WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 ||

««...Жить с открытыми глазами» Первую записную книжку Камю завел в середине 30 х годов, ког да ему было чуть более двадцати лет. Последние заметки написа ны незадолго до гибели. Собранные вместе, эти ...»

-- [ Страница 2 ] --

безмолвию. Но постепенно и журчание воды растворяется в пейзаже. Не затихая Разнузданная чувственность приводит ни на миг, оно, однако, обращается к убеждению, что мир бессмыслен.

в молчание. И лишь тройки дымчатых ворон, Целомудрие, напротив, возвращает миру пролетающие время от времени в небе, смысл.

возвращают пейзажу признаки жизни.

Сидя на краю волнореза, я совершаю Когда именно жизнь становится судьбой?

неподвижное плавание по равнодушному Когда человек умирает? Но это судьба краю. Только вся природа и этот белый для других, для истории или для его покой, который зима дарует чересчур родственников. В сознании? Но ум челове пылким сердцам, — только они могут ческий сам творит образ жизни смирить сердце, терзаемое горькой как судьбы, вводит связность туда, любовью. Я вижу, как разрастается в небе где ее нет. В обоих случаях перед нами светлое пятно, рассеивающее предчув иллюзия. Что же из этого следует?

ствие смерти. Наконец то мне, которому Что судьбы не существует?

теперь все говорит только о прошлом, является свыше знамение будущего. Все искусство Кафки состоит в умении Замолкни, легкое! Пей этот бледный, заставлять читателя перечитывать. Его ледяной воздух, который питает тебя. развязки — или отсутствие таковых — Молчи. Как хочу я не слышать больше подсказывают истолкование, но подсказы твоего медленного гниения — как хочу вают весьма неопределенно и принуждают обратиться наконец к... возвращаться к началу, чтобы, перечитав книгу под новым углом зрения, примерить Мне не следовало бы писать: если бы мир к ней это истолкование. Иногда возможны был ясен, искусства бы не существовало. две или три трактовки, из чего вытекает Но если бы мир казался мне осмыслен необходимость второго и третьего чтения.

ным, я не стал бы писать. Есть случаи, Но не следует искать объяснения для когда следует говорить о себе — каждой детали в книгах Кафки. Символ — 112 1942 65 Эскиз статьи всегда обобщение, и художник переводит умеет не доверять иллюзии, будто другие «Надежда и абсурд в творчестве Франца его, не разрушая его цельности. Дослов способны «разделить» с ним страдание, Кафки», впервые опубликованной в 1943 г.

ный перевод здесь невозможен. Можно ему уже почти ничему не надо учиться.

в журнале «Арбалет»;

в дальнейшем печаталась восстановить лишь общий смысл. А осталь как приложение к книге «Миф о Сизифе» — ное — дело случая, которому платит дань Вообразим себе мыслителя, который, начиная с третьего, расширенного издания всякий творец65. опубликовав несколько книг, заявляет 1948 г.

в своем новом сочинении: «До сих пор В этом краю, где зима стерла все краски, я шел по неверному пути. Теперь я начну потому что кругом все бело, отменила все все сначала. Я понял, что был не прав», — звуки, потому что снег их приглушает, после этого никто никогда не станет уничтожила все запахи, потому что холод принимать его всерьез. А между тем отбивает обоняние, первое благоухание он доказал бы таким поступком весенних трав воспринимается, должно свое право мыслить.

быть, как радостный зов, трубный глас чувств. Вне любви женщина скучна. Она ничего не понимает. Надо жить с одной из них Болезнь— монастырь со своим уставом, и молчать. Или спать со всеми и делать своей аскезой, своим молчанием и своими свое дело. Самое важное — не в этом.

прозрениями.

Боги наградили человека великими, Человек должен сам создать для себя блистательными добродетелями, единство, либо внутри мира, либо отвер позволяющими ему достичь всего, нувшись от него. Так восстанавливаются чего он пожелает. Но одновременно в правах нравственность и аскеза, которым они наградили его и добродетелью более еще предстоит найти точное определение. горькой, внушающей ему презрение ко всему, чего он достиг.

Жить своими страстями — значит также...Вечно наслаждаться невозможно, и жить своими страданиями, в которых — в конце концов наступает усталость.

противовес страстям, поправка к ним Превосходно. Но отчего? На практике и плата за них. Когда человек умеет — невозможно наслаждаться вечно, потому и не на словах, а на деле оставаться один что невозможно наслаждаться всем.

на один со своим страданием, преодоле При мысли обо всех тех наслаждениях, вать свое желание спастись бегством, которые тебе совершенно недоступны, 114 1942 1943— ощущаешь такую же усталость, 15 января как при мысли о тех, которые ты уже испы Болезнь— это крест, но, быть может, тал. Если бы и в самом деле и опора. Идеально было бы взять у нее можно было объять все наслаждения, силу и отвергнуть слабости. Пусть она почувствовали бы мы усталость?

станет убежищем, которое придает силу в нужный момент. А если платить нужно Вот вопрос: любите ли вы идеи — всей страданиями и отречением — заплатим.

душой, всем существом? Может ли идея лишить вас сна? Чувствуете ли вы, что Небо голубое, поэтому заснеженные готовы отдать за нее жизнь? Сколько деревья, склоняющие свои белые ветви мыслителей отступились бы!

низко низко надо льдом, кажутся похожи ми на цветущий миндаль. В этом краю глаз Красота, говорит Ницше вслед за Стенда не может отличить весну от зимы.

лем, — это обещание счастья. Но если У меня роман с этим краем, иначе говоря, сама она не является счастьем, что может у меня есть причины и любить его, она обещать?

и ненавидеть. А с Алжиром все наоборот — я люблю его беспредельно и сладостраст...Только когда все вокруг занесло снегом, но предаюсь этому чувству. Вопрос: можно я заметил, что двери и окна синие.

ли любить страну, как женщину?

Только у бедняков щедрость великодушна.

Вот что освещает мир и делает его сносным — привычное ощущение наших Грубое физическое желание вспыхивает связей с ним, точнее, наших связей мгновенно. Но желание вкупе с нежностью с людьми. Общение с людьми всегда требует времени. Приходится пройти через помогает жить, потому что оно всегда всю страну любви, чтобы загореться предполагает продолжение, будущее, — желанием. Не потому ли вначале так кроме того, мы живем так, словно нашим нехотя вожделеешь ту, которую любишь?

единственным призванием является именно общение с людьми. Но бывают дни, Оправдание абсурдного мира может быть когда мы осознаем, что это не единствен только эстетическим.

ное наше призвание, а главное, понимаем, что связью с людьми мы обязаны лишь своим собственным усилиям: стоит 116 1943—1946 1943— перестать писать или говорить, стоит утомительно, и наступает минута, когда обособиться, и толпа людей вокруг вас мысли мои разбредаются, вернее, растает;

понимаем, что большая часть этих растекаются во все стороны: тогда часы людей на самом деле готовы отвернуться пролетают молниеносно и я, не успев от нас (не из злобы, а лишь из равноду оглянуться, прибываю к месту назначения.

шия), а остальные всегда оставляют за собой право переключить свое внимание Быть может, к скульптуре меня влечет на что нибудь другое;

в эти дни любовь к камню. Скульптура возвращает мы понимаем, сколько совпадений, сколько человеческому облику весомость случайностей необходимы для рождения и равнодушие, без которых я и не мыслю того, что называют любовью или дружбой, величия.

и тогда мир снова погружается во мрак, а мы — в тот лютый холод, от которого нас Человек, хоть немного знакомый с гимна ненадолго укрыла человеческая нежность. стикой ума, знает, подобно Паскалю, что мы всегда совершаем ошибку, исключая что то из своего поля зрения.

10 февраля Ум, развившийся до своего предела, твердо Четыре месяца жизни аскетической знает, что любая теория содержит в себе и уединенной. Воле, уму это на пользу.

зерно истины и что любой опыт, накоплен А сердцу?

ный человечеством, даже если он вопло щен в таких противоположных фигурах, как Размышлять и писать по плану мне мешает Сократ и Эмпедокл, Паскаль и Сад, нельзя воображение. Оно у меня беспорядочное, априорно отрицать. Однако обстоятельства неумеренное, пожалуй, даже чудовищное.

вынуждают совершать выбор. Так, Ницше Трудно представить себе, какую огромную считал необходимым подвергнуть критике роль воображение сыграло в моей жизни.

философию Сократа и христианство, хотя А между тем я заметил эту свою особен не мог привести серьезных аргументов.

ность только в тридцать лет.

Нам же, напротив, необходимо встать Иногда в поезде или в автобусе, когда на защиту Сократа или по крайней мере время тянется медленно, я запрещаю себе того, что он олицетворяет, ибо сегодня блуждать среди образов и построений, существует опасность, что на смену этим кажущихся мне бесплодными. Но постоян ценностям придет отрицание всякой но направлять мысль на верный путь, культуры, так что Ницше рискует одержать возвращать ее к полезному источнику 118 1943—1946 1943— 66 Калликл — персонаж здесь победу, которой он бы не пожелал. Так, для меня очевидная философия заклю диалога Платона «Горгий» (между 399 и 388 гг.

На первый взгляд кажется, что это вносит чена в абсурде. Но это не мешает мне иметь до н.э.), молодой афинский аристократ, в жизнь идей некоторый оппортунизм. (или, точнее, учитывать) философию ученик софистов.

«Платон предвосхищает Но это только кажется, ибо ни Ницше, приятную. Напр.: точное равновесие между в Калликле вульгарный тип ницшеанства», — ни мы сами не забываем о другой стороне умом и миром, гармония, полнота и т.д.

писал Камю в «Бунтующем человеке».

вопроса;

наши действия — просто Счастлив мыслитель, который отдается 67 Речь идет о сборнике произведений Ницше защитная реакция. А в конечном счете своей склонности, а тот, что отказывает «Происхождение философии в эпоху опыт Ницше вместе с нашим опытом, опыт себе в этом — из любви к истине, греческой трагедии», изданном в 1938 г.

Паскаля вместе с опытом Дарвина, опыт с сожалением, но решительно, — мысли в переводе на французский язык Калликла66 вместе с опытом Платона тель изгнанник.

Ж.Бьянки.

воплощают все богатство человечества Как далеко может зайти этот разрыв и возвращают нас нашему отечеству между мыслителем и его системой?

(но все это может быть верно, лишь если Не возвращает ли это нас, по сути дела, учесть дюжину дополнительных тонкостей). окольными путями к реализму: истина, Как бы там ни было, см. Ницше (Происхож внеположная человеку, — принудительная.

дение философии, Бьянки, с. 20867): Возможно, но в таком случае это был бы «Сократ, признаюсь честно, так близок реализм, не могущий нас удовлетворить.

мне, что я все время борюсь против него». Не априорное решение.

Вообразим себе мыслителя, который Важный вопрос, который следует разре говорит: «Вот, я знаю, что это правда. шить «на практике»: можно ли быть Но в конечном счете последствия этого счастливым и одиноким.

мне отвратительны, и я отступаю. Истина неприемлема даже для того, Ницше, внешняя сторона жизни которого кто ее открывает». Это и будет абсурдный была более чем однообразна, доказывает, мыслитель с его постоянной тревогой. что мысль, работающая в одиночестве, сама по себе страшное приключение.

Нужно решиться ввести в мыслительный аппарат необходимое различие между Мы покорно соглашаемся с тем, что философией очевидной и философией Мольер должен был умереть!

приятной. Иначе говоря, мы можем прийти к философии, которая противна уму У Ницше тоже бывали приступы тоски.

и сердцу, но которая напрашивается. Но он ничего не хотел просить у неба.

120 1943—1946 1943— 68 Жильсон Этьен Его решение: потребовать от человека и беспомощность. Мыслитель, который (1884—1978) — французский философ.

того, чего нельзя потребовать у Бога;

начнет свою книгу словами «Рассмотрим это сверхчеловек. Странно, что в отместку все с самого начала», вызовет насмешки.

за такое самомнение его самого Дошло до того, что сегодня философский не сделали Богом. Быть может, это вопрос трактат, не ссылающийся ни на какие времени. Будда проповедует мудрость авторитеты, не подкрепленный цитатами без богов, а через несколько столетий и комментариями, никто не принял бы ему самому поклоняются как Богу. всерьез. И все же...

Европеец наслаждается собственной Когда, несмотря на уверенность в том, что храбростью: он любуется собою. Отврати «все дозволено», преодолеваешь соблазн, тельно. Истинная храбрость пассивна — в душе все таки остается след — переста это безразличие к смерти. Идеал: чистое ешь судить других.

познание и счастье. Многих людей влечет к роману то, что жанр этот по видимости лишен стиля. На самом Что может быть лучше для человека, же деле он требует стиля более виртуозно чем бедность? Я говорю не о нищете го — такого, который полностью подчиня или безнадежном труде современного ется предмету рассказа. Так что можно пролетария. Но я не знаю, что может быть вообразить писателя, у которого каждый лучше бедности в сочетании с деятельным роман написан в своем стиле.

отдыхом.

Предчувствие смерти, к которому Древние философы размышляли гораздо я с некоторых пор привык: оно лишено больше, чем читали (и недаром). Вот отчего поддержки болью. Боль привязывает в их сочинениях так много конкретности. к настоящему, она вовлекает в борьбу.

Книгопечатание все изменило. Теперь Но предчувствовать смерть просто читают больше, чем размышляют. Вместо при виде окровавленного носового платка, философии у нас одни комментарии. не совершая никакого усилия, — это голо Именно это имеет в виду Жильсон68, вокружительное погружение во время:

когда говорит, что философов, занимав страх перед изменчивостью бытия.

шихся философией, сменили профессора философии, занимающиеся философами. Смерть сообщает новую форму любви — В таком подходе — и скромность, а равно и жизни, она превращает любовь 122 1943—1946 1943— 69 Рене и Полина — в судьбу. Твоя возлюбленная умерла в пору, Сам процесс письма дает ощущение Франсуа Рене де Шатобриан когда ты любил ее, поэтому любовь твоя уверенности в себе, которой мне начинает (1768—1848), французский писатель, пребудет вечно — в противном же случае недоставать. Уверенности, что тебе есть и его возлюбленная Полина де Бомон от нее не осталось бы и следа. Чем же был что сказать, уверенности, что твои чувства (1768—1803).

Об их романе Шатобриан бы мир без смерти — вереницей исчезаю и твое существование годятся для приме рассказал в своих «Замогильных записках».

щих и воскрешающих форм, мучительным ра, уверенности, что ты незаменим 70 Город в Центральной Франции.

бегством, миром, не знающим завершен и не знаешь страха. Все это я постепенно ности. Но, к счастью, она существует, — утрачиваю и начинаю думать о том она, надежная опора. И любовник, времени, когда перестану писать.

оплакивающий прах возлюбленной, Рене на могиле Полины69, проливает слезы Всякую мысль следует оценивать по тому, чистой радости — ибо совершилось, — что она сумела извлечь из страдания.

радости человека, сознающего, что судьба Несмотря на мое отвращение, страда его наконец определилась.

ние — это действительность.

Сент Этьенн70 и его пригород. Подобное Я не могу жить без красоты. И этим зрелище — обвинительный акт породив шей его цивилизации. Мир, где нет места объясняется моя слабость в отношении живому существу, радости, деятельному некоторых людей.

отдыху, — это мир, обреченный на гибель.

Ни один народ не может существовать Главное, что отличает человека от живот без красоты. Он может какое то время ного, — воображение. Поэтому у нас продержаться, и все. А между тем Европа, половое влечение не может быть где подобных городов множество, по настоящему естественным, то есть с каждым днем все дальше уходит слепым.

от красоты. Вот отчего она корчится в конвульсиях, вот отчего она умрет, если, Время идет медленно, когда за ним заключив мир, не вспомнит о красоте следишь. Оно чувствует слежку. Но оно и не возвратит любовь на подобающее ей пользуется нашей растерянностью.

место.

Возможно даже, что существуют два времени: то, за которым Всякая жизнь, посвященная погоне мы следим, и то, которое нас за деньгами, — это смерть. Воскрешение — преобразует.

в бескорыстии.

124 1943—1946 1943— К счастью, мир наш устроен так, что Гуманизм пока еще не наскучил мне:

он мне даже нравится. Но он мне тесен.

страдания не длятся вечно. Боль отпускает, и возвращается радость. Они уравновеши Трагедию порождает столкновение двух вают друг друга. В этом мире одно равно законных, имеющих равное право компенсирует другое. А если мы сами на жизнь сил. Следовательно, слабая мучим себя и возводим это добровольное трагедия — та, что вводит в действие силы страдание в ранг силы, дабы длить его незаконные. Следовательно, сильная без конца, сам выбор наш доказывает, трагедия — та, что узаконивает всё.

что страдание это для нас — благо, и в данном случае именно оно является Жить страстями может только тот, компенсацией.

кто подчинил их себе.

Днем полет птиц всегда кажется бесцель Мораль: невозможно жить рядом ным, но к вечеру движения их становятся с людьми, если знаешь их сокровенные целенаправленными. Они летят к чему то.

мысли.

Так же, быть может, и с людьми, достигши Упорно отказываться от любого коллектив ми вечера жизни...

ного суждения. Хранить невинность, Бывает ли у жизни вечер?

несмотря на склонность общества к «толкам».

Когда ты уже сделал все, что нужно, чтобы как следует понять, принять и снести 1 сентября 1943 г.

бедность, болезнь и собственные недостат Тот, кто не верит в ход вещей, — трус, ки, остается сделать еще один шаг.

но тот, кто верит в человеческий удел, — безумец.

Вера в слова — это классицизм, но, дабы сохранить эту веру, он расходует Поскольку слово «существование» их очень бережно. Сюрреализм, который обозначает какую то реальность, реаль не доверяет словам, ими злоупотребляет.

ность нашей тоски, но при этом не может Вернемся к классицизму — из скромности.

не подразумевать некоей высшей реальности, мы сохраним его лишь Те, кто любят истину, должны искать любви в обращенной форме — мы будем в браке, то есть в любви без иллюзий.

говорить о философии несуществования, 126 1943—1946 1943— что не означает отрицания, но должно мы никогда не произнесли ни одного верного указать на состояние «человека, который суждения и суждение о всеобщей детерми лишен...» Философия несуществования нированности тоже неверно, либо будет философией изгнания. мы сказали правду, но правду бесполезную, и, следовательно, детерминизм лжет.

Сад: «Люди осуждают страсти, забывая, что философия зажигает свой факел Долг состоит в том, чтобы делать то, что от их огня». ты считаешь справедливым и добрым — «предпочтительным». Легко ли это? Нет, У искусства случаются приступы стыдливо ибо даже то, что считается предпочтитель сти. Оно не может назвать вещи своими ным, всегда делается с трудом.

именами.

Абсурд. Убивая себя, человек отрицает Во время революций погибают лучшие. абсурд. Не убивая себя, он с помощью По закону жертвоприношений последнее абсурда открывает в повседневности слово остается за людьми трусливыми источник удовлетворения, отрицающий и осторожными, ибо остальные лишились сам этот абсурд. Это не значит, что абсурда слова, пожертвовав лучшим, что у них не существует. Это значит, что абсурд было. Говорят те, кто совершили преда действительно лишен логики. Поэтому тельство. на нем действительно нельзя строить жизнь.

Тот, кто воспроизводит этот мир, У всякого страдания, волнения, страсти как он есть, предает его, возможно, есть пора, когда они принадлежат самому гораздо больше, чем тот, кто преобра человеку с его неповторимой индивидуаль жает его. Лучшая из фотографий — ностью, и другая пора, когда они начинают уже предательство. принадлежать искусству. Но в первые Против рационализма. Если бы чистый мгновения искусство бессильно что либо детерминизм имел смысл, достаточно сделать с ними. Искусство — расстояние, было бы одного верного утверждения, на которое время удаляет от нас страда чтобы, переходя от одного следствия ния.

к другому, узнать истину во всей ее полноте. Это — трансцендентность человека Но этого не происходит. Значит, либо по отношению к самому себе.

128 1943—1946 1943— 71 7 ноября 1943 г.

Благодаря Саду систематическая эротика вывать с помощью слов, проповедей, Камю исполнилось тридцать лет.

сделалась одним из направлений филосо искусства и проч.

фии абсурда.

Успех может облагородить юношу, Тридцать лет71. как счастье облагораживает человека Главная способность человека — способ зрелого. Убедившись, что его усилия ность к забвению. Но справедливости ради оценены по заслугам, юноша может вести следует заметить, что он забывает даже себя спокойно и непринужденно — то добро, которое сам сотворил. по королевски.

Самая большая экономия, которая Об американском романе: он стремится возможна в области мысли, — согласить к универсальности. Как классицизм.

ся, что мир непознаваем, — и заняться Но если классицизм стремится к универ человеком. сальности вечной, современная литерату ра волею обстоятельств (прозрачность Когда в старости человек становится границ) стремится к универсальности мудрым и нравственным, ему, вероятно, исторической. Ее интересует не человек бывает стыдно вспоминать свои былые всех времен, а человек всех стран.

поступки, шедшие вразрез с предписания ми нравственности и мудрости. Слишком — Защищайтесь, — говорили Судьи.

рано или слишком поздно. Середины нет. — Нет, — отвечал Обвиняемый.

— Почему? Так положено.

Чтобы произведение прозвучало как — Пока еще нет. Я хочу, чтобы вы приняли вызов, оно должно быть завершено всю ответственность на себя.

(отсюда необходимость «обреченности»).

Оно противоположно божественному О естественности в искусстве. Абсолютная творению. Оно завершено, имеет свои естественность невозможна. Ибо невоз пределы, ясно, замешано на человеческих можна действительность (дурной вкус, потребностях. Единство в наших руках. вульгарность, несоответствие глубинным потребностям человека). Именно поэтому В этом мире люди делятся на свидетелей все, что написано человеком о мире, и подтасовщиков. Стоит человеку умереть, всегда в конце концов оказывается как его свидетельство начинают подтасо направленным против мира. Романы 130 1943—1946 1943— фельетоны плохи, потому что по большей На любви ничего нельзя построить:

части правдивы (то ли оттого, что действи она — бегство, боль, минуты восторга тельность приспособилась к ним, или стремительное падение. Но она не...

то ли оттого, что мир условен). Искусство и художник воссоздают мир, но втайне Париж, или самая видимость чувствитель всегда не удовлетворены им. ности.

Греки ничего не поняли бы в экзистенциа Новеллы. В разгар Революции некто лизме — между тем христианство они, обещает сохранить жизнь своим противни хотя и со скандалом, могли бы принять. кам. После этого члены его партии Все дело в том, что экзистенциализм приговаривают их к смерти. Он устраивает не предполагает определенного им побег.

поведения. То же. Священник под пыткой совершает То же. Не существует познания абсолютно предательство.

чистого, то есть бескорыстного. Искусст То же. Цианистый калий. Он решает во — попытка чистого познания с помо не принимать яд, чтобы проверить, сможет щью описаний. ли он выдержать все до конца.

То же. Тип, который внезапно переходит Поставить вопрос об абсурдном мире — к пассивной обороне. Он помогает все равно что спросить: «Согласны ли мы пострадавшим. Но он не снял нарукавной предаться отчаянию и ничего не предпри повязки. Его расстреливают.

нимать?» Я полагаю, что ни один порядоч То же. Трус.

ный человек не ответит утвердительно.

«Чума». После окончания эпидемии Мои произведения. Окончить книгой он впервые слышит, как падают на землю о сотворенном мире: «Исправленное дождевые капли.

творение». То же. Поскольку ему скоро предстояло умереть, он должен был срочно убедиться, Если тело тоскует о душе, нет оснований что жизнь бессмысленна. Он так думал считать, что в вечной жизни душа до настоящего времени, пусть же это не страдает от разлуки с телом — по крайней мере пригодится в трудную и, следовательно, не мечтает о возвраще минуту. Неужели как раз тогда, когда ему нии на землю. так необходима поддержка, он встретит 132 1943—1946 1943— улыбку на лице, всегда хранившем Я потратил десять лет, чтобы завоевать то, что кажется мне бесценным: сердце, суровость.

не знающее горечи. И, как это часто То же. Тип, которого кладут в больницу бывает, преодолев горечь, я выплеснул по ошибке. Это ошибка, говорит он.

ее в нескольких книгах. Следовательно, Какая ошибка? Не морочьте голову, обо мне всегда будут судить по этой ошибок не бывает.

горечи, которой я уже не испытываю.

То же. Медицина и Религия: два ремесла, Но это справедливо. Это плата за освобож которые на первый взгляд вполне дение от нее.

сочетаются друг с другом. Но сегодня все разъясняется, становится понятно, что они Страшный и ненасытный эгоизм худож несовместимы — и что следует выбрать ников.

что то одно: либо относительное, либо абсолютное. «Если бы я верил в Бога, Любовь можно сохранить лишь по причи я не стал бы лечить людей. Если бы я думал, нам, не имеющим отношения к любви.

что людей можно вылечить, я не стал бы Например, по причинам морального верить в Бога».

порядка.

Справедливость: понять, что такое справедливость, помогает спорт.

Те, кто любят всех женщин, движутся к абстракции. Вопреки очевидности, они Человек, требующий, чтобы другой делал воспаряют над миром. Ибо им неинтерес все за него, и, следовательно, существую ны частности, отдельные случаи. Человек, щий пассивно, начинает действовать, чуждающийся всякой идеи и всякой и притом весьма энергично, только когда абстракции, истинно отчаявшийся, предан нужно убедить другого по прежнему всем одной женщине. Из упрямства он хранит жертвовать и все делать.

верность этому единственному лицу, хотя оно и не может удовлетворить всех его Считать героизм и храбрость второстепен притязаний.

ными ценностями — после того, как ты доказал свою храбрость.

Оправдание искусства: настоящее произведение искусства помогает быть Бессмысленность жертвы: субъект, искренним, укрепляет сообщество людей и проч.

умирающий за что то, чего он не увидит.

134 1943—1946 1943— Я не верю в безнадежные поступки. мы не должны приговаривать к смерти, Я верю только в поступки обоснованные. раз уж мы сами приговорены к ней.

Но я думаю, что обосновать поступок Врач, враг Бога: он борется со смертью.

не так уж трудно.

Смысл моего творчества: такое множество Против тоталитаризма можно возражать людей лишены благодати. Как жить только с позиций религии или морали. без благодати? Нужно приложить усилия Если этот мир бессмыслен, они правы. и сделать то, чего никогда не делало Я не могу признать их правоту. Значит... христианство: заняться прoклятыми.

Это мы создаем Бога. А не он нас. Вот вся история христианства. Ибо у нас нет иного Классицизм — это подавление страстей.

способа создать Бога, кроме как стать им. В великие эпохи страсти были индивиду альными. Сегодня они коллективны. Нужно Человек не станет свободным, пока подавлять коллективные страсти, точнее, не преодолеет страха смерти. придавать им форму. Но они истощают Но не с помощью самоубийства. Нельзя того, кем овладевают. Вот почему большая преодолеть, сдавшись. Суметь умереть, часть современных книг — репортажи, глядя смерти в глаза, без горечи. а не произведения искусства.

Ответ: если нельзя сделать все разом, Героизм и святость, второстепенные надо от всего отказаться. Что это значит?

добродетели. Но нужно доказать, Сегодня нам нужно больше силы и воли, что ты ими обладаешь. чем прежде. Мы добьемся своего.

Грядущий великий классик будет победите Репутация. Ее создают вам посредственно лем, не имеющим равных.

сти, и вы делите ее с посредственностями и негодяями. Исправленное творение. История отложенного самоубийства.

Помилование?

Мы должны служить справедливости, Глубокое отвращение ко всякому обще потому что существование наше устроено ству. Соблазн спастись бегством несправедливо, должны умножать, и смириться с упадком своей эпохи.

взращивать счастье и радость, потому что Одиночество приносит мне счастье.

мир наш несчастен. Сходным образом, Но одновременно и ощущение, что упадок 136 1943—1946 1943— начинается с той минуты, когда ты с ним В таком случае можно признать и суще смиряешься. И приходится оставаться — ствование справедливости, хотя и совсем чтобы человек оставался на должной иной, которая должна послужить основой высоте, чтобы не способствовать его единственной незыблемой ценности падению. Однако отвращение, отвращение в истории людей, испокон веков до тошноты, вызываемое этой людской умиравших достойно только за свободу.

разобщенностью. Свобода — это возможность защищать то, во что я не верю, даже в государстве или Искушение второстепенными и повседнев мире, который я принимаю. Это возмож ными делами. ность оправдать противника.

Мы, французы, находимся нынче Каким человеком я стал бы, если бы в авангарде цивилизации: мы разучи не был таким ребенком!

лись приносить смерть.

Мы свидетельствуем против Бога.

30 июля 45 го В тридцать лет человек должен держать Бунт.

себя в руках, иметь точный счет своим В конечном счете я выбираю свободу.

недостаткам и достоинствам, знать свой Ибо благодаря свободе человек, даже предел, предвидеть свое поражение — не добившись торжества справедливости, быть тем, кто он есть. А главное, все сохраняет право протестовать против принимать. Мы входим в область положи несправедливости и поддерживает связь тельного. Нужно все совершить и от всего между людьми. Справедливость в безмолв отказаться. Стать единственным, ном мире, справедливость в мире немых не снимая маски. Я испытал достаточно разрушает содружество, отрицает бунт много, чтобы суметь почти от всего и восстанавливает согласие, но на этот раз отказаться. Остается совершить громадное в самой низменной форме. Вот когда усилие, каждодневное, упорное. Усилие становится очевидным главенство, тайное, без надежды, но и без горечи.

которое постепенно завоевывает понятие Больше ничего не отрицать, потому что свободы. Но самое трудное заключается есть возможность все утверждать.

в том, чтобы все время помнить: свобода Быть выше боли.

обязана одновременно требовать справедливости, как уже было сказано.

138 1943—1946 1943— <Сентябрь 1945> пожертвовали бы свободой ради этой элементарной справедливости.

Главный вопрос в наши дни: можно ли изменить мир, не веря в абсолютное Я знаю это уже давно. Если я считал могущество разума? Несмотря на рациона необходимым отстаивать союз справедли листические, в том числе и марксистские, вости и свободы, то лишь оттого, что видел иллюзии, вся история мира — история в этом последнюю надежду Запада.

свободы. Разве можно подчинить детерми Но этот союз может осуществиться лишь низму пути свободы? Без сомнения, при определенных условиях, которые неверно утверждать, что то, что детермини нынче представляются мне едва ли ровано, мертво. Но детерминированным не утопическими. Значит, придется может быть лишь то, что уже прожито.

пожертвовать одной из этих ценностей?

Сам Бог, если бы он существовал, Какую же из них выбрать?

не мог бы изменить прошлое. Но будущее принадлежит ему не больше и не меньше, Люди всегда полагают, что самоубийцы чем человеку.

кончают с собой по какой то одной причине. Но ведь можно покончить с собой Политические антиномии. Мы живем и по двум причинам.

в мире, где необходимо выбирать, кем быть, жертвой или палачом — третьего Почему я художник, а не философ?

не дано. Выбор не из легких. Мне всегда Потому что я мыслю словами, а не идеями.

казалось, что, в сущности, палачей не существует, все люди — жертвы.

Свобода — последняя из индивидуальных В конечном счете, разумеется.

страстей. Вот почему сегодня она безнрав Но мало кто разделяет это мнение.

ственна. Безнравственна в обществе, Я страстно люблю свободу. А для всякого а строго говоря, и сама по себе.

интеллектуала свобода в конце концов сводится к свободе выражения.

Философия — современная форма Но я прекрасно отдаю себе отчет в том, что бесстыдства.

очень многих европейцев свобода волнует мало, ибо только справедливость может Когда мне исполнилось тридцать лет, дать им тот минимум материального ко мне, как говорится, в один прекрасный благополучия, в котором они нуждаются, день пришла слава. Я не жалею об этом.

и правы они или нет, но они охотно 140 1943—1946 1943— 72 Здесь: всеобщность.

Позже меня это, пожалуй, лишило бы умножить творческие силы человека.

покоя. Теперь я знаю, что такое слава. Но прежде всего нужно научиться Пустяк. владеть собой.

Ноябрь — 32 года. Все молодые годы я прожил с сознанием Самая естественная склонность челове собственной невинности, иными словами, ка — губить себя и вместе с собою весь совсем несознательно. А сегодня...

мир. Сколько непомерных усилий, чтобы остаться просто нормальным! А насколько Я не создан для политики, ибо не способен большие усилия требуются тому, ни желать смерти противника, ни смирять кто вознамерился овладеть самим собой ся с ней.

и сферою духа. Сам по себе человек ничто.

Он всего лишь бесконечная возможность. Я могу творить только ценою постоянного Но он несет бесконечную ответственность усилия. Сам по себе я скатываюсь за эту возможность. Сам по себе человек к неподвижности. Самая глубинная мягок, как воск. Но стоит его воле, его и неотъемлемая моя склонность— совести, его авантюрному духу взять верх, молчать и действовать по привычке.

и возможность начинает расти. Никто Чтобы избавиться от рассеянности, не вправе сказать, что достиг предела от автоматизма, мне понадобились годы человеческих возможностей. Последние упорного труда. Но я знаю, что стою пять лет убедили меня в этом. От зверя на ногах исключительно благодаря до мученика, от духа зла до готовности своим усилиям, а перестав в это верить к безнадежному самопожертвованию — все хоть на секунду, скачусь в пропасть.

было явлено нам, надрывая душу. Каждому Благодаря этому я и не поддаюсь болезни из нас полезно использовать свою самую и унынию, изо всех сил стараясь не скло большую возможность, свою высшую нять головы, чтобы дышать и побеждать.

добродетель. В тот день, когда выяснится, Таков мой способ предаваться отчаянию на что способен человек, встанет вопрос и излечиваться от него.

о Боге. Но не раньше, ни в коем случае не раньше того дня, когда возможность Наше призвание: созидать всеобщее будет исчерпана до конца. Великие деяния или по крайней мере всеобщие ценности.

преследуют единственную цель— Вернуть человеку его кафоличность72.

142 1943—1946 1943— 73 Эррио Эдуар (1872— Нас заставляют выбирать между Богом в их мире роль рока, еще более страшного, 1957) — французский политик и публицист.

и историей. Отсюда это непреодолимое чем Божественное своеволие.

«Анналы» — журнал, основанный в 1929 г.

желание выбрать землю, мир и деревья, А г н Эррио и публика из «Анналов»! историками М.Блоком и Л.Февром. Вокруг хотя я и знаю наверняка, что человеческое Коммунисты и христиане скажут мне, что журнала сложилась влиятельная научная существование не исчерпывается историей.

их оптимизм шире, что он возвышается школа.

над всем остальным и что в Боге или Всякая философия — самооправдание.

в истории — смотря по тому, кто говорит — Оригинальной была бы только философия, диалектика находит удовлетворительное оправдывающая другого человека.

завершение. Так же могу рассуждать и я.

Христианство пессимистично применитель Против ангажированной литературы.

но к отдельному человеку, но оптимистично Человек не только общественное применительно к судьбам человечества.

существо. По крайней мере он властен Марксизм пессимистичен применительно над своей смертью. Мы созданы, чтобы к судьбам человечества и человеческой жить бок о бок с другими. Но умираем природе, но оптимистичен применительно мы по настоящему только для себя.

к ходу истории (его противоречие!).

Я же скажу о себе, что, будучи пессимис По какому праву коммунист или христиа том по отношению к человеческому уделу, нин (если ограничиться почтенными я оптимист по отношению к человеку.

формами современной мысли) стали бы Как могут они не видеть, что никто еще упрекать меня в пессимизме?

не был исполнен такого доверия к челове Ведь не я изобрел земные страдания ку? Я верю в диалог, в искренность.

и ужас Господнего проклятия. Не я постано Я верю, что они ведут к психологической вил, что человек не способен спастись революции, не имеющей себе равных, самостоятельно и что в своем ничтожестве и проч., и проч....

он может надеяться только на милость Божию. Что же до пресловутого марксист Для того чтобы мысль преобразила мир, ского оптимизма, позвольте мне посмеять нужно, чтобы она сначала преобразила ся над ним. Мало кто из людей зашел жизнь своего творца. Нужен пример.

так далеко в недоверии к себе подобным.

Марксисты не верят ни в убеждение, ни в диалог. Буржуа не превратишь в рабо Истоки нынешнего безумия. Не что иное, чего, а экономические условия исполняют как христианство отвратило человека 144 1943— 1943— 74 Каракозов Дмитрий от мира. Оно ограничило интересы уже немало. К тому же писателя можно Владимирович (1840— 1866) — русский человека им самим и его историей. ангажировать, лишь если он этого хочет.

террорист, совершивший первое покушение Коммунизм — логическое следствие Его заслуга — в том, что он действует на Александра II.

христианства. Это христианская история. по велению сердца. А если им движут долг, То же. После двух тысячелетий существо навык или страх, в чем тогда заслуга?

вания христианства — бунт тела. Потребо Получается, что тот, кто сегодня сочиняет валось две тысячи лет, чтобы тело снова стихотворение о весне, служит капитализ смогло показаться обнаженным му. Я не поэт, но я искренне порадуюсь на морском берегу. Отсюда крайности. такому произведению, если оно будет В реальной жизни тело вновь обрело свое хорошо написано. Мы служим человеку место. Остается помочь ему сделать то же в его целостности или не служим ему в философии и метафизике. В этом — одна вовсе. И если у человека есть потребность из причин нынешних конвульсий. в хлебе и справедливости, которую мы непременно должны удовлетворять, Кажется, мне остается обрести гуманизм. у него есть также потребность в чистой Я, конечно, ничего не имею против красоте, ибо это хлеб его сердца.

гуманизма. Просто мне он тесен, вот и все. Все прочее — не важно.

Греческая философия, например, отнюдь Да, я хотел бы, чтобы в творчестве не исчерпывалась гуманизмом. Это была они были ангажированы чуть менее, философия всеприемлющая. а в жизни — чуть более.

Террор! А они уже начали забывать. Экзистенциализм унаследовал от гегельянства его основную ошибку — 19 февраля 1861 г. Отмена крепостного он отождествляет человека с историей.

права в России. Первый выстрел (Карако Но он не унаследовал тех выводов, зова) прозвучал 4 апреля 1866 г.74 что делали гегельянцы, по сути полностью Прочесть «Кто виноват?», роман Герцена отказывавшие человеку в свободе.

(1847), и его же «О развитии революцион ных идей в России».

Октябрь Через месяц мне тридцать три.

Я больше люблю ангажированных людей, Память моя вот уже год как слабеет.

чем ангажированную литературу. Храб Я не способен запомнить услышанную исто рость в жизни и талант в книгах — это рию — вспомнить целые пласты прошлого, 146 1943—1946 1943— 75 Кёстлер Артур (1905— бывшие когда то такими живыми. Очевид ностей — и в утверждении сообщества 1983) — немецкий писатель, автор романа но, что, пока состояние мое не улучшится всех людей, кто бы они ни были, действую «Слепящая тьма», изданного в Англии (если это вообще произойдет), щих в этих пределах. Смирение и гений.

в 1940 г.

мне придется делать здесь все больше и больше записей, пусть даже самых Написать историю современного челове личных — тем хуже. Ибо в конечном счете ка, который излечился от мучительных все, что я вижу, застилает туман, и даже противоречий долгим и неотрывным сердце теряет память. На мою долю созерцанием пейзажа.

остались только короткие вспышки эмоций, лишенные долгого эха, которым Что такое знаменитость? Это человек, их одаряет память. Так чувствуют собаки. которого все узнают по фамилии, и потому имя его не имеет значения. У всех других Перед кабинетом врача люди выглядят имя значимо.

как загнанные животные.

Отчего люди пьют? Оттого, что после Разговоры с Кёстлером75. Цель оправды выпивки все наполняется смыслом, вает средства, если речь идет о разумном все достигает высшего накала. Вывод:

соотношении величин: я могу послать Сент люди пьют от беспомощности или в знак Экзюпери на верную смерть ради спасения протеста.

полка. Но я не могу сослать тысячи людей и лишить их свободы ради количественно Человек чувствует себя одиноким, когда он равноценного результата, не могу, окружен трусами. Надо ли пытаться понять все рассчитав, разом принести в жертву и этих трусов? Это выше моих сил.

три или четыре поколения. Но, с другой стороны, я не могу и прези — Гений. Его не существует. ратьих.

— Самые тяжелые испытания выпадают на долю творца, когда он получает Бунт. Нам нужен герой — но не какой признание (я уже не решаюсь публиковать попало. Мотивы героического поведения свои книги). важнее самого героизма. Следовательно, сначала причинно следственная ценность, Конец бунта — умиротворение людей. а затем уже ценность героическая.

Всякий бунт оканчивается и продолжается Ницшеанская свобода — экзальтация.

в уяснении предела человеческих возмож 148 1947—1949 1947— Есть только одна свобода — выяснить свои из мира безмолвное творение природы, отношения со смертью. После этого и тогда человечество выполнит свое все становится возможным. Я не могу призвание на земле, которое, быть может, заставить тебя поверить в Бога. Верить в том и заключалось, чтобы доказать, в Бога — значит примириться со смертью. что все грандиозное и ошеломительное, Если бы ты примирился со смертью, что оно могло свершить за тысячи лет, проблема Бога была бы разрешена — не стоит ни легкого аромата шиповника, но не наоборот. ни оливковой рощи, ни любой собаки.

Подобно тому, как огромные пространства Как все слабые люди, он принимал дремлющего мира были постепенно решения крайне резкие и отстаивал заполнены творениями рук человеческих, их с упорством, достойным лучшего так что сама идея девственной природы применения.

связывается сегодня только с мифом об Эдеме (островов больше не осталось), Над верхней губой у него был длинный ибо, населяя пустыни, разрезая на наделы шрам. Зубы обнажились до самых десен.

морские побережья и перечеркивая само Казалось, он все время смеется. Но глаза небо длинными самолетными следами, смотрели серьезно.

человек оставлял нетронутыми лишь те районы, где жить невозможно, — подобно Чего стоит человек? Что такое человек?

этому и одновременно с этим (а также После того, что я видел, у меня до конца по причине этого) чувство истории заполо жизни не исчезнет по отношению к нему нило постепенно сердца людей, вытеснив недоверие и глубочайшая тревога.

оттуда чувство природы, отняв у творца то, что прежде причиталось ему, и отдав это Недоверие к показной добродетели — вот твари, и движение это было столь могуще основа нашего мира. У тех, кто испытал это ственно и непреодолимо, что можно недоверие на себе и распространил его вообразить день, когда безобразное на других, осталась в душе вечная насто творение человеческое — огнедышащее, роженность по отношению к тем, сопровождающееся грохотом революций кто добродетелен на словах. Так недолго и войн, шумом заводов и поездов потерять доверие и к добродетели и ставшее в ходе истории окончательным деятельной. Тогда они решили назвать победителем — полностью вытеснит добродетелью то, что приближает наступ 150 1947—1949 1947— 76 Лао цзы (VI—V вв.

ление общественного строя, о котором они ческие опровержения, — предпочесть ее до н.э.) — древнекитайский мыслитель, основатель мечтают. Мотив (это недоверие) благоро тем реальностям, которые состоят в горе, даосизма.

ден. Верна ли логика — вот что неясно.

гибели и изгнании двух или трех поколе Мне тоже необходимо свести счеты с этой ний. Гипотеза, разумеется, более привле идеей. Все, что я когда бы то ни было думал кательна. Не доказано, что освобождению или писал, связано с этим недоверием должно предшествовать объединение.

(на нем построен «Посторонний»). Но если Не доказано также и противоположное:

я не принимаю чистое и простое отрицание что освобождение может свершиться (нигилизм или исторический материализм) без объединения. Но разве объединение «добродетельного сознания», о котором непременно должно быть насильствен говорит Гегель, мне нужно найти последую ным? Насилие, как правило, создает лишь щее звено. Разве возможно, позволитель видимость единства, под которой скрыва но, пребывая в истории, чтить ценности, ется мучительная разобщенность. Вероят лежащие вне истории? Разве самоё но, и объединение, и освобождение понятие невежества не является всего необходимы, возможно, что объединение лишь благовидным предлогом? Нет ничего имеет шанс осуществиться с помощью незапятнанного, нет ничего незапятнанно познания и проповеди. Тогда слово го — вот крик, отравивший наш век.

сделалось бы поступком. Во всяком Искушение стать на сторону тех, кто случае, этому делу нужно посвятить себя отрицает и действует! Среди них есть целиком.

такие, которые принимают ложь, как О, эти часы сомнения! Кто может снести постриг. И уж наверняка в том же востор в одиночку сомнения целого мира.

женном порыве. Но что такое порыв?

Как, кого, за что станем мы судить?

Самая серьезная проблема, которая Если ход истории в самом деле таков, если встает перед современными умами, — освобождение невозможно, а возможно комформизм.

только объединение, не принадлежу ли я к числу тех, кто тормозит историю? Осво По поводу Лао цзы: чем меньше действий, бождения не будет без объединения, говорят тем больше власти76.

они, и если это правда, значит, мы отстаем.

Но для того, чтобы идти быстрее, надо предпочесть гипотезу маловероятную, уже В Москве, на которую наступает белая вызвавшую однажды страшные истори армия, Ленину, решившему мобилизовать 152 1947—1949 1947— 77 Речь идет о пьесе 79 Сент Бёв Шарль заключенных уголовников, возражают: Старый боец коммунист, который не может «Праведники» (1950), Огюстен (1804—1869) — главным действующим французский критик.

привыкнуть к тому, что видит: «Сердцу — Нет, только не вместе с этими.

лицом которой является русский революционер не прикажешь».

— Для этих, — отвечает Ленин.

и террорист Иван Платонович Каляев (1877—1905), казненный за убийство Как разъяснить, что сын бедняка может Пьеса о Каляеве: невозможно убить великого князя Сергея Александровича.

испытывать стыд, не испытывая зависти.

человека во плоти, убивают самодержца.

78 Лотреамон (наст. имя Изидор Дюкас, 1846— 1870) — французский Но не того человека, который утром брился поэт, автор «Песен Сартр, или ностальгия по всеобщей Мальдорора», оказавших и т.д. и т.п. сильное влияние идиллии.

на поэзию сюрреалистов.

Его творчеству посвящено эссе Камю Великий вопрос жизни — как жить среди «Лотреамон и зауряд Сент Бёв79: «Я всегда полагал, что если бы ность» (в книге людей.

«Бунтующий человек»).

люди хоть на минуту перестали лгать и высказали вслух то, что думают, общест Христианам хорошо. Они взяли себе во бы не устояло».

благодать, а нам оставили милосердие.

Б.Констан (пророк!): «Чтобы жить спокойно, Беда нашего века. Еще недавно в оправ нужно затратить не меньше усилий, дании нуждались дурные поступки, теперь чем для того, чтобы править миром».

в нем нуждаются поступки добрые.

Посвятить себя человечеству: по Сент Полное одиночество. В писсуаре большого Бёву, такие люди хотят до самого конца вокзала в час ночи.

быть в центре внимания.

Нас упрекают, что мы фабрикуем абстракт Стендаль: «Я ничего не сделаю для своего ных людей. Но все дело в том, что абстрак личного счастья, пока не перестану тен человек, служащий нам моделью.

страдать оттого, что плохо выгляжу в чьих Упрекают, что мы не знаем любви, то глазах».

но все дело в том, что человек, служащий нам моделью, неспособен любить и т.д.

Есть поступки мессианские, и есть поступки обдуманные.

Лотреамон78: Всей морской воды не хватило бы, чтобы смыть пятно крови, Смертная казнь. Меня вынуждают заявить, что я противник любого насилия. Это было пролитой интеллектуалом.

154 1947—1949 1947— 80 Печерин В.С. (1807— 82 Петрашевский Михаил бы так же умно, как объявить себя Любовь не к ближнему, а к дальнему.

1885) — поэт и филолог, Васильевич (1821— профессор Московского 1866);

Спешнев Николай противником ветра, дующего в ту или иную «Не находя ничего достойным своей привя университета. Александрович (1821— Эмигрировав из России 1882) — русские сторону. занности — ни из женщин, ни из мужчин, в 1836 г., перешел революционеры.

в католичество и стал Ставрогин — я обрек себя на служение человечеству» священником. герой 81 Выписки из книги романа Но никто не бывает абсолютно виновен, (Петрашевский). (За исключением Н.А.Бердяева «Русская Ф.М.Достоевского идея» (1946). «Бесы».

следовательно, никого нельзя приговари Спешнева, прототипа Ставрогина.) 83 Всеобщность (нем.).

вать к абсолютному наказанию.

Никто не бывает абсолютно виновен Индивидуалистический социализм ни 1) в глазах общества, ни 2) в глазах Белинского. Против Гегеля, за личность индивида. Каждый в чем то несчастен. человека. Ср.: Письма Боткину: «Судьба Является ли смерть абсолютным наказани субъекта, индивидуума, личности важнее ем? Для христиан — нет. Но наш мир — судеб всего мира и здравия китайского не христианский. Разве каторжные работы императора (то есть гегелевской не хуже? Не знаю. Но тюрьма оставляет Allgemeinheit83)».

возможность избрать смерть (если только Он же: «Кланяюсь вашему философскому человек из лености не предпочитает, чтобы колпаку (Гегелю). Но со всем подобающим эту работу выполнили за него другие). вашему философскому филистерству Смерть не оставляет никакой возможности уважением честь имею донести вам, что выбрать тюрьму. если бы мне и удалось влезть на верхнюю ступень лестницы развития, — я и там Вольтер: «В этом мире люди побеждают попросил бы вас отдать мне отчет во всех только силой и умирают с оружием жертвах условий жизни и истории, во всех в руках». жертвах случайностей, суеверия, инквизи ции, Филиппа II и пр., и пр.: иначе Печерин80, русский эмигрант XIX в., я с верхней ступени бросаюсь вниз на чужбине ставший монахом, восклицает: головою. Я не хочу счастия и даром, если «Как сладостно отчизну ненавидеть не буду спокоен насчет каждого из моих И жадно ждать ее уничтоженья!» братий по крови — костей от костей моих Интеллигенция и тоталитарное видение и плоти от плоти моея...» мира81. «Говорят, что дисгармония есть условие Заговорщики петрашевцы: идиллические гармонии;

может быть, это очень выгодно люди (освобождение крепостных и усладительно для меломанов, без революции — влияние Жорж Санд). но уж, конечно, не для тех, которым 156 1947—1949 1947— 84 Материалы к главе 87 Ткачев Петр Никитич суждено выразить своею участью идею и капиталистической революции, как того «Отказ от добродетели» (1844—1886) — идеолог книги «Бунтующий радикального дисгармонии»84.

требует логика истории? В этом пункте человек». Цитата народничества.

из письма В.Г.Белинского Характеризуя его только Ткачев87 (и с ним Нечаев от 1 марта 1841 г., как предшественника адресованного Ленина, Камю имеет Нечаев и катехизис революционера и Бакунин) — предшественник Ленина.

литератору Василию в виду такие постулаты Петровичу Боткину политической теории (централизованная партия, прообраз Маркс и Энгельс были меньшевиками.

(1811—1869). Ткачева, как захват 85 Набросок главы государственной власти, большевизма).

Они предвидели только наступление «Трое одержимых» книги создание «Бунтующий человек». централизованной «Революционер — человек обреченный.

«Катехизис организации, буржуазной революции.

революционера» — управляющей У него нет ни своих интересов, ни дел, документ, написанный революционными Постоянные разговоры первых марксистов С.Г.Нечаевым и М.А.Баку массами.

ни чувств, ни привязанностей, ни собствен ниным в 1869 г., 88 Тихомиров Лев о необходимости развития капитализма по словам Камю, ставший ности, ни даже имени. Все в нем поглощено Александрович (1852— «образцом того 1923) — в молодости в России и их готовность приветствовать политического цинизма, единым исключительным интересом, революционер народник, который с тех пор тяготел редактор нелегальной это развитие. Тихомиров88, старый над революционным единою мыслью, единою страстию — газеты «Народная воля».

движением».

народоволец, обвиняет их в том, что они 86 Михайловский революцией».

Николай Константинович превратились в «рыцарей первоначаль (1842—1904) — русский Все, что служит Революции, нравствен публицист.

ного накопления».

но.

Сходство с Дзержинским, создателем ЧК.

Предсказание Лермонтова:

Бакунин: «Страсть к разрушению есть Когда чума от смрадных, мертвых тел творческая страсть».

Начнет бродить среди печальных сел.

Он же: Три принципа человеческого Ср. Бердяев, с. 107.

развития:

человек животный Духовный коммунизм Достоевского — мысль это ответственность всех за всех.

бунт85.

Бердяев: «Не может быть диалектики 70 е годы. Михайловский, индивидуалисти материи, диалектика предполагает логос, ческий социалист86. «Если бы революци смысл, возможна лишь диалектика мысли онный народ вторгся в мою комнату и духа. Но Маркс переносил свойства и пожелал разбить бюст Белинского, мысли и духа в недра материи».

то я боролся бы с ним до последней капли В конце концов мир преобразует лишь крови».

воля пролетариата. Значит, в марксизме действительно содержится экзистенци Проблема перехода. Должна ли была альная философия, изобличающая ложь Россия пройти стадию буржуазной 158 1947—1949 1947— 89 Эпизод вошел в главу объективации и утверждающая победу и Михайлова), но сторонится четвертого, «Разборчивые убийцы» книги «Бунтующий человеческой активности.

Рысакова, который действовал храбро, человек». Перовская Софья Львовна (1853— но затем, чтобы спасти свою жизнь, выдал 1881);

Желябов Андрей Иванович (1851—1881);

По русски воля означает и «волеизъявле один из адресов и погубил трех человек.

Кибальчич Николай Иванович (1853—1881);

ние», и «свобода».

Рысаков гибнет на виселице в одиноче Михайлов Александр Дмитриевич (1855— стве89.

1884);

Рысаков Николай Иванович (1861—1881);

В России существует свобода коллектив Гриневицкий Игнатий Бомбу в царя Александра II метнул Иоахимович (1856— ная, «тотальная», но не личная.

1881) — руководители Рысаков. Царь, оставшийся невредимым, «Народной воли».

Но что такое тотальная свобода? Люди 90 Из книги сказал: «Слава Богу, все хорошо». «Посмот воспоминаний Веры свободны от чего то — и по отношению Николаевны Фигнер рим, хорошо ли», — ответил Рысаков.

(1852—1942) к чему то. Кажется, будто предел — «Запечатленный труд» Вторая бомба, брошенная Гриневицким, (1921—1924).

свобода по отношению к Богу.

убила императора.

Но совершенно очевидно, что она означает порабощение человека.

Напомнить христианам. «Христианское братство». Призыв «ко всем, кто почитает Бердяев сближает Победоносцева (обер святое учение Христово». «Нынешнее прокурора Священного Синода, главного правительство, все законы, основанные идеолога Российской империи) и Ленина.

на лжи, угнетении и запрещении свободно Оба нигилисты.

го поиска истины, — все это следовало бы считать незаконным, противным боже Всякий член «Народной воли» торжествен ственной воле и христианскому духу».

но клялся отдать все силы революции, забыть ради нее кровные узы, личные Вера Фигнер: «Я должна была жить;

жить, привязанности, любовь и дружбу...

чтобы быть на суде — этом заключитель ном акте деятельности активного револю Сколько человек входило в «Народную ционера»90.

волю»? 500. А сколько было подданных в Российской империи? Более ста милли Приговоренный к смерти: «За всю мою онов.

короткую жизнь я не видел ничего, кроме Софья Перовская, поднявшись на эшафот зла... Разве можно в таких условиях, вместе со своими товарищами по борьбе, при такой жизни любить что бы то ни было, обнимает троих (Желябова, Кибальчича даже добро?» 160 1947—1949 1947— В 80 е годы был казнен солдат, убивший Если для того, чтобы преодолеть нигилизм, унтер офицера. Перед смертью он покло следует вернуться к христианству, можно нился всем четырем сторонам света пойти еще дальше и, преодолев христиан со словами: «Прощай, Север. Прощай, Юг... ство, возвратиться к эллинизму.

Восток... Запад».

Платон переходит от бессмыслиц к вещам Никто не был так уверен, как я, в возмож разумным, а от них к мифу. В нем есть все.

ности завоевать мир честным путем.

А теперь... В чем же была ошибка, что же Ослепительное утро в Алжирском порту.

внезапно дало слабину и привело к краху Ультрамариновый пейзаж врывается через все остальное... окно и заполняет всю комнату.

Мелкая деталь: люди часто утверждают, Упреки в том, что я пишу свои книги, что «где то меня уже видели». не уделяя должного внимания политике.

Иными словами: они хотят, чтобы я писал Париж—Алжир. Самолет как одна о партиях. Но я пишу только о личностях, из составных частей современного отрица противостоящих государственной машине, ния и абстрагирования. Природа исчезает;

потому что я знаю, что говорю.

ни глубокого ущелья, ни рельефа местнос ти, ни бурного потока — не видно ничего. Объяснение большевизма — в христиан Остается чертеж — план. стве. Сохраним равновесие, чтобы не стать В общем, человек начинает смотреть убийцами.

на мир глазами Бога. И замечает, что Бог видит все лишь абстрактно. Ничего Современная литература. Оскорблять хорошего в этом нет. легче, чем убеждать.

Полемика как составная часть абстрагиро Р.Ш. Во время оккупации, ранним утром вания. Когда в человеке хотят увидеть в поезде. Немцы. Женщина роняет золо врага, его начинают представлять тую монету. Ш. наступает на нее ногой, абстрактно. Его отодвигают вдаль. Никому поднимает и подает владелице. Женщина:

уже не интересно, что он оглушительно спасибо. Предлагает ему сигарету.

смеется. Он превращается в силуэт. Он берет. Она предлагает сигареты немцам.

И проч., и проч.... Р.Ш.: «Я передумал, сударыня, и возвра 162 1947—1949 1947— 91 Лейзен — горный щаю вам сигарету». Один из немцев Лейзен91. Вся долина сверху донизу — курорт в Швейцарии.

смотрит на него. Тоннель. Чья то рука в снегу и облаках. Над неподвижными сжимает его руку. «Я поляк». Когда поезд ватными просторами летают стаи галок, выезжает из тоннеля, Р.Ш. смотрит похожих на черных чаек, и снежные брызги на немца. Глаза у того полны слез. На вокзале попадают им на крылья.

немец на прощанье оборачивается к нему и подмигивает. Ш. с улыбкой отвечает.

Толстой: «Сильный западный ветер «Сволочи», — говорит француз, наблюдав поднимал столбами пыль с дорог и полей, ший эту сцену.

гнул макушки высоких лип и берез сада и далеко относил падавшие желтые листья» Форма и бунт. Придать форму тому, что («Детство»).

ее лишено, — цель всякого творчества.

Там же: «Если бы в тяжелые минуты жизни Следовательно, здесь налицо не только я хоть мельком мог видеть эту улыбку созидание, но и исправление (см. выше).

(матери), я бы не знал, что такое горе».

Отсюда важность формы. Отсюда необхо димость особого стиля для каждой темы, Я удалился от мира не потому, что имел хотя все они будут иметь нечто общее, ибо врагов, а потому, что имел друзей.

у каждого автора — свой язык. Но язык Не потому, что они вредили мне, как это этот обнажает не единство той или иной обычно бывает, а потому, что они считали книги, а именно единство всего написан меня лучшим, чем я есть. Этой лжи ного этим автором.

я вынести не смог.

Справедливости нет, есть только пределы.

Высшая добродетель, заключающаяся в том, чтобы задушить свои страсти.

Анархист толстовец во время оккупации.

Добродетель более глубокая, заключаю Он написал на двери: «Кто бы вы ни были, щаяся в том, чтобы привести их в равнове добро пожаловать». Пожаловали полицей сие.

ские фашисты.

Все, что ценит сегодняшний ум, принадле Трагедия. Его подозревают в предатель стве. Этого подозрения оказывается жит сфере иррационального. А между тем довольно, чтобы он покончил с собой. все, что берет верх в политике, проповеду Это единственный возможный ответ.

ет, убивает и властвует именем Разума.

164 1947—1949 1947— 92 Тенес — портовый Покойнее всего было бы любить молча. Истина нашего века: пройдя сквозь город к западу от г. Алжир.

Но в дело вступают сознание и личность;

суровые испытания, мы становимся приходится разговаривать. И любовь лжецами. Покончить со всем прочим превращается в ад. и высказать самое сокровенное.

По египетским верованиям, праведник — <Апрель 1948> тот, кто может сказать после смерти:

В конце XIX века Антуан Орли, нотариус «Я никому не причинил зла». Иначе его из Периге, внезапно покинул родной город, ждет кара.

отправился в Патагонию и поселился там.

Он сумел войти в доверие к туземцам Итак, история может достичь своей цели, и через несколько лет, исключительно лишь истребив духовные завоевания.

благодаря своей дружбе с ними, получил Мы дошли до края...

титул Арауканского императора.

Он чеканил монету, выпускал почтовые Для христиан история начинается марки, одним словом, пользовался всеми с Откровения. Для марксистов она правами законного монарха. Весть им кончается. Две религии.

об этом достигла Чили, в чьем подчинении находились далекие патагонские владе Маленький залив близ Тенеса92, ния;

Антуан Орли предстал перед судом у подножия горной цепи. Идеальный и был приговорен к смерти. Смертную полукруг. Когда наступает вечер, тихая казнь заменили десятью годами тюрьмы.

водная гладь вселяет в душу тревогу.

Через десять лет он выходит на свободу В этот миг понимаешь, что греческие и возвращается в Патагонию;

подданные представления об отчаянии и трагедии по прежнему видят в нем императора, сложились на основе красоты и всего того и он снова соглашается принять этот титул.

гнетущего, что она таит в себе.

Но, чувствуя приближение старости, решает Красота — кульминация трагедии.

позаботиться о преемнике и завещает Современный же ум толкают к отчаянию арауканский трон своему сыну Луи Орли, уродство и посредственность.

которому предстоит стать императором Именно это, без сомнения, хочет сказать под именем Людовика I. Но Луи Орли отказы Шар. Для греков красота — исходная точка.

вается. Тогда Антуан отрекается Для европейца она — редко достигаемая от престола в пользу своего племянника, цель. Я — человек современный.

Ашиля Орли, живущего в Периге;

затем 166 1947—1949 1947— 93 Королева Ранавало — 94 Национальная Антуан умирает, и подданные хоронят его забыли. Когда она будет воссоздана, Ранавалона III (1862— галерея (англ.). Пьеро — 1917), последняя итальянский живописец с большими почестями. Однако Ашиль I начнется великая эпоха.

туземная королева Пьеро делла Франческо Мадагаскара, свергнутая (ок. 1420—1492);

не намерен переселяться в свои владения.

французами в 1897 г. Веласкес Диего (1464— 1524) — испанский Он перебирается в Париж, заводит светские Лондон. В моей памяти Лондон — город художник.

знакомства, живет на широкую ногу, садов, где по утрам меня будили птицы.

устраивает приемы с королевской Лондон совсем другой, и все таки память щедростью. Деньги он добывает, раздавая моя не ошибается. Целые фургоны цветов за взятки посты арауканских консулов на улицах. Потрясающие доки.

в разных странах. Поскольку потребности N. GaIIery94. Чудесный Пьеро и Веласкес.

его постоянно растут, он организует сбор Оксфорд. Аккуратно причесанный табун.

средств на строительство христианских Оксфордское безмолвие. Что там делать церквей и соборов. Под этим предлогом людям?

он собирает настолько крупные суммы, что встревоженные иезуиты жалуются папе Раннее утро на шотландском побережье.

римскому. Выясняется, что в Патагонии Эдинбург: каналы и лебеди. Город, не построено ни одной церкви, и Ашиль I располагающийся вокруг лжеакрополя, предстает перед судом, который выносит таинственный и тонущий в туманах.

ему суровый приговор. Разорившийся В Северных Афинах нет ничего северного.

император кончает свои дни на бульваре Китаец и малаец на Принсесс стрит.

Монпарнас, проводя время всегда в одном Это — порт.

и том же кабачке, где, по слухам, с ним встречалась королева Ранавало93. Германия: несчастье, причинившее слишком большие муки, рождает предрас Всякое самопожертвование — мессиан положенность к несчастью, из за которой ство. Доказать, что можно возвыситься мы губим и себя, и других.

и до самопожертвования обдуманного (то есть не сводящегося к мессианству). По мнению Ришелье, бунтовщики, пусть Трагедия равновесия. даже они ни в чем не уступают защитникам господствующего строя, всегда вполовину Современное искусство. Они возвращают слабее. Из за нечистой совести.

ся к вещам, потому что не знают природы.

Они вновь создают природу, и ничего Писатель обречен на понимание.

другого им не остается — ведь они ее Он не может быть убийцей.

168 1947—1949 1947— 95 «Критон» — диалог 96 «Записки из подполья» Страсть к тюрьме у тех, кто борется. Чтобы Отважившись на самый страшный бунт, Платона, написанный (1864).

между 399 и 388 гг. 97 Воклюз — деревня избавиться от привязанностей. в конце концов признать свое до н.э. Аналогия, к востоку от Авиньона, отмеченная Камю, знаменитая тем, что ничтожество — вот что мучительно.

представляется, скорее, в ней жил Петрарка внешней. Сократа судит и в своих сонетах воспел Ответственность перед историей освобож демократия, тогда как красоту этих мест.

«московские процессы» дает от ответственности перед людьми.

Удача моей жизни заключается в том, что порождены тиранией, их жертвы по большей В этом ее удобство.

я общался только с существами исключи части сами были палачами.

Сократ добровольно тельными, любил (и разочаровывал) подчиняется приговору афинского суда, пускай Звезды мерцают в том же ритме, в каком только их. Я узнал, что такое добродетель, и несправедливому.

Осужденных 1937 г.

стрекочут цикады. Музыка сфер.

достоинство, естественность, благород вынуждают подчиниться.

ство — у других. Зрелище великолеп Мы слишком долго живем.

ное — и горестное.

В «Критоне»95 диалоги Законов и Сократа Радость жизни рассеивает внимание, напоминают московские процессы.

рассредоточивает, останавливает всякое стремление ввысь. Но жить без радости...

Наш век помешался на добродетели.

Значит, выхода нет. Разве что черпать Отвратив лицо от скептицизма, в котором жизнь из великой любви, не опасаясь немало смирения, человечество напрягло наказания рассеянием.

все силы в поисках истины. Оно расслабит ся, когда общество вновь отыщет жизне Разве сознающий человек может способное заблуждение.

сколько нибудь себя уважать? — говорит Достоевский96.

Художники хотят быть святыми, а не художниками. Я не святой.

«Мы живем по настоящему лишь несколь Мы мечтаем о всеобщем согласии ко часов нашей жизни...» и не достигаем его. Как же быть?

Ночь в Воклюзе97 на вершине холма.

Мучительное ощущение: думаешь, что Огни в долине кажутся продолжением служишь справедливости, а на самом деле Млечного Пути. Все перемешалось.

преумножаешь несправедливость.

В небе — деревни, в горах — созвездия.

По крайней мере признаем это — и тем самым усугубим мучение;

ведь это Первой должна прийти любовь, а за ней — все равно, что признать: всеобщей мораль. Обратное мучительно.

справедливости не существует.

170 1947—1949 1947— 98 Бейль — настоящая 99 Любовь к судьбе (лат.) Невозможно сделать что то для одного на высоте — ведь любой срыв равносилен фамилия Стендаля. — термин стоической философии, человека (но сделать всерьез), не ранив преступлению. При плохой репутации используемый Ф.Ницше.

при этом другого. А если мы не можем срывы простительны.

решиться ранить людей, мы остаемся навеки бесплодными. В конечном счете Сначала мы не любим никого. Затем любить одного человека — значит убивать любим всех людей. Затем только некото всех остальных. рых, затем одну, затем одного.

Я выбрал творчество, чтобы избежать Ночью, в самолете, — огни Балеарских преступления. А тут их уважение! островов, словно цветы в море.

Что то здесь не так.

Жить— значит проверять.

Вначале сочиняешь в одиночестве и думаешь, что это трудно. Потом начина Речь о «Дон Жуане» или «Пармской ешь писать и сочинять в компании. И тогда обители». И постоянное требование понимаешь, какое это безнадежное французской литературы, отстаивающей предприятие и как хорошо было раньше. гибкость и стойкость духа отдельного человека.

Зная свои слабости, я изо всех сил старался быть человеком нравственным. Новелла, действие которой будет происхо Нравственность убивает. дить в день желтого тумана.

Ад — особая милость, которой удостаива В этом мире можно жить, лишь отказав ются те, кто упорно ее домогались. шись от части его? Против amor fati99.

Человек — единственное животное, Согласно Бейлю98, не следует судить которое отказывается быть таким, о человеке ни по тому, что он говорит, как оно есть.

ни по тому, что он пишет. Я добавлю:

ни по тому, что он делает. Прокурор входит в камеру приговоренного.

Тот молод. Он улыбается. Прокурор С плохой репутацией жить легче, спрашивает, не хочет ли заключенный чем с хорошей, ибо хорошую репутацию что нибудь написать. Тот говорит, что хочет.

тяжело блюсти, нужно все время быть И пишет: «Победа!» И продолжает улыбать 172 1947—1949 1947— ся. Прокурор спрашивает, нет ли у заклю Светские развлечения можно выносить ченного каких нибудь желаний. Есть, только по долгу дружбы.

отвечает молодой человек. И с размаху дает прокурору пощечину. Тюремщики У меня есть две три страсти, которые бросаются на него. Прокурор колеблется.

можно счесть предосудительными, Ненависть, старая как мир, подступает которые я считаю таковыми и от которых к горлу. Но он стоит неподвижно, до него стараюсь избавиться волевым усилием.

постепенно доходит истина. С ним ничего Иногда мне это удается.

не сделаешь. А узник глядит на прокурора с улыбкой. Нет, говорит он весело, ничего Роман. Возвращение из лагеря.

не сделаешь. Прокурор у себя дома.

Он приезжает, немного оправившийся, — И что же ты сделал? — спрашивает он тяжело дышит, но твердо стоит на своем.

жена. — Неужели ты не...

«Я удовлетворю ваше любопытство раз — Что?

и навсегда. Но потом вы оставите меня — Ты прав. Ничего не сделаешь.

в покое». Дальше — холодный отчет.

С каждым новым процессом прокурор Напр. Я вышел оттуда.

свирепствует все больше. От каждого Говорит жестко, не сбиваясь. На этот раз обвиняемого он ждет унижения. Но ничего уже без нюансов.

не происходит. Они покорны.

Я хотел бы покурить. Первая затяжка.

Наконец он начинает действовать Он оборачивается и улыбается.

слишком жестоко. Он сбивается с пути.

Простите меня, говорит он с тем же Впадает в ересь. Его приговаривают спокойным и замкнутым видом.

к смерти. И тут все возвращается на круги И больше никогда к этому не возвращает своя. Впереди свобода. Он даст прокурору ся. Он ведет самый заурядный образ пощечину. Повторяется прежняя сцена.

жизни. Только одно: он не спит со своей Но он не улыбается;

вот перед ним лицо женой. А когда она начинает выяснять прокурора. «Нет ли у вас каких нибудь отношения, кричит: «Все человеческое желаний...» мне отвратительно».

Он глядит на прокурора. Нет, говорит он.

Действуйте.

Портреты. Она глядит из под вуали во все свои прекрасные глаза. Спокойная, Предел бунтарского сознания: согласиться немного тяжелая красота. Внезапно на самоубийство, чтобы не стать соучаст заговаривает, и губы тут же кривятся, ником какого бы то ни было убийства.

174 1947—1949 1947— 100 Дендизм — течение складываются в параллелограмм. Бунт. Глава о том, что такое казаться (себе в европейской культуре ХIХ в., отмеченное Она некрасива. Светская женщина.

и другим). Дендизм — движущая сила эстетизмом и эгоцентризмом, многих деяний, вплоть до революцион приверженцы которого стремились превратить С ним говорят. Он говорит. Внезапно ных100.

человека в своеобразное произведение искусства.

взгляд его делается отсутствующим, Этот культурный феномен Камю рассматривает он договаривает фразу, по инерции До тех пор пока человек не совладал в главе «Мятежные денди» книги «Бунтующий продолжая смотреть на вас, но думая уже человек». с желанием, он не совладал ни с чем.

о чем то другом. Дамский угодник.

Меж тем ему почти никогда не удается совладать с ним.

Последние слова Карла Герхарда, который был врачом Гиммлера (и знал о Дахау):

Эссе. Введение. К чему отвергать доноси «Я сожалею, что в мире еще осталась тельство, полицию и т.д....если мы не хри несправедливость».

стиане и не марксисты. У нас для этого недостает ценностных ориентиров. Пока Отдаваться может лишь тот, кто владеет мы не отыщем ценностной основы, собой. Бывают, что отдаются, чтобы мы будем вынуждены выбирать добро избавиться от собственного ничтожества.

(если мы выбираем его) наугад. До этих Дать можно только то, что имеешь.

пор добродетель будет вне закона.

Стать хозяином самому себе — и лишь после этого сдаться.

Первый цикл. Во всех моих книгах, начиная с первых («Брачный пир») и кончая В мире, где никто не верит в существова «Веревкой» и «Человеком бунтующим», ние греха, обязанности проповедника я стремился к безличности (всякий раз берет на себя художник. Но речи священ на свой лад). Позже я смогу говорить ника достигали цели оттого, что были от своего имени.

подкреплены его собственным примером.

Следовательно, художник пытается стать Меня привлекают люди великодушные — примером для других. За что его расстре и только они. Но сам я не великодушен.

ливают или высылают за границу, к его великому негодованию. К тому же добродетели нельзя выучиться так же Желябов, подготовивший убийство быстро, как стрельбе из пулемета. Борьба Александра II и арестованный за двое тут неравная.

суток до покушения, требует, чтобы его 176 1947—1949 1947— 101 Азеф Евно 103 Речь идет о событиях казнили одновременно с Рысаковым, Девяти из десяти революционеров Фишелевич (1869— декабрьского восстания 1918) — секретный 1905 г.

метнувшим бомбу.

ремесло осведомителя приходилось сотрудник царской полиции, провокатор.

«Только трусостью правительства можно по вкусу.

Плеве Вячеслав Константинович (1846— было бы объяснить одну виселицу, 1904) — министр внутренних дел царского а не две».

Революция 1905 г. началась с забастовки правительства в 1902— 1904 гг. Гершуни Григорий рабочих одной из московских типографий, Андреевич (1870— 1908) — руководитель Зыбин, непревзойденный дешифровщик боевой организации которые требовали, чтобы при сдельной эсеров.

Охранки, оставлен на той же должности 102 Имеется в виду оплате точки и запятые считались начальник Московского в ГПУ.

охранного отделения за буквы.

Сергей Васильевич То же. Комиссаров, сотрудник Охранки Зубатов (1864—1917).

Санкт Петербургский совет в 1905 г.

и организатор погромов, переходит призывает к забастовке с требованием на службу в ЧК. «Уйти в подполье» «Долой смертную казнь!».

(на нелегальное положение).

«Террористические акты должны быть При Московской коммуне на Трубной тщательно подготовлены. Моральную площади перед развалинами здания, ответственность берет на себя партия.

разрушенного при обстреле, была Это сообщит героическим бойцам необхо выставлена тарелка с куском человечес димое спокойствие духа».

кой плоти и надписью, гласившей: «Внесите Азеф — могила 10 466 на кладбище свою лепту в помощь пострадавшим»103.

в берлинском предместье.

За несколько дней до покушения на Плеве Дмитрию Богрову, убийце Столыпина, была он «намекает» на опасность начальнику оказана милость— дано разрешение быть Охранки Лопухину и просит вознагражде повешенным во фраке.

ния. Он выдает южных террористов, чтобы развязать руки петербургским.

Всю историю русского терроризма Плеве погибает;

Азеф так и сказал:

можно рассматривать как борьбу «Опасность грозит вам с другой стороны между интеллигенцией и абсолютизмом (не от Гершуни101)».

на глазах безмолвствующего народа.

Начальник Зубатов102. Защищал обвиняемого перед поддельной следствен Роман. Среди бесконечного лагерного ной комиссией. И превращал его в осведо страдания — мгновение невыразимого мителя.

счастья.

178 1947—1949 1947— 104 Из книги В конечном счете Евангелие реалистично, что только моя музыкальная деятельность Н.Н.Берберовой «Чайковский: История хотя считают, что жить по нему невозмож искупает все мои недостатки и возвышает одинокой жизни» (1936, фр. пер. — 1948).

но. Оно исходит из того, что человек меня до степени человека в настоящем не может быть безгрешным. Но оно может смысле этого слова, начинает одолевать постараться признать его греховность, и терзать меня. Только труд спасает меня» то есть простить. Виноваты всегда судьи...

(Чайковский).

Выносить абсолютный приговор могут А между тем музыка его по большей части только те, кто абсолютно безгрешен...

посредственна.

Вот почему Бог должен быть абсолютно безгрешным.

Вербовка. Большинство несостоявшихся литераторов идут в коммунисты.

Приговорить человека к смерти — значит Это единственный статус, позволяющий лишить его возможности исправиться.

смотреть на художников свысока.

В этом смысле коммунисты — партия Как жить, не имея серьезных причин неудачников. Естественно, у них отбоя для отчаяния!

нет от желающих.

Чайковский имел привычку в рассеяннос Май 49 го ти жевать бумагу (включая очень важные А теперь: отречься от «человеческого», документы в Министерстве юстиции).

как они выражаются.

Жажда творчества была в нем так сильна, что лишь его огромная работоспособность Придуманные мною сюжеты были просто позволяла утолять ее (Н.Берберова)104.

предлогами, чтобы заставить самого себя «Если б то состояние души артиста, которое говорить.

называется вдохновением, продолжалось бы беспрерывно, нельзя было бы и одного дня прожить» (Чайковский). Психология мешает поверить в доброту, «Как только я предамся праздности, меня нравственность и бескорыстие. Но история начинает одолевать тоска, сомнения мешает поверить в зло.

в своей способности достигнуть доступной мне степени совершенства, недовольство Мы не говорим и четверти того, что знаем.

собой, даже ненависть к самому себе.

Иначе все пошло бы прахом. Стоит сказать Мысль, что я никуда не годный человек, самую малость, и они уже поднимают вой.

180 1947—1949 1947— 105 Французская нация Стендаль: «Отличие немцев от других сложилась в результате Тот, кто хоть раз видел, как сияет смешения многих народов: размышления не успокаивают их, народностей — галлов, от счастья лицо любимого существа, знает, римлян, вестготов, а возбуждают. Еще одна особенность: они бургундов, франков что у человека нет иного призвания, кроме и, наконец, сгорают от желания иметь характер».

провансальцев.

Присоединение Прованса как приносить радость окружающим...

к Франции в 1481 г.

привело к распаду этой а между тем самим фактом своего Отчаяние охватывает, когда не знаешь, древней культуры, ставшей впоследствии существования мы приносим горе людям, символом «потерянного почему ты вступаешь в борьбу и стоит ли рая». с которыми нас сталкивает жизнь, вообще в нее вступать.

и погружаем во мрак их сердца;

мысль Воспоминание на улицах Парижа: костры об этом невыносима.

в бразильской деревне и дурманящий запах Когда северные варвары разрушили кофе и пряностей. Жестокие и печальные пленительное королевство Прованс вечера, спускающиеся в такую пору на эту и превратили нас во французов... бескрайнюю землю.

Единственное, к чему я всегда стремил Бунт. Абсурд предполагает отсутствие ся, — всем остальным (кроме богатства, выбора. Жить— значит выбирать.

которое мне безразлично) меня наделила, Выбирать— значит убивать. Отрицание и наделила щедро, природа — это жизнь абсурда — убийство.

нормального человека. Я не хотел быть человеком бездны. Я стремился к нормаль Гийу. Несчастье художника в том, ной жизни изо всех сил — и ничего что он живет и не совсем в монастыре, не добился. Вместо того чтобы мало и не совсем в миру — причем его мучат помалу приближаться к цели, я с каждым соблазны и той, и другой жизни.

днем подхожу все ближе к краю бездны.

...фасады домов, построенные Потемки Самая главная проблема сейчас — ным вдоль дорог, по которым проезжала, возмездие.

путешествуя по своим владениям, Екатерина II.

Кто сможет выразить отчаяние человека, который принял сторону твари против Надо полюбить жизнь больше, чем смысл Творца, однако, утратив сознание ее, говорит Достоевский. Да, а когда собственной невинности и невинности любовь к жизни проходит, нам становится окружающих, считает виновными безразличен и ее смысл.

182 1947—1949 1947— не только Творца, но и тварей, не исключая «Ступай в монастырь, Офелия!» Да, ибо себя самого. единственный способ овладеть ею — устроить так, чтобы ею не смог овладеть Роман. Приговоренный к смерти. Но ему никто. Кроме Бога, с чьим соперничеством передают цианистый калий... И вот, один легко смириться: ведь Он не посягает в своей камере, он разражается смехом. на тело.

Его переполняет огромная радость. Глухая стена, стоявшая перед ним, исчезла. Если душа существует, неверно было бы В его распоряжении целая ночь. У него думать, что она дается нам уже сотворен есть свобода выбора... Сказать себе: ной. Она творится на земле, в течение всей «Ну», а после: «Нет, еще минуту» — и наслаж жизни. Сама жизнь— не что иное, даться этой минутой... Какой реванш! как эти долгие и мучительные роды.

Какой ответ! Когда сотворение души, которым человек обязан себе и страданию, завершается, За неимением любви можно попытаться приходит смерть.

обзавестись честью. Безрадостная честь.

Клейст дважды сжигал свои рукописи...

Ф.: Безумец тот, кто что то строит на любви, Пьеро делла Франческа к концу жизни безумец тот, кто что то ломает ради любви. ослеп... Ибсен в старости утратил память и заново учил алфавит... Не падать духом!

Бог завидовал нашей боли — вот почему Не падать духом!

он низошел на землю, чтобы умереть на кресте. Этот странный взгляд, которого Красота, помогающая жизнь, помогает у него не было прежде... также и умирать.

В течение тысячелетий мир был похож Я так долго был уверен в своем выздоров на те полотна художников эпохи Возрожде лении, что это новое обострение должно ния, где одни люди на холодных каменных было бы подействовать на меня удручающе. плитах страдают от пыток, а другие Оно в самом деле удручает меня. с великолепным безразличием смотрят Но поскольку позади непрерывная цепь вдаль. Число людей «бесчувственных» удручающих событий, мне почти смешно. было головокружительно огромным В конце концов, теперь я свободен. по сравнению с числом людей сочувствую Безумие — тоже освобождение. щих. История кишела людьми, не сочув 184 1947—1949 1947— 106 Пер Гюнт — герой 107 Эссе о море — ствовавшими несчастьям других людей. Когда Яна Гуса жгли на костре, славная одноименной пьесы «Море вблизи» — Г.Ибсена (1866). опубликовано в сборнике Подчас приходилось плохо и «бесчувствен старушка принесла свою охапку хвороста, «Лето» (1954).

ным». Но и это случалось в обстановке чтобы подбросить в огонь.

всеобщего безразличия и не меняло дела.

Сегодня все делают вид, что полны Минуты, когда отдаешься страданию, сочувствия. В залах дворца правосудия как физической боли: лежишь недвижи свидетели внезапно обращают взор мый, безвольный, лишенный будущего, в сторону бичуемого.

во власти бесконечной муки.

Пер Гюнт106 рассказывает своим Превозмочь? Но страдание — это именно согражданам, что дьявол обещал толпе то, выше чего стать невозможно.

хрюкнуть, точь в точь как свинья.

Он появляется и исполняет обещанное.

После ночей, проведенных в страдании, Но зрители недовольны. Одни находят чувствуешь себя как с похмелья.

голос слишком тонким, другие — слишком искусственным. Все осуждают подражате Эссе о море107.

ля за преувеличение. А между тем хрюкал настоящий поросенок, которого дьявол У отчаявшегося человека нет родины.

спрятал под плащом и щипал.

Но я — я знал, что на свете есть море, и это помогло мне пережить роковое Марксизм — философия, где в избытке время.

сутяжничество, но нет юриспруденции.

Так люди, любящие друг друга, могут страдать в разлуке. Но, что бы они Величие состоит в том, чтобы попытаться ни говорили, они не испытывают стать великим. И ничего более...

отчаяния: они знают, что на свете есть любовь.

Там, где хотят иметь рабов, надо как можно больше сочинять музыки.

Люди упорно путают брак и любовь, Так по крайней мере полагал, по словам с одной стороны, счастье и любовь — Толстого, один немецкий князь.

с другой. Между тем это совершенно раз ные вещи. Именно поэтому, хотя любовь— Слушайтесь, говорил Фридрих Прусский.

вещь очень редкая, среди браков бывают Но, умирая, сознался: «Я устал управлять и счастливые.

рабами».

186 1947—1949 1947— Невольно ангажированный. но на следующий день после того, как при шло ее письмо, Шибунин был казнен по вине Толстого Физическая ревность есть в большой мере приговор самому себе. Зная, о чем Последнее, незаконченное сочинение способен помыслить ты сам, ты решаешь, Толстого, оставшееся лежать на его что и другой помышляет о том же.

письменном столе: «Нет в мире винова тых».

Нынче добродетель достойна похвалы.

Великие жертвы не встречают поддержки.

Нынче Христос умирает во дворцах.

Мучеников постигает забвение.

Он царит за окошечками банков — с кнутом Они стараются привлечь к себе внимание.

в руках.

На них смотрят. Но стоит им оступиться, и газеты берутся за свое.

Всякое убийство может быть оправдано только любовью. Для террористов эшафот Мерль, журналист, занимающийся был новым доказательством любви.

шантажом, целый год печатал в своей газете клеветнические статьи об Х, но так Заблуждения радостны, истина страшна.

ничего и не добился. Тогда, изменив тактику, Мерль принялся превозносить Горьки воды смерти...

свою жертву до небес — и тут же получил деньги.

В день, когда он ушел от жены, ему страшно захотелось шоколаду, Во время суда над Шибуниным Толстой и он не отказал себе в этой прихоти.

выступил защитником этого несчастного солдата, ударившего офицера, а когда История деда г на де Боканде.

Шибунина приговорили к смертной казни, Когда он учился в лицее, его обвинили ходатайствовал о помиловании через в каком то проступке. Он отрицал свою свою тетку, которую просил обратиться вину. Три дня карцера. Он продолжает к военному министру. Министр ответил, что отрицать. «Я не могу сознаться в проступке, не может ничего предпринять, потому что которого не совершал». Извещают отца.

Толстой забыл указать название полка. Он дает сыну три дня сроку. Если через три дня он не сознается, его отдадут во флот Тетка написала об этом Толстому, 188 1947—1949 1947— 108 Предисловие юнгой (семья богата). Три дня карцера. их сдерживающий. Мои барьеры еще к переизданию ранней книги Камю «Изнанка Он выходит оттуда. «Я не могу сознаться и сегодня слишком крепки. Но и то, что им и лицо» (1937).

в том, чего не совершал». Неумолимый приходилось сдерживать, было слишком отец записывает его во флот. Мальчик мощным. В тот день, когда я достигну вырастает, проводит всю жизнь в море, равновесия, я попытаюсь написать книгу, становится капитаном. Отец умирает. о которой мечтаю. Она будет похожа Приходит старость. На смертном одре на «Изнанку и лицо», иными словами, все то же: «Это не я». в ней будет много любви.

Я думаю, мне это по силам. Мой обширный Она льстила его тщеславию. И потому опыт, знание ремесла, мое неистовство он не изменял ей. и мое смирение... В центр новой книги также будет поставлено великолепное Предисловие к «Изнанке и лицу»108. безмолвие матери, искания человека, У меня есть художнические запреты, который стремится обрести любовь, как у других бывают запреты моральные подобную этому безмолвию, обретает или религиозные. Сознание недозволенно ее, затем утрачивает и, пройдя войну, сти, мысль, что «так не делают», чуждые мне познав страдание и безумную страсть как существу, свободолюбивому от приро к справедливости, возвращается ды, присущи мне как рабу (причем рабу к уединению и покою, к счастливому восторженному) суровой художественной безмолвию смерти. Я напишу там...

традиции. (Я преодолел эти табу лишь в «Осадном положении», чем объясняется Холодный вечер, ледяные призрачные нежность, которую я испытываю к этому сумерки... это выше моих сил.

мало кем оцененному сочинению.)...Возможно также, что это недоверие Когда все будет закончено, начать смесь.

противостоит моему глубинному анархиз Записывать все, что взбредет в голову.

му, и в этом его польза. Я знаю свою разбросанность, силу некоторых своих Пока он был безупречным мужем, инстинктов, способность впадать в ярость. он не верил в Бога;

изменив жене, Все эти непредсказуемые силы должны уверовал.

быть пущены в ход, когда созидается произведение искусства (я имею в виду Лучше быть свободным бедняком, чем будущее). Но необходим и барьер, богатым невольником. Конечно, люди 190 1947—1949 хотят быть и богатыми, и свободными — «Нельзя одновременно сечь и подставлять и из за этого подчас становятся свой зад».

бедными рабами.

Крестьянин, который равнодушно выслу Делакруа: «Реальны во мне лишь те иллю шал молитву, исторгнувшую слезы у всех зии, которым я даю жизнь на своих слушателей. Людям, упрекавшим его полотнах. Все прочее — зыбучие пески». в бесчувственности, он отвечал, что он 1950 не этого прихода.

10 января 109 Делакруа Эжен Февраль Я никогда не читал в своем сердце (1798—1863) — французский живописец достаточно ясно. Но инстинктивно я всегда Память слабеет с каждым днем. Надо и график.

следовал за невидимой звездой... решиться вести дневник. Делакруа прав:

В глубине моей души — анархия, ужасный все дни, которые не описаны, словно бы хаос. Творчество стоит мне тысячи и не прожиты. Может быть, начну мучений, ибо оно требует собранности, в апреле, когда вновь обрету свободу.

а все мое существо противится ей.

Но без нее я до самой смерти не избавил Литературное общество. Людям чудятся ся бы от разбросанности. коварные интриги, грандиозные честолю бивые замыслы. А на деле — одно лишь Подчинить произведение своей власти, тщеславие, и притом весьма непритяза не забывая, однако, о дерзости. Творить. тельное.

Понятие «интеллектуал» (и соответствую Немного гордости довольно, чтобы щая реальность) родилось в XVIII веке. держаться на должном расстоянии.

Помнить об этом, несмотря ни на что.

Позже написать, без оглядок и недомол вок, эссе обо всем, в чем я уверен Удовольствие, переходящее в благодар (делать то, что не хочется, желать того, ность, — венец творения. Но есть и другая что не делается). крайность— горькое удовольствие.

В Дневнике Делакруа109 фраза (с чьих то Мистраль расчистил небо, и оно стало слов) о критиках, которые позволяют себе совсем новенькое, синее и блестящее, как заниматься художественным творчеством: море. Со всех сторон доносятся громкие 192 1950 птичьи трели — ликование, упоенная последствия, решившись преодолеть их разноголосица, бесконечный восторг. и преобразить в крайнюю (но сознательно День журчит и сияет. избранную) позицию творчества.

Ни от чего не отказываться.

Не мораль, но свершение. Для свершения же нужно только одно: полюбить, то есть В искусстве абсолютный реалист был бы отречься от себя и умереть для мира. абсолютным божеством.

Дойти до конца. Исчезнуть. Раствориться в любви. Тогда творить буду уже не я, тво Яков Генсс, управляющий Вильнюсским рить будет сила любви. Сгинуть в бездне. гетто, согласился на эту полицейскую Раздробиться. Уничтожиться в свершении должность, чтобы облегчать положение и погоне за истиной. людей. Постепенно три четверти обитате лей гетто (48 тысяч) были уничтожены.

Протестанты филантропы отрицают все В конце концов расстреляли и его самого.

неразумное, потому что разум, как они Расстрелянный ни за что — и ни за что полагают, может дать им власть над всем, лишившийся чести.

даже над природой. Над всем, кроме Красоты. Красота неподвластна этим Китайцы утверждают, что империи, расчетам. Поэтому художнику так трудно близящиеся к гибели, изобилуют законами.

быть революционером, хотя всякий художник — бунтарь. Поэтому он не может Ослепительный свет. Мне кажется, будто стать убийцей. я просыпаюсь после десятилетнего сна — еще связанный по рукам и ногам путами Ждать, ждать, пока один за другим несчастья и ложной морали, но вновь погаснут дни, огоньки которых еще светят нагой и устремленный к солнцу. Блестя мне. В конце концов последний погаснет, щая, размеренная сила — и суровый, и настанет полная тьма. острый ум. Я возрождаюсь и телом тоже...

Комедия. Человек получает официальную 1 марта благодарность за добродетельное Один месяц абсолютного владения поведение, которое до тех пор было собой — во всем. Потом начать заново — инстинктивным. Теперь он осознанно но не терять правды, реальности стремится к добродетели — полный крах.

предшествующего опыта и принять все 194 1950 Стиль XVII века, по словам Ницше: четкий, В человеке всегда есть нечто, отвергаю точный и свободный. щее любовь. Это та часть его существа, Современное искусство: искусство которая хочет умереть. Именно ей тираническое.

необходимо прощение.

Словно с первым лучом любви скопившие Вольтер догадывался почти обо всем.

ся в ее сердце снега начали постепенно Правда, доказал он очень немного, но зато таять, давая дорогу буйному, неостанови неопровержимо.

мому потоку радости.

Тем, кто пишут темно, повезло: у них Слишком поздно находишь в себе муже появятся комментаторы. У остальных будут ство смириться с тем, что знаешь.

только читатели, а это, судя по всему, вызывает презрение.

Мир, где я чувствую себя вольготнее всего, — греческий миф.

Париж начинает с того, что хлопочет о книге и поднимает ее на щит. Но самое Сердце — еще не все. Оно должно быть, приятное начинается, когда книга уже ибо без него... Но оно должно быть завоевала успех. Теперь главное — покоренным и преображенным.

уничтожить ее. Париж в этом отношении похож на бразильские реки — в некоторых Все мое творчество иронично.

из них живут крошечные рыбки, которые тем и занимаются. Они малюсенькие, Вечное искушение, против которого но их очень много. Они, если можно я непрестанно веду изнурительную так выразиться, состоят из одних зубов.

борьбу, — цинизм.

Им ничего не стоит в пять минут обглодать человека так, чтобы остались одни косточ Быть язычником для себя, христианином ки. Потом они уплывают и, соснув немного, для других — к этому инстинктивно принимаются за следующего.

склоняется всякий человек.

Словно те старые люди, которые, живя Существовать не трудно, а невозможно.

в большом доме, некогда полном жизни и голосов, сужают свое жизненное про Любовь несправедлива, но одной неспра странство сначала до одного этажа, затем ведливости недостаточно.

196 1950 до одной комнаты, затем до самой Сколько ночей в жизни, где нас уже нет!

крошечной из комнат, которой и ограничи Мое творчество в первые два периода:

вают свое существование, — живут, люди нелгущие, значит, нереальные.

замуровав сами себя, в ожидании В жизни таких не бывает. Вот почему, неизбежного переселения в обитель без сомнения, я до сих пор не стал романи еще более тесную.

стом в общепринятом смысле. Я скорее художник, творящий мифы по воле своей В отличие от нас женщины по крайней страсти и тревоги. Вот почему существа, мере не обязаны стремиться к величию.

восхищавшие меня в жизни, всегда У мужчин даже вера, даже смирение обладали мощью и исключительностью призваны доказывать величие.

этих мифов.

Это так утомительно.

Безрассудство любви в том, что любящий Рано или поздно всегда наступает момент, стремится ускорить время, чтобы дни когда люди перестают бороться и мучить ожидания поскорее прошли и пропали.

друг друга, смиряются наконец с тем, что Так он стремится приблизить конец.

надо любить другого таким, как он есть.

Так любовь одной из граней соприкасается Это — царствие небесное.

со смертью.

Довольно сознания вины — довольно Лагерь. Невежественный надзиратель раскаяния.

измывается над интеллигентом.

«Всё книжки читаешь! Ты, значит, умник...» Стареть— значит переходить от чувств и т.д. В конце концов интеллигент просит к сочувствию.

прощения.

XIX столетие — столетие бунта. Почему?

Людские лица искажены знанием Потому что оно началось неудавшейся (эти встречающиеся подчас лица тех, кто революцией, нанесшей смертельный удар знает). Но иногда из под шрамов проступа только идее Бога.

ет лицо отрока, благословляющего жизнь.

После «Человека бунтующего» — творче Близ них я не чувствовал ни бедности, ни лишений, ни унижения. Отчего ство на свободе.

198 1950 не сказать прямо: я чувствовал и чувствую Откройте ворота тюрем или докажите до сих пор свое благородство. Близ моей собственную непорочность.

матери я чувствую, что принадлежу к благородному племени: к тем, кто ничему Европа лавочников — удручающая.

не завидует.

Ангажированность. Мои представления Для большинства людей война означает об искусстве возвышенны и страстны.

конец одиночества. Для меня она — Слишком возвышенны, чтобы окончательное одиночество. я согласился подчинить его пустяку.

Слишком страстны, чтобы Мораль бесполезна: жизнь и есть мораль. я захотел лишить его даже пустяка.

Тому, кто не отдает всего, всего не полу чить. Любовь была ему заказана. Он имел право только на ложь и адюльтер.

Если тебе выпало счастье жить в мире ума, какое безрассудство — искать доступ Фолкнер. На вопрос, что он думает в страшный, полный криков мир страсти. о молодых писателях, отвечает: «Они не создадут ничего значительного. Им нече Я люблю все или не люблю ничего. Значит, го больше сказать. Чтобы писать, нужно я не люблю ничего. проникнуться простыми и великими истинами и посвятить свое творчество Все могущество науки направлено сегодня одной из них или всем им вместе.

на укрепление Государства. Ни одному Те, кто не умеют говорить о гордости, чести, ученому не пришло в голову использовать страдании, — посредственные писатели, свои знания для защиты личности. Здесь, и сочинения их умрут вместе с ними, пожалуй, полезным оказалось бы франк если не раньше. Гёте и Шекспир выстояли, масонство. потому что верили в человеческое сердце.

Бальзак и Флобер тоже. Они вечны».

Если бы наша эпоха была только трагична! — В чем причина охватившего литературу Но она еще и гнусна. Вот отчего ей надо нигилизма?

бросить обвинение — и даровать проще — В страхе. В тот день, когда люди ние. перестанут бояться, они снова начнут 200 1950 110 Бру — монастырь создавать шедевры, то есть произведения, тем не понять, что такое бунт и его неисто в г. Бург ан Бресс к северо востоку которым суждена долгая жизнь.

вая страсть к разрушению.

от Лиона.

Без сомнения, всякая мораль нуждается Я не люблю чужих секретов.

в толике цинизма. Но где предел?

Но мне интересны чужие признания.

Паскаль: «Долгое время я жил, веря Мало кто способен понять искусство.

в существование справедливости, и не ошибался, ибо она существует Шофер такси, негр, с учтивостью, какой постольку, поскольку Господу было угодно не встретишь в Париже в 1950 году, сказал открыть нам ее. Но я ошибался, мне, когда мы проезжали мимо «Комеди ибо полагал, что наша справедливость Франсез», перед которой стояло множе справедлива сама по себе, независимо ство машин: «Дом Мольера нынче вечером от Господней воли, и что я смею познать полон».

ее и судить о ней».

Уже две тысячи лет люди непрестанно Самая сильная страсть ХХ века:

и упорно лгут, говоря о греческой культуре.

холуйство.

Марксисты в этом отношении — наследни ки христиан. И эти же две тысячи лет В Бру110 две лежащие фигуры — надгроб греческая культура защищается так ные памятники Маргарите Австрийской успешно, что в идеологии ХХ столетия и Филиберу Савойскому — вместо того, различимо больше греческих и языческих чтобы смотреть в небо, вечно смотрят черт, чем христианских и русских.

друг на друга.

Интеллектуалы творят теории, массы — Тем, кто не требовал от мира и людей экономику. В конечном счете интеллектуа абсолютного целомудрия и не выл от тоски лы пользуются трудом масс, то есть теория и беспомощности, осознав неисполни пользуется экономикой. Вот почему мость этого требования, тем, кто не губил им необходимо поддерживать блокаду себя в попытках опуститься до уровня и экономическое рабство — чтобы массы существа, не способного творить любовь оставались на черной работе. Очень и умеющего лишь копировать ее, верно, что плоть истории составляет 202 1950 экономика. Идеи довольствуются тем, не понимал до сих пор. В середине жизни что управляют ею.

мне пришлось заново, с трудом учиться жить одному.

Да, у меня есть родина: французский язык.

То, чего я так долго искал, наконец Бесчестность художника, который делает появляется. Готовность к смерти.

вид, что верит в принципы демократии.

Ибо в этом случает он отрицает самую 5 февраля глубинную сущность своего опыта, великий Умереть, ничего не решив. Но кто умирает, урок искусства: иерархию и упорядочен все решив, кроме...? Решить по крайней ность. Неважно, что эта бесчестность мере, как не потревожить покоя тех, продиктована чувством. Она ведет кого ты любил... Себе самим мы ничего к рабскому труду на фабриках не должны, даже — и в особенности — или в лагерях.

предсмертного умиротворения.

Революционный ум отрицает первородный Февраль грех. И погрязает в нем. Греческий ум Человек бунтующий. Я хотел сказать о нем не думает. И избегает его.

правду, оставаясь великодушным.

В этом мое оправдание.

В Бухенвальде фашисты избивают людей, а оперного певца заставляют петь Я желал насильственной смерти — такой, при этом знаменитые арии.

когда простительно закричать от боли, Коммунизм во Франции имеет шансы потому что у тебя из груди вырывают душу.

на успех, потому что французы — нация В другие дни я мечтал умирать долго солдат. и в полном сознании — чтобы по крайней 1951 мере никто не мог сказать, что смерть застала меня врасплох, что она пришла 23 января. Валанс 111 Город на юге в мое отсутствие, — одним словом, чтобы Я кричал, требовал, злорадствовал, Франции.

знать... Но в земле так душно.

отчаивался. Но, дожив до тридцати семи лет, я узнал однажды, что такое несчастье, и понял все то, чего, как выяснилось, Моя могучая воля к забвению.

204 Если бы мне было суждено умирать вдали мысли от мира, в холодной тюремной камере, море в последний момент затопило бы наблюдения мою темницу, подняло бы меня на неведо впечатления мую мне доселе высоту и помогало бы мне умереть без ненависти.

Pages:     | 1 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.