WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 12 |

«РУКОВОДСТВО ДЛЯ ВРАЧЕЙ БОЛЕЗНИ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ Подредакцией члена-корреспондента РАМН, профессора Н.Н.Яхно, профессора Д.Р.Штульмана в двух томах МОСКВА "МЕДИЦИНА" 2001 РУКОВОДСТВО ДЛЯ ВРАЧЕЙ ...»

-- [ Страница 3 ] --

A. Снижение биодоступности леводопы. Прием леводопы одновременно с пищей может способствовать уменьшению концентрации леводопы в плазме, а значит, уменьшению дискинезий, возникающих на "пике дозы". Однако следует помнить о возможности снижения при этом эффективности леводопы и усугубления тяжести флюктуации. Б. Изменение режима приема стандартных препаратов леводопы. Снижение разовой дозы леводопы обычно позволяет минимизировать дискинезий "пика" дозы. Целесообразным является сокращение доз леводопы только в те периоды времени, когда дискинезий в большей мере дезадаптируют пациентов. Однако в случае дискинезий, возникающих на фоне минимальной терапевтической дозы ("лечебного плато"), уменьшение дозы может привести только к нарастанию симптомов паркинсонизма. B. Назначение пролонгированных форм леводопы благодаря достижению меньшей концентрации леводопы в плазме позволяет в ряде случаев нивелировать дискинезий "пика дозы". Однако прием этих препаратов может вызывать нарастание дискинезий к вечеру благодаря кумулятивным свойствам пролонгированной формы леводопы, а увеличение длительности периода "включения" способствует нарастанию дискинезий "лечебного плато". 2. Дополнительное назначение или отмена противопаркинсонических препаратов. A. Комбинирование стандартных препаратов леводопы с агонистами дофамина позволяет нивелировать дискинезий "включения" при условии снижения исходной дозы леводопы (иногда обычно при этом приходится мириться с нарастанием тяжести симптомов паркинсонизма). Б. Прием амантадина в обычных дозах оказывает умеренный эффект в отношении дискинезий. B. Отмена селегилина позволяет уменьшить проявления дискинезий. 3. Д о п о л н и т е л ь н о е н а з н а ч е н и е других л е к а р с т в е н н ы х средств. Назначение клозапина позволяет уменьшить дискинезий наряду с увеличением продолжительности периода "включения". Серьезным побочным эффектом препарата, ограничивающим его широкое применение, является лейкопения и агранулоцитоз (в 1—2 %), поэтому при терапии клозапином обязателен еженедельный контроль общего анализа крови. Терапия двухфазных дискинезий. Двухфазные дискинезий, проявляющиеся в начале и в конце эффекта дозы, наиболее трудно поддаются терапии. Сочетанный прием небольших доз леводопы и агонистов дофаминовых рецепторов либо замена леводопы на монотерапию агонистом дофамина даже в ущерб коррекции симптомов паркинсонизма иногда позволяют уменьшить эту форму дискинезий. Коррекция дистонии "выключения" 1. Т е р а п и я д в и г а т е л ь н ы х ф л ю к т у а ц и и. Ведущим направлением терапии является нивелирование периодов выключения. 2. Д о п о л н и т е л ь н о е н а з н а ч е н и е других п р е п а р а т о в. Дополнительно могут назначаться АХЭ, баклофен, внутривенные инфузии амантадина, при их неэффективности — карбонат лития. В отдельных случаях можно рекомендовать введение в мышцы ботулотоксина. Хирургическое лечение. На современном этапе хирургическому лечению подвергаются только те больные, у которых при квалифицированном использовании всех возможностей фармакотерапии не удалось достигнуть достаточного эффекта. В основном вопрос об оперативном лечении ста вится в случаях, когда выраженные дискинезии не позволяют назначать дозы леводопы, необходимые для коррекции симптомов БП. С т е р е о т а к с и ч е с к и е о п е р а ц и и. В основе стереотаксической хирургии лежит разрушение подкорковых структур, которые участвуют в формировании патологических функциональных систем при БП. Наиболее часто прибегают к разрушению отделов внутреннего сегмента бледного шара (паллидотомии) и вентролатеральных ядер таламуса. Окончательных данных о долгосрочном эффекте паллидотомии пока нет, но имеющиеся наблюдения показали, что основным результатом операции является значительное уменьшение дискинезии на контралатеральной стороне, а также менее выраженный и более кратковременный эффект в отношении дискинезии на ипсилатеральной стороне. Паллидотомия может также приводить к улучшению основных симптомов БП, а также постуральных расстройств, однако степень эффекта и его продолжительность уступают воздействию операции на дискинезии. После паллидотомии больные остаются зависимыми от дофаминергических препаратов, но уменьшение дискинезии позволяет назначать более высокие дозы лекарственных средств и, следовательно, лучше корректировать двигательные нарушения БП. К стереотаксическому разрушению таламуса прибегают с целью коррекции не поддающегося консервативной терапии тремора. Эффект от таламотомии обычно сохраняется в течение нескольких лет. Иногда таламотомия уменьшает ригидность и дискинезии, но практически неэффективна в отношении гипокинезии. Г л у б о к а я с т и м у л я ц и я м о з г а. В основе данного метода хирургического лечения лежит подавление функции отдельных структур мозга (главным образом внутреннего сегмента бледного шара, субталамического ядра, таламуса) при помощи высокочастотной глубокой стимуляции. При этом в определенные структуры-мишени имплантируются электроды, связанные с подкожно расположенным электронным стимулятором. Глубокая стимуляция мозга проводится в ряде стран более широко, чем стереотаксис, в связи с большей безопасностью и эффективностью этого метода лечения. Трансплантация дофаминпродуцирующих тканей в б а з а л ь н ы е г а н г л и и. В настоящее время прибегают к пересадке дофаминпродуцирующих эмбриональных клеток, взятых из среднего мозга, либо клеток, выращенных с помощью генной инженерии. Эти операции пока проводятся только экспериментально. Трансплантация приводит обычно к умеренному улучшению паркинсонических симптомов, которое наступает через несколько недель после операции и сохраняется в течение 1—2 лет. До сегодняшнего дня более 200 больных в мире подверглись этой операции. Наиболее эффективна билатеральная трансплантация дофаминпродуцирующих клеток в скорлупу или в скорлупу и в хвостатое ядро одновременно. Есть данные об эффективности пересадки эмбриональной ткани в область черного вещества. Д о п о л н и т е л ь н ы е м е т о д ы л е ч е н и я. Общая тенденция больных, страдающих БП, к потере двигательной активности может быть преодолена разумным использованием физических методов лечения, которые должны быть индивидуализированы в зависимости от степени дезадаптации пациента. Физиотерапия не должна быть чрезмерно интенсивной. Ее цель — поддерживать подвижность в суставах, предотвращать нарушение позы и ходьбы. С этой целью назначают массаж, специальные упражнения, пассивные движения в суставах с растяжением мышц, лечебную ходьбу. Частота и интенсивность занятий подбираются индивидуально. В до машних условиях пациентам рекомендуются пешие прогулки, занятия на велотренажере, лечебная гимнастика. Больному необходимо постоянно напоминать, что инвалидизация может быть предотвращена или по крайней мере значительно отсрочена регулярной физической активностью, поддержание которой зависит в основном от самого пациента. 15.2. Прогрессирующий надъядерный паралич Прогрессирующий надъядерный паралич (ПНП) — спорадическое нейродегенеративное заболевание, для которого характерны надъядерное нарушение движений глаз, дистоническая ригидность аксиальных мышц, постуральные нарушения, псевдобульбарный синдром и деменция. В 1964 г. J. С. Steele, J. С. Richardson и J. Olszewski подробно изучили 9 случаев заболевания и дали ему название "прогрессирующий надъядерный паралич". Приблизительно в 4—6 % случаев синдром паркинсонизма обусловлен ПНП. Заболеваемость составляет 5,3 на 100 000 населения. ПНП несколько чаще встречается у мужчин. Средний возраст начала заболевания равен 63 годам, что почти на 10 лет больше, чем при болезни Паркинсона (БП). Патоморфология. Патоморфологическая картина характеризуется наличием нейрофибриллярных клубочков в цитоплазме нейронов, грануловакуолярной дегенерацией и глиозом. Нейрофибриллярные клубочки отличаются по строению от таковых при болезни Альцгеймера и состоят из прямых и парных спиральных аргирофильных волокон. Могут встречаться единичные тельца Леви. В астроцитах выявляется специфический тау-протеин. Эти изменения находят в основном в стволе мозга и базальных ганглиях. Больше всего поражаются бледный шар, субталамическое ядро, черное вещество, верхние холмики четверохолмия, клиновидное и субклиновидное ядра, красное ядро, голубое пятно, ядра ретикулярной формации, зубчатое ядро мозжечка. Дегенерации подвергаются также ядра III, IV, VIII черепных нервов, происходит демиелинизация верхних ножек мозжечка, семиовального центра, погибают клетки Пуркинье. При нейрохимических исследованиях получены данные о недостаточности центральных дофаминергических, холинергических и норадренергических систем. Клиника. Первым симптомом ПНП в большинстве случаев является нарушение ходьбы из-за постуральной неустойчивости и гипокинезии, в результате чего больные часто падают и получают травмы. В отличие от пациентов с БП больные ПНП передвигаются с широко расставленными ногами, выпрямленными коленями и туловищем, слегка отведенными руками. При изменении направления ходьбы ноги как бы "отстают" от поворота туловища, что дополнительно нарушает равновесие. Походка при ПНП напоминает атактическую, но у пациентов обычно не выявляется типичных мозжечковых симптомов. Нарушение постуральных рефлексов и "застывание", особенно при поворотах, а также недооценка собственных дефектов ходьбы (возможно, в связи с лобной дисфункцией), приводит к частым падениям уже на ранних стадиях заболевания. Возможным дифференциально-диагностическим признаком может быть направление падений: при БП и МСА больные падают преимущественно вперед, а при ПНП назад. Гипокинезия проявляется не только нарушениями ходьбы, но и общей замедленностью движений, ахейрокинезом и микрографией. При этом в большей степени замедленны спонтанные движения, тогда как специальные пробы на скорость движений (сжимание-разжимание кистей, произ вольное увеличение скорости ходьбы и т. д.) больные обычно выполняют в удовлетворительном темпе. В некоторых случаях ПНП может дебютировать с синдрома "чистой акинезии", проявляющимся нарушением инициации ходьбы, выраженным затруднением речи ("застревание" на словах, гипофония), нарушением письма, расстройствами движений век (блефароспазм, апраксия открывания и закрывания глаз) при отсутствии ригидности, тремора, деменции и без реакции на препараты леводопы. Тремор покоя для ПНП нехарактерен. Типичным является надъядерный паралич взора вниз, который возникает обычно спустя 2—3 года от начала заболевания. На ранних стадиях ПНП чаще выявляется ограничение взора вверх и субъективные зрительные расстройства в виде нечеткости зрения, зрительного дискомфорта, жжения в глазах, двоения, повышенной чувствительности к свету. Затем больные теряют способность читать и фиксировать взглядом подвижные объекты. Непроизвольная фиксация взора на каком-либо неподвижном предмете ("застывший взгляд") является типичной особенностью ПНП. Другие глазодвигательные расстройства включают замедление саккад, нарушение оптокинетического нистагма и конвергенции. На начальных стадиях заболевания офтальмопарез может быть преодолен при вызывании окулоцефалического рефлекса, что свидетельствует о сохранности ядерных образований глазодвигательной системы. По мере прогрессирования болезни и вовлечения в дегенеративный процесс ядер ствола мозга у пациентов выпадает феномен Белла (рефлекторное отведение глазных яблок кверху при зажмуривании глаз) и нарушаются вестибулоокулярные рефлексы, что приводит к полной неподвижности глаз. Однако в некоторых случаях патоморфологически доказанного ПНП офтальмопарез не развивался. Дизартрия может быть первым симптомом ПНП у трети больных. Она является результатом гипокинезии и псевдобульбарного пареза мышц, участвующих в артикуляции. Речь становится медленной, нечеткой, часто присоединяется дисфония (голос становится приглушенным) и диспросодия — отсутствие модуляции речи из-за гипокинезии мышц, регулирующих движение голосовых связок. По мере прогрессирования псевдобульбарного синдрома дизартрия усугубляется, речь становится все менее понятной, возникает назолалия. На поздних стадиях болезни из-за пареза и спастичности бульбарных мышц нарушение речи может достичь степени анартрии. Дисфагия обычно развивается параллельно с дизартрией, однако может и опережать ее. По мере прогрессирования болезни развивается надъядерный паралич мягкого неба, мышц глотки, гортани, языка, жевательных и мимических мышц. На поздних стадиях заболевания некоторым больным требуется зондовое питание. Гипомимия, напряжение мышц лба и ретракция век приводят к характерному "взволнованному" или "удивленному" выражению лица. Дистонические расстройства, наблюдаемые у небольшой части больных, проявляются преимущественно блефароспазмом. Он может возникать спонтанно, но чаще провоцируется воздействием света. Блефароспазм иногда сочетается с апраксией открывания век — невозможностью произвольного открывания глаз при отсутствии пареза и визуально заметного сокращения круговой мышцы глаза. Для выявления апраксии открывания век больного просят закрыть глаза (не зажмуривая), а затем открыть их. При этом поднимание верхних век'происходит не сразу, а через несколько секунд;

больному приходится прилагать дополнительные усилия, часто наблюдаются вспомогательные движения — приподнимание бровей, наморщивание лба. Ретрокрллис, наблюдаемый у части больных ПНП, связыва ют не столько с дистонией, сколько с преобладанием ригидности в задней группе мышц шеи и спины (симптом "горделивой осанки"). Когнитивные и поведенческие нарушения являются обязательным симптомом ПНП и могут наблюдаться уже в самом начале болезни. Как правило, деменция не настолько выражена, чтобы являться причиной тяжелой бытовой дезадаптации пациента, однако социальная несостоятельность развивается практически всегда, и на определенном этапе больные вынуждены отказаться от работы. Деменция при ПНП характеризуется признаками, присущими так называемой лобно-подкорковой деменции: нарушение памяти, замедление процессов мышления, эмоционально-личностные нарушения —апатия и/или депрессия, снижение способности использовать приобретенных знаний и навыков. При этом на первый план выступает значительная замедленность психических процессов — брадифрения. Патофизиологической основой брадифрении считают функциональную деафферентацию лобной доли вследствие дегенерации стрио-паллидарного комплекса. Этим же объясняются "лобные" проявления, часто встречающиеся при ПНП: апатия, снижение критики к себе, эйфоричность, приступы раздражительности, палилалия, хватательный рефлекс, паратония. Лобная дисфункция накладывает существенный отпечаток и на расстройства ходьбы. Для ПНП нехарактерны такие корковые проявления деменции, как афазия, первичная апраксия и агнозия. Срок от появления первых признаков ПНП до развития затруднений при ходьбе составляет в среднем 4 мес, потребность в помощи при ходьбе возникает через 3 года, прикованность к кровати или инвалидному креслу — через 5—8 лет и смерть — через 6—10 лет. Больные обычно умирают от осложнений, связанных с падениями и аспирацией. Диагноз и дифференциальный диагноз. Обычные инструментальные исследования малоинформативны в дебюте ПНП;

даже МРТ выявляет характерные атрофические изменения верхних отделов ствола лишь на поздних стадиях заболевания, когда диагноз уже достаточно очевиден на основании клинических данных. Нейровизуализация целесообразна лишь для исключения других, в частности сосудистых, расстройств. В 1996 г. разработаны клинические диагностические критерии ПНП. Они позволяют при жизни больного предполагать вероятный диагноз. О достоверном диагнозе можно судить только после патоморфологического исследования. Обязательные диагностические критерии: 1) постепенно прогрессирующее заболевание с началом в возрасте 40 лет или позднее;

2) вертикальный (вверх или вниз) надъядерный паралич взора и/или замедление вертикальных саккад и выраженная постуральная неустойчивость с падениями на 1-м году болезни;

3) отсутствие признаков другого заболевания, которое могло бы объяснить имеющиеся симптомы. Критерии, подтверждающие диагноз: 1) симметричная акинезия и/или ригидность, больше выраженные в туловище и проксимальных отделах конечностей;

2) ненормальное положение головы, особенно ретроколлис;

3) плохой эффект или отсутствие эффекта от препаратов леводопы;

4) ранняя дисфагия и/или дизартрия;

5) раннее начало когнитивных нарушений лобно-подкоркового типа. Критерии, исключающие диагноз:

1) недавно перенесенный энцефалит;

2) синдром "чужой руки", корковый дефект чувствительности, локальная лобная или теменно-височная атрофия;

3) галлюцинации или иллюзии, не связанные с лечением препаратами леводопы, тяжелая амнезия, афазия или агнозия;

4) выраженные мозжечковые знаки на ранних стадиях заболевания;

5) первичная вегетативная недостаточность на ранних стадиях заболевания (ортостатическая гипотензия и тазовые расстройства);

6) значительная асимметрия симптомов паркинсонизма;

7) очевидное структурное поражение мозга, выявленное при нейровизуализации (инфаркт в области базальных ганглиев или ствола мозга, долевая атрофия). Значительные сложности в дифференциальной диагностике ПНП возникают на начальных этапах болезни, когда имеют место только гипокинезия и/или постуральные нарушения. Во многих диагностически сложных случаях легкое ограничение вертикального взора превносит ясности, так как встречается при БП и других дегенеративных заболеваниях (МСА, КБД), а также среди здоровых лиц старческого возраста. Основным отличием ПНП от БП на ранних этапах заболевания служит отсутствие или нестойкость эффекта препаратов леводопы. Сочетание паркинсонизма, деменции и нарушения вертикального взора нередко наблюдается при сосудистых поражениях головного мозга, в частности при мультиинфарктной деменции, болезни Бинсвангера. Следует иметь в виду, что среди больных с деменцией альцгеймеровского типа или другими видами деменции исследование глазодвигательных функций может быть затруднено из-за того, что пациенты неадекватно понимают задание исследователя. В таких случаях может создаваться ложное впечатление о расстройстве движения глаз. Преимущественно нейродинамический (субкортикальный) характер когнитивных нарушений помогает отличать ПНП от болезни Альцгеймера, для которой характерен первичный (корковый) афато-апракто-агностический синдром. Лечение. Радикальных методов лечения не существует. Препараты леводопы обычно не облегчают состояние больных. В некоторых случаях они улучшают симптомы паркинсонизма, но, как правило, их эффект непродолжителен (менее года). В очень редких случаях их действие может сохраняться в течение нескольких лет. Эффективность препаратов леводопы можно оценить, рекомендовав больному принимать 700—750 мг леводопы (в составе накома или мадопара) в 3 приема в течение 2 мес. Лечение считается неэффективным, если симптомы паркинсонизма не уменьшаются или уменьшаются ненадолго (менее чем на год). В некоторых случаях положительные результаты достигаются при применении норадренергических препаратов. Например, экспериментальный препарат — антагонист ot-2-адренорецепторов — идазоксан, который обеспечивает увеличение концентрации норадреналина в синаптической щели и L-DOPS — синтетический предшественник норадреналина — вызывают уменьшение постуральных нарушений и гипокинезии. Эти препараты особенно показаны при дебюте ПНП с синдрома "чистой акинезии". В некоторых случаях могут быть эффективны амитриптилин, флюоксетин и мидантан в индивидуально подобранных дозировках. При выраженном блефароспазме в отсутствие апраксии открывания век эффективны инъекции ботулинического токсина в круговую мышцу глаза. Выраженная дисфагия на поздних стадиях болезни может потребовать наложения гастростомы для обеспечения адекватного питания.

15.3. Мультисистемная атрофия Мультисистемная атрофия (МСА) — нейродегенеративное заболевание, клинически проявляющееся любыми сочетаниями паркинсонизма, прогрессирующей вегетативной недостаточности, мозжечковых и пирамидных симптомов. МСА составляет 10—12 % случаев синдроме паркинсонизма. Частота встречаемости заболевания составляет 3 на 100 000 населения. Принято выделять две разновидности МСА в зависимости от преобладания в клинической картине мозжечкового или акинетико-ригидного синдрома. Вариант болезни, при котором значительно преобладает мозжечковый синдром, обозначается как спорадическая форма оливопонтоцеребеллярной атрофии (ОПЦА). Наследственные формы ОПЦА к МСА не относятся. Те случаи, когда преобладают явления паркинсонизма, принято называть стриатонигральной дегенерацией (СНД). Как при ОПЦА, так и при СНД обязательно присутствуют проявления прогрессирующей вегетативной недостаточности (ПВН). Ранее выделяли самостоятельную третью форму болезни, при которой на первый план выступала ПВН. Эта форма обозначалась как синдром Шая—Дрейджера. В современных классификациях этот синдром выделять не принято, так как явления ПВН имеют место практически во всех случаях заболевания. Название МСА ввели в 1969 г. Graham и Oppenheimer как "терминзонт" для всех состояний, которые представляют собой разнообразные проявления одной и той же болезни. Об их едином происхождении свидетельствует общность патоморфологических изменений при всех этих состояниях, независимо от преобладающих клинических проявлений. Термин "МСА" используется только для указания конкретной нозологической формы, и его не следует смешивать с понятием "множественные системные дегенерации", которое применяется для обозначения любых дегенеративных заболеваний, протекающих с повреждением различных структур ЦНС (болезнь Гентингтона, КБД, ПНП, синдром паркинсонизм—БАС—деменция и т. д.). Патоморфология. При МСА наблюдается утрата нейронов и глиоз в скорлупе, хвостатом ядре, бледном шаре, черной субстанции, голубом пятне, субталамических ядрах, нижних оливах, ядрах моста, клетках Пуркинье в мозжечке, интермедиолатеральных столбах и боковых рогах, ядре Онуфа спинного мозга. Поражаются также спинальные ядра блуждающего нерва, вестибулярные ядра, двойное ядро, зубчатое ядро, нейроны передних рогов спинного мозга и пирамидные тракты. Гистологическими маркерами МСА являются глиальные цитоплазматические включения (ГЦВ), которые выявляются в цитоплазме и ядре олигодендроглиальных клеток, в цитоплазме и ядре нейронов, в аксонах. Наиболее часто ГЦВ обнаруживаются в мосту и скорлупе, в субталамическом ядре, в ретикулярной формации ствола, в ядрах нижних олив и аркуатных ядрах;

они могут встречаться и в коре полушарий большого мозга (в двигательных зонах). Особенность патоморфологической картины МСА состоит в том, что повреждение глии превалирует над повреждением нейронов. При семейных формах ОПЦА ГЦВ не обнаруживаются, что подтверждает положение о том, что спорадическая ОПЦА в рамках МСА и семейная ОПЦА представляют собой различные болезни. Б и о х и м и ч е с к и й д е ф е к т при МСА достаточно обширен, о чем свидетельствует дегенерация множества структур нервной системы, которые осуществляют свои функции с участием различных медиаторов. Доказано, что синдром паркинсонизма при МСА обусловлен нарушениями в нигростриарной системе. В отличие от БП при МСА наряду с поражением черного вещества одновременно разрушаются дофаминовые рецепторы в скорлупе. В большинстве случаев раньше и в большей степени страдают дофаминовые рецепторы, поэтому при МСА, как и при некоторых других заболеваниях (К.БД, ПНП), говорят о "постсинаптическом паркинсонизме" в отличие от "пресинаптического паркинсонизма" при БП. Из-за поражения дофаминовых рецепторов при МСА заместительная терапия дофаминергическими препаратами обычно малоэффективна. Клиника. Начало болезни наблюдается в возрастном периоде от 45 до 60 лет. Средняя продолжительность болезни 5—7 лет. Смерть обычно наступает вследствие осложнений ПВН: сердечно-сосудистая недостаточность, инфекционные осложнения вследствие нарушения функции мочеиспускания (восходящая инфекция) или возникновения пролежней. Гораздо реже причиной смерти бывает асфиксия или аспирационная пневмония при нарушениях бульбарных функций. В связи с тем что при МСА дегенерации подвергаются различные отделы центральной нервной системы, течение заболевания может быть различным. В 60 % случаях заболевание дебютирует нарушением двигательных функций, в 40 % — признаками вегетативной недостаточности. В качестве первых двигательных нарушений в большинстве случаев выступают явления паркинсонизма (60 %), на втором месте оказываются мозжечковые нарушения (30 %);

сочетание паркинсонизма с мозжечковыми знаками встречается гораздо реже (10 %). Изолированный пирамидный синдром редко наблюдается в дебюте МСА и только в сочетании с ПВП. Паркинсонизм в развернутой стадии болезни присутствует у 90 % больных. Хотя обычно он сочетается с другими ее проявлениями, четверть заболевших не имеют иных симптомов. При МСА паркинсонизм чаще дебютирует симметрично (не проходит типичную для БП стадию гемипаркинсонизма). Первым признаком, как правило, бывает нарушение походки;

рано возникают постуральные нарушения;

гипокинезия часто преобладает над ригидностью;

нехарактерен типичный для БП тремор по типу "счета монет". В редких случаях проявления паркинсонизма на начальных МСА иногда полностью имитируют клинику БП, что может вызывать затруднения в диагностике. При постановке диагноза решающим является выявление симптомов, выходящих за рамки синдрома паркинсонизма (так называемых плюс-симптомов), и отсутствие устойчивого эффекта дофаминергических препаратов. Тем не менее у 30—50 % пациентов на начальной стадии болезни отмечается положительный эффект от лечения этими препаратами. Как правило, эффект в течение нескольких месяцев утрачивается, но в небольшом числе случаев он может сохраняться годами и изредка — до конца жизни. Паркинсонизм при МСА в части случаев сопровождается дистоническими феноменами уже с самого начала болезни. Чаще всего встречается так называемый диспропорциональный антеколлис;

могут иметь место тортиколлис, фокальная дистония в конечностях, орофациальная дискинезия. При назначении препаратов леводопы эти дистонические феномены обычно усиливаются, в то время как симптомы паркинсонизма не уменьшаются. В большинстве случаев мозжечковые расстройства развиваются параллельно с паркинсонизмом. Из-за выраженной ригидности, акинезии и постуральных нарушений их бывает трудно вычленить в клинической картине. Самым частым признаком считается атаксия ходьбы, проявляющаяся прежде всего увеличением площади опоры (широкая постановка стоп). Постуральные нарушения дополнительно затрудняют ходьбу. У половины больных МСА имеется постуральный тремор в конечностях, усиливающийся при приближении к цели. Дисметрия и дисдиадохокинез часто маскируются акинезией и ригидностью. Нередки случаи, когда в начале болезни признаки поражения мозжечка более ярки, а затем нивелируются по мере нарастания паркинсонизма. Речь у пациентов с МСА часто имеет скандированный и "смазанный" характер. Кроме того, к этому присоединяются монотонность, замедленность и приглушенность голоса, характерные для гипокинетического нарушения речи и бульбарного синдрома. Расстройства речи при МСА называют "дизартрофонией". В отсутствие четких симптомов атаксии в определении мозжечкового поражения может помочь наличие нистагма и окулярной дисметрии. На развернутых стадиях МСА у 60 % больных обнаруживаются знаки поражения пирамидной системы — оживление глубоких рефлексов и разгибательные стопные знаки. Практически никогда не наблюдается типичной спастичности и параличей (хотя ригидность и гипокинезия могут затруднять оценку силы). Амиотрофический синдром, обусловленный поражением нейронов передних рогов спинного мозга, встречается не столь часто — в 10 % случаев, хотя при патоморфологическом исследовании в передних рогах нередко обнаруживаются изменения. Поражение передних рогов может вызывать наряду с дистальными амиотрофиями слабость межреберных мышц и диафрагмы, что приводит к развитию дыхательной недостаточности. Вследствие поражения ядер черепных нервов возможно развитие бульбарного синдрома. Особенно характерен паралич абдукторов голосовых связок, который встречается среди больных МСА, по разным данным, в 30—80 % случаев. Он является одним из патогномоничных признаков МСА и опасным осложнением, так как способен стать причиной внезапной смерти во сне из-за асфиксии. Считается, что его причина — дегенерация двойного ядра блуждающего нерва в стволе мозга. Первым проявлением этого осложнения является возникающий во время сна громкий инспираторный стридор. Впоследствии присоединяется удушье во сне. С прогрессированием болезни стридор и одышка становятся постоянными и присутствуют как во время сна, так и в период бодрствования. Для своевременной диагностики этого расстройства необходима ларингоскопия. Ограничение абдукции голосовых связок прямое показание к наложению трахеостомы. Признаки вегетативной недостаточности обычно появляются раньше, чем двигательные расстройства. Установлено, что в 75 % случаев явления ПВН возникают в среднем на 4 года раньше двигательных симптомов. На развернутой стадии болезни выраженная ПВН присутствует практически всегда и нередко становится основной причиной инвалидизации пациентов. Наиболее частое проявление — нарушение функции тазовых органов: недержание или задержка мочи, недержание кала, импотенция. Диагностически значимыми являются изменения ЭМГ-сфинктеров. Ортостатическая гипотензия приводит к развитию обмороков только у 20 % больных, в остальных случаях наблюдаются липотимические состояния. ПВН при МСА также может проявляться ангидрозом, синдромами Горнера, Рейно. Диагноз и дифференциальный диагноз. Достоверная диагностика МСА требует патоморфологической верификации. Клинические критерии, приведенные ниже, позволяют установить лишь возможный или вероятный диагноз. С т р и а т о н и г р а л ь н ы й тип Возможный: • спорадический случай с началом во взрослом возрасте леводопарезистентного паркинсонизма. Вероятный: • то же + выраженная вегетативная недостаточность • или мозжечковые либо пирамидные симптомы • или изменения ЭМГ-сфинктеров. О л и в о п о н т о ц е р е б е л л я р н ы й тип. Возможный: • спорадический случай с началом во взрослом возрасте мозжечкового синдрома в сочетании с паркинсонизмом. Вероятный: • спорадический случай с началом во взрослом возрасте мозжечкового синдрома (с паркинсонизмом или пирамидным синдромом либо без него) + выраженная вегетативная недостаточность или изменения ЭМГ-сфинктеров.

Возможен хороший, но кратковременный и неустойчивый эффект леводопы;

в этом случае необходимо наличие других симптомов, подтверждающих множественность процесса. Без деменции, генерализованной арефлексии. надъядерного паралича взора вниз и иных очевидных причин. Ортостатические обмороки, недержание или задержка мочи, не обусловленные другими причинами. Возможен хороший, но кратковременный и неустойчивый эффект леводопы;

в этом случае необходимо наличие других симптомов, подтверждающих множественность процесса. Ортостатические обмороки, недержание или задержка мочи, не обусловленные другими причинами.

Магнитно-резонансная томография (МРТ) головного мозга иногда выявляет атрофию мозжечка (особое значение придается атрофии средней ножки мозжечка). В ряде случаев выявляется область гиперинтенсивности МР-сигнала в виде узкой щели по наружному краю скорлупы в Т2-режиме при мощности магнитного поля не менее 1,5 Т. Эти изменения связаны с избыточным отложением железа и глиозом в этой области. Дифференциальный диагноз необходимо проводить с другими формами "паркинсонизма-плюс": БП, которая может сопровождаться умеренными вегетативными расстройствами, дисциркуляторной энцефалопатией, возникшей на фоне сахарного диабета с синдромом ПВН, спиноцеребеллярными дегенерациями. Лечение. Заболевание на сегодняшний день неизлечимо. Более того, в большинстве случаев не приносит желаемого результата применяемое симптоматическое лечение. Препараты леводопы бывают эффективны на начальных стадиях у 30 % больных, однако их эффект сохраняется обычно не более 1 — лет. Кроме того, эти средства нередко усугубляют проявления -2 ортостатической гипотензии и дистонические симптомы. Решение о резистентности к препаратам леводопы может быть окончательно принято только при отсутствии терапевтического эффекта суточной дозы 600—750 мг (в составе комбинированных препаратов) в течение 3 мес от начала терапии. Другие средства, применяемые при БП, — амантадин, селегилин, бромокриптин, циклодол, как правило, также неэффективны. Симптоматическое лечение ортостатической гипотензии, как и в других случаях ПВН, проводится путем использования эластичных чулок, добавления в пищу дополнительного количества соли, придания возвышенного положения головному отделу кровати. В ряде случаев хороший эффект в лечении ортостатической гипотензии достигается при применении дезоксикортико стерона ацетата (ДОКСА), агониста ос-адренорецепторов мидодрина (15— 30 мг/сут) или человеческого рекомбинантного эритропоэтина. При задержках мочи следует обучить больного самокатетеризации. 15.4. Кортико-базальная дегенерация Кортико-базальная дегенерация (КБД) — спорадическое дегенеративное заболевание ЦНС, развивающееся главным образом у лиц пожилого возраста, характеризующееся асимметричным леводопарезистентным паркинсонизмом в сочетании с дистонией, миоклонусом, тремором и корковой дисфункцией. Впервые КБД описал J. J. Rebeiz в 1968 г. К настоящему времени в литературе сообщается примерно о 100 случаях этого заболевания. Патоморфология. Макроскопически при КБД выявляются асимметричная атрофия вещества мозга, более выраженная в лобной и теменной коре (особенно в области, окружающей центральную и латеральную борозды), депигментация черной субстанции. При микроскопическом исследовании наряду с уменьшением числа нейронов и глиозом в лобной и теменной коре, а также в базальньгх ганглиях и структурах среднего мозга обнаруживаются ахроматические баллонообразные клетки. Кроме того, в коре и подкорковых структурах обнаруживаются внутриклеточные включения, содержащие тау-протеин. Тау-протеин при КБД накапливается не только в нейронах, но и в глиальных клетках, формируя специфичные для КБД "астроцитарные" бляшки. При гистохимических исследованиях выявляется значительное уменьшение содержания дофамина в стриатуме. Клиника. Заболевание обычно начинается в возрасте 50—70 лет. Первыми проявлениями КБД бывает неловкость в одной из конечностей, сопровождающаяся нарушением сложных видов чувствительности (астереогнозом, аграфестезией, нарушением дискриминационного чувства). Симптоматика постепенно распространяется сначала на ипсилатеральную, а затем на контралатеральную руку или ногу. Впоследствии присоединяются акинетико-ригидный синдром, дистония, тремор, миоклонии, пирамидные знаки и другие проявления заболевания. Неврологические нарушения могут возникать в любой последовательности и любой комбинации, что определяет значительные различия клинической картины. Паркинсонизм, развивающийся почти у всех больных, проявляется асимметричным акинетико-ригидным синдромом. Из других экстрапирамидных расстройств чаще встречается мышечная дистония (50—80 %), которая бывает фокальной или сегментарной и обычно вовлекает конечности и/или аксиальную мускулатуру. Весьма характерна для КБД своеобразная дистоническая поза руки с приведением плеча, сгибанием предплечья, кисти и пальцев. Дистония кисти бывает настолько выражена, что иногда пальцы буквально впиваются в ладонь. Миоклонии наблюдаются почти у половины больных, чаще в наиболее пораженной конечности;

они, как правило, усиливаются при движении (интенционный миоклонус), их можно также вызвать путем механической или электрической стимуляции (рефлекторный миоклонус). Электрофизиологические исследования показывают, что миоклонии имеют корковый характер. Тремор наблюдается у трети больных, чаще он имеет постуральный характер. У 90 % больных выявляются надъядерные глазодвигательные расстройства в виде затруднения инициации и ограничения амплитуды горизонтальных и/или вертикальных саккадических и следящих движений, но явный парез взора встречается лишь у 20 % пациентов на поздней стадии заболевания. Иногда отмечается "апраксия" открывания глаз. Походка нарушается почти у всех больных. Уже в течение первых лет болезни развиваются выраженные нарушения ходьбы по типу лобной дизбазии (апраксии ходьбы) и постуральная неустойчивость с частыми падениями, преимущественно назад. Пирамидные нарушения встречаются часто — более чем у 70 % больных, но обычно бывают умеренными и офаничиваются оживлением рефлексов и патологическими кистевыми и стопными знаками. Мозжечковая атаксия для КБД нехарактерна. У многих больных отмечается дизартрия, которая иногда профессирует до степени анартрии. Дисфагия относится к числу редких проявлений и обычно встречается на поздней стадии. Характерное проявление КБД — нарушение высших мозговых функций — встречается более чем в 90 % случаев. Наиболее типичный для КБД тип расстройств — апраксия (84 % случаев). Нередко она развивается уже на ранней стадии заболевания. Апраксия при КБД имеет сложный характер и включает нарушение организации последовательности движений (кинетическая, динамическая апраксия), пространственной организации движений (пространственная, конструктивная апраксия) и кинестетического контроля двигательного акта (кинестетическая апраксия). На поздних стадиях заболевания может присоединяться также идеаторная апраксия. Возникновение апраксии при КБД связывают с дисфункцией и разобщением премоторной и нижнетеменной коры. При КБД могут возникать и особые формы апраксии — оральная апраксия, апраксия взора, речевая апраксия (в форме дизартрии), туловищная апраксия, апраксия ходьбы. Приблизительно у 20 % больных с КБД при поражении доминантного полушария развивается транскортикальная моторная (динамическая) афазия. При поражении недоминантного полушария отмечаются зрительно-пространственные нарушения и иногда синдром игнорирования половины пространства. Снижение интеллекта с развитием деменции отмечается у 45 % пациентов лишь на поздней стадии заболевания на фоне уже развившегося грубого двигательного дефекта. Одно из характерных проявлений КБД — феномен "чужой" конечности, встречающийся приблизительно у половины больных. Обычно он становится заметным через 1 год от начала заболевания. Симптом "чужой" конечности — сложный сенсомоторный феномен, характеризующийся одновременно ощущением отчуждения конечности и ее непроизвольной (автономной) двигательной активностью при утрате возможности участвовать в произвольных действиях. Отчуждение конечности проявляется, в частности, тем, что при выключении зрительного контроля больной не в состоянии отличить своей здоровой рукой больную руку от руки исследователя. Спектр возможной автономной активности "чужой" руки весьма широк — от простых движений (например, поднимание руки вверх, сгибание) до довольно сложных (хватательных движений, навязчивых манипуляций с предметами, а иногда и аутоагрессивных действий). Нередко движения в руке возникают синкинетически — одновременно с движениями непораженной или менее пораженной контралатеральной конечности, при этом они часто имитируют их (зеркальные движения). Иногда "чужая" рука вмешивается в движения здоровой руки ("интермануальный конфликт"). Неврологические проявления КБД неуклонно прогрессируют. В течение нескольких лет симптоматика может выявляться только в одной руке, однако в последующем неврологические расстройства постепенно генерализуются, к ним присоединяются когнитивные нарушения, и в конце кон10S цов пациент оказывается прикованным к постели. Больные умирают через 5 10 лет чаще всего от бронхопневмонии. При нейровизуализации у больных КБД обычно обнаруживается диффузная церебральная атрофия, которая нередко имеет асимметричный характер и преимущественно вовлекает лобную и теменную доли на стороне, контралатеральнои по отношению к доминирующей симптоматике. Диагноз и дифференциальный диагноз. Диагностические критерии [Оегtel W., Quinn N.,1996] включают наличие не менее 3 из следующих 6 признаков: 1) леводопарезистентный акинетико-ригидный синдром;

2) феномен "чужой" конечности;

3) апраксия или нарушение сложных видов глубокой чувствительности;

4) фокальная дистонии в конечности;

5) грубый постуральный или кинетический тремор;

6) миоклонии. Сложность диагностики КБД заключается в том, что существует определенное клиническое и патоморфологическое сходство КБД с некоторыми другими дегенеративными заболеваниями ЦНС, такими как болезнь Пика, болезнь Альцгеймера, болезнь Галлервордена—Шпатца, ПНП. На ранней стадии дифференциальный диагноз приходится проводить с болезнью Паркинсона, для которой также характерна асимметричность проявлений. Однако малая эффективность препаратов леводопы при КБД, отсутствие тремора покоя и особенно появление атипичных для болезни Паркинсона подкорковых и фокальных корковых нарушений позволяют отвергнуть этот диагноз. Л е ч е н и е. Терапевтические возможности при КБД весьма ограничены. У незначительной части больных выявляется умеренный (хотя и не стойкий) эффект при применении препаратов леводопы. Определенный результат можно иногда получить и с помощью агонистов дофамина. Однако чаще эти препараты оказываются неэффективными. Выраженность миоклонии и интенционного тремора можно уменьшить с помощью клоназепама. Постуральный тремор иногда облегчается с помощью р-блокаторов. Попытки лекарственной терапии нередко лишь ухудшают состояние больных, способствуя нарастанию когнитивного дефекта, нарушений ходьбы, заторможенности и спутанности. При фокальных дистониях могут быть эффективны инъекции ботулотоксина. Важное значение имеет лечебная гимнастика, которая предотвращает контрактуры, облегчает болезненную дистонию и позволяет некоторое время поддерживать активность больного. 15.5. Тремор Тремор — ритмичное непроизвольное колебание какой-либо части тела. Тремор является самым частым экстрапирамидным расстройством. Основой клинического анализа тремора является определение того, в каких состояниях он проявляется. Выделяются два его основных вида: тремор покоя и тремор действия (акционный). Тремор покоя возникает в какой-либо части тела в отсутствие двигательной активности, при расслаблении мышц. Примером служит тремор, возникающий в руках, когда они свободно лежат на коленях больного, в ногах — когда больной сидит, опустив ноги на пол. Тремор покоя особенно наглядно проявляется, если пациент спокойно лежит. Он возрастает при эмоциональном и умственном напряжении, а также при активных движениях других частей тела (например, дрожание одной руки усиливается при движениях другой рукой или при ходьбе). При произвольном или пассивном движении конечности тремор покоя исчезает или значительно уменьшается, что является важнейшей особенностью этого вида дрожания. Тремор покоя чаще всего наблюдается при болезни Паркинсона (БП), но может встречаться и при других заболеваниях. Тремором действия принято называть любой вид дрожания, возникающий при произвольном сокращении мышц. К нему относятся постуральный, кинетический тремор (или тремор движения) и изометрический. Постуральный тремор наблюдается при произвольном сокращении мышц, которое направлено на поддержание определенной статической позы с противодействием силе земного притяжения. Он обычно наблюдается в руках, если они вытянуты вперед или в стороны. Постуральный тремор может усиливаться или возникать в определенных позах, например, когда больной держит руки над головой или около поясницы. В таких случаях говорят о позиционно-специфическом постуральном треморе. Тремор движения, или кинетический, наблюдается при любом произвольном движении. Различают два его варианта. Первый вариант — простой тремор движения (простой кинетический тремор) возникает при выполнении нецеленаправленных движений, таких, как поднимание и опускание конечности, ее сгибание и разгибание, пронация-супинация. Второй вариант — это тремор при целенаправленных движениях, или интенционный. Он бывает хорошо заметен при выполнении пальценосовой и пяточно-коленной проб. Об интенционном треморе говорят, если амплитуда дрожания возрастает по мере приближения к конечной цели движения. Выделяют также специфические виды тремора движения, к которым относят профессиональный тремор, например, дрожание рук у музыкантов и др. Изометрический тремор наблюдается при изометрической работе мышц, когда их действие направлено против неподвижного объекта. Примером является тремор в руках при исследовании силы в них;

тремор рук или ног, когда человек упирается прямыми конечностями в твердую поверхность. Изометрический тремор может сопутствовать другим видам дрожания, но иногда является единственной жалобой пациента. Различные виды тремора могут комбинироваться, а иногда возникать одновременно. Этиология и патогенез. По этиологическому признаку выделяют первичный и вторичный (симптоматический) тремор. К первичному относятся наследственные и спорадические случаи эссенциального тремора. Вторичный тремор может возникать при сосудистых, дисметаболических, токсических (в том числе лекарственных), травматических, воспалительных, демиелинизирующих, неопластических и паранеопластических поражениях ЦНС, при полиневропатиях, а также при различных дегенеративных заболеваниях с вовлечением экстрапирамидной системы (болезнь Паркинсона, болезнь Вильсона—Коновалова, болезнь Гентингтона, болезнь Фара, мультисистемная атрофия, спиноцеребеллярные дегенерации и др.). Патогенез тремора до сих пор во многом не ясен. Наиболее вероятным представляется предположение о том, что он обусловлен осцилляцией — синхронной ритмичной генерацией потенциала действия определенными группами нейронов. Среди центральных структур, обладающих способностью к осцилляции, наибольшее значение в генерации тремора придается нижним оливам и ядрам зрительного бугра. Об этом свидетельствует, в частности, эффективность стереотаксических операций на таламусе почти при всех дрожательных синдромах. Считается, что в возникновении патологической осцилляции таламических ядер существенное значение имеют афферентные сенсорные импульсы с периферии. Образования, входящие в состав треугольника Молларе (зубчатое, шаровидное и пробковидное ядра — контралатеральное красное ядро — контралатеральная нижняя олива и связываюшие их волокна), также могут явиться источником разных вариантов тремора. В последние годы с помощью ПЭТ установлено, что мозжечок и его связи с красными ядрами, нижними оливами и таламусом играет значительную роль в происхождении различных вариантов тремора действия. Выделяют несколько вариантов дрожательных синдромов. У с и л е н н ы й ф и з и о л о г и ч е с к и й т р е м о р характеризуется высокочастотным постуральным дрожанием рук, которое хорошо заметно при осмотре. Этот синдром диагностируется, если у больного нет очевидного неврологического заболевания, проявлением которого мог бы быть тремор. Причиной усиления физиологического тремора могут быть тиреотоксикоз, феохромоцитома, гипогликемия, физическая или психическая нагрузка, прием различных лекарственных препаратов, воздействие алкоголя. Лечение усиленного физиологического тремора заключается в устранении провоцирующего фактора, но если это невозможно, то рекомендуется пропранолол 40 мг в сутки в 1 прием. О р т о с т а т и ч е с к и й т р е м о р —особый вид дрожательного гиперкинеза, который возникает в ногах только в положении стоя и исчезает при ходьбе, в положении сидя и лежа. Он, как правило, сопровождается постуральными нарушениями. Впервые этот вид тремора описал К. Heilman в 1984 г. Дрожание в ногах возникает обычно через несколько секунд или минут после того, как больной встает, и постепенно усиливается по частоте и амплитуде, нередко распространяясь на туловище. При этом возникает нарастающее чувство неустойчивости, больной начинает пошатываться и, чтобы не упасть, вынужден прислониться к чему-нибудь, сесть, начать ходить или переступать с ноги на ногу. Ортостатический тремор, как и все гиперкинезы, усиливается при эмоциональном напряжении. Алкоголь не оказывает влияния на выраженность ортостатического тремора. Частота его необычно высока — 13—18 Гц, что позволяет подтверждать диагноз с помощью ЭМГ. Выделяют первичный ортостатический тремор, который предположительно является атипичным вариантом эссенциального тремора, и вторичный, встречающийся при сосудистых (инфаркты моста) и дегенеративных заболеваниях головного мозга. Средством выбора в лечении ортостатического тремора является клоназепам (1 —10 мг в сутки);

при отсутствии эффекта используют гексамидин и фенобарбитал. С п е ц и ф и ч е с к и е д р о ж а т е л ь н ы е с и н д р о м ы включают первичный тремор письма, голоса, рук у музыкантов. Тремору письма в ряде случаев сопутствует дистония кисти, тогда говорят о дистоническом треморе письма. Изолированный тремор голоса также может сочетаться или не сочетаться с дистонией голосовых связок. Для дистонического тремора голосовых связок (в отличие от просто тремора голоса) характерно исчезновение или уменьшение его при пении, при громкой, эмоционально насыщенной речи (своеобразные речевые парадоксальные кинезии). В лечении тремора голоса используют пропранолол. При треморе письма наиболее эффективны антихолинергические препараты;

также применяют пропранолол и гексамидин. В рамках д и с т о н и ч е с к о г о т р е м о р а выделяют несколько вариантов. 1. Простой дистонический тремор — дрожание в той части тела, которая вовлечена в насильственное движение. Тремор бывает постуральным или кинетическим и исчезает в покое. Типичный пример — дрожательная спастическая кривошея (дистонический тремор головы). У многих пациентов корригирующие жесты вызывают уменьшение амплитуды тремора в отличие от эссенциального тремора головы. 2. Тремор, сочетающийся с дистонией: дрожание у больного с какойлибо формой дистонии в тех частях тела, которые не вовлечены в насильственное движение (например, постуральный тремор рук у больного со спастической кривошеей). 3. Тремор, сочетающийся с наличием дистонического гена — изолированный тремор у человека с семейным анамнезом дистонии. Для устранения дистонического тремора применяются антихолинергические препараты и инъекции ботулотоксина. Синдром п а р к и н с о н и ч е с к о г о т р е м о р а подразумевает любой вид дрожания у больного с БП. В настоящее время понятие " с и н д р о м мозжечкового т р е м о р а " употребляется как синоним интенционного тремора, хотя поражение мозжечка может вызывать и другие виды дрожания. С поражением мозжечка связывают возникновение титубации — низкочастотного постурального тремора головы и туловища. Для мозжечкового (интенционного) тремора нет какой-либо определенной схемы фармакотерапии. При этом виде тремора вовлекаются многие неиромедиаторные системы. Наиболее широко представленным в мозжечковой системе медиатором является гамма-аминомасляная кислота (ГАМК). Есть сведения о положительном влиянии на мозжечковый тремор изониазида, который ингибирует ГАМК-аминотрансферазу — первый фермент в цепи расщепления ГАМК, однако эффективность его пока достоверно не доказана. В ряде случаев может быть полезен клоназепам (9—15 мг в сутки). Считается, что его воздействие на интенционный тремор обусловлено стимулирующим влиянием на серотонинергическую и ГАМК-ергическую системы. Описаны единичные случаи положительного влияния карбамазепина и пропранолола. Примидон неэффективен. Особыми дрожательными синдромами являются рубральный тремор и тремор мягкого неба, которые обычно представляют собой так называемый симптоматический тремор. Под понятием "симптоматический" подразумевается связь тремора с установленным анатомическим повреждением в Р у б р а л ь н ы й ( с р е д н е м о з г о в о й ) т р е м о р. Клиническая картина складывается из грубого тремора покоя и интенционного тремора, которые могут быть непостоянны и неритмичны. Часто присутствует и постуральное дрожание. Частота обычно низкая — 4,5 Гц;

наиболее часто вовлекаются руки. Среднемозговой тремор обычно развивается через некоторое время после поражения среднего мозга (4 нед — 2 года), является составной частью альтернирующего синдрома Бенедикта. Рубральный тремор, как правило, становится причиной значительной функциональной дезадаптации больного. Считается, что в его происхождении среди прочего играет роль поражение нигростриарных дофаминовых нейронов. Описаны случаи возникновения и усугубления этого вида тремора при блокаде дофаминовых рецепторов во время лечения нейролептиками. Поэтому, хотя фармакотерапия, как правило, неэффективна, в некоторых случаях могут быть полезны препараты леводопы. Изредка облегчение могут приносить холинолитики, вальпроаты, пропранолол, клоназепам. Дрожание может возникать вследствие п р и е м а л е к а р с т в е н н ы х с р е д с т в и л и и н т о к с и к а ц и и. Перечень лекарственных средств, которые могут быть причиной тремора, достаточно велик. Это нейролептики, цнс.

резерпин, тетрабеназин, метоклопрамид (церукал), антидепрессанты (особенно трициклические), литий, кокаин, симпатомиметики, бронхолитики (J-агонисты), теофиллин, кофеин, дофамин, прогестерон, антиэстрогенные средства, кортикостероиды, вальпроаты, антиаритмические средства (амиодарон), прокаинамид, кальцитонин, гормоны щитовидной железы, цитостатики, иммуносупрессоры, а также алкоголь. Наиболее часто имеет место усиление физиологического тремора при приеме симпатомиметиков и антидепрессантов. Под воздействием нейролептиков или других средств, блокирующих дофаминовые рецепторы, может возникать паркинсонический тремор покоя. Интоксикация литием иногда приводит к интенционному тремору. При отмене алкоголя или других веществ наблюдается усиление физиологического тремора. Последний следует отличать от интенционного тремора, обусловленного атрофией мозжечка у алкоголиков, который часто сочетается с низкочастотным (3 Гц) дрожанием туловища в положении стоя, что считается следствием поражения лобной доли при хроническом алкоголизме. Особый вид лекарственного тремора — поздний тремор при длительном лечении нейролептиками (обычно постуральное дрожание рук, иногда тремор покоя и интенционный). Д р о ж а т е л ь н ы е с и н д р о м ы п р и п о л и н е в р о п а т и и характеризуются постуральным и/или кинетическим тремором конечностей. Тремор может возникать при многих вариантах полиневропатии, включая наследственные формы, однако наиболее часто он наблюдается в случаях демиелинизирующей полииевропатии, в особенно если в ее основе лежит дисгаммаглобулинемия. Тремор при полиневропатии может быть следствием как непосредственного поражения периферических нервов, так и лежащего в его основе заболевания. В таких случаях наряду с лечением полиневропатии можно применить пропранолол. П с и х о г е н н ы й т р е м о р может клинически проявляться по-разному. Подозревать его следует в случаях, когда имеет место один или несколько из следующих признаков: 1) внезапное начало дрожания и/или наличие ремиссий;

2) причудливые комбинации тремора покоя и интенционного/постурального тремора;

3) уменьшение амплитуды дрожания при отвлечении внимания больного;

4) уменьшение одной конечности при произвольных движениях другой конечностью;

5) признак "содружественной активации". Он заключается в том, что при исследовании мышечного тонуса в дрожащей конечности врач ощущает сопротивление со стороны пациента, и возрастание дрожания и/или ритмичной резистентности (по типу "зубчатого колеса") в этой конечности. Ритмичная резистентность исчезает, если попросить пациента активно напрячь мышцы. Признак "содружественной активации" отличается от истинного феномена "зубчатого колеса" тем, что он исчезает, когда пациент полностью расслаблен. При психогенном треморе могут также иногда наблюдаться псевдодистонические установки рук во время дрожания. "Содружественная активация" наблюдается не во всех случаях психогенного тремора;

6) соматоформные расстройства в анамнезе;

7) дополнительные необычные симптомы. Хирургическое лечение тремора. При неэффективности консервативного лечения в ряде случаев успешно удается уменьшить тремор с помощью хирургического стереотаксического вмешательства. На практике наиболее широко применяются стереотаксические операции на таламусе, которые в основном производят для лечения паркинсонического тремора покоя и реже других видов тремора, таких как эссенциальный тремор, тремор при рассеянном склерозе, посттравматический, постгемиплегический тремор, первичный тремор письма, тремор при полиневропатии. Большинство хи рургов проводят операции на вентролатеральном заднем ядре, которое является релейным ядром мозжечка. Применяются либо разрушение ("таламотомия") ядра, либо долгосрочная высокочастотная его стимуляция ("нейромодуляция", "глубокая стимуляция мозга"). Достигнуты успехи также при стереотаксических вмешательствах на бледном шаре ("паллидотомия") и на субталамической области ("камптотомия"). 15.5.1. Эссенциальный тремор Эссенциальный тремор (ЭТ) обозначают по-разному — доброкачественный, эссенциальный, врожденный, семейный, идиопатический. Распространенность ЭТ составляет примерно 300—415'на 100 000 населения. Среди лиц старше 40 лет.ЭТ встречается в 0,5—5,5 % случаев. Мужчины и женщины болеют одинаково часто. Заболевание обычно дебютирует в среднем возрасте, хотя известны случаи начала как в раннем детском, так и в старческом возрасте. Этиология и патогенез. ЭТ является генетически детерминированным заболеванием. Считается, что он передается по аутосомно-доминантному типу, однако пока не установлен генетический дефект;

аутосомно-рецессивные случаи могут попросту оставаться незамеченными. Возможно наличие спорадических случаев, которые могут быть результатом новой мутации или являться фенокопиями. Исследования, проведенные по идентификации генной патологии, при ЭТ дали различные результаты. Была обнаружена связь заболевания с локусами в 3q 13 и 2q22—25. В семьях с ЭТ описан феномен антиципации, т. е. в последующих поколениях заболевание начинается раньше и протекает тяжелее, чем в предыдущих. ЭТ характеризуется генетической и фенотипической неоднородностью. Морфологические изменения в мозге в большинстве случаев отсутствуют. Клиника. Основным проявлением наследственного ЭТ является двусторонний, симметричный простуральный кинетический тремор рук, которому иногда сопутствует также интенционный тремор в руках, и реже тремор покоя. В редких случаях дебют ЭТ может быть асимметричным. Частота тремора составляет от 4 до 12 Гц (чаще 8—10 Гц). С возрастом частота тремора может несколько уменьшаться, а амплитуда — увеличиваться. Наряду с дрожанием рук может наблюдаться тремор головы, голоса и подбородка;

иногда эти виды тремора встречаются изолированно. Нередко у больного с клинической картиной ЭТ имеются другие легкие экстрапирамидные (гипомимия, ахейрокинез и др.) или мозжечковые симптомы, выраженность которых недостаточна для диагностики какой-либо определенной нозологии. Сенильный тремор рассматривается как спорадический вариант эссенциального тремора с поздним дебютом. Хотя ЭТ считается доброкачественной болезнью, он нередко является причиной значительной социальной и функциональной дезадаптации больных. Эссенциальный тремор часто сочетается с паркинсонизмом или с дистонией. Несмотря на то что разница между паркинсонизмом и ЭТ на первый взгляд кажется очевидной, нередки диагностические ошибки. Трудности возникают в случае, когда у больного с классическим постуральным и кинетическим тремором имеет место и тремор покоя. Примерно у 50 % больных ЭТ имеется феномен "зубчатого колеса". В 2—19 % у лиц с ЭТ отмечается акинетико-ригидный синдром, а 5 % имеют семейный анамнез паркинсонизма. ЭТ часто встречается у пациентов с идиопатической торсионной дистонией, особенно с фокальными формами — спастической кривошеей, блефароспазмом, оромандибулярной дистонией. Наличие ЭТ у больного с дистонией можно обсуждать в том случае, когда тремор отмечается в мышцах, не вовлеченных в насильственное сокращение, поскольку тремор в той части тела, которая вовлечена в дистонию, обычно является дистоническим. Лечение. Прием алкоголя у большинства больных ЭТ вызывает временное (на 45—60 мин) значительное уменьшение дрожания. Обычно со временем для уменьшения тремора больному требуются все большие дозы алкоголя. Механизм действия на ЭТ неизвестен, хотя с помощью ПЭТ показано, что прием алкоголя уменьшает гиперактивность в области мозжечка и его связей, которая наблюдается при этой болезни. Лица с ЭТ составляют потенциальную группу риска для развития хронического алкоголизма, так как после прекращения действия алкоголя наблюдается феномен отдачи _ тремор становится более интенсивным, чем до приема алкоголя. Поэтому не следует рекомендовать больным прибегать к подобному методу "лечения". Одним из средств лечения ЭТ является р-адреноблокатор — пропранолол (анаприлин, обзидан). Механизм его действия при ЭТ неизвестен. Этот препарат уменьшает ЭТ в руках, сокращая его амплитуду (без воздействия на частоту), однако в меньшей степени влияет на ЭТ головы и голоса. Хотя пропранолол является препаратом выбора для лечения ЭТ, клинический эффект неодинаков у разных больных. Состояние примерно у 50 % пациентов улучшается. Оптимальной дозой считается 120—320 мг в сутки;

доза выше 320 мг в сутки не приводит к дальнейшему улучшению. Начальная доза пропранолола составляет 60 мг в сутки. При хорошей переносимости ее можно увеличить до максимальной. Однократный прием 120 мг пропранолола облегчает тремор через 1 ч;

эффект сохраняется на протяжении 5—6 ч. Многие больные предпочитают употреблять пролонгированные формы (3-блокаторов, действия которых хватает на все время бодрствования. Пропранолол, как правило, хорошо переносится. Относительными противопоказаниями к его назначению являются сердечная недостаточность (особенно в стадии декомпенсации), атриовентрикулярная блокада II или III степени, бронхиальная астма или бронхоастматические состояния, сахарный диабет (пропранолол может заблокировать адренергические проявления гипогликемии). Побочные эффекты пропранолола связаны в основном с его (3-адреноблокирующим действием. В большинстве случаев возникает брадикардия, однако урежение частоты сердечных сокращений до 54—60 в минуту обычно не беспокоит больных, если на фоне физической нагрузки происходит адекватное учащение сердечного ритма. К более редким побочным явлениям относятся утомляемость, тошнота и рвота, диарея, сыпь, импотенция, депрессия. Есть данные о том, что к пропранололу может развиться толерантность, что приводит к необходимости увеличения дозы лекарства. Другие р-адреноблокаторы столь же эффективны, как пропранолол, поэтому у больных с бронхоастматическими явлениями можно использовать селективные р-блокаторы в небольших дозах. Иногда перевод больного с пропранолола на другой препарат той же группы с селективным действием (например, метопролол) позволяет уменьшить выраженность побочных явлений. Другим средством для лечения ЭТ является противосудорожный препарат примидон (гексамидин). Он может быть эффективен как в малых дозах — 50—250 мг/сут, так и в больших — 750—1000 мг/сут. Начальная доза должна быть небольшой — 12,5 — 25 мг/сут, а затем ее следует постепенно увеличи вать до- достижения эффекта. Всю суточную дозу можно принимать однократно на ночь. Между степенью лечебного эффекта и концентрацией препарата в крови корреляции не обнаружено. Противодрожательное действие примидона проявляется уже при первом приеме. Побочные явления наблюдаются у 25 % больных и представлены тошнотой, рвотой, катаральными симптомами и атаксией. Хороший эффект терапии ЭТ сохраняется в течение длительного времени. Многие специалисты рекомендуют начинать лечение ЭТ с примидона, так как он обладает большей эффективностью, чем пропранолол. В случае неэффективности примидона его прием прекращают, однако если он вызывает хотя бы небольшое уменьшение тремора, то его прием можно продолжать, добавив при этом пропранолол. Препаратом выбора для ортостатического варианта ЭТ является клоназепам;

могут быть эффективны также фенобарбитал, примидон и вальпроаты. Применявшиеся ранее бензодиазепины можно назначать только тем лицам, у которых дрожание значительно увеличивается при эмоциональных переживаниях. Имеются единичные примеры эффективности при ЭТ других препаратов, в число которых входят метазоламид, габапентин, теофиллин, нимодипин, клозапин. Ботулотоксин при введении в вовлеченные в дрожание мышцы обеспечивает уменьшение амплитуды ЭТ. Эффект сохраняется в среднем 10 нед. Частым побочным эффектом, ограничивающим использование ботулотоксина, является слабость мышц, в которые введен препарат. Более успешно можно использовать ботулотоксин при выраженном ЭТ головы или голоса, хотя возможно развитие дисфонии в качестве побочного явления. 15.6. Дистония Дистония — двигательное расстройство, характеризующееся патологическими позами и насильственными (чаще вращательными) движениями в той или иной части тела. Термин "дистония", согласно общепринятым представлениям, является в настоящее время наиболее предпочтительным и применим для обозначения любого дистонического синдрома. Согласно эпидемиологическим исследованиям, распространенность дистонии составляет примерно 3,4 на 100 000 населения для генерализованной формы и 30 на 100 000 — для фокальных форм. Каждый дистонический синдром принято классифицировать по трем отдельным категориям возрасту: начала болезни, распределению (локализации) и этиологии. Классификация дистонии по особенностям ее распределения предусматривает пять возможных вариантов: 1) фокальная;

2) сегментарная;

3) мультифокальная;

4) генерализованная;

5) гемидистония. Распределение дистонии отражает в определенном смысле тяжесть заболевания и, кроме того, имеет значение для планирования стратегии лечения. Ф о к а л ь н а я д и с т о н и я — это дистония, наблюдаемая в какой-либо одной части тела. Известно 6 относительно самостоятельных форм фокальной дистонии: блефароспазм, оромандибулярная дистония (краниальная дистония), спастическая кривошея (цервикальная дистония), писчий спазм (брахиальная дистония), спастическая дисфония (ларингеальная дистония), дистония стопы (круральная дистония). С е г м е н т а р н а я д и с т о н и я — синдром, наблюдаемый в двух рядом расположенных (смежных) областях тела (блефароспазм и оромандибулярная дистония, тортиколлис и торсионный спазм мышц плеча, тортипельвис и круральная дистония и т. п.) Мул ьти ф о к а л ьн ая д и с т о н и я отражает такое распределение дистонических синдромов, когда они наблюдаются в двух и более областях тела, не смежных друг другу (например, блефароспазм и дистония стопы, оромандибулярная дистония и писчий спазм и т. п.). Г е м и д и с т о н и я — синдром, складывающийся из брахиальной и круральной дистонии на одной половине тела (редко вовлекается и одноименная половина лица). Гемидистония — важный в практическом отношении знак, так как она всегда имеет симптоматическую (вторичную) природу и указывает на первичное органическое поражение контралатерального полушария. Г е н е р а л и з о в а н н а я д и с т о н и я — термин, применяемый для обозначения дистонии в мышцах туловища, конечностей и лица. Лишь к этой форме дистонии применимы термины "торсионная" и "деформирующая мышечная дистония". Фокальная дистония может быть либо самостоятельным синдромом, когда на всех этапах болезни к нему не присоединяются никакие другие дистонические синдромы, либо первым проявлением генерализованной дистонии. Связь между фокальными и генерализованными формами дистонии опосредована возрастом: чем в более старшем возрасте дебютирует дистония, тем менее вероятна ее последующая генерализация. Например, появление спастической кривошеи у ребенка всегда предвещает формирование генерализованной торсионной дистонии. В отличие от этого спастическая кривошея в зрелом возрасте, как правило, не развивается в генерализованную дистонию. Этиология. Этиологическая классификация дистонии включает четыре раздела: первичная дистония, "дистония-плюс", вторичная дистония и гередодегенеративные формы дистонии. Первичная дистония. Сюда относятся заболевания, при которых дистония является единственным неврологическим проявлением. Они подразделяются в свою очередь на спорадические и наследственные. Большинство форм первичной дистонии являются спорадическими, с началом в зрелом возрасте, причем большинство из них фокальные или сегментарные. Наследственные формы первичной дистонии включают прежде всего наследственную дистонию (DYT1), при которой анормальный ген локализован на хромосоме 9q34.1. Этот вариант наследственной дистонии был описан Оппенгеймом в 1911 г. Она наследуется по аутосомно-доминантному типу с неполной пенетрантностью. Описано еше несколько генетических вариантов первичной дистонии (цервикальная и другие формы фокальной дистонии с началом в зрелом возрасте), отличающихся локализацией хромосомной и генной аномалии. При первичных формах дистонии в мозге больных не находят патоморфологических изменений и связывают ее патогенез с нейрохимическими и нейрофизиологическими нарушениями в основном на уровне стволовоподкорковых образований. Дистония-плюс. Выделение этой подгруппы мотивировано тем, что существует группа заболеваний, отличающихся как от первичной дистонии, так и от гередодегенеративных форм дистонии. Как и первичная дистония, дистония-плюс имеет в своей основе нейрохимические нарушения и не сопровождается структурными изменениями в мозге. Но если первичная дистония проявляется "чистой" дистонией, то дистония-плюс, кроме дистонического синдрома, включает другие неврологические синдромы. Речь идет о двух вариантах дистонии-плюс: дистония с паркинсонизмом и дистония с миоклонусом. Дистония с паркинсонизмом включает несколько наследственных заболеваний, среди которых основной формой является так называемая ДОФА-чувствительная дистония, объединяющая несколько отдельных генетических вариантов (DYT5, недостаточность тирозингидроксилазы, недостаточность биоптерина, дистония, чувствительная к агонистам дофамина). Второй вариант дистонии-плюс назван «миоклонической дистонией» или наследственной дистонией с молниеносными «мышечными подергиваниями», чувствительной к алкоголю. Предложено также название "дистония-миоклонус". Ее ген не картирован. Болезнь впервые описана С. Н. Давиденковым в 1926 г. Вторичная дистония развивается главным образом в результате воздействия внешнесредовых факторов, которые вызывают повреждение мозговой ткани. В последние годы показано, что повреждения спинного мозга и периферических нервов (часто субклинические) также могут способствовать развитию дистонии. Круг заболеваний, способных приводить к дистонии широк: перинатальные поражения ЦНС, энцефалиты, черепно-мозговая травма, понтинный миелинолиз, антифосфолипидный синдром, другие сосудистые заболевания мозга, опухоль мозга, рассеянный склероз, побочные эффекты некоторых препаратов (чаще всего леводопа), интоксикации и др. Многие случаи вторичной дистонии клинически проявляются как сочетания дистонии с другими неврологическими синдромами. Дистония при нейродегенеративных заболеваниях. Так как многие из этих нейродегенераций обусловлены генетическими нарушениями, то к этой категории заболеваний применим термин «гередодегенерации». Но некоторые заболевания, причисленные к этой группе, имеют неизвестную этиологию, и пока роль генетических факторов в их генезе остается неясной. При этих заболеваниях дистония может выступать в качестве ведущего проявления, но обычно сочетается с другими неврологическими синдромами, особенно с паркинсонизмом.

Гередодегенеративные заболевания, сопровождаемые дистонией.

Х-сцепленные рецессивные заболевания: •Lubag (Х-сцепленная дистония-паркинсонизм), ген DYT3);

•болезнь Пелицеуса—Мерцбахера. Аутосомно-доминантные заболевания: •дистония-паркинсонизм с быстрым началом;

•ювенильный паркинсонизм (при наличии дистонии);

•болезнь Гентингтона;

•болезнь Мачадо—Джозефа;

•дентаторубропаллидольюисова атрофия;

•другие спиноцеребеллярные дегенерации. Аутосомно-рецессивные заболевания: •болезнь Вильсона—Коновалова;

•болезнь Нимана—Пика;

•G М1 -ганглиозидоз;

•СМ2-ганглиозидоз;

•метахроматическая лейкодистрофия;

•болезнь Леша—Нихена;

•гомоцистинурия;

•глутаровая ацидемия;

•недостаточность триозефосфатизомеразы;

•метилмалоновая ацидурия;

•болезнь Хартнупа;

•атаксия-телеангиэктазия;

•болезнь Галлервордена—Шпатца;

•ювенильный цероидный липофусциноз;

•нейроакантоцитоз;

•болезнь внутриядерных включений гиалина;

•наследственная спастическая параплегия с дистонией. Вероятно аутосомно-рецессивные заболевания: •семейная кальцификация базальных ганглиев;

•прогрессирующая паллидарная дегенерация;

•болезнь Ретта. Митохондриальные болезни: •болезнь Ли;

•болезнь Лебера;

•другие митохондриальные энцефалопатии. Синдромы, связанные с паркинсонизмом: •болезнь Паркинсона;

•прогрессирующий супрануклеарный паралич;

•множественная системная атрофия;

•кортико-базальная дегенерация. Синдромальный диагноз дистонии иногда требует дифференциального диагноза с так называемой псевдодистонией. Термин "псевдодистония" включает состояния, которые могут напоминать дистонию (чаще всего в связи с наличием патологических поз), но не относятся к истинной дистонии: синдром Сандифера (обусловлен гастроэзофагальным рефлюксом), иногда синдром Исаакса, некоторые ортопедические заболевания, редко — эпилептические припадки. Сюда же можно отнести и психогенную дистонию. Патогенез. Дистония не имеет каких-либо специфических патоморфологических, биохимических, электрофизиологических и других диагностических маркеров, за исключением некоторых наследственных форм, при которых картирован соответствующий ген. В основе дистонических синдромов лежат, по-видимому, нейрохимические и нейрофизиологические нарушения, приводящие к формированию достаточно стойких нейродинамических изменений. Предполагается нарушение афферентного синтеза движений с расстройством программирования и контр'оля за движениями. Как правило, обнаруживают признаки повышенной активности интернейронов ствола и спинного мозга, связанной с избыточным афферентным потоком и недостаточностью ингибиторных процессов на всех основных уровнях нервной системы, нарушение реципрокного ингибирования мотонейронов, одновременную активацию мышц-антагонистов. Обнаруженные изменения связывают с недостаточными тормозными ГАМК-ергическими и избыточными холинергическими механизмами в некоторых структурах мозга (ствол головного мозга, таламус, скорлупа, премоторная кора и др.). 15.6.1. Первичная дистония 15.6.1.1. Генерализованная торсионная дистония Генерализованная торсионная дистония (идиопатическая дистония) обычно начинается с так называемой дистонии действия, когда страдают не столько отдельные мышцы, сколько действие: письмо, ходьба и т. п. Обычно болезнь начинается у детей в возрасте от 6 до 9 лет, чаще со стопы, проявляясь нарушением походки. Другие действия, осуществляемые теми же мышцами, поначалу протекают нормально. Далее дистония посте пенно распространяется на проксимальные отделы ног, мышцы туловища, рук и краниальной области, превращаясь в генерализованную дистонию примерно через год от начала заболевания. Для генерализованной дистонии характерно преимущественное вовлечение антигравитарных мышц (разгибателей), что приводит к типичному гиперлордозу (поза павлина). Возможны и другие патологические позы, которым также свойственна характерная динамичность: в положении лежа (когда выключается активная постуральная регуляция) гиперкинез уменьшается или прекращается полностью. Характеризуя динамичность дистонии, следует отметить феномен так называемой суточной флюктуации: выраженность дистонии уменьшается после ночного сна. Этот феномен можно наблюдать при разных формах дистонии, но особенно он выражен у больных блефароспазмом, оромандибулярной дистонией и ДОФА-чувствительной дистонией. Для многих форм фокальной дистонии (особенно краниальной) весьма характерен купирующий эффект алкоголя (и некоторых наркотиков, в частности марихуаны), что нередко приобретает определенное диагностическое значение. Выраженность дистонического синдрома часто зависит от эмоционального состояния пациента. Можно добиться преходящего регресса (частичного или полного) дистонического синдрома в процессе гипнотического внушения или амитал-натриевого растормаживания. Другим достаточно ярким проявлением динамичности дистонии является феномен корригирующих жестов. Наиболее демонстративны корригирующие жесты при спастической кривошее (в меньшей степени — при блефароспазме и других дистонических синдромах), когда простое дотрагивание до своей щеки или подбородка приводит к самопроизвольному восстановлению нормального положения головы: кривошея становится менее выраженной или вовсе незаметной. Наконец, динамичность дистонии наиболее впечатляюще выглядит при наличии феномена парадоксальных кинезий. Дистонические парадоксальные кинезии — всегда результат смены действия, изменения позы или локомоторного стереотипа. Например, тяжелая дистония стопы исчезает, когда больной катается на коньках или садится на велосипед;

блефароспазм прекращается, когда пациент курит, сосет конфету, грызет семечки, разговаривает, смеется или плачет. Другие больные не могут говорить, но способны петь, или не в состоянии ходить, но легко бегают, танцуют, делают гимнастические упражнения и т. д. Таким образом, одни и те же мышцы в зависимости от постуральной программы, которую они обеспечивают, могут либо функционировать нормально, либо формируют дистонический спазм. Эта зависимость от позы также может иметь диагностическое значение: в неясных случаях, предлагая больному принимать самые необычные позы, можно стертые симптомы превратить в весьма очевидные, атипичные — в характерные. При цервикальной дистонии возможно еще одно, непривычное для невролога, проявление динамичности. Речь идет о феномене инверсии ротации головы, когда длительно существующая кривошея меняет направление ротации на прямо противоположное. Для дистонии характерно не только синдромальное многообразие вообще, но даже у одного и того же больндго (чаще в дебюте генерализованной дистонии) можно наблюдать полную и иногда неоднократную смену самых разных дистонических синдромов. Например, дистония в стопе необратимо сменяется спастической кривошеей и т. д. Завершая характеристику динамичности дистонии, следует напомнить, что больной, как правило, активно не рассказывает о вышеупомянутых проявлениях динамичности, и требуется соответствующий опрос со стороны врача, что повышает шансы адекватной клинической диагностики дистонии. Все другие, внешне похожие или напоминающие дистонию неврологические синдромы (например, недистонический блефароспазм, вертеброгенная или миогенная кривошея, многие психогенные синдромы и т. д.) не обладают такой динамичностью. Следовательно, клиническое распознавание последней может иметь принципиальное значение в процессе диагностики дистонии. Основная часть пациентов с дистонией (особенно старшего возраста), встречающаяся в неврологической практике, представлена больными с фокальными формами дистонии идиопатического характера. Речь идет о спастической кривошее, блефароспазме, оромандибулярной дистонии, писчем спазме, спастической дисфонии и дистонии стопы. 15.6.1.2. Спастическая кривошея (цервикальная дистония) Основная жалоба больных спастической кривошеей — затруднение произвольных движений в мышцах шеи и вынужденное положение головы. Большинство случаев спастической кривошеи являются идиопатическими. Женщины заболевают чаще мужчин (2:1). Наибольшая заболеваемость приходится на возраст от 25 до 60 лет (средний возраст — около 40 лет). Обычно цервикальная дистония проявляется двумя основными синдромами: патологическим положением головы и насильственными движениями в мышцах шеи. Первый синдром без труда определяется визуально. Иногда может пригодиться фотопортрет больного, сделанный до заболевания. Вращательный компонент лучше всего оценивать по подбородку, так как незначительное его смещение от средней линии обнаруживается достаточно легко. Визуально оценивается состояние кивательных мышц. Даже при отсутствии ротации головы пораженная мышца выглядит более рельефно. Пальпация кивательных и других мышц шеи осуществляется в покое, при поворотах головы, а также при ее разгибании, что обычно позволяет обнаружить асимметрию их тонуса и гипертрофию. Наиболее типичным элементом кривошеи является ротация головы (тортиколлис), обусловленная односторонним гипертонусом кивательной мышцы. По мере прогрессирования заболевания в патологический процесс вовлекаются все новые и новые мышцы, что неизбежно сопровождается изменением положения головы не только в одной, но и в двух и, наконец, в трех плоскостях. Обычно дистонический спазм в каких-то мышцах преобладает, что приводит к формированию более или менее фиксированной патологической позы в одном из следующих вариантов тортиколлис, латероколлис (наклон головы к плечу), антероколлис и ретроколлис. Очень редко дистонический спазм выражен одинаково в правой и левой половинах шеи, и тогда она фиксируется в средней позиции (кривошея без кривошеи), больной при этом поворачивает голову за счет мышц грудного отдела позвоночника Основные мышцы, обеспечивающие патологическую позу головы, как правило, удается пропальпировать. Кроме патологической позы головы, не менее важной характеристикой цервикальной дистонии являются патологические движения, которые бывают двух типов: в виде медленных движений головы при тонической форме, когда фазический компонент движения минимально выражен или даже отсутствует (запертая голова, вколоченная голова);

в виде клонической формы, которая встречается реже и характеризуется четко выраженным фазическим компонентом в виде подергиваний головы в сторону, напоминающих миоклонус. Чаше имеет место смешанная форма с преобладанием одного из этих компонентов (тонико-клоническая либо клонико-тоническая кривошея). Стойкий ритмический гиперкинез в мышцах шеи с девиацией головы говорит о комбинации дистонии и тремора, что нередко можно наблюдать и при других формах дистонии. Помимо тремора (эссенциального и дистонического) цервикальная дистония нередко сопровождается другими дистоническими синдромами внешейной локализации (краниальная дистония, спастическая дисфония, писчий спазм, дистония стопы, варианты аксиальной дистонии) и (реже) миоклоническими подергиваниями. В большинстве случаев цервикальная дистония имеет характерное течение в виде подострого или постепенного (в течение нескольких недель или месяцев) развития болезни. От 10 до 25 % больных сообщают о ремиссиях, чаще наступающих в первые годы болезни. В дальнейшем наблюдается стационарное течение, возможны волнообразные колебания выраженности основных симптомов. Выраженные тонические спазмы сопровождаются болевыми ощущениями, и иногда они способствуют пролапсу диска, подвывиху позвонков, развитию компрессионной радикулопатии или миелопатии. Дифференциальный диагноз идиопатической цервикальной дистонии с вторичной (симптоматической) дистонией обычно не вызывает затруднений. Необходимо исключать дебют генерализованной торсионной дистонии (у детей), болезнь Вильсона—Коновалова, острую краниальную дистонию (т. е. раннюю дискинезию в ответ на введение нейролептиков), позднюю дистонию. Иногда требуется дифференциальный диагноз с психогенной кривошеей, компенсаторной кривошеей при парезе отводящего нерва или при нистагме. В дебюте заболевания нередко дифференцируют спастическую кривошею с эссенциальным тремором и недистоническими формами кривошеи, в том числе с вертеброгенной или миогенной кривошеей, а также с синдромом Сандифера у детей. 15.6.1.3. Краниальная дистония В качестве синонимов употребляют также следующие обозначения: лицевой параспазм, синдром Межа, синдром блефароспазма и оромандибулярной дистонии, синдром Брейгеля (названный в честь известного нидерландского художника Питера Брейгеля старшего, написавшего портрет больного, страдавшего краниальной дистонией). Краниальная дистония — гиперкинез, в который вовлекается либо круговая мышца глаз (блефароспазм), либо круговая мышца рта (оромандибулярная дистония) или имеется сочетание того и другого. Исключительно редко он выходит за пределы лица, вовлекая мышцы рук и даже ног. Женщины заболевают в 3 раза чаще мужчин. Как правило, болезнь начинается с блефароспазма, и в таких случаях речь идет о фокальной дистонии с синдромом блефароспазма. Обычно спустя несколько лет присоединяется дистония мышц рта. Последнюю называют оромандибулярной дистонией, а весь синдром обозначают как сегментарную дистонию с блефароспазмом и оромандибулярной дистонией. Однако промежуток времени между появлением блефароспазма и началом оромандибулярной дистонии иногда охватывает много лет (до 20 лет и бо лее), поэтому многие больные просто не доживают до генерализованной стадии параспазма. В связи с этим синдром блефароспазма правомерно рассматривать и как стадию, и как форму лицевого параспазма. При этом изолированный блефароспазм иногда называют также эссенциальным блефароспазмом. Гораздо реже болезнь начинается с нижней половины лица ("нижний синдром Брейгеля"). Как правило, при таком варианте дебюта синдрома Брейгеля в дальнейшем не происходит генерализации дистонии по лицу, т. е. оромандибулярной дистонии не присоединяется блефароспазм, и на всех последующих этапах болезни этот синдром остается фокальным. Лицевой параспазм возникает, как правило, в зрелом возрасте, чаще всего на 5—6-й декаде жизни. Исключительно редко заболевание появляется в детском возрасте. В типичных случаях болезнь начинается с несколько учащенного моргания, которое постепенно учащается с последующим появлением тонических спазмов круговой мышцы глаза с зажмуриванием (блефароспазм). В начале болезни примерно в 20 % случаев блефа-' роспазм бывает односторонним или асимметричным. Исключительно редко блефароспазм остается стойко односторонним при многолетнем наблюдении. В последнем случае актуальным становится дифференциальный диагноз синдрома Брейгеля и гемифациального спазма. Двигательные проявления самого блефароспазма при этих заболеваниях разные, но более надежным и простым приемом в дифференциальном диагнозе является анализ динамичности гиперкинеза. Исподволь начавшись, лицевой параспазм в дальнейшем очень медленно, в течение 2—3 лет, прогрессирует, после чего приобретает стационарное течение. Изредка, примерно у 10 % пациентов, возможны не очень длительные ремиссии. Выраженный блефароспазм проявляется крайне интенсивным зажмуриванием и может сопровождаться гиперемией лица, диспноэ, натуживанием и движениями рук, свидетельствующими о безуспешных попытках пациента преодолеть блефароспазм. Для блефароспазма характерны корригирующие жесты (особенно на ранних стадиях болезни) и парадоксальные кинезии, отличающиеся большим разнообразием. Чаще блефароспазм прекращается во время какой-либо оральной активности (курение, сосание конфеты, употребление семечек, экспрессивная речь и т. д.), эмоциональной активации (например, во время посещения врача), после ночного сна, приема алкоголя, в темноте, при закрывании одного глаза и особенно при закрывании обоих глаз. Блефароспазм обладает выраженным стрессогенным эффектом и при прогрессировании заболевания вызывает серьезную дезадаптацию в связи с невозможностью пользоваться в обыденной жизни своим зрением. Две трети больных с тяжелой степенью блефароспазма становятся "функционально" слепыми, так как не могут пользоваться функцией зрения, которое само по себе сохранно. Как и все другие дистонические гиперкинезы, блефароспазм зависит от особенностей постуральной иннервации: практически всегда можно найти такие положения глазных яблок, в которых блефароспазм прекращается. Обычно он уменьшается или полностью исчезает при крайних отведениях глазных яблок во время следящих движений. Больные отмечают облегчение при полуопущенных веках (письмо, стирка, вязание, общение и передвижение с полуопущенными глазами). Гиперкинез нередко уменьшается в положении сидя и, как правило, затихает в положении лежа, что типично в той или иной степени для всех форм дистонии. Наибольшее провоци рующее воздействие на блефароспазм оказывает естественное солнечное освещение вне помещения. 15.6.1.4. Оромандибулярная дистония Заболевание характеризуется вовлечением в гиперкинез не только мышц орального полюса, но и мышц языка, диафрагмы рта, щек, жевательных, шейных и даже дыхательных мышц;

возможны короткие эпизоды диспноэ, синхронные с блефароспазмом. Вовлечение шейной мускулатуры может сопровождаться проявлениями кривошеи. Кроме того, целый ряд движений в лице и даже в туловище и конечностях у таких больных не имеет патологического характера;

они полностью произвольны и отражают активные попытки больного противодействовать мышечным спазмам. Оромандибулярная дистония отличается разнообразием своих проявлений. В типичных случаях она приобретает вид одного из трех хорошо известных вариантов: 1) спазм мышц, закрывающих рот и сжимающих челюсти (дистонический тризм);

2) спазм мышц, открывающих рот (классический вариант), когда больной испытывает постоянное насильственное открывание рта;

3) постоянный тризм с боковыми толчкообразными движениями нижней челюсти, бруксизмом и даже гипертрофией жевательных мышц. Нижний вариант синдрома Брейгеля нередко сопровождается затруднениями глотания, жевания и артикуляции (спастическая дисфония и дисфагия). При синдроме Брейгеля типичные дистонические феномены развиваются в других участках тела (за пределами лица) у 30—80 % больных. Часто встречаются, например, писчий спазм, другие дистонические синдромы в мышцах рук и (реже) стоп, а также антеро-, ретро- или тортиколлис, дистония гортани и глотки. Эти дистонические синдромы часто носят субклинический характер или уступают по тяжести проявлений лицевому параспазму и нередко выявляются лишь при специальном углубленном смотре либо обнаруживаются в анамнезе. С блефароспазмом может сочетаться эссенциальный тремор, который встречается среди этих больных чаще, чем в остальной популяции. Для пациентов с блефароспазмом характерны эмоциональные расстройства. Примерно у 18 % больных та или иная психопатология (чаще депрессия) обнаруживается еще до дебюта блефароспазма и характеризует преморбидное состояние психической сферы у этой категории больных. Хроническое течение выраженного блефароспазма часто дезадаптирует пациентов, приводя к формированию реактивных тревожных и депрессивноипохондрических расстройств. Блефароспазм с описанной выше клинической картиной, появившись у больного зрелого возраста, и при отсутствии другой неврологической симптоматики, как правило, свидетельствует о его первичном характере. Так называемый симптоматический блефароспазм, описанный при сосудистых (чаще), а также воспалительных, травматических и других заболеваниях, встречается несравненно реже и легко распознается по сопутствующей неврологической симптоматике. Самой частой формой блефароспазма (изолированного или в сочетании с оромандибулярной дистонией), с которой следует дифференцировать синдром Брейгеля в первую очередь, является нейролептический блефароспазм. Описан даже нейролептический синдром Брейгеля, полностью воспроизводящий клиническую картину идиопатического лицевого параспазма. Предложена фармакологическая нагрузка для дифференциации этих внешне идентичных состояний: введение физостигмина усиливает проявления идиопатического синдрома Брейгеля и уменьшает выраженность нейролептического синдрома. Блефароспазм в картине острого нейролептического синдрома редко вызывает диагностические затруднения, так как обычно сопровождается другими лицевыми и нелицевыми дистоническими синдромами и быстро проходит при отмене нейролептика. Нередко встречаются пациенты с дистоническим блефароспазмом, требующим проведения дифференциального диагноза с заболеванием глаз (кератит, конъюнктивит), миастенией (больные блефароспазмом часто формулируют свои основные жалобы как опускание век), психогенным блефароспазмом, лицевыми миокимиями. Редко блефароспазм приходится дифференцировать с тетанией, постпаралитической контрактурой, идиопатическими тиками, гемифациальным спазмом и синдромом "апраксии открывания глаз". В основе последнего синдрома лежит недостаточная активация m. levator palpebrae. ЭТОТ феномен иногда обозначают как "апраксия поднимания век", "акинетический блефароспазм", "непроизвольное торможение m. levator palpebrae", "замерзание век" и т. п. Апраксия открывания глаз обычно сопровождается жалобами на опускание век и клинически выглядит как невозможность произвольного открывания глаз. Апраксия открывания глаз может сопровождать блефароспазм и наблюдается примерно у 25 % пациентов с блефароспазмом;

она описана также при других экстрапирамидных заболеваниях, (болезнь Паркинсона, хорея Гентингтона, болезнь Шая—Дрейджера, прогрессирующий надъядерный паралич). 15.6.1.5. Писчий спазм Писчий спазм среди прочих своих аналогов (спазм пианиста, телеграфиста, гитариста и т. д.) является самой распространенной формой фокальной дистонии в дистальных отделах руки и проявляется типичной дистонией действия, т. е. дистонией, поражающей строго специфический вид манипуляций — письмо. По мере прогрессирования заболевания появляются аналогичные затруднения и при других действиях руками. Болезнь начинается постепенно на 2—4-й декаде жизни. Поначалу больной ощущает затруднения только при письме — процесс писания замедляется, буквы становятся более крупными (мегалография), появляются неровности, а затем зигзаги и колебания в очертаниях букв, свидетельствующие о подергиваниях и дрожании пальцев. Субъективно пациент чувствует напряжение и скованность в мышцах кисти, особенно заметные в начале письма. Нередко больной не может начать письмо, хотя видимых мышечных спазмов или явных патологических поз может и не быть. Пытаясь преодолеть свои затруднения, больной начинает брать ручку или карандаш необычным способом, что сразу обращает на себя внимание и весьма типично для прогрессирующих вариантов болезни. Чаще всего пациент фиксирует ручку между II—III и даже между IV—V пальцами рук. Положение ручки иногда принимает очень необычный вид. Больной может зажимать ее в кулаке, наклоняясь к столу и напрягая все тело, возникает супинаторная или пронаторная установка кисти. В выраженных случаях письмо становится невозможным. Вместо письма появляются некоординированные, хаотические движения всей кисти, рука не движется вдоль строчки, а на бумаге вместо текста появляются каракули, в которых нет и намека на очертания каких-либо букв. Поначалу больной находит специальные приемы, облегчающие процесс письма: подталкивает правую руку левой, подтягивает лист бумаги левой рукой (а правая рука при этом пишет как бы "на месте") и т. д. Парадоксальные кинезии проявляются в том, что больной начинает отрывать локоть от стола, писать стоя, менять положение кисти. Писание на стенной доске, как правило, не затруднено. Однако имеет место тенденция к постепенному расширению круга тех двигательных актов, выполнение которых становится затрудненным. При этом характерно, что наиболее трудным действием для больного на всех этапах болезни остается письмо. Многие пациенты начинают замечать, что им легче писать толстой ручкой. Еще Говерсом была подмечена одна особенность, свойственная некоторым больным писчим спазмом. По мере прогрессирования болезни ручка или карандаш начинают двигаться все более проксимально расположенными мышцами: сначала они двигаются главным образом пальцами, затем запястьем, потом мышцами предплечья и, наконец, проксимальными движениями руки. Встречаются семейные случаи писчего спазма. В семьях этих пациентов нередки другие случаи писчего спазма, цервикальной дистонии, эссенциального тремора, болезни Паркинсона. Писчий спазм может иногда сочетаться с тремором или миоклонусом, а также с другими формами фокальных дистонии (тортиколлис, блефароспазм и т. д.). Писчий спазм может появиться и на другой руке. У детей он может быть первым признаком предстоящего прогрессирования и развития генерализованной торсионной дистонии. Он может также развиваться как дистонический синдром в картине других дегенеративных заболеваний нервной системы. 15.6.1.6. Дистония стопы По аналогии с рукой в стопе встречаются дистонические феномены, связанные со специфическим действием (в данном случае с ходьбой), и дистонические синдромы, не имеющие такой связи. Первый синдром получил специальное название «дистонические реакции стопы» или «амбулаторный спазм стопы» (от лат. ambulare — ходить). Амбулаторный спазм стопы в типичных случаях имеет характерные клинические проявления. Он развивается в зрелом возрасте и включает два основных элемента;

подошвенное сгибание пальцев и подворачивание стопы внутрь (больной наступает на наружный край стопы), которые возникают только во время ходьбы. Эти нарушения развиваются постепенно и поначалу проявляются небольшим стягиванием мышц стопы, приводящим к прихрамыванию на одну ногу при ходьбе. В выраженных случаях сгибательные спазмы в пальцах стопы становятся настолько сильными, что приводят к травматизации мягких тканей концевых фаланг, которые постоянно упираются в подошву обуви. Это приводит к отеку, гиперемии, микрокровоизлияниям в ногтевое ложе и выраженной болезненности при ходьбе. Больной наступает на наружный край стопы, где формируется характерный натоптыш. Типично дистоническая динамика проявляется в том, что пациент без труда может идти спиной вперед, передвигаться фланговой походкой, имитировать ходьбу в положении лежа на спине (парадоксальные кинезии). При этом никаких дистонических поз не развивается. Некоторые больные способны нормально ходить на носках и на пятках и даже бегать, не испытывая никаких неудобств. После ночного сна и под влиянием алкоголя, а также во время танцев у некоторых больных амбулаторный спазм стопы не развивается или виражен незначительно. При попытке идти обычным шагом появляются указанные симптомы.

В начальных стадиях спазмы возникают не сразу, а спустя какой-то промежуток времени: больной должен пройти достаточно большое расстояние, чтобы почувствовать напряжение в мышцах. В стадии выраженных клинических проявлений уже с первых шагов возникают типичные постуральные нарушения в стопе. Боль усиливает дисбазию. Эти больные начинают ходить с палочкой, хромают и остерегаются длительных пеших прогулок. Амбулаторный спазм стопы является редкой формой идиопатической (первичной) дистонии зрелого возраста и иногда неплохо поддается лечению ДОФА-содержащими препаратами. Менее типичная картина иногда развивается при вторичных вариантах — у больных с паркинсонизмом, при котором дистония стопы очень редко может быть одним из первых проявлений болезни Паркинсона, а чаше развивается как вариант лекарственной дискинезии. В частности, "дистония раннего утра" всегда проявляется в ногах, когда больной встал с постели, но еще не успел принять первую дозу леводопы. Появление дистонии стопы в детском возрасте является одним из типичных первых симптомов генерализованной торсионной дистонии и может проявляться менее специфическими нарушениями в виде формирования pes equinus или equinovarus, либо подошвенным сгибанием стопы, когда она вытягивается, приобретая форму "стопы балерины". Возможны и другие дистонические феномены в стопе: переразгибание большого пальца (дистонический псевдосимптом Бабинского), ходьба с упором на большой палец и другие менее характерные расстройства (варианты "стриарной стопы"). Дистония в стопах весьма характерна для дебюта ДОФА-чувствительной дистонии. В далеко зашедших случаях могут формироваться стопные контрактуры. Дистонический синдром в стопе требует иногда проведения дифференциального диагноза с заболеваниями суставов, врожденными аномалиями, синдромом "болезненной ноги и движущихся пальцев", крампи, психогенными расстройствами движений и очень редко с паркинсонической ригидностью и даже пирамидным синдромом. 15.6.1.7. Спастическая дисфония Спастическая дисфония (ларингеальная дисфония) обычно начинается у лиц зрелого возраста и поначалу имеет слабо выраженные проявления в виде неспецифичной для дистонии охриплости, что затрудняет правильную диагностику заболевания. Исподволь начавшись, спастическая дисфония в течение нескольких лет-(2—4 года) медленно прогрессирует, после чего, достигнув максимума проявлений, приобретает относительно стационарное течение. Степень выраженности дисфонии заметно уменьшается после ночного сна (особенно на первых этапах болезни), приема алкоголя, а также во время определенных действий, таких, например, как пение, смех, плач, во время сноговорения, декламации, шепота и т. д. В неврологическом статусе возможно появление других дистонических феноменов (одиночных, реже множественных) или тремора. Дистонические нарушения при спастической дисфонии не офаничиваются гортанью, а распространяются на все звенья голосообразующей системы (артикуляционный аппарат, гортань, диафрагма). Для диагностики имеет значение и сам звуковой образ речи с характерными проявлениями: охриплостью, запинками и скачкообразными перепадами в ее громкости и четкости.

15.6.1.8. ДОФА-чувствительная дистония Это самостоятельная форма наследственной первичной дистонии (болезнь Сегавы). Она характеризуется началом в 1-й декаде жизни, первыми симптомами в ногах, выраженной суточной флюктуацией симптомов (другое название болезни: дистония с выраженными суточными флюктуациями), наличием симптомов паркинсонизма и драматическим эффектом небольших доз леводопы. Суточные колебания симптомов иногда выражены настолько, что больной, нормально передвигаясь утром, днем уже не в состоянии ходить без посторонней помощи. 15.6.1.9. Миоклоническая дистония Это наследственное заболевание, которое в настоящее время рекомендуют называть "наследственным синдромом миоклонуса-дистонии". Болезнь передается по аутосомно-доминантному типу наследования. Чаще всего генерализованный миоклонус является главным проявлением заболевания. Его описывают как "молниеносный" или "тикоподобный". Миоклонус проявляется на фоне отдельных дистонических феноменов (слабо выраженный тортиколлис, писчий спазм и т. д.). Высказано предположение, что эссенциальный множественный парамиоклонус Фридрейха и миоклоническая дистония являются одним и тем же заболеванием. 15.6.2. Вторичная дистония Вторичные формы дистонии также напоминают своими клиническими проявлениями первичные формы. Они могут сопровождаться или не сопровождаться сопутствующей неврологической симптоматикой. Некоторые из них синдромологически весьма своеобразны и заслуживают упоминания: острая дистония, поздняя дистония и синдром падающей пизанской башни (см. "Лекарственные двигательные расстройства"), отставленная дистония, "периферическая" дистония, дистонические синдромы при паркинсонизме. Отставленная (отсроченная) дистония проявляется на фоне непрогрессирующего резидуального повреждения мозга (перинатальная аноксия, травма, инфаркт мозга и т. п.), имеет длительный латентный период после такого повреждения (6 мес—15 лет и более) и может иметь прогрессирующее течение. Самыми частыми вариантами отставленной дистонии являются прогрессирующие дистонические синдромы у детей с ДЦП и после инсульта (у взрослых). При типичной картине развития отставленной дистонии (например, после инсульта), как правило, имеет место гемипарез с относительно хорошим обратным развитием неврологических симптомов. Через несколько месяцев после инсульта на фоне продолжающегося восстановления гемипареза начинает появляться дистонический синдром в паретичных конечностях, который медленно прогрессирует, как бы "вытесняя" гемипарез, и становится главным фактором, инвалидизирующим больного. Таким образом, развивается отставленная гемидистония на фоне остаточных явлений перенесенного инсульта. Термином "периферическая дистония" иногда обозначают дистонические синдромы, которые по времени возникновения и локализации связаны с предшествующей периферической травмой или наличием какого-ли12S бо периферического очага "ирритации" (сосудистая мальформация, опухоль, операционная травма, синдром короткой ноги и т. д.). Замечено, что "периферический фактор" провоцирует дистонию при наличии той или иной предиспозиции (перинатальная патология, случаи дистонии в семейном анамнезе, применение нейролептиков и др.). Лечебное воздействие на упомянутые периферические факторы при некоторых дистонических синдромах может дать значительный терапевтический эффект. Дистонические синдромы при паркинсонизме весьма разнообразны. В настоящее время их делят на две группы: 1 — дистонические синдромы, не связанные с лечением ДОФА-содержаицими препаратами (предшествующие лечению);

2 — дистонические синдромы, связанные с лечением паркинсонизма (ятрогенные). Среди первых чаще всего встречается дистония стопы ("амбулаторный спазм стопы"). Во второй группе дистонии известны три их разновидности: 1 — "дистония на пике дозы" (дистония оп-периода, дистония периода "включения");

2 — дистония "off-периода", дистония периода "выключения") в форме "дистонии конца дозы" и дистонии "раннего утра";

3 — двухфазная дистония, т. е. дистония, появляющаяся в начале и в конце клинического улучшения паркинсонизма в ответ на отдельную дозу леводопы (см. "Болезнь Паркинсона"). Краткий перечень основных дистонических синдромов будет неполным, если не вспомнить периодическую (пароксизмальную) дистонию, кото* рая описывается в настоящее время под рубрикой "пароксизмальные дис* кинезии" и встречается в виде как наследственных, так и спорадических форм. Пароксизмальные дискинезии протекают в виде приступов разнообразных дискинезии, основным (самым часто встречающимся) типом которых является дистония. Пароксизмальные дискинезии подразделяют на четыре большие группы: пароксизмальная кинезиогенная дискинезия, пароксизмальная некинезиогенная дискинезия, пароксизмальная дискинезия, вызванная длительной физической нагрузкой, и пароксизмальная гипногенная дискинезия. Приступы проявляются кратковременными насильственными движениями и дистоническими позами без нарушения сознания. 15.6.3. Лечение дистонии Терапия дистонии в целом является трудно решаемой проблемой, хотя определенный успех в этой области несомненно наметился. Известны двй группы дистонии, при которых найдены препараты выбора. Речь идет о "дистонии, чувствительной к леводопе" (ДОФА-чувствительная дистония), и дистонии пароксизмального типа, где с неплохим результатом используются противосудорожные препараты: клоназепам, финлепсин, дифений (реже другие антиконвульсанты). Высокие дозы антихолинергических препаратов (в среднем 30—40 Ш" тригексифенидила в день, т. е. 6—7 таблеток паркопана по 5 мг) приводят к улучшению примерно у 70 % больных, особенно в первые годы от начала болезни. Баклофен (до 60—75 мг в день) часто применяется в комбинации с холинолитиками. Существуют формы дистонии, поддающиеся лечению агонистами дофаминовых рецепторов (лизурид, мирапекс и др.). Амитриптилин в ряде случаев оказывает терапевтический эффект, по-видимому, в связи с наличием у него выраженных холинолитических свойств (противопоказан при глаукоме, аденоме простаты, аритмиях сердца, деменциях). При наличии депрессии показаны и другие• антидепрессанты. Подавляющее большинство больных хорошо перенося+J бензодиазепины (особенно клоназепам) и другие препараты с ГАМК-ергическими свойствами (депакин, конвулекс и их аналоги) в обычных среднесуточных дозировках. Нейролетики в настоящее время при дистонии применяются редко. Наиболее эффективным способом лечения фокальных дистоний считается терапия ботулотоксином. Последний либо устраняет дистонический синдром, либо уменьшает степень его выраженности, улучшая социальную адаптацию и качество жизни этих больных. Используют американский (Ботокс) и европейский (Диспорт) препараты. Хирургическое лечение применяется у больных, резистентных к лекарственной терапии, на мышечном (миоэктомия), невральном (редко), корешковом и церебральном (таламотомия, билатеральная паллидотомия и др.) уровнях. Физиотерапия, ортопедическая коррекция, психотерапия, социальная поддержка входят в перечень реабилитационных мероприятий при дистониях. 15.7. Хорея Хорея (греч. choreia — пляска) характеризуется непроизвольными быстрыми беспорядочными, отрывистыми, нерегулярными движениями, различными по амплитуде и интенсивности — от сходных с нормальными жестами и мимическими движениями до непрерывных, резких, энергичных размахов. а также вокализациями. В гиперкинезе могут участвовать мышцы лица, глотки, гортани, туловища, конечностей. В отличие от других гиперкинезов для хореи наиболее характерным является вовлечение мышц лица, мышечная гипотония и невозможность длительного произвольного удержания определенной позы. Иногда пациенты не замечают имеющийся гиперкинез. Среди первичных наследственных форм хореи выделяют хорею Гентин гтона, наследственную непрогрессирующую хорею с ранним началом (эссенциальная хорея) и хроническую хорею с поздним началом (сенильная хорея). Кроме того, хореический компонент часто присутствует при многих наследственных синдромах — Леша—Нихена, гепатоцеребральной дистрофии, пароксизмальном хореоатетозе и др. Вторичные формы хореи вызывают вирусные и бактериальные инфекции, сосудистые и травматические поражения мозга, дизиммунные, метаболические, лекарственные и токсические воздействия. По распределению гиперкинеза выделяют генерализованную хорею и гемихорею. 15.7.1. Болезнь Гентингтона Болезнь Гентингтона (БГ) — наследственное дегенеративное заболевание ЦНС, проявляющееся прогрессирующей хореей, другими экстрапирамидными синдромами, психическими расстройствами. Описано американским психиатром Гентингтоном в 1872 г. Хорея является не единственным и даже не обязательным проявлением заболевания, поэтому термин "болезнь Гентингтона" предпочтительнее, чем традиционный термин "хорея Гентингтона". Это заболевание встречается с частотой от 2 до 10 случаев на 100 000 населения. Первые симптомы заболевания обычно появляются в возрасте 30—50 лет. В редких случаях оно может развиться в детском или старческом возрасте. Мужчины болеют несколько чаще, чем женщины. Этиология. БГ (хроническая прогрессирующая хорея) относится к наследственным заболеваниям с доминантным типом наследования и с почти полной пенетрантностью мутантного гена. Новые мутации встречаются крайне редко, поэтому отсутствие положительного семейного анамнеза свидетельствует либо в пользу другого диагноза, либо о том, что данные родословной неверны или неполны. Генетический дефект при БГ локализуется на коротком плече хромосомы 4 (локус 4р16.3) и состоит в увеличении количества повторов ("экспансии") тринуклеотидного фрагмента цитидин-аденин-гуанидин (ЦАГ) в зоне ДНК, кодирующей белок гентингтин. У здоровых людей число повторений тринуклеотида ЦАГ не превышает 33, при БГ — от 38 до 121. Чем больше количество повторов тринуклеотида, тем раньше дебютирует заболевание (феномен "антиципации"). Темпы развития двигательных и психических расстройств не зависят от числа тринуклеотидных повторов. Патоморфология и патогенез. Изменения, обнаруживаемые при хорее Гентингтона, носят диффузный характер. Объем и масса мозга уменьшены. Желудочки мозга расширены, особенно в области передних рогов боковых желудочков, за счет атрофии мозгового вещества. Наиболее грубые изменения отмечаются в хвостатом и чечевицеобразных ядрах и касаются в основном мелких клеток. Количество их уменьшается, в оставшихся обнаруживаются дегенеративные изменения. Изменению подвергаются также и крупные клетки этих образований, а также клеточные элементы бледного шара. Вместе с тем обнаруживается интенсивная пролиферация глиальных элементов. Грубые дегенеративные изменения имеются также в коре мозга. К настоящему времени известно, что патологически измененный белок гентингтин содержит фрагмент с повторяющейся аминокислотой глютамином. Количество повторов более 38, в соответствии с повторами тринуклеотида ЦАГ на хромосоме 4. Механизмы, по которым гентингтин или связанные с ним белки приводят к дегенерации популяции определенных нейронов, неизвестны. Предполагается, что в первую очередь гибнут ГАМК-ергические стриарные нейроны, несущие дофаминовые О2-рецепторы и дающие начало "непрямому" стриатопаллидарному пути. Возникающее в результате растормаживание наружного сегмента бледного шара приводит в конечном итоге к активизации таламокортикальных путей и развитию хореи. Дегенеративный процесс приводит к нарушению баланса ГАМК-ергической и дофаминергической систем с преобладанием последней. Подтверждением этому является резкое усиление гиперкинезов после приема леводопы. В дальнейшем происходит дегенерация и другого типа стриарных ГАМК-ергической и дофаминергической систем с преобладанием последней. Подтверждением этому является резкое усиление гиперкинезов после приема леводопы. В дальнейшем происходит дегенерация и другого типа стриарных ГАМК-ергических нейронов, несущих гЗ,-рецепторов и дающих начало "прямому" стриопаллидарному пути. Следствием этого является растормаживание внутреннего сегмента бледного шара и ретикулярной части черной субстанции, что ведет к снижению таламокортикальной активации и объясняет закономерную эволюцию экстрапирамидного синдрома — от типичной хореи к хореодистоническому гиперкинезу и далее к акинетико-ригидному синдрому, который обычно преобладает на поздней стадии заболевания. Иногда акинетико-ригидный синдром доминирует в клинической картине с самого начала заболевания (форма Вестфаля), — в подобных случаях развивается более агрессивный дегенеративный процесс, одновременно вовлекающий оба типа стриарных нейронов. Выявлено также снижение активности фермента холин-ацетилтрансферазы в базальных ганглиях, что может сопровождаться недостаточностью холинергических систем. Кроме того, обнаружено повышение концентрации МАО-В, которое сопровождается увеличением уровня гомованилиновои кислоты в коре большого мозга. Предполагают, что указанные выше особенности ферментативного обмена лежат в основе тех интеллектуальных нарушений, которые свойственны этой нозологической форме. Клиника. Основными симптомами заболевания являются хореические гиперкинезы и постепенно нарастающая деменция. Непроизвольные движения развиваются исподволь, обычно задолго до возникновения явных психических нарушений. У больные возникают непроизвольные гримасы, усиленная жестикуляция, пошатывание при ходьбе. Двигательная гиперактивность проявляется также в неспособности длительно поддерживать определенную позу, например, больные не могут удерживать сжатый кулак или высунутый язык, а также фиксировать взор на определенном предмете дольше 20 с. Выраженность этих нарушений постепенно нарастает. Однако в отличие от инфекционной хореи больные могут произвольно подавлять гиперкинезы, что способствует длительному сохранению возможности самообслуживания. К ранним признакам заболевания относят также отдельные гипокинетические проявления: замедление саккадических движений глаз и быстрых попеременных движений пальцев и языка. Выполнению любого произвольного двигательного акта сопутствует масса излишних движений. Во время ходьбы каждый шаг сопровождается целым рядом дополнительных движений в виде размахивания руками, кивания головой, приплясывания, пошатывания в стороны, приседаний. Гиперкинезы постепенно нарастают и захватывают все более обширные группы мышц. Исключением являются глазодвигательные мьшщы, в которых гиперкинезы не развиваются. Речь затруднена, так как во время разговора возникают гримасы, вздохи, причмокивание губами, языком, «шмыганье» носом и другие совершенно ненужные движения. Дисфагия развивается на развернутых стадиях заболевания и бывает причиной аспирации, ведущей к асфиксии или пневмонии. Со временем непроизвольные движения приобретают атетоидный или дистонический характер, присоединяются акинезия и ригидность, оживление рефлексов, грубая постуральная неустойчивость, приводящая к частым падениям. Параличи и парезы отсутствуют. Чувствительность сохранена. Функция тазовых органов может нарушаться только на поздних стадиях заболевания. Нарушения психики, как правило, возникают уже на фоне выраженных гиперкинезов, но иногда могут развиваться одновременно с ними. Вначале они выражаются в повышенной возбудимости, снижении памяти и внимания. Возможны бредовое толкование окружающего, депрессия, суицидальные мысли. В последующем развивается деменция, в нейропсихологической структуре которой доминируют подкорково-лобные нарушения. На поздней стадии возможны психотические нарушения с галлюцинациями и бредом. В большинстве случаев именно деменция является основным инвалидизирующим фактором при БГ. Умирают больные через 10—25 лет от начала заболевания вследствие аспирационной пневмонии или интеркуррентных инфекций. Примерно в 10 % случаев заболевание начинается до 20 лет и чаще проявляется не хореей, а акинетико-ригидным синдромом (ювенильная форма Вестфаля), сопровождающимся быстро нарастающей деменцией, мозжечковой атаксией, пирамидным синдромом, миоклониями, дистонией, эпилептическими припадками, что приводит к летальному исходу в течение 8—10 лет. Больные с юношеской формой чаще наследуют ген БГ от отца. При позднем начале заболевания (после 60 лет) БГ прогрессирует очень медленно и может проявляться хореей без деменции. При нейровизуализации обычно выявляется выраженная атрофия головки хвостатого ядра с характерным расширением передних рогов боковых желудочков, что может быть одним из диагностических критериев. На поздней стадии при КТ и МРТ может обнаружиться диффузная атрофия головного мозга, иногда атрофия ствола и мозжечка. У больных с формой Вестфаля, МРТ может выявить повышение интенсивности сигнала от полосатого тела (в Т2-режиме). Диагноз. Точная диагностика возможна с помощью методов молекулярной генетики, которые позволяют не только подтвердить диагноз развившегося заболевания у пробанда, но и выявить носителей патологического гена на преклинической стадии у родственников (вероятность унаследовать заболевания у детей больного составляет 50 %). Проба с ле^ водопой, предложенная для выявления заболевания на доклинической стадии, дает малодостоверные результаты. БГ следует дифференцировать с малой хореей, иногда с гиперкинезами истерического происхождения. В некоторых случаях дифференциальный диагноз проводится с очень редко встречающейся хронической непрогрессирующей формой хореи, характеризующейся отсутствием грубых нарушений интеллекта. Гиперкинетический синдром, напоминающий хорею, может наблюдаться при идиопатическом гипопаратиреозе. Хореические гиперкинезы являются одним из наиболее постоянных проявлений нейроакантоцитоза, синдрома Леша—Нихена и дентаторубропаллидолюисовой атрофии. Ригидная форма заболевания, обычно наблюдающаяся в детском возрасте, требует проведения дифференциального диагноза с паркинсонизмом, мышечной дистонией, гепатоцеребральной дистрофией, болезнью Галлервордена— Шпатца. Лечение. Лечение является симптоматическим и основывается на представлении, что гиперкинезы возникают в результате относительного повышения активности дофаминергических систем. Препараты из группы фенотиазина, бутирофенона, тиоксантена и другие гетероциклические антипсихотические вещества, блокирующие дофаминовые рецепторы, уменьшают выраженность хореических гиперкинезов и поведенческих расстройств. К часто применяемым препаратам относятся галоперидол, пимозид, фторфеназин (модитен). Менее эффективны сульпирид (эглонил), тиаприд (тиапридал), но они вызывают меньше побочных явлений. Эффективная доза галоперидола обычно составляет до 3—5 мг в сутки;

повышение суточной дозы выше 10 мг не приводит к усилению терапевтического действия при значительном повышении риска побочных эффектов. Назначение нейролептиков может осложняться развитием паркинсонизма, острых и поздних дистонических реакций, ухудшением ходьбы и глотания, избыточным седативным эффектом и усилением депрессии, что субъективно может переноситься больными тяжелее, чем хореические гиперкинезы. Поэтому, проводя лечение, следует ориентироваться не на подавление гиперкинеза, а на улучшение функциональных возможностей и социальной адаптации больного. В связи со спонтанным уменьшением хореического гиперкинеза и появлением акинетико-ри•tsn гидного синдрома на поздних стадиях болезни доза нейролептиков должна периодически корригироваться в сторону уменьшения. Альтернативой нейролептикам являются симпатолитики, истощающие пресинаптические запасы дофамина — резерпин и тетрабеназин. Эти препараты не вызывают развития поздних дискинезий, но могут приводить к усугублению акинетико-ригидного синдрома и депрессии. Больным, страдающим ювенильной формой, при которой преобладают ригидность и гипокинезия, назначают препараты леводопы, агонисты дофаминовых рецепторов, амантадин. Но их эффект обычно незначителен. При депрессии используют трициклические антидепрессанты (амитриптилин, дезипрамин, доксепин) или селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (флуоксетин, сертралин, флувоксамин). При проявлениях агрессии применяют карбамазепин и вальпроат натрия, при психотических нарушениях —нейролептики: тиоридазин (сонапакс), галоперидол и клозапин (лепонекс, азалептин), не вызывающий нейролептических двигательных осложнений. Особое значение имеет генетическое консультирование семей, в которых есть больные, в целях досимптоматической и превентивной диагностики и снижения количества патологических генов в популяции. 15.7.2. Сенильная (эссенциальная)хорея Это относительно редкое заболевание, проявляющееся после 60 лет медленно нарастающим генерализованным хореическим гиперкинезом. В отличие от БГ при этом заболевании отсутствуют положительный семейный анамнез, деменция и выраженные эмоционально-личностные расстройства. При нейровизуализации выявляется атрофия полосатого тела, но в части случаев преобладает атрофия скорлупы. Некоторые случаи, по видимому, представляют собой редкий вариант поздно начинающейся БГ, вызывающей лишь гиперкинетический синдром;

в других речь идет об отдельном заболевании, в основе которого лежит дегенерация полосатого тела иной природы. Отождествление сенильной хореи с сосудистой ("атеросклеротический") хореей неправомерно. Фокальным вариантом сенильной хореи является идиопатическая орофациальная (букколингвомастикаторная) дискинезия, не связанная с приемом нейролептиков. Иногда он развивается после удаления или выпадения зубов. Лечение такое же, как при БГ. 15.7.3. Доброкачественная наследственная хорея Болезнь передается чаще по аутосомно-доминантному типу с неполной пенетрантностью, реже по аутосомно-рецессивному типу. Генетический локус доброкачественной хореи отличен от локуса БГ. Заболевание начинается в детском возрасте, проявляется генерализованным хореическим гиперкинезом, больше выраженным в голове и туловище, иногда сочетающимся с атаксией, дизартрией, постуральным тремором, пирамидными знаками. В пользу данного диагноза свидельствуют положительный семейный анамнез, непрогрессирующее течение, отсутствие интеллектуальных нарушений. При нейровизуализации не выявляется характерной атрофии полосатого тела. Есть предположения, что некоторая часть случаев доброкачественная хорея представляет собой особый фенотипическии вариант БГ. Лечение такое же, как при БГ. 15.7.4. Малая хорея Малая хорея (хорея Сиденгама) — заболевание, возникающее в детском и раннем юношеском возрасте (чаше в 5—15 лет), основным проявлением которого является хореический гиперкинез, начинающийся остро или подостро, затем спонтанно регрессирующий. Этиология. Многочисленные исследования, продемонстрировав связь малой хореи (MX) с перенесенной стрептококковой инфекцией, острой ревматической лихорадкой, ревмокардитом, установили, что она является одной из клинический форм ревматизма. У значительной части больных MX, тем не менее, не удается на момент заболевания выявить признаки стрептококковой инфекции или других проявлений ревматизма (т. е. "чистая", или "простая", хорея), что значительно затрудняет диагностику. В последние годы заболеваемость MX значительно уменьшилась. Общепризнанно, что MX возникает вслед за явной или субклинической инфекцией верхних дыхательных путей, вызванной гемолитическим стрептококком группы А. Отмечено семейное предрасположение к развитию MX. Среди больных преобладают девочки в соотношении 2:1, эта диспропорция становится еще более выраженной в возрасте старше 10 лет, что отражает роль эндокринных факторов. Патогенез. Предполагают, что основным звеном патогенеза MX являются антитела, перекрестно реагирующие как с антигенами стрептококка, так и с антигенами базальных ганглиев. Патоморфологически MX представляет собой, по мнению большинства авторов, легкий генерализованный энцефалит с неспецифическими проявлениями, а именно распространенной периваскулярной инфильтрацией, диффузной дегенерацией нейронов базальных ганглиев, коры, мозжечка. В патофизиологии заболевания, помимо дисфункции базальных ганглиев, возможно, имеет значение дисфункция ретикулярной формации ствола мозга, с которой связывают изменение тонуса и глубоких рефлексов. Нейрохимический субстрат заболевания — гиперчувствительность постсинаптических дофаминовых рецепторов, а также снижение содержания ГАМК. Клиника. Помимо гиперкинезов, для MX характерны мышечная гипотония, дискоординация, психические и вегетативные нарушения. Хореические движения — быстрые, неритмичные, случайно распределенные, варьирующие по частоте и интенсивности, наиболее выражены в дистальных отделах конечностей и лице. В 60 % случаев наблюдается гемихорея;

более тяжелой является генерализованная форма. В 40 % наблюдений отмечается гиперкинез гортани и языка, что проявляется дизартрией и нарушением глотания. Мышцы туловища обычно не вовлекаются, исключение составляет гиперкинез диафрагмы, приводящий к феномену "парадоксального дыхания" (симптом Черни). Выраженность гиперкинеза варьирует от легкого гримасничанья, неловкости, смазанности рисунка движений до редко встречающейся в последние десятилетия "хореической бури".

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.