью прирожденное актерство — обяза­ вы сказали, что для вас не сущест­ тельное свойство режиссерской вовало проблемы выбора профес­ профессии.

сии. — Значит, вы, будучи главным — Со школьных лет... режиссером и постановщиком, — Да? знаете все радости и муки актер­ — Еще в восьмом классе я со­ ской жизни. Вы всегда понимаете здал в школе драматический кру­ актера?

жок и руководил им. После школы — Мне кажется, да. Хорошо по­ поступил в тбилисский ТЮЗ и пе­ нимаю, что значат для актера пе­ репробовал там все профессии — риоды бездействия, — это очень осветителя, звуковика, был рекви­ тяжелая вещь... Что значит неуда­ зитором и актером. Но стремился ча, что значит — роль не выхо­ стать режиссером. Театр возглав­ дит. Особенность этой профес­ лял очень интересный режиссер сии — единство муки и наслаж­ Николай Яковлевич Маршак, у ко­ дения. Когда есть и то и другое, торого я многому научился. У него происходит подлинный творческий было удивительное чувство зрели­ процесс. Но это относится и к ща. От театра меня и направили другим творческим профессиям.

учиться в Москву. Так что история Думаю, что и художникам и писа­ банальная... телям нечто подобное непремен­ С детства у меня не было ника­ но знакомо.

ких колебаний — кем стать, я Георгий Александрович опять считаю себя в этом смысле счаст­ достает из лежащей на камине ливым человеком. Мне кажется, пачки «НВ» сигарету и закуривает.

это очень важно — верно опреде­ Я предчувствую опасность: перед лить свое призвание. выходом передачи в эфир кто-ни­ — Как вы считаете, режиссеры, будь из телечиновников может при­ особенно главные, должны иметь драться к тому, что театральный какой-то актерский опыт? режиссер Товстоногов курит и та­ — Лучше всего сказал по этому ким образом пропагандирует не­ поводу Немирович-Данченко, от­ здоровый образ жизни. Разумеется, вечу его словами: «Режиссер мо­ претензии будут предъявлены мне, жет не играть, но он должен быть а не Георгию Александровичу. Но прирожденным актером». Это точ­ у меня нет никакого желания ный ответ на ваш вопрос. То есть начинать разъяснительную рабо­ необходимо внутреннее актерское ту о вреде курения. Предпочитаю чувство — иначе режиссер не най­ вскользь затронуть эту тему, чтобы дет контакта с актерами. Немиро­ внести некоторое разнообразие в вич, который носил бороду и был нашу беседу.

вроде бы абсолютно несовместим — Насколько я знаю, раньше с актерством, поразительно пока­ вы курили «Мальборо». Пере­ зывал женские роли! То есть умел шли на...

—...На более слабые. Просто разных концов страны, были раз­ здоровье уже не то. очарованы, что у нашего учителя — А что говорят врачи по этому нет имени и своей театральной сту­ поводу?

дии. Он пришел к нам и сказал, что — Бросать курить не совету­ не знает, как преподавать режиссу­ ют — наверное, не решаются. Го­ ру, просто сделает из нас актеров, ворят, чтобы я старался довести а сам будет ставить. Но мы можем курение до минимума. задавать ему вопросы, почему он — А они могут сказать, что зна­ делает так, а не иначе. Нам это чит — минимум? очень понравилось, и мы вдруг уви­ — Могут. Если я буду курить дели, что он — удивительно ода­ не более семи-восьми сигарет в ренный человек. На вид флегма­ день, то это практически не имеет тичный, но полный внутреннего значения для моего здоровья. Ко­ сарказма и, я бы сказал, «бестер- гда я лечился, мне это удавалось, китоновского» юмора. Он нас за­ а когда работаешь — намного труд­ воевал. И я уверен, что понял мето­ нее. Репетиция или такой диалог, дологию режиссуры не через книги, как у нас с вами, просто настраива­ не через лекции, а через его лич­ ет на курение. ность. Причем методологию Ста­ — В разных источниках приво­ ниславского — она была в нем. И дятся разные даты вашего рожде­ теперь, когда я сам преподаю ре­ ния. Вы тринадцатого или пятна­ жиссуру, то считаю, что тут решает дцатого года? дело не терминология, не изложе­ — Тринадцатого. ние кого бы то ни было, даже вели­ — Значит, нынешней осенью кого Станиславского. Человек мо­ будет ваше 75-летие? жет сказать, что овладел режиссу­ — Да. Но отмечать эту дату я рой, если начал мыслить сам. Лоба­ не буду. Отмечалось мое 70-летие. нов учил нас этому.

Уж очень много юбилеев! Второй педагог тоже был заме­ — Вы этого не любите? чательный — знаменитый режиссер — Честно говоря, не люблю. Алексей Дмитриевич Попов. Он ру­ — В театральном мире многие ководил в то время Театром Со­ любят юбилеи. ветской Армии в Москве. Он дал — Наверное, это моя особен­ нам широту взгляда. У него было ность. Во время юбилея я чув­ удивительно глубокое понимание ствую себя эдаким покойником на роли и значения искусства. Алек­ торжественной панихиде. На своей сей Дмитриевич тоже навсегда собственной панихиде! Мне это остался в моей памяти. Я думаю, вовсе не нравится... его помнят все ученики. Мы очень — У кого вы учились? уважали его.

— Я учился у двух замечатель­ — Сейчас много говорят о кри­ ных режиссеров. Одного звали тических моментах нашей истории, Андрей Михайлович Лобанов. Он в частности о тридцать седьмом был тогда молодой, начинающий годе. Что изменил в вашей жизни режиссер, и мы, приехавшие из и учебе этот год?

— Сейчас идут споры об этом — И сейчас вы — патриот Ле­ периоде. Мне даже непонятно — нинграда?

о чем тут спорить? Страшное время — Конечно. Мне несколько раз в жизни всей страны! Я видел, что предлагали переехать в Москву, происходило вокруг. Мой отец работать в Театре Советской Ар­ пострадал — был репрессирован. мии. Даже мой учитель приезжал Потом реабилитирован. Меня иск­ уговаривать — он хотел, чтобы я лючили из института как сына вра- после него возглавил этот театр.

Но меня останавливало то, что там огромное здание. Потому что зда­ ние «Ленкома» тоже большое и это меня угнетало. Я сказал Попову:

«Алексей Дмитриевич, вы же сами нам рассказывали, как мучаетесь в этом ипподроме (так он называл свой театр). А я почти в таком же работаю и если перешел бы, то в Георгий Товстоногов театр нормальный». БДТ и оказал­ ся именно тем, что меня устраива­ га народа. Через год восстановили, ло.

потому что Сталин сказал: «Сын — Скажите, в каком положении за отца не отвечает», — был и такой находился Большой драматический момент! Меня восстановили, но все театр в пятьдесят шестом году, ко­ это, конечно, не могло не отра­ гда вы стали его главным режиссе­ зиться на моей жизни, на моей пси­ ром?

хологии...

— Было очень тяжелое, кризис­ — Вы член партии?

ное положение... Там все время — Беспартийный. менялись режиссеры. Среди артис­ — Во время войны вы работали тов — мощные, могучие старики, в Тбилиси, в театре. На фронте вы но было ясно, что это уходящее по­ не были? коление. И потом, полное отсутст­ — Не был — по зрению забра­ вие молодежи... Я отказывался ид­ ковали. Потом получил броню и ти в такой театр. Мне было разре­ работал режиссером. шено освободиться от ненужных — Скажите, были ли ваши на­ артистов. И, по-моему, первый и дежды связаны с Москвой, когда последний раз в истории советского вы приехали туда уже после вой­ театра мне удалось удалить из труп­ ны?

пы около сорока актеров.

— Я приехал в Москву в сорок — Интересно, каким образом?

шестом, как уже рассказывал. Но — Я поставил условие руково­ потом мне, молодому еще человеку, дящим организациям, на него по­ предложили руководить довольно шли, и это определило все в раз­ большим театром в Ленинграде. витии нашего театра. Иначе я попал Я долго колебался, размышлял, но бы в такое же положение, как Олег все-таки согласился. Ефремов с Художественным. Я привлек к работе большую группу ников. Это не удалось ни Мейер­ артистов. Но время идет, и теперь хольду, ни Вахтангову... Не удаст­ актеры среднего возраста стали по­ ся, очевидно, и мне. Думаю, он воз­ жилыми и старыми. Значит, пред­ никнет сам — такой деятель, кото­ стоит новая смена поколений. Обес­ рый возьмет ответственность за печить эту смену — одна из глав­ театр на себя. Важно, чтобы труп­ ных задач руководителя театра, что па была подготовлена, чтобы эта я и стараюсь сделать. В театре смена произошла органично.

— Как в свое время труппа БДТ приняла Товстоногова?

— Она находилась в тяжелом положении, а у меня уже была то­ гда репутация молодого режиссера, который смог вывести из кризиса «Ленком», сделать его популярным.

Так что меня приняли с интере­ сом. Был даже такой смешной случай. Один из актеров сказал:

«Товарищи, к нам пришел моло­ должны быть и среднее и молодое дой режиссер, а мы обладаем спо­ поколение артистов, без них нет собностью съедать наших руково­ движения вперед. дителей. Того мы съели, другого — Вы можете представить себе, съели, а этого должны поддер­ что сейчас, в 1988 году, вам нужно жать». Я ответил: «Знаете, у меня избавиться от такого же количества хроническая язва желудка и вооб­ актеров, как тогда? ще лично я несъедобен». Эта шутка — Избавиться? Нет. Я сам имела успех, и с тех пор у меня уже — из того старшего поколе­ установился с коллективом настоя­ ния, которое должно уступить ме­ щий контакт, мы нашли общий сто новому. Это нужно понять и язык.

нашим старикам. Важно, чтобы В театре я исповедую принцип среднее поколение дышало в заты­ «добровольной диктатуры», то есть лок старшему и было готово пере­ диктатуры, построенной не на влас­ хватить эстафету. ти и страхе, а на подлинном худо­ — Вы чувствуете это дыхание жественном авторитете, — дикта­ или пока нет? туры, которой люди верят. Если ве­ — Думаю, что актеры чувст­ ры нет, значит, руководитель не­ вуют, а я пока нет. Наверное, лидер состоятелен. Этот принцип, по-мо- должен вырасти сам. История по­ ему, единственно верный в театре.

казывает, что ни одному руководи­ У нас есть и худсовет. Если я ко­ телю театра не удалось воспитать леблюсь в выборе пьесы, то обя­ себе преемника. Кого ни взять... зательно принимаю в расчет его Даже такие великие педагоги, как точку зрения. Но было несколько Станиславский и Немирович-Дан­ случаев, когда худсовет или коллек­ ченко, не сумели оставить преем­ тив театра отвергал то или иное произведение, скажем «Пять вече­ му руководителю, удается разре­ ров» Володина, «Мещан» Горького, шать проблему своих личных сим­ а я настоял на том, чтобы ставить патий и антипатий?

эти пьесы. И впоследствии они — Мои симпатии и антипатии принесли театру большой успех.

строятся на творческой основе.

— Что потом сказали члены худ­ Я стараюсь в личных отношениях совета? держать известную дистанцию с — Мы больше не обсуждали актерами.

этот вопрос, все стало очевидно — Вы не общаетесь?

само собой. Они говорили, что — В личном плане — минималь­ пьеса скучная, обречена на провал, но. А творческие мои симпатии оче­ а оказалось — наоборот. Так и с видны по результатам и по процес­ распределением ролей. Худсовет су работы. Я ценю в артисте три высказался против назначения свойства. Чувство правды, без ко­ актрисы в тех же «Пяти вечерах».

торого нельзя заниматься искусст­ Они считали, что нужна красивая вом театра, как музыкой нельзя за­ героиня, а я назначил характерную ниматься, не имея слуха. Это свой­ актрису с хриплым голосом — ство исходное. Второе — интел­ Зинаиду Шарко, которая велико­ лектуальный уровень, то есть спо­ лепно сыграла эту роль. Я был уве­ собность заразиться и заразить рен: должна быть именно средняя режиссера. Это уровень, который советская женщина, которая жи­ обеспечивает гражданскую пози­ вет в коммунальной квартире, а цию актера, понимание им того, отнюдь не красивая театральная что происходит в обществе, что героиня. И я оказался в выигрыше, нужно сегодня нашему зрителю.

потому что это была новая для того И третье, о чем я уже говорил, — времени эстетика, еще не все ее то­ способность к импровизационному гда почувствовали. поиску в процессе работы над — Что вами управляет — ин­ ролью. Если есть эти три качества, туиция или опыт? такого актера я люблю. Я бы так — Думаю, что и то и другое.

ответил на ваш вопрос.

Теперь уже говорят: «Если Геор­ — Это ваше кредо?

гий Александрович считает...» Опыт — Да.

укрепляет позиции — доверия — Расскажите, как формирова­ больше. Но я продолжаю совето­ лась труппа БДТ в течение всех ваться с коллегами, особенно когда этих лет... Возьмите трубку, это на­ у меня нет так называемой желез­ верняка звонят вам.

ной точки зрения.

Телефон настойчиво трезвонил.

— Сколько человек в труппе Поначалу мы делали вид, что из-за БДТ сегодня?

увлекательной беседы не слышим — Семьдесят артистов и трина­ звонков. Теперь Георгий Александ­ дцать членов худсовета.

рович пересел на диван и поднял — Скажите, у вас в труппе есть трубку. Двигался он медленно и люди, которые вам больше импо­ размеренно. К счастью, камера за­ нируют? Как вам, художественно­ фиксировала эту сцену. Позже, от сматривая материал, я убедился, — Я бы сказал, что это был про­ иго неожиданный телефонный зво­ цесс коллекционирования.

нок придал передаче динамику. — Это ваше хобби?

Случай помог нам увидеть, как дви­ — Коллекционирование? Нет, гается Товстоногов по своей комна­ не хобби, а одно из главных усло­ те, а значит — лучше понять его, вий в работе. Я преподаю в ин­ почувствовать его состояние во вре­ ституте, и перед моими глазами мя нашей беседы. проходят одаренные молодые лю­ ди — юноши и девушки. У меня есть возможность отобрать наибо­ лее интересных. Но мы не обходим и периферию, если вдруг прослы­ шим, что в каком-то городе рабо­ тает интересный актер. Я или сам еду туда, или по моей просьбе едет кто-нибудь из членов худсовета.

И если слух подтверждается, то мы приглашаем этого человека в свой театр. У нас несколько актеров из Георгий Александрович несколь­ Киева и из Куйбышева.

ко раз прокричал в трубку «Алло!» Процесс коллекционирования м, как мне помнится, пробурчал долгий и медленный. И мы не обя­ «К черту!», когда ему так никто зательно ищем кого-то на опреде­ и не ответил. Затем он медленно ленную роль — ищем просто актера поднялся с дивана и снова опустил­ нашего театра. Я вам уже говорил, ся в кресло, приняв удобную позу. что я вкладываю в это понятие.

Я благодарен незнакомцу, который Бывает, что хороший, популярный тогда звонил, но не отнял у нас дра­ актер у нас не приживается. Бы­ гоценного времени. вает — проходит мучительный — Что, не туда попали? путь, прежде чем стать актером на­ — Голос мой не понравился. шего театра. А иногда получается — Часто бывают такие звонки? сразу. Так, например, было с Луспе­ — Набирают номер и молчат... каевым — к сожалению, он рано Может, проверяют, дома я или нет. умер. С первых шагов стало ясно, — А вдруг приехали актеры из что это наш актер, как раз тот, провинциального театра? кто нам необходим. Слияние кол­ — Они бы не стали молчать. лектива и индивидуальности про­ — Вы привыкли к таким звон­ исходит по-разному. Тут существу­ кам?

ет свой неписаный эстетический и — Да. Не отвечают почему-то. этический закон.

Может, не решаются... — Бывает, что актеры сами ухо­ — Мы остановились на том, что дят из вашего театра?

я попросил вас рассказать, как фор­ — Бывает. В другие театры ушли мировалась в течение всех этих лет Юрский, Борисов, Доронина.

труппа БДТ. — И Смоктуновский?

— Смоктуновский ушел сначала ры и не виноваты, но это факт.

из-за работы в кино — он слишком Исключения бывают, но редко. И много снимался. А потом уже ре­ происходит смещение в психоло­ шил остаться в Москве. Доронина гии: актер перестает подчинять вышла замуж за москвича. У Бори­ себя общему делу. Попросту гово­ сова болел сын, который жил в ря, «тянет одеяло на себя». Это Москве. С Юрским у меня возникли очень опасная болезнь, потому что, расхождения из-за режиссуры.

если она вдруг становится массо­ Мне казалось, что он больше актер, чем режиссер. Он же настаивал на обратном. Потому и ушел. Так что по-разному бывает. Каждый раз тяжело расставаться с талантли­ выми людьми, но жизнь есть жизнь.

Приходят новые, иногда не хуже...

— А вы продолжаете общаться с теми, кто ушел из вашего театра?

— Конечно. Иногда встречаемся в Москве. И они сюда приез­ жают. Во всяком случае, стараюсь, вой, театр начинает разлагаться.

чтобы творческие отношения не пе­ И когда я вижу первые симптомы, решли в человеческий конфликт.

я уже настораживаюсь.

— И это вам до сих пор удава­ — А среди режиссеров нет такой лось? болезни?

— В известной степени да. Хотя — Наверное, тоже есть. Меня остается какая-то тень, но нельзя Бог миловал — я доволен своим выходить за определенные рамки. театром, и большего мне не нужно.

Разумеется, эти расставания не Мне, как я уже говорил, предлага­ были для Георгия Александровича ли другие театры, крупные, но, я легкими и безболезненными. Но ону думаю, режиссер должен служить как опытный дипломат, быстро за­ одному делу. И уж если он нашел крывает тему. И я тоже ставлю свое, так быть этому верным безо­ точку. Мне хотелось бы продол­ глядно. А у актеров много разных жить разговор, но тон и атмосферу возможностей — кино, телевиде­ нашей беседы задает Товстоногов, ние, радио, соблазн популярности...

и мне приходится с этим считаться. Поэтому они всегда, как говорится, — Что вам больше всего мешает легки на подъем.

в вашей работе? Чего вы больше — В вашей труппе немало акте­ всего не любите в актерах? ров, которые известны именно как — У всех актеров есть одна об­ артисты кино.

щая черта, одно заболевание — не­ — Тут есть противоречие. С од­ сколько преувеличенное представ­ ной стороны, это приносит славу ление о собственной персоне. Это театру и полезно ему. Приятно, связано с их популярностью, с лю­ когда наш актер удачно сыграл роль бовью к ним зрителей. Может, акте­ в кино и стал известен на всю стра­ ну. Но бывают и неудачи, а это тоже в ансамбле с замечательны­ опасно. И потом, кино создает ми актерами. И все стало на свои сложности для нашей работы — места. Мне кажется — по крайней нужно строить репертуар, учиты­ мере хочется думать, — что она вая график съемок. Но как руково­ удовлетворена. Я доволен ее рабо­ дитель театра я понимаю, что не той в театре. Сейчас она репетиру­ имею ни морального, ни другого ет пьесу «Стеклянный зверинец», права запрещать своим актерам у нее там прекрасная роль матери.

сниматься в кино. И я этого не — Насколько мне известно, делаю. Игорь Владимиров — ваш ученик?

— А как художественный руко­ — Не в том смысле, что учился водитель вы знаете, где снимаются у меня в вузе. Но мы работали ваши актеры? вместе в «Ленкоме», я пригласил — Знаю, они мне обычно гово­ его в БДТ как актера и обнаружил у рят. Я даже хотел завести такой него режиссерские данные. Потом порядок, чтобы они давали мне он поставил в Театре Комиссар- сценарий, называли режиссеров. Но жевской спектакль и спросил меня, потом отказался от этой мысли. может ли он теперь самостоятель­ Иногда сценарий неудачный, а кар­ но ставить у нас. Я ему этого не тина получается прекрасная — дал. Ответил — пусть ставит в дру­ благодаря режиссеру. Бывает, ре­ гом месте и пообещал сделать все жиссер неизвестный, ты ему вроде от меня зависящее, чтобы он стал не доверяешь, а он делает именно руководителем в другом театре, ибо то, что нужно. Я понял, что тут все он завоевал это право. Потому что дело случая. самая страшная опасность — театр — Что вы больше цените: силь­ в театре, когда рядом с главным ре­ ную, ровную труппу или звезд? жиссером формируется другой ре­ — Я считаю, что звезды должны жиссер, со своей программой, со быть в нормальной, ровной труппе. своим пониманием искусства. Это вещь ненужная. Если режиссер Мне кажется, что сегодня у нас в театре именно так. Когда к нам становится самостоятельной твор­ пришла Фрейндлих, она была вос­ ческой личностью, он должен со­ питана как звезда — она и есть здать свой театр.

звезда. Но она настолько умна и — И вы готовы содействовать, деликатна по натуре, что легко и помогать ему в этом?

естественно подчинилась общему — Да. Так было с Агамирзя- ансамблю, закону единомыслия. ном — Театр Комиссаржевской, Сначала я дал ей такую роль, что­ с Владимировым — Театр Ленсо­ бы она не почувствовала себя ущем­ вета. Они оба уже много лет руко­ ленной, и Фрейндлих прекрасно водят театрами.

сыграла в спектакле «Этот пылкий — Как в таких случаях склады­ влюбленный» со Стржельчиком. В ваются чисто человеческие отноше­ одном спектакле — сразу три ро­ ния? Ведь ваши ученики становятся ли. Потом была небольшая роль — вашими конкурентами в Ленингра­ Настя в пьесе Горького «На дне», и де и вообще в театральном мире.

— Я этого не ощущаю. У меня стоящий начальник. Боится воспри­ нет цели поставить спектакль луч­ нимать непосредственно. А вдруг ше, чем Агамирзян и Владимиров. придет старший по чину и спро­ Это мне и в голову не приходило! сит: «Как ты это позволил?!» Так Я стараюсь держать уровень своего уж их воспитали...

театра, погружаюсь в пьесу, кото­ — Говоря о том, что Ленин­ рая мне нравится, делаю все, что в град — сложный город, я имел в моих силах... Должен признаться, виду еще и то, что здесь постоянно ведется борьба против Москвы. По- моему, Ленинград довольно консер­ вативный город.

— Да, и это есть. Сейчас меня очень обнадеживает кампания, ко­ торую начал мой добрый друг пи­ сатель Даниил Гранин, вы его знае­ те. Суть в том, чтобы Ленинград снова стал, как и Москва, мощным Георгий Товстоногов культурным центром страны. Я го­ рячо поддерживаю Гранина, его что в какой-то мере виноват перед поддерживает и наше нынешнее этими режиссерами, потому что ма­ руководство. Надеюсь, что будут ло смотрю их работы. На старости сделаны конкретные шаги. Напри­ лет притворяться и врать как-то не мер, стоило бы Юсуповский дворец, хочется, а человеку, который жи­ где сейчас располагается Дом учи­ вет самостоятельной творческой теля, превратить в филиал Эрми­ жизнью, слушать правду иной раз тажа. Ведь в Эрмитаже огромное тяжело, обидно. Могут возникнуть количество произведений лежит в недобрые чувства. Я избегаю этого. запасниках. Я, конечно, не имею С удовольствием смотрю спектакли ничего против того, чтобы у учи­ режиссеров, которые не имеют ко телей был свой дом. Но когда я мне никакого отношения. Главным зашел туда, увидел плакаты на сте­ образом в Москве. И почти не нах, бегающих по коридорам пио­ смотрю, что делают мои ученики. неров... Открытие там филиала Видите, — пользуясь периодом Эрмитажа было бы определенным гласности, говорю откровенно... шагом в том направлении, о кото­ — Не знаю, как вам, а мне ка­ ром идет речь. Людям не показы­ жется, что Ленинград — очень вают даже того подвала в Юсупов­ сложный город. ском дворце, где был убит Распу­ — Сложный, очень. Двадцати­ тин. А это всем интересно, это летняя деспотия не могла не от­ история. Но все закрыто, и очень разиться на взаимоотношениях жаль...

людей, на всем. Если человек за­ — Не секрет, что в Ленингра­ нимает какой-то пост, он смотрит, де в течение многих лет существо­ но не воспринимает спектакль. Он вали свои порядки. Скажите, отра­ думает о том, что скажет выше­ зилось ли это на вашей работе?

ш — Приведу вам один пример.

Пострадали ли ваши спектакли Мне казалось, что после жестокос­ из-за людей, занимавших тогда вы­ тей войны обострилась потреб­ сокие посты?

— У нас были неприятности со ность в появлении на сцене добро­ спектаклем «Три мешка сорной го, кроткого человека. И я уверен, что большой успех спектакля «Иди­ пшеницы». Остракизму подверглась от» по Достоевскому связан не «История лошади». Мне было ска­ только с замечательным исполне­ зано, что это не Толстой, а реак­ нием Смоктуновского, а именно с ционная толстовщина, хотя не при­ тем, что этот спектакль отвечал водились никакие аргументы. За­ претили спектакль по пьесе Зори­ духовному запросу общества. Я на «Римская комедия», которая всегда стараюсь обнаружить этот ставилась в Вахтанговском театре запрос. Иногда угадываю, иногда под названием «Дион». А в Ленин­ нет.

граде спектакль запретили как ан­ Когда я ставлю «Мещан», то тикультовый, хотя культ личности к думаю не только о семейных неуря­ тому времени был уже разоблачен. дицах, которые там показаны, а о Можно привести немало подобных фетишистском отношении к ве­ случаев. щам, о прагматизме, который се­ — Значит, вы потратили много годня многим застилает глаза. Это сил на борьбу? объективная философия, и с ней — Да. Жаль, что так много нужно воевать. Мне помогла ста­ энергии приходилось тратить не вить «Мещан» строчка из письма на творчество, а на борьбу за него.

Чехова к Горькому: «Ваша пьеса Это усложняло работу. Великое может не иметь успеха, потому счастье, что теперь мы можем вы­ что в центре ее необаятельный ста­ бирать пьесу самостоятельно и рик». И мы с Лебедевым, который без всяких руководящих инстан­ играл роль Бессеменова, пришли ций представлять спектакль на суд к правильному выводу: нужно общественности, зрителя, прессы.

найти его субъективную правду, Когда спектакли запрещают — это чтобы он вызывал сострадание.

ужасно! Прямая антисоветчина, Если он вызовет сострадание, зна­ порнография, военная тайна — чит, мы не его перечеркиваем как вот три причины, по которым мож­ личность, а отвергаем философию, но спектакль запретить. Но когда жертвой которой он стал. Мы все­ нет ни первой причины, ни второй, гда стремимся определить в своих ни третьей, а спектакль все-таки работах сверхзадачу, то, ради чего запрещают — ужасно! Мы этого хотим затронуть сердца зрителей.

хлебнули...

Это самое главное.

— Боитесь ли вы перед новой — Вы большой знаток театраль­ постановкой, что она может не по­ ной политики. Чем вы руководст­ лучиться?

вуетесь, когда именно в этом сезо­ — Каждый раз — будто впер­ не, в этом году решаете ставить ка- кую-то определенную пьесу, а не вые, будто нет опыта. Каждый раз — страшно!

другую?

— Разве вы не можете предви­ — Специально приглашать я деть неудачу? себе не позволяю. Но такие бесе­ — Надеюсь, что могу, и одно­ ды бывают. У меня есть молодые временно чего-то боюсь. Иногда коллеги по театральному институ­ стоит мне прочитать пьесу — и ту. Один аспирант пишет работу о все ясно. Тогда я ее откладываю — моей педагогической практике.

значит, надо подумать, значит, че­ Естественно, я принимаю его, бе­ го-то важного я не понял. седую, чтобы было яснее. Часто — И у вас бывают случаи, когда вы испытываете сомнение?

— Конечно! И не только я. Да­ же Немирович-Данченко...

— Вы были знакомы с ним?

— Да. Сохранилась фотогра­ фия, где он снялся с молодыми актерами и со мной. Снимок сде­ лан во время войны, в Тбилиси — они находились там в эвакуации.

И Немирович-Данченко периоди­ чески приглашал меня к себе. Это беседую со своими режиссерами и были не беседы, а монологи, пото­ завлитом Диной Морисовной му что я слушал не прерывая это­ Шварц, с которой мы вместе рабо­ го мудрого, глубокого человека. Я таем в Ленинграде все эти годы, — на всю жизнь запомнил его фор­ случай уникальный. Мы со Шварц о мулу: «Театр принадлежит одному многом говорим, советуемся. Я до­ поколению». Он говорил, что войну веряю ее художественному вку­ мы выиграем, — говорил еще до су. Она спасает меня — ведь мы Сталинграда, в то время, когда мно­ получаем огромное количество гие уезжали из Тбилиси в Сред­ пьес. Как вы знаете, вся страна пи­ нюю Азию. «Войну мы выиграем,— шет пьесы, так что материала для говорил он, — МХАТ вернется в обсуждения хватает, Москву, и старики начнут посте­ — Кто сегодня рядом с вами?

пенно уходить из жизни. Театр — Некоторых я уже назвал. Во- первых, это Шварц. У меня доб­ по инерции будет еще некоторое время существовать. Потом оста­ рые отношения с нашим директо­ ром. Он очень мне помогает. Одна нется только чайка на занавесе, а из причин разрушения периферий­ МХАТа уже не будет, пока не при­ ных театров — вечные конфликты дет новый лидер, с новой програм­ директоров с главными режиссе­ мой, который создаст новый театр рами, потому что директора, как под этим же названием». Я ци­ тирую его слова. правило, местные, без театральной — Сейчас Товстоногов, как в выучки. Наш директор Геннадий свое время Немирович-Данченко Иванович Суханов профессиональ­ в Тбилиси, сам приглашает моло­ но разбирается в театральном про­ дых на такие же беседы? изводстве. Это близкий мне чело­ век. Со многими артистами я свя­ с детства, хотя мы и пытались убе * зан общими интеллектуальными речь их от этого.

интересами. Например, Лавров, Ле­ — Да?!

бедев — он пришел из «Ленкома», и — Хотелось, чтобы они заня­ все эти годы я работаю вместе с лись чем-то другим. Но, видимо, ним. если это увлечение начинается с — Вы и живете по соседству? детства, то тут уж ничего не поде­ — Буквально рядом. Он женат лаешь.

на моей сестре. — Вы легко находите с ними — Вы занимаете одну квартиру? общий язык?

— Это моя половина, а там — — Да, конечно.

общая. — У меня сложилось такое — И на кухне обсуждаются са­ впечатление, что вы — один из тех мые острые проблемы БДТ? ленинградцев, для которых в род­ — Безусловно... Мой помощ­ ном городе не существует никаких ник по театральному институту бытовых проблем, будь то покуп­ Аркадий Кауфман, разделяющий ка сигарет «НВ» или починка «Мер­ мое понимание педагогики ре­ седеса».

жиссуры, тоже часто приходит ко — Грех пожаловаться. Во вся­ мне. Вот круг людей, с которыми я ком случае, пока работаю...

общаюсь... Люблю беседовать с — Существуют ли у вас пробле­ Г раниным, я уже называл его мы иного плана?

имя. Считаю, что он талантливый — Не могу сказать. У меня с и очень умный человек, с которым Лебедевым хорошая дача в Кома­ можно посоветоваться, обсудить рове. Это в сорока минутах езды любые проблемы. от Ленинграда. Я очень люблю это — Хотя вы общаетесь с огром­ место. Там, на кладбище неподале­ ным кругом людей, кто-то из жур­ ку от нашей дачи, похоронена Ах­ налистов назвал вас «великим оди­ матова. Если мы не едем отдыхать ноким». к морю, дача нас очень выручает.

— Не читал. Может, это и так. Квартира, как видите, у нас удоб­ ная, хорошая.

— Я прочитал это перед нашей встречей. Значит, вы согласны с — Этот дом в центре Ленингра­ таким мнением? да называют «дворянским гнез­ — Согласен. У меня периоди­ дом».

чески возникает некое чувство оди­ — Таксисты его так прозвали.

ночества. Несмотря на то, что есть Здесь, прямо надо мной, жил Нико­ люди, с которыми я с удовольст­ лай Павлович Акимов, здесь жил вием общаюсь. покойный Толубеев, известные ху­ — Ваши сыновья тоже связаны дожники... Дом был построен для с театром? творческой интеллигенции, поэто­ — Один руководит Театром Ста­ му его так называют.

ниславского в Москве, другой — — Вид из ваших окон...

директф кукольного театра в Ле­ — Великолепный! Просыпаешь­ нинграде. Они заражены театром ся — и видишь Неву.

— Миллион долларов! го, чтобы не потерять достигнуто­ — Да-да. го уровня. Но это не кризисное — Последнее время много гово­ состояние, это такие трудности, рят о том, что театр в целом пере­ которые необходимо преодолеть.

живает глубокий кризис. Относит­ Я вам коротко изложил суть моего обращения к коллективу.

ся ли это и к БДТ? Или же на фоне общей ситуации БДТ являет­ Что же касается положения со­ ся исключением? ветского театра в целом, то оно пла­ чевное, жалкое. В периферийные театры не ходят, нет главных ре­ жиссеров и художественных руко­ водителей. Много лет я ратовал за появление свободных студий, много лет писал и говорил с от­ ветственными работниками, от ко­ торых это зависело. Все соглаша­ лись со мной, но потребовалась пе­ Георгий Товстоногов рестройка, чтобы студии стали ре­ альностью. Дефицит профессии — Как вам сказать? Пока нам возник оттого, что их не было. Мы удается держать уровень спектак­ считаем естественным, что в два­ лей. Я считаю, что это главное. дцатые годы появился Вахтангов, Мы не допускаем, чтобы на сцену в конце пятидесятых — Ефремов вышел спектакль, который по свое­ со своим «Современником». Нуж­ му художественному уровню был ны студии, чтобы возникли лиде­ бы ниже наших требований. Тако­ ры. Может, понадобится несколь­ го пока не происходит. На пред­ ко лет, пока эти люди проявят стоящих гастролях в Москве мы себя. И тогда кризис будет преодо­ покажем десять новых названий, лен. А пока ограничиваются пере­ которых не было в прошлые гаст­ избранием главного режиссера. Но роли. Все это — русская класси­ одно дело — переизбрать, другое — ка и современные пьесы. Из преж­ найти лучшего. Я как секретарь них спектаклей — только «Исто­ Союза театральных деятелей вижу:

рия лошади». Очень уж просили пока этого нет. Мне пишут пись­ привезти — многие не видели. ма, у меня при Союзе действует Раскрою вам тайну: я обратился с своя режиссерская лаборатория — воззванием к своему творческому десять — двенадцать человек с пе­ коллективу. У нас сейчас трудное риферии, руководители театров из время — умер артист Медведев, разных уголков страны. Каждый произошел неприятный инцидент прикреплен к тому или другому с одним актером, и пришлось с мастеру. Они приезжают три-четы- ним расстаться. Два отличных ак­ ре раза в год, и мы обсуждаем воз­ тера, которых нелегко заменить... никающие у них творческие про­ Я сказал, что сейчас требуется блемы. Каждый рассказывает о большая мобилизация сил для то­ своем театре.

— Свою трагедию? ворю, стал общим. Чтобы был не — Совершенно верно, свою тра­ один Додин, а несколько ему по­ гедию. Картина крайне печаль­ добных, кто сменил бы наше поко­ ная. Причем у меня собираются ление и определил направление люди наиболее удачливые, сде­ движения советского театра.

лавшие что-то в жизни. Но труд­ — Наша беседа подходит к кон­ ности у них такие, что тяжко слу­ цу. Скоро вечер, но на улице пока шать. Могу сказать одно: кризис довольно светло. Что вам сегодня есть.

— Есть ли, на ваш взгляд, какой- нибудь выход из этого положе­ ния?

— Есть два выхода, о которых я сегодня уже упоминал. Первый — поменять что-то в организацион­ ной структуре. Для этого создана специальная комиссия, я в нее то­ 1ёоргий Товстоногов же вхожу. Проводится переатте­ стация режиссеров, чтобы отобрать самых талантливых, создать таким предстоит еще сделать? Говорят, образом организационный фунда­ что по ночам Товстоногов не спит, мент. Само собой ничего не про­ что может напечатать к утру руко­ изойдет, если не опираться на пись в восемьдесят страниц. Так конкретных людей. Второй вы­ ли это?

ход — создание студий. Но они, к — Нет. Начнем с того, что я сожалению, дадут плоды не так вообще не умею печатать. По но­ скоро. Тем не менее это шаги, ве­ чам я иногда думаю, это верно.

дущие к перестройке, которая нуж­ Но чтобы я ночью работал, да еще на не только в экономике, но и в печатал — это легенда!

искусстве. — Но красивая!

— Значит, вы верите, что сину­ — Да.

соида пойдет вверх? — Большое вам спасибо, Геор­ — Хочется верить! Я писал в гий Александрович, это была ин­ «Правде» о Додине. Я дал этому тересная беседа. Извините, что способному молодому режиссеру утомляли вас в течение двух часов.

постановку на малой сцене нашего Спасибо вам!

театра. Он сделал ее хорошо, а по­ После традиционных заключи­ том перенес в Художественный тельных слов благодарности я под­ театр, где она тоже пользовалась нимаюсь с кресла, а Товстоногов успехом. Так и должен идти твор­ остается сидеть, докуривая сигаре­ ческий рост... ту. Мартовское небо над Невой — Значит, вы занимаетесь еще и темнеету город зажигает огни, и менеджерством? меня вдруг охватывает чувство, — В некотором смысле. Но нуж­ что мы больше никогда с ним не но, чтобы процесс, о котором я го­ встретимся.

Потом мы попросили Георгия или нет, но миллионы телезрителей Александровича сесть за рабочий увидели живого Товстоногова. Мо­ стол. Он с задумчивым видом лис­ жет, для многих это была первая тал книги, делал записи, закури­ встреча с ним, а для многих — и вал, вставал из-за стола, подходил последняя. Встреча с человеком, а к окну, смотрел на ночной город. не с легендой.

Эти кадры были нужны, чтобы по­ Георгий Александрович не видел том смонтировать нашу беседу нашей передачи в эфире. Она про­ небольшими блоками. Безусловно, шла по ЦТ в сентябре 1988 года, для л«еня и Яаяа П ихлака ситуа­ в день его юбилея. Он был тогда ция оказалась щекотливой — при­ на пути в Токио, где начинались шлось «режиссировать режиссе­ гастроли БДТ. Туда и переправи­ ра». Слава Богу, что мы доволь­ ли ему видеокассету с записью но быстро управились. «Телезнакомства». Мне рассказы­ Когда все кончилось, я испыты­ вали, что торжественный просмотр вал одно желание — поскорее состоялся в советском посольстве уйти, как будто меня уличили в через несколько дней.

чем-то постыдном. Свои туфли я Не знаю, какие мысли и чувства нашел сразу, хотя и не на том мес­ вызвала у Товстоногова эта бесе­ те, где оставил их пару часов назад. да, когда он смотрел ее полгода Невыносимо было ждать, пока тех­ спустя в Токио. Не знаю, и теперь, ники сложат наконец свою аппа­ когда его уже нет с нами, не узнаю ратуру. никогда.

На прощание, когда я пожимал Георгию Александровичу руку и что-то бормотал, он не произнес стандартных слов сожаления о том, что время встречи подошло к концу. Надеюсь все же, что мы не показались ему некорректными.

Должен признаться, тайна лич­ ности Товстоногова так и оста­ лась для меня неразгаданной. Впо­ следствии мне приходилось слы­ шать мнение, что передача полу­ чилась слишком традиционной и академичной. Но я не считаю это недостатком. Слышал я и сочувст­ венные слова, — мол, репортер оказался хуже собеседника.

Сам я не оцениваю интервью с Товстоноговым как стопроцент­ ное попадание. Однако главное для меня заключается в том, что беседа состоялась. Удалась она Если говорить о неожиданностях, которые преподносит моя профес­ сия, то встреча с драматургом Ми­ хаилом Шатровым — именно тот самый случай.

Возможно, многие зрители ду­ мают, что, готовясь к очередной передаче, я каждый раз неделями сижу с воспаленными глазами в душных читальных залах, скло­ нясь «ад грудой книг, газег и жур­ налов, и выписываю интересую­ щие меня факты. Что я на грани сумасшествия от этой работы, ко­ торая якобы должна привести ме­ ня к успешному результату. Очень жаль, но я вынужден разочаровать тех, кто так думает.

Михаил Шатров В школе нам вдалбливали: если хорошо выучил урок, можешь рас­ считывать на высокую оценку.

Но эта примитивная истина не всегда верна даже в школе, а в журналистике — тем более. Я не раз убеждался в том, что при са­ мой тщательной подготовке к пере­ даче результат иногда не стоит и выеденного яйца. Конечно, речь не идет о случаях так называемо­ го профессионального мазохизма, когда человек получает удовлет­ ворение от самих затраченных усилий (это можно сравнить с го­ товностью учиться без надежды поумнеть).

Встреча с Михаилом Шатровым в цикле «Телезнакомство» в прин ципе намечалась, но довольно дол­ ценность. Но я лично никогда не го я откладывал ее на будущее. испытывал особой симпатии к по­ Цело в том, что я почти ничего литической пропаганде, — воз­ не знал о нем как о человеке. можно, потому, что был комсо­ Во всяком случае у не больше, чем мольцем в те годы, когда она от­ множество людей, которым он личалась безграничной лживостью.

знаком лишь как автор пьес о со­ Сам я не особенно активно участ­ бытиях революции. вовал в таких делах, но слишком Вероятно, нет более фальсифи­ близко их видел, чтобы даже те­ цированной истории, чем история перь не испытывать ко всему это­ наших семи последних десяти­ му недоверия.

летий. Сегодня это ясно и неспе­ Короче говоря, прежде чем бе­ циалистам. Не берусь оценивать седовать с Шатровым, следовало роль Шатрова в заполнении «бе­ многое для себя прояснить.

лых пятен», которых так много Шатров был темой для разгово­ в летописи Октябрьской револю­ ров не только среди театралов.

ции. Не могу судить и о том, на­ На него нападали историки, об­ сколько велик был компромисс виняя в тенденциозной трактовке между формой и целью в его пье­ фактов. Вернее, одни — напада­ сах. Но факт, что эти пьесы ока­ ли, другие — защищали. Со сторо­ зали большое влияние на многих, ны казалось, что он стойко выдер­ побуждая воспринимать точку зре­ живает любой напор, сохраняя до­ ния драматурга как историческую стоинство и невозмутимость. Но правду. во время нашей неожиданной Я нисколько не сомневаюсь в встречи я вдруг почувствовал в искренности Шатрова. Но ведь нем мягкого, ранимого человека.

его возможности, как и всякого События развивались так. В ап­ другого автора, ограничены. Д у­ реле 1988 года мы приехали в маю, мы так и не узнаем доско­ М оскву, чтобы записать за один нально, о чем в кульминационные день две передачи. Ранним ут­ моменты революции велись разго­ ром — с композитором Родио­ воры в кабинетах, ставших потом ном Щедриным, а на вторую по­ музеями. И, очевидно, в данном ловину дня у нас были намечены случае большую ценность пред­ даже два варианта.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.