WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 14 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ЯЗЫКОЗНАНИЯ Кавказские языки Издательство Academia Москва 1998 ББК 81.2 Издание осуществлено при поддержке Российского гуманитарного научного фонда ...»

-- [ Страница 9 ] --

ласун – лас-л-ан – лас-ав-ан ‘взять’ – ‘брать’ – ‘брать (периодически)’;

ласун-на – лас-л ан-на – лас-ав-ан-на ‘возьму’ – ‘буду брать’ – ‘буду брать (периодически)’. Звено на стоящего времени использует первые два вида: лас-л-ай ура ‘беру (сейчас) – ласа-ра ‘бе ру (всегда)’. Имперфектное звено использует однократные и итеративные формы: ласай ва ‘брал’ – лас-ав-ар-да ‘брал (периодически)’. Перфектное звено преимущественно функционирует на основе результативного вида, показателями которого являются класс ные экспоненты, стоящие в положении инфикса или суффикса: арснал ла-в-сун-ни ‘сын взял’, аь-в(-сса) гьивч ‘сгнившее яблоко’, аь-р(-сса) хъюрт ‘сгнившая груша’. Видовыми аффиксами являются: (ласун ‘взять’), дюративный показатель -л- (лас-л-ан ‘брать’), итеративный показатель -ав: лас-ав-ан ‘брать (периодически)’. В причастиях и импера тивных формах видовая семантика (многократность) выражается сочетанием дюративно го аффикса с редупликацией конечного элемента корневой морфемы: лас-л-а-с-и ‘берите, берущий (часто’, ма-лас-ла-с-ра ‘не бери’, где лас- – корень. В перфектном звене функ цию видовых аффиксов выполняют исключительно классные экпоненты: ла-р-с, ла-в-с ‘взятый’, ла-в-сунни, ла-р-сунни ‘взял’ и т. д. Приведенные видо-временные формы яв Я. Г. Тестелец. Ахвахский язык ляются формами изъявительного и повелительного наклонения. Во всех прочих накло нениях неизменно наличествуют некоторые из видо-временных форм: ласурча – лас-л арча – лас-ав-арча ‘если взять’ – ‘брать’ – ‘брать (периодически)’ (условное наклоне ние), ласувияв ‘взял бы’ (условно-ирреальное наклонение), ла-в-сния ‘взял бы’ (упрек).

Залога, как и в других дагестанских языках, в Л.я. нет.

2.3.6. Личные местоимения: на ‘я’, жу ‘мы’, ина ‘ты’, зу ‘вы’. В роли местоимений лица выступают указательные, которые образуют пятичленную систему: ва ‘этот’ (близ кий к 1-ому лицу), мув ‘тот’ (близкий ко 2-ому лицу), та ‘тот’ (отдаленное лицо или предмет), кIва ‘тот сверху от говорящего’, гва ‘тот снизу от говорящего’. Неопределен ные местоимения: цурив ‘кто-то (один)’, цварив ‘кто-то (много)’, царив ‘что-то’. Их про изводящими основами являются вопросительные местоимения цу? цва? ‘кто’, ци? ‘что?’.

О выражении категории лица в глаголе см. таблицу в 2.4.0.

Носителями функции отрицания являются аффиксы ма- и къа-. Первый обслуживает только запретительные формы, а второй – все прочие. Оба встречаются как в анлауте, так и в инлауте: ма-ласара – ла-ма-сара ‘не бери’, къа-ласунна – ла-къа-сунна ‘ не возь му’.

2.3.7. О семантико-грамматических разрядах см. в 2.3.1.

2.4.0. Образцы парадигм.

Грамматические падежи:

Им. п. -: ттарцI ‘столб’ Род., эрг. п. -л: ттурцIа-л ‘столб, столба’ Дат. п. -н: ттурцIа-н ‘столбу’ Местные падежи:

I серия ‘внутри’ – -в-у (ттурцIа-ву ‘в столбе’, -в-ун (ттурцIа-в-ун ‘в столб’), -в-а (ттурцIа-в-а ‘из столба’), -в-ух (ттурцIа-в-ух ‘через столб’).

II серия ‘на’, ‘на поверхности’ – -й (ттурцIа-й ‘на столбе’), -й-н (ттурцIа-й-н ‘на столб’), -й-а (ттурцIа-й-а ‘от столба’). -й-х (ттурцIа-й-х ‘через столб’, ‘по столбу’).

III серия ‘за’, ‘позади’ – -х (ттурцIа-х ‘за столбом’), -х-ун (ттурцIа-х-ун ‘за столб’), х-а (ттурцIа-х-а ‘из-за столба’), -х-ух (ттурцIа-х-ух ‘вдоль столба).

IV серия ‘под’ – -лу (ттурцIа-лу ‘под столбом’), -лу-н (ттурцIа-лу-н ‘под столб’), -л-а (ттурцIа-л-а ‘из-под столба’), -л-ух (ттурцIа-лу-х ‘через пространство под столбом’).

V серия ‘у’, ‘около’, ‘рядом’ – чIа (ттурцIа-чIа ‘у столба’), -чIа-н (ттурцIа-чIа-н ‘к столбу’), -чIа-ту (ттурцIа-чIа-ту ‘от столба’).

VI серия ‘у (плотно соприкасаясь’ – цI (ттурцIа-цI ‘у столба’), -цI-ун (ттурцIа-цI-ун ‘к столбу’), -цI-а (ттурцIа-цI-а ‘от столба’), -цI-ух (ттурцIа-цI-ух ‘вдоль столба’).

VII серия ‘у’ – -хь (ттурцIа-хь ‘у столба’), хьхь-ун (ттурцIа-хьхь-ун ‘столбу’), -щ-а (ттурцIа-ща ‘от столба’).

Все имена существительные в любой падежной форме в роли сказуемого маркируются аффиксами спряжения:

на вил арс-ра ‘я (есть) твой сын’ (ср. на ласа-ра ‘я беру’) – жу зул арсру-ру ‘мы ваши сыновья’, ина ттул арс-ра ‘ты – мой сын’, зу ттул арсру-ру ‘вы – мои сыновья’, та ттул арс-ри ‘он – мой сын’, тай ттул арсру-р ‘они – мои сыновья’. Эти аффиксы спря жения могут присоединяться и ко всем косвенным падежам: на вацIлуву-ра ‘я нахожусь в лесу’ (ср. на агьа-ра ‘я падаю’) – жу вацIлуву-ру ‘мы находимся в лесу’. Маркировка субстантивных форм аффиксами спряжения приводит к их вербализации.

96 Нахско-дагестанские языки Падежные формы, будучи маркированы аффиксом -сса, становятся определениями:

вацIлу-ву-сса барцIру ‘находящиеся в лесу волки’ и т. д.

Таблица окончаний финитных глаголов:

Время Лицо Переходн. Непереходн.

ед. ч. мн.ч. ед.ч. мн.ч.

Имперфект 1 -йа(-я) -йа(-я) -йа-в -йа-в 2 -ва -ва -ва-в -ва-в 3 -ва -ва -ва -ва Перфект 1 -ав -арду -ра -ру 2 -ни -ни -на -ну 3 -ни -ни -ни -ни Футурум 1 -на(-да) -ну(-ду) -на -ну 2 -р -р -ра -ру 3 -р -р -р -р Презенс 1 -ра -ру -ра -ру 2 -ра -ру -ра -ру 3 -(р) -(р) -(р) -(р) Императив -и -яра -у -и -е -яра -еь -яра -оь -иь -я -ра -аь -ра Парадигма транзитивного глагола на ласайсси-я, лас-ав, ласун-на, ласа-ра ‘я брал, взял, возьму, беру’ ина ласай-ва, лавсун-ни, ласунсса-р, ласа-ра ‘ты брал, взял, возьмешь, берешь’ танал ласай-ва, лавсун-ни, ласунсса-р, ласай ‘он брал, взял, возьмет, берет’ жу ласаййсси-я, лас-арду, ласун-ну, ласа-ру ‘мы брали, взяли, возьмем, берем’ зу ласай-ва, лавсун-ни, ласунсса-р, ласа-ру ‘вы брали, взяли, возьмете, берете’ тайннал ласайва, лавсун-ни, ласунсса-р, ласай ‘они брали, взяли, возьмут, берут’ Парадигма интранзитивного глагола на изайсси-я-в, ивз-ра, изан-на, иза-ра ‘я вставал, встал, встану, встаю’ ина изайсси-яв, ивзун-на, изансса-ра, иза-ра ‘ты вставал, встал, встанешь, встаешь’ та изайсси-я, ивзун-ни, изансса-р, изай ‘он вставал, встал, встанет, встает’ жу бизайсси-я-в, бивз-ру, бизан-ну, биза-ру ‘мы вставали, встали, встанем, встаем’ зу бизайсси-я-в, бивзун-ну, бизансса-ру, биза-ру ‘вы вставали, встали, встанете, встае те’ тай бизайсси-я-в, бивзун-ни, бизансса-р, бизай ‘они вставали, встали, встанут, встают’ 2.5.0. Морфосинтаксические сведения.

2.5.1. Наиболее типичным средством словоизменения является суффиксация. В грам матических и локативных падежных словоформах представлено по одному суффиксу:

ччиту-л ‘кошки (род. п.)’, ччиту-н ‘кошке’, ччитIу-чIа ‘у кошки’. Формы мн. числа так же содержат по одному суффиксу: ттук-ри ‘ослы’, ниц-ру ‘быки’ и т. д. Императивные Я. Г. Тестелец. Ахвахский язык словоформы в ед. числе, а также прилагательные снабжены одним суффиксом: чич-а ‘пиши’, из-у ‘встань’, ятIул-сса ‘красный’ и т. д.

По два суффикса имеют словоформы направительных падежей (ччиту-чIа-н ‘к кош ке’), императивные словоформы во мн. числе: чич-а-ра ‘пишите’, биз-и-яра ‘встаньте’ и т. д.

Инфиксация и префиксация в образовании глагольных словоформ занимают скромное место. Инфиксация непосредственно связана с видовыми словоформами: лас-л-ан ‘брать часть’ – ла-р-сунни ‘взял’.

В субстантивах при образовании падежных форм широко распространены вставки: лу ‘книга’ – лу-ттира-н ‘книге’ – лу-ттир-ду ‘книги’;

гьивч ‘яблоко’ – гьивч-у-н ‘яблоку’ – гьивч-ру ‘яблоки’ – гьивч-ур-ди-н ‘яблокам’.

Запретительный аффикс ма- и отрицание къа- являются подвижными элементами, ме няющими свое место в словоформах: ма-ласара – ла-ма-сара ‘не бери’, къа-ласара – ла къа-сара ‘не беру’.

2.5.2. Основными способами словообразования являются суффиксальный способ и основосложение. Именными словообразовательными суффиксами являются -аву (лас-ун ‘взять’ – лас-аву ‘взятие’);

-ия (ххяхх-ан ‘расти’ – ххяхх-ия ‘растение’, дук-ан ‘есть’ – дук ия ‘еда’);

-ин (зан-ан ‘ходить’ – заназ-ин ‘ходьба’);

-у (дахх-ан ‘продать’ – дахх-у ‘прода вец’), -ала (зу-н ‘работать’ – зуз-ала ‘рабочий’);

-шиву (лахъ ‘высокий’ – лахъ-шиву ‘вы сота’);

-шаву (лахъ ‘высокий’ – лахъ-шаву ‘возвышение’). Имеются и заимствованные суффиксы, усвоенные вместе с иноязычными лексемами:

-кар (аькьлу-кар ‘мудрец’), лугъ (паччахI-лугъ ‘государство’), -чи (къулугъ-чи ‘служащий’) и т. д.

Префиксальный способ, который слабо развит, характерен только для глагольного словообразования: ла- (икIан ‘быть’ – ла-икIан ‘спрятаться’, итан ‘оставить’ – ла-итан ‘спрятать’);

ля- (лиян ‘испортиться’ – ля-лиян ‘перевариться’, буккан ‘выйти’ – ля-буккан ‘увеличиться’), ит- (ххяххян ‘броситься’ – ит-ххяххян ‘вырваться’;

ита- (бакьин ‘за гнать’ – ита-бакьин ‘выпустить’ и т. д.

Способ словосложения продуктивен. Сложные слова образуются соединением лексем или одной части речи (варани-чIелму ‘страус’, букв. ‘верблюд-птица’, нину-ппу ‘родите ли’, букв. ‘мать-отец’) или разных частей речи: мурчIи-ххютту ‘слепая кишка’ (мурчIи ‘слепой’), шан-чIапIи ‘клевер’, букв. ‘три-лист’, утта-кIюласса ‘узкий (утта ‘широ кий’, кIюла ‘тонкий’), дахх-у-лас-у ‘торговля’ (от даххан ‘продать’ и лассан ‘купить’ и т. д.

2.5.3. По типологии предложения Л.я. относится к эргативным. Различаются три кон струкции: номинативная, эргативная и дативная, которые по своей функциональной при роде не взаимозаменяемы, поскольку каждая из них выступает при отдельном классе гла голов-сказуемых. С непереходными глаголами выступает номинативная, с переходными – эргативная, а с глаголами чувственного восприятия – дативная: арс увкIунни ‘сын пришел’, арсна-л лу бувккунни ‘сын книгу прочитал’, арсна-н на кавккунна ‘сын меня ви дел’. Порядок слов в простых предложениях относительно свободный. Обычно первое место в предложении занимает подлежащее, прямое дополнение в эргативной конструк ции чаще всего ставится после подлежащего, непосредственно перед сказуемым.

В генитивной конструкции форма род. падежа (совпадающего по форме с эргативным) стоит, как правило, перед другим существительным в качестве его определения: тIанну-л къатри ‘деревянный дом’ и т. д.

В предложении с эмфатическим выделением место финитного сказуемого занимает вербоидное (причастное) сказуемое, а носитель логического ударения маркируется од 98 Нахско-дагестанские языки ним из аффиксов спряжения, ср. арс увкIунни ‘сын пришел’ – арс-ри увкIсса ‘именно сын пришел’;

арснал лу бувккунни ‘сын книгу прочитал’ – арснал-ли лу бувккусса ‘именно сын книгу прочитал’;

арснан на ккавккунна ‘сын меня видел’ – арснан-на на ккавксса ‘именно сын меня видел’.

Существует особый способ выражения вопроса – посредством аффикса -в в сочетании с интонацией: та увкIри-в ‘он пришел?’. Формы 1 и 3 лица при выражении вопроса сов падают и противостоят формам 2 лица: на лавсри-в? ‘я взял?’ – танал лавсри-в ‘он взял?’;

ина ласа-в ‘ты взял?’ – зу ласа-рду ‘вы взяли?’.

2.5.4. В Л.я. имеются как сложносочиненные предложения, строящиеся с помощью соположения отдельных членов и разного рода союзов (ва ‘и’, я... я и ягу... ягу ‘или...

или’, жагь... жагьгу ‘то... то’), так и сложноподчиненные. Примеры сложносочиненных предложений: гъаралгу кьадагьунни ва баргъгу бувккунни ‘и дождь перестал, и солнце взошло’;

я ина насу, я на гьанна шавай ‘или я пойду домой, или ты пойди’;

жагь гъарал лачIлай дур, жагьгу марххала буллай бур ‘то дождь идет, то снег идет’ и т. д. Сказуемое придаточного предложения обыно состоит из кратких форм причастия с суффиксами -ай, -У (учI-ай ‘приходящий, приходит’, лавсУ ‘взятый’), инфинитива, маркированных специ альными аффиксами – союзами -хту ‘как только, -ни ‘когда’, -кун ‘когда’, -нин ‘пока’, ‘до тех пор, пока’, -шиву ‘что’, -шиврул ‘чтобы’ и т. д. Придаточное предложение обычно предшествует главному: арс учIай-хту, нинугу дуркIуна ‘как только сын пришел, и мать пришла’;

арснал лу лавсу-кун, ниттилгу лавсуна ‘когда сын книгу взял, и мать взяла’;

арснал лу ласай-ни, ниттилгу лавсуна ‘когда сын книгу брал, и мать взяла’;

арснал чагъ ар чивчу-шиву, ниттин кIула ‘что сын письмо написал, мать знала’;

арснал чагъар чичин шиврул, нитти ручка дуллуна ‘чтобы сын написал письмо, мать ручку дала’;

арснал чагъ ар чичин-нин, нину дарцIуна ‘пока сын напишет письмо, мать ждала’.

В сложноподчиненном эмфатическом предложении носителем личного суффикса – показателя логического ударения может быть только сказуемое придаточного предложе ния. При этом финитное сказуемое главного предложения преобразуется в вербидное сказуемое: арс учIай-хту-ри, нинугу дуркIсса ‘именно когда сын пришел, мать пришла’ (ср. обычное: арс учIайхту, нинугу дуркIуна ‘как только сын пришел, мать пришла);

ина лавгу-кун-ра, нагу лавгсса ‘именно когда ты ушел, и я ушел ‘, ина лу буккай-ни-р, нагу бувккусса ‘именно когда ты читал книгу, и я читал’ (-ри, -ра, -р – показатели личного спряжения, используемые для обозначения логического ударения, см. 2.5.3.).

2.6.0. Основными источниками заимствования новых лексем в течение ряда столетий были восточные языки – арабский, персидский, тюркские. К заимствованным словам, в частности, относятся инсан ‘человек’, агьалий ‘население’, халкь ‘народ’ – из арабского, аслан ‘лев’, къала ‘крепость’ – из тюркских, дарваза ‘ворота’, шагьру ‘город’, ххаканназ ‘совок’ – из иранских. Из русского языка заимствовано множество терминов, относя щихся ко всем областям человеческого знания, ср. школа, библиотека, партия и т. д.

2.7.0. В и х л и н с к и й д-т отличается от лит. языка наличием диссимиляции (гьан-да < гьан-на ‘пойду’), редукцией гласного в начале слова перед сонорными согласными (хьри ‘море’ – лит. хьхьири), заменой лабиализованных смычных лабиализованными аф фрикатами (бурцви ‘пирог’ – лит. буркви, ЯцIви ‘зима’ – лит. кIви). В д-те геминирован ные согласные сохраняются во всех позициях: ккваццва ‘кобыла’ – кквацц-ри ‘кобылы (мн. ч.)’. Долгий гласный У выступает как аффикс мн. числа: зунтту ‘гора’ – зунттУ ‘горы’. В запретительных формах вместо лит. аффикса -ара употребляется -ав: мачич-ав ‘не пиши’.

. Ахвахский язык Б а р т х и н с к и й (балхарский) л-т распространен в сс. Балхар, Сухиях, Хули. Число говорящих ок. 3 тыс. чел. Отличается от лит. языка тем, что названия невзрослых жен щин в нем не выделяются в отдельный класс. Имеется показатель мн. числа -У, как и в вихлинском д-те. Прилагательные употребляются с усеченным аффиксом: кIля-с ‘белый’ – лит. кIяла-сса. Абруптив кь выпадает, причем последующий гласный у переходит в о:

оин – лит. кьукьин ‘порезать’, аан – лит. кьакьан ‘высохнуть’.

На шаднинском д-те говорят жители с. Шадни, число говорящих – ок. 290 чел.

Развивается в изоляции от лакскоговорящей среды под сильным влиянием даргинского языка. Характеризуется множеством заимствований из даргинского.

На а р а к у л ь с к о м д-те говорят жители сс. Аракул и Верхний Катрух. В этом д-те, в отличие от литературного языка, наименование лиц женского пола относится к классу б-:

ажа б-ур (лит. нину д-ур) ‘мать есть’. Названия мужчин во мн. числе относятся к классу д-: арсру д-ур (лит. арсру б-ур) ‘сыновья есть’. Деепричастие с личными местоимениями употребляется в функции финитной формы: на дарххун (лит. на даххав) ‘я продал’. Д-т имеет особые формы возвратных местоимений: цунала, цунила, цуналба (лит. цала, цила) ‘свой’. Не совпадают также и наречия места: ани, агьани (лит. шикку) ‘здесь’, анагъа, агьанагъа (лит. шичча) ‘отсюда’.

Говоры, входящие в аштикулинский д-т, занимают большую часть Кулинского р-на. Число говорящих – более 10 тыс. Этот д-т дробится на ряд говоров, из которых особо интересен первоцовкринский д-т. В нем все шипящие за редким исключением пе решли в свистящие: цани (лит. чани ‘свет’), ссин (лит. шин) ‘вода’, санан (лит. шанан) ‘спать’.

В и ц х и н с к и й д-т занимает всю северную часть Лакского р-на. Число говорящих достигает 8-10 тыс. Для него характерны диссимиляция (чичин-ду < чичин-ну ‘напи шем’), редукция гласных перед сонорными (трал – лит. ттарал ‘расческа’).

Л И Т Е Р А Т У Р А Абдуллаев И. Х. Категория грамматических клас- Муркелинский Г. Б. Русско-лакский словарь. Ма сов и вопросы исторической морфологии лакского хачкала, 1953.

языка. Махачкала, 1974. Услар П. К. Лакский язык. Этнография Кавказа.

Бурчуладзе Г. Т. Основные вопросы падежного Языкознание. 4. Тифлис, 1890.

состава и процессов склонения имен существитель- Хайдаков С. М. Очерки по лексике лакского язы ных в лакском языке. Тбилиси. Мецниереба, 1986. ка. М., 1961.

Бурчуладзе Г. Т. Лакский глагол: система времен Хайдаков С. М. Лакско-русский словарь. М., и наклонений. Тб.: Мецниереба, 1987. 1962.

Бурчуладзе Г.Т. Глагольное словообразование в Хайдаков С. М. Очерки по лакской диалектоло лакском языке. Тбилиси, 1993 (груз.). гии. М. 1966.

Джидалаев Н. С. Русско-лакский словарь. Ма- Bouda K. Lakkische Studien. Heidelberg. 1949.

хачкала, 1987. Friedman V. A. Lak Substantival Declension: Жирков Л. И. Лакский язык. Фонетика и морфо- cases or 50? // The Non-Slavic Languages of the логия. М. 1955. USSR: Linguistic Sludies. New Series, I. Chicago.

Муркелинский Г. Б. Грамматика лакского языка. 1992.

Махачкала, 1971.

100 Нахско-дагестанские языки М. С. М. Мусаев ДАРГИНСКИЙ ЯЗЫК 1.1.0. Общие сведения.

1.1.1. Название идет от этнонима дарган ‘даргинец’. В дореволюционных изда ниях встречается его синоним – хюркилинский, данный П.К. Усларом по одному из наи более крупных селений ХIурехъи (на карте – Урахи).

1.1.2. Д. я. относится к числу дагестанских. К нему наиболее близок лакский язык.

1.1.3. Д. я. распространен в Акушинском, Дахадаевском, Кайтагском, Левашин ском, Сергокалинском и, частично, в ряде других районов Республики Дагестан. На Д. я.

говорят также в ряде переселенческих селений Дагестана. Много даргинцев проживает в городах Дагестана. Число говорящих на Д. я. по переписи 1989 г. – 365 тыс. человек.

1.2.0. Лингвогеографические сведения.

1.2.1 В Д. я. насчитывается около семидесяти говоров, которые объединяются в шестнадцать диалектов – акушинский, амузгинский, губденский, гапшиминский, ица ринский, кайтагский, кадарский, кубачинский, кункинский, мегебский, мугинский, муи ринский, урахинский, сиргинский, цудахарский и чирагский. Степень взаимной близости этих диалектов к литературному языку очень различна. Особенно своеобразны кубачин ский, кайтагский, ицаринский и чирагский диалекты, которые можно было бы возвести в ранг если не самостоятельных языков, то наречий.

Большинство диалектов Д. я. делится на два типа: диалекты акушинского типа (акушинский, губденский, урахинский) и диалекты цудахарского типа (амузг., ицарин ский, кайтагский, кубачинский, кунк., сирг., цудахарский, чирагский). Такие диалекты, как гапш., муг. и муир. при большом сходстве морфологии и лексики с диалектами акуш.

типа, обнаруживают близость к диалектам цудахарского типа в области фонетики. Ка дарский диалект при сходстве фонетики с диалектами акушинского типа проявляет большое своеобразие в морфологии и лексике.

1.3.0. Социолингвистические сведения.

1.3.1. Д. я. – младописьменный. Носители Д. я. в определенной степени дву язычны. Свыше 60% даргинцев свободно владеют русским языком (по переписи 1979 г.).

Большинство носителей кадарского диалекта владеют кумыкским.

1.3.2. Д. я. – стандартизированный литературный язык (развивается на акушин ской диалектной основе). На этом языке издается художественная, научная, учебно педагогическая и другая литература, выходят газеты и журналы, работает национальный театр, ведутся радиопередачи. В определенной степени функции народного поэтического языка выполняет урахинский д-т.

1.3.3. Д. я. является языком школьного обучения. На Д. я. ведется обучение с подготовительного по третий класс, далее по десятый класс он является языком препода вания даргинского языка и литературы.

1.4.0. Тип письменности.

М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык Письменность на Д. я. развивается лишь после Октябрьской революции сначала на арабской, потом ( с 1928 по 1938) на латинской, а с 1938 г. на русской графической основе. При этом специфические звуки передаются различными комбинациями русских графем с вспомогательными буквами I, ъ и ь, ср. кI /k/, пI / /, тI / /, цI / /, чI / /, хI / /, гI / /, гъ / /, къ / /, хъ / /, гь / /, кь / /, хь / /. Буква ъ обозначает ларингальный смычный / /, б обо значает как смычный, так и губно-зубной звонкий спирант /v/, в – губно-губной звонкий спирант /w/, г – среднеязычный звонкий спирант / /, ж – альвеолярная звонкая аффриката / /, з – звонкая зубная аффриката / /.

1.5.0. Вопрос о периодизации истории языка не изучен.

1.6.0. В своем развитии Д. я. испытал заметное влияние арабского, персидского, тюркских и русского языков. Влияние этих языков более всего ощутимо в лексике.

Структурные явление, обусловленные влиянием, очень незначительны (элементы слово образования, некоторые синтаксические построения).

2.0.0 Лингвистическая характеристика.

2.1.0. Фонологические сведения.

2.1.1. Систему фонем Д. я. (литературного) см. в таблицах.

Г л а с н ые подъем ряд передний задний верхний и (i) у (u) средний е (э) первый нижний а (а) второй нижний я(д) Со г л а с н ые Способ Шумные Сонорные образования Смычные Аффрикаты Спиранты Оральный Назальный Звон- Глу- Абруп- Звон- Глу- Абруп- Звон- Глу- кий хой тив кий хой тив кий хой Место образования:

Губные б (b) п (p) пI (p) б (v) в (w) ф (f) м (m) Зубные д(d) т(t) тI(t) з(z) ц(c) цI(c) з(z) с(s) л(l) н(n) Альвеолярные ж(z) ч(c) чI(c) ж(z) ш(s) р(r) Среднеязычные й(j) хь(x) Задне г(g) к(k) кI(k) г(g) х(x) -язычные Увулярные къ(q) хъ(q) кь(q) гъ() Фарингальные гI(w) хI(h) Ларингальные ъ(‘) гь(h) Примечания к таблицам 102 Нахско-дагестанские языки Звуки б, в и й по своим особенностям сильно тяготеют к сонорным Фонематиче ский статус звонкого губного смычного б остается неясным. Очень редки случаи, когда фонематически противопоставляются и и е, а и я. Аналогично положение согласных гI и хI, гъ и ъ, хъ и къ. В литературном языке широко используются заимствованные из рус ского языка о, щ и мягкие согласные.

2.1.2. В литературном языке нет четко выраженного динамического ударения.

Все слоги в слове произносятся обычно с одинаковой силой. Очень слабое ударение от мечается иногда на последнем слоге. Отсюда – отсутствие случаев словоразличения по средством ударения. Выделяющееся динамическое ударение налицо в диалектах цуда харского типа.

2.1.3. После увулярных (кроме гъ) и фарингальных гласные а, е в составе аффик сов переходят в я (укь-ян ‘иди’ – при белчI-ен ‘прочитай’, лукI-ен ‘пиши’;

дугI-ян ‘стри гущий’ – при лукI-ан ‘пишущий’ и т. д.). Отмечается фонетическое изменение комплек сов согласных: р + л > лл, н + л > нн, б + м > мм, д + т > тт (ассимиляция).

2.1.4. Наиболее типичные структуры слога – CVC и CV (кам ‘кожа’, син-ка ‘мед ведь’, ши ‘село’, зе ‘соль’, ва-цIа ‘лес’, ки-гьа ‘баран’). Нередок и тип CVCC (дурхI-ни ‘дети’ и т. д.). Слог со стечением двух и более согласных в начале не характерен. В слогах типа VCC и CVCC первый из согласных обязательно бывает сонорным й, б, в.

Слоги с начальным гласным встречаются редко. Не отмечается слогов с конечным соче танием ‘шумный + сонорный’ или шумный + б//в//й).

2.2.0. Морфонологические сведения.

2.2.1. Фонологическая структура корня не отличается от фонологической струк туры аффикса, так как модели начала и конца как корневой, так и аффиксальной морфе мы во многом сходны (ср.: неш ‘мать’, ин-деш – суфф.;

га ‘уголь’ и -ла – окончание ге нитива;

ит ‘тот’ и -ад – окончание аблатива;

кабц ‘шкура’ и -кунт – суфф. мн. ч.). Как на некоторую закономерность можно указать на употребление узкого гласного и в конце аффикса. Морфемный шов имеет некоторые особенности: скопление трех согласных от мечается только на стыке морфем (бурхIни ‘дни’, дурхIни ‘дети’, белкIни ‘написание’), при этом последний из них является принадлежностью аффикса. Совпадение морфемно го и слогового деления не является обязательным, ср.: р-акI-ахъ-иб ‘заставил придти ее’ (деление на слоги: ра-кIа-хъиб).

2.2.2. Фонологическое противопоставление морфологических единиц и катего рий почти не прослеживается. Относительно четко противопоставлены монофонемные корни и аффиксы. В качестве таких аффиксов преимущественно выступают сонорные или й, б, в, д, а монофонемные корни этими звуками почти не представлены.

2.2.3. Фонологические чередования отмечаются в именном словоизменении при образовании форм мн. числа (кам ‘кожа’ – кумри), бецI ‘волк’ – буцIи) и при глагольном видообразовании (барес ‘сделать’ – бирес ‘делать’, бебкIес ‘умереть’ – бубкIес ‘уми рать’).

2.3.0. Семантико-грамматические сведения.

Преобладающий морфологический тип Д. я. – агглютинативный синтетический.

Широко встречаются и элементы флективности и аналитизма.

2.3.1. В Д. я. по семантическим, морфологическим и синтаксическим признакам принято выделять десять частей речи: знаменательные (существительное, прилагатель ное, числительное, местоимение, глагол, наречие) и служебные (союз, послелоги, части цы). Выделяют и междометие. Имена и глагол противопоставляются по характерному набору морфологических категорий: падеж и число – для имен, время и наклонение – для М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык глагола. Большинство прилагательных отличается от других имен как синтаксически, так и словообразовательным суффиксом -си. Наречия в большинстве случаев оформлены суффиксом -ли. Послелоги отличаются от наречий своей постпозицией по отношению к именам, ср. уди вакIиб ‘вниз спустился’ и галгала уди ‘под дерево’ (букв. ‘дерева под’).

Числительные и местоимения обособляются в основном по семантическим признакам.

Отдельные из них имеют ряд особенностей в образовании падежных и числовых форм и в словообразовании. Так, количественные числительные оформлены суффиксом -ал (-ел, -л), порядковые – -ибил, -ибси (ср. хIябал ‘три’, верхIел ‘семь’, кIел ‘два’, цаибил ‘пер вый’). Однако вне конкретного контекста статус части речи для некоторых словоформ трудно определим.

2.3.2. В Д. я. субстантивы делятся на именные классы. Основным критерием де ления служит признак разумности и неразумности. В сфере единственного числа разум ные существительные делятся еще на два класса по половому признаку. Таким образом, существительные в сфере ед. числа делятся на три класса: I – класс названий мужчин;

II – класс названий женщин;

III – класс всех остальных;

в сфере мн. числа субстантивы де лятся на два класса: I – класс людей, II – класс вещей. Классы существительных морфо логически отражаются в синтаксически связанных с ними членах предложения. Наибо лее последовательно они отражены в глаголе и прилагательном с помощью специальных показателей. Классы в сфере ед. числа имеют показатели: I кл. – в, II кл. – р, III кл. – б, а в сфере мн. числа: I кл. – б, II кл. – д/р. Собирательные существительные и существи тельные pluralia tantum распределяются по классам подобно существительным в форме мн. числа, ср. халкъ бакIиб (I кл. мн. ч.), букв. ‘народ пришли’ и шин дакIиб (II кл. мн.

ч.), букв. ‘вода пошли’.

Характерной для Д. я. позицией классных показателей является префиксальная.

Немало и случаенв инфиксальной и суффиксальной позиции, ср. че-р=аэс ‘увидеть ее’ (II кл.), ле-р ‘имеется’ (II кл.). Суффиксальная и инфиксальная позиция классных показа телей – признак производности лексемы. В словоформе иногда бывают представлены два, редко – три классных показателя, ср. р-ехI-р-ихъиб (II кл.) ‘начала’, р-айгьа-р-р-икиб (II кл.) ‘пошла поперек’. Изменяются по классам и отдельные существительные. В ос новном это названия частей тела и термины родства: в-яхI (I кл.) ‘лицо мужчины’, р-яхI (II кл.) ‘лицо женщины’, б-яхI (III кл.) ‘морда животного’;

[в]-узи (I кл.) ‘брат’, р-узи (II кл.) ‘сестра’, б-узи (III кл.) ‘брат (о детеныше животного)’ и т. п. По классам в Д. я. изме няются не только самостоятельные слова, но и грамматические показатели: префиксы, суффиксы и окончания, ср. вет- (I кл.), р-ет (II кл.), б-ет (III кл.) – приставка со значе нием ‘от’;

-че-в (I кл.), -че-р (II кл.), -че-б (III кл.) – суффикс прилагательного со значени ем обладания;

-зи-в (I кл.), -зи-р (II кл.), -зи-б (III кл.) – окончания эссива. Не все глаголы и прилагательные изменяются по классам.

2.3.3. Категорией числа, хотя и в разной степени, охвачены почти все части речи.

Категория числа в именах существительных главным образом выражается при помощи суффиксов. Наиболее продуктивными из них являются:

-би (узи – уз-би ‘братья’, някъ – някъ-би ‘руки’);

-ни (чяка – чяк-ни ‘воробьи’, юрт – юрт-ани ‘дома’);

-ти (адам – адам ти ‘люди’, суал – суал-ти ‘вопросы’, кагъар – кагъур-ти ‘письма);

-ми (ши – ши-ми ‘се ла’, хъу – хъу-ми ‘пашни’, кьяш – кьяш-ми ‘ноги’);

-ри (шанг – шунг-ри ‘котлы’, тIал – тIул-ри ‘столбы’), -и (унц – унц-и ‘быки’, мурчI – мурчI-и ‘прутики’) и др. Формы мно жественного числа образуются не только посредством суффиксов. Имеются случаи обра зования множественного числа при помощи аблаута (набадари ‘морковка’ – набадури ‘морковки’, гидгари ‘яйцо’ – гидгури ‘яйца’ и т. д.) и префиксально-суффиксального 104 Нахско-дагестанские языки оформления (б-узи – д-уз-би ‘(со)братья (о детенышах животных)’. Распространен и смешанный способ образования мн. числа сочетанием аблаута и суффиксации (кабц – кубц-ри ‘ножи’, бецI – буцI-и ‘волки’).

Несколько своеобразно изменяются по числам прилагательные. В сочетании с существительными формы мн. числа образуют только классные или оформленные суф фиксами -си и -л прилагательные. Остальные прилагательные образуют форму мн. числа лишь выступая в роли субстантива для именной части составного сказуемого (цIуба кагъар ‘белая бумага’ и цIуба кагъур-ти ‘белые бумаги’ – при цIуба-би ‘белые’, и ишди кагъур-ти цIуба-би сари ‘эти бумаги белые есть’). В качестве суффиксов мн. числа при лагательных обычно выступают -ти, -би, -уни, отмечаемые и в существительных. Ряд классных прилагательных образует мн. ч. префиксально-суффиксальным способом (р иштIа-си ‘маленькая девочка’ – б-иштIа-ти ‘маленькие девочки’).

У классных прилагательных, не оформленных суффиксами -си, -л, мн. число строится только посредством классно-числового показателя (в-алкIа дурхIя ‘хромой мальчик’ – б-алкIа дурхIни ‘хромые мальчики’). Однако эти же прилагательные, высту пая в роли субстантива или именной части составного сказуемого, образуют мн. число префиксально-суффиксальным способом.

Порядковые числительные образуют мн. число аналогично прилагательным на си и -л.

За единичными исключениями числовые формы различают и местоимения. Как правило, они строятся при помощи суффиксов, отмечаемых и у существительных, ср. -ди (иш – иш-ди ‘эти’, икI-икI-ди ‘те, что наверху’);

-ти (итгъуна – итгъун-ти ‘такие, как тот’), -ни (чиди – чид-ни ‘которые’), -хъали (чи ‘кто’ – чи-хъали ‘кто (мн. ч.)’). Местоиме ния 1-ого и 2-ого лиц образуют мн. число присоединением особого суффикса -ша: ну ‘я’ – ну-ша ‘мы’, хIу ‘ты’ – хIу-ша ‘вы’. У возвратных местоимений они образуются при по мощи классно-числового показателя (сари ‘сама’ – саби ‘сами’).

В системе глагола все классные глаголы имеют форму ед. и мн. чисел, переда ваемые классно-числовыми показателями (в-акIиб ‘пришел’ – б-акIиб ‘пришли’). Мн.

число, выраженное суффиксально, отмечается во всех личных формах и в ряде наклоне ний, в которых показателем мн. ч. выступает -а (-я, -е): валад ‘узнаешь’ и валада ‘узнае те’, белкIен ‘напиши’ и белкIена ‘напишите’.

2.3.4. Д. я. богат падежами, вопрос о числе которых еще не имеет окончательно го решения. В лит. языке без учета сериальных форм принято выделять 11 падежей: семь абстрактных и четыре локативных. К абстрактным относятся абсолютив (немаркирован ный), выражающий субъект непереходного и объект переходного глагола (неш ракIиб ‘мать пришла’, нуни неш чераира ‘я мать видел’), обстоятельство времени (дуцIрум ра кIиб букв. ‘лето пришла’, т. е. ‘летом пришла’), определение (кьял къача, букв. ‘корова теленок’, т. е. ‘теленок женского пола’) и сравнение (вава бухъуцIа, букв. ‘цветок желтый’, т. е. ‘желтый как цветок’);

эргатив (показатели -ли, -ни, -й), оформляющий субъект переходного глагола (нешли урши вагьур ‘мать узнала сына’), инструментальное дополнение (нуни кагъар каламли белкIунра ‘я письмо карандашом написал’), объект (ну жузли учIулра ‘я читаю книгу’), обстоятельство времени (ну дусли чарулхъас ‘я годом вернусь’ (т. е. ‘через год’), генитив (показатели -ла, -на, усеченная основа), выражающий определительные отношения (дудешла хIяка ‘отца шуба’, халкьла хIурмат ‘почет лю дей’, мургьила тIулека ‘золотое кольцо’), дополнение при глаголах лишения (гIиниз шинна бегъуб ‘родник воды лишился’, т. е. ‘высох’), субъект действия (нешла иличи ур кIецIидухъун ‘матери его стало жалко’), семантику части целого (нуни чайла бержира ‘я М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык выпил чаю’), значение главного слова в послеложных конструкциях (школала гьала, букв. ‘школы впереди’);

датив (показатель -с, в местоимениях еще -б, -д), являющийся преимущественно падежом адресата (дурхIялис гIинц бедиб ‘мальчику яблоко отдали’), но выражающий и значение субъекта действия при глаголе дигес ‘любить’ (наб ватIан дигахъис букв. ‘мне родину люблю’, т. е. ‘я люблю родину’), комитатив (показатель личил/-чил), употребляемый в качестве предмета, совместно с которым совершается дей ствие (ну дудешличил шагьарлизи вякьунра ‘я с отцом в город поехал’), инструмента (бардаличил галга бяхъира, букв. ‘с топором дерево вырубил’, т. е. ‘топором’);

тематив (показатель -чила), служащий для выражения в основном предмета речи (хIечила гъай хIебикIи ‘о тебе не говорили’), но иногда и предмета душевных переживаний и заботы (неш уршиличила шишимрикIули сари ‘мать горюет по сыну’, нуша итичила къайгъили зир сарра ‘мы о нем заботимся’ и т. д.) и инструменталис (показатель -чибли), имеющий основное значение орудия действия (иш дисличибли селра барес хIейрар ‘этим ножом ничего не сделаешь’) и иногда значение причины (иш секIал хIечибли биубси саби ‘это из-за тебя случилось’).

К локативным падежам относится латив (показатели, выделяемые по отношению к абсолютиву или косвенной основе, полностью совпадают с показателями локализации, а показатель, выделяемый по отношению к локализации, равен нулю), который выражает значение предмета, к которому приближается или направлен другой предмет (жуз стол личи кабихьа ‘книгу на стол положи’;

нешличи гъамии ‘подойди к маме’);

эссив (показа тели – изменяющиеся классные экспоненты, присоединяемые к лативу), обозначающий предмет, по отношению к которому покоится другой предмет и отвечающий на вопрос ‘где?’ (газета столличиб саби ‘газета на столе есть’);

аллатив (показатели – -вяхI, -ряхI, бяхI, -дяхI), оформляющий имя предмета, в сторону которого движется другой предмет, но без обязательного достижения (вацIализибяхI ‘в сторону леса’), аблатив (показатель ад), указывающий на предмет, от которого удаляется другой предмет (вацIализибад ‘из лесу’).

Формы местных падежей, как правило, содержат один из показателей локализа ции (-чи ‘на’, -у ‘под’, -зи ‘в среду или массу’, -хIи ‘в полое пространство’, -гIи ‘у, око ло’). Исключение составляют архаичные формы локативов типа гIинзи ‘к роднику’, дурхъи ‘в хлев’, хIянчила ‘на работу’, которые не содержат показателей локализации. Ло кативные значения местных падежей передаются и послеложными конструкциями типа ‘генитив + послелог’ (чеди ‘на’, уди ‘под’, гьала ‘впереди’, гIела ‘сзади’, мякьла ‘около’, урга ‘между’, бухIна ‘вовнутрь’, алав ‘вокруг’), где каждый послелог образует формы всех местных падежей. Локативы в Д. я. нередко выражают и различные непространст венные значения (нуша хIечи хIерлира ‘мы ждем тебя’, нешлизи бурра ‘я сказал маме’, дурхIя тIамализивад урухиуб ‘мальчик испугался шума’, кьял унцличиб дурхъали саби ‘корова дороже быка’, ил минутлизив ‘в ту минуту’ и т. д.

2.3.5. Глаголы подразделяются на две группы: переходные и непереходные. Пе реходность-непереходность в основном отражается глагольным управлением, переход ные глаголы требуют постановки субъекта в эргативе и прямого объкта в абсолютиве, непереходные же – постановки субъекта в абсолютиве и объекта в одном из косвенных падежей. Переходность и непереходность глагола выражается и морфологически: пере ходные глаголы в форме будущего времени имеют показатель -а или -у, непереходные – -н или -р (кайсу ‘возьмет’, лукIа ‘напишет’, алзан ‘встанет’, вашар ‘будет ходить’). Кро ме того, переходные глаголы в форме императива оформляются аффиксом -а, непере ходные – -и (айзи ‘встань’, каса ‘возьми’ и т. д.). Нередко встречаются и такие случаи, 106 Нахско-дагестанские языки когда один и тот же глагол может функционировать и как переходный, и как непереход ный (лукIа ‘напишет’, лукIар ‘будет писать’, т. е. ‘заниматься письмом’). От всех пере ходных и непереходных глаголов образуются каузативные формы, которые всегда пере ходны (ватес ‘оставить’ – ватахъес ‘заставить оставить’, вакIес ‘придти’ – вакIахъес ‘понудить придти’ и т. д.).

Развитой категории залога в Д. я. нет. Имеются лишь зачатки ее формирования:

ряд глаголов при помощи специальных окончаний образуют как форму действительного (переходного), так и форму возвратного (непереходного) залога, ср.: нешли кьацI буцIа ‘мама испечет хлеб’ и иш карилаб кьацI жявли буцIар ‘в этой печке хлеб быстро испе чется’, нуни гажин шинни бирцIис ‘я водой пополню кувшин’ и ну нясли вирцIус ‘я на полнюсь пылью’, т. е. ‘я напылюсь’.

За небольшим исключением глаголы имеют противопоставленные видовые фор мы. Видообразование осуществляется разными способами. Формы совершенного и несо вершенного вида большей частью дифференцируются противопоставлением основ, модифицируемых аблаутом, появлением инфикса, выпадением классных показателей (барес ‘сделать’ – бирес ‘делать’, бебкIес ‘умереть’ – бубкIес ‘умирать’, батес ‘оставить’ – балтес ‘оставлятть’, бицIес ‘наполнить’ – бирцIес ‘наполнять’, бигес ‘поджечь’ – игес ‘поджигать’, белIкес ‘написать’ – лукIес ‘писать’ и т. д.). В нескольких случаях такие па ры образуются появлением локальных превербов в форме совершенного вида (бикис ‘буду приводить’ – лебкис ‘приведу’ и т. д.). В отдельных глагольных формах вид выра жается синкретическим видо-временным показателем (укун ‘поел’ – уки ‘ел’, ужун ‘вы пил’ – ужи ‘пил’ и т. д.).

Систему временных и видо-временных форм образуют: прошедшее совершенное индикативное – аорист (белкIун ‘написал’), прошедшее несовершенное индикативное – имперфект (лукIи ‘писал’), прошедшее результативное – перфект (белкIира ‘написано есть’, ‘написал уже’), давнопрошедшее время – плюсквамперфект (белкIири ‘было напи сано к тому времени’), прошедшее предположительное (белкIиши ‘может быть, написал бы’), настоящее индикативное (лукIулра ‘пишу’), будущее предположительное (белкIиша ‘может быть, напишу’), будущее индикативное (лукIас ‘напишу’). Время выражается и различными аналитическими формами, состоящими из причастия или деепричастия и вспомогательного глагола (белкIунси сабри ‘было написано’, ‘написали’, лукIуси саби ‘будет написано’, ‘напишу’ и т. д.).

В Д. я. различаются следующие наклонения: оптатив (белкI ‘чтоб ты написал’), императив (белкIен ‘напиши’);

индикатив (белкIун ‘написал’, лукIи ‘писал’, лукIулра ‘пишу’, лукIас ‘напишу’), допускаемо-желательное (белкIаб ‘пусть напишет’), сослага тельное (лукIаси ‘написал бы’), предположительное (белкIиши ‘может, написал бы’, бел кIиша ‘может, напишу’), условное (белкIалли ‘если напишет’), условно предположительное (белкIалри ‘если написал бы’), уступительное (белкIалра ‘хотя и на пишет’). Кроме видо-временных и модальных форм налицо и такие нефинитные формы глагола, как инфинитив (белкIе ‘написать’, лукIес ‘писать’), масдар (белкIни ‘написание’, лукIни букв. ‘писание’), причастие (белкIунси ‘написанный’, ‘написавший’, лукIуси ‘пи шущий’, лукIан ‘пишущий’, белкIеси ‘такое, что можно написать’), деепричастие (белкIи ‘написав’, лукIули ‘записывая’, белкIесли ‘так, чтобы потом было написано’, белкIунмад ‘как только написал’, белкIунхIели ‘когда написал’, белкIункъи ‘хотя написал’, белкIу нихIи ‘туда, где написали’, лукIна ‘туда, где пишут’, белкIунла ‘с тех пор, как написали’, белкIайчи ‘пока не напишет’), которые заключают в себе и значение переходности непереходности, вида, иногда даже времени и модальности.

М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык Отрицательные формы глагола образуются при помощи частиц: хIе- (хIя-), ма- и слова ахIен (ракIиб ‘пришла’ – хIеракIиб ‘не пришла’, бара ‘сделай’ – мабирид ‘не де лай’, лукIули сай ‘пишет’ – лукIули ахIен ‘не пишет’, букв. ‘записывая нет’);

ма- употреб ляется в формах оптатива, императива, допускаемо-желательного наклонения, а хIе- – во всех остальных формах. Отрицание при помощи ахIен выражается в основном в анали тических формах настоящего времени. Отрицательные частицы всегда препозитивны, а отрицательное слово постпозитивно.

2.3.6. Категория лица выражается как в имени, так и в глаголе. 1-ое и 2-ое лица обозначаются специальными местоимениями: ну ‘я’, хIу ‘ты’, нуша ‘мы’, хIуша ‘вы’. В роли местоимения 3 лица используются указательные или возвратные местоимения (ча ще всего это – ит ‘тот’, ‘он’, итди ‘те’, ‘они’). В системе форм классных согласующихся слов мн. числа наблюдается противопоставление 1-ого и 2-ого лиц 3-ему, которое реали зуется посредством классных показателей: первое и второе лица мн. числа выражаются показателями д, р, а 3-е лицо – показателем б, ср. нуша/хIуша дузулра ‘мы/вы работа ем/работаете’ и итди бузули саби ‘они работают’, нуша/хIуша духънабира ‘мы/вы старые есть’ и итди бухънаби саби ‘они старые есть’. Здесь классификация лиц обусловлена признаком ‘участник-неучастник речи’.

Указательные местоимения различаются в зависимости от пространственного расположения по отношению к участникам речи того предмета, на который они указы вают, ср.: иш ‘этот’ (у участников речи), ил ‘этот’ (рядом со II лицом), ит ‘тот’ (за пре делами участников речи);

икI ‘то, что выше говорящих’, их ‘то, что ниже говорящих’.

Аналогично дифференцированы определительные местоимения, образованные из указа тельных при помощи суффикса -гъуна, ср.: ишгъуна ‘такой, как это’, икIгъуна ‘такой, как то, что выше говорящих’, ихгъуна ‘такой, как то, что ниже говорящих’ и т. д.

Вопросительных местоимений-существительных два: чи? ‘кто’, се? ‘что?’ (диф ференцированы по признаку ‘люди’ vs. ‘не люди’). Имеются еще и другие вопроситель ные местоимения, соотнесенные с другими частями речи, ср. сегъуна ‘какой?’, чина ‘ку да?’, чум ‘сколько?’. Неопределенные и отрицательные местоимения образуются от во просительных: первые при помощи частицы -биалра (чи-биалра ‘кто-нибудь’, се-биалра ‘что-нибудь’, чина-биалра ‘куда-нибудь’ и т. д.), вторые – при помощи частицы -алра/ лра (чилра ‘никто’, селра ‘ничто’, чиналра ‘никуда’, се-гъуналра ‘никакой’ и т. д.).

Возвратные местоимения изменяются по классам и числам (сай ‘сам’ – I кл., са ри ‘сама’ – II кл., саби ‘само’ – III кл., саби – мн. ч. I-II кл., сари – мн. ч. III кл.) имеют две косвенные основы: сун- –для ед. числа и чу- – для мн. числа.

Притяжательных местоимений нет. Их функции выполняют формы генитива личных и возвратных местоимений.

Категория определенности-неопределенности в Д. я. отсутствуют. Глагол знает категорию лица. Форма третьего лица противопоставлена формам первого и второго лиц, как немаркированная маркированным. Различаются два типа личных показателей: I тип – -с (1 л.), -д (2 л.), нуль (3 л.), ср. лукIа-с ‘напишу’, лукIа-д ‘напишешь’, лукIа ‘напишет’;

II тип – -а (1 л.), -и (2 л.), нуль (3 л.), ср. белкIиш-а ‘может быть, напишу’, белкIиш-и ‘может быть, напишешь’, белкIес ‘может быть, напишет’. В формах мн. числа показатели -с и -и иногда значительно видоизменяются, ср.: бири-с ‘сделаю’ – бире-хI-е (бириса) ‘сделаем’, белкIиш-и ‘может быть, напишешь’ – белкIишая (белкIишиа) ‘может быть, на пишете’. Употребление личных окончаний первого типа связано с будущим временем и рядом ирреальных наклонений (сослагательного, допустимо-желательного, условного, уступительного), а второго типа – с прошедшим временем индикатива и будущим вре 108 Нахско-дагестанские языки менем предположительного наклонения. Кроме того, окончания второго типа отмечают ся и в формах будущего времени изъявительного наклонения у переходных глаголов, ес ли в качестве объекта выступают местоимения 1-ого и 2-ого лиц.

2.3.7. Традиционно выделяемых в даргинском языке частей речи десять (см.

2.3.1.).

2.4.0. Образцы парадигм:

Существительные Ед. число Мн. число Абстрактные падежи Абс. унц ‘бык’ унц-и ‘быки’ Эрг. унц-ли унца-ни Ген. унц-ла унца-ла Дат. унц+ли-с унца-с Комит. унц+ли-чил унца-чил Тем. унц+ли-чила унца-чила Инстр. унц+ли-чибли унца-чибли Локативы Лат. унц+ли-чи унца-чи Алл. унц+ли+чи-бяхI унца+чи-бяхI Эсс. унц+ли+чи-б унца+чи-б Абл. унц+ли+чи+б-ад унца+чи+б-ад Примечание: Здесь даны парадигмы существительных с косвенной основой в ед.

числе на -ли, образующие наиболее распространенный третий тип склонения. Сущест вуют еще парадигмы с косвенной основой на -ни, образующие I тип склонения, и на -й, образующие II тип склонения. Следует отметить, что падежные окончания, кроме эрга тива и генитива, во всех типах склонения одни и те же. Склонение форм мн. числа суще ствительных однотипно.

Прилагательные Ед. число Мн. число I кл. в-иштIаси ‘маленький’ б-иштIати ‘маленькие’ II кл. р-иштIаси III кл. б-иштIаси д-иштIати Примечание. Склонение прилагательных аналогично склонению существитель ных (они склоняются лишь тогда, когда употреблены в функции существительного).

Глагол.

Ед. число Мн. число 1 л. лукIа-с ‘напишу’ лукIе-хI-е ‘напишем’ 2 л. лукIа-д лукIа-д-а 3 л. лукIа лукIа М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык 1 л. белкIиш-а ‘может, напишу’ белкIиш-а 2 л. белкIиш-и белкIиш-ая 3 л. белкIес белкIес 1 л. белкIун+р-а ‘написал’ белкIун+р-а 2 л. белкIун+р-и белкIун+р-ая 3 л. белкIун белкIун 1 л. лукIул+р-а ‘пишу’ лукIул+р-а 2 л. лукIул+р-и лукIул+р-ая 3 л. лукIули (сай) лукIули (саби) Примечание. Образцы словоформ времен и наклонений см. в 2.3.5. Классно числовые формы и различные частные отклонения в спряжении не приводятся.

2.5.0. Морфосинтаксические сведения.

2.5.1. Типы структуры словоформы существительного: а) корень + мн. число;

б) корень + падеж;

в) корень + мн. число + тематический гласный + падеж;

г) корень + мн.

число + тематический гласный + локализация + падеж;

д) корень + локализация + падеж (в составе окончаний ряда местных падежей отмечаются и классные показатели, в форме эссива они выполняют и падежные функции). Типы структуры словоформы классного глагола: а) класс/число + тематический гласный + корень + время/наклонение + лицо;

б) класс/число + тематический гласный + корень + время/наклонение + лицо + число;

в) класс/число + тематический гласный + вид + корень + время/наклонение + лицо + число.

В структуре словоформы неклассного глагола отсутствует начальное звено ‘класс/число’. В целом в Д. я. словоизменительные аффиксы располагаются после корня.

Исключение составляют классные показатели и инфиксы, располагающиеся перед кор нем.

2.5.2. Основной способ словообразования в Д. я. – сложение двух основ (узи урши ‘родня’, букв. ‘брат-сын’;

пикрибарес ‘подумать’, букв. ‘мысль-сделать’, яхIбарес ‘потерпеть’, букв. ‘терпение-сделать’, гьала-гьала ‘сначала’, букв. ‘впереди-впереди’;

цаибил ‘первый’, букв. ‘один-сказанный’). В системе имен ширкое распространение по лучил и суффиксальный способ образования слов.

Суффиксы существительных:

-деш (адам ‘человек’ – адам-деш ‘человечность’, цIяб ‘темный’ – цIяб-деш ‘темнота’);

-кьяна (мура ‘сено’ – мура-кьяна ‘косарь’);

-чи (да лай ‘песня’ – далай-чи ‘певец’);

-ала (из- ‘болеть’ – из-ала ‘болезнь’);

-ари (мухъи ‘яч мень’ – мухъ-ари ‘хлеб из ячменя’);

-уди (белчI- ‘прочитать’ – белчI-уди ‘образование’);

ри (бикь- ‘слышать’ – бикь-ри ‘свидетель’);

-а (бис- ‘плакать’ – бис-а ‘плач’);

-лукь (мез ‘язык’ – мез-лукь ‘сплетник’;

-лихъ (баз ‘месяц’ – баз-лихъ ‘месячник’);

суффиксы прила гательных:

-си (узи ‘брат’ – узи-си ‘братский’);

-ар (музурби ‘холмы’ – музурб-ар ‘холми стый’);

-ил (ит ‘тот’ – ит-ил ‘другой’), -ан (уркухъ-ан ‘уркарахский’);

суффиксы наре чий:

-ли (цIакъ ‘сильно’ – цIакъ-ли ‘сильный’), -а (ит ‘тот’ – ит-а ‘туда’).

Глаголы производятся либо словосложением, либо с помощью приставок. Отме чаются приставки направления (в качестве примера ниже даны образования от глагола бук- ‘вести’): са- (сабука ‘приведи сюда’), ка- (ка-бука ‘приведи сверху вниз’), а- (а-бука ‘приведи снизу вверх’) и приставки локализации (в качестве примера даны образования с глаголом бухъун ‘двинулись’): гьала- (гьалабухъун ‘опередили’ – гьала ‘вперед’), гIела- 110 Нахско-дагестанские языки (гIелабухъун ‘отстали’ – гIела ‘назад’), бухIна- (бухIнабухъун ‘вошли’ – бухIна- ‘во внутрь’), че- (чебухъун ‘напали’ – че ‘на’, ‘на поверхность’), урга- (ургабухъун ‘помеша ли’ – урга ‘в середину’), с помощью которых создаются новые глаголы.

2.5.3. В целом Д. я. – эргативный, хотя в нем встречаются следы активного и за чатки номинативного строя. Субъектно-объектные отношения выражаются преимущест венно падежами (см. 2.3.4.).

Порядок слов в предложении имеет тенденцию к SOV, хотя принципе он свобо ден. Изменение характерного порядка слов, как правило, влечет за собой определенные стилистические изменения. В зависимости от падежного оформления субъекта простое предложение имеет несколько типов конструкций: номинативную (неш ракIиб ‘мама пришла’), эргативную (нешли кьацI асиб ‘мама купила хлеб’), генитивную (нешла сагаси хIева леб ‘у мамы новое платье’, букв. ‘мамы новое платье имеется’), дативную (нешлис дурхIя дигули сай, букв. ‘маме сын любим’, т. е. ‘мама любит сына’). В диалектах отме чается и лативная конструкция (чираг. д-т дицце дарс балхад букв. ‘в-меня урок знаю’, т.

е. ‘я выучил урок’). Определение обычно предшествует определяемому. Определения, выраженные классными словами, всегда согласуются с определяемыми в классе и числе.

Вопросительные предложения образуются при помощи вопросительного слова или частицы (неш чинар сари? ‘где мама?’, дудеш вакIибу ‘пришел отец?’). При помощи частиц иногда выражается и модальность (дудеш вакIилив, гьатIи ‘разве отец пришел?’).

В вопросительных и восклицательных предложениях связка обычно опускается (ср. бецI лябкьули саби ‘волк идет’ и хIера, бецI лябкьули! ‘смотри, волк идет!’, бецI лябкьулив?

‘волк идет?’). Различаются также повествовательные, повелительные и желательные предложения.

По составу предложения бывают односоставные (шаладикили сари ‘рассвело’), двусоставные (неш ракIиб ‘мама пришла’), трехсоставные (нешли кагъар белчIун ‘мама прочитала письмо’). Сказуемое согласуется как с объектом, так и с субъектом: как пра вило, с субъектом – в лице, а с объектом – в классе и числе (нуни кагъар б-елкIун-ра ‘я письмо написал (префикс б- согласуется по классу и числу с прямым дополнением кагъ ар ‘письмо’, а суффикс -ра – по лицу с подлежащим нуни ‘я’).

2.5.4. В Д. я. отмечаются все типы сложного предложения – сложносочиненное, сложноподчиненное, союзное и бессоюзное. Развитые типы сложноподчиненных пред ложений встречаются ограниченно, в то время как сложноподчиненные предложения, у которых придаточная часть выражена посредством нефинитных форм глагола – причас тия, деепричастия, масдара и инфинитива, получили самое широкое распространение.

Подчинительные союзы развиты слабо.

2.6.0. В лексике Д. я. значительное место занимают заимствования из арабского, персидского, тюркских и русского языков, которые являются в основном названиями различных, в том числе научных, культурных и общественно-политических понятий. В настоящее время единственным источником заимствований является русский язык, через посредство которого в Д. я. попадает лексика из других языков.

2.7.0. Д. я. – многодиалектный (см. 1.2.1.). Наиболее крупный по числу носите лей акушинский д-т характеризуется относительно простой фонетикой. В нем отстутст вуют преруптивы, лабиализованные согласные и долгие гласные, широко представлен ные в других диалектах. Всего здесь 37 согласных и 5 гласных звуков. Заднеязычный аб руптив кI перед гласными и, е в отличие от других диалектов не палатализуется. Значи тельно проще и морфология, которой свойственен небольшой набор словоизменитель ных аффиксов. Акушинский – опорный д-т даргинского литературного языка.

М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык Урахинский д-т близок к акушинскому, но в отличие от него имеет лабиализо ванные согласные, долгие гласные, метатезированную отрицательную частицу ахI- (акуш. хIе-). Функцию комитатива выполняет послеложная конструкция. В системе па дежей сохраняется категория направления (вацIализиб-а-д ‘из лесу вверх’, вацIализиб хьа-б ‘из лесу вниз’, вацIализиб-са-д ‘из лесу сюда’, вацIализиб-би-т ‘из лесу туда’). Раз вита прогрессивная ассимиляция (л + р > лл).

Цудахарский д-т резко отличается от акушинского и урахинского. Наиболее яр кими особенностями фонетики является наличие преруптивов, лабиализованных соглас ных и весьма заметного ударения, отсутствие звонких аффрикат дж, дз;

палатализация заднеязычных и абруптива кI перед и или е. В системе падежей не представлен тематив.

Его функции выполняет аблатив. Склонение однотипно и не осложнено, как в акушин ском и урахинском д-тах, различными фонетическими процессами. Взаимопонимание между носителями акушинского и цудахарского д-тов затруднено.

Кайтагский д-т в фонетическом отношении близок к цудахарскому. Для него также характерно наличие преруптиво, лабиализованных, палатализация кI и заднеязыч ных г, к и отсутствие звонких аффрикат и фарингального хI. Слабо дифференцированы формы единственного и множественного чисел названий плодов, насекомых. Функции датива и эссива выполняет актив. Нет также тематива и инструменталиса. Их функции выполняют либо другие падежи, либо послеложные конструкции. Местоимения 1 лица различают инклюзив и эксклюзив (инкл. нихьхьа – экскл. нисса ‘мы’). Полного взаимо понимания между кайтагцами и остальными даргинцами нет. С остальными даргинцами кайтагцы общаются на даргинском литературном языке.

Кубачинский д-т фонетически близок к цудахарскому и кайтагскому. Ему также свойственны преруптивы, лабиализованныея, палатализация заднеязычных и абруптива кI. В исконных словах не представлено р, которое повсеместно заменено й. Долгие глас ные – результат различных фонетических процессов. В отличие от лит. языка представ лена серия местных падежей со значением локализации ‘перед’ (формант -та) и специ альная падежная форма со значением ‘ради’ (гал-жимат ‘ради сына’. Функции тематива выполняет аблатив. В аблативе подобно урахинскому д-ту нередко наличествует конкре тизация направления (хъалта-гьа-тталла ‘спереди-дома-вверх’, хъалта-ка-тталла ‘спереди-дома-вниз’, хъалта-са-тталла ‘спереди-дома-сюда’, хъалта-би-тталла ‘спе реди-дома-туда’). Прилагательные оформлены классным суффиксом -зив (I кл.), -зий (II кл.), -зиб (III кл.). Количественные числительные в отличие от других д-тов лишены суффикса -ал. В кубачинском д-те отмечена специальная форма настоящего общего вре мени (калучIад ‘я читаю вообще’). Носители кубачинского д-та не понимают других дар гинцев и поэтому общаются с ними на литературном языке.

Особый интерес представляют такие “островные” д-ты Д. я., как чирагский и ка дарский. Чирагский д-т (сел. Чираг Агульского р-на) очень далек от литературного языка и остальных д-тов. Фонетичеки чирагский д-т близок к цудахарскому, кубачинскому и кайтагскому. Целый ряд специфических особенностей имеет чирагский д-т и в области морфологии. Между носителями чирагского д-та и остальными даргинцами нет полного взаимопонимания.

Л И Т Е Р А Т У Р А Абдуллаев З. Г. Категория падежа в даргинском Абдуллаев З. Г. Очерки по синтаксису даргинско языке. Махачкала, 1961. го языка. М. 1971.

112 Нахско-дагестанские языки Абдуллаев З. Г. Проблемы эргативности даргин- Магомедов М.-Г. З. Фразеология даргинского ского языка. М. 1986. языка. Махачкала, 1980.

Абдуллаев З. Г. Даргинский язык. Т. I-III. М. Магометов А. А. Кубачинский язык. Тбилиси, 1993. 1963.

Абдуллаев С. Н. Грамматика даргинского языка Магометов А.А. Мегебский диалект даргинского (фонетика и морфология). Махачкала, 1954. языка. Исследования и тексты. Тбилиси, 1982.

Абдуллаев С. Н. Русско-даргинский словарь. Ма- Мусаев М.-С. М. Лексика даргинского языка.

хачкала, 1950. Махачкала, 1978.

Быховская С. Л. Особенности употребления пе- Мусаев М.-С. М. Именное словоизменение дар реходного глагола в даргинском языке // Памяти гинск ого языка (категория числа). Махачкала, акад. Н. Я. Марра (1864-1934). М.-Л., 1938. 1980.

Гаприндашвили Ш. Г. Фонетика даргинского Мусаев М.-С. М. Система глагольного словоиз языка. Тбилиси, 1966. менения даргинского языка. Махачкала, 1980.

Гасанова С. М. Глагол в даргинском языке. Ма- Мусаев М.-С. М. Словоизменительные категории хачкала, 1962. даргинского языка (время и наклонение). Махачка Гасанова С. М. Очерки даргинской диалектоло- ла, 1983.

гии. Махачкала, 1971. Мусаев М.-С.М. Падежный состав даргинского Жирков Л. И. Грамматика даргинского языка. М. языка (История местных падежей). Махачкала, 1926. 1984.

Исаев М.-Ш. А. Словосочетания даргинского Услар П. К. Хюркилинский язык. – Этнография языка и их изучение в школе. Махачкала, 1982. Кавказа. Языкознание. V. Тифлис, 1892.

Исаев М.-Ш. А. Русско-даргинский словарь. Ма- Хайдаков С.М. Даргинский и мегебский языки.

хачкала, 1988. Принципы словоизменения. М.: Наука, 1985.

Исаев М.-Ш. А. Структурная организация и се- Bouda K. Die darginische Schriftsprache // Beitrge мантика фразеологических единиц даргинского zur kaukasischen und sibirischen Sprachwissenschaft.

языка. Махачкала, 1995. Abhandlungen fr die Kunde des Morgenlandes, XXII, Магомедов М.-Г. З. Именное словообра- 4. Leipzig, 1937.

зование в даргинском языке. Махачкала, 1972.

М.Е.Алексеев ЛЕЗГИНСКИЕ ЯЗЫКИ 1. Лезгинские языки (Л. я.) – южное ответвление нахско-дагестанских языков (ср. лез гинский язык).

2. Традиционно в число Л. я. включаются собственно лезгинский, табасаранский, агульский, рутульский, цахурский, крызский, будухский, арчинский, удинский (как древ неудинские определяют также агванские эпиграфические памятники, дешифровка кото рых до сих пор остается проблематичной) и хиналугский языки. Территория распро странения Л. я. охватывает южную часть Дагестана и северные районы Азербайджана.

3. Согласно переписи 1989 г. на Л. я. говорит более 640 тыс. чел.

4. Ранние классификации Л. я. основывались практически на географических принци пах. По генетическому признаку Л. я. можно подразделить на следующие группы: а) вос точно-лезгинская – лезгинский, табасаранский и агульский (последние более близки друг к другу);

б) рутульско-цахурская;

в) шахдагская – крызский и будухский языки. Судя по данным лексикостатистики, можно говорить и о некоторой более широкой языковой М.Е.Алексеев. Ахвахский язык общности внутри Л. я., включающей перечисленные подгруппы и арчинский язык. Вне этой общности стоит удинский.

Принадлежность к Л. я. хиналугского языка весьма сомнительна. Целый ряд иннова ций, характерных для Л. я., в нем отсутствует. Имеющиеся же специфические хиналуг ско-лезгинские изоглоссы обусловлены значительным влиянием лезгинского и шахдаг ских языков.

Предлагавшиеся варианты генетической группировки Л. я. затрагивают, с одной сто роны, хронологию отделения от общелезгинского языка-основы изолированных языков (сначала арчинский и удинский, затем хиналугский) и, с другой стороны, более тесные объединения вышеперечисленных группировок: объединение восточно-лезгинской и ру тульско-цахурской подгрупп в самурскую, сделанное, однако, без учета шахдагских язы ков;

выделение “йихъийско-албанской” общности, включавшей рутульско-цахурскую и шахдагскую подгруппы. В отдельную подгрупппу предлагалось объединять также ру тульский, цахурский и удинский языки.

5. Используя методику глоттохронологии, модель филиации Л. я. можно представить в виде следующей таблицы:

IX в. до н.э.

VI в. до н.э III в. до н.э.

X в. н.э.

Лезг. Таб. Агул. Рут. Цах. Крыз. Буд. Арч. Удин.

6. Фонетическая система Л. я. отличается сложным консонантизмом. Срели локальных рядов здесь имеются, помимо лабиального, дентального, велярного, альвеолярного, так же увулярный, фарингальный, ларингальный, а в арчинском и латеральный ряды. Смыч ные различают звонкие, придыхательные и непридыхательные глухие и абруптивы.

Противопоставление звонких, а также интенсивных и неинтенсивных глухих спиран тов отмечается в диалектах табасаранского и агульского, в арчинском и (в неначальной позиции) в цахурском. В остальных языках интенсивные глухие спиранты отсутствуют, обнаруживая соответствие звонких и глухих.

Сонорные м, н, л, р, й, в (последний может выступать и как вариант звонкого спиранта в). Из постувулярных шумных в Л. я. в различной степени представлены ъ, гь, хI, гI, ъI и др.

Широко распространены в современных Л. я. лабиализованные согласные: не встре чаются лишь лабиализованные сонорные и губные согласные. В табасаранском, а также в диалектах лезгинского и агульского наблюдаются также дентолабиализованные со гласные.

Увулярные согласные имеют фарингализованные корреляты, отсутствующие, однако, в лезгинском и шахдагских языках.

Вокализм Л. я. включает, как правило, следующие единицы: и, е, а, у, реже аь, ы, о, уь.

Хотя фарингализованные гласные обычно бывают обусловлены фарингализацией сосед них согласных, часто встречаются и исконно фарингализованные гласные: рут. ваIш, цах.

ваIш, уд. баIч, арч. баIш ‘сто’ и т. п.

В большинстве Л. я. имеется динамическое ударение, часто приводящее к редукции безударных гласных. Существует мнение о функционировании в некоторых из них то нальных оппозиций, однако этот вопрос практически не исследован.

114 Нахско-дагестанские языки Структура слога и слова достаточно разнообразна. Запрещены комплексы согласных в анлауте (встречаются лишь в табасаранском и лезгинском) и более чем двучленные ком плексы в остальных позициях (трехчленные комплексы отмечаются изредка на стыке морфем). В корневом материале встречаются исключительно комплексы с участием со норный. Отсутствуют неприкрытыу слоги и, соответственно, стечения гласных. Корне вая морфема за редкими исключениями обязательно включает хотя бы один шумный со гласный.

Для современных Л. я. в различной степени характерны элементы именного и гла гольного аблаута. Ср., например, чередование гласных в лексеме ‘огонь’: лезг. цIай – цIу, таб. цIай – цIи-, рут. цIай – цIы-, крыз. цIаь – цIы. Если в имени аблаут служит для раз граничения прямой и косвенной основ, то в глаголе посредством аблаута различаются видовые основы, ср. арч. хъIес ‘идти’ – дур. орхъIир и др.

Л. я. – агглютинативные с тенденцией к аналитизму (возрастает удельный вес исполь зования вспомогательных глаголов, послелогов и т. п.).

Имена существительные подразделяются на четыре именных класса: I) названия лиц мужского пола, 2) названия лиц женского пола, 3) названия животных и неодушевлен ных предметов, 4) названия неодушевленных предметов и явлений. В лезгинском, агуль ском и удинском классное деление отсутствует. В рутульском языке отмечается и проти вопоставление по одушевленности/ неодушевленности. Именные классы выделяются в Л. я. на основе их согласовательных характеристик. При последовательно формальном прдходе количество именных классов может возрасти (ср. 11 арчинских согласователь ных классов).

Классные показатели, выступающие в виде инфиксов или префиксов в глаголе и в ви де суффиксов в других частях речи, имеют следующий вид: 1. “Сильная серия”: I кл. -р-, II кл. -р-, III кл. -б-, IV кл. -д-, встречающиеся в основах терминатива некоторых глаго лов и в именах;

2. “Слабая серия”: I кл. -/й- (арч. в), II кл. -р- (арч. д-), III кл. -в-, IV кл.

– /й-. В обеих сериях для мн. числа используются показатели III (для I и II) и IV (для III и IV) классов, за исключением рут. д – показателя мн. числа I и II классов (в диалектах также имеем -л- для мн. числа III-IV одушевл.). В арчинском языке серии классных пока зателей совпадают, но различаются префиксальная и инфиксальная позиции.

Категория числа противопоставляет немаркированную форму единственного числа и форму множественного числа, маркированную различными суффиксами (рут. -ар, -мар, быр и др., арч. -ор, -ом, -от, -тту и др.), частично распределенных фонетически и се мантически. В будухском языке отмечают противопоставление форм ограниченной и не ограниченной множественности. Нередко встречается двойная аффиксация показателей мн. числа у имен, обозначающих парные предметы: лезг. пIуз-ар-ар ‘губы’, ракI-ар-ар ‘двери’.

Система падежей включает абстрактные и пространственные падежи. К абстрактным относится прежде всего немаркированный абсолютив, оформляющий имя субъекта в не переходном и имя объекта в переходном предложении (так наз. “фактитив”), а также именную часть составного сказуемого и обращение.

Остальные падежи образуются с помощью специальных суффиксов от косвенной ос новы. Последняя образуется с помощью вокалических и консонантных аффиксов (ср., с одной стороны, лезг. -и, -у, -а, -уь и, с другой стороны, лезг. -ди, -ра, -уни.

Эргатив обычно совпадает с косвенной основой (в шахдагских и рутульском имеется специальный суффикс -р) и оформляет имя субъекта в переходном предложении. В дру гих функциях (в частности, в инструментальной) эргатив выступает редко.

М.Е.Алексеев. Ахвахский язык Родительный падеж (обычно с аффиксом -н) выражает определительные отношения (в т.ч. принадлежность). В будухском языке различается отчуждаемая и неотчуждаемая принадлежность.

Дательный падеж (в основном, суф. -с) выражает различные адресатные значения, в т.ч. оформляет косвенное дополнение, а также имя субъекта глаголов чувственного вос приятия.

Словоформа пространственного падежа включает показатель локализации и собствен но падежный формант, ср. лезг. стол-ди-к-ай ‘из-под стола’ (-ди ‘косв. основа’, -к ‘под’, -ай ‘аблатив’). В большинстве Л. я. выделяются следующие показатели локализации:

Обычно каждый из отмеченных аффиксов может присоединять форманты, обозна чающие двигательный ориентир – локатива (нулевой аффикс), аллатива, аблатива, (ред ко) директива, в арчинском – транслатива.

К согласовательным категориям глагола в Л. я. относятся категории класса и числа.

Последняя отмечается только в табасаранском и удинском (факультативно и в крыз ском).

Категория залога в Л. я. отсутствует (описательно – как правило, с помощью глагола ‘делать’ – образуется каузатив). В шахдагских языках существуют средства для разгра ничения переходных и непереходных форм. В различной степени представлена в совре менных Л. я. категория вида (средства выражения: терм. -- ~ дур. -р-, а также аблаут).

Для образования видо-временных форм широко используются вспомогательные глаголы.

В части языков наблюдается сходство образования футурума, близкого по форме к инфинитиву (целевой форме).

Из косвенных наклонений представлены повелительное, условное, уступительное.

Желательное, условное и другие формы наклонений в плане выражения довольно разно родны.

Во всех Л. я. выделяются отглагольное имя (масдар), инфинитив, показатель которого обычно совпадает с формантом датива, причастия и деепричастия (последние подразде ляются на нейтральные и союзные).

Подавляющее большинство служебных морфем в Л. я. – суффиксы. В виде префиксов выступают лишь пространственные превербы, классные показатели и морфемы отрица ния в нефинитных глагольных формах и императиве (прохибитив).

В современных Л. я. средства словообразования относительно бедны, что обеспечива ет высокую степень продуктивности и регулярности небольшому числу заимствованных формантов (-чи ‘суффикс деятеля’, -лу ‘суффикс прилагательного’, -суз ‘негативный суф фикс прилагательного’ и т. п.). В разной степени продуктивны пространственные превер бы (в арчинском и в удинском вообще отсутствуют).

Синтаксис Л. я. в общих чертах близок к общедагестанской модели. С точки зрения контенсивной типологии, Л. я. относятся к эргативным (удинский – к номинативным?), противопоставляя абсолютную, эргативную и аффективную конструкции предложения.

Порядок слов, в основном, SOV. Для выражения вопроса существуют специальные во просительные частицы. Сложные предложения строятся при помощи заимствованных союзов или же с использованием отглагольных форм: причастий, деепричастий, масдара, инфинитива.

В лексике Л. я. налицо заметное влияние восточных языков – тюркских (азербайджан ского), персидского, арабского. В последние годы все более заметно влияние русского языка.

116 Нахско-дагестанские языки Л И Т Е Р А Т У Р А Алексеев М.Е. Вопросы сравнительно- Местоимения в языках лезгинской группы: Aв исторической грамматики лезгинских языков. тoрeф. дис.... канд. филoл. нaук. Тбилиси, 1986.

Морфология. Синтаксис. М., 1985. Климов Г. А., Талибов Б. Б. К вопросу о сравни Алексеев М. Е. Срaвнитeльнo-истoричeскaя тельно-историческом изучении лезгинских языков грaммaтикa лeзгинских языкoв: Aвтoрeф. дис.... // Учен. зап. Института истории, языка и литерату дoкт. филoл. нaук. М., 1988. ры. Махачкала, 1964. Т. 13.

Алексеев М. Е. К вoпрoсу o клaссификaции лeз- Магометов А. А. Личные местоимения лезгин гинских языкoв // ВЯ, 1984, № 5. ских языков // Мацне, 1963. № 4.

Алипулатов М. А. Имя числительное в языках Мейлaнoва У. А. О терминoлoгии свойства в язы лезгинской группы: Aвтoрeф. дис.... канд. филoл. ках лeзгинскoй группы// ВЯ, 1985, № 2.

нaук. Махачкала, 1965. Талибов Б. Б. Сравнительная фонетика лезгин Бокарев Е. А. К реконструкции падежной систе- ских языков. М., 1980.

мы пралезгинского языка // Вопросы грамматики. Талибов Б. Б. Консонантизм лезгинских языков:

М.;

Л., 1960. Aвтoрeф. дис.... дoкт. филoл. нaук. М., 1980.

Гюльмагомедов А. Г., Саадиев Ш. М. Существует Топуриа Г. В. К образованию множественного ли двойственное число в лезгинских языках? // числа имен в лезгинских языках // Иберийско Ежегодник иберийско-кавказского языкознания. кавказское языкознаниие. Тбилиси, 1973. Т. Тбилиси, 1988. Т. 15. (груз.).

Джейраншвили Е. Ф. Вопросительные место- Топуриа Г. В. К вопросу о склонении имен суще имения в языках лезгинской (кюринской) группы // ствительных во множественном числе в лезгинских Иберийско-кавказское языкознаниие. Тбилиси, языках // Категория числа в дагестанских языках.

1955. Т. 7 (груз.). Махачкала, 1985..

Зaгирoв В. М. Истoричeскaя лeксикoлoгия языкoв Хидиров В. С. Сравнительно-типологическая ха лeзгинскoй группы. Махачкала, 1987. рактеристика превербов в языках лeзгинскoй груп Зaгирoв В. М. О задачах и методах истoричeской пы // Ежегодник иберийско-кавказского языкозна лeксикoлoгии языкoв лeзгинскoй группы// ВЯ, ния. Тбилиси, 1976. Т. 3.

1987, № 2. Schulze W. Remarks on the case system of the Кахадзе О. И. Грамматические классы в лезгин- Lezgian languages // Papers from the third conference ских языках (Историко-сравнительный анализ). on the non-Slavic languages of the USSR. Ed. By Тбилиси, 1984 (груз.). Кикилашвили В. И. Howard Aronson. Chicago, 1984.

У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов ЛЕЗГИНСКИЙ ЯЗЫК 1.1.0. Общие сведения.

1.1.1. Вариант названия: кюринский язык (П. К. Услар).

1.1.2. Л. я. включается в лезгинскую подгруппу дагестанской группы иберийско кавказских языков.

1.1.3. Носители Л. я. проживают в юго-восточной части Дагестана и в северной части Азербайджана. В Дагестане они населяют Сулейманстальский (бывший Касумкентский), Курахский, Магарамкентский, Ахтынский, Докузпаринский, частично Хивский, Рутуль У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык ский, Дербентский, Кизилюртовский и Хасавюртовский районы, в Азербайджане прожи вают в Кусарском, Кубинском, Хачмасском, Исмаилинском, Куткашенском и Варташен ском районах. Число говорящих на Л. я. 466 тыс. человек (по переписи 1989 г.).

1.2.0. Лингвогеографические сведения.

1.2.1 В Л. я. различаются три наречия. Кюринское наречие включает в себя гюней ский диалект, легший в основу лезгинского литературного языка, яркинский и курах ский;

в самурское наречие входят два диалекта – ахтынский и докузпаринский;

кубин ское наречие состоит из целого ряда диалектов и говоров. Кроме того выделяются не сколько говоров, образующих самостоятельные диалектные единицы: курушский, гили ярский, фийский, гелхенский и джабинский.

1.3.0. Социолингвистические сведения.

1.3.1. В пределах Дагестана Л. я. функционирует во всех сферах общественной, произ водственной и культурной жизни, а в Азербайджане – как бытовой язык, за исключением некоторых сел Кусарского района, где введено преподавание Л. я. как учебного предме та. Все лезгины свободно владеют русским языком, что говорит о высоком уровне разви тия национально-русского двуязычия.

1.3.2. Литературный Л. я. сложился в советский период на базе гюнейского диалекта кюринского наречия;

это язык школьного обучения, периодической печати, радио;

на нем создана большая оригинальная и переводная литература;

на Л. я. функционируют национальный театр, народные театры, культурно-просветительные учреждения;

на нем издаются политическая, научно-техническая, научно-популярная литература.

1.3.3. На Л. я. ведется преподавание в школе вплоть до третьего класса, затем он пре подается как предмет обучения;

в Дагестанском государственном университете и Дер бентском педагогическом училище имеются отделения, готовящие преподавателей лез гинского языка и литературы для средних и высших учебных заведений. Основным язы ком обучения в школе и вузах является русский.

1.4.0. До 1928 г. использовалась письменность, основанная на арабской графической основе. Затем письменность была переведена на латинскую графику, а в 1938 г. был при нят ныне функционирующий алфавит на основе русской графики.

1.5.0. Л. я. – язык устной коммуникации (до создания письменности), литературный язык (после создания письменности).

1.6.0. Под влиянием русского языка на фонетическом уровне функционируют гласные о и ы, чуждые диалекту, легшему в основу литературного языка;

наблюдается тенденция к сокращению падежной системы, развитию гипотаксиса под влиянием русского языка;

растет роль суффиксации и основосложения при словообразовании.

2.0.0. Лингвистическая характеристика.

2.1.0. Фонологические сведения.

2.1.1. В литературном языке различаются пять гласных фонем. В изолированном по ложении, а также в ударной позиции и в анлауте функционируют следующие гласные: а, э/e/, и, у, уь, которые в разных фонетических позициях подвержены фонологически не значимым комбинаторным изменениям: (там ‘лес’, тамар ‘леса’, вил ‘глаз’, вилин род.п., тIуьн ‘есть’, туьтIуьн ‘не есть’), назализации гласных (балкIан ‘лошадь’, атун ‘приходить’), редукции гласных (ктаб < китаб ‘книга’, цал ‘стена’ > цлар мн.ч., бубад кIвал < бубадин кIвал ‘отцовский дом’).

118 Нахско-дагестанские языки Гласные фонемы Передний ряд Задний ряд Оральные Умлаут. Оральные Верхний подъем и уь у Средний подъем э/e/ Нижний подъем а Систему консонантизма составляют: губные смычные б, пп, п, пI, в, ф, м, дентальные д, тт, т, тI, денто-альвеолярные дз*, цц, ц, цI, з, с, л, р, альвеолярные дж*, чч, ч, чI, ж, ш, денто-лабиализованные ччъ*, чъ*, чIъ*, жъ*. шъ*, среднеязычные г, кк, к, кI, гг*, хь, хьъ*, увулярные къг*, къ, кь, гъ, х, фарингальные гI*, хI*, ларингальные гь, ъ. (Соглас ные, обозначенные звездочкой, встречаются в диалектах). Для лезгинского консонантиз ма характерно широкое функционирование лабиализованных согласных, употребляемых в различных позициях и имеющих дистинктивное значение: кьвал ‘круча’, но кьал ‘пру тик’, тIвал ‘палка’, но тIал ‘боль’.

Согласные:

Способ Смычн. Спиранты Сонорные образования: Простые Аффрикаты Место образования:

Губные б пп п пI в ф м Дентальные д тт т тI н Денто-альвеолярные дз* цц ц цI з с л,р Альвеолярные дж* чч ч чI ж ш Денто- ччь* чъ* чIъ* жъ* шъ* лабиализованные Среднеязычные й Заднеязычные г кк к кI гг* кь,хьъ* Увулярные къг* къ хъ кь гъ х Фарингальные гI* хI* Ларингальные ъ гь 2.1.2. Ударение силовое, динамическое (экспираторное), разноместное;

в исконно лез гинских двухсложных и многосложных словах падает, как правило, на второй слог от начала слова: балкIан ‘лошадь’, руфун ‘живот’, рекьекьул ‘полынь’, килигун ‘смотреть’.

Нормам лезгинской акцентуации подчинены также старые заимствования. Лезгинскому ударению свойственна дифференцирующая функция: къалун ‘показать’, но къалун ‘под нимать скандал’, къвалар ‘дождь’, но къвалар ‘бока’.

2.1.3. В Л. я. наибольшее распространение имеют фонетические процессы в области консонантизма: оглушение б пп: йаб ‘ухо’ – мн. ч. йаппар, къиб ‘лягушка’ – мн. ч.

хъиппер;

д тт: рад ‘кишка’ – мн. ч. раттар;

г кк: муг ‘гнездо’ – мн. ч. муккар;

гъ (къг*) къ: муьгъ ‘мост’ – мн. ч. муькъвер, нагъв ‘слеза’ – мн. ч. накьвар;

ж (дж*) чч: раж ‘зерно, приготовленное для обмолота на зиму’ – мн. ч. раччар;

з (дз*) цц:

къаз ‘зелень, посев’ – мн. ч. къаццар, мез ‘язык’ – – мн. ч. меццер;

преруптивизация к кк: нек ‘молоко’ – – мн. ч. ахт. неккер, лит. некIер, т тт: мет ‘колено’ – мн.ч. ахт.

меттар, лит. метIер;

п пп: чип ‘жребий’ – – мн. ч. чиппер;

хъ къ: хъвехъ ‘щека’ – У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык мн. ч. хъуькъвер;

ч чч: хъач ‘сорняк’ – мн. ч. хъччар;

ц цц: муьхц ‘сарай’ – мн. ч.

муьхццер;

депреруптивизация къ хъ: хъиццикь (ахт. къиццикъ) ‘овчина’;

тт т:

туппучI (ахт. ттыппычI) ‘веретено’;

кк к: кикIал (ахт. ккыкIал) ‘камешек’;

пп п:

путтул (ахт. ппуттул) ‘правнук’;

цц ц: цифер (ахт. ццифер) ‘облако’;

абруптивиза ция кк кI: кIам (ахт. ккам) ‘овраг’, тт тI: тIур (ахт. ттур) ‘ложка’;

къ кь: не къи ‘земляника’, ср. ахт. д-т никъи то же;

пп пI: пIини ‘черешня’, ср. ахт. д-т ппили то же;

чч чI: чIем ‘масло’, ср. ахт. д-т ччем то же;

дезабруптивизация: кIакI ‘переулок’ – мн. ч. ккIар;

пI п: пIипI ‘угол’ – мн. ч. пипIер;

тI т: тIиб ‘сова’ – мн. ч. типIер;

чI ч: чIикь ‘свясло’ – мн.ч.чикьер;

аффрикатизация: ттар ‘дерево’ – эрг. п. ттарцци, ппер ‘заступ’ – пперцци < *пперди;

дезаффрикатизация: луж ‘стая’ > лудж, варз ‘луна’ > вардз;

палатализация гг з/ж: ярк. ггуьл ‘осень’ – лит. зул – ахт. жул, ярк. ггуьр ‘поло вина’ – лит. зур – ахт. жур;

кк цц/чч: ярк. ккуьр ‘сарай’ – лит. ццур – ахт. ччур;

кI цI/чI: ярк. кIвел ‘висок’ – лит. цIвел – ахт. чIвал. Фонетические процессы в области гласных см. в 2.1.1.

2.1.4. Представлены следующие типы слогов: 1) V: а-ьа-лун ‘закрыть’;

2) CV: ми-чIи ‘темный’;

3) VC: ис-ти-вут ‘перец’;

4) CVC: зур-зун ‘дрожать’;

5) VCC: арт-миш-ун ‘воспроизводить’;

6) CVCC: дерт-лу ‘грустный’;

7) CCV: хку-дун ‘убрать из-под чего-л’;

8) CCVC: стIал-ви ‘уроженец с. Стал’;

9) CVCCC: ор-кестр. Из приведенных типов сло гов наиболее характерными являются первые четыре, остальные встречаются преимуще ственно в заимствованиях.

2.2.0. Морфонологические сведения.

2.2.1. Основной лексический фонд Л. я. представлен односложными и двухсложными корнями;

типы корней определяются допустимыми слоговыми структурами. Различные слоговые структуры характерны как для аффиксальной, так и для корневой морфем (вах ‘сестра’, стха ‘брат’, сикI ‘лиса’, и-тим ‘мужчина’, фена ‘пошел’, ку-тун ‘подложить’.

Морфемное и слоговое деление при этом не обязательно совпадает: ку-тIу-нун ‘привя зать’, къвез-вач ‘не идет’ и т.д.

2.2.2. Фонологические противопоставления морфологических единиц и категорий от стутствуют.

2.2.3. Среди чередований гласных и//е (фин ‘идти’ – фена ‘пошел’, къин ‘умереть’ – къена ‘умер’), у//а (хъун ‘пить’ – хъвана ‘выпил’, ккун ‘гореть’, ккана ‘сгорел’) (ср. п.

2.1.3).

2.3.0. Семантико-грамматические сведения.

Л. я. относится к языкам агглютинативного синтетического типа с элементами анали тизма.

2.3.1. Выделяются следующие семантико-грамматические разряды слов: имя сущест вительное, имя прилагательное, числительное, местоимение, глагол, причастие, наречие, послелог, союз, междометие. Такие универсальные категории как личность-неличность, классная принадлежность, одушевленность-неодушевленность передаются специальной лексикой, а единичность-множественность, падежные значения для имени и время, на клонение и др. для глагола – морфологическими средствами.

2.3.2. Категории рода, класса, одушевленности-неодушевленности отсутствуют.

2.3.3. Различаются единственное и множественное числа. В ед. числе имена имеют нулевые аффиксы: кал ‘корова’, гъуд ‘кулак’;

мн. число осложняется показателями -ар ( яр), -ер (-эр), присоединяемых к форме им. падежа ед. числа. Выбор того или иного по казателя мн. числа в основном зависит от структуры слова. Показатель -яр сочетается со словами на гласный исход и на -й: диде ‘мать’ – дидеяр, буба ‘отец’ -бубаяр, цIай ‘огонь’ 120 Нахско-дагестанские языки – цIаяр, чай ‘чай’ – чаяр. Показатель -ар сочетается: а) с многими словами с согласным исходом, балкIан ‘лошадь’ – балкIанар;

б) с односложными словами с гласным заднего ряда (гам ‘ковер’ – гамар, тум ‘хвост’ – тумар). Показатель -ер (-эр) употребляется с основами на гласный переднего ряда (гъил ‘рука’ – гъилер, кIел ‘ягненок’ – кIелер, гъуьл ‘муж’ – гъуьлер). Имеются также заимствованные из азербайджанского языка показатели множественности -лар и -лер: багъ ‘сад’ багълар, дев ‘дракон’ девлер. Числовые формы личных местоимений выражаются лексически. По числам изменяются также субстанти вированные прилагательные, субстантивированные указательные, определительные, не определенные местоимения, формы глагола, употребляемые в значении причастия и др.

Аффиксом множественности для указанного разряда слов служит показатель -бур: яру ‘красный’ – ярубур, им ‘этот’ – ибур, ам ‘тот’ – абур, физвайди ‘идуший’ – физвайбур и др. Глагол по числам не изменяется.

Имя числительное. Простые числительные: сад ‘один’, кьвед ‘два’, пуд ‘три’, кьуд ‘че тыре’, вад ‘пять’, ругуд ‘шесть, ирид ‘семь’, муьжуьд ‘восемь’, кIуьд ‘девять’, цIуд ‘де сять’;

числительные второго десятка образуются сочетанием усеченной формы цIу-/цIи-, цIе/цIуд ‘десять’ с соответствующими количественными числительными: цIусад ‘один надцать’, цIикьвед ‘двенадцать’, цIипуд ‘тринадцать’ и т.д. Начиная с двадцати счет идет по двадцатеричной системе: къад ‘двадцать’, пудкъад ‘шестьдесят’, кьудкъад ‘восемьде сят’. Единицы сочетаются с двадцатками при помощи соединительной частицы -ни, со гласный элемент которой во всех случаях ассимилирует конечный д числительного;

къанни сад ‘двадцать один’, къанни кьвед ‘двадцать два’ и др. Порядковые числительные образуются при помощи сочетания количественного числительного и причастия лагъай ‘сказанный’: сад лагъай и сад лагъайди ‘первый’, вад лагъай и вад лагъайди ‘пятый’.

Краткие числительные строятся сочетанием аффикса -ра с количественным числитель ным: садра ‘однажды’, кьудра ‘четырежды’. Собирательные числительные производятся при помощи частицы -ни: кьведни ‘двое’, кадни ‘пятеро’;

разделительные образуются ре дупликацией кьве-кьвед ‘по два’, пуд-пуд ‘по трое’. В сочетании с числительным соот ветствующее существительное выступает в форме ед. числа.

2.3.4. Л. я. относится к многопадежным. Всего падежей – 18. Падежи делятся на грам матические (именительный, эргативный, родительный, дательный) и местные (четырна дцать падежей), которые разделены на пять серий, каждая из которых образована с по мощью определенных аффиксов, и выражают разнообразные нюансы локации и иные значения. Выражение субъектно-объектных отношений находится в прямой зависимости от семантики глагола. Именительный падеж является падежом субъекта при непереход ных глаголах (Буба кIвализ хъфена ‘Отец ушел домой’) и прямого объекта при переход ных глаголах (Стхади кIарасар хазва ‘Брат дрова колет’). Эргативный падеж оформляет субъект при переходных глаголах (Хци цлаз мих язава ‘Сын в стену гвоздь забивает’).

Исходной формой для образования косвенных падежей служит эргативный. Эргатив имеет множество аффиксов:

-ди (-ци, -цIи, -чи, -чIи, -жи), -и, -ни, -а, -у, -уь, -ра, -ре. Аф фикс -ди присоединяется ко всем многосложным и некоторым односложным словам, ос тальные аффиксы – только к односложным. Родительный падеж служит падежом опре деления (къванцин цал ‘каменный забор’, бубадин балкIан ‘отцовская лошадь’). Датель ный падеж в основном указывает лицо или предмет, по отношению к которому соверша ется действие (Аялдиз гана ‘ребенку отдал’). При глаголах чувствования и внешнего вос приятия дательный падеж передает субъект (Гадализ руш кIанда ‘Парень любит девуш ку’). Основное значение местных падежей – выражение различного рода локальных от ношений. Однако многие из этих падежей приобрели и абстрактную семантику. Отдель У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык ные из них могут при определенных группах глаголов выражать объект и даже субъект действия. Так, исходный I падеж может выражать субъект действия при глаголах, выра жающих случайное, непреднамеренное действие;

местный I падеж – объект сравнения, сопоставления;

местный II – предмет обмена, цену;

исходный III падеж – объект стыда, страха;

направительный V – орудие действия. Посессивность выражается формой род. п.

существительного, выступающего, как правило, в роли относительного прилагательного (дидедин рикI ‘материнское сердце’), а также при помощи притяжательных местоиме ний: зи//зин ‘мой, мое, моя’;

ви//вин ‘твой, твое, твоя’, адан ‘его, ее’;

чи ‘наш, наша, на ше’;

куь ‘ваш, ваша, ваше’, абурун ‘их’ (зи руш ‘моя дочь’;

ви стха ‘твой брат’, адан кал ‘его корова’, чи уьлке ‘наша страна’, куь шегьер ‘ваш город’ и др.) Различий в оформле нии отчуждаемой/неотчуждаемой принадлежности не наблюдается.

2.3.5. Лезгинский глагол имеет богатую систему словоизменения. В парадигме гла гольного словоизменения различаются основные и производные формы. Как исходные формы представлен масдар, целевая форма, прошедшее I, причастие и форма повели тельного наклонения, причем целевая и причастная формы являются основой для обра зования других глагольных форм. Масдар имеет окончание -н: атун ‘придти’, къачун ‘брать’. Целевая форма образуется аффиксами -аз, -ез, -из, -уьз (къачун ‘брать’ – къачуз, катун ‘убежать’ – катиз, ифин ‘нагреваться’ – ифез, туькIуьн – туькIуьз) и обозначает цель действия (Буба хеб къачуз фена ‘Отец пошел покупать барана’), а также одновре менность двух действий (Аялди фу къачуз незва ‘Ребенок, беря хлеб, ест’). Прошедшее I образуется от основы масдара аффиксом -на (амукьун ‘остаться’ – амукьна) и выражает прошедшее законченное действие. Как было отмечено, в основе темпоральной системы лежит целевая форма, прошедшее I и причастие. Целевая форма служит основой для об разования настоящего I при помощи вспомогательного глагола ава (-ва) ‘есть, имеется’ (кIелиз ‘читать’ – кIелзава), настоящего II при помощи вспомогательного глагола ама ( ма) ‘еще есть’ (къачуз ‘брать’ – къачузма), будущего заменой аффикса целевой формы аффиксом -да (хъуьрез ‘смеяться’ – хъуьреда), прошедшего несовершенного I – присое динением аффикса -й к форме настоящего I (кхьизва ‘пишет’ – кхьизвай), прошедшего несовершенного II от настоящего II аффиксом -й (физма ‘идет еще’ – физмай), прошед шего несовершенного III от формы будущего времени посредством аффикса -й (неда ‘съест’ – недай), будущего предположительного I – заменой аффикса целевой формы аффиксом -ди (къачуз ‘брать’ – къачуди), будущего предположительного II присоедине нием аффикса -р к форме будущего предположительного I (къачуди – къачудир). Вре менные формы, образованные от основы прошедшего I, следующие: прошедшее III, строящееся при помощи ава (-ва) ‘есть, имеется’ (рахана ‘сказал’ – раханва);

давнопро шедшее I, образуемое аффиксом -й (рахана – раханай), давнопрошедшее II, образуемое от прошедшего III аффиксом -й (къачунва – къачунвай). Причастие в Л. я. не получило широкого развития, за исключением форм причастия прошедшего времени, образуемых от основы масдара аффиксами -ур, -уьр, -ай, -ий, -ей (кьун ‘держать’ – кьур, эцингун ‘класть’ – эцигай, гъун ‘принести’ – гъайи). От этой формы причастия образуется про шедшее II при помощи аффикса -а (къачур ‘взятый’ – къачура, хъуьрей ‘смеявшийся’ – хъуьрея). Выделяется семь наклонений: изъявительное, неопределеннное, повелительное (побудительное, запретительное), вопросительное, условное, уступительное, отрицатель ное. Изъявительное наклонение реализуется в указанных выше временных формах. По велительное наклонение имеет формы трех лиц (число здесь не играет роли). Форма 1 ого лица образуется от основы целевой формы путем замены аффикса -з на -н: нез ‘ку шать’ – нен. Повелительные формы 2-ого лица строятся: а) путем редупликации послед 122 Нахско-дагестанские языки него согласного корня (рахун ‘говорить’ – рахух);

б) путем отсечения аффикса масдара (ацукьун ‘сесть’ – ацукь);

в) путем замены -н на -р (тун ‘вложить’ – тур)’ г) супплетивно (кьин ‘умереть’ – йикь, кьун ‘держать’ – яхъ). Вопросительное наклонение образуется при помощи суффикса -ни: атанани? ‘пришел ли?’, физвани? ‘идет ли?’. Условное – об разуется суффиксом -тIа: атанатIа ‘если пришел’, къведатIа ‘если придет’. Уступи тельное – образуется от форм условного наклонения присоединением суффикса -ни: ат натIани ‘хотя пришел’, къведатIани ‘если даже придет’. Отрицание выражается пре фиксальным (при помощи префикса -т, когда глагольная форма употребляется в несамо стоятельном значении: татана ‘не придя’, тефей ‘не пошедший’, татун ‘не прихо дить’) и суффиксальным (посредством аффикса -ч, присоединяемого ко всем глагольным формам: атанач ‘не пришел’, къведач ‘не придет’) способами. Исключением является целевая форма и масдар. Основа лезгинского глагола нейтральна;

он не изменяется по лицам (исключение – форма повелительного наклонения), классам и числам. Деление на залоги отстутствует. Глаголы делятся на переходные, непереходные и переходно непереходные (лабильные). Переходные глаголы образуют эргативную конструкцию, непереходные – номинативную, переходно-непереходные – и ту, и другую конструкции.

Группа глаголов чувственного восприятия обусловливает дативную конструкцию. К ка тегории переходных глаголов как их разновидность относятся и так называемые каузати вы, образующиеся от непереходных глаголов при помощи аффиксов -ар/-ур, -уьр/-и-д-:

акъвазун ‘останавливаться’ – акъвазарун ‘останавливать’, ацукьун ‘сесть’ – ацукьарун ‘посадить’. Собственно каузатив образуется аналитическим способом – сочетанием це левой формы основного глагола с глаголом тун ‘оставить, позволить, разрешить’: кIелиз тун ‘заставить учиться’, коуз тун ‘заставить спать’.

2.3.6. К дейктическим категориям прежде всего относится местоимение. Выделяются семь разрядов местоимений: личные, возвратные, указательные, определительные, неоп ределенные, вопросительные, отрицательные. Личных местоимений четыре: зун ‘я’, вун ‘ты’, чун ‘мы’, куьн ‘вы. Местоимения ам ‘он’, абур ‘они’ по своей природе субстантиви рованные указательные местоимения. Возвратных местоимений три: жув (1 и 2 л. ед. ч.), вич (3 л. ед. ч.) и чеб (3 л. мн. ч.). Указательные местоимения: и, им ‘это, эта, этот’;

а, ам ‘то, та, тот’;

атIа, атIам ‘тот (дальний)’;

гьа, гьам ‘тот самый’;

вини, виним ‘то (ввер ху)’, агъа ‘то (внизу)’. Определительных местоимений два: гьар ‘каждый, всякий’ и вири ‘все, весь’, а неопределенных четыре: муькуь, маса ‘другой, иной’, бязи ‘некоторый’, флан ‘такой-то’. Вопросительных местоимений три: вуж ‘кто’, вуч ‘что’, гьи, гьим ‘кото рый’. Отрицательные местоимения садни ‘никто’, санани ‘нигде’ образованы сочетанием числительного сад ‘один’ и частицы отрицания -ни. Личные, возвратные и вопроситель ные местоимения склоняются по образцу существительных, остальные – по образцу при лагательных.

В именной словоизменительной парадигме категория определенности неопределенности не находит выражения. Определенность выражается постановкой пе ред существительным указательного или определительного местоимения (и ктаб ‘эта книга’, а тар ‘то дерево’, гьар инсан ‘каждый человек’). Неопределенность передается постановкой неопределенного местоимения перед существительным: ср. са бязи инсанар ‘некоторые люди’, флан кас ‘некто’. Пространственная ориентация выражается стройной системой местных падежей, послеложными конструкциями (дагъдин винелай ‘с вершины горы’, дагъдин патав ‘рядом с горой’, дагъдин кьулухъ ‘за горой’ и др.) и локальными превербами глагола: ав- (эв-): аватун ‘выпасть из’, эвичIун ‘спуститься’;

ал- (эл-): алатун ‘отпасть’, элячIун ‘перейти через что-либо’;

акъ- (экъ-): акъатун ‘вывалиться из чего-л.’, У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык экъечун ‘выйти’, ак- (эк-): акатун ‘попасть под что-л.’, экечIун ‘подлезать под что-л.’;

аг- (эг-): агатун ‘приблизиться к чему-л.’, эгечIун ‘подходить к чему-л.’;

гъ-: гъатун ‘по пасть в’, гъакун ‘вместиться’;

кв-: кватун ‘сползти по вертикальной поверхности’, гал- (гел-): галатун ‘отпасть от чего-л.’, гелячIун ‘отстать’ и др.

2.3.7. В Л. я. имеются следующие семантико-грамматические разряды слов (части ре чи, знаменательные и незнаменательные): имя существительное, имя прилагательное, местоимение, числительное, глагол, причастие, наречие, послелог, союз, междометие.

2.4.0. Морфологические парадигмы.

Существительное I склонение II склонение ед. ч. мн. ч. ед. ч. мн. ч.

Им. диде ‘мать’ дидеяр лам ‘осел’ ламар Эрг. дидеди дидейри ламра ламари Род. дидедин дидейрин ламран ламарин Дат. дидедиз дидейриз ламраз ламариз Местн. Iдидедив дидейрив ламрав ламарив Исх. I дидедивай дидейривай ламравай ламаривай Нап. I дидедивди дидейривди ламравди ламаривди Местн. II дидедихъ дидейрихъ ламрахъ ламарихъ Исх. II дидедихъай дидейрихъай ламрахъай ламарихъай Нап. II дидедихъди дидейрихъди ламрахъди ламарихъди Местн. III дидедик дидейрик ламрак ламарик Исх. III дидедикай дидейрикай ламракай ламарикай Нап. III дидедикди дидейрикди ламракди ламарикди Местн. IV дидеда дидейра ламра ламара Исх. IV дидедай дидейрай ламрай ламарай Нап. IV дидедал дидейрал ламрал ламарал Местн. V дидедилай дидейрилай ламралай ламарилай Исх. V дидедалди дидейралди ламралди ламаралди Нап. V дидедалди дидейралди ламралди ламаралди В именах II типа склонения, в отличие от I типа склонения, эргатив и местный IV па деж совпадают. По образцу II типа склонения изменяются также личные местоимения обоих чисел, возвратные местоимения ед. числа, количественные числительные.

Прилагательные ед. ч. мн. ч.

Им. яруди ‘красный’ ярубур Эрг. яруда ярубуру Род. ярудан ярубурун Дат. ярудаз ярубуруз Местн. Iярудав ярубурув Исх. I ярудавай ярубурувай Напр. I ярудавди ярубурувди Местн. II ярудахъ ярубурухъ Местн. III ярудак ярубурук Местн. IV яруда ярубура 124 Нахско-дагестанские языки Местн. V ярудал ярубурал Примечание: Прилагательные склоняются лишь при субстантивации. Причастие скло няется по образцу прилагательного. По этому образцу склоняются также субстантивиро ванные указательные, определительные, неопределенные, притяжательные местоимения.

Г л а г о л Ма с д а р авун ‘делать’, фин ‘идти’ Целевая форма Прош. I Причастие ийиз, физ авуна, фена авур, фейи Наст. I Наст. II Буд. Давнопрош. I Прош. III Давнопрош. III Прош. II ийизва, ийизма, ийида, авунай, авунва, авунама, авура, физва физма фида фенай фенва фенамай фея Прош. несов. I Прош. несов. II Прош. несов. III Давнопрош. II ийизвай, физвай ийизмай, физмай ийидай, фидай авунвай, фенвай Буд. предлож. I ийиди, фиди Буд. предлож. II ийидир, фидир Кроме перечисленных выше глагольных форм, в Л. я. встречаются и глагольные обра зования, играющие важную роль в организации придаточных предложений. Так, форма временного подчинения образуется при помощи аффикса -ла, присоединяемого к форме причастия прошедшего времени. Прич. къачур ‘взятый’ – къачурла ‘когда взял’, фейи ‘пошедший’ – фейила ‘когда пошел’ и др. Укажем также на формы ‘немедленности’, об разующиеся а) сочетанием аффикса -валди с формой причастия: тIуьр ‘съеденный’ – тIуьрвалди ‘как только съел’;

б) сочетанием целевой формы вспомогательного глагола ама ‘еще есть’ (амаз) с формами прош. I времени знаменательного глагола: къачуна ‘взял’ – къачунамаз ‘как только взял;

в) сочетанием целевой формы вспомогательного глагола ама амаз и целевой формы знаменательного глагола: нез – незамаз ‘как только съел’.

2.5.0. Морфосинтаксические сведения.

2.5.1. Типичной моделью структуры словоформы непроизводного имени является: ос нова (односложная или многосложная) + аффикс словоизменения;

словоформа произ водного имени состоит из корня + словообразовательный аффикс + косвенная основа + аффикс множественного числа + аффикс словоизменения;

для словоформы производного глагола характерны пространственный преверб + префикс повторяемости + корень + де терминант основы + показатель каузативности + время (наклонение). В целом в Л. я.

представлены только суффиксы. Исключение составляют глагольные превербы, см.

2.3.5.

У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык 2.5.2. Основные способы с л о в о о б р а з о в а н и я : суффиксация, основосложе ние, обособление, префиксация (лишь в области глаголов). Суффиксы существительных:

-а (хъурца ‘рысак’ – хъурц ‘рысца’):

-аг (къекъвераг ‘попрошайка’ – къекъуьн ‘прохажи ваться’), -ак, -ек, -ик (бицIек ‘малыш’ – бицIи ‘маленький’), -акь (тумакь ‘короткохво стый’ – тум ‘хвост’), -ал (кукIвал ‘заплата’ – кукIун ‘липнуть’, эчIел ‘прополка’ – эчIин ‘полоть’), -ац (яргъец ‘долговязый’ – яргъи ‘длинный’, кIулац ‘горбун’ – кIул ‘горб’), -уцI (ракьуцI ‘шлак’ – ракь ‘железо’):

-еч (нетIеч ‘вшивый’ – нет ‘вошь’):

-ечI (неречI ‘соп ляк’ – нер ‘нос’);

-уш (кIукIуш ‘макушка’ – кIукI ‘вершина’):

-бан (нехирбан ‘пастух’ – нехир ‘стадо’):

-вал (кесибвал ‘бедность’ – кесиб ‘бедняк’, -ви (дагъви ‘горец’ – дагъ ‘го ра’), -ган (хуруган ‘передник’ – хуру ‘ворот’):

-лух (ципицIлух ‘виноградник’ – ципицI ‘виноград’), -тI (сафутI ‘соломенная шляпа’ – саф ‘сито’):

-х (цIарх ‘царапина’ – цIар ‘линия’), -хъан (хпехъан ‘овцевод’ – хеб ‘овца’), -чи (багъманчи ‘садовод’ – багъ ‘сад’);

суффиксы прилагательных:

-ан (шазан ‘прошлогодний’ – шаз ‘в прошлом году’), -и (ме кьи ‘холодный’ – мекь ‘холод’), -ин (ичин ‘яблочный’ – ич ‘яблоко’):

-н (гилан ‘нынеш ний’ – гила ‘нынче’), -нин (цIинин ‘этого года’ – цIи ‘в этом году’), -у (цуру ‘кислый’ – цур ‘кизиловая патока’);

суффиксы наречий:

-ба (беркьвеба ‘слепо’ – буьркьуь ‘слепой’):

-да (кирида ‘напрокат’ – кири ‘плата’), -дай (эхирдай ‘к концу’ – эхир ‘конец’), -даказ (хъсандаказ ‘хорошо’ – хъсан ‘хороший’), -ди (йифди ‘всю ночь’ – йиф ‘ночь’), -диз (гуьрчегдиз ‘красиво’ – гуьрчег ‘красивый’), -з (экуьз ‘светло’ – экуь ‘светлый’), -кIа (цIийикIа ‘по-новому’ – цIийи ‘новый’), -ла (мекьила ‘с холоду’ – мекь ‘холод’), -ра (кьудра ‘четырежды’ – кьуд ‘четыре’);

глагольные суффиксы:

-ар (ацукьарун ‘посадить’ – ацукьун ‘сесть’), -ун (тIушунун ‘месить’ – тIуш гун ‘мять’). Основосложение: иричарар ‘сычуг’ (букв. ‘семь слоев’): пудфер ‘поминки’ (букв. ‘три ночи’), кьвечхел ‘развилка’ (букв. ‘две ветки’), кIелун ‘читать, учиться’ (кIел ‘чтение, учеба’ + ун < авун ‘делать’), мез-гъвел ‘умасливание’ (мез ‘язык’ + гъвел ‘крошка’). О префиксальном способе слово образования см. 2.3.5.

2.5.3. Л. я. относится к языкам эргативного строя. Различаются: номинативная, эрга тивная, дативная и локативная к о н с т р у к ц и и п р е д л о же н и я. В номинатив ной конструкции субъект при непереходных глаголах выступает в именительном падеже:

Аял кIвале ксанва ‘Ребенок дома спит’;

Исятда марф къвада ‘Сейчас дождь пойдет’;

Ам машинда аваз физва ‘Она на машине едет’. Эргативная конструкция включает имя субъ екта действия в эргативном падеже при переходных глаголах, а имя объекта в имени тельном: Бубади чар кихьизва ‘Отец письмо пишет’;

Тракторди ник цазва ‘Трактор поле пашет’;

Буьркьуьда буьруьуьдаз рехъ къалурзава ‘Слепой слепому путь указывает’.

Дативная конструкция предложения характеризуется тем, что при глаголах чувствования и внешнего восприятия имя субъекта оформляется в дательном падеже: Рушаз буба кIанда ‘Дочь любит отца’;

Гъуьрчехъандиз къуьр акуна ‘Охотник зайца увидел’;

Заз кицихъай кичIеда ‘Я собаки боюсь’. Локативная конструкция предложения используется при определенной группе глаголов: имя субъекта оформляется исходныи I падежом, и такое сочетание передает оттенок возможности, невозможности, непреднамеренности или случайности действия: Дидедивай нек алахьна ‘У матери сбежало молоко’, Бубадивай кIелиз жеда ‘Отец может читать’ и др. (см. 2.5.4.). Порядок слов в простом предложении является свободным, однако эта свобода условна, так как нарушение определенного порядка расположения членов предложения вызывает изменение оттенков значения. Более того, в отношении отдельных словосочетаний (ср.

определительные словосочетания) вовсе не допускается изменение порядка слов.

Обычный порядок слов: субъект – объект – предикат. Определение обычно стоит перед определяемым. Возможные перестановки, что характерно для поэзии, сценической речи 126 Нахско-дагестанские языки рактерно для поэзии, сценической речи и т. п., связаны с логическим ударением и влекут за собой изменение смысловых оттенков сообщения.

Простое предложение делится на следующие типы: повествовательное, различающее утвердительное и отрицательное предложения;

вопросительное, образующееся интона цией, вопросительной частицей -ни (фидани? ‘пойдешь?’) и вопросительным словом (ме стоимением, наречием);

восклицательное;

повелительное, которое подразделяется на разрешительно-повелительное, желательно-повелительное и категорически повелитель ное и побудительное.

2.5.4. С л о ж н ы е п р е д л о ж е н и я представлены сложносочиненными и слож ноподчиненными. В паратаксисе связь между простыми предложениями может быть вы ражена морфологическим или лексическим путем, а также при помощи интонации. Су ществуют союзные и бессоюзные сложносочиненные предложения. Союзные сложносо чиненные предложения соединяются при помощи соединительных, разделительных и противительных союзов (ни ‘и’, ва ‘и’, гьам... гьам ‘и... и’, я ‘или’, амма ‘но’ и др.). При бессоюзном соединении предложений используются интонация и общность значения высказывания. Гораздо сложнее обстоит дело с проблемой гипотаксиса, вопрос о нали чии которого в дагестанских и некоторых других языках до сих пор не нашел полного разрешения. Наиболее употребительным видом выражения подчинительной связи явля ются конструкции с различными причастными, деепричастными и другими отглаголь ными формами. Под влиянием русского языка идет интенсивный процесс образования союзных слов. Сложноподчиненные предложения делятся на предложения с недостаточ ными придаточными особого типа (где сказуемое придаточного выражается причастны ми, деепричастными и масдарными оборотами) и предложения с вполне развитыми при даточными. Придаточные предложения делятся на подлежащие, сказуемые, дополни тельные, определительные, обстоятельственные (времени, места, образа действия, степе ни и сравнения, причины и цели), условные и уступительные.

2.6.0. В лексике Л. я. представлено множество заимствований из арабского, персид ского и тюркских языков. Основным источником обогащения лексики в советский пери од является русский язык, откуда заимствуется вся основная масса общественно политической, научной, научно-технической, хозяйственной терминологии. В опреде ленных случаях облик этих слов меняется в соответствии с нормами Л. я.: отбрасывают родовые окончания прилагательных (Совет власть), существительных (подлежащи, со брани), или калькируются руские слова и словосочетания (ср. звергун ‘воззвание’). Все это в значительной мере способствует развитию полного национально-русского двуязы чия.

2.7.0. Диалектный состав Л. я. выше в разделе 1.2.1. Здесь дадим краткое описание трех его основных наречий.

Кюринское наречие распространено на обширной территории, в долинах рек Гюльге ри-чай и Курах-чай, куда входят Сулейманстальский, Магарамкентский, Курахский и частично Хивский районы ДАССР. Свое название наречие получило от топонима “Кю ре”, которым издревле называлась эта территория. Одна из существенных особенностей наречия – наличие фарингализованного гласного переднего ряда аь. В наречии отсутст вует гласный ы, характерный для самурского наречия, а также лабиальный гласный о. В консонантизме кюринского наречия имеется звонкая шипящая аффриката дж и сохрани лась древняя свистящая аффриката дз. Особенностью этого наречия является соответст вие лабиализованных свистящих аффрикат и спирантов ццв, цв, цIв, зв, св лабиализован ным шипящим аффрикатам и спирантам самурского наречия: ччв, чв, чIв, жв, шв. Таким У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык образом, кюринское и самурское наречия можно назвать соответственно свистящей и шипящей ветвями Л. я. Для кюринского наречия характерно наличие смычного -д в уни версальном аффиксе -ди, которому в других наречиях соответствует звонкий -з (в отда ленных говорах дж;

ж, й), и смычного г в аффиксе локатива I, вместо в других наречий.

Сохранившийся здесь аффикс г, видимо, восходит к исконному фрикативному гг, сохра нившемуся лишь в реликтовом яркинском диалекте кюринского наречия. Средненебный й на конце глагольных форм кюринского наречия тий ‘был’, чидачий ‘не знал’, соответ ствующее вибранту р других наречий, является пережиточно сохранившимися здесь экс понентами грамматических классов. В кюринском наречии наблюдается тенденция к мо нофтонгизации дифтонгов гласный + й и гласный + гъ (сиваьаь ‘изо рта’ – сиваьй, гъуьлаьаь ‘змея’ – гъуьлаьгъ) и во многих случаях делабиализации лабиализованных. В кюринском наречии в ряде слов совпадают аффиксы эргатива и локатива IV, формы ука зательных местоимений лишены элемента н в конце слова, здесь зафиксировано архаи ческое прошедшее время глагола, образованное от причастия прош. вр., при помощи аф фикса йа/ра, а также будущее предположительное (жеди ‘будет’, ийиди ‘сделает’). В лексике кюринского наречия значительный интерес представляют диалектизмы, связан ные с особенностями экономики и жизненного уклада его носителей (терминология ков роткачества, названия ряда фруктов и ягод, названия камней, керамических и деревян ных изделий и т. д.).

Самурское наречие локализуется по правому течению реки Самур, в Ахтынском и До кузпаринском районах. Это наречие имеет свои особенности по сравнению с кюринским.

Звук аь лишен оттенка фарингальности и употребляется относительно редко. Очень час то встречается звук ы, имеющий здесь фонематическое значение. Аффрикаты дз и дж здесь спирантизованы: дз > з, дж > ж. Экспонентом лезгинского аффикса эргатива -ди здесь является -з: диде-зи ‘мать’ (эрг. п.), чIылавзи ‘черный’, екези ‘большой’. В вопро сительных наречиях и местоимениях в самурском наречии налицо спирант ф (вместо ла рингального спиранта гь кюринского наречия и литературного языка): фи ‘котороый?’ (гьи?), финава ‘где?’ (гьинава?). В самурском наречии отсутствуют варианты аффиксов эргатива -дзи, -джи, -чи, -чIи. Самурское наречие в отличие от кюринского не имеет прошедшего архаического и будущего предположительного времен;

в нем часто упот ребляются префигированные глагольные формы: самур. кухтун ‘подложить вновь’ (кюр.

кутун хъувун), самур. хъуьнеза ‘доест’ (кюр. нен хъийида). В лексике самурского наречия много специфических названий флоры и фауны, продуктов животноводства.

Кубинское наречие – условное название, объединяющее диалектные единицы распро страненные вне Дагестана, на территории ряда районов сев. Азербайджана. Это наречие изучено слабо. По предварительным сведениям оно занимает промежуточное положение между кюринским и самурским наречиями. В его диалектах и говорах встречаются осо бенности обоих названных выше наречий с уклоном в сторону того или другого, а ино гда и смешения их специфических черт, что подтверждает гипотезы о миграциях и сме шении в разные исторические эпохи носителей диалектов и говоров всего языка, в осо бенности на этой территории. Однако, в отличие от кюринского и самурского наречий кубинское имеет и характерные только для него особенности, что дало возможность вы делить его в особое наречие. Специфическими являются здесь нехарактерные для лез гинского языка о;

-джи – аффикс эргатива (кюр. -ди, самур. -зи), формант гъ в аффиксе исходных падежей, полная утеря направительных падежей и др. Кубинское наречие ис пытало заметное влияние азербайджанского языка.

128 Нахско-дагестанские языки Л И Т Е Р А Т У Р А Абдулжамалов Н. А. Фийский диалект лезгин- Жирков Л. И. Грамматика лезгинского языка.

ского языка (Особенности консонантизма. Система Махачкала, 1941.

глагола). Махачкала, 1955. Мейланова У. А. Морфологическая и синтаксиче Алексеев М. Е., Шейхов Э. М. Лезгинский язык. ская характеристика падежей лезгинского языка.

М., 1997. Махачкала, 1960.

Гаджиев М. М. Синтаксис лезгинского языка. Мейланова У. А. Очерки лезгинской диалектоло Ч. I. Простое предложение. Махачкала, 1964. гии. М., 1964.

Гаджиев М. М. Синтаксис лезгинского языка. Мейланова У. А. Лезгинский язык // Языки наро Ч. II. Сложное предложение. Махачкала, 1963. дов СССР, т. IV, М., 1967.

Гайдаров Р. И. Ахтынский диалект лезгинского Мейланова У. А. Гюнейский диалект – основа языка (по данным речи с. Ахты). Махачкала, 1961. лезгинского литературного языка. Махачкала, Гайдаров Р. И. Лексика лезгинского языка. Ма- г.

хачкала, 1966. Талибов Б. Б. Русско-лезгинский словарь. Махач Гайдаров Р. И. Лексика лезгинского языка. Ма- кала, 1992.

хачкала, 1977. Талибов Б. Б., Гаджиев М. М. Лезгинско-русский Гайдаров Р. И. Введение в лезгинскую онома- словарь. М., 1966.

стику. Махачкала, 1996. Топуриа Г. А. Основные морфологические кате Гюльмагомедов А. Г. Основы лезгинской фразео- гории лезгинского глагола. Тбилиси, 1959.

логии. Махачкала, 1978. Услар П. К. Этнография Кавказа. Языкознание.

Гюльмагомедов А. Г. Фразеология лезгинского Кюринский язык. Тифлис, 1896.

языка. Махачкала, 1990. Шейхов Э. М. Сравнительная типология лезгин Генко А. Н. Материалы по лезгинской диалекто- ского и русского языка. Морфология. Махачкала, логии. Кубинское наречие. // Изв. АН СССР, Отд. 1993.

гуманит. наук. Л., 1929. Haspelmath M. A grammar of Lezgian. Berlin – Жирков Л. И. Законы лезгинского ударения // New York. 1993.

Язык и мышление, т. X, М.-Л., 1940. Moor M. Studien zum lesgischen Verb. Wiesbaden:

Otto Harrassowitz, 1985.

Б. Г.-К. Ханмагомедов ТАБАСАРАНСКИЙ ЯЗЫК 1.1.0. Общие сведения.

1.1.1. Табасаранцы называют себя табасаранар ‘табасараны’, а свой язык – та басаран чIал ‘табасаранский язык’. Вариантов названия не имеет.

1.1.2. Т. я. относится к лезгинской группе дагестанских языков.

1.1.3. Табасаранцы – шестая по численности народность Дагестана. По переписи 1989 года, табасаранцев насчитывалось 98 тыс. чел. Исторически они населяли два рай она Южного Дагестана – Табасаранский и Хивский. Немало табасаранцев проживает в пределах Дербентского района Дагестанской АССР, а также в городах и рабочих посел ках республики.

1.2.0. Лингвогеографические сведения.

1.2.1. В Т. я. два резко противопоставленных друг другу диалекта: северный и южный. В составе каждого диалекта различаются говоры. Особо отличается этегский, который относится южному диалекту, но некоторыми исследователями рассматривается Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык как самостоятельный диалект. Выделяется также говор с. Дюбек, имеющий значитель ные оообенности в фонетике, морфологии и лексике и относящийся к северному диалек ту. Своеобразен и говор с. Чувек.

1.3.0. Социолингвистические сведения.

1.3.1. Т. я. – младописьменный. До революции значительное число взрослого на селения владело соседними азербайджанским и лезгинским языками. В настоящее время широко распространено и знание русского языка.

1.3.2. В основу литературного Т. я. лег нитрикский говор южного диалекта с включением некоторых элементов северного диалекта. В настоящее время на Т. я. ведут ся республиканские и районные радиопередачи, осуществляется обучение в школе. На нем издаются школьные учебники, учебно-методическая литература, ежегодный альма нах табасаранской литературы Литературйин Табасаран (“Литературный Табасаран”), журнал Дагъустан дишагьли (“Женщина Дагестана”), районные газеты Октябрин акв (“Свет Октября”) и Табасарандин нурар (“Зори Табасарана”), произведения табасаран ской и переводной литературы.

1.3.3. На Т. я. осуществляется обучение в начальной школе. В старших классах восьмилетней и средней школы Т. я. и литература изучаются как школьные предметы.

1.4.0. Письменность на Т. я. была основана в 1932 г. на основе латинской графи ки, а в 1938 году переведена на русский алфавит.

Обилие согласных в Т. я. затрудняет их обозначение на письме в рамках приня того алфавита. Для ряда фонем нет специальных обозначений.

1.5.0. В истории Т. я. выделимы два периода: дописьменный и письменный (с 1932 г.). Дописьменный период характеризуется ограниченностью его общественных функций, разобщенностью диалектов и говоров, отсутствием единых норм речи. Пись менный период характеризуется становлением норм литературного языка, развитием разножанровой литературы, расширением его общественных функций.

1.6.0. Из структурных явлений, обусловленных внешнеязыковыми контактами, можно отметить такие, как сингармонизм гласных (под влиянием азербайджанского язы ка), развитие в литературном языке некоторых типов сложноподчиненных предложений (под влиянием русского языка) и др.

2.0.0. Лингвистическая характеристика.

2.1.0. Фонологические сведения.

Фонемный состав Т. я. характеризуется развитой системой консонантизма при сравнительной бедности вокализма.

В Т. я. шесть основных гласных: а, и, э, у, уь, аь (гласные э, уь, аь по сущест вующей орфографии в позиции после согласных обозначаются соответственно через е, ю, я). Гласные а, и, э, у почти не отличаются от соответствующих гласных русского язы ка. Гласные уь/ю/ и аь/я/ представляют собой фарингализованные варианты у и а, кото рые выступают как самостоятельные фонемы: урхуб ‘читать’ – уьрхюб ‘хранить’, аргъуб ‘остывать’ – аьргъюб ‘опухать’.

Таблица гласных Передний ряд Задний ряд Верхний подъем и, уь у Средний подъем э Нижний подъем аь а 130 Нахско-дагестанские языки Имеется также узкий лабиализованный гласный, графическое обозначение кото рого совпадает с обозначением фарингализован-ного уь/ю/: уьл ‘хлеб’, уьрдег ‘утка’, дюз ‘правильно’. Он встречается преимущественно в заимствованиях из азербайджанского языка и не имеет фонематического значения. В русских заимствованиях встречаются также гласные о, ы. Долгие и краткие (редуцированные) гласные, встречающиеся чаще всего в говорах, не являются самостоятельными фонемами. Они представляют собой ре зультат различных фонетических изменений, обычно связанных с перемещением ударе ния с основы слова на окончание.

Очень сложна в Т. я. система согласных. В консонантизме представлены четве ричная система смычных и аффрикат, двоичная система спирантов, лабиализованные и дентолабиализованные согласные, что резко отличает его от систем согласных других лезгинских языков.

Сог ла с ные Смычные Аффрикаты Спиранты Сонор Звон- Приды- Непри- Абруп- Звон- Приды- Непри- Абруп- Звон- Глу- ные кие хат. дыхат. тивы кие хат. хат. тивы кие хие Губные б п пп пI в ф м Зубные д т тт тI дз ц цц цI з с н Альвео- дж ч чч чI ж ш р, л лярные Дентола- джв чв ччв чIв жв шв биализо- ванные Средне- й язычные Задне- язычные нелаби- г к кк кI гг хь ализованные лаби- гв кв ккв кIв ализованные Увулярные Нелаби- хъ къ кь гъ х ализованные Лаби- хъв къв кьв гъв хь ализованные Ларингальные ъ гь 2.1.2. Ударение в Т. я. часто играет смыслоразличительную роль: у2бжуб ‘утрамбо вать’ – убжу2б ‘испечь’, и2лдицну ‘повернувшись’ – илди2цну ‘повернулся’. В отличие от близкородственных языков, в Т. я. ударение подвижное. При изменении слова ударе ние часто перемещается на последний слог: душма2н ‘враг’ – душмна2р < душмана2р ‘враги’ и т. д.

Для Т. я. характерен своеобразный сингармонизм гласных – в многосложных глаголь ных формах глагольные превербы получают огласовку в зависимости от гласного в кор не глагола: эуб ‘сесть (во что-то)’ – эдеуб ‘высадиться’, эдреуб ‘не садиться’, эдедеуб ‘не Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык высаживаться’, меэдеан ‘не высаживайся’;

ипуб ‘бросить (во что-то)’ – идипуб ‘выбро сить’, идидипуб ‘не выбрасывать’, миидипан ‘не выбрасывай’ и т. д. Сингармонизм глас ных по ряду встречается редко и обычно в форме мн. числа существительных: укI ‘трава’ – укIа2р, кIан ‘дно’– кIана2р, но уьл ‘хлеб’– уьле2р < уьла2р, пеъ ‘курица’– пеэ2р < пеа2р.

2.1.3. Позиционные фонетические изменения связаны с перемещением ударения. При его утрате гласные, как правило, полностью редуцируются: ляхи2н ‘работа’ – ляхни2 < ляхини2, хьадука2р ‘весна’ – хьадукра2р < хьадукара2р. Иногда при редукции утратив шего ударение гласного предшествовавший ему согласный лабиализуется: жаку2л ‘кук ла’ – жаквли2 < жакули2, ярку2р ‘лес’ – ярквру2 < яркуру2. Часто редукция гласных бы вает неполной. При редукции гласных звонкие согласные в позиции после глухих оглу шаются: зигу2б ‘тянуть’ – хъцигу2б < хъизигу2б ‘подтолкнуть’;

бикIу2б ‘писать’ – кпикIу2б < кибикIу2б ‘переписать’. Иногда имеет место ассимиляция согласных звуков, большей частью прогрессивная: уьлла < уьлра, дугъанна < дугъанра, къанна < къабна и т. д.

2.1.4. Фонетическая структура слога характеризуется отсутствием стечений согласных в начале слова, в то время как в конце консонантные комплексы весьма нередки (марчч ‘овца’, гунтI ‘бугор’, шарш ‘чеснок’). При стечении двух или трех согласных в середине слова один иди два из них относятся к первому слогу, а последний – ко второму: мукь мар ‘мелодии’, барх-лар ‘паласы’. Наиболее типичной моделью открытого типа слога является сочетание ‘согласный + гласный’ (СV), а закрытого типа слога – согласный + гласный + согласный’ (CVC). В словах преобладают закрытые слоги, что обусловлено обилием в языке согласных.

2.2.0. Морфонологические сведения.

2.2.1. Фонологическая структура морфем в Т. я. имеет различные модели: CV (ма-ахан ‘не спи’), VC (гъул’-ан ‘из села’), V (а-дахь ‘высыпь’/, С (к-титуб ‘рассказать’).

Морфемы с сонорными (р, н, л, м), а также морфемы, состоящие из согласных д, б, в, й, обычно выступают в древнейших гра-мматических категориях класса, числа, па дежа, времени.

2.2.2. Фонемы, выступающие в качестве показателей различных грамматических категорий (д, б, в, й, м, н, р, л), не встречаются в глагольных корнях, а в корнях сущест вительных (в диалектных формах) часто выпадают: деркку – декку ‘тетива’, кьюркь – кьюкь ‘узелок’ и др.

2.2.3. Чередование фонем в Т.я встречается весьма редко (в супплетивных фор мах) и особого значения в языке не имеет.

2.3.0. Семантико-грамматические сведения.

Морфологический тип Т. я. преимущественно агглютинативный. Это наиболее наглядно проявляется при образовании падежных форм имени и различных глагольных форм: ул ‘глаз’, улар ‘глаза’, уларин ‘глазной’, улариан ‘из глаз’, уларигьинди ‘к глазам’;

илип ‘накинь’, миилипан ‘не накидывай’, миилипанай ‘не накидывайте’, илилипуб ‘не на кидывать’ и т. д. Бросается в глаза и высокая степень аналитичности: уч апIуб ‘собрать’, уч апIури хьуб ‘собирать’ (букв. ‘собирая бывать’), лихури аза ‘работаю’ (букв. ‘я работая есмь’) и т. д. В литературном языке сильна тенденция к стяжению аналитических форм:

лихури аза > лихураза ‘работаю’, улигь гьайи ‘впереди находящийся’ > улигьайи ‘перед ний’, башакк ккадру ‘ни к чему не годный’ > башаккадру ‘никчемный’, гъюз имбу ‘пред стоящий прийти’ > гъюзимбу ‘будущее’, хьур гъапи ‘пять сказанный’ > хьурпи ‘пятый’ и т. д.

132 Нахско-дагестанские языки 2.3.1. В Т. я. представлены следующие части речи: имена существительные, при лагательные, числительные, местоимения, глаголы, наречия, союзы, частицы, послелоги и междометия. Для имен и местоимений характерно наличие категории класса, падежа и числа, а для глагола – лица, числа и класса. Некоторые отглагольные именные и субста тивированные формы глагола, сохраняя глагольное согласование в классе и числе, могут одновременно и склоняться: жабгъувал (жаргъувал) ‘бег’ – жабгъували (эрг. п.)., жабгъувализ (дат. п.), убгруб (ургруб) ‘горючее’ – ургрудар (им. п. мн. числа) и т.д.

Род. падеж существительных выступает в качестве относительных прилагатель ных: рукь ‘железо’– рукьан ‘железный’, баб ‘мать’– бабан ‘родной’ и др.. Роль род. па дежа от личных местоимений выполняют притяжательные местоимения: узу ‘я’ – йиз ‘мой’, уву ‘ты’ – яв ‘твой’, думу ‘он’ – дугъан ‘его’ и др. Некоторые формы местных па дежей существительных переходят в наречия места, времени и образа действия: хьадукра ‘весной’ из хьадукраъ (эссив I серии), кIваълан ‘наизусть’ (аблатив VII серии от юкIв ‘сердце’) и т.д. В качестве послелогов также выступают различные падежные формы, что свидетельствует о том,что эта часть речи находится в стадии своего становления: ср.

улигь ‘перед’ – эссив II серии от ул ‘глаз’, кьяляхъ ‘после’ – эссив IV серии от кьял ‘пояс ница’ и др. Эти формы выступают в качестве послелогов только при существительных, а при глаголах они выступают как наречия, ср.: хулан улигь ‘перед домом’– улигь гъягъюб ‘идти вперед’ и т.д.

2.3.2. Различаются два именных класса: класс разумных существ (человек и ра зумные существа: Бог, ангелы, архангелы и др.) и класс неразумных существ (животный мир и различные неодушевленные предметы). Таким образом, принадлежность имени к тому или иному классу выявляется семантически. Грамматически классная принадлеж ность имени определяется по согласованию с ним других частей речи посредством класс ных показателей, которые выступают в глаголах инфиксально (реже и префиксально), а в прилагательных, числительных и местоимениях – суффиксально. При этом согласование по классу происходит только в форме ед. числа, а мн. число обоих классов совпадает с формами ед. числа первого класса: бай гьергра ‘мальчик бежит’, дай гьебгра ‘жеребенок бежит’, баяр (даяр) гьергра (то же мн. ч.);

риш дис ‘держи девочку’, хил бис ‘держи руку’, шубар (хилар) дис ‘держи девочку (руки)’;

сар кас ‘один человек’, саб личI ‘одна телка’, садар мярхяр ‘одни сани’, ужур дуст ‘хороший друг’, ужуб палат ‘хорошая одежда’, ужудар ляхнар ‘хорошие дела’;

мицир юлдаш ‘такой товарищ’, мициб мутму ‘такая вещь’, мицдар йигъар ‘такие дни’ и т. д.

Прилагательные (за исключением двух, см. 2.3.7.), а также некоторые разряды местоимений, в отличие от числительных, в определительной функции не согласуются с существительным в классе и числе: ср. аьхю бай ‘большой парень’, аьхю гьар ‘большое дерево’, аьхю хулар ‘большие дома’, дугъан дуст ‘его друг’, дугъан туп ‘его мяч’;

но сар кас ‘один человек’, саб кIари ‘один теленок’, садар йицар ‘пара волов’и др.

Категория одушевленности в Т. я. выступает как категория личности, так как во прос ‘кто?’ ставиться только к человеку, ср.: фуж? ‘кто?’ – чи ‘сестра’, аба ‘дед’, гъунши ‘сосед’, иццурайир ‘больной’ и др., но вопрос фу? ‘что?’ может относиться к таким сло вам, как гъютIрахьим ‘ёжик’, писинчI ‘ласточка’, мизмиз ‘комар’, гъарз ‘скала’, шид ‘во да’ и др.

2.3.3. В Т. я. различаются два числа – единственное и множественное. Мн. число имен существительных образуется от формы единственного посредством суффикса -ар, который в зависимости от характера корневых гласных может измениться в аьр (-яр), -эр (-ер), йир < йар: вич ‘яблоко’ – вичар, нюрх ‘полба’– нюрхяр, сес ‘звук’ – сесер, мяъли Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык ‘песня’ – мяълийир и др. В многосложных словах, в связи с перемещением ударения на последний слог гласный звук в предыдущем слоге обычно выпадает: сурсу2л ‘рожь’ – сурсла2р, мурку2л ‘палец на ноге’ –муркла2р, арфани2 ‘огурец’ – арфанйи2р и др. Суб стантированные части речи (отглагольные формы при этом суффиксально принимают вторые классные показатели) перед показателем множественности -ар классные показа тели б, р меняют на д: кIаруб ‘черное’, кIарур ‘смуглый’ – кIарудар, ебгруб ‘попрыгунья’ – ергрур ‘прыгун’ – ергрудар, ихьур ‘нашенский’, ихьуб ‘наше’ – ихьдар и т. д.

В глаголах категория числа выражается посредством префиксальных или инфик сальных классных показателей: луф бисуб ‘голубя поймать’ – луфар дисуб ‘голубей ло вить’, гьяйван жабгъуб ‘гнать коня’ – гьяйвнар жаргъуб и др. Довольно часто в глаголах инфиксальный показатель класса разумных существ и множественного числа -р выпада ет (абгуб – агуб ‘искать’, либхуб –– лихуб ‘работать’, либгуб – лигуб ‘смотреть’, либцуб – лицуб ‘ходить’ и др.), так как при двух классах можно обойтись показателем одного из них. Отдельные глаголы имеют для множественного числа отличные от класса разумных существ формы: ср. швеъ йибкIуб ‘медведя убить’, душман йикIуб ‘врага убить’, швеэр (душмнар) йихуб ‘медведей (врагов) убить’ и др.

2.3.4. В Т. я. имеется сильно развитая система склонения, в которой различаются основные и местные падежи. Склонение строится по принципу “двух основ”. Им. падеж является основой для эргативного, который в свою очередь выступает в качестве основы остальных косвенных падежей. Эргатив в единственном числе образуется посредством присоединения к форме им. падежа показателей -и, -у, -ди, -йи, -ри, -ли, -ни, -ну, -ру и -лу, в соответствии с которыми различаются десять типов образования основы косвенных падежей: ул ‘глаз’ – ули, сул ‘лиса’ – сулу, никк ‘молоко’ – никкди, хара ‘куча’ – харайи, лик ‘нога’ – ликри, жакьв ‘птица’ – жакьвли, ушв ‘рот’ – ушвни, гаф ‘слово’ – гафну, люкь ‘орел’ – люкьру, микI ‘ветер’ – микIлу. Во множественном числе эргатив образуется от формы им. падежа посредством показателя -и. В остальных падежах единственное и множественное число своими признаками не различаются. От эргатива присоединением н образуется род. падеж и посредством -з – дат. падеж: лик ‘нога’ – ликри (эрг.) – ликрин (род.) – ликриз (дат.);

ликар ‘ноги’ – ликари(эрг.) – ликарин (род.) – ликариз (дат.).

В Т. я. представлены абстрактные падежи (именительный, эрга-тивный, роди тельный, дательный).

Им. падеж в предложении обычно оформляет подлежащее при непереходных глаголах, прямое дополнение при переходных глаголах (риш даахна ‘девочка спит’, бабу риш гъахура ‘бабушка несет девочку’).

Существительные в эрг. падеже в предложении с переходным глаголом сказуемым являются подлежащими (учители дарс кивра ‘учитель преподает урок’).

Род. падеж образуется прибавлением к форме эрг. падежа аффикса -н (гату ‘кошка’ – гатдин ‘кошки’).

Дат. падеж образуется прибавлением к форме эрг. падежа аффикса -з (бали ‘ мальчик ‘ – бализ ‘мальчику’ ).

Литературный Т. я. различает семь серий местных падежей, выражающих раз личное положение предмета в пространстве по отношению к другому предмету: 1) внут ри (показатель ъ);

2) около, перед (показатели гъ, хь);

3) на боковой поверхности (показа тель к);

4) за, позади (показатель хъ);

5) под (показатель кк);

6) между, среди (показатель гъ);

7) на, над (показатель ин//ил).

В каждой серии шесть местных падежей, образующих шесть групп по характеру движения предмета в пространстве. Первая группа – падежи покоя (эссивы) образуются 134 Нахско-дагестанские языки от основы эрг. падежа посредством показателей соответствующих серий: I серия цали-ъ ‘в стене’, II серия цали-хь(гь) ‘у стены’, ‘перед стеной’, III серия цали-к ‘на боковой по верхности стены’, IV серия цали-хъ ‘за стеной’, V серия цали-кк ‘под стеной’, VI серия цали-гъ ‘между стеной’ (частями стены), VII серия цали-ин (< цади-ил) ‘над стеной’.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.