WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 18 |

«РУКОВОДСТВО ДЛЯ ВРАЧЕЙ БОЛЕЗНИ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ Подредакцией члена-корреспондента РАМН, профессора Н.Н.Яхно, профессора Д.Р.Штульмана в двух томах МОСКВА "МЕДИЦИНА" 2001 РУКОВОДСТВО ДЛЯ ВРАЧЕЙ ...»

-- [ Страница 12 ] --

6.2. Полиневропатии Полиневропатии — обширная группа заболеваний ПНС, характеризующихся симметричным диффузным поражением периферических нервных волокон. Полиневропатии делят на две основных группы: в одних случаях преимущественно поражаются аксоны нервных волокон (аксонопатии), в других — миелиновые оболочки (демиелинизирующие невропатии). Их дифференциация имеет важное диагностическое и прогностическое значение. При демиелинизирующих полиневропатиях преимущественно поражаются крупные миелинизированные волокна, т. е. двигательные и чувствительные волокна, проводящие глубокую чувствительность, но остаются относительно сохранными немиелинизированные и маломиелинизированные вегетативные волокна, а также сенсорные волокна, проводящие поверхностную чувствительность. Поэтому при демиелинизирующих полиневропатиях наблюдаются раннее выпадение сухожильных рефлексов, более грубое нарушение суставно-мышечной и вибрационной чувствительности и соответственно более выраженная сенситивная атаксия при относительной сохранности болевой и температурной чувствительности. При демиелинизирующих полиневропатиях поражаются как проксимальные, так и дистальные сегменты нервных волокон, в том числе спинномозговые корешки, поэтому для них характерно вовлечение дистальных и проксимальных отделов конечностей. Если демиелинизирующие процессы распределяются случайным образом, то в первую очередь поражаются самые длинные волокна, и симптоматика начинается с дистальных отделов ног, а затем распространяется в восходящем направлении. Для демиелинизирующих полиневропатий свойственны более выраженные и распространенные парезы, но менее грубая атрофия мышц (на ранней стадии). Сухожильные рефлексы выпадают рано, что объясняется поражением крупных проприоцептивных афферентных волокон. После устранения причинного фактора восстановление миелиновой оболочки обычно происходит в течение 6—10 нед, что в значительном числе случаев приводит к полному восстановлению функций. После повторных эпизодов демиелинизации и ремиелинизации в результате избыточной пролиферации леммоцитов появляются так называемые луковичные головки, при хроническом течении происходит утолщение нервных стволов (гипертрофическая невропатия). Демиелинизирующие полиневропатии могут быть аутоиммунными (синдром Гийена—Барре, ХВДП, диспротеинемические поли невропатии), паранеопластическими, токсическими (дифтерийная невропатия, интоксикации пергексилином, амиодароном), наследственными (НМСН I и III типа, болезнь Рефсума и Краббе, метахроматическая лейкодистрофия). Аксонопатии поражают как крупные миелинизированные, так и мелкие немиелинизированные или маломиелинизированные волокна. Для многих аксонопатии свойственна определенная последовательность поражения волокон: длинные волокна вовлекаются раньше коротких, а крупные — раньше тонких. Для аксонопатии обычно характерны более постепенное развитие, преимущественное вовлечение дистальных отделов конечностей, прежде всего ног, что отражает первичное поражение дистального сегмента нервных волокон и более позднее вовлечение (в процесс ретроградной дегенерации) проксимальных участков. Быстрое развитие амиотрофий и денервационных изменений на ЭМГ объясняется устранением трофических влияний нервных волокон на мышечные волокна. Часто выявляется расстройство болевой и температурной чувствительности, вегетативных функций. Сухожильные рефлексы с дистальных отделов конечностей (осо бенно ахиллов рефлекс) снижаются или выпадают сравнительно рано, что объясняется поражением терминальной части афферентных волокон 1а (при аксонопатиях, вовлекающих крупные волокна) или поражением гамма-эфферентных волокон (при преимущественном поражении мелких волокон). Но при этом сухожильные рефлексы с проксимальных отделов конечностей могут некоторое время оставаться сохранными. При некоторых аксонопатиях, поражающих тонкие волокна, например, при амилоидной или порфирийной полиневропатии, сухожильные рефлексы, даже с дистальных отделов конечностей, не снижаются вплоть до поздней стадии заболевания. Восстановление при аксонопатиях часто бывает неполным и происходит более медленно, путем регенерации аксонов или разрастания концевых веточек сохранившихся аксонов, которые берут на себя функцию утраченных. Аксональные невропатии обычно бывают следствием токсических и метаболических поражений ПНС либо наследственного дефекта. Основные отличительные признаки двух основных вариантов полиневропатий представлены в табл. 9 линевропатий зависят от преимущественного поражения того или иного типа нервных волокон. Диффузность процесса при полиневропатии определяет симметричность симптоматики. При большинстве полиневропатий в первую очередь поражаются наиболее длинные нервные волокна, поэтому симптомы обычно начинаются со стоп, а затем распространяются в восходящем направлении. Невропатия, начинающаяся с поражения одной ноги или руки, чаще связана с мультифокальным повреждением периферических нервов — множественная мононевропатия. При синдроме Гийена—Барре, порфирийной или свинцовой полиневропатиях, реже при полиневропатии, вызванной дефицитом витамина В,2, и дифтерийной полиневропатии слабость в проксимальных отделах может развиваться раньше, чем в дистальных, а мышцы рук вовлекаться раньше, чем мышцы ног. В ряде случаев полиневропатия начинается асимметрично, но тогда в отличие от множественной мононевропатии моторные и сенсорные нарушения не укладываются в зоны иннервации отдельных нервов, например зона снижения чувствительности никогда не вовлекает лишь половину пальца. Полиневропатии проявляются двигательными, чувствительными и вегетативными симптомами, которые в зависимости от характера и глубины поражения соответствующего типа волокон, могут быть негативными (симптомы выпадения) или позитивными (симптомы раздражения). Первыми обычно появляются позитивные сенсорные симптомы (ощущение жжения и другие парестезии) в области стоп, чаще всего в кончиках пальцев. В дальнейшем присоединяются негативные сенсорные симптомы (онемение и снижение чувствительности), которые постепенно распространяются в проксимальном направлении, по мере того как поражаются все более короткие волокна. Нарушения поверхностной чувствительности на руках обычно появляются лишь после того, как симптомы в ногах поднимутся до середины голеней, что приводит к появлению классических "носков и перчаток". Если нарушение чувствительности поднялось до середины бедра на ногах и до уровня локтя на руках, то можно ожидать появление зоны гипестезии в нижней части передних отделов живота, которая имеет форму неправильного полукруга (тента) с вершиной, направленной к грудине, и вызвана поражением наиболее длинных туловищных нервов. В отличие от уровня поражения при заболеваниях спинного мозга нарушения чувствительности в этом случае выявляются только на передней поверхности туловища и отсутствуют на спине, а их верхняя граница изогну Общие вопросы клиники полиневропатий. Клинические проявления по Т а б л и ц а 9. Диффренциальная диагностика аксонопатий и демиелинизирующих полиневропатий Признаки Аксонопатий Демиелинизирующие полиневропатии Постепенное, реже подострое или острое Распределение симПреимущественно птоматики вовлечены дистальные отделы конечностей Сухожильные рефМогут оставаться солексы хранными (особенно с проксимальных отделов) Атрофия мышц Развиваются рано Нарушение болевой Может быть выражени температурной чув- ным ствительности Нарушение глубокой Отмечается редко чувствительности Вегетативная дисЧасто функция Скорость восстанов- В течение нескольких ления месяцев или лет Неполное восстанов- часто ление Цереброспинальная Уровень белка в предежидкость лах нормы Данные ЭНМГ Снижение М-ответа в отсутствие признаков демиелинизации Начало Острое, подострое или постепенное Вовлечены как дистальные, так и проксимальные отделы конечностей Рано снижаются или выпадают Развивается поздно Обчыно легкое или умеренное Может быть выраженным Нечасто В течение 6—10 нед редко Часто белково-клеточная диссоциация Признаки демиелинизации: снижение скорости проведения, увеличение дистальной латенции и латентного периода F-ответа, блоки проведения и временная дисперсия. Признаки денервации появляются сравнительно поздно Раннее развитие денервационных изменений в мышцах та, а не горизонтальна. При порфирийной полиневропатии нарушения чувствительности вначале могут вовлекать не стопы и кисти, а проксимальные отделы конечностей и туловище. При вовлечении волокон глубокой чувствительности развивается сенситивная атаксия. К позитивным сенсорным расстройствам относятся также боль, дизестезия, гиперестезия, гиперпатия, гипералгезия. Боли при полиневропатйях зависят от остроты процесса и, как правило, возникают при невропатиях, протекающих с преимущественным поражением тонких болевых С-волокон, тогда как парестезии чаще связаны с поражением миелинизированных волокон. Гиперпатия, дизестезия и аллодиния при невропатиях обычно связаны с регенерацией аксональных отростков. Появившиеся в процессе разрастания (спраутинга — от англ. sprout — прорастать) отростки могут быть источником эктопической спонтанной активности. В них обнаруживают избыточные количества белков натриевых и кальциевых каналов, а также а-адренорецепторов. В них, кроме того, возникают условия для эфаптической (без участия медиатора) передачи импульса от одного аксона к другому при их непосредственном контакте, что также может быть субстратом боли. Боль ощущается дистально, сопутствуя другим вариантам нарушения чувствительности (дизестетическая боль). Боль при поражении периферических нервов может быть связана и с болезненностью нервных стволов (при раздражении болевых рецепторов nenvi nervorum), в этом случае боль имеет глубинный тупой характер и часто локализуется в проксимальных отделах. Выраженный болевой синдром особенно характерен для диабетической, алкогольной, паранеопластической полиневропатий, невропатии при васкулитах, нейроборрелиозе, криоглобулинемии, НСВН I типа. Иногда при поражении толстых проприоцептивных волокон возникает выраженный постурально-кинетических тремор, напоминающий эссенциальный. Такой тремор нередко наблюдается при ХВДП, болезни Шарко—Мари—Тута, диспротеинемической полиневропатии. Двигательные нарушения при полиневропатии обычно представлены вялым тетрапарезом, который первоначально вовлекает мышцы стоп и голеней, а затем распространяется в проксимальном направлении. В легких случаях парез может ограничиться лишь ногами, в этом случае его важно дифференцировать от поражения корешков конского хвоста, при котором симптоматика обычно имеет асимметричный характер. При полиневропатиях разгибатели и отводящие мышцы обычно поражаются в большей степени, чем сгибатели и приводящие мышцы. Поражение все более коротких волокон приводит к восходящему развитию параличей с вовлечением в тяжелых случаях мышц туловища, шеи, краниобульбарной мускулатуры. Изредка паралич в первую очередь вовлекает руки (бибрахиальный паралич) — это иногда встречается при порфирийной, свинцовой и амилоидной полиневропатиях, ХВДП, паранеопластической полиневропатии, танжеровской болезни. Иногда с поражения верхних конечностей начинается и синдром Гийена—Барре. Параллельно развивается гипотрофия мышц. Раньше всего похудание можно заметить в мышцах передней поверхности голени и мелких мышцах кисти. Максимального развития атрофия мышц обычно достигает к концу 3—4-го месяца. При аксональных повреждениях имеется соответствие между выраженностью пареза и атрофии. Процесс дегенерации и гибели денервированных мышц продолжается на протяжении многих месяцев, и через 3—4 года большинство денервированных мышц погибает, но если реиннервация происходит в течение года, то объем и сила мышц могут полностью восстановиться. Позитивные двигательные симптомы при полиневропатиях встречаются редко. Они могут выражаться в невромиотонии, фасцикуляциях, миокимии, крампи, синдроме болезненных ног — движущихся пальцев. Эти нарушения обычно появляются на фоне сравнительно легкой моторной полиневропатии и вызваны спонтанной эктопической генерацией нервных импульсов в периферических нервах, часто вследствие аберрантной регенерации волокон. Вегетативная дисфункция при полиневропатиях может проявиться ортостатической гипотензией, фиксированным пульсом (тахикардией покоя), нарушением потоотделения и зрачковых реакций, нарушением моторики желудочно-кишечного тракта. Позитивные вегетативные симптомы — гипергидроз, тахикадрия, артериальная гипертензия — могут быть вызваны спонтанной активностью как афферентных, так и эфферентных вегетативных волокон. При большинстве полиневропатий вегетативная дисфункция отходит в клинической картине на второй план. Однако при диабетической, порфирийной, амилоидной, алкогольной и некоторых других токсических полиневропатиях, а также при синдроме Гийена—Барре и НСВН вегетативная дисфункция в значительной степени определяет тяжесть состояния больного. Вегетативным и чувствительным нарушениям часто сопутствуют трофические расстройства: истончение кожи, деформация ногтей, выпадение волос, утолщение подкожных тканей. Постоянная микротравматизация в условиях нарушения болевой чувствительности, вазомоторные расстройства, инфицирование могут приводить к формированию трофических язв, чаще всего на стопах, и нейроартропатии Шарко. Большинство полиневропатий вовлекает все три типа волокон, что проявляется комбинированной сенсорно-моторно-вегетативной симптоматикой, однако соотношение этих компонентов бывает различным. При преимущественном поражении крупных волокон (в случае воспалительных демиелинизирующих полиневропатий, а также при невропатиях, связанных с синдромом Шегрена, дефицитом витаминов В 12 и Е, паранеопластическим синдромом, абеталипопротеинемией, интоксикацией витамином В6 и цисплатином) доминируют расстройства глубокой чувствительности с развитием сенситивной атаксии. Рано развивается арефлексия, тогда как болевая и температурная чувствительность и вегетативные функции страдают мало. Выраженность двигательных нарушений вариабельна, но нередко отмечаются грубые парезы. При преимущественном поражении тонких волокон, в основе которого чаще лежит аксонопатия (например, при диабетической, алкогольной, амилоидной невропатиях, интоксикациях метронидазолом, болезни Фабри) в первую очередь страдают волокна, несущие болевую и температурную чувствительность, что часто вызывает жгучие боли и дизестезию. Рефлексы могут сохраняться даже при грубом нарушении поверхностной чувствительности. Парезы выражены минимально. Не выявляются нарушения глубокой чувствительности, часто отмечаются выраженные вегетативные расстройства. При большинстве метаболических и токсических полиневропатий нарушения чувствительности преобладают над двигательными расстройствами. При преобладании же двигательной симптоматики следует подумать о синдроме Гийена—Барре, дифтерийной, порфирийной, свинцовой, диабетической, паранеопластической полиневропатиях или болезни Шарко— Мари—Тута. При тяжелом, но изолированном вовлечении только чувствительных или только двигательных волокон следует подумать о нейронопатии либо (при изолированном повреждении двигательных волокон)— о мультифокальной двигательной невропатии с блоками проведения. При вовлечении в процесс наряду с периферическими нервами спинномозговых корешков применяют термин "полирадикулоневропатия". При полирадикулоневропатии характерно вовлечение наряду с дистальными и проксимальных отделов конечностей, частое поражение черепных нервов, увеличение уровня белка в ЦСЖ. Характер начала и течение полиневропатий бывают различными. Выделяют острые полиневропатии, при которых нарастание симптомов происходит не больше нескольких дней, подострые полиневропатии, прогрессирующие на протяжении нескольких недель (но не более 1—2 мес) и хронические полиневропатии, развивающиеся в течение нескольких месяцев. Острое начало наиболее характерно для синдрома Гийена—Барре, порфирии, интоксикации мышьяком, таллием или нитрофуранами, сывороточ ной болезни, дифтерии, паранеопластического синдрома, полиневропатии, критических состояний;

изредка оно наблюдается при сахарном диабете или уремии. Медленно прогрессирующее течение (на протяжении более 5 лет) обычно указывает на наследственный характер полиневропатии, особенно если симптомы ограничиваются мышечной слабостью и амиотрофией и отсутствуют позитивные сенсорные симптомы. Исключение составляют диабетическая и диспротеинемическая полиневропатия, при которых симптоматика может нарастать в течение 5—10 лет и связана главным образом с поражением чувствительных волокон. Вариантом хронических невропатий являются рецидивирующие полиневропатии, но последние могут быть вызваны и повторным воздействием токсичных веществ. Общий подход к диагностике полиневропатий. Диагностировать синдром полиневропатии сравнительно несложно, несравнимо более трудная задача — определить ее этиологию. Даже при максимально тщательном исследовании не менее чем в четверти случаев причина остается неизвестной. В основе уточнения этиологии полиневропатии должен лежать двойной подход. С одной стороны, анализ симптоматики и течения полиневропатии, отнесение ее к аксонопатиям или демиелинизирующим невропатиям позволяет значительно сузить спектр возможных причин. С другой стороны, тщательный сбор анамнеза и комплекс стандартных исследований позволяют исключить наиболее распространенные причины этого синдрома. Основная задача врача состоит в том, чтобы диагностировать или исключить курабельные заболевания, например ХВДП и/или множественную мононевропатию, связанную с васкулитами. Собирая анамнез, важно помнить, что события, имеющие отношение к причинам заболевания (инфекция, воздействие промышленными или бытовыми токсичными веществами, прием нового лекарственного препарата) происходят за несколько недель до появления первых симптомов полиневропатии. Нужно получить сведения об условиях работы, соматических заболеваниях, особенностях питания. Важное значение имеет сбор семейного анамнеза, а иногда и осмотр родственников больного. При осмотре нужно обращать внимание на наличие полой стопы, кифосколиоза и других скелетных деформаций. Диагностику облегчает наличие сопутствующих неврологических или соматических синдромов. Наличие сопутствующей мозжечковой атаксии указывает на алкоголизм, паранеопластический синдром, гиповитаминоз Е, абеталипопротеинемию, болезнь Рефсума;

наличие деменции — на алкоголизм, дефицит витамина В | 2, СПИД;

наличие миелопатии — на дефицит витамина В | 2. Гепатоспленомегалия заставляет исключить паранеопластический синдром, лимфому, саркоидоз, цирроз печени, миелому;

лимфаденопатия — паранеопластический синдром, саркоидоз, лимфогранулематоз;

протеинурия или почечная недостаточность — амилоидоз, сахарный диабет;

миеломная болезнь, анемия — паранеопластический синдром, дефицит витамина В,2, гипотиреоз, почечную недостаточность. Осматривая больного с полиневропатией, следует обязательно пальпировать нервные стволы. Утолщение нервов при пальпации встречается при лепре, амилоидозе, болезни Рефсума, ХВДП, демиелинизирующем варианте болезни Шарко—Мари—Тута. Важное значение имеет электрофизиологическое исследование. Данные ЭНМГ позволяют подтвердить наличие полиневропатии, дифференцировав ее от переднерогавого поражения, миопатий и множественной мононевропатии. ЭНМГ позволяет также уточнить уровень поражения (корешок, средняя или дистальная часть нервов), оценить степень денервацион ного процесса в пораженных мышцах. Одна из наиболее важных задач — дифференцировать аксонопатии от миелинопатий, что часто имеет решающее значение для диагностики и выбора тактики лечения. Как правило, необходимо исследовать проводимость моторных и чувствительных волокон, клинически пораженных и клинически интактных нервов. При демиелинизирующих полиневропатиях выявляют снижение скорости проведения по нервам более чем на 20 % по сравнению с нижней границей нормы, блоки проведения (резкое внезапное снижение амплитуды М-ответа при исследовании коротких сегментов), увеличение латентного периода F-волны (при демиелинизации двигательных волокон в проксимальном отделе), временную дисперсию М-ответа за счет неодинаковой скорости проведения возбуждения по различным волокнам нерва. При наследственных демиелинизирующих полиневропатиях наблюдается равномерное замедление проведения возбуждения. При игольчатой электромиографии при демиелинизирующих полиневропатиях выявляют увеличение длительности потенциалов ДЕ (за счет неодномоментного поступления импульсов к различным мышечным волокнам), но в отсутствие увеличения их амплитуды и признаков спонтанной активности. При аксонопатиях скорость проведения по нерву остается нормальной или незначительно снижается, но существенно уменьшается амплитуда М-ответа, которая отражает число мышечных волокон, активируемых при стимуляции нерва. Легкое снижение скорости при аксонопатиях можно объяснить вторичной демиелинизацией или относительным уменьшением числа крупных быстропроводящих волокон. В результате реиннервации происходит укрупнение ДЕ, поэтому М-ответ приобретает волнообразную форму и становится полифазным. При игольчатой электромйографии выявляют снижение рекрутирования ДЕ в сочетании с признаками частичной хронической денервации и реиннервации (увеличение длительности и амплитуды, полифазность потенциалов ДЕ, что отражает процесс их укрупнения) или острой денервации (спонтанная активность мышечных волокон в виде ПФ и ПОВ). При аксонопатиях указанные изменения обычно более выражены в дистальных отделах конечностей, а в мышцах кисти они имеют примерно ту же выраженность, что и в мышцах голени. Проводимость чувствительных волокон обычно нарушена как при аксонопатиях, так и при демиелинизирующих невропатиях, но снижение проведения и временная дисперсия более характерны для демиелинизации. При преимущественном вовлечении тонких волокон проведение по чувствительным волокнам может быть нормальным, так как в этом случае тестируется главным образом функция крупных волокон. Снижение амплитуды потенциалов действия чувствительных волокон играет важную роль в дифференциальной диагностике между периферической невропатией и поражением нейронов передних рогов, так как прямо указывает на заболевание ПНС. Демиелинизация проксимального сегмента нервных волокон может быть верифицирована и при исследованиях ССВП. Важным в диагностике является исследование ЦСЖ. При острой и хронической воспалительной демиелинизирующей полирадикулоневропатии повышение содержания белка (белково-клеточная диссоциация) является важным диагностическим критерием. Умеренное повышение содержания белка возможно и при других полиневропатиях, в частности при диабетической. Плеоцитоз характерен для менингорадикулита при лаймской болезни и при СПИДе. В обязательный комплекс исследований при полиневропатии должны входить клинический анализ крови, общий анализ мочи, исследования уровня в крови глюкозы, мочевины и креатинина, белка, кальция, печеночные пробы, электрофорез белков плазмы, рентгенография грудной клетки, УЗИ брюшной полости, анализ крови на ВИЧ-инфекцию. По показаниям проводят инструментальное исследование желудочно-кишечного тракта, мочеполовой системы, поясничную пункцию, тесты на ревматические заболевания, исследование уровня гормонов щитовидной железы, холестерина и липопротеидных фракций, исследование на криоглобулины, исследование экскреции предшественников порфиринов, тесты на антинуклеарные антитела, ревматоидный фактор и др. В ряде случаев существенную помощь в диагностике оказывает биопсия кожного нерва. Для исследования обычно берут икроножный нерв или поверхностную ветвь лучевого нерва. Биопсия помогает в диагностике амилоидоза, лепры, васкулитов, метахроматической лейкодистрофии, болезни Краббе, болезни Фабри, иногда саркоидоза и ХВДП. Биопсию проводят только в том случае, когда диагноз не удается установить с помощью неинвазивных методов. 6.2.1. Идиопатические воспалительные полиневропатии 6.2.1.1. Синдром Гийена—Барре Синдром Гийена Барре (точнее синдром Гийена—Барре—Штроля) — острая воспалительная полирадикулоневропатия аутоиммунной природы. Синдром Гийена—Барре считался синонимом острой воспалительной демиелинизирующей полирадикулоневропатии, но в последние годы стало ясно, что в определенной части случаев при этом синдроме доминирует поражение не миелиновой оболочки, а аксонов (аксональный вариант). О случаях данного заболевания неоднократно сообщалось начиная с 30-х годов XIX в. В 1859 г. J. Landry описал "острый восходящий паралич". Но лишь только после того, как G. Guillain, J. Barre и A. Strohl в 1916 г. представили описание острого периферического паралича с белково-клеточной диссоциацией и благоприятным прогнозом, синдром Гийена—Барре прочно вошел в клинический обиход. Эпидемиология. Синдром Гийена—Барре — самая частая острая полиневропатия. Заболеваемость составляет 1,7 на 100 000 населения в год. Она примерно одинакова у мужчин и женщин в различных регионах, не имеет сезонных колебаний. Развитие синдрома возможно в любом возрасте, однако чаще он встречается в пожилом возрасте. У лиц до 18 лет заболеваемость составляет 0,8 на 100 000 населения, тогда как после 60 лет -3,2. Этиология и патогенез. Этиология остается неизвестной, однако важная роль аутоиммунной реакции, направленной против антигенов периферической нервной ткани, не вызывает сомнений. О роли гуморального иммунитета в патогенезе свидетельствуют обнаружение в сыворотке больных во время острой стадии синдрома антител к периферическому миелину, способных фиксировать комплемент. Титр этих антител коррелирует с клиническим течением. Выявление иммуноглобулинов и комплемента на миелинизированных волокнах у больных, высокая эффективность плазмафереза также свидетельствуют о роли гуморального иммунитета. Плазмаферез может выводить не только антитела, но и комплемент, его активные компоненты, провоспалительные цитокины. Не менее важна и роль клеточного иммунитета. Так, моделью синдрома Гийена—Барре может служить экспе риментальный аллергический неврит, который вызывают путем инъекции лабораторным животным миелина периферических нервов или только его основного белка Р 2 ;

при этом ведущую роль в генезе этого заболевания играет Т-клеточная реакция. Кроме того, на ранней стадии синдрома можно обнаружить изменение соотношения субпопуляций Т-клеток. Основная мишень аутоиммунного процесса остается неизвестной. В большинстве случаев он, по-видимому, направлен против антигенов леммоцитов и миелина и приводит к отеку, лимфоцитарной инфильтрации и сегментарной демиелинизации корешков спинномозговых и черепных нервов. В других случаях атаке в первую очередь подвергаются антигены аксонов периферических нервов. Полагают, что чаще всего мишенью аутоиммунного процесса при синдроме Гийена—Барре является глюкоконъюгаты клеточных мембран (например, ганглиозид GM1). Патоморфологически при демиелинизирующем варианте выявляется пери вас кулярная лимфоцитарная или воспалительноклеточная инфильтрация в черепных нервах, передних корешках, спинномозговых нервах, сплетениях и периферических нервах, иногда с вторичной аксональной дегенерацией;

при аксональном варианте — тяжелая аксональная дегенерация, присутствие макрофагов в периаксональном пространстве с минимальными признаками воспалительных изменений и демиелинизации. Следует отметить, что часто встречаются смешанные формы, объединяющие черты демиелинизирующего и аксонального вариантов. За 1—3 нед до развития параличей у 60 % больных отмечаются признаки респираторной или желудочно-кишечной инфекции. Как показывают серологические исследования, эта инфекция может быть бактериальной (Campylobacter jejuni), микоплазменной, вирусной (цитомегаловирус, вирус Эпстайна—Барра и др.). Перенесенная инфекция, по-видимому, служит провоцирующим фактором, запускающим аутоиммунную реакцию. Показано, что между липополисахаридами С. Jejuni и ганглиозидом GM1 возможна перекрестная иммунологическая реакция. Эту же роль в ряде случаев, возможно, играют вакцинации, оперативные вмешательства, травматическое повреждение периферических нервов. Клиника. Основным проявлением синдрома Гийена—Барре является прогрессирующий вялый тетрапарез. Вначале слабость чаще вовлекает дистальные или проксимальные отделы ног, а затем распространяется в восходящем направлении, захватывая мышцы рук, туловища, шеи, дыхательную и краниальную мускулатуру и формируя относительно симметричный преимущественно дистальный тетрапарез. Реже слабость в первую очередь появляется в руках либо одновременно в руках или ногах. В части случаев руки остаются интактными, и у больного выявляется лишь нижний вялый парапарез. Парезы нарастают в течение нескольких дней или недель (в среднем 7—15 дней), но в наиболее тяжелых случаях тетраплегия развивается в течение нескольких часов. Более чем в половине случаев отмечается слабость мимической мускулатуры, реже вовлекаются бульбарные мышцы и наружные мышцы глаз. Вовлечение краниальной мускулатуры, сгибателей шеи и мышц, поднимающих плечи, нередко предвещает развитие слабости межреберных мышц и диафрагмы. При парезе диафрагмы появляется парадоксальное дыхание с втягиванием живота на вдохе. У всех больных развивается выпадение или по крайней мере резкое угнетение глубоких рефлексов. Арефлексия не связана с тяжестью паралича. Атрофия мышц в остром периоде отсутствует, но может развиваться позже. Нарушения чувствительности значительно менее выражены, чем двигательные расстройства. Они представлены гипалгезией, парестезиями, гиперестезией в дистальных отделах конечностей, болевым синдромом. Иногда отмечается легкое нарушение глубокой чувствительности. Болевой синдром встречается часто и носит сложный характер. В одних случаях доминирует невропатическая, преимущественно корешковая боль, в других — миалгии. Мышечные боли обычно локализованы в спине, плечевом и тазовом поясах. Причина миалгий остается неизвестной. Возможно, они связаны с воспалительным поражением мышц, на что указывает повышение уровня мышечных ферментов. Миалгии обычно стихают спонтанно через неделю. Часто выявляются симптомы натяжения, которые сохраняются длительное время даже на фоне регресса парезов. Более чем у половины больных в остром периоде возникают выраженные вегетативные нарушения: повышение или падение артериального давления. Ортостатическая гипотензия, нарушение ритма сердца с изменениями на ЭКГ (депрессия сегмента ST, инверсия зубца Т, удлинение интервала Q—T). Синусовая тахикардия возникает на ранней стадии, но редко требует специальной терапии. Более существенную опасность представляет брадиаритмия. Интубация или отсасывание слизи могут спровоцировать резкую брадикардию, коллапс и даже остановку сердца. В начальной стадии возможна преходящая задержка мочи. Тяжелые вегетативные расстройства нередко бывают причиной летального исхода. Лихорадка обычно отсутствует. Достигнув пика, состояние временно стабилизируется (фаза плато продолжается 2—4 нед), а затем начинается восстановление, которое продолжается от нескольких недель до нескольких месяцев (иногда до 1—2 лет). К атипичным вариантам синдрома Гийена—Барре относят синдром Фишера, острую сенсорную полиневропатию, острую краниальную полиневропатию, острую пандизавтономию. Диагноз. Основной диагностический критерий — остро или подостро нарастающий вялый тетрапарез (нижний вялый парапарез), сопровождающийся арефлексией. В пользу синдрома Гийена—Барре свидетельствуют: характерное течение (профессирование не более чем в течение 4 нед, восстановление, начинающееся через 2—4 нед после достижения фазы плато), относительная симметричность симптоматики, отсутствие выраженных нарушений чувствительности, вовлечение черепных нервов (прежде всего двустороннее поражение лицевых (VII) нервов), вегетативная дисфункция, отсутствие лихорадки в дебюте заболевания. Подтверждают диагноз также данные исследования ЦСЖ и ЭНМГ. Начиная с 2-й недели в ЦСЖ выявляется повышение содержания белка при нормальном или слегка повышенном цитозе, но не выше 30 клеток в 1 мкл (белково-клеточная диссоциация). На 1-й неделе заболевания содержание белка остается нормальным. При более высоком цитозе следуют искать иное заболевание. На фоне высокого уровня белка возможно появление застойных дисков зрительных нервов. Электрофизиологическое исследование подтверждает диагноз синдрома Гийена—Барре и позволяет выявить несколько его вариантов. При основном — демиелинизирующем — варианте электрофизиологически выявляется снижение амплитуды М-ответа на фоне признаков демиелинизации нервных волокон: снижения скорости проведения по двигательным волокнам более чем на 10 % от нормальной, удлинения дистальной латенции (при преимущественном поражении дистальных отделов) или латентного периода F-волны (при преимущественном поражении проксимальных отделов), снижения скорости проведения по чувствительным волокнам. Иногда отмечаются частичные блоки проведения.

При более редком аксональном варианте, когда поражаются исключительно двигательные волокна (острая моторная аксональная полиневропатия), снижение амплитуды М-ответа, отражающей число функционирующих аксонов, выявляется на фоне нормальной скорости проведения по двигательным волокнам (либо на фоне снижения скорости, но не более чем на 10 % от нижней границы нормы), нормальной величины дистальной латенции и F-ответа на фоне нормальных показателей проведения по чувствительным волокнам. У этой категории больных синдрому часто предшествует кишечная инфекция, возбудителем которой является С. jejuni, а в крови обнаруживается высокий титр G Ml-антитела. Характерно быстрое развитие тетраплегии и бульбарных нарушений. При более тяжелом аксональном варианте, когда вовлекаются не только двигательные, но и чувствительные волокна (острая моторно-сенсорная аксональная полиневропатия), характерно резкое снижение амплитуды М-ответа и наличие признаков денервации в отсутствие признаков демиелинизации нервных волокон. Острая моторно-сенсорая аксональная полиневропатия характеризуется тяжелым течением, быстрым прогрессированием, развитием грубого двигательного и сенсорного дефекта, медленным и неполным восстановлением. Ее бывает трудно отличить от тяжелой формы демиелинизирующей пол и невропатии: на ранней стадии признаки демиелинизации легко выявить, но после резкого снижения М-ответа уловить разницу между демиелинизирующим вариантом с вторичным повреждением аксонов, чисто демиелинизирующим вариантом и аксональной полиневропатией становится невозможным, поэтому столь важно раннее электрофизиологическое обследование. С другой стороны, в первые дни болезни электрофизиологические показатели могут быть нормальными. Обследование больного с синдромом Гийена— Барре должно включать клинический анализ крови (возможен умеренный лейкоцитоз), исследование уровня электролитов, тесты на СКВ, порфирию, ВИЧ-инфекцию, серологическое исследование на цитомегаловирус, микоплазму, вирус Эпстайна—Барра, кампилобактер. Дифференциальный диагноз. Чаще приходится проводить его с поражением спинного мозга, которое в острой стадии может проявляться вялым тетрапарезом или парапарезом и выпадением сухожильных рефлексов. В пользу спинальной патологии свидетельствуют проводниковый характер нарушения чувствительности с наличием уровня поражения, стойкие тазовые расстройства, отсутствие вовлечения черепных нервов, отсутствие вовлечения дыхательной мускулатуры при грубом тетрапарезе. Кроме того, синдром Гийена—Барре приходится дифференцировать с дифтерийной и порфирийной полиневропатией, полимиозитом, периодическим дискалиемическим параличом. У больных с тяжелым соматическим заболеванием или сепсисом дифференциальный диагноз следует проводить с полиневропатией критических состояний, которая представляет собой преимущественно моторную аксональную полиневропатию, не реагирующую на различные варианты иммунотерапии. У детей первого года жизни синдром Гийена—Барре развивается редко и требует в первую очередь исключения полиомиелита или ботулизма. Лечение. Даже в легких случаях к синдрому Гийена—Барре в острой фазе следует относиться как к неотложному состоянию, так как декомпенсация с развитием тяжелой дыхательной недостаточности, требующей ИВЛ, опасного нарушения сердечного ритма может развиться в течение нескольких часов. Важно предупредить больного и его родственников о возможности быстрого ухудшения, которое может потребовать перевода больного в отделение реанимации и проведения ИВЛ. В фазе прогрессирования необ холимо почасовое наблюдение за состоянием больного с оценкой дыхательной функции, сердечного ритма, артериального давления, состояния бульбарной мускулатуры, тазовых функций. В тяжелых случаях критическое значение имеет раннее помещение больного в отделение интенсивной терапии и начало ИВЛ до развития гипоксемии. Решение о помещении больного в отделение интенсивной терапии зависит от ЖЕЛ, скорости ее снижения, состояния гемодинамики и бульбарных функций, наличия сопутствующих заболеваний. Ранними признаками дыхательной недостаточности бывают ослабление голоса, необходимость делать паузы для вдоха во время разговора, выступание пота на лбу и тахикардия при форсированном дыхании, ослабление кашля. При бульбарном параличе могут быть необходимы интубация и введение назогастрального зонда. Интубация показана, если ЖЕЛ опускается ниже 12—15 мл/кг, а при наличии бульбарных симптомов — ниже 15—18 мл/кг. При брадиаритмии и угрозе асистолии необходим временный водитель ритма. При тяжелом стойком бульбарном синдроме может быть показана гастростома. Как установлено при тщательных контролируемых исследованиях, кортикостероиды, традиционно применявшиеся для лечения синдрома Гийена—Барре, не улучшают исход заболевания [Hughes et all., 1991], в связи с чем назначение их не показано. Примерно одинаковый эффект оказывают плазмаферез и внутривенное введение иммуноглобулинов, которые способны ускорять восстановление и уменьшать резидуальный дефект. Плазмаферез и введение иммуноглобулина особенно целесообразны в фазе прогрессирования (обычно в первые 2 нед от начала заболевания) в умеренных и тяжелых случаях — у больных, потерявших способность к самостоятельному передвижению. Нет данных об эффективности этих методов лечения при различных вариантах синдрома Гийена—Барре, однако раннее выявление аксонального поражения может быть дополнительным показанием к началу лечения. Курс плазмафереза обычно включает 4—6 сеансов, которые проводят через день. Всего за курс обменивают 200—250 мл/кг. В качестве замещающей жидкости используют 5 % раствор альбумина, изотонический раствор хлорида натрия и плазмозамещающие растворы. Плазмаферез относительно противопоказан при печеночной недостаточности, тяжелых электролитных расстройствах, высоком риске кардиоваскулярных осложнений, активной инфекции, нарушении свертываемости крови. Иммуноглобулин — препарат, получаемый из плазмы донорской крови, на 90 % состоящий из IgG. Его вводят внутривенно по 0,4 г/кг в сутки в течение 5 сут (курсовая доза 2 г/кг). Возможно введение той же курсовой дозы и по более быстрой схеме: 1г/кг в сутки в 2 введения в течение 2 дней (начальную дозу с учетом риска анафилаксии не рекомендуется поднимать выше 0,2 г/кг). Основные побочные действия иммуноглобулина — головная боль, чаще возникающая у лиц, страдающих мигренью, тошнота, лихорадка. Возможен лекарственный менингит, спонтанно регрессирующий в течение 3—5 дней. Более опасны острый тубулярный некроз и острая почечная недостаточность, которые чаще возникают у лиц с предшествующим заболеванием почек. Почечная недостаточность обратима, но иногда требует кратковременного диализа. Перед введением иммуноглобулина нужно исследовать содержание иммуноглобулинов в сыворотке крови. Очень низкий уровень IgA (обычно результат врожденного дефекта) повышает вероятность развития антител и потенциальный риск анафилаксии. В целом, иммуноглобулин — относительно безопасный препарат, он показан при невозможности проведения или низкой эффективности плазмафереза.

По окончанию курса лечения плазмаферезом или иммуноглобулином в 10—20 % случаев возникают рецидивы — в этой ситуации рекомендуют либо продолжить лечение тем же способом, или использовать альтернативный. В дальнейшем больным не рекомендуется вакцинация (в частности, столбнячным анатоксином), способная спровоцировать рецидив. Для предупреждения контрактур и параличей от сдавления важны правильное положение в постели (широкая удобная постель, упоры для стоп), пассивные упражнения — 2 раза в сутки. Во избежание пролежней необходимо каждые 2 ч, менять положение в постели, ухаживать за кожей. Для предупреждения сгибательных контрактур нижних конечностей время от времени больной должен лежать на животе. В целях профилактики тромбоза глубоких вен голени (при плегии в ногах) назначают гепарин по 2500— 5000 ЕД подкожно 2 раза в сутки или фраксипарин (по 0,3 мл подкожно 1 раз в день). При резком повышении артериального давления применяют нифедипин в дозе 10—20 мг под язык или другие гипотензивные средства, но следует помнить о возможности резкого падения артериального давления. При тахикардии применяют анаприлин, при брадикардии — атропин (0,5— 1 мг внутривенно), в тяжелых случаях использую временный водитель ритма. Нужно быть готовым к резкой вагусной реакции с развитием брадиаритмии при отсасывании слизи. При падении артериального давления показано вливание коллоидных и кристаллоидных растворов. Важно поддерживать водноэлектролитный баланс, учитывая возможность развития СНСАДГ. При парезе желудочно-кишечного тракта назначают прозерин, калимин или цизаприд. При парезе мимической мускулатуры необходимы меры по защите роговицы (закапывание глазных капель, повязка на ночь). Для уменьшения боли применяют анальгетики, НПВС, малые дозы трициклических антидепрессантов, противосудорожных средств, иногда наркотические анальгетики. Для профилактики легочной инфекции проводят дыхательную гимнастику и вибрационный массаж грудной клетки, антибиотики назначают только при выявлении признаков инфекции. Важное значение имеют ранние реабилитационные мероприятия, включающие массаж, лечебную гимнастику, другие физиотерапевтические процедуры. Прогноз. Смерть может наступить от дыхательной недостаточности, связанной с параличом дыхательных и/или бульбарных мышц, пневмонии, тромбоэмболии легочной артерии, остановки сердца, сепсиса. Однако благодаря современным методам интенсивной терапии, прежде всего ИВЛ, смертность в последние десятилетие снизилась до 5 %. Полное восстановление происходит в 70 % случаев, однако оно может потребовать многих месяцев — до 1—2 лет. Выраженные остаточные параличи сохраняются не более чем у 15—20 % больных. При демиелинизирующем варианте вероятность полного восстановления, зависящего от восстановления миелиновой оболочки, существенно выше, чем при аксональном варианте заболевания. В последнем случае восстановление происходит медленнее из-за регенерации поврежденных аксонов. Из-за того, что регенерируют не все поврежденные волокна (чем проксимальнее поврежден аксон, тем ниже вероятность его регенерации), восстановление часто бывает неполным. У некоторых больных с аксональной поли невропатией восстановление происходит столь же быстро, как и при демиелинизирующем поражении. Полагают, что в подобных случаях повреждаются лишь окончания двигательных волокон и соответственно, не происходит дегенерация всего аксона либо GM1-антитела блокируют проведение по волокнам, но не запускают дегенеративный процесс. К неблагоприятным прогностическим факторам следует также отнести пожилой возраст, бы строе прогрессирование в начальной фазе, необходимость в ИВЛ, низкая амплитуда М-ответа, анамнестическое указание на кишечную инфекцию с диареей (обычно она бывает вызвана С. jejuni). В 2—5 % случаев синдром Гийена—Барре рецидивирует.

6.2.1.1.1. Синдром Фишера В 1956 г. М. Фишер описал симптомокомплекс, включающий офтальмоплегию, атаксию и арефлексию, который, как автор полагал, является необычной формой "острого идиопатического полиневрита". Как и при синдроме Гийена—Барре, симптомы часто появляются спустя 1—3 нед после респираторной или кишечной инфекции и нарастают на протяжении 5—10 дней. Офтальмоплегия бывает связана с вовлечением не только наружных, но иногда и внутренних мышц глаза, а в половине случаев сопровождается птозом. Часто она имеет асимметричный характер, но в ряде случаев приобретает черты надъядерной или межъядерной офтальмоплегии, в частности, иногда рефлекторные движения глазных яблок восстанавливаются раньше, чем произвольные, благодаря чему появляется феномен Белла. Атаксия носит мозжечковый характер и лишь у небольшой части больных имеет черты сенситивной. В ряде случаев дополнительно вовлекаются лицевой нерв (VII), каудальная группа черепных нервов. Не менее чем у четверти больных отмечаются парезы, парестезии или дизестезия в конечностях. В большинстве случаев заболевание имеет доброкачественное течение^ завершаясь полным или почти полным спонтанным восстановлением в течение нескольких недель или месяцев. Но в тяжелых случаях, когда развиваются выраженный тетрапарез и паралич дыхательных мышц, возможен летальный исход. Больные с синдромом Фишера составляют 5 % от всех больных с синдромом Гийена—Барре, причем у 90 % из них выявляются антитела к ганглиозиду GQlb. У части больных синдром рецидивирует. Локализация поражения остается не совсем ясной. С одной стороны, наличие арефлексии, белково-клеточной диссоциации в ЦСЖ, выявление электрофизиологических признаков демиелинизации периферических нервов является аргументом в пользу того, что данный синдром имеет периферическое происхождение, являясь атипичным проявлением синдрома Гийена—Барре. С другой стороны, необычный характер ряда его проявлений — например, признаки надъядерной или межъядерной офтальмоплегии, мозжечковый характер атаксии, оставляли открытым вопрос о возможности церебрального генеза данного синдрома. В настоящее время принято считать, что сходная клиническая картина возможна как при периферическом, так и при церебральном поражении. В последнем случае, помимо классических проявлений синдрома Фишера, обнаруживаются и другие признаки поражения головного мозга, в частности угнетение сознания, патологические стопные знаки, эпилептические припадки, миоклонии, гемипарез, центральный парез мимической мускулатуры, плеоцитоз в ЦСЖ, изменения ЭЭГ. При наличии четких признаков поражения головного мозга диагностируют стволовой энцефалит Биккерстафа. Диагноз энцефалита можно подтвердить с помощью МРТ, выявляющей очаги демиелинизации в мозговым стволе. Возможно, что в ряде случаев имеет место сочетанное поражение центральной и периферической нервных систем (энцефаломиелополиневропатия). Помимо стволового энцефалита, синдром Фишера следует дифференцировать от ботулизма, энцефалопатии Вернике, миастении, стволового инсульта.

Лечение синдрома Фишера проводят так же, как и при синдроме Гийена— Барре. 6.2.1.2. Хроническая воспалительная демиелинизирующая полирадикулоневропатия История хронической формы воспалительной пол'радикулоневропатии ведет отсчет с 1958 г., когда первое сообщение о ней сделал J. H. Austin. В последующем это заболевание неоднократно описывалось под разными названиями: хроническая рецидивирующая полирадикулоневропатия, рецидивирующий кортикостероидозависимый полиневрит, хронический синдром Гийена—Барре и др. В 1982 г. общепринятым становится термин "хроническая воспалительная демиелинизирующая полирадикулоневропатия". Этиология и патогенез. Аутоиммунное происхождение ХВДП не вызывает сомнений, однако причины возникновения и длительной активности аутоиммунного процесса не известны. В отличие от синдрома Гийена—Барре инфекция редко предшествует заболеванию, зато существенно более важную роль играют наследственные иммуногенетические факторы: у больных с ХВДП чаще выявляются определенные гены HLA (Drw 3, Dw 3, В8, Al, Aw и 31). Неизвестной остается и мишень, против которой направлен аутоиммунный процесс, однако установлено, что в 70 % случаев при ХВДП имеются антитела к р-тубулину — белку, являющемуся компонентом цитоскелета (при других полиневропатиях эти антитела обнаруживают не более чем в 3 % случаев). Патоморфологически в пораженных волокнах отмечают сегментарную демиелинизацию и ремиелинизацию, иногда с формированием "луковичных головок", субпериневральный и эндоневральный отек, иногда повреждение аксонов, хотя выраженная интерстициальная и периваскулярная воспалительно-клеточная инфильтрация наблюдается лишь у части больных. Клиника. Заболевание возникает в любом возрасте, включая детский. Основное клиническое отличие ХВДП от синдрома Гийена—Барре состоит в динамике прогрессирования неврологических нарушений: при ХВДП неврологическая симптоматика нарастает более медленно, часто в течение нескольких месяцев. Начальными симптомами служат слабость в дистальных или проксимальных отделах ног, иногда асимметричная, а также атаксия либо онемение и парестезии в кистях и стопах. Выраженный болевой синдром встречается нечасто. В дальнейшем парезы захватывают как дистальные, так и проксимальные отделы верхних и нижних конечностей и иногда приковывают больного к постели. Выраженные парезы не сопровождаются нарастающей атрофией, даже если существуют несколько месяцев. Арефлексия отмечается у 75% больных, наиболее постоянно выпадение ахиллова рефлекса. Снижение чувствительности выявляется у 85 % больных с ХВДП. Оно встречается чаще и оказывается более выраженным, чем при синдроме Гийена—Барре, однако боль отмечается значительно реже. Полирадикулоневропатия обычно имеет сенсомоторный характер, изредка отмечается чисто моторная или чисто сенсорная симптоматика. В 10 % случаев чувствительные нарушения преобладают над двигательными. У некоторых больных отмечается выраженное нарушение глубокой чувствительности с развитием сенситивной атаксии. Нередко выявляется постуральный тремор в руках, он усиливается вместе с другими проявлениями невропатии и уменьшается на фоне успешной терапии невропатии. Клинически значимая вегетативная дис"функция при ХВДП встречается редко.

У части больных поражаются черепные нервы (обычно лицевой и бульбарные, реже глазодвигательные). Иногда можно обнаружить утолщение стволов периферических нервов. Почти у половины больных с ХВДП при МРТ выявляются очаги демиелинизации в головном мозге, которые в подавляющем большинстве случаев остаются асимптомными. Лишь изредка можно обнаружить клинические признаки вовлечения ЦНС — рефлекс Бабинского или оживление сухожильных рефлексов. Примерно в трети случаев прогрессирование происходит медленно, но неуклонно, у другой трети больных прогрессирование происходит ступенеобразно, наконец, еще в одной трети случаев отмечается рецидивирующее течение. Изредка дебют ХВДП напоминает синдром Гийена—Барре и лишь затем заболевание приобретает хроническое рецидивирующее или прогрессирующее течение. Угроза жизни и необходимость в ИВЛ возникают редко, однако прогноз при ХВДП менее благоприятен, чем при синдроме Гийена—Барре. Спонтанные ремиссии обычно не возникают, а для предупреждения рецидивов приходится длительное время принимать иммуносупрессивные средства. Диагноз. Диагностические критерии ХВДП включают: • наличие прогрессирующей или рецидивирующей полиневропатии с двигательными и чувствительными нарушениями, развивающимися на протяжении более чем 2 мес;

• диффузную гипо- или арефлексию;

• электрофизиологические признаки, указывающие на демиелинизацию периферических нервов (снижение скорости проведения или парциальные блоки проведения, патологическая временная дисперсия моторного потенциала, удлинение дистальной латенции либо отсутствие или удлинение латентного периода F-волны);

эти изменения нужно выявить в двух и более нервах, обычно на уровне определенных сегментов (вне зон возможной компрессии нервов, например, запястного канала). Спустя несколько месяцев присоединяются признаки аксональной дегенерации, выявляемые при игольчатой электромиографии;

• увеличение уровня белка в ЦСЖ в отсутствие цитоза (отмечается у 80 % больных с ХВДП);

на фоне высокого содержания белка (выше 1 г/л) иногда выявляются застойные диски зрительных нервов. Не менее чем в 10—20 % случаев клиника ХВДП бывает обусловлена системным заболеванием (СКВ, лимфома, амилоидоз, ВИЧ-инфекция, миеломная болезнь, макроглобулинемия Вальденстрема, доброкачественная гаммапатия, паранеопластический синдром и др.). Иногда признаки первичного заболевания проявляются спустя несколько месяцев после появления симптоматики ХВДП, поэтому больные с ХВДП нуждаются в повторном обследовании, особенно при неэффективности терапии. В комплекс обследования должны входить тесты на СКВ (определение антинуклеарных антител), вирусы гепатита, ВИЧ-инфекцию, определение уровня глюкозы, печеночные пробы, электрофорез белков сыворотки (исключение парапротеинемии). Всегда необходим онкологический поиск. При подозрении на парапротеинемию проводят иммуноэлектрофорез сыворотки или мочи, рентгенографию плоских костей — для исключения миеломной болезни. В определенных ситуациях необходим также дифференциальный диагноз с инфекционными заболеваниями, прежде всего нейроборрелиозом (например, при плеоцитозе в ЦСЖ), наследственными полиневропатиями, саркоидозом, порфирией, отравлением тяжелыми металлами. В связи с тем что в большинстве случаев необходима иммуносупрессивная терапия, пе ред ней следует провести рентгенографию легких для исключения скрытой туберкулезной инфекции. Лечение. В настоящее время существуют три основных средства лечения ХВДП—кортикостероиды, плазмаферез, иммуноглобулин. Наиболее часто используемым средством остаются кортикостероиды. Обычно лечение начинают с преднизолона в дозе 60—80 мг однократно утром ежедневно (у детей 1 — 1,5 мк/кг в сутки). После достижения эффекта (обычно на это уходит 1— 3 мес) дозу осторожно снижают до поддерживающей, одновременно переходя на прием препарата через день (каждые 2 нед дозу снижают через день на 10 мг), при дальнейшем улучшении производят последующее снижение дозы на 10 мг в месяц с переходом на поддерживающую дозу — 5—25 мг через день или через 2 дня на третий. Почти полное восстановление происходит в течение 12—18 мес. Во избежание рецидива поддерживающую дозу сохраняют на протяжении нескольких лет. У одной части больных препарат в конце концов удается отменить, у других на фоне отмены состояние вновь ухудшается, и они вынуждены принимать его длительное время. Иногда лечение начинают с более высокой дозы преднизолона (120 мг/сут в течение недели, затем снижение дозы на 20 мг/нед — до 20 мг/сут, после чего приступают к более медленному снижению дозы) либо используют пульс-терапию метилпреднизолоном (1000 мг внутривенно капельно на 200 мл 5 % раствора глюкозы в течение 3—5 дней). При длительной кортикостероидной терапии необходимо контролировать массу тела, артериальное давление, уровень глюкозы и калия в крови. Следует придерживаться низкосолевой диеты с высоким содержанием белка, но низким содержанием жира. Учитывая риск остеопороза, рекомендуют прием препаратов кальция и бифосфатов. При малой эффективности или непереносимости кортикостероидов, а также в тех случаях, когда их дозу не удается снизить, назначают иммуносупрессоры (азатиоприн, метотрексат, циклофосфамид или циклоспорин). Чаще всего применяют азатиоприн. Начальная доза 1—2 мг/кг в сутки, а после достижения стабильного эффекта (обычно не ранее нескольких месяцев) — снижают до поддерживающей (0,5 мг/кг в сутки). Для того, чтобы избежать длительного приема кортикостероидов в последние годы все чаще используют плазмаферез и внутривенное введение иммуноглобулина, однако продолжительность действия одного курса редко превышает несколько недель или месяцев, поэтому, как правило, необходимы повторные курсы. При проведение плазмафереза обменивают 30—50 мл/кг 2 раза в неделю на протяжении 4—6 нед. Улучшение проявляется в течение 6 нед. В последующем интервал между сеансами постепенно увеличивают, проводя плазмаферез в начале 1 раз в неделю, затем 1 раз в 2 недели, затем 1 раза в месяц. Но нередко через непродолжительное время после последнего введения все же наступает рецидив, что требует продолжения курса и добавления малых доз преднизолона (0,5 мк/кг в сутки внутрь). Внутривенно иммуноглобулин вводят по 0,4 г/кг в течение 5 дней. Иммуноглобулин эффективен примерно у половин больных с ХВДП. Улучшение выявляется в течение 3 нед и продолжается до 6 нед. Однако продолжительность улучшения не превышает нескольких недель или месяцев, после чего введение иммуноглобулина приходится повторять (1 г/кг в течение 1—2 дней). В связи с этим разработаны схемы с более плавным прекращением лечения (например, 1 г/кг в сутки в течение 2 дней, затем ту же дозу вводят через 2 и 4 нед, а затем повторяют ежемесячно на протяжении нескольких месяцев). При частых рецидивах целесообразен прием малых доз преднизолона"(0,5 мг/кг).

Прогноз. У большинства больных при условии адекватной терапии можно ожидать благополучного исхода заболевания. Примерно в 85% случаев через 5 лет после начала заболевания неврологический дефект минимален или отсутствует, лишь у 10 % сохраняются или нарастают выраженные неврологические расстройства, однако подавляющая часть больных нуждается в длительной поддерживающей терапии малыми дозами кортикостероидов или цитостатиков. Прогноз зависит от сроков развития симптомов при первой атаке. Если слабость нарастает не менее 3 мес, возможно выздоровление в течение года. Однако примерно у половины больных после первоначального улучшения в течение года отмечаются рецидивы, требующие возобновления терапии. 6.2.1.3. Мультифокальная двигательная невропатия с блоками проведения Мультифокальная двигательная невропатия с блоками проведения впервые описана в середине 80-х годов как мультифокальный вариант ХВДП. Это редкое, но курабельное заболевание заслуживает особого упоминания, так как часто служит поводом для ошибочной диагностики БАС. Отказ от активной терапии в этом случае может привести к инвалидизации больного. Этиология и патогенез. Этиология остается неизвестной. Однако эффективность иммуномодуляторов, наличие у значительной части больных антител к ганглиозиду GM1 указывают на аутоиммунную природу заболевания. Мультифокальная двигательная невропатия относится к числу демиелинизирующих невропатий. Патоморфологически при этом выявляют признаки демиелинизации и ремиелинизации с формированием "луковичных головок", иногда аксональную дегенерацию и регенерацию. Причина селективного поражения двигательных волокон остается неясной, возможно, она отражает разный антигенный состав двигательных и чувствительных волокон или их различную чувствительность к повреждающему фактору. Клиника. Среди больных 80 % составляют молодые мужчины. Основное проявление — прогрессирующие асимметричные парезы в дистальных отделах конечностей, прежде всего рук. И лишь в 10 % случаев слабость более выражена в проксимальных отделах рук или нижних конечностях. Распределение пареза "укладывается" в зоны иннервации основных нервов конечностей. Атрофия мышц развивается сравнительно поздно, что объясняется их неполной денервацией. Почти у 2 / 3 больных отмечаются фасцикуляции, крампи или миокимия, вследствие чего нередко возникают трудности в дифференциальной диагностике с БАС. Сухожильные рефлексы неравномерно снижаются или выпадают, реже встречается диффузное снижение рефлексов. У отдельных больных сухожильные рефлексы производят впечатление оживленных, что еще более усиливает сходство с БАС. Нарушения чувствительности отсутствуют или выражены минимально, хотя многие больные жалуются на онемение или парестезии. Черепные нервы, а также нервы, иннервирующие дыхательные мышцы, в том числе диафрагмальный нерв, вовлекаются крайне редко. Характерно медленное прогрессирование. Возможны спонтанные ремиссии. Диагноз. Ключевое значение в диагностике мультифокальной двигательной невропатии имеет ЭНМГ, которой обнаруживает множественные парциальные блоки проведения по двигательным волокнам при нормальном проведении по чувствительным волокнам. Для диагностики мульти фокальной двигательной невропатии необходимо выявить блок проведения не менее чем в двух нервах, причем вне зон частой компрессии нервов (например, запястного или локтевого каналов). Блок проведения чаще определяется в нервах рук на уровне предплечья, реже плеча или подмышечной области. Помимо блоков проведения, могут быть выявлены и другие признаки демиелинизации: увеличение дистальной латенции и латентного периода F-волны, патологическая временная дисперсия М-ответа. При игольчатой электромиографии часто выявляются признаки денервации: фибрилляции и фасцикуляции, увеличение амплитуды и продолжительности ПДДЕ, но в отличие от БАС, эти изменения выявляются только в тех мышцах, которые иннервируются пораженным нервом. Следует учитывать, что блок проведения — неспецифический признак. Он может, например, отмечаться и при других приобретенных демиелинизирующих полиневропатиях, туннельных невропатиях, ишемических невропатиях. В ЦСЖ при мультифокальной двигательной невропатии в большинстве случаев не обнаруживают каких-либо отклонений. Лишь у 10 % больных отмечается легкое увеличение уровня белка (обычно не выше 0,8 г/л). У 2/з больных повышен уровень КФК в 2—3 раза. Другие лабораторные показатели в пределах нормы. При биопсии можно выявить субклинические изменения в чувствительных волокнах. Дифференциальный диагноз приходится проводить с БАС, ХВДП, множественной мононевропатией, вызванной васкулитом. При ХВДП парезы имеют симметричный характер и часто распространяются на проксимальные отделы, отмечаются более выраженные нарушения чувствительности. ЭНМГ при ХВДП выявляет выраженное снижение скорости проведения с увеличением дистальной латенции, отражающее более диффузную демиелинизацию, а при исследовании ЦСЖ обнаруживают белково-клеточную диссоциацию. Возможно, что ХВДП и мультифокальная двигательная невропатия представляет собой крайние состояния спектра хронических демиелинизирующих полиневропатий, между которыми возможны переходные формы. При БАС слабость не ограничивается зонами иннервации нервов и нарастает агрессивнее, быстрее формируются амиотрофии, отсутствуют четкие блоки проведения, выявляются более распространенные денервационные изменения при игольчатой электромиографии. Присутствие бульбарных расстройств и четких пирамидных знаков делает диагноз БАС очевидным. Лечение. При мультифокальной двигательной невропатии установлена эффективность внутривенного введения иммуноглобулина и циклофосфамида. Но в отличие от ХВДП ни кортикостероиды, ни плазмаферез не оказывают лечебного действия. Иммуноглобулин эффективен у 90 % больных. Обычно его вводят по 0,4 г/кг в течение 5 дней. Иногда ту же курсовую дозу вводят быстрее — в течение 3 дней (0,4 г/кг — 0,8 г/кг —0,8 г/кг). Во время первой инфузии нужно внимательно следить за состоянием больного, учитывая опасность аллергической реакции. В дальнейшем необходим контроль уровня креатинина. Уменьшение слабости обычно становится заметным в первые 2—4 нед. Однако в дальнейшем введение иммуноглобулина приходится повторять каждые 8—12 нед, при этом доза постепенно снижается, а интервал между введениями растет. Следует отметить, что регрессу обычно подвергаются лишь относительно недавно сформировавшиеся парезы. Длительно существующий дефект остается стабильным. При недостаточной эффективности или необходимости частых инфузии иммуноглобулина дополнительно назначают малые дозы циклофосфамида (0,5—2 мг/кг в сутки). При недоступности или неэффективности иммуног лобулина возможно применение циклофосфамида как длительным курсом 2 (2—3 мг/кг в сутки), так и путем пульс—терапии (3 г/м вводят внутривенно через день в 5 приемов). 6.2.2. Полиневропатии при соматических заболеваниях 6.2.2.1. Диабетическая невропатия Поражение ПНС относятся к основным осложнениям сахарного диабета наряду с поражением глаз и почек. Оно происходит как при инсулинзависимом, так и при инсулиннезависимом диабете. Различные варианты диабетической невропатии выявляются клинически у 15 % больных сахарным диабетом, электрофизиологически — не менее чем у половины больных. При этом у 8 % больных признаки полиневропатии выявляются уже в момент установления диагноза, а с увеличением продолжительности заболевания и возраста больного вероятность поражения ПНС повышается. Если продолжительность диабета превышает 20 лет, клинические признаки невропатии выявляются более чем у половины больных. В некоторых случаях невропатия предшествует появлению признаков сахарного диабета. Патогенез. Патогенез диабетических невропатий остается неясным. Поражение ПНС при сахарном диабете связывают с микроангиопатией, вызывающей ишемическое повреждение нервов и являющейся основной причиной остро развивающихся асимметричных невропатий, и/или с метаболическими нарушениями в нейронах и леммоцитах, характеризующимися накоплением сорбитола или дефицитом миоинозитола в результате активации полиольного пути утилизации глюкозы. Это имеет особенно важное значение в развити симметричных медленно нарастающих полиневропатий. Как правило, выраженность диабетической невропатии нарастает с увеличением степени и длительности гипергликемии. Возможно, определенную роль играют снижение синтеза и нарушение аксонального транспорта белков в периферических нейронах, снижение активности ионных каналов, нарушение синтеза белка миелина, неферментное гликозилирование белков периферических невров. Не исключено, что определенную роль в генезе невропатии играют и генетические факторы, значение которых в патогенезе самого сахарного диабета представляется несомненным. Клиника. Различные варианты диабетической невропатии отличаются по клинике, патогенезу, гистологическим изменениям, течению, реакции на лечение, прогнозу. Некоторые невропатии развиваются медленно. Протекают латентно, другие проявляются остро. Различные варианты невропатии нередко сочетаются друг с другом. Симметричная дистальная сенсорная полиневропат и я. Наиболее частая форма диабетической невропатии, преимущественно поражающая аксоны тонких немиелинизированных или маломиелинизированных чувствительных и вегетативных волокон. Этот тип невропатии, как правило, отражает длительность и тяжесть гипергликемии, но иногда бывает первым проявлением скрыто протекавшего диабета или выявляется при легком течении заболевания. Обычно наблюдается сочетание невропатии и ретинопатии. В большинстве случаев этот вариант невропатии протекает легко, и лишь у части больных отмечаются тяжелые расстройства.

Клинические проявления зависят от типа поражаемых волокон. При преимущественном поражении тонких волокон наиболее характерны нарушения болевой и температурной чувствительности. Полиневропатия обычно начинается исподволь, иногда асимметрично, и медленно прогрессирует, со временем всегда становясь симметричной. В клинической картине доминируют нарушения чувствительности: онемение, жжение, боли и дизестезии в стопах. Боли могут усиливаться в ночное время, они нередко стихают после хождения, что отличает их от болей при поражении периферических сосудов. Парестезии характеризуются ощущением холода, покалывания, жжения. Кожа становится крайне болезненной. Иногда больной не переносит прикосновение белья. Постепенно чувствительные нарушения распространяются от дистальных отделов ног к проксимальным (что отражает текущий процесс ретроградной аксональной дегенерации, начинающийся с самых длинных аксонов). Кисти обычно вовлекаются лишь после того, как нарушения чувствительности дошли до уровня колен. Двигательные и чувствительные нарушения на руках всегда выражены слабее, чем на ногах. При осмотре отмечается снижение болевой и тактильной чувствительности по типу носков и перчаток, снижение или выпадение сухожильных рефлексов, вначале ахилловых, затем коленных. Но если полиневропатия вовлекает только мелкие волокна, сухожильные рефлексы могут длительное время оставаться сохранными, несмотря на выраженные расстройства чувствительности. В тяжелых случаях нарушения чувствительности захватывают передние отделы грудной клетки и живота. При преимущественном поражении толстых волокон обнаруживают нарушения глубокой чувствительности, раннее выпадение рефлексов, сенситивную атаксию, ощущение стягивания конечностей, электрических разрядов (аналогичные симптомы отмечаются и при поражении задних столбов спинного мозга), раннее выпадение рефлексов (псевдотабетический синдром). Сходство с сухоткой спинного мозга усиливается при наличии зрачковых нарушений. Возможно сочетанное поражение толстых и тонких волокон. Двигательные нарушения выражены минимально и часто ограничиваются легкой слабостью и атрофией мышц стопы. Изредка развивается паралич разгибателей стоп, в результате чего больной не может встать на пятки, а при ходьбе выявляется степпаж. В последующем может присоединиться умеренная слабость собственных мышц кисти. Обычно слабость не наблюдается в проксимальных отделах конечностей. При более выраженной слабости и похудании в дистальных отделах конечностей следует исключить другой вариант полиневропатии, например парапротеинемическую полиневропатию или ХВДП. В местах давления (например, в области головок плюсневых костей) могут образовываться безболезненные язвы, чему способствуют нарушения кровообращения и трофики в конечности. Иногда возникает нейроартропатия (сустав Шарко), проявляющаяся прогрессирующей деформацией голеностопного сустава или суставов стопы. Сустав Шарко может развиваться на фоне минимальных проявлений полиневропатии. В патогенезе язв имеют значение четыре фактора: поражение мелких сосудов, нарушение чувствительности, вегетативная дисфункция, вторичная инфекция. Вследствие атрофии мышц стопы происходит увеличение площади контакта подошвы с опорой, что приводит к травмам. Мелкие травмы из-за нарушения болевой чувствительности остаются незамеченными и нередко инфицируются. Увеличивается приток крови к стопе вследствие расширения денервированных артериовенозных шунтов, контролируемых симпатическими нервами. Усиленная резорбция костей и нейроостеоартропатия также могут возникать вследствие повышенного кровотока. Невропатические язвы и артропатии приводят к выраженной деформации суставов, вторичному инфицированию с развитием остеомиелита или гангрены (диабетическая стопа). Боль при диабетической невропатии имеет сложный генез. Ее проявление связывают с регенерацией тонких немиелинизированных волокон или с гипергликемией. Известно, что гипергликемия может снижать болевой порог и уменьшать эффект анальгетиков, поэтому нормализация содержания глюкозы в крови может привести к существенному уменьшению боли. У большинства больных боли имеют тенденцию к спонтанному улучшению в течение нескольких месяцев, но иногда они неуклонно прогрессируют. Изредка интенсивный болевой синдром развивается остро (острая болезненная полиневропатия) и сопровождается депрессией, нарушением сна, анорексией и быстрым снижением массы тела (диабетическая невропатическая кахексия). Данное состояние, как правило, является осложнением длительно протекающего, но не распознанного или плохо контролируемого диабета. Несколько чаще этот вариант невропатии встречается у мужчин. Иногда симптомы появляются в тот момент, когда начато лечение. Боль интенсивна, симметрична, имеет жгучий характер и чаще начинается с дистальных отделов, постепенно распространяясь на проксимальные, но иногда она с самого начала вовлекает проксимальные отделы, локализуясь по передней поверхности бедер. Боль усиливается при малейшем соприкосновении с одеждой или постельным бельем. Нарушения чувствительности часто минимальны. Слабость и атрофия мышц частично имеют нейрогенный характер, но могут быть связаны и с кахексией. Нередко ограничение движений обусловлено не мышечной слабостью, а болью. С увеличением массы тела боли уменьшаются. Если боль началась на фоне быстрой нормализации уровня глюкозы, то контроль над гипергликемией следует ослабить и добиваться нормогликемии постепенно. Антидепрессанты не только уменьшают боль, но и способствуют увеличению массы тела. Полное восстановление является правилом, но происходит в течение 6—24 мес, что связывают с завершением регенерации аксонов. В е г е т а т и в н а я п о л и н е в р о п а т и я. Обычно сопутствует сенсомоторным нарушениям, но иногда ее проявления выходят на первый план и развивается синдром диабетической пандисавтономии. В клинической картине доминируют признаки дисфункции сердечно-сосудистой системы (ортостатическая гипотензия, фиксированный пульс), мочеполовой системы (импотенция, ретроградная эякуляция, нарушение мочеиспускания), желудочно-кишечного тракта (запоры, поносы, парез желудка). Ортостатическая гипотензия может провоцироваться введением инсулина, обладающего сосудорасширяющим действием. При падении артериального давления не возникает компенсаторной тахикардии. При вегетативной невропатии встречаются безболевые инфаркты миокарда, случаи внезапной смерти. Денервация надпочечников может быть причиной уменьшения вегетативной реакции на гипогликемию, что исключает возможность ее быстрого устранения (больные перестают ее замечать). Симметричная проксимальная моторная невропатия. Редкий вариант диабетической полирадикулоневропатии, обычно возникающий у больных с инсулиннезависимым диабетом. Она развивается подостро, на протяжении нескольких недель или месяцев, характеризуется нарастающей слабостью и атрофией проксимальных мышц ног (прежде всего четырехглавой мышцы бедра, подвздошно-поясничной мышцы и задних мышц бедра), иногда — мышц плечевого пояса и плеча. У части больных возникает и слабость в дистальных отделах конечностей. Нарушения чувствительности выражены минимально или отсутствуют. Сухожильные и периостальные рефлексы выпадают. Иногда отмечается выраженный болевой синдром. Электрофизиологически выявляются признаки как сегментарной демиелинизации, так и аксонопатии. При исследовании ЦСЖ обычно выявляется умеренное повышение уровня белка до 1 г/л. На фоне нормогликемии обычно наблюдается хорошее восстановление в течение нескольких месяцев, но иногда оно бывает неполным. Предполагают, что по крайней мере в части случаев симметричная проксимальная диабетическая невропатия обусловлена аутоиммунным васкулитом, в связи с чем предпринимаются попытки лечения в тяжелых случаях кортикостероидами, плазмаферезом или внутривенным введением иммуноглобулина, однако эффективность этих мер остается неясной. Это состояние иногда ошибочно принимают за первичное мышечное поражение или миелопатию. Ошибки помогает избежать тщательный осмотр, выявляющий нарушение чувствительности и выпадение рефлексов на верхних и нижних конечностях, отсутствие проводниковых нарушений, данные ЭНМГ, а также отсутствие повышенной концентрации в крови КФК, характерной для миопатий. Асимметричная проксимальная моторная невропатия (диабетическая амиотрофия). Может быть обусловлена фокальным или мультифокальным повреждением верхнепоясничных корешков и/или поясничного сплетения (радикулоплексопатия). Она вызывает подчас тяжелые неврологические расстройства, но имеет, тем не менее, хороший прогноз. В основе диабетической амиотрофии лежит аксональное поражение, вызванное микроангиопатией, приводящей к ишемии и инфаркту нерва. У 20—30 % больных с диабетической амиотрофией при биопсии кожных нервов выявляется микроваскулит, однако его роль в генезе диабетической невропатии остается малоизученной. Диабетическая амиотрофия может быть первым проявлением диабета, но чаще возникает при длительно существующем заболевании. Диабетическая амиотрофия обычно развивается после 60 лет, чаще у больных со сравнительно легким инсулиннезависимым сахарным диабетом. Мужчины поражаются чаще, чем женщины. Начинается она с остро или подостро развивающихся интенсивных болей по передней поверхности бедра или пояснице. Боль имеет жгучий характер, но может быть также глубинной и тупой. Снижение чувствительности обычно выражено минимально или отсутствует. Иногда выявляется гиперестезия. На фоне болевого синдрома возникают парез и атрофия передних мышц бедра. Боль обычно проходит в течение нескольких недель, но иногда продолжается несколько месяцев. Парез и атрофия сохраняются много месяцев, иногда сопровождаясь необъяснимым снижением массы тела, что часто вызывает подозрение о злокачественной опухоли. При осмотре выявляют атрофию передних мышц бедра и выпадение коленного рефлекса, слабость сгибателей бедра, разгибателей голени, мышц, отводящих бедро. Таким образом, чаще всего вовлекаются мышцы, иннервируемые бедренным и запирательным нервами, что указывает на поражение корешков L2—L4 или поясничного сплетения. Отличить эти два состояния можно лишь с помощью электромиографии, которая позволяет выявить денервационные изменения в паравертебральных мышцах при радикулопатии, но не при плексопатии. У многих больных одновременно отмечаются проявления дистальной симметричной полиневропатии. Даже в тяжелых случаях прогноз благоприятен, но восстановление может занять от нескольких месяцев до нескольких лет, а у части больных сохраняется резидуальный дефект. Дифференциальный диагноз приходится проводить с ишемией мышц бедра вследствие ангиопатии, возникающей иногда при тяжелом сахарном диабете и проявляющейся острой болью, локальной болезненностью и отекам. Особенно часто поражаются четырехглавая мышца, отводящие мышцы и двуглавая мышца бедра. Торакоабдоминальная н е в р о п а т и я. Результат поражения нижнегрудных корешков Th6—Th12. Клинически обычно выявляется поражение одного-двух смежных корешков. Иногда симптоматика бывает двусторонней и сопровождается признаками поражения верхнепоясничных корешков. Характерна интенсивная опоясывающая боль в средней или нижней части грудной клетки, иррадиирующая в верхние или средние отделы живота, которую нередко ошибочно принимают за проявление патологии органов брюшной полости, сердца, плевры. Иногда таких больных даже подвергают операции (особенно часто холецистэктомии). При исследовании выявляется гипестезия или гиперестезия в соответствующих дерматомах. Одновременно поражаются и двигательные волокна, но чаще это протекает субклинически. При вовлечении нескольких смежных корешков, иннервирующих мышцы стенки живота, возможно формирование абдоминальной грыжи. Денервация паравертебральных мышц на ЭМГ свидетельствует о поражении корешка или нерва. Боль обычно проходит в течение нескольких дней, тогда как нарушение чувствительности регрессирует в течение 4—6 нед. Д р у г и е в а р и а н т ы д и а б е т и ч е с к о й р а д и к у л о п а т и и. Иногда диабетическая радикулопатия вовлекает нижнепоясничные и верхнекрестцовые корешки L5—S2. При поражении корешка L5 отмечается слабость разгибателей стопы, появляется степпаж (больной не может встать на пятку), при двустороннем поражении возникает двусторонняя свисающая стопа, которую нередко ошибочно расценивают как тяжелую дистальную полиневропатию. Еще реже диабетическая радикулопатия поражает шейные корешки, из них чаще вовлекаются С 5 —С 7, иногда с двух сторон. Радикулопатия нередко рецидивирует, меняя локализацию. Иногда корешки одновременно поражаются на нескольких уровнях (полирадикулопатия). Случаи нижнепоясничной или шейной радикулопатии бывает нелегко дифференцировать от вертеброгенной патологии. Следует учитывать, что при диабетической радикулопатии слабо выражен вертебральный синдром (ограничение подвижности позвоночника, напряжение паравертебральных мышц, сколиоз), боль не ослабевает в положении лежа и усиливается ночью. Изменения, выявляемые при рентгенографии, неспецифичны и не позволяют дифференцировать диабетическую радикулопатию от вертеброгенной. М н о ж е с т в е н н а я м о н о н е в р о п а т и я. Проявляется острым ишемическим поражением отдельных нервов, одновременным или последовательным. К р а н и а л ь н а я н е в р о п а т и я. При этом особенно часто вовлекается глазодвигательный (Ш)нерв, реже отводящий (VI) и блоковый (IV) нервы (острая диабетическая офтальмоплегия). Обычно поражаются лица старше 59 лет. Заболевание начинается остро с интенсивной боли в периорбитальной области, которая опережает слабость на несколько дней. При осмотре выявляются ограничение подвижности глазного яблока при сохраненных зрачковых реакциях. Это объясняется тем, что при ишемии страдают центральные волокна нерва, тогда как парасимпатические волокна, расположен ные по периферии, остаются сохранными (при компрессии нерва, например, аневризмой задней соединительной артерии, первым симптомом обычно бывает расширение зрачка). Прогноз благоприятный, полное восстановление в течение 3—6 мес является правилом, но иногда оно несколько затягивается. В отдельных случаях краниальные невропатии рецидивируют. Диагноз. Поскольку неврологические расстройства могут быть первым проявлением сахарного диабета, исследование уровня глюкозы в крови должно обязательно входить в комплекс обследований у любого больного с поражением ПНС. С другой стороны, следует предостеречь от некритического отнесения любой неврологической патологии у больного сахарным диабетом на счет этого заболевания. Многие неврологические осложнения сахарного диабета относительно неспецифичны, в частности дистальная диабетическая полиневропатия клинически мало чем отличается от других метаболических или токсических полиневропатий (при уремии, алкоголизме, ревматических заболеваниях, гипотиреозе, интоксикациях, амилоидозе, парапротеинемии, паранеопластическом синдроме). Поэтому диабетическую невропатию следует диагностировать только в том случае, когда исключены другие заболевания, способные вызвать сходную симптоматику. Семейный анамнез полиневропатии и наличие полой стопы могут свидетельствовать в пользу наследственных полиневропатий, острое начало и значительное повышение содержания белка в ЦСЖ более характерно для синдрома Гийена—Барре,.а выявление парапротеина в сыворотке крови — в пользу первичного амилоидоза, миеломной болезни или доброкачественной гаммапатии. При грудной радикулопатии необходим дифференциальный диагноз с заболеваниями брюшной полости, туберкулезным спондилитом, метастатическим поражением позвоночника и т. д. Поясничная пункция и исследование ЦСЖ проводят для того, чтобы исключить синдром Гийена—Барре или карциноматоз мозговых оболочек. Уровень белка в ЦСЖ при диабетической невропатии часто повышен, но редко превышает 1,0 г/л. При множественной мононевропатии важен дифференциальный диагноз с васкулитами. Лечение. Нормализация уровня сахара в крови — основное условие стабилизации и регресса проявлений диабетической невропатии. Однако в настоящее время нет доказательств, что перевод с пероральных противодиабетических средств на инсулин ускоряет восстановление при диабетической невропатии. Улучшение регистрируется не ранее 6 мес после стабилизации гликемии. Важное значение имеет нормализация массы тела, коррекция уровня липидов в крови. На практике часто применяют витамины группы В, пентоксифиллин, но их эффективность не доказана. В последние годы используют тиоктовую кислоту (тиоктацид, эспа-липон). При тяжелых формах невропатии лечение следует начинать с внутривенных капельных вливаний 300—600 мг однократно в сутки в течение 3—4 нед с последующим переходом на пероральный прием препарата в той же дозе в течение 2 мес. Исследуется эффективность ингибиторов альдозредуктазы (альбрестатин, толрестат), а также ганглиозидов и сложных сиалогликолипидов, стимулирующих регенерацию аксонов, но в настоящее время эти препараты не могут быть рекомендованы для широкого применения. Сведения об эффективности диеты с ограничением миоинозитола противоречивы. Остается неясной роль иммунотерапии при симметричной проксимальной моторной невропатии. Важное значение имеет симптоматическая терапия. При постоянных жгучих болях, помимо анальгетиков и НПВС, применяют трициклические или тетрациклические антидепрессанты (амитриптилин, нортриптилин, дезипрамин или миансерин). При плохой пере носимости этих препаратов используют ингибиторы обратного захвата серотонина. Следует учитывать, что противоболевой эффект антидепрессантов иногда более выражен при назначении малых или средних доз. При стреляющих болях иногда эффективны противосудорожные средства, прежде всего карбамазепин. Дифенин тормозит секрецию инсулина, в связи с чем следует избегать приема этого препарата. Возможно добавление к антидепрессантам нейролептиков, однако следует вспомнить о риске развития нейролептического синдрома. Для уменьшения боли применяют также мексилетин, клоназепам, клофелин, наружно — препараты стручкового перца (капсаицин). Особенно трудно лечение проявлений периферической вегетативной недостаточности. Для уменьшения ортостатической гипотензии рекомендуют спать на высокой подушке, использовать эластичные чулки, подсаливать пищу, не менять резко положение тела, снизить дозу или отменить сосудорасширяющие средства, уменьшить потребление алкоголя. При неэффективности немедикаментозных мер назначают флудрокортизон, мидодрин или дигидроэрготамин, в качестве вспомогательных средств — НПВС, иногда р-блокаторы (пиндолол). При затрудненном мочеиспускании рекомендуют регулярное его опорожнение (каждые 3—4 ч), холиномиметики и а-адреноблокаторы. При замедленном опорожнении желудка показаны метоклопрамид, домперидон, малые дозы эритромицина, при диарее — малые дозы антибиотиков (например, тетрациклина), лоперамид или фосфат кодеина. 6.2.2.2. Уремическая полиневропатия Уремическая полиневропатия возникает почти у половины больных с хронической почечной недостаточностью. В большинстве случаев это аксональная преимущественно сенсорная или сенсомоторная полиневропатия. Хотя по мере прогрессирования почечной недостаточности симптомы полиневропатии обычно нарастают, они, тем не менее, не имеют четкой связи ни с одним из традиционных биохимических индикаторов почечной недостаточности. Непосредственной причиной полиневропатии считают накопление молекул "среднего размера", которые переходят через диализную мембрану медленнее, чем более мелкие молекулы (такие, как креатинин или мочевина). Определенное значение может иметь нарушение метаболизма витаминов группы В. С появлением более тонких мембран и увеличением продолжительности диализа тяжелые полиневропатии стали встречаться реже. Ранний признак — снижение вибрационной чувствительности на ногах и выпадение ахилловых, затем коленных рефлексов, нередко отмечаются болезненные спазмы дистальных мышц, жалобы на жжение в стопах, парестезии, ощущение распирания или болезненность в дистальных отделах конечностей. Ранним проявлением уремической полиневропатии может быть и синдром беспокойных ног. Обычно симптомы полиневропатии (парезы и амиотрофии, вегетативная дисфункция) прогрессируют в течение нескольких месяцев, после чего наступает длительная стабилизация, несмотря на то, что азотемия продолжает нарастать. Реже полиневропатия манифестирует остро развивающимся вялым тетрапарезом. В этом случае ее приходится дифференцировать от миопатии, вызванной гиперкалиемией. Полиневропатия при хронической почечной недостаточности может быть обусловлена не только уремией, но и первичным заболеванием, вы звавшим поражение почек (например, сахарным диабетом или васкулитом). Наличие множественной мононевропатии или выраженной периферической вегетативной недостаточности обычно указывает на иную этиологию поражения ПНС. Уремическая полиневропатия почти всегда служит показанием к диализу, при проведении которого она стабилизируется или медленно наступает улучшение. При легкой полиневропатии возможно довольно быстрое и полное восстановление, но при тяжелой полиневропатии восстановление может затянуться на несколько лет. Иногда симптомы полиневропатии нарастают в первые недели после начала диализа, что обычно требует увеличения его продолжительности. После успешной пересадки почки обычно происходит регресс симптомов в течение 6—12 мес с полным восстановлением даже при тяжелой полиневропатии. Симптомы полиневропатии (особенно чувство жжения) иногда уменьшаются при введении витаминов группы В. 6.2.2.3. Парапротеинемическая полиневропатия Парапротеинемия выявляется в 5—10 % случаев полиневропатий. В большинстве из этих случаев диагностируют идиопатическую (доброкачественную) моноклональную гаммапатию, реже — первичный системный амилоидоз, миеломную болезнь, остеосклеротическую миелому, макроглобулинемию Вальденстрема, болезнь тяжелых цепей. Все эти заболевания характеризуются пролиферацией клона плазматических клеток, продуцирующего моноклональный сывороточный белок (М-протеин). М-протеин может представлять собой иммуноглобулин (IgM, IgG, или IgA), состоящий из двух легких и двух тяжелых цепей либо только одной легкой или только тяжелой цепи. Парапротеин можно выявить в сыворотке и моче, но в некоторых случаях его удается обнаружить только в моче (белок Бене— Джонса). Высокая частота диспротеинемической полиневропатии делает обязательным электрофорез белков сыворотки у каждого больного с полиневропатией неясного происхождения. Выявляется у 1 % населения до 50 лет и у 10 % населения после 75 лет. Содержание парапротеина в сыворотке при этом заболевании не превышает 30 г/л, а признаки миеломы или первичного амилоидоза (в частности, белок Бенс-Джонса, анемия, почечная недостаточность, остеолитические миеломные очаги, гиперкальциемия и т. д.) отсутствуют. Почти в трети случаев доброкачественная гаммапатия в последующем трансформируется в злокачественную, что обычно сопровождается резким увеличением содержания парапротеина. В связи с тем, что в момент начальной диагностики доброкачественную гаммапатию трудно дифференцировать от ранней стадии парапротеинемического гемобластоза, применяют термин "моноклональная гаммапатия неясного значения". Выделяют несколько вариантов доброкачественной моноклональной гаммапатии, при каждом из которых полиневропатия имеет свои особенности. Чаще всего полиневропатия наблюдается при моноклональной гаммапатии, секретирующей IgM. В последние годы установлено, что секретируемый иммуноглобулин обладает способностью реагировать с гликопротеидным, гликолипидным или сульфатидным компонентами миелина и откладывается на поверхности миелиновой оболочки, по-видимому, вызывая повреждение нервных волокон. У большинства больных секретируе Полиневропатия при доброкачественной моноклинальной гаммапатии.

мый парапротеин содержит легкую цепь к. Полиневропатия при этом варианте гаммапатии чаще наблюдается у мужчин на 6—7-м десятилетии жизни и развивается медленно, в течение нескольких месяцев или лет. Иногда она имеет рецидивирующее течение. В клинической картине доминируют нарушения чувствительности. Начальным симптомом часто служат онемение и парестезии в дистальных отделах, которые затем постепенно распространяются на проксимальные отделы. Иногда встречается сенситивная атаксия. Болевой синдром и вегетативная дисфункция чаще всего отсутствуют, но у ряда больных отмечается феномен Рейно. Постуральный тремор обнаруживают у 40—90 % больных. Параличи и амиотрофия выражены минимально или умеренно. Часто выявляется утолщение нервных стволов. Реже встречается полиневропатия, связанная с IgM-парапротеином, не реагирующим с антигенами миелина. Этот тип полиневропатии тоже имеет преимущественно сенсорный характер и напоминает ХВДП. Течение прогрессирующее. НА ЭНМГ при полиневропатии, связанной с секрецией IgM, выявляют отсутствие или резкое снижение амплитуды сенсорных потенциалов действия, выраженное замедление скорости проведения по двигательным волокнам, удлинение дистальной латенции и другие признаки демиелинизирующего поражения. В ряде случаев наблюдается чисто аксональное поражение, для которого свойственны менее тяжелые нарушения чувствительности и сохранность на ранней стадии сухожильных рефлексов. В ЦСЖ обнаруживают увеличение уровня белка (часто выше 1 г/л). При биопсии нервов выявляются сочетание сегментарной демиелинизации и аксональной дегенерации, утрата миелинизированных волокон всех размеров, гипертрофические изменения. Течение чаще медленно прогрессирующее. Лечение включает применение плазмафереза, кортикостероидов и цитостатиков, иммуноглобулина в различных соотношениях, однако оно часто затруднено тем обстоятельством, что пожилые больные плохо переносят иммуносупрессоры. Полиневропатия, возникающая на фоне гаммапатии, сопровождающейся продукцией IgG и IgA, чаще имеет аксональный характер и протекает как легкая сенсомоторная полиневропатия. Эффективность лечения, как правило, низкая. Невральные антитела выявляются только в редких случаях. Характерны менее грубые нарушения чувствительности. При остром течении, наличии болевого синдрома и вегетативной дисфункции важно исключить первичный амилоидоз. В других случаях, когда клиническая картина напоминает ХВДП, а на ЭНМГ обнаруживают признаки демиелинизации, нужно исключать остеосклеротическую миелому и синдром Кроу—Фуказы. мерно в четверти случаев полиневропатии, связанной с парапротеинемией. Это заболевание вызывает мультисистемное поражение, в основе которого лежит отложение в тканях, в том числе в периваскулярных пространствах эпиневрия или в эндоневрии, фрагментов моноклональной легкой цепи (чаще всего X). Развитие полиневропатии при первичном амилоидозе связывают с прямым токсическим действием амилоидных фибрилл на нервные волокна и спинномозговые узлы. При вторичном амилоидозе, вызванном хроническими воспалительными заболеваниями, и семейном амилоидозе ЦНС полиневропатия не развивается. Полиневропатия при первичном системном амилоидозе обычно проявляется после 60 лет прогрессирующими сенсорно-вегетативными нарушениями. Начальным симптомом обычно является онемение кистей и стоп, часто со жгучими простреливающими болями. Поверхностная чувствительность у большинства больных страдает Полиневропатия при первичном системном амилоидозе. Выявляется при в большей степени, чем глубокая. У большинства отмечается периферическая вегетативная недостаточность. Иногда она бывает единственным или доминирующим проявлением полиневропатии. Парезы развиваются позже и обычно уступают по выраженности нарушениям чувствительности, если параллельно не развивается амилоидная миопатия, преимущественно вовлекающая проксимальные мышцы. Может наблюдаться также синдром запястного канала, обусловленный амилоидной инфильтрацией мягких тканей. В 60 % случаев полиневропатия сочетается с мультисистемным поражением. Соматические проявления первичного амилоидоза включают кардиомиопатию с развитием сердечной недостаточности, инфильтрацию стенок кишечника, вызывающую хроническую диарею и похудание. При лабораторном исследовании часто наблюдаются протеинурия, повышение СОЭ. Парапротеин выявляют с помощью иммуноэлектрофореза сыворотки или мочи у 90 % больных. У оставшихся 10 % больных при иммунологических исследованиях выявляют тканевые отложения белка, представляющего собой моноклональную легкую цепь, но ее сывороточная концентрация столь мала, что не поддается определению с помощью современных методов. НА ЭНМГ имеются признаки дистальной аксонопатии, более выраженной в нижних конечностях. Сенсорные потенциалы обычно не определяются. При исследовании ЦСЖ нередко выявляется легкое увеличение уровня белка (обычно не более 0,5—0,8 г/л). Диагноз подтверждается при биопсии икроножного нерва, прямой кишки или других пораженных органов. Отложения амилоида необратимы, поэтому даже при прекращении отложения нового амилоида клиническое улучшение маловероятно. Попытки лечения кортикостероидами, цитостатиками, плазмаферезом обычно не приносят эффекта. Летальный исход наступает через 2—4 года после появления первых симптомов и обычно связан с нарушением функции сердца. При преимущественном поражении периферических нервов продолжительность жизни выше. Полиневропатия при миеломной болезни. При миеломной болезни отмечаются высокая концентрация парапротеина как в сыворотке, так и в моче, инфильтрация костного мозга злокачественными плазматическими клетками, мультифокальное поражение костной ткани, связанное с отложениями плазматических клеток. Поражение периферических нервов встречается в 5 % случаев и вызвано отложением амилоида в vasa nervorum, инфильтрацией нервов миеломными клетками или амилоидом либо развитием паранеопластического процесса. Чаще встречается множественная или изолированная мононевропатия (особенно характерен синдром запястного канала). Полиневропатия развивается нечасто, она может иметь сенсорный или сенсомоторный, аксональный или демиелинизирующий характер. Как и при первичном амилоидозе, полиневропатия обычно резистентна к химиотерапии, но при сдавлении корешков и спинного мозга лечение может приводить к регрессу симптомов. П о л и н е в р о п а т и я при о с т е о с к л е р о т и ч е с к о й м и е л о м е. Остеосклеротическая миелома — редкий относительно доброкачественный вариант миеломной болезни, при котором формируются остеосклеротические очаги в позвонках, ребрах, ключице, лопатке, проксимальном сегменте длинных трубчатых костей, но крайне редко — в дистальных отделах или черепе. Остеосклеротические поражения могут быть одиночными (солитарными) или множественными. В отличие от миеломной болезни, при остеосклеротической миеломе полиневропатия возникает часто — не менее чем у половины больных. Более того, именно полиневропатия бывает зачастую начальным и даже доминирующим проявлением заболевания. Полиневропатия при остеосклеротической миеломе носит преимущественно демиелинизирующий характер и проявляется главным образом двигательными нарушениями. Характерно медленное, но неуклонное профессирование в течение нескольких месяцев или лет. Нарушения чувствительности менее выражены и главным образом связаны с поражением крупных чувствительных волокон. Болевой синдром и вегетативная дисфункция отмечаются редко. Выявляется утолщение нервных стволов. При электрофорезе сывороточных белков М-фадиент выявляется лишь у 80 % больных, в остальных случаях его содержание минимально, и обнаружить его удается только при иммуноэлектрофорезе. Парапротеин представляет собой IgG, IgA или легкую цепь X, но не IgM. В моче в отличие от миеломной болезни, белок обнаруживается редко. При биопсии нерва выявляется сочетание признаков демиелинизации и аксональной дегенерации. При исследовании ЦСЖ обнаруживается резкое увеличение уровня белка, обычно превышающего 1 г/л. Механизм развития полиневропатии неясен, но чаще всего его связывают с действием самого парапротеина или других секретируемых опухолью веществ. Решающее значение в диагностике имеют рентгенологическое исследование, выявляющее характерные костные изменения, и последующая биопсия. При радионуклидной сцинтиграфии костной ткани лучше, чем при рентгенографии, выявляются поражения, свойственные миеломной болезни или костным метастазам. Но хуже видны остеосклеротические очаги. Все больные с медленнонарастающей преимущественно моторной полиневропатией должны подвергаться рентгенофафии костей скелета, прежде всего грудной клетки или позвоночника. У некоторых больных с остеосклеротической миеломой выявляется мультисистемное поражение, в том числе с и н д р о м К р о у — Ф у к а з ы, или POEMS-синдром (аббревиатура отражает 5 наиболее важных признаков болезни — англ. polyneuropathy, organomegaly, M-protein, skin change — 2 кожные изменения). Гепатомегалия и лимфаденопатия развиваются у /з больных, спленомегалия — у '/3 больных. Эндокринные нарушения при синдроме Кроу—Фуказы включают импотенцию, гинекомастию и гипогонадизм у мужчин, аменорею и гипертрихоз у женщин. У части больных наблюдаются гиперпролактинемия, гипотиреоз, надпочечниковая недостаточность, высокое содержание эстрогенов, у трети больных выявляется сахарный диабет. Изменения кожи включают гиперпигментацию, уплотнение и утолщение кожи. Могут развиваться периферические отеки, асцит, плевральный выпот, застойные диски зрительных нервов, изменения крови (полицитемия, лейкоцитоз, тромбоцитоз). Нередко наблюдаются лихорадка и гипергидроз. Основной маркер синдрома — парапротеин, который может представлять собой IgG, IgA, легкую цепь X или поликлональные антитела, направленные против невральной или иной ткани. У больных, кроме того, обнаруживают высокий уровень в крови провоспалительных цитокинов, которые могут играть патогенетическую роль в развитии синдрома. При солитарной миеломе показана лучевая терапия, которая приводит к устранению парапротеина из сыворотки и постепенному регрессу полиневропатии в течение нескольких месяцев, но возможны рецидивы заболевания с развитием новых очагов поражения спустя несколько месяцев или лет. При мультифокальном поражении лечение затруднено и обычно включает сочетанное введение кортикостероидов и циклофосфамида. Исход в этом случае менее благоприятен. преимущественно у пожилых лиц. В части случаев полиневропатия при макроглобулинемии Вальденстрема клинически напоминает полиневропатию при доброкачественной гаммапатии, секретирующей антиневральный IgM. Поражение периферических нервов бывает связано не только с аутоиммунными механизмами, но и с инфильтрацией периферических нервов лимфоцитами или амилоидом, либо геморрагиями. Полиневропатия может иметь демиелинизирующий или аксональный, сенсомоторньгй или преимущественно моторный характер и напоминать ХВДП. Но в некоторых случаях доминируют сенсорные или сенсорно-вегетативные нарушения. Характерны повышенная утомляемость, слабость, признаки повышенной вязкости крови, геморрагический диатез, повышение уровня IgM в сыворотке крови. ется наличием в сыворотке белка, преципитирующегося на холоде. Криоглобулины обычно представляют собой IgM или IgG, которые могут быть моноклональными или поликлональными. Криоглобулинемия бывает первичной (эссенциальная криоглобулинемия), но нередко возникает на фоне лимфопролиферативных заболеваний, диффузных заболеваний соединительной ткани, васкулитов, а также при других хронических воспалительных заболеваниях. Полиневропатия при криоглобулинемии наблюдается нечасто и обычно имеет аксональный сенсомоторный характер, нарастая в течение нескольких недель или месяцев. Реже наблюдаются быстрое прогрессирование и быстрый регресс симптоматики,. Начальными симптомами часто служат боль и парестезии в стопах, провоцирующиеся холодом, иногда отмечаются пурпура в дистальных отделах конечностей и феномен Рейно. При криоглобулинемии в связи с васкулопатией возможна и множественная мононевропатия. Применение плазмафереза и иммуносупрессоров приводит к улучшению, хотя восстановление часто бывает неполным. с парапротеинемией, может также возникать при лимфомах, лейкозах и других злокачественных опухолях. Во всех этих случаях полиневропатия имеет паранеопластический характер. При лимфоме полиневропатия нередко связана с антиневральными IgM. После успешного лечения первичной опухоли парапротеин может исчезать, но это не всегда приводит к регрессу полиневропатии. 6.2.2.4. Невропатии при диффузных заболеваниях соединительной ткани и васкулитах Поражение ПНС при диффузных заболеваниях соединительной ткани и васкулитах может быть представлено: 1) дистальной аксональной полиневропатией;

2) множественной мононевропатией;

3) сенсорной нейронопатией;

4) невропатией тройничного нерва (V);

5) компрессионными или туннельными невропатиями. Дистальная аксональная полиневропатия возникает при большинстве заболеваний соединительной ткани. Она редко бывает первым проявлением заболевания и чаще возникает у больного с уже установленным диагнозом. Обычно она имеет сенсорный или сенсомоторный характер и прояв Полиневропатия вследствие других причин. Полиневропатия, связанная Полиневропатия при криоглобулинемии. Криоглобулинемия характеризу Полиневропатия при макроглобулинемии Вальденстрема.

Встречается ляется нарушением как поверхностной, так и глубокой чувствительности, слабостью и атрофией мышц дистальных отделов конечностей. Характерны симметричность поражения и восходящий тип распространения симптомов, определяемый опережающим поражением более длинных аксонов: вначале вовлекаются стопы, затем голени или лишь после этого — кисти. Вовлечение кистей до появления симптомов в дистальных отделах ног и асимметрия поражения свидетельствуют о множественной мононевропатии или компрессионной невропатии. На ЭНМГ в этом случае выявляются симметричное снижение амплитуды сенсорных потенциалов и М-ответа, признаки хронической парциальной денервации и реиннервации (высокоамплитудные полифазные моторные потенциалы);

при быстром прогрессировании — признаки острой денервации (ПФ), а также снижение рекрутирования потенциалов (ДЕ), более выраженное в дистальных мышцах. Следует учитывать, что этот вариант может быть вызван и сопутствующим заболеванием, поэтому необходимо полное обследование, включающее электрофорез белков сыворотки, исследование функции печени и почек и т. д. Лечение аксональной полиневропатии — чисто симптоматическое. Иммуносупрессивная терапия не приносит эффекта. Множественная мононевропатия при заболеваниях соединительной ткани обычно обусловлена васкулитом, приводящим к ишемическому повреждению (инфаркту) невров. При одних заболеваниях (например, при узелковом полиартериите) она нередко бывает начальным проявлением, при других, как правило, развивается у больных с уже установленным диагнозом (например, при ревматоидном артрите). Для множественной мононевропатии характерны более острое, чем при полиневропатии, развитие симптоматики, асимметричность проявлений, отсутствие восходящего распространения симптомов. При острой ишемии нерва нередко появляются глубинные плохо локализованные мозжащие боли, чаще в проксимальном отделе конечности, на фоне которых через несколько часов или дней возникают жгучие боли в зоне иннервации пораженного нерва. Чаще всего поражаются общий малоберцовый и локтевой, реже большеберцовый и срединный нервы. Инфаркт чаще всего формируется на границе сосудистых бассейнов — в водораздельной зоне, где перфузия ниже, а именно на уровне середины бедра (при поражении нервов нижней конечности) или на границе верхней и средней трети плеча (при поражении невров верхней конечности). При осмотре выявляются слабость мышц, нарушение поверхностной, реже глубокой чувствительности. Слабость нарастает в течение нескольких часов или дней. Но иногда прогрессирование происходит более медленно и приводит к сливающемуся преимущественно дистальному типу распределения симптомов, что имитирует клиническую картину полиневропатии. НА ЭНМГ выявляются признаки острого аксонального повреждения — снижение рекрутирования потенциала ДЕ, ПФ (в первые 1—4 нед после появления пареза), а также снижение амплитуды сенсорных потенциалов и М-ответа при нормальной или несколько сниженной скорости проведения. ЭНМГ позволяет объективизировать свойственную множественной мононевропатии асимметрию поражения одних и тех же нервов на разных конечностях, отсутствие преимущественно дистального характера поражения. Важно бывает также дифференцировать мультифокальную ишемическую невропатию от мультифокальной компрессионной. В последнем случае выявляется сегментарное замедление или частичная блокада проведения в местах компрессии (в области туннелей), в первом случае — признаки мультифокальной аксональной дегенерации дистальнее средней трети бедра и плеча. Развитие множественной мононевропатии обычно требует назначения кортикостероидов, плазмафереза, в тяжелых случаях — в сочетании с цитостатиками. Сенсорная нейронопатия вызывается лимфоцитарной инфильтрацией и вторичными дегенеративными изменениями в спинномозговых узлах. Чаще всего она наблюдается при синдроме Шегрена, при котором иногда бывает начальным проявлением. Начало, как правило, бывает постепенным, но может быть острым или подострым. Первыми проявлениями могут быть онемение, парестезии, боль, неловкость и нарушение координации в конечностях, нарушение ходьбы. Нарушение чувствительности может наблюдаться в области лица, туловища и проксимальных отделах конечностей (в дополнение к более традиционным "носкам и перчаткам"). Начинается оно с одной конечности, чаще с ноги, а затем может длительное время оставаться асимметрична, сопровождаясь также вегетативной недостаточностью. Страдают все виды чувствительности, но доминируют признаки поражения глубокой чувствительности. Сухожильные рефлексы выпадают. Мышечная сила остается нормальной. Но иногда складывается ошибочное впечатление о ее снижении из-за нарушения координации в конечностях. При осмотре выявляются признаки сенситивной атаксии с положительным симптомом Ромберга и псевдоатетозом верхних конечностей. На ЭНМГ не регистрируются сенсорные потенциалы, тогда как скорость проведения по двигательным волокнам и амплитуда М-ответа остаются нормальными. При выявлении сенсорной нейронопатии следует в первую очередь исключить паранеопластический синдром, синдром Шегрена, токсические невропатии. Длительные курсы иммуносупрессивной терапии могут привести к стабилизации процесса, а иногда и к субъектив^ ному улучшению, однако объективное улучшение наблюдается крайне редко. Сенсорная невропатия тройничного нерва (V), в основе которой лежит дегенерация миелинизированных волокон нерва, связанная с фиброзом, васкулитом или периваскулярным воспалением, характеризуется медленно прогрессирующим односторонним или двусторонним нарушением чувствительности на лице. Больных беспокоят онемение, парестезии и боли, начинающиеся с небольшой зоны в нижней половине лица (на губе или щеке), а затем постепенно распространяющиеся в течение нескольких месяцев или лет на всю половину лица и иногда на другую сторону. Начало чаще бывает постепенным, но может быть и острым. При осмотре выявляется снижение поверхностной чувствительности на лице. Для объективизации нарушения чувствительности можно исследовать мигательный рефлекс. Невропатия тройничного нерва бывает дебютным проявлением системной склеродермии и смешанного заболевания соединительной ткани, тогда как при синдроме Шегрена, СКВ или ревматоидном артрите она обычно возникает на фоне развернутой картины основного заболевания. Невропатия плохо поддается лечению. При применении преднизолона положительный результат достигается лишь в 10 % случаев. Компрессионные невропатии часто встречаются при ревматоидном артрите. Несколько реже — при синдроме Шегрена или системной склеродермии. волчанке. Подострая или хроническая дистальная сенсорная или сенсомоторная полиневропатия, в основе которой, по-видимому, лежит легкий васкулит, развивается у 6—25 % больных. В отличие от других заболеваний соединительной ткани, множественная мононевропатия, связанная с сис Поражение периферической нервной системы при системной красной темным некротизирующим васкулитом, встречается редко. Описаны случаи возникновения синдрома Гийена—Барре, ХВДП, невралгической амиотрофии, однако их связь с основным заболеванием остается неясной. У части больных выявляется синдром запястного канала. Изредка встречается изолированное поражение глазодвигательного (III) нерва с сохранением зрачковых реакций, что указывает на его связь с васкулитом. Единственным неврологическим проявлением СКВ иногда бывает сенсорная невропатия тройничного нерва (V);

она чаще вовлекает нижнюю половину лица, оставляя сохранным роговичный рефлекс. Иногда встречается также односторонняя или двусторонняя невропатия лицевого нерва (VII). Поражение ПНС возникает почти у всех больных. Самая частая форма — компрессионные невропатии. Чаще всего отмечаются синдром запястного канала, компрессия локтевого нерва на уровне локтя и малоберцового нерва на уровне головки малоберцовой кости. Компрессионные невропатии обычно развиваются постепенно в отличие от более редких острых ишемических невропатий, вызванных системным некротизирующим васкулитом. На фоне признаков системного васкулита, обычно при многолетнем течении заболевания может развиваться множественная мононевропатия, характеризующаяся внезапным появлением болей, затем парезов и нарушения чувствительности в зоне нескольких нервов. Множественная мононевропатия развивается менее чем у 10 % больных, обычно на фоне высокого титра ревматоидного фактора и повышения СОЭ, и служит неблагоприятным прогностическим фактором. Даже при лечении кортикостероидами и цитостатиками не менее 20 % больных умирают в течение 6 мес. У значительной части больных развивается также дистальная аксональная преимущественно сенсорная полиневропатия, которая может быть вызвана васкулитом, на что указывают утолщение внутренней оболочки сосудов и периваскулярная лимфоцитарная инфильтрация в эндоневрии и эпиневрии при биопсии. Иногда полиневропатия бывает вызвана лекарственными средствами, в частности пеницилламином и препаратами золота. У части больных выявляется вегетативная полиневропатия, проявляющаяся периферической вегетативной недостаточностью. дермии. Особенно характерна сенсорная невропатия тройничного нерва (V), которая иногда бывает первым проявлением заболевания и сопровождается пароксизмальной болью, напоминающей невралгию тройничного нерва. Иногда наблюдаются поражение других черепных нервов, туннельные невропатии (синдром запястного канала, сдавление локтевого нерва в локтевом канале). У 10—15 % больных выявляется аксональная сенсомоторная полиневропатия. Иногда преимущественно вовлекаются вегетативные волокна с развитием синдрома периферической вегетативной недостаточности. Поражения ПНС отмечаются у 10—30 % больных. Иногда оно бывает первым проявлением синдрома. Чаще всего выявляется дистальная аксональная сенсорная или сенсомоторная полиневропатия. Обычно развивающаяся на фоне увеличения СОЭ, при высоком титре ревматоидного фактора, антинуклеарных антител или антител, характерных для синдрома Шегрена (Ro). В основе полиневропатии может лежать диффузный васкулит, но системный некротизирующий васкулит наблюдается редко. В связи с этим у большинства больных прием кортикостероидов или иммуносупрессоров не дает эффекта. Редко встречается и подострая сенсорная нейронопатия.

Поражение периферической нервной системы при ревматоидном артрите.

Поражение периферической нервной системы при системной склеро Поражение периферической нервной системы при синдроме Шегрена.

Иногда развиваются множественная мононевропатия (на фоне кожных проявлений системного васкулита), туннельные невропатии (синдром запястного канала), краниальные невропатии, ХВДП. В ЦСЖ могут выявляться умеренный плеоцитоз и повышение содержания белка. Иногда отмечаются невропатия зрительного нерва (II) и сенсорная невропатия тройничного нерва (V). Поражение периферической нервной системы при узелковом полиартериите. Поражение ПНС выявляется не менее чем у 50 % больных и чаще всего бывает представлено множественной мононевропатией, реже симметричной сенсомоторной полиневропатией, радикулопатией и плечевой плексопатией. В половине подобных случаев симптомы поражений ПНС бывают первым проявлением заболевания. Множественная мононевропатия возникает на первом году заболевания, обычно на фоне системных проявлений (похудание, лихорадка, артралгия, сыпь, анемия, лейкоцитоз, артериальная гипертензия). У больных с васкулитом нередко выявляется изолированное поражение мелких кожных чувствительных нервов в виде ограниченной области парестезии или дизестезий в зоне иннервации определенного кожного нерва. Краниальная невропатия может быть изолированной или встречается в рамках множественной мононевропатии. Особенно часто поражаются преддверно-улитковый (VIII), глазодвигательный (III), лицевой (VII), тройничный (V) нервы. На фоне иммуносупрессивной терапии (кортикостероиды, иногда в комбинации с циклофосфамйдом) признаки невропатии могут регрессировать. Поражение периферической нервной системы при аллергическом ангииите Чарга—Страусса. Множественная мононевропатия выявляется почти у всех больных. При биопсии обнаруживают некротизирующий васкулит с эозинофильной инфильтрацией. Прогноз несколько лучше, чем при узелковом полиартериите. Достаточный терапевтический эффект часто прино^ сят кортикостероиды или их комбинация с циклофосфамидом. Поражение периферической нервной системы при гранулематозе Вегенера. Некротизирующий васкулит при гранулематозе Вегенера часто вызывает множественную мононевропатию. Значительно реже встречается симметричная дистальная сенсомоторная полиневропатия, которая в части случаев обусловлена почечной недостаточностью. Краниальная невропатия — одно из самых частых неврологических проявлений заболевания — обычно связана со сдавлением черепных нервов гранулемой. Особенно часто поражаются зрительный (II), лицевой (VII), глазодвигательный (III), блоковый (IV), отводящий (VI) нервы, реже преддверно-улитковый (VIII) и тройничный (V). Изредка отмечается рецидивирующее поражение гортанных нервов. Изолированный ангиит периферической нервной системы. Изолированный ангиит ПНС — редкий органоспецифический васкулит, избирательно поражающий мелкие артерии нервов и проявляющийся множественной мононевропатией, мононевропатией, реже дистальной симметричной сенсомоторной или сенсорной полиневропатией. Васкулит связан с отложением иммунных комплексов в стенках сосудов. Поражение отдельных нервов при множественной мононевропатии развивается остро, сопровождается болью и дизестезией и часто вовлекает локтевой, срединный и седалищный нервы. Полиневропатия обычно развивается постепенно в течение нескольких недель или месяцев. Признаки поражения других органов и систем отсутствуют. Воспалительных изменений в крови не выявляется, лишь иногда отмечается легкое повышение СОЭ. ЦСЖ остается нормальной. Диагноз может быть подтвержден при био псии. В отличие от системных некротизирующих васкулитов, прогноз в целом благоприятный — даже при многолетнем течении заболевание не приводит к значительной инвалидизации. Кортикостероиды приостанавливают прогрессирование и способствуют восстановлению нарушенных функций. В отсутствие достаточного эффекта к ним добавляют цитостатики. После отмены иммуносупрессивной терапии возможны рецидивы. Поражение ПНС обычно происходит по типу изолированной или множественной мононевропатии и связано с тромбозом крупной артерии. Ишемия шейных корешков или плечевого сплетения может вызывать синдром, напоминающий невралгическую амиотрофию. Нередко отмечается синдром запястного канала. У 15% больных возникает симметричная сенсомоторная полиневропатия, по-видимому, аутоиммунного генеза, которая может регрессировать на фоне кортикостероидной терапии. 6.2.2.5. Паранеопластические невропатии Паранеопластические синдромы — редкие состояния, связанные с отдаленным, опосредованным влиянием злокачественных опухолей. Предположительно в их основе лежат иммунологические процессы, которые провоцируются наличием у клеток опухоли и нервной системы перекрестно-реагирующих антигенов. В связи с этим иммунная реакция против опухоли может одновременно приводить к повреждению нервной системы. Этим можно объяснить тот факт, что паранеопластические синдромы чаще развиваются на фоне небольших опухолей до появления метастазов, а клинически неврологические нарушения нередко опережают проявления первичной опухоли. Поражение ПНС паранеопластической природы может принимать форму подострой моторной нейронопатии, подострой сенсорной нейронопатии, подострой или хронической сенсорной полиневропатии, вегетативной полиневропатии, множественной мононевропатии, невралгической амиотрофии, карциноматозной невромиопатии. Подострая моторная нейронопатия характеризуется дегенерацией мотонейронов передних рогов спинного мозга и клинически проявляется нарастающим вялым тетрапарезом, более выраженным в ногах, чем в руках;

при этом поражение отдельных групп мышц бывает выражено в различной степени. Характерно раннее развитие амиотрофий. Фасцикуляции выражены минимально. Бульбарная мускулатура не вовлекается. Чувствительные нарушения отсутствуют. Скорость проведения по нервам существенно не меняется. На ЭНМГ выявляются признаки денервации, в ЦСЖ — легкое увеличение содержания белка. Патоморфологически выявляются дегенерация нейронов передних рогов, демиелинизация передних корешков и нейрогенная атрофия мышц. Течение часто доброкачественное. Хотя клинически синдром напоминает БАС, но в отличие от него не приводит к грубой инвалидизации. Через несколько месяцев или лет отмечается стабилизация, а затем возможно спонтанное улучшение. Данный синдром чаще возникает при лимфопролиферативных заболеваниях, но возможен и при других злокачественных опухолях. Лечение первичного заболевания не способствует регрессу неврологического дефекта.

Поражение периферической нервной системы при височном артериите.

Подострая сенсорная нейронопатия имеет паранеопластическое происхождение примерно в трети случаев. Чаще она встречается при мелкоклеточном раке легкого. В большинстве случаев неврологические расстройства предшествуют признакам опухоли. Начальные симптомы — боли, онемение, парестезии в стопах, которые в течение нескольких дней или недель распространяются на кисти, а затем на проксимальные отделы конечностей, туловище и лицо. Нарушается как глубокая, так и поверхностная чувствительность. Нарушение глубокой чувствительности вызывает грубую сенситивную атаксию и псевдоатетоз в руках. Рано выпадают сухожильные рефлексы, но парезов и атрофии мышц нет. Синдром может сочетаться с энцефаломиелитом. На ЭНМГ обнаруживают снижение амплитуды или отсутствие сенсорных потенциалов, тогда как проведение по двигательным волокнам не изменено и нет признаков денервации мышц на ЭМГ. В ЦСЖ могут выявляться повышенное содержание белка, легкий плеоцитоз. Патоморфологически выявляются лимфоцитарно-макрофагальная инфильтрация нейронов спинномозговых узлов. Процесс может постепенно распространяться на задние корешки, задние столбы спинного мозга или периферические нервы. Течение различно и, как правило, не зависит от основного процесса. Удаление опухоли, плазмаферез, химиотерапия обычно не влияют на выраженность неврологической симптоматики. Подострая или хроническая сенсомоторная поли невропатия является наиболее частым видом паранеопластического поражения ПНС. Но чаще она бывает обусловлена сахарным диабетом, алкоголизмом, интоксикациями, дефицитом витамина В12, поэтому диагностировать паранеопластический синдром следует после исключения других причин. Этот вариант полиневропатии чаще возникает при раке легкого или молочной железы, иногда опережает их клинические проявления на несколько лет. Клинически синдром проявляется симметричной слабостью дистальных мышц, на^ рушением чувствительности по типу носков и перчаток, выпадением сухожильных рефлексов. Бульбарные мышцы в большинстве случаев не вовлекаются. Иногда быстро развивается инвалидизация. Изредка отмечается ремиттирующее течение, характерное для ХВДП, при котором возможна хорошая реакция на кортикостероиды. При исследовании ЦСЖ обнаруживают нормальный состав или легкое увеличение содержания белка. На ЭНМГ обычно выявляют признаки аксональной дегенерации, но возможна и сегментарная демиелинизация с выраженным замедлением скорости проведения. Возможны стабилизация или регресс невропатии после удаления опухоли. Вегетативная полиневропатия может возникать отдельно или сочетается с сенсорной нейронопатией. Она встречается редко, чаще при раке легкого. В ЦСЖ обнаруживают повышение содержания белка. Обычно полиневропатия носит прогрессирующий характер, но может стабилизироваться или даже частично рефессировать после удаления опухоли. Карциноматозная невромиопатия — недостаточно четко очерченный клинический синдром, проявляющийся подостро развивающейся слабостью проксимальных мышц и мышц туловища в сочетании со снижением или выпадением сухожильных рефлексов. Часто возникает на фоне общего снижения массы тела. При биопсии мышц выявляются неспецифические изменения, не соответствующие степени пареза, возможно спонтанное улучшение. У некоторых больных обнаруживаются признаки дистальной аксонопатии, что свидетельствует о преимущественно нейрогенном характере поражения мышц.

6.2.2.6. Полиневропатия критических состояний Полиневропатия критических состояний развивается у больных, длительное время находящихся на ИВЛ. Особенно часто полиневропатия возникает на фоне сепсиса и полиорганной недостаточности. Полиневропатия критических состояний представляет собой острую аксональную невропатию, преимущественно проявляющуюся двигательными нарушениями, снижением или выпадением сухожильных рефлексов, дыхательными нарушениями, снижением или выпадением сухожильных рефлексов, дыхательной недостаточностью. Нарушения чувствительности бывают легкими или отсутствуют. Слабость мимических мышц выражена минимально. Бульбарные и глазодвигательные мышцы не страдают. Симптомам полиневропатии могут предшествовать или сопутствовать признаки энцефалопатии. При исследовании проводимости нервов выявляют снижение амплитуды М-ответа и сенсорных потенциалов действия при нормальной скорости проведения. При игольчатой электромиографии обнаруживают признаки денервации — ПФ и ПОВ. О полиневропатии критических состояний следует думать, когда больного по непонятным причинам не удается перевести с ИВЛ на спонтанное дыхание. Полиневропатию критических состояний следует дифференцировать от синдрома Гийена—Барре. В дифференциальной диагностике важная роль принадлежит электронейромиографии. При исследовании ЦСЖ, в отличие от синдрома Гийена—Барре, патологии не выявляется. Прогноз при полиневропатии критических состояний хороший, если больной не умирает от первичного заболевания. У большинства больных происходит спонтанное восстановление в течение нескольких недель или месяцев. В настоящее время не известны средства, способные ускорить восстановление. 6.2.3. Наследственные полиневропатии Наследственные полиневропатии — обширная группа гетерогенных заболеваний, поражающих ПНС. В последнее десятилетие достигнут существенный прогресс в выявлении генетических основ наследственных полиневропатий, позволивший по-новому взглянуть на их классификацию и патогенез. Наследственные полиневропатии принято классифицировать по типу наследования, клиническим проявлениям, электрофизиологическим и патоморфологическим характеристикам. В зависимости от типа вовлекаемых нервных волокон наследственные невропатии могут быть преимущественно моторными или моторно-сенсорными (например, НМСН либо преимущественно сенсорными или сенсорно-вегетативными (например, НСВН или болезнь Фабри). 6.2.3.1. Наследственные моторно-сенсорные невропатии Согласно современной классификации, выделяют 7 типов НМСН. НМСН I и II типа представляют собой варианты болезни Шарко— Мари—Тута. НМСН I типа. Группа заболеваний, вызванных генетическим дефектом синтеза периферического миелина (демиелинизирующий, или ги пертрофический вариант болезни Шарко—Мари—Тута). В большинстве случаев HMCH-I наследуется по аутосомно-доминантному типу. Генетически выделяют не менее трех вариантов HMCH-I с этим типом наследования. Наиболее распространенный вариант — HMCH-IA, при котором генетический дефект выявлен на коротком плече 17-й хромосомы (pll.2-pl2) и представляет собой удвоение или точечную мутацию гена, кодирующего синтез белка периферического миелина (РМР 22). Этот генетический дефект обнаруживают примерно в 90 % семей с HMCH-I. При другом, реже встречающемся варианте (HMCH-IB), который клинически и электрофизиологически неотличим от HMCH-IA, генетический дефект обнаружен на длинном плече 1-й хромосомы (Iq21-q23), связан с точечной мутацией гена, кодирующего белок миелина 0 (МР 0). В ряде других случаев, наследующихся по аутосомно-доминантному типу, генетический дефект остается неизвестным (НМСН-С). Значительно реже встречается HMCH-I с аутосомно-рецессивным типом передачи, в этих случаях выявлена мутация на длинном плече 8-й хромосомы (8ql3-q21.1). Наконец, немногочисленные случаи НМСН наследуются по Х-сцепленному типу. При НМСН, наследующейся по доминантному, сцепленному с Х-хромосомой типу (НМСН XI), которая составляет примерно 10 % от всех случаев НМСН, генетический дефект выявлен на длинном плече этой хромосомы (Xq 13.1). Полагают, что этот дефект состоит в нарушении синтеза коннексина 32 — белка щелевых контактов. Мужчины при этой форме обычно поражаются тяжелее, чем женщины.. Скорость проведения по нервам у больных мужчин существенно снижена (хотя и в меньшей степени, чем при HMCH-I), тогда как у больных женщин или женщин-носителей скорость проведения остается нормальной или лишь слега снижена. При НМСН, наследующейся по рецессивному, сцепленному с Х-хромосомой типу (НМСН Х2), обычно более тяжелой, чем НМСН-1А,ген локализован на коротком плече Х-хромосомы (хр 22.2). Обнаружена и другая Х-сцепленная рецессивная форма (НМСН-ХЗ), ген которой сцеплен с маркерами длинного плеча Х-хромосомы xq 26. НМСН, сцепленный с Х-хромосомой, следует заподозрить, если в семье нет случаев передачи заболевания от отца к сыну. Несмотря на генетическое многообразие, клинические проявления различных вариантов НМСН довольно похожи, хотя наблюдаются колебания в выраженности симптомов даже у носителей одного и того же патологического гена и у однояйцовых близнецов. У значительной части больных HMCH-I болезнь протекает в столь стертой форме, что они никогда не обращаются за медицинской помощью. Симптомы заболевания обычно появляются на 1-м десятилетии жизни или в начале 2-го десятилетия. Больные обращают внимание на болезненные спазмы мышц голени, усиливающиеся после долгой ходьбы, слабость стоп, проявляющуюся изменением походки, затруднением при беге или подъеме по лестнице, медленно нарастающую деформацию стоп. Иногда родители замечают, что ребенок ходит на цыпочках. Постепенно слабость вовлекает проксимальные мышцы ног, а затем собственные мышцы кисти. В результате появляются затруднения при застегивании пуговиц, открывании двери ключом и т. д. Часто можно проследить последовательность вовлечения мышц рук: вначале подвергаются атрофии первая и вторая межкостные мышцы, затем мышцы тенара и гипотенара, сгибатели пальцев;

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 18 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.