WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 ||

«А.А.МЕЙЕР ФИЛОСОФСКИЕ СОЧИНЕНИЯ La Presse Libre Paris РелигиозноФилософская Серия А.А.МЕЙЕР ФИЛОСОФСКИЕ СОЧИНЕНИЯ A.A.MEYER UVRES PHILOSOPHIQUES La Presse Libre Paris А.А.МЕЙЕР ...»

-- [ Страница 8 ] --

единство многих, создаваемое любовью, — и отказ от «иллюзий» любви ради уничтожающего всякую множественность единства безликого, бессубъектного, безвольного и бестворческого до-бытия, — таковы полярно противоположные устремления мудрости христианской и мудрости антихристианской — буддизма. Ни сближения, ни примирения, ни синтеза, ни выхода в третье здесь быть не может. Кроме «или — или» нет здесь иного подхода. Все иные религии — суть религии дохристианские или до-буддийские, ни христианству, ни буддизму угрожать не могут. Роль буддизма еще очень мало понята, очень слабо увидена европейским человечеством. Да она еще и не давала себя достаточно сильно почувствовать. Но если есть в мире идея, действительно могущая вступить в борьбу с христианством и когда-нибудь увлечь многих соблазном своего великого добра (добра доброты и правды правдивости), то такой идеей может быть лишь идея буддизма. Этот — единственно достойный — противник ведет глубокую, невидимую, самими адептами его мало осознанную борьбу, не внешнюю, не насильническую, а потому не бессильную (ибо насильническая борьба с христианством — бессильная борьба). У этого врага своя достаточно богатая культура, опирающая себя на принцип, прямо противоположный принципу личности, — на принцип безличного единства. Культура его имеет также свои истоки, свои мели, свои внутренние коллизии и выходы из них, и именно эта культура, а не безграмотный атеизм или жалкая пародия язычества наших выродков христианства, могла бы дать из себя потоки, угрожающие европейскому миру. Наши же три реакции могут угрожать ему лишь в той мере, в какой расчищают пути для ниббелистической мудрости и в какой сами подпадают под ее влияние, содержа в себе хоть и слабые, но все же заметные намеки на близость к ней. Нужно признать, впрочем, что близость эта может весьма усилиться, потому что в самой подмене мира природой, души — «человеком», а бога идеалом, добром или обществом — уже имеет место измена трем идеям, начало отказа от них. Продолженный или углубленный отказ этот действительно не вполне безобиден. Произойдет ли такое углубление, мы не знаем, — но что оно может произойти, — это отрицать я не решился бы.

Мирное сожительство трех умонастроений могло продолжаться, как мы уже сказали, лишь до тех пор, пока они оставались умонастроениями. Кризис, переживаемый европейской культурой, выразился — к счастью или к гибели, не берусь решать, так как будущее мне неизвестно, — не только в пребывании на мели, но и в коллизии трех идей, вышедших, так сказать, из распавшегося единства принципа. Коллизия их развернулась в борьбу общественных групп, воплощающих каждая одно из трех движений мысли и воли, — в борьбу за преобладание, за победу над соперниками, за подавление «врагов». Мы говорили также выше, что при всей разрушительности столкновения (сопровождающегося снижением общего культурного уровня) оно все же должно быть предпочтено сидению на трех мелях. Оно оставляет больше надежд, свидетельствуя собой, что кризис — еще не смерть, что (выражаясь языком натурализма) жизнь еще не покинула нас, что будущее (если перейти на язык социологизма) может принести с собой возрождение. Но после всего сказанного должно стать ясным, что сама по себе борьба трех идей не дает еще выхода на подлинно творческий путь. Кто бы ни победил в этом столкновении, победа одной из трех идей над двумя другими может означать возвращение к одной из трех мелей — и только. Безраздельное господство какой-либо силы, удерживающей нас на мели, могло бы даже послужить более успешному проникновению к нам духа антихристианской мудрости безличия. Отрицание личности, так сильно чувствующееся в некоторых уклонах социологизма, — и в идеологии и практике натурализма (несмотря на «здоровый» индивидуализм), и бессильное, ослабленное признание личности у современных гуманистов могут очень облегчить невидимую работу над внедрением в человечество мудрости Ниббаны, — тем более соблазнительной для подготовленных к ней людей нашей культуры, что к нам она пришла уже после нашей измены некогда знакомому нам опыту личностного бытия. Мы не знаем будущего. Но мы можем видеть связь, существующую между явлениями в настоящем. И мы можем поэтому сказать: если победит одна из трех идей, — горе нашей культуре, горе земле. Если же ни одна из них не победит и если — хотя бы одновременно с их затяжной, вероятно, борьбой начнет восстанавливать себя в нашем сознании единство трех регулятивных идей, незаконченное освоение догмата личности будет нами продолжено. Решение поставленных, но не решенных до сих пор проблем, вызвавших само появление разошедшихся по трем линиям течений мысли, остается и впредь нашим основным делом. В какой мере и когда сможет помешать нам в этом подлинный враг нашей культуры, мы этого, конечно, не знаем. Само собою разумеется, что не примирение трех сил мы хотели бы противопоставить возможным победам одной из них над другими, а преодоление заключенной во всех трех силах реакции, преодоление их ограниченности — подлинным творческим единством трех идей в их полноте, в их абсолютности — не как понятий природы, человека, общества, а как идей мира, души и бога.

1937 Калязин ПРИЛОЖЕНИЯ Е.Н.Федотова ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ О Г.П.ФЕДОТОВЕ Г.П.Федотову посчастливилось встретить в Публичной библиотеке, куда он поступил на службу по возвращении из ссылки, ныне покойных А.В.Карташева и Ал.Ал.Мейера. В беседах с этими своеобразными и свободными богословами Г.П. сделал дальнейшие шаги по пути к церковному христианству. На личности Ал.Ал.Мейера необходимо остановиться. Александр Александрович /.../ родился в Одессе. Оставшись рано сиротой, вырос в доме родственника, священника. Оттуда вынес знание и любовь к церковным службам, которой он и в моменты разрыва с церковью умел заражать собеседников. К концу девяностых годов А.А.Мейер, еще совсем юношей, увлекается революционным движением, попадает под арест и получает приговор — Архангельскую ссылку. Хочется отметить один эпизод его подневольного путешествия на север, имеющий глубокое мистическое значение. Когда партию заключенных, в том числе и Мейера, провозили по Москве, А.А. заметил из окна тюремной кареты красивого старика в «крылатке», благословляющего узников крестным знамением. Тогда этот образ ему ничего не сказал, но навсегда врезался в память. И только много позже, по фотографиям, он понял, что на свой крестный путь получил благословление Владимира Соловьева. Долгие годы ссылки, сперва в Архангельске, а потом в Туркестане, он посвятил, главным образом, самообразованию (эрудиция его была совершенно исключительная). Наконец Ал.Ал. добирается до Петербурга, сближается с Мережковскими, становится активным членом РелигиозноФилософского общества, читает лекции на Курсах Лесгафта, своеобразной вольной школе, не требовавшей дипломов. Но всюду и везде он прежде всего является «ловцом» человеческих душ, которых личными путями ведет к Христу и к церкви.

Биография этого замечательного человека, вероятно, никогда не будет написана, свидетели его жизни уходят один за другим. Г.П.Федотов узнал о его смерти из записок Иванова-Разумника, когда уже сам был очень слаб и с трудом справлялся с очередными делами. Осенью 1917 года, вскоре после большевистского переворота, возник очень незначительный по числу членок кружок, группировавшийся вокруг эпигонов Религиозно-Философского общества А.А.Мейера и К.А.Половцевой (долголетнего секретаря Общества). Этот кружок никак не мог быть назван не только церковным, но даже и православным. Три протестанта, две католички, перешедшие из православия, несколько некрещеных евреев, в большинстве православных по рождению и миросозерцанию, но пока что стоявших вне таинства. Но все-таки, несмотря на присутствие евреев, которых никто не принуждал к крещению, все, входившие в объединение, ставили имя Христа в центр своей жизни и мысли. Кружок собирался каждый вторник, и, не имея особого имени, члены его называли друг друга «вторничанами». Обсуждаемые вопросы никогда не были ни чисто богословскими, ни литургическими. Они вращались вокруг освещения современных событий в духе христианства. Попытка одного из членов вынести на обсуждение софиологическую проблему (по «Свету Невечернему») ин тереса не встретила. Обычно тема обсуждения объявлялась на предшествующем собрании, и в следующий вторник ктонибудь из одаренных членов кружка (Г.П.Федотов, А.А.Мейер, Н.П.Анциферов) произносил очень краткое вступительное слово, и все члены без исключения должны были откликнуться хотя бы одной фразой. Тут действительно получалось соборное общение, подлинный «круг», и пресекался заранее всякий полемический азарт. Никакой определенной политической ориентации кружок не имел: был один монархист (единственный настоящий пролетарий), готовый видеть в бароне Врангеле Александра Невского, были два коммуниста, тоже живущие именем Христа. Но большинство участников смирились перед неизбежным, считая заговоры и террор напрасным кровопролитием;

как большинство русской интеллигенции, они надеялись на эволюцию власти. Один из членов кружка любил спрашивать: «Как молиться: свергни большевиков или вразуми?» Думаю, что в это время большинство ответило бы «вразуми». Широкий состав кружка был довольно подвижен. Кое-кто отпадал, но в то же время входили новые, главным обра зом, молодежь, привлекаемая туда членами кружка, которые сохранили связь с преподаванием. Один из членов кружка потерял работу в средней школе за то, что многие из учеников его, евреи, крестились. Хочется вспомнить еще одного человека, не имевшего непосредственного отношения к кружку. Это М.Э.Шайтан, по рождению караим, принявший христианство. Когда всеобщая история была отменена в средней школе, он ухитрился под видом «истории труда» читать древнюю историю, в которую включал историю первохристианства. Обаяние его было так велико, что до его преждевременной кончины в 1926 г. доносов на него не поступало. Через год, в канун Введения Богоматери, основное ядро кружка (около 11 человек) основало братство с обетом «Христос и Свобода». С этого времени собрания начинались молитвенным правилом, в которое входили и церковные, и «свои» молитвы. «Отче наш» всегда читали на трех языках: церковнославянском, латинском и немецком, в чаянии соединения церквей. Священников в кружке никогда не было, разве в виде случайных гостей на одном или двух собраниях. Вот молитва, которая составляла как бы центр молитвенного правила: «Просим тебя, Христос, Учитель, Сделать сердца наши ч и с т ы м и, От всякого страха человеческого;

Ибо в страхе неправда, Да будем свободны по воле Твоей. Да будем свободны в любви Твоей. Свободны во всех путях наших к Тебе. Не уклони, Господи, путей наших. Дай нам крепость сердца, силу жизни, И вольное дерзновение, даже до смерти, Пошли изгоняющую страх совершенную любовь, Совершенную любовь пошли нам, Господи. Упование и радость мира. Господи, помоги нам, Протяни руку каждому из нас И не дай погибнуть тому, что было. Укрепи соединение наше, Скуй цепь нашу крепче, Чтобы ничто не могло разорвать ее. Веди нас, куда знаешь, Но не покинь в пустыне.

Научи нас жить в Тебе, служить Тебе И умереть ради Тебя. Себя, друг друга и всю нашу жизнь Научи, Господи, Тебе предавать» (трижды). Затем следовало, тоже трижды: «Господи, иже Пресвятого Твоего Духа...» и «Упование наше — Отец...» Широкий состав кружка по-прежнему собирался по вторникам, и члены братства — по воскресениям. Помимо кануна Введения, праздником был день Сошествия Св.Духа. Праздники справлялись очень торжественно, с общей трапезой, которая начиналась символическим вкушением хлеба и вина, разумеется, без всяких претензий на таинство. В начале 1920 г. Г.П. схватил сыпной тиф, заразившись в вагоне при поездке в деревню за хлебом, и, получив отпуск, уехал на поправку в родной Саратов. Там он получил предложение занять кафедру истории средних веков, на которой он и оставался до конца 1922 года. К началу 1923 года Г.П. переселяется в Петербург и начинает работать в качестве переводчика иностранной литературы в частных издательствах /.../. /.../ Возвращение в Петербург было связано с возвращением в «братство» и работой в кружке. Церковное положение православных членов в это время не изменилось, инициаторы кружка все еще оставались вне таинства. Евреи разрешили этот вопрос гораздо легче и проще;

может быть, потому, что над ними не тяготело никакое церковное прошлое, свое или семейное. Надо сказать, что обращение евреевинтеллигентов в христианство было в то время явлением довольно частым. Чуждаясь много лет церкви господствующей, многие в жертвенном порыве устремлялись в церковь гонимую, которая могла сулить им только мученичество. Невозможно было не радоваться обращению ко Христу сынов и дочерей Израиля. Каждое крещение праздновалось торжественным образом. Но вместе с тем, большею частью, — слава Богу, не всегда — это было тяжелым ударом для «братства». Новообращенные попадали под влияние крестившего их священника и под его давлением начинали подозревать и обличать А.А.Мейера в «Мережковских» ересях.

Наконец настала очередь и для внецерковного ядра «братства». Старый товарищ по семинару Гревса и друг Георгия Петровича — С.С.Безобразов, покидая Россию, посоветовал Г.П. в случае нужды обратиться к его духовному отцу протоиерею Тимофею Налимову. Так и закончился путь Г.П. от «марксизма к православию». (По какой-то «провиденциальной случайности» в Церковь одновременно вернулись и другие инициаторы «братства», прежде всего Ал.Ал.Мейер.) Важно подчеркнуть, что не было и речи о возвращении всего «братства» в Церковь, члены его даже никогда вместе не причащались. Но, конечно, соучастие в «таинстве» дало «братству» новую полноту. Кружок продолжал развиваться и расти, хотя и не в очень широких размерах. Новые члены принимались по серьезной рекомендации. Такого рода кружки, разной степени церковности, были по всей России. Но между кружками было мало общения, что, вероятно, долго охраняло от обнаружения. Было ли это опасно? В своей истории «братства» Св.Софии (в статье памяти Мочульского*) владыка Кассиан говорит, что к 1922 году, собрания братства заглохли из-за «опасных времен». (Кружок Мейера продолжал собираться до 1929 года, когда он был разгромлен.) В квартире Г.П. был даже аналой, которым пользовались во время праздничных собраний. Очевидно, молитва о ниспослании «изгоняющей страх совершенной любви» спасала не только от страха, но и от идеи опасности. Жизнь Г.П. текла, казалось, мирно. Переводы давали хороший заработок, а духовное общение с членами братства такую полноту молитвенного общения, которая никогда не была обретена после отъезда из России. Но проявлять себя вовне, в печати было совершенно невозможно. В 1918 году, когда цензура была совсем либеральна, кружок выпустил один номер журнала «Свободные Голоса» под редакцией и со статьями Г.П.Федотова. За остальные годы ему удалось напечатать только три статьи в научных журналах и небольшую (150 стр.) брошюру об Абеляре в изд. Брокгауз-Ефрон (1925). Статья об «Утопии Данте» не была пропущена и становилось совершенно ясно, что надо или молчать, или идти на компромиссы даже в чисто научной работе, не говоря о немыслимости какой бы то ни было публицистики. Ни к каким компромиссам, даже символическим, Г.П.

'«Православная Мысль», №7, не был способен. Оставалось молчать и ждать лучших времен. В этот момент «железный занавес» несколько приоткрылся. Явилась возможность ездить за границу без всяких командировок, приводя самые разнообразные мотивы, вплоть до свидания с жившими за границей родственниками. Паспорт давался в две недели, никаких рекомендаций и поручительства не требовалось. Связи с университетом у Г.П. были давно порваны, но его запугивали, что Франция не даст ему иного заработка, как кельнера или шофера. Все эти предостережения он пропускал мимо ушей, не боясь материальных трудностей и заранее вдыхая воздух свободы. Гораздо тяжелее было сопротивление членов «братства», которые отъезд Г.П. рассматривали как дезертирство с поста, определенного Богом. «Торчи, где воткнут», — сказала К.А.П. После отъезда Г.П. «братство» продолжало свою работу еще 4 года, до разгрома в 1929 году. По дошедшим оттуда слухам, один из членов кружка оказался доносчиком. Судили по делу организации «Воскресение», привлечено было 100 человек, вероятно, как всегда, с «пришиванием». Приговор, принимая во внимание линию «лояльности» членов «братства» по отношению к власти, был чрезвычайно жесток. А.А.Мейер был приговорен к расстрелу, но наказание было заменено 10 годами Соловецкого «изолятора» по ходатайству его старого друга, впоследствии расстрелянного, большевика Енукидзе. Другие получили 10 и 5-летние сроки концентрационных лагерей. По рассказам одной женщины, вырвавшейся из России, Мейер и в лагере продолжал «искать с фонарем» человека, пока не был окончательно измучен подпольными допросами во время ежовщины. После 10-летней каторги он умер в 1939 году в Петербурге от рака. О судьбе других членов кружка дошло мало вестей. Кто-то умер на каторге (например, А.П.Смирнов, специалист по русской иконе), два имени попались Г.П. в советской науке, кто-то бежал с отступающими немцами, но как будто никто не вырвался на Запад. Философ Аскольдов-Алексеев умер в Берлине от разрыва сердца, когда пришли его арестовывать. Т.Н. и Г.Н.Гиппиус затерялись в лагере в Померании, и о судьбе их ничего не известно.

II Н.П.Анциферов ВОСКРЕСЕНИЕ События Октября, по удачному выражению Дж.Рида, «потрясли мир». История или сошла с рельс, или перешла на новые рельсы. Будущее покажет, было ли то началом новой эры. Я служил в эти дни в отделе Rossica в Публичной библиотеке. Ко мне обратился А.А.Мейер с предложением встретиться и вместе подумать. Встреча была назначена у Ксении Анатольевны Половцевой в ее квартире на Пушкарской. Так возник кружок А.А.Мейера. Александр Александрович был очень красив, статен, высок, с тонкими правильными чертами лица, окаймленного густыми длинными волосами. Лицо нервное, одухотворенное, речь сперва медленная, становилась все более страстной. Ксения Анатольевна была также красива, с синими глазами и темными, просто причесанными волосами. Ее внутренняя жизнь всегда была напряженной. В кружке Мейера должны были раздаваться свободные голоса, свободные от всяких трафаретов партийных уз. Но всех объединяло одно имя — Христос. И Мейер, и Половцева были членами Религиозно-Философского общества. Петербургское общество резко отличалось от московского. Оно было «левее». Его члены Мережковский и З.Гиппиус призывали к революции. Они резко выступили в свое время против сборника «Вехи», вдохновленного москвичами. Петербургское общество исключило В.В.Розанова за его статьи о евреях. Оно выступило против шовинистических статей в дни Первой мировой войны. (Например, В.Ф.Эрна ОТ КАНТА К КРУППУ.) Зинаида Гиппиус протестовала против переименования Петербурга в Петроград. Поэты обрадовались тому, что к Петрограду льнет рифма «стадо», и поэтесса нашла рифму для Петербурга: «Революционных пург/Прекрасно-страшный Петербург».

В кружке Мейера было решено воздерживаться от споров. Кто-нибудь выдвигал вопрос, и начиналось обсуждение по кругу. Теперь по памяти мне трудно восстановить даже наши темы. Все же кое-что запомнилось, «патриотизм и интернационализм (правда того и другого)», «Взаимосвязь понятий "свобода", "равенство" и "братство"». Еще юношей в 1907 году я написал о свободе и равенстве как о ценностях отрицательных, не имеющих своего положительного содержания. Человек может переживать рабство, неравенство как болезнь общества. Но здоровье переживать нельзя. Переживание — это освобождение от рабства, от гнета неравенства. Так переживается не здоровье, а выздоровление. Братство — реальное переживание, оно имеет свое содержание в любви к друг другу и к чему-то высшему, стоящему над нами (Бог, Родина). Еще обсуждалась тема «Товарищество и дружба». Это разные понятия. Товарищей объединяет какое-нибудь дело (учение, борьба, труд). Друзей объединяет внутренняя жизнь. Дружба — глубокое, индивидуальное понятие. Она не исключает дела, но не сводится к нему. Что дает смысл жизни и ее наполнение: любовь, творчество, искусство, труд. Запомнилось мне своеобразное выступление Марии Константиновны Неслуховской (теперь жена Н.Тихонова). Она говорила о смысле грехопадения: «Адам и Ева вздумали приобрести самое ценное — познание добра и зла — без всякого труда, просто вкусив запретное яблоко». Труд для нас был основой нравственной жизни. Собирались мы первоначально по вторникам, а потом решили встречаться в воскресные дни, чтоб иметь более свежие головы. Наши вечера напоминали собрания кружка Н.В.Станкевича строго трезвенным характером: только чай. Встречались самые разнообразные люди. Приходили и уходили. Бывали биолог Л.А.Орбели, художники К.С.Петров-Водкин, Л.А.Бруни, литературовед Л.В.Пумпянский, музыкант М.В.Юдина, бывал рабочий Иван Андреевич, скромный и обаятельный человек, но фамилию его забыл. Постепенно кружок срастался и начинал менять свой характер: становился более религиозным. По инициативе Мейера и Половцевой собрания открывались молитвой, в нее были включены слова о «свободе духа». А беседа начиналась с пожатия рук всех собравшихся. Получался круг вроде хоровода. Мейер и Половцева всячески стремились придать собраниям характер ритуала. Отмечая первую годовщину основания кружка, испекли хлеб и перед началом роздали его всем присутствующим. Это были дни голода. Меня, и в особенности мою жену, смущали эти тенденции. Переменили и адрес собрания, но не в конспиративных целях. Мы подчеркивали, что у нас нет ничего тайного. К нам может прийти каждый желающий. Не помню, с какого времени стали собираться на Малом проспекте, близ Б.Спасской, в одноэтажном домике, двери которого не запирались. Приходившие приносили несколько поленьев, и, когда трещал огонь в печках, становилось уютно и создавалось особое чувство близости. Бывало, прежде чем разойтись, просили мужа Ксении Анатольевны Павла Дмитриевича Васильева спеть нам что-нибудь. Голос у него был очень приятный, и пел он с большим чувством. В особенности хорошо выходила ария князя Игоря. Не помню, у кого возникла идея издавать свой журнал, не помню, кто дал средства. Это был 1918 год (начало). Свой орган мы назвали «Свободные голоса». Вышло всего два номера. Журнал вызвал резкую оппозицию Мережковского и З.Гиппиус. Они обвинили нас в том же грехе, что и А.Блока за его «Двенадцать». Было решено встретиться с нашими противниками. Мережковский с женой пригласили нас к себе. Жили они где-то за Литейным. Мережковскому нездоровилось. Помню его невысокую фигуру, темные горящие глаза и темную бороду, подстриженную, как бороды на византийских мозаиках. Но разговор не носил политического характера. Он быстро перешел на тему любви, излюбленную тему наших хозяев. Мережковский развивал теорию брака трех (menage en trois). Он говорил, очень волнуясь, о том, что брак вдвоем отжил. Это ветхозаветный брак. Он отменен Новым Заветом. Его взгляды разделялись, насколько я помню, и Мейером, и Половцевой. Моя жена ответила: «Ветхий Завет — это — "да будет плоть едина". Новый Завет дал новую заповедь: "Да будет и дух един. Возлюбим друг друга да единомыслием исповемы"». Жена моя спорила горячо и отличалась страстностью, логической последовательностью. Дмитрий Сергеевич очень волновался, вертелся, не находя возражений, а Зинаида Николаевна наслаждалась спором и насмешливо поглядывала на мужа, который суетился и шаркал туфлями, а халатик жены, который он почему-то надел, ходуном ходил на нем. Когда спор погас и мы собрались уходить, Мережковский поднялся и сказал глухим голосом: «Мы живем в эпоху, когда мир вновь превратился в хаос. Но теперь... — он сделал паузу, а потом с большой силой воскликнул: — Но не дух Божий царит над ним, а дух Дьявола!» Я их больше не видел. То, что они эмигрировали, меня не удивило. Об их поведении в эмиграции ходят противоречивые слухи. Итак, пути наши с левым течением религиозной мысли разошлись. Мы и для петроградской школы оказались слишком левыми. Мы мечтали, что в домике с открытыми дверями, у печки, обогревавшей очень холодную комнату, у нас в сдержанных беседах родятся новые мысли и мы явимся ядром нового сенсимонизма, продолжателями Пьера Леру, Ламенне, Жорж Санд...

Мало-помалу я отходил от кружка Мейера, не порывая с ним. Я ушел в ту работу на культурном фронте, которая так молодо бурлила в первые годы советской власти. А позднее — в конце 20-х годов — в краеведение, которое меня тесно связывало с родиной, уводя из круга научных интересов, удерживавших меня в средних веках западного мира. Но встречаясь с вторничанами на различных тропинках, проложенных человеческими судьбами в лесу нашей эпохи, я всегда был рад вспомнить наши встречи, наши беседы, наши вечера. В декабре 1928 года я узнал, что арестованы А.А., Кс.Анат. и Л.В.Пумпянский. «Тучи снова надо мною». Вскоре в Доме книги на лестнице я встретил Пумпянского. Он шарахнулся от меня, как от заразного. А месяц спустя там же сам подошел ко мне и тихо сказал: «Прошло уже время, и я могу говорить, не волнуя вас. Следователь, ведущий дело Мейера, просил меня передать вам и М.В.Юдиной, чтоб вас не беспокоил арест Мейера. Вас к этому делу не привлекут». Видя мое удивление, Пумпянский поспешно добавил: «Вы, может быть, не знаете, что я был тоже арестован, а теперь на воле. Я молчал месяц, чтобы вы поверили моим словам. Месяц прошел, а ни вас, ни М.В.Юдину не трогают. Теперь вы можете положиться на обещание следователя». На Вербной неделе я получил приглашение явиться в ГПУ на Гороховую. Следователь Стромин недолго допрашивал меня. Он спросил, давно ли я был на собрании у Мейера. Я ответил, что начиная с 1921 года я бывал все реже и реже, а последний раз был в 25-м году. — Почему же вы бывали все реже и реже? Вы разошлись с Мейером и его друзьями на идейной почве? — Нет, идейно я с ними не порвал. Меня отвлекла занимающая меня работа в области культурно-просветительной, я писал книги, потом работал в ЦБК. — Значит, идейно вы не порывали с «Воскресением»? — Нет, не порывал. Тогда я не понял, какое значение вкладывалось в слово «воскресение». Оказывается, Мейеру были предъявлены обвинения в организации контрреволюционного общества «Воскресение», названного так потому, что оно ставило своей целью воскресение старого режима. После допроса я был арестован и отправлен в Дом предварительного заключения (ДПЗ), где был заключен по 3-му разряду в камеру №22. /.../ Наконец вызвали меня к следователю. Допрос был короток. Стромин старался уверить меня, что я принадлежал к организации, которая считает советскую власть властью Антихриста. Я ему сказал, что он совершенно не понял направления кружка Мейера и Половцевой. Ксения Анатольевна разделяет всю экономическую и социальную программу большевиков, но она, как и другие, считает ее недостаточной для обновления человечества и построения коммунизма. Нужна религия. Ее мечта: сочетание того и другого. Это произойдет тогда, когда 1 мая встретится с Пасхальным воскресеньем. Больше Стромин меня не вызывал.

Всех нас заперли в столыпинский вагон. В купе высоко — маленькие окна. Купе отделено от коридора тяжелой решеткой. Несколько друзей издали наблюдали посадку. К нашему удивлению и радости, мы все вместе. Поезд тронулся. Прощай, Петербург. /.../ Мы молчали. Первым заговорил А.А.Мейер: «Кончилась жизнь. Теперь начинается житие».

БИБЛИОГРАФИЯ РАБОТ А.А.МЕЙЕРА 1. [Пер.] Барт П. ДУАЛИСТИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ (Из кн. P.Bart. DIE PHILOSOPHIE DER GESCHICHTE ALS SOCIOLOGIE, Leipzig, 1897 — гл.5 первого отдела) — «Научное обозрение» №5, сс..932-958. 2. [Пер.] Барт. П. ПОНЯТИЕ ИСТОРИИ. — «Научное обозрение» №7, сс.1300-1310.

3. [Пер.] Мах Э. НАУЧНО-ПОПУЛЯРНЫЕ ОЧЕРКИ. Вып.1. (представляющий отдельное целое). МЕТОД И ЦЕЛЬ НА УЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ. ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ. Вып.2. ЭТЮДЫ ПО ЕСТЕСТВОЗНАНИЮ. (Пер. под ред. П.К.Энгельмейстера). М., изд. А.Ю.Маноцковой, 128 стр. 4. [Пер.] Йодль Фр. ДАВИД ЮМ, ЕГО ЖИЗНЬ И ФИЛОСОФИЯ. М., изд. А.Ю.Маноцковой, 148 стр. 5. [Пер.] Геринг К. КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕЧАНИЯ К ТЕОРИИ ПОЗНАНИЯ ЮНГА. — В кн. Фр.Йодля (см. №4), сс.139-147.

6. [Пер.] Эльзенганс Т. ОСНОВЫ ПСИХОЛОГИИ И ЛОГИКИ. (ВВЕДЕНИЕ В ФИЛОСОФИЮ). (На обл.: Популярнонаучная библиотека А.Ю.Маноцковой. Вторая серия, №1). СПб., [изд. А.Ю.Маноцковой], 264 стр. 1905-1906 7. [Статьи в газ. «Русский Туркестан»]: ДАЧНИКИ (рец. на пьесу М.Горького) — №39, 18.02.1905, сс.2-3;

«ДАЧНИКИ» В ВОЕННОМ СОБРАНИИ (рец. на постановку) — №43, 24.02., с.3;

«ПРИВИДЕНИЯ» Г.ИБСЕНА (К ПОСТАНОВКЕ ПЬЕСЫ В ВОЕННОМ СОБРАНИИ) — №56, 13.03., сс.3-4;

ПРАВИЛА О ВЫБОРАХ ОТ РАБОЧИХ НА ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГАХ — Номера публикаций, авторство которых приписано нами А А Мейеру предположительно, отмечены звездочкой (*) №58, 16.03., сс.2-3;

В ВАГОНАХ ТРЕТЬЕГО КЛАССА — №93, 97, 101, 103, 30.04.-14.05., сс.2-3;

«ПРАЗДНИК» — №94, 1.05., сс.2-3;

ВЕСЕННИЙ ПОТОК (театр, рец.) — №103, 14.05., с.3;

АНКЕТА — №108, 20.05., с.3;

ТЕАТР — №108, 20.05., с.3;

ТЕАТР. Е.В.ЧАРУССКАЯ — ШП, 24.05., сс.2-3;

ТЕАТР, КАМО ГРЯДЕШИ? — №121, 5.06..С.4;

ЭЛИЗЕ РЕКЛЮ (НЕКРОЛОГ) — №138, 26.06., с.3;

ТАШКЕНТ, 17 ИЮЛЯ 1905 г. (передовая) — №155, 17.07., с.1;

ЧТО ТАКОЕ АНОНИМ И ЧТО ТАКОЕ ПСЕВДОНИМ? — №157, 20.07., с.3;

БЕЗ ЗАГЛАВИЯ... (Маленький фельетон) — №161, 24.07., сс.2-3;

ЛИТЕРАТУРНАЯ ЗАМЕТКА — №164, 28.07., сс.2-3;

БИБЛИОГРАФИЧЕСКАЯ ЗАМЕТКА. ТЕПЛОЕ СЛОВО г.МРУЗА (рец. на кн. Мруз. ПАМФЛЕТЫ И ЭСКИЗЫ. Самарканд, изд. ред. газ. «Самарканд», 1905) — №196, 7.09., с.З;

ЛИТЕРАТУРНАЯ ЗАМЕТКА. УТОПИЯ В.МОРРИСА — №210, 213, 215, 25.09.-1.10., с.2;

ЖУРНАЛЬНОЕ ОБОЗРЕНИЕ. («ПРАВДА», АВГУСТ) (о журнале ортодоксальных марксистов) — №227, 16.10., сс.2-3;

НЕ БУДЕМ СВИСТАТЬ... №237, 10.11., с.2;

ПО ПОВОДУ ОДНОЙ ПЕРЕДОВИЦЫ — №239, 12.11., с.2-3;

ЧЕГО ХОТЯТ «КРАЙНИЕ ПАРТИИ»? — №245-247, 19.-22.11., с.3;

(совм. с др. письмо в газ. «Туркестанские ведомости») — №256, 3.12., с.2. ПОВОРОТНЫЙ ПУНКТ В СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ ДВИЖЕНИИ — №5, 6.01.1906, с.1;

ЧТО ДЕЛАЕТСЯ НА ЗАПАДЕ? ГЕРМАНИЯ И АВСТРИЯ. — №9, 13.01., с.2;

ЧТО ДЕЛАЕТСЯ НА ЗАПАДЕ? ФРАНЦИЯ И АНГЛИЯ — №11, 15.01., с.2;

ДОМОРОЩЕННЫЕ СОЦИОЛОГИ — №12, 17.01., сс. 1-2;

ЖАНДАРМСКАЯ ПОЛИЦИЯ — №19, 10.02., сс.3-4;

«АНАРХИЯ» (реферат кн. А.Амона СОЦИАЛИЗМ И АНАРХИЗМ) — №21, 22, 15.-16.02., сс.2-3;

АНАРХИЗМ В ОДЕССЕ — №24-26, 18-21.02., сс.2-3;

ЧТО ДЕЛАЕТСЯ НА ЗАПАДЕ? МАРОКСКИЙ ВОПРОС — №27, 28, 22-23.02., с.2;

ПО ПОВОДУ ОТЧЕТА О РЕФЕРАТЕ А.МЕЙЕРА — №29, 24.02., с.3;

ПАРТИЯ «РАДИКАЛОВ» — №30, 25.02., с.2;

ЧТО ДАЛА НАМ «СМУТА»? — №31, 26.02., с.2;

ПЛЕХАНОВ И РУССКАЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ — №31, 26.02., сс.3-4;

ПОЛОЖЕНИЕ О ПРАВАХ И ПРЕИМУЩЕСТВАХ РАБОЧИХ — №32, 28.02., с.2;

К ТОЛКАМ О СОЦИАЛИЗМЕ — № 35, 36, 40, 3.-9.03., сс.2-3;

ПРАВИЛА О ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ СОЮЗАХ — №48, 18.03., с.3;

ЧТО ДЕЛАЕТСЯ НА ЗАПАДЕ? ПАДЕНИЕ МИНИСТЕРСТВА — №58, 2.04., сс.2-3;

ПО ПОВОДУ ВЗГЛЯДОВ г.КАУФМАНА НА ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКИЙ ВОПРОС — №88, 13.05., с.2;

Г.ИБСЕН (НЕКРОЛОГ) — №91, 17.05., с.2;

К ЧЕМУ ПРИВОДИТ ПОЛОВИНЧАТАЯ ТАКТИКА? — №93, 20.05., с.2;

БЫЛ ЛИ ОШИБКОЙ БОЙКОТ ДУМЫ? — №99, 100, 27.-28.05., с.2;

БЕЗРАБОТНЫЕ (Передовая) — №101, 30.05., сс.1-2;

УМЕРЕННЫЕ ИЗБИРАТЕЛИ. «ПОРЯДКОВЦЫ» ПЕРЕМЕНИЛИ ШКУРУ — №108, 7.06., с.2;

УМЕРЕННЫЕ ИЗБИРАТЕЛИ. II. КАК УЗНАТЬ, ЧЕГО ХОЧЕТ ПАРТИЯ. — №110, 9.06., с.2;

УМЕРЕННЫЕ ИЗБИРАТЕЛИ. III. УМЕРЕННОСТЬ — №113, 13.06., с.2;

МОЩНАЯ ПОДДЕРЖКА — №117, 17.06., с.2;

БАКУНИН — №132, 133, 6.-7.07., с.2;

(совм. с др. заявление об аресте М.В.Морозова) — №141, 16.07., с.2;

К ВОПРОСУ О «ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ» КОНСТИТУЦИОНАЛИСТОВ-ДЕМОКРАТОВ — №148, 25.07., сс.2-3;

АГИТАЦИЯ ПРОТИВ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДУМЫ — №150, 27.07, с.2.

8. [Пер.] Штаммлер Р. ХОЗЯЙСТВО И ПРАВО С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ МА ТЕРИАЛИСТИЧЕСКОГО ПОНИМАНИЯ ИСТОРИИ. Под ред. и с пред. И.А.Давыдова. СПб., изд. «Начало», т.I — 408 стр. и т.II — XXII + 348 стр. (М. принадлежит пер. кн.II (ПРЕДМЕТ СОЦИАЛЬНОЙ НАУКИ) из т.1 и §§63-69, 86-88 и прим. к кн.IV (СОЦИАЛЬНАЯ ТЕЛЕОЛОГИЯ) из т.II). 9. БАКУНИН И МАРКС — Сб. «Факелы», книга вторая, СПб., изд. Д.К.Тихомирова, март, cc.85-135. 10. ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ АНАРХИЗМА. (Под псевд. Александр Ветров). — Там же, cc. 163-190. 11. О СМЫСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ — «Перевал» [М.], №8/9, июнь-июль, cc.44-49. 12*. ХРИСТИАНСКИЙ СОЦИАЛИЗМ. (Рец. на статью Ник.Смирнова ХРИСТИАНСКО-СОЦИАЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ — «Богословский вестник», 1907, №7/8, cc.523-557). — «Религия и жизнь», №3, cc.56-57.

13. [Выступление в прениях по докладу С.А.Аскольдова О СТАРОМ И НОВОМ РЕЛИГИОЗНОМ СОЗНАНИИ на заседании СПб РФО** 15.10.1907) — «Записки СПб РФО», вып.1, СПб., сс.51-53. 14. [Выступление в прениях по докладу Д.С.Мережковского О ЦЕРКВИ ГРЯДУЩЕГО на заседании СПб РФО 8.11.1907) — «Записки СПб РФО», вып.2, сс. 12-15.

** СРб РФО — С.-Петербургское Религиозно-Философское об-во. Пг РФО Петроградское Религиозно-Философское об-во.

15. [Пер.] Пфлейдерер О. О РЕЛИГИИ И РЕЛИГИЯХ. Под ред. П.Юшкевича. СПб., [изд. «Прометей], 252 стр. 16. РЕЛИГИЯ И КУЛЬТУРА (ПО ПОВОДУ СОВРЕМЕННЫХ РЕЛИГИОЗНЫХ ИСКАНИЙ). СПб., [изд. «Прометей», типо-литография т-ва «Грамотность»], 84 стр. 17*. ОБЩЕСТВЕННОЕ ПРИЗРЕНИЕ БЕДНЫХ В г. РИГЕ — «Трудовая помощь», №5, май, отд.II, сс.455-476. 18. О РАЗРУШАЮЩЕЙ РЕЛИГИЮ КНИГЕ. (Рец. на кн. М.Гюйо ИРРЕЛИГИОЗНОСТЬ БУДУЩЕГО. Пер. с фр. под ред. В.М.Фриче. М., 1909 и М.Гюйо БЕЗВЕРИЕ БУДУЩЕГО. С биогр. заметкой о Гюйо А.Фуллье и пред. Д.Н.ОвсяникоКуликовского. Пер. под ред. Я.Л.Сакера. СПб., 1908). — «Журнал Министерства народного просвещения», ч.XXI, июнь, отд. «Критика и библиография», cc.387-405. 19*. БЛАГОТВОРИТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ НИЖЕГОРОДСКОГО ГУБЕРНСКОГО ЗЕМСТВА — «Трудовая помощь», №8, окт., cc.252-269. 20*. ОБЩЕСТВЕННОЕ ПРИЗРЕНИЕ БЕДНЫХ В г. САРАТОВЕ. — «Трудовая помощь», №10, дек., отд.II, сс.474-488.

21. ПРОГРАММА ЛЕКЦИЙ ПО ИСТОРИИ ФИЛОСОФИИ. — «Отчет о деятельности С.-Петербургского общества народных университетов за 1909 год», СПб., cc.41-42. 22*. ГОРОДСКИЕ УЧАСТКОВЫЕ ПОПЕЧИТЕЛЬСТВА О БЕДНЫХ г.КИЕВА В 1908 г. — «Трудовая помощь», №4, апр., cc.338-344.

23. НОВЫЙ ПРОРОК ВОСТОКА. (Рец. на кн. T.Mlyazak MY NEW GOSPEL). — «Русская мысль», №9, сс.36-41.

24*. МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ ДОМ ТРУДОЛЮБИЯ И РАБОТНЫЙ ДОМ В ЕГО ПРОШЛОМ И НАСТОЯЩЕМ. — «Трудовая помощь», №9, нояб., сс.405-409.

25. [Выступление в прениях по вопросу об отношении СПб РФО к деятельности В.В.Розанова на заседании об-ва 26.01.1914) — «Записки СПб РФО», вып.IV, СПб., сс.32-34. 26*. ВРАЧЕБНАЯ ПОМОЩЬ В УЧРЕЖДЕНИЯХ ТРУДОВОЙ ПОМОЩИ В С.-ПЕТЕРБУРГЕ. — «Трудовая помощь», №1, cc.51-56. 27. ГЕРАКЛИТ. — «Ежемесячный журнал литературы, науки и общественной жизни», №1, янв., cc.96-101. 28. СОФИСТЫ И СОКРАТ. — Там же, №2, февр., cc. 114-121. 29. ПЛАТОН. — Там же, №4, апр., cc.54-59 и №6, июнь, сс.77-80. 30. МАЙ. СПб., [изд. «Прометей»], 24 стр. 31*. ПОМОЩЬ РАНЕНЫМ И БОЛЬНЫМ ВОИНАМ. (Отчет). — «Трудовая помощь», №8, cc.250-262;

№10, cc.475-492;

1915: №4, cc.340-352;

№5, cc. 483-494;

№6, сс.43-53;

1916: №1, сс.38-48, №6, cc.36-44. 32*. ПОМОЩЬ НАСЕЛЕНИЮ, ПОСТРАДАВШЕМУ ОТ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ. — Там же, №9, сс.333-345;

1915: №5, сс.495-504;

№6, cc.54-62;

№7, cc. 120-134;

1916: №1, cc.39-47. 33*. ПОМОЩЬ СЕМЬЯМ ЗАПАСНЫХ И РАТНИКОВ. — Там же, №9, cc.346-351;

№10, сс.456-463;

1915: №5, сс.475-482;

№6, cc.35-43;

№7, сс.99-112;

№8, сс.215-220;

1916: №9, сс.398-407. 34. ФИХТЕ И НЕМЕЦКАЯ КУЛЬТУРА. — «Ежемесячный журнал литературы, науки и общественной жизни», №10, окт., сс.93-97.

35. ЧАСТНОЕ И ОБЩЕЕ. — «Голос жизни», №5, с. 18. 36. ПЕРВОЕ МАЯ. — «Ежемесячный журнал литературы, науки и общественной жизни», №5, май, cc.70-72. 37. КАЮЩИЕСЯ ИНТЕЛЛИГЕНТЫ. — «Голос жизни», №11, cc.17-18. 38*. ПОМОЩЬ БЕЖЕНЦАМ. — «Трудовая помощь», №8, сc.230-247;

№10, сс.461-473;

1916: №1, сс.49-63;

№2, cc. 150-161;

№3, сс.259-270;

№4, cc.352-358;

№5, сс.461-468, №6, сс.45-53;

№7, cc.132-148;

№8, сс.265-273;

№9, cc.391-397;

№10, cc.506-513. 39*. ТРУДОВАЯ ПОМОЩЬ УВЕЧНЫМ ВОИНАМ. — Там же, №8, cc.248-257.

40. РЕЛИГИОЗНЫЙ СМЫСЛ МЕССИАНИЗМА. (Доклад на заседании Пг РФО 26.10.1914) — «Записки Пг РФО (19141915 гг.)», вып.VI, Пг., cc.1-7. 41. [Речь в прениях по своему докладу на том же заседании]. — Там же, cc. 15-16. 42 [Тезисы доклада РЕЛИГИОЗНЫЙ СМЫСЛ МЕССИАНИЗМА]. — Там же, с.45. 43. [Речь в прениях по докладу З.Н.Гиппиус ИСТОРИЯ В ХРИСТИАНСТВЕ на заседании Пг РФО 26.11.1914]. — Там же, cc.60-62. 44. [Речи в прениях по докладу С.М.Соловьева О СОВРЕМЕННОМ ПАТРИОТИЗМЕ на заседании Пг РФО 21.12.1914]. — Там же, cc.79-80, 84. 45. [Речь в прениях по докладу Г.А.Василевского ВИНОВАТА ЛИ ГЕРМАНСКАЯ КУЛЬТУРА? на заседании Пг РФО 8.03.1915]. — Там же, cc.105-106. 46 [Речи в прениях по докладу Г.М.Койгена ГОСУДАРСТВО И РЕЛИГИЯ на заседаниях Пг РФО 15.03. и 12.04.1915]. — Там же, cc. 116-118, 129-132. 47. ОБЩЕСТВЕННЫЕ РАБОТЫ И БЕЖЕНЦЫ — «Трудовая помощь», №1, cc.64-68. 48 ДВИЖЕНИЕ В ПОЛЬЗУ УСТРОЙСТВА НАРОДНЫХ ДОМОВ. — «Трудовая помощь», №5, cc.421 -427. 49. СОВЕЩАНИЕ ПО ВОПРОСАМ О ПОМОЩИ УВЕЧНЫМ ВОИНАМ. — «Трудовая помощь», №10, cc.514-520. 50. ВО ЧТО СЕГОДНЯ ВЕРИТ ГЕРМАНИЯ? (Под псевд. А.Ветров). Пг., изд. «Корабль», 37 стр. 1917** 51. НАРОД — НЕ ТОЛПА. (Без имени автора). СПб., изд. «Друзей Свободы», март, 12 стр 52. ЧТО ТАКОЕ СВОБОДА? Пг, изд. Союза Солдат-Республиканцев (№3), 16 стр. 53. ЦЕРКОВЬ И ГОСУДАРСТВО. (Лекции, читанные на курсах для агитаторов). Пг., изд. Народного университета им. Л.И.Лутугина, 7 стр.

** Статьи этого года ВЕЛИКИЙ НЕМОЙ и ПРАВДА И НЕПРАВДА СОЦИАЛИЗМА, напечатанные в периодике, нами не разысканы 54. СОВЕЩАНИЕ ПО ВОПРОСАМ ОРГАНИЗАЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ ПОМОЩИ ДЕТЯМ. — «Трудовая помощь», №7, сент., отд.II, сс.169-198.

55. О ПУТЯХ К ВОЗРОЖДЕНИЮ. — «Свободные голоса», №1, стлб. 18-22. 56. ИНТЕРНАЦИОНАЛ И РОССИЯ. — «Свободные голоса», №1, стлб. 24-28. 57. О СВОБОДНОМ ТРУДЕ. — «Трудовая помощь», №6, июнь, [отд.II], сс.52-57. 58. О ПРАВЕ НА МИФ. — «Свободные голоса», №2, стлб. 17-22. 59. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ «АРМИИ СПАСЕНИЯ» В РОССИИ. — «Трудовая помощь», №7, авг., [отд.II], сс. 130-138.

60. ИДЕЯ П. Ф.ЛЕСГАФТА. (Доклад на юбилейном заседании Научного ин-та им. П.Ф.Лесгафта 19.12.1923). — «Известия Ленинградского Научного института им. П.Ф.Лесгафта», Л., т.VIII (XXV), сс.93-99.

61. ПРИНУДИТЕЛЬНЫЙ ТРУД, КАК МЕТОД ПЕРЕВОСПИТАНИЯ. — «Соловецкие острова», №3/4, сс.45-47.

СПИСОК РАБОТ А.А.МЕЙЕРА, ОСТАВШИХСЯ В РУКОПИСИ (частично вошедших в настоящее издание) 1. О КЛАССОВОЙ БОРЬБЕ. Пг., 1916. 2. ЛИЧНОСТЬ. Пг., 1919. 3. ЧТО ТАКОЕ РЕЛИГИЯ? Л., 1926. 4. ЭСТЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД. Л., 1927. 5. ЧТО ТАКОЕ ЛЕСГАФТИЗМ? Л. (ДПЗ), 1929. 6. О РИТМЕ В ТРУДЕ (ЗАДАНИЕ И ИСПОЛНЕНИЕ). СЛОН, 1930. 7. ПРОТИВ ИДЕАЛИЗМА. PAR ERGO. Медвежья Гора, 1931. 8. ЗВОН И СЛОВО В «ФАУСТЕ» ГЕТЕ. Медвежья Гора, 1931. 9. REVELATIA (ОБ ОТКРОВЕНИИ). Медвежья Гора, 1931 — Дмитров, 1935. 10. ЖЕРТВА. ЗАМЕТКИ О СМЫСЛЕ МИСТЕРИИ. Медвежья Гора, 1932-33. 11. GLORIA (О СЛАВЕ). Медвежья Гора, 1932 — Дмитров, 1936. 12. МЫСЛИ О ДВИЖЕНИИ. Медвежья Гора, 1933 — Дмитров, 1935. 13. ТРИ ИСТОКА. МЫСЛИ ПРО СЕБЯ. Медвежья Гора, 1933 — Калязин, 1937. 14. И.П.ПАВЛОВУ. (Письмо). Медвежья Гора, 1933 — Калязин, 1938. 15. РАЗМЫШЛЕНИЯ ПРИ ЧТЕНИИ «ФАУСТА» ГЕТЕ. Дмитров, 1935. 16. ПИСЬМО К ВНУКАМ. Дмитров, 1935 — Калязин, 1938. П. КЛАССИФИКАЦИЯ ИСКУССТВ. Дмитров, 1936. 18. [Пер.] Новалис (отрывки). Дмитров, 1937. 19. ДВЕ ЭПОХИ. Наброски. Калязин, 1938. 20. [Пер.] Порфирий. О ПЕЩЕРЕ НИМФ. Калязин, 1938. 21. МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ КЛАССИФИКАЦИИ ЭПИТЕТОВ ОРФИЧЕСКИХ ГИМНОВ. Калязин, 1938. 22. DE MUNDO VISIBLE (О ВИДИМОМ МИРЕ). Калязин, 1938. 23. [Пер.] PHISIOGNOMICA GRAECAE. (Материалы по изучению греческих физиогномистов). Калязин, 1938.

24. [Пер.] Прокл. О БОГОСЛОВИИ ПЛАТОНА. (Кн.V, гл.3-9). Калязин, 1938-39. 25. [Пер.] Аристотель. ТРАКТАТ О ЦВЕТАХ. Калязин, 1938-39. 26. [Пер.] Теофраст. О ЦВЕТАХ. Калязин, 1938-39. 27. ПЕРВЫЕ ШАГИ В ОБЛАСТИ НАУЧНОЙ ТЕОРИИ ЦВЕТА. Калязин, 1938-39.

СОДЕРЖАНИЕ Вступительные статьи А.А.МЕЙЕР. ФИЛОСОФСКИЕ СОЧИНЕНИЯ: Религия и культура О праве на миф Эстетический подход Заметки о смысле мистерии (Жертва) Ревеляция (Об откровении) Размышления при чтении «Фауста» Gloria (О славе) Мысли про себя ПРИЛОЖЕНИЯ: Е.Н.Федотова. Из воспоминаний о Г.П.Федотове Н.П.Анциферов. Воскресение БИБЛИОГРАФИЯ РАБОТ А.А.МЕЙЕРА 31 96 101 105 166 235 377 389 354 ACHEV LE PAR DE LA DIMPRIMER OCTOBRE L'IMPRIMERIE MANUTENTION A MAYENNE N°

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.