WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 |
-- [ Страница 1 ] --

КРАТКОЕ КЛИНИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО ПО ПАЛЛИАТИВНОЙ ПОМОЩИ ПРИ ВИЧ/СПИДе Под редакцией доктора медицинских наук, профессора Г.А.Новикова Составители: М.А.Вайсман, кандидат медицинских наук, доцент;

Б.М.Прохоров, кандидат медицинских наук, доцент;

С.В.Рудой, кандидат медицинских наук, доцент Издание осуществлено при содействии Фонда «Открытый институт здоровья населения» и при поддержке Института «Открытое общество» (Фонд Сороса)- Россия и Департамента международного развития Великобритании (Department for International Development - DFID) Москва, 2005 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ………………………………………………………………………… 1. ВИЧ И ПАЛЛИАТИВНАЯ ПОМОЩЬ ………………………………………… 2. ЭПИДЕМИОЛОГИЯ ВИЧ/СПИДа …………………………………………… 3. КЛИНИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПРИ ВИЧ/СПИДе …………………………… 4. СТРАТЕГИЯ И ЦЕЛИ ПАЛЛИАТИВНОЙ ПОМОЩИ ……………………… 5. ОПЕРЕЖАЮЩЕЕ ПЛАНИРОВАНИЕ ПАЛЛИАТИВНОЙ ПОМОЩИ …… 6. ПАЛЛИАТИВНАЯ ПОМОЩЬ ПРИ НЕОПРЕДЕЛЁННОМ ПРОГНОЗЕ ЖИЗНИ …………………………………………………………………………….. 7. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ И СЕМЕЙНЫЕ ПРОБЛЕМЫ У ПАЦИЕНТОВ С ВИЧ/СПИДом …………………………………………………………………….. 8. БОЛЬ ПРИ ВИЧ/СПИДе ……………………………………………………… 9. СПЕЦИФИЧЕСКИЕ БОЛЕВЫЕ СИНДРОМЫ У ПАЦИЕНТОВ С ВИЧИНФЕКЦИЕЙ …………………………………………………………………….. 10. ОЦЕНКА БОЛИ ПРИ ВИЧ/СПИДе И ВЫБОР ЛЕЧЕБНОЙ ТАКТИКИ …… 11. ФАРМАКОТЕРАПИЯ БОЛИ ПРИ ВИЧ/СПИДе ………………………… 12. ПРЕПЯТСТВИЯ НА ПУТИ ЛЕЧЕНИЯ БОЛИ ПРИ ВИЧ/СПИДе ………… ЗАКЛЮЧЕНИЕ …………………………………………………………………… Приложение. Протоколы ВОЗ для стран СНГ по предоставлению помощи и лечения при ВИЧ-инфекции и СПИДе (март 2004 г.). Раздел V. ПАЛЛИАТИВНАЯ ПОМОЩЬ ………. …………………………………………..

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ВААРТ – высокоактивная антиретровирусная терапия, ВДП – воспалительная демиелиниезирующая полиневропатия, ВИЧ – вирус иммунодефицита человека, ВОЗ – Всемирная организация здравоохранения, ВПГ – вирус простого герпеса, ВПЧ – вирус папилломы человека, ВЭБ – вирус Эпштейна-Барра, МАК – Mycobacterium avium-комплекс НПВП – нестероидные противовоспалительные препараты, РСР – пневмония, вызванная Pneumocystitis carinii, ПСН – преимущественно сенсорная невропатия, СК – саркома Капоши, СПИД – синдром приобретенного иммунодефицита, ЦМВ – цитомегаловирус, d4T – ставудин, ddC – зальцитабин, ddI – диданозин.

ВВЕДЕНИЕ За последние 20 лет СПИД из нового, быстро приводящего к фатальному исходу заболевания превратился в хроническую болезнь, поддающуюся лечению. Такая закономерность прослеживается в индустриально развитых странах, где разработаны методы специфической терапии, давшие надежду многим людям, живущим с ВИЧ. Однако даже сейчас, в эру «высокоактивной антиретровирусной терапии» (ВААРТ) ВИЧ/СПИД остаётся важной причиной заболеваемости и смертности во многих популяциях взрослых лиц молодого возраста, поэтому повышенное внимание к паллиативной помощи и вопросам завершения жизни являются ключевыми аспектами клинического ухода и лечения данного контингента пациентов. В первые годы эпидемии СПИД клиницистам пришлось познакомиться с паллиативной помощью по необходимости, так как не было никакой надежды на избавление от болезни методами существующей тогда терапии. Сегодня, несмотря на разработку ВААРТ и появление все больших возможностей успешной борьбы с прогрессирующим течением ВИЧ-инфекции, сохраняется необходимость включения паллиативной помощи в комплексное лечение пациентов со СПИДом. Терапевтические и паллиативные подходы должны осуществляться не по принципу «или-или», а по принципу «как, … так и …», причём ни одна из этих парадигм не должна полностью заменять собой другую. В данном клиническом руководстве обсуждаются важные клинические вопросы паллиативной помощи больным СПИДом, связанные, в первую очередь, с болью и другими мучительными симптомами, а также психологическими и функциональными проблемами. Описываются виды и частота распространённости патологических симптомов у больных ВИЧ-инфекцией, даётся краткий обзор принципов их лечения, более подробно рассмотрены этиология и алгоритмы лечения боли, анализируются препятствия, стоящие на пути адекватного лечения интенсивной боли у больных СПИДом.

ВИЧ И ПАЛЛИАТИВНАЯ ПОМОЩЬ Исходя из мирового опыта, накопленного в области изучения ВИЧ/СПИДа и паллиативной медицины, очевидно, что успешное лечение можно обеспечить при помощи эффективного внедрения принципов и концептуальных основ паллиативной медицины в комплексное оказание медицинской помощи и услуг людям, страдающим СПИДом. Такая интеграция оправдывает ожидания, стоит на защите интересов пациента и акцентирует внимание на семейной терапии, помогая решать многочисленные проблемы, с которыми приходится сталкиваться данному контингенту пациентов. Для этого необходимо расширить понятие паллиативной помощи и определить весь её потенциал в улучшении качества оказания медицинских услуг и повышении качества жизни людей, страдающих СПИДом. Бюро ВОЗ по ВИЧ/СПИД совместно со своей Рабочей группой по паллиативной помощи при ВИЧ разработало и выдвинуло следующее рабочее определение этого понятия: «Паллиативная помощь является методом лечения, при котором основное внимание сосредотачивается на отдельном пациенте, а также на семейной терапии. Паллиативная помощь направлена на оптимизацию качества жизни пациента путём опережающих активных действий, направленных на профилактику и лечение страдания. При оказании основное паллиативной помощи наиважнейшая роль отводится междисциплинарному бригадному подходу на всём протяжении заболевания, уделяя внимание построению уважительных и доверительных взаимоотношений. В паллиативной помощи рассматриваются и решаются вопросы, связанные с физическими, интеллектуальными, эмоциональными, социальными и духовными потребностями. В процессе оказания паллиативной помощи регулируются вопросы независимости пациента, его свобод, доступа к информации, а также свободы выбора».

Паллиативная помощь является дополнительным, а не альтернативным, видом ухода и лечения, её необходимо оказывать не только в случаях, когда терапия, направленная на излечение, оказалась неэффективной. Было бы непростительной ошибкой прибегать к паллиативному подходу только на последних этапах заболевания. Можно только представить себе шок, который испытывает человек, впервые узнавший, что ему поставлен первичный диагноз ВИЧ-инфекции, или задуматься о физических и душевных страданиях, которые являются субстратами наркомании или других проявлений нездорового образа жизни, приведших к заражению ВИЧ, чтобы понять важную роль применения принципов паллиативной помощи на всех этапах данного заболевания. Оказывающие помощь лица должны сосредоточить основное внимание на комфорте, ослаблении страданий и качестве жизни пациентов в процессе всего заболевания. Паллиативная помощь при ВИЧ/СПИДе должна быть способна адаптироваться к варьирующему по степени тяжести, но, в конечном счете, ухудшающемуся течению заболевания. Безусловно, нельзя недооценивать основополагающую роль соблюдения больными режима специфического лечения и схемы приёма лекарственных средств для стабилизации течения заболевания, однако не менее важными являются и другие факторы оптимизации клинического исхода. Среди этих факторов следует отметить широкий диапазон трудно контролируемых общественно-экономических, а также личностных характеристик – понимание особенностей течения заболевания;

полномочия в отношении личного здоровья;

безопасное место проживания;

свобода от боли и причиняющих страдания симптомов;

полноценное питание;

лечение от наркотической зависимости, депрессивных состояний и других психических расстройств;

надежда;

адекватная помощь друзей, членов семьи и других лиц, оказывающих помощь и уход, особенно при снижении функционального статуса и прогрессировании заболевания. Эти проблемы можно успешно решать в рамках паллиативной помощи при правильном подходе к пациенту со стороны медицинского персонала, социальных работников, членов семьи пациента, близких людей, а также системы здравоохранения. Настоящее руководство дает краткий обзор основных клинических проблем при ВИЧ/СПИДе и более детально описывает лечебные подходы к терапии боли у больных СПИДом, поскольку этот аспект является одним из ключевых. ЭПИДЕМИОЛОГИЯ ВИЧ/СПИДа С начала 1980-х годов СПИД быстро стал ведущей причиной смерти у лиц молодого возраста в США. Достижения в ВИЧ-специфической терапии и лечении СПИДа в середине 1990-х годов привели к некоторому снижению смертности, а с включением в 1996 году в лечение ингибиторов протеаз показатели смертности значительно сократились. Тем не менее, частота возникновения новых случаев инфицирования ВИЧ не снижается. В результате этих тенденций смертность, связанная со СПИДом, продолжает оставаться важным феноменом, поскольку число пациентов, живущих с ВИЧ, растет. По оценкам специалистов, в 2003 году ВИЧ заразились всего около 4,8 миллиона людей – больше чем за любой другой предшествующий год. Сегодня на нашей планете около 37,8 миллиона живут с ВИЧ, который только в 2003 году убил около 2,9 миллиона человек, а начиная с 1981 года (когда были установлены первые случаи СПИДа), более 20 миллионов. Эпидемия прогрессирует очень динамично и меняется по своему характеру, поскольку вирус использует новые возможности для распространения. Для самоуспокоенности не должно оставаться места нигде, так как фактически ни одна страна в мире не осталась незатронутой. Наиболее пострадавшими в Восточной Европе являются Латвия, Российская Федерация, Украина и Эстония, однако ВИЧ по-прежнему распространяется в Беларуси, Казахстане и Молдове. В этом регионе эпидемия СПИДа не проявляет признаков ослабления. В 2003 году здесь заразилось 230 000 человек, в результате чего общее число людей, живущих с этим вирусом, достигло 1,5 млн. За прошлый год, по разным оценкам, от СПИДа умерли около 30 000 человек. В России пик заболеваемости отмечен в 2001 году (88 577), после чего потому, число что зарегистрированных тестирование новых случаев почти ВИЧвсех инфицирования стало ежегодно снижаться (37 336 в 2004 году). Возможно, это происходит проведено среди потребителей инъекционных наркотиков, а также благодаря изменениям в характере проведения тестирования. Основной движущей силой эпидемии остается употребление инъекционных наркотиков, бурно распространившееся за годы социальных перемен в странах СНГ. Следует признать, что самое большое число людей, живущих с ВИЧ в этом регионе, зарегистрировано в Российской Федерации – 318 394 (по данным Федерального научнометодического центра по профилактике и борьбе со СПИДом Минздрава РФ). По другим оценкам, в России ВИЧ-позитивных людей около 860 000 (420 тыс 1,4 млн). В эру до ВААРТ СПИД был быстро приводящим к фатальному исходу острым инфекционным заболеванием, которое характеризовалось множественными типичными оппортунистическими инфекциями, быстрым упадком сил и смертью, наступающей в течение нескольких месяцев после установления диагноза. Влияние специфического лечения на естественное течение ВИЧ-инфекции в настоящее время привело к гораздо более изменчивой траектории заболевания для многих пациентов. Для некоторых людей ВААРТ означает возможность полного возвращения функций и здоровья, при этом ВИЧ-инфекция считается хроническим состоянием, которое не оказывает значительного влияния на повседневное качество жизни. Для большинства других лечение означает «замену смерти на инвалидность», с переходом заболевания в хроническую фазу, которая характеризуется обострениями, ремиссиями и, в конце концов, увяданием и смертью;

то есть, просто увеличивается срок выживаемости от постановки диагноза до момента смерти. Таким образом, за довольно короткое время историческая эволюция заболевания ВИЧ (быстрое течение которого от момента постановки диагноза до летального исхода когда-то напоминало клиническую картину, наблюдаемую при неизлечимых видах рака), сдвинулась к траектории, которая более типична для таких хронических прогрессирующих заболеваний, как застойная сердечная недостаточность, хронические обструктивные заболевания лёгких или цирроз печени, однако при большей вариабельности исходов. Итак, клиническая СПИДа. оценка прогноза и исхода болезни наблюдения становится и более затруднительной, чем это было раньше, так как снизилась смертность от Данные эпидемиологического клинических исследований показывают, что смертность среди ВИЧ-инфицированных пациентов увеличилась пропорционально от сопутствующих патологических состояний (гепатиты В и С, сопутствующие злокачественные образования), а также от употребления наркотиков. Кроме того, для некоторых пациентов даже выгоды и преимущества ВААРТ не всегда достижимы по целому ряду причин: недоступность лечения, отсутствие возможности выдерживать эффективные лечебные режимы, активное употребление наркотических веществ или другие психиатрические расстройства, прогрессирующая резистентность к проводимой противовирусной терапии, другие серьёзные сопутствующие заболевания или непреодолимая токсичность специфических лекарственных средств. Учитывая все эти причины, необходим комплексный лечебный подход для всеобъемлющего охвата проблем пациентов, умирающих от СПИДа. Мы должны стараться обеспечить не только своевременную доступность ВААРТ для всех пациентов, но и необходимую соответствующую паллиативную помощь после того, как ВААРТ перестала являться вариантом продления жизни. Необходимость сочетать как терапевтический, так и паллиативный подходы при лечении ВИЧ/СПИДа сейчас даже более важна, чем это было до ВААРТ, так как даже доступность специфического лечения не позволяет игнорировать важные проблемы и вопросы, которые ставит хроническое прогрессирующее заболевание с течением времени.

АКТУАЛЬНОСТЬ ПАЛЛИАТИВНОЙ ПОМОЩИ ПРИ ВИЧ/СПИДе В ранние годы эпидемии СПИДа врачи и другие специалисты, занятые оказанием медико-санитарной помощи, столкнулись с заболеванием, которое они не могли понять, не говоря уже о том, чтобы лечить. Это было время, когда узкая медицинская модель лечения – выделение специфических элементов заболевания и затем фокусирование на лечении патологии – была полностью неадекватна перед лицом огромности этого заболевания и его эффектов на пациентов и членов их семей. Парадоксально, но это было время, когда клиницисты осознали важность личного участия, присутствия и сопровождения пациентов на протяжении всего течения болезни, а также необходимость находиться с пациентами и членами их семей по мере того, как они борются с критическими проблемами, связанными со смертью и умиранием. Клиницисты научились сосредоточивать внимание на целях оказания помощи, поддерживая пациентов в контексте угрожающего жизни заболевания и обсуждения вариантов выбора метода лечения с точки зрения качества жизни и предпочтения вида лечения пациентом и членами его семьи, а не принимать решение за своих пациентов (как это происходит при более односторонней и иерархической модели, которая часто превалирует в медицинских кругах). При невозможности предупредить заболевание или даже вылечить его было важно обеспечить облегчение при помощи ослабления боли, других симптомов и преодолеть страдания, вызванные прогрессирующим заболеванием. Наступило понимание того, что нужды пациентов являются многомерными – медицинскими, психологическими и духовными, – и что их нужно решать с точки зрения мультидисциплинарного подхода к оказанию помощи, что в конце концов оправдывает эту сложность, особенно в конце жизни. Близкие родственники, члены семьи пациента были также в центре внимания при оказании помощи пациентам на раннем этапе эпидемии СПИДа, и лица, оказывающие помощь, часто присутствовали на похоронах и заупокойных службах, а также оказывали официальные и неофициальные услуги родственникам, понесшим тяжёлую утрату. Необходимо отметить, что медицинская помощь пациентам со СПИДом в «доВААРТ»-эру представляла собой ни что иное, как комплексную паллиативную помощь, и что многие из элементов паллиативной медицины остаются центральными по отношению к общепринятому лечению пациентов с ВИЧ даже в эру специфической терапии. Действительно, широко используемое Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ) определение паллиативной медицины соответствующим образом описывает комплексное лечение пациентов с распространенными стадиями ВИЧ-инфекции: «Паллиативная медицина занимается изучением и ведением пациентов с активным, прогрессирующим заболеванием на поздних стадиях, для которых жизненный прогноз ограничен, и целью лечения является улучшение качества жизни. Паллиативная медицина представляет собой активное тотальное лечение пациентов, у которых болезнь не отвечает на терапевтическое лечение. Борьба с болью, другими симптомами, а также психологические, социальные и духовные аспекты приобретают первостепенно важное значение. Целью паллиативной помощи является достижение наилучшего качества жизни пациентов и членов их семей». Закономерным следует считать появление нового поколения специалистов, которые не застали раннюю эру лечения СПИДа и пришли к пониманию паллиативного подхода внутри терапевтической парадигмы ВААРТ. Не вызывает сомнения, что эта парадигма имеет более точную медикобиологическую тенденцию, и маловероятно, что она объединит проблемы паллиативной помощи и ведения пациентов в конце жизни, так проблемы конца жизни становятся все менее неизбежными, чем раньше. Однако важно признать, что «излечивающая» дихотомия по сравнению с паллиативной является ложной. Если в настоящее время и есть специалисты-исследователи, которые верят в возможность эрадикации ВИЧ или излечения от СПИДа, то их очень мало. В действительности, более реальная оценка приводит к заключению, что ВИЧ-инфекция является хроническим прогрессирующим заболеванием, которое у одних пациентов можно успешно лечить, но которое у других может приводить к значительной смертности. В то время как страстно ведется поиск и расширение выгод ВААРТ и других нозологическиспецифических методов терапии, мы должны быть готовы предвидеть и решать важные аспекты паллиативной помощи и лечения в конце жизни, с которыми многие (если не все) из наших пациентов столкнутся в тот или иной момент по ходу своего заболевания. Иначе мы рискуем изолировать или неосознанно лишить наших пациентов помощи, когда специфическая терапия перестанет быть эффективной или не подойдет для оказания действенной помощи на поздних этапах болезни. Чем больше мы стремимся ВИЧсосредоточиться на терапии, тем меньше фокусируем внимание на пациенте. Действительно, некоторые специалисты, оказывающие помощь инфицированным, испытывают растущее разочарование, когда пациенты не придерживаются ВААРТ, и соблюдение режима лечения становится основной платформой для взаимодействия (или конфликта) между врачом и пациентом. Этот конфликт в конце концов становится разрушительным для взаимодействия, особенно с пациентами, которые напрямую отказываются от лечения. Сложившаяся ситуация может угрожать основам взаимоотношений, которые построены на простом соблюдении рекомендованной схемы антиретровирусного лечения. Вместо ложной дихотомии либо лечебной, либо паллиативной тактики в настоящем руководстве говорится о том, что оба подхода необходимо рассматривать на протяжении всего течения ВИЧ-инфекции. Вместо простой и вводящей в заблуждение структуры последовательного специфического лечения, а затем паллиативной помощи, требуется более динамичная и интегрированная структура, которая учитывает меняющиеся потребности пациента на протяжении хода заболевания, но без жёсткого выбора того или иного варианта медицинской помощи. Совершенно ясно, что на ранних фазах ВИЧ-инфекции могут и должны преобладать лечебные или нозологически специфичные методы лечения (ВААРТ, специфические режимы, направленные на профилактику оппортунистических инфекций), а на более поздних этапах большее значение приобретают паллиативные подходы (лечение боли и симптомов, вопросы качества жизни в дополнение к продлению жизни по возможности). Однако, как было указано выше, это не просто «или-или», а скорее «как, так и»: лечение тошноты и рвоты и желудочно-кишечной токсичности в результате ВААРТ может быть ключевым аспектом обеспечения должного соблюдения больными режима и схемы антиретровирусной терапии, а лечение ретинита, вызванного цитомегаловирусом, у умирающего пациента с ежедневным внутривенным введением ганцикловира или фоскарнета может быть важным вопросом качества жизни даже тогда, когда ВААРТ перестает играть должную роль в обращении хода заболевания. Таким образом, важно адаптировать интегрированную модель, которая позволяет включить в комплексное лечение пациента как терапевтические, так и паллиативные элементы. Такая модель лечения наиболее полно реализуется при объединении всех вкладов междисциплинарной бригады. Ключевая роль клинической бригады приобретает наиболее важное значение по мере того, как пациент приближается к концу жизни. После того, как возникает потребность решения проблем физического комфорта пациента, необходимо выполнять важную эмоциональную и духовную работу. Бригада – включая врачей, медсестёр и социальных работников, а также служителей культа – может стать неотъемлемой частью системы поддержки пациента вместе с родственниками и членами его семьи в процессе умирания и смерти. Пациенты и члены их семей испытывают всю полноту болезни (со всеми вытекающими медицинскими, психологическими, социальными и духовными последствиями), при этом междисциплинарная бригада может наилучшим образом применить биопсихологический подход к лечению вне зависимости от потребностей, испытываемых в данный период времени. Сложность СПИДа во всех этих аспектах требует такого типа комплексного, совместного и многоуровневого подхода. Хочется надеяться, что опыт специалистов, столкнувшихся с первой фазой эпидемии СПИДа, не будет потерян по мере того, как мы будем стремиться обеспечить наших пациентов всем наилучшим, что может дать специфическая терапия ВИЧ, в то же время помогая им и их близким изменять сложную траекторию этого заболевания, влияющего на качество их жизни. КЛИНИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПРИ ВИЧ/СПИДе С самого начала эпидемии в клинических исследованиях была документально подтверждена высокая частота боли и других патологических симптомов у пациентов со СПИДом. Возникновение боли связывали с различными причинами, в частности: 1. Специфической оппортунистической инфекцией (например, головная боль при криптококковом менингите, боли во внутренних органах при диссеминированном инфицировании Mycobacterium avium - МАК);

2. Воздействием ВИЧ на системный иммунный ответ (например, дистальная сенсорная полиневропатия;

миопатия, связанная с ВИЧ);

3. Побочными эффектами лекарственных средств, используемых для лечения ВИЧ-инфекции (например, дидезоксинуклеозид-связанная периферическая невропатия;

головные боли, связанные с приемом зидовудина;

желудочнокишечные расстройства, связанные с применением ингибиторов протеаз);

4. Неспецифическими эффектами хронического истощающего заболевания, совместно с другими разнообразными причинами. Некоторые из этих причин становятся менее актуальными в эпоху ВААРТ. В частности, вклад специфической оппортунистической инфекции в болевые синдромы и другие симптомы при СПИДе сократился, так как снизилась частота таких инфекций. Однако следует отметить, что в некоторых случаях частота и распространённость боли едва ли может действительно сократиться со временем. Как это часто бывает при СПИДе, парадокс снижения смертности заключается в том, что, живя дольше, некоторые пациенты могут таким образом быть более подвержены новым осложнениям и боли, как и при отмечаемом недавнем увеличении примере частоты периферической невропатии, которая и происходит при более длительной выживаемости больных СПИДом. Далее, в потенциального перекрывания паллиативной нозологически специфичной терапии при СПИДе, было обнаружено, что степень тяжести невропатии, обусловленной СПИДом, связана с уровнями в плазме крови вирусной нагрузки. Это говорит о том, что противоретровирусная терапия может быть полезной не только для лечения, но и профилактики болевого синдрома. Кроме того, в то время как при помощи ВААРТ и более эффективных сами по себе профилактических могут методов можно уменьшить боли и боль, других возникающую на фоне оппортунистических инфекций, лекарственные средства способствовать возникновению патологических симптомов (например, побочные эффекты антиретровирусной терапии), о которых говорилось выше, что может скомпрометировать эффективное лечение, если при этом также эффективно не проконтролировать симптомы. Несмотря на высокую частоту развития боли при СПИДе в нескольких исследованиях было показано, что боль у пациентов со СПИДом зачастую диагностируется и лечится недостаточно. Эта ситуация может отражать как недооценку большинством врачей влияния боли на качество жизни пациентов, так и нежелание самого пациента серьёзно рассматривать любое проявление боли, особенно при употреблении наркотиков в анамнезе. Независимо от причин неадекватное лечение боли в итоге приводит к снижению качества жизни пациентов – исход, который во многих случаях можно предотвратить своевременной диагностикой и правильным лечением. В последние годы совершен значительный прорыв в лечении боли различной этиологии. Сейчас возможно полностью оценить и эффективно лечить боль у пациентов со СПИДом (включая наркоманов) при помощи стандартных методов диагностики и рационального принятия решений на основе практики доказательной медицины и здравого смысла. Эти методы оценки боли и борьбы с ней должны стать неотъемлемой частью фармацевтического арсенала специалистов в области лечения ВИЧ/СПИДа. Помимо боли у пациентов со СПИДом выявлена высокая частота других симптомов, возникающих чаще на поздних (но не обязательно) стадиях заболевания. Кроме того, в ряде исследований говорится о том, что врачам часто Среди не удаётся выявить и надлежащим отметить образом сочетание лечить широко и распространённые симптомы, о которых нередко сообщают больные СПИДом. этих симптомов следует физических физиологических состояний, таких как утомляемость, анорексия, потеря веса, депрессия, возбудимость и чувство тревоги, тошнота и рвота, диарея, кашель, одышка, повышенная температура тела, потливость, зуд и т.д. Ниже приводятся наиболее распространённые симптомы при СПИДе: • Боль (ноцицептивная, нейропатическая) • Желудочно-кишечные (тошнота/рвота, диарея, запор) • Дыхательные (одышка, кашель, мокрота) • Конституциональные (усталость/потеря массы, анорексия, лихорадка, потливость) • Неврологические (делириум/ажитация, деменция, депрессия) • Дерматологические (сухость кожи, зуд, декубитальные/кожные повреждения) В табл.1 приводятся краткие обобщенные данные нескольких ключевых исследований, проведённых в Великобритании, Канаде, Франции и Италии, в которых изучали выраженность симптомов у стационарных больных с ВИЧинфекцией. Обращает внимание, что в различных популяциях отмечается постоянство симптомов даже при неодинаковых критериях отбора, разных временных периодах и различных методах определения распространённости симптомов. Таблица 1 Распространенность симптомов у больных с ВИЧ-инфекцией в различных популяциях Симптом Потеря массы тела Анорексия Боль Кашель Одышка/респ.симпт. Усталость** Тошнота/рвота Когнитивная дисфункция Депрессия Тревога Диарея Проблемы полости рта Лихорадка/потливость Зуд/сухость кожи Запор Потеря зрения Головная боль Гемипарез/атаксия Недержание Бессонница 10-26 14-23 27 22-25 11 23 32 24 23 25 55 11 17 12 26 40 24 33 27 23 37 Распространенность в популяции, % Великобритания Канада Италия Франция 58-85 38-44 55-71 19-30 15-17 17-24 19- 91 63 34 48 77 35 34 29 32 19 55 22 31 52 27 22 50 28 ** - в Великобритании не исследовалось Адаптировано по Fantoni M, Ricci F, Del Borgo C, et al. (1997), Kelleher P, Cox S, McKeogh M. (1997), LaRue F, Brasseur L, Musseault P, et al. (1994), Foley F. (1994), Moss V. (1990).

Интересное дополнение к приведенным фактам представляют данные исследования более 3000 больных с ВИЧ-инфекцией, получавших лечение в США в 1996 г. В этой выборке частота наиболее распространённых симптомов в течение последних шести месяцев была следующей: • • • • • • • • • • лихорадка, потливость или озноб (51 %) диарея (51 %) тошнота или анорексия (50 %) онемение, покалывание или боль в конечностях (49 %) головная боль (39 %) потеря массы тела (37 %) вагинальные выделения, боль или воспаление (36 %) инфекционный синусит или боль (35 %) проблемы со зрением (32 %) кашель или одышка (30 %) В другом исследовании у пациентов со СПИДом, получавших амбулаторное лечение в Нью-Йорке в начале 1990-х годов, было обнаружено в среднем 16,7 текущих настоящих симптомов (при помощи Шкалы оценки симптомов), из которых наиболее частыми были беспокойство (86%), утомляемость (85%), грусть (82%) и боль (76%).40 Заслуживает внимания соответствие типов симптомов и их высокая распространённость в этой популяции с данными предварительно опубликованных исследований в относительно невыборочной популяции пациентов с ВИЧ-инфекцией. Также как боль, другие симптомы при СПИДе могут быть вызваны специфическими эффектами оппортунистических инфекций (например, потоотделение и лихорадка при диссеминированной МАК инфекции, или одышка при пневмонии, вызванной Pneumocystitis carinii - РСР), явным прогрессированием собственно ВИЧ-инфекции (например, потеря веса тела, утомляемость), побочным действием лекарственных средств (например, тошнота и рвота вследствие приёма антиретровирусных препаратов) или неспецифическими проявлениями терминальной стадии заболевания (например, депрессия, усталость, недомогание). Как и в исследованиях распространённости боли, бльшая часть наблюдений относительно частоты симптомов при СПИДе была получена в эру «до ВААРТ» или в самом её начале, поэтому специфические эффекты определённых оппортунистических инфекций могут быть снижены по мере того, как эти нозологические единицы будут менее распространены. Тем не менее, проблемы, связанные с лечением симптомов, также выросли, чему способствовали следующие факторы: 1. Продление хронической фазы заболевания у части пациентов с более длительным течением последнего этапа, что требует более внимательного отношения к лечению симптомокомплекса у этой категории больных;

2. Признание широкого кумулятивного диапазона токсичности лекарственных средств и симптоматических последствий, которые происходят у пациентов, находящихся на долгосрочной антиретровирусной терапии;

3. Сравнительная оценка токсичности лекарственных средств и эффектов прогрессирования заболевания поднимает важные клинические проблемы, связанные с конкурирующей эффективностью и токсичностью различных терапевтических вариантов (например, сбалансированный выбор между возможностью обеспечения краткосрочного качества жизни по сравнению с долгосрочным продлением жизни у пациента, ожидающего потенциально токсический нозологически 4. антиретровирусный специфичная режим лечения, решая, может ли терапия также оказывать действительное состояний, паллиативное воздействие в данной ситуации и т. д.);

Возникновение сопутствующих коморбидных осложнивших лечение пациентов со СПИДом, включая хронический вирусный гепатит (особенно гепатит С), хроническое сопутствующее психиатрическое заболевание и употребление наркотиков. Клиницисты, обслуживающие пациентов со СПИДом, должны быть знакомы с наукой и практикой паллиативной медицины, которая появилась в качестве быстро развивающейся и набирающей силу специальности, получившей широкое развитие в Великобритании, Канаде, США и других странах мира. В России за последние 15 лет достигнуты определенные успехи в развитии данной области здравоохранения. В литературе по паллиативной медицине документально подтверждены впечатляющие успехи в понимании патофизиологии и лечении множества наиболее широко распространённых симптомокомплексов, таких как диспепсия, одышка, утомляемость и потеря веса. В ряде этих работ освещена паллиативная помощь в контексте СПИДа. Большие успехи в последнее время также достигнуты в области психофармакологического лечения депрессии и тревожных состояний, а также других расстройств, включая курацию умирающих больных («помощь в конце жизни»). Хотя некоторые сложные синдромы и симптомы, такие как боль, требуют внимания специалиста по паллиативной медицине, во многих случаях лица, обеспечивающие первичную медико-санитарную помощь при ВИЧ-инфекции, могут жизни выявлять пациентов. и лечить широкий диапазон знания в симптомов, области используя общепринятые в паллиативной медицине подходы, улучшающие качество Фундаментальные клинической фармакологии должны быть частью клинического опыта каждого специалиста, оказывающего помощь при заболевании СПИДом. Как это сейчас принято в области фармакологического лечения СПИДа, клиницисты также должны быть знакомы с ожидаемыми при в СПИДе, возможностями равно как и взаимодействия с лекарствами, включая между широко опиоиды, антиретровирусными лекарственными препаратами и другими лекарствами, применяемыми использующимися паллиативной медицине, бензодиазепины, противосудорожные средства, а также седативные и гипнотические препараты. Как было указано в редакционной статье журнала «Pain» в 1986 году: «До 19 века медицинская помощь бльшей частью была направлена на лечение симптомов, тогда как естественное течение болезни выбирало курс к выздоровлению или смерти. К 1900 году как врачи, так и пациенты обратились к поискам первопричин болезни и конечного средства лечения. В ходе этого нового направления симптомы были расположены с одной стороны как дорожные знаки на одной стороне шоссе, которые вели по направлению к намеченной точке назначения. Терапия, направленная на явно выраженные симптомы, Тем была не очернена менее, и отвергнута как просто симптоматическая…. непосредственное возникновение физических мучений и страданий требует немедленного внимания, в то время как продолжаются долгосрочные исследования фундаментальных методов терапии. Старые методы лечения и оказания помощи и ухода должны быть вновь открыты, и лучшие достижения современной медицины необходимо направить на проведение новых исследований и разработку видов лечения, специально предназначенных для борьбы с болью». Такая же комбинированная стратегия не менее актуальна и в отношении лечения ВИЧ, чем медицинская помощь в целом. СТРАТЕГИЯ И ЦЕЛИ ПАЛЛИАТИВНОЙ ПОМОЩИ Как было сказано выше, паллиативная медицина стремится обеспечить наилучшее качество жизни пациентам и членам их семей с использованием модели, в которой целями терапии являются совместная разработка лечения как специалистами, оказывающими помощь, так и пациентами и членами их семей. В этой модели подчёркивается значение общения, сотрудничества и уважения желаний пациентов относительно таких важных вопросов как качество жизни или прекращение терапии. Ниже приводятся некоторые ключевые аспекты философии паллиативной медицины.

Ключевым элементом является понимание, что паллиативная помощь при ВИЧ/СПИДе:

- подчеркивает комплексное лечение пациента в целом и включает медицинские, психологические и духовные аспекты, - зависит от эффективной коммуникации и построения взаимоотношений в рамках модели разносторонней экспертной оценки и междисциплинарной работы бригады, а не официальной иерархии, - целью лечения ставит ослабление страданий, контроль симптомов и восстановление функциональной способности пациента, - не поддерживает цели специальной терапии, не ускоряет смерть и не продлевает жизнь, - считает, что субъективный опыт пациентов (например, боль, другие симптомы) является таким же важным аспектом, как и объективные клинические данные, - считает, что лечебную тактику определяет не диагноз, а пациент в соответствии с желанием и определёнными целями, - не приравнивает смерть к поражению, а скорее считает ее естественным завершением жизни;

задачей клинициста считает обеспечение комфорта, а не самоустранение от лечения, - предусматривает разработку индивидуального лечения боли для каждого пациента в соответствии с его жизненными ценностями и предпочтениями, а не по одностороннему решению врача. Философия паллиативной медицины берёт начало из модели лечения, которая радикально отличается от знакомой иерархической модели, где доминирует врач, и которая характеризует большинство современных медицинских подходов, особенно по поводу заболеваний, для которых потенциально существуют эффективные методы лечения. Паллиативный подход, при котором врачи и их пациенты вместе работают над трудными клиническими решениями, и при котором имеется множество неопределённостей, нюансов и нет «правильного ответа» – определял бльшую часть лечения СПИД в эру «до ВААРТ» и был более конструктивным. В этой обстановке клиницисты научились работать сообща с пациентами и членами их семей для выяснения целей и задач лечения, для определения важных вопросов и проблем, связанных с качеством жизни и концом жизни, а также удобных для пациентов и членов их семей путей преодоления трудностей прогрессирующего неизлечимого заболевания. С появлением эффективной нозологически специфической терапии, фокус лечения сдвинулся в сторону излечивающих или квази-излечивающих методов, цель которых однозначна и определена врачом. Настоящее руководство призвано обеспечить выбор рационального и логического решения на основании совместного паллиативного подхода к рутинному клиническому принятию решения во взаимодействии клиницистов со своими пациентами. Намерением было не отказаться от терапии или приуменьшить значение достижения определенного объективно измеряемого исхода (направляющая терапия для достижения невыявляемой вирусной нагрузки ВИЧ или постоянное повышение клеток CD4+), а скорее создать мотивацию для медицинских работников к тому, чтобы они осознали, что превыше всего стоит пациент, который вынужден жить со своим заболеванием, и что цели лечения предназначены для пациента, а не для врача. Например, чрезвычайно узкий фокус на протоколы антиретровирусного лечения и технические подробности лечения ВИЧ не принесут пользу ни состоянию пациента, ни укреплению взаимоотношений «пациент-врач». Сосредоточение внимания на целях во имя пациента и членов его семьи обеспечивает такое положение дел, когда будут приниматься такие решения, которые не нарушают важных опасений пациента и его семьи. Можно предложить терапевтическое или паллиативное вмешательство, или и то и другое, но не одностороннее, ведомое диагностическими или терапевтическими алгоритмами, а скорее конструктивное, сообразное приоритетам и ценностям пациента и его семьи. Определённая часть этой работы требует времени, она может быть более открытой, чем узкий фокус на результатах тестов и соблюдении больными режима лечения, что стало доминировать при рутинных амбулаторных посещениях пациентов, получающих ВААРТ. Этот совместный подход также представляет собой определённую проблему для и без того загруженных работой специалистов первичной медико-санитарной помощи, которые в своей практике уже испытывают значительное временне давление и возможно возросшее количество более длительно выживающих больных со СПИДом. Тем не менее, если мы хотим эффективно и качественно оказывать помощь этим пациентам и членам их семей, важно фундаментально работать в рамках такой совместной комплексной программы. Специфические примеры некоторых наиболее распространённых сценариев (в том числе решение о паллиативном и/или нозологически специфическом лечении в контексте принятия решений на основе целей лечения, а не простых алгоритмов «диагноз-лечение») включают следующие:

- применение трансфузий, психостимуляторов и кортикостероидов для лечения утомления у пациентов на поздней стадии болезни, с ВААРТ или без нее;

- агрессивная противорвотная терапия по поводу тошноты и рвоты, вызванных ингибиторами протеаз, или, как альтернатива, пересмотр режимов антиретровирусной терапии, если эти побочные эффекты не поддаются успешному лечению;

- длительная супрессивная терапия внутривенным введением фоскарнета или ганцикловира по поводу цитомегаловирусного (ЦМВ) ретинита или внутривенное введение амфотерицина Б по поводу азол-резистентного кандидоза даже после прекращения антиретровирусной терапии и других схем приёма профилактических средств у умирающего пациента;

- профилактическое лечение диссеминированного МАК комплекса (например, жаропонижающими средствами, наркотическими анальгетиками и кортикостероидами) у пациентов с далеко зашедшим заболеванием, нежелающих или неспособных принимать антибактериальные препараты;

- прекращение профилактики МАК или РСР у пациентов, которые, как ожидается, умрут в ближайшее время;

- отмена ВААРТ после очевидной неудачи лечения с оценкой риска/выгод, а также символической и эмоциональной ценности;

- решение об отмене/отказе от искусственного питания или гидратации у пациента, неспособного принимать пищу самостоятельно через рот, с учетом пожеланий пациента, оценки функционального и умственного статуса, аспектов качества жизни, социальных и культурных ценностей;

- реалистичные, а не ложные надежды относительно решения начать ВААРТ или «спасительный» режим у пациентов на поздней стадии (например, возможность антиретровирусного курса, потенциально способного обратить течение болезни, по сравнению с возможностью отсутствия ответа у пациента, с возникающими в результате этого неопределённостями прогноза). Все вышеуказанные варианты связаны с принятием решений на основе учёта медицинских показаний и анализа риска/выгоды, а также предпочтений пациентов и членов их семей. Во всех случаях должно быть ясно, что решения принимаются с учетом специфических целей лечения, включая такие факторы как:

- относительная ценность качества жизни или продления жизни;

- применение агрессивных паллиативных терапевтических вмешательств для уменьшения побочных эффектов других ВИЧ-специфических лекарственных препаратов;

- использование определённых видов нозологически специфичного лечения, главным образом с намерением проводить паллиативную помощь или лечение, сфокусированное на качестве жизни пациента;

- решение не продлевать жизнь «во что бы то ни стало» после того, как перейден определённый важный порог (прогрессирующее слабоумие, неспособность принимать пищу или лекарственные препараты перорально). Ясно, что этот подход к принятию решений уместен в более неоднозначной и неопределённой ситуации, чем простая оценка эффективности антиретровирусного лечения путём измерения суррогатных лабораторных маркёров, но это не менее важно и во многом более проблематично. В табл. 2 приведены наиболее распространённые симптомы при СПИДе с их изменчивой возможной этиологией и примерами как нозологически специфичных видов терапии, так и паллиативной помощи. В конкретной ситуации подходящими могут быть тот или иной подход, либо оба в зависимости от стадии заболевания пациента, его функционального статуса, симптоматической нагрузки, риска и возможных выгод терапии, а также высказанных предпочтений лечения и целей. Таблица 2 Наиболее распространённые симптомы у пациентов со СПИДом и возможные лечебные подходы Симптомы Конституцио нальные усталость, слабость Возможные причины СПИД Оппортунистическая инфекция Анемия ВИЧ Злокачественная опухоль Специфическое лечение ВААРТ Лечение инфекции Эритропоэтин, трансфузии ВААРТ Химиотерапия Нутритивная поддержка/ Энтеральное питание Паллиативная помощь Кортикостероиды Психостимуляторы потеря массы тела, анорексия Кортикостероиды Тестостерон/андрогены Оксандролон Мегестрола ацетат Дронабинол Рекомбинантный гормон роста лихорадка, потливость МАК ЦМВ ВИЧ Лимфома Оппортунистическая инфекция Злокачественная опухоль ВИЧ-обусловленная периферическая нейропатия ЦМВ Вирус Varicella zoster Дидеоксинуклеозиды (диданозин, зальцитабин, ставудин) Др.препараты (изониазид) Эзофагеальный кандидоз ЦМВ ВААРТ Азитромицин, этамбутол Ганцикловир, фоскарнет ВААРТ Химиотерапия Специфическое этиотропное лечение НПВП Кортикостероиды Антихолинергические Антагонисты Н2рецепторов НПВП Опиоиды Кортикостероиды Опиоиды и адъюванты (трициклические антидепрессанты, бензодиазепины, антиконвульсанты) Кортикостероиды Акупунктура Боль Ноцицептивная -соматическая -висцеральная Нейропатическая ВААРТ Ганцикловир, фоскарнет Ацикловир, фамцикловир Изменение антиретровирусного и других режимов Флюконазол, амфотерицин Б Ганцикловир, фоскарнет Изменение антиретровирусного режима Желудочнокишечные тошнота/рвота Антагонисты допамина Прокинетики Антихолинергические Антагонисты серотонина Антагонисты Н2рецепторов Ингибиторы протонной помпы Аналоги соматостатина Бензодиазепины Кортикостероиды Висмут, метилцеллюлоза, каолин Дифеноксилат+атропин Лоперамид Октреотид Настойка опия (парегорик) диарея МАК Криптоспоридиоз ЦМВ Микроспоридиоз Др. кишечные паразиты Паромомицин Бактериальный гастроэнтерит Мальабсорбция Дегидратация Малигнизация Антихолинэргические препараты, опиоиды Азитромицин, этамбутол Ганцикловир, фоскарнет Албендазол Антипаразитарные препараты Др. антибиотики запор Гидратация Лучевая/химиотерапия Подбор медикаментозного лечения Активность/диета Профилактика при назначении опиоидов Слабительные:

-- размягчающие - стимулирующие перистальтику Дыхательные одышка РСР Бактериальная пневмония Анемия Плевральный выпот/ опухолевая масса/ обструкция Слабость дыхательной мускулатуры РСР, бактериальная пневмония Туберкулез Жидкая мокрота, неэффективный кашель, сепсис, пневмония Триметоприм/сульфаметокс азол, пентамидин и др. Эритропоэтин, трансфузии Дренирование/ лучевая терапия/ хирургическое лечение Увеличенная циркуляция воздуха, кислородотерапия Опиоиды Бронходилататоры Метилксантины Бензодиазепины Подавление кашля Деконгестанты, отхаркивающие Антихолинергические Ограничение приема жидкости Отмена внутривенных инфузий Смягчающие +/-салицилаты Увлажняющие масла Местное лечение Антигистаминные Кортикостероиды Антагонисты серотонина Опиоидные антагонисты Антидепрессанты Анксиолитики Нейролептики Профилактика Уход за ранами Debridement Нейролептики Бензодиазепины кашель Антибактериальная терапия Противотуберкулезные препараты Антибиотики по показаниям гиперсекреция («предсмертный хрип») Дерматологи ческие сухость кожи Дегидратация Почечная или печеночная недостаточность Малнутриция Грибковая инфекция Почечная или печеночная недостаточность Дегидратация Эозинофильный фолликулит Гидратация Диализ Нутритивная поддержка Противогрибковые Диализ Гидратация Кортикостероиды, противогрибковые зуд декубитальные язвы/пролежни Плохое питание Гиподинамия Длительное пребывание в постели Нарушение баланса электролитов Дегидратация Токсоплазмоз Криптококковый менингит Сепсис СПИД Адекватное питание Повышение активности Психиатрические делирий/ажитация Коррекция нарушений электролитного баланса гидратация Лечение токсоплазмоза Противогрибковые Антибиотики ВААРТ деменция Психостимуляторы Малые дозы нейролептиков Психостимуляторы Кортикостероиды депрессия Хронические болезни Реактивная депрессия Большая депрессия Антидепрессанты ОПЕРЕЖАЮЩЕЕ ПЛАНИРОВАНИЕ ПАЛЛИАТИВНОЙ ПОМОЩИ Акцент на целях лечения определяет концепцию «опережающего планирования», которое включает как медицинские, так и психологические элементы предстоящего лечения. Медицинские аспекты включают в себя:

- принятие взвешенного решения о рисках и выгодах специфических видов терапии (например, антиретровирусная терапия, режимы химиотерапии и т. д.), - значение элементов качества жизни при этих решениях (например, выбор между потенциально токсическим длительным интенсивным вмешательством, которое может продлить жизнь, и паллиативными мероприятиями, которые могут улучшить краткосрочное качество жизни, но не продлить её);

- решение об определении круга медицинских вмешательств (например, сердечно-легочная реанимация, искусственное кормление или гидратация, повторная госпитализация пациента, получавшего медицинскую помощь на дому). Психологические вопросы, которые необходимо решать, могут включать:

- спокойное или конфликтное отношение в семье к принятию решений о плане лечения;

- чувство вины или другое эмоциональное «незавершённое дело», которое может оказать влияние на пациента при планировании лечения;

- беспокойство при любом ограничении терапевтического воздействия, воспринимаемом как отказ от пациента или нежелание медиков проводить лечение. Обсуждение «опережающего планирования» должно быть постоянным и выжидательным, к нему следует многократно возвращаться по мере необходимости. Эти вопросы нужно обсуждать по возможности полно и включать в повседневный уход и лечение, а не ждать пока наступит кризис, такой как острое смертельное осложнение или потеря способности обсуждения. Многие лица, оказывающие помощь в рамках парадигмы «или-или» (т.е. или лечебный, или паллиативный подход), могут неосознанно откладывать эти обсуждения до момента, когда пациент начинает стремительно умирать, и обсуждение целей лечения и принятие решения о конце жизни становится, мягко говоря, неуместно в рамках текущей терапевтической модели. Однако при осуществлении «опережающего планирования» подход к нему должен быть позитивным, уважительным и ориентированным на ценности, культурные верования и терапевтические предпочтения пациента и членов его семьи. Члены семьи и/или другие близкие и заинтересованные лица должны привлекаться как можно раньше к обсуждению и принятию решений о доверенных лицах в медико-санитарной помощи и других лицах по наследственным делам и опеке, которые будут ответственны за принятие соответствующих решений. Эту информацию необходимо ясно и четко доводить до сведения других назначенных лиц. Пациенты с ВИЧ/СПИДом часто являются лицами молодого возраста, стоящими перед лицом жизнеугрожающего заболевания, у которых могут быть маленькие дети, и которые могут страдать от непрестижности своего положения и социальной уязвимости, испытываемой людьми, страдающими СПИДом. Несмотря на очевидную сложность этих психосоциальных вопросов было обнаружено, что они вряд ли обсуждали эти вопросы с лицами, оказывающими помощь. Практика «опережающего обсуждения» о предстоящем лечении, как подчеркивают специалисты, активно поднимающие эти вопросы и искренне борющиеся с препятствиями на пути этих обсуждений, помогает предупредить многие проблемы до того, как они возникнут в условиях острого кризиса, который потребует принятия неотложных решений, связанных с вопросом жизни и смерти. Не будучи проявлением отказа от лечения или навязывания пациенту ценностей, выжидательное и опережающее планирование терапии заранее является способом дать возможность пациентам и членам их семей принимать решения, которые действительно отвечают их основным убеждениям, ценностям и интересам. Наиболее эффективный способ достижения такого принятия решения лежит в контексте междисциплинарной бригады (врач, медсестра, социальный работник, священник, а также другие специалисты, в зависимости от обстоятельств), которая может помочь пациенту и его семье быстрее усвоить всю многоуровневую информацию. Не случайно, что философию и практику хосписного ухода явно объединяет подход междисциплинарной бригады в повседневном уходе за умирающими пациентами, и эта схема не менее важна для комплексного лечения пациентов с ВИЧ/СПИДом.

ПАЛЛИАТИВНАЯ ПОМОЩЬ ПРИ НЕОПРЕДЕЛЁННОМ ПРОГНОЗЕ Несмотря на неуклонно подчёркиваемое значение концентрации внимания на целях терапии при принятии информированного решения о лечении, необходимо признать, что прогнозирование и ожидание вероятных исходов ВИЧ-инфекции менее определённы и однородны, чем они были в эпоху до ВААРТ. Парадокс заключается в том, что теперь, когда есть выбор, необходимо, чтобы процесс принятия решений включал эти варианты выбора, поскольку прогноз и «естественное течение» ВИЧ-инфекции значительно менее явно выражены, чем прежде. В то время как количество клеток CD4+ и анализ вирусной нагрузки являются великолепным критерием ответа на терапию и на прогноз в целом, возможность эффективной противоретровирусной терапии (или в качестве альтернативы – отсутствие этой возможности, когда нет практически осуществимых вариантов лечения) может полностью изменить прогноз для людей, страдающих СПИДом. В 1996 г. Американской Национальной хосписной организацией была сделана попытка выработать критерии, указывающие на вероятность прогноза менее шести месяцев для пациентов со СПИДом:

Лабораторные показатели: • CD4+T-лимфоциты < 25 клеток/мм3 • ВИЧ РНК > 100 000 копий в мл • Альбумин плазмы < 25 г/л Клинические состояния: • Лимфома с поражением ЦНС • Мультифокальная лейкоэнцефалопатия • Криптоспоридиоз • Диссеминирование МАК • Висцеральная саркома Капоши • Выраженная СПИД-деменция • Токсоплазмоз • Кардиомиопатия • Хроническая диарея • Угрожающая жизни малигнизация • Выраженная органная недостаточность В то время как некоторые из этих критериев могут быть полезными прогностическими маркерами, ни один из них не заменит потенциально позитивное влияние эффективной антиретровирусной терапии, если она всё ещё является вариантом выбора. В самом деле, некоторые пациенты были направлены в хоспис, получали паллиативную помощь, ожидали своей смерти, и как были удивлены сами пациенты, равно как и лечащий персонал, их чудесному выздоровлению (т.н. «синдром Лазаря») в результате эффективной ВААРТ. В этих случаях принуждение пациентов выбрать подход «или-или» было бы безусловно недобросовестным и неверным. С одной стороны, основываясь на данных о пациенте и специфическом лечении в анамнезе, мы должны учиться точнее прогнозировать, а с другой – быть готовыми также к тому, что в результате проведённых терапевтических мероприятий наши лучшие оценки могут не оправдаться и потерпеть полное фиаско. Эта реальность делает интеграцию паллиативного и лечебного подходов только еще более необходимой, чем раньше. Одной из проблем, часто возникающих в связи со сложностями прогнозирования и клинического принятия решений в эру ВААРТ, является прекращение антиретровирусной терапии у пациента, который либо не отвечает на проводимое лечение, либо такая реакция маловероятна. Хотя существует противоречивое мнение о том, прекращать ли терапию даже перед лицом явной неудачи лечения (т.е., концепция вирусной «пригодности» и возможная выгода антиретровирусного выборочного давления на динамику репликации вируса даже в условиях высоких вирусных нагрузок и низкого значения показателя CD4+), мы должны признать, что выгоды антиретровирусной терапии, даже когда она эффективна, не являются немедленными, и что они должны оцениваться в свете потенциально благоприятного воздействия для профилактики ухудшения в будущем. Таким образом, не лишено оснований задать вопросы: имеет ли терапевтический смысл продолжать антиретровирусную терапию у пациента, умирающего от рака лёгких или конечной стадии печёночной недостаточности;

будут или нет лекарственные препараты давать побочные эффекты в данных условиях или в очевидных конечных стадиях прогрессирующей ВИЧ-инфекции. В этих случаях антиретровирусная терапия вряд ли будет иметь значимую выгоду и, вероятно, только внесёт дополнительный вклад в терапевтическую неудачу у пациента, который явно умирает, но которому всё равно продолжают проводить агрессивную терапию. Однако, в некоторых случаях у пациента может быть такая сильная эмоциональная вера в продолжение лечения, что абсолютно благоразумно продолжать её, хотя и без того понятно, что это в той же мере психосоциальное, как и медицинское решение и не более того. Эти примеры подчёркивают значение разъяснения целей терапии, оценки потенциального влияния и вероятных риска и выгод терапии, а также совместной работы с пациентами по выработке приоритетов и лечебных планов – всё это аспекты хороших взаимоотношений между пациентом и лицом, оказывающим помощь, которые затеняются, если основной упор делается на лечение, а не на пациента. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ И СЕМЕЙНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СПИД всегда создавал уникальные психологические проблемы для пациентов, членов их семей и специалистов, оказывающих помощь, ведь СПИД является угрожающим жизни заболеванием, которым страдают лица молодого возраста, зачастую имеющие многочисленных здоровых в этом отношении родственников и членов семьи. Это заболевание поднимает трудные проблемы преждевременной смерти, незаконченного дела, наследства, а также права наследников, возникающие в результате смерти одного или нескольких сонаследников. Чувство вины, стыда, ярости, гнева и отчаяния могут осложнить эмоциональные проблемы, связанные с вынужденной необходимостью примириться с неизбежным прогрессирующим неизлечимым инфекционным заболеванием. Некоторые виды поведения, связанного с инфицированием ВИЧ, остаются социально неприемлемыми в определённом контексте, что ещё более осложняет и без того крайнюю уязвимость многих пациентов, живущих с ВИЧ/СПИДом. Несмотря на попытки общественносанитарного просвещения, остаётся значительная степень клейма позора, страха и предрассудков относительно СПИДа в обществе в целом. В добавок ко всем проблемам, связанным со СПИДом, в эру ВААРТ возникают новые проблемы, связанные в особенности с паллиативной помощью и с лечением в конце жизни. При долгожданном воздействии ВААРТ, начавшемся наиболее выраженно в 1996 году, и последовавшим за этим снижением смертности от СПИДа, неизбежность смертности ближайшего периода снизилась. Этот феномен даже привёл к идентификации новых потенциальных стресс-факторов в результате появления т.н. «второй жизни» у пациентов, которые теперь должны «готовиться к жизни» вместо того, чтобы «готовиться к смерти». Если снижение риска смерти можно всячески приветствовать, так как это является облегчением для пациентов и медицинских работников, то тенденция к изолированию тех, кто всё ещё умирает от СПИДа, не может не огорчать, в то время когда надежды людей значительно возросли благодаря эффективной противоретровирусной терапии. Как указывалось выше, в то время как смертность от СПИДа снизилась, отмечается тенденция к росту смерти от сопутствующих заболеваний (гепатиты В и С, употребление наркотиков и его последствия, В эпоху сопутствующие ВААРТ ранее онкологические безжалостный заболевания СПИД, как и другие потенциально опасные болезненные состояния). закономерно быстротекущее фатальное заболевание, более не является таковым – ведь сейчас факт смерти от СПИДа должен перейти из разряда «судьба» в разряд «трагедии». Хотя в эру «до ВААРТ» смерть у больных СПИДом наступала быстро, современные виды фармакотерапии теперь способны продлить жизнь у некоторых пациентов на много лет. К сожалению, пациентов, которые не получают пользы от новых лекарственных средств, могут обвинить за «отсутствие» у них ответа на лечение либо за несоблюдение ими режима и схемы лечения. Эти умирающие пациенты иногда подвергаются остракизму, и на них смотрят как на «ненормальных», которые не способны получить пользу от направленной на спасение жизни эффективной антиретровирусной терапии. Новую форму вины можно наблюдать как у пациентов, так и у специалистов, оказывающих им помощь, обвиняемых в неправильном выборе терапии или режима лечения, ставших «причиной» смерти пациента. С приходом ВААРТ стало больше возможностей терапевтического успеха и больше возможностей терапевтической неудачи, сожаления и вины за плохой выбор метода или упущенные возможности.

Учитывая важность соблюдения режима ВААРТ в качестве существенного фактора в определении вероятного успеха программы лечения, не удивительно, что внимание большей части рутинного клинического взаимодействия «пациент-медицинский работник» сосредоточилось на соблюдении параметров лечения и на тщательном мониторинге таких лабораторных показателей как количество CD4+ и анализ вирусной нагрузки ВИЧ. Однако эта тенденция ведет к ограничению структуры взаимоотношений «пациент-медицинский работник» вне контекста опыта угрожающего жизни заболевания и приготовления к возможной смерти. В медицине, узко оперирующей в рамках медико-биологической модели, в целом имеется склонность не связываться с проблемами конца жизни, так как смерть фактически представляет собой «неудачу лечения». Сознательно или нет, но в наше время медицинские работники, оказывающие помощь при ВИЧ/СПИДе, зачастую не чувствуют себя способными адекватно помогать пациентам справляться со своими проблемами перед лицом надвигающейся смерти, так как понимают свою роль как борьбу за излечение болезни. К сожалению, специалисты, оказывающие помощь, иногда настолько чувствуют себя «не у дел», что могут эмоционально «отодвигаться» от пациентов и принимать меньшее участие в их лечении по мере приближения смерти. Это приводит к тому, что пациенты тяжело переживают не только потери, обусловленные болезнью, но и потенциальную потерю долгосрочных доверительных взаимоотношений со своим лечащим персоналом. Кроме того, даже перед концом жизни больного клиницисты должны выработать глубокое осознание своих личных чувств по отношению к предпочтениям пациента. Медицинские работники могут в действительности испытывать последними негодование по отношению к пациентам из-за несоблюдения режима антиретровирусной терапии или из-за активного употребления ими наркотических средств, или по поводу других видов самоуничтожающего поведения пациентов. Перепроверка целей лечения и продолжение участия в оказании необходимой помощи и наблюдении за пациентами (без осуждения их пагубного образа жизни или неспособности придерживаться рекомендованной терапии) будут способствовать поддержанию и укреплению взаимоотношений. Факт в том, что новое поколение специалистов, оказывающих помощь при ВИЧ/СПИДе, не имеет опыта своих старших коллег, не имевших возможности избежать смерти пациента или отодвинуть ее ближайшую перспективу при помощи специфической терапии, и это обусловливает дополнительные затруднения, которые испытывают современные клиницисты при решении проблем, связанных с концом жизни пациентов. Есть предпосылки того, что печальный опыт ранних лет эпидемии СПИДа никогда не повторится, и будут извлечены его уроки по важности и необходимости сопровождения пациентов на протяжении всего заболевания до самой смерти. Что не менее важно – научиться не рассматривать смерть больного СПИДом как неудачу клинициста, оценивая важное значение понятия «находиться рядом» и понимание роли «осуществляющего уход», а не обязательно «лекаря». Как упоминалось выше, при определении лечебной стратегии должен возобладать принцип «как специфическая терапия, так и паллиативная помощь», и специалисты по ВИЧ/СПИДу, адекватно интерпретирующие результаты тестов суррогатных маркеров или назначающие эффективные комплексные режимы антиретровирусной терапии, должны быть также компетентны в профилактике и решении проблем, связанных с уходом из жизни своих пациентов. Другой областью, где клиницисты могут оказать неоценимое влияние, является поддержка и просветительская работа среди членов семьи по мере того, как проходят последние стадии заболевания, особенно для пациентов, находящихся в домашних условиях. Постоянные посещения сестринского и другого персонала могут быть крайне полезными в решении конкретных проблем и вопросов о прогнозе;

ожидаемых изменений, которые происходят на пути приближения к концу жизни;

и некоторых физических, эмоциональных и духовных аспектов, которые могут ожидать членов семей. Было бы чрезвычайно полезным описать эти события, охватывая последние месяцы, недели и дни жизни, вместе с ответными действиями, которые члены семьи могут посчитать полезными для уходящего любимого человека на протяжении этого отрезка времени. В табл. 3 приводятся рекомендации по содействию, которое клиницист может оказывать лицам, ухаживающим за пациентом на последних этапах заболевания. Не все эти проявления могут присутствовать у всех больных, и реальное течение болезни может иметь значительные индивидуальные различия. Как и при других аспектах паллиативной помощи, бригадный подход и непрерывное взаимодействие во времени являются ключевыми элементами успешных терапевтических взаимоотношений.

Таблица ПРОГНОЗИРУЕМЫЕ ВРЕМЕННЫЕ РАМКИ ПРИБЛИЖЕНИЯ К КОНЦУ Ж Клинические аспекты Медицинские Месяцы • • • • Повышенная утомляемость Повышенная сонливость Пониженный аппетит Усилившаяся боль, другие симптомы Недели • Больше времени проводит в постели • Бессонница • Пониженный интерес к еде и питью • Ослабленная энергия • Трудности при ходьбе Дни • Недержание • Полное изменение режима сна • Испарина • Многое путает • Когнитивный отказ • Изменения цвета кожи (бледность) • Изменения дыхания Эмоциональные • Повышенная потребность в • Может говорить об • • • • • • Более умиротворенный, близости, беседах, физическом контакте • Социальная замкнутость • Усилившаяся печаль, плач • Стремление сблизиться, выражение чувств любви организации похорон Периоды интенсивного выражения эмоций «Торг» Обзор жизни, обсуждение событий прошлого Утешение членов семьи Боязнь сна спокойный • Более общительный • Признаки окончательного отрешения/слова прощания • Повышенная беспокойность Духовные • Повышенный интерес к • Сны или видения умерших • Повышенная ясность духовным вопросам • Молитвы • Общение с религиозным/духовным наставником • Сомнения в вере • Позвольте пациенту диктовать свои желания насчет еды • Предлагайте и поощряйте желание есть и пить (никогда не давите и не заставляйте) • Предлагайте помощь при ходьбе • Помогите создать комфортабельное, безопасное окружение • Тесно сотрудничайте с лечащими врачами и сообщайте им о любых ухудшениях, симптомах или проблемах • Обеспечивайте эмоциональную поддержку • Слушайте • Постарайтесь не отрицать приятие пациентом своей болезни, говоря «Все будет хорошо» • Позвольте пациенту плакать и давать выход эмоциям • Не минимизируйте печальные эмоции • Молитесь с пациентом, если это возможно • Помогайте встречаться с духовным наставником близких • Усилившаяся вера в Бога • Периоды спокойных размышлений мышления и эмоций • Усилившееся чувство умиротворенности и превосходства Семья/лица, обеспечивающее уход Поддержка и образование • Поощряйте решение пациента отдохнуть по мере необходимости • Продолжайте сообщать о любом усилении боли или симптомов лечащим врачам • Следите за любыми изменениями режима сна, питания и т.

п. • Поощряйте обсуждение последней воли • Регулируйте посещения так, чтобы пациент мог отдыхать • Позволяйте ему обсуждать события его жизни, вспоминать • Обеспечьте физический контакт: массаж спины, стоп • Выказывайте чувства любви, приятия • Оставляйте в спальне свет, если пациент боится темноты • Часто утешайте его, напоминая, что любимые им люди будут всегда рядом • Участвуйте в обсуждении духовных вопросов • Поддерживайте пациента в чистоте и сухости • Часто меняйте его положение, если он не может двигаться • Предлагайте еду/напитки, но не заставляйте • Убедитесь, в сознании ли пациент и способен ли он глотать, прежде чем кормить его • Обеспечьте физический контакт • Увлажняйте губы кусочком льда, тампоном • Продолжайте беседовать, включайте любимую или успокаивающую музыку • Члены семьи могут дежурить у постели • Не забывайте сами отдыхать и есть, когда это возможно (для сиделок) • Молитесь с пациентом К многочисленным психологическим проблемам, описанным выше, следует добавить ещё две не менее важные, а именно: множественная потеря и горе тяжёлой утраты. В то время как феномен множественной потери при эпидемии СПИДа был известен пациентам, специалистам и обществу, в настоящее время он трудно осознается из-за долгосрочных взаимоотношений, которые были построены за многие годы взаимодействия пациента и клинициста. Хотя абсолютное количество смертей может снижаться, воздействие каждой потери может возрастать и становиться всё больше и больше. Это может привести к кумуляции бремени горя и печали, которое с течением времени может начать оказывать пагубное влияние на специалистов, оказывающих помощь больным СПИДом. Важно это признать, предвидеть и соответствующим собственного образом реагировать, здоровья» понимая, является что поддержание аспектом «эмоционального важным сохранения перспективы длительной эффективной клинической работы с больными СПИДом. Горе и печаль предшествуют потере и следуют за ней с отголосками в будущем для всех вовлечённых лиц. При современной хронической траектории ВИЧ-инфекции со множеством осложнений и ремиссий на стадиях увядания пациента члены семей и оказывающие помощь лица часто описывают чувство, будто они находятся на “американских горках”, так как постоянное неведение о моменте наступления также смерти истощает и является повышенной стрессом. Эта неопределённость вызывает чувство тревожности, двойственности среди членов семьи (которые желают, чтобы «уж скорее бы всё это закончилось», испытывая затем чувство вины по поводу таких мыслей), и такие же противоречивые чувства облегчения, когда наконец наступает смерть. Эти сложные эмоции требуют чувственного и внимательного отношения со стороны как медицинского персонала, так и специалистов, оказывающих психологическую помощь, и наилучшим образом их решить под силу именно междисциплинарной бригаде. Переживание тяжёлой утраты является важной фазой процесса потери и восстановления, представляя собой ещё одну область, которая часто остаётся без должного внимания со стороны оказывающих помощь лиц и специалистов медицины. Потеря пациента, которая происходит после его смерти, часто сопровождается потерей взаимосвязи семьи усопшего с медицинским работником, которая могла возникнуть и укрепиться на протяжении многих лет близкого взаимодействия. Вовлечение в контакт с семьёй во время утраты (в диапазоне от написания письма с выражением искренних соболезнований и посещения похорон до предоставления консультационных услуг или другого клинического наблюдения семьи) может быть крайне полезной и утешительной процедурой как для семьи, так и для клинициста. Некоторые или все из этих мероприятий должны быть включены в рутинное диспансерное наблюдение семей и других вовлечённых лиц после смерти конкретного пациента, вне зависимости от того, оказывает ли данный специалист медико-социальную помощь другим членам семьи. За рубежом многие клинические программы борьбы со СПИДом организуют для умерших пациентов поминальные службы, на которых присутствуют как медики-профессионалы, так и члены семьи покойного или другие близкие люди, что, несомненно, является сильным выражением памяти и частью процесса работы по облегчению горя для живых.

БОЛЬ ПРИ ВИЧ/СПИДе С появлением высокоактивной антиретровирусной терапии не снизилась потребность в оказании паллиативной помощи людям, живущим с ВИЧ/СПИДом. Действительно, благодаря новым методам лечения меньше пациентов умирает от СПИДа, в то же время общее количество людей, живущих с ВИЧ/СПИДом, неуклонно увеличивается. Новые виды лечения, в особенности ВААРТ, также могут вызывать дополнительные симптомы и осложнения, включая боль, которые необходимо выявлять и бороться с ними. Кроме того, по мере изменения эпидемиологической обстановки, проблема лечения боли у больных СПИДом, употреблявших наркотики в анамнезе, приобретает все большее значение. В нескольких исследованиях документально установлено, что боль у пациентов с ВИЧ/СПИДом характеризуют следующие особенности:

- высокая распространённость и разнообразие форм проявления, - связь со значительными физиологическими и функциональными расстройствами, - вызывающее тревогу недостаточное лечение. Кроме того, боль оказывает огромное негативное воздействие на качество жизни в целом. Поэтому очень важно, чтобы лечение боли было более интегрировано в схему общего лечения пациентов с ВИЧ-инфекцией. Боль раздражения подразделяется боль. интактных на два основных боль типа: ноцицептивная в и нейропатическая Ноцицептивная ноцицепторов, возникает результате окончаний свободных нервных афферентных нервов. Различают соматическую боль (вовлекающую кожные покровы, мягкие ткани, мышцы и кости), и висцеральную боль (поражающую внутренние органы и полостные органы). Ноцицептивная боль может быть хорошо острой, локализованной тупой, ноющей, (чаще при соматической пульсирующей, боли) или более или распространенной/разлитой (чаще при висцеральной боли) и может быть грызущей, постоянной, спастической, при различной интенсивности. Нейропатическая боль возникает при раздражении или повреждении нервных тканей и может быть жгучей, колющей, стреляющей с ощущением «удара электрическим током» или аллодинии (ощущение боли или дискомфорта в результате минимального раздражителя, такого как, например, лёгкое прикосновение к коже).

Классификация боли ноцицептивной и по этим подтипам (в может особенности помочь в сравнение нейропатической) определении соответствующей терапии, о чём пойдёт речь далее. Ноцицептивная боль: • • возникает в результате раздражения неповреждённых ноцицепторов;

включает соматическую боль (поражающая кожные покровы, мягкие ткани, мышцы и кости) и висцеральную боль (вовлекающая внутренние органы);

• • • отвечает на опиоидные и неопиоидные анальгетики. возникает в результате повреждения или раздражения нервных тканей;

отвечает на опиоидные и неопиоидные анальгетики, а также на Нейропатическая боль:

вспомогательные лекарственные средства. Краткое описание болевых синдромов при ВИЧ/СПИД Болевые синдромы, встречающиеся при СПИДе, различны по природе и происхождению, о чем говорилось выше. Наиболее распространённые болевые синдромы, исследованные на настоящий момент, включают: болезненную сенсорную периферическую нейропатию, боль при обширной саркоме Капоши, головную боль, боль в полости рта и глотки, боль в животе, боль в грудной клетке, артралгии и миалгии, а также болезненные дерматологические состояния. Убедительно показано, что у пациентов, страдающих СПИДом, широко распространена как нейропатическая боль (полинейропатии, радикулопатии), так и ноцицептивная (соматическая и/или висцеральная) (Хьювитт с соавт., 1997).

Таблица 4 Болезненные синдромы и наиболее распространённые диагнозы боли Тип боли Соматическая Нейропатическая Висцеральная Головная Диагноз боли Общая боль Полинейропатия Мышечная Кожная Костная Живот Грудная клетка Радикулопатия 31 28 27 15 20 17 13 12 Распространенность, % 71 46 29 Этиологию болевых синдромов, наблюдаемых при ВИЧ-инфекции, можно подразделить на три категории: вызванные непосредственно ВИЧинфекцией или последствиями иммуносупрессии;

вызванные лечением СПИДа;

и несвязанные со СПИДом или его лечением. В частности, различают следующие болевые синдромы. Связанные с ВИЧ/СПИД: • • • • • ВИЧ-нейропатия, ВИЧ-миелопатия, саркома Капоши, вторичные инфекции (кишечник, кожа), спланхномегалия, • • • • • • • • • • артрит/васкулит, миопатия/миозит. антиретровирусные препараты, противовирусные препараты;

противотуберкулёзные препараты, средства профилактики РСР;

химиотерапия (винкристин);

лучевая терапия;

хирургическое лечение;

процедуры (бронхоскопия, биопсии). заболевания дисков;

диабетическая нейропатия. По результатам проведённых на настоящий момент времени Связанные с терапией ВИЧ/СПИДа:

Несвязанные со СПИДом:

исследований, приблизительно 45% встречающихся болевых синдромов непосредственно связаны с ВИЧ-инфекцией или последствиями подавления иммунной системы;

от 15 до 30% являются результатом лечения ВИЧ/СПИДа, или связаны с проведением диагностических процедур;

оставшиеся 25–40% не связаны с ВИЧ-инфекцией или её лечением. Боли у женщин с ВИЧ/СПИДом. В одном исследовании были получены указания на то, что женщины, страдающие СПИДом, испытывают болевые ощущения чаще, чем мужчины, страдающие ВИЧ-инфекцией, при этом интенсивность боли у женщин несколько выше. Это может частично отражать тот факт, что женщины с болями, связанными со СПИДом, не получают адекватного лечения в два раза чаще, чем мужчины. У женщин с заболеванием ВИЧ имеются уникальные болевые синдромы гинекологической природы, специфически связанные с инфицированием условно патогенными микроорганизмами, а также различными раковыми заболеваниями органов малого таза и мочеполовой системы, а в одном исследовании у женщин со СПИДом была достоверно более высокая вероятность постановки диагноза радикулопатии и головной боли. Боли у детей с ВИЧ/СПИД. Дети, страдающие ВИЧ-инфекцией, также испытывают боли при следующих состояниях: • • • • • • • • • • менингит и синусит (головные боли);

средний отит;

опоясывающий лишай;

целлюлит и абсцессы;

кандидозный дерматит тяжёлой степени;

кариес зубов;

кишечные бактериальные инфекции (МАК и Cryptosporidium);

гепатоспленомегалия;

кандидоз слизистой полости рта и пищевода;

спастичность, обусловленная энцефалопатией, вызывающей болезненные мышечные спазмы. СПЕЦИФИЧЕСКИЕ БОЛЕВЫЕ СИНДРОМЫ У ПАЦИЕНТОВ С ВИЧ-ИНФЕКЦИЕЙ В данном разделе приводится более подробный обзор различных болевых проявлений при ВИЧ-инфекции. Гастроинтестинальные болевые синдромы. Многие оппортунистические инфекции и ВИЧ-ассоциированные опухоли также, как побочные эффекты некоторых широко применяемых противоретровирусных лекарственных препаратов, могут сопровождаться болью в желудочно-кишечном тракте. Обычно боль эта успокаивается после специфического этиотропного лечения, но адекватное обезболивание необходимо уже во время диагностической оценки состояния пациента.

Боль в области ротоглотки. Боль в орофарингеальной области широко распространена, ее частота составляет приблизительно 20% всех болевых синдромов.8 Частыми источниками боли в ротовой полости являются: кандидоз, некротический гингивит, а также абсцессы зубов и изъязвления, вызванные вирусом простого герпеса (ВПГ), цитомегаловирусом, вирусом Эбштейна-Барра (ВЭБ), атипичная и типичная микобактериальная инфекция, криптококковая инфекция или гистоплазмоз. Довольно часто не удаётся идентифицировать возбудителя инфекции, и тогда болезненные рецидивирующие афтозные язвы представляют собой сложную клиническую проблему. С ними можно бороться при помощи местного или системного применения стероидов и/или талидомида. Приблизительно у 75% пациентов с кожной саркомой Капоши (СК) также имеются поражения полости рта, наиболее часто локализующиеся на нёбе, хотя они вызывают боль в редких случаях. Наконец, причиной стоматита может быть зальцитабин (ddC). Боли в пищеводе. Многие пациенты с ВИЧ/СПИД страдают дисфагией (затруднения при глотании) или одинофагией (боль при глотании), наиболее распространённой причиной которых является кандидозное поражение пищевода. Оно бывает довольно болезненным и обычно является результатом цитомегаловирусной инфекции, хотя может быть идиопатическим. В таких случаях успешно применяется талидомид. Инфекционный эзофагит могут вызвать: сам ВИЧ, паповавирус, ВПГ, ВЭБ, микобактерии, Cryptosporidium и Pneumocystitis carinii. Отмечено, что саркома Капоши и лимфома поражают пищевод, приводя к дисфагии, боли и изъязвлениям. Способствовать развитию эзофагита может прием зидовудина и зальцитабина (ddC), а также нестероидных противовоспалительных препаратов. Боли в животе. Брюшная полость является основной локализацией боли у 12-25% пациентов с ВИЧ. Преобладающими причинами боли в животе являются инфекции, включая криптоспоридиоз, шигеллез, сальмонеллез, C.jejuni, цитомегаловирусный илеит и микобактериальные инфекции (MАК).

Были описаны случаи прободения тонкого и толстого кишечника вследствие ЦМВ-инфекции. Рецидивы инвагинации тонкого кишечника отмечались в сочетании с кампилобактерной инфекцией. Лимфома желудочнокишечного тракта может сопровождаться болями в брюшной полости и непроходимостью кишечника. Другие причины боли в брюшной полости у ВИЧ-позитивных пациентов включают: непроходимость кишечника, спланхномегалию, спонтанный асептический перитонит, токсический шок, опоясывающий лишай и синдром Фицхью-Куртиса (перигепатит в ассоциации с гонококковой или хламидиозной инфекцией маточных труб). Многие противоретровирусные препараты вызывают гастроинтестинальные симптомы, однако молочно-кислый ацидоз – редкое, но тяжёлое осложнение при некоторых режимах ВААРТ - может сопровождаться болями в животе. Диданозин (ddI), зальцитабин (ddC) и ставудин (d4Т) могут вызывать панкреатит (см. ниже), а у пациентов, принимающих индинавир, повышен риск развития почечнокаменной болезни. Боли в желчевыводящих путях и поджелудочной железе. Холецистит является болезненным состоянием, которое может развиться у пациентов с ВИЧ как результат оппортунистической инфекции, наиболее частыми представителями которой являются ЦМВ и криптоспоридиоз. Боль возникает при непроходимости внепечёночных желчных путей вследствие саркомы Капоши надчревной или МАК-инфекции. а Склерозирующий печени холангит (ЦМВ, криптоспоридиоз) может вызвать боли в верхнем правом квадранте или области, инфицирование МАК, условно патогенными равно как и микроорганизмами (ЦМВ, грибковые инфекции), интоксикация печени, вызванная лекарственными средствами (ddI, пентамидин, ритонавир и неварапин), является причиной гепатита и болей в брюшной полости или правом верхнем квадранте живота. Неуклонно возрастает частота сопутствующего инфицирования вирусными гепатитами (особенно гепатитом В или С), что становится причиной боли в печени.

Панкреатит – крайне болезненное состояние – часто связывают с побочными диданозином, эффектами ставудином антиретровирусной и терапии, в особенности введение дидеоксицидином. Внутривенное пентамидина также может осложниться панкреатитом. Среди других причин панкреатита следует отметить ЦМВ инфекцию, МАК, криптококковую лимфому и саркому Капоши. Боли в области заднего прохода и прямой кишки. Частыми причинами аноректальной болезненности являются параректальные абсцессы, ЦМВпроктит, трещины заднего прохода, а также инфицирование вирусом папилломы человека (ВПЧ) и вирусом простого герпеса (ВПГ). Болевые синдромы грудной клетки. ВИЧ-инфицированные пациенты довольно часто жалуются на боли в грудной клетке, на долю которых приходится около 13% всех болевых синдромов, отмечаемых в выборке амбулаторных пациентов со СПИДом. Источники боли в грудной клетке у пациентов с ВИЧ-инфекцией сходны с таковыми в обычной популяции, т.е. сердечные, пищеводные, лёгочные и плевральные, а также в стенке грудной клетки. Однако этиология может быть уникальной, а именно – оппортунистические инфекции и различные виды рака. Индекс риска ишемической болезни сердца даже у молодых пациентов без других факторов риска будет высоким, если пациент получает ВААРТ. У пациентов с подавленным иммунитетом следует учитывать инфекционные причины боли в грудной клетке, в особенности при наличии лихорадки и других локальных симптомов, таких как дисфагия, диспноэ или кашель. Инфекционными причинами боли в грудной клетке могут быть: • • • • пневмоцистная пневмония (с пневмотораксом или без него), эзофагит (ЦМВ, кандидоз, ВПГ), плеврит/перикардит (вирусный, бактериальный, туберкулёзный), постгерпетическая невралгия.

Оппортунистические виды рака (саркома Капоши, лимфома), вовлекающие пищевод, перикард, стенку грудной клетки, лёгкие и плевру, могут также быть источником боли в груди. В редких случаях причинами боли в груди могут быть лёгочная эмболия или бактериальный эндокардит. Неврологические болевые синдромы. Болевые синдромы, возникающие при поражении различных отделов нервной системы, включают головную боль, болезненные периферические невропатии, радикулопатии и миелопатии. Вирус иммунодефицита человека обладает высокой нейротропностью и поражает структуры центральной и периферической нервных систем на ранних стадиях течения ВИЧ-инфекции. Как следствие, многие осложнения ВИЧ/СПИД и оппортунистических инфекций приводят к возникновению неврологических болевых синдромов. Кроме того, многие широко используемые против ВИЧ/СПИДа лекарственные средства также могут вызывать неврологическую боль. В редких случаях причиной центральных болевых синдромов могут стать сосудистые нарушения головного мозга (например, таламический инсульт), возникающие на фоне гиперкоагуляции. Головная боль. Частота головных болей у больных ВИЧ/СПИДом чрезвычайно высока, что часто ставит клиницистов перед непростой диагностической дилеммой, поскольку лежащие в основе боли причины могут варьировать в широком диапазоне от психо-эмоционального стресса и переутомления до угрожающей жизни инфекции центральной нервной системы. Дифференциальная диагностика головной боли у пациентов с ВИЧ-инфекцией проводится между следующими состояниями: • • • • ВИЧ-энцефалит, атипичный асептический менингит. Оппортунистические инфекции нервной системы. СПИД-обусловленные опухоли ЦНС. Синусит.

• • • Напряжение (нервное). Мигрень. Головная боль, вызванная применением лекарственных средств (например, азидотимидином). Токсоплазмоз и криптококковый менингит являются двумя наиболее распространёнными оппортунистическими инфекциями центральной нервной системы, которые вызывают головную боль у больных СПИДом. Среди других оппортунистических • • • • • • • ЦМВ, ВПГ и herpes zoster, прогрессирующая крупноочаговая лейкоэнцефалопатия (papovavirus), дрожжеподобные грибки вида Candida albicans, туберкулёзная палочка (Mycobacterium tuberculosis), МАК, нейросифилис. Одной из наиболее распространённых причин головной боли неясной этиологии является синусит. Оппортунистические виды рака центральной нервной системы включают лимфому, метастазирующую системную лимфому и метастазирующую внутричерепную саркому Капоши. Они могут проявляться, особенно у пациентов с ослабленной иммунной системой, в виде повышенного внутричерепного давления с очаговыми неврологическими признаками или без них, а также лихорадки и менингизма. Более доброкачественные причины головных болей у ВИЧ-инфицированных пациентов включают побочное действие азидотимидина;

головная боль напряжения;

мигрень с аурой или без неё;

а также неклассифицируемая или идиопатическая головная боль. Эверс с соавт. в 1999 году пришли к заключению, что прогрессирующая иммунологическая недостаточность у пациентов с ВИЧ-инфекцией различными инфекций ЦНС, которые могут приводить к возникновению головных болей у этих пациентов, можно отметить следующие:

путями влияет на формирование боли при цефалгии. При естественном течении ВИЧ-инфекции частота мигрени достоверно снижалась, тогда как частота головной боли напряжения увеличивалась. Невропатии. Нейропатическая боль возникает примерно у 40% больных СПИДом. Наиболее распространенной из встречающихся у этих пациентов болезненных невропатий является преимущественно сенсорная невропатия (ПСН). Однако, другие потенциально болезненные невропатии у больных ВИЧ/СПИДом могут вызываться следующими причинами: • Вирусные и невирусные инфекции (mononeuritis multiplex, включая polyneuritis cranialis, полирадикулопатию нижних конечностей, синдром cauda equine и плексопатии). • • • • • Иммуно-опосредованная воспалительная демиелинизация (острый и Различные болезненные состояния (диабетическая невропатия, постНеполноценное питание (дефицит витаминов В6, В12) Токсины (алкоголь). Режимы терапии ВИЧ (диданозин, зальцитабин). Некоторые • • • противоретровирусные препараты могут вызывать хронический синдром Гийена-Барр). герпетическая невралгия, тоннельные невропатии).

болезненную токсическую невропатию, в частности: Диданозин, зальцитабин, ставудин. Химиотерапевтические препараты, применяемые для лечения саркомы Большое количество лекарственных средств, используемых при лечении Основные типы периферической нейропатии у пациентов с ВИЧ/СПИД изложены ниже.

Капоши (винкристин). инфекций, ассоциированных с ВИЧ.

Преимущественно сенсорная невропатия при СПИДе.

ИММУНО-ОПОСРЕДОВАННАЯ:

• • • • • • • • • • • • • • • • воспалительные демиелинизирующие полиневропатии (ВДП), острые (синдром Гийена-Барр), хронические ВДП;

ИНФЕКЦИОННАЯ:

цитомегаловирусная полирадикулопатия, цитомегаловирусная множественная мононевропатия, опоясывающий лишай, микобактериальные (МАК);

ТОКСИЧЕСКАЯ/СВЯЗАННАЯ С ПИТАНИЕМ:

алкоголь, витаминная недостаточность (В6, В12), противоретровирусные препараты (диданозин, зальцитабин, ставудин), противовирусные препараты (фоскарнет), профилактика РСР (дапсон), противобактериальные средства (метронидазол), противотуберкулёзные препараты (изониазид, рифампин, этионамид), противоопухолевые средства (винкристин, винбластин);

ДРУГИЕ СОСТОЯНИЯ:

Диабетическая невропатия. Постгерпетическая невралгия. Преимущественно сенсорная невропатия при СПИДе Наиболее распространённой является симметрическая преимущественно сенсорная болезненная периферическая невропатия. Как правило, это позднее проявление, которое наиболее часто отмечается у пациентов со СПИДом. Заболеваемость этим видом невропатии среди контингента хосписов варьирует от 10 до 26%. Преобладающим симптомом приблизительно у 60% пациентов является боль в подошвах стоп. Нередкой является парестезия, которая обычно поражает тыл стопы и подошвы. У большинства пациентов присутствуют проявления периферической невропатии (наиболее часто – это отсутствие или снижение коленного рефлекса и повышенный порог чувства боли и вибрации), и по мере прогрессирования признаков симптомы часто ограничиваются только стопой. Хотя жалобы пациентов носят преимущественно сенсорный характер, в электрофизиологических исследованиях было показано как сенсорное, так и моторное вовлечение. • Иммуно-опосредованные невропатии. Острый синдром Гийена-Барр был описан в связи с сероконверсией (инфекция группы I), но может происходить в любое время. Как острые, так и хронические воспалительные демиелинизирующие полиневропатии являются преимущественно моторно-связанными, а сенсорные аномалии редки. Множественный мононеврит проявляется сенсорным или моторным дефицитом в проекции множественных спинальных, краниальных и периферических нервов и может прогрессировать с переходом в хроническую воспалительную демиелинизирующую полиневропатию. • Инфекционные невропатии. Полирадикулопатии инфекцией) часто (ассоциированные с цитомегаловирусной болями и имеют сопровождаются корешковыми отличительное течение. Начало обычно носит подострый характер, и дефицит функций в начале ограничивается корнями крестцовых или поясничных нервов. Поражаются как сенсорная, так и двигательная функции, и обычно на раннем этапе происходит вовлечение сфинктеров. Прогрессирование носит неумолимый и безжалостный характер. Харрисон с соавт. выявил три переменные величины, связанные с болью при опоясывающем лишае: размер заживления поражения;

размер покрытия струпьями и количество новых пузырьков. По результатам их исследования значение исходной боли было прогностическим фактором возвращения к функционированию в повседневной жизни. Более того, значение боли на момент обследования и в срок один месяц было достоверным прогностическим фактором хронической боли. • Токсические/связанные с питанием невропатии У пациентов с ВИЧ-инфекцией токсические и связанные с питанием нейропатии отмечались по следующим причинам:

- алкоголь, - витаминная недостаточность (В6, В12), - противоретровирусные препараты (диданозин, зальцитабин, ставудин), - противовирусные препараты (фоскарнет), - профилактика РСР (дапсон), - противобактериальные средства (метронидазол), - противотуберкулёзные препараты (изониазид, рифампин, этионамид), - противоопухолевые средства (винкристин, винбластин). Болезненные невропатии в зависимости от стадии ВИЧ-инфекции. В целом, тип нейропатии варьирует в зависимости от стадии инфекции следующим образом: • острая или сероконверсная фаза ВИЧ-заболевания ассоциирована с плечевой плексопатией и острой демиелинизирующей мононевритами, полиневропатией, • латентная (скрытая) или бессимптомная фаза (CD4+ Т лимфоциты > 500/мм3) характеризуется острыми и хроническими демиелинизирующими полиневропатиями, • • переходная фаза (200-500 клеток CD4+) характеризуется опоясывающим поздняя фаза заболевания ВИЧ (<200 клеток CD4+) характеризуется ВИЧ сенсорной полиневропатией, ЦМВ-невропатией, герпесом (лишаём) и множественным мононевритом. преобладающей множественным мононевритом, автономной невропатией, мононевропатиями вследствие менингеальных заболеваний и токсическими невропатиями, вызванными токсическим действием антиретровирусных препаратов. Ревматологические болевые синдромы В исследованиях, проведённых группой мемориального комплекса Слоана-Кеттеринга, более 50% болевых синдромов было классифицировано в качестве ревматологических по природе, включая различные формы артрита, артропатии, артралгии, миопатии, миозита и миалгии. Артрит и артропатии. Боль при ВИЧ-инфекции ассоциируется с несколькими типами артрита и артропатии, включая: • • • • • неспецифические артралгии, реактивный артрит, псориатический артрит, ВИЧ-ассоциированный артрит, септический артрит (редко). Наиболее часто встречается реактивный артрит или синдром Рейтера. Острая ВИЧ-инфекция может сопровождаться полиартралгией в сочетании с мононуклеозно-подобным заболеванием. Также имеется синдром острой сильной или перемежающейся суставной боли, который также называют ВИЧассоциированным болезненным суставным синдромом, и который часто поражает плечевые и крупные суставы нижних конечностей. У пациентов с ВИЧ-инфекцией отмечали псориаз и псориатический артрит. Артрит, как правило, встречается в сочетании с кожными проявлениями псориаза. О’Нейл и Шеррард выдвигают предположение, что он может протекать по типу, который оказывается рефрактерным к обычным видам лечения. Райнес с соавт. также описли ВИЧ-ассоциированный артрит, который, как правило, является олигоартритом, поражающим суставы нижних конечностей. Септический артрит отмечался у пациентов с ВИЧ вследствие бактериальных инфекций и Cryptococcus neoformans и Sporothrix schenckii. Миопатия и миозит Пациенты с ВИЧ часто испытывают мышечные боли. Описано несколько видов миопатии и миозита: • • • • ВИЧ-ассоциированная миопатия или полимиозит;

некротизирующая пиомиозит;

микроспоридиозный миозит. Полимиозит может возникнуть на любой стадии ВИЧ-инфекции;

принято считать, что он является результатом непосредственного вирусного поражения мышечных клеток и клинически проявления проявляется миопатии, подострой слабостью содержание проксимальных мышц и миалгии. У пациентов широко распространены электромиографические повышенное креатининкиназы в сыворотке крови и признаки полимиозита при биопсии. Лекарственные средства, используемые при лечении ВИЧ, могут также вызвать развитие миалгии и миозита. Особенно это касается зидовудина, причём после его отмены часто наблюдается улучшение симптомов. ОЦЕНКА БОЛИ ПРИ ВИЧ/СПИДе И ВЫБОР ЛЕЧЕБНОЙ ТАКТИКИ Для оптимального лечения боли у пациентов с ВИЧ/СПИДом требуется междисциплинарный подход. Начальная оценка призвана определить этиопатогенез боли и исходное состояние пациента, которые будут влиять на выбор лечебной тактики. Ниже приводится обсуждение инструментов для оценки интенсивности боли и эффективности лечебных мероприятий. Для правильной оценки любого вида лечения требуется тесное сотрудничество и доверительные отношения между клиницистами и пациентом/членами его семьи. невоспалительная миопатия, связанная или несвязанная с применением зидовудина;

Лестница боли ВОЗ Выбор обезболивающих средств следует проводить в соответствии с принципами так называемой «лестницы обезболивания», предложенной Всемирной организацией здравоохранения. Необходимо, чтобы медицинский персонал чувствовал себя уверенно при назначении одного или двух лекарственных препаратов, находящихся на каждой «ступеньке», включая умение успешно бороться с побочными эффектами лечения;

легко переходил с одного уровня «лестницы обезболивания» на другой;

знал взаимодействие между лекарственными препаратами;

и, наконец, знал схемы применения лекарственных препаратов. Различные виды вспомогательной терапии также являются немаловажными компонентами лечения боли и играют ключевую роль при СПИДе, особенно при лечении нейропатической боли. Оценка боли при ВИЧ/СПИДе В ранние годы развития хосписного движения в Великобритании С.Сондерс предложила концепцию «тотальной боли», которая подчёркивает важность не только физических, но и психологических, социальных и духовных аспектов при лечении пациентов, страдающих от боли. Исходя из этого было признано, что для оптимального ослабления или устранения боли у пациента со СПИДом требуется тесное сотрудничество между всеми членами «бригады», оказывающими медико-социальную помощь. Первым шагом в лечении является комплексная оценка боли. Профессиональный медицинский работник при оказании помощи больным СПИДом должен обладать полным набором теоретических и практических знаний этиологии и принципов лечения боли, включая глубокое понимание различных видов обсуждаемых болевых синдромов при СПИДе, а также близкое знакомство с параметрами и критериями соответствующего фармакологического лечения. Комплексная оценка включает следующие аспекты:

• Сбор точных анамнестических данных (внимательное изучение истории болезни) и физикальное обследование, при помощи которого можно обнаружить поддающийся выявлению синдром (например, опоясывающий лишай, бактериальная инфекция или невропатия), который можно вылечить при помощи общепринятых методов терапии. • Установление наличия боли в анамнезе, что может дать ценную информацию о природе лежащего в основе процесса и в действительности помочь выявить другие поддающиеся лечению нарушения и расстройства. • Описание качественных характерных особенностей боли, её течение во Интенсивность боли (в данный момент, в среднем, в лучшем случае, в худшем случае) оценивается для определения силы необходимого обезболивающего препарата и оценки эффективности проводящегося в настоящее время лечения. Дескрипторы боли (жгучая, стреляющая, тупая или острая) призваны помочь определению механизма боли (ноцицептивная соматическая или висцеральная, невропатическая), а также прогнозированию реакции пациента на различные классы анальгетиков и коанальгетиков (НПВП, опиоиды, антидепрессанты, противосудорожные препараты, пероральные местные анестетики, кортикостероиды и т.д.). Кроме того, необходимо проводить подробную медицинскую и психосоциальную оценку (включая наличие в анамнезе употребления наркотиков). По возможности необходимо установить контакт с членами семьи или близкими пациента для включения их в процесс планирования терапии боли. Во время этапа оценки боль необходимо лечить агрессивными методами, в то время как жалобы на боль и психологические проблемы подлежат постоянному процессу повторных многократных оценок. Инструменты для оценки боли Оценка боли представляет собой непрерывный процесс, который необходимо повторять снова и снова на протяжении всего периода лечения. времени и манипуляции, которые усиливают или снижают интенсивность боли.

Легкодоступные, простые в применении и клинически обоснованные параметры и инструменты упрощают оценку боли и увеличивают надёжность получаемых при этом результатов. Общепризнаны четыре основных аспекта боли при СПИДе, которые требуют непрерывной оценки: • • • • Интенсивность боли. Уровень аналгезии. Влияние боли на состояние функций пациента (настроение, общие и Контроль побочных эффектов и осложнений лечения. Многие инструменты оценки боли основываются на визуальном аналоговом тестировании. Три наиболее широко применяющихся оценочных инструмента для оценки интенсивности боли. Это – Шкала вербальных оценок (ШВО), Числовая шкала (от 0 до 10 баллов), и Визуально-аналоговая шкала (ВАШ). Шкала «гримас боли» Вонг-Бэйкера, показывающая рисунки лица, отображающие переживание болевых ощущений, может быть использована у детей, у пациентов, не знающих языка, на котором говорит медицинский работник, а также у неграмотных пациентов. Можно также воспользоваться так называемой «Картой оценки боли по памяти», так как она является весьма полезным с клинической точки зрения инструментом, позволяющим пациентам довольно подробно сообщать об испытываемой ими боли. Эта карта состоит из визуальных аналоговых шкал, которыми измеряют интенсивность боли, уровень аналгезии, а также настроение пациента. «Краткая анкета боли» представляет собой ещё один инструмент для оценки боли, который широко применяется в исследованиях боли при онкологических заболеваниях и СПИДе, а также в клинической практике. В этой анкете имеется подшкала, при помощи которой оценивается влияние боли на семь аспектов качества жизни и функционирования пациента. Многопрофильный подход специфические виды активности) Большинство рекомендаций, разработанных специалистами для лечения болей при раке, затрагивают вопросы устранения боли при СПИДе. Считается, что принципы оценки и лечения боли у онкологических больных и пациентов с ВИЧ/СПИДом не имеют фундаментального отличия. Следовательно, они должны также применяться у пациентов с ВИЧ/СПИДом. В отличие от боли при раке, при ВИЧ вероятность излечения основной причины более высока. Оптимальным включающее взаимодействия при СПИДе является многопрофильное лечение боли, фармакологические, между психотерапевтические, познавательносоциально поведенческие, анестезиологические и реабилитационные подходы. Сложность познавательными, эмоциональными, общественными и ноцицептивными аспектами боли при СПИДе определяет такую модель многопрофильного вмешательства. ФАРМАКОТЕРАПИЯ БОЛИ ПРИ ВИЧ/СПИДе Всемирная организация здравоохранения разработала методические рекомендации для обезболивания при раке, которые одобрило и утвердило для лечения боли, связанной с ВИЧ/СПИДом. Эти рекомендации, широко известные как Анальгетическая лестница ВОЗ, получили широкую признательность, зарекомендовав себя с самой лучшей стороны. При таком подходе приветствуется выбор анальгетиков на основании степени тяжести, а также вида/типа боли (нейропатическая, ноцицептивная). Для слабой и умеренной боли рекомендуется применение неопиоидных анальгетиков, таких как нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП) и ацетаминофен. При боли от умеренной до сильной следует назначать слабые опиоидные анальгетики (кодеин, трамал). При сильной боли переходят на сильные опиоиды (морфин, фентанил). Симптоматические средства, такие как слабительные и психостимуляторы, полезны для профилактики и лечения побочных эффектов опиоидов (запоры и седация, соответственно). Такие вспомогательные препараты, как антидепрессантные коанальгетики, предлагаются к продуманному использованию вместе с опиоидами и НПВП на всех этапах анальгетической лестницы, но имеют наиболее важное клиническое значение при лечении нейропатической боли. Подход, предложенный ВОЗ, пока не получил своего обоснования и общего признания при СПИДе. Тем не менее его поддерживает большинство авторитетных специалистов в области лечения боли и СПИДа. Кроме того, в литературе последнего времени стали появляться клинические отчёты, описывающие успешное применение опиоидов для лечения боли при СПИДе согласно принципам «анальгетической лестницы» ВОЗ. Неопиоидные анальгетики. Неопиоидные анальгетики назначаются, главным образом, для лечения слабой боли или для усиления действия опиоидных анальгетиков при лечении умеренной и сильной боли (см. табл. 5). Применение НПВП у больных СПИДом должно сопровождаться повышенным осознанием токсичности и серьёзных побочных эффектов. НПВП активно связываются с белками, поэтому фракция свободно доступного препарата увеличивается у пациентов со СПИДом, истощённых, ослабленных, с гипоальбуминемией, что часто приводит к токсичности и побочным эффектам. Больные СПИДом часто страдают гиповолемией, получают нефротоксичные препараты, имеют сопутствующую ВИЧ нефропатию, поэтому у них повышен риск почечной токсичности, связанный с применением НПВП. Жаропонижающие эффекты НПВП могут помешать раннему выявлению инфекции у пациентов со СПИДом. Среди основных побочных эффектов, связанных с применением НПВП, следует отметить следующие: • • • • образование язв желудка, почечная недостаточность, нарушения функций печени, кровотечения. Таблица Пероральные анальгетики для лечения слабой и умеренной боли при ВИЧ/СПИДе Класс анальгетика Начальная Продолжительность Период доза, мг действия, ч полураспада, ч Примечания Гепатотоксичен при несоблюдении дозы Стандарт сравнения для неопиоидных анальгетиков Подобно аспирину, может угнетать функцию тромбоцитов Не вызывает гематологических или гастроинтестинальных осложнений Метаболизируется в морфин, часто используется у пациентов с риском легочного кровотечения Применяется как для монотерапии, так и в комбинации с аспирином или ацетаминофеном Токсические метаболиты накапливаются при повторном дозировании Ацетаминофен 4- 4- Нестероидные противовоспалительные средства (НПВС) Аспирин Ибупрофен Трисалицилат холина магния Слабые опиоиды 650 400-600 700- 4-6 4-6 Кодеин 32- 3- Оксикодон 5- 3- Пропоксифен 65- 4- Неацетилированные салицилаты, такие как салсалат, натрия салицилат и холин магния салицилат теоретически оказывают меньше побочных эффектов на желудочно-кишечный тракт (ЖКТ), и их применение можно рассматривать в случаях, когда расстройства ЖКТ представляют текущую проблему. Профилактика желудочно-кишечных симптомов, связанных с применением НПВП, включает назначение антагонистов Н2-рецепторов (циметидин в дозе 300 мг 3-4 раза в сутки или ранитидин в дозе 150 мг 2 раза в сутки;

омепразол 20 мг один раз в день или любое другое антацидное средство). НПВП оказывают влияние на функцию почек, вызывая снижение скорости клубочковой фильтрации, что может привести к острой или хронической почечной недостаточности, интерстициальному нефриту, папиллярному некрозу и гиперкалиемии. У пациентов с исходным нарушением функции почек НПВП следует применять с особой осторожностью, так как элиминация многих препаратов (кетопрофен, феропрофен, напроксен и карпофен) зависит в большой степени от почечного клиренса. Риск нарушения функции почек является наиболее высоким у пациентов на поздних стадиях СПИДа, имеющих почечную дисфункцию в анамнезе, гиповолемию, сопутствующую терапию нефротоксическими препаратами и сердечной недостаточностью. Простагландины изменяют сосудистый тонус, и их подавление нестероидными противовоспалительными средствами может вызвать гипертензию, а также вмешаться в фармакологический контроль гипертонии. Также следует проявлять осторожность у пациентов, получающих -блокаторы, мочегонные средства или ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента. В нескольких исследованиях было выдвинуто предположение о том, что с желчью выводится значительная часть некоторых НПВП, включая индометацин и сулиндак. У пациентов с хронической дисфункцией салицилатов, печени эти препараты подавление следует агрегации применять с большой (обычно осторожностью. Большинство НПВП, за исключением неацетилированных вызывают тромбоцитов обратимое), необратимое при применении аспирина. НПВП следует применять крайне осторожно, или вообще избегать их применения у пациентов с тромбоцитопенией или нарушениями свёртываемости крови. Опиоидные анальгетики.

Согласно рекомендациям ВОЗ, опиоидные анальгетики представляют собой основу фармакотерапии умеренной и сильной боли у больных СПИДом (см. табл. 6). Таблица 6 Опиоидные анальгетики для лечения умеренной и сильной боли при СПИДе Анальгетик Путь ЭквианальВремя Продолжи- Период введения гетическая наступления тельность полудоза, мг аналгезии, ч действия, распада, ч ч ВМ, ПК ПО Примечания Морфин Морфин пролонгированного действия Оксикодон Метадон 10 120- в сутки -1 3- 4-6 12-24 ч 3-6 Стандарт сравнения для наркотических анальгетиков При отсутствии возможности глотания может вводиться ректально Продолжительный период полураспада, кумулирует с начальных доз, требует тщательной титрации. Хорошая пероральная потенция Продолжительный период полураспада, требует тщательной титрации в первую неделю. Анальгетический эффект только 3-6 ч! Активный токсический метаболит, кумулируя в плазме, особенно при почечной патологии и у пожилых пациентов, может вызвать делирий, миоклонус и судороги Трансдермальное введение минует ЖКТ. Не подходит для для быстрого обезболивания ПО ПО, ВМ, ВВ 20-30 20 1 -1 - 3-6 4-8 2-3 15-30 15- Левопранол ПО, ВМ 4 -1 - 3- 12-16 12- Меперидин ПО ВМ 300 -1 - 3-6 3- 3-4 3- Фентанил ТД 0, 24- 12- Принципы фармакотерапии опиоидами.

Необходимым условием эффективной фармакотерапии является систематический прием опиоидов для обеспечения круглосуточного контроля боли. Если у пациента нет предыдущего опыта приема опиоидов, адекватного обезболивания можно добиться при помощи слабых опиоидов таких, как кодеин или трамал. Для купирования сильной боли или лечения пациента, принимавшего опиоиды в анамнезе, может потребоваться назначение морфина или других сильнодействующих препаратов. Если пациенту со СПИДом требуется более двух-трёх приемов опиоида в день для борьбы с болью, следует перейти на более сильнодействующий препарат. Для перехода с одного опиоида на другой используют простой расчёт по таблице эквианальгетических доз опиоидов (см. табл. 6). Схему назначения и дозировку, которые обеспечат адекватный обезболивающий эффект, определяют на основании фармакологических свойств препарата выбора. Оптимальной является схема лечения, при которой пациент чувствует комфорт, и при которой поддерживается удовлетворяющее его качество жизни. Этот режим должен исключать возникновение «прорывов» боли и минимизировать ятрогенные осложнения и себестоимость лечения. Борьба с «прорывами» боли или «инцидентами» (обычно связаны с движением) боли достигается при условии, как правило, от 50 до 100% круглосуточной дозы. Необходимо вести тщательный учёт и регистрацию прорывных доз с тем, чтобы можно было рассчитать соответствующее увеличение круглосуточного режима. Увеличение круглосуточной дозы, как правило, не должно быть более 25% от исходной. Классы опиоидов. Опиоидные обезболивающие средства подразделяются на агонисты и агонисты-антагонисты, в зависимости от их аффинитета (сродства) к опиоидным рецепторам. Опиоидные анальгетики со смешанными агонистантагонистическими свойствами, такие как пентазоцин, буторфанол и налбуфин, могут обратить эффекты опиоидных агонистов и ускорить синдром отмены у пациента, толерантного к опиоидам или зависимого от них. Они имеют ограниченное применение в лечении хронической боли при СПИДе. Кодеин (в сочетании либо с аспирином либо ацетаминофеном) и трамадол являются так называемыми слабыми опиоидными анальгетиками, и их назначение представляет собой второй шаг в «лестнице ВОЗ» - лечение боли умеренной. Сильная боль лучше поддается лечению морфином или другими сильнодействующими опиоидами такими, как фентанил. Пути введения опиоидов. Пероральный способ введения опиоидных анальгетиков часто описывается, как предпочтительный с точки зрения удобства и себестоимости. Однако трансдермальный путь введения быстро завоевывает признание среди клиницистов и больных СПИДом, так как последним и без того очень часто приходится принимать множество пероральных препаратов. Пациенты с ВИЧинфекцией вынуждены сталкиваться с необходимостью принимать в сутки от 20 до 40 всевозможных таблеток, что, в свою очередь, часто связано с трудностями соблюдения различных режимов приёма – одни лекарственные средства нужно принимать натощак, другие – после еды и т.п. В одном исследовании, посвящённом изучению препятствий на пути борьбы с болью у больных СПИДом, подавляющее большинство пациентов отдали своё предпочтение таким методам обезболивания, при которых требуется минимально возможное количество дополнительных пилюль и таблеток (в частности, пролонгированные пероральные лекарственные формы), или вообще не требуется приёма каких-либо таблеток (трансдермальные терапевтические системы). Пероральные лекарственные формы немедленного высвобождения опиоида необходимо принимать каждые три-четыре часа. Более длительно действующие пероральные препараты (трамундин-ретард, морфина сульфат континус) обеспечивают должный уровень обезболивания в течение 12 часов, снижая тем самым количество ежедневных доз, требуемых для борьбы с постоянной болью. Спасительные лекарственные формы быстрого высвобождения и короткого действия часто нужны в качестве дополнения к лекарственным формам пролонгированного действия, в частности в периоды подбора доз или усиления болей. Система трансдермального введения фентанила при помощи пластыря (дюрогезик) нашла широкое и полезное применение при лечении сильной боли при СПИДе. В каждом трансдермальном фентаниловом пластыре содержится доза фентанила, рассчитанная на 72 часа непрерывного поступления препарата, который всасывается из созданного «депо» в подкожной клетчатке. Уровни фентанила в плазме крови возрастают постепенно в течение 12-18 часов после аппликации пластыря, обеспечивая тем самым адекватное поступление препарата. Трансдермальная система удобна в применении и способна минимизировать остаточные боли, связанные с многократным приёмом пероральных обезболивающих средств. Необходимо отметить, что всасывание трансдермального препарата в фентанила крови может и увеличиваться короткой при повышении температуры тела пациента, приводя в результате к увеличению содержания плазме более продолжительности обезболивающего действия такого пластыря. Важно отметить, что существуют и другие способы введения опиоидов: ректальный, внутривенный, подкожный, интраспинальный и даже интравентрикулярный. Каждый из этих методов введения обладает своими преимуществами и недостатками, а также определёнными показаниями к использованию того или иного пути введения. Побочные эффекты опиоидов. Опиоиды являются весьма эффективными болеутоляющими средствами, хотя и обладают широким кругом побочных эффектов. Зная об этом, их можно свести к минимуму. Частым побочным действием на ЦНС, особенно в начальный период лечения, является седация, которая обычно проходит после того, как пациент переходит например на поддержание постоянной пемолина дозы. или Персистирующий седативный эффект можно облегчить при помощи любого психостимулятора, декстроамфетамина, метилфенидата, которые назначаются в разделённых дозах рано утром и в середине дня. Кроме того, психостимуляторы могут улучшить подавленное настроение и усилить обезболивающий эффект. Также у пациентов, получающих опиоидные анальгетики, могут развиться бредовые состояния, сопровождающиеся либо резким возбуждением, либо сонливостью. Бредовое состояние обычно сопровождается дефицитом внимания, дезориентацией, нарушениями восприятия (зрительные галлюцинации и более часто распространённые иллюзии). Миоклонус и «порхающий» тремор часто являются ранними признаками нейротоксичности, которые сопровождают течение бреда, вызванного опиоидами. Длительное применение меперидина (демерола) у пациентов с нарушением функции почек может вызвать делирий вследствие накопления нейро-возбуждающего метаболита нормеперидина. Вызванный опиоидами делирий можно купировать тремя способами: • • • снизить дозу принимаемого опиоидного препарата;

заменить опиоид;

назначить в низких дозах нейролептик, например галоперидол. Стратегия применения сильнодействующих нейролептиков особенно полезна при возбуждении и проясняет сознание. Очень действенно внутривенное введение от 1 до 2 мг галоперидола с быстрой эскалацией дозы, если не отмечается никакого эффекта. Хорошо известно о влиянии, которое оказывают опиоиды на ЖКТ. Их наиболее распространенными побочными эффектами являются тошнота, рвота и запоры. Иногда эффективной оказывается сопутствующая терапия тошноты при помощи прохлорперазина. Так как не все опиоидные анальгетики обладают одинаковой переносимостью, переключение с одного опиоида на другой может оказаться полезным, если при помощи противорвотного лечения не удаётся справиться с рвотой. Запоры, вызванные действием опиоидов на кишечные рецепторы, являются частой проблемой, которая хорошо поддаётся регулярному применению препаратов сенны (Александрийского листа). Обязателен тщательный контроль за применяемыми лекарственными препаратами, так как антихолинергические средства, такие как трициклические антидепрессанты, могут усугубить запор, вызванный опиоидами, и привести к непроходимости кишечника. Опасность угнетения дыхания теоретически существует, однако является редким побочным эффектом опиоидных анальгетиков. Угнетения дыхания всегда можно избежать, придерживаясь двух общих принципов: • • у пациентов, ранее не принимавших опиоиды, начинать с низких доз, соблюдать эквианальгетические дозы при замене опиоида или изменении пути введения анальгетика. Адъювантные препараты. Вспомогательные лекарственные средства, усиливающие действие анальгетиков, часто используются для лечения хронической боли и играют важную роль в борьбе с болью при СПИДе (см. табл. 7). сопутствующих независимой адъювантных анальгетической психостимуляторы, симптомов, Их лестницы препаратов усиливающих можно ВОЗ. Среди боль, и на для Адъюванты обеспечения ступенях назначаются для усиления обезболивающего действия опиоидов, для лечения аналгезии. использовать наиболее всех распространённых нейролептики, и кортикостероиды находятся антидепрессанты, препараты, противосудорожные оральные местные анестетики.

Таблица 7 Адъювантные лекарственные средства, применяемые для лечения боли у больных СПИДом Генерическое название Трициклические антидепрессанты Амитриптилин Нортриптилин Имипрамин Дезипрамин Кломипрамин Доксепин Гетеро- и нециклические антидепрессанты Тразодон Мапротилин Ингибиторы обратного захвата серотонина Флюоксетин Пароксетин Сертралин Новейшие препараты Нефазодон Венлафаксин Психостимуляторы Метилфенидат Декстроамфетамин Пемолин Модафинил Фенотиазины 2,5-20 х 2 р/сут 2,5-20 х 2 р/сут 13,75-75 х 2 р/сут 100-400 ПО ПО ПО ПО 100-500 75-300 ПО ПО 20-80 10-60 50-200 ПО ПО ПО 125-300 50-300 ПО ПО 10-150 10-150 15,5-150 10-150 10-150 12-150 ПО, ВМ ПО ПО, ВМ ПО ПО ПО, ВМ Высшая суточная доза, мг Путь введения Флуфеназин Метотримепразин Бутирофеноны Галоперидол Пимозид Антигистаминные Гидроксизин Антиконвульсанты Карбамазепин Фенитоин Вальпроат Габапентин Оральные местные анестетики Мексилетин Кортикостероиды Дексаметазон Бензодиазепины Альпазолам Клоназепам 1-3 10-20 каждые 6 ч 1-3 х 3 р/сут 2-6 х 2 р/сут ПО, ВМ ВМ, ВВ ПО, ВВ ПО ПО ПО ПО ПО ПО ПО ПО, ВВ ПО ПО 50 каждые 4-6 ч 200-400 х 3 р/сут 300-400 500-1000 х 3 р/сут 300-1000 х 3 р/сут 600-900 4-16 0,25-2,0 х 3 р/сут 0,5-4 х 2 р/сут Примечание: ПО - перорально, ВМ – внутримышечно, ВВ – внутривенно. Антидепрессанты. В современной литературе рекомендуется использование антидепрессантов в качестве адъювантов при лечении широкого разнообразия болевых синдромов, включая боль при онкологических заболеваниях, постгерпетической невралгии, диабетической нейропатии, фибромиалгии, головной боли, а также боли в области поясницы. Антидепрессанты оказывают обезболивающее действие посредством многочисленных механизмов, которые включают антидепрессантную гипотезе болевых активность, роль усиление играют обезболивающего серотонинот и действия опиоидов и непосредственные болеутоляющие эффекты. Согласно доминирующей изменчивость ведущую ощущений, норадренергические свойства антидепрессантов, при этом индивидуальная зависящая состояния нейротрансмиттерной системы пациента, является немаловажной переменной величиной. Среди других вероятных механизмов обезболивающего действия антидепрессантов предполагаются аденозинергические, антигистаминные и прямые нейрональные эффекты, такие как подавление пароксизмального нейронального данные о разряда том, что и снижение чувствительности адренергических оказывают рецепторов повреждённых нервных окончаний. Имеются многочисленные трициклические типа. Наиболее антидепрессанты изученным анальгетический эффект и приносят пользу при лечении хронических болевых синдромов различного трициклическим антидепрессантом является амитриптилин, который хорошо зарекомендовал себя в качестве эффективного препарата в многочисленных клинических исследованиях, посвящённых изучению разнообразных хронических болевых синдромов, включая невропатию, онкологическую боль, фибромиалгию и т. п. Среди других трициклических соединений, которые, как было показано, обладают эффективным действием в качестве коанальгетиков, следует отметить имипрамин, дезипрамин, нортриптилин, кломипрамид и доксепин. Гетероциклические и нециклические болеутоляющие препараты также могут быть полезными при хронической боли. В эту группу входят тразодон, миансерин, мапротилин и более новые ингибиторы серотонин-специфического повторного захвата – флюоксетин и пароксетин. В нескольких сообщениях выдвигается предположение о том, что флюоксемин может быть полезным вспомогательным анальгетиком при лечении головной боли и фиброзита. Пароксетин – более современный ингибитор повторного захвата серотониновых рецепторов, является первым антидепрессантом этого класса. В одном контролируемом исследовании он зарекомендовал себя в качестве высоко эффективного болеутоляющего средства при лечении диабетической нейропатии. Более новые антидепрессанты такие, как сертралин, венлафаксин и нефазодон могут также в конечном счёте оказаться клинически полезными в качестве коанальгетиков. В частности, было показано, что нефазодон усиливает действие опиоидных анальгетиков у животных. Учитывая многообразие клинических синдромов, при которых антидепрессанты продемонстрировали обезболивающее действие, в частности, при нейропатической боли, эти препараты могут успешно применяться у пациентов с онкологическими заболеваниями и СПИДом. Хотя до сих пор ещё не проводили исследований анальгетической эффективности этих препаратов при связанных с ВИЧ болезненных невропатиях, эти препараты находят широкое клиническое применение при лечении диабетической и постгерпетической невропатий. Являясь коанальгетиками при нейропатической и ноцицептивной боли, антидепрессанты находят широкое клиническое применение в сочетании с опиоидными анальгетиками, особенно при интенсивной боли, поскольку усиливают их болеутоляющее действие. В многочисленных исследованиях было показано, что антидепрессанты оказывают эффект «экономии» опиоидов, особенно у пациентов, страдающих онкологическими заболеваниями, сопровождающимися различными типами болевых синдромов. Доза и время наступления обезболивающего действия оказались сходными с таковыми при использовании антидепрессантов по прямому назначению. Существуют неоспоримые данные о том, что анальгезирующий и антидепрессивный эффекты коррелируют с равным уровнем содержания амитриптилина в плазме крови, и что неудача анальгетического лечения объясняется низким уровнем препарата в сыворотке крови. Рекомендуется схема лечения в дозах до 150 мг амитриптилина или выше. Соответствующая обезболивающая доза пароксетина вероятнее всего лежит в диапазоне между 40 и 60 мг, а самая высокая из исследованных фиксированных доз составляла 40 мг. Существует множество отдельных примеров, свидетельствующих о том, что в случаях депрессии или боли ослабленные больные с раком и СПИДом часто положительно отвечают на более низкие дозы антидепрессантов, чем физически здоровые лица, вероятно из-за нарушенного метаболизма этих препаратов. Что касается времени наступления обезболивающего действия, то процесс проходит две фазы. Непосредственный эффект наступает в течение часов или суток и, вероятно, обусловлен подавлением повторного синаптического захвата катехоламинов. Кроме того, имеются отдалённые, более продолжительные обезболивающие эффекты, достигающие пика в период от 2 до 4 недель, вероятно, вследствие рецепторных эффектов антидепрессантов. Нейролептики и бензодиазепины. Такие нейролептические препараты, как метотримепразин, флуфеназин, галоперидол и пимозид также могут играть определённую роль в качестве адъювантов у больных СПИДом. Однако их использование необходимо тщательно взвешивать из-за повышенного риска экстрапирамидных эффектов у пациентов с неврологическими осложнениями. В качестве весьма полезных адъювантных препаратов можно использовать такие транквилизаторы как алпразолам и клоназепам, в особенности при лечении нейропатической боли. Психостимуляторы. У пациентов с ВИЧ/СПИДом, имеющих нарушения познавательной деятельности, полезное антидепрессивное действие могут оказать такие психостимуляторы как декстроамфетамин, метилфенидат, пемолин и модафинил. Они усиливают обезболивающее действие опиоидов, полезны в снижении их седативного эффекта и также являются потенциальными адъювантными анальгетиками. Бруера с соавт. показали, что схема лечения метилфенидатом в дозе 10 мг за завтраком и 5 мг за обедом значительно снижает седацию и усиливает эффект опиоидов у пациентов с онкологической болью. Также было показано, что метилфенидат улучшает функционирование пациента по целому ряду нейрофизиологических тестов, включая тестирование памяти, скорости реакции и концентрации внимания, у больных, получавших непрерывные инфузии опиоидов по поводу онкологических болей. Были сообщения о том, что декстроамфетамин оказывает дополнительное обезболивающее действие при использовании с морфином для лечения послеоперационной боли. Применение психостимуляторов в относительно малых дозах у онкологических больных возбуждает аппетит, способствует улучшению чувства благополучия и уменьшает ощущение слабости и усталости. может Пемолин таким является же полезным уникальным в альтернативным психостимулятором, который, не будучи химически родственным амфетамину, оказаться качестве антидепрессанта и вспомогательного анальгетика у больных СПИДом. Пемолин в качестве психостимулятора у этих пациентов обладает следующими преимуществами: • • • • отсутствие возможности злоупотребления;

отсутствие федерального регламента, требующего выписку особого слабовыраженные симпатомиметические эффекты выпускается в форме жевательных таблеток, всасывающихся через рецепта в трёх экземплярах;

слизистую оболочку ротовой полости, поэтому может быть использован больными СПИДом с дисфагией или непроходимостью кишечника. Клинически пемолин также эффективен как и метилфенидат или декстроамфетамин при лечении депрессивных симптомов в обращении седативных эффектов опиоидных анальгетиков. Нет сведений об исследованиях, посвящённых изучению способности пемолина усиливать обезболивающие свойства опиоидов. Пемолин следует использовать с осторожностью у пациентов с нарушением функции печени, и при более долгосрочном лечении необходимо периодически проверять её при помощи соответствующих тестов. Недавно было показано, что модафинил – психостимулятор нового поколения – обладает эффективностью при лечении чрезмерной сонливости в дневное время, связанной с нарколепсией, и также оказывает благоприятное воздействие при лечении депрессивных состояний и утомляемости. Хотя для более подробного изучения модафинила требуется дальнейшее проведение или исследований, он, тем к не менее, является других вызывает многообещающей альтернативой другим психостимуляторам у пациентов с непереносимостью минимальное противопоказаниями на использованию систему, не представителей этой фармакологической группы. Модафинил оказывает влияние сердечно-сосудистую толерантности или привыкания, обладает низким потенциалом возникновения зависимости, а кроме того не требует особой выписки рецепта в трёх экземплярах. Противосудорожные препараты. Обсуждаемые противосудорожные препараты обладают анальгетическим эффектом при острых, дёргающих, стреляющих дизестезиях, которые характеризуют различные виды нейропатической боли. Клинический опыт свидетельствует о пользе этих препаратов у пациентов с пароксизмальными нейропатическими болями (которые могут и не быть стреляющими) и в меньшей степени у пациентов с нейропатическими дизестезиями. болями, Хотя характеризующимися только продолжительными большинство практикующих врачей предпочитает начинать с карбамазепина из-за обычно хорошего ответа, отмечаемого при невралгии тройничного нерва, этот препарат необходимо применять с осторожностью у больных СПИДом с тромбоцитопенией, у пациентов с риском недостаточности функций спинного мозга, и у пациентов, которым необходимо вести тщательный мониторинг клинических анализов крови для определения статуса заболевания. При использовании карбамазепина необходимо проводить клинический анализ крови перед началом проведения терапии, через две и четыре недели и затем каждые три-четыре месяца. Показатель количества лейкоцитов ниже 4000 обычно считается противопоказанием к лечению, и при снижении его значения до 3000 или при абсолютном количестве нейтрофилов ниже 1500 во время терапии следует немедленно отменить препарат. При лечении нейропатической боли у больных СПИДом полезными могут оказаться и другие противосудорожные препараты, включая фенитоин, вальпроат и габапентин. Хороший результат получен при лечении нейропатической боли у пациентов с рефлекторной симпатической дистрофией некоторыми новыми противосудорожными препаратами, в частности габапентином, ламотригином, тиагабином и фелбаматом. Из этих противосудорожных средств наиболее благоприятный опыт был получен при использовании габапентина, который в настоящее время широко применяется специалистами для лечения различных видов нейропатической боли. Габапентин обладает высокой степенью безопасности, не имеет известного взаимодействия с лекарственными средствами и не метаболизируется в печени. Лечение габапентином обычно начинается с дозы 300 мг/сут и затем постепенно увеличивается до диапазона от 900 до 3200 мг/сут в трёх отдельных дозах. Кортикостероиды. Кортикостероидные препараты обладают анальгетическим потенциалом при разнообразных хронических болевых синдромах, включая нейропатическую и воспалительную боль. Как и другие адъювантные анальгетические средства, кортикостероиды обычно добавляются в схему лечения опиоидами. У пациентов с запущенным заболеванием в далеко зашедшей стадии эти препараты могут также улучшить аппетит, снизить тошноту и чувство недомогания, улучшить общее качество жизни. Среди побочных эффектов отмечаются нейропсихиатрические синдромы, желудочнокишечные расстройства и подавление иммунитета. Баклофен. Баклофен является агонистом гамма-аминомасляной кислоты и обладает доказанной эффективностью при лечении невралгии тройничного нерва. На этом основании очень часто данный препарат используют в качестве пробного при лечении пароксизмальных нейропатических болей любого генеза.

Pages:     || 2 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.