WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Милтон Фридман фонд Капитализм и свобода либеральная миссия библиотека фонда либеральная миссия Н О В О Е издательство Milton Friedman Capitalism and Freedom ...»

-- [ Страница 2 ] --

они имеют в виду золотой стандарт, осуществляемый центральным банком или каким-то иным госу дарственным учреждением, которое держит небольшое количе ство золота в качестве «обеспечения» (если воспользоваться этим весьма неточным термином) фидуциарных денег. Некоторые за ходят настолько далеко, что призывают к золотому стандарту того типа, который действовал в 1920-е годы, когда в обращении бук вально находилось золото или золотые сертификаты,использовав шиеся в качестве разменных денег (золотомонетный стандарт), однако даже они предпочитают, чтобы параллельно с золотом су ществовали государственные фидуциарные деньги и депозиты, выпускаемые банками, которые держат частичные резервы либо в виде золота, либо в виде фидуциарных денег. Даже в так называ емые лучшие дни золотого стандарта в XIX веке, когда Английский банк якобы искусно им оперировал, денежная система была очень далека от настоящего автоматического золотого стандарта. Даже тогда им вовсю манипулировали. А теперь дело приняло куда бо лее серьезный оборот, поскольку многие страны одна за другой встали на ту точку зрения, что государство ответственно за «пол ную занятость».

Г Л А В А I I I. К О Н Т Р О Л Ь Н А Д Д Е Н Ь ГА М И | 67 | Я прихожу к заключению, что автоматический товарный стандарт не является ни осуществимым,ни целесообразным реше нием проблемы установления кредитно-денежной структуры сво бодного общества. Он нецелесообразен, потому что с ним связаны большие издержки в виде ресурсов,использующихся для производ ства денежного товара.Он неосуществим,потому что не существу ет ни мифологии, ни общепринятых взглядов, которые сделали бы его эффективным.

Этот вывод подкрепляется не только вышеприведенными ис торическими данными, но и специфически американским опытом.

С 1879 года, когда Соединенные Штаты возобновили золотые плате жи после Гражданской войны, по 1913-й в США действовал золотой стандарт.Хотя он был ближе к настоящему автоматическому золото му стандарту, чем всё, что мы имели после Первой мировой войны, он все равно являлся далеко не стопроцентным золотым стандартом.

Государство выпускало бумажные деньги, а банки выпускали боль шую часть средств обращения страны в виде депозитов;

банковские операции строго регулировались государственными органами: на циональные банки регулировались Контролером денежного обраще ния, а банки штатов — соответствующими банковскими органами.

Количество золота,находившегося в руках казначейства и банков или непосредственно у частных лиц в виде монет или золотых сертифика тов, варьировалось и составляло в разные годы от 10 до 20% денеж ной массы.Остальные 80–90% состояли из серебра,фидуциарных де нег и банковских депозитов,не обеспеченных золотым резервом.

Задним числом может показаться,что эта система функцио нировала достаточно хорошо.Но в то время американцы так не счи тали. Одним из признаков недовольства явились в 1880-е годы де баты по поводу серебра, кульминацией которых была знаменитая речь Уильяма Брайана о «золотом кресте»*, задавшая тон выборам 1896 года. Дебаты эти, в свою очередь, стали одной из главных при чин глубокой экономической стагнации начала 1890-х годов. Воз никли опасения, что США откажутся от золотого стандарта, вслед ствие чего доллар упадет в цене по сравнению с другими валютами.

Это привело к массовому отказу от доллара и утечке капитала, вы звавшей дефляцию в США.

Видный американский юрист и политический деятель Уильям Дженнингс * Брайан (1860–1925), выступая на съезде Демократической партии 8 июля 1896 года, высказался против золотого стандарта и завершил свою речь словами: «... мы не распнем человечество на золотом кресте». — Примеч. пер.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 68 | Следовавшие один за другим финансовые кризисы 1873, 1884,1890 и 1893 годов подняли волну требований со стороны дело вого мира и банков о проведении банковской реформы. Паника 1907 года,когда банки дружно отказались выдавать деньги со счетов по первому требованию,наконец превратила чувство недовольства финансовой системой в решительные требования правительствен ных действий.Конгресс создал Национальную кредитно-денежную комиссию, и ее рекомендации, обнародованные в 1910 году, вопло тились в Закон о федеральных резервах 1913 года. Реформы, нача тые этим законом, пользовались поддержкой всех общественных слоев, от рабочего класса до банкиров, и обеих политических пар тий. Председателем Национальной кредитно-денежной комиссии был республиканец Нельсон У.Олдрич,а главным сторонником За кона о федеральных резервах в Сенате был демократ Картер У.Гласс.

На практике изменения в финансовой структуре, произве денные в соответствии с Законом о федеральных резервах, оказа лись куда более радикальными, чем рассчитывали его авторы и сторонники. В момент принятия этого закона во всем мире гос подствовал золотой стандарт,не вполне автоматический,но подхо дивший к этому идеалу куда ближе,чем все,что мы имели с тех пор.

Никто не сомневался,что так будет продолжаться и впредь,и власть Федеральной резервной системы будет таким образом ограничена тесными рамками.Не успели провести этот закон,как грянула Пер вая мировая война.Начался массовый отказ от золотого стандарта.

К концу войны Резервная система была уже не привеском к золото му стандарту, введенным для того, чтобы обеспечить обмен одной формы денег на другие и осуществлять контроль и надзор над бан ками. Она превратилась в мощный полновластный орган, способ ный устанавливать количество денег в Соединенных Штатах и влиять на международные финансовые условия во всем мире.

Полномочный финансовый орган Создание Федеральной резервной системы стало наиболее значи тельным изменением в американских кредитно-денежных инсти тутах, по крайней мере с тех пор, как был принят Национальный закон о банковском деле времен Гражданской войны. Впервые со времени истечения лицензии Второго банка США в 1836 году был учрежден отдельный официальный орган, наделенный предусмо тренной законом ответственностью за состояние денежных дел и теоретически имеющий достаточную власть, чтобы обеспечить Г Л А В А I I I. К О Н Т Р О Л Ь Н А Д Д Е Н Ь ГА М И | 69 | денежную стабильность или по крайней мере предотвратить явную нестабильность. В связи с этим поучительно сравнить то, что про исходило до и после его создания,то есть,скажем,если взять два рав новеликих периода — с конца Гражданской войны до 1914 года и с 1914 года до настоящего момента.

Второй период, несомненно, отличался значительно боль шей экономической нестабильностью, вне зависимости от того, будем ли мы измерять ее колебаниями денежной массы, цен или объема производства. Возросшая нестабильность отчасти объяс няется последствиями двух мировых войн,пришедшихся на второй период и в любом случае ставших бы источниками нестабильности вне зависимости от наличной кредитно-денежной системы. Одна ко, если даже исключить войну и послевоенные годы и рассматри вать только мирные годы,скажем,с 1920-го по 1939-й и с 1947-го по настоящий момент, результат остается тем же. После создания Ре зервной системы денежная масса,цены и объем производства стали явно менее стабильны,чем прежде.Период наиболее значительной нестабильности попадает, разумеется, на межвоенное время, когда несколько раз происходили резкие спады экономической активно сти (1920–1921,1929–1933 и 1937–1938 годы).В истории Америки не было другого двадцатилетнего периода, на который пришлось бы целых три резких спада.

Это поверхностное сравнение не является,конечно,доказа тельством того,что Федеральная резервная система не сыграла роли в укреплении денежной стабильности. Возможно, трудности, с ко торыми столкнулась Система, носили более серьезный характер, чем при ранее существовавшей кредитно-денежной структуре, и оставайся та в силе, привели бы к еще большей денежной неста бильности. Однако это поверхностное сравнение должно, по край ней мере, побудить читателя помедлить, прежде чем он примет на веру, что такое старое, могущественное и разветвленное учрежде ние, как Федеральная резервная система, выполняет необходимую и целесообразную функцию и служит для достижения тех целей,ра ди которых оно было создано.

Внимательно изучив исторические данные, я лично при шел к убеждению, что различия в уровне экономической стабиль ности, выявленные этим поверхностным сравнением, в действи тельности объясняются различиями между кредитно-денежными учреждениями. Эти данные убедили меня, что рост цен во время и сразу после Первой мировой войны по крайней мере на треть К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 70 | объясняется созданием Федеральной резервной системы, что он бы не произошел, если бы продолжала действовать старая банков ская система, что масштабы каждого спада экономической актив ности (1920–1921,1929–1933 и 1937–1938 годы) явились прямым ре зультатом определенных действий (или бездействия) резервного органа и не имели бы места при прежних денежных и банковских порядках. В эти и другие моменты вполне могла бы снижаться эко номическая активность, но маловероятно, чтобы это привело к та кому резкому снижению экономической активности.

Я не имею возможности привести здесь данные, свидетель ствующие в пользу этого утверждения2. Однако в связи с тем, что Великая депрессия 1929–1933 годов сыграла важную роль в форми ровании (я бы сказал,в деформировании) взглядов широкой публи ки на участие государства в экономических делах, возможно, имеет смысл подробнее поговорить о том,как следует истолковывать этот эпизод в свете имеющихся данных.

Крах фондовой биржи в октябре 1929 года,положивший ко нец наблюдавшейся в 1928 и 1929 году тенденции к повышению ко тировок, часто — по причине его драматического характера — счи тают началом и главной непосредственной причиной Великой депрессии. Это не так. Пик деловой активности был достигнут в се редине 1929 года, за несколько месяцев до краха. Вполне возможно, что пик был достигнут так рано отчасти в результате ограничения кредита, проводившегося Федеральной резервной системой, кото рая пыталась унять «спекуляцию»: таким косвенным образом фон довая биржа могла сыграть роль в подготовке снижения экономиче ской активности.Крах фондовой биржи,в свою очередь,несомненно повлиял косвенным образом на доверие бизнесменов и на готов ность людей тратить деньги, в результате чего деловая активность ослабла.Однако сами по себе эти обстоятельства не могли привести к резкому спаду экономической активности. Самое большее, на что они были способны, — это несколько продлить ее снижение и сде лать его сильнее обычных незначительных спадов,сопровождавших экономическое развитие Америки на всем протяжении нашей исто рии;

но к катастрофе они привести не могли.

Примерно в течение года в снижении экономической актив ности не проявилось еще ни одной из тех специфических черт,кото 2 См. мою книгу «A Program for Monetary Stability» (New York: Fordham Univer sity Press, 1959), а также: Friedman M., Schwartz A.J. A Monetary History of the United States, 1867–1960. Princeton, Princeton University Press, 1963.

Г Л А В А I I I. К О Н Т Р О Л Ь Н А Д Д Е Н Ь ГА М И | 71 | рые будут определять дальнейшее развитие событий. Экономиче ский спад был сильнее, чем он обычно бывает в первый год боль шинства спадов, — возможно, из-за краха фондовой биржи плюс из-за необыкновенно стесненного кредита, установившегося с се редины 1928 года. Однако в нем не было никаких качественно но вых особенностей,никаких признаков надвигающейся катастрофы.

Если отбросить наивные рассуждения,сводящиеся к аргументу post hoc ergo proper hoc (после этого — значит вследствие этого),в эконо мической ситуации, скажем, на сентябрь или октябрь 1930 года не было ничего такого,что делало продолжительный и резкий спад по следующих лет неизбежным или даже весьма вероятным. Задним числом ясно,что уже тогда Резервной системе надо было вести себя иначе, что ей не следовало допускать уменьшения бумажной массы на почти 3% с августа 1929 года по октябрь 1930-го: в прошлом бу мажная масса падала столь значительно только в период самых сильных спадов экономической активности. Ошибку эту можно было простить, и уж конечно она не была решающей.

Характер снижения экономической активности кардиналь но изменился в ноябре 1930 года, когда серия банковских бан кротств привела к массовым «налетам» на банки, то есть попыткам вкладчиков снять деньги со счетов. Эпидемия эта перекидывалась с одного района страны на другой и достигла своей кульминации 11 декабря 1930 года, когда потерпел крах Банк Соединенных Шта тов. Этот крах возымел решающее действие не только потому, что банк, державший в виде депозитов более 200 миллионов долларов, был одним из крупнейших в стране,но и потому,что,хотя он являл ся обычным коммерческим банком, название его давало многим людям в Америке и за границей основание полагать, что он был ка ким-то официальным банком.

До октября 1930 года не было никаких признаков кризиса ликвидности или утраты доверия к банкам.Однако с этого момента кризисы ликвидности начали обрушиваться на экономику один за другим. Волна банковских крахов на время стихала, но потом нака тывала с прежней силой, поскольку несколько шумных банкротств или иные события снова подрывали доверие к банковской системе и вызывали новую серию «налетов».Последние имели большое зна чение не только и не столько из-за банковских крахов,сколько из-за их воздействия на объем бумажной массы.

При банковской системе, основанной, как наша, на частич ных резервах, банк, разумеется, не имеет по доллару денег (или их К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 72 | эквивалента) на каждый доллар депозитов. Вот почему термин «де позит» столь обманчив.Когда вы кладете в банк доллар наличными, наличность банка вырастает, может быть, центов на 15–20: осталь ное банк тут же даст в долг через другое окошко. Заемщик может, в свою очередь,снова положить эти деньги в тот же или другой банк, и процесс повторяется заново.В результате на каждый доллар имею щейся у них наличности банки должны несколько долларов в виде депозитов. Поэтому общий запас денег — наличность плюс депо зиты — при всяком данном количестве наличности тем выше, чем больше пропорция денег, которую люди хотят держать в виде бан ковских вкладов. В связи с этим всякая массовая попытка со сторо ны вкладчиков «получить свои деньги» должна привести к умень шению общего количества денег — кроме тех случаев,когда имеется какой-то способ создать дополнительную наличность,а банки обла дают возможностью как-то ее получить. В противном случае один банк,пытаясь удовлетворить своих клиентов,начнет давить на дру гие банки: требовать возвращения займов, продавать инвестиции или отзывать свои вклады, — а эти банки, в свою очередь, станут оказывать давление на третьи банки и т.д.Если не прервать этот по рочный цикл, он расширяется все больше по мере того, как попыт ки банков раздобыть наличность понижают стоимость ценных бу маг,делают неплатежеспособными банки,которые в иных условиях крепко стояли бы на ногах, подрывают доверие вкладчиков, и весь цикл начинается заново.

Подобная ситуация и в условиях банковской системы,суще ствовавшей до создания Федерального резерва, приводила к бан ковской панике и временной приостановке выдачи денег со счетов (как в 1907 году). Это было крайней мерой, на короткое время ухуд шавшей положение дел. Однако мера эта имела и оздоровительное действие.Она разрывала порочный цикл,ибо предотвращала даль нейшее распространение эпидемии,не давала банкротству несколь ких банков ложиться бременем на другие и не приводила к краху банков,в остальных отношениях вполне здоровых.Через несколько недель или месяцев, когда положение стабилизировалось, этот вре менный запрет снимался, и начиналось оживление экономической активности, а не ее снижение.

Как мы видели, одной из главных причин создания Феде ральной резервной системы была необходимость бороться с такими ситуациями.Ей были вручены полномочия создавать дополнитель ную наличность, если люди начнут в массовом порядке требовать Г Л А В А I I I. К О Н Т Р О Л Ь Н А Д Д Е Н Ь ГА М И | 73 | денег вместо депозитов, и ей дали возможность предоставлять бан кам наличность под обеспечение имеющихся у них активов. Пред полагалось, что таким образом можно будет всегда предотвратить надвигающуюся панику,что отпадет необходимость временных за претов на выплату денег со счетов и что депрессивных результатов денежных кризисов можно будет теперь полностью избежать.

Впервые нужда в этих полномочиях (и соответственно пер вое испытание их эффективности) подоспела в ноябре-декабре 1930 года в результате уже описанной выше череды банковских кра хов.Резервная система провалила это испытание самым жалким об разом.Она практически ничего не сделала для обеспечения банков ской системы ликвидностью, очевидно не усматривая в закрытии банков никакого повода для принятия особых мер. Однако стоит подчеркнуть,что Системе не хватило решимости,а не полномочий.

И в этом случае, и в последующих у Системы было достаточно вла сти, чтобы обеспечить банки наличностью, которую требовали вкладчики. Если бы она пошла банкам навстречу, банкротства уда лось бы прекратить и обвал был бы предотвращен.

Первоначальная волна банковских крахов улеглась, и в на чале 1931 года появились признаки растущего доверия к банкам.

Резервная система воспользовалась этим и уменьшила свою соб ственную неуплаченную сумму кредитов;

иными словами, она противопоставила естественным силам, тянувшим экономику к подъему,мягкие дефляционные меры.И тем не менее налицо бы ли явные признаки улучшения не только в кредитно-денежной сфе ре, но и в других областях экономики. Если рассмотреть статисти ческие данные за первые четыре-пять месяцев 1931 года вне связи с последующими событиями,они обнаружат все признаки низшей точки экономического цикла и начала подъема.

Однако этот наметившийся подъем продолжался недолго.

Новые банковские крахи привели к очередной серии «налетов» на банки и снова вызвали сокращение денежной массы. И опять Ре зервная система смотрела на это сложа руки. Беспрецедентная лик видация коммерческой банковской системы шла полным ходом,но отчеты «аварийного ссудодателя» — Федеральной резервной систе мы — показывают, что объем кредитов, предоставленных ею бан кам — членам Системы, не увеличился, а уменьшился.

В сентябре 1931 года Англия отказалась от золотого стандар та. До и после этого шага происходило изъятие золота, депониро ванного в США. Хотя в предыдущие два года золото текло в США К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 74 | потоком и американский золотой запас и резервное золотое покры тие Федеральной резервной системы достигли рекордного уровня, Резервная система отреагировала на внешнюю утечку куда стреми тельнее и энергичнее,чем на предшествовавшую внутреннюю утеч ку. И сделала она это так, что внутренние финансовые трудности неизбежно должны были возрасти. Почти через два года после глу бокого спада экономической активности Система подняла учетную ставку — процент, под который она была готова ссужать деньги входящим в нее банкам,— резче,чем она поднимала ее в любой дру гой столь же краткий период своей предыдущей и последующей ис тории. Эта мера остановила утечку золота. Она также сопровожда лась невероятным ростом числа банковских крахов и «налетов» на банки. За полгода — с августа 1931 года по январь 1932-го — при близительно каждый десятый из существовавших тогда банков пре кратил операции, а общий объем вкладов в коммерческих банках сократился на 15%.

Временное изменение курса в 1932 году,сопровождавшееся закупкой государственных облигаций на сумму в один миллиард долларов, несколько замедлило экономический спад. Если бы эта мера была принята в 1931 году,ее почти наверняка хватило бы, что бы предотвратить вышеописанную катастрофу.Но к 1932 году вре мя было уже упущено, и она оказалась всего лишь паллиативом, так что стоило Системе снова занять пассивную позицию, как за временным улучшением последовал новый крах, окончившийся «банковским праздником» 1933 года, когда все банки США были официально закрыты более чем на неделю. Система, созданная в основном для предотвращения временных остановок выдачи де нежных вкладов, то есть мер, которые в прошлом не давали банкам прогореть, сперва позволила почти трети банков страны вылететь в трубу, а потом радостно приветствовала приостановку выдачи вкладов, несравненно более долгую и худшую, чем предыдущие.

Однако человеческая способность к самооправданию столь вели ка, что в своем отчете за 1933 год Управление Федеральной резерв ной системы умудрилось написать следующее: «Способность банков Федерального резерва удовлетворять огромный спрос на деньги в период кризиса продемонстрировала эффективность де нежной системы страны в рамках Закона о федеральных резервах...

Трудно сказать, куда зашла бы депрессия, если бы Федеральная ре зервная система не проводила политику обширных закупок на от крытом рынке».

Г Л А В А I I I. К О Н Т Р О Л Ь Н А Д Д Е Н Ь ГА М И | 75 | С июля 1929 года по март 1933-го денежная масса в Соеди ненных Штатах сократилась в общей сложности на треть, и более двух третей сокращения произошло после отказа Англии от золо того стандарта. Если бы не было допущено падение объема денеж ной массы (а этого можно и нужно было не допустить),спад эконо мической активности был бы и менее продолжительным, и менее глубоким. Он все равно мог бы оказаться относительно глубоким по историческим меркам. Однако совершенно немыслимо, чтобы в течение четырех лет денежный доход упал более чем наполовину, а цены — более чем на треть,если бы не произошло сокращение бу мажной массы. Я не знаю ни одной глубокой депрессии ни в одной стране,которая не сопровождалась бы резким сокращением бумаж ной массы, и также ни одного резкого сокращения бумажной мас сы, которое не сопровождалось бы глубокой депрессией.

Великая депрессия в США не только не была признаком не стабильности, присущей системе частного предпринимательства:

она показала,какой вред способны нанести ошибки,сделанные гор сткой людей, обладающих широкой властью над кредитно-денеж ной системой целой страны.

Быть может, в свете тех знаний, которыми люди обладали в то время, ошибки эти были простительны (хотя я считаю, что это не так).Но это к делу не относится.Любая система,дающая неболь шой группе людей такую большую власть и такие широкие власт ные полномочия, что совершенные ошибки (простительны они или нет) способны привести к столь далеко идущим послед ствиям, — это плохая система. Поборники свободы считают ее плохой системой просто потому, что она предоставляет небольшо му числу людей слишком большую власть без эффективного кон троля со стороны общества;

в этом состоит ключевой политиче ский аргумент против «независимого» центрального банка.Однако система эта плоха даже для тех, кто ставит благоустроенность жиз ни выше свободы. Ошибок — простительных или непроститель ных — невозможно избежать при системе, которая рассредоточи вает ответственность, наделяя при этом небольшое число людей широкой властью, и таким образом ставит важные политические решения в слишком большую зависимость от случайных черт че ловеческого характера. В этом состоит ключевой технический ар гумент против «независимого» банка. Перефразируя Клемансо, де ньги — это вещь слишком серьезная, чтобы доверять их господам из центрального банка.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 76 | Правила вместо властных органов Если мы не можем достичь желаемых целей ни опираясь на настоя щий автоматический золотой стандарт,ни наделяя широкими пол номочиями независимые органы, как же еще можно организовать кредитно-денежную систему, чтобы она была стабильна и в то же время ограждена от безответственного государственного вмеша тельства, систему, которая обеспечит общество свободного пред принимательства необходимой монетарной структурой и в то же время не сможет быть использована как источник власти,угрожаю щей экономической и политической свободе?

На сегодняшний день придуман лишь один способ, обе щающий удачу. Надо попытаться учредить власть законов, а не лю дей путем законодательного установления правил, регулирующих кредитно-денежную политику;

эти правила позволят обществу кон тролировать кредитно-денежную политику при помощи политиче ских властей и в то же самое время не допустят, чтобы эта политика была подвержена случайным прихотям политической власти.

Вопрос о законодательном установлении правил для кредит но-денежной политики тесно связан с предметом, на первый взгляд не имеющим никакого отношения к делу, а именно с аргументом в защиту Первой поправки к Конституции США.Стоит кому-нибудь заговорить о целесообразности законодательных правил контроля над деньгами,как следует стереотипный ответ,что нет никакого смы сла связывать этим руки кредитно-денежному органу, поскольку, если он захочет, он всегда может по своей воле сделать то, что пред писывают ему правила,но в дополнение к тому у него есть еще и дру гие альтернативы,поэтому он,«разумеется»,справится с делом луч ше безо всяких правил.Другая версия этого аргумента применяется к законодательному органу. Если этот орган готов принять такие правила,говорят нам,разумеется,он также не откажется диктовать «правильную» кредитно-денежную политику в каждом конкретном случае. Каким же тогда образом, спрашивается, принятие этих пра вил обезопасит нас от безответственных политических решений?

Тот же аргумент применим, с небольшими словесными ва риациями, к Первой поправке Конституции и в равной степени ко всему Биллю о правах.Можно ведь сказать: не абсурдно ли,что у нас имеется стандартный запрет на нарушения свободы слова? Почему бы не брать каждый случай по отдельности и не разрешать его в ин дивидуальном порядке? Разве это не аналог обычного аргумента насчет кредитно-денежной политики, когда говорят, что не следует Г Л А В А I I I. К О Н Т Р О Л Ь Н А Д Д Е Н Ь ГА М И | 77 | заранее связывать руки финансовому органу и что ему нужно дать свободу решать каждый вопрос в индивидуальном порядке, по ме ре поступления? Почему тогда этот аргумент не используют для ре шения вопроса о свободе слова? Один хочет стоять на углу и пропо ведовать контроль над рождаемостью, другой — коммунизм, третий — вегетарианство и так далее,ad infinitum.Почему бы не из давать всякий раз закон,гарантирующий каждому из них право рас пространять свои конкретные взгляды или отказывающий ему в этом праве? Или, если взглянуть по-другому, почему бы не наде лить какой-нибудь административный орган властью решать такие вопросы? Сразу же становится очевидно,что,если бы мы разбирали каждый такой случай по мере поступления,большинство почти на верняка проголосовало бы за ограничение свободы слова почти во всех случаях, а может, и в каждом отдельном случае. Если вынести на голосование, имеет ли X право пропагандировать контроль над рождаемостью,большинство почти наверняка выскажется против, и то же самое произойдет с коммунистом. Ну, вегетарианец, воз можно, еще как-нибудь пройдет, хотя поручиться нельзя и тут.

А теперь представим себе, что все эти случаи сгруппированы вместе и население просят проголосовать за весь пакет в целом,то есть проголосовать либо за то, чтобы свобода слова была во всех случаях позволена,либо,напротив,чтобы она была во всех случаях запрещена.

Очень возможно и,я бы сказал,даже весьма вероятно,что подавляю щее большинство проголосует за свободу слова, то есть, голосуя за весь пакет, люди проголосуют диаметрально противоположным об разом,чем если бы они голосовали по каждому случаю в отдельности.

Почему? Одна причина заключается в том, что человек гораздо резче реагирует на то, что его самого лишают свободы слова, когда он ока зывается в меньшинстве, чем на то, что свободы слова лишают дру гих, когда он примыкает к большинству. Вследствие этого, голосуя за весь пакет, человек придает гораздо больше значения более редким случаям нарушения собственной свободы слова, когда он находится в меньшинстве,чем более частым нарушениям чужой свободы слова.

Другая причина,имеющая более непосредственное отноше ние к кредитно-денежной политике, заключается в том, что, когда все случаи рассматриваются одним пакетом, становится очевидно, что проводимая политика обладает кумулятивными эффектами, которые, как правило, не признаются и не принимаются в расчет, если голосовать по каждому случаю в индивидуальном порядке.Ког да голосуют, имеет ли Джонс право проповедовать на углу, невоз К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 78 | можно учесть положительное воздействие официально принятой общей политики, разрешающей свободу слова. В подобном случае невозможно учесть тот факт, что общество, в котором люди не сво бодны выступать на углу без специальной законодательной санк ции, — это общество, в котором развитие новых идей, эксперимен тирование,перемены и т.п.будут встречать на своем пути огромное число помех, очевидных всем нам благодаря тому, что мы, по сча стью,живем в обществе,ограничившем себя принципом не рассма тривать всякий вопрос свободы слова в индивидуальном порядке.

Те же самые соображения справедливы и относительно кре дитно-финансовой сферы. Если рассматривать каждый случай в индивидуальном порядке, то во многих случаях, скорее всего, бу дет принято неправильное решение, поскольку люди, принимаю щие решения, рассматривают лишь ограниченную область и не принимают во внимание совокупных последствий всей политики в целом. С другой стороны, если какое-то общее правило принима ется для целой группы случаев, само существование этого правила оказывает благотворное влияние на настроения,взгляды и надежды людей;

если бы точно такие же решения принимались в индиви дуальном порядке, этого благотворного влияния не было бы.

Если решено, что следует законодательно установить какое то правило, встает вопрос: какое именно? Люди, придерживающие ся в общем либеральных взглядов, чаще всего предлагают правило, касающееся уровня цен,а именно законодательное предписание кре дитно-денежным учреждениям поддерживать стабильный уровень цен. Я считаю, что это правило не годится. Не годится оно потому, что ставит себе задачи, которые кредитно-денежный орган своими действиями решить не способен,ибо у него нет на это ясно очерчен ной и прямой власти. Поэтому оно создает проблему рассредоточе ния ответственности и предоставления этому органу слишком боль шой свободы действий. Спору нет, между кредитно-денежными решениями и уровнем цен существует тесная взаимосвязь. Но вза имосвязь эта не настолько тесна, неизменна или непосредственна, чтобы задача достижения стабильного уровня цен была подходя щим ориентиром для каждодневной деятельности такого органа.

Я более подробно разбираю вопрос о правиле,которое нужно принять,в другой работе3.В связи с этим я ограничусь здесь изложени ем выводов. Исходя из нынешнего состояния наших знаний о пред 3 См.: Friedman M. A Program for Monetary Stability… P. 77–99.

Г Л А В А I I I. К О Н Т Р О Л Ь Н А Д Д Е Н Ь ГА М И | 79 | мете,мне кажется,что это правило лучше всего сформулировать с точ ки зрения поведения денежной массы.В данный момент я остановил ся бы на законодательно установленном правиле, предписывающем кредитно-денежному органу обеспечивать некие конкретные темпы роста денежной массы.Для этого я определил бы денежную массу как сумму денег,находящихся вне коммерческих банков и вкладов в этих банках.Я вменил бы Резервной системе в обязанность следить за тем, чтобы общий денежный запас,определяемый вышеуказанным обра зом,рос месяц за месяцем (а если возможно,и день за днем) на X про центов в год,где X есть число между тремя и пятью.Как именно будет определено понятие денег и какие именно будут установлены темпы роста, имеет куда меньшее значение, чем сам факт, что это понятие твердо определено,а темпы роста четко обозначены.

Хотя это правило резко ограничит полномочия кредитно денежных органов, при нынешнем состоянии дел оно все равно со хранит за Федеральным резервом и за Казначейством чрезмерную свободу решать,как именно добиваться установленных темпов рос та денежной массы,свободу контролировать и регулировать долго вые отношения, надзирать за банками и т.п. Целесообразны и осу ществимы дальнейшие банковские и финансовые реформы, которые я подробно разобрал в другой работе. Они ликвидируют нынешнее государственное вмешательство в операции по креди тованию и капиталовложениям и превратят государственные операции по финансированию из постоянного источника неста бильности и неопределенности в относительно размеренный и предсказуемый вид деятельности. Однако, хотя эти дальнейшие реформы весьма важны, они не имеют такого основополагающего значения, как принятие правила, ограничивающего полномочия кредитно-денежных органов в отношении денежной массы.

Я хотел бы подчеркнуть, что не считаю свое предложение венцом кредитно-денежной мудрости, неким окончательным ре цептом, который следует занести на вечные скрижали. Просто мне думается, что в свете наших нынешних знаний оно увереннее дру гих обещает разумную степень кредитно-денежной стабильности.

Хотелось бы надеяться, что, воспользовавшись им и больше узнав о кредитно-денежных делах, мы сможем выработать еще лучшие правила, которые приведут к еще лучшим результатам. Такое пра вило представляется мне единственным доступным ныне способом сделать кредитно-денежную политику столпом свободного обще ства, а не угрозой его основам.

Международные финансовые Глава IV и торговые отношения Проблема международных кредитно-денежных отношений — это проблема отношений между валютами разных стран;

это пробле ма условий, на которых люди могут обменивать американские дол лары на фунты стерлингов, канадские доллары на американские и т.п. Проблема эта тесно связана с контролем над деньгами, кото рый мы разбирали в предыдущей главе. Она связана также с поли тикой, которую государство проводит в области международной торговли, поскольку контроль над международной торговлей яв ляется одним из методов влияния на платежи по международным сделкам.

Значение международных кредитно денежных отношений для экономической свободы Хотя вопросы международных кредитно-денежных отношений носят сугубо технический характер и пугают своей сложностью,ли берал не может их игнорировать.Не будет преувеличением сказать, что наиболее серьезную ближайшую угрозу экономической свобо де в США (не считая, конечно, Третьей мировой войны) предста вляло бы сегодня введение мер контроля над экономикой с тем, чтобы «разрешить» проблемы платежного баланса.Вмешательство в международную торговлю кажется невинным явлением и может получить поддержку людей, которые в иных ситуациях относятся к государственному вмешательству в экономические дела с опа ской. Многие бизнесмены даже воспринимают такое вмешатель ство как составную часть «американского образа жизни». И тем не менее мало какие виды вмешательства в экономику способны рас пространиться столь широко, как этот, и нанести столь губитель ный ущерб свободному предпринимательству. Богатый опыт показывает, что наиболее эффективный способ превращения ры ночной экономики в авторитарную — это, для начала, введение прямого контроля над обменом валюты. Один этот шаг неизбеж но ведет к нормированию импорта, к контролю над промышлен Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 81 | ностью, использующей импортные товары или производящей то вары вместо импортных, и так далее, по нескончаемой спирали.

И тем не менее даже такой,в общем,твердый сторонник свободно го предпринимательства, как сенатор Барри Голдуотер, при обсуж дении так называемого «золотого потока» (gold flow) временами го ворил, что ограничения на операции в иностранной валюте могут быть необходимы в качестве «лекарства». Но такое «лекарство» го раздо вреднее самой болезни.

Ничто не ново под солнцем, тем более в сфере экономиче ской политики;

всё якобы «новое» в ней — это, как правило, плохо замаскированная идея, отброшенная еще в прошлом или позапро шлом столетии. Однако, если я не ошибаюсь, полный контроль над валютными операциями и так называемая «неконвертируемость валюты» представляют здесь исключение: их происхождение изо бличает их авторитарную подоплеку. Насколько я знаю, их приду мал Яльмар Шахт в первые годы нацистского режима. Разумеется, в прошлом бывало немало случаев,когда какая-нибудь валюта счи талась неконвертируемой.Однако тогда это означало,что данное го сударство не хочет или не может обменивать бумажные деньги на золото или серебро (или другой тогдашний денежный товар) по уза коненной ставке.Изредка это означало,что страна запрещает своим гражданам или жителям обменивать бумажки,содержащие обеща ние выплатить определенную сумму в денежных единицах этой страны,на аналогичные бумажки,суммы на которых были выраже ны в денежных единицах другой страны, или на монеты, или цен ные металлы в слитках. Например, во время Гражданской войны в США и на протяжении пятнадцати лет после нее американские де ньги были неконвертируемы в том смысле,что обладатель долларов не мог прийти с ними в казначейство и поменять их на некое фикси рованное количество золота. Но на протяжении всего этого перио да он имел право покупать золото по рыночной цене или продавать и покупать английские фунты за американские деньги по любой це не, взаимно устраивающей обе стороны.

В США доллар неконвертируем в старом смысле слова с 1933 года. Закон запрещает американским гражданам держать золото или продавать и покупать золото. Доллар не является не конвертируемым в новом смысле этого термина. Но, к несчастью, складывается впечатление, что мы принимаем курс, который ра но или поздно почти наверняка поведет нас именно в этом напра влении.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 82 | Роль золота в кредитно денежной системе США Лишь инерция старых представлений заставляет нас по-прежнему смотреть на золото как на центральный элемент нашей кредитно денежной системы.Если охарактеризовать роль золота в американ ской политике более точно, то оно является главным образом това ром, цена на который поддерживается, как поддерживаются цены на пшеницу и прочие сельхозпродукты.Имеющаяся у нас програм ма поддержания цен на золото отличается от такой же программы в отношении пшеницы тремя важными моментами: во-первых,мы платим поддержанную цену (support price) не только отечествен ным, но и иностранным производителям;

во-вторых, мы свободно продаем золото по поддержанной цене только иностранным, а не отечественным покупателям;

в-третьих, — и в этом заключается важный пережиток монетарной роли золота — казначейство упол номочено выпускать деньги (так сказать, печатать бумажные день ги), чтобы платить за покупаемое им золото, так что расходы на по купку золота не фигурируют в бюджете и необходимые для этого суммы не требуют официального ассигнования Конгрессом.Точно так же,когда казначейство продает золото,в ведомостях отмечается просто уменьшение числа золотых сертификатов,а не выручка,по ступающая в бюджет.

Когда в 1934 году цена на золото была впервые установлена на ее нынешнем уровне (35 долларов за унцию), она намного пре вышала цену золота на свободном рынке. Вследствие этого золото потекло в США рекой, наш золотой запас за шесть лет утроился, и в наших руках оказалось больше половины мирового золотого за паса. «Излишки» золота накопились у нас по той же причине, что и «излишки» пшеницы: государство предложило цену, превышаю щую рыночную.Позднее положение изменилось.Если установлен ная законом цена на золото продолжала составлять 35 долларов,це ны на другие товары удвоились или утроились. Поэтому теперь 35 долларов меньше цены золота на свободном рынке1. В результа те этого у нас теперь «дефицит» вместо «излишков»,и исключитель но по той же самой причине, по которой установление потолка квартплаты приводит к «дефициту» на жилую площадь, а именно потому,что государство пытается удержать цену на золото на уров не ниже рыночного.

1 Следует предупредить, что здесь есть тонкий момент: многое зависит от того, чт принять за постоянную при расчете цен на свободном рынке, особенно ког да речь идет о монетарной роли золота.

Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 83 | Цену на золото уже давно разрешили бы поднять — как по зволяют время от времени поднимать цену на пшеницу, — если бы не то случайное обстоятельство, что главными производителями золота (которые соответственно больше всех выиграют от повыше ния его цены) являются Советская Россия и Южная Африка,то есть страны,к которым США испытывают минимальные политические симпатии.

Государственный контроль над ценой на золото (не меньше, чем контроль над любой другой ценой) несовместим со свободной экономикой. Следует провести резкое разграничение между таким псевдозолотым стандартом и использованием золота в качестве де нег в рамках подлинного золотого стандарта, которое вполне сов местимо со свободной экономикой,хотя,возможно,и нереалистич но. Даже в большей степени, чем само назначение цен, связанные с ними меры,принятые администрацией Рузвельта в 1933 и 1934 го дах, когда она подняла цену на золото, представляли собой резкий отход от либеральных принципов и создали ряд прецедентов,кото рые потом превратились в бич свободного мира. Я имею в виду на ционализацию золотого запаса, запрещение иметь золото в част ном владении для кредитно-денежных целей и отмену золотых оговорок в государственных и частных контрактах.

Законы, принятые в 1933 и 1934 годах, потребовали, чтобы частные лица передали все имеющееся у них золото федеральному правительству. Им была выплачена компенсация в соответствии с прежней официальной ценой,которая в то время была определен но ниже рыночной. Чтобы добиться эффективности этих законо положений, частная собственность на золото на территории США была запрещена, за исключением использования золота для изгото вления произведений декоративного искусства.Трудно представить себе меру,более губительную для принципов частной собственности, на которых зиждется свободно-предпринимательское общество.Нет никакой принципиальной разницы между такой национализацией золота по искусственно заниженной цене и национализацией земли и фабрик,проведенной по искусственно заниженной цене Фиделем Кастро. На каких это принципиальных основаниях может прави тельство США возражать против кубинской национализации,если оно само совершило аналогичную? Однако некоторые сторонники свободного предпринимательства настолько слепы, когда дело ка сается золота,что в 1960 году глава компании Morgan Guaranty Trust (наследницы Morgan & Со) Генри Александер предложил, чтобы К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 84 | закон, запрещающий гражданам США владеть золотом в частном порядке, был распространен на золото, которое граждане держат за границей! Когда президент Эйзенхауэр принял предложение Алек сандера, банковский мир практически не издал ни звука протеста.

Хотя запрещение частной собственности на золото объяс няли необходимостью «сохранить» его для монетарного исполь зования, введено это запрещение было не из кредитно-денежных соображений (разумны эти соображения сами по себе или нет).

Национализация золота была проведена для того, чтобы государ ство могло пожать всю «бумажную» прибыль от повышения цен на золото (или, быть может, чтобы не дать заработать на этом част ным лицам).

Отмена золотых оговорок преследовала аналогичную цель.

И эта мера тоже наносила удар по основным принципам свободно го предпринимательства. Контракты, заключенные по доброй воле и полному согласию обеих сторон,были объявлены недействитель ными к выгоде одной из этих сторон!

Текущие платежи и бегство капитала Говоря о международных кредитно-денежных отношениях в более общем плане,следует проводить различие между двумя весьма раз ными проблемами: платежным балансом и опасностью массовых закупок золота. Проще всего разницу между этими проблемами можно проиллюстрировать при помощи аналогии с обычным ком мерческим банком.Банк должен вести дела так,чтобы поступления в виде платы за обслуживание, процентов на займы и т.д. составля ли достаточно большую сумму для покрытия его расходов: зарпла ты служащих, процентов по полученным займам, стоимости пред метов снабжения, выплат акционерам и т.п. Иными словами, банк должен иметь положительный счет поступлений.Однако даже банк, обладающий хорошим счетом поступлений, может столкнуться с серьезными трудностями,если вкладчики вдруг по какой-то при чине потеряют к нему доверие и в массовом порядке начнут требо вать назад свои депозиты. Многим крепким банкам пришлось на всегда закрыться из-за этого во время кризисов ликвидности, описанных в предыдущей главе.

Разумеется, эти две проблемы не лишены взаимосвязи. Од на из важнейших причин,по которым вкладчики банка могут утра тить к нему доверие, состоит в том, что в счет поступлений банка убытки начинают превышать прибыль. И тем не менее это пробле Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 85 | мы весьма разного порядка. В частности, трудности, связанные со счетом поступлений, нарастают, как правило, постепенно, и для их решения имеется немало времени. Они редко сваливаются на голо ву внезапно. Массовое же изъятие вкладов, может начаться неожи данно, без предупреждения, как гром среди ясного неба.

США находятся в аналогичной ситуации.Жители США и са мо американское правительство стремятся приобрести иностран ную валюту на доллары, чтобы покупать в других странах товары и услуги, делать капиталовложения в иностранные предприятия, платить проценты по займам, выплачивать займы или делать по дарки другим государствам или частным лицам.В то же время ино странцы тоже стремятся приобрести доллары за иностранную ва люту с теми же целями. В конечном итоге количество долларов, истраченных на иностранную валюту, сравняется с количеством долларов, купленных за иностранную валюту, — так же, как число проданных пар обуви точно равняется числу купленных пар.Ариф метика есть арифметика: что один купил, то другой продал. Однако нет никакой гарантии, что при всякой данной цене на иностранную валюту в долларах количество долларов,которые одни хотят истра тить, будет равняться количеству долларов, которые другие хотят купить, — так же, как нет такой гарантии, что при всякой данной це не на обувь число пар, которые одни хотят купить, будет точно рав няться числу пар, которые другие хотят продать. Равенство ex post отражает какой-то механизм,элиминирующий всякое расхождение ex ante. Проблема создания надлежащего механизма для этой цели есть аналог проблемы банковского счета поступлений.

В дополнение к этому у правительства США, как и у банка, имеется проблема избежания массовых изъятий. США обязались продавать золото иностранным центральным банкам и правитель ствам по 35 долларов за унцию. Иностранные центральные банки, правительства и жители держат в США значительные средства в ви де депозитных счетов или государственных ценных бумаг, которые легко можно продать за доллары.Владельцы этих счетов могут в лю бой момент устроить «налет» на американское казначейство и по требовать,чтобы имеющиеся на их счетах доллары обменяли на зо лото.Именно так произошло осенью 1960 года,и то же самое почти наверняка случится в будущем, хотя нельзя точно предсказать, ког да именно (возможно, еще до выхода этой книги в свет).

Эти две проблемы взаимосвязаны в двух отношениях. Во первых, как и в случае с банком, ухудшение счета поступлений яв К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 86 | ляется одной из главных причин, по которым люди могут потерять веру в способность американского правительства выполнить свое обещание о продаже золота по 35 долларов за унцию. Тот факт, что США приходится фактически занимать деньги за границей, чтобы сбалансировать свой текущий счет,является одной из главных при чин, по которой обладатели долларов заинтересованы в обмене их на золото или на другую валюту.Во-вторых,фиксированная цена на золото является средством, избранным нами для фиксации другой категории цен (цена доллара в соотношении с другими валютами), а золотые потоки (flows of gold) есть способ, при помощи которого мы разрешаем ожидаемые расхождения в платежном балансе.

Альтернативные механизмы достижения баланса во внешних расчетах Мы можем пролить дополнительный свет на оба эти отношения, если рассмотрим,какие альтернативные механизмы могут быть ис пользованы для достижения баланса в расчетах;

это первая и во многих отношениях более фундаментальная из двух проблем.

Представим себе, что американский платежный баланс бо лее или менее благоприятен,как вдруг случается некое событие,ме няющее ситуацию;

скажем,количество долларов,которые хотят ку пить иностранцы, уменьшается по сравнению с количеством долларов,которые хотят продать жители США.Или,если взглянуть на дело с другой стороны, количество валюты, которую желают приобрести владельцы долларов,увеличивается по сравнению с ко личеством валюты, которую желают продать за доллары ее обла датели. Иными словами, некое событие грозит вызвать «дефицит» в американских платежах. Это может произойти в результате повышения производительности труда за границей или падения производительности труда в США, увеличения американской иностранной помощи или сокращения помощи, оказываемой Со единенными Штатами другим государствам, а также вследствие тысяч и тысяч других изменений, которые происходят все время.

Существует четыре — и только четыре — способа, посред ством которых страна может приспособиться к таким пертурба циям;

следует также использовать некоторые комбинации этих способов.

1. Можно сократить американские резервы иностранных валют или увеличить иностранные резервы американских долла ров. На практике это означает, что правительство США может до Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 87 | пустить сокращение своего золотого запаса, поскольку золото мо жет быть обменяно на иностранную валюту,или взять взаймы ино странную валюту и обменять ее на доллары по официальному кур су;

либо иностранные правительства могут скопить доллары путем продажи жителям США иностранной валюты по официальному курсу. Очевидно, что опора на резервы есть в лучшем случае вре менное решение. Строго говоря, именно тот факт, что США широ ко использовали это средство, объясняет большую озабоченность состоянием платежного баланса.

2. Можно понизить внутренние цены в США по сравнению с ценами за границей.В этом заключается главный механизм вырав нивания при полновесном золотом стандарте.Первоначальный де фицит может привести к вывозу золота из страны (см. выше меха низм-1);

вывоз золота приведет к сокращению бумажной массы;

сокращение бумажной массы приведет к снижению цен и доходов внутри страны.За границей тем временем результаты будут проти воположными: приток золота увеличит объем бумажной массы и вызовет рост цен и доходов. Понижение американских цен и по вышение цен за границей повысит привлекательность американ ских товаров для иностранцев и тем самым увеличит количество долларов, которые те желают купить;

в то же самое время такое из менение цен снизит привлекательность иностранных товаров для жителей США и тем самым уменьшит количество долларов, кото рые они желают продать.Оба этих результата будут способствовать сокращению дефицита и восстановлению баланса, причем в даль нейших золотых потоках не будет необходимости.

При нынешнем контролируемом и регулируемом стандарте эти результаты не достижимы автоматически. Золотые потоки все еще могут быть первым шагом, но они не отразятся на бумажной массе ни в той стране, которая теряет золото, ни в той, которая его приобретает, если того не пожелают кредитно-денежные учреж дения соответствующих стран. Сегодня центральные банки и каз начейства всех стран мира обладают властью, позволяющей им смягчать воздействие золотых потоков или регулировать объем бу мажной массы без золотых потоков. Поэтому этот механизм будет использован лишь тогда, когда власти в стране, испытывающей де фицит,захотят вызвать дефляцию (и увеличить таким образом без работицу), чтобы улучшить состояние своего платежного баланса, или когда власти в стране,обладающей излишками,захотят вызвать инфляцию.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 88 | 3.Точно такой же результат,который достигается изменени ем внутренних цен,может быть произведен изменением валютного курса.Например,представим себе,что при механизме-2 стоимость какого-то автомобиля на американском внутреннем рынке упала на 10%, с 2800 долларов до 2520. Если стоимость фунта остается при этом 2 доллара 80 центов,это означает,что стоимость машины в Ан глии (если не учитывать расходы на перевозку и т.п.) упадет с до 900 фунтов. Цена в Англии сократится ровно на столько же безо всякого изменения в американской цене, если фунт подскочит с 2 долларов 80 центов до 3 долларов 11 центов.Раньше англичанин должен был истратить 1000 фунтов,чтобы получить 2800 долларов.

Теперь он может получить 2800 долларов всего за 900 фунтов. Для него нет разницы,упала ли цена по этой причине или из-за того,что стоимость машины уменьшилась в США безо всяких изменений в валютном курсе.

На практике изменение валютного курса может произойти несколькими способами. Ныне, когда во многих странах существу ет фиксированный (pegged) валютный курс, оно может произойти через девальвацию или официальное повышение,иными словами, вследствие заявления правительства, что последнее изменяет цену, на уровне которой оно фиксирует свою валюту. В качестве альтер нативы валютный курс можно вообще не фиксировать. Он может представлять собой изменяющийся ежедневно рыночный курс,как обстояло дело с канадским долларом с 1950 по 1962 год. В этом слу чае он может быть подлинным рыночным курсом, определяемым главным образом через частные операции (как,очевидно,происхо дило с канадским курсом с 1952 по 1961 год), или им можно мани пулировать посредством государственной спекуляции, как проис ходило в Англии с 1931 по 1939 год и в Канаде в 1950–1952 и снова в 1961–1962 годах.

Среди всех этих методов полностью автоматическим и сво бодным от государственного контроля является один лишь свобод но колеблющийся обменный курс.

4. Выравнивание, достигаемое механизмами 2 и 3, заклю чается в изменении потоков товаров и услуг,вызванном либо изме нением внутренних цен, либо изменением обменных курсов.

Вместо этого можно прибегнуть к прямому государственному кон тролю или к вмешательству в торговлю, чтобы сократить потен циальный расход американских долларов и увеличить приход.

Можно ввести таможенные пошлины, чтобы задушить импорт, Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 89 | можно выдать субсидии,чтобы стимулировать экспорт,можно вве сти импортные квоты на самые разные товары, можно поставить под контроль капиталовложения американских граждан или фирм за границей и т.п.,вплоть до полного набора мер валютного контро ля. В эту категорию следует включить не только контроль над дея тельностью частных лиц, но и изменения в государственных про граммах, производимые ради платежного баланса. Можно обязать получателей иностранной помощи тратить отпущенные им сред ства на территории США;

военным, возможно, придется делать за купки в США по более высокой цене,чем за границей,дабы сэконо мить «доллары» (по используемой в таких случаях противоречивой терминологии), и так далее до умопомрачения.

Важно отметить, что тот или другой из этих четырех спосо бов должен быть — и будет — использован. Двойные записи долж ны быть сбалансированы.Платежи должны сойтись с поступления ми. Вопрос только в том, как это сделать.

Наша официальная национальная политика гласит,что ни чего такого мы делать не собираемся. Выступая в декабре 1961 года перед Национальной ассоциацией промышленников, президент Кеннеди заявил: «Итак, нынешняя администрация в период своего пребывания у власти, повторяю я вновь в совершенно недвусмы сленных выражениях, не намеревается вводить валютный кон троль,девальвировать доллар,возводить торговые барьеры или ста вить палки в колеса нашему экономическому восстановлению».

Рассуждая логически, это оставляет лишь две возможности: заста вить другие страны принять исключительные меры, что вряд ли можно счесть надежным вариантом,или сократить резервы,но пре зидент и другие представители государства неоднократно заявля ли, что такое сокращение продолжаться не может. Что касается на шей официальной политики,мы находимся в положении человека, живущего не по средствам, но настаивающего, что он никак не мо жет зарабатывать больше или тратить меньше или финансировать свои излишества из имеющихся у него активов!

Поскольку мы не выказали желания выработать последова тельную политику,и нам и нашим торговым партнерам — которые выступают с такими же точно страусиными заявлениями, как мы, — волей-неволей приходится прибегать ко всем четырем меха низмам сразу.В первые послевоенные годы резервы США выросли;

в последнее время они сокращаются. Мы приветствовали инфля цию с большей, чем обычно, готовностью, когда резервы у нас ро К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 90 | сли,и мы стали лучше относиться к дефляции с 1958 года из-за утеч ки золота.Хотя мы не изменили нашу официальную цену на золото, наши торговые партнеры изменили свою, а вместе с ней и курс, по которому их валюта обменивается на доллар, и в этих коррективах не обошлось без американского давления.Наконец,наши торговые партнеры вовсю прибегали к прямому контролю, и, поскольку де фицит бывал у нас, а не у них, мы тоже принялись прямо вмеши ваться в платежи самыми разными способами — от ограничения товаров,которые туристы могут ввезти в страну беспошлинно (нез начительный, но очень симптоматичный шаг), и требований, что бы средства, отпущенные на помощь иностранным государствам, тратились в пределах США,до отказа посылать военнослужащих за границу вместе с семьями и установления более жестких импорт ных квот на нефть.Мы дошли до того,чтобы просить иностранные государства принять специальные меры для улучшения американ ского платежного баланса.

Из четырех механизмов наихудшим практически с любой точки зрения и уж наверняка самым губительным для свободного общества является прямой контроль. И тем не менее при отсут ствии ясной политики нам все больше и больше приходится по лагаться на ту или иную форму такого контроля. На публике мы проповедуем достоинства свободной торговли, и тем не менее не умолимое давление платежного баланса принуждает нас двигаться в противоположном направлении, причем велика опасность, что мы зайдем по этому пути еще дальше,чем зашли теперь.Мы можем провести все мыслимые законы,обещающие понижение таможен ных пошлин;

администрация может договориться о понижении ка ких угодно тарифов;

и тем не менее,если мы не обратимся к альтер нативному механизму сокращения дефицита платежного баланса, нам придется заменять один набор препятствий для торговли дру гим — что-то окажется хуже, что-то лучше. Таможенные пошлины плохи, но квоты и другие виды прямого вмешательства еще хуже.

Таможенные пошлины,как и рыночная цена,безличны и не приво дят к прямому государственному вмешательству в деловую сферу;

квота же сопряжена с распределением и другими поводами для ад министративного вмешательства,и,кроме того,она предоставляет администраторам возможность раздавать частным предпринима телям лакомые кусочки.Быть может,еще хуже таможенных пошлин или квот всякие не предусмотренные законом соглашения,такие как «добровольное» согласие Японии ограничить экспорт текстиля.

Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 91 | Колеблющиеся обменные курсы как решение, отвечающее духу свободного рынка Лишь два механизма совместимы со свободным рынком и свобо дой торговли.Первый — это полностью автоматический междуна родный золотой стандарт. Он, как мы видели в предыдущей главе, и неосуществим, и нецелесообразен. В любом случае мы не можем принять его сами по себе.Второй — это система свободно колеблю щихся,плавающих обменных курсов,которые устанавливаются на рынке посредством операций между частными лицами без государ ственного вмешательства. Это достойный свободно-рыночный аналог монетарного правила, отстаивавшегося в предыдущей гла ве. Если мы не возьмем его на вооружение, мы никогда не сможем расширить сферу свободной торговли и рано или поздно будем вы нуждены ввести всеобъемлющий прямой контроль над торговлей.

Как и в других областях,условия здесь меняются неожиданно.Впол не возможно, что мы как-то выкарабкаемся из затруднений, перед которыми мы стоим в момент написания этих строк (апрель 1962 года), и, мало того, останемся с излишками, а не с дефицитом, не растеряв, а накопив резервы. В таком случае это будет означать лишь то, что необходимость введения контроля встанет перед дру гими странами. Когда я написал в 1950 году статью, призывавшую к созданию системы колеблющихся валютных курсов, Европа ис пытывала затруднения с платежами, связанные с якобы имевшей тогда место «нехваткой долларов». Такой поворот событий всегда возможен.Более того,сложность предсказания того,когда и как про изойдут такие изменения, является одним из главных доводов в пользу свободного рынка. Стоящая перед нами проблема заклю чается не в разрешении какой-то конкретной проблемы платежно го баланса. Она заключается в разрешении проблемы платежного баланса в целом: нужно взять на вооружение некий механизм,кото рый позволит силам свободного рынка быстро, эффективно и ав томатически реагировать на изменения в условиях, оказывающих влияние на международную торговлю.

Хотя, казалось бы, очевидно, что свободно колеблющиеся валютные курсы представляют собой свободно-рыночный меха низм, они пользуются твердой поддержкой очень небольшого чи сла либералов, в основном профессиональных экономистов, тогда как против выступают многие либералы, отвергающие государ ственное вмешательство и назначение цен государством почти во всех других областях.В чем тут дело? Одна из причин — это просто К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 92 | напросто тирания статус-кво. Вторая причина состоит в том, что люди путают настоящий золотой стандарт с псевдостандартом.При настоящем золотом стандарте цены различных национальных ва лют почти не меняются по отношению друг к другу,потому что раз ные валюты просто выступают как разные названия разного коли чества золота.Нетрудно сделать ошибочное предположение,что мы можем ввести то, что, в сущности, будет настоящим золотым стан дартом, просто сделав какую-то номинальную привязку к золоту и приняв псевдозолотой стандарт, при котором цены разных на циональных валют неизменны по отношению друг к другу только потому, что это фиксированные цены на манипулируемом рынке.

Третья причина заключается в том, что каждый любит проповедо вать свободный рынок для других, полагая при этом, что сам он за служивает особого отношения. Банкиры особенно склонны к это му, когда речь заходит о валютных курсах. Им очень нравятся гарантированные цены. Кроме того, они не знакомы с рыночными методами преодоления колебаний валютного курса. Нет фирм, которые специализировались бы на спекуляции и арбитраже в усло виях свободного валютного рынка. Это один из факторов, поддер живающих тиранию статус-кво. Например, после того как плаваю щий курс,существовавший в Канаде в течение десятилетия,привел к новому статус-кво, канадские банкиры оказались в первых рядах тех, кто призывал к его продолжению и возражал против фиксиро ванного курса или государственного манипулирования курсом.

Еще важнее всех этих причин,по моему мнению,неправиль ные выводы,сделанные из прошлых экспериментов с колеблющим ся курсом и вытекающие из статистической ошибки,которую легко показать на типичном примере. «Аризона — это, несомненно, худ шее место в США, куда может отправиться больной туберкулезом, потому что уровень смертности от туберкулеза в Аризоне выше, чем в любом другом штате». В этом случае ошибочность аргумента очевидна.Она менее очевидна,когда дело касается валютного курса.

Попав в тяжелое финансовое положение в результате порочной вну тренней кредитно-денежной политики или по какой-то другой при чине, страны в конечном счете вынуждены были прибегать к гиб кому валютному курсу. Никакой валютный контроль или прямые ограничения на торговлю не помогали им зафиксировать обмен ный курс, не отражавший экономической реальности. В связи с этим безусловно верно, что колеблющийся валютный курс часто отождествлялся с финансовой и экономической нестабильностью Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 93 | (как, например, при гиперинфляции или просто сильной инфля ции вроде тех,которые происходят во многих странах Южной Аме рики). Легко прийти к заключению, как это сделали многие, что такая нестабильность возникает вследствие колеблющегося валют ного курса.

Выступать за колеблющийся валютный курс не значит вы ступать за нестабильный валютный курс. Если мы поддерживаем систему свободных цен, это не значит, что нам нравится система, при которой цены скачут вверх и вниз, как безумные. Мы выступа ем за систему, при которой цены колеблются свободно, однако це нообразующие факторы достаточно стабильны, чтобы цены коле бались в каком-то умеренном диапазоне.То же самое можно сказать о системе колеблющихся валютных курсов.Нестабильность валют ных курсов является симптомом нестабильности соответствующей экономической структуры. Снятие этого симптома путем админи стративного замораживания валютного курса не излечивает труд ностей, приведших к нестабильности, а только делает привыкание к ним еще болезненней.

Меры, необходимые для существования свободного золотого и валютного рынка Быть может, конкретные выводы из вышеизложенного станут яс нее, если я перечислю меры, которые, по моему мнению, следует принять Соединенным Штатам для обеспечения подлинно свобод ного рынка для золота и иностранной валюты.

1. Соединенные Штаты должны снять с себя обязательство покупать и продавать золото по фиксированной цене.

2. Нынешние законы, запрещающие частным лицам вла деть золотом и заниматься его куплей-продажей, следует отменить, чтобы снять ограничения на цену, по которой покупается и продается золото, по отношению к любому другому товару или финансовым активам, включая валю ты других стран.

3. Следует отменить действующий ныне закон, по которо му Резервная система обязана держать золотые сертифика ты, равные 25% ее денежных обязательств.

4. Когда речь заходит о полной ликвидации программы поддержания цен на золото (так же как цен на пшеницу), главная трудность касается переходной стадии: что делать с накопившимися государственными запасами? Я лично К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 94 | думаю, что в обоих случаях государство должно немедлен но восстановить свободный рынок, предприняв шаги 1 и 2, а в конечном итоге ему следует избавиться от всех своих за пасов. Однако государству, видимо, имеет смысл избав ляться от своих запасов постепенно. Что касается пшени цы, то мне всегда казалось, что тут должно хватить пяти лет, поэтому я предлагаю, чтобы государство обязалось из бавляться от одной пятой своих запасов в течение каждого года. Такого же периода должно, в общем-то, хватить и для золота. В связи с этим я предлагаю, чтобы государство за пять лет продало с аукциона на свободном рынке весь свой золотой запас. При наличии свободного рынка для золота частные лица, возможно, сочтут, что складские квитанции (warehouse certificates) куда удобнее самого золота. Если так, то частные предприниматели наверняка предоставят услуги по складированию золота и выдаче квитанций. С ка кой стати складирование золота и выдача соответствую щих квитанций должны быть национализированным предприятием?

5. Соединенные Штаты должны также объявить, что не станут устанавливать никакого официального обменного курса доллара по отношению к другим валютам, и, кроме того, не станут заниматься никакой спекулятивной или иной деятельностью с целью повлиять на обменный курс.

Тогда обменный курс будет устанавливаться на свободном рынке.

6. Эти меры вступят в противоречие с обязательствами по поддержанию официального долларового паритета, лежа щими на нас как на члене Международного валютного фонда. Однако Фонд счел возможным согласовать со своим уставом отказ Канады от установления паритета и согласился на то, чтобы у канадцев был колеблющийся курс. Нет никаких оснований, чтобы он не сделал того же самого и для США.

7. Другие страны могут изъявить желание привязать свою валюту к доллару. Это их личное дело, и у нас не будет ника ких причин возражать против этого, покуда мы не взяли на себя обязательства покупать или продавать их валюту по фиксированной цене. Им удастся привязать свою валюту к нашей только посредством какой-то одной или несколь Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 95 | ких мер из тех, что перечислены выше: через использова ние или накопление резервов, координирование своей вну тренней политики с американской и усиление или ослабле ние прямого контроля над торговлей.

Снятие государственных ограничений на торговлю Система типа вышеочерченной раз и навсегда разрешит проблему платежного баланса. Не будет никаких шансов на образование де фицита,который заставит наших государственных чиновников ид ти на поклон к другим странам и центральным банкам с просьбой о помощи,президент США не будет вести себя наподобие взмылен ного провинциального банкира,старающегося восстановить дове рие к своему банку, а администрация, проповедующая свободную торговлю,не будет вынуждена вводить ограничения на импорт или приносить важные национальные и личные интересы в жертву три виальному вопросу о том, каким именем называть валюту, в кото рой совершаются платежи. Платежи будут всегда сбалансированы, поскольку цена — курс обмена иностранных валют — сможет сво бодно создавать баланс. Никто не сумеет продать доллары, если не найдет на них покупателя, и наоборот.

Таким образом, система колеблющихся валютных курсов позволит нам быстро продвигаться по прямому пути к полной сво боде торговли товарами и услугами (исключая только обдуманное вмешательство,которое может быть оправдано чисто политически ми и военными причинами,например,запрет на продажу стратеги ческих товаров коммунистическим странам). Пока мы продолжа ем укладываться в прокрустово ложе фиксированных валютных курсов,мы не в состоянии взять твердый курс на свободную торго влю.Возможность ввода таможенных пошлин или прямого контро ля следует оставить про запас и использовать в случае нужды в каче стве выпускного клапана.

Система колеблющихся валютных курсов имеет и дополни тельное преимущество: она обнажает ошибочность софизма, со державшегося в наиболее распространенном аргументе против сво бодной торговли, согласно которому «низкая» заработная плата в других странах каким-то образом вызывает необходимость вве дения таможенных пошлин для защиты «высокой» заработной пла ты в США. Если японский рабочий получает 100 йен в час, то какая у него зарплата по сравнению с американским рабочим, получаю щим 4 доллара в час: высокая или низкая? Все зависит от обменного К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 96 | курса.А чем определяется обменный курс? Необходимостью балан сировать платежи,то есть делать так,чтобы мы могли продать япон цам примерно столько же, сколько они могут продать нам.

Представим себе для простоты картины, что торговлей за нимаются только две страны — Япония и США — и что при каком то валютном курсе, скажем, 1000 йен за доллар, японцы оказались в состоянии произвести все товары,годные для внешней торговли, дешевле,чем американцы.При таком валютном курсе японцы смо гли бы продать нам многое, а мы им — ничего. Предположим, что мы платим бумажными долларами. Куда девать доллары японским экспортерам? Есть они их не могут,хранить тоже,и жить в них нель зя.Если бы им захотелось просто хранить их,то печатание долларо вых купюр сделалось бы у нас великолепной статьей экспорта и по зволило бы нам получать от японцев все радости жизни почти бесплатно.

Но японские экспортеры, конечно, не захотят просто хра нить у себя доллары.Они захотят продать их за йены.При нашей ис ходной посылке за один доллар они не могут купить ничего, что нельзя было бы купить меньше, чем за тысячу йен, которую при на шей посылке дают при обмене за доллар. Это относится и к другим японцам.Зачем же тогда обладателю йен давать до тысячи йен за дол лар,если на доллар можно купить меньше,чем за тысячу йен? Никто и не даст.Чтобы японский экспортер обменял свои доллары на йены, ему придется согласиться на меньшее количество йен: цена доллара в йенах должна будет упасть ниже тысячи йен, или, что то же самое, цена йены в долларах должна будет превысить одну тысячную долла ра. Но при 500 йенах за доллар японские товары станут для амери канцев вдвое дороже,чем раньше,а американские товары сделаются для японцев вдвое дешевле.Японцы больше не смогут продавать все товары дешевле, чем американские производители.

Где же остановится цена на йену в долларах? На том уровне, который гарантирует,что все экспортеры смогут при желании про дать доллары,полученные ими за экспортируемые в Америку това ры, импортерам, которые используют их для закупки товаров в Америке.Грубо говоря,на том уровне,который необходим для то го, чтобы стоимость американского экспорта (в долларах) равня лась стоимости американского импорта (тоже в долларах). «Грубо говоря», потому что точная формулировка потребовала бы учесть капитальные операции,подарки и т.д.Но главного принципа все это не меняет.

Г Л А В А I V. М Е Ж Д У Н А Р О Д Н Ы Е Ф И Н А Н С О В Ы Е И Т О Р Г О В Ы Е О Т Н О Ш Е Н И Я | 97 | Следует заметить, что в нашем изложении ничего не гово рится об уровне жизни японского и американского рабочего. Про сто это не имеет отношения к делу. Если у японского рабочего уро вень жизни ниже, чем у американского, то это из-за того, что он в среднем менее производителен,чем американец (с учетом его ква лификации, объема капитала, количества земли и прочих вещей, играющих роль в трудовом процессе). Если американец, скажем, в среднем в четыре раза продуктивнее японского рабочего, невы годно использовать его на производстве товаров,при изготовлении которых его производительность менее чем в четыре раза превы шает японскую. Лучше производить товары, при изготовлении ко торых он работает продуктивнее, и обменивать их на товары, при изготовлении которых он работает менее продуктивно. Таможен ные пошлины не способствуют подъему уровня жизни японского рабочего и не защищают высокого уровня жизни рабочего амери канского.Они,напротив,понижают уровень жизни в Японии и ме шают расти уровню жизни в США.

Установив, что следует переходить к свободной торговле, остается выяснить, как это сделать. Метод, который мы использо вали в прошлом,состоял в заключении с другими странами догово ров о взаимном сокращении таможенных пошлин.Этот подход ка жется мне неверным.Во-первых,замедляется ход дела.Быстрее идет тот, кто идет в одиночку. Во-вторых, складывается ложный взгляд на проблему.Возникает впечатление,что таможенные пошлины по могают стране, которая их вводит, но вредят другим странам и что если мы понижаем таможенные пошлины, то отказываемся от ка кой-то выгоды и должны поэтому получить что-то взамен в форме снижения таможенных пошлин, введенных другими странами.

В действительности дело обстоит совсем не так.Наши таможенные пошлины вредят нам точно так же, как другим странам. Отказав шись от таможенных пошлин, мы оказались бы в выигрыше, даже если бы другие страны не последовали за нами2.Разумеется,мы вы гадаем еще больше,если они понизят таможенные пошлины у себя, но мы выгадаем и без этого.Наш личный интерес и их личный инте рес не конфликтуют, а совпадают.

По моему мнению, было бы куда лучше, если бы мы начали переходить к свободной торговле в одностороннем порядке,как сде 2 Можно представить себе исключения из этих правил, но, насколько я могу судить, это будут скорее теоретические курьезы, чем релевантные практические возможности.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 98 | лала в XIX веке Англия, отменив Хлебные законы. Наше политиче ское и экономическое могущество вырастет безмерно, как это про изошло тогда с Англией.Мы великая страна,и нам не пристало тре бовать от Люксембурга взаимных послаблений, чтобы понизить таможенные пошлины на люксембургские товары, или одним ма хом выбрасывать с работы тысячи китайских беженцев, вводя импортную квоту на гонконгский текстиль. Будем верны своему предназначению и будем задавать шаг, вместо того чтобы нехотя плестись позади.

Для простоты дела я рассуждал здесь о таможенных пошли нах, однако, как уже отмечалось, другие виды ограничений могут создавать торговле еще большие препятствия,чем таможенные по шлины. Мы должны избавиться от всех ограничений. Быстро реа лизуемая, но в то же время пошаговая программа будет заключать ся в принятии законов, согласно которым все импортные квоты и прочие количественные ограничения, независимо от того, введе ны ли они нами или приняты другими странами в «добровольном» порядке, будут подниматься на 20% в год, пока не поднимутся на столько высоко, что потеряют всякий смысл и будут отменены во обще, а все таможенные пошлины будут понижаться на одну деся тую их нынешнего уровня каждый год в течение десяти лет.

Мало какие меры смогут лучше послужить делу свободы у нас в стране и за рубежом, чем эти. Вместо того чтобы давать суб сидии иностранным государствам в виде экономической помощи (и тем самым поддерживать социализм),налагая в то же время огра ничения на товары,которые они сумели произвести (и препятствуя тем самым свободному предпринимательству), мы можем занять последовательную и принципиальную позицию. Мы можем зая вить остальному миру: «Мы верим в свободу и намерены жить со гласно этому убеждению.Никто не может навязать вам свободу.Это ваше личное дело.Но мы можем предложить вам равноправное со трудничество. Наш рынок для вас открыт. Продавайте на нем, что хотите и что можете. Покупайте на вырученные деньги все, что пожелаете. Так сотрудничество между людьми охватит весь мир и останется свободным».

Бюджетная политика Глава V Начиная с Нового курса, расширение государственной деятельно сти на федеральном уровне оправдывалось главным образом «необходимостью государственных расходов для ликвидации без работицы».Оправдание это прошло через несколько стадий.Пона чалу государственные расходы были нужны для того, чтобы «сти мулировать экономическую активность».Временные затраты дадут разгон экономике, после чего государство выйдет из игры.

Первоначальные расходы не смогли ликвидировать безра ботицу,за ними в 1937–1938 годах последовало значительное сокра щение экономической активности, и появилась теория «долговре менной стагнации»,оправдывавшая перманентно высокий уровень государственных расходов. Доказывали, что экономика достигла стадии зрелости.Инвестиционные возможности по большей части уже использованы,а значительных новых возможностей,вероятно, уже не будет. И тем не менее люди все равно будут стремиться от кладывать деньги. В связи с этим важно, чтобы государство расхо довало средства и вечно сводило бюджет с дефицитом. Ценные бу маги, выпущенные для финансирования дефицита, послужат для того,чтобы люди сделали сбережения,в то время как государствен ные расходы обеспечат занятость. Эта точка зрения была полно стью дискредитирована теоретическим анализом и еще более то го — практикой, в том числе появлением совершенно новых сфер приложения частных инвестиций,которые и не снились проповед никам теории «долговременной стагнации». И тем не менее теория эта возымела свое действие. Саму идею, возможно, не принимает никто,однако затеянные ради ее реализации государственные про граммы типа государственных дотаций для «подкачивания» эконо мической активности все еще существуют и даже забирают все рас тущую часть государственных расходов.

В последнее время стали делать упор не на том,что нужно не «подкачивать» с помощью государственных расходов экономиче скую активность или держать под контролем призрак долговремен ной стагнации,а использовать их в роли «балансира».Когда частные К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 100 | расходы по какой-либо причине уменьшаются, говорят нам, госу дарственные расходы должны увеличиться, чтобы общие расходы оставались стабильными;

и наоборот, когда частные расходы уве личиваются, государственные должны уменьшиться. К несчастью, «балансир» не сбалансирован.Каждый спад,пусть даже самый нич тожный, приводит в трепет чутких к колебаниям политической почвы законодателей и администраторов, пребывающих в вечном страхе перед возможным предвестником нового кризиса, наподо бие того, что разразился в 1929–1933 годах. Они спешат запустить ту или иную программу федеральных расходов. Многие из этих программ не успевают даже толком вступить в силу до того,как ми нует спад. В той степени, в какой они влияют на общие расходы, о чем я еще скажу несколько слов ниже, они скорее усиливают по следующий экономический подъем, нежели смягчают экономиче ский спад. Программы государственных расходов принимаются куда поспешнее, чем отменяются потом, когда спад кончается и на чинается экономический подъем.Ведь тогда начинают доказывать, что сокращение государственных расходов «поставит под угрозу» «здоровый» экономический подъем. Поэтому основной ущерб, произведенный теорией «балансира»,заключается не в том,что она не в состоянии смягчить экономических спадов, и не в том, что она вносит инфляционную тенденцию в государственную политику, а в том,что она постоянно приводит к расширению диапазона госу дарственной активности на федеральном уровне и мешает сокра щению бремени федеральных налогов.

Что касается того упора, который делается на федеральный бюджет в функции «балансира», ирония судьбы состоит в том, что самым нестабильным компонентом национального дохода в после военный период являются как раз федеральные расходы, причем нестабильность их вовсе не компенсирует колебаний других расход ных компонентов. Федеральный бюджет не только не был «балан сиром», компенсирующим другие факторы флуктуаций, он сам явился главным источником срывов и нестабильности.

Поскольку расходы федерального правительства занимают теперь столь важное место среди расходных статей экономики в це лом, они не могут не оказывать на нее значительного воздействия.

Поэтому в первую очередь необходимо, чтобы государство навело порядок в своем собственном хозяйстве и приняло меры, которые установят относительную стабильность в его собственном потоке расходов.Поступив таким образом,государство значительно умень Г Л А В А V. Б Ю Д Ж Е Т Н А Я П О Л И Т И К А | 101 | шило бы число корректировок, требующихся в других частях эко номики. Пока оно этого не сделало, привычка государственных чиновников принимать уверенно-самодовольный тон школьных наставников,одергивающих непослушных школяров,выглядит не лепым фарсом. Разумеется, в этой манере нет ничего удивительно го. Скверная привычка сваливать свои грехи на других не является монополией государственных чиновников.

Даже если согласиться с мнением,что федеральный бюджет можно и должно использовать в качестве «балансира» (я подробнее займусь этой точкой зрения ниже), нет никакой необходимости пользоваться для этой цели расходными статьями бюджета. Точно так же можно употребить для этой цели налоговые поступления.

Сокращение национального дохода приводит к автоматическому и непропорционально большому сокращению государственного дохода от налоговых поступлений и таким образом ведет к дефици ту федерального бюджета;

во время бума все движется в обратном направлении. Если пойти дальше, то во время спадов налоги мож но понижать, а во время подъемов — повышать. Конечно, полити ческие соображения могут и здесь привести к асимметрии,ибо сни жение налогов — это в политическом смысле более приемлемая мера, чем их повышение.

Если на практике теория «балансира» применялась к расход ным статьям, то это происходило из-за наличия других факторов, вызывавших увеличение государственных расходов,в особенности из-за того, что интеллектуалы в массе своей верят в необходимость более активной роли государства в экономических и частных делах, иными словами,из-за торжества философии государства всеобще го благосостояния. В теории «балансира» эта философия нашла се бе полезную союзницу;

благодаря ей государственное вмешатель ство приняло больший масштаба, чем смогло бы без ее помощи.

Насколько по-иному обстояли бы сейчас дела, если бы тео рия «балансира» применялась не к расходным статьям, а к налого вым поступлениям. Представим себе, что каждый спад сопровож дался бы снижением налогов и что политическая непопулярность увеличения налогов во время последующего подъема приводила бы к выступлениям против новых программ государственных расхо дов и к сокращению уже существующих программ. Может статься, федеральные расходы поглощали бы сейчас куда меньшую долю на ционального дохода — в основном из-за уменьшения сковывающе го экономику и тянущего ее к спаду действия налогов.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 102 | Спешу добавить, что эти мечтания не ставят цели выразить поддержку теории «балансира».На практике,даже если бы результа ты такого применения теории «балансира» вели нас в искомом на правлении, действие их было бы отложенным во времени и сфере реализации.Чтобы сделать их эффективным противовесом другим факторам флуктуаций, мы должны были бы уметь предсказывать эти колебания заранее, причем с большим запасом времени. Если отбросить все политические соображения, мы не настолько хоро шо знаем бюджетную и кредитно-денежную политику, чтобы соз дать с помощью целенаправленных изменений в налогообложении и в расходах чуткий стабилизирующий механизм. Пытаясь произ вести эти изменения,мы скорее всего сделаем только хуже.Мы сде лаем хуже не из-за того,что все время будем делать все наоборот: это будет легко исправить, просто поступая противоположным обра зом по отношению к тому,что казалось поначалу самым очевидным шагом. Мы сделаем хуже из-за того, что внесем большой элемент случайности, который всего лишь добавится к прочим экономиче ским неурядицам. По всей видимости, именно это мы и делали в прошлом — конечно,в дополнение к другим серьезным ошибкам.

О бюджетной политике можно сказать то же самое, что я писал в другом месте по поводу кредитно-денежной политики: «Нам ну жен не искусный монетарный водитель экономического автомоби ля, постоянно рулящий баранку, чтобы следовать всем неожидан ным изгибам дороги. Нам нужно какое-то средство, чтобы не дать монетарному пассажиру,сидящему на заднем сиденье в виде балла ста, периодически нагибаться вперед и дергать за руль, грозя сбро сить машину с дороги»1.

В сфере бюджетной политики подходящим аналогом кре дитно-денежного правила было бы такое: планировать программы ассигнований исключительно с точки зрения того, что люди хотят осуществить при помощи государства,а не частным образом,и вне всякого касательства к ежегодным проблемам экономической ста бильности;

планировать ставки налогообложения так,чтобы посту плений хватало для покрытия запланированных расходов в сред невзятом году,и точно так же вне всякого касательства к ежегодным изменениям экономической стабильности;

избегать беспорядоч ных изменений как в государственных расходах, так и в налогах.

1 Friedman M. A Program for Monetary Stability. New York: Fordham University Press, 1959. P. 23.

Г Л А В А V. Б Ю Д Ж Е Т Н А Я П О Л И Т И К А | 103 | Естественно, что иногда такие изменения неизбежны. Неожидан ные перемены в международном положении могут продиктовать крупное увеличение оборонных расходов или позволить долго жданное их сокращение. Такими изменениями объяснялись неко торые беспорядочные скачки уровня федеральных расходов в после военный период, но, разумеется, далеко не все.

Перед тем, как оставить тему бюджетной политики, мне хо телось бы обсудить столь распространенное теперь мнение,соглас но которому увеличение государственных расходов относитель но налоговых поступлений непременно ведет к экономическому подъему, тогда как их сокращение чревато спадом. Это мнение, ле жащее в самой основе убеждения, что бюджетная политика может служить балансиром, ныне почти повсеместно принимается на ве ру бизнесменами, профессиональными экономистами и неспециа листами.И тем не менее его истинность нельзя продемонстрировать с помощью одних только логических построений,она никогда не бы ла документирована эмпирическими свидетельствами и,более того, несовместима с известными мне эмпирическими данными.

Мнение восходит к вульгарному кейнсианскому анализу.

Предположим, что государственные расходы увеличились на 100 долларов, а налоги остались без изменений. Таким образом, гла сит этот простейший анализ,в первой стадии люди,которые получат лишнюю сотню долларов, будут иметь настолько же больше дохода.

Из этих денег они отложат,скажем,одну треть,а остальные две трети потратят. Но это означает, что на втором этапе кто-то другой полу чит лишних 66 долларов — две трети дохода.Он в свою очередь тоже кое-что отложит,а кое-что истратит,и так далее,в бесконечной после довательности.Если на каждом этапе одну треть будут откладывать, а две трети — тратить, то лишняя сотня государственных расходов в конечном итоге,гласит этот анализ,добавит к доходу 300 долларов.

Это простой кейнсианский анализ, основанный на идее множителя, который в данном случае равняется трем. Естественно, что если осу ществляется однократное впрыскивание денег, то результаты его сойдут на нет, и первоначальный скачок дохода на 100 долларов за вершится плавным снижением к прежнему уровню.Однако если го сударственные расходы остаются на 100 долларов выше в единицу времени, скажем, выше на 100 долларов в год, то, согласно кейнсиан скому анализу,доход останется выше на 300 долларов в год.

Этот простой анализ в высшей степени привлекателен. Но привлекательность его иллюзорна и зиждется на игнорировании К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 104 | других результатов рассматриваемого изменения. Если принять их во внимание, конечный результат будет куда более сомнительным и может оказаться чем угодно — от полного отсутствия изменений в доходе, в каковом случае частные расходы упадут на те сто долла ров, на которые увеличатся расходы государственные, до вышеоз наченного увеличения дохода. И даже если доход в денежном выра жении увеличится, то могут подскочить цены, так что реальный доход увеличится на меньшую сумму или вообще останется преж ним.Рассмотрим возможные случаи,когда по усам течет,а в рот по падает не так уж много.

Во-первых, в этой незатейливой истории не сказано ни сло ва о том, на что именно государство истратит эти сто долларов.

Предположим,к примеру,что оно истратит их на вещи,которые лю ди до того приобретали сами. Например, они тратили сто долларов на покупку билетов в парк, который платил за содержание убирав ших его работников.Предположим,что их содержание оплачивает ся теперь государством, которое позволяет людям ходить в парк «бесплатно».Работники получают прежний доход,но люди,платив шие взносы, имеют теперь лишних сто долларов. Государственные расходы даже на первоначальной стадии не добавляют ста долларов ни к чьему доходу. Они только предоставляют некоторым людям возможность истратить сто долларов не на парк,а на какие-то иные цели, которые, надо думать, они ценят ниже похода в парк. Можно ожидать, что они истратят на потребительские товары меньшую часть своего общего дохода, чем прежде, ибо теперь пользуются ус лугами парка бесплатно.Насколько меньшую,сказать трудно.Даже если мы согласимся с посылкой простого анализа, что люди откла дывают треть дополнительного дохода, отсюда не следует, что, ког да они получают некую разновидность потребительских товаров «задаром», две трети освободившихся денег будут истрачены на другие потребительские товары. Существует, конечно, крайний ва риант, что они станут покупать все тот же набор потребительских товаров, что раньше, и прибавят высвободившиеся сто долларов к своим сбережениям. В этом случае даже при простом кейнсиан ском анализе действие государственных расходов полностью ней трализовано: государственные расходы на сто долларов увеличива ются, а частные — на сто долларов уменьшаются. Или, если взять другой пример, сто долларов могут быть потрачены на постройку дороги, которую в противном случае проложил бы частный пред приниматель или которая снимает нужду ремонтировать грузовики Г Л А В А V. Б Ю Д Ж Е Т Н А Я П О Л И Т И К А | 105 | частной компании. У фирмы тогда высвобождаются средства, од нако,надо полагать,она не истратит их целиком на менее привлека тельные инвестиции. В таких случаях государственные расходы просто-напросто направляют частные расходы в другое русло, и в самом начале в сферу действия множителя попадает лишь чи стый излишек государственных расходов. С этой точки зрения ка жется парадоксальным,что для того,чтобы избежать перевода рас ходов в иное русло, государству следовало бы тратить деньги на что-нибудь в высшей степени бесполезное;

в этом ограниченное ин теллектуальное содержание искусственных рабочих мест. Но, разу меется, уже из этого ясно, что с анализом не все в порядке.

Во-вторых, в этой незамысловатой повести ни слова не го ворится о том, откуда государство возьмет эти сто долларов. С точ ки зрения этого анализа печатает ли оно лишние деньги или берет их в долг у людей,результат один и тот же.Но ведь в действительно сти,несомненно,есть разница,откуда оно их берет.Чтобы отделить бюджетную политику от кредитно-денежной,предположим,что го сударство берет эти сто долларов в долг,причем денежная масса ос тается такой же, какой она была бы в отсутствие государственных расходов.Это уместное предположение,поскольку при желании бу мажную массу можно увеличить без дополнительных государствен ных расходов простым печатанием денег и покупкой на них выпу щенных государством облигаций. Но теперь нам надо спросить, какие последствия имеет заем денег.Для анализа этой проблемы да вайте предположим, что перевода денег на другие цели не происхо дит, так что поначалу наши сто долларов не нейтрализуются ком пенсирующим уменьшением частных расходов. Отметим, что государственный заем не меняет количества денег в частных руках.

Правой рукой государство занимает сто долларов у одних лиц, а ле вой передает их тем лицам, в пользу которых направляются госрас ходы. Деньги теперь у других лиц, но общее количество денег оста лось без изменения.

Простой кейнсианский анализ подразумевает,что заем этих денег никоим образом не влияет на другие расходы. Это может иметь место в двух полярных случаях. Во-первых, представим, что людям абсолютно все равно, владеют ли они деньгами или облига циями, так что облигации на сто долларов можно продать без необходимости предлагать покупателю более высокий доход, чем они приносили прежде (разумеется, сто долларов — это так мало, что на практике они будут иметь ничтожное влияние на то, какую К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 106 | потребуют норму прибыли,но дело здесь в принципе,практические результаты которого можно увидеть, если подставить вместо ста долларов сто миллионов или миллиард). На кейнсианском жаргоне говорят,что существует «ликвидная ловушка»,поэтому люди поку пают облигации на «неиспользуемые деньги». Если дело обстоит не так (а оно явно не может обстоять так все время), то государству удастся продать облигации лишь в том случае, если оно предложит более высокую норму прибыли на них. Тогда более высокую норму придется платить и другим заемщикам. В общем и целом эта более высокая норма отобьет у потенциальных заемщиков охоту тратить деньги. Тут приходит черед второй полярно противоположной си туации,при которой простой кейнсианский анализ остается в силе:

если потенциальные заемщики столь твердо вознамерились тра тить деньги, что никакой, даже самый резкий подъем процентной ставки не заставит их уменьшить расходы,или,выражаясь по-кейн сиански, если график предельной эффективности капиталовложе ний (marginal efficiency schedule of investment) абсолютно неэласти чен в отношении процентной ставки.

Я не знаю ни одного серьезного экономиста,каким бы он ни считал себя убежденным кейнсианцем, который бы думал, что ка кое-то из этих крайних допущений имеет силу в данный момент, или что оно может иметь силу в каком-то значительном заемном диапазоне (range of borrowing) или в условиях значительного по вышения процентной ставки, или что оно когда-либо имело силу в прошлом, кроме как при особых обстоятельствах. И тем не менее многие экономисты, не говоря уже о неспециалистах, считают они себя кейнсианцами или нет, берут на веру ту точку зрения, что уве личение государственных расходов в отношении налоговых посту плений, даже когда оно финансируется займами, непременно ведет к экономическому подъему,хотя,как мы видели,такая точка зрения подразумевает,что для этого необходимо наличие одной из двух вы шеописанных крайних ситуаций.

Если ни одно из этих допущений не имеет силы,повышение государственных расходов будет уравновешиваться уменьшением расходов либо тех частных лиц, которые одалживают деньги госу дарству, либо тех, кто в противном случае сам бы взял эти деньги в долг. На какой же процент будет нейтрализовано таким образом увеличение государственных расходов? Это зависит от владельцев денег. Крайнее предположение, подразумеваемое строгой количе ственной теорией денег, гласит, что количество денег, которое люди Г Л А В А V. Б Ю Д Ж Е Т Н А Я П О Л И Т И К А | 107 | хотят иметь, зависит в среднем только от их дохода, а не от нормы прибыли, которую они могут получить с облигаций и тому подоб ных ценных бумаг. В этом случае, поскольку общая денежная масса и до и после выплат будет одна и та же,общий денежный доход тоже должен будет оставаться на прежнем уровне, чтобы люди удоволь ствовались обладанием этого количества денег. Это означает, что процентная ставка должна будет подняться настолько высоко, нас колько это нужно для того,чтобы уменьшить частные расходы ров но настолько же, насколько возросли расходы государственные.

В этом крайнем случае государственные расходы ни в каком отно шении не будут стимулировать экономического подъема.Не повы шается даже доход в денежном выражении, не говоря уже о реаль ном доходе. Происходит только повышение государственных расходов и сокращение расходов частных.

Предостерегу читателя, что анализ этот носит крайне упро щенную форму. Для детального анализа понадобился бы толстый учебник.Однако даже этого упрощенного анализа достаточно,что бы продемонстрировать следующее: возможен любой результат, от трехсотдолларового до нулевого повышения дохода. Чем упрямее потребители в отношении того, сколько они истратят на потребле ние из данного дохода, и чем упрямее покупатели капитальных то варов в отношении того, сколько они истратят на эти товары вне зависимости от цены, тем ближе будет результат к предельному кейнсианскому увеличению на 300 долларов.С другой стороны,чем упрямее владельцы денег в отношении того,какую долю от их дохо да должна составлять имеющаяся у них наличность, тем ближе бу дет результат к крайнему варианту в рамках строгой количествен ной теории денег, а именно: доход не увеличивается вообще.В каком из этих отношений публика более упряма — это вопрос чисто эм пирический,и решать его надо исходя из фактических данных, а не путем одних рассуждений.

До Великой депрессии 1930-х годов большинство экономи стов безусловно заключили бы,что результат будет ближе к нулево му увеличению дохода,а не к повышению его на 300 долларов.В по следующий период большинство экономистов безусловно пришли бы к противоположному заключению. В последнее время стал на блюдаться переход на прежнюю позицию.Как ни грустно,эти мета ния не опираются на необходимые фактические данные. Они ско рее остаются результатом интуитивных догадок, почерпнутых из неосмысленного опыта.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 108 | В сотрудничестве со своими студентами я провел довольно обширные эмпирические исследования на материале США и дру гих стран в надежде собрать более удовлетворительные данные2.Ре зультаты оказались поразительными. Они дают твердое основание полагать,что фактический исход дела будет ближе к крайнему вари анту,предсказываемому количественной,а не кейнсианской теори ей. Исходя из полученных данных, есть основания заключить, что гипотетическое увеличение государственных расходов на сто дол ларов, скорее всего, добавит к доходу в среднем около ста долларов;

когда меньше, когда больше. Это означает, что увеличение государ ственных расходов относительно дохода ни в каком отношении не ведет к экономическому подъему. Оно может увеличить доход в денежном выражении, но все это увеличение будет поглощено государственными расходами. Частные расходы останутся без из менений. Поскольку цены по ходу дела, скорее всего, возрастут (или упадут меньше, чем в противном случае), результатом явится уменьшение реальных частных расходов.

Разумеется, эти заключения нельзя считать окончательны ми.Они основываются на самом широком из известных мне корпу сов данных,но полнота их все еще оставляет желать много лучшего.

Однако ясно одно.Правильна или нет эта столь распростра ненная точка зрения на результаты бюджетной политики,ей проти воречит по крайней мере один корпус фактических данных.Мне не известно о существовании какого-либо другого когерентного или организованного корпуса данных, который свидетельствовал бы в пользу этой точки зрения. Она является частью экономической мифологии,а не обоснованным заключением экономического ана лиза или количественных исследований. Однако она пользуется огромным влиянием и сделала немало для того, чтобы обеспечить широкую общественную поддержку далеко идущему государствен ному вмешательству в экономическую жизнь.

2 Некоторые результаты изложены в работе: Friedman M., Meiselman D. The Relative Stability of the Investment Multiplier and Monetary Velocity in the United States, 1896–1958 // Stabilization Policies. Englewood Cliffs, N.J.: Prentice Hall, 1963.

Роль государства Глава VI в сфере образования В наши дни образование почти полностью оплачивается и админи стрируется государственными и некоммерческими учреждениями.

Ситуация эта складывалась постепенно и выглядит теперь настоль ко естественной,что мало кто задумывается о причинах такого осо бого отношения к образованию даже в странах, которые по своей организации и философии относятся к частнопредприниматель ским.Результатом явилось бездумное расширение роли государства в сфере образования.

С точки зрения принципов,разработанных в главе II,государ ственное вмешательство в сферу образования можно оправдать двумя причинами. Во-первых, это наличие больших «внешних эффектов», то есть обстоятельств,при которых действия одного индивида сопря жены с издержками для других индивидов, но нереально требовать, чтобы он возместил эти издержки;

или когда его действия приносят им значительную выгоду,но нереально требовать,чтобы они его за это вознаградили.Иными словами,речь идет об обстоятельствах,при ко торых невозможен свободный обмен. Вторая причина заключается в патерналистской заботе о детях и других недееспособных индиви дах.Внешние эффекты и патернализм имеют совершенно разное зна чение (1) для всеобщего образования и (2) для специализированного профессионального обучения. Для государственного вмешательства в этих двух областях находят очень разные основания,которые опра вдывают совершенно разные виды государственных действий.

Еще одно предварительное замечание: необходимо прове сти различие между «обучением» и «образованием». Не всякое об учение — это образование, и не всякое образование — обучение.

Нас заботит здесь образование.Государственная деятельность в ос новном ограничивается обучением.

Всеобщее образование для граждан Существование стабильного демократического общества невоз можно без минимального уровня грамотности и знаний,доступно К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 110 | го большинству граждан, как невозможно оно без всеобщего при нятия какого-то общего набора ценностей. Образование помогает выполнять оба этих условия.Поэтому образование ребенка прино сит пользу не только ему самому или его родителям, но и другим членам общества. Образование моего ребенка послужит и вашему благополучию, поскольку оно способствует развитию стабильного демократического общества.Невозможно установить,какие имен но индивиды (или семьи) оказываются от этого в выигрыше,и соот ветственно взять с них плату за услуги.Здесь,таким образом,имеет ся значительный «внешний эффект».

Какого рода государственную деятельность оправдывает этот внешний эффект? Самое очевидное — это потребовать,чтобы каждый ребенок прошел какое-то минимальное обучение опреде ленного типа. Эту обязанность можно возложить на родителей без каких-либо дополнительных действий со стороны государства,точ но так же, как владельцев зданий и — нередко — автомобилей обя зывают соблюдать определенные нормы для обеспечения безопас ности других лиц. Однако между этими двумя случаями есть большая разница.Люди,неспособные оплатить расходы,связанные с соблюдением норм в отношении зданий и автомобилей, обычно могут избавиться от этого имущества, продав его. Таким образом, соблюдение этого требования, как правило, может быть обеспече но без государственной субсидии.Но мы не можем забрать ребенка у родителей, которые не в состоянии заплатить за его обязательное обучение: это будет явно несовместимо с нашей опорой на семью как на основную социальную единицу и с нашей верой в свободу че ловека. Более того, это, скорее всего, помешает воспитать из него гражданина свободного общества.

Если финансовое бремя, связанное с обязательным обуче нием, окажется по плечу подавляющему большинству семей в дан ной местности, возможно, будет и осуществимо и желательно, чтобы родители оплачивали соответствующие расходы сами.

В крайних случаях можно прибегнуть к специальным субсидиям для нуждающихся семей.Во многих районах США ситуация в наши дни именно такова, и там было бы желательно возложить соответ ствующие расходы непосредственно на родителей. Это сделает не нужной бюрократическую машину, которая необходима ныне для сбора налогов со всех жителей в течение всей их жизни,а потом для возвращения этих денег в основном тем же людям в течение перио да,когда их дети ходят в школу.Это уменьшит вероятность того,что Г Л А В А V I. Р О Л Ь Г О С У Д А Р С Т В А В С Ф Е Р Е О Б РА З О В А Н И Я | 111 | государство также возьмет на себя административные функции в школе,о чем мы будем подробнее говорить ниже.Это увеличит ве роятность того, что субсидии будут занимать все более скромное место в расходах на образование по мере роста доходов населения.

Если государство и дальше будет оплачивать стоимость всего или почти всего обучения, рост доходов попросту приведет к увеличе нию кругового потока денег через налоговый механизм и расшире нию роли государства. Немаловажно, наконец, что, возложив рас ходы на родителей, мы сможем уравнять социальные и частные затраты на воспитание детей и таким образом улучшить распреде ление семей по размеру1.

Различия между семьями в ресурсах и числе детей плюс тре бования к обучению,выполнение которых связано со значительны ми расходами, приводят к тому, что во многих районах США такая политика вряд ли осуществима.Как в этих районах,так и там,где эта политика осуществима, расходы по обучению взяло на себя госу дарство. Оно платит не только за обязательное для всех минималь ное обучение, но и за дополнительное обучение более высокого уровня, предоставляемое молодым людям, но не имеющее обяза тельного характера.Одним из доводов в пользу обеих мер являются разобранные выше «внешние эффекты». Расходы оплачиваются потому, что это единственно возможное средство обеспечить тре буемый минимум.Дополнительное обучение финансируется пото му,что другие люди выигрывают от обучения более способных и за интересованных молодых людей, поскольку в этом состоит один из способов подготовки достойного общественного и политического руководства страны.Преимущества,вытекающие из этих мер,дол жны быть соизмеримы с издержками,и люди могут добросовестно расходиться во мнениях насчет размера соответствующих субси дий.Однако большинство из нас,по всей видимости,заключит,что преимущества достаточно велики, чтобы оправдать какие-то госу дарственные субсидии.

Эти основания оправдывают государственное субсидиро вание лишь определенных видов обучения. Предвосхищая вероят 1 Как ни фантастично это звучит, такой шаг заметно повлияет на размер се мей. Например, одно из объяснений более низкой деторождаемости в более высо ких социально экономических группах заключается в том, что дети обходятся им относительно дороже, чем представителям более низких групп, в значительной сте пени благодаря более высокому качеству образования, которое первые дают своим детям и за которое они платят.

К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 112 | ный вопрос, сразу же скажу, что они не оправдывают субсидий на чисто профессиональное обучение, увеличивающее экономиче скую продуктивность учащегося, но не воспитывающее в нем ка честв гражданина или руководителя. Разграничить эти два типа обучения весьма сложно.Общеобразовательная подготовка во мно гом увеличивает экономическую ценность учащегося;

лишь в наше время и в считанных странах грамотность перестала быть ходким товаром на рынке рабочей силы.А профессиональное обучение,как правило, расширяет кругозор учащегося. И тем не менее различие между ними — не пустой звук.Субсидирование подготовки ветери наров, косметологов, зубных врачей и массы других специалистов, широко осуществляемое в США в государственных учебных заве дениях, не может быть оправдано на тех же основаниях, что субси дирование начальных школ или,на более высоком уровне,общеоб разовательных колледжей. Можно ли обосновать его другими причинами, будет разбираться ниже в этой же главе.

Квалитативный аргумент от «внешних эффектов» ничего не говорит, разумеется, о том, какие конкретно виды обучения за служивают субсидий или в каких пределах их стоит субсидировать.

Очевидно,что наибольшую общественную пользу приносит самая низкая ступень обучения,где существует почти полное единодушие относительно содержания учебных программ,а затем польза эта по степенно снижается с повышением уровня образования. Даже это заявление нельзя принять без оговорок.Многие государства субси дировали университеты задолго до того, как они стали субсиди ровать школы.Какие виды образования приносят наибольшую об щественную пользу и какую долю ограниченных общественных ресурсов стоит на них тратить, должно решить само общество, используя обычные политические каналы. Задача данного анализа состоит не в том, чтобы решить за общество эти вопросы, а в том, чтобы прояснить факторы,участвующие в этом выборе,и в особен ности проблему того, стоит ли делать этот выбор в коллективном, а не в индивидуальном порядке.

Как мы видели,и введение минимального образовательного уровня обучения,и финансирование такого обучения государством можно обосновать «внешними эффектами» образования. Однако третью меру, а именно передачу учебных заведений в ведение госу дарства, так сказать, «национализацию» всей «педагогической ин дустрии» куда труднее обосновать этими и,насколько я могу судить, какими-либо иными причинами.Всерьез о желательности такой на Г Л А В А V I. Р О Л Ь Г О С У Д А Р С Т В А В С Ф Е Р Е О Б РА З О В А Н И Я | 113 | ционализации задумывались редко.Чаще всего государство финан сирует обучение, непосредственно оплачивая расходы по содержа нию учебных заведений.Таким образом,казалось,что решение суб сидировать обучение требует принятия и этой меры.Однако эти две меры нетрудно отделить друг от друга.Государство могло бы ввести некий минимальный обязательный уровень обучения,финансиро вание которого осуществлялось бы посредством выдачи родителям ваучеров,по которым на каждого ребенка ежегодно выплачивалась бы какая-то фиксированная сумма при условии, что она будет истрачена на «официально утвержденное» обучение.Тогда родите ли имели бы право израсходовать эту и какую угодно дополнитель ную сумму из собственного кармана на покупку педагогических ус луг в каком-то «официально утвержденном» учебном заведении по своему выбору. Такие услуги могли бы предоставляться частными коммерческими или некоммерческими учебными заведениями.

Роль государства ограничивалась бы тогда наблюдением за тем,что бы учебные заведения отвечали определенным минимальным тре бованиям (например, чтобы их программы содержали какой-то минимальный общий материал),примерно так же,как сейчас госу дарство инспектирует рестораны и обеспечивает соблюдение ми нимальных санитарных правил. Замечательным образчиком такой программы является учебная программа для ветеранов, введенная после Второй мировой войны в США.Каждый бывший военнослу жащий, имевший право на участие в программе, ежегодно получал определенную максимальную сумму, которую он мог потратить в любом учебном заведении по своему выбору при условии,что оно отвечало определенным минимальным требованиям. Другим, бо лее ограниченным примером является английский закон, по кото рому местные власти платят за обучение некоторых студентов,посе щающих негосударственные учебные заведения. Еще один пример дает Франция, где государство частично оплачивает расходы уча щихся, посещающих негосударственные учебные заведения.

Один из основанных на «внешних эффектах» аргументов в пользу национализации обучения заключается в том, что без на ционализации невозможно будет воспитать у учащихся общую си стему ценностей, наличие которой считается необходимым для со циальной стабильности. Может статься, что недостаточно будет предъявить к находящимся в частном ведении учебным заведениям определенные минимальные требования (см. об этом выше). Этот вопрос можно конкретно проиллюстрировать на примере учебных К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 114 | заведений, находящихся в ведении различных религиозных групп.

Можно доказывать, что такие учебные заведения будут воспиты вать системы ценностей,несовместимые друг с другом и с тем,чему учат в светских учебных заведениях;

таким образом, они сделают образование не объединяющей, а разобщающей силой.

В своей крайней форме это утверждение может послужить аргументом не только в пользу государственных учебных заведе ний, но и в пользу обязательного их посещения. Существующее в США и в большинстве западных стран положение находится где то на полдороге. Имеются школы, находящиеся в ведении государ ства,но посещать их не обязательно.Однако связь между финанси рованием обучения и заведованием им ставит другие учебные заведения в невыгодное положение, ибо им почти ничего не доста ется из средств,ассигнуемых государством на обучение.Такое поло жение часто является источником бурных политических разногла сий, особенно во Франции и в США в наши дни. Высказывают опасения,что устранение этого невыгодного положения значитель но укрепит приходские школы и еще более усложнит проблему вос питания в духе общей системы ценностей.

Аргумент этот не лишен убедительности, однако отнюдь не очевидно, что он верен или что денационализация учебных заведе ний будет иметь вышеописанные последствия. С принципиальной точки зрения он вступает в конфликт с сохранением самой свобо ды.Различие между воспитанием в духе общих социальных ценно стей, необходимых для стабильности общества, и идеологической накачкой, сковывающей свободу мысли и совести, относится к чи слу тех расплывчатых категорий,которые легче назвать,чем дать им определение.

С точки зрения ее последствий денационализация обучения расширит предоставляемую родителям свободу выбора. В настоя щий момент родители могут отправлять детей в государственные школы бесплатно, однако мало кто из них пошлет их в какую-то другую школу, если та тоже не находится на субсидии. Приходские школы находятся в менее выгодном положении, поскольку они не получают никаких государственных средств,выделяемых на обуче ние, однако у них имеется и свое преимущество, заключающееся в том, что они находятся в ведении учреждений, готовых их субси дировать и умеющих собрать для этого средства. Других источни ков субсидирования для частных школ совсем немного. Если пре доставить средства, ассигнуемые ныне государством на обучение, Г Л А В А V I. Р О Л Ь Г О С У Д А Р С Т В А В С Ф Е Р Е О Б РА З О В А Н И Я | 115 | в распоряжение родителей вне зависимости от того,куда они отпра вляют детей учиться,мигом появится масса самых разных школ,го товых удовлетворить образовавшийся спрос.У родителей появится куда более широкая возможность прямо выражать свое отношение к разным школам, забирая детей из одних учебных заведений и по сылая их в другие. В настоящее время они, как правило, могут при бегать к такой мере лишь ценой значительных расходов, послав детей в частную школу либо сменив место жительства.Что до боль шинства, то оно может выразить свое мнение лишь по косвенным политическим каналам.Возможно,несколько большая свобода вы бирать себе школу по вкусу имелась бы в рамках государственного школьного округа,однако простиралась бы эта свобода не слишком далеко в связи с обязанностью обеспечить местом каждого ребен ка. Как и в других областях, конкурентоспособное предприни мательство скорее всего было бы здесь куда более эффективным источником удовлетворения потребительского спроса, чем нацио нализированные учреждения,существующие для других целей.По этому в конечном счете значение приходских школ вполне могло бы свестись к минимуму, а не возрасти.

В том же направлении действует и другой фактор, заклю чающийся в том, что родители, посылающие детей в приходские школы, по вполне понятным причинам относятся без энтузиазма к увеличению налогов для финансирования более высоких расхо дов на государственные учебные заведения. Вследствие этого в тех районах,где большую роль играют приходские школы,сбор средств на государственные школы сопряжен с немалыми трудностями.

В той степени,в какой качество связано с объемом расходов (а в ка кой-то степени связь эта безусловно существует), в таких районах качество государственных школ часто оказывается ниже,и приход ские школы поэтому обладают там сравнительно большей притя гательной силой.

Другим частным случаем аргумента о том, что государ ственные учебные заведения необходимы для того, чтобы образо вание превратилось в объединяющую силу,является довод,соглас но которому частные школы усугубляют классовые различия.

Стоит дать им больше свободы, куда посылать детей, и родители изберут общество себе подобных,а это помешает здоровому обще нию детей из разных социальных слоев. Убедителен этот довод в принципе или нет, совсем не очевидно, что результат окажется именно таким. При нынешнем положении дел стратификация К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 116 | жилых районов и так резко ограничивает общение между детьми из далеких друг от друга социальных слоев. В дополнение к этому, сейчас никто не запрещает родителям отдавать детей в частные школы. Так поступают только члены весьма ограниченного класса (я не говорю здесь о приходских школах), что только увеличивает стратификацию.

Строго говоря, довод этот, с моей точки зрения, ведет нас в диаметрально противоположном направлении, а именно к дена ционализации школ. Спросите себя, в каком отношении житель бедного района,не говоря уже о негритянском районе большого го рода,находится в самом неблагоприятном положении.Если для не го очень важно обзавестись, скажем, новой машиной, он может поднакопить достаточную сумму, чтобы купить такую же машину, как житель богатого предместья. Для этого ему не надо будет пере езжать в такое предместье. Напротив, он может частично скопить необходимые деньги, сэкономив на жилье. То же самое относится к одежде, книгам и всему, чему угодно. Но предположим, что в бед ной трущобной семье родился одаренный ребенок и что эта семья придает его образованию такую важность, что она готова подтя нуть пояс и накопить денег ему на школу. Если ей не удастся полу чить каких-то льгот или стипендии в одной из немногочисленных частных школ, она окажется в очень тяжелом положении. «Хоро шие» государственные школы находятся в богатых районах. Воз можно, эта семья пожелает потратиться сверх того, что она уплачи вает в виде налогов, дабы ребенок получил образование получше.

Но она вряд ли сможет позволить себе перебраться одновременно в более дорогой район.

Мне думается, что в наших представлениях на эту тему все еще господствует наследие маленьких городков,в которых была все го одна школа и для богатых, и для бедных жителей. При таких об стоятельствах государственные школы вполне могли уравнивать разные возможности. С ростом городов и пригородов положение коренным образом изменилось. Мало того, что нынешняя школь ная система не уравнивает возможностей, она, вероятнее всего, де лает совершенно противоположное. При этой системе тем немно гим исключительно талантливым детям, которые являются нашей надеждой на будущее, стало куда труднее подняться над уровнем своей изначальной бедности.

Еще один довод в пользу национализации школ — указание на «техническую монополию». Число детей в небольшом населен Г Л А В А V I. Р О Л Ь Г О С У Д А Р С Т В А В С Ф Е Р Е О Б РА З О В А Н И Я | 117 | ном пункте или в сельском районе может быть слишком невелико, чтобы оправдать наличие более чем одной школы оптимального размера, поэтому там невозможно будет полагаться на конкурен цию для защиты интересов родителей и детей. Как и в других слу чаях технической монополии, альтернативными вариантами явля ются неограниченная частная монополия, частная монополия под контролем государства и государственное учреждение: выбор мень шего из зол. Хотя это явно веский и серьезный аргумент, в послед ние десятилетия он был значительно ослаблен прогрессом в обла сти транспорта и растущей концентрацией населения в городах.

Решение, которое кажется наиболее обоснованным в свете этих соображений (по крайней мере,когда дело касается начальной и средней школы),состоит в сочетании государственных и частных школ. Родителям, которые предпочтут отправить детей в частную школу, будет выплачена сумма, равная ориентировочной стоимо сти обучения ребенка в государственной школе, при условии, что как минимум эта сумма будет потрачена на образование в офи циально утвержденной школе. Такое положение дел будет ответом на веские соображения, содержащиеся в аргументе от технической монополии. Оно удовлетворит законные жалобы родителей на то, что,посылая детей в частные несубсидируемые школы,они вынуж дены платить за образование дважды: один раз в форме общих налогов и второй — прямо. Оно сделает возможным развитие кон куренции. Таким образом появится дополнительный стимул к раз витию и улучшению всех школ.Появление конкуренции будет бла гоприятствовать здоровому разнообразию школ. Помимо этого, оно будет способствовать повышению гибкости школьной систе мы. Не последним преимуществом конкуренции будет создание условий, в которых зарплата учителей станет более чутко реагиро вать на рыночные силы. Благодаря этому у властей появится неза висимый критерий для оценки ставок заработной платы и более оперативного внесения поправок в соответствии с изменяющими ся условиями спроса и предложения.

Часто заявляют,что система просвещения более всего нуж дается в дополнительных средствах на строительство новых со оружений и на повышение зарплаты для привлечения хороших преподавателей. Мне представляется, что это ложный диагноз. Ко личество денег, истраченных на обучение, увеличивается чрезвы чайно стремительными темпами,куда быстрее,чем наш общий до ход. Зарплата учителей растет гораздо быстрее зарплаты многих К А П И ТА Л И З М И С В О Б ОД А | 118 | других служащих. Проблема не в том, что мы тратим слишком ма ло, — хотя это не исключено, — а в том, что мы получаем слишком мало отдачи на каждый истраченный доллар.Возможно,деньги,по траченные во многих школах на постройку величественных зданий и роскошные спортплощадки,по праву заносятся в рубрику расхо дов на обучение.Но трудно согласиться,что это расходы на образо вание.Точно так же,очевидно,следует рассматривать такие предме ты, как плетение корзинок, бальные танцы и бесчисленные прочие специальные дисциплины, делающие честь изобретательности пе дагогов. Спешу добавить, что трудно возразить против того, чтобы родители по собственному желанию тратили на такие забавы свои собственные деньги. Это их личное дело. Возражать можно против использования для подобных целей денег,полученных за счет нало гов, которые платят и родители, и посторонние люди. Что это за «внешние эффекты», которыми можно обосновать подобное ис пользование налогов?

Одной из главных причин того, что общественные деньги используются таким образом,является нынешняя система,при ко торой управление школами сочетается с их финансированием. Ро дители, которые предпочли бы, чтобы деньги расходовались на хо роших преподавателей и на учебники,а не на тренеров и коридоры, не имеют никакой возможности выразить свои пожелания, кроме как убедить большинство граждан изменить первоочередность рас ходов для всех. Это частный случай того общего принципа, что ры нок дает каждому возможность выбрать себе по вкусу,то есть обес печивает эффективное пропорциональное представительство, тогда как политический процесс навязывает единообразие. Плюс к тому возможности родителей, которые хотели бы истратить ка кие-то дополнительные средства на образование своих детей,резко ограничены. Они не могут увеличить суммы, расходуемой ими на обучение ребенка, и перевести его в пропорционально более доро гую школу. Если они-таки переводят ребенка, им приходится пла тить полную, а не только дополнительную сумму. Они без труда могут приплачивать лишь за внеклассные занятия: уроки танцев, музыки и проч. Поскольку возможности вложения дополнитель ных средств в частное образование чрезвычайно ограничены, по требность увеличить траты на обучение детей выражается в повы шающихся государственных ассигнованиях, которые все меньше связаны с теми основами,которыми оправдывалось вмешательство государства в систему обучения.

Г Л А В А V I. Р О Л Ь Г О С У Д А Р С Т В А В С Ф Е Р Е О Б РА З О В А Н И Я | 119 | Как можно заключить из этого анализа, принятие предло женных здесь мер может означать не только уменьшение государ ственных расходов на обучение,но и увеличение общих расходов на него. Оно позволит родителям расходовать деньги по своему усмо трению с большей отдачей, в связи с чем они станут тратить боль ше, чем тратят сегодня прямо и опосредованно (в виде налогов).

Благодаря этому родители, желающие истратить больше денег на обучение, не будут обескуражены ни нынешним требованием еди нообразия в трате этих денег,ни вполне понятным нежеланием лю дей,чьи дети не обучаются в школе в данный момент (не говоря уже о тех, чьи дети не будут ходить в школу в будущем), обременять се бя более высокими налогами для целей, которые часто имеют мало общего с образованием в привычном для них смысле этого слова2.

Что касается зарплаты учителей, основная беда не в том, что она в среднем слишком низка (на самом деле,она вполне может быть в среднем слишком высокой), а в том, что ставки чересчур единооб разны и негибки. Плохим учителям сильно переплачивают, а хо рошим — сильно недоплачивают.Ставки заработной платы,как пра вило, единообразны и определяются не столько достоинствами преподавателя, сколько старшинством, степенями и различными преподавательскими лицензиями. Это тоже в большой степени результат нынешней системы,при которой государство ведает шко лами,и чем больше административная единица,контролируемая го сударством,тем хуже обстоит дело.Именно поэтому профессиональ ные педагогические организации столь активно выступают за расширение этой единицы: от местного школьного округа к штату и от штата к федеральному правительству. В любой бюрократиче ской организации,построенной на принципах гражданской службы, стандартная шкала заработной платы почти неизбежна;

здесь прак тически невозможно стимулировать конкуренцию путем введения разных ставок в зависимости от достоинств служащего. Работники системы просвещения,то есть сами учителя,начинают осуществлять первичный контроль. У родителей или у местной общественности 2 Поразительный пример того же результата в другой области — британская Национальная служба здравоохранения (NHS). Д.С. Лис в своем детальном и глубо ком исследовании установил, что «расходы на NHS вовсе не чрезмерны — они, судя по всему, меньше того, что потребители были бы готовы потратить на свободном рынке. Особенно плачевно положение в области строительства больниц» (Lees D.S.

Health Through Choice. London: Institute of Economic Affairs, 1961 [= Hobart Paper.

№ 14]. P. 58).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.