WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ЯЗЫКОЗНАНИЯ Кавказские языки Издательство Academia Москва 1998 ББК 81.2 Издание осуществлено при поддержке Российского гуманитарного научного фонда ...»

-- [ Страница 12 ] --

Притяжательных местоимений нет. Их функции выполняют формы генитива личных и возвратных местоимений.

Категория определенности-неопределенности в Д. я. отсутствуют. Глагол знает категорию лица. Форма третьего лица противопоставлена формам первого и второго лиц, как немаркированная маркированным. Различаются два типа личных показателей: I тип – -с (1 л.), -д (2 л.), нуль (3 л.), ср. лукIа-с ‘напишу’, лукIа-д ‘напишешь’, лукIа ‘напишет’;

II тип – -а (1 л.), -и (2 л.), нуль (3 л.), ср. белкIиш-а ‘может быть, напишу’, белкIиш-и ‘может быть, напишешь’, белкIес ‘может быть, напишет’. В формах мн. числа показатели -с и -и иногда значительно видоизменяются, ср.: бири-с ‘сделаю’ – бире-хI-е (бириса) ‘сделаем’, белкIиш-и ‘может быть, напишешь’ – белкIишая (белкIишиа) ‘может быть, на пишете’. Употребление личных окончаний первого типа связано с будущим временем и рядом ирреальных наклонений (сослагательного, допустимо-желательного, условного, уступительного), а второго типа – с прошедшим временем индикатива и будущим вре менем предположительного наклонения. Кроме того, окончания второго типа отмечают ся и в формах будущего времени изъявительного наклонения у переходных глаголов, ес ли в качестве объекта выступают местоимения 1-ого и 2-ого лиц.

М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык 2.3.7. Традиционно выделяемых в даргинском языке частей речи десять (см.

2.3.1.).

2.4.0. Образцы парадигм:

Существительные Ед. число Мн. число Абстрактные падежи Абс. унц ‘бык’ унц-и ‘быки’ Эрг. унц-ли унца-ни Ген. унц-ла унца-ла Дат. унц+ли-с унца-с Комит. унц+ли-чил унца-чил Тем. унц+ли-чила унца-чила Инстр. унц+ли-чибли унца-чибли Локативы Лат. унц+ли-чи унца-чи Алл. унц+ли+чи-бяхI унца+чи-бяхI Эсс. унц+ли+чи-б унца+чи-б Абл. унц+ли+чи+б-ад унца+чи+б-ад Примечание: Здесь даны парадигмы существительных с косвенной основой в ед.

числе на -ли, образующие наиболее распространенный третий тип склонения. Сущест вуют еще парадигмы с косвенной основой на -ни, образующие I тип склонения, и на -й, образующие II тип склонения. Следует отметить, что падежные окончания, кроме эрга тива и генитива, во всех типах склонения одни и те же. Склонение форм мн. числа суще ствительных однотипно.

Прилагательные Ед. число Мн. число I кл. в-иштIаси ‘маленький’ б-иштIати ‘маленькие’ II кл. р-иштIаси III кл. б-иштIаси д-иштIати Примечание. Склонение прилагательных аналогично склонению существитель ных (они склоняются лишь тогда, когда употреблены в функции существительного).

Глагол.

Ед. число Мн. число 1 л. лукIа-с ‘напишу’ лукIе-хI-е ‘напишем’ 2 л. лукIа-д лукIа-д-а 3 л. лукIа лукIа 1 л. белкIиш-а ‘может, напишу’ белкIиш-а 2 л. белкIиш-и белкIиш-ая 10 Нахско-дагестанские языки 3 л. белкIес белкIес 1 л. белкIун+р-а ‘написал’ белкIун+р-а 2 л. белкIун+р-и белкIун+р-ая 3 л. белкIун белкIун 1 л. лукIул+р-а ‘пишу’ лукIул+р-а 2 л. лукIул+р-и лукIул+р-ая 3 л. лукIули (сай) лукIули (саби) Примечание. Образцы словоформ времен и наклонений см. в 2.3.5. Классно числовые формы и различные частные отклонения в спряжении не приводятся.

2.5.0. Морфосинтаксические сведения.

2.5.1. Типы структуры словоформы существительного: а) корень + мн. число;

б) корень + падеж;

в) корень + мн. число + тематический гласный + падеж;

г) корень + мн.

число + тематический гласный + локализация + падеж;

д) корень + локализация + падеж (в составе окончаний ряда местных падежей отмечаются и классные показатели, в форме эссива они выполняют и падежные функции). Типы структуры словоформы классного глагола: а) класс/число + тематический гласный + корень + время/наклонение + лицо;

б) класс/число + тематический гласный + корень + время/наклонение + лицо + число;

в) класс/число + тематический гласный + вид + корень + время/наклонение + лицо + число.

В структуре словоформы неклассного глагола отсутствует начальное звено ‘класс/число’. В целом в Д. я. словоизменительные аффиксы располагаются после корня.

Исключение составляют классные показатели и инфиксы, располагающиеся перед кор нем.

2.5.2. Основной способ словообразования в Д. я. – сложение двух основ (узи урши ‘родня’, букв. ‘брат-сын’;

пикрибарес ‘подумать’, букв. ‘мысль-сделать’, яхIбарес ‘потерпеть’, букв. ‘терпение-сделать’, гьала-гьала ‘сначала’, букв. ‘впереди-впереди’;

цаибил ‘первый’, букв. ‘один-сказанный’). В системе имен ширкое распространение по лучил и суффиксальный способ образования слов.

Суффиксы существительных:

-деш (адам ‘человек’ – адам-деш ‘человечность’, цIяб ‘темный’ – цIяб-деш ‘темнота’);

-кьяна (мура ‘сено’ – мура-кьяна ‘косарь’);

-чи (да лай ‘песня’ – далай-чи ‘певец’);

-ала (из- ‘болеть’ – из-ала ‘болезнь’);

-ари (мухъи ‘яч мень’ – мухъ-ари ‘хлеб из ячменя’);

-уди (белчI- ‘прочитать’ – белчI-уди ‘образование’);

ри (бикь- ‘слышать’ – бикь-ри ‘свидетель’);

-а (бис- ‘плакать’ – бис-а ‘плач’);

-лукь (мез ‘язык’ – мез-лукь ‘сплетник’;

-лихъ (баз ‘месяц’ – баз-лихъ ‘месячник’);

суффиксы прила гательных:

-си (узи ‘брат’ – узи-си ‘братский’);

-ар (музурби ‘холмы’ – музурб-ар ‘холми стый’);

-ил (ит ‘тот’ – ит-ил ‘другой’), -ан (уркухъ-ан ‘уркарахский’);

суффиксы наре чий:

-ли (цIакъ ‘сильно’ – цIакъ-ли ‘сильный’), -а (ит ‘тот’ – ит-а ‘туда’).

Глаголы производятся либо словосложением, либо с помощью приставок. Отме чаются приставки направления (в качестве примера ниже даны образования от глагола бук- ‘вести’): са- (сабука ‘приведи сюда’), ка- (ка-бука ‘приведи сверху вниз’), а- (а-бука ‘приведи снизу вверх’) и приставки локализации (в качестве примера даны образования с глаголом бухъун ‘двинулись’): гьала- (гьалабухъун ‘опередили’ – гьала ‘вперед’), гIела- (гIелабухъун ‘отстали’ – гIела ‘назад’), бухIна- (бухIнабухъун ‘вошли’ – бухIна- ‘во внутрь’), че- (чебухъун ‘напали’ – че ‘на’, ‘на поверхность’), урга- (ургабухъун ‘помеша ли’ – урга ‘в середину’), с помощью которых создаются новые глаголы.

М. С. М. Мусаев. Ахвахский язык 2.5.3. В целом Д. я. – эргативный, хотя в нем встречаются следы активного и за чатки номинативного строя. Субъектно-объектные отношения выражаются преимущест венно падежами (см. 2.3.4.).

Порядок слов в предложении имеет тенденцию к SOV, хотя принципе он свобо ден. Изменение характерного порядка слов, как правило, влечет за собой определенные стилистические изменения. В зависимости от падежного оформления субъекта простое предложение имеет несколько типов конструкций: номинативную (неш ракIиб ‘мама пришла’), эргативную (нешли кьацI асиб ‘мама купила хлеб’), генитивную (нешла сагаси хIева леб ‘у мамы новое платье’, букв. ‘мамы новое платье имеется’), дативную (нешлис дурхIя дигули сай, букв. ‘маме сын любим’, т. е. ‘мама любит сына’). В диалектах отме чается и лативная конструкция (чираг. д-т дицце дарс балхад букв. ‘в-меня урок знаю’, т.

е. ‘я выучил урок’). Определение обычно предшествует определяемому. Определения, выраженные классными словами, всегда согласуются с определяемыми в классе и числе.

Вопросительные предложения образуются при помощи вопросительного слова или частицы (неш чинар сари? ‘где мама?’, дудеш вакIибу ‘пришел отец?’). При помощи частиц иногда выражается и модальность (дудеш вакIилив, гьатIи ‘разве отец пришел?’).

В вопросительных и восклицательных предложениях связка обычно опускается (ср. бецI лябкьули саби ‘волк идет’ и хIера, бецI лябкьули! ‘смотри, волк идет!’, бецI лябкьулив?

‘волк идет?’). Различаются также повествовательные, повелительные и желательные предложения.

По составу предложения бывают односоставные (шаладикили сари ‘рассвело’), двусоставные (неш ракIиб ‘мама пришла’), трехсоставные (нешли кагъар белчIун ‘мама прочитала письмо’). Сказуемое согласуется как с объектом, так и с субъектом: как пра вило, с субъектом – в лице, а с объектом – в классе и числе (нуни кагъар б-елкIун-ра ‘я письмо написал (префикс б- согласуется по классу и числу с прямым дополнением кагъ ар ‘письмо’, а суффикс -ра – по лицу с подлежащим нуни ‘я’).

2.5.4. В Д. я. отмечаются все типы сложного предложения – сложносочиненное, сложноподчиненное, союзное и бессоюзное. Развитые типы сложноподчиненных пред ложений встречаются ограниченно, в то время как сложноподчиненные предложения, у которых придаточная часть выражена посредством нефинитных форм глагола – причас тия, деепричастия, масдара и инфинитива, получили самое широкое распространение.

Подчинительные союзы развиты слабо.

2.6.0. В лексике Д. я. значительное место занимают заимствования из арабского, персидского, тюркских и русского языков, которые являются в основном названиями различных, в том числе научных, культурных и общественно-политических понятий. В настоящее время единственным источником заимствований является русский язык, через посредство которого в Д. я. попадает лексика из других языков.

2.7.0. Д. я. – многодиалектный (см. 1.2.1.). Наиболее крупный по числу носите лей акушинский д-т характеризуется относительно простой фонетикой. В нем отстутст вуют преруптивы, лабиализованные согласные и долгие гласные, широко представлен ные в других диалектах. Всего здесь 37 согласных и 5 гласных звуков. Заднеязычный аб руптив кI перед гласными и, е в отличие от других диалектов не палатализуется. Значи тельно проще и морфология, которой свойственен небольшой набор словоизменитель ных аффиксов. Акушинский – опорный д-т даргинского литературного языка.

Урахинский д-т близок к акушинскому, но в отличие от него имеет лабиализо ванные согласные, долгие гласные, метатезированную отрицательную частицу ахI- (акуш. хIе-). Функцию комитатива выполняет послеложная конструкция. В системе па 12 Нахско-дагестанские языки дежей сохраняется категория направления (вацIализиб-а-д ‘из лесу вверх’, вацIализиб хьа-б ‘из лесу вниз’, вацIализиб-са-д ‘из лесу сюда’, вацIализиб-би-т ‘из лесу туда’). Раз вита прогрессивная ассимиляция (л + р > лл).

Цудахарский д-т резко отличается от акушинского и урахинского. Наиболее яр кими особенностями фонетики является наличие преруптивов, лабиализованных соглас ных и весьма заметного ударения, отсутствие звонких аффрикат дж, дз;

палатализация заднеязычных и абруптива кI перед и или е. В системе падежей не представлен тематив.

Его функции выполняет аблатив. Склонение однотипно и не осложнено, как в акушин ском и урахинском д-тах, различными фонетическими процессами. Взаимопонимание между носителями акушинского и цудахарского д-тов затруднено.

Кайтагский д-т в фонетическом отношении близок к цудахарскому. Для него также характерно наличие преруптиво, лабиализованных, палатализация кI и заднеязыч ных г, к и отсутствие звонких аффрикат и фарингального хI. Слабо дифференцированы формы единственного и множественного чисел названий плодов, насекомых. Функции датива и эссива выполняет актив. Нет также тематива и инструменталиса. Их функции выполняют либо другие падежи, либо послеложные конструкции. Местоимения 1 лица различают инклюзив и эксклюзив (инкл. нихьхьа – экскл. нисса ‘мы’). Полного взаимо понимания между кайтагцами и остальными даргинцами нет. С остальными даргинцами кайтагцы общаются на даргинском литературном языке.

Кубачинский д-т фонетически близок к цудахарскому и кайтагскому. Ему также свойственны преруптивы, лабиализованныея, палатализация заднеязычных и абруптива кI. В исконных словах не представлено р, которое повсеместно заменено й. Долгие глас ные – результат различных фонетических процессов. В отличие от лит. языка представ лена серия местных падежей со значением локализации ‘перед’ (формант -та) и специ альная падежная форма со значением ‘ради’ (гал-жимат ‘ради сына’. Функции тематива выполняет аблатив. В аблативе подобно урахинскому д-ту нередко наличествует конкре тизация направления (хъалта-гьа-тталла ‘спереди-дома-вверх’, хъалта-ка-тталла ‘спереди-дома-вниз’, хъалта-са-тталла ‘спереди-дома-сюда’, хъалта-би-тталла ‘спе реди-дома-туда’). Прилагательные оформлены классным суффиксом -зив (I кл.), -зий (II кл.), -зиб (III кл.). Количественные числительные в отличие от других д-тов лишены суффикса -ал. В кубачинском д-те отмечена специальная форма настоящего общего вре мени (калучIад ‘я читаю вообще’). Носители кубачинского д-та не понимают других дар гинцев и поэтому общаются с ними на литературном языке.

Особый интерес представляют такие “островные” д-ты Д. я., как чирагский и ка дарский. Чирагский д-т (сел. Чираг Агульского р-на) очень далек от литературного языка и остальных д-тов. Фонетичеки чирагский д-т близок к цудахарскому, кубачинскому и кайтагскому. Целый ряд специфических особенностей имеет чирагский д-т и в области морфологии. Между носителями чирагского д-та и остальными даргинцами нет полного взаимопонимания.

Л И Т Е Р А Т У Р А Абдуллаев З. Г. Категория падежа в даргинском Абдуллаев З. Г. Проблемы эргативности даргин языке. Махачкала, 1961. ского языка. М. 1986.

Абдуллаев З. Г. Очерки по синтаксису даргинско- Абдуллаев З. Г. Даргинский язык. Т. I-III. М.

го языка. М. 1971. 1993.

М.Е.Алексеев. Ахвахский язык Абдуллаев С. Н. Грамматика даргинского языка Магометов А. А. Кубачинский язык. Тбилиси, (фонетика и морфология). Махачкала, 1954. 1963.

Абдуллаев С. Н. Русско-даргинский словарь. Ма- Магометов А.А. Мегебский диалект даргинского хачкала, 1950. языка. Исследования и тексты. Тбилиси, 1982.

Быховская С. Л. Особенности употребления пе- Мусаев М.-С. М. Лексика даргинского языка.

реходного глагола в даргинском языке // Памяти Махачкала, 1978.

акад. Н. Я. Марра (1864-1934). М.-Л., 1938. Мусаев М.-С. М. Именное словоизменение дар Гаприндашвили Ш. Г. Фонетика даргинского гинск ого языка (категория числа). Махачкала, языка. Тбилиси, 1966. 1980.

Гасанова С. М. Глагол в даргинском языке. Ма- Мусаев М.-С. М. Система глагольного словоиз хачкала, 1962. менения даргинского языка. Махачкала, 1980.

Гасанова С. М. Очерки даргинской диалектоло- Мусаев М.-С. М. Словоизменительные категории гии. Махачкала, 1971. даргинского языка (время и наклонение). Махачка Жирков Л. И. Грамматика даргинского языка. М. ла, 1983.

1926. Мусаев М.-С.М. Падежный состав даргинского Исаев М.-Ш. А. Словосочетания даргинского языка (История местных падежей). Махачкала, языка и их изучение в школе. Махачкала, 1982. 1984.

Исаев М.-Ш. А. Русско-даргинский словарь. Ма- Услар П. К. Хюркилинский язык. – Этнография хачкала, 1988. Кавказа. Языкознание. V. Тифлис, 1892.

Исаев М.-Ш. А. Структурная организация и се- Хайдаков С.М. Даргинский и мегебский языки.

мантика фразеологических единиц даргинского Принципы словоизменения. М.: Наука, 1985.

языка. Махачкала, 1995. Bouda K. Die darginische Schriftsprache // Beitrge Магомедов М.-Г. З. Именное словообра- zur kaukasischen und sibirischen Sprachwissenschaft.

зование в даргинском языке. Махачкала, 1972. Abhandlungen fr die Kunde des Morgenlandes, XXII, Магомедов М.-Г. З. Фразеология даргинского 4. Leipzig, 1937.

языка. Махачкала, 1980.

М.Е.Алексеев ЛЕЗГИНСКИЕ ЯЗЫКИ 1. Лезгинские языки (Л. я.) – южное ответвление нахско-дагестанских языков (ср. лез гинский язык).

2. Традиционно в число Л. я. включаются собственно лезгинский, табасаранский, агульский, рутульский, цахурский, крызский, будухский, арчинский, удинский (как древ неудинские определяют также агванские эпиграфические памятники, дешифровка кото рых до сих пор остается проблематичной) и хиналугский языки. Территория распро странения Л. я. охватывает южную часть Дагестана и северные районы Азербайджана.

3. Согласно переписи 1989 г. на Л. я. говорит более 640 тыс. чел.

4. Ранние классификации Л. я. основывались практически на географических принци пах. По генетическому признаку Л. я. можно подразделить на следующие группы: а) вос точно-лезгинская – лезгинский, табасаранский и агульский (последние более близки друг к другу);

б) рутульско-цахурская;

в) шахдагская – крызский и будухский языки. Судя по данным лексикостатистики, можно говорить и о некоторой более широкой языковой общности внутри Л. я., включающей перечисленные подгруппы и арчинский язык. Вне этой общности стоит удинский.

14 Нахско-дагестанские языки Принадлежность к Л. я. хиналугского языка весьма сомнительна. Целый ряд иннова ций, характерных для Л. я., в нем отсутствует. Имеющиеся же специфические хиналуг ско-лезгинские изоглоссы обусловлены значительным влиянием лезгинского и шахдаг ских языков.

Предлагавшиеся варианты генетической группировки Л. я. затрагивают, с одной сто роны, хронологию отделения от общелезгинского языка-основы изолированных языков (сначала арчинский и удинский, затем хиналугский) и, с другой стороны, более тесные объединения вышеперечисленных группировок: объединение восточно-лезгинской и ру тульско-цахурской подгрупп в самурскую, сделанное, однако, без учета шахдагских язы ков;

выделение “йихъийско-албанской” общности, включавшей рутульско-цахурскую и шахдагскую подгруппы. В отдельную подгрупппу предлагалось объединять также ру тульский, цахурский и удинский языки.

5. Используя методику глоттохронологии, модель филиации Л. я. можно представить в виде следующей таблицы:

IX в. до н.э.

VI в. до н.э III в. до н.э.

X в. н.э.

Лезг. Таб. Агул. Рут. Цах. Крыз. Буд. Арч. Удин.

6. Фонетическая система Л. я. отличается сложным консонантизмом. Срели локальных рядов здесь имеются, помимо лабиального, дентального, велярного, альвеолярного, так же увулярный, фарингальный, ларингальный, а в арчинском и латеральный ряды. Смыч ные различают звонкие, придыхательные и непридыхательные глухие и абруптивы.

Противопоставление звонких, а также интенсивных и неинтенсивных глухих спиран тов отмечается в диалектах табасаранского и агульского, в арчинском и (в неначальной позиции) в цахурском. В остальных языках интенсивные глухие спиранты отсутствуют, обнаруживая соответствие звонких и глухих.

Сонорные м, н, л, р, й, в (последний может выступать и как вариант звонкого спиранта в). Из постувулярных шумных в Л. я. в различной степени представлены ъ, гь, хI, гI, ъI и др.

Широко распространены в современных Л. я. лабиализованные согласные: не встре чаются лишь лабиализованные сонорные и губные согласные. В табасаранском, а также в диалектах лезгинского и агульского наблюдаются также дентолабиализованные со гласные.

Увулярные согласные имеют фарингализованные корреляты, отсутствующие, однако, в лезгинском и шахдагских языках.

Вокализм Л. я. включает, как правило, следующие единицы: и, е, а, у, реже аь, ы, о, уь.

Хотя фарингализованные гласные обычно бывают обусловлены фарингализацией сосед них согласных, часто встречаются и исконно фарингализованные гласные: рут. ваIш, цах.

ваIш, уд. баIч, арч. баIш ‘сто’ и т. п.

В большинстве Л. я. имеется динамическое ударение, часто приводящее к редукции безударных гласных. Существует мнение о функционировании в некоторых из них то нальных оппозиций, однако этот вопрос практически не исследован.

Структура слога и слова достаточно разнообразна. Запрещены комплексы согласных в анлауте (встречаются лишь в табасаранском и лезгинском) и более чем двучленные ком плексы в остальных позициях (трехчленные комплексы отмечаются изредка на стыке М.Е.Алексеев. Ахвахский язык морфем). В корневом материале встречаются исключительно комплексы с участием со норный. Отсутствуют неприкрытыу слоги и, соответственно, стечения гласных. Корне вая морфема за редкими исключениями обязательно включает хотя бы один шумный со гласный.

Для современных Л. я. в различной степени характерны элементы именного и гла гольного аблаута. Ср., например, чередование гласных в лексеме ‘огонь’: лезг. цIай – цIу, таб. цIай – цIи-, рут. цIай – цIы-, крыз. цIаь – цIы. Если в имени аблаут служит для раз граничения прямой и косвенной основ, то в глаголе посредством аблаута различаются видовые основы, ср. арч. хъIес ‘идти’ – дур. орхъIир и др.

Л. я. – агглютинативные с тенденцией к аналитизму (возрастает удельный вес исполь зования вспомогательных глаголов, послелогов и т. п.).

Имена существительные подразделяются на четыре именных класса: I) названия лиц мужского пола, 2) названия лиц женского пола, 3) названия животных и неодушевлен ных предметов, 4) названия неодушевленных предметов и явлений. В лезгинском, агуль ском и удинском классное деление отсутствует. В рутульском языке отмечается и проти вопоставление по одушевленности/ неодушевленности. Именные классы выделяются в Л. я. на основе их согласовательных характеристик. При последовательно формальном прдходе количество именных классов может возрасти (ср. 11 арчинских согласователь ных классов).

Классные показатели, выступающие в виде инфиксов или префиксов в глаголе и в ви де суффиксов в других частях речи, имеют следующий вид: 1. “Сильная серия”: I кл. -р-, II кл. -р-, III кл. -б-, IV кл. -д-, встречающиеся в основах терминатива некоторых глаго лов и в именах;

2. “Слабая серия”: I кл. -/й- (арч. в), II кл. -р- (арч. д-), III кл. -в-, IV кл.

– /й-. В обеих сериях для мн. числа используются показатели III (для I и II) и IV (для III и IV) классов, за исключением рут. д – показателя мн. числа I и II классов (в диалектах также имеем -л- для мн. числа III-IV одушевл.). В арчинском языке серии классных пока зателей совпадают, но различаются префиксальная и инфиксальная позиции.

Категория числа противопоставляет немаркированную форму единственного числа и форму множественного числа, маркированную различными суффиксами (рут. -ар, -мар, быр и др., арч. -ор, -ом, -от, -тту и др.), частично распределенных фонетически и се мантически. В будухском языке отмечают противопоставление форм ограниченной и не ограниченной множественности. Нередко встречается двойная аффиксация показателей мн. числа у имен, обозначающих парные предметы: лезг. пIуз-ар-ар ‘губы’, ракI-ар-ар ‘двери’.

Система падежей включает абстрактные и пространственные падежи. К абстрактным относится прежде всего немаркированный абсолютив, оформляющий имя субъекта в не переходном и имя объекта в переходном предложении (так наз. “фактитив”), а также именную часть составного сказуемого и обращение.

Остальные падежи образуются с помощью специальных суффиксов от косвенной ос новы. Последняя образуется с помощью вокалических и консонантных аффиксов (ср., с одной стороны, лезг. -и, -у, -а, -уь и, с другой стороны, лезг. -ди, -ра, -уни.

Эргатив обычно совпадает с косвенной основой (в шахдагских и рутульском имеется специальный суффикс -р) и оформляет имя субъекта в переходном предложении. В дру гих функциях (в частности, в инструментальной) эргатив выступает редко.

Родительный падеж (обычно с аффиксом -н) выражает определительные отношения (в т.ч. принадлежность). В будухском языке различается отчуждаемая и неотчуждаемая принадлежность.

16 Нахско-дагестанские языки Дательный падеж (в основном, суф. -с) выражает различные адресатные значения, в т.ч. оформляет косвенное дополнение, а также имя субъекта глаголов чувственного вос приятия.

Словоформа пространственного падежа включает показатель локализации и собствен но падежный формант, ср. лезг. стол-ди-к-ай ‘из-под стола’ (-ди ‘косв. основа’, -к ‘под’, -ай ‘аблатив’). В большинстве Л. я. выделяются следующие показатели локализации:

Обычно каждый из отмеченных аффиксов может присоединять форманты, обозна чающие двигательный ориентир – локатива (нулевой аффикс), аллатива, аблатива, (ред ко) директива, в арчинском – транслатива.

К согласовательным категориям глагола в Л. я. относятся категории класса и числа.

Последняя отмечается только в табасаранском и удинском (факультативно и в крыз ском).

Категория залога в Л. я. отсутствует (описательно – как правило, с помощью глагола ‘делать’ – образуется каузатив). В шахдагских языках существуют средства для разгра ничения переходных и непереходных форм. В различной степени представлена в совре менных Л. я. категория вида (средства выражения: терм. -- ~ дур. -р-, а также аблаут).

Для образования видо-временных форм широко используются вспомогательные глаголы.

В части языков наблюдается сходство образования футурума, близкого по форме к инфинитиву (целевой форме).

Из косвенных наклонений представлены повелительное, условное, уступительное.

Желательное, условное и другие формы наклонений в плане выражения довольно разно родны.

Во всех Л. я. выделяются отглагольное имя (масдар), инфинитив, показатель которого обычно совпадает с формантом датива, причастия и деепричастия (последние подразде ляются на нейтральные и союзные).

Подавляющее большинство служебных морфем в Л. я. – суффиксы. В виде префиксов выступают лишь пространственные превербы, классные показатели и морфемы отрица ния в нефинитных глагольных формах и императиве (прохибитив).

В современных Л. я. средства словообразования относительно бедны, что обеспечива ет высокую степень продуктивности и регулярности небольшому числу заимствованных формантов (-чи ‘суффикс деятеля’, -лу ‘суффикс прилагательного’, -суз ‘негативный суф фикс прилагательного’ и т. п.). В разной степени продуктивны пространственные превер бы (в арчинском и в удинском вообще отсутствуют).

Синтаксис Л. я. в общих чертах близок к общедагестанской модели. С точки зрения контенсивной типологии, Л. я. относятся к эргативным (удинский – к номинативным?), противопоставляя абсолютную, эргативную и аффективную конструкции предложения.

Порядок слов, в основном, SOV. Для выражения вопроса существуют специальные во просительные частицы. Сложные предложения строятся при помощи заимствованных союзов или же с использованием отглагольных форм: причастий, деепричастий, масдара, инфинитива.

В лексике Л. я. налицо заметное влияние восточных языков – тюркских (азербайджан ского), персидского, арабского. В последние годы все более заметно влияние русского языка.

Л И Т Е Р А Т У Р А Алексеев М.Е. Вопросы сравнительно- Местоимения в языках лезгинской группы: Aв исторической грамматики лезгинских языков. тoрeф. дис.... канд. филoл. нaук. Тбилиси, 1986.

Морфология. Синтаксис. М., 1985. Климов Г. А., Талибов Б. Б. К вопросу о сравни Алексеев М. Е. Срaвнитeльнo-истoричeскaя тельно-историческом изучении лезгинских языков грaммaтикa лeзгинских языкoв: Aвтoрeф. дис.... // Учен. зап. Института истории, языка и литерату дoкт. филoл. нaук. М., 1988. ры. Махачкала, 1964. Т. 13.

Алексеев М. Е. К вoпрoсу o клaссификaции лeз- Магометов А. А. Личные местоимения лезгин гинских языкoв // ВЯ, 1984, № 5. ских языков // Мацне, 1963. № 4.

Алипулатов М. А. Имя числительное в языках Мейлaнoва У. А. О терминoлoгии свойства в язы лезгинской группы: Aвтoрeф. дис.... канд. филoл. ках лeзгинскoй группы// ВЯ, 1985, № 2.

нaук. Махачкала, 1965. Талибов Б. Б. Сравнительная фонетика лезгин Бокарев Е. А. К реконструкции падежной систе- ских языков. М., 1980.

мы пралезгинского языка // Вопросы грамматики. Талибов Б. Б. Консонантизм лезгинских языков:

М.;

Л., 1960. Aвтoрeф. дис.... дoкт. филoл. нaук. М., 1980.

Гюльмагомедов А. Г., Саадиев Ш. М. Существует Топуриа Г. В. К образованию множественного ли двойственное число в лезгинских языках? // числа имен в лезгинских языках // Иберийско Ежегодник иберийско-кавказского языкознания. кавказское языкознаниие. Тбилиси, 1973. Т. Тбилиси, 1988. Т. 15. (груз.).

Джейраншвили Е. Ф. Вопросительные место- Топуриа Г. В. К вопросу о склонении имен суще имения в языках лезгинской (кюринской) группы // ствительных во множественном числе в лезгинских Иберийско-кавказское языкознаниие. Тбилиси, языках // Категория числа в дагестанских языках.

1955. Т. 7 (груз.). Махачкала, 1985..

Зaгирoв В. М. Истoричeскaя лeксикoлoгия языкoв Хидиров В. С. Сравнительно-типологическая ха лeзгинскoй группы. Махачкала, 1987. рактеристика превербов в языках лeзгинскoй груп Зaгирoв В. М. О задачах и методах истoричeской пы // Ежегодник иберийско-кавказского языкозна лeксикoлoгии языкoв лeзгинскoй группы// ВЯ, ния. Тбилиси, 1976. Т. 3.

1987, № 2. Schulze W. Remarks on the case system of the Кахадзе О. И. Грамматические классы в лезгин- Lezgian languages // Papers from the third conference ских языках (Историко-сравнительный анализ). on the non-Slavic languages of the USSR. Ed. By Тбилиси, 1984 (груз.). Кикилашвили В. И. Howard Aronson. Chicago, 1984.

У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов ЛЕЗГИНСКИЙ ЯЗЫК 1.1.0. Общие сведения.

1.1.1. Вариант названия: кюринский язык (П. К. Услар).

1.1.2. Л. я. включается в лезгинскую подгруппу дагестанской группы иберийско кавказских языков.

1.1.3. Носители Л. я. проживают в юго-восточной части Дагестана и в северной части Азербайджана. В Дагестане они населяют Сулейманстальский (бывший Касумкентский), Курахский, Магарамкентский, Ахтынский, Докузпаринский, частично Хивский, Рутуль ский, Дербентский, Кизилюртовский и Хасавюртовский районы, в Азербайджане прожи вают в Кусарском, Кубинском, Хачмасском, Исмаилинском, Куткашенском и Варташен ском районах. Число говорящих на Л. я. 466 тыс. человек (по переписи 1989 г.).

1.2.0. Лингвогеографические сведения.

18 Нахско-дагестанские языки 1.2.1 В Л. я. различаются три наречия. Кюринское наречие включает в себя гюней ский диалект, легший в основу лезгинского литературного языка, яркинский и курах ский;

в самурское наречие входят два диалекта – ахтынский и докузпаринский;

кубин ское наречие состоит из целого ряда диалектов и говоров. Кроме того выделяются не сколько говоров, образующих самостоятельные диалектные единицы: курушский, гили ярский, фийский, гелхенский и джабинский.

1.3.0. Социолингвистические сведения.

1.3.1. В пределах Дагестана Л. я. функционирует во всех сферах общественной, произ водственной и культурной жизни, а в Азербайджане – как бытовой язык, за исключением некоторых сел Кусарского района, где введено преподавание Л. я. как учебного предме та. Все лезгины свободно владеют русским языком, что говорит о высоком уровне разви тия национально-русского двуязычия.

1.3.2. Литературный Л. я. сложился в советский период на базе гюнейского диалекта кюринского наречия;

это язык школьного обучения, периодической печати, радио;

на нем создана большая оригинальная и переводная литература;

на Л. я. функционируют национальный театр, народные театры, культурно-просветительные учреждения;

на нем издаются политическая, научно-техническая, научно-популярная литература.

1.3.3. На Л. я. ведется преподавание в школе вплоть до третьего класса, затем он пре подается как предмет обучения;

в Дагестанском государственном университете и Дер бентском педагогическом училище имеются отделения, готовящие преподавателей лез гинского языка и литературы для средних и высших учебных заведений. Основным язы ком обучения в школе и вузах является русский.

1.4.0. До 1928 г. использовалась письменность, основанная на арабской графической основе. Затем письменность была переведена на латинскую графику, а в 1938 г. был при нят ныне функционирующий алфавит на основе русской графики.

1.5.0. Л. я. – язык устной коммуникации (до создания письменности), литературный язык (после создания письменности).

1.6.0. Под влиянием русского языка на фонетическом уровне функционируют гласные о и ы, чуждые диалекту, легшему в основу литературного языка;

наблюдается тенденция к сокращению падежной системы, развитию гипотаксиса под влиянием русского языка;

растет роль суффиксации и основосложения при словообразовании.

2.0.0. Лингвистическая характеристика.

2.1.0. Фонологические сведения.

2.1.1. В литературном языке различаются пять гласных фонем. В изолированном по ложении, а также в ударной позиции и в анлауте функционируют следующие гласные: а, э/e/, и, у, уь, которые в разных фонетических позициях подвержены фонологически не значимым комбинаторным изменениям: (там ‘лес’, тамар ‘леса’, вил ‘глаз’, вилин род.п., тIуьн ‘есть’, туьтIуьн ‘не есть’), назализации гласных (балкIан ‘лошадь’, атун ‘приходить’), редукции гласных (ктаб < китаб ‘книга’, цал ‘стена’ > цлар мн.ч., бубад кIвал < бубадин кIвал ‘отцовский дом’).

Гласные фонемы Передний ряд Задний ряд Оральные Умлаут. Оральные Верхний подъем и уь у У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык Средний подъем э/e/ Нижний подъем а Систему консонантизма составляют: губные смычные б, пп, п, пI, в, ф, м, дентальные д, тт, т, тI, денто-альвеолярные дз*, цц, ц, цI, з, с, л, р, альвеолярные дж*, чч, ч, чI, ж, ш, денто-лабиализованные ччъ*, чъ*, чIъ*, жъ*. шъ*, среднеязычные г, кк, к, кI, гг*, хь, хьъ*, увулярные къг*, къ, кь, гъ, х, фарингальные гI*, хI*, ларингальные гь, ъ. (Соглас ные, обозначенные звездочкой, встречаются в диалектах). Для лезгинского консонантиз ма характерно широкое функционирование лабиализованных согласных, употребляемых в различных позициях и имеющих дистинктивное значение: кьвал ‘круча’, но кьал ‘пру тик’, тIвал ‘палка’, но тIал ‘боль’.

Согласные:

Способ Смычн. Спиранты Сонорные образования: Простые Аффрикаты Место образования:

Губные б пп п пI в ф м Дентальные д тт т тI н Денто-альвеолярные дз* цц ц цI з с л,р Альвеолярные дж* чч ч чI ж ш Денто- ччь* чъ* чIъ* жъ* шъ* лабиализованные Среднеязычные й Заднеязычные г кк к кI гг* кь,хьъ* Увулярные къг* къ хъ кь гъ х Фарингальные гI* хI* Ларингальные ъ гь 2.1.2. Ударение силовое, динамическое (экспираторное), разноместное;

в исконно лез гинских двухсложных и многосложных словах падает, как правило, на второй слог от начала слова: балкIан ‘лошадь’, руфун ‘живот’, рекьекьул ‘полынь’, килигун ‘смотреть’.

Нормам лезгинской акцентуации подчинены также старые заимствования. Лезгинскому ударению свойственна дифференцирующая функция: къалун ‘показать’, но къалун ‘под нимать скандал’, къвалар ‘дождь’, но къвалар ‘бока’.

2.1.3. В Л. я. наибольшее распространение имеют фонетические процессы в области консонантизма: оглушение б пп: йаб ‘ухо’ – мн. ч. йаппар, къиб ‘лягушка’ – мн. ч.

хъиппер;

д тт: рад ‘кишка’ – мн. ч. раттар;

г кк: муг ‘гнездо’ – мн. ч. муккар;

гъ (къг*) къ: муьгъ ‘мост’ – мн. ч. муькъвер, нагъв ‘слеза’ – мн. ч. накьвар;

ж (дж*) чч: раж ‘зерно, приготовленное для обмолота на зиму’ – мн. ч. раччар;

з (дз*) цц:

къаз ‘зелень, посев’ – мн. ч. къаццар, мез ‘язык’ – – мн. ч. меццер;

преруптивизация к кк: нек ‘молоко’ – – мн. ч. ахт. неккер, лит. некIер, т тт: мет ‘колено’ – мн.ч. ахт.

меттар, лит. метIер;

п пп: чип ‘жребий’ – – мн. ч. чиппер;

хъ къ: хъвехъ ‘щека’ – мн. ч. хъуькъвер;

ч чч: хъач ‘сорняк’ – мн. ч. хъччар;

ц цц: муьхц ‘сарай’ – мн. ч.

муьхццер;

депреруптивизация къ хъ: хъиццикь (ахт. къиццикъ) ‘овчина’;

тт т:

туппучI (ахт. ттыппычI) ‘веретено’;

кк к: кикIал (ахт. ккыкIал) ‘камешек’;

пп п:

путтул (ахт. ппуттул) ‘правнук’;

цц ц: цифер (ахт. ццифер) ‘облако’;

абруптивиза ция кк кI: кIам (ахт. ккам) ‘овраг’, тт тI: тIур (ахт. ттур) ‘ложка’;

къ кь: не къи ‘земляника’, ср. ахт. д-т никъи то же;

пп пI: пIини ‘черешня’, ср. ахт. д-т ппили то 20 Нахско-дагестанские языки же;

чч чI: чIем ‘масло’, ср. ахт. д-т ччем то же;

дезабруптивизация: кIакI ‘переулок’ – мн. ч. ккIар;

пI п: пIипI ‘угол’ – мн. ч. пипIер;

тI т: тIиб ‘сова’ – мн. ч. типIер;

чI ч: чIикь ‘свясло’ – мн.ч.чикьер;

аффрикатизация: ттар ‘дерево’ – эрг. п. ттарцци, ппер ‘заступ’ – пперцци < *пперди;

дезаффрикатизация: луж ‘стая’ > лудж, варз ‘луна’ > вардз;

палатализация гг з/ж: ярк. ггуьл ‘осень’ – лит. зул – ахт. жул, ярк. ггуьр ‘поло вина’ – лит. зур – ахт. жур;

кк цц/чч: ярк. ккуьр ‘сарай’ – лит. ццур – ахт. ччур;

кI цI/чI: ярк. кIвел ‘висок’ – лит. цIвел – ахт. чIвал. Фонетические процессы в области гласных см. в 2.1.1.

2.1.4. Представлены следующие типы слогов: 1) V: а-ьа-лун ‘закрыть’;

2) CV: ми-чIи ‘темный’;

3) VC: ис-ти-вут ‘перец’;

4) CVC: зур-зун ‘дрожать’;

5) VCC: арт-миш-ун ‘воспроизводить’;

6) CVCC: дерт-лу ‘грустный’;

7) CCV: хку-дун ‘убрать из-под чего-л’;

8) CCVC: стIал-ви ‘уроженец с. Стал’;

9) CVCCC: ор-кестр. Из приведенных типов сло гов наиболее характерными являются первые четыре, остальные встречаются преимуще ственно в заимствованиях.

2.2.0. Морфонологические сведения.

2.2.1. Основной лексический фонд Л. я. представлен односложными и двухсложными корнями;

типы корней определяются допустимыми слоговыми структурами. Различные слоговые структуры характерны как для аффиксальной, так и для корневой морфем (вах ‘сестра’, стха ‘брат’, сикI ‘лиса’, и-тим ‘мужчина’, фена ‘пошел’, ку-тун ‘подложить’.

Морфемное и слоговое деление при этом не обязательно совпадает: ку-тIу-нун ‘привя зать’, къвез-вач ‘не идет’ и т.д.

2.2.2. Фонологические противопоставления морфологических единиц и категорий от стутствуют.

2.2.3. Среди чередований гласных и//е (фин ‘идти’ – фена ‘пошел’, къин ‘умереть’ – къена ‘умер’), у//а (хъун ‘пить’ – хъвана ‘выпил’, ккун ‘гореть’, ккана ‘сгорел’) (ср. п.

2.1.3).

2.3.0. Семантико-грамматические сведения.

Л. я. относится к языкам агглютинативного синтетического типа с элементами анали тизма.

2.3.1. Выделяются следующие семантико-грамматические разряды слов: имя сущест вительное, имя прилагательное, числительное, местоимение, глагол, причастие, наречие, послелог, союз, междометие. Такие универсальные категории как личность-неличность, классная принадлежность, одушевленность-неодушевленность передаются специальной лексикой, а единичность-множественность, падежные значения для имени и время, на клонение и др. для глагола – морфологическими средствами.

2.3.2. Категории рода, класса, одушевленности-неодушевленности отсутствуют.

2.3.3. Различаются единственное и множественное числа. В ед. числе имена имеют нулевые аффиксы: кал ‘корова’, гъуд ‘кулак’;

мн. число осложняется показателями -ар ( яр), -ер (-эр), присоединяемых к форме им. падежа ед. числа. Выбор того или иного по казателя мн. числа в основном зависит от структуры слова. Показатель -яр сочетается со словами на гласный исход и на -й: диде ‘мать’ – дидеяр, буба ‘отец’ -бубаяр, цIай ‘огонь’ – цIаяр, чай ‘чай’ – чаяр. Показатель -ар сочетается: а) с многими словами с согласным исходом, балкIан ‘лошадь’ – балкIанар;

б) с односложными словами с гласным заднего ряда (гам ‘ковер’ – гамар, тум ‘хвост’ – тумар). Показатель -ер (-эр) употребляется с основами на гласный переднего ряда (гъил ‘рука’ – гъилер, кIел ‘ягненок’ – кIелер, гъуьл ‘муж’ – гъуьлер). Имеются также заимствованные из азербайджанского языка показатели множественности -лар и -лер: багъ ‘сад’ багълар, дев ‘дракон’ девлер. Числовые формы У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык личных местоимений выражаются лексически. По числам изменяются также субстанти вированные прилагательные, субстантивированные указательные, определительные, не определенные местоимения, формы глагола, употребляемые в значении причастия и др.

Аффиксом множественности для указанного разряда слов служит показатель -бур: яру ‘красный’ – ярубур, им ‘этот’ – ибур, ам ‘тот’ – абур, физвайди ‘идуший’ – физвайбур и др. Глагол по числам не изменяется.

Имя числительное. Простые числительные: сад ‘один’, кьвед ‘два’, пуд ‘три’, кьуд ‘че тыре’, вад ‘пять’, ругуд ‘шесть, ирид ‘семь’, муьжуьд ‘восемь’, кIуьд ‘девять’, цIуд ‘де сять’;

числительные второго десятка образуются сочетанием усеченной формы цIу-/цIи-, цIе/цIуд ‘десять’ с соответствующими количественными числительными: цIусад ‘один надцать’, цIикьвед ‘двенадцать’, цIипуд ‘тринадцать’ и т.д. Начиная с двадцати счет идет по двадцатеричной системе: къад ‘двадцать’, пудкъад ‘шестьдесят’, кьудкъад ‘восемьде сят’. Единицы сочетаются с двадцатками при помощи соединительной частицы -ни, со гласный элемент которой во всех случаях ассимилирует конечный д числительного;

къанни сад ‘двадцать один’, къанни кьвед ‘двадцать два’ и др. Порядковые числительные образуются при помощи сочетания количественного числительного и причастия лагъай ‘сказанный’: сад лагъай и сад лагъайди ‘первый’, вад лагъай и вад лагъайди ‘пятый’.

Краткие числительные строятся сочетанием аффикса -ра с количественным числитель ным: садра ‘однажды’, кьудра ‘четырежды’. Собирательные числительные производятся при помощи частицы -ни: кьведни ‘двое’, кадни ‘пятеро’;

разделительные образуются ре дупликацией кьве-кьвед ‘по два’, пуд-пуд ‘по трое’. В сочетании с числительным соот ветствующее существительное выступает в форме ед. числа.

2.3.4. Л. я. относится к многопадежным. Всего падежей – 18. Падежи делятся на грам матические (именительный, эргативный, родительный, дательный) и местные (четырна дцать падежей), которые разделены на пять серий, каждая из которых образована с по мощью определенных аффиксов, и выражают разнообразные нюансы локации и иные значения. Выражение субъектно-объектных отношений находится в прямой зависимости от семантики глагола. Именительный падеж является падежом субъекта при непереход ных глаголах (Буба кIвализ хъфена ‘Отец ушел домой’) и прямого объекта при переход ных глаголах (Стхади кIарасар хазва ‘Брат дрова колет’). Эргативный падеж оформляет субъект при переходных глаголах (Хци цлаз мих язава ‘Сын в стену гвоздь забивает’).

Исходной формой для образования косвенных падежей служит эргативный. Эргатив имеет множество аффиксов:

-ди (-ци, -цIи, -чи, -чIи, -жи), -и, -ни, -а, -у, -уь, -ра, -ре. Аф фикс -ди присоединяется ко всем многосложным и некоторым односложным словам, ос тальные аффиксы – только к односложным. Родительный падеж служит падежом опре деления (къванцин цал ‘каменный забор’, бубадин балкIан ‘отцовская лошадь’). Датель ный падеж в основном указывает лицо или предмет, по отношению к которому соверша ется действие (Аялдиз гана ‘ребенку отдал’). При глаголах чувствования и внешнего вос приятия дательный падеж передает субъект (Гадализ руш кIанда ‘Парень любит девуш ку’). Основное значение местных падежей – выражение различного рода локальных от ношений. Однако многие из этих падежей приобрели и абстрактную семантику. Отдель ные из них могут при определенных группах глаголов выражать объект и даже субъект действия. Так, исходный I падеж может выражать субъект действия при глаголах, выра жающих случайное, непреднамеренное действие;

местный I падеж – объект сравнения, сопоставления;

местный II – предмет обмена, цену;

исходный III падеж – объект стыда, страха;

направительный V – орудие действия. Посессивность выражается формой род. п.

существительного, выступающего, как правило, в роли относительного прилагательного 22 Нахско-дагестанские языки (дидедин рикI ‘материнское сердце’), а также при помощи притяжательных местоиме ний: зи//зин ‘мой, мое, моя’;

ви//вин ‘твой, твое, твоя’, адан ‘его, ее’;

чи ‘наш, наша, на ше’;

куь ‘ваш, ваша, ваше’, абурун ‘их’ (зи руш ‘моя дочь’;

ви стха ‘твой брат’, адан кал ‘его корова’, чи уьлке ‘наша страна’, куь шегьер ‘ваш город’ и др.) Различий в оформле нии отчуждаемой/неотчуждаемой принадлежности не наблюдается.

2.3.5. Лезгинский глагол имеет богатую систему словоизменения. В парадигме гла гольного словоизменения различаются основные и производные формы. Как исходные формы представлен масдар, целевая форма, прошедшее I, причастие и форма повели тельного наклонения, причем целевая и причастная формы являются основой для обра зования других глагольных форм. Масдар имеет окончание -н: атун ‘придти’, къачун ‘брать’. Целевая форма образуется аффиксами -аз, -ез, -из, -уьз (къачун ‘брать’ – къачуз, катун ‘убежать’ – катиз, ифин ‘нагреваться’ – ифез, туькIуьн – туькIуьз) и обозначает цель действия (Буба хеб къачуз фена ‘Отец пошел покупать барана’), а также одновре менность двух действий (Аялди фу къачуз незва ‘Ребенок, беря хлеб, ест’). Прошедшее I образуется от основы масдара аффиксом -на (амукьун ‘остаться’ – амукьна) и выражает прошедшее законченное действие. Как было отмечено, в основе темпоральной системы лежит целевая форма, прошедшее I и причастие. Целевая форма служит основой для об разования настоящего I при помощи вспомогательного глагола ава (-ва) ‘есть, имеется’ (кIелиз ‘читать’ – кIелзава), настоящего II при помощи вспомогательного глагола ама ( ма) ‘еще есть’ (къачуз ‘брать’ – къачузма), будущего заменой аффикса целевой формы аффиксом -да (хъуьрез ‘смеяться’ – хъуьреда), прошедшего несовершенного I – присое динением аффикса -й к форме настоящего I (кхьизва ‘пишет’ – кхьизвай), прошедшего несовершенного II от настоящего II аффиксом -й (физма ‘идет еще’ – физмай), прошед шего несовершенного III от формы будущего времени посредством аффикса -й (неда ‘съест’ – недай), будущего предположительного I – заменой аффикса целевой формы аффиксом -ди (къачуз ‘брать’ – къачуди), будущего предположительного II присоедине нием аффикса -р к форме будущего предположительного I (къачуди – къачудир). Вре менные формы, образованные от основы прошедшего I, следующие: прошедшее III, строящееся при помощи ава (-ва) ‘есть, имеется’ (рахана ‘сказал’ – раханва);

давнопро шедшее I, образуемое аффиксом -й (рахана – раханай), давнопрошедшее II, образуемое от прошедшего III аффиксом -й (къачунва – къачунвай). Причастие в Л. я. не получило широкого развития, за исключением форм причастия прошедшего времени, образуемых от основы масдара аффиксами -ур, -уьр, -ай, -ий, -ей (кьун ‘держать’ – кьур, эцингун ‘класть’ – эцигай, гъун ‘принести’ – гъайи). От этой формы причастия образуется про шедшее II при помощи аффикса -а (къачур ‘взятый’ – къачура, хъуьрей ‘смеявшийся’ – хъуьрея). Выделяется семь наклонений: изъявительное, неопределеннное, повелительное (побудительное, запретительное), вопросительное, условное, уступительное, отрицатель ное. Изъявительное наклонение реализуется в указанных выше временных формах. По велительное наклонение имеет формы трех лиц (число здесь не играет роли). Форма 1 ого лица образуется от основы целевой формы путем замены аффикса -з на -н: нез ‘ку шать’ – нен. Повелительные формы 2-ого лица строятся: а) путем редупликации послед него согласного корня (рахун ‘говорить’ – рахух);

б) путем отсечения аффикса масдара (ацукьун ‘сесть’ – ацукь);

в) путем замены -н на -р (тун ‘вложить’ – тур)’ г) супплетивно (кьин ‘умереть’ – йикь, кьун ‘держать’ – яхъ). Вопросительное наклонение образуется при помощи суффикса -ни: атанани? ‘пришел ли?’, физвани? ‘идет ли?’. Условное – об разуется суффиксом -тIа: атанатIа ‘если пришел’, къведатIа ‘если придет’. Уступи тельное – образуется от форм условного наклонения присоединением суффикса -ни: ат У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык натIани ‘хотя пришел’, къведатIани ‘если даже придет’. Отрицание выражается пре фиксальным (при помощи префикса -т, когда глагольная форма употребляется в несамо стоятельном значении: татана ‘не придя’, тефей ‘не пошедший’, татун ‘не прихо дить’) и суффиксальным (посредством аффикса -ч, присоединяемого ко всем глагольным формам: атанач ‘не пришел’, къведач ‘не придет’) способами. Исключением является целевая форма и масдар. Основа лезгинского глагола нейтральна;

он не изменяется по лицам (исключение – форма повелительного наклонения), классам и числам. Деление на залоги отстутствует. Глаголы делятся на переходные, непереходные и переходно непереходные (лабильные). Переходные глаголы образуют эргативную конструкцию, непереходные – номинативную, переходно-непереходные – и ту, и другую конструкции.

Группа глаголов чувственного восприятия обусловливает дативную конструкцию. К ка тегории переходных глаголов как их разновидность относятся и так называемые каузати вы, образующиеся от непереходных глаголов при помощи аффиксов -ар/-ур, -уьр/-и-д-:

акъвазун ‘останавливаться’ – акъвазарун ‘останавливать’, ацукьун ‘сесть’ – ацукьарун ‘посадить’. Собственно каузатив образуется аналитическим способом – сочетанием це левой формы основного глагола с глаголом тун ‘оставить, позволить, разрешить’: кIелиз тун ‘заставить учиться’, коуз тун ‘заставить спать’.

2.3.6. К дейктическим категориям прежде всего относится местоимение. Выделяются семь разрядов местоимений: личные, возвратные, указательные, определительные, неоп ределенные, вопросительные, отрицательные. Личных местоимений четыре: зун ‘я’, вун ‘ты’, чун ‘мы’, куьн ‘вы. Местоимения ам ‘он’, абур ‘они’ по своей природе субстантиви рованные указательные местоимения. Возвратных местоимений три: жув (1 и 2 л. ед. ч.), вич (3 л. ед. ч.) и чеб (3 л. мн. ч.). Указательные местоимения: и, им ‘это, эта, этот’;

а, ам ‘то, та, тот’;

атIа, атIам ‘тот (дальний)’;

гьа, гьам ‘тот самый’;

вини, виним ‘то (ввер ху)’, агъа ‘то (внизу)’. Определительных местоимений два: гьар ‘каждый, всякий’ и вири ‘все, весь’, а неопределенных четыре: муькуь, маса ‘другой, иной’, бязи ‘некоторый’, флан ‘такой-то’. Вопросительных местоимений три: вуж ‘кто’, вуч ‘что’, гьи, гьим ‘кото рый’. Отрицательные местоимения садни ‘никто’, санани ‘нигде’ образованы сочетанием числительного сад ‘один’ и частицы отрицания -ни. Личные, возвратные и вопроситель ные местоимения склоняются по образцу существительных, остальные – по образцу при лагательных.

В именной словоизменительной парадигме категория определенности неопределенности не находит выражения. Определенность выражается постановкой пе ред существительным указательного или определительного местоимения (и ктаб ‘эта книга’, а тар ‘то дерево’, гьар инсан ‘каждый человек’). Неопределенность передается постановкой неопределенного местоимения перед существительным: ср. са бязи инсанар ‘некоторые люди’, флан кас ‘некто’. Пространственная ориентация выражается стройной системой местных падежей, послеложными конструкциями (дагъдин винелай ‘с вершины горы’, дагъдин патав ‘рядом с горой’, дагъдин кьулухъ ‘за горой’ и др.) и локальными превербами глагола: ав- (эв-): аватун ‘выпасть из’, эвичIун ‘спуститься’;

ал- (эл-): алатун ‘отпасть’, элячIун ‘перейти через что-либо’;

акъ- (экъ-): акъатун ‘вывалиться из чего-л.’, экъечун ‘выйти’, ак- (эк-): акатун ‘попасть под что-л.’, экечIун ‘подлезать под что-л.’;

аг- (эг-): агатун ‘приблизиться к чему-л.’, эгечIун ‘подходить к чему-л.’;

гъ-: гъатун ‘по пасть в’, гъакун ‘вместиться’;

кв-: кватун ‘сползти по вертикальной поверхности’, гал- (гел-): галатун ‘отпасть от чего-л.’, гелячIун ‘отстать’ и др.

24 Нахско-дагестанские языки 2.3.7. В Л. я. имеются следующие семантико-грамматические разряды слов (части ре чи, знаменательные и незнаменательные): имя существительное, имя прилагательное, местоимение, числительное, глагол, причастие, наречие, послелог, союз, междометие.

2.4.0. Морфологические парадигмы.

Существительное I склонение II склонение ед. ч. мн. ч. ед. ч. мн. ч.

Им. диде ‘мать’ дидеяр лам ‘осел’ ламар Эрг. дидеди дидейри ламра ламари Род. дидедин дидейрин ламран ламарин Дат. дидедиз дидейриз ламраз ламариз Местн. Iдидедив дидейрив ламрав ламарив Исх. I дидедивай дидейривай ламравай ламаривай Нап. I дидедивди дидейривди ламравди ламаривди Местн. II дидедихъ дидейрихъ ламрахъ ламарихъ Исх. II дидедихъай дидейрихъай ламрахъай ламарихъай Нап. II дидедихъди дидейрихъди ламрахъди ламарихъди Местн. III дидедик дидейрик ламрак ламарик Исх. III дидедикай дидейрикай ламракай ламарикай Нап. III дидедикди дидейрикди ламракди ламарикди Местн. IV дидеда дидейра ламра ламара Исх. IV дидедай дидейрай ламрай ламарай Нап. IV дидедал дидейрал ламрал ламарал Местн. V дидедилай дидейрилай ламралай ламарилай Исх. V дидедалди дидейралди ламралди ламаралди Нап. V дидедалди дидейралди ламралди ламаралди В именах II типа склонения, в отличие от I типа склонения, эргатив и местный IV па деж совпадают. По образцу II типа склонения изменяются также личные местоимения обоих чисел, возвратные местоимения ед. числа, количественные числительные.

Прилагательные ед. ч. мн. ч.

Им. яруди ‘красный’ ярубур Эрг. яруда ярубуру Род. ярудан ярубурун Дат. ярудаз ярубуруз Местн. Iярудав ярубурув Исх. I ярудавай ярубурувай Напр. I ярудавди ярубурувди Местн. II ярудахъ ярубурухъ Местн. III ярудак ярубурук Местн. IV яруда ярубура Местн. V ярудал ярубурал У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык Примечание: Прилагательные склоняются лишь при субстантивации. Причастие скло няется по образцу прилагательного. По этому образцу склоняются также субстантивиро ванные указательные, определительные, неопределенные, притяжательные местоимения.

Г л а г о л Ма с д а р авун ‘делать’, фин ‘идти’ Целевая форма Прош. I Причастие ийиз, физ авуна, фена авур, фейи Наст. I Наст. II Буд. Давнопрош. I Прош. III Давнопрош. III Прош. II ийизва, ийизма, ийида, авунай, авунва, авунама, авура, физва физма фида фенай фенва фенамай фея Прош. несов. I Прош. несов. II Прош. несов. III Давнопрош. II ийизвай, физвай ийизмай, физмай ийидай, фидай авунвай, фенвай Буд. предлож. I ийиди, фиди Буд. предлож. II ийидир, фидир Кроме перечисленных выше глагольных форм, в Л. я. встречаются и глагольные обра зования, играющие важную роль в организации придаточных предложений. Так, форма временного подчинения образуется при помощи аффикса -ла, присоединяемого к форме причастия прошедшего времени. Прич. къачур ‘взятый’ – къачурла ‘когда взял’, фейи ‘пошедший’ – фейила ‘когда пошел’ и др. Укажем также на формы ‘немедленности’, об разующиеся а) сочетанием аффикса -валди с формой причастия: тIуьр ‘съеденный’ – тIуьрвалди ‘как только съел’;

б) сочетанием целевой формы вспомогательного глагола ама ‘еще есть’ (амаз) с формами прош. I времени знаменательного глагола: къачуна ‘взял’ – къачунамаз ‘как только взял;

в) сочетанием целевой формы вспомогательного глагола ама амаз и целевой формы знаменательного глагола: нез – незамаз ‘как только съел’.

2.5.0. Морфосинтаксические сведения.

2.5.1. Типичной моделью структуры словоформы непроизводного имени является: ос нова (односложная или многосложная) + аффикс словоизменения;

словоформа произ водного имени состоит из корня + словообразовательный аффикс + косвенная основа + аффикс множественного числа + аффикс словоизменения;

для словоформы производного глагола характерны пространственный преверб + префикс повторяемости + корень + де терминант основы + показатель каузативности + время (наклонение). В целом в Л. я.

представлены только суффиксы. Исключение составляют глагольные превербы, см.

2.3.5.

2.5.2. Основные способы с л о в о о б р а з о в а н и я : суффиксация, основосложе ние, обособление, префиксация (лишь в области глаголов). Суффиксы существительных:

26 Нахско-дагестанские языки -а (хъурца ‘рысак’ – хъурц ‘рысца’):

-аг (къекъвераг ‘попрошайка’ – къекъуьн ‘прохажи ваться’), -ак, -ек, -ик (бицIек ‘малыш’ – бицIи ‘маленький’), -акь (тумакь ‘короткохво стый’ – тум ‘хвост’), -ал (кукIвал ‘заплата’ – кукIун ‘липнуть’, эчIел ‘прополка’ – эчIин ‘полоть’), -ац (яргъец ‘долговязый’ – яргъи ‘длинный’, кIулац ‘горбун’ – кIул ‘горб’), -уцI (ракьуцI ‘шлак’ – ракь ‘железо’):

-еч (нетIеч ‘вшивый’ – нет ‘вошь’):

-ечI (неречI ‘соп ляк’ – нер ‘нос’);

-уш (кIукIуш ‘макушка’ – кIукI ‘вершина’):

-бан (нехирбан ‘пастух’ – нехир ‘стадо’):

-вал (кесибвал ‘бедность’ – кесиб ‘бедняк’, -ви (дагъви ‘горец’ – дагъ ‘го ра’), -ган (хуруган ‘передник’ – хуру ‘ворот’):

-лух (ципицIлух ‘виноградник’ – ципицI ‘виноград’), -тI (сафутI ‘соломенная шляпа’ – саф ‘сито’):

-х (цIарх ‘царапина’ – цIар ‘линия’), -хъан (хпехъан ‘овцевод’ – хеб ‘овца’), -чи (багъманчи ‘садовод’ – багъ ‘сад’);

суффиксы прилагательных:

-ан (шазан ‘прошлогодний’ – шаз ‘в прошлом году’), -и (ме кьи ‘холодный’ – мекь ‘холод’), -ин (ичин ‘яблочный’ – ич ‘яблоко’):

-н (гилан ‘нынеш ний’ – гила ‘нынче’), -нин (цIинин ‘этого года’ – цIи ‘в этом году’), -у (цуру ‘кислый’ – цур ‘кизиловая патока’);

суффиксы наречий:

-ба (беркьвеба ‘слепо’ – буьркьуь ‘слепой’):

-да (кирида ‘напрокат’ – кири ‘плата’), -дай (эхирдай ‘к концу’ – эхир ‘конец’), -даказ (хъсандаказ ‘хорошо’ – хъсан ‘хороший’), -ди (йифди ‘всю ночь’ – йиф ‘ночь’), -диз (гуьрчегдиз ‘красиво’ – гуьрчег ‘красивый’), -з (экуьз ‘светло’ – экуь ‘светлый’), -кIа (цIийикIа ‘по-новому’ – цIийи ‘новый’), -ла (мекьила ‘с холоду’ – мекь ‘холод’), -ра (кьудра ‘четырежды’ – кьуд ‘четыре’);

глагольные суффиксы:

-ар (ацукьарун ‘посадить’ – ацукьун ‘сесть’), -ун (тIушунун ‘месить’ – тIуш гун ‘мять’). Основосложение: иричарар ‘сычуг’ (букв. ‘семь слоев’): пудфер ‘поминки’ (букв. ‘три ночи’), кьвечхел ‘развилка’ (букв. ‘две ветки’), кIелун ‘читать, учиться’ (кIел ‘чтение, учеба’ + ун < авун ‘делать’), мез-гъвел ‘умасливание’ (мез ‘язык’ + гъвел ‘крошка’). О префиксальном способе слово образования см. 2.3.5.

2.5.3. Л. я. относится к языкам эргативного строя. Различаются: номинативная, эрга тивная, дативная и локативная к о н с т р у к ц и и п р е д л о же н и я. В номинатив ной конструкции субъект при непереходных глаголах выступает в именительном падеже:

Аял кIвале ксанва ‘Ребенок дома спит’;

Исятда марф къвада ‘Сейчас дождь пойдет’;

Ам машинда аваз физва ‘Она на машине едет’. Эргативная конструкция включает имя субъ екта действия в эргативном падеже при переходных глаголах, а имя объекта в имени тельном: Бубади чар кихьизва ‘Отец письмо пишет’;

Тракторди ник цазва ‘Трактор поле пашет’;

Буьркьуьда буьруьуьдаз рехъ къалурзава ‘Слепой слепому путь указывает’. Да тивная конструкция предложения характеризуется тем, что при глаголах чувствования и внешнего восприятия имя субъекта оформляется в дательном падеже: Рушаз буба кIанда ‘Дочь любит отца’;

Гъуьрчехъандиз къуьр акуна ‘Охотник зайца увидел’;

Заз кицихъай кичIеда ‘Я собаки боюсь’. Локативная конструкция предложения используется при опре деленной группе глаголов: имя субъекта оформляется исходныи I падежом, и такое соче тание передает оттенок возможности, невозможности, непреднамеренности или случай ности действия: Дидедивай нек алахьна ‘У матери сбежало молоко’, Бубадивай кIелиз жеда ‘Отец может читать’ и др. (см. 2.5.4.). Порядок слов в простом предложении явля ется свободным, однако эта свобода условна, так как нарушение определенного порядка расположения членов предложения вызывает изменение оттенков значения. Более того, в отношении отдельных словосочетаний (ср. определительные словосочетания) вовсе не допускается изменение порядка слов. Обычный порядок слов: субъект – объект – преди кат. Определение обычно стоит перед определяемым. Возможные перестановки, что ха рактерно для поэзии, сценической речи и т. п., связаны с логическим ударением и влекут за собой изменение смысловых оттенков сообщения.

У. А. Мейланова, Э. М. Шейхов. Ахвахский язык Простое предложение делится на следующие типы: повествовательное, различающее утвердительное и отрицательное предложения;

вопросительное, образующееся интона цией, вопросительной частицей -ни (фидани? ‘пойдешь?’) и вопросительным словом (ме стоимением, наречием);

восклицательное;

повелительное, которое подразделяется на разрешительно-повелительное, желательно-повелительное и категорически повелитель ное и побудительное.

2.5.4. С л о ж н ы е п р е д л о ж е н и я представлены сложносочиненными и слож ноподчиненными. В паратаксисе связь между простыми предложениями может быть вы ражена морфологическим или лексическим путем, а также при помощи интонации. Су ществуют союзные и бессоюзные сложносочиненные предложения. Союзные сложносо чиненные предложения соединяются при помощи соединительных, разделительных и противительных союзов (ни ‘и’, ва ‘и’, гьам... гьам ‘и... и’, я ‘или’, амма ‘но’ и др.). При бессоюзном соединении предложений используются интонация и общность значения высказывания. Гораздо сложнее обстоит дело с проблемой гипотаксиса, вопрос о нали чии которого в дагестанских и некоторых других языках до сих пор не нашел полного разрешения. Наиболее употребительным видом выражения подчинительной связи явля ются конструкции с различными причастными, деепричастными и другими отглаголь ными формами. Под влиянием русского языка идет интенсивный процесс образования союзных слов. Сложноподчиненные предложения делятся на предложения с недостаточ ными придаточными особого типа (где сказуемое придаточного выражается причастны ми, деепричастными и масдарными оборотами) и предложения с вполне развитыми при даточными. Придаточные предложения делятся на подлежащие, сказуемые, дополни тельные, определительные, обстоятельственные (времени, места, образа действия, степе ни и сравнения, причины и цели), условные и уступительные.

2.6.0. В лексике Л. я. представлено множество заимствований из арабского, персид ского и тюркских языков. Основным источником обогащения лексики в советский пери од является русский язык, откуда заимствуется вся основная масса общественно политической, научной, научно-технической, хозяйственной терминологии. В опреде ленных случаях облик этих слов меняется в соответствии с нормами Л. я.: отбрасывают родовые окончания прилагательных (Совет власть), существительных (подлежащи, со брани), или калькируются руские слова и словосочетания (ср. звергун ‘воззвание’). Все это в значительной мере способствует развитию полного национально-русского двуязы чия.

2.7.0. Диалектный состав Л. я. выше в разделе 1.2.1. Здесь дадим краткое описание трех его основных наречий.

Кюринское наречие распространено на обширной территории, в долинах рек Гюльге ри-чай и Курах-чай, куда входят Сулейманстальский, Магарамкентский, Курахский и частично Хивский районы ДАССР. Свое название наречие получило от топонима “Кю ре”, которым издревле называлась эта территория. Одна из существенных особенностей наречия – наличие фарингализованного гласного переднего ряда аь. В наречии отсутст вует гласный ы, характерный для самурского наречия, а также лабиальный гласный о. В консонантизме кюринского наречия имеется звонкая шипящая аффриката дж и сохрани лась древняя свистящая аффриката дз. Особенностью этого наречия является соответст вие лабиализованных свистящих аффрикат и спирантов ццв, цв, цIв, зв, св лабиализован ным шипящим аффрикатам и спирантам самурского наречия: ччв, чв, чIв, жв, шв. Таким образом, кюринское и самурское наречия можно назвать соответственно свистящей и шипящей ветвями Л. я. Для кюринского наречия характерно наличие смычного -д в уни 28 Нахско-дагестанские языки версальном аффиксе -ди, которому в других наречиях соответствует звонкий -з (в отда ленных говорах дж;

ж, й), и смычного г в аффиксе локатива I, вместо в других наречий.

Сохранившийся здесь аффикс г, видимо, восходит к исконному фрикативному гг, сохра нившемуся лишь в реликтовом яркинском диалекте кюринского наречия. Средненебный й на конце глагольных форм кюринского наречия тий ‘был’, чидачий ‘не знал’, соответ ствующее вибранту р других наречий, является пережиточно сохранившимися здесь экс понентами грамматических классов. В кюринском наречии наблюдается тенденция к мо нофтонгизации дифтонгов гласный + й и гласный + гъ (сиваьаь ‘изо рта’ – сиваьй, гъуьлаьаь ‘змея’ – гъуьлаьгъ) и во многих случаях делабиализации лабиализованных. В кюринском наречии в ряде слов совпадают аффиксы эргатива и локатива IV, формы ука зательных местоимений лишены элемента н в конце слова, здесь зафиксировано архаи ческое прошедшее время глагола, образованное от причастия прош. вр., при помощи аф фикса йа/ра, а также будущее предположительное (жеди ‘будет’, ийиди ‘сделает’). В лексике кюринского наречия значительный интерес представляют диалектизмы, связан ные с особенностями экономики и жизненного уклада его носителей (терминология ков роткачества, названия ряда фруктов и ягод, названия камней, керамических и деревян ных изделий и т. д.).

Самурское наречие локализуется по правому течению реки Самур, в Ахтынском и До кузпаринском районах. Это наречие имеет свои особенности по сравнению с кюринским.

Звук аь лишен оттенка фарингальности и употребляется относительно редко. Очень час то встречается звук ы, имеющий здесь фонематическое значение. Аффрикаты дз и дж здесь спирантизованы: дз > з, дж > ж. Экспонентом лезгинского аффикса эргатива -ди здесь является -з: диде-зи ‘мать’ (эрг. п.), чIылавзи ‘черный’, екези ‘большой’. В вопро сительных наречиях и местоимениях в самурском наречии налицо спирант ф (вместо ла рингального спиранта гь кюринского наречия и литературного языка): фи ‘котороый?’ (гьи?), финава ‘где?’ (гьинава?). В самурском наречии отсутствуют варианты аффиксов эргатива -дзи, -джи, -чи, -чIи. Самурское наречие в отличие от кюринского не имеет прошедшего архаического и будущего предположительного времен;

в нем часто упот ребляются префигированные глагольные формы: самур. кухтун ‘подложить вновь’ (кюр.

кутун хъувун), самур. хъуьнеза ‘доест’ (кюр. нен хъийида). В лексике самурского наречия много специфических названий флоры и фауны, продуктов животноводства.

Кубинское наречие – условное название, объединяющее диалектные единицы распро страненные вне Дагестана, на территории ряда районов сев. Азербайджана. Это наречие изучено слабо. По предварительным сведениям оно занимает промежуточное положение между кюринским и самурским наречиями. В его диалектах и говорах встречаются осо бенности обоих названных выше наречий с уклоном в сторону того или другого, а ино гда и смешения их специфических черт, что подтверждает гипотезы о миграциях и сме шении в разные исторические эпохи носителей диалектов и говоров всего языка, в осо бенности на этой территории. Однако, в отличие от кюринского и самурского наречий кубинское имеет и характерные только для него особенности, что дало возможность вы делить его в особое наречие. Специфическими являются здесь нехарактерные для лез гинского языка о;

-джи – аффикс эргатива (кюр. -ди, самур. -зи), формант гъ в аффиксе исходных падежей, полная утеря направительных падежей и др. Кубинское наречие ис пытало заметное влияние азербайджанского языка.

Л И Т Е Р А Т У Р А Абдулжамалов Н. А. Фийский диалект лезгин- Жирков Л. И. Грамматика лезгинского языка.

ского языка (Особенности консонантизма. Система Махачкала, 1941.

глагола). Махачкала, 1955. Мейланова У. А. Морфологическая и синтаксиче Алексеев М. Е., Шейхов Э. М. Лезгинский язык. ская характеристика падежей лезгинского языка.

М., 1997. Махачкала, 1960.

Гаджиев М. М. Синтаксис лезгинского языка. Мейланова У. А. Очерки лезгинской диалектоло Ч. I. Простое предложение. Махачкала, 1964. гии. М., 1964.

Гаджиев М. М. Синтаксис лезгинского языка. Мейланова У. А. Лезгинский язык // Языки наро Ч. II. Сложное предложение. Махачкала, 1963. дов СССР, т. IV, М., 1967.

Гайдаров Р. И. Ахтынский диалект лезгинского Мейланова У. А. Гюнейский диалект – основа языка (по данным речи с. Ахты). Махачкала, 1961. лезгинского литературного языка. Махачкала, Гайдаров Р. И. Лексика лезгинского языка. Ма- г.

хачкала, 1966. Талибов Б. Б. Русско-лезгинский словарь. Махач Гайдаров Р. И. Лексика лезгинского языка. Ма- кала, 1992.

хачкала, 1977. Талибов Б. Б., Гаджиев М. М. Лезгинско-русский Гайдаров Р. И. Введение в лезгинскую онома- словарь. М., 1966.

стику. Махачкала, 1996. Топуриа Г. А. Основные морфологические кате Гюльмагомедов А. Г. Основы лезгинской фразео- гории лезгинского глагола. Тбилиси, 1959.

логии. Махачкала, 1978. Услар П. К. Этнография Кавказа. Языкознание.

Гюльмагомедов А. Г. Фразеология лезгинского Кюринский язык. Тифлис, 1896.

языка. Махачкала, 1990. Шейхов Э. М. Сравнительная типология лезгин Генко А. Н. Материалы по лезгинской диалекто- ского и русского языка. Морфология. Махачкала, логии. Кубинское наречие. // Изв. АН СССР, Отд. 1993.

гуманит. наук. Л., 1929. Haspelmath M. A grammar of Lezgian. Berlin – Жирков Л. И. Законы лезгинского ударения // New York. 1993.

Язык и мышление, т. X, М.-Л., 1940. Moor M. Studien zum lesgischen Verb. Wiesbaden:

Otto Harrassowitz, 1985.

Б. Г.-К. Ханмагомедов ТАБАСАРАНСКИЙ ЯЗЫК 1.1.0. Общие сведения.

1.1.1. Табасаранцы называют себя табасаранар ‘табасараны’, а свой язык – та басаран чIал ‘табасаранский язык’. Вариантов названия не имеет.

1.1.2. Т. я. относится к лезгинской группе дагестанских языков.

1.1.3. Табасаранцы – шестая по численности народность Дагестана. По переписи 1989 года, табасаранцев насчитывалось 98 тыс. чел. Исторически они населяли два рай она Южного Дагестана – Табасаранский и Хивский. Немало табасаранцев проживает в пределах Дербентского района Дагестанской АССР, а также в городах и рабочих посел ках республики.

1.2.0. Лингвогеографические сведения.

1.2.1. В Т. я. два резко противопоставленных друг другу диалекта: северный и южный. В составе каждого диалекта различаются говоры. Особо отличается этегский, который относится южному диалекту, но некоторыми исследователями рассматривается как самостоятельный диалект. Выделяется также говор с. Дюбек, имеющий значитель 30 Нахско-дагестанские языки ные оообенности в фонетике, морфологии и лексике и относящийся к северному диалек ту. Своеобразен и говор с. Чувек.

1.3.0. Социолингвистические сведения.

1.3.1. Т. я. – младописьменный. До революции значительное число взрослого на селения владело соседними азербайджанским и лезгинским языками. В настоящее время широко распространено и знание русского языка.

1.3.2. В основу литературного Т. я. лег нитрикский говор южного диалекта с включением некоторых элементов северного диалекта. В настоящее время на Т. я. ведут ся республиканские и районные радиопередачи, осуществляется обучение в школе. На нем издаются школьные учебники, учебно-методическая литература, ежегодный альма нах табасаранской литературы Литературйин Табасаран (“Литературный Табасаран”), журнал Дагъустан дишагьли (“Женщина Дагестана”), районные газеты Октябрин акв (“Свет Октября”) и Табасарандин нурар (“Зори Табасарана”), произведения табасаран ской и переводной литературы.

1.3.3. На Т. я. осуществляется обучение в начальной школе. В старших классах восьмилетней и средней школы Т. я. и литература изучаются как школьные предметы.

1.4.0. Письменность на Т. я. была основана в 1932 г. на основе латинской графи ки, а в 1938 году переведена на русский алфавит.

Обилие согласных в Т. я. затрудняет их обозначение на письме в рамках приня того алфавита. Для ряда фонем нет специальных обозначений.

1.5.0. В истории Т. я. выделимы два периода: дописьменный и письменный (с 1932 г.). Дописьменный период характеризуется ограниченностью его общественных функций, разобщенностью диалектов и говоров, отсутствием единых норм речи. Пись менный период характеризуется становлением норм литературного языка, развитием разножанровой литературы, расширением его общественных функций.

1.6.0. Из структурных явлений, обусловленных внешнеязыковыми контактами, можно отметить такие, как сингармонизм гласных (под влиянием азербайджанского язы ка), развитие в литературном языке некоторых типов сложноподчиненных предложений (под влиянием русского языка) и др.

2.0.0. Лингвистическая характеристика.

2.1.0. Фонологические сведения.

Фонемный состав Т. я. характеризуется развитой системой консонантизма при сравнительной бедности вокализма.

В Т. я. шесть основных гласных: а, и, э, у, уь, аь (гласные э, уь, аь по сущест вующей орфографии в позиции после согласных обозначаются соответственно через е, ю, я). Гласные а, и, э, у почти не отличаются от соответствующих гласных русского язы ка. Гласные уь/ю/ и аь/я/ представляют собой фарингализованные варианты у и а, кото рые выступают как самостоятельные фонемы: урхуб ‘читать’ – уьрхюб ‘хранить’, аргъуб ‘остывать’ – аьргъюб ‘опухать’.

Таблица гласных Передний ряд Задний ряд Верхний подъем и, уь у Средний подъем э Нижний подъем аь а Имеется также узкий лабиализованный гласный, графическое обозначение кото рого совпадает с обозначением фарингализован-ного уь/ю/: уьл ‘хлеб’, уьрдег ‘утка’, дюз Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык ‘правильно’. Он встречается преимущественно в заимствованиях из азербайджанского языка и не имеет фонематического значения. В русских заимствованиях встречаются также гласные о, ы. Долгие и краткие (редуцированные) гласные, встречающиеся чаще всего в говорах, не являются самостоятельными фонемами. Они представляют собой ре зультат различных фонетических изменений, обычно связанных с перемещением ударе ния с основы слова на окончание.

Очень сложна в Т. я. система согласных. В консонантизме представлены четве ричная система смычных и аффрикат, двоичная система спирантов, лабиализованные и дентолабиализованные согласные, что резко отличает его от систем согласных других лезгинских языков.

Со г л а с н ые Смычные Аффрикаты Спиранты Сонор Звон- Приды- Непри- Абруп- Звон- Приды- Непри- Абруп- Звон- Глу- ные кие хат. дыхат. тивы кие хат. хат. тивы кие хие Губные б п пп пI в ф м Зубные д т тт тI дз ц цц цI з с н Альвео- дж ч чч чI ж ш р, л лярные Дентола- джв чв ччв чIв жв шв биализо- ванные Средне- й язычные Задне- язычные нелаби- г к кк кI гг хь ализованные лаби- гв кв ккв кIв ализованные Увулярные Нелаби- хъ къ кь гъ х ализованные Лаби- хъв къв кьв гъв хь ализованные Ларингальные ъ гь 2.1.2. Ударение в Т. я. часто играет смыслоразличительную роль: у2бжуб ‘утрамбо вать’ – убжу2б ‘испечь’, и2лдицну ‘повернувшись’ – илди2цну ‘повернулся’. В отличие от близкородственных языков, в Т. я. ударение подвижное. При изменении слова ударе ние часто перемещается на последний слог: душма2н ‘враг’ – душмна2р < душмана2р ‘враги’ и т. д.

Для Т. я. характерен своеобразный сингармонизм гласных – в многосложных глаголь ных формах глагольные превербы получают огласовку в зависимости от гласного в кор не глагола: эуб ‘сесть (во что-то)’ – эдеуб ‘высадиться’, эдреуб ‘не садиться’, эдедеуб ‘не высаживаться’, меэдеан ‘не высаживайся’;

ипуб ‘бросить (во что-то)’ – идипуб ‘выбро сить’, идидипуб ‘не выбрасывать’, миидипан ‘не выбрасывай’ и т. д. Сингармонизм глас 32 Нахско-дагестанские языки ных по ряду встречается редко и обычно в форме мн. числа существительных: укI ‘трава’ – укIа2р, кIан ‘дно’– кIана2р, но уьл ‘хлеб’– уьле2р < уьла2р, пеъ ‘курица’– пеэ2р < пеа2р.

2.1.3. Позиционные фонетические изменения связаны с перемещением ударения. При его утрате гласные, как правило, полностью редуцируются: ляхи2н ‘работа’ – ляхни2 < ляхини2, хьадука2р ‘весна’ – хьадукра2р < хьадукара2р. Иногда при редукции утратив шего ударение гласного предшествовавший ему согласный лабиализуется: жаку2л ‘кук ла’ – жаквли2 < жакули2, ярку2р ‘лес’ – ярквру2 < яркуру2. Часто редукция гласных бы вает неполной. При редукции гласных звонкие согласные в позиции после глухих оглу шаются: зигу2б ‘тянуть’ – хъцигу2б < хъизигу2б ‘подтолкнуть’;

бикIу2б ‘писать’ – кпикIу2б < кибикIу2б ‘переписать’. Иногда имеет место ассимиляция согласных звуков, большей частью прогрессивная: уьлла < уьлра, дугъанна < дугъанра, къанна < къабна и т. д.

2.1.4. Фонетическая структура слога характеризуется отсутствием стечений согласных в начале слова, в то время как в конце консонантные комплексы весьма нередки (марчч ‘овца’, гунтI ‘бугор’, шарш ‘чеснок’). При стечении двух или трех согласных в середине слова один иди два из них относятся к первому слогу, а последний – ко второму: мукь мар ‘мелодии’, барх-лар ‘паласы’. Наиболее типичной моделью открытого типа слога является сочетание ‘согласный + гласный’ (СV), а закрытого типа слога – согласный + гласный + согласный’ (CVC). В словах преобладают закрытые слоги, что обусловлено обилием в языке согласных.

2.2.0. Морфонологические сведения.

2.2.1. Фонологическая структура морфем в Т. я. имеет различные модели: CV (ма-ахан ‘не спи’), VC (гъул’-ан ‘из села’), V (а-дахь ‘высыпь’/, С (к-титуб ‘рассказать’).

Морфемы с сонорными (р, н, л, м), а также морфемы, состоящие из согласных д, б, в, й, обычно выступают в древнейших гра-мматических категориях класса, числа, па дежа, времени.

2.2.2. Фонемы, выступающие в качестве показателей различных грамматических категорий (д, б, в, й, м, н, р, л), не встречаются в глагольных корнях, а в корнях сущест вительных (в диалектных формах) часто выпадают: деркку – декку ‘тетива’, кьюркь – кьюкь ‘узелок’ и др.

2.2.3. Чередование фонем в Т.я встречается весьма редко (в супплетивных фор мах) и особого значения в языке не имеет.

2.3.0. Семантико-грамматические сведения.

Морфологический тип Т. я. преимущественно агглютинативный. Это наиболее наглядно проявляется при образовании падежных форм имени и различных глагольных форм: ул ‘глаз’, улар ‘глаза’, уларин ‘глазной’, улариан ‘из глаз’, уларигьинди ‘к глазам’;

илип ‘накинь’, миилипан ‘не накидывай’, миилипанай ‘не накидывайте’, илилипуб ‘не на кидывать’ и т. д. Бросается в глаза и высокая степень аналитичности: уч апIуб ‘собрать’, уч апIури хьуб ‘собирать’ (букв. ‘собирая бывать’), лихури аза ‘работаю’ (букв. ‘я работая есмь’) и т. д. В литературном языке сильна тенденция к стяжению аналитических форм:

лихури аза > лихураза ‘работаю’, улигь гьайи ‘впереди находящийся’ > улигьайи ‘перед ний’, башакк ккадру ‘ни к чему не годный’ > башаккадру ‘никчемный’, гъюз имбу ‘пред стоящий прийти’ > гъюзимбу ‘будущее’, хьур гъапи ‘пять сказанный’ > хьурпи ‘пятый’ и т. д.

2.3.1. В Т. я. представлены следующие части речи: имена существительные, при лагательные, числительные, местоимения, глаголы, наречия, союзы, частицы, послелоги Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык и междометия. Для имен и местоимений характерно наличие категории класса, падежа и числа, а для глагола – лица, числа и класса. Некоторые отглагольные именные и субста тивированные формы глагола, сохраняя глагольное согласование в классе и числе, могут одновременно и склоняться: жабгъувал (жаргъувал) ‘бег’ – жабгъували (эрг. п.)., жабгъувализ (дат. п.), убгруб (ургруб) ‘горючее’ – ургрудар (им. п. мн. числа) и т.д.

Род. падеж существительных выступает в качестве относительных прилагатель ных: рукь ‘железо’– рукьан ‘железный’, баб ‘мать’– бабан ‘родной’ и др.. Роль род. па дежа от личных местоимений выполняют притяжательные местоимения: узу ‘я’ – йиз ‘мой’, уву ‘ты’ – яв ‘твой’, думу ‘он’ – дугъан ‘его’ и др. Некоторые формы местных па дежей существительных переходят в наречия места, времени и образа действия: хьадукра ‘весной’ из хьадукраъ (эссив I серии), кIваълан ‘наизусть’ (аблатив VII серии от юкIв ‘сердце’) и т.д. В качестве послелогов также выступают различные падежные формы, что свидетельствует о том,что эта часть речи находится в стадии своего становления: ср.

улигь ‘перед’ – эссив II серии от ул ‘глаз’, кьяляхъ ‘после’ – эссив IV серии от кьял ‘пояс ница’ и др. Эти формы выступают в качестве послелогов только при существительных, а при глаголах они выступают как наречия, ср.: хулан улигь ‘перед домом’– улигь гъягъюб ‘идти вперед’ и т.д.

2.3.2. Различаются два именных класса: класс разумных существ (человек и ра зумные существа: Бог, ангелы, архангелы и др.) и класс неразумных существ (животный мир и различные неодушевленные предметы). Таким образом, принадлежность имени к тому или иному классу выявляется семантически. Грамматически классная принадлеж ность имени определяется по согласованию с ним других частей речи посредством класс ных показателей, которые выступают в глаголах инфиксально (реже и префиксально), а в прилагательных, числительных и местоимениях – суффиксально. При этом согласование по классу происходит только в форме ед. числа, а мн. число обоих классов совпадает с формами ед. числа первого класса: бай гьергра ‘мальчик бежит’, дай гьебгра ‘жеребенок бежит’, баяр (даяр) гьергра (то же мн. ч.);

риш дис ‘держи девочку’, хил бис ‘держи руку’, шубар (хилар) дис ‘держи девочку (руки)’;

сар кас ‘один человек’, саб личI ‘одна телка’, садар мярхяр ‘одни сани’, ужур дуст ‘хороший друг’, ужуб палат ‘хорошая одежда’, ужудар ляхнар ‘хорошие дела’;

мицир юлдаш ‘такой товарищ’, мициб мутму ‘такая вещь’, мицдар йигъар ‘такие дни’ и т. д.

Прилагательные (за исключением двух, см. 2.3.7.), а также некоторые разряды местоимений, в отличие от числительных, в определительной функции не согласуются с существительным в классе и числе: ср. аьхю бай ‘большой парень’, аьхю гьар ‘большое дерево’, аьхю хулар ‘большие дома’, дугъан дуст ‘его друг’, дугъан туп ‘его мяч’;

но сар кас ‘один человек’, саб кIари ‘один теленок’, садар йицар ‘пара волов’и др.

Категория одушевленности в Т. я. выступает как категория личности, так как во прос ‘кто?’ ставиться только к человеку, ср.: фуж? ‘кто?’ – чи ‘сестра’, аба ‘дед’, гъунши ‘сосед’, иццурайир ‘больной’ и др., но вопрос фу? ‘что?’ может относиться к таким сло вам, как гъютIрахьим ‘ёжик’, писинчI ‘ласточка’, мизмиз ‘комар’, гъарз ‘скала’, шид ‘во да’ и др.

2.3.3. В Т. я. различаются два числа – единственное и множественное. Мн. число имен существительных образуется от формы единственного посредством суффикса -ар, который в зависимости от характера корневых гласных может измениться в аьр (-яр), -эр (-ер), йир < йар: вич ‘яблоко’ – вичар, нюрх ‘полба’– нюрхяр, сес ‘звук’ – сесер, мяъли ‘песня’ – мяълийир и др. В многосложных словах, в связи с перемещением ударения на последний слог гласный звук в предыдущем слоге обычно выпадает: сурсу2л ‘рожь’ – 34 Нахско-дагестанские языки сурсла2р, мурку2л ‘палец на ноге’ –муркла2р, арфани2 ‘огурец’ – арфанйи2р и др. Суб стантированные части речи (отглагольные формы при этом суффиксально принимают вторые классные показатели) перед показателем множественности -ар классные показа тели б, р меняют на д: кIаруб ‘черное’, кIарур ‘смуглый’ – кIарудар, ебгруб ‘попрыгунья’ – ергрур ‘прыгун’ – ергрудар, ихьур ‘нашенский’, ихьуб ‘наше’ – ихьдар и т. д.

В глаголах категория числа выражается посредством префиксальных или инфик сальных классных показателей: луф бисуб ‘голубя поймать’ – луфар дисуб ‘голубей ло вить’, гьяйван жабгъуб ‘гнать коня’ – гьяйвнар жаргъуб и др. Довольно часто в глаголах инфиксальный показатель класса разумных существ и множественного числа -р выпада ет (абгуб – агуб ‘искать’, либхуб –– лихуб ‘работать’, либгуб – лигуб ‘смотреть’, либцуб – лицуб ‘ходить’ и др.), так как при двух классах можно обойтись показателем одного из них. Отдельные глаголы имеют для множественного числа отличные от класса разумных существ формы: ср. швеъ йибкIуб ‘медведя убить’, душман йикIуб ‘врага убить’, швеэр (душмнар) йихуб ‘медведей (врагов) убить’ и др.

2.3.4. В Т. я. имеется сильно развитая система склонения, в которой различаются основные и местные падежи. Склонение строится по принципу “двух основ”. Им. падеж является основой для эргативного, который в свою очередь выступает в качестве основы остальных косвенных падежей. Эргатив в единственном числе образуется посредством присоединения к форме им. падежа показателей -и, -у, -ди, -йи, -ри, -ли, -ни, -ну, -ру и -лу, в соответствии с которыми различаются десять типов образования основы косвенных падежей: ул ‘глаз’ – ули, сул ‘лиса’ – сулу, никк ‘молоко’ – никкди, хара ‘куча’ – харайи, лик ‘нога’ – ликри, жакьв ‘птица’ – жакьвли, ушв ‘рот’ – ушвни, гаф ‘слово’ – гафну, люкь ‘орел’ – люкьру, микI ‘ветер’ – микIлу. Во множественном числе эргатив образуется от формы им. падежа посредством показателя -и. В остальных падежах единственное и множественное число своими признаками не различаются. От эргатива присоединением н образуется род. падеж и посредством -з – дат. падеж: лик ‘нога’ – ликри (эрг.) – ликрин (род.) – ликриз (дат.);

ликар ‘ноги’ – ликари(эрг.) – ликарин (род.) – ликариз (дат.).

В Т. я. представлены абстрактные падежи (именительный, эрга-тивный, роди тельный, дательный).

Им. падеж в предложении обычно оформляет подлежащее при непереходных глаголах, прямое дополнение при переходных глаголах (риш даахна ‘девочка спит’, бабу риш гъахура ‘бабушка несет девочку’).

Существительные в эрг. падеже в предложении с переходным глаголом сказуемым являются подлежащими (учители дарс кивра ‘учитель преподает урок’).

Род. падеж образуется прибавлением к форме эрг. падежа аффикса -н (гату ‘кошка’ – гатдин ‘кошки’).

Дат. падеж образуется прибавлением к форме эрг. падежа аффикса -з (бали ‘ мальчик ‘ – бализ ‘мальчику’ ).

Литературный Т. я. различает семь серий местных падежей, выражающих раз личное положение предмета в пространстве по отношению к другому предмету: 1) внут ри (показатель ъ);

2) около, перед (показатели гъ, хь);

3) на боковой поверхности (показа тель к);

4) за, позади (показатель хъ);

5) под (показатель кк);

6) между, среди (показатель гъ);

7) на, над (показатель ин//ил).

В каждой серии шесть местных падежей, образующих шесть групп по характеру движения предмета в пространстве. Первая группа – падежи покоя (эссивы) образуются от основы эрг. падежа посредством показателей соответствующих серий: I серия цали-ъ ‘в стене’, II серия цали-хь(гь) ‘у стены’, ‘перед стеной’, III серия цали-к ‘на боковой по Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык верхности стены’, IV серия цали-хъ ‘за стеной’, V серия цали-кк ‘под стеной’, VI серия цали-гъ ‘между стеной’ (частями стены), VII серия цали-ин (< цади-ил) ‘над стеной’.

Эта группа местных падежей является основой для образования остальных, сложных по своему строению групп. От местных падежей покоя посредством показате лей -ан, -на и -ди образуются соответственно исходные (аблативы), направительные (ла тивы) и сопроводительные (комитативы) падежи: цалихъ ‘за стеной’ – ца-лихъан ‘из-за стены’ – цалихъна ‘за стену, цалихъди ‘по-за-стеной’ и т.д. от всех серий. Посредством показателя -ди уже от исходных и направительных падежей образуются соответственно директивы удаления и приближения, обозначающие общее направление от предмета и к нему: хулхьан ‘от дома’ – хулхьанди ‘в направлении от дома’, хулахьна ‘к самому дому – хулахьна-ди ‘по направлению к дому’.

2.3.5. Категория лица характерна для местоимений и глагола. Личные местоиме ния 1 и 2 лица (узу ‘я’, у-ву ‘ты’, ухьу ‘мы’ – инклюзив, учу ‘мы’ – эксклюзив, учву ‘вы’) в несколько измененном виде выступают и в качестве личных окончаний глагола: узу ли хура-за ‘я работаю’, уву лихура-ва ‘ты работаешь’, учу лихура-ча ‘мы работаем’, ухьу ли хура-хьа ‘мы с вами работаем’, учву лихура-чва ‘вы работаете’. В качестве личного ме стоимения 3 лица выступает указательное местоимение думу ‘он’(< ‘тот’), дурар ‘они’ (< ‘те’): думу лихура ‘он работает’, дурар лихура ‘они работают’ (глагол в 3 л. личных окон чаний не имеет).

Табасаранский глагол имеет сложную систему времен. Большинство их форм исторически образовано от деепричастия. Различаются два вида деепричастия: продол жительное, близкое к русскому деепричастию несовершенного вида, и однократное, близкое к деепричастию совершенного вида. Первое образуется регулярноот основы гла гола посредством суффиксов -ури, -уьри (-юри), апIуб ‘делать’ – апIури ‘делая’, гъядягъ об ‘выбирать’ – гъядягъюри ‘выбирая’. В тех случаях, когда ударение падает не на суф фикс, а на основу, у в суффиксе деепричастия выпадает: дипуб ‘бросить’ – дипри ‘бро сая’. Деепричастие однократное образуется от глаголов с превербами посредством суф фикса -ну, а от остальных глаголов – посредством суффикса -ну и префикса д- (иногда с последующим гласным, соответствующим корневому гласному): алагъу2б ‘вынести’ – а2дагъну ‘вынесши’, урзу2б ‘посеять’ – ду2рзну ‘посеяв’, бикIу2б ‘написать’ – ди2бикIну ‘написав’. При этом обычно ударение с конечного слога переходит напервый.

Настоящее время глагола образуется от продолжительного деепричастия + на стоящее время глагола-связки: гъюри а ‘идя есть’. Однако чаще употребляется стяженная форма глагола – гъюра ‘идет’. Кстати, это относится и к прочим временам, образован ным от деепричастий.

Будущих времен три: будущее категорическое, будущее некатегорическое и бу дущее общее. Первые два образуются посредством суффиксов -иди и -ур/-юр: лихуб ‘ра ботать’ – лихиди ‘поработает’ – лихур ‘возможно, поработает’, гъюб ‘прийти’ – гъиди ‘придет’, гъюр ‘возможно, придет’. Будущее общее время также строится на базе про должительного деепричастия и будущего времени глагода-связки: лихури ву > лихуру ‘он, вообще, поработает’. Характерно, что это время очень часто употребляется и в значении общего времени: думу гизаф лихуру ‘он много работает’ (вообще).

В Т. я. семь форм прошедшего времени. Из них две формы –перфект и прошед шее повествования – образуются соответственно посредством суффиксов -ну и -у, при чем в глаголах без превербов добавляется еще префикс гъ- (иногда с последующим глас ным): ккадабкуб ‘опрокинуть’ – ккадабкну, ккадабку ‘опрокинул’, абгъуб ‘остыть’ – гъабгъну, гъабгъу ‘остыл’, лигуб ‘смотреть’ – гъилигну, гъилигу ‘посмотрел’. От перфекта 36 Нахско-дагестанские языки и прошедшего времени глагола-связки образуется давнопрошедшее время: гъилицнийи < гъилицну вуйи ‘ходил’. Остальные четыре формы прошедшего времени, образуемые от обоих видов деепричастия (по две от каждого), выражают различные временные оттенки, характер которых недостаточно изучен и трудно поддается определению: лицу-йи (< лицури вуйи ‘ходил вообще’, лицурайи (< лицури айи) ‘ходил в тот момент’, дилицна (< дилицну а) ‘уже ходил’, дилицнайи (< дилицну айи) ‘уже ходил к тому моменту’ (см.

2.4.0.).

С деепричастиями связано также образование некоторых причастных форм. Две формы прошедшего времени глагола, основанные на базе деепричастий совершенного и несовершенного вида, употребляясь в определительной функции, выступают как причас тия с тем же значением. Ср.: ляхин дапIнайи ‘работа была уже сделана’ – дапIнайи ляхин ‘уже сделанная работа’, бали гакIвлар гъахурайи ‘мальчик носил дрова’ – бали гъахурайи гакIвлар ‘мальчиком носимые дрова’.

Третья форма причастия прошедшего времени совпадает с формой глагола про шедшего повествования: бай гъажаргъу ‘мальчик побежал’ – гъажаргъу бай ‘побежав ший мальчик’. Четвертая форма причастия образуется от основы глагола посредством суффикса -ру и имеет значение общего времени, т.е. может относиться ко ко всем време нам, что делает эти причастия семантически близкими к прилагательным: лихру кас ‘ра ботающий, трудящийся человек’, убцру жук ‘обжигающий, горячий суп’.

Причастные формы, подобно прилагательным и другим именным частям речи, могут субстантивироваться (при этом они приобретают уже вторые классные показатели:

лихру ‘трудящийся’ – лихрур ‘работяга’, либхруб (то же – о животном);

жаргъурайир ‘бе гущий’ (человек), жабгъурайиб ‘бегущее’ (животное).

Глагол во всех временах принимает те же личные окончания, что и в настоящем времени.

Отрицательные формы образуются от всех форм глагола посредством отрица тельной частицы дар ‘не есть’. В личных формах она присоединяется к концу основы глагола: гъафну ‘он пришел’ – гъафундар ‘он не пришел’, гъафунза ‘я пришел’ – гъа фундарза ‘я не пришел’. В других формах она выступает префиксально или инфиксаль но, подвергаясь при этом некоторым изменениям: апIуб ‘делать’ – дарапIуб ‘не делать’, бикIуб ‘писать’ – дибрикIуб ‘не писать’. В трехсложных глаголах с превербами отрица тельные формы образуются посредством редупликации второго слога: илипуб ‘набро сить’ – илилипуб ‘не набросить’, алабхьуб ‘насыпать’ – алалабхьуб ‘не насыпать’.

2.3.6. Табасаранский глагол различает изъявительное, вопросительное, условное, побудительное, и повелительно-запретительное наклонения: Муса лихура ‘Муса работа ет’ (изъяв.) –Муса лихурайин? ‘Муса работает ли?’ (вопросит.) – Муса гьилихнийиш ‘Если бы Муса поработал’ (услов.) – Муса, гъач лихухьа! ‘Муса, давай поработаем!’ (побудит.) – Муса лихри ‘Муса пусть работает’ – Муса, милихан! ‘Муса, не работай!’’ (повелитель но-запретительное).

Для глагола характерна категория переходности/непереходности. При непере ходном глаголе субъект действия выступает в им. падеже: сул гъебгра ‘лиса убегает’ (со гласование в лице, классе, числе). Переходный глагол образует трехчленную синтагму:

субъект действия стоит в эргативе, объект – в им. падеже, глагол согласуется с объектом в лице, числе, с объектом – в классе и числе: сулу гъюр гъи-б-исну ‘лиса поймала зайца’, узу луфар гъи-д-исун-за ‘я поймал голубей’.

Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык Небольшое число глаголов является лабильными (переходно-непереходными);

йибкIуб ‘умирать’ и ‘убивать’, убжуб ‘жарить’ и ‘поспевать’ и др. Ср. жанавар гъабкIну ‘волк околел’ – хюрчабни жанавар гъабкIну ‘охотник волка убил’ и др.

Залоги в Т. я. не различаются. Нет также категории вида. Оттенки, передаваемые категорией вида в русском языке (в частности, многократность, длительность действия), передаются различными аналитическими временными формами глагола типа гъюри хьуб (букв. ‘приходя бывать’) ‘хаживать’, лигури хьуб (букв. ‘смотря бывать’) ‘посматривать’ и др.

2.3.7. В Т. я., как было отмечено, выделяются следующие части речи: имена су ществительные, прилагательные, числительные, местоимения, глаголы, наречия, союзы, частицы, послелоги и междометия.

Основные грамматические категории имени и глагола описаны выше. О сущест вительном нужно сказать ещё, что оно в некоторых случаях выступает и в роли относи тельного прилагательного, что, по всей вероятности, связано с влиянием азербайджан ского языка: тюрк чIал ‘турецкий язык’, социалист уьлкйир ‘социалистические страны’, Хив район ‘Хивский район’, баб ватан ‘родина-мать’ и т. д. Некоторые из них стали употребляться как обычные прилагательные: игит, -риз, -ар ‘герой, герою, герои’ – игит, -уб, -ур, -дар ‘героический, -ая, -ое, -ие’ и др. Обычно же относительные прилагательные передаются род. падежом существительного, который в Т. я. в отличие от остальных па дежей может субстантивироваться и склоняться как самостоятельная лексема: баб ‘мать’ – бабан чIал ‘родной язык’, бабануб ‘родное’–бабанубди (эрг. п. ед. ч.) – бабандар ‘род ные’ (им. п. мн. ч.) и т. д. В своем собственном значении форма род. падежа она в соче тании с послелогами употребляется преимущественно для передачи многочисленных ме стных падежей, которые она частично вытесняет из языка: хулаъ – хулан айитI ‘в доме’, хулагь – хулан улигь ‘перед домом’, хулахъ – хулан кьяляхъ ‘за домом’ и т. д. Один из ме стных падежей – латив I серии почти вытеснен дат. падежом: хулаз ‘домой’ вм. хулаъна, чюлиз ‘в поле’ вместо чюлиъна и т. д.

Прилагательные, как было отмечено, в определительной функции не согласуют ся с существительными в классе и числе, за исключением двух прилагательных, которые без классных показателей не употребляются: ужуб, ужур, ужудар ‘хороший’ и уччвуб, уччвур, уччвудар ‘красивый’. Остальные прилагательные принимают классные показате ли только при их субстантивации: бицIиб ‘малое’, бицIир ‘малыш’, бицIидар ‘детвора’ и т. д. Некоторые прилагательные имеют парные формы, употребление которых факульта тивно: ягъли – ягъал ‘высокий’, гужли – гужал ‘сильный’, кIубни – кIубан ‘смелый’ и др.

Степеней сравнения прилагательное в Т. я. не имеет.

Для числительных в Т. я. характерна десятиричная система счета и употребление при некоторых существительных временного значения показателя множественности -д и в единственном числе, ср.: са-б жихир ‘одна груша’, са-р кас ‘один человек’, са-д йигъ ‘один день’ и др. Наблюдается также тенденция к утрате классных показателей – десят ки, начиная с тридцати, классов не различают: сумцIур кас ‘тридцать человек’, сумчIур пеъ ‘тридцать куриц’, сумчIур йигъ ‘тридцать дней’ и др. Порядковые числительные об разуются от количественных посредством суффикса -пи и при субстантивации принима ют вторичные классные показатели: сар ‘один’ – сарпи, сарпир ‘первый’, саб – сабпи, сабпиб и т.д. Субстантивированные числительные склоняются подобно существитель ным: сар ‘один человек’ (‘некто’) – сари (эрг. п.), садар ‘одни’ – садариз ‘одним’, сабпиб ‘первое’ – сабпибди (эрг.п.) и т. д.

38 Нахско-дагестанские языки Из разрядов местоимений в Т. я. наиболее интересны личные местоимения: узу ‘я’, уву ‘ты’, думу ‘он’, учу ‘мы’ (эксклюзив), ухьу ‘мы’ (инклюзив), дурар ‘они’. Личные место имения 1 и 2 л. обоих чисел имеют единую форму для им. и эрг. падежей, однако, разли чаются вопросами, которые к ним ставятся, например: узу (фуж?) даахназа ‘я сплю’ (фуж? ‘кто?’ – вопросительное местоимение в форме им. падежа) – узу (шли?) бикIураза ‘я пишу’ (шли? – форма эргативного падежа от фуж?). Личное местоимение 3 л. ед. ч.

думу различает две формы эрг. падежа: думу – дугъу (эрг. п. I кл.) и диди (эрг.п. II кл.).

Различаются также местоимения возвратные (учв ‘сам’, чиб ‘сами’), вопросительные (фу? ‘что?’, фуж? ‘кто?’ и др.), отрицательные (фукIа ‘ничто’, ‘никто’ и др.), неопреде ленные (фуж-вуш ‘кто-то’, фу-вуш ‘что-то’, фициб-вуш ‘какой-то’ и др.). Представляют интерес и указательные местоимения. Посредством указательных местоимений различа ется местонахождение предмета в пространстве: му ‘этот’ (вблизи кого или чего-нибудь);

гьатму ‘тот’ (более отдаленый, далекий) ;

гьагъму ‘тот’ (расположенный вверху);

гьак кму ‘тот’ (расположенный внизу);

гьадму ‘тот’ (подобный тому, известный).

Указательные местоимения делятся на краткие и имеющие эмфатический префикс гьа- (му//гьаму ‘этот’, думу//гьатму//гьадму ‘тот’). Указательные местоимения, имеющие префикс гьа-, указывают на большую степень близости и отдаленности: тму хал ‘дом, находящийся недалеко’, гьатму хал ‘дом, находящийся дальше, чем этот’.

Склонение указательных местоимений мало чем отличается от склонения существи тельных.

Основной формой глагола в Т. я. является масдар. Масдар и долженствовательная формы глагола, регулярно образуемые от основы глагола посредством суффиксов -уб ( юб) и -уз (ю-з), в Т. я. выполняют функции русского инфинитива в зависимости от харак тера его значения: лихуб лазим ву ‘работать надо’, кялхъюб ужу дар ‘насмехаться нехо рошо’, но лихуз гъягъюраза ‘работать (чтобы работать) иду’, кялхъюз ккадарза ‘насме хаться не намерен’ и др. Долженствовательная форма глагола является неизменяемой.

Масдарная же форма, одной стороны, склоняется подобно имени (лихуб – лихбу, лихбан, лихбаз и т. д.), с другой стороны, служит основой для спрягаемых форм глагола (лихура за ‘работаю’, лихурава ‘работаешь’ и др. Лабильные глаголы имеют два вида спряжения – активное и пассивное: узу йикIураза ‘я убиваю, узу йикIуразу ‘я умираю’ или ‘меня уби вают’ и т. д.

Глагол имеет ряд причастных форм, образуемых от двух деепричастных и некоторых временных форм глагола: лихурайи ‘работающий’ (от лихури айи ‘работая сущий’), ди лихнайи ‘уже поработавший’ (от дилихну айи ‘поработав бывший’), лихру ‘работящий’ (от лихури вуйи ‘работая являющийся’), гъилиху ‘поработавший’ (от гъилихну ‘порабо тал’) и др.

Различаютоя наречия образа действия, места, времени, меры, степени и др. Первые из них являются наиболее многочисленными и образуются от качественных прилагатель ных посредством суффикса -ди: мани ‘теплый’ – маниди ‘тепло’, зарб ‘быстрый’ – зар бди ‘быстро’. Остальные наречия особого грамматического оформления не имеют.

Из служебных частей речи в Т. я. представлены посделоги, союзы, частицы и междо метия. Послелоги развились из некоторых наречий и местных падежей существитель ных, ср.: кьяляхъ мугъузан ‘не оставайся позади’ – шкафдин кьяляхъ мургул хъа ‘за шка фом находится веник’. Послелоги употребляются, как правило, с род. падежом сущест вительного и заменяют собой многочисленные формы местных падежей существитель ных. Союзы различаются сочинительные (-ва, -ра, -на ‘и’, ‘да’, гьам... гьам ‘то... то’, я...

я ‘или... или’ и др.) и подчинительные (гьад-диз ‘поэтому’, фицики ‘так как’, ‘ибо’, гъаз Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык гъапиш ‘потому что’ и др.). Наиболее многочисленны в языке частицы, которые, присое диняясь к различным частям речи, придают им различные оттенки: сравнительные -си, тIан;

временные -ган, -митIла и др. Междометия выражают различные чувства и пере живания: пагь ‘ох’, гьяйиф ‘увы’, эгь ‘эх’ и др.

2.4.0. Образцы парадигм.

Таблица склонения имени гьар ‘дерево’ Основные падежи Им. гьар Эрг. гьари Род. гьарин Дат. гьариз Местные падежи Эссивы Лативы Аблативы Комитативы I гьариъ гьариъна (гьариз) гьар’ан гьариъди II гьаригь//хь гьаригъ(хь)на гьаргь(хь)ан гьаригь(хь)ди III гьарик гьарикна гьаркан гъарикди IV гьарихъ гьарихъна гьархъан гьарихъди V гьарикк гьариккна гьарккан гьариккди VI гьаригъ гьаригъна гьаргъян гьаригъди VII гьар’ин гьар’ина гьарлан гьар’инди Директивы приближения Директивы удаления I гьариънади гьар’анди II гьаригъ(хь)нади гьаргь/хь/анди III гьарикнади гьарканди IV гьарихънади гьархъанди V гьариккнади гьаркканди VI гьаригънади гьаргъянди VII гъар’инади гьарланди Таблица спряжения глагола лигуб ‘смотреть’ Наст. Будущее катег. Будущее некатег. Будущее общее Ед. ч. 1 лигураза лигидиза лигарза лигурза 2 лигурава лигидива лигарва лигурва 3 лигура лигиди лигур лигуру Мн. ч. 1 лигурач(хь)а лигидич(хь)а лигарч(хь)а лигурч(хь)а 2 лигурачва лигидичва лигарчва лигурчва 3 лигура лигиди лигур лигуру Прошедшее время Перфект Прош.повество- Давнопрош. Прош.

вания многократн.

40 Нахско-дагестанские языки Ед. ч. 1 гъилигунза гъилигза гъилигнийза лигуйза 2 гъилигунва гъилигва гъилигнийва лигуйва 3 гъилигну гъилигу гъилигнийи лигуйи Мн. ч. 1 гъилигунч(хь)а гъилигч(хь)а гъилигнийч(хь)а лигуйч(хь)а 2 гъилигунчва гъилигчва гъилигнийчва лигуйчва 3 гъилигну гъилиигу гъилигнийи лигуйи Прош. незаверш. Прош. заверш. Давнопрош. заверш.

Ед. ч. 1 лигурайза дилигназа дилигнайза 2 лигурайва дилигнава дилигнайва 3 лигурайи дилигна дилигнайи Мн. ч. 1 лигурайч(хь)а дилигнач(хь)а дилигнайч(хь)а 2 лигурайчва дилигначва дилигнайчва 3 лигурайи дилигна дилигнайи 2.5.0. Морфосинтаксические сведения.

2.5.1. Типичная структура словоформы глагола в Т. я. характеризуется развиты ми системами префиксально-превербных, инфиксальиых и суффиксальных формантов, в то время как структура именных частей речи, а также наречия характеризуется полимор фемностью суффиксальной функции.

2.5.2. Наиболее распространенными способами словообразования являются аф фиксация (суффиксальная, префиксальная и инфиксальная) и основосложение. Встреча ются также конверсия, лексико-семантическое и синтаксическое словообразование. Ос новным способом именного словообразования в Т. я. является суффиксация. Наиболее продуктивны суффиксы -вал и -шин, посредством которых от существительных, прила гательных и глаголов образуются отвлеченные существительные: адми ‘человек’ – адми вал ‘человечность’, цIийи ‘новый’ – цIийивал ‘новизна’, лизи ‘белый’ – лизишин ‘белиз на’, лицуб ‘гулять’ – лицувал ‘гуляние’.

Из менее продуктивных суффиксов следует отметить суффиксы отглагольных существительных -ал, -ин: ахуб ‘спать’ – ахин ‘постель’, рягъюб ‘молоть’ – рягъин ‘мель ница’, бирхуб ‘шить’ – бирхал ‘шов’, уркуб ‘крошить’ – уркал ‘крошка’. Принцип сло жения основ представлен в языке не очень широко: тIубжакьв ‘пташка’ (тIуб ‘палец’ + жакьв ‘птица’), тупмаргъ ‘игра в мяч’ (туп ‘мяч’ + маргъ ‘палка’). Словообразователь ная характеристика прилагательного довольно проста: незаимствованные прила гательные, как правило, образованы от существительных посредством суффиксов -и, -у// уь(-ю): ичI ‘яма’ – ичIи ‘пустой’, гьагъ ‘тяжесть’ – гъагъи ‘тяжелый’, лик ‘нога’ – лику ‘хромой’, бюркь ‘гной в глазу’ – бюркью ‘слепой’. Очень употребительны заимствован ные из азербайджанского языка суффиксы:

-лу и -суз: ад ‘слава’ – адлу ‘славный’, адсуз ‘бесславный’;

жил ‘земля’ – жилсуз ‘безземельный’ и т. д.

Префиксация и инфиксация характерны только для глагола (см. выше). Глаголь ные корни в Т. я. очень продуктивны. Посредством превербов они образуют многочис ленные глагольные основы – группы глаголов с родственными и в то же время самостоя тельными значениями. В качестве превербов выступают, как правило, показатели серий местных падежей: (ъ)ипуб ‘вбросить вовнутрь’, гьипуб ‘подбросить (перед,около)’, кипуб ‘накинуть сбоку’, ккипуб ‘подбросить’, гъипуб ‘вбросить между частями чего-либо’, хъи пуб ‘забросить’, илипуб ‘набросить сверху’, дипуб ‘бросить (на землю)’, дидрипуб ‘не Б. Г.-К. Ханмагомедов. Ахвахский язык бросать’ и т. д. Во многих случаях из первоначальных чисто пространственных значений глаголов с превербами развились довольно абстрактные значения, ср.: лигуб ‘смотреть’ – ккилигуб ‘ожидать’, рябкъюб ‘видеть’ – ккярябкъюб ‘предвидеть’, балгуб ‘украшать’ – албагуб ‘примирить’, хъабалгуб ‘согласовать’, агъуб ‘растеряться’ – ккагъуб ‘победить’ и др.

2.5.3. Структура простого предложения зависит от характера взаимосвязи под лежащего, сказуемого и прямого дополнения. В зависимости от переходности или непе реходности глагола-сказуемого в Т. я. различаются два основных типа предложения:

предложение номинативной конструкции (двучленная синтагма) и предложение эргатив ной конструкции (трехчленная синтагма).

При непереходном глаголе-сказуемом (номинативная конструкция) подлежащее оформляется им. падежом, а сказуемое согласуется с ним в лице, в классе и числе: узу жаргъура-за ‘я бегу’;

кIари жабгъура ‘теленок бежит’;

кIарар жаргъура ‘телята бега ют’.

При переходном глаголе-сказуемом (эргативная конструкция) подлежащее вы ступает в эргативе, а сказуемое согласуется с подлежащим в лице, а с объектом (прямым дополнением), который стоит в им. падеже, – в классе и числе: узу уьл убжу-раза ‘я пеку хлеб’;

бабу уьпер уржура ‘бабушка печет хлебцы’.

Различается еще один вид предложения, в котором при сказуемом, выраженном глаголом чувствования, подлежащее (логический субъект) ставится в дат. падеже: узуз шид ккун-дузуз ‘я воды хочу’ (букв. ‘мне вода хочется’).

Сказуемое, как правило, находится в конце предложения, прямое дополнение обычно предшествует сказуемому, обстоятельство времени часто ставится в начале предложения перед подлежащим и т. д. Ср. пример типичного порядка слов в предложе нии: накь узу ярквраан саб хамхар гъабхунза ‘вчера я из леса одно бревно приволок’.

2.5.4. В разговорной речи сложные предложения встречаются сравнительно ред ко. Их место занимают так называемые осложненные предложения с развернутыми чле нами предложения. Однако в литературном языке встречаются почти все виды сложных предложений, которые представлены в синтаксисе русского языка,что отчасти связано с его известным влиянием на Т. я.

Сложносочинительное предложение состоит из двух или нескольких простых предложений, соединяемых сочинительными союзами ва ‘и’, амма ‘но’, гагь-гагь ‘то-то’ и др., например: микI яваш гъабхьну, ва сабпну чIатху мархь убгъуз хъюб-гъну ‘ветер стих, и вдруг полил крупный дождь’.

Из сложноподчиненных предложений наиболее употребительны сложные пред ложения с придаточными соотносительными, изъяснительными и обстоятельственными (времени, места, причины и т. д.). Придаточные части соединяются с главной, как прави ло, союзами и союзными словами.

Для синтаксиса Т. я. характерно также бессоюзное соединение частей сложного предложения: зав ачухъ ву, хядар кархьну ургура ‘небо ясно, звезды пламенем горят’;

га шунвали хул’ан утIуккуру, гъяцIлишну – хулаз ‘голод из дома гонит, нагота – домой’ и др.

2.6.0. Иноязычные заимствования составляют в Т. я. довольно значительный пласт. Среди более ранних выделяются заимствования из персидского и арабского язы ков. Первые относятся преимущественно к таким сферам лексики, как военная, ремес ленническая и бытовая терминология: тюфенг ‘ружье’, женг ‘борьба’, заргар ‘ювелир’, шагурд ‘ученик’, ‘подмастерье’, лишан ‘знак, метка’, уста ‘мастер’, базар ‘базар’ и т. д.

Из арабского языка заимствована почти вся религиозная, научная и философская терми 42 Нахско-дагестанские языки нология: Аллагь ‘Бог’, дюаь ‘молитва’, рюгь ‘душа’, илим ‘наука’, аьлим ‘ученый’, ихти яр ‘право’, гьисаб ‘арифметика’и т. д. Немалое место в лексике занимают и тюркские (азербайджанские) заимствования: ср. юлдаш ‘товарищ’, агъу ‘яд’, дошлюг ‘телогрейка’, туп ‘пушка’, барут ‘порох’, ишлетмиш апIуб ‘использовать’, бахиш апIуб ‘подарить’, тебрик апIуб ‘приветствовать’, къаршуламиш апIуб ‘встречать’. В пореволюционную эпоху в Т. я. проникло много русских и интернациональных слов, которые преимущест венно относятся к сфере научно-технической и общественно-политической терминоло гии: математика, география, социализм и мн. др. Развитие лексики идет по двум на правлениям. С одной стороны, продолжается процесс усвоения русской терминологии, которая вытесняет устаревшие арабизмы: инкъилаб – революция, мектеб – школа, мялим – учитель, истисмар – эксплуатация и т. д. С другой стороны, путем калькирования рус ских слов создаются такие неологизмы, как чIалнан пай ‘часть речи’, гъварч ‘сборник’, гафнан ччив ‘корень слова’, кучIвуб ‘введение’, кIакIначи ‘передовик’.

2.7.0. В Т. я. различаются два д-та: южный и северный, каждый из которых объ единяет группу наречий и говоров. Оба д-та взаимно противопоставлены цедым рядом фонетических и грамматических особенностей. В южном д-те имеются заднеязычные и фарингальные лабиализованные согласные, которых нет в северном. В северном имеют ся геминированные спиранты, отсутствующие в южном д-те. В южном д-те нет также характерного для северного звонкого фарингального къ. Согласным чI, дж южного д-та в северном регулярно соответствуют тI и д (иногда р). Целый ряд грамматических форм образуется в южном и северном д-тах по-разному. Например, если отрицательные фор мы глагола в южном д-те образуется посредством префикса м-, то в северном он инфик сально вклинивается в корень глагола;

северному д-ту не свойственен способ образова ния некоторых отрицательных форм посредством редупликации слога основы глагола и т. д. В северном д-те классному показателю -б соответствует -в. В говорах южного д-та встречается двадцатиричная система счета, чего нет в северном д-те. Следует выделить один из говоров южного диалекта – этегский, который включает в себя и отдельные осо бенности северного д-та, а в некоторых случаях – их обоих (например, в нем отсутству ют как заднеязычные лабиализованные согласные, так и геминированные спиранты). От дельные исследователи табасаранского языка склонны считать этегский говор особым переходным д-том.

Л И Т Е Р А Т У Р А Алексеев М. Е., Загиров В. М. Школьный этимо- Загиров В. М. Фразеологический словарь табаса логический словарь табасаранского языка. Махач- ранского языка. Махачкала. кала.198 Загиров В. М. Лексика табасаранского языка.

Гаджиев А. Школьный русско-табасаранский Махачкала,1981.

словарь. Махачкала, 1976. Кибрик А. Е. и др. Табасаранские этюды.

Гаджиев А., Ханмагомедов Б. Г.-К. Школьный М.,1982.

орфографический словарь табасаранского языка. Курбанов К. К. Морфология табасаранского язы Махачкала, 1989. ка, Махачкала, 1986.

Дирр А. И. Грамматический очерк табасаранско- Магометов А. А. Табасаранский язык. Тбилиси.

го языка // Сборник материалов для описания мест- 1965.

ностей и племен Кавказа, вып. 35, 1905. Услар П. К. Табасаранский язык. Тбилиси, 1979.

Жирков Л. И. Табасаранский язык. М.-Л. 1948. Ханмагомедов Б. Г.-К. Очерки по синтаксису та Загиров В. М. Русско-табасаранский словарь. басаранского языка. Махачкала. 1970.

Махачкала, 1980.

М. Е. Алексеев, Н. Д. Сулейманов. Ахвахский язык Ханмагомедов Б. Г.-К. Система местных падежей Ханмагомедов Б. Г.-К. Табасаранский язык // в табасаранском языке. Махачкала. 1958. Языки народов СССР, т. IV,М.,1967.

М. Е. Алексеев, Н. Д. Сулейманов АГУЛЬСКИЙ ЯЗЫК 1.1.0. Общие сведения.

1.1.1. Вариантов названия нет. Самоназвание агульцев – агъул шуй ‘агулец’, агъулар ‘агульцы’. Ближайшие соседи – лезгины именуют их также агъулар, табасаранцам агуль цы-кошанцы известны как рукьушнар, у лакцев они известны под названием агъал кьушайми, у цахурцев – хывынбы. Название языка носителями агъул чIал “агульский язык”.

1.1.2. Принадлежит к лезгинской подгруппе нахско-дагестанской языковой семьи.

1.1.3. Агульцы населяют юго-восточную часть Дагестана и локализуются в четырех ущельях: Агъул-дере, Кьушан-дере, ХIуппукь'-дере и КIерен-дере, проживая компактно в Агульском (16 селений) и на сопредельной территории Курахского района (5 селений).

На востоке они граничат с табасаранцами, на северо-западе – с даргинцами, на юго западе – с рутульцами и на юго-востоке – с лезгинами. Часть агульцев переселилась на плоскость и проживает в Дербентском и Каякентском районах, многие семьи обоснова лись в городах Махачкала, Каспийск, на станции Шамхал. За пределами республики зна чительное число семей агульцев проживает в городе Баку, в Ставропольском крае. По переписи 1989 г. всего агульцев 19936 чел.;

из них проживает в Дагестане 13791 чел. В 1926 г. численность агульцев доходила до 7653, а в 1933 г. – 9301.

1.2.0. Лингво-географические сведения.

1.2.1. В агульском языке выделяются следующие диалекты: собственно агульский, кошанский, керенский, гехюнский (или буркиханский). Первые три диалекта дробятся еще на говоры. В собственно агульском диалекте выделяются тпигский и дулдугский го воры. Керенский диалект на основе фонетико-морфологических различий членится на три говора: ричинский (который обнаруживает близость с гехюнским и тпигским диа лектами, но имеет большое тяготение к керенскому), бедюкский и усугский. В кошан ском диалекте выделяются два говора – буршагский и худигский.

1.3.0. Социолингвистические сведения.

1.3.1. Используется в основном в бытовом общении. Все носители А. я. свободно вла деют русским. В Агульском регионе, где сосредоточена основная часть агульского насе ления, языком делопроизводства, служебной переписки до последнего времени являлся русский, на нем проводились районные собрания, конференции. Встречается знание лез гинского, табасаранского, лакского, даргинского и азербайджанского языков. Вплоть до 1992 г. на русском языке издавалась районная газета «Сельская новь». В последние годы на агульском языке издается районная газета «Агульский вестник», («Агъуларин хаба рар»).

1.3.2. Литературной нормы не имеет.

1.3.3. Начиная с 20-х и до 1952 года обучение в агульских школах в основном осуще ствлялось на лезгинском языке. С 1952/53 учебного года агульские школы с первого 44 Нахско-дагестанские языки класса перешли на обучение на русском языке. После создания письменности с 1992/ учебного. года в агульских школах преподавание в начальных классах ведется на родном языке, он преподается в педучилище, в пединституте и университете.

1.4.0. Письменность официально принята в 1992 г. В 20-х годах поднимался вопрос о создании письменности на агульском языке. Но из-за малочисленности носителей агуль ского языка, отсутствия подготовленных кадров и других причин этот вопрос не получил своего положительного решения.

1.5.0. Периодизация истории языка не разработана.

1.6.0. Заимствование союзов из восточных языков привело к развитию соответствую щих видов сложных предложений.

2.0.0. Лингвистическая характеристика.

2.1.0. Фонологические сведения.

2.1.1. Фонетическая система агульского языка характеризуется сравнительно неслож ным составом вокализма и сложным консонантизмом.

Г л а с н ые Передний ряд Задний ряд нелабиальные лабиальные нелабиальные лабиальные Верхний подъем и уь у Средний подъем е Нижний подъем а В некоторых морфологических формах налицо компенсаторная долгота: салАди ‘по напрвлению в хлев’ (< салаъди).

Со г л а с н ые смычные щелевые сонорне простые аффрикаты зв не ин аб звон неин- интен абруп зво но- ораль он ин тен ру кие тен- сивне тивы нки со- ные ки тен си пт сивне е вые е си вн ив вн е ы е Губные б п пп пI в ф м Дентальные д т тт тI ц цц цI з с н Денто- дж ч чч чI ж ш л,р альвеолярные Среднеязычные й Заднеязычные г к кк кI хь Увулярные хъ къ кь гъ х Фарингализо- хъ‘ къ‘ кь‘ гъ‘ х‘ ванные Фарингальные гI хI Ларингальные ъ гь М. Е. Алексеев, Н. Д. Сулейманов. Ахвахский язык В таблице не отражены лабиализованные согласные (передне-, заднеязычные, увуляр ные), также имеющие фонологическую значимость: нецIв ‘река’, агвас ‘видеть’.

2.1.2. Ударение в агульском языке слабое динамическое и обычно падает на второй слог (мудубр ‘козленок’, къеребкъел ‘сорока’) и при словоизменении не меняет позиции.

Исключение составляют превербные и отрицательные формы глагола, в которых ударе ние перемещается на первый слог: узабс ‘доить’ – отр. ф. дубзас.

2.1.3. Фонетические процессы. Наиболее характерными фонетическими процессами в области гласных и согласных являются: редукция и наращение, ассимиляция (ср. къанна [< къад-на] сад ‘двадцать один’) и диссимиляция, лабиализация и делабиализация (перед u признак лабиализации нейтрализуется: агвас ‘видеть’ – прош. аг-уне), оглушение, суб ституция, метатеза. Эти процессы могут быть как обусловленными позиционно, так и не зависимыми от позиции.

2.2.0. Морфонологические сведения.

2.2.1. Слоговые структуры имени и глагола довольно разнообразны: CV (чи ‘сестра’, чу ‘брат’), VC (уц ‘кипение’, уьтт ‘мед’), CVC (къакъ ‘ноша, поклажа’, нецIв ‘река’), VCV (эрг.п. учи ‘сам’), VCVC (укун ‘ночная стоянка овец’, ицIул ‘запястье’), CVCV (дахи ‘быстро, скоро’), CVCVC (хъихьас ‘положить [за чем-л.]’), CVCVC: (ъ‘аттеф ‘хромой’), CVCCVC (зерфел ‘сито’), VCCVCV (аркьайа ‘делает’), CVCVCV (ъ‘асида ‘халва мест ного производства’), VCVCVC: (ахъихьас ‘гнаться [за кем-л.]’), CVCVCVC (кьидибан ‘еж’, багулив ‘возле, рядом’), CVCVCCVC (ъачирхIас ‘ударить’) и др. Запрещены соче тания согласных в начале слова и зияния. Слоговое деление может не совпадать с мор фемным.

В конечных сочетаниях согласных первый согласный, как правило, является сонор ным: кьуркь ‘горло’, къ‘амч ‘осленок’, чарккв ‘птенец;

детеныш диких животных и зве рей’, найч? ‘куда?’.

2.2.3. В именном словоизменении представлены единичные примеры чредований со гласных и гласных: чу ‘брат’ – эрг.п. ччу-ччу, чи ‘сестра’ – эрг.п. ччи-ччи, хьед ‘вода’ – эрг.п. хьетт-и, цал ‘стена’ – эрг.п. цил-и, хал ‘дом’ – мн.ч. хул-ар и др.

2.3.0. Морфологический тип А. я. характеризуется как агглютинативный с элементами флективности.

2.3.1. Имена и местоимения отделяются от глагола морфологическими категориями падежа и числа;

в то время как глагол обладает категориями времени и наклонения. Ме стоимения и числительные выделяются своей семантикой. Прилагательное отличается от наречия, а наречие – от послелога синтаксическими функциями.

2.3.2. В А. я. отсутствуют категории рода и грамматического класса.

2.3.3. Множественное число субстантивы образуют суффиксальным способом. Все имена существительные, оканчивающиеся на согласный, во множественном числе при соединяют суффикс -ар: руд ‘кишка’ – мн.ч. рудар, лек ‘нога’ – мн.ч. лекар. Имена суще ствительные с гласным исходом множественное число образуют при помощи суф. -бур (исключения гуни ‘хлеб’, хIуни ‘корова’, у которых число образуется посредством суф фикса -вар). Указательные местоимения образуют множественное число посредством суф. -бур:. тебур ‘те’.

Важным средством передачи числовых значений являются числительные, которые де лятся на количественные, порядковые, распределительные и кратные. В А. я. в числи тельных первого десятка – сад ‘один’, ъ'уд ‘два’, хьибуд ‘три’, йакьуд ‘четыре’, гIифуд ‘пять’, йерхьид ‘шесть’, йерид ‘семь’, муйад ‘восемь’, йарчIуд ‘девять’, йицIуд ‘десять’, а также къад ‘двадцать’, гIварш, верш ‘сто’ и агъзур (< перс.) ‘тысяча’. Числительные от 46 Нахско-дагестанские языки до 20 оформлены суффиксом -д. Числительные от 11 до 20 образуются путем сложения основ числительного ‘десять’ и единиц, при этом первая теряет суффиксальную и пре фиксальную части: цIесад ‘одиннадцать’, цIеъ‘уд ‘двенадцать’, цIехьибуд ‘тринадцать’ и т.д. Числительные от 20 и далее образуются от числительного 20 и единиц при помощи союза на ‘и’. Последний присоединяется к первой части сложного числительного, асси милируя суф. -д: къанна сад ‘двадцать один’ и т. п. (исключение – числительное йагъцIур ‘сорок’). Числительные в позиции перед определяемым словом по падежам не изменя ются, а при самостоятельном употреблении склоняются и изменяются по числам.

Порядковые числительные образуются описательно от количественных при помощи причастной формы глагола пас ‘сказать’: сад пеф ‘первый’;

ъ’уд пеф ‘второй’ и т. д.

Распределительные числительные образуются от количественных посредством редуп ликации начального слога количественного числительного и наречного суффикса -тти:

са-сатти ‘по одному’, йа-йакьутти ‘по четыре’.

Кратные числительные образуются при помощи частицы гелай от количественных числительных, при этом суф. -д выпадает: са гелай ‘один раз’;

къа гелай ‘двадцать раз’.

2.3.4. В агульском склонении выделяются две основы: прямая (которая совпадает с номинативом) и косвенная. Косвенная основа образуется от прямой при помощи фор мантов:

-ди, -ду, -йи (-й), -ни, -на, -ла, -ра, -и, -а, -е, -уь, -джу, -джи. Показателям -ла, -на, -ни, -ра обычно предшествуют гласные. Эргатив образуется от косвенной основы по средством присоединения нулевого эффикса, родительный посредством -н и датив – -с, например: им. диф ‘туман’, косв. осн. – эрг. дифура, род. дифу-ра-н, дат. дифура-с.

Имена существительные в родительном падеже выполняют и роль относительных прилагательных: дадан ккул ‘отцовский тулуп’, ъ‘ачун гаджин ‘глиняный кувшин’ и др.

Формы родительного падежа личных местоимений служат притяжательными местоиме ниями, которые выступают в такой роли перед определяемым словом. При самостоя тельном употреблении притяжательные местоимения присоединяют аналогично прила гательным суффикс -ф и склоняются как прилагательные: зеф ‘мой’, веф ‘твой’.

Местные падежи указывают на ориентацию предмета в пространстве;

в некоторых случаях они могут передавать и абстрактные значения. Представлено восемь серий мест ных падежей:

-хъ ‘за’, -л ‘на’, -кк' ‘под’, -к' ‘в тесной близости, слиянии, смешении;

на хождение в жидкости, неплотных массах’, а также ‘на вертикальной плоскости’, -гъ‘ (-гI) ‘между, среди’, -в ‘при, рядом’, -гь ‘перед’, -ъ ‘в, внутри’. Каждая серия содержит по три падежа. Это локативы, или падежи покоя (отвечают на вопрос где?);

направительные, которые указывают на движение предмета к определенному ориентиру (куда?), и исход ные, указывающие на движение предмета от определенного ориентира (откуда?). Лока тивы образуются от косвенной основы при помощи отмеченных выше показателей лока лизации и служат базой для образования направительных падежей (посредством аффикса -ди) и исходных (посредством суффикса -ас).

Локативные падежи используются и для выражения непространственных значений.

Ср. употребление исходного падежа серии на -л в сравнительных конструкциях: бабалас батIарф э ‘красивее матери’.

Прилагательные (ср. иреф ‘красный’, джагварф ‘белый’, кIареф ‘черный’, производ ные – гучIаф ‘трусливый’, мучIеф ‘темный’, гашинф ‘голодный’). склоняются только при субстантивации (при этом суф. -ф, заменяется в косвенных падежах суф. тт: им.п.

гъазеф ‘зеленый’, эрг. гъазе-тт-и, род. гъазе-тт-ин, дат. гъазе-тт-ис). При атрибутив ной функции прилагательное не изменяется по падежам и числам, суффикс при этом М. Е. Алексеев, Н. Д. Сулейманов. Ахвахский язык опускается: им. ире тук ‘красный цветок’, эрг. ире туку, мн.ч. им.п. ире тукар, эрг. ире тукари.

2.3.5. Залоговых противопоставлений агульский глагол не имеет. Каузатив образуется описательно при помощи глагола хъучикас ‘заставить’ и акьас ‘делать’: гъархьас хъучи кас/гъархьас акьас ‘заставить спать’. Имеются случаи, когда каузативация глагольной основы передается посредством инфиксации, выступающей при оппозиции предкорне вых элементов й и р: ср. алархьас ‘упасть’ и алайхьас ‘сбросить’.

Видовые корреляции представлены оппозицией соответствующих деепричастных форм. Основы некоторых глаголов принимают при образовании деепричастия несовер шенного вида инфикс -р-: агвас ‘видеть’ – деепр. несов. аргвай.

Временные формы образуются от деепричастий совершенного и несовершенного ви дов, инфинитива, а также причастий при помощи вспомогательных глаголов а/айа ‘есть, находится’, э ‘есть, суть’ и глаголов хьас ‘быть, стать, становиться’, аме ‘осталось’.

Временные формы, образующиеся от деепричастия несовершенного вида настоящее конкретное: хурайа (хурай айа) ‘читает’;

прошедшее определенное: хурай уйи ‘читал’;

аорист 1-й: хурайи ‘читал’;

аорист 2-й: хурай вейи ‘бывало, что читал’;

будущее общее: хурайе ‘буду читать’;

настоящее общее: хурай ве (хурай вейа) ‘бывает, что читает’;

настоящее продолжающееся: хурай аме ‘продолжает читать’.

Временные формы, образующиеся от деепричастия совершенного вида:

прошедшее основное: хуруне (хуруна э) ‘прочитал’;

прошедшее результативное: хурунайа (хуруна айа);

аорист финальный 1-й: хуруни (хуруна и) ‘прочитал’;

аорист финальный 2-й: хуруна вейи ‘бывало, что прочитал’;

преждепрошедшее 1-е: хуруна уйи ‘прочитано было’;

преждепрошедшее 2-е: хуруна хьуна (хуруна хьунайа) ‘оказалось, что прочитал’.

Временные формы, образующиеся от инфинитива:

будущее финальное: хурасе ‘прочитаю’;

будущее продолжающееся: хурас аме ‘еще буду читать’.

Среди форм наклонений представлены повелительное, условное, уступительное, же лательное, предположительное, гипотетическое и предостерегательное. Повелительное различает формы лица. Императив 1-го лица множественного числа образуется от инфи нитива посредством побудительной частицы шаб, гьаб ‘давайте’: шаб (гьаб), сувади вес!

‘давайте, пойдемте в горы!’. Повелительное наклонение 2-го лица (формы числа не раз личаются) выступает либо в виде чистой основы глагола (гъархьас ‘спать’ – гъархь!), ли бо с суф. -е: экьвас ‘сидеть’ – экьве!. В односложных глаголах наращивается префик сальная часть: кI'ес ‘убить’, ‘умереть’ – йукI'!, хьас ‘быть’ – ухь! Глаголы, содержащие в основе детерминативный суффикс, при образовании повелительного наклонения 2-го лица тематический гласный детерминативного суффикса а меняют на е: ъ‘уччанас ‘мыть’, ‘стирать’ – ъ‘уччен! Если детерминативному суффиксу предшествуют согласные л и й, при образовании, детерминативный суффикс опускается: гуланас ‘теряться’ – гул!

Суффиксом 3-го лица служит -урай: йирхIас ‘бить, ударить’ – йирхIурай!

Формы условного наклонения образуются от причастия и деепричастия при помощи суффиксов:

-чин(-чи). От основы причастия сов. вида образуется условное наклонение 48 Нахско-дагестанские языки будущего времени;

от основы деепричастия несовершенного вида образуется условное наклонение настоящего времени.

Уступительное наклонение образуется от условного наклонения посредством суффик са -ра: акьучира ‘если даже сделает’.

Желательное наклонение образуется посредством вспомогательного слова кканегьан!

‘как хотелось бы!’: кканегьан, вун зас хьас! ‘как хотелось бы, чтобы ты стала моей!’.

От причастия при помощи формы будущего времени вспомогательного глагола хьасе образуется предположительное наклонение: хураф хьасе ‘читает, наверное’, хуруф хьасе ‘прочитал, наверное’...

Гипотетическое наклонение образуется посредством форманта гьан, который присое диняется к различным временным формам: ликIeнасегьан? ‘напишет, интересно?’ Предостерегательное наклонение образуется путем префигирования к инфинитиву форманта да- в соединении с особой интонацией: йирхIас ‘бить’ – дайирхIас! ‘чтобы не бил!’ или же сочетанием с инфинитивом отрицательного глагола дахьурай! ‘чтобы не был, не стал!’: акьас дахьурай! ‘чтобы не делал!’;

а также сочетанием будущего опреде ленного времени с предостерегательной частицей аман! ‘смотри!’, ‘ради бога!’: аман, зун вас йирхIасе! ‘смотри, я тебя побью!.

Степени сравнения морфологически не выражены. Превосходная степень образуется при помощи лап ‘очень’, ппара ‘очень, много’, лап иджеф э ‘очень хороший, прехоро ший’, лап ъ‘уссеф э / ппара ъ‘уссеф э ‘очень старый, престарый’.

2.3.6. Категория лица выражена в личных местоимениях: зун ‘я’, вун ‘ты’;

мн.ч. хьин (инклюзив), чин (эксклюзив) ‘мы’, чун ‘вы’. В качестве личного местоимения 3 л. высту пает указательное местоимение те ‘тот’. Кроме того, в А. я. представлены следующие разряды местоимений: указательные, вопросительные, притяжательные, возвратные, оп ределительные, отрицательные.

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.