WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

М. И. КАГАН Па ль Наторп и ризис льт ры Как ни богата русская культура событиями экстенсивно, как ни глубоко сказываются подчас художественно пророческие постижения кризиса современной культуры в

России, все же практически живой интерес к тому, чтобы все это осмыслить фи лософски, методически, выпал на долю творческого гения рево люционной жизни в Германии.

Неверно, конечно, что трагическое мирооощущение состояния исторической культуры человечества является по преимуществу достижением культуры русской. Кризис культуры, кризис ис тории человечества не является проблемой, всплывшей на по верхность только лишь сегодня. Это одна из самых острых про блем всего европейского внутреннего сознания вообще, а может быть, и просто самая острая. Сознание проблемы кризиса рва лось наружу уже у Платона, который почти неустанно, все снова и снова подходил к ней, брался решать, решал и опять возвра щался к ней: можно ли научиться добродетели, изучаема ли она, можно ли научиться жить? Каков смысл жизни? Ведь Платон был не просто сладкий утопист, а трагически ощущающий. Ведь трагичность вопроса о смысле жизни и истории есть вопрос кри зиса современной культуры.

Революция знаменует собой несомненную наглядность кризи са культуры. И естественно, что в революционные эпохи вопрос о кризисе можно углубить сильнее, чем когда нибудь. Он может быть углублен не только для того, чтобы затем опять быть по ставленным в созерцательном положении безо всякого практи ческого применения. Если нельзя надеяться на то, что углубле ние сознания сразу переменит всю жизнь, то все же оно способно дать по крайней мере указания для очищения;

оно способно не сколько расчистить путь для жизни в дальнейшем. Навряд ли вообще когда либо подымался вопрос только для того, чтобы ос таваться затем покоящимся в созерцательном положении. Такая благодать выпадает не на долю вопросов, а на долю разрешений, ответов.

Вопрос же кризиса находится в состоянии углубленной борь бы за ответ. Борьба эта, как я уже сказал, философски сильнее всего ведется ныне в Германии. У нас слыхали больше всего о Шпенглере. Да и в Германии он моднее всех. Если не считать Шелера — философа неоиезуитского католицизма, то больше всего шума и парадоксов о кризисе берется все же от Шпенглера.

Они не одни. С ними и против них выступают очень многие. Все же глубже всех ставящих вопрос я считаю великого марбургско го философа Пауля Наторпа. То, что обще всем, кроме него, мо жет быть охарактеризовано, как оглядывание назад. И при всем шуме о том, что вопрос кризиса культуры открыт как бы вот вот, только что, ими, а не раньше, Наторп ищет и находит связь для постановки и попытки разрешения этой проблемы главным об разом с Платоном и Песталоцци. Но ориентируется он на буду щее. Для Шпенглера прошлое — дорогое кладбище с милыми покойниками, а настоящее — обречено на смерть. И ничуть здесь не меняется дело по существу от того, что Шпенглер во втором томе «Заката Европы» прорицает будущую жизнь на тысячелетие Достоевскому. Все равно — по Шпенглеру — умрет и он. Чудн только то, как это в самом Шпенглере живет и мертвая «антич ность», и мертвая «арабско христианская», и мертвая «фаустов ская» культура плюс еще неживое «христианство Достоевского», делая его, собственно, живым покойником.

«Гляди — не гляди, — все смерть позади!» Вот именно поза ди! В этом отличие жизни исторической от простой биологиче ской, где смерть является патологическим заключением жизни.

Только от смерти отвоевывает себя жизнь. Нынешняя смертель ная опасность исторического состояния человечества сильнее всего ощущается в странах побежденных — в России и в Герма нии. Но смертельная опасность не только там, а везде, и даже гораздо более в странах победивших. Ибо смерть эта — внутрен няя. В России и в Германии она прорвалась революцией. «Пусть гибнет то, что внутренне гибельно;

ибо только сама смерть уми рает, жизнь же способна только жить и отстаивать себя от смер ти».

Рок есть смерть. Жизнь не может быть роком. Что же умирает ныне, как и всегда, но ныне особенно? — Умирает смерть. В об ласти общественной — вражда, разобщенность, несоциальное.

Равенство есть равенство перед недугом, перед отсутствием внут реннего права на индивидуальность. Свобода есть свобода жизни перед смертью. Нужда может напрячь интенсивную мощь к жиз ни, которая не приемлет нужды, может выявить братство.

Свобода, равенство и братство, постоянные девизы револю ции — не живы;

они всегда побудители для отстаивания истори ческой жизни от смерти. Никогда еще люди не были так разоб щены, никогда так неравны и несвободны, как ныне. Никогда сама жизнь не была так подорвана, как теперь.

Социальное, общее и индивидуальное, непосредственное — для Наторпа это не противоположности. И не только абстрактно, а действенно, на самом деле. Если это не так, то это — признак смерти, а не действительной жизни. Поэтому важнее всего обра тить внимание на то, является ли исторический уклад человече ства непосредственно живым в действительности? И тут то, что обозначают капиталистическим состоянием исторической куль туры, капитализмом, может быть охарактеризовано самым ос новным образом как состояние отсутствия непосредственного дела. Растерялись в конечно данном материале и упустили бес конечно большую общность и бесконечно малую силу индивиду альной непосредственности. Ни у кого нет ни общего дела, ни своего дела. Выход не в том, что никто не должен делать ничего, и не в том, чтобы каждый делал не свое дело. Не только дело дл жно делать, а свое дело. Без этого оно не будет творческим, жи вым. Без этого будет шагать смерть и творить разрушение, и не будет строительства жизни.

Жизнь не дана как нечто конечно завершенное. Наторп тре бует, чтобы метод конечных величин эвклидовой математики и докоперниковского естествознания был наконец отставлен как ненаучный и для истории. Ни политически, ни экономически, ни социально педагогически, ни вообще непосредственно куль турно нельзя решать вопрос о кризисе культуры, нельзя жизнен но строить на основе конечно данных величин и сил. Не конечная данная величина и сила лежит в основе бесконечного процесса непосредственного жизненного творчества истории человека, человечества и мира, а наоборот: в основание конечного момента должна быть положена бесконечность, так же как и в математи ке и математическом естествознании. Конечный рационализм и конечный материализм ненаучны. Конечные величины и силы, собранные в конечном моменте, ни в коем случае не дадут социа лизма, общности, непосредственной индивидуальной жизни;

они дадут разобщенность и смерть.

Не исправляют политики, когда вместо правления меньшин ства предлагают правление большинства. Демократия и аристо кратия или та или иная конечно зафиксированная форма прав ления не уничтожают основного зла. Нужно говорить о единой форме правления как такового, о правлении Совета, который сто ял бы во главе всякой политики.

Не исправляют хозяйства, когда главным делом его остается случайное положение во внешне организованном деле производ ства. Человек оказывается при этом всегда отчужденным от сво его дела. Освобождение технического труда от подавленности производимой вещью является одной из первых задач. Но толь ко первой. Самым важным здесь должно быть не просто нахож дение работы для человека, а нахождение своей работы. Каждо му — его работа, как и каждому — его функция в государстве.

Таков непосредственно единый социальный строй вместо многих конечных строев, расстраивающих жизнь и общность.

Уже идея Совета указывает на то, что все дело в строительстве человека, в социальной педагогике. Школа единства, труда и человека с Центральным Советом духовной работы.

Все функции современного государства, исторической жизни, сводятся к трем: так называемое тройное строительство государ ства, которое отвоевывает, вернее, завоевывает непосредствен ным делом все функции так называемого государства, юридиче ски буржуазного государства. Изъятие функций просвещения из ведения государства прежде всего и передача их Центральному Совету Духовной Работы и раньше всего непосредственно школь ным коммунам.

Основной базой может быть только школьная община, связан ная с потребительским и производственным хозяйственным то вариществом, наподобие семьи. Если этого провести сейчас нельзя, то «я требую, — говорит Наторп, — опытной школы та кого строительства жизни, как когда то требовал своей опытной школы для детей Песталоцци».

Не партия, а прежде всего школа, но школа не в том значе нии, какое она имеет теперь.

Всю историю человечества Наторп рассматривает, как проде лывающую три периода. Эти периоды или моменты суть те же, что и периоды развития человека. Детство, юность и зрелость. В детстве живут непосредственно. Нет разлада между миром и «я», между «я» и другими в творчестве. Непосредственная крепость, почвенность и однообразие на протяжении многих поколений.

Но вот связь становится слабее, и, как у ребенка при переходе к зрелости, силы творческие начинают устремляться вдаль. Долго копившиеся силы творчества создают огромные богатства куль туры. Наконец, центробежные силы все же оказываются оторвав шимися от центра. Мы являемся зрителями грандиозного пото па, в котором грозит погибнуть, гибнет все творчество человека.

Крушение капитализма и есть этот потоп. Если Ницше мог еще созерцать его, то мы уже созерцателями этого эстетического зре лища быть не можем. Необходимо немедленное и добровольное строительство третьей стадии — социализма. И пусть не говорят, что есть более неотложные задачи. Нет более неотложной зада чи, чем задача строительства, созидания и творчества жизни че ловека, творчества жизни вообще. Прежде всего человек. Вещи уже будут созданы, если только будет человек. Когда же не будет человека, то вещи ни в коем случае не помогут.

Человек этот не абстрактный: не идея как нечто отвлеченное и внешнее. Наторп рассматривает человека как градацию созна ния от бесконечно малого к бесконечно большому, где все дело в конкретном моменте промежутка, как моменте замкнутого внут реннего и открывающегося творчества. Он проводит здесь ана логию с учением о трансфинитном, где дело не в абсолютном ну ле и не в абсолютной бесконечности, а в промежутке, в членах ряда.

Людей много. Связаны они не абстрактной бесконечностью общности. Каждый из них не теряется в этом абсолютном абст рактном множестве. Каждый имеет в себе свой мир, который, несмотря на минимальность, обладает непосредственно наиболь шей силой. Относительность многих индивидуумов между собой вовсе не означает непричастности их к одному миру космоса жизни, космического бытия. Здесь учение об относительности становится творческим, дающим возможность для решения во проса о науке и правде жизни вообще. Здесь монадология Лейб ница приобретает особое значение как для психологии, так и для вопросов социального и индивидуального.

Все это без рока, без фатализма. Умирает только одна смерть.

Жизнь же отстаивает себя от смерти. Пусть надежды и оптимизм Наторпа относительно того, что наша современная нужда укре пит нашу творческую свободу, не оправдывались. Массовый, т. е.

инертный характер жизни может очень долго связывать с твор ческой жизнью и нечто отмирающее, мертвое. Массовые перио ды, периоды перехода гораздо живучее, чем это может казаться.

Вероятнее всего, человечеству еще очень долго придется самому важному, — строительству школьно товарищеского строя жиз ни и культуры, уделять только минимальное внимание. Все же дело не в человечестве массы, а в человечестве гениев, как и не в народе массы, а в народе гениев, в коммунизме культуры, в ин дивидуальности и общности непосредственного творчества жизни.

Это напоминает утопию. И наука как бы против утопии. Во прос этот все же следует пересмотреть. Быть может, утопичность окажется еще пригодным научным принципом для философии истории, для решения вопроса о характере исторической закон ности.

Кризис современной культуры не есть кризис идеи бесконеч ности, фаустовской идеи Шпенглера, а кризис из за отсутствия достаточного действия и сознания идеи бесконечности. Нынеш ний кризис есть кризис конечности, а не бесконечности.

Ноябрь




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.