WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Вопросы глагольного вида в ненецком языке экспедиционный отчет Филипп Дудчук Содержание Предисловие Раздел 1. Аспектуальная деривация: имперфектив и дуратив 1.1. Постановка задачи и исходные допущения

1.2. Имперфектив 1.2.1. Имперфективные пары 1.2.1.1. Непереходные глаголы 1.2.1.2. Понижение переходности исходного глагола 1.2.1.3. Переходные глаголы 1.2.2. Неимперфективные пары 1.2.3. Проблема основ имперфектива 1.3. Дуратив 1.3.1. Вопрос об основах дуратива 1.3.2. Семантика дуративного показателя 1.3.2.1. Предельные глаголы (accomplishments & achievements) 1.3.2.1.1. Пары типа свариться – вариться 1.3.2.1.2. Пары типа увидеть – видеть 1.3.2.1.3. Пары типа качнуть – качать 1.3.2.1. Деятельности (activities) Раздел 2. Аспектуальная композиция 2 3 — 4 — 5 6 10 — 12 — 13 14 — — — 15 — 17 2.1. Framework — 2.1.1. Исходные допущения — 2.1.2. PLUG-framework, Henk J. Verkuyl (1999, 2001, 2002) 18 2.1.3. Mereological approach, Manfred Krifka (1986, 1992, 1998) 19 2.2. Аспектуальная композиция в ненецком языке 20 2.2.1. Эмпирический материал — 2.2.2. Результаты и выводы 22 Литература Предисловие Настоящее сочинение представляет собой отчет о проведенном исследовании некоторых вопросов глагольного вида в тундровом диалекте ненецкого языка. Исследование было предпринято в летней лингвистической экспедиции Отделения теоретической и прикладной лингвистики Филологического факультета МГУ в поселке Нельмин-Нос Ненецкого автономного округа в июле – августе 2003 года. Структурно работа делится на две части: первая посвящена двум видам аспектуальной деривации в ненецком языке (имперфективу и дуративу), вторая – анализу предельности ненецкого глагола в рамках композиционального подхода. Я глубоко признателен Д.О. Иванову, Е.А. Лютиковой, С.Г. Татевосову и А.Б. Шлуинскому за детальное обсуждение материалов к настоящей работе. Все ошибки и недочеты остаются полностью на моей ответственности.

Москва, сентябрь Раздел 1 Аспектуальная деривация: имперфектив и дуратив 1.1 Постановка задачи и исходные допущения 1.1.1. Наши первоначальные сведения о том, как устроена ненецкая аспектуальная деривация, основываются на работах Т. Салминена (Salminen 1997, 1998). Из них известно, что ненецкий язык использует морфологические показатели для шести аспектуальных значений: фреквентатив, итератив, инхоатив, моментатив, дуратив и имперфектив (в терминологии указанных работ). Данный раздел работы посвящен двум аспекутальным значениям – имперфективу и дуративу. 1.1.2. Прежде чем перейти к детальному обсуждению аспектуальных значений и особенностей ненецкой аспектуальной деривации, условимся о некоторых представлениях, на которых основывается наше исследование. p E a Схема 1. Q r На схеме 1.1 изображена ось времени. На ней отложены точка E – вхождение в процесс/состояние a – и точка Q – выход из процесса/состояния а и переход в результирующее состояние r. Лучом р на этой прямой обозначена подготовительная стадия. Будем исходить из допущения, что каждый из указанных этапов развития ситуации во времени может быть аспектуальным значением в естественном языке, т.е. может выражаться в некотором классе глагольных словоформ. Ср. выражение каждого указанного аспектуального значения в русском языке с временной референцией к настоящему: (1.1) a. b. c. d. e. Вася собирается строить дом. Вася начинает строить дом. (Я вижу, как) Вася строит дом. Вася достраивает дом. Дом построен Васей. / Вася построил дом. p M Схема 1. r На схеме 1.2 изображено то же самое, что и на схеме 1.1, но для ситуации, описываемой пунктивным предикатом. Точка М – момент начала и окончания пунктивной ситуации. Пример русского пунктива – глагол вспыхнуть. Важнейшее свойство пунктивов, отличающее их от непунктивов, в том, что из-за своих акциональных свойств (отображенных на схеме 1.2) они не могут иметь актуально-длительную интерпретацию. Поэтому глаголы в русских предложениях (1.2) могут иметь только мультипликативное (1.2а) или хабитуальное (1.2b) значение.

(1.2) a. Лампочка вспыхивает. b. Петя приходит в школу. 1.2 Имперфектив Вслед за Т. Салминеном будем называть глагольный показатель {nO} имперфективным, а аспектуальное значение, которое он выражает, – имперфективом. Этот раздел посвящен семантике и поведению этого показателя. Имперфектив образуется от ограниченного числа глагольных основ. Важно для нашего обсуждения заметить, что имперфектив не образуется от уже образованного дуратива;

верно и обратное. Глаголы, которые позволяют образовать имперфект, являются предельными1. Все они обозначают переход в результирующее состояние (точка Q на схеме 1.1). Эти глаголы неоднородны по свойствам их аргументной структуры и по этим свойствам разбиваются на две группы (см. 1.2.1). В следующих разделах мы будем рассматривать пары глагольных форм: исходную глагольную основу и основу деривата, содержащую имперфективный показатель. В разделе 1.2.1 будут рассмотрены случаи образования имперфектива, которые вызывают наименьшее количество затруднений с их анализом. После этого речь пойдет о случаях, которые, напротив, не поддаются анализу и появление которых среди положительного эмпирического материала неожиданно. 1.2.1. Имперфективные пары (1.3) a. wesako старик xa умирать Старик умер. b. wesako старик xa-na умирать-IPFV Старик умирает. В примере (1.3) представлена имперфективная глагольная пара: исходная основа глагола умирать предложения (1.3а) принимает показатель имперфектива в (1.3b). Имперфективным мы будем называть следующее изменение аспектуального значения глагола. Исходная основа предельная, обозначает выход из состояния/процесса и переход в результирующее состояние (точка Q на схеме 1.1);

при прибавлении имперфективного показателя основа попадает в класс непредельных процессов/состояний (интервал а на схеме 1.1): IPFV(

ER>)

S/P>, Два исключения из всего собранного в экспедиции материала – глаголы спать и ждать. О них см. раздел 1.2.2.

где оператор IPFV обозначает прибавление к глаголу имперфективного показателя, в скобках через точку с запятой записаны аспектуальные и акциональные свойства предиката. Получаемые глаголы имеют хабитуальную и актуально-длительную интерпретацию. Пара, состоящая из исходного глагола и того, который получился в результате имперфективного преобразования, будем называть имперфективной парой. Таких пар подавляющее большинство. Из 15 собранных случаев прибавления имперфективного показателя к глаголу тех, которые мы назвали имперфективными, 12. В имперфективном преобразовании участвуют как переходные глаголы, так и непереходные. Все непереходные подвергаются описанному выше (нормальному) имперфективному преобразованию, их аргументная структура не меняется. Переходные глаголы разбиваются на два класса: теряющие переходность в результате имперфективного преобразования (см. п. 1.2.1.2) и не изменяющие свою аргументную структуру. Разбиение исходных глагольных основ на классы представлено на схеме 1.3.

Глаголы, присоединяющие показатель имперфектива … Глаголы, вступающие в имперфективные пары (подвергающиеся имперфективному преобразованию) Переходные Глаголы, теряющие переходность Схема 1. … Непереходные Глаголы, не теряющие переходность В следующих пунктах мы рассмотрим полученные указанным разбиением классы глаголов, подвергающихся имперфективному преобразованию. 1.2.1.1. Непереходные глаголы Собрано четыре непереходных глагола, которые образуют имперфективную пару: умереть, свариться, быть опухшим и зачесаться. В примерах (1.3-1.6) продемонстрировано семантическое преобразование, которое выше мы назвали имперфективным (SFS = special finite stem, r = reflexive conjugation). (1.4) a. ja суп pJi свариться Суп сварился.

b. ja суп pJi-na свариться-IPFV Суп варится. (1.5) a. wasJa uda Вася рука paje быть.опухшим У Васи рука опухшая [=опухла]. b. wasJa uda я рука paje-na быть.опухшим-IPFV У Васи рука опухает. (1.6) a. manJ uda-w я рука-1SG jaka-l-j-q чесаться-INCH-SFS-3SG.r У меня рука зачесалась. b. manJ uda-w я рука-1SG jaka-l-na чесаться-INCH-IPFV У меня рука начинает чесаться. 1.2.1.2. Понижение переходности исходного глагола Подкласс глаголов, в результате имперфективного преобразования подвергающихся интранзитивизации, включает в себя 5 лексем: накормить, написать, впустить, вернуть и повалить. (1.7) a. Naceki мальчик pJisJmo-m pAda письмо-ACC написать Мальчик написал письмо. b. Naceki мальчик (*pJisJmo-m) pAd-na письмо-ACC написать-IPFV Мальчик пишет (занимается писанием). (1.8) a. nJebJa мать wenJeko-m собака-ACC Naw-la накормить-TRANS Мать накормила собаку. b. nJebJa мать (*wenJeko-m) собака-ACC Naw-la-na накормить-TRANS-IPFV Мать кормит (занимается кормлением). (1.9) a. manJ wasJa-m я Вася-ACC xarda-nh дом-DAT tJu-lJe-w впустить-TRANS-1SG Я пустил Васю в дом. b. wasJa tJu-lJe-na Вася впустить-TRANS-1SG Вася заносит («всё подряд»). В примерах (1.7 – 1.9) перед нами случаи понижения переходности: при присоединении имперфективного показателя глагол утрачивает возможность иметь прямое дополнение. В следующих примерах происходит более сложное изменение аргументной структуры предиката. (1.10) a. wasJa pJetJa-n Вася Петя-DAT jesJe-m деньги-ACC sal-ra вернуться-TRANS Вася вернул Пете деньги. b. xJibJarJi-q человек-PL sal-ra-na-q вернуться-TRANS-IPFV-3PL Люди возвращаются (с войны). (1.11) a. wasJa mJad-m Вася чум-ACC xaw-da упасть-TRANS Вася повалил чум. b. mJaq xaw-da-na чум упасть-TRANS-IPFV Чум валится. Наконец, находятся примеры, подобные (1.12). (1.12) a. wasJa pJetJa-m Вася Петя-ACC pJisJi-la-pta смех-INCH-TRANS Вася заставил Петю смеяться. b. wasJa pJetJa-m Вася Петя-ACC pJisJi-la-pta-na смех-INCH-TRANS-IPFV Вася смешит Петю. Общее в глаголах примеров (1.8 – 1.11)2 в том, что все они содержат тот или иной показатель транзитива. Возникает вопрос: почему при присоединении имперфективного показателя к основе, содержащей показатель транзитива, происходит изменение актантной структуры исходного глагола? Предлагается следующее объяснение. У конечной глагольной словоформы, лексической основы, показателя имперфектива и показателей транзитива всякий раз определяется значение признака [±TR] – признак «воздействие на переходность глагола» (положительный – повышение переходности, отрицательный – понижение). У остальных частей глагольной словоформы этот признак не определен. У показателя имперфектива и лексической основы имеется, кроме того, признак [±IPFV] (у имперфектива – всегда положительный, у основы задается в словаре) – «воздействие на предельность глагола»;

у остальных частей глагольной словоформы (во всяком случае, у тех остальных, которые мы обсуждаем в настоящем пункте) этот признак не определен. Признак [±TR] для всех обсуждаемых частей словоформы дефолтно определяется так: у показателей транзитива признак определен положительно, у имперфектива – отрицательно. У лексической основы признак принимает оба значения и берется из словаря.

Примеры (1.7) и (1.12) заслуживают отдельного внимания;

обсуждение их см. ниже.

Далее проверяется отношение «сильнее» для признаков лексической основы (LS), показателя транзитива (TRANS) и показателя имперфектива (IPFV). Признак [±TR] лексической основы сильнее признака [±TR] имперфектива, а признак [±TR] транзитива сильнее признака [±TR] лексической основы. Отношение «сильнее» определяется так: если сильнейший и слабейший находятся в одной составляющей, сильнейшее передает свой признак слабейшему, независимо от того, какой признак был у слабейшего. TRANS > LS;

LS >IPFV Отношение «сильнее» не транзитивно: из приведенных допущений не следует, что признак переходности транзитива «сильнее» признака имперфектива. После этого вступает в силу принцип плюсов (см. Verkuyl 2001, 2002, а также раздел 2 настоящей работы). Составляющая имеет признак [+TR] тогда и только тогда, когда все ее части имеют признак [+TR], и [–TR] тогда, когда хотя бы одна из частей составляющх обладает признаком [–TR]. Если внутри составляющей не произошло наследования признака от сильнейшего (например, отношение «сильнее» не определено – так, как в случае транзитива и имперфектива), устанавливаются дефолтные значения признаков соответствующих составляющих и происходит проверка принципа плюсов. Самый простой случай изображен на схеме 1.4. Это дерево для примеров (1.4 – 1.6).

V [–TR] LS [–TR] Схема 1. IPFV[–TR] Для примеров (1.13 – 1.14 – см. ниже) строится такое дерево:

V [+TR] LS [+TR] Схема 1. IPFV[+TR] Здесь, как уже было описано выше, признак переходности основы внутри одной клаузы влияет на признак имперфективного показателя. Напротив, если в схеме 1.4 вместо показателя имперфектива был бы показатель транзитива, влияние происходило бы наоборот: лексической основе передался бы признак [+TR] от показателя транзитива и, по принципу плюсов, конечная глагольная словоформа (V) обладала бы положительным признаком переходности. Так происходит, например, в примере (1.11а). Ситуация усложняется, если в образовании глагольной словоформы участвуют сразу и транзитив, и имперфектив. В результате исследования ненецких показателей актантной деривации было установлено, что показатель транзитива pta по некоторым свойствам отличается от остальных показателей актантной деривации (например, из всех транзитивных показателей он наиболее продуктивен)3. Сперва рассмотрим глаголы с другими показателями транзитива (примеры 1.8 – 1.11). Судя по поведению признаков [±TR] в глаголах, содержащих оба показателя, дерево для них выглядит как на схеме 1.6.

V[–TR] TIP [–TR] [+IPFV] LS[±TR] TRANS[+TR] IPFV[–TR][+IPFV] Схема 1. Показатели транзитива и имперфектива входят в одну составляющую – «транзитивно-имперфективную». Отношение «сильнее» между ними не определено, признаки задаются дефолтно и не изменяются. Описанным выше образом (по принципу плюсов) TIP наследует признаки имперфективности и непереходности (у показателя транзитива признак имперфективности не определен). Поскольку между основой и TIP отношение «сильнее» не определено, сразу проверяется принцип плюсов и назначается признак переходности для составляющей V. Для примеров (1.8 – 1.11) дерево выглядит так (схема 1.7):

V[–TR] [+IPFV] LS[±TR] TIP [–TR] [+IPFV] TRANS[+TR] IPFV[–TR][+IPFV] Схема 1. Теперь обратимся к показателю pta. В случае с этим показателем переходность конечной глагольной словоформы не утрачивается потому, что этот показатель не входит в одну составляющую с имперфективным показателем. Это продемонстрировано на схеме 1.8 (дерево для примера 1.12b).

V[+TR] LS'[+TR] IPFV[+TR] LS[±TR] TRANS[+TR] Схема 1. Основа, к которой присоединяется показатель -pta (LS') ведет себя так же, как и обычная лексическая основа, поэтому признак [+TR] передается показателю Факт было любезно предоставлен мне Е.А. Лютиковой.

имперфектива и конечная глагольная словоформа имеет положительный признак переходности. Остается обсудить пример (1.7). Здесь глагол, переходность которого задается в словаре, присоединяет показатель имперфектива и переходность теряет. В рамках предложенного анализа предлагается следующее тому объяснение. Дерево для глагола писать-IPFV (см. схему 1.9) строится такое же, как и для глаголов, содержащих показатель транзитива. Иначе понижение переходности глагола объяснить невозможно. Однако вместо показателя транзитива – пустая категория с признаком [+TR] и с неопределенным признаком [IPFV]. Важнейший вопрос – почему там есть эта пустая категория. Ответом на него я не располагаю.

V[–TR] TIP [–TR] [+IPFV] LS[±TR] e [+TR] IPFV[–TR][+IPFV] Схема 1. 1.2.1.3. Переходные глаголы В завершение обсуждения особенностей имперфективных пар приведем примеры переходных глаголов, которые не содержат транзитивного показателя и присоединяют показатель имперфектива. У таких глаголов переходность не понижается, что было продемонстрировано на схеме 1.5. Таких глаголов два: связать и испачкать (GFS = general finite stem) – примеры (1.13 – 1.14). (1.13) a. pida он korzJina-m paNgol-Na корзина-ACC связать-GFS Он связал корзину. b. pida он korzJina-m paNgol-na корзина-ACC связать-IPFV Он вяжет корзину. (1.14) a. wasJa pJetJa-m Вася Петя-ACC masa-r-Na намазать-FREQ-GFS Вася испачкал Петю. b. wasJa pJetJa-m Вася Петя-ACC masa-r-na намазать-FREQ-IPFV Вася пачкает Петю. 1.2.2. Неимперфективные пары Не все глаголы, основы которых присоединяют показатель имперфектива, образуют имперфективные пары. Глаголы вернуться, ждать и спать ведут себя иначе.

(1.15) a. wasJa sal-j-q Вася вернуться-SFS-3SG.r Вася вернулся. b. wasJa sal-na Вася вернуться-IPFV Вася ходит туда-сюда. Пример (1.15) демонстрирует возможность имперфектива образовывать мультипликатив от исходного глагола. Наконец, последние два глагола, от которых информанты образовали имперфектив – спать и ждать. (1.16) a. wasJa xoni Вася спать.GFS Вася спит. b. wasJa xoni-na Вася спать.GFS-IPFV Вася засыпает. Пример (1.16) решительно не укладывается в предложенный анализ. Вопервых, исходный глагол спать не является предельным процессом и не обозначает переход в результирующее состояние, как все остальные глаголы, поддающиеся имперфективному преобразованию. Во-вторых, пара спать – засыпать не является ни имперфективной, ни даже мультипликативной, пример которой был засвидетельствован в (1.15). В-третьих, имперфектив xonina образован не от лексической основы глагола спать xonJo, а, как следует из (1.16b), от общей финитной. Полагаю, что все эти факты позволяют усомниться в грамматичности этой формы имперфектива и не рассматривать ее в качестве надежного эмпирического материала. (1.17) a. wasJa maSa-m Вася Маша-ACC NatJe ждать Вася ждет Машу. b. wasJa maSa-m Вася Маша-ACC NatJe-na ждать-IPFV Вася (долго) ждет Машу. В отличие от случая с примером (1.16), то, что мы видим в (1.17) с точки зрения морфологии вполне законно. Неясно, почему в данном случае имперфектив образуется от статива и каким семантическим отношением связаны члены этой пары. По-видимому, этот случай приходится также списать на некомпетентность информанта. Имперфектив в (1.17) породил Михаил Киприянович, с другими информантами эта форма не проверялась;

Михаил Киприянович единственный из всех информантов так переводил («сильно», «долго» и т. д.) все разрешенные им имперфективы.

1.2.3. Проблема основ имперфектива Завершая раздел об имперфективе, обратимся к вопросу, о котором было вскользь сказано вначале: какие глагольные основы образуют имперфектив? После того, как мы отказались от некоторых данных из всего собранного материала об имперфективах, список глаголов, которые присоединяют имперфективный показатель, стал выглядеть так: Имперфективные пары:

связать заставить смеяться испачкать накормить написать впустить вернуть повалить умереть свариться опухшим быть зачесаться Мультипликативная пара:

возвращаться В этот список вошли не все предельные глаголы: не вошли, например, вскипеть, сгнить, напоить, усыпить и другие. Видимо, приходится признать, что собрать такое количество глаголов, из которого бы стало понятно, по какому признаку выделяется класс глаголов, образующих имперфектив, не удалось. Те данные, которыми мы располагаем сейчас, свидетельствует, что информация о том, образуется от данной глагольной основы имперфектив или не образуется, задается в словаре. Всякий раз перед присоединением имперфективного показателя к основе происходит проверка на «совместимость»: есть ли у данной лексемы свойство присоединять имперфективный показатель или нет. 1.3 Дуратив Дуративным показателем, или для краткости дуративом, условно будем называть показатель аспектуальной деривации {pO}4. Дуративами же будем называть глаголы, образованные при помощи этого показателя. Данные, связанные с дуративом, обширнее, чем данные, связанные с имперфективом: в экспедиции было собрано около 120 глагольных основ, присоединяющих показатель дуратива. Настоящий раздел посвящен обсуждению семантики и дистрибуции этого показателя. Уже было замечено выше, что формы дуратива не образуются от форм имперфектива и формы имперфектива не образуются от форм дуратива.

Во всех примерах, которые мы будем приводить ниже, представлен не собственно показатель дуратива, а показатель, в котором совмещено значение дуратива и специальной финитной основы. Такой показатель на поверхностном уровне реализуется как (m)bJi || pJi. На результат анализа этот факт никак не влияет. Для удобства восприятия в глоссировании приводимых примеров значение «специальная финитная основа» опускается.

1.3.1. Вопрос об основах дуратива К сожалению, как и в случае с имперфективом, вопрос о выделении класса основ, к которым присоединяется показатель дуратива, остается открытым. Замечено, впрочем, что дуративы не образуются от стативных глаголов: (1.18) wasJa Вася nJenJca ненецкий wada-m язык-ACC tJenJewa(-*mbJi) знать(-*DUR) Вася знает ненецкий язык. Это подтверждается, например, следующим. Глагол manJije, имеющий как значения ‘смотреть’ (деятельность) и ‘видеть’ (состояние), в предложении (1.19) интерпретируется только как деятельность ‘видеть’: (1.19) pida он NaCeki мальчик manJije-mbJi смотреть/видеть-DUR Он смотрит на мальчика. Более 90 глаголов из 120, присоединяющих дуратив, – предельные. (1.20) wasJa Вася jesJ-em деньги-ACC sJur-pJi спрятать-DUR Вася прячет деньги. Однако находится около 50 предельных глаголов, которые не присоединяют показатель дуратива: (1.21) nJerezJ ведро pAna(-*bi) наполниться(-*DUR) Ведро наполняется. Оставшиеся непредельные представляют собой глаголы класса деятельностей (activities в терминологии Vendler 1967), например, (1.22) pida он laxana-mbJi говорить-DUR Он (постоянно) говорит. Находятся и деятельности, которые не присоединяют показатель дуратива: (1.23) pida он manzara(-*bi) работать-DUR Он работает. Надежных примеров с глаголами-деятельностями, которые не присоединяют показатель дуратива, мы имеем около 25. Таким образом, можно лишь очертить некоторое пересечение множества глагольных основ из четырех аспектуальных классов З. Вендлера с множеством глагольных основ, присоединяющих показатель дуратива: 64,3% 30% (0% accomplishments & achievements activities states (90 из 140) (30 из 55) (0 из 10)) 1.3.2. Семантика дуративного показателя Как уже было указано в предыдущем пункте, дуратив присоединяется к глаголам класса activities и к предельным глаголам (accomplishments и achievements). Ниже мы рассмотрим в отдельности изменения, которые происходят с глаголами при образовании от них дуратива, в зависимости от того, к какому аспектуальному классу принадлежит исходный глагол. 1.3.2.1. Предельные глаголы (accomplishments & achievements) Изменение, которое происходит с предельными глаголами, похоже на имперфективное изменение (см. 1.2). Разница состоит в том, что образуются не только имперфективные пары (свариться – вариться), но и пары типа увидеть – видеть, качнуть – качать. 1.3.2.1.1. Пары типа свариться – вариться Эти пары по изменению, которое происходит при переходе от исходной основы к основе, содержащей показатель дуратива, полностью идентичны имперфективным парам, которые были подробно проанализированы в п. 1.2. Еще раз проиллюстрируем это преобразование примером (1.24): (1.24) a. wanJa pJisJmo-m Ваня pAda письмо-ACC написать Ваня написал письмо. b. wanJa pJisJmo-m Ваня pad-bi письмо-ACC написать-DUR Ваня пишет письмо. 1.3.2.1.2. Пары типа увидеть – видеть Отличие преобразования этого типа от преобразования, описанного в 1.3.2.1.1, в том, что исходный (предельный) глагол обозначает не выход из состояния/процесса а (точка Q на схеме 1.1), а, напротив, вхождение в состояние/процесс а (точка Е). При присоединении показателя дуратива получаем непредельный глагол, обозначающий стадию а действия, которое он обозначает (см. схему 1.1): DUR(

EP/S>)

S/P>, где оператор DUR обозначает прибавление к основе показателя дуратива. Пример (1.25) демонстрирует нам подобную пару глаголов. (1.25) a. wenJeko собака wanJa xarJe Ваня испугать Собака испугала Ваню. b. (tJeda) сейчас wenJeko собака wanJa xarJe-mbJi Ваня испугать-DUR Собака (сейчас) пугает Ваню.

1.3.2.1.3. Пары типа качнуть – качать На множестве пунктивных глаголов дуративный показатель образует мультипликативы. Так устроены глагольные пары качнуть – качать, скакнуть – скакать, уронить – ронять, пошевелить – шевелить и др. В условной нотации «мультипликативное преобразование» выглядит так: DUR() В примере (1.26) представлена мультипликативная пара. (1.26) a. wasJa xar Вася нож xawra-pta упасть-CAUS Вася уронил нож. b. wasJa xar Вася xawra-pta-bJi нож-ACC-3SG упасть-CAUS-DUR Вася роняет нож. К этому же классу глагольных пар относятся пары, в которых от пунктивных глаголов образуются дуративы с хабитуальным значением: DUR() (1.27) a. pida он nJejbJ-am-da мать-ACC-3SG majmla обрадовать Он обрадовал мать. b. (*tJeda || okxusuwej jalJeq) (*сейчас || оккаждый день) pida он nJejbJ-am-da majmla-mbJi мать-ACC-3SGобрадовать-DUR Он (*сейчас || оккаждый день) радует мать. 1.3.2.1. Деятельности (activities) В отличие от всех предыдущих случаев, рассмотренных в настоящем разделе, показатель дуратива на множестве глаголов класса activities в строгом смысле не деривирует: в результате присоединения дуратива к основе глагола-деятельности мы не получаем глагола из другого аспектуального класса. Однако значение глагола некоторым образом изменяется, и ниже в общих чертах мы это изменение опишем. Рассмотрим примеры (переводы информантов приводятся дословно). (1.28) a. wasJa jenJer-Na Вася стреляет Вася стреляет. b. wasJa jenJer-bJi Вася стрелять-DUR Вася очень много стреляет. (1.29) a. wasJa Nawor-Na Вася есть-GFS Вася ест.

b. wasJa Nawora-mbi Вася есть-DUR Вася жрёт. В примерах (1.28 – 1.29) дуратив исполняет роль интенсификатора действия, обозначаемого исходным глаголом. Практически все глаголы класса activities в форме дуратива информанты переводили с наречиями постоянно, много, сильно, вовсю и проч. Это наблюдение, впрочем, никак не объясняет, почему дуратив не образуется от таких глаголов-деятельностей как лаять, делать, махать и некоторых других. Однако никакого другого изменения в семантике дуративов, образованных от activities, кроме интенсификации, засвидетельствовать не удалось.

Раздел 2 Аспектуальная композиция 2.1 Framework Настоящий раздел посвящен обсуждению предельности ненецкого глагола в рамках теорий аспектуальной композиции. Основных композициональных теорий две: теория Х.Й. Феркёйла (Verkuyl 1999, 2001, 2002) и мереологический подход М. Крифки (Krifka 1986, 1992, 1998, Filip 1999). 2.1.1. Исходные допущения Все исследования аспектуальной композиции в естественном языке исходят из допущения, что аспектуальные свойства предложения задаются не только аспектуальными свойствами предиката, но и свойствами его аргументов. Этим композициональный подход противопоставляется подходу З. Вендлера (и его последователей), по теории которого для каждого глагола лексически задается аспектуальный класс, в который он входит. Феркёйл и Крифка предлагают иной анализ аспектуальных свойств – анализ их как свойств глагольных групп, складывающихся из свойств их членов. Основное наблюдение, на котором покоится композициональный подход, в том, что внутренний аргумент глагола находится во взаимодействии с набором аспектуальных признаков самого глагола. (2.1) a. b. Bill built a house {*for two years || okin two years}. Билл построил дом.

Bill built houses {okfor two years || *in two years}. Билл строил дома. Продемонстрированное в (2.1) взаимодействие прямого дополнения с признаком предельность/непредельность вершинного глагола в английском языке и называется аспектуальной композицией. В английском языке, как видно из этого примера, свойства прямого дополнения наводят предельность на глагол. Иным образом дело обстоит, например, во французском языке: (2.2) a. Jean construis-ait une maison Жан построить-IPF.3SG INDEFдом. Жан строил дом.

{непредельный}.

b.

Jean construis-ait des maison-s {непредельный}. Жан построить-IPF.3SG INDEFдом-PL. Жан строил дома. Jean a construit Жан PF.3SG построить Жан построил дом. Jean a construit Жан PF.3SG построить Жан понастроил домов. une maison INDEFдом.

{предельный}.

c.

d.

des maison-s {предельный}. INDEFдом-PL.

Похожая ситуация и в русском языке: (2.3) а. b. c. d. Иван строил дом {два года || *за два года}. Иван строил дома {два года || *за два года}. Иван построил дом {*два года || за два года}. Иван построил дома {*два года || за два года}.

Отличие французского примера от русского лишь в (2.2d) и (2.3d): в русском языке в предложениях типа (2.3d) прямое дополнение подвергается автоматической (универсальной) квантификации, поэтому в русском предложении создается эффект контекстно специфицированного множества домов, которые подвергаются стройке: ‘Иван построил дома, мы с тобой знаем, какие, причем построил их все’. В этом отношении русский пример более интересен. Здесь свойство предиката (предельность) влияет на свойство внутреннего аргумента (квантованность): перфективизация глагола влечет, как мы видели, квантификацию прямого дополнения. Упомянутые выше теории аспектуальной композиции отличаются анализом всех этих исходных наблюдений. В следующих пунктах будет предпринят краткий обзор теорий Х. Феркёйла (2.1.2) и М. Крифки (2.1.3). 2.1.2 PLUG-framework, Henk J. Verkujl (1999, 2001, 2002) Теория Х. Феркёйла основывается на следующих допущениях. У каждого из членов предикации имеется свой признак, который способен меняться с положительного на отрицательный и наоборот. Так, у аргумента предиката это признак [±SQA] – specified quantity of A, «специфицированное количество А», – т.е. референта именной группы, зависимой от вершинного предиката. Этот признак задан в означаемом именной группы. Так, именные группы типа a house (une maison), two houses (deux maison), the houses (les maisons) имеют признак [+SQA];

признак [–SQA] имеют именные группы houses (des maisons), milk (du lait) и т.д. У глагола имеется признак [±ADDTO] – аддитивность (динамичность) описываемой глаголом ситуации;

признак [+ADDTO] имеют динамичные глаголы, [–ADDTO] – стативные. У глагольной группы и предикации в целом имеется признак «предельность» – [±T]. Таким образом, предикация принимает следующий вид: S[±TS] NP[±SQA] VP[±TVP] NP[±SQA] V[±ADDTO] Схема 2. Важнейшим правилом для этой системы признаков является так называемое правило плюса (Plus-principle – см. Verkuyl 2001:23): положительный признак предельности предикации ([±TS]) требует положительных признаков во всех остальных узлах дерева. Предикация в (2.1а) является предельной потому, что глагол build обладает признаком [+ADDTO] и именной аргумент a house обладает признаком [+SQA]. В (2.1b), напротив, у аргумента признак [–SQA], поэтому предикация является непредельной. Так эта теория объясняет явление предельности предикации в языках типа английского. Для русского материала теория Феркёйла делает дополнительное допущение: русские перфективирующие префиксы являются модификаторами всей глагольной группы, т.е. образуют свою клаузу VP'. Этот оператор ограничивает свойство предельности своей клаузы до [+T], как показано на схеме 2.2, наводя тем самым положительный признак предельности на всю предикацию, а также наводя эффект контекстной специфицированности той именной группы, которая является внутренним аргументом глагола. S[+TS] NP ASP VP'[+TVP'] VP[+TVP] Vstem[+ADDTO] Иван по- строил Схема 2. NP[+SQA] дом 2.1.3. Mereological approach, Manfred Krifka (1986, 1992, 1998) М. Крифка формулирует различие между предельными и непредельными предикатами и предикациями при помощи признаков кумулятивность и квантованность. Предикат кумулятивен, когда он обладает свойством аддитивности: если предикат выполняет для аргументов х и у, то он выполняется и для их суммы х у. Если для предиката свойство аддитивности не выполняется, этот предикат обладает признаком квантованности. Так, например, именной предикат вода кумулятивен, т.к. если две порции воды слить в одну, то про получившееся можно будет сказать, что это вода. Так же устроены предикаты houses, яблоки и др. Напротив, предикат дом квантованный, т.к. про два дома нельзя сказать, что это дом. Также, по Крифке, устроены глагольные предикаты: глагол идти является кумулятивным, т.к. верно, что если событие е – идти и событие е' – идти, то и событие е е' – идти. Напротив, глагол стукнуть является квантованным, т.к. событие ‘стукнуть’ ‘стукнуть’ уже не является событием ‘стукнуть’. Формулируется следующее обобщение: признак кумулятивности глагольного предиката имплицирует признак его непредельности;

признак квантованности имплицирует признак предельности.

Как видно, свойства индивидов и событий похожи, причем, как мы видели в пункте 2.1.1, при определенных условиях могут передаваться от одного другому. Чтобы задать эти условия, Крифка вводит особое -отношение – инкрементальность. Событие является инкрементальным тогда, когда когда протекание во времени события, обозначаемого предикатом, находится во взаимооднозначном соответствии с изменением свойств дентата своего аргумента (например, изменение физического размера, приобретение или утрачивание некоторого признака и проч.). Так, ситуация снег тает является инкрментальным, т.к. по мере развития этой ситуации снега становится все меньше и меньше. Когда снег кончается, ситуация завершается. Также устроены события есть яблоко, build a house и т.д. Внутренний аргумент предиката в таких событиях Крифка (Krifka 1986, 1992:39,42), а вслед за ним и Х. Филип (Filip 1991:91и далее) и Д. Даути (Dowty 1988, 1991), называют градуальным пациенсом, или инкрементальной темой. Наконец, формулируется правило аспектуальной композиции в рамках мереологического подхода: «Динамичный глагол (в предложениях, обозначающих единичное событие) в сочетании с квантованным градуальным пациенсом дает квантованную (следовательно, предельную – Ф.Д.) глагольную группу, а в сочетании с кумулятивным градуальным пациенсом кумулятивную (непредельную – Ф.Д.).» (Filip 1991:94). При анализе русского материала важнейшее отличие мереологического подхода от теории PLUG в том, что первая анализирует перфективирующий префикс не как модификатор клаузы, а как лексический квантор (Partee 1995), т.е. как заданный в словаре. Теории, о которых шла речь в предыдущих пунктах, используют неодинаковые допущения в своем анализе аспектуальной композиции. Однако, несмотря на это, преследуя цель сделать анализа более дружественным, при разборе ненецкого материала, который будет предпринят в пункте 2.2, мы не разбираем отдельно композицию «в духе Крифки» и «в духе Феркёйла». 2.2 Аспектуальная композиция в ненецком языке 2.2.1. Эмпирический материал Из предыдущих рассуждений становится ясно, что естественные языки разделяются на два класса по признаку устроения аспектуальной композиции. Композиция может быть устроена так, как в английском, немецком, некоторых дагестанских и тюркских языках. С другой стороны, существует «славянский тип» аспектуальной композиции. Различие этих типов в том, каким образом взаимодействуют (аспектуальные) свойства предиката со свойствами его аргументов. Поэтому важнейшим в исследовании аспектуальной композиции было изучение свойств внутреннего аргумента предиката: как значения признака [SQA] распределены по именным группам, являющимся аргументами предиката или, в терминах мереологического подхода, как разбиваются эти именные группы по признаку кумулятивность – квантованность.

Для исследования этих вопросов в ненецком языке использовался тест (2.4) на логичность последовательности предложений (V – инкрементальный предикат, Х – его аргумент): (2.4) wasJa Вася sJidJeju X-ta-sJ.

20 X-3SG-PST У Васи было 20 Х-ов. pida он Х V.

XV Он V-л X-ы. NJaxar три X-ta xaji-sJ X-3SG остаться-PST Три Х-а осталось. Сперва предложения переводятся по отдельности, а затем произносятся последовательно. Последовательность может быть запрещена как нелогичная (нелогичным может быть только переход от второго предложения к третьему), может быть разрешена. Исходы теста и выводы из них таковы. 1. Если последовательность разрешается, значит, вторая предикация непредельная, т.к. ожидается, что аргумент «Х-ы» во втором предложении обладает признаком [–SQA] или, в терминах мереологического подхода, аргумент «Х-ы» кумулятивен и предельность второй предикации наводится этим признаком аргумента. Ср. результат этого теста для английского языка, где такая последовательность разрешена: (2.5) Basil had 20 apples. [He ate [apples.][–SQA]][–T] Three apples rested. 2. Если последовательность запрещается и в переходе от второго предложения к третьему информант чувствует противоречие, значит, во втором предложении содержится имликация: весь аргумент «20 Х-ов» был подвергнут действию, обозначаемому предикатом «V». Это указывает на то, что аргумент был подвергнут универсальной квантификации и приобрел признак [+SQA], или стал квантованным. Тогда композиция устроена так, как в русском языке – ср. русскую последовательность этих предложений: (2.6) У Васи было 20 яблок. [Он съел [[яблоки.][–SQA]][+T] Три яблока осталось. В этом случае вторая предикация предельна, и нужно делать какое-нибудь дополнительное допущение (как, например, допущение о том, что славянский перфективирующий префикс является оператором на всей глагольной группе), чтобы объяснить, почему свойство предиката влияет на свойство аргумента (квантифицирует аргумент), а не наоборот, как это ожидается в общем случае.

2.2.2. Результаты и выводы Оказалось, что ненецкая аспектуальная композиция похожа на славянскую. В примере (2.7) приведен один из результатов теста на логичность последовательности предложений: (2.7) wasJa Вася sJidJeju knJiga-da-sJ.

20 книга.PL-3SG-PST У Васи было 20 книг. pida он knJiga книга.PL tolej-da.

прочитать-3SG Он прочитал книги. *NJaxar три knJiga-da xaji(-sJ) книга.PL-3SG остаться(-PST) *Три книги осталось. Подобный результат дает тест с предикатами есть яблоки, писать письма, наполнять ведра, решать задачи и проч. Как уже было указано, эти результаты свидетельствуют о том, внутренний аргумент предиката подвергается универсальной квантификации. До сих пор это было замечено только в славянских языках и самые разработанные теории аспектуальной композиции объясняли это перфективирующим префиксом, который имеет свои особенные свойства и который (в мереологическом подходе) относится к словарной информации. В ненецких глаголах перфективирующий префикс отсутствует, что практически лишает теории Х. Феркёйла и М. Крифки – Х. Филип возможности проанализировать ненецкую композицию.

Литература Dowty, D. R. 1988. “Thematic Proto-Roles, Subject Selection, and Lexical Semantic Defaults”, ms. (Paper presented at the 1987 LSA Colloquium. San Francisco). Dowty, D. R. 1991. “Thematic Proto-Roles and Argument Selection.” Language 67, pp. 547-619. Filip, H. 1999. Aspect, Eventuality Types and Noun Phrase Semantics. New York, pp. 81-149. Krifka, M. 1986. Nominalreferenz und Zeitkonstitution. Zur Semantik von Massentermen, Individualtermen, Aspektklassen. Doctoral Thesis, The University of Munich. Krifka, M. 1992. “Thematic Relations as Links between Nominal Reference and Temporal Construction.” Sag, I. A. and A. Szabolsci (eds.), Lexical Matters, pp. 29-53. Krifka, M. 1998. “The Origins of Telicity.” Rothstein, S. (ed.) Events and Grammar. Dorbrecht/Boston/London: Kluwer Academic Publishers, pp. 197-235. Partee, B. H. “Quantificational Structures and Compositionality.” Bach, E. et al. (1995). 541-601. Salminen, T. 1997. Tundra Nenets inflection. Helsinki. Salminen, T. 1998. A morphological dictionary of Tundra Nenets. Helsinki. Vendler, Z. 1967. “Verbs and Times.” Philosophical Review 56, 143-160. Verkuyl, H. J. 1999. Aspectual Issues. Structuring Time and Quantity. CSLI Lecture Notes, Vol. 98, Stanford, California. Verkuyl, H. J. 2001. A Young Person’s Guide to the Theory of Tense and Aspect, pp. 15-43, 55-75. Verkuyl, H. J. 2002. Formal Semantics Course. Lectures delivered in the St. Petersburg State University, pp. 71-109.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.