WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ОБРАЗОВАНИЯ МОСКОВСКИЙ ПСИХОЛОГО-СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ В. М. Блейхер, И. В. Крук, С. Н. Боков Клиническая патопсихология Руководство для врачей и клинических психологов ...»

-- [ Страница 7 ] --

По данным Л. Н. Поперечной, И. А. Коробейникова, С. Я. Ру бинштейн, В. Н. Зухаря (1978), обследовавших здоровых детей в период предшкольной диспансеризации, за 3 мин дети успевают заполнить в среднем от 50 до 80 фигур. По данным Т. В. Тереховой (1976), здоровые дети тратили на выполнение задания от 5, мин. до 9,4 мин. По нашим данным, здоровые дети 6—7 лет за полняют 100 фигур за (4,7±1,4)мин, допуская при этом (0,30+0,04) ошибки.

Об устойчивости внимания судят не по длительности выпол нения задания, а по количеству ошибок, наличию или отсутствию ускорения темпа работы к концу задания, которое свидетельствует о хорошей упражняемости, по наличию замедления темпа работы к концу задания, свидетельствующего об утомляемости, по тенденции к разнообразию деятельности, свидетельствующей о повышенной пресыщаемости.

Мы применяли методику Пьерона — Рузера для обследования детей с клинически выраженными неустойчивостью внимания, истощаемостью. Однако они удовлетворительно выполняли зада ния, что объяснялось, по-видимому, положительным эмоциональ ным отношением к ситуации патопсихологического исследова ния. В связи с этим нами предложена модификация методики Пьерона — Рузера, заключающаяся в том, что после выполнения одного задания ребенку дают второй аналогичный бланк, но при этом предлагается подставлять те же значки в другие фигуры: ес ли в 1-м задании в квадраты подставлялась точка, то во 2-м — в квадрат подставляется вертикальная черта, а точка подставляется в треугольник. Задание оказалось трудным для детей с инертными психическими процессами, замедлялся процесс «врабатывания», что свидетельствовало о трудностях в переключении внимания.

При выполнении 2-го задания появлялись глубокие вздохи, зе вота, дети пытались уклониться от продолжения исследования, увеличивалось количество допускаемых ошибок.

Если ребенок доводил выполнение задания до конца, ему предлагалось заполнить 3-й бланк следующим образом: все не четные строчки — по образцу 1-го задания, все четные — по об разцу 2-го. Для умственно отсталых детей и детей с выраженной церебрастенией приходилось несколько раз повторять инструк цию. Задание оказалось совершенно невыполнимым для умствен но отсталых детей;

у детей с церебрастенией различного проис хождения и астеническими состояниями, соматогенно и психо генно обусловленными, выявлялись истощаемость, пресыщае мость: количество ошибок резко возрастало, ребенок терял инте рес к тому, правильно ли он выполняет задание, заполняя фигурки наугад. Участи обследуемых отмечалось включение компенсатор ных механизмов: появлялась внешняя, не обращенная к собесед нику, речь, некоторые дети находили более рациональные спосо бы действия: переходя от строки к строке, убирали из поля своего зрения ненужный в данный момент образец.

Для исследования работоспособности у дошкольников приме няется вариант методики В. М. Когана, в котором используются 25 карточек с различными по цвету и форме фигурами и доска с 25 клетками, где слева по вертикали нанесены 5 цветных пятен и сверху по горизонтали нарисованы 5 форм, в соответствии с имеющимися на карточках.

Работа включает 4 этапа: пересчитывание карточек (Т1);

пере счет с одновременной сортировкой по цвету (Т2);

пересчет с сор тировкой по форме (ТЗ), раскладка на доске с одновременным учетом цвета и формы карточек и пересчетом (Т4). Фиксируется время пересчета каждых 5 карточек на всех этапах работы и об щее время выполнения каждого этапа. Вычисляется так называе мый дефицит времени:

Д = Т4 - (Т2 + Т3).

У здоровых детей работа сопровождается интересом, ошибки носят эпизодический характер и представляют собой временную потерю счета, раскладку одноименных групп на 2-м и 3-м этапах, раскладывание карточек без одновременного совмещения призна ков на 4-м этапе. Здоровые дети на всех этапах работы исправля ют ошибки самостоятельно при указании на них. Дети с церебра стеническими состояниями, начиная со 2-го этапа, сбиваются со счета. У них увеличивается время выполнения задания, появляют ся одноименные группы;

на 3-м этапе часто отмечается переход от сортировки по форме к предыдущему способу. На 4-м этапе дети нуждаются в дополнительной помощи: исследующий рас кладывает карточки вместе с ребенком до тех пор, пока он не уложит самостоятельно 3 карточки правильно. После этого инст рукцию можно считать усвоенной и начинать хронометрирова ние. По нашим наблюдениям, 4-й этап у здоровых детей и детей с церебрастеническими состояниями проходит с постепенным улучшением качества работы, так как заполнение большого числа клеток на доске создает дополнительные ориентиры, помогающие быстрее найти место для каждой карточки. Для выполнения 4-го этапа умственно отсталым детям необходима значительно боль шая помощь для усвоения инструкции. Они, как правило, неспо собны к распределению внимания, раскладывают карточки либо по форме, либо по цвету. Некоторые из них после 3—4 правильно разложенных карточек перестают придерживаться инструкции, начинают действовать наугад.

Для исследования памяти наиболее часто применяются мето дика заучивания 10 слов, исследование памяти на изображение предметов путем узнавания. По данным литературы, здоровые дети при первом предъявлении воспроизводят 4—5 слов, при пя том 8—10 слов. Стабильное увеличение количества воспроизво димых слов отмечается примерно у половины здоровых детей, у остальных динамика количества воспроизводимых слов неравно мерна. При большой истощаемости дети сначала могут удержать в памяти 5—6 слов, а при последующих повторениях вос производят все меньше слов. У некоторых детей с астеническими состояниями быстро наступает пресыщение данным видом дея тельности, что выражается в нарастающем безразличии к резуль татам исследования. При исследовании можно применять стиму ляцию — если ребенок воспроизводит слова медленно, как бы неохотно, исследующий говорит: «Еще! Постарайся вспомнить еще!». У детей с гиперкинетическим синдромом часто отмечается вплетение лишних слов.

Для исследования памяти на изображение предметов исполь зуется набор из 36 картинок;

12 из них пронумерованы на обрат ной стороне, они представляют собой основной набор. После предъявления их смешивают с остальными 24, раскладывают по в ряд и просят обследуемого найти те картинки, которые были показаны ему раньше. Результаты исследования позволяют судить об объеме памяти — по количеству правильно узнанных картинок и точности памяти — по числу карточек, которые исследуемый расположил именно в той последовательности, в которой он их видел в первый раз. Данные о памяти детей, полученные при ис следовании этим методом, в меньшей степени зависят от исто щаемости и пресыщаемости памяти ребенка. Чем меньше ребе нок, тем больше количество ошибок памяти. По данным М. П.

Кононовой (1963), в возрасте 14—15 лет число ошибок мини мально.

Для исследования мышления детей наиболее часто ис пользуются методики классификации предметов, исключения предметов, объяснение сюжетных картин, установление последо вательности событий, обучающий эксперимент.

Методика классификации применяется для исследования про цессов обобщения и абстрагирования. Для обследования подрост ков применяется стандартный набор из 70 карточек, для обследо вания детей дошкольного и младшего школьного возрастал. Н.

Поперечной, И. А. Коробейниковым, С. Я. Рубинштейн, В. П. Зу харем (1978) отобраны из стандартного набора 15 карточек: мо ряк, свинья, платье, ландыш, лиса, куртка, мак, уборщица, голубь, яблоко, книги, бабочка, ребенок, дерево, кастрюля. Суть задания заключается в том, чтобы распределить все карточки на группы и каждой группе дать обобщенные названия: люди, животные, ве щи, растения.

На результатах, полученных при исследовании по методике классификации, сказывается состояние внимания, работоспособ ности. Методика классификации позволяет выявить способность к обобщению у детей с недоразвитием речи: такие дети, даже обра зовывая группы правильно, испытывают затруднения при их на зывании. Затруднения при назывании групп встречаются и у здо ровых детей. Иногда дети отказываются называть группы, боясь допустить ошибку, что свидетельствует о повышенной тормози мости.

Методика исключения предметов в меньшей мере выявляет работоспособность и устойчивость внимания, в большей мере предъявляет требования к логической обоснованности, четкости формулировок (С. Я. Рубинштейн, 1970). Здоровые дети начиная с 6 лет понимают смысл инструкции, правильно решают первые или 4 задачи. При этом у некоторых обнаруживается бедность ак тивного словарного запаса, заключающаяся в недостаточном ко личестве обобщающих слов.

Правильно объединяя посуду и исключая часы, ребенок объ ясняет свое «решение»:

«Это из чего пьют, едят», объединив головные уборы и исклю чив сапоги: «Это что на голову одевают, а это — на ноги».

В приведенных примерах решения мотивированы правильно, но не сформулировано общее понятие для обозначения объеди няемых предметов.

Для умственно отсталых детей инструкция часто остается не понятной, они исключают предмет наугад, вместо мотивировки решения повторяют инструкцию:

«Потому что эти предметы похожи между собой, а этот не подхо дит». Умственно отсталые дети 8—9 лет иногда могут правильно решить задачи средней трудности, объясняя свои действия, они исхо дят из практического использования предметов, ситуационной их свя зи. Например, объясняя, почему исключены часы, а оставлены чашка, кружка и тарелка, ребенок говорит: «Здесь завтрак. На стол ставят тарелку, чашку, кружку. А часы зачем. Упадут, разобьются, их надо на буфет поставить». О группе головных уборов: «Это все продается в одном магазине. Тут примеряют, в зеркало смотрят. А тут — сапоги.

Здрасьте! Тетя продавщица ка-ак закричит!». Конкретность мышле ния, непонимание абстракции отражаются в попытках объединить не 3, а 2 предмета, исключив также 2, например, объединяется чашка и кружка, исключается тарелка и будильник или объединяются чашка и тарелка («Они из одного набора»), объединяются сапоги и фуражка («Они для дяди военного»).

Для некоторых детей и подростков, больных шизофренией, характерно правильное выполнение инструкции, но обобщение они производят по так называемым слабым признакам. В некото рых формулировках проявляется разноплановость суждений.

Исследование мышления в детской психиатрии часто приме няется для дифференциальной диагностики умственной отстало сти и пограничных форм интеллектуальной недостаточности.

Важным дифференциально-диагностическим критерием является обучаемость ребенка. Для выявления «зоны ближайшего разви тия» (Л. С. Выготский, 1934), по которой можно судить об обу чаемости ребенка, патопсихологические методики строятся по принципу «обучающего эксперимента». Избираются заведомо трудные для ребенка задания, а затем исследующий помогает ре шить задачу, оказывая ему помощь в виде «уроков». Помощь экс периментатора строго регламентирована, «уроки» фиксированы инструкцией.

В последние годы широко применяется методика обучающего эксперимента. Материалом для методики служат два набора кар точек (по 24 в каждом) с изображением геометрических фигур, различающихся цветом, формой и величиной. Один набор ис пользуется в основном задании, второй — в контрольном. Карточ ки основного набора дублируются на отдельной таблице, исполь зуемой для изучения ориентировочной деятельности. Экспери мент делится на 3 этапа: ориентировочный, основное задание и аналогичное задание.

Ориентировочный этап заключается в том, что ребенку издали показывают карточки основного набора со словами: «Эти карточ ки надо разложить на группы — подходящие с подходящими. Но сначала посмотри на эту доску — тут они все нарисованы — по думай, как будешь делать». Предъявляется таблица в течение 30 с, фиксируются слова и действия испытуемого. Основное задание состоит из 3 задач. Первая задача начинается с инструкции: «Раз ложи эти карточки: подходящие с подходящими, можешь сделать 3 или 4 группы». После инструкции в течение 30 с фиксируются действия и высказывания ребенка. Ребенок может начать пра вильную группировку по цвету или по форме, если же он не смог выделить признак, исследующий начинает обучение с выделения цвета. Первый урок: выбираются 2 карточки, различающиеся только одним признаком, например, большой желтый круг и большой красный круг, у ребенка спрашивают: «Чем отличаются эти карточки? Они отличаются цветом: одна жёлтая, другая крас ная» (если ребенок сам не называет различие). Затем в течение с фиксируются действия и высказывания испытуемого. Если пра вильное раскладывание не начато, то дается второй урок. Выбира ется карточка, сходная с одной из двух, лежащих на столе, по цве ту, например большой желтый треугольник, и задается вопрос:

«Куда мы положим эту карточку — сюда или сюда?». Если ребенок не дает верного ответа, исследующий продолжает: «Мы положим ее сюда, потому что она тоже желтая». Если через 30 с правильная группировка фигур не начата, дается третий урок. Рядом с преды дущими выкладывается еще одна карточка — зелёного цвета — со словами: «Сюда будем класть все жёлтые, сюда — все красные, сюда — все зелёные». Если этой помощи недостаточно, иссле дующий продолжает обучение с интервалами в 30 с. Четвертым, пятым и последующими уроками обозначается укладка каждой последующей карточки, выполненная с соответствующими сло весными пояснениями самим исследующим. В протоколе отмеча ется номер урока и дальнейшие действия ребенка. По окончании раскладки фиксируется общее время, затем исследующий говорит:

«Ты разложил карточки на группы, скажи мне, как ты их раскла дывал, почему ты положил вместе именно эти карточки, а не дру гие?». Если ребенок не может ответить на этот вопрос, исследую щий сам формулирует принцип группировки: «Мы разложили карточки по цвету: зеленые, красные и желтые». В протокол зано сятся слова ребенка.

Вторая задача начинается с того, что исследующий пе ремешивает карточки и передает их ребенку со словами: «Теперь разложи их по-другому, тоже подходящие с подходящими, но уже иначе — на 4 группы». Если ребенок начинает группировать кар точки по признаку, использовавшемуся в первой задаче, это фик сируется в протоколе как проявление инертности. Если правиль ная раскладка не начата в течение 30 с, исследующий начинает обучение по схеме, ориентируя ребенка на признак формы.

Третья задача начинается с инструкции, предлагающей ребенку разложить карточки на две группы. Помощь оказывается по той же схеме, но с ориентацией на величину Фиксируется время выполнения второй и третьей задач и уточ няется принцип раскладки в словесной форме так же, как и в пер вой задаче.

Количество карточек контрольного набора, применяемого для выполнения аналогичного задания, может быть сокращено до (2 формы, 2 величины, 3 цвета). Инструкция к заданию дается та кая: «Ты уже научился раскладывать карточки. Это — другие, но их тоже можно разложить на группы по разным признакам. Сде лай это или расскажи, как будешь делать». Не следует называть признаки или оговаривать количество групп.

По данным Л. Н. Поперечной, И. А. Коробейникова, С. Я. Ру бинштейн, В. П. Зухаря (1978), апробировавших методику обу чающего эксперимента на здоровых детях в период предшкольной диспансеризации, основная масса обнаруживает на первом этапе достаточно активную ориентировку. В большинстве случаев дети серьезно, молчаливо изучают таблицу, часть из них планирует предстоящую деятельность в активных высказываниях. Общее ко личество «обучающих» уроков, необходимых для выполнения всех трех задач основного задания, составило в среднем от 3 до 4.

Способность к логическому переносу усвоенных навыков на новое задание у большинства здоровых детей выражена достаточно чет ко (полный или частичный перенос осуществляется в вербальной или наглядно-действенной форме).

Дети 6—7 лет с церебрастеническими состояниями резидуаль но-органического генеза, испытывающие затруднения в усвоении программы обучения детского сада, по нашим данным, нуждают ся в среднем в 5—8 обучающих уроках для выполнения трех за даний. При переходе к новому признаку большинство детей обнаруживают инертность, начиная группировать карточки по признаку, использовавшемуся в предыдущей задаче. Часто дети пытаются учитывать при классификации одновременно несколько признаков, проявляя инертность и в этом своем стремлении. К концу выполнения третьей задачи у этих детей появляются ошиб ки, обусловленные истощаемостью внимания, достаточно легко корригируемые вмешательством исследующего. Повышенная ис тощаемость сказывается и на качестве переноса приобретенного опыта на выполнение аналогичного задания. Интерес, проявляе мый к аналогичному заданию, менее устойчив, дети в меньшей степени заинтересованы в оценке результата своей деятельности.

В большинстве случаев они способны к частичному переносу в вербальной или наглядно-действенной форме.

Для детей 6—7 лет с умственной отсталостью характерны пас сивная ориентировка на первом этапе обучающего эксперимента, большее количество обучающих уроков, сниженная способность к логическому переносу навыков на новое задание.

Для детей с парциальной задержкой речевого развития задания обучающего эксперимента доступны, количество обучающих уроков невелико, но затруднены словесные формулировки в кон це каждой задачи, логический перенос осуществляется в нагляд но-действенной форме. У таких детей более сохранны конструк тивный праксис, пространственная ориентировка, выявляемые, в частности, методикой Кооса. Детям 6—7 лет с задержкой психи ческого развития, умственной отсталостью может быть недо ступна сама задача построения фигуры по образцу. Для об следования таких детей А. Я. Иванова в обучающий эксперимент преобразовала методику Кооса. Были взяты лишь первая, третья и четвертая фигуры и разработаны виды помощи, которые иссле дующий оказывает ребенку, обучая его складыванию фигур. Для ориентировки в задании ребенку предлагается фигура № 1. Если он не справляется со складыванием по образцу, исследующий сам выполняет работу на глазах у ребенка. Обучение начинается с фи гуры №3.

Первый урок — исследующий переворачивает кубики нужной стороной кверху. Второй урок — исследующий складывает фи гурки на глазах у больного и, разрушив сделанное, предлагает ему самому выполнить задание. Третий урок представляет собой подробное словесное объяснение того, как нужно складывать фи гуры, сопровождаемое показом. Если задание выполнено, ребенку предлагают сложить фигуру № 4 для выявления возможности пе реноса способа действия.

В. И. Лубовский (1999), оценивая возможности применения методики обучающего эксперимента в целом, указывает, что, не смотря на большие возможности для качественного анализа пси хической деятельности ребенка и для выявления его потенциаль ных возможностей, ее продуктивное использование возможно лишь в руках высококвалифицированного и многоопытного спе циалиста, так как системный подход к исследованию и учет воз растных особенностей при работе с данной методикой до сих пор осуществляются на интуитивно-эмпирическом уровне, поскольку какие бы то ни было нормативы и схемы применительно к экспе риментально-психологическим методикам отсутствуют.

Для исследования зрительно-моторной функции применяется зрительно-моторный гештальт-тест Бендер, состоящий из 8 карт, на которых представлены 9 простых геометрических фигур, раз личных по своей сложности и взаимному расположению. Ребенку предлагают скопировать эти рисунки. Качество воспроизведения фигур зависит от степени психической зрелости.

Способность к организации, интегрированию воспри нимаемого и установлению связей между двигательными и зри тельными структурами проверяется при помощи «теста школьной зрелости» A. Kern (1963), состоящего из 6 заданий (Grundleis tungstest). Тест включает срисовывание простого предложения, написанного письменными буквами, рисование детской фигуры (после того как ребенку показывают рисунок девочки или маль чика), срисовывание группы точек.

Рисование фигуры человека по представлению дает возмож ность судить о точности наблюдения, формировании понятийного мышления. Давать такие задания можно детям начиная с 4 лет. Я.

Йирасек (1978), оценивая школьную зрелость дошкольников, раз работал пятибалльную шкалу оценки рисования мужской фигуры по представлению, подражания письменным буквам и срисовыва ния группы точек. Он разработал письменную инструкцию для оценки рисунка фигуры.

1. Нарисованная фигура должна иметь голову, туловище и конеч ности. Голова с туловищем соединена посредством шеи, и она не больше туловища. На голове имеются волосы (или их закры вает головной убор) и уши, на лице — глаза, нос и рот. Руки за кончены кистью с пятью пальцами. Нарисованы стопы. Приве дена мужская одежда. Фигура нарисована с использованием синтетического (контурного) способа.

2. Использование всех требований, как и в пункте 1, кроме син тетического способа изображения. Три недостающие части (шея, волосы, но не часть лица) могут быть выключены из тре бований, если это уравновешивается синтетическим способом изображения.

3. Рисунок должен иметь голову, туловище и конечности. Руки или ноги нарисованы двойной линией. Допускается отсутствие шеи, ушей, волос, одежды, пальцев, ступней.

4. Примитивный рисунок с туловищем. Конечности (достаточно одной пары) выражены простыми линиями.

5. Не хватает ясного изображения туловища («головоногое» изо бражение) или конечностей.

Для оценки графического изображения фигуры человека деть ми других возрастных групп были предложены оценочные шкалы, исходящие в основном из нарастания количества деталей в рисун ке. В повседневной практике наиболее целесообразной является не количественная, а качественная оценка рисунка. Возрастные особенности изображения человеческой фигуры кратко изложены L. Svancarova и J. Svancara (1978). Впервые человеческая фигура рисуется ребенком примерно в 3,5 года. В виде круга или овала изображается лицо, ноги присоединяются непосредственно к го лове (рисунок «головоногого» человека). В дальнейшем добавля ются обозначения глаз, носа и рта, позднее — изображение рук, прикрепляющихся непосредственно к голове либо к ногам. После лет ребенок переходит от линейного к двухконтурному изображе нию. Туловище бывает в виде круга, овала, треугольника или че тырехугольника. Ноги ребенок рисует далеко друг от друга. Про порции головы и туловища еще не согласованы. В 6 лет прибавля ются такие детали, как уши, волосы. Первые элементы одежды сопровождаются свойствами «прозрачности» (например, через шляпу проходит контурная линия головы). Рисунок на 7-м году отличается уточнением пропорций, более правильным присоеди нением конечностей к туловищу. Совершенствуются изображения прически и одежды. В 8 лет наблюдается переход от рисунка анфас к частичному или полному профилю. Затруднения в профильном рисунке вызывает присоединение рук к туловищу. В 9 лет чаще встречается попытка изобразить движение. Проявляются большие различия между рисунками мальчиков и девочек. Одежда характе ризуется деталями в виде рукава, пояса, карманов. Рисунки оста ются плоскостными. В 10 и 11 лет дети пытаются передать пер спективу, накладывать тени. Рисунки приобретают пластичность.

Переход к синтетическому (контурному) изображению проис ходит между 6-м и 8-м годами: в 6 лет фигура рисуется по частям, которые затем соединяются;

в 8 лет дети часто формируют при помощи одной непрерывной линии шею, плечо и руку.

Наряду с исследованием зрительно-моторной функции следует проводить оценку пространственной организации движений. Для этого применяются пробы Лурия, при которых ребенку предлага ется воспроизвести определенное положение рук исследующего.

Рука различно ориентируется относительно головы, или кисти рук располагаются в разных плоскостях. Применяются пробы Хеда, заключающиеся в том, что ребенок должен воспроизводить сле дующие движения исследователя — поочередно разными руками касаться ушей или глаз той же или противоположной стороны.

Затем требуют дать словесный отчет о том, как ребенок выполнял это действие.

Для оценки моторного развития применяется шкала Н. И. Озе рецкого (1926), с помощью которой определяется уровень мотор ной зрелости детей от 4 до 16 лет. Детям каждого возраста предла гаются 6 проб на исследование статической координации (пре имущественно рук), динамической координации всего тела в це лом, скорости движений, одновременности движений и отчетли вости выполнения действий (отсутствие синкинезий). Широко используются в практике пробы Н. И. Озерецкого «кулак— ладонь» — движения выполняются попеременно двумя руками, «ладонь—ребро—кулак» — ребенку предлагают попеременно уда рить по столу ладонью, ребром ладони и кулаком в нарастающем темпе.

Применение комплекса патопсихологических методик помога ет уточнить степень и структуру интеллектуальной недостаточно сти, исходя из чего врач может поставить обоснованный диагноз, дать родителям адекватные рекомендации в плане обучения ре бенка.

Интеллектуальная недостаточность при простом (не осложненном) психическом инфантилизме характеризуется пре обладанием конкретно-действенного и наглядно-образного мыш ления над абстрактно-логическим, склонностью к подражатель ному виду деятельности при выполнении интеллектуальных зада ний, недостаточной целенаправленностью психической деятель ности, слабостью логической памяти (В. В. Ковалев, 1979). Эти особенности сближают мышление детей с инфантилизмом с мыш лением детей-олигофренов. Патопсихологическое исследование выявляет у детей с инфантилизмом более высокий, по сравнению с олигофренами, уровень абстрактно-логического мышления, более широкую «зону ближайшего развития».

При состояниях органического инфантилизма обнару живаются менее выраженная способность к использованию по мощи, инертность, плохая переключаемость психических процес сов, нарушения внимания, памяти, работоспособности. Имеющая ся у детей с органическим инфантилизмом недостаточность функции обобщения не является ведущей в клинической картине, в отличие от детей-олигофренов.

Интеллектуальная недостаточность при отставании в развитии отдельных компонентов психической деятельности отличается неравномерностью психического недоразвития. Патопсихологи ческое исследование у таких детей выявляет достаточный уровень обобщений, удовлетворительное конструктивное мышление, во многих случаях — сохранную работоспособность. У детей с пар циальными задержками речевого развития при этом обнаружива ются нарушения фонематического синтеза и анализа — неспо собность четко дифференцировать близкие фонемы и ис пользовать их правильно в собственной речи.

У детей с парциальными расстройствами навыков письма, чтения, счета обнаруживается удовлетворительная способность к логическому мышлению. В некоторых случаях у них выявляются нарушения пространственной ориентировки, конструктивного праксиса.

При парциальном моторном инфантилизме ребенок может медленно овладевать школьными навыками из-за расторможенно сти, неусидчивости, суетливости или медлительности. Патопси хологическое исследование у таких детей выявляет сохранные или умеренно нарушенные предпосылки интеллекта, достаточный уровень обобщений, с одной стороны, и плохую координирован ность движений, неспособность к тонким, изолированным двига тельным актам, затруднения в выполнении комбинированных движении, ослабленную способность воспринимать и вос производить ритмы — с другой.

Интеллектуальная недостаточность при церебрастенических со стояниях характеризуется неравномерной работоспособностью, ис тощаемостью внимания, нерезко выраженной инертностью психи ческих процессов. С. С. Мнухин (1968) выделил вариант церебра стении с нарушением развития школьных навыков, при котором обнаруживаются нарушения анализа и синтеза пространственных отношений, тонкой моторики. Патопсихологическое исследование выявляет у таких детей достаточную способность к обобщению.

При психоорганических синдромах в картине интел лектуальной недостаточности преобладают нарушения памяти, снижение темпа психических процессов, более грубо выраженная инертность психических процессов. И в этом случае отмечается несоответствие между ярко выраженными нарушениями предпо сылок интеллекта и относительной сохранностью способности к абстрагированию, использованию помощи и переносу приобре тенного опыта на выполнение аналогичных заданий.

Интеллектуальная недостаточность при общем недоразвитии речи отличается неравномерностью. Патопсихологическое иссле дование обнаруживает нарушения темпа, переключаемости пси хических процессов, расстройства активного внимания и памяти — так называемые общеорганические психопатологические про явления. Абстрактно-логический уровень мышления, связанный с внутренней речью, оказывается недостаточным. Задания по кон структивной деятельности, рисованию выполняются удовлетво рительно.

Данные патопсихологического исследования помогают диф ференцировать вторичную интеллектуальную недостаточность при раннем аутизме от истинной умственной отсталости. При чинами интеллектуальной недостаточности при аутизме являются недостаточная потребность в контакте с окружающими, слабость побуждений, низкая речевая активность, незрелость общей и тон кой моторики, недостаточность активного внимания, а также не достаточная сформированность корковых функций.

По данным В. Е. Кагана (1978), особенно трудными для детей с аутизмом являются задания на умение выделять по следовательность событий, вычленять пространственные отноше ния и воспроизводить их (на кубиках Кооса). Специфичной для детского аутизма является выраженная диссоциация между низ ким уровнем выполнения невербальных проб и высоким уровнем выполнения вербальных проб. При исследовании по методике ABM — WISC средний уровень выполнения вербальных проб по показателям субтестов «общая эрудиция», «понимание общест венных норм жизни» и «способность оперировать числами» у де тей с аутизмом ниже, а по «способности к обобщению», «актив ному запасу слов», «оперативной памяти» — выше, чем у здоро вых детей (В. Е. Каган, 1978). В. В. Ковалев (1979) считает харак терной для детского аутизма диссоциацию между способностью к обобщению и продуктивностью деятельности, между имеющими ся речевыми возможностями и сниженной потребностью в рече вом контакте.

Патопсихологическое исследование необходимо для обосно ванной диагностики шизофрении у детей и подростков. Шизофре ния детского возраста по клинической картине нередко сходна с олигофренией, детским аутизмом, неврозами, резидуально органическими неврозоподобными и психопатоподобными нару шениями. Решающим для диагностики является характер нарас тающих негативных психопатологических явлений — замкнутости, отрыва от реальности, потери привязанности к родным. Патогно моничными для шизофрении являются особенности мышления, выявляемые при исследовании. У детей, больных шизофренией, во время обследования правильные и более углубленные ответы че редуются с поверхностными и неточными. Слабость процессов обобщения выражается в невозможности охватить целое, выделить главное (при рассказе по картинкам). При шизофрении нарушение способности к обобщению не является первичным, как при оли гофрении. Низкий уровень выполнения заданий, выявляющих способности к абстрагированию, часто объясняется снижением целенаправленности деятельности.

Выполняя задание, ребенок не стремится следовать ин струкции, подменяет продуктивную деятельность бесплодными разговорами, задаванием бесконечных вопросов, резонерством (М. П. Кононова, 1963). У некоторых детей отмечается несоответ ствие между богатыми лексическими возможностями и затрудне ниями конкретно-наглядного мышления. Ребенку, больному ши зофренией, доступны обобщения, но в силу нарушения целена правленности мышления обобщения не привлекаются для вы полнения заданий. Например, выполняя задания на исключение предмета из группы однородных, ребенок может опираться на так называемый слабый признак (формы, цвета, материала), хотя до полнительными вопросами можно установить, что в его словаре имеются соответствующие обобщающие понятия («посуда», «го ловной убор»). М. П. Кононова описывает амбивалентность у де тей, больных шизофренией, при объяснении отвлеченных поня тий, проведении предметной классификации. Наряду с правиль ными ответами встречаются неправильные, основанные на слу чайных, неадекватных ассоциациях.

С. М. Алейникова (1982) при патопсихологическом ис следовании расстройств мышления у детей, больных ши зофренией, обнаружила два типа дизонтогенеза — искаженный тип развития (преобладают черты дисгармонии, диссоциация психической деятельности) и задержанный (превалирование де фицита психической активности). При использовании ряда патоп сихологических методик (сравнение понятий, предметная клас сификация, конструирование объекта) для больных обеих групп общим является снижение избирательности признаков предметов и явлений, более низкий по сравнению со здоровыми детьми ко эффициент стандартности признаков. Таким образом, при шизоф рении у детей так же, как и у взрослых, отмечается расширение круга признаков, на основе которых формируется суждение, при влечение признаков необычных, нестандартных для решения за даний такого рода.

При возникновении шизофренического процесса в раннем возрасте у детей наблюдаются признаки интеллектуальной недос таточности («олигофренический плюс»). Г. Е. Сухарева (1974) объясняет это недостаточностью приспособительных механизмов в раннем детстве, повреждением молодых в онтогенетическом отношении анатомо-физиологических систем головного мозга, обеспечивающих развитие мыслительной деятельности и конт ролирующих направленность поведенческих реакций. В. В. Кова лев (1979) отмечает, что при рано начавшейся шизофрении у де тей снижение умственной работоспособности и продуктивности не соответствует степени снижения интеллекта.

При патопсихологическом исследовании у детей, больных ши зофренией, выявляются некоторые особенности речи: вычурность формулировок, в ряде случаев — штампы, эхолалия, персевера ции, перенесение слышимого на себя, неологизмы. Л. А. Булахова и Н. М. Уманская (1983) указывают на отличия этих нарушений у детей, больных шизофренией, от эхолалий, неологизмов, персеве раций при атипичных формах олигофрении. Так, «штампован ные» высказывания у детей, больных шизофренией, не со провождаются воспроизведением мимики и интонаций тех, от ко го эти высказывания услышаны. Неологизмы представляют собой вымышленные слова, не имеющие реального значения (в отличие от неологизмов, возникших в результате снижения аналитико синтетической деятельности у детей-олигофренов). Персевера тивные реакции детей, больных шизофренией, чаще не имеют от ношения к теме разговора, окружающей обстановке.

Одна из задач патопсихологического обследования ребенка, у которого предполагается наличие шизофрении, — выявление на рушений эмоционально-волевой сферы, отсутствия эмоциональ ного контакта, потери чувства симпатии. Для исследования эмо ционально-волевой сферы детей и подростков применяются мето дики ТАТ и CAT (вариант детского апперцепционного теста). По данным Н. К. Киященко (1965), у больных шизофренией отсутст вует направленность на содержание картины ТАТ, они ограничи ваются формальной интерпретацией отдельных элементов карти ны.

В. Е. Каган (1968), применяя ТАТ для обследования детей, пришел к выводу о том, что тест имеет достаточно широкие воз можности для составления индивидуально- личностной характе ристики испытуемого, дает представления о значимости отдель ных социальных, социально-бытовых и эмоциональных моментов для развития заболевания, при помощи теста может быть выявлен ряд симптомов, слабо выраженных клинически.

Мы применяли методику CAT для обследования детей до школьного возраста, страдающих неврозами и неврозоподобными состояниями. CAT состоит из 10 рисунков неопределенного со держания, в которых участвуют животные. Ребенку дается сле дующая инструкция: «Я покажу тебе картинки, по каждой из них надо придумать рассказ. Расскажи, что нарисовано на картинке, что было с животными, которые здесь нарисованы, раньше, что будет с ними потом. Скажи, о чем думают животные, весело им или грустно». Рассказы по картинкам записываются дословно, фиксируется латентное время и время, затраченное на составле ние рассказа. Тип пересказа оценивается в зависимости от того, насколько ребенок следует инструкции. Мы (И. В. Крук, 1985) различаем «предметный» рассказ, содержащий перечисление пер сонажей и предметов, изображенных на рисунке;

«ситуационный» рассказ с указанием на действия, совершаемые персонажами;

«сюжетный» рассказ, построенный в соответствии с инструкцией и содержащий упоминание о мыслях и чувствах персонажей. Сле дование инструкции у части детей является формальным, сюжет отсутствует при соблюдении всех пунктов инструкции;

у части детей в рассказе отсутствует «прошлое», «будущее», «мысли пер сонажа»;

некоторым детям свойственно стремление к излишней детализации.

Для здоровых детей предшкольного возраста характерен «сю жетный» тип рассказов, составляемых по рисункам CAT. Объем рассказов, время, затрачиваемое на их составление, на протяже нии всего исследования остаются относительно постоянными.

Настроение персонажей оценивается как положительное в тех случаях, когда на рисунке изображена относительно бескон фликтная ситуация. Если изображенная ситуация явно фрустра ционна, дети оценивают настроение персонажа адекватно, чаще описывают благополучное разрешение конфликта (импунитив ный тип реакции).

Рассказы, составляемые по рисункам CAT, детьми, страдаю щими неврозоподобными состояниями резидуально органического происхождения, отличаются некоторыми харак терными особенностями.

1. Отсутствие однотипности рассказов вследствие недостаточно прочного усвоения инструкции.

2. Значительные различия в объеме, продолжительности и скоро сти рассказывания, сокращение рассказов в результате насту пающего пресыщения деятельностью.

3. Обилие повторений одних и тех же слов и речевых оборотов, свидетельствующее об инертности, персеверативности мыш ления.

4. Наличие ошибок в узнавании животных, изображенных на ри сунках;

двойственное отношение к персонажам (как к реаль ным животным и как к персонажам сказок, действующим в со ответствии с нормами человеческого поведения), свидетельст вующие о недостаточности внимания и логической структуры.

5. Наличие аграмматизмов, замена слов созвучными им, изредка — элементы стертой амнестической афазии в виде преходяще го забывания отдельных слов.

6. Неполное следование инструкции, часто встречающиеся «предметный» и «ситуационный» типы рассказа при достаточ но полном восприятии структуры.

Детям с двигательной расторможенностью более свойственны сжатость, «телеграфность» рассказов. Дети, проявляющие агрес сию по отношению к сверстникам, часто не обнаруживают стрем ления к благополучному разрешению конфликтов в изображен ных ситуациях, детям с астеногиподинамическими вариантами церебрастенических состояний свойственна многословность в рассказах. Тяготясь изображенной на рисунке конфликтной си туацией, они не пытаются разрешить ее, реже завершают рассказ оптимистической концовкой. В ряде рассказов наблюдается цик лическое построение сюжета, в котором многократно повторяют ся устрашающие события. Не доведенные до развязки рассказы, как правило, прерываются восклицанием «И все!». Эти особенно сти рассказов отражают свойственные детям, страдающим невро зоподобными состояниями, легкость возникновения отрицатель ных эмоций, их склонность к длительному существованию.

Рассказы детей, страдающих неврозами, отличаются эмоцио нальностью, в ряде случаев они отражают имеющуюся психоген но-травмирующую ситуацию. Полученные нами (И. В. Крук, 1985) данные свидетельствуют о большой частоте у детей реак ций импунитивного типа на фрустрирующий фактор. Дети, заболевание которых часто связано с семейным неблагополучием, при составлении рассказов по методике CAT пытаются нивелиро вать значение этих моментов, отрицают их, иногда демонстриру ют парадоксальную гиперкомпенсацию, сочиняя явно проти воречащие действительности истории о мнимой гармонии в се мье. Такого рода импунитивные реакции могут рассматриваться как проявление механизма психологической защиты.

Для исследования эмоционально-волевой сферы подростков в раде случаев применяются диагностические личностные опросни ки. Адаптированный для исследования детей вариант опросника Айзенка позволяет судить о степени интро- или экстравертиро ванности подростка, уровне нейротизма у него.

Широко применяется для обследования подростков Патоха рактерологический диагностический опросник (ПДО) А. Е. Личко и Н. Я. Иванова. Использование его оказывается полезным для диагностики формы акцентуации характера или психопатии, сте пени их выраженности, склонности подростков к делинквентному поведению (А. А. Вдовиченко, 1976;

А. А. Вдовиченко, Н. Я.

Иванов, С. Д. Озерецковский, Э. Г. Эйдемиллер, 1981;

В. В. Его ров, 1981). Разрабатываются возможности выявления с помощью ПДО динамики акцентуаций характера (А. Е. Личко, 1981), при менения его для дифференцирования психопатий и акцентуаций характера одного и того же типа (А. Е. Личко, Н. Я. Иванов, С. Д.

Озерецковский, 1981). ПДО используется и для выявления психо логической склонности к злоупотреблению алкогольными напит ками (А. Е. Личко, А. А. Александров, А. А. Вдовиченко и соавт., 1977;

И. Ф. Сбросов, В. Д. Свистунов, 1980). С помощью специ ально разработанных дополнительных шкал опросник позволяет определить наличие тенденции к диссимуляции, характер отно шения обследуемого к ситуации исследования, степень его откро венности, конформности, наличие у него реакции эмансипации, возможность характерологических изменений резидуально органического генеза.

Для обследования детей 10—14 лет нами (И. В. Крук, 1975) адаптирован опросник Шмишека, служащий для определения ха рактера акцентуации личности: с учетом круга интересов и при сущей этому возрасту аффективной значимости понятий заменены те вопросы, которые не могут выявить особенности лич ности ребенка. Мы применяли опросник для обследования детей, страдающих логоневро-зом заикания, у которых выявлялась ак центуация таких черт личности, какгипертимность, тревожность, дистимич-ность. Полученные данные способствовали рациональ ному построению психотерапевтического процесса.

Обследование детей дошкольного и младшего школьного воз раста при помощи опросников нецелесообразно, так как эти дети не обладают достаточно развитой способностью к самонаблюде нию и самоанализу. Для получения представления об акцентуации их личности опросник Шмишека мы модифицировали таким об разом, что на его вопросы отвечают родители ребенка.

Патопсихологическое обследование детей с неврозами, невро зоподобными состояниями, патологическими формированиями личности во многих случаях целесообразно дополнять патопсихо логическим исследованием родителей, так как личностные осо бенности родителей часто играют определенную роль в развитии заболевания у ребенка. А. И. Захаров (1982), проводивший иссле дование личности родителей детей, страдающих неврозами, в большинстве случаев констатировал наличие так называемого невроза семьи, подразумевая под этим невротическое заболевание по крайней мере у 2 членов семьи — ребенка и одного из родите лей.

Патопсихологическое исследование детей и подростков позво ляет выявить у них состояния учебной (школьной) дезадаптации.

Учебная дезадаптация представляет собой состояние, при котором изменяется объективный и субъективный статус индивида в учеб ном коллективе, затрудняется учебный процесс. Учебная дезадап тация может возникать и у психически здоровых, и у психически больных лиц, это сложное явление, в каждом случае обу словленное несколькими взаимосвязанными факторами. Могут быть выделены состояния явной и латентной учебной дезадапта ции (И. В. Крук, 1992). Состояния явной учебной дезадаптации характеризуются преобладанием неудовлетворительных оценок, конфликтными взаимоотношениями с педагогами и другими уче никами, систематическими отказами от посещения школы, кото рые в большинстве случаев не преодолеваются усилиями, при лагаемыми родителями. Для того чтобы случай рассматривался как явный, достаточно наличия по крайней мере двух из перечис ленных условий. При латентной учебной дезадаптации нет стой кого отказа посещать школу, грубых нарушений дисциплины, значительного снижения школьных оценок. Это состояние харак теризуется скрытым от окружающих неблагополучием во всех сферах деятельности, связанных со школой. Учебный материал усваивается недостаточно полно. Характерно снижение положи тельных эмоций, связанных с общением с ровесниками.

Для выявления психогенно-травмирующих факторов, воздей ствующих на детей и подростков, была разработана методика графической регистрации субъективных трудностей в общении (Т. Ю. Андрущенко, 1991). Целесообразность использования по добных приемов обусловлена необходимостью преодолевать ре акции защитного характера, возникающие у ребенка при обсуж дении значимых для него вопросов, связанных с общением. Уп рощенный вариант этой методики применялся для исследования детей в возрасте 7—11 лет с пограничными психическими рас стройствами. Психолог говорит испытуемому: «Сейчас мы нари суем всех, кого ты знаешь. Они все будут на этом листе. Здесь, по середине — ты (быстро рисуется условная фигурка мальчика или девочки). Здесь, справа, будут все взрослые — вверху — те, кто у тебя дома, внизу — те, кто в школе. Здесь, слева — все дети. Вверху — те, которые дома, во дворе, твои родственники. Внизу — те, кто в школе. Ты будешь их называть, а я записывать и рисовать». По сле того как ребенок заканчивает называть людей, с которыми общается, исследователь предлагает закрасить условные фигурки, красным карандашом — тех, с кем приятно общаться, синим — тех, общение с кем вызывает неприятные чувства.

Описанный прием применялся для исследования перво классников, у которых были диагностированы состояния явной и латентной учебной дезадаптации, а также для исследования хорошо приспособившихся к школьному обучению детей. Оказалось, что при явной дезадаптации значительно сужается круг общения как дома, так и в школе. Значительно увеличена доля лиц, общение с которыми вызывает негативные эмоции. Дети с латентной дезадап тацией мало отличаются от хорошо адаптированных по оценкам внешкольного общения, а по показателям, характеризующим об щение в школе, приближаются к детям с явной дезадаптацией. Это явление, видимо, обусловлено двумя обстоятельствами. С одной стороны, благополучие в сфере внешкольного общения является фактором, препятствующим переходу латентной дезадаптации в явную. С другой стороны, возникновение явной учебной дезадапта ции сопровождается отрицательными эмоциями такой интенсивно сти, которые искажают восприятие общения не только в школе, но и вне ее.

Для изучения отношения к пребыванию в школе детей и подро стков в возрасте 10 лет была разработана анкета «Школа» (И. В.

Крук, 1992). Утверждения, составившие анкету, были взяты из рас сказов детей и подростков, у которых наблюдалось отрицательное отношение к посещению школы. Как правило, эти высказывания относились к тому периоду, когда между ребенком и врачом уста навливались после длительной психотерапевтической работы дове рительные отношения. В анкету были введены также утверждения, касающиеся настроения, сна, аппетита. На каждое утверждение может быть дан ответ: «Верно», «Пожалуй, верно», «Неверно».

Для того чтобы направленность исследования была менее явной для испытуемого, некоторым утверждениям был придан противо положный характер.

Приводим текст анкеты и ключ к ней.

Верно Пожалуй, Неверно Ключ верно 1.У меня чаще бывает хорошее настроение 2. Мне трудно есть по утрам З.Я иду в школу с удоволь- ствием 4. Есть учителя, которых я по-настоящему боюсь 5. Если бы можно, я не ходил бы в школу 6. На каникулах я становлюсь совсем другим человеком 7.Я хотел бы, чтобы моя семья переехала в такое место, где меня никто не знает 8.Большинство моих дру- зей — мои одноклассники 9.У меня не меньше дру- зей, чем у других 10. Иногда я прогуливаю уроки 11.Я понимаю новый мате- риал медленнее, чем другие ученики 12.Я считаю себя способ- ным человеком 13.Бывало, я не мог заста- вить себя идти в школу 14. Среди учителей есть хорошие, понимающие люди 15.Есть учителя, которые меня не выносят 16.Я очень отличаюсь от других учеников 17.Некоторые люди в моем классе были в меня влюблены (или влюблены сейчас) 18.Я никогда не влюблялся в одноклассницу 19. Надо мной смеются чаще, чем над другими в школе 20.Уже в понедельник я мечтаю, чтобы скорее пришло воскресенье 21. Иногда я не могу уснуть из-за того, что случилось в школе 22.Я советуюсь с родителя- ми, если в школе что нибудь не так Диапазон оценок, получаемых при помощи анкеты, — от 0 до 44. В тех случаях, когда на все утверждения выбирается ответ «Пожалуй, верно», результаты недостоверны из-за насто роженного или скептического отношения к процедуре иссле дования. При явной дезадаптации опенка превышает 30 баллов, при латентной составляет 20—30 баллов. При хорошей адаптации оценка, как правило, не превышает 20 баллов.

Для выявления психогенно-травмирующих обстоятельств у школьников была разработана модифицированная методика не оконченных предложений (И. В. Крук, 1992). Предлагается за вершить 10 фраз: «Если бы я был учителем...», «Когда я слышу слово «школа»...», «Ученики, с которыми я учусь...», «В школе мне больше всего нравится...», «Когда меня нет, мои учителя...», «Моя школа...», «Считаю, что большинство учеников...».

Проблема ранней диагностики школьной дезадаптации в на стоящее время является крайне актуальной в детской и подрост ковой психиатрии и педиатрии. Под термином «школьная деза даптация» понимается (Н. Г. Лусканова, И. А. Коробейников, 1993) несоответствие социопсихологического и психофизиологи ческого статуса ребенка требованиям ситуации школьного обуче ния, овладение которой по ряду причин становится затруднитель ным или, в крайних случаях, невозможным. В выявлении школь ной дезадаптации большое место принадлежит проведению дина мических патопсихологических исследований (особенности ин теллектуального развития, развития познавательных процессов и эмоциональной сферы).

Диагностика школьной дезадаптации (как и любая па топсихологическая диагностика вообще) требует постоянной ап пеляции к нормативным данным, причем установленным с учетом социокультурных особенностей конкретной территории (региона, области, города). Работа по созданию таких нормативов выступа ет в настоящее время в качестве одной из главных задач психоди агностики и патопсихологии, однако, насколько нам известно, в Российской Федерации в широких масштабах не проводится, что фактически делает невозможным оценку многих получаемых тес товых показателей в аспекте «норма — патология». Использование для этих целей зарубежных нормативов и (или) нормативов, по лученных в нашей стране достаточно давно и лишь на отдельных территориях (Москва, Санкт-Петербург и т. д.), методологически неприемлемо.

В 1999 году инструктивным письмом № 3 от 1 марта Мини стерства образования Российской Федерации впервые была вве дена обязательная стандартная форма заключения по результатам проведенного психодиагностического исследования, которую должны заполнять все психологи системы образования на каждо го обследованного ими ребенка (подростка) при каждом обследо вании.

Заключение по результатам проведенного психодиагностического исследования (структура и основы содержания) 1. Причина исследования (в изложении обратившегося).

2. Разработка плана исследования, построение гипотезы, обосно вание выбора методик психодиагностического исследования (разработчик: Ф. И. О., должность, место работы, рабочий те лефон).

3. Диагносты (Ф. И. О., должность по месту работы).

4. Сроки проведения исследования.

Название Автор теста, Исследуемая Фактор, влияющий № шкалы название теста на результат функция 1 2 3 4 5. Применение методики описать по следующей схеме:

6. Название оценочных шкал, принятых как значимые в данном исследовании (например: вербальный интеллект, осведомлен ность, понятливость, речевое развитие, общая оценка).

7. Результаты исследования:

а) количественные данные представлены в таблицах на каждый класс (группу) (см. схему учета результатов тестирования);

б) обобщенная интерпретация данных: аналитическое опи сание полученных результатов и выводы по результатам;

в) рекомендации по результатам исследования.

Схема учета результатов тестирования Результаты выполнения № Ф.И.О. Заключение диагностического задания тестируемого 1 2 N *** Дата _ _ Ф. И. О., должность составителя заключения, подпись Несомненно, что введение такой обязательной формы учета результатов каждого психодиагностического исследования с точ ки зрения стандартизации процедуры исследования и повышения надежности его результатов следует оценить положительно.

В МКБ-10 психическим и поведенческим расстройствам дет ского возраста посвящены рубрики F8 — «Нарушения психологи ческого развития» и F9 —«Поведенческие и эмоциональные рас стройства, начинающиеся обычно в детском и подростковом воз расте», хотя описания иных расстройств включаются и в другие рубрики.

Использование патопсихологического исследования в детской психоневрологической клинике способствует получению объек тивной информации о состоянии психики ребенка, облегчает по нимание развития у него болезненного состояния, помогает врачу найти пути для преодоления имеющихся у ребенка болезненных нарушений.

Библиография Айвазян Т. А. Сравнительные данные психолого-диагностического обследо вания больных гипертонической болезнью с помощью цветового теста / Т. А. Ай вазян, И. А. Таравкова // Психологическая диагностика отношения к болезни при нервно-психической и соматической патологии: Сб. науч. трудов: ЛНИПНИ им.

В. М. Бехтерева.— Л., 1990.- Т. 27.— С. 113-115.

Александровский Ю. А. Пограничные психические расстройства. — М.: Ме дицина, 1993. — 400 с.

Алейникова С. М. Сравнительное исследование формирования мышления у детей, больных шизофренией, с разными типами дизонтогенеза// Эксперименталь но-психологические исследования патологии психической деятельности при ши зофрении. — М., 1982. — С. 106—122.

Алекситимия и методы ее определения при пограничных психосоматических расстройствах: Метод, пособие. — СПб.: Психоневрологический институт им. В.

М. Бехтерева. 1994. —18 с.

Анастази А., Психологическое тестирование / А. Анастази, С. Урби-на. - СПб.: Питер, 2001. - 688 с.

Андрущенко Т. Ю. Графические приемы фиксации субъективных трудностей общения в предподростковом возрасте // Вестник Московского университета. — Серия 14. Психология. — 1991. — № 1. — С. 42—48.

Анастази А. Психологическое тестирование: В 2 кн. — М.: Педагогика, 1982. - Кн. 1 - 316 с;

Кн. 2 - 293 с.

Бажин Е. Ф., Опросник уровня субъективного контроля (УСК)/ Е. Ф. Бажин, Е. АТольшкина, А. М. Эткинд. — М.: «СМЫСЛ», 1993. —16 с.

Балицкий К. 77., Стресс и метастазирование злокачественных опухолей / К. П. Ба лицкий, Ю. П. Шмалько. — Киев: Наукова думка, 1987. — 248 с.

Бежанишивили Б. И. Исследование эмоционально-волевой сферы психиче ски больных методом «уровня притязаний»// Психологические методы исследо вания в клинике. — Л., 1967. — С. 214—218.

Белая И. И. Методика Роршаха и ее применение при исследовании больных эпилепсией: Метод, рекомендации. — М., 1978. — 75 с.

Березин Ф. Б. Методика многостороннего исследования личности / Ф. Б. Березин, М. П. Мирошников, Р. В. Рожанец. — М.: Медицина, 1976. — 186 с.

Беспалько И. Г. Статистические и клинико-диагностические аспекты катего рии локализации в методе Роршаха // Психологические методы исследования лич ности в клинике. — Л., 1978. — С. 104—113.

Биренбаум Г. В. К вопросу об образовании переносных и условных значений слова при патологических изменениях мышления // Новое в учении об апраксии, агнозии и афазии. — М.;

Л.: Госмедиздат, 1934. — С. 147-164.

Блейхер В. М. Клиника приобретенного слабоумия. — Киев: Здоров'я, 1976. 151с.

Блейхер В. М. Клиническая патопсихология. — Ташкент: Медицина, 1976. - 325 с.

Блейхер В. М. Расстройства мышления. — Киев: Здоров'я, 1983. —192 с.

Блейхер В. М. О новой вербальной проективной методике исследования лич ности / В. М. Блейхер, С. Н. Боков //Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С.

Корсакова. - 1992. - № 5-12. - С. 90-93.

Блейхер В. М. Предпочтение цвета в тесте Люшера и функциональное состоя ние вегетативной нервной системы / В. М. Блейхер, С. Н. Боков // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В. М. Бехтерева. - 1994. - № 2. - С.

99-102.

Блейхер В. М. Психологическая диагностика интеллекта и личности / В. М.

Блейхер, Л. Ф. Бурлачук. — Киев.: Вища шк., 1978. — 141 с.

Блейхер В. М. Патопсихологические исследования при шизофрении, ослож ненной алкоголизмом/ В. М. Блейхер, Т. М. Красовицкая // Проблемы высшей нервной деятельности, патофизиологии, клиники и терапии психозов: В 2 ч. — Киев: Наукова думка, 1980. — Ч. 2. — С. 100—102.

Блейхер В. М. Патопсихологическая диагностика / В. М. Блейхер, И. В. Крук.

- Киев: Здоров'я, 1980. -280 с.

Блейхер В. М. Апробация опросника для выявления личностной акцентуации / В. М. Блейхер, Н. Б. Фельдман // Врачебное дело. — 1985. — № 12. - С. 84-85.

Блейхер В. М. Особенности личностной акцентуации как фактора предраспо ложенности к некоторым психосоматическим заболеваниям / Блейхер В. М., Н.

Б. Фельдман // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корсакова. - 1988. - № 3.

- С. 101-104.

Блинов Н. #., Роль психоонкологии в лечении онкологических больных / Н.

Н. Блинов, В. А. Чулкова // Вопр. онкологии. — 1996.— Т. 42. № 5. - С. 86-89.

Боков С. К Исследование аффективности больных параноидной шизофренией // Врачебное дело. — 1988. — № 4. — С. 108—109.

Боков С. К Аффективность как фактор дифференциальной диагностики нев розов и неврозоподобной шизофрении: Клинико-психологическое исследование:

Автореф. дис... канд. мед. наук. Санкт-Петербургский научно-исследовательский психоневрологический институт им. В. М. Бехтерева. - СПб., 1992. - 24 с.

Боков С. Я. Апробация метода Титце в патопсихологии / С. Н. Боков, B. М. Блейхер // Журн. психиатрии и медицинской психологии. — 1995.-№1.-С. 42-45.

Бояршинова Т. Н. К вопросу о психологической диагностике вялотекущей шизофрении (по данным ТАТ) // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корса кова. - 1975. - № И. - С. 1680-1682.

Братусь Б. С. Психологический анализ изменений личности при ал коголизме. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1974. — 95 с.

Братусь Б. С. Психологические особенности уровня притязаний выбора це лей при психопатии // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корсакова. - 1976. - № 12. - С. 1825-1828.

Булахова Л. А., Дифференциальная диагностика расстройств речи у детей дошкольного возраста, страдающих нервно-психическими заболеваниями: Метод, рекомендации / Сост. Л. А.Булахова, Н. М. Уманская.— Киев, 1983. - 22 с.

Бурлачук Л. Ф. Исследование личности в клинической психологии. — Киев:

Вища шк., 1979. - 174 с.

Бурлачук Л. Ф. ТАТ — старейшина проективных тестов // Психологическая га зета. — 2000. Февраль. № 2/53. — С. 10—11.

Бурлачук Л. Ф. Как и чем измерять интеллект? // Психологическая газета. - 2000 - Март. № 3/54.- С. 20- Бурлачук Л. Ф. Словарь-справочник по психологической диагностике/Л. Ф.

Бурлачук, С. М. Морозов. — Клев: Наукова думка, 1989. — 200 с.

Былкина Н. Д. Развитие зарубежных психосоматических теорий (ана литический обзор) // Психологический журнал. — 1997. — Т. 18.— № 2. — C. 149-160.

Васильченко Г. С. Исследование межличностных отношений у сексо логических больных / Г. С. Васильченко, Ю. А. Решетняк // Проблемы совре менной сексопатологии. — 1972. — С. 161—174.

Виленский О. Г. Последствия закрытых черепно-мозговых травм. — Киев:

Здоров'я, 1971. — 111 с.

Винкшна И. А. К характеристике системы отношений личности больных, страдающих неврозами // Клинико-психологические исследования личности. - Л., 1971. - С. 87—89.

Воронков Г. Л. Организация работы клинических психологов в психо неврологических больницах / Г. Л. Воронков, В. М. Блейхер, С. П. Гор-ницкий.

— Киев: 1980.

Выявление суицидальных тенденций с помощью экспериментально психологического обследования: Метод, рекомендации/Авт.-с ост. Н. В. Агаза де. - Баку, 1988. - С. 6-10.

Габриял Т. М. Самооценка как метод исследования личности: Проблемы па топсихологии. Тез. докл. конф.. — М., 1972. — С. 105—117.

Гербачевский В. К. Индивидуальные особенности поведения в ситуации вы бора в связи с некоторыми характеристиками интеллекта // Исследование лич ности в клинике и экстремальных условиях. — Л., 1969. - С. 25-37.

Гилъяшева И. Н. О возможностях использования метода ТАТ при изучении личности больного в психоневрологической клинике // Психологические мето ды исследования в клинике. — Л., 1967. — С. 228—232.

Говоркова А. Ф. Опыт изучения некоторых интеллектуальных умений // Вопр. психологии. — 1962. — № 2. — С. 83—91.

Тоштаутас А. А. Изучение особенностей личности в профилактических ис следованиях ишемической болезни сердца // Первичная психологическая про филактика и реабилитация больных ИБС. — Вильнюс, 1982. — С. 25—60.

Грэй Д. Сила нервной системы, интроверсия — экстраверсия, условные рефлексы и реакция активации // Вопр. психологии. — 1968. — №3.-С. 77-89.

Данилова Е. Е. Детский тест «рисуночной фрустрации» С. Розенцвей-га:

Практическое руководство. — М., 1997.

Завилянская Л. И. Тренировка фрустрационной толерантности в реа билитации больных неврозами / Л. И. Завилянская, В. М. Блейхер. — Львов:

Вища шк., 1975. — С. 152-153.

Завилянская Л. И. Исследования фрустрационной толерантности при невро зоподобных состояниях / Л. И. Завилянская, Г. С. Григорьева // Проблемы ме дицинской психологии. —Л.: Медицина, 1976. — С. 88—89.

Завилянский И. Я. Об экспериментально-психологических исследованиях эпилептиков / И. Я. Завилянский, Р. Е. Таращанская // Вопросы клинической психиатрии. — Киев: Госмедиздат УССР, 1959. — С. 29—30.

Захаров А. И. Психотерапия неврозов у детей и подростков. — М.: Медицина, 1982. — 214 с.

Захарченко Л. 3. Диагностическая ценность методики «недостающие дета ли» при изучении умственной отсталости/ МЗ УССР;

Днепропетр. ордена Тру дового Красного Знамени мед. ин-т. — Днепропетровск, 1987. - 8 с. Деп. рук.

(ВНИИМИ, № Д-13341) Зейгарник Б. В. Экспериментально-психологические исследования больных с травмами головного мозга // Нервные и психические заболевания военного времени. — М.: Медгиз, 1948. — С. 125—136.

Зейгарник Б. В. Личность и патология деятельности. — М.: Изд-во Моск.

ун-та, 1971. — 99 с.

Зейгарник Б. В. Патопсихология. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1976. — 238 с.

Зухаръ В. П. О работе патопсихолога в психиатрической больнице / В. П. Зу харь, С. Я. Рубинштейн, Л. Н. Поперечная. — М., 1975.

Иванов Н. Я. Усовершенствование процедуры обработки результатов, полу ченных с помощью патохарактерологического диагностического опросника для подростков / Н. Я. Иванов, А. Е. Личко // Патохарактерологические исследования у подростков. — Л., 1981. — С. 5—28.

Иванова А. Я. Обучаемость как принцип оценки умственного развития детей.

— М.: Изд-во Моск. ун-та, 1976. — 97 с.

Иванова Е. В. Фрустрационная методика С. Розенцвейга: Метод, ре комендации для учителей, студентов и практикантов. — Ульяновск: Изд-во Уль яновск. ГПУ, 1987.

Игнатов Н. А. Приборы и методики психофизиологического обследования водителей автомобилей / Н. А. Игнатов, В. М. Мишурин, Р. Т. Мушегян, В. А.

Сергеев. —М.: Транспорт, 1978. — 88 с.

Исаев Д. Н. Психическое недоразвитие у детей. — Л.: Медицина, 1982.- с.

Исследование особенностей и уровня самооценки в системе интер персональных отношений у больных с невротическими и неврозоподоб-ными расстройствами различного генеза/Л. И. Вассерман, В. В. Бочаров, В. А. Сергеев, и др. // Психологическая диагностика при нервно-психических и психосоматиче ских заболеваниях: Сб. науч. тр. — Л.: Изд-во ЛНИПНИ им. В. М. Бехтерева, 1985. Т 112. - С. 65-72.

Использование методики «Вербальный проективный тест» в диагностике пси хических расстройств: Метод. рекомендации/Сост.: В. М. Блей-хер, С. Н. Боков, В.

А. Ташлыков — Киев, 1991. — 24 с.

Кабанов М. М. Методы психологической диагностики и коррекции в клинике/ М. М. Кабанов, А. Е. Личко, В. М. Смирнов. — Л.: Медицина, 1983.-312 с.

Кабанов М. М. Актуальные задачи медицинской психологии/ М. М. Кабанов, Б. Д. Карвасарский // Психология и медицина. — М., 1978. - С. 20-24.

Каган В. Е. Аутизм у детей. — Л.: Медицина, 1981. — 205 с.

Калита Н. Г. Уровень притязаний у здоровых и больных эпилеп сией//Психологические исследования. — 1971. — Вып. 3. — С. 155—162.

Карвасарский Б. Д. Неврозы. — М.: Медицина, 1980. — 448 с.

Карвасарский Б. Д. Медицинская психология. — Л.: Медицина, 1982.-271 с.

Клинична психология / Под ред. В. Иванова. — София: Медицина и физкул тура, 1976. — 279 с.

Клубова Е. Б. Отношение к болезни и механизмы психологической защиты у больных алкоголизмом: Автореф. дис.... канд. психол. наук. Санкт Петербургский научно-исследовательский психоневрологический институт им.

В. М. Бехтерева. — СПб., 1995.

Ковалев В. В. Психиатрия детского возраста. — М.: Медицина, 1979. - 607 с.

Кожуховская И. И. Критичность психически больных //Проблемы патопси хологии: Тез. докл. конф. — М., 1972. — С. 45—53.

Кокошкарова А. Психодиагностика на неврозите и неврозоподобни съестоя ния // Неврози и неврозоподобни съестояния. — София: Медицина и физкулту ра, 1983. — С. 172—184.

Кононова М. П. Руководство по психологическому исследованию психически больных детей школьного возраста. — М.: Медгиз, 1963. — 176 с.

Корабельников К. В. Методики исследования интеллекта и мышления / К. В.

Корабельников, Р. О. Серебрякова// Исследования личности в клинике и экстре мальных условиях. — Л., 1969. — С. 55—68.

Коробейников И. А. Диагностические аспекты профилактики и коррекции школьной дезадаптации: Метод, рекомендации / Сост.: И. А. Коробейников, А. Ч.

Агаев, Ш. Д. Миндиашвили. — М., 1989.

Коченов М. М. Введение в судебную психологию. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980.-115 с.

Крук-Блейхер И. В. Реабилитация и исследования личности в детской психо неврологии // Вопросы терапии и реабилитации психически больных. — Львов:

Вища шк., 1975. — С. 222—223.

Крук И. В. Психологические факторы в лечении неврозоподобных состояний пред школьного возраста // Проблемы психофизиологии: Тез. VI Всесоюз. съезда о-ва психологов СССР — М., — Ч. 2. — С. 257—258.

Ксенофонтова Е. Г. Исследование локализации контроля личности — новая версия методики «Уровень субъективного контроля» // Психологический журнал.

-1999. -Т. 20 - № 2. - С. 103-114.

Кудрявцев И. А. О диагностическом и прогностическом значении некоторых патопсихологических симптомокомплексов // Восстановительная терапия и реа билитация больных нервными и психическими заболеваниями. —Л., 1982. — С.

46—52.

Кудрявцев И. А. О диагностической информативности некоторых па топсихологических синдромов // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корса кова. - 1982. - № 12. - С. 1814-1818.

Курбатова Т. Н. Проективная методика исследования личности Hand-test»:

Рук-во по использованию / Т. Н. Курбатова, О. И. Муляр. — СПб.: ИМАТОН, 1995. - 48 с.

Кутъко И. И. Особенности личности больных циркулярными депрессиями / И.

И. Кутько, Л. Ф. Шестопалова // Врачебное дело. — 1986. — №8. -С. 103-106.

Лебединский М. С. Введение в медицинскую психологию / М. С. Лебединский, В. Н. Мясищев. — Л.: Медицина, 1966. — 430 с.

Левитов Н. Д. Фрустрация как один из видов психических состояний // Вопр. психологии. - 1967. — № 6. — С. 118—129.

Левитов Н. Д. Психология характера. — М.: Просвещение, 1969. — 424 с.

Леонтьев А. Н. Деятельность, сознание, личность. — М.: Госполитиз-дат, 1975.-304 с.

Личко А. Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. — 2-е изд. — Л.: Медицина, 1983. — 255 с.

Лонгинова С. В. Исследование мышления больных шизофренией методом «пиктограмм»// Проблемы патопсихологии: Тез. докл. конф. — М., 1972. - С. 54 74.

Лубовский В. И. Дифференциальная психодиагностика нарушений развития:

проблемы и перспективы // Школьный психолог. — 1999. — № 5. - С. 14-15.

Лубовский В. И. Диагностическое значение некоторых невербальных экспери ментально-психологических методик// Психологические исследования процесса диагностики. — Ярославль: Изд-во Ярослав, ун-та, 1981.-С. 53-60.

Лусканова Н. Г. Диагностика школьной дезадаптации/Н. Г. Лусканова, И. А.

Коробейников. — М., 1993.

Международная классификация болезней (10-й пересмотр). Классификация психических и поведенческих расстройств: Клинические опи- сания и указания по диагностике: Пер. на русск. яз./ Под ред. Ю. Л. Нул-лера, С.

Ю. Циркина. - СПб.: «АДИС», 1994. - 304 с.

Мелешко Т. К. Особенности процесса сравнения у больных шизофренией // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корсакова. — 1966. — №1.-С. 109-115.

Методики изучения психологических особенностей школьников: Метод, разработка /Сост. И. И. Скрипюк. — Л.: ЛГПИ, 1982.

Методы клинической нейрофизиологии. Изучение физиологии головного мозга человека / Под ред. В. Б. Гречина. — Л.: Наука, 1977.

Москвин В. А. Методика диагностики нарушений целеобразования // Врачеб ное дело. - 1987. - № 4. - С. 103-106.

Мясищев В. Н. Проблема отношений человека и ее место в психологии // Вопр. психологии. - 1957. - № 5. - С. 142-155.

Мясищев В. Н. Личность и неврозы. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1960. — 425 с.

Николаева В. В. Спецпрактикум по патопсихологии/В. В. Николаева, Е. Т. Со колова, А. С. Спиваковская. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1979. — 42 с.

Платонов К. К. Психологический практикум. —М.: Высш. шк., 1980.

Познанский А. С. К клинико-патопсихологическому анализу нарушения чув ства юмора/А. С. Познанский, В. В. Дезорцев // Вопр. эксперим. патопсихоло гии. — М., 1965. — С. 157—163.

Положенцев С. Д. Поведенческий фактор риска при ишемической болезни сердца (тип А) / С. Д. Положенцев, Д. А. Руднев. — М.: Медицина, 1990. - 171 с.

Поляков Ю. Ф. Патология познавательной деятельности при шизофрении. — М.: Медицина, 1974. — 167 с.

Поляков Ю. Ф. О методологических проблемах взаимосвязи психиатрии и психологии // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корсакова. - 1977. - № 12.

- С. 1822-1832.

Практикум по психологии / Под ред. А. Н. Леонтьева, Ю. Б. Гиппен-рейтер.

— М.: Изд-во Моск. ун-та, 1972. — 248 с.

Психодиагностические методы (в комплексном лонгитюдном исследовании студентов). —Л.: Изд-во ЛГУ, 1976.

Психологическая диагностика индекса жизненного стиля: Пособие для вра чей и психологов / Л. И. Вассерман, О. Ф. Ерышев, Е. Б. Клубова, Н. Н. Петрова и др. — СПб.: МЗ РФ;

Санкт-Петербургский научно-исследовательский психонев рологический институт им. В. М. Бехтерева. 1998.-50 с.

Психосоматичната зависимост / Под ред. В. Иванова. — София: Медицина и физкултура, 1981. — 239 с.

Реньге В. Э. Патопсихологические методики и проблема проективности // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корсакова. — 1976. — № 12.-С. 1817 1821.

Роговин М. С. К вопросу о диагностических возможностях патопсихо логических методов (на примере ассоциативного эксперимента) // Пси хологические исследования процесса диагностики. — Ярославль: Изд-во Ярослав, ун-та, 1981. - С. 5-21.

Росин О. П. К предмету патопсихологии // Журн. невропатол. и психиатр, им.

С. С. Корсакова. — 1976. — № 4. — С. 615—616.

Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. — М.: Учпедгиз, 1946. - с.

Рубинштейн С. Л. Бытие и сознание. — М.: Изд-во АН СССР. — 1957.- с.

Рубинштейн С. Л. О мышлении и путях его исследования. — М.: Изд-во АН СССР, 1958. - 328 с.

Рубинштейн С Я. Психология умственно отсталого школьника. — М.: Просве щение, 1970. — 198 с.

Рубинштейн С Я. Экспериментальные методики патопсихологии. — М.: Ме дицина, 1970. — 215 с.

Рубинштейн С. Я. Специфика патопсихологических экспериментальных ис следований // Вестник МГУ. —Серия «Психология». — 1982. — Вып. 3. - С. 5-9.

Руководство по психиатрии: В 2 т. / Под ред. А. В. Снежневского. — М.: Ме дицина, 1983. — Т. 1 — 480 с;

Т. 2 - 544 с.

Румянцев Г. Г. Опыт применения метода «незаконченных предложений» в психиатрической практике // Исследования личности в клинике и экстремальных условиях. — Л., 1969. — С. 266—275.

Семаго Н. Я. В поисках социально-психологических нормативов // Школь ный психолог. — 2000. — № 12, март. — С. 8—9.

Семаго К Я. Тест «Рука» // Школьный психолог. — 1999. — № 6, февраль. - С.

8-9.

Семаго Н. Я. Исследование эмоционально-личностной сферы ребенка при помощи комплекса проективных методик // Школа здоровья. - 1998. - № 4.

Семаго Н. Я. Тест «Рисуночной фрустрации» С. Розенцвейга / Н. Я. Семаго, М. Семаго// Школьный психолог. — 1999. — № 17, май. — С. 8-9.

Собчик Л. Н. Диагностика межличностных отношений (модифицированный вариант интерперсональной диагностики Т. Лири): Метод. рук-во. — М.: Моск.

кадр, центр при ГУ по труду и социальн. вопросам Мосгорисполкома, Консуль тационная фирма, 1990. — Выпуск 3. — 48 с. (Серия «Методы психологической диагностики»).

Собчик Л. Н. Методы психологической диагностики. — М., 1990. Вып. 1,2. С. 50.

Собчик Л. Н. Пособие по применению психологической методики ММР1.М., 1971.-63 с.

Соколова Г. С. О возможности использования методики незаконченных пред ложений для характеристики системы отношений личности больных неврозами // Клинико-психологические исследования личности. - Л., 1971. - С. 191-193.

Соколова Е. Т. Проективные методы исследования личности. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980. — 176 с.

Соломин И. Л. По ту сторону теста Люшера // Психологическая газета. - 2000.

- № 2/53. - С. 12-15.

Спиваковская А. С. Об использовании игровой деятельности для диагностики // Проблемы патопсихологии: Тез. докл. конф. — М., 1972. — С. 263-284.

Сысоев В. П. Методика диагностики работоспособности. Тест Э. Лан-дольта:

Руководство по использованию. — СПб.: ИМАТОН, 1996. — 32 с.

Ташев Т. Манио-депресивни заболявания. — София: Медицина и физкулту ра, 1979. — 231 с.

Ташлыков В. А. Психология лечебного процесса. — Л.: Медицина, 1984. - 192 с.

Тепеницына Т. К Анализ ошибок при исследовании внимания методом кор ректурной пробы // Вопр. психологии. — 1959. — № 5. — С. 145-153.

Терехова Т. В. Изучение состояния работоспособности у детей дошкольного возраста // Экспериментальные исследования в патопсихологии. - М., 1976. - С.

215-221.

Тест «Нарисуй человека»: Руководство / И. Г. Демидова, О. Л. Соколова, В. И.

Чирков и др. — Ярославль: Изд-во Ярослав, ун-та;

НПЦ «Психодиагностика», 1992.

— 40 с.

Тихомиров О. К. Структура мыслительной деятельности человека. — М.: Изд во Моск. ун-та, 1969. — 304 с.

Фресс П. Экспериментальный метод // Экспериментальная психология. - М.:

Прогресс, 1966. - С. 13-98.

Ханин Ю. Л. Исследование тревоги в спорте // Вопр. психологии. — 1978. №6.-С. 94-106.

Херсонский Б. Г. «Пиктограмма» как метод изучения личности в норме и при некоторых нервно-психических заболеваниях: Метод, рекомендации. - Л., 1984. - 28 с.

Худик В. А. Динамика интеллектуально-мнестических нарушений у больных алкоголизмом // Журн. невропатол. и психиатр, им. С. С. Корсакова. - 1983. - № 3.

- С. 430-435.

Чернаенко Т. К. Об экстравертированности алкоголиков // Вопр. па топсихологии. - М., 1970. - С. 137-138.

Шванцара Й. Диагностика психического развития. — Прага: Авице-нум, 1978. - 388 с.

Экспериментально-психологическое исследование детей в период пред-школьной диспансеризации: Метод рекомендации/ Сост.: Л. Н. Поперечная, И. А. Коробейни ков, С. Я. Рубинштейн, В. П. Зухарь — М., 1978. — 42 с.

Ясюкова Л. А. Оптимизация обучения и развития детей с ММД. Диагностика и компенсация минимальных мозговых дисфункций: Метод, рук-во. -СПб.:

ИМАТОН, 1997. - 80 с.

Andersen В. L. Surviving cancer: [Pap.] Amer. Cancer Soc. Conf. Behav. and Psy chosoc. Res., San Diego, Calif., July 30-31,1993 // Cancer. - 1994. -74, №4.-P. 1484 1495.

Angelini G. Stress e profilo psicologico del paziente oncologico / G. Angeli-ni, С Nebbia, A. Crosignani, G. Francesetti, M. Gece, A. Meluzzi// Minerva med.- 1994. - 82, № 4.- P. 207-216.

Bartoszewski G Kwestionariuszosobowoscidiagnostyce, schizofreniiuroge-niowey/G.

Bartoszewski, K. Godorowski//Neur., Neurocte., Psychiat. polska, 1964. - XIV. - I. - S.

145-151.

Beckmann D. GiessenTest (GT)/ D. Beckmann, H. E. Richter. — Stuttgart, 1975. 135 s.

Bellak L. Thematic Apperception Test and Children Apperception Test in the clini cal use. — New York, 1954.

Buck J. N. The H-P-T technique //J. din. Psychol. - 1948. - S. 397-404.

Benton A. L. La signification des tests de retention visuelle dans la diagnostic clinique // Rev. Psychol. Appl. — 1952, № 2. — P 151-179.

Bromley D. The psychology of human ageing. — London, 1966. — 366 p.

Cancer and mood // New Sci. - 1984. - 104, №1424.- P 486.

Cassileth B. R. Psychosocial correlates of survival in advanced maUgnant disease?/ B.

R. Cassileth, E. J. Lusk, D. S. Miller, L. L. Brown, С Miller // N. Eng. J. Med.-1985. - 312, №24.- P 1551-1555.

Cunningham A. J. From neglect to support to coping: the evolution of psychosocial in tervention for cancer patients // Stress and breast cancer. — Chichester etc.-1988.-P. 135 154.

Donowan D. W. Alcoholic MMPI subtypes/ D. W. Donowan, E. F. Chaney, M. R.

O'Leary//J. Nerv. Ment. Dis. - 1978, 166, № 8. - P 553-561.

Edwards J. Psychological characteristics: a pretreatment survival marker of patients with testicular cancer / J. Edwards, С Di Clemente, M. L. Samuels // J. Psycho soc.Oncol. - 1985. - 3, № 1.- P 79-94.

Evans N J. R. The incidence of cancer among in patients with affective disorders / N. J. R. Evans, J. A. Baldwin, D. Gath // Brith. J. Psychiat.— 1974. -124, № 5.- P. 518 525.

Eysenck H J. Neurosen-Ursachen und Heilmethoden / H. J. Eysenck, S. Rachman.

— Berlin: Deutsch. Verlag d. Wissenschaften, 1968. — 290 s.

Eysenck S. B. G. Scores on three personality variables as a function of age, sex and social class / S. B. G. Eysenck, H. J. Eysenck// The Brit. J. of Soc. and CUn. Psychol. - 1969, № 8. - S. 69-76.

Eysenck H. /.Personality,cancyr and cardiovascular disease: a causal analysis // Person, and Individ.Differ.- 1985.- 6, №5. -P. 535-536.

Fox В. Н. Psychogenic etiology and prognosis of cancer — current status of theory // Childh. Cancer. Proc. Symp. Family and Pediat, Cancer, Brooklyn, N. Y., 27 - 29 Jan., 1982. - New York;

London, 1984;

29.

Friedman M. Association of specific overt behaviour pattern with blood and cardio vascular findings / M. Friedman, R. H. Rosenman // J. Amer. Med. Assoc. -1959. - Vol.

169, № 12. - P. 1286-1296.

Goodenough F. Measurement of intelligence by drawings. — New York: Wo-orld Book, 1926.

Governa P., BianchiA., Santamaria L. Stress and tumors / P. Governa, A. Bi-anchi, L.

Santamaria // Med. Biol. Environ.— 1989.— 17, N jan — juni— P. 767-772.

Hock K. Der Beschwerdenfragebogen / K. Hock, H. Hess. — Berlin: VEB Deutsch.

Verlag d. Wissenschaften, 1975. — 66 s.

Hubertz L. Interaction of psychological factors and immune parameters in cancer patients: Abstr. IOP (Int.Organ Psychophysiol.) Meet., Budapest, July, 1990 / L. Hubertz, V. Hodapp, K. S. Zanker, R. M. Kroczek // Int. J. Psychophysiol.-1991. -11, № 1;

40.

Hughes J. E. Depressive illness and lung cancer. 1.Depressionbefore diagnosis//Eur. J.

Surg.Oncol. [formerly«Clin.Oncol.»].—1985. - 11, MQ 1;

15-20.

Hurny Chr. Psyche und Krebs //Schweiz. med. Wochenschr. — 1984. — 114, №49;

1827-1833.

Jenkins C. D. Manual for the fenkins activity survey/ С D. Jenkins, S. J. Zy-zanski, R.

H. Rosenman. — New York, 1979 b.

Joffres M., ReedD. M., Nomura A. M. Y. Psychosocial processes and cancer incidence among Japanese men in Hawaii // Amer. J. Epidemiol. — 1985. — 121, №4;

488-500.

Koch K. Der Baumtest. — Bern: Huber, 1967.

LeonhardK. Akzentuierte Persunlichkeiten. — Berlin: Volk. u. Gesundheit, 1976. - 2 е Auflage. - 328 s.

Leary T. Multilevel measurements of interpersonal behaviour. — California, 1956.

The Ltischer colour test. — London and Sydney: Pan Books, 1971. — 201 p.

Luszcynska /. Ocena aktiwnosci niektorych fUnkcji poznawczych chorych z zespolami depressyjnymi za pomoc a metod psychologicznich/J. Luszcynska, E. Kowal ska // Psychiatr. Polska. - 1978, XII. - №3. - S. 411-418.

Machover К Personality projection in the drawing of the human figure. — Spring field, 1949.

Martinez B. E. Personalidad у cancer / В. E. Martinez, M. M. P. Barreto // Oncolo gia.- 1990.- 13, № 4.- P. 69-78.

Meili R. Lehrbuch der psychologischen Diagnostik. — Bern: Huber Verlag, 1961. 465 s.

Miller D. R. Psychogenesis, stress, immunity and cancer etiology and prognosis:

discussion of Dr. Fox's paper // Childh.Cancer Proc. Symp. Family and Pediat. Cancer.

Brooklyn. N.Y., 27 — 29 Jan., 1982. — New York;

London, 1984.-P. 31-34.

Morgan Ch. A method for investigating fantasies: the thematic apperception test / Ch.

Morgan, H. A. Murray//Arch. Neurol. Psychiatr. — 1935. —№ 4. — P. 289-306.

Murrey H. A. Thematic apperception test. — Cambridge, 1943. — 20 p.

Niemi T. Cancer morbidity in depressive persosns / T. Niemi, J. Jaaskelai-nen//J.

Psychosom. Res. - 1978. - 22, № 1;

117-120.

Pettingale K. W. Mental attitudes to cancer: an additional prognostic factor/ K. W.

Pettingale, T. Morris, S. Greer, J. L. Haybittle // Lancet. - 1985. — №8431.-P. 750.

Poitrenaud J. La deterioration psychologique dans ie test de retention visuel-le de Benton / J. Poitrenaud, F. Clement // Extr. de la Rev. Psychol. Franc. -1965. - 10, № 4.

- P. 359-368.

Priestman T. J. Stress and breast cancer / T. J. Priestman, S. G. Priestman, С Brad shaw// Brit. J. Cancer. - 1985. - 51, № 4.- P. 493-498.

Psychologia kliniczna / Pod. red. A. Lewickiego. — Warszawa: Panstwowe wydawn.

naukowe, 1974. — 491 s.

Psychological and social cures next for children who recover from cancer // On colog.- 1985. - 30, № 2;

7.

Psychologie et cancer// Gyn. Obs. - 1990. - № 225.- P 14-15.

Rauchfleisch U. Neue Interpretationsmuglichkeiten der Rosenzweig-Picture Frustration-Tests durch Wendung von lndizes // Schweiz. Z. Psychol. An-wend.-№ 4. S. 299-311.

Revidi P. Psychopathologie des cancer // Sem. hop. Paris.— 1983.— 59, №12.-P.

810-809.

Rijke R. P. С Cancer and the development of wil 1 // Theor. Med.— 1985. - 6, № 2.- P. 133-142.

Rorschach H. Psychodiagnostics. — 7th ed. — New York, 1969.

Rosenzweig S. The picture-assotiation method and its application in a study of reac tions to frustration // J. of PersonaUty. — 1945, № 13. — № 3.

Sanocki W. Kwestionariusze osobowosci w psychologii. Wyd. II. : PWN, 1978.

Schipper H. Measuring quality of life: risks and benefits / H. Schipper, M. Levitt // Cancer. Treat. Repts.- 1985. - 69, № 10.- P. 1115-1123. Dis-kuss. 1125.

Schmale A. H. Psychosocial needs of the cancer patient / A. H. Schmale, R.

Cherny, G. Morrow, M. Henrichs // Adv. Cancer Contr.;

Res. and Dev. Proc. Joint Meet.

Assoc. Amer. Cancer Inst. And Assoc. Commun.. Cancer Cent., Washington, D. C, March 4-7, 1982. -New York. - 1983- P. 375-385.

Schmieschek H.-G. Fragebogen zur Ermittiung akzentuierter Pers&nlichkei-ten// Psy chiatr., Neurol, med. Psychol. - 1975, № 25. - S. 378 - 381.

SelyeH. Stress, cancer and behavior// J. Int. Acad. Prev. Med.— 1982. — 7, №1.

Shekele R. B. Psychological depression and 17-year risk and death from cancer/ R. B.

Shekele, W. J. Raynor, A. M. Ostefeld et al. // Psychosom. Med.— 1981.-43,№1.

Stoll B. A. Emotional factors and survival in breast cancer // Contracept. et sein:

from. med. continue senol 5-es Jaurnees fr. senol. et path?l. Mammaire, Strasbourg, oct., 1983. - Paris e. a. - 1983.- P. 3-7.

Titze M. Die Bedeutung von Bildererganzungstest fur die Diagnose von schizo phrenen Denksturungen // Schweizerische Zeitschrift fur Psychologie und ihre An wendungen. 1974. — № 33. — S. 45—61.

Temoshok L. Personality, coping style, emotion and cancer: towards and integrative model // Cancer Surv-1987. - Vbl. 6.- P. 545 - 567.

WarteggE. Experimentelle Psychodiagnostik// Moderne neurol.-psychiatr. Diag nostik. - Leipzig: Hirzel Verlag, 1963. - S. 122-152.

Watson M. Breast cancer: psychological factors in influencing progression // Stress and breast cancer. — Chichester etc. — 1988.— P. 65—75.

Wechsler D. A. Standartized memory scale for clinical use // J. Psychol. — 1945. 19.

- P. 87-95.

Weiner H. Specificity a. specification: two continuing problems in psychosomatic re search // Psychosom. Med. — 1992. — Vol. 54.— P. 567—587.

Welnstock C. Psychophysiological aspects of cancer // Med. Hypothe-ses.-1984. - 15, № 4.- P. 69-383.

Wood C. The healthy neurotic // New. Sci. — 1985. - 105, № 1442.— P. 12-15.

Приложение Модифицированный опросник Шмишека (И. В. Крук, 1990) 1. Ваш ребенок обычно весел?

2. Часто ли ребенок плачет по незначительным поводам?

3. Если вы задержались на работе, спрашивает ли он несколько раз у бабушки или воспитательницы детского сада, когда при дут родители?

4. Ваш ребенок такой же смелый, как его ровесники?

5. Легко ли ребенок переходит от радости к грусти?

6. Любит ли ваш ребенок быть главным в игре?

7. Бывают ли дни, когда без причины он на всех сердится?

8. Бывает ли, чтобы что-нибудь нравилось ребенку чрезвычайно сильно?

9. Способен ли ваш ребенок затеять игру?

10. Считаете ли вы его добрым, умеет ли он сочувствовать?

11. Бывает ли, что ребенок многократно обращается к вам с одним и тем же вопросом, несмотря на то, что вы ему ответили?

12. Боится ли ваш ребенок грозы, собак?

13. Считаете ли вы, что ребенок чрезмерно стремится к ак куратности, порядку?

14. Зависит ли настроение вашего ребенка от вашего настроения, отношений с другими детьми?

15. Считает ли ваш ребенок, что он нравится взрослым (не родст венникам)?

16. Свойственна ли вашему ребенку беспричинная тревога?

17. Бывает ли, что ваш ребенок плачет очень долго, стремясь при влечь внимание взрослых?

18. Трудно ли вашему ребенку длительное время находиться на одном месте?

19. Свойственна ли вашему ребенку жестокость?

20. Раздражает ли вашего ребенка беспорядок в его игрушках?

Стремится ли он к особому порядку в игрушках?

21. Боится ли ваш ребенок оставаться один дома?

22. Бывают ли у вашего ребенка беспричинные колебания на строения?

23. Считает ли ваш ребенок себя одним из лучших в группе?

24. Легко ли ваш ребенок сердится, кричит на окружающих?

25. Чувствует ли себя ваш ребенок иногда очень счастливым?

26. Стремится ли ребенок привлечь к себе внимание взрослых гос тей?

27. Боится ли ваш ребенок вида крови?

28. Часто ли бывает, что ребенок не выполняет поручения взрос лых?

29. Боится ли ваш ребенок войти в темную комнату?

30. Предпочитает ли ваш ребенок настольные игры подвижным?

31. Легко ли ваш ребенок знакомится с новыми для него детьми?

32. Охотно ли ваш ребенок выступает на утренниках?

33. Пытался ли когда-нибудь ваш ребенок убежать из детского сада?

34. Бывало ли, что ребенок после незначительного конфликта с воспитательницей или детьми отказывался идти в детский сад?

35. Удается ли вам отвлечь огорченного ребенка шуткой?

36. Ласков ли ваш ребенок с животными?

37. Бывало ли, что ваш ребенок в тревоге возвращался домой с прогулки проверить, не случилось ли чего-нибудь?

38. Спрашивает ли ребенок, не случится ли с его родителями ка кая-нибудь беда?

39. Бывает ли, что настроение вашего ребенка зависит от погоды?

40. Трудно ли вашему ребенку отвечать на занятиях в детском са ду?

41. Легко ли ваш ребенок затевает драку?

42. Если ребенку что-либо не удается, впадает ли он в отчаянье?

43. Любит ли ваш ребенок дежурить в группе, командовать други ми детьми?

44. Может ли ваш ребенок заплакать, слушая грустную сказку, смотря страшный фильм?

45. Бывает ли, что ребенку трудно уснуть после каких-либо огорче ний?

46. Боится ли ваш ребенок гулять без взрослых, когда стемнеет?

47. Следит ли ваш ребенок за тем, чтобы каждая вещь в доме ле жала на своем месте?

48. Бывает ли, что ваш ребенок лег спать веселым, а проснулся в плохом настроении, длящемся несколько часов?

49. Легко ли ваш ребенок осваивается в незнакомом месте?

50. Жалуется ли ваш ребенок на головную боль?

51. Стремится ли ваш ребенок понравиться незнакомым людям?

52. Активно ли стремится ваш ребенок к играм, развлечениям?

53. Радуется ли ваш ребенок красоте леса, луга, реки?

54. Спрашивает ли ребенок, заперта ли дверь на ночь?

55. Боязлив ли ваш ребенок?

56. Меняется ли настроение вашего ребенка за праздничным сто лом?

57. Стремится ли ваш ребенок к главным ролям в ролевых играх («в больницу», «в магазин»)?

58. Свойственно ли вашему ребенку фантазировать подолгу?

59. Бывают ли у вашего ребенка внезапные переходы от шумного веселья к плачу?

60. Умеет ли ваш ребенок развеселить ровесников?

61. Огорчается ли ребенок, если родители огорчены?

62. Стремится ли ребенок перерисовать наново рисунок, если он вышел, по его мнению, неудачно?

63. Бывает ли, что ребенку снятся страшные сны?

64. Часто ли спрашивает ребенок о возможности ограбления квар тиры?

65. Становится ли ваш ребенок веселее в обществе других детей?

66. Легко ли ваш ребенок забывает свои огорчения?

67. Совершает ли ваш ребенок неожиданные для вас поступки?

68. Сильно ли ваш ребенок увлекается игрой?

Приложение Методические рекомендации по использованию методики «вербальный проективный тест» в диагностике психических расстройств Введение Развитие психиатрии и медицинской психологии в по следние десятилетия ставит в качестве одной из наиболее акту альных задач создание новых, более совершенных психодиаг ностических техник. В их число, как весьма перспективные, входят проективные методы исследования личности, в частно сти методики ряда ТАТ. Однако в последние десятилетия при менение ТАТ все более и более ограничивается явлениями, ко торые можно назвать явлениями «постарения» методики. Суть их заключается в том, что на стимульных таблицах ТАТ одежда персонажей, их прически, прочие атрибуты внешнего вида, ин терьеры помещений, предметы быта и производственной деятель ности людей соответствуют — и отчетливо соотносятся испы туемыми — 20-м — 30-м годам двадцатого столетия. В силу этого снижается качество проекции, так как она в значительной степени «корригируется» испытуемыми в соответствии с их познаниями о жизни в этот исторический период. Отсюда следует предполо жить, что и в дальнейшем процесс «постарения» будет продол жаться и в еще большей степени снижать качество проекции.

Другим отрицательным фактором, затрудняющим применение ТАТ в нашей стране, есть отсутствие отечественных социально культуральных норм.

Все изложенное и послужило основой для создания новой, ге нетически родственной ТАТ, проективной методики — Вербаль ного проективного теста (ВПТ).

Методика оригинальная и в литературе не описывалась.

Теоретические предпосылки создания вербального проективного теста В основе ВПТ лежит гипотеза проекции. На достижение этих целей направлены и особенности построения стимульного мате риала (его неструктурированность, неопределенность в смысло вом отношении, эмоциональная насыщенность), характер давае мой инструкции (краткость, отсутствие конкретизации).

Ведущее место в концепции ВПТ занимает апперцепция, то есть процесс, посредством которого новый опыт ассимилируется и трансформируется под воздействием следов прошлого опыта.

Некоторые особенности построения ВПТ существенно отли чают его ото всех ныне существующих проективных методик этой группы.

Эти особенности обусловлены самим характером стимульного материала — его вербальностью. Практически общепринятым является допущение, что чем менее структурирован стимул, тем больше вероятность того, что он даст проекцию более «глубин ных» слоев личности. Исходя из этого допущения, следовало бы предположить, что качество проекции в ВПТ несколько хуже, чем в ТАТ, так как вербальный характер стимульного материала более структурирован и определён, чем стимульный материал в виде сюжетных картин. Здесь, однако, следует учитывать и то обстоя тельство, что именно благодаря вербальности стимульного мате риала в ВПТ отсутствует один из этапов апперцепции стимула — этап интериоризации стимульного материала во внутреннюю речь, чем значительно укорачивается и облегчается процесс вос приятия стимула.

Другой особенностью ВПТ является его большая предугото ванность для работы с группами испытуемых с теми или иными расстройствами мышления и эмоций. Связано это с тем, что вос приятие смыслового и эмоционального значения слов при многих психотических состояниях существенно нарушается. В наиболь шей степени касается это шизофрении. Таким образом, ВПТ пре доставляет клиницисту и большие возможности для ранней диаг ностики расстройств мышления и эмоциональности, что в свою очередь влечет за собой и более ранние мероприятия по лечению и реабилитации.

Наконец, еще одной особенностью и важным преимуществом ВПТ служит его практически вневременной характер, ибо процесс постарения языка происходит куда более медленно, чем измене ние атрибутов материальной жизни людей. К тому же и в случае устаревания некоторых лексических единиц стимульного материа ла теста их замена не будет сопряжена с такими серьезнейшими трудностями, с какими, вероятнее всего, может быть сопряжена замена стимульных таблиц ТАТ Правда, следует сразу ого вориться, что именно такая особенность ВПТ делает его пригод ным лишь для носителей того языка, на котором составлены сти мульные карточки. Однако перевод его на другие языки несложен и даст подобные же результаты. (Фактор «интернационализации» проявился, в частности, и в том, что при составлении стимульных предложений ВПТ некоторые из них были созданы на основе рус ских переводов произведений немецкоязычной классической ли тературы).

Описание стимульного материала Стимульный материал ВПТ состоит из двух серий карточек — основной и для параллельного тестирования.

Каждая серия содержит по 19 предложений и 1 белую карточ ку. Кроме того, в каждой серии содержатся мужской и женский варианты, отличающиеся друг от друга по личным местоимения и личным глагольным окончаниям.

Основными требованиями при составлении предложений ВПТ были: 1) неструктурированность, неопределенность их в сюжет ном отношении;

2) ярко выраженная эмоциональная насыщен ность;

3) краткость.

Стимульные предложения напечатаны по одному на картон ных карточках прямоугольной формы размером 18 х 3 см. На обо ротной стороне каждой карточки находится ее порядковый номер в наборе. Каждому номеру карточки, независимо от ее вариантной и серийной принадлежности, соответствует определенная, теоре тически обоснованная тема, отражающая ту или иную сторону функционирования личности.

Темы эти следующие:

1) отношение к долгу, 2) депрессивные, суицидальные тенденции, 3) семейные взаимоотношения, 4) отношение к успеху, удаче, 5) отношение к матери, 6) отношение к потере объекта любви, 7) агрессивные тенденции, 8) отношение к авторитетам, вышестоящим лицам, 9) переживание радости, удовольствия, 10) отношение к будущему, 11) взаимоотношения между мужчинами (женщинами), 12)взаимоотношения между матерью и сыном (дочерью), 13) страхи, тревожность, 14) сексуальные установки, конфликты, 15) отношение к смерти, 16) взаимоотношения между отцом и сыном (дочерью), 17) ожидания в отношении какой-то сложной ситуации, 18)страхи и опасения (к опасности извне), 19) белая карточка — актуальные переживания и проблемы, 20) чувство одиночества, страхи.

При разработке этих тем за основу были взяты темы ТАТ и методики незаконченных предложений.

Стимульные предложения либо специально конструи ровались, либо явились модификацией предложений из произве дений П. Романова и Э. М. Ремарка.

Полный перечень предложений всех вариантов и серий ВПТ приведен в приложениях № 1—4.

Техника проведения исследования В начале исследования испытуемым дается инструкция: «Сей час вам будут даны карточки с напечатанными на них разными предложениями. Вы должны внимательно посмотреть на предло жение каждой карточки и составить по нему небольшой (в преде лах пяти минут) связный рассказ, так, чтобы в нем была отражена ситуация самого предложения («настоящее»), ее истоки — то, что, по вашему мнению, привело к ней («прошлое»), и ее исход — то, чем она, по вашему мнению, закончится («будущее»). Дайте пол ную свободу фантазии! Говорите о чем хотите, о чем угодно! Же лательно, чтобы предъявленное вам предложение вписалось в рассказ».

Уточняется, нет ли у испытуемых каких-либо вопросов, поняли ли они, что им предлагается сделать. В случаях наличия вопросов дается развернутое пояснение. Затем предлагается начать выпол нение задания.

Как правило, повторения инструкции не требуется. В редких случаях мы повторяли ее и перед вторым предложением набора, но это повторение носило обычно цель дополнительной стимуля ции испытуемого при недостаточно активном выполнении зада ния. Обязательными условиями проведения исследования являет ся наличие оптимального контакта экспериментатора с испытуе мым и не препятствующее исследованию клиническое состояние самого испытуемого. В случаях выраженной тревоги, возбужде ния, депрессии в рассказах будет отражаться не столько присущая испытуемому личностная структура, сколько особенности его ак туального психического состояния. Информация, полученная в таких случаях, будет в основном характеризовать эмоциональное состояние испытуемого во время исследования, а не вскрывать его личностные особенности.

Все высказывания испытуемых, особенности их поведения во время исследования тщательно записываются. Регистрируется общее затраченное на рассказ время и так называемое латентное время, то есть время, прошедшее с момента предъявления сти мульного предложения и до начала высказываний испытуемого.

Если испытуемый затрачивает на рассказ более 5 минут, то его не прерывают, а продолжают все записывать до прекращения им рассказа. Тест проводится индивидуально с каждым испытуемым.

Как правило, целесообразно проведение исследования в течение двух дней — по 10 предложений ежедневно. Это не является обя зательным условием и в зависимости от конкретной ситуации возможно проведение исследования в течение одного дня с пере рывом после 10-го предложения в течение 15—30 минут. Часто сами испытуемые говорят о том, что они не устали и просят про должить исследование, или наоборот.

Все высказывания испытуемого тщательно записываются ис следующим. Тем не менее возможно разрешить и самому испы туемому записывать свой рассказ, особенно если он об этом про сит. Мотивировки таких просьб почти всегда сводятся к тому, что собственноручная запись рассказов является более свободной: «Я могу записать то, что не хочу говорить вслух». В отношении бе лой карточки дается следующая инструкция: «Посмотрите на эту пустую карточку и представьте себе на ней какое угодно предложе ние. Запишите его, подчеркните, а потом составьте по нему рас сказ точно так же, как вы уже составляли раньше. Помните, что вы должны дать полную свободу своей фантазии!». Если испы туемый говорит слишком быстро, так, что за ним очень трудно записывать, то следует (ни в коем случае не прерывая его) начать повторять вслух то, что он произносит. Как правило, в подобных случаях темп речи испытуемых замедляется.

Когда испытуемый по одному предложению составляет не сколько рассказов, то все они записываются. Затем просят вы брать тот из них, который он считает самым значительным.

Опрос испытуемого в связи с проведением ВПТ осуще ствляется двукратно. Во-первых, перед началом проведения теста собирают об испытуемом подробные сведения. Затем, уже имея их, проводят ВПТ. После проведения теста уточняются некоторые обнаруживающиеся в ходе его проведения интересующие иссле дующего моменты. Такой порядок дает возможность оптимально подойти к оценке личностных особенностей испытуемого и, как правило, очень положительно воспринимается им, так как показы вает, по его мнению, более полное соучастие врача или психолога в решении проблем пациента.

При отказе испытуемого от проведения исследования тем не менее все же делаются «мягкие» попытки его стимуляции, однако делается это очень осторожно. Если испытуемый и далее не со глашается на проведение исследования, то оно прекращается.

Крайне редко, но можно давать предложения испытуемым на дом для составления рассказов. И в этом случае надо стремиться к фиксированию затрачиваемого на составление рассказов времени, об этом просят испытуемых. Случаи, когда рассказы можно дать испытуемым домой, всегда должны быть обусловлены их личной просьбой, их заинтересованностью в проведении данного вида психологического исследования.

Основные параметры интерпретации получаемых результатов Интерпретация результатов исследования проводится в разре зе двух основных аспектов: традиционного для методик ряда ТАТ личностно-патопсихологического изучения испытуемых и в ас пекте лексико-грамматического анализа рассказов испытуемых.

В рамках первого из них выделяются следующие опорные пункты для интерпретации:

1) «момент» («настоящее») — о его наличии говорят в том случае, когда в сюжете рассказа отражена сама ситуация пред ложения;

2) «прошлое» — исток ситуации, отображенной в сюжете рассказа в его связи с настоящим;

3) «будущее» — исход ситуации, отображенной в сюжете расска за в его связи с настоящим;

4) «мысли» — отражают размышления, планы героя рассказа;

5) «чувства» — отражают переживания, эмоции героя рассказа;

6) «идентификация» и «солидаризация» — две очень тесно взаи модействующих и взаимосвязанных друг с другом категории.

Все же понятие «солидаризации» несколько шире и позволяет судить о том, кто из героев рассказа ближе всего испытуемо му, кому он отдает предпочтение, на кого он хотел бы быть похожим. Об идентификации говорят тогда, когда, во-первых, это подтверждает сам испытуемый в ходе дальнейшей беседы и, во-вторых, тогда, когда об этом можно с уверенностью судить на основании твердого знания ситуации жизни испы туемого;

7) «сферы» — их выделяют восемь: интимную, сексуальную, се мейную, профессиональную, морально-этическую, обществен но-политическую, личную, религиозно-мистическую. Послед нюю часто целесообразно разделить на мистическую и религи озную.

Важным показателем может быть расхождение интимной и сексуальной сфер. В этих случаях можно увидеть, какая из них бо лее значима для испытуемых.

Наиболее часто в рассказах здоровых испытуемых встречают ся личная, профессиональная, семейная, интимная, сексуальная сферы.

В рассказе в абсолютном большинстве случаев одновременно встречаются несколько сфер. Все они выделяются и записываются, при этом располагаются в порядке их значимости для испытуемо го;

8) «позиция» — может быть активной (ее крайнее выражение — агрессивная) и пассивной (ее крайнее выражение — страда тельная). Позиция также может быть неопределенной и амби валентной — активно-пассивной и пассивно-активной. По следние разновидности категории «позиция» выделяются по несоответствиям в разных частях рассказа.

Об активной позиции говорят тогда, когда человек чувствует себя хозяином жизни, подчиняет ее себе, переделывает согласно своим желаниям, потребностям, установкам.

Агрессивная позиция — крайняя разновидность активной. Она проявляется в соответствующих установках персонажей рассказа или в соответствующих оценках: «все злобные», «завистливые», «глупые» и т. п.

Пассивная позиция отражает подчинение человека течению жизни, отсутствие борьбы за свои цели, выполнение всего того, что диктует ход событий, даже если это и противоречит установ кам личности.

Страдательная позиция — крайняя разновидность пассивной.

Люди с этой позицией всегда ожидают недобрых исходов и уве рены, что весь окружающий мир плохо к ним относится. Суть страдательной позиции должна быть раскрыта в сюжете и выра жена в его исходе;

9) «конфликт» — может быть, но может и отсутствовать.

Сюжет считается конфликтным, если в нем встречаются две разнонаправленные противодействующие силы. Конфликт яв ляется внешним, когда одна из противодействующих сил идет извне, а другая кроется внутри личности. Конфликт является внутренним, когда сама личность служит источником обеих противодействующих сил. Может встретиться, наконец, и так называемый конфликт общего (экзистенциального) типа. Он проявляется во включении в сюжет мировоззренческих про блем: о смысле жизни, о судьбе, роке, справедливости и т. п.

Конфликт этот всегда внутренний и вневременной;

10) «система ценностей» — отражает то, что наиболее значимо для героя рассказа. Могут быть следующие системы ценностей:

а) уверенность в себе, б) смелость, дерзания, в) успехи по службе, г) спокойствие, д) мужество, самолюбие, е) правильное воспитание детей, ж) радость материнства, з) готовность к помощи, и) доброта, к) человеческое участие, л) собственная значимость, одаренность, м) рациональность, н) общественный престиж, о) тактичность, тонкость, п) порядочность, р) духовная близость в браке, с) любовь, т) альтруизм, чуткость, внимание к людям и т. д.

В некоторых рассказах система ценностей может и отсутство вать;

11) «общий фон настроения» — должен обязательно определяться на момент проведения исследования;

12) «комментарии» — подразделяются на оценочные, справочные и мемориальные.

К оценочным комментариям относятся замечания ис пытуемого в виде:

а) развернутых суждений: «Я считаю, что он плохо (хорошо, правильно и т. п.) сделал...»;

б) кратких характеристик: «правильно», «хорошо», «плохо» и т. п.;

в) специального подбора лексики рассказа: «этот человек», «этот тип» и т. п.

Справочный комментарий — это пояснение, справка, которые дает испытуемый: «А родители запрещали видеться с ним, так как он был много старше и, к тому же, разведенный».

Мемориальный комментарий является развернутым эпизодом из жизни испытуемого или просто его упоминанием о своих впе чатлениях;

13) «пубертатные темы» — значимы в том случае, когда встречаются в рассказах взрослых испытуемых. Они характе ризуются упоминанием о дальних путешествиях, описанием или упоминанием об экзотических местах, экзотических про фессиях, именах и т. п. Сюда же относятся и отрицательные характеристики старших — по возрасту и положению («злой», «косный», не в состоянии понять веяния нового вре мени и т. п.). Наличие в рассказах взрослых испытуемых пу бертатных тем свидетельствует об эмоциональной незрелости личности, ее инфантильности, истероидности;

14) «особые темы» — проявление глубоких личностных дис гармоний. Они никогда не встречаются у здоровой, целостной личности. К разряду особых относятся только следующие те мы:

а) смерть, б) суицид, в) симптоматика соматических хронических, неизлечимых заболеваний, г) симптоматика психических расстройств. Сюда же следу ет относить и алкоголизм как болезнь, но не простое зло употребление алкоголем. Такое разграничение проводит ся по содержанию конкретного рассказа и имеющимся сведениям об испытуемом.

Не все «особые темы» равноценны по своей диагностической значимости. Наиболее несвойственна здоровым испытуемым тема суицида, поэтому даже однократное появление ее в рассказах на до оценивать как личностное неблагополучие. Так же информа тивна даже при однократной встречаемости тема симптоматики психических расстройств. В отношении остальных двух разно видностей«особых тем» можно с известной долей условности придерживаться такого правила: тема считается серьезным при знаком личностной патологии, если она встречается в рассказах шесть и более раз;

при встречаемости ее от четырех до пяти раз — проявление признаков астенизации испытуемого;

до трех раз включительно данные темы могут быть обусловлены культураль ными факторами;

15) «перенос в условность» — имеет место в тех случаях, когда все предложение не воспринимается испытуемым как реаль ность. О наличии этого феномена судят по специальной лекси ке в самом начале рассказа, например: «по-видимому», «пред положим», «может быть» и т. п. Если же наличие такого рода лексики сочетается с ведением рассказа от первого лица, то нельзя говорить о наличии феномена «переноса в условность».

По нашим наблюдениям, этот феномен есть нозологически не специфическое патопсихологическое выражение иррацио нальности в мышлении и встречается в рамках различных но зологических форм, например при истерических состояниях, шизофрении;

16) «переуточнения» — все имена собственные, дни недели, циф ры, национальность. Наличие переуточнений дает основания судить о некоторой конкретности мышления, затруднениях в оперировании сложными обобщениями. Переуточнения, пред ставляющие собой несвойственные данным культурным тра дициям названия мест, имена и т. п. оцениваются как проявле ние демонстративности, истероидности (Луиза, Боб, Мак, Рио де-Жанейро и т. д.);

17) «символизация» — бывает личностной (непатологической) и патологической. Личностная символизация всегда поддержи вается тем, чего нет в предложении (цветом, звуком, темпе ратурными ощущениями и т. п.). В рассказе личностная сим волизация представляет собой художественный прием, сви детельствующий о творческой одаренности испытуемого, его утонченном восприятии. Кроме того, это свидетельство сни жения порога восприятия раздражителей. Патологическая символизация не поддерживается элементами творчества и является указанием на наличие психопатологических рас стройств;

18) «нарушения логики» — представляют собой сборную группу различных родственных феноменов. Явное нарушение логики — начало рассказа и его конец противоречивы.

Скрытое нарушение логики — нарушения внутренней взаимо связи элементов рассказа, их инверсия, когда меняются ролями герои, нарушается последовательность событий и т. п.

Нарушение логики, нуждающееся в проверке — при этом фе номене конец рассказа не вяжется со всем его предшествующим содержанием. В данном случае требуется по окончании рассказа уточнить у испытуемого весь ход его рассуждений. И если он бу дет четко восстановлен, то нарушения логики нет;

если же испы туемый будет подгонять конец рассказа под предшествующее со держание — нарушение налицо.

Уход от сюжета — испытуемый составляет рассказ не на тему, заданную предложением.

Близким предыдущему феномену является феномен невоспри ятия эмоционального подтекста предложения, когда полностью не воспринимается эмоциональная составляющая слов стимульного предложения и ориентация при составлении рассказа идет лишь на чисто формальные их характеристики;

19) «патология речи» — включает в себя:

а) разностильность речи: в рассказ, составленный в какой либо одной стилистической форме, делаются вставки другой, например, в литературную форму включаются жаргонизмы и т. п.;

б) синтаксические несоответствия, синтаксические ошибки;

в) грамматические ошибки;

г) неоконченные, брошенные предложения;

д) смысловые смещения: не совсем точное, не со всем пра вильное употребление слов, смысловое «чуть-чуть не то»;

е) неологизмы, придуманные только испытуемым;

ж) стереотипии — повторение в рассказах испытуемого од них и тех же (или почти одних и тех же) слов, фраз, предложений, ситуаций. Иногда практически без измене ний повторяются целые рассказы;

з) персеверации — включение в последующие рассказы элементов предшествующих. Сюда же относятся и слу чаи, когда испытуемый составляет так называемые «продолжающиеся» рассказы: на после дующие, не связанные друг с другом в смысловом отно шении и необязательно рядом расположенные стимуль ные предложения составляется единый рассказ, с единым развитием сюжета;

20) «реминесценции» — включение в рассказ фрагментов из лите ратурных произведений, ссылки на них, другие произведения искусства. Свидетельствуют об ослаблении контактов испы туемого с экспериментатором, вообще о затруднении в контак тах. Иногда это может быть привычкой, обусловленной воспи танием, но все равно, если здесь не профессиональный навык, то тенденция одна;

21) «штампы» — делятся на литературные, канцелярские и газет ные.

Литературные штампы более всего говорят о конформности испытуемого, часто свидетельствуют о его демонстративности с целью приукрасить речь.

Канцелярские штампы показывают в наибольшей степени, нежели их другие разновидности, формальность общения и кон такта.

Газетные штампы имеют двоякое значение. Если они упот ребляются серьезно и контекстуально уместно, то свидетельству ют о глубокой социальной конформности. Если же употребляются они не к месту, неуместно (что бывает чаще), то они служат при знаком той или иной степени серьезности социального нонкон формизма.

В целом же появление в рассказах испытуемых штампов явля ется указанием либо на ослабление энергии мышления (послови цы, поговорки, большая часть канцеляризмов), либо на конформ ность испытуемого, когда ему больше всего подходят для исполь зования повседневно употребляемые выражения.

В случаях наличия психопатологических расстройств штампы встречаются очень часто;

22) «оценки представителям полов» — учитывается оценка испы туемым персонажей рассказов как своего, так и противопо ложного пола. Эта оценка в обязательном порядке сопоставля ется с общим содержанием всех рассказов, а также с имеющи мися сведениями об испытуемом;

23) «антисоциальные проявления в рассказах» — в большей сте пени свидетельствуют о боязни их, отрицательном к ним отношении со стороны испытуемого, чем о его склонности к ним. Для уточнения суждения об этом обязательно смотрят графы «позиция» и «идентификация», «солидаризация».

Преимущественная идентификация себя с сильной ан тисоциальной группой, включение себя в нее свойственно наибо лее робким испытуемым.

Если при преобладании пассивных и страдательных позиций вдруг 2—3 раза встречается несвойственная испытуемому агрес сия, то это чаще всего свидетельствует либо о затрагивании очень близких обследуемому ситуаций, либо, чаще, есть способ защиты — «идентификация себя с опасностью»;

24) «подробное описание внешних и внутренних страданий» — указывает на наличие садомазохистических черт у испытуемо го и встречается или при имеющихся нарушениях в эмоцио нальной сфере, или при эмоциональной незрелости, инфан тильности личности;

25) «защита» — отражает обеспечение себе испытуемым наибо лее удобного и результативного способа действия. Можно вы делить три способа психологической защиты в ВПТ:

а) способ интеллектуальной переработки — тщательный последовательный пересмотр всей угрожаемой ситуации (или отдельных, наиболее существенных элементов ее) с целью нахождения способов изменения ситуации и воз действия на нее, или отыскание способов действия, ле жащих вне ситуации и изменяющих хотя бы ее значение для испытуемого. Этот способ целиком находится в соз нании и обеспечивается преимущественной работой мышления, способностью анализировать, достаточным архивом памяти и т д.;

б) способ подменяющей или отвлекающей деятельности — здесь пересмотра элементов ситуации или вовсе нет, или их мало, а для того чтобы не волноваться, человек пере ключает свою деятельность, отвлекается. Он усиленно занимается хобби, спортом, какой-либо другой интере сующей его деятельностью. Эта работа может быть как однонаправленной, так и многонаправленной.

В случае способа подменяющей и отвлекающей деятельности сознание уже не полностью участвует в защите.

Оно включается здесь не на стадии желания переключения, а лишь на стадии выполнения;

в) способ вытеснения — человек, не изменяя своей деятель ности, исключает из памяти очаг неблагополучия. Он становится для него запредельным. Человек о нем просто перестает знать. Этот способ полностью находится в не осознаваемом. Он позволяет психике освободиться от напряжения, не изменяя ситуации. Этот способ свиде тельствует о неблагополучии в психологической защите.

Таковы основные, опорные пункты в интерпретации результа тов ВПТ. Помимо них, можно выделить также: время, затрачен ное на один рассказ;

количество слов в одном рассказе и т. д. Эти составляющие интерпретации имеют большое значение в иссле довательской работе.

Лексико-грамматический анализ рассказов испытуемых следу ет проводить по следующей схеме:

1) подсчитывается, начиная с пятого рассказа, сто слов испытуе мого, 2) на этом речевом отрезке фиксируют наличие определенных языковых единиц.

Следует учитывать количественное содержание в ана лизируемых отрезках рассказов следующих речевых со ставляющих:

1) личные местоимения:

а) всего, из них:

б) 1-го лица единственного числа, в) стимульных;

2) неопределенные местоимения;

3) имена прилагательные:

а) всего, из них:

б) стимульных, в) имен прилагательных множественного числа;

4) междометия;

5) имена существительные:

а) всего, из них:

б) стимульных, в) имен существительных множественного числа;

6) глаголы:

а) всего, из них:

б) неопределенной формы, в) в прошедшем повествовательном времени, г) стимульных.

Такая схема качественного и количественного лексико грамматического анализа речи испытуемых составлена с учетом имеющихся на сегодняшний день литературных данных об осо бенностях речи при отдельных формах психических расстройств.

В заключении этого раздела следует подчеркнуть, что здесь приведены хотя и полные, но по содержанию все же краткие, опорные сведения для интерпретации получаемых с помощью ВПТ результатов.

Оценка результатов исследования Вербальный проективный тест апробирован при комплексном клинико-психологическом исследовании больных неврозами и шизофренией, протекавшей с неврозоподобной симптоматикой, наблюдавшихся в Воронежском областном психоневрологиче ском диспансере в период 1989—1993 годов. Синдромальные ха рактеристики неврозоподобных расстройств рассматривались со ответственно традиционным для отечественной психиатрии фор мам неврозов, то есть астено-ипохондрический синдром — не врастении, истериформный — истерическому неврозу, обсессив но-фобический — неврозу навязчивых состояний.

Наряду с подробным анамнестическим и клиническим изуче нием испытуемых каждому из них проводилось развернутое па топсихологическое исследование с помощью батареи общеприня тых методик, в которую включался и ВПТ.

Характерно:

1) ВПТ успешно функционирует как новая проективная методика изучения личности. Об этом свидетельствуют построение рас сказов больными от первого лица, отображение эпизодов сво ей жизни обследуемыми в этих рассказах, частые спонтанные замечания о том, что рассказываемое происходило с самими испытуемыми. Гораздо реже не удается установить связи рас сказов больных с событиями их прежней жизни.

2) ВПТ, функционируя как проективная методика, имеет особую чувствительность к выявлению эмоциональных нарушений, по зволяет диагностировать их характер и степень выраженности.

Это дает возможность применять ВПТ при разного рода рас стройствах эмоциональной сферы, особенно с дифференциаль но-диагностическими целями.

3) ВПТ в связи с вербальным характером стимульного материала пригоден для анализа речи лиц, страдающих различными пси хическими расстройствами в большей мере, чем какая-либо другая патопсихологическая методика. Учитывая, что при ши зофрении значение отдельных слов изменено, а часто и неодно значно («патологический полисемантизм»), а ВПТ в качестве стимульного материала использует именно слова, психолог получает возможность одновременной комплексной диагно стики эмоциональных нарушений и расстройств мышления, так называемых «комплексных соскальзываний» (и мысли тельных, и эмоциональных), имеющих в основе своей извра щенное эмоциональное восприятие вербального стимульного материала.

Стимульный материал. Основная серия Мужской вариант 1. Мысль об обещанном терзала его.

2. Он нагнулся над краем пропасти.

3. Окаменевший, пошел он навстречу семье.

4. Неожиданно он возликовал.

5. Смутное предчувствие овладело матерью.

6. С ней он потерял всякую опору.

7. Ярость расползалась по его телу 8. Отношение к учителю мучило его.

9. Его лицо просветлело.

10. С замиранием сердца думал он о поездке.

11. Он с презрением посмотрел ему в лицо.

12. Он устремил на мать полный решимости взгляд.

13. Тревожный трепет пробежал по его телу 14. Держа ее руку в своей, он чувствовал ее взволнованное дыха ние.

15. Он поднялся на холм к вырытым могилам.

16. Он метнул на отца взгляд, полный решимости.

17. Он замер в ожидании.

18. Он вздрогнул, заметив шевелящиеся в развалинах тени.

19. Белая карточка.

20. Потянулись заборы, заколоченные окна, фонари, углы.

Женский вариант 1. Мысль об обещанном терзала ее.

2. Она нагнулась над краем пропасти.

3. Окаменевшая, пошла она навстречу семье.

4. Неожиданно она возликовала.

5. Смутное предчувствие овладело матерью.

6. С ним она потеряла всякую опору 7. Ярость расползалась по ее телу.

8. Отношение к учителю мучило ее.

9. Ее лицо просветлело.

10. С замиранием сердца думала она о поездке.

11. Она с презрением посмотрела ей в лицо.

12. Она устремила на мать полный решимости взгляд.

13. Тревожный трепет пробежал по ее телу 14. Держа его руку в своей, она чувствовала его взволнованное дыхание.

15. Она поднялась на холм к вырытым могилам.

16. Она метнула на отца взгляд, полный решимости.

17. Она замерла в ожидании.

18. Она вздрогнула, заметив шевелящиеся в развалинах тени.

19. Белая карточка.

20. Потянулись заборы, заколоченные окна, фонари, углы.

Серия для параллельного тестирования Мужской вариант 1. Его будоражило данное им обещание.

2. Идти было некуда, весь мир был ненавистен.

3. Домашний разговор не давал ему покоя.

4. Неожиданный поворот событий привел его в восторг 5. Непонятное чувство заговорило в душе матери.

6. Взяв ее за руку, он глядел на нее в тоске.

7. Не думая, он поднял камень и швырнул вслед.

8. Отношения его с подчиненными были непростыми.

9. Глаза его сияли.

10. Ожидание перемен очень волновало его.

11. С замиранием сердца он шагнул к нему 12. С твердостью мать подошла к сыну 13. Лицо его было растерянное и испуганное.

14. Она стояла перед ним, и слышалось ее взволнованное дыхание.

15. Повсюду торчали бледные могильные кресты.

16. Отец решительно взглянул на сына.

17. Ожидание было теперь для него невыносимо.

18. Взглянув, он отшатнулся и бросился бежать.

19. Белая карточка.

20. Все вокруг пронизано холодом и одиночеством.

Женский вариант 1. Ее будоражило данное ею обещание.

2. Идти было некуда, весь мир был ненавистен.

3. Домашний разговор не давал ей покоя.

4. Неожиданный поворот событий привел ее в восторг 5. Непонятное чувство заговорило в душе матери.

6. Взяв его за руку, она глядела на него в тоске.

7. Не думая, она подняла камень и швырнула вслед.

8. Отношения ее с подчиненными были непростыми.

9. Глаза ее сияли.

10. Ожидание перемен очень волновало ее.

11. С замиранием сердца она шагнула к ней.

12. С твердостью мать подошла к дочери.

13. Лицо ее было растерянное и испуганное.

14. Он стоял перед ней, и слышалось его взволнованное дыхание.

15. Повсюду торчали бледные могильные кресты.

16. Отец решительно взглянул на дочь.

17. Ожидание было теперь для нее невыносимо.

18. Взглянув, она отшатнулась и бросилась бежать.

19. Белая карточка.

20. Все вокруг пронизано холодом и одиночеством.

Приложение Нормы профессиональной этики для разработчиков и пользователей психодиагностических методик (Приводится по: Нормы профессиональной этики для разработчиков и пользователей психодиагностических методик. Стандартные тре бования к психологическим тестам. — 2-е изд. — Ярославль: НПЦ «Психодиагностика», 1998. — 39 с.) При разработке данных «Норм...» были использованы сле дующие источники: А. Анастази. Психологическое тес-тирование.

В 2-х кн. — М., Педагогика, 1982. — Кн.1: Проект кодекса этиче ских принципов психолога // Психологический журнал. — 1987.

— № 5;

Профессиональный кодекс этики для психологов // Во просы психологии. — 1990. — № 6;

Этические принципы и пра вила работы психолога // Практикум по экспериментальной и при кладной психологии. - Л., 1990).

От составителей Предлагаемые «Нормы...» разработаны в соответствии с ос новными требованиями психологической профессиональной эти ки, принятыми за рубежом, в странах с широкой и хорошо орга низованной сетью психологических служб. Поскольку в нашей стране практическая психология является относительно молодой и пока недостаточно структурированной отраслью, она не имеет действующих органов и способов контроля за практикой отдель ных психологов. Поэтому предлагаемые «Нормы...» не носят ха рактера закона, обязательного для исполнения, их нарушение не может повлечь за собой каких-либо официальных санкций. Цель «Норм....» — дать практикующим в России психологам четкие ориентиры в том, что касается этики проведения психодиагности ческих обследований. В основе «Норм....» лежат общепризнанные права человека, и основным критерием и контролером их выпол нения должна являться профессиональная честность и гуманность самих психологов.

Составители выражают надежду, что по мере продвижения нашего государства к правовому будут приняты законодательные и нормативные акты, охраняющие права человека при психологи ческих обследованиях и регламентирующие работу прикладных психологов, и настоящие «Нормы...» рассматриваются как первый шаг в продвижении к этой цели.

Введение Целью данных «Норм...» является изложение профес сиональных и этических требований к лицам, по роду своей дея тельности связанным с разработкой и применением психодиагно стических методик.

Как любой научный инструмент, психодиагностические тес ты, чтобы быть эффективными, должны правильно использовать ся.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.