WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

«УЧЕБНИКИ ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ э к о н о м и к и ВШЭ Б.Е.Бродский ЛЕКЦИИ ПО МАКРОЭКОНОМИКЕ переходного периода Допущено Министерством образования ...»

-- [ Страница 2 ] --

7§ 3. Дезорганизация макроэкономической среды ЗА Дезорганизация макроэкономической среды Модель Бланшара (1997) Процесс реаллокации ресурсов в переходной экономике, взятый сам по себе, не является достаточным основанием для понимания причин трансформационного спада. Дело в том, что подобные про­ цессы реаллокации — не редкость в рыночных экономиках, но, как правило, и не главная макроэкономическая проблема рыночных экономик. Основная причина трансформационного спада, по Блан шару, заключается в дезорганизации экономической среды в пере­ ходный период. Упразднение государственного планирования про­ изводства и распределения в масштабах всей экономики приводит к тому, что типичные фирмы-производители теряют ориентацию в наступившем экономическом хаосе. Директивное планирование уст­ ранено, стабильные рынки и цены еще не сформированы — отсю­ да полная неопределенность в выборе контрагентов, цен и объемов производства. Результат — экономический спад в начальный период экстраординарной политики.

Формальный анализ феномена дезорганизации Бланшар ба­ зирует на модели экономического обмена между государственными и частными предприятиями, осложненного трансакционными из­ держками, причиной которых является асимметрия информации о либерализованных ценах обмениваемых благ. Более конкретно рас­ смотрим государственную фирму, производящую п продуктов (по единичной цене) с использованием п типов входных ресурсов и полуфабрикатов. Каждый входной ресурс поставляется независимой частной фирмой-контрагентом. После либерализации торговли у каждого поставщика появляется альтернатива сбыта и, следователь­ но, возможность влияния на ценовую политику и процесс произ­ водства в государственном секторе. Для простоты предположим, что все входные ресурсы однородны и поставляются по ценам С, равномерно распределенным в интервале [О, С], где С — частная информация фирм-поставщиков технологических ресурсов. Про­ цесс производства в государственной компании начнется лишь при условии, что цена Р, предложенная этой компанией за каждый ре­ сурс, окажется не ниже цен поставщиков С.

Лекция Основные факты и гипотезы о механизмах трансформации Пусть F Q — функция равномерного распределения цен по­ ставщиков ресурсов. Тогда ожидаемая прибыль производства для государственной компании к = (F(P) ( l - P ) n - » max „, n где максимум берется по цене Р.

Отметим, что (F(P))" — это вероятность того, что процесс производства состоится, (1-Р)п — доходы за вычетом издержек (цена выпуска равна 1) при условии запуска производства.

Решением этой задачи является цена Р = min С, Сле­ п + 1.

V довательно, вероятность запуска технологических линии в госу ГпО, а ожидаемый дарственной компании равна F(p) = min 1,-п + 1 С объем выпуска Y = n min 1, п+1 С Напротив, если переговоры о поставках продукции с частными поставщиками будут сорваны, то процесс производства в государ­ ственной фирме не состоится и ресурсы поставщиков будут ис­ пользованы альтернативными способами (для выпуска продукции в частном секторе). Поэтому ожидаемый объем производства в ча­ стном секторе равен v п С max 0,1 Y =— p п + 1С V Ожидаемый полный выпуск:

Y = Y +Y.S p Характерный вид графиков функций выпуска Y,Y,Y приведен на S рис. 3.5. Нетрудно заметить, что с ростом величины С — макси­ мума альтернативной цены ресурсов — объем производства в госу­ дарственном секторе снижается, тогда как объем производства в частном секторе возрастает.

3. Дезорганизация макроэкономической среды YYY " у, •J Рис. 3.5. Агрегированный выпуск, объем производства в государственном и частном секторах Следует отметить, что многие из п р е д п о л о ж е н и й модели п р о ­ цесса д е з о р г а н и з а ц и и, п р е д л о ж е н н о й Б л а н ш а р о м, представляются нереалистичными. Так, поиск контрагентов в начальный период р е ф о р м представляет существенную трудность к а к д л я государст­ венных, т а к и д л я частных ф и р м. П о э т о м у п а д е н и е выпуска в госу­ д а р с т в е н н о м секторе вследствие провала переговоров с п о с т а в щ и ­ к а м и не ведет автоматически к росту выпуска в ч а с т н о м секторе.

Попытка усовершенствовать логику модели Бланшара была пред­ п р и н я т а Р о л а н о м и Вердье.

Модель Ролана и Вердье (1997) Р о л а н и Вердье [Roland, Verdier, 1997] предлагают и н т е р п р е т а ц и ю т р а н с ф о р м а ц и о н н о г о спада в н а ч а л ь н ы й п е р и о д р е ф о р м на о с н о в е модели поиска. Предполагается, что о с н о в н ы е р ы н к и е щ е н е с ф о р ­ мировалась в м о м е н т л и б е р а л и з а ц и и цен. Л и б е р а л и з а ц и я подразу­ мевает свободу в ы б о р а к л и е н т о в и п о с т а в щ и к о в д л я п р е д п р и я т и й.

О с н о в н а я гипотеза: существенные и н в е с т и ц и и в о б н о в л е н и е к а п и ­ тала осуществляются только после того к а к установлены н а д е ж н ы е д о л г о с р о ч н ы е к о н т а к т ы с к о н т р а г е н т а м и. Вместе с тем в п е р и о д п о и с к а к о н т р а г е н т о в п р е д п р и я т и я н е и н в е с т и р у ю т средства в о б Лекция Основные факты и гипотезы о механизмах трансформации новление основного капитала, вследствие чего, по мнению авторов, происходит сокращение производства в начальный период реформ.

Ролан и Вердье рассматривают также модель постепенной ли­ берализации цен, реализованную в Китае (либерализация по двой­ ному пути). Суть способа состоит в следующем. Во-первых, пред­ приятиям позволено продавать малую часть своей продукции по либерализованным ценам (первый путь). Во-вторых, предприятия должны поддерживать своих торговых партнеров, устанавливая цены на выпускаемую продукцию на утвержденном ранее уровне (второй путь). Если начальная либерализация прошла успешно, т.е. предприятия стали находиться в более выгодных экономиче­ ских условиях и соответственно стали получать большую прибыль, то цены на их продукцию продолжают отпускать вплоть до полной либерализации. Китайский способ поэтапной либерализации сти­ мулирует экономических агентов к поиску новых связей в первый период. Если окажется, что производителям выгоднее не осущест­ влять реформирование структуры хозяйствования и поддерживать прежние связи, то поиск не производится.

Модель с переменной структурой социальных предпочтений Вопрос, остающийся открытым в модели Ролана и Вердье, заключа­ ется в том, почему снижение объемов инвестиций повлекло за собой столь резкий спад агрегированного выпуска в первые годы реформ.

В конце концов большинство постсоциалистических экономик от­ нюдь не страдало недостатком производственных фондов в первые годы реформ и вполне могло 2—3 года эксплуатировать накоплен­ ный капитал. По всей видимости, причина столь резкого экономи­ ческого спада коренится не только и не столько в инвестиционном кризисе, сколько в фундаментальном изменении структуры пред­ почтений экономических агентов в ходе реформ.

Отметим, что постоянство структуры предпочтений агентов является одним из главных предположений неоклассической тео­ рии. Что происходит с экономической системой при резком изме­ нении структуры предпочтений агентов? Ответ на этот вопрос не­ возможно найти на страницах стандартных учебников экономиче­ ской теории. Вместе с тем он оказывается ключевым при анализе закономерностей экономических трансформаций.

Суть процесса экономической трансформации состоит в из­ менении макроэкономической и институциональной структуры об 3. Дезорганизация макроэкономической среды щества: на смену институтам планового централизованного хозяйст­ ва, предусматривающим доскональное планирование натуральных и стоимостных показателей работы предприятий, приходят институты децентрализованного рыночного хозяйства, в которых основную роль играет механизм согласования предпочтений экономических агентов на основе рыночных цен обмениваемых благ.

Рассмотрим макроэкономическую систему, в которой произ­ водится и потребляется два вида благ: инвестиционные товары А и потребительские товары В. В плановой экономике СССР сущест­ венный социальный акцент придавался производству "средств про­ изводства" (инвестиционных товаров А) и только во вторую оче­ редь — производству предметов потребления В.

Производство инвестиционных товаров открыто или косвенно (через диспаритет в структуре цен) субсидировалось государством, тогда как на потребительские товары устанавливались "потолки" цен. В этих условиях в плановой экономике появлялся устойчивый структурный дефицит потребительских товаров и избыточное про­ изводство инвестиционных благ (см. рис. 3.6).

РА А избыток В дефицит Рис. 3.6. Равновесия на рынках инвестиционных и потребительских товаров в плановой экономике Отметим, что уровни цен на инвестиционные и потребитель­ ские товары устанавливались, по марксистской традиции, исходя Лекция Основные факты и гипотезы о механизмах трансформации из уровней издержек производства и весьма слабо были связаны с факторами платежеспособного спроса на инвестиционные и по­ требительские товары.

С началом процесса экономических реформ государство прек­ ращает субсидировать производство инвестиционных благ (Д р — О) А и снимает верхние ограничения на цены потребительских товаров ( А р = 0 ). При этом точка "планового" равновесия Р должна пе­ а реместиться в точку "рыночного" равновесия М, которое опреде­ ляется как точка касания кривой производственных возможностей с кривой социальных предпочтений. Таким образом, в "идеале", рисовавшемся воображению стратегов и идеологов Вашингтон­ ского консенсуса, процесс экономической трансформации заклю­ чается в реаллокации ресурсов (от точки Р к точке М по равновес­ ной кривой производственных возможностей, см. рис. 3.7).

•В в А Рис. 3.7. Реаллокация ресурсов и дезорганизация хозяйства В реальности, однако, все обстояло не столь плавно и гладко.

В большинстве стран Центральной и Восточной Европы рыночные реформы сопровождались глубоким экономическим спадом и дез­ организацией хозяйства. Эти последствия стали полной неожидан­ ностью для идеологов экономических реформ, которые полагали, что, освободив частную инициативу и убрав бюрократические за­ слоны, можно будет добиться стремительного роста экономики.

3. Дезорганизация макроэкономической среды Традиционная неоклассическая теория также не дает убедитель­ ных доказательств неизбежности экономического спада в началь­ ный период реформ.

Реформаторы неявно предполагали, что после освобождения цены установятся на равновесных значениях за достаточно корот­ кое время, так что потерями от неравновесия в переходном про­ цессе можно пренебречь. В реальности, однако, оказалось, что вре­ мя переходного периода исчисляется годами. Цены освобождены, но неравновесны и подвержены резким колебаниям. В процессе поиска равновесия происходит интенсивная структурная пере­ стройка системы цен, потребительских и социальных предпочте­ ний, спроса и производства экономических благ.

Развитые в предыдущей лекции методы структурного анализа экономических систем позволяют исследовать динамику измене­ ния потребительских предпочтений и установления новых рыноч­ ных цен благ в процессе экономических реформ. Далее будет пока­ зано, что феномены дезорганизации хозяйства и начального эко­ номического спада в период реформ являются следствием доста­ точно естественных и общих предположений о характере кривых потребительских предпочтений экономических агентов.

Сохранив все обозначения из предыдущей лекции, рассмот­ рим следующую динамическую модель экономической системы с инвестиционными (А) и потребительскими (В) благами:

А< = р (А\В )-р, с т А А А° = -р* {А*) + р, т А А р"! =А -А\ С (3-1) Иа В= р (В,А )-р, с с с с т в в В*=-р (В°) + р, т в в р =В<-В\ т в Отметим, что в этой системе рыночные цены обмениваемых благ формируются под воздействием факторов спроса и предложе­ ния, а объемы потребления благ А и В' определяются как субъ­ с ективными предпочтениями экономических агентов, так и рыноч­ ными ценами благ, формирующимися в процессе экономического обмена. Более конкретно в стационарной точке:

Лекция Основные факты и гипотезы о механизмах трансформации A =А =А\ B =B =B\ p (A\B*) = p {A*) = p" \ р (В*,А*) = рЦВ*) = р.

s С S C c s с т A A A в в Процесс экономических реформ стартует из точки неэффек­ тивной аллокации инвестиционных и потребительских благ Р, ра­ нее существовавшей лишь ввиду идеологических постулатов соци­ ализма и искусственных ценовых диспропорций. Гипотетически экономическая система должна быстро достичь эффективного ры­ ночного равновесия. Исследуем, однако, устойчивость этого ры­ ночного равновесия. Выше (см. лекцию 2) было показано, что дос­ таточные условия устойчивости имеют вид м < 0, - ^ <.0, М а Р'л () <о, < 0 ;

дА дв дв дА' с с с М (3-2) >о,М>о, dB s (

др А > min дв дв dA дв> дА с s с с При этом система (3-1) теряет устойчивость, развиваются процессы дезорганизации производства, экономический и инве­ стиционный кризис. Вместо плавного квазиравновесного процес­ са реаллокации благ и ресурсов по траектории РМ, система (3-1) "срывается" в глубокий экономический и инвестиционный спад (стрелка на рис. 3.7).

Таким образом, при "шоковом" варианте реформ положение равновесия в системе (3-1) будет неустойчивым. Этот вывод дает нам основания для следующих общих замечаний.

Учебно-методические материалы к лекции Причина трансформационного спада коренится не только и не столько в "трансформационных издержках" (поиск новых контр­ агентов, неполнота и асимметричность информации на возникаю­ щих рынках и др.), сколько в резком изменении структуры пред­ почтений экономических агентов. При резком изменении соци­ альных и индивидуальных предпочтений происходят глубокие структурные сдвиги в характере кривых спроса и предложения на различные блага, что может повлечь за собой не только переход к новому равновесному режиму, но и к потере устойчивости экономи­ ческой системы и полной или частичной дезорганизации хозяйства.

В самом деле, представим себе типичную ситуацию на россий­ ском пореформенном машиностроительном заводе. Станки, кото­ рые производил завод, после радикальных реформ и ликвидации системы государственных заказов стали никому не нужны, техно­ логические линии простаивают, рабочие слоняются без дела и приторговывают на местном рынке. Что делать руководству завода?

Лихорадочно искать возможности производства потребительской продукции, перенастраивать технологические линии, изучать пер­ спективы сбыта. Для этого нужны (и срочно!) инвестиции в основ­ ной капитал и переобучение кадров, необходимы временные и фи­ нансовые ресурсы на переналадку оборудования. Поэтому спад в объемах производства инвестиционных благ (в данном случае стан­ ков) вовсе не влечет за собой автоматический рост производства потребительской продукции.

Трансформационные издержки вовсе не являются первопри­ чиной трансформационного спада, но представляют собой следст­ вие глубоких структурных сдвигов в социальных и потребитель­ ских предпочтениях, системе цен, производстве и потреблении после начала радикальных реформ.

Учебно-методические материалы к лекции Литература Основная Экономика переходного периода. Очерки экономической политики пост­ коммунистической России 1991—1997 / Под ред. Е. Гайдара. М.: Инсти­ тут экономики переходного периода, 1998.

Лекция Основные факты и гипотезы о механизмах трансформации Blanchard О. The Economics of Post-Communist Transition. Oxford: Clarendon Press, 1997.

Boycko M.. Shleifer A., Vishny R. A Theory of Privatisation / / The Economic Journal. 1996. Vol. 106.

Fischer S., Sahay R., Vegh C. From Transition to Market: Evidence and Growth Prospects / / Lessons from the Economic Transition. Central and Eastern Europe in the 1990s. Kluwer, 1.997.

Jasinski P., Yarrow G. Privatisation: An Overview of the Issues / / Privatisation.

Critical Perspectives on the World Economy / Ed. by G. Yarrow, P. Jasinski.

L., 1995. Vol. 1.

Дополнительная Аукуционек С П. Эмпирика перехода к рынку. Опыт России. М.: Эконо­ мика, 1998.

Aslund A. Lessons of the First Four Years of Systemic Change in Eastern Europe II Journal of Comparative Economics. 1994. Vol. 19. № 2. P. 22--38.

Atkenson A., Kehoe P. Optimal Social Insurance, Incentives and Transition.

Federal Reserve Bank of Minneapolis, 1995.

Berg A, Blanchard O. Stabilization and Transition in Poland: 1990—1991 / NBER;

University of Chicago Press / / The Transition in Eastern Europe. 1994. № 1.

P. 51-92.

Berg A., Sachs J. Structural Adjustment and International Trade in Eastern Europe: the Case of Poland / / Economic Policy. 1992. № 14. P. 117-174.

Bhadhuri A., Laski K., Levcik F. Transition from the Command to the Market System: What Went Wrong and What to Do Now. The Vienna Institute for Comparative Economic Studies, 1993.

Blanchard O., Kremer M. Disorganization. MIT, 1996. (Mimeo).

Bruno M. Stabilization and the Macroeconomics of Transition / / Economics of Transition. 1992. № 1. P. 5-19.

Calvo G., Coricelli F. Stabilizing a Previously Centrally Planned Economy:

Poland 1990 / / Economic Policy. 1992. № 14.

Учебно-методические материалы к лекции Earl J.. Estrin S. Privatisatisation Versus Competition: Changing Enterprise Be­ havior in Russia: W D I Working Paper. 1997. № 70.

Gavrilenkov E., Kuboniwa M. Development of Capitalism in Russia. Second challenge. Tokio: Hitotsubashi University Press, 1997.

Gomulka S. The Causes of Recession Following Stabilization / / Comparative Economic Studies. 1992. Vol. 33. № 2.

Kornai J. Transformational Recession. A General Phenomenon Examined through the Example of Hungary's Development / / Economic Applique. 3993.

Vol. 46. № 2. P. 181—227.

Melo M. de, Denizer C. Gelb A. From Plan to Market: Patterns of Transition.

World Bank, 1996.

Melo M. de, Denizer C, Gelb A., Tenev S. Circumstance and Choice: the Role of Initial Conditions and Policies in Transition Economies. World Bank, 1997.

Roland G., Verdier T. Transition and the Output Fall: W D I Working Paper.

1997. № 3 7.

Rosati D. Output Decline during Transition from Plan to Market / / Economics of Transition. 1994. Vol. 2. № 4. P. 419-442.

Winiecki J. The Inevitability of a Fall in Output in the Early Stages of Transi­ tion to the Market: Theoretical Underpinnings / / Soviet Studies. 1991. Vol. 43.

№ 4. P. 669-676.

Вопросы для повторения 1. Назовите и проиллюстрируйте основные стилизованные факты об эволюции макроэкономических показателей в переходных экономиках.

2. Перечислите факторы "начальных условий" экономических реформ, влияющие на глубину и скорость трансформационных процессов. Каковы факторы макроэкономической политики, способствующие успеху реформ в постсоциалистических странах?

3. Опишите трансформационный спад и приведите его различные интер­ претации.

4. Назовите и охарактеризуйте основные гипотезы о механизмах эконо­ мической транформации.

Лекция Основные факты и гипотезы о механизмах трансформации 5. Опишите модель реаллокации ресурсов Бланшара: основные предпо­ ложения, зависимости, выводы.

6. Охарактеризуйте модели процесса дезорганизации хозяйства в началь­ ный период экономических реформ:

• модель Бланшара: предпосылки, логика, выводы. Какова роль тран­ сакционных издержек в формировании трансформационного спада?

• модель Ролана — Вердье: предпосылки, логика, выводы. Какова роль поисковых процессов в формировании трансакционных издержек и трансформационном спаде?

7. Опишите модель с переменной структурой предпочтений экономиче­ ских агентов: предпосылки, основные зависимости, условия нарушения рав­ новесия. Проанализируйте дезорганизацию как следствие трансформации структуры социальных предпочтений.

Дополнительные вопросы и задания для самостоятельной работы 1. Используя доступные базы данных и литературные источники, прове­ дите самостоятельное сравнительное исследование динамики ключевых макроэкономических индикаторов в посткоммунистических странах в 1990-е гг. В чем, по вашему мнению, причины различной динамики ре­ форм в странах ЦВЕ, СНГ, Китая и Вьетнама?

2. Проведите самостоятельное теоретическое исследование модифици­ рованной модели Бланшара с различным уровнем номинальной заработ­ ной платы по секторам экономики. В чем новизна выводов этого анализа в сравнении с оригинальной моделью Бланшара?

3. Сформулируйте условия устойчивости равновесия в динамической структуралистской модели двух взаимосвязанных рынков. Как интерпре­ тировать этот результат на примере процесса дезорганизации в переходной экономике? Почему эти условия равновесия, как правило, нарушаются в переходной экономике?

4. Напишите эссе на тему "Приватизация и конкуренция", используя ра­ боты: [Earl, Estrin, 1997;

Jasinski, Yarrow, 1997;

Boyko, Shleifer, Vishny, 1996].

лекция ПРОБЛЕМЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ В ПЕРЕХОДНЫХ ЭКОНОМИКАХ 4. Трансформационная квадратура: либерализация, стабилизация, приватизация и реструктуризация Страны, вставшие на путь радикальных экономических реформ, сталкиваются с проблемой выбора экономической политики, обес­ печивающей наилучшие результаты как на макро-, так и на микро­ уровне. К числу основных целей экономической политики, которых необходимо добиться в ходе реформ, относятся:

• либерализация цен и внешней торговли;

• макроэкономическая и финансовая стабилизация;

• приватизация предприятий;

• структурные реформы.

Первые три цели представляют собой первоочередные задачи реформ.

Либерализация охватывает:

переход к свободной торговле и свободным ценам;

демонтаж планово-распределительной системы, иерархиче­ ской структуры управления экономикой и переход к сетевой струк­ туре договорных отношений;

отмену монополии внешней торговли, открытие экономики;

Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках введение свободного рыночного курса национальной валю­ ты взамен его государственного регулирования;

обеспечение кон­ вертируемости национальной валюты по текущим операциям.

Финансовая стабилизация предполагает резкое снижение тем­ пов инфляции после либерализации, стабилизацию курса нацио­ нальной валюты. Она включает в себя:

переход к жестким бюджетным ограничениям на всех уров­ нях;

создание налоговой системы и налаживание налогового ад­ министрирования;

организацию надежного контроля бюджетных расходов;

ограничение темпов роста денежной массы и переход к ры­ ночному формированию процентных ставок;

организацию надзора за коммерческими банками.

Приватизация призвана перенести ответственность и риск с го­ сударства на частных собственников, заменить большую часть го­ сударственной собственности частной, создать новую систему хо­ зяйственных мотиваций и полноценных рыночных агентов.

К этому добавляются в составе первоочередных задач политики реформ: налоговая реформа, создание системы коммерческих бан­ ков и двухуровневой банковской системы, а также рынка рабочей силы с отменой государственной системы регулирования оплаты труда.

Первостепенное значение для эффективного решения этих за­ дач имеет выбор скорости реформ [Stiglitz, 1999;

Dabrowski, Gomulka, Rostowski, 2000]. На протяжении 1990-х гг. велась активная дискус­ сия о том, какая скорость реформ — высокая или умеренная — наиболее приемлема для той или иной страны.

Аргументы сторонников "шоковой терапии" (предельно высо­ кая скорость реформирования): задача либерализации цен и внеш­ ней торговли должна быть решена быстро, что позволяет быстро снять "денежный навес" и обуздать высокую инфляцию в начале реформ;

задача приватизации также должна решаться в быстром темпе, что снижает политический риск реставрации старых структур собственности. Пример '•шоковой терапии" — реформы в Польше 1990-х гг.

Аргументы сторонников "градуализма" (умеренная скорость реформ): градуальные реформы имеют все преимущества эволюци­ онного пути развития по сравнению с революционным: постепен­ ный демонтаж старых экономических структур и переход на рыноч 4. Трансформационная квадратура: либерализация, стабилизация, приватизация и реструктуризация ные принципы функционирования экономики позволяет избежать резких инфляционных "шоков", существенного спада производства и серьезного ухудшения финансового состояния предприятий.

Пример градуальных реформ: переход на рыночные принципы це­ нообразования в Китае в 1990-е гг.

Эмпирические факты свидетельствуют о том, что "шоковая те­ рапия" в среднем порождает более высокие темпы инфляции в на­ чальный период экономических реформ по сравнению с градуаль­ ной политикой. Так, в Венгрии и Чехии, где использовались гра­ дуальные методы реформирования, годовая инфляция не вышла за 50—60% за весь период реформ. С другой стороны, в Польше, Слове­ нии, Эстонии, России значения годовых темпов инфляции вышли за диапазон двузначных цифр в первые два года реформ. Однако гра­ дуальная политика может порождать высокоинфляционные реци­ дивы спустя 5—6 лет (Болгария, Румыния).

Таблица 4. Инфляция в переходных экономиках в 1991—1998 гг., % в год 1991 г. 1992 г. 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г.

Страна 1395,0 1294,0 1788,0 84,5 6,7 0,5 4, Азербайджан 15,8 42, 236,6 6,0 17,4 14, Албания 104 30, 10896,0 1885,0 32,0 21, Армения 25 1341,0 5,8 13, 1996,0 1960,0 244,0 63, Беларусь 1159,0 39,2 84, 79,4 63,8 121,9 32,8 310,8 578,6 17, Болгария Венгрия 21,6 21,1 21,2 28,3 19,8 18,4 14, 7488,0 6474,4 57,4 8, Грузия 1177,0 13,8 8, 2169,0 1160,0 60, 2984,1 28,6 11,3 8, Казахстан 95,7 31,9 35,0 14, Кыргызстан 170 1259,0 1363,0 12, 26,0 23, Латвия 959,0 35,0 13,1 7,0 5, 45,0 35, Литва 1161,1 188,8 13,1 8,5 6, 55,4 4, Македония 230 1925,2 229,6 0,2 5, 9, Молдова 2198,0 837,0 116,0 23,8 15,1 11,2 10, Польша 44,3 37,6 29,4 26,1 18,5 13,2 10, 840,1 204,7 131,3 11, Россия 144 2508,8 21,8 84, 61,7 27,8 151,6 47, Румыния 233 199,2 295,5 56, Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках Окончание табл. 4. 1991 г. 1992 г. 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г.

Страна Словакия 25,1 5,4 7, 58 11,7 7,2 6, 9Д Словения 18,3 8,6 8,8 9, 247 92,9 8, 22, Таджикистан 204 1364,0 7344,0 2133,0 40,5 165,0 19, 1, 155 644,0 9750,0 1328,0 1262,0 446,0 50, Туркменистан 21, Узбекистан 169 910,0 885,0 1281,0 117,0 64,0 28,0 35, 161 2730,0 10155,0 401,0 182,0 39, Украина 10,1 19, Хорватия 250 938,2 1149,0 -3,0 3,8 3,4 3,8 5, Чехия 52 12,7 9,7 8,6 11, 18,2 10, 7, Эстония 304 953,5 35,6 42,0 29,0 15,0 12,0 11, Источник: [Колодко, 2000].

Практически во всех странах с переходной экономикой вслед за либерализацией следовал спад производства. Исключение состав­ ляют Китай и Вьетнам, в которых экономика, начав с очень низкого уровня, все время росла.

Т а б л и ц а 4. Трансформационный спад Реальный ВВП, Кумулятивный Длительность 2000 г.

Страна размер спада, % спада, лет (1990= 100%) ЦВЕ и Балтия Албания 16 Болгария 87 \ Хорватия Чехия 3 35 Эстония 15 Венгрия 51 Латвия 44 67 !

Литва Польша Румыния 3 23 Словакия Словения 3 4. Трансформационная квадратура: либерализация, стабилизация, приватизация и реструктуризация Окончание табл. 4. Реальный ВВП, Длительность Кумулятивный Страна 2000 г.

спада, лет размер спада, % (1990 = 100%) СНГ 7 51 Армения 4 63 Азербайджан 6 60 Беларусь 6 35 Грузия 5 78 Казахстан 6 41 Кыргызстан 6 50 Молдова 7 63 35 I Россия 7 40 Таджикистан 7 50 Туркменистан 8 48 Украина 10 59 Узбекистан 18 [Transition, 2002].

Источник:

Эмпирические данные не дают оснований для утверждений о том, что глубина экономического спада в начальный период реформ заметно различалась для стран, проводивших политику "шоковой терапии" и градуализма. Это дает основания некоторым авторам [Popov, 2000] для утверждений, что трансформационный спад явля­ ется следствием не той или иной политики, а результатом слабо­ сти экономических и государственных институтов.

Т а б л и ц а 4. Темпы прироста валового внутреннего продукта в странах ЦВЕ в 1990—1999 гг.

1990 г. 1991г. 1992 г. 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г.

Страна -3,3 6,4 1, -1,2 -11,5 0,6 3,2 -2,6 -1, Чехия 3, -0, Венгрия -3,5 -11,9 4,6 5, 2,9 3, 1,5 1, -3, 7,0 6,0 6, Польша -11,6 -7,0 2,6 5,2 4,8 3, 3, 6, Словакия -2,5 -14,6 -6,5 -3,7 6,5 0, 4,9 6,9 5, -5,5 3,8 4, Словения -4,7 -8,9 5,3 3, 2,8 2, 4, Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках Окончание табл. 4. Страна 1990 г. 1991 г. 1992 г. 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г.

ЦВЕ-5 -9,6 5,8 2, -6,7 -0,9 1,6 4,3 4,6 4,9 3, Болгария -11,7 -7,3 -1,5 1,8 2,9 -10,1 -6,9 4,0 -2, -9, Румыния -5,6 -8,8 4,0 3,9 -6,6 -5,5 -5, -12,9 7, 1, ЦВЕ-7 -6,6 -10,4 -2,8 3,7 2,0 1,5 0, 5, 1,4 4, Хорватия -7,1 -8,0 6,8 6,0 6,5 -1, -21,1 -11,7 3, 5, Россия -3,0 -5,0 -14,5 -8,7 -12,7 -4,1 -3,5 0,8 -4,6 5, Украина -4,0 -8,7 -14,2 -22,9 -12,2 -10,0 -3,2 -1,7 -2, -9, Российская экономика: опыт трансформации 1990-х годов и Источник:

перспективы развития. М.: ГУ ВШЭ, 2000.

К основным тенденциям переходного периода, помимо отме­ ченных выше, следует отнести:

я сокращение выпуска в промышленности, рост сектора услуг;

в рост производства в частном секторе;

а рост экспорта — преимущественно в развитые страны;

в резкий рост уровня бедности, усиление социального нера­ венства по доходам.

Т а б л и ц а 4. Сокращение выпуска в промышленности, рост сектора услуг, % ВВП Сельское Промышленность Услуги Регион и период хозяйство ЦВЕ и Балтия 13,7 45,1 41, 1990—1991 гг.

33,0 53, 1997-1998 гг. 13, СНГ 27,5 39,7 32, 1990-1991 гг.

1997-1998 гг. 18,7 31,2 50, [Transition, 2002].

Источник:

Из табл. 4.4 видно, что сокращение выпуска продукции сель­ ского хозяйства было значительней в странах СНГ, а промышлен­ ности, напротив, — в странах ЦВЕ и Балтии.

4. Трансформационная квадратура: либерализация, стабилизация, приватизация и реструктуризация Таблица 4. Рост производства в частном секторе, % ВВП Страна 1990 г. 1994 г. 1999 г.

ЦВЕ и Балтия 11 50 Чехия 12 65 Эстония 55 Венгрия 18 55 Румыния 17 40 СНГ 20 Армения 12 40 Беларусь 5 15 Россия 5 50 [Transition, 2002].

Источник:

Для интерпретации этих эмпирических закономерностей были предложены политэкономические и аналитические модели. К ос­ новным политэкономическим моделям политики реформ можно отнести:

• монетаристскую модель [Гайдар, 1999];

• модель рентоориентированного поведения (rent seeking) [As lund, etal.,1996].

В рамках монетаристской модели политики реформ различия в динамике макроэкономических индикаторов в странах с переход­ ной экономикой объясняются на основе факторов кредитно-денеж­ ной политики. "Эти страны (с переходной экономикой) можно раз­ делить на две группы. Первую из них составляют государства, которые сумели противопоставить финансовому кризису жесткую денеж­ ную политику и за короткие сроки сбить инфляцию до умеренных значений. Во второй группе стран денежная политика была мягкой, темпы роста номинального денежного предложения подвержены резким колебаниям, а период высокой инфляции — длительным.

С известной долей условностей проводившуюся в первой группе стран экономическую политику можно назвать монетаристской, во второй — популистской" [Гайдар, 1999].

Следуя логике монетаристской концепции, можно заключить, что в странах с "быстрой дезинфляцией" экономический спад был более коротким, а реформы — более последовательными и глубо­ кими по сравнению со странами с "медленной дезинфляцией", в ко Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках торых наблюдался длительный экономический спад, сопровождав­ шийся рецидивами высокой инфляции. Следует отметить, что эм­ пирические данные, приведенные в табл. 4.1—4.3, далеко не всегда подтверждают эти выводы.

Другая политэкономическая интерпретация различий в ди­ намике экономических показателей по странам с переходной эко­ номикой была предложена Аслундом [Aslund, et al. 1996] в рамках модели рентоориентированного поведения. Согласно логике этой модели политика правящих элит в посткоммунистических странах в большей или меньшей степени подвержена факторам поиска личной и групповой выгоды в условиях политической, правовой и финансовой неопределенности переходного периода. Логика Аслун да проста: если высокая инфляция — очевидное зло, то почему пра­ вительства во многих странах не борются с ней столь решительно?

Потому, что высокая инфляция, порожденная денежно-кредитной эмиссией, позволяет политическим элитам извлекать дополнитель­ ную выгоду посредством перераспределения финансовых потоков, выгодных кредитов и пр., иными словами, добывать ренту в "мут­ ной воде" реформ. Пусть U(л) — предельная полезность темпа инфляции л для правящей элиты;

С(л) — предельные социаль­ ные издержки темпа инфляции л. Характер зависимостей приве­ ден на рис. 4.1.

С{л),и(л) А С(л) /аС(л) Ри{л) U (71) Л Рис. 4.1. Зависимость предельной полезности и предельных социальных издержек от темпа инфляции 4. Модель "шоковой терапии " Берга — Сакса Аслунд рассматривает рентоориентированное поведение неко­ торого репрезентативного политика в переходной экономике. При выборе целевого темпа инфляции этот политик руководствуется своими представлениями о социальных издержках проинфляцион ной политики. Если это — ответственный политик, то его оценка уровня социальньгх издержек высокой инфляции, как правило, ока­ зывается довольно точной. Если же это временщик, озабоченный извлечением личной или клановой выгоды, то он склонен занижать уровень социальных издержек инфляции (аС(я), Q

п >л. По мысли Аслунда, эти аргументы проливают свет на су­ 2 х ществование длительных периодов высокой инфляции в переход­ ных экономиках. В ресурсоориентированных экономиках предель­ ная выгода элит от кредитно-денежной эмиссии довольно высока, что влечет за собой сохранение чрезвычайно высоких темпов инф­ ляции в течение длительного срока.

Рассмотренные выше политэкономические интерпретации различий в динамике макроэкономических индикаторов в странах с переходной экономикой являются характерными примерами ло­ гики монофакторного экономического анализа. В случае монетарист­ ской модели — это примат фактора денег и денежной политики в трансформационной динамике, в случае модели рентоориентиро ванного поведения акцент делается на поиск и извлечение ренты.

Представляется, однако, что сложность проблемы требует не моно­ факторных, а многофакторных ее интерпретаций. Для более глубо­ кого сравнительного анализа политики "шоковой терапии" и гра­ дуализма необходимо использовать макроэкономические модели.

Далее в лекции будут рассмотрены две аналитические модели: мо­ дель политики "шоковой терапии" Берга — Сакса и двухсекторная модель переходной экономики.

4. Модель "шоковой терапии" Берга — Сакса Эта модель была положена в основу макроэкономических реформ в Польше (см.: [Sachs, 1989;

Berg, Sachs, 1992]).

4-Лекции по макроэкономике Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках Рассмотрим экономику, производящую промышленную про­ дукцию и услуги в объемах <2, Q соответственно. Экономика и s потребляет эти блага, а также импортную продукцию в объемах С, C и С соответственно. Промышленная продукция частично ;

s экспортируется. Официальный обменный курс равен Е в единицах злотый/долл.

Официальные цены на промышленную продукцию, услуги и импорт равны Pj,p,p соответственно. Вместе с тем в модели s f предполагается, что рыночное равновесие на эти блага окончатель­ но устанавливается на "черном" рынке при неофициальных ("те­ невых") ценах P P,P. n s f Агрегированный (номинальный) спрос Y равен d Y =P C +P C +P C.

d i i s s f f "Кэмбриджское уравнение" в данной ситуации запишется в виде Y = MV, d где М — объем денежной массы, V — скорость обращения денег (предполагается постоянной).

Функция реального потребления описывается моделью Кобба — Дугласа: С = C"C C 7 ~, где Y = Ср, р — базисный индекс пот­ b l a b d s ребительских цен, что дает P.C. = aY = aMV, d P C =bY =bMV, d s s PC =(\-a-b)Y ={\-a-b)MV.

d f f Объемы выпуска промышленной продукции и услуг являются функ­ циями относительных цен:

Q =Q (p /p ), i i s i Q =Q (pJPi) s s В начальной ситуации промышленность является нетто-экспорте ром, т.е. g, > С, - На внутреннем рынке промышленная продукция 4. Модель "шоковой терапии"Берга — Сакса не пользуется повышенным спросом, и "теневые" цены на нее рав­ ны официальным, т.е. р = Ер* = P, где р* — базисный индекс ( t мировых цен на промышленную продукцию. Напротив, до ради­ кальных реформ существует избыточный спрос на импортные то­ вары, т.е. p = Ep* < Р..

f f Для упрощения формального анализа полагаем р* = p* = 1, f так что p = p = Е. Цены на услуги p предполагаются экзоген­ i f s ными. Условие сбалансированности внешней торговли:

C =Q -C f t r После реформ сбалансированность внешней торговли допол­ няется условием либерализации валютного рынка. При этом "тене­ вые" цены на импорт должны сравняться с официальными ценами импорта, т.е. P = p = Е. С учетом этого получим f f C = aMV IE t Pf С f ~ ЕС/ > откуда C = (1 - а - b)MV IЕ. Из условия C = 2, - C находим f f t (1 - а - b)MV IE = Q - aMV IE и получаем зависимость для объема t денежной массы, при котором достигается сбалансированность внешней торговли и свободный обмен валюты:

М =Щ/[У(1-Ь)].

е Следует отметить, что это — гипотетический объем денежной массы, который должен быть установлен в результате реформиро­ вания денежной и валютной политики. В ситуации до реформ, как правило, наблюдается явление "денежного навеса", при котором М > М. При "денежном навесе" валюта становится неконвертируе­ с мой, что видно из нижеследующих рассуждений. Из уравнений С,- - aMV IE, C = <2, - C получим, что с ростом объема денежной f t массы падает реальный объем экспорта и предложение импортных товаров. С другой стороны, номинальный спрос на импорт растет:

РС =(l-a-b)MV, ( Г Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках что означает наличие избыточного спроса на импорт и, как след­ ствие, рационирование валютного обмена:

Р,- ={\-а- b)MV Щ - aMV IE].

Из последнего уравнения с учетом полученного выше выражения для М имеем с P IЕ = (\-а-Ъ)(М IМ )l[l-b-а(МIМ )Ъ М >М.

f c С С Фактически P =Е, т.е. обменный курс "черного рынка" равен f Ь базисному индексу цен на импорт.

Политика "шоковой терапии" основывалась на следующих умозаключениях. Путем резкой девальвации национальной валюты (Е -> Е ) снимается "денежный навес", и при том, что центральный ь банк не эмитирует новых денег, объем денежной массы становится равным гипотетическому объему Л/.. В результате либерализуется валютный рынок, снимается избыточный спрос на импорт при росте предложения импортных товаров. Первоначальный резкий всплеск инфляции (вследствие, скачка обменного курса) быстро гасится ввиду отсутствия существенной денежной эмиссии. Таким образом, правительство ликвидирует "черный рынок" и переходит к программе финансовой стабилизации и реструктуризации пред­ приятий.

М Рис. 4.2. Обменный курс, объем денежной массы и инфляция в условиях "шоковой терапии" 4. Сравнительный анализ политики "шоковой терапии "и градуализма 4. шшшшшшшш Сравнительный анализ политики "шоковой терапии" и градуализма Модель Берга — Сакса позволяет проследить динамику основных макроэкономических показателей кредитно-денежной сферы в на­ чальный период "шоковой терапии". Вместе с тем эта модель весьма приблизительно описывает динамику показателей производства в начальный период реформ и даже дает ошибочный прогноз роста объемов производства услуг в реформируемой экономике. Для углуб­ ленного анализа динамики показателей производства в случае "шо­ ковой терапии" и градуализма далее рассматривается двухсектор ная модель, схема которой приведена на рис. 4.3.

"Новый" сектор Государство Население "Старый" сектор Рис. 4.3. Двухсекторная модель переходной экономики В этой модели предполагается, что начальный период реформ характеризуется биполярной (дуальной) макроэкономической струк­ турой: в переходной экономике присутствует "новый" сектор (ин­ декс п), возникший в ходе рыночных реформ и функционирующий на рыночных принципах, и "старый" сектор (индекс о), подверг­ шийся реструктуризации и частично субсидируемый государством.

Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках Для упрощения формального анализа будем предполагать, что объем субсидий "старому" сектору зависит, главным образом, от суммарных налоговых поступлений от обоих секторов, т.е.

В=Ь(Тах)„ 0<Ь<1, (4­1) (Tax), =(Тах \ + (Тах„)„ где Ъ = 0 в случае "шоковой терапии", t —­ текущий период.

Будем также предполагать, что продукция "нового" сектора отличается более высоким качеством, и уровень цен на продукцию "нового" сектора ( р ) превышает уровень цен на продукцию "старо­ п го" сектора ( р ), т.е. р = (1 + 6)р, где в — дифференциал качества.

п Реальный выпуск "нового" и "старого" секторов описывается моделью Кобба — Дугласа, т.е.

Уц ~ Aii"K ", n lp Y=Y:+Y.f=ALi­K : \ • оо где L, L — занятость в "новом" и "старом" секторах соответствен­ n но;

К,К — капитал в "новом" и "старом" секторах соответствен­ ­ п но;

Y" — реальный объем промежуточной продукции "старого" сек­ тора;

Yf — реальный объем конечной продукции "старого" сектора.

Агрегированный доход в "новом" секторе, образующийся по­ сле оплаты за поставки промежуточной продукции от "старого" сектора, равен n Inc = p(l + e)Y ­pY. (4­3) n n Этот агрегированный доход далее используется, в основном, на выплату заработной платы, налогов, а также на амортизацию основного капитала и прибыль. В начальный период реформ пред­ приятия "нового" и "старого" секторов работают, как правило, с не­ значительными отчислениями на амортизацию. Поэтому будем пред­ полагать, что агрегированный доход используется, главным образом, на выплату заработной платы и налогов, т.е.

bv L ) =l {Inc ), n n tn n nt (Тах ) =т (1пс )„ 0

4. Сравнительный анализ политики "шоковой терапии "и градуализма Аналогично для "старого" сектора:

Inc = pYf + pY;

+B, (4­5) (Tax ) =T (Inc ), 0 0t 0 t+i где w,e — номинальная заработная плата и норма прибыли в 0 o "старом" секторе соответственно.

В модели также полагаем, что доходы населения формируют­ ся, главным образом, за счет заработной платы занятых в "новом" и "старом" секторах, т.е.

W =w L +w L. (4­6) Эти доходы сберегаются в части s и идут на потребление в части (l~s), т.е.

p (l­s)[w L +w L ] = p(l + e)Y + Y. (4­7) n n 0 n n P Суть экономических преобразований на микроуровне состо­ ит, прежде всего, в изменении мотивации экономических субъек­ тов: от стремления "выполнить и перевыполнить" плановые зада­ ния они переходят к стремлению максимизировать экономиче­ скую прибыль. Тогда с учетом (4­2) имеем w„L =J3 p(l + 0)Y, k H lt (4­8) Из уравнений модели (4­1)—(4­8) после преобразований по­ лучим систему, описывающую динамику выпуска "нового" и "ста­ рого" секторов, а также динамику реальных объемов государст­ венных субсидий:

Y (1 + п) Д, (У, ), = (1 ­ т ­е т + 0)М­*)К­ o ( 1 " А (1 ­ s))] „ +1 п я В (4­9) Y. +• (l+^)j3 (Y ) =a­r ­ ) 0 0 lH o ­ 1 +b(Yj (T ~r a­/] a­s)))+b(YMAa+ew­s).

(1+я) t 0 n n 1Р), Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках Система уравнений (4-9) позволяет исследовать динамику важ­ нейших макроэкономических переменных как в случае "шоковой терапии", так и в случае политики градуализма. Наиболее просто ис­ следовать случай "шоковой терапии", для которого Ъ = 0. Следует отметить, однако, что в дальнейших рассуждениях предполагается, что ожидаемый темп инфляции п, налоговые ставки т, т, нор­ п мы прибыли е, е являются экзогенными переменными.

п а Для случая "шоковой терапии" решение системы (4-9) имеет вид (4-10) '(1-Г„)(1 + 0)(1-.У) (1-Г )(1-Д,(1-5)) л Юг (Уп), = У„ 1 + 71 Д,(1 + яг) Анализ этого решения позволяет выделить факторы, опреде­ ляющие динамику выпуска в "новом" и "старом" секторах соот­ ветственно. В случае "шоковой терапии" начальная фаза реформ характеризуется чрезвычайно высокими темпами инфляции ж. Из уравнений (4-10) следует, что при этом глубина экономического спада будет существенной в случае "шоковой терапии" (вывод, не предсказанный теоретиками Вашингтонского консенсуса). Вместе с тем решительные меры правительства по достижению финансовой стабилизации ведут к быстрому обузданию высокой инфляции и вступлению экономики на траекторию роста, прежде всего в "но­ вом" секторе за счет фактора качества в. Структурная политика правительства может оказать существенное влияние на глубину и продолжительность трансформационного спада: "щадящий" нало­ говый режим для нового частного бизнеса на начальных стадиях его становления ведет к более быстрому выходу на траекторию роста.

Анализ градуальной политики более сложен в формальном от­ ношении. Вместе с тем качественный характер динамики перемен­ ных Y,Y,BIр может быть исследован при некоторых упрощаю­ n щих допущениях. А именно, в третьем уравнении системы (4-9) коэффициенты при Y и Y имеют более высокий порядок мало n a 4. Сравнительный анализ политики "шоковой терапии " и градуализма сти по сравнению с остальными коэффициентами системы (4-9).

Положив их равными нулю, получим, что реальный объем госу­ дарственных субсидий экспоненциально падает с ростом t, при­ чем скорость падения реальных субсидий связана с коэффициен­ том Ъ обратной зависимостью, т.е.

=д 1+ я Для реальных объемов выпуска "старого" сектора имеем 1-т„ (4-11) -А Ю, = У« 1 + 7Г М+я)1 (1+*)Д, где y,D — начальные условия.

0 Аналогично для реальных объемов выпуска "нового" сектора (l-r„)(l + fl)(l-*) (\-T )(l-P {\-s) n o Ю,- (4-12) =у Ю, п 1+я Анализ решения (4-11)—(4-12) позволяет сделать следующие выводы. Градуалистская политика реформ не вызывает высоких темпов инфляции и не порождает глубокого экономического спада в начальной фазе преобразований. Темпы дерегулирования "старых" экономических структур оказываются более низкими в сравнении с политикой "шоковой терапии", что создает риск их возрождения.

Заметно также, что "новый" сектор развивается более низкими тем­ пами в сравнении с политикой "шоковой терапии". Вместе с тем го­ сударственная структурная политика может существенно повлиять на характер экономической динамики в данной системе: трансфор­ мационного спада можно избежать при "щадящем" налоговом ре­ жиме для нового частного бизнеса в начальных фазах его становле­ ния в сочетании с разумным субсидированием реструктурируемых предприятий "старого" сектора.

Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках Учебно-методические материалы к лекции Литература Основная Колодко Г. От шока к терапии. Политическая экономия постсоциали­ стических преобразований. М.: ЗАО "Журнал «Эксперт»", 2000.

Aslund A., Boone P., Johnson S. How to Stabilize: Lessons from Post-Com­ munist Countries: Brookings Papers on Economic Activity. 1996. № 1.

Berg A., Sachs J. Structural Adjustment and International Trade in Eastern Europe: The Case of Poland / / Economic Policy. 1992. Vol. 16.

Coricelli F. Macroeconomic Policies and the Development of Markets in Tran­ sition Economies. Budapest: CEU Press, 1998.

Gomulka S. Macroeconomic Policies and Achievements in Transition Econo­ mies, 1989—1999 / / Economic Survey of Europe. 2000. Vol. 2. № 3.

Reform in Eastern Europe / O. Blanchard, R. Dornbush, P. Krugman et al.

Helsinki: WIDER, 1991.

Дополнительная Гайдар E. Наследие социалистической экономики: макро- и микроэко­ номические последствия мягких бюджетных ограничений. М.: И Э П П, 1999.

Arrow К. Economic Transition: Speed and Scope / / Journal of Institutional and Theoretical Economics. 2000. Vol. 156.

Dabrowski M., Gomulka S., Rostowski J. Whence Reform? A Critique of the Stiglitz Perspective / London School of Economics and Central European Uni­ versity. Budapest: CEU Press, 2000.

North D. Big-Bang Transformations of Economic Systems: an Introductory Note / / Journal of Institutional and Theoretical Economics. 2000. Vol. 156.

Учебно-методические материалы к лекции Popov V. Shock Therapy Versus Gradualism: The End of the Debate (Explaining the Magnitude of Transformational Recession) / / Comparative Economic Studies. 2000. Vol. XLII. № 1.

Sachs J. My Plan for Poland / / International Economy. 1989. № 3.

Stiglitz J. Whither Reform?: Paper Presented at the World Bank Conference in Development Economics. Washington D.C., 1999.

Transition — the First Ten Years: Analysis and Lessons for Eastern Europe and the Former Soviet Union: World Bank Report. World Bank, 2002.

Вопросы для повторения 1. Сформулируйте и охарактеризуйте основные задачи экономической политики реформ.

2. Опишите дискуссию о скорости экономических реформ: "шоковая терапия" и "градуализм": участники, политэкономическая аргументация, теоретические обоснования.

3. Сформулируйте монетаристские идеи в макроэкономической поли­ тике реформ: политэкономические аргументы, опыт реализации, выводы.

4. Опишите модель "трансформационной ренты" Аслунда: предположе­ ния, аргументация, выводы.

5. Опишите модель политики "шоковой терапии" Берга — Сакса: пред­ положения, логика, выводы.

6. Опишите двухсекторную модель переходной экономики: предполо­ жения и основные зависимости.

7. Проведите сравнительный анализ политики "шоковой терапии" и градуализма на основе двухсекторной модели. Каковы выводы и следст­ вия для макроэкономической политики?

Лекция Проблемы экономической политики в переходных экономиках Дополнительные вопросы и задания для самостоятельной работы 1. Проанализируйте следующий тезис [Гайдар, 1999]: "Почти все пост­ социалистические страны можно разделить на две группы. Первую из них составляют государства, которые сумели противопоставить финан­ совому кризису жесткую денежную политику и за короткие сроки сбить инфляцию до умеренных пределов. Во второй группе стран денежная по­ литика была мягкой, темпы роста номинального денежного предложения подвержены резким колебаниям, а период высокой инфляции — дли­ тельным. С известной долей условности проводимую в первой группе стран экономическую политику можно назвать монетаристской, во вто­ рой — популистской". Согласны ли вы с позицией автора? Обоснуйте свой ответ, используя эмпирические данные и теоретические аргументы.

2. Сформулируйте основные положения модели "шоковой терапии" Берга — Сакса. Нарисуйте графики динамики денежной массы, инфля­ ции и обменного курса после начала радикальных реформ. Каким обра­ зом снимается "денежный навес"? Какова роль "номинальных якорей" в ограничении темпов инфляции и финансовой стабилизации?

3. Сформулируйте основные положения и выводы структуралистской макроэкономической модели переходной экономики с "новым" секто­ ром частных компаний, "старым" сектором реструктурируемых пред­ приятий, государством, частично субсидирующим реструктурируемый "старый" сектор. Проведите сравнительный анализ политики "шоковой терапии" и градуализма на основе этой модели. Какова роль структурных факторов в преодолении трансформационного спада?

4. Напишите реферат работы В. Попова [Popov, 2000].

лекция МОДЕЛИ ДИНАМИКИ РЕАЛЬНОГО СЕКТОРА 5. Обзор моделей реформ Поиск причин и факторов трансформационного спада в 1990-е гг.

стал модной и престижной темой для западных и российских тран зитологов. Гораздо менее популярна тема трансформационного ро­ ста. До недавнего времени большинство исследователей молчаливо полагали, что экономический рост "случится" сам собой, стоит лишь убрать макро- и микрофакторы ему препятствующие. По мнению некоторых экспертов, трансформационный спад — это лишь не­ приятный и досадный эпизод в истории переходных экономик, а экономический рост — закономерная и долгосрочная тенденция [Campos, Coricelli, 2002].

Если трансформационный спад стал более или менее устой­ чивой закономерностью развития переходных экономик, то пере­ ход к экономическому росту в значительной степени определялся выбором макроэкономической и структурной политики в каждой стране. В политэкономических дискуссиях 1990-х гг. был достиг­ нут предварительный консенсус по вопросу о ключевых факторах, влияющих на экономический рост. Эти факторы включают в себя, прежде всего, показатели экономической структуры: долю промыш­ ленности в ВВП, уровень урбанизации, торговые связи, нацелен­ ность страны природными ресурсами, начальное распределение по Лекция Модели динамики реального сектора уровню среднедушевых доходов. Однако, согласно мнению ведущих политэкономистов, ни один из этих факторов не является столь значимым, как адекватная экономическая политика, направленная на скорейший выход из трансформационного кризиса.

По классификации Мирового банка, успех политики реформ в той или иной стране можно оценить по двумерной категориальной "решетке": экономическая дисциплина и стимулирование. В поня­ тие "экономическая дисциплина" включается широкий спектр мер экономической политики, направленных на ужесточение бюджет­ ных ограничений для всех экономических субъектов с целью уси­ ления стимулов к реструктуризации и повышению эффективности работы в новых условиях хозяйствования. В понятие "стимулиро­ вание" входят меры, направленные на создание благоприятного инвестиционного климата, стимулирование предпринимательской активности и создание новых предприятий, способных вести конку­ рентную борьбу в условиях рынка. Мировой банк предлагает сле­ дующую классификацию переходных экономик по этим категори­ ям:

• Польша, Венгрия, Эстония — высокая дисциплина и э ф ­ фективное стимулирование;

ш Чехия, Словакия, Литва — более мягкие бюджетные ограни­ чения, меньше дисциплины;

а Болгария, Румыния, Россия, Украина, Молдова, Киргиз стан — отсутствие дисциплины, мягкие бюджетные ограничения;

в Беларусь, Туркменистан, Узбекистан — сохранение пере­ житков плановой административной системы, отсутствие стимули­ рования.

Как видно, классификация Мирового банка базируется на традиционных ценностях "кнута и пряника" и при ближайшем рас­ смотрении оказывается не совсем корректной. Так, в Китае ВВП на душу населения рос на 8% ежегодно с 1978 по 1995 гг. При этом, по классификации Мирового банка, Китай явно проигрывает по сте­ пени жесткости бюджетных ограничений для экономических субъ­ ектов. Доля "плохих долгов" банковской системы, служивших свое­ образной финансовой "подушкой" для убыточных государственных предприятий, составляет от 30 до 40% годового ВВП.

Вместе с тем в России 1990-х гг. бюджетные ограничения для предприятий в большинстве отраслей экономики никак нельзя бы­ ло назвать "мягкими". Ликвидация государственных субсидий в 5. Обзор моделей реформ начале 1990-х гг. и практически полное отсутствие доступа к бан­ ковскому кредиту привели к резкому ухудшению финансового состо­ яния предприятий реального сектора и повсеместному распростране­ нию взаимных неплатежей как средства решения бюджетных проблем на корпоративном уровне. Как можно "ужесточать" бюджетные ог­ раничения для экономических субъектов, которые отказываются под­ чиняться дисциплине "кнута" и ободряющему соблазну "пряника"?

Банкротство — вот рецепт, предлагаемый Мировым банком. Опыт тотального банкротства неэффективных предприятий был опробован в 1993—1994 гг. в Венгрии и еще раньше — в 1980-е гг. — в Нигерии.

В Венгрии от тотального банкротства "неэффективных" предпри­ ятий быстро отказались ввиду "эффекта домино" — цепной реак­ ции дел о банкротстве, которыми оказались вскоре завалены все суды.

В Нигерии "насаждение горчицы" банкротства было доведено до ло­ гического конца: экономика превратилась в "экспортный рукав" с полностью разрушенной социальной инфраструктурой и деградиро­ вавшими внутренними рынками.

В отличие от двумерной "решетки" Мирового банка и иных подобных политэкономических классификаций (монетаризм и популизм, по Гайдару) наш подход к исследованию эволюции ре­ ального сектора переходных экономик будет скорее индуктивным.

Мы сосредоточимся на важнейших моделях постсоциалистической трансформации в 1990-х гг., к которым в той или иной мере тяго­ теют все программы реформ в переходных экономиках.

В настоящее время широко обсуждаются сравнительные досто­ инства и недостатки трех основных моделей экономической транс­ формации.

• Р-модель: модель "шоковой терапии" в Польше. Эта модель содержала пять основных элементов:

полная либерализация нового частного сектора (1989— 1990 гг.);

упразднение парторганизаций на предприятиях, переход управления к рабочим советам;

шоковая либерализация цен в 1989—1990 гг.;

введение жестких бюджетных ограничений для государст­ венных предприятий, жесткая бюджетная и кредитно-денежная по­ литика;

почти полная либерализация внешней торговли;

конвер­ тируемость валюты.

Лекция Модели динамики реального сектора ш С-модель: модель градуальной политики в Китае. Эта мо­ дель основывалась на следующих элементах политики:

либерализация нового частного бизнеса;

двухуровневая система цен;

мягкие бюджетные ограничения и субсидирование госу­ дарственных предприятий через госбанки;

отсутствие полной либерализации внешней торговли.

• R-модель: модель экономических реформ в России. Отличи­ тельными чертами этой модели являются:

шоковая либерализация цен в 1992 г.;

шоковая либерализация внешней торговли в 1992 г.;

шоковая массовая ваучерная приватизация по так назы­ ваемой второй модели в 1993—1994 гг.;

отсутствие жесткой бюджетной и кредитно-денежной по­ литики на начальном этапе реформ в 1992—1994 гг.;

особая роль экспортно-ориентированного сектора (в ос­ новном экспорт природных ресурсов) в развитии экономики стра­ ны;

фаворитизм в приватизации предприятий экспортно-ориенти­ рованного сектора в 1994—1996 гг.

Каждая из этих моделей имеет свои структурные особенности.

Если для польской модели существенно взаимодействие сектора новых частных компаний с сектором реструктурируемых государ­ ственных предприятий, то для российской модели эти взаимодей­ ствия не играют существенной роли (по причинам недоразвитости сектора малого и среднего бизнеса, которые будут проанализиро­ ваны далее), но гораздо существенней — взаимодействие экспорт­ но-ориентированного и импортозамещающего (внутренне-ориен­ тированного) сектора, а также сектора естественных монополий.

5. Р-модель (польский вариант) По аналогии с двухсекторной моделью, рассмотренной выше при сравнительном анализе политики "шоковой терапии" и градуализ­ ма, в Р-модели (см. рис. 5.1) анализируются макроэкономические закономерности взаимодействия двух основных секторов эконо 5. Р-модель (польский вариант) мики: сектора новых частных предприятий и сектора реструктури­ руемых государственных предприятий. В рассмотренной ниже мо­ дели исследуется влияние факторов внешней торговли (экспорт, импорт, обменный курс) на макроэкономическую динамику.

А Ехр Рис. 5.1. Принципиальная блок-схема Р-модели Мы полагаем, что государство частично субсидирует реструк­ туризацию "старого" сектора, направляя на эти цели часть налого­ вых поступлений:

=Ь(Тах)., ж (5_1) (Tax) = (Тах ), + (Тах ),.

t п Предположим также, что объем производства "нового" Y и "ста­n рого" Y секторов связан с ресурсами труда и капитала моделью производственной функции Кобба — Дугласа. Некоторый объем продукции нового сектора поступает на внутренний рынок, другая же часть этого выпуска экспортируется. "Старый" сектор выпускает промежуточную продукцию для "нового" сектора, а также продает часть своей продукции на внутреннем рынке. Уровни цен на про Лекция Модели динамики реального сектора дукцию "нового" и "старого" секторов различаются некоторым ко­ эффициентом, отражающим более высокое качество продукции но­ вого сектора. Формально эти предположения записываются сле­ дующим образом:

Y =A L^K^=Y: Y \ N N + N Y = A L1"K -=Y:+Y:, (5-2) P O р =а + в)р = ер, е п о п где Y — объем продукции нового сектора, поступающей на внут­ P N ренний рынок (при этом достаточно рассмотреть объем конечной продукции): Y* — объем продукции нового сектора, поступающей на экспорт, зависящий от конъюнктуры мировых рынков (уровень цен мирового рынка) и качества продукции нового сектора;

У/ — объем продукции старого сектора, поступающей на внутренний рынок;

Y" — объем промежуточной продукции старого сектора для предприятий нового частного бизнеса;

р — уровень цен (базисный п индекс цен) на продукцию нового сектора;

р — уровень цен (ба­ зисный индекс цен) на продукцию старого сектора;

в — диффе­ ренциал качества;

е — номинальный обменный курс;

р[ — уро­ вень экспортных цен на продукцию нового сектора (в долларах);

L,L, — количество занятых в новом и старом секторах соответст­ n венно;

К, К — количество капитала в новом и старом секторах п соответственно.

При моделировании макроэкономической динамики в " н о ­ вом" и "старом" секторах будем рассматривать показатель агреги­ рованного дохода, образующегося после финансовых взаиморасче­ тов с контрагентами.

Сектор нового частного бизнеса В этом секторе показатель агрегированного дохода формируется из доходов от продаж на внешнем и внутреннем рынке минус пла­ тежи за поставки промежуточной продукции от старого сектора плюс объем прямых иностранных инвестиций и объем корпоратив­ ных инвестиций. Этот агрегированный доход используется, в основ­ ном, на заработную плату работникам предприятий, на налоговые платежи, обновление основного капитала и прибыль. В модели мы 5. Р-модель (польский вариант) будем исследовать динамику заработной платы и налоговых пла­ тежей, т.е.

1пс = ерХ + Ро (1 + W - +I, РХ +F п (^А)ж = № „ ), > (5-3) (Тах ) =т (1пс ),, пм п п где 1пс — агрегированный доход в новом секторе;

е — номи­ п нальный обменный курс;

F — объем прямых иностранных инве­ стиций;

/ — объем корпоративных инвестиций;

w — номинальная n заработная плата в новом секторе;

L — занятость в новом секторе;

n Тах — налоговые поступления от нового сектора;

1,т — коэф­ п п п фициенты корпоративной политики в новом секторе.

Сектор старых предприятий В секторе реструктурируемых государственных предприятий агре­ гированный доход образуется из суммарного объема поставок ко­ нечной и промежуточной продукции, а также государственных субсидий:

Inc = Yf + PX+B, H Po (Тах ) =т (1пс ) 0 1+] 0 0г Население В рассматриваемой модели предполагается, что доходы населения формируются за счет заработной платы и трансфертов:

W = w L +w L +WU, (5-5) n n 0 где U — численность населения, получающего социальные транс­ ферты;

w — ставка социального трансферта (пенсии, стипендии, пособия по безработице).

Реальные расходы населения моделируются кейнсианской функцией потребления:

Лекция Модели динамики реального сектора W Рп.

(5­6) 1+ c=c —=(y:+y ») 0 0 е р iJ Рп { где с — предельная склонность к потреблению;

p — уровень ми­ п i ровых цен (базисный индекс) на потребительский импорт;

Е, — чис­ ленный коэффициент.

Заработная плата занятых в новом секторе определяется из ус­ ловия максимизации прибыли, которое с учетом модели Кобба — Дугласа для производственной функции дает (5­7) w L =j3 (l + 0)pJ.

n n n n Аналогично для заработной платы в старом секторе (с учетом ре­ структуризации предприятий и внедрения рыночных стимулов):

w L =j3 Y. (5­8) 0 0 oPo Отсюда для количества населения, получающего трансферты, имеем Рп (5­9) U = L­j3 ^Y ­^ (l + 0)—Y o o n n и, следовательно, для доходов населения:

(5­10) W = wL + j3 p Y + Д(1 + 0 ) Р Л 0 H W w. J п о ) Подставив это выражение в зависимость для реальных расходов на­ селения, получим уравнение, связывающее количество промежуточ­ ной продукции с объемами выпуска в новом и старом секторах:

Y "=Y (l­B ) + Y (l­B )­Y;

­A, (5­11) 0 0 0 n n где W W вс cwL оо wn J Г" V W oJ в. = • \' " ( 1 + Ей.

Ел. (1 + 0)р (1 + 0) (1+0) 1 + ^ о ePi) е Рг) Лекция Модели динамики реального сектора w (5­6) 1+ c=c —=(y:+y ») 0 0 е ри Рп { где с — предельная склонность к потреблению;

p — уровень ми­ 0 t ровых цен (базисный индекс) на потребительский импорт;

Е, — чис­ ленный коэффициент.

Заработная плата занятых в новом секторе определяется из ус­ ловия максимизации прибыли, которое с учетом модели Кобба Дугласа для производственной функции дает (5­7) w L =j3 (l + 0)p Y.

n n n o n Аналогично для заработной платы в старом секторе (с учетом ре­ структуризации предприятий и внедрения рыночных стимулов):

w L =/3 Y. (5­8) 0 o oPo Отсюда для количества населения, получающего трансферты, имеем Рп (5­9) U = L­P *­Y ­P (\ + 0)—Y o o n n и, следовательно, для доходов населения:

(5­10) W = wL + j3 Y„ +/з а+в)РХ oPo п W, J п о) Подставив это выражение в зависимость для реальных расходов на­ селения, получим уравнение, связывающее количество промежуточ­ ной продукции с объемами выпуска в новом и старом секторах:

Y "=Y (l­B ) + Y (l­B )­Y;

­A, (5­11) 0 0 0 n n где ( —Л в с 1­ W 1­^ ДА cwL Wо WJ *п J 5„ = • ( Pl (1 + 0) 1 + (1 + в)

(5­12) (в+в ) +у;

­ а ­ а д +—+А п п Ро В этом уравнении переменная — реальный объем экспорта но­ вого сектора — является экзогенной. Выше мы отметили, что ее ди­ намика определяется мировой конъюнктурой, в частности миро­ выми ценами на продукцию и услуги, экспортируемые новым сек­ тором, а также показателем качества продукции нового сектора 0, определяющим конкурентоспособность этой продукции на миро­ вых рынках.

Уравнение динамики выпуска в секторе старых предприятий записывается аналогично:

В_ а+*)А(П)«=а-т.-о Y + (5­13) Ро Нетрудно заметить, что ход рассуждений в этой модели соответст­ вует логике предыдущей лекции. Остается лишь записать уравне­ ние для динамики реальных объемов государственных субсидий:

Г Л В (1 + 71) +bt (e+B )(Y ) +bt (Y:) + n n nl n t Ро), \Ро), (5­14) + F +I +ь(т -т (1-вжХ+К А+ п Ро ) Напомним еще раз, что целью данной модели является изу­ чение факторов, определяющих динамику выпуска в новом и ста­ ром секторах, т.е. эндогенными переменными модели являются Y,Y,Bf р. Все другие показатели — ожидаемый темп инфляции, n 0 налоговые ставки, обменный курс и т.д. — предполагаются экзо­ генными.

Решение системы (5­12)—(5­14) для случаев "шоковой тера­ пии" и градуальной политики реформ может быть получено анало­ Лекция Модели динамики реального сектора гично предыдущей лекции. Это решение позволяет проанализиро­ вать основные факторы, определяющие динамику выпуска в секторе новых и старых предприятий.

в Темп инфляции: высокие темпы инфляции в начале реформ в результате проведения политики "шоковой терапии" приводят к спаду выпуска. Вместе с тем успешная политика финансовой ста­ билизации способствует росту выпуска в секторе новых частных предприятий.

и Более высокое качество продукции нового сектора способ­ ствует росту выпуска.

т Рост объемов прямых иностранных инвестиций, равно как и корпоративных инвестиций, приводит к росту выпуска в новом секторе.

и "Мягкий" налоговый режим для предприятий нового сектора на начальных стадиях их становления способствует росту выпуска.

а Трансформационный спад в Р-модели будет значительно меньше при проведении градуальных реформ в реальном секторе, чем в случае "шоковой терапии". Этот вывод подтверждается ана­ лизом опыта польских реформ. В отличие от России, где 80% быв­ ших госпредприятий были лишены субсидий в начале реформ (1992—1993 гг.), а приватизация предприятий была проведена "шо­ ковым" методом в 1993—1995 гг. (так называемая вторая модель приватизации), в Польше приватизация предприятий реального сектора проводилась градуальным методом: вплоть до 1996—1997 гг.

большинство крупных промышленных предприятий находилось в государственном секторе экономики.

Проведенный выше анализ позволяет выявить как внешние, так и внутренние факторы экономического роста в Р-модели. Ос­ новные внешние факторы роста: прямые иностранные инвестиции и благоприятная мировая конъюнктура на рынках экспортируемой продукции. Внутренние факторы роста: успешная приватизация и реструктуризация предприятий реального сектора, создание благо­ приятных условий для роста нового частного бизнеса, макроэконо­ мическая стабилизация, грамотная политика в социальной сфере.

В целом, итогом реформ в Р-модели становится конкурентная среда частных предприятий, выпускающих пользующуюся спросом про­ дукцию как для внутреннего рынка, так и на экспорт.

5. R-модель (российский вариант) 5. шявннвш R-модель (российский вариант) Рассматриваемая далее модель является центральным смысловым и методологическим звеном для последующего анализа проблем российской переходной экономики. В этой модели мы вводим в рассмотрение факторы внешней торговли — экспорт, импорт, об­ менный курс, а также факторы производственных взаимосвязей и финансовых взаиморасчетов между различными структурными сегментами реального сектора. Эта модель является прототипом структуралистских моделей переходных экономик с акцентом на преимущественном развитии добывающих отраслей и экспорте природных ресурсов. Именно в этих R-экономиках (от слова "re­ sources") с особой остротой проявляются симптомы "голландской болезни", существенно затрудняющей выход из трансформацион­ ного кризиса и дальнейший экономический рост. Кризис неплате­ жей, тесная связь макроэкономической динамики с перепадами конъюнктуры мировых рынков сырья, хронический недостаток ин­ вестиционных ресурсов, структурные диспропорции в реальном секторе — таковы основные макроэкономические проблемы, ос­ ложняющие экономический рост в переходных R-экономиках.

Одной из главных структурных характеристик российской пе­ реходной экономики является сложившаяся в 1992—2002 гг. трех полюсная структура реального сектора: экспортно-ориентирован­ ные отрасли, поставляющие конкурентную продукцию на внешний и внутренний рынок, естественные монополии (электроэнергетика, транспорт), обслуживающие все отрасли реального сектора и насе­ ление, и внутренне-ориентированные отрасли, обслуживающие на­ циональный рынок и подверженные рецессии вследствие снижения платежеспособного спроса населения и низкой конкурентоспо­ собности их продукции с импортными товарами.

Проблема неплатежей между предприятиями реального сектора является одной из ключевых в определении характера взаимосвязи темпов инфляции и экономического роста в России. Поляризация реального сектора российской экономики на экспортно-ориенти­ рованный и внутренне-ориентированный сегменты обостряет струк­ турную несбалансированность национального хозяйства и вызывает бурный рост объемов долговых обязательств.

Лекция Модели динамики реального сектора Поквартальная динамика показателя разности между просро­ ченной задолженностью покупателей и просроченной задолженно­ стью поставщикам в различных отраслях промышленного произ­ водства в 1998—2001 гг. приведена в табл. 5.1.

Т а б л и ц а 5. Динамика разности между просроченной задолженностью покупателей и просроченной задолженностью поставщикам, трлн. руб.

1998 г. 1999 г. 2000 г. 2001 г.

Отрасль промыш­ IV III I IV II III I II IV III I II ленности кв. кв.

кв. кв. кв. кв.

кв. кв. кв. кв. кв. кв.

Вся про­ мышлен­ ность 27,2 13,2 33,8 34,7 30,4 16,0 -1,2 -0,7 - 4 -0,2 4,3 10, Электро­ энергетика 41,4 35,2 44,2 51,6 42,9 38,3 67,1 45 41,9 36,6 43,5 39, 16, Топливная 13,2 18,4 14,7 19,4 11,2 8,6 5,8 5,9 15,1 17 14, Черная металлургия -8,6 -9,0 -9,5 -10,4 -9,5 -10,8 -9,6 -10,6 -11,1 -9,4 -8,1 -4, Цветная металлургия -5,1 -5,5 -4,6 -4,9 -4,6 -5,9 -4,6 -3,9 -11,5 -4,7 - 8 -6, Химическая -9,9 10,9 -11,3 -10,1 -12,0 -12,5 -14,2 -13,6 -13,2 -13,7 -13,2 - Машино­ строение и металло­ обработка 3, -1,6 -2,7 - 1 0 -15,2 -18,5 -13, 2,7 6,9 -6,9 -5, 4, Лесной комплекс -3,2 -3,7 -2,8 -4,0 -4,5 -3,6 -2,7 -2,3 -2,8 -3,4 -2,7 -2, Строитель­ ных мате­ риалов -0,5 -0,5 -0,8 - 1 Д -0,7 -1,6 -1,5 -1,4 -0,9 -1,8 - 2 -1, Легкая -1,8 -1,9 -2,0 -1,9 -1,7 -2,3 -2,0 -2,3 -2,1 -2,3 - 2 -1, Пищевая -1,1 -2,0 -2,7 -3,1 -4,1 -4,3 -4,5 -5,7 -5,1 -4,8 -6,2 -7, Сельское хозяйство -24,1 -24,2 -25,4 -27,9 -28,0 -26,1 -26,5 -31,8 -33 -31,9 -31,3 -35, 58,5 55,1 49,9 65,2 69,7 48,8 50,9 51,9 49,8 43,9 46,9 25, Транспорт Источник;

данные Госкомстата России, расчеты автора.

Анализ данных, приведенных в табл. 5.1, подтверждает опи­ санный выше "структурный портрет" реального сектора россий 5. R-модель (российский вариант) ской экономики. Существуют три сравнительно устойчивые группы отраслей, для которых динамика исследуемого показателя взаимной задолженности предприятий имеет качественно различный характер:

• естественные монополии (электроэнергетика, транспорт);

• экспортно-ориентированные отрасли (топливный комплекс, металлургия, химия, лесной комплекс);

• внутренне-ориентированные отрасли (машиностроение, лег­ кая, пищевая, промышленность стройматериалов, строительство, ЖКХ, сельское хозяйство).

Формальный анализ Характеризуя финансовое положение предприятий в различных структурных сегментах реального сектора российской экономики, мы будем использовать показатель агрегированного дохода, учиты­ вающий объемы взаимных неплатежей между предприятиями. Вве­ дем в рассмотрение следующие вектора чистых долговых обяза­ тельств: D — вектор долговых обязательств, направленный от внут­ ренне-ориентированного (ВОС) к экспортно-ориентированному (ЭОС) сектору;

D — вектор долговых обязательств, направленный e от ЭОС к сектору естественных монополий (ЕМ);

D — вектор дол­ d говых обязательств, направленный от ВОС к ЕМ.

С учетом данных табл. 5.1 диаграмма долговых обязательств в реальном секторе приобретает следующий вид.

Рис. 5.2. Долговые обязательства в реальном секторе Предприятия внутренне-ориентированного сектора являются нетто-дебиторами для отраслей естественных монополий и экспорт Лекция Модели динамики реального сектора но­ориентированного сектора (вектора D и D соответственно);

d предприятия ЭОС являются нетто­кредиторами для ВОС (вектор D) и нетго­дебиторами для ЕМ (вектор D ). e Экспортно­ориентированный сектор (ЭОС) Экономическое поведение предприятий, входящих в состав ЭОС, преследует цель максимизации прибыли на базе доступных ресур­ сов труда L и капитала К. Эти предприятия не сталкиваются с e е проблемой ограниченного внутреннего спроса на свою продукцию (преимущественно сырьевые и топливно­энергетические ресурсы).

Совокупный реальный объем их выпуска связан с ресурсами труда и капитала моделью производственной функции: Y = F(K,L ). e e c Некоторый объем продукции предприятий ЭОС (У/) продается на внешнем рынке по мировым ценам р ;

остальная же часть про­ е дукции (Y^) продается на российском рынке по внутренним це­ А нам р (в долларовом исчислении).

С учетом приведенной выше диаграммы долговых обязательств агрегированный доход в секторе ЭОС приобретает следующий вид:

e + e d d e Ince = ep Y e P eY ­D­Y P + De + G + I, (5­15) e m m e e где 1пс — агрегированный доход экспортно­ориентированного сек­ е тора;

е — номинальный обменный курс (руб./долл.);

epY — до­ e ход от продаж на мировых рынках;

ep*Y ? — потенциальный доход c от продаж на внутреннем рынке;

D — объем долговых обязательств e от ВОС к ЭОС;

Y Р,„ — потенциальная стоимость ресурсов, предос­ m тавленных ЕМ для ЭОС;

D — объем долговых обязательств от ЭОС к e ЕМ;

G — объем государственных (централизованных) инвестиций e в ЭОС, /. — объем частных инвестиций в ЭОС. Этот доход был ис­ пользован, главным образом, на воспроизводство основного капитала (часть к ), на оплату труда ( ) и налоговые назначения (т ):

е е (A) =k (lnc ), (5­16) M e et (w L ),^ = l (lnc ), (5­17) e e e et (Tax ) (5­ ) = T (lnCe)r e t+l e где коэффициенты,, /,, т, являются функциями времени;

О < к» + U + т < 1;

t, (t +1) — последовательные временные интервалы.

е 5. R-модель (российский вариант) Естественные монополии (ЕМ) Особенностью экономического поведения естественных монопо­ лий в первой фазе реформ (1992—1994 гг.) стал опережающий рост тарифов на электроэнергию и грузовые перевозки, приведший к разгону темпа инфляции и росту объемов неплатежей между пред­ приятиями реального сектора. Из данных табл. 5.1 следует, что в 1998—2001 гг. просроченная нетго-задолженность покупателей сосредоточилась в отраслях естественных монополий (и в топлив­ ной промышленности). С учетом векторов долговых обязательств Д., D, направленных от секторов ЭОС и ВОС к сектору естест­ d венных монополий, агрегированный доход в отраслях естествен­ ных монополий приобретает следующий вид:

Inc = (Y,: *)P -D,-D G + I„„ (5-19) m +Y m i (l+ m где 1пс — агрегированный доход в секторе естественных монопо­ т лий;

Y*, Yf, F„f — объемы продукции и услуг естественных моно­ n n полий, направляемые в ЭОС, ВОС и на обслуживание населения со­ ответственно;

Р,р — уровень тарифов естественных монополий т т для реального сектора и населения соответственно;

G„, — объем го­ сударственных инвестиций в отрасли естественных монополий;

1 — т объем частных инвестиций в отрасли естественных монополий.

В уравнении (5-19) мы полагаем, что суммарный эффект ма­ териальных затрат и взаимных неплатежей для сегмента естест­ венных монополий выражается суммой векторов чистых долговых обязательств D + D. Поставками продукции естественных моно­ e d полий на экспорт пренебрегаем.

С учетом коэффициентов прямых затрат на использование продукции и услуг естественных монополий в экспортно- и внут­ ренне-ориентированных отраслях имеем F;

= ^.,FJ=77F ;

п.к>Ъ. (5-20) ( rf Общий объем просроченной задолженности D =D +D в отрас­ m e d лях ЕМ связан с уровнем тарифов для реального сектора Р,„ пря­ мой зависимостью: D = D (P ), причем монопольное положение m m m этих предприятий позволяло им в 1992—2000 гг. добиваться поло Лекция Модели динамики реального сектора жительной разности (У + Y* )Р - D (Р ) = zY P, О < % < 1, при е т т m т m m росте тарифов Р. т Внутренне-ориентированный сектор (ВОС) Агрегированный доход в ВОС может быть записан следующим об­ разом:

Inc = Y - ( е Х -D)-{Y*P -D ) + G +I, (5-21) d Pd A Р m d d d где Inc — агрегированный доход ВОС;

p Y — доход от продаж d d d на внутреннем рынке;

ep^Yf - D — фактический объем выплат за поставки продукции ЭОС;

Y P -D — фактический объем вы­d m d плат за поставки продукции ЕМ;

G — объем государственных и н ­ d вестиций в ВОС;

I — объем частных инвестиций в ВОС.

d Предприятия ВОС сталкиваются с ограниченным платежеспо­ собным спросом населения на свою продукцию и возросшей конку­ ренцией с импортными товарами. В силу этих причин объем про­ изводства Y в ВОС снижался в 1992—1998 гг., а доход, в основном, d использовался на оплату труда и налоговые назначения. В модели описывается динамика двух основных составляющих агрегирован­ ного дохода ВОС — заработной платы и налогов:

(w Ld) = h (Incd),. (5-22) d M (Taxd) i Td (Incd X, (5-23) = l+ где 0 < / + z-

d rf Замечание. Подчеркнем еще раз, что в отличие от микроэко­ номических структуралистских моделей экономического обмена, в которых объемы потребления и предложения благ изменяются в зависимости от ценовых диспаритетов, в макроэкономических мо­ делях использован показатель агрегированного дохода в качестве основного функционала от финансового состояния предприятий в различных секторах экономики. По аналогии со структуралистскими микромоделями цены в различных секторах должны определяться исходя из условия согласования объемов спроса и предложения или, в общем случае, из условия минимизации взаимных неплатежей ме­ жду предприятиями различных секторов. Далее эта идея будет раз­ вита на примере определения уровня цен на продукцию импорто­ замещающего сектора российской экономики.

5. R-модель (российский вариант) Предприятия импортозамещающего сектора в начальный пе­ риод реформ в России столкнулись с двумя фундаментальными макроэкономическим факторами, обусловившими резкое ухудшение их финансового состояния. Во-первых, это резко возросшая конку­ ренция с дешевым потребительским импортом, хлынувшим в страну в результате либерализации внешней торговли. Во-вторых, это агрес­ сивная ценовая и тарифная политика в отраслях экспортно-ориен­ тированного сектора и естественных монополий. Интересы пред­ приятий-экспортеров заключались в стремительном росте россий­ ских цен на сырьевые ресурсы вплоть до уровня соответствующих мировых цен. Для импортозамещающего сектора рост сырьевых цен означат резкое увеличение материальных затрат при невозможности найти "адекватный ответ" — увеличить цены на конечную продук­ цию — вследствие конкуренции с дешевым импортом и ограничен­ ного платежеспособного спроса на внутреннем рынке. Отсюда — объективная причина кризиса неплатежей, поразившего российскую экономику, как и другие переходные R-экономики в годы реформ.

Более того, именно эти структурные ценовые диспропорции обу­ словили недостаточное развитие малого и среднего бизнеса в Рос­ сии. В условиях резкого роста издержек производства, значитель­ ной конкуренции с потребительским импортом, а также сущест­ венного уровня коррупции в госаппарате малый и средний бизнес в России вплоть до кризиса 1998 г. оставался убыточным, несмотря на множество призывов и постановлений о необходимости его ус­ коренного роста.

Сравним две интерпретации кризиса неплатежей в России 1992-2002 гг.

• Конвенциальная политэкономическая интерпретация: кри­ зис неплатежей вызван "мягкими бюджетными ограничениями" как на уровне финансовых отношений между предприятиями, так и в сфере государственных финансов. Предприятия-должники пред­ ставляют собой так называемый "нерыночный" сектор экономики, разрушающий добавленную стоимость и фактически "паразитиру­ ющий" на здоровом рыночном секторе экономики. Для борьбы с неплатежами необходимо, прежде всего, ввести эффективные про­ цедуры банкротства и заставить государство платить по своим обя­ зательствам [Ясин, 2002а].

• Структуралистская интерпретация: кризис неплатежей вы­ зван фундаментальными структурными диспропорциями в разви­ тии различных секторов R-экономики, прежде всего диспаритетом Лекция Модели динамики реального сектора в динамике цен на экспортируемые товары (сырье и энергоресурсы) и продукцию для внутреннего рынка, а также тарифов естественных монополистов. Для борьбы с кризисом неплатежей необходимо выравнивать условия конкуренции для российских предприятий, а также осуществлять структурные реформы, прежде всего, в реальном секторе экономики.

Сторонники первой интерпретации настаивают на предельно жесткой финансовой политике в реальном секторе: необходимо, не­ взирая на социальные последствия, обанкротить большинство пред­ приятий нерыночного сектора с передачей их ресурсов эффективно работающим предприятиям. Несмотря на то, что "жесткость" этой политики обладает очевидным "обаянием простых решений", рос­ сийская экономическая практика доказала, что необходимо при­ нимать во внимание аргументы структуралистской интерпретации кризиса неплатежей. Далее мы увидим, что R-модель дает допол­ нительные аргументы в пользу второй интерпретации.

Основной характеристикой ВОС в 1992—1998 гг. стало резкое ухудшение финансового состояния предприятий, ориентированных на внутренний рынок, и рост просроченной нетго-кредиторской задолженности, компенсирующей разницу между доходами от реа­ лизации продукции p Y и оплатой ресурсов, предоставленных d d секторами ЭОС и ЕМ, т.е.

D + D = ерХ" + У1Р - Pj • (5-24) d т t!

В этих условиях произошло снижение агрегированного дохода ВОС до величины Inc =G +I (5-25) d d d и, как следствие, сужение налогооблагаемой базы и фонда оплаты труда ВОС, вызвавшее рост задолженности по налогам в бюджет и заработной плате, Эги тенденции в России наблюдались вплоть до кризиса 1998 г.

После кризиса, сопровождавшегося существенной девальвацией руб­ ля и значительным ростом инфляции, произошел перелом этих нега­ тивных тенденций. Далее мы подробно проанализируем факторы посткризисного роста, пока же отметим, что резкое падение реаль­ ного курса рубля после 1998 г. значительно улучшило конкуренто­ способность российской продукции на внутреннем рынке и при 5, R­модель (российский вариант) вело к усилению процессов импортозамещения. Из данных табл. 5. видно, что многие отрасли (например машиностроение и металло­ обработка, где сосредоточены 80% российских предприятий), до кри­ зиса бывшие нетто­дебиторами и, по терминологии Ясина, распо­ лагавшиеся в так называемом нерыночном секторе экономики, пос­ ле кризиса пережили внезапное "чудесное превращение", оказав­ шись нетто­кредиторами и перейдя в рыночный сектор. Наивно полагать, что это стремительное сокращение нерыночного сектора российской экономики в посткризисный период вызвано сугубо микрофакторами: улучшением менеджмента, ростом производи­ тельности труда и т.д. Ясно, что при анализе этих явлений мы не можем не принимать во внимание существенное изменение мак­ роэкономической конъюнктуры после кризиса 1998 г. в России.

Доходы и расходы населения Для дальнейшего анализа нам потребуется изучение факторов, влияющих на динамику доходов и расходов населения.

Агрегированная потребительская функция в России обладает чертами, присущими кейнсианской модели, и может быть описана зависимостью вида: С = C(W/p).

(5­26) 1пС = > + Д1п Существует зависимость вида C(WI p ), 0 < а < 1, где а = 0,644.

a d Вместе с тем объем реального потребления связан с реальным объемом агрегированного выпуска внутренне­ориентированного сектора зависимостью вида C = Y (l + Imp), (5­27) d где Imp = — доля импорта в совокупном потреблении, вы­ тесняющего российские товары конечного спроса.

Вследствие ограниченного внутреннего платежеспособного спроса населения предприятия внутренне­ориентированного сек­ тора сталкиваются со значительными финансовыми трудностями:

Лекция Модели динамики реального сектора их доходы от реализации продукции не покрывают издержек на сырьевые и топливно-энергетические ресурсы, что приводит к росту неплатежей. В этих условиях одной из главных проблем предпри­ ятий внутренне-ориентированного сектора является выбор ценовой политики, т.е. определение уровня цен p, минимизирующего объ­ d ем неплатежей D+ D. При этом в модели мы исходим из "пре­ d зумпции невиновности", т.е. предполагаем, что большинство пред­ приятий ВОС не заинтересованы в наращивании объемов неплате­ жей. Поэтому выбор уровня внутренних цен осуществляется на основе критерия: D+ D — m i n ^, который с учетом (5-21) преобра­ > d зуется к виду ep X +Y*P - Y ^rmn. (5-28) d m Pd d Pd Из уравнений (5-26)—(5-27) имеем l + fr /(ер.) d Для дальнейшего изложения существенны особенности динамики внутренних цен на продукцию ЭОС — p. Рассмотрим два харак­ d e терных квазистационарных периода эволюции цен p : в первом d e периоде (1992—1994 гг.) уровень внутренних цен на продукцию ЭОС сектора значительно ниже мирового, т.е. p « р, и во вто­ d е ром периоде (1995—2001 гг.): p ~P - d e e Выбор уровня цен р предприятиями ВОС осуществляется А при условии W = const (эти предприятия, как правило, не в сос­ тоянии прогнозировать изменения совокупных доходов населения).

В первом периоде эволюции внутренних цен на продукцию ЭОС минимум критерия (5-28) достигается при p Y = e р Y + SY Р. d d d е e d т Отсюда мы заключаем, что темп роста внутренних цен р в период А 1992—1994 гг., в основном, определялся динамикой тарифов на про­ дукцию и услуги естественных монополий Р, темпом роста обмен­ т ного курса е и уровнем цен на продукцию предприятий ЭОС — р. е Во втором периоде, характеризующемся близостью уровней внут­ ренних и мировых цен на продукцию ЭОС, выполняется условие Y < У^ц, = ep Y + Y P, и поэтому оптимальной ценовой поли­ d d d Pd d m тикой для предприятий ВОС становится выбор уровня цен, макси­ мизирующего доходы от реализации продукции p Y (см. рис. 5.3). d d 5. R-модель (российский вариант) (Prflrf)max Рис. 5. J. Доходы ВОС в зависимости от уровня цен Используя явное выражение для p Y, из (5-29) получаем d d е р. 1 - а (5-30) (Prf)opt = Уравнение (5-30), соответствующее политике "нейтральной деваль­ вации" рубля, определяет факторы, влияющие на темп инфляции во втором периоде: обменный курс доллара и темп роста цен на им­ портируемые товары.

Помимо отмеченных выше немонетарных факторов, определя­ ющих темп роста цен на продукцию ВОС, на темп роста потреби­ тельских цен во втором периоде влияют также факторы прироста денежной массы, обусловленные объемом монетизации бюджетного дефицита и объемом стерилизации притока иностранной валюты в страну. Вследствие этого уровень внутренних цен на потребитель­ ские товары будет выше (p ), что приведет к дальнейшему росту d номинальных и реальных объемов неплатежей между предприяти­ ями реального сектора.

Вместе с тем исследование взаимосвязи темпов инфляции и экономического роста в реальном секторе целесообразно провести 5-Лекцни по макроэкономике Лекция Модели динамики реального сектора для случая оптимального выбора внутренних цен на продукцию ВОС, соответствующего политике "нейтральной девальвации" на­ циональной валюты. С учетом (5-15) и (5-24) уравнение (5-17) может быть записано в следующем виде:

(5-31) ( w A L = ЛерХ + Pj ~ Y P +D +G +I \ d m m m e e Принимая во внимание (5-30), а также отмеченное выше соотно­ шение Y P -D = ZY P, 0 < ^ < 1, преобразуем (5-31) к сле­ m m m m m дующему виду:

(А). F(K,L ) ^^- Pjp ". (5-32) L - ** •I fp e e +Yd+ ZYm d pA-a (А>, \Pd P J, Л+1 d Как было отмечено выше, предприятия экспортно-ориенти­ рованного сектора не сталкиваются с ограниченным платежеспо­ собным спросом на свою продукцию и стремятся к извлечению максимума прибыли на базе имеющихся ресурсов труда и капитала.

Поэтому реальная заработная плата в ЭОС равна предельному продукту труда:

We (5-33) Ре е С учетом производственной функции Кобба — Дугласа уравнение (5-32) может быть преобразовано к следующему виду:

F,+ (1 + л)PC F i =l С-XV l+ t V Pd J, J (5-34) с G + Ie Р Г Л Л (Yd ), + le d + 1. Гп V Pd где n=(p \J(p \-\ - темп инфляции;

С = —$ d d а Pi 5. R­модель (российский вариант) Это уравнение описывает динамику выпуска в экспортно­ориенти­ рованном секторе. Существуют две возможные траектории этой ди­ намики.

р 1. Депрессивная траектория: 1 (С­%?]—)<{3(1 +я). Этот е Pd случай характерен для текущей ситуации в российской экономике.

Когда тарифы на продукцию и услуги естественных монополий, ставки налога на добавленную стоимость и прибыль достаточно велики, большинство предприятий экспортно­ориентированного сектора лишаются мотивационных импульсов к расширению биз­ неса, и агрегированный выпуск в ЭОС постепенно снижается до следующей нижней границы:

UY (\­x8pJ p ) + (Ее + L if))/ p F= d d d С (l + 7l)p-le + ZVleP /CP m d Уравнение (5­35) свидетельствует о том, что в "депрессивном случае" существует положительная связь между объемом выпуска в ЭОС — F и агрегированным выпуском внутренне­ориентиро­ ванного сектора — Y. Депрессивная динамика объема производ­ d ства Y в отраслях, ориентированных на внутренний рынок, по­ d давляет экономический рост в ЭОС. Эта ситуация усугубляется инвестиционным и бюджетным кризисом в России: недобор нало­ гов в государственный бюджет ввиду сужения налогооблагаемой базы и роста теневого сектора экономики приводит к урезанию государственных инвестиционных программ и расширению эмис­ сий госбумаг (ГКО, евробонды), что влечет за собой увеличение нагрузки госдолга на кредитные ресурсы банков и снижение ре­ альных объемов капиталообразующих инвестиций в ЭОС и ВОС.

Из уравнения (5­35) следует, что существует негативная за­ висимость между темпом инфляции и динамикой выпуска в ЭОС.

Однако постулирование подобной зависимости для всего реально­ го сектора переходной экономики является ошибочной экстрапо­ ляцией теоретических результатов, полученных для развитых ры­ ночных экономик, на переходные экономические структуры.

( \ 2. Траектория экономического роста: 1 >/3(1 + я).

( р а Лекция Модели динамики реального сектора Этот случай характеризует феномен экономического роста. Если та­ рифы естественных монополий, а также налоговые ставки на добав­ ленную стоимость и прибыль реального сектора достаточно низки, то условие роста выполняется и из уравнения (5­35) следует, что объем выпуска в ЭОС (F) начинает возрастать независимо от депрес­ сивной динамики переменных },,,,,/,(г) и определяется только ;

ограничениями внешнего спроса. Практически во всех переходных экономиках Центральной и Восточной Европы экономический рост начинался с экспортно­ориентированного сектора и лишь впослед­ ствии (через расширение агрегированного спроса) распространялся на отрасли, обслуживающие внутренний рынок. Вместе с тем в рос­ сийском случае несбалансированная экспортная экспансия в отрас­ лях, производящих сырьевые и топливно­энергетические ресурсы, может привести к усилению структурных диспропорций в реаль­ ном секторе, кризису в обрабатывающей промышленности и стаг­ нации внутреннего спроса.

В отличие от классического монетаристского постулата "ниже инфляция — выше темп экономического роста", проведенный анализ свидетельствует о том, что снижение темпов инфляции не всегда влечет за собой уменьшение темпов экономического спада.

Что мы действительно можем утверждать относительно влияния инфляции на темп экономического роста, это тот факт, что сниже­ ние темпа инфляции создает предпосылки для переключения на траекторию экономического роста. Вместе с тем для начала эконо­ мического роста, помимо снижения темпа инфляции, необходима адекватная налоговая политика государства в отношении предпри­ ятий реального сектора, а также отсутствие резких ценовых диспро­ порций в различных секторах производства. Быстрого экономиче­ ского подъема добиваются лишь те страны, в которых налоговая нагрузка на предприятия реального сектора сведена к минимуму, а основное налоговое бремя ложится на физические лица с боль­ шими доходами.

В порядке самокритики отметим два недостатка проведенно­ го анализа: во­первых, он базировался на гипотезе "нейтральной девальвации" рубля, что далеко не всегда соответствует действи­ тельности;

во­вторых, была исследована динамика выпуска в экс­ портно­ориентированном секторе и ничего не было сказано о фак­ торах, влияющих на динамику выпуска в секторе предприятий, ра­ ботающих на внутреннем рынке.

5. R-модель (российский вариант) Обобщение полученных результатов на случай произвольной динамики реального обменного курса, включая фактическую дина­ мику реального обменного курса в России в 1992—2002 гг., можно получить следующим образом. Введем в рассмотрение фактор ре­ ального обменного курса, рассчитанного по экспортируемым то­ варам, т.е.

We Е= Рл и напомним, что р — уровень мировых цен (базисный индекс) на е экспортируемые товары (усредненный с учетом структуры экспор­ та);

е — номинальный обменный курс (для России — в размерно­ сти руб. /долл.);

p — уровень внутренних цен.

d Тогда, в точности повторив приведенные выше рассуждения, получим уравнение для динамики выпуска экспортно-ориентиро­ ванного сектора:

f ( \ wL We Pm ее Pd) KPdJ tj V P. e e + \-SE -%K (УЛ + t Pd ), Pd) tj Это уравнение позволяет анализировать факторы, влияющие на динамику выпуска в экспортно-ориентированном секторе, в об­ щем случае, а именно:

• рост инфляционных ожиданий я приводит к снижению м выпуска экспортно-ориентированного сектора ( У Д ;

+ s рост мировых цен на экспортируемые товары (в основном, сырая нефть) приводит к увеличению выпуска (Y ) ;

eM • опережающий рост тарифов естественных монополистов (электроэнергия, газ, грузовой транспорт) по сравнению с темпом роста цен в промышленности приводит к снижению выпуска (Y ) ;

e ;

+] • рост фактора (elp ), приводит к увеличению выпуска d (Y ). В частности, укрепление рубля, вызванное опережающим em темпом роста цен в промышленности по сравнению с ростом номи­ нального обменного курса, при прочих равных условиях приводит к снижению выпуска (Y ). e t+ Лекция Модели динамики реального сектора Рассмотрим теперь факторы, определяющие экономический рост во внутренне-ориентированном секторе. Рассуждения будем ос­ новывать на зависимости (5-27), которую представим в следующем виде:

(W VP J y = d РА.

i+ ePi Из этой зависимости непосредственно видно, что политика стимулирования внутреннего спроса и рост реальных располагаемых доходов населения приводят к росту выпуска внутренне-ориентиро­ ванного сектора. Более сложным является вопрос: как влияет инф­ ляция и обменный курс на динамику показателя Y ? d Выше мы показали, что динамика инфляции в российской эко­ номике определяется как монетарными (денежная масса, валютный курс), так и немонетарными факторами, к которым можно отнести динамику тарифов естественных монополистов. Любое повышение инфляции, вызванное ростом тарифов естественных монополистов, отрицательно сказывается на динамике выпуска Y. Это непосред­ d ственно следует из приведенной выше зависимости, поскольку рост уровня внутренних цен p приводит к уменьшению числителя и d росту знаменателя главной дроби в правой части этой формулы.

В то же время рост фактора — реального обменного кур ер,.

са рубля — приводит к уменьшению выпуска Y. С этой законо­ d мерностью связан так называемой эффект импортозамещения, проявившийся в России после кризиса 1998 г.: резкая девальвация рубля привела к повышению конкурентоспособности российских товаров на внутреннем рынке и росту выпуска внутренне-ориен­ тированного сектора.

Выводы Проведенный анализ позволяет выявить основные макроэконо­ мические факторы, определяющие динамику экономического роста в переходной экономике российского типа.

5. R­модель (российский вариант) 1. Темп инфляции f р^ Из условия 1 > /3(1 + л) следует, что снижение е ^ Ро) темпа инфляции л создает предпосылки для переключения на траекторию экономического роста. Вместе с тем следует отметить, что, в отличие от монетаристской трактовки взаимосвязи темпов инфляции и экономического роста ("чем ниже темпы инфляции, тем выше годовой прирост реального ВВП"), приведенная выше модель позволяет сделать вывод об отсутствии однозначной и же­ сткой обратной зависимости между темпом инфляции и экономи­ ческим ростом в экономиках переходного типа. Задача снижения темпа инфляции "любой ценой" может обернуться углублением темпов экономического спада, что и наблюдалось в России в 1996—1998 гг. Разработанная модель подтверждает принципиаль­ ную возможность такого хода развития событий: даже при сниже­ нии темпа инфляции до 24% годовых условие экономического в роста 1 (С~XVPnJP ) >Р0­ + л)С России в 1996—1997 гг. не е D выполнялось ввиду высоких тарифов на продукцию и услуги есте­ ственных монополий и высокого уровня налоговых ставок для предприятий реального сектора.

2. Уровень тарифов на продукцию и услуги естественных мо­ нополий.

Из уравнения (5­34) следует, что опережающий рост тарифов на продукцию и услуги естественных монополий по сравнению с темпом инфляции ( Р / p Т ) подавляет экономический рост и т d ведет к усилению депрессивных тенденций в реальном секторе в краткосрочной перспективе. Вместе с тем в среднесрочной и долго­ срочной перспективе неизбежно происходят структурные сдвиги в сфере производства: преимущественное развитие получают энерго­ сберегающие технологии и неэнергоемкие отрасли, что ведет к сни­ жению энергоемкости и росту производства.

3. Уровень налоговых ставок на предприятия экспортно­ориен­ тированного сектора.

Из уравнения (5­34) следует, что высокий уровень налоговых ставок т на экспортно­ориентированные предприятия реального е сектора подавляет экономический рост. Высокая ставка налога на добавленную стоимость лишает предприятия ЭОС мотивационных импульсов к расширению бизнеса. Именно здесь кроется одна из главных причин низкой эффективности финансовых вложений в Лекция Модели динамики реального сектора реальный сектор. Уровень отдачи от финансовых инвестиций в ре­ альный сектор определяется процентом прироста производства от каждой дополнительной единицы финансовых вложений. Но если ставка налога на производство велика, то, как следует из уравнения (5-34), реальный объем производства будет сокращаться, несмотря на увеличение объемов финансовых инвестиций. Таким образом, су­ ществуют вполне реальные причины, обусловливающие повышен­ ный уровень риска финансовых вложений в реальный сектор: высо­ кая ставка налога на производство и высокий уровень тарифов на продукцию и услуги естественных монополий влекут за собой низкий уровень инвестиционной активности в реальном секторе российской экономики, несмотря на снижение темпов инфляции и процентных ставок.

В этой связи принятие и ввод в действие новых статей Нало­ гового кодекса в 2002 г., предусматривающих радикальное сниже­ ние налоговой нагрузки на реальный сектор, в ближайшие 2—3 года окажет положительное воздействие на рост производства в базовых отраслях и будет способствовать притоку финансовых инвестиций в реальный сектор.

4. Темп роста реальных объемов инвестиций в основной капитал.

Из уравнения (5-34) следует, что инвестиции в основной ка­ питал являются важнейшим фактором экономического роста.

5. Темп роста реальных располагаемых доходов населения.

Рост реальных располагаемых доходов населения, как следу­ ет из уравнения (5-34), стимулирует оживление производства как в секторе внутренне-ориентированных отраслей, так и в экспортно ориентированном секторе экономики.

6. Темп роста объемов неплатежей в реальном секторе.

Из уравнения (5-34) следует, что в условиях высоких тарифов на продукцию и услуги естественных монополий, а также высоких налоговых ставок на производство снижение коэффициента %, обусловленное ростом дебиторской задолженности в отраслях есте­ ственных монополий, предотвращает экономический спад. В этом смысле неплатежи стали формой адаптации предприятий к аномаль­ ным экономическим реалиям переходного периода 1992—1998 гг.

В то же время рост объемов неплатежей в реальном секторе приво­ дит к снижению налоговых поступлений в бюджет и стагнации агрегированного спроса.

Учебно-методические материалы к лекции Учебно-методические материалы к лекции Литература Основная Бродский Б.Е. Инфляция и экономический рост в России: источники, механизмы, модели / / Экономический журнал ВШЭ. 1997. № 2.

Бродский Б.Е. Трансформационные кризисы / / Экономический журнал ВШЭ. 1998. Т. 2. № 3.

Ясин Е.Г. Российская экономика. Истоки и панорама рыночных реформ.

М.: ГУ ВШЭ, 2002 [а].

Blanchard О. The Economics of Post-Communist Transition. Oxford: Claren­ don Press, 1997.

Duchene G. Structural Change and Output Decline in Transition Economies / / Экономический журнал ВШЭ. 1999. Т. 3. № 4.

Kornai J. Transformational Recession: the Main Causes / / Journal of Com­ parative Economics. 1994. Vol. 19. № 1. P. 39-63.

Дополнительная Основные направления структурной политики и регулирования отрасле­ вых рынков / А. Свинаренко, Я. Кузьминов, Б. Кузнецов и др. М.: ГУ ВШЭ, 2000.

Полтерович В.М. Трансформационный спад в России / / Экономика и математические методы. 1996. № 1.

Попов В. Динамика производства при переходе к рынку: влияние объек­ тивных условий и экономической политики / / Вопросы экономики. 1998.

№ 7.

Яковлев А. Структурные деформации как фактор экономических реформ в России: Материалы конференции "Инвестиционный климат и пер­ спективы экономического роста России". М., 2000.

Лекция Модели динамики реального сектора Ясин Е.Г. Модернизация российской экономики: повестка дня / / Мо­ дернизация российской экономики: В 2 кн. / Отв. ред. Е.Г. Ясин. М.: ГУ ВШЭ, 2002 [б]. Кн. 1.

Campos N., Coricelli F. Growth in Transition: What We Know, What We Don't Know, and What We Should Know: Working Paper. William Davidson Insti­ tute, 2002.

Gomuika S. Output: Causes of the Decline and Recovery / / Understanding Transition. M I T Press, 1998.

Transition — The First Ten Years: Analysis and Lessons for Eastern Europe and the Former Soviet Union: World Bank Report. World Bank, 2002.

Вопросы для повторения 1. Проведите политэкономический анализ факторов роста в переходных экономиках.

2. Охарактеризуйте основные политэкономические модели реформ в ре­ альном секторе: Р-, С-, R-модель.

3. Проведите теоретический анализ Р-модели: предпосылки, основные за­ висимости.

4. Проанализируйте факторы экономического роста в Р-модели.

5. Проведите теоретический анализ R-модели: предпосылки, логика, ос­ новные зависимости.

6. Проанализируйте факторы экономического роста в R-модели.

7. Опишите механизм и проведите теоретический анализ "голландской болезни" в переходных экономиках. Охарактеризуйте российский вари­ ант "голландской болезни": особенности и симптомы.

8. Охарактеризуйте инвестиционный кризис и инвестиционный рост в переходных экономиках.

Дополнительные вопросы и задания для самостоятельной работы 1. Используя доступные базы данных и статистические обзоры по пере­ ходным экономикам, проведите самостоятельное сравнительное иссле Учебно-методические материалы к лекции S дование динамики показателей производства, экспорта и импорта в раз­ личных постсоциалистических странах. По вашему мнению, дают ли ос­ нования эти данные -для вывода о качественных различиях переходных R- и L-экономик?

2. Рассмотрите модификацию мультисекторной модели R-экономики, в которой часть продукции естественных монополий поставляется на экс­ порт. Каковы особенности этой модели? Сохраняется ли качественный характер выводов о факторах экономического роста, о взаимосвязи тем­ пов инфляции и роста в различных секторах?

3. На основе мультисекторной модели R-экономики проанализируйте факторы, определяющие динамику инвестиций в основные производст­ венные фонды для секторов ЭОС, ВОС и ЕМ. Как известно, в России в 1999—2001 гг. основная доля инвестиций в обновление производствен­ ных фондов приходилась на экспортно-ориентированный сектор. Чем это объясняется? Приведите теоретические аргументы на основе мульти­ секторной модели.

4. Напишите реферат или доклад по работе [Ясин, 20026].

5. Напишите эссе на основе работы [Основные направления, 2000].

лекция МОДЕЛИ ЭВОЛЮЦИИ КРЕДИТНО-ДЕНЕЖНОЙ СИСТЕМЫ 6. Трансформация кредитно-денежных систем переходных экономик В процессе экономических реформ кредитно-денежные системы постсоциалистических экономик подвергаются существенной транс­ формации. Жесткая централизация кредитно-денежных отношений была одним из основных принципов социалистической системы.

Например, в СССР в 1930—1932 гг. была проведена кредитная ре­ форма, в результате которой ввели запрет на коммерческий кре­ дит, заменив его исключительно банковским, а все расчеты и кре­ дитные операции стали осуществляться через единый общегосу­ дарственный банк — Госбанк СССР. Первые годы реформ в большинстве постсоциалистических стран были отмечены бурным ростом частного банковского сектора, а также реструктуризацией бывших государственных банков. Децентрализация процессов при­ нятия экономических решений, либерализация цен и внешней тор­ говли порождали множество проблем становления кредитно-денеж­ ных систем переходных экономик.

Высокая инфляция в начале экономических реформ и сла­ бость институциональной базы кредитно-денежной системы в пе­ реходных экономиках вызвали стремительные темпы доллариза 6. Трансформация кредитно-денежных систем переходных экономик ции постсоциалистических экономик и широкое распространение квазиденег, компенсирующих нехватку кредитных и денежных ре­ сурсов у предприятий. По оценкам ряда экспертов, уровень долла­ ризации в Польше в 1991—1992 гг. составлял величину порядка 80%, в Чехии — 60—70%, в Венгрии — 45—50% в тот же период.

Для России, согласно различным оценкам, уровень долларизации экономики составлял 35—40% в 1996—1997 гг., а после кризиса 1998 г. — возрос до 50—60% [Brodsky, 1997;

Dabrowski, et al., 2001;

Ясин, 2002].

К числу основных следует отнести следующие проблемы ста­ новления кредитно-денежных систем переходных экономик:

• "жесткой" или "мягкой" кредитно-денежной политики;

• "плохих долгов" банков;

• интерфейса реального и финансового сектора;

• долларизации и квазиденег.

Перечисленные проблемы так или иначе связаны с задачей выявления факторов, определяющих спрос на деньги в переходных экономиках. В отличие от развитых рыночных экономик переход­ ные экономики характеризуются специфическими мотивами и факторами спроса на деньги. Во-первых, трансакционный мотив:

объемы трансакций, требующих тех или иных форм денежного об­ мена, в переходных экономиках, как правило, не поддаются точному учету. К примеру, в России 1995—1998 гг. велись активные дискус­ сии по вопросу о том, какая кредитно-денежная политика прово­ дится Центральным банком: "жесткая" или "мягкая"? Одна группа дискуссантов упорно доказывала, что денежная политика чересчур "жесткая", предприятия лишены необходимых финансовых ресур­ сов и вынуждены прибегать к различным формам денежных сур­ рогатов и бартеру для осуществления сделок. Другая группа эко­ номистов обращала внимание на устойчиво высокие темпы роста денежной массы в России, превосходившие в среднем темпы ин­ фляции. Отсюда, в соответствии с монетаристскими постулатами, делался вывод о растущей угрозе высокой инфляции в России с соответствующими требованиями к Центральному банку ограни­ чить и "зажать" высокие темпы роста денежной массы. Дискуссия прекратилась только после финансового кризиса 1998 г., когда стало вполне очевидно, что развитие реального сектора российской экономики весьма слабо связано с эволюцией и кризисами финан­ совой системы.

Лекция Модели эволюции кредитно-денежной системы Во-вторых, спекулятивный мотив спроса на деньги: модель Баумоля — Тобина, описывающая поведение добропорядочного бур­ жуа, выбирающего оптимальные темпы стрижки купонов с банков­ ских депозитов, в переходных экономиках, очевидно, не работает.

Резкое падение реальных доходов населения в начальный период экономических реформ в постсоциалистических странах и отсут­ ствие системы страхования банковских депозитов привели к тому, что население предпочитало сберегать деньги вне банковской сис­ темы, преимущественно в виде твердой валюты. Тезаврационный мотив поведения (попытка сберечь накопления от высокой инф­ ляции) дополнялся здесь откровенно спекулятивным: попыткой за­ работать на разнице в темпах роста номинального обменного курса валюты и потребительских цен.

Долларизация является далеко не единственной формой за­ мещения в обороте национальной валюты. Наибольшая диверси­ фикация форм квазиденег в странах с переходной экономикой на­ блюдалась в России в 1992—1998 гг. К. Гадди и Б. Икес [Gaddy, Ickes, 1998] предложили следующую классификацию форм замещения денег в России.

• Взаимные неплатежи, т.е. просроченная кредиторская за­ долженность в больших масштабах, включая неуплату налогов и неисполнение обязательств бюджетами всех уровней, задержки с выплатой заработной платы.

• Бартер, т.е. натуральный товарообмен. Существенно, что в оформлении бартерных сделок применяются иные, завышенные, це­ ны, отличные от сделок с денежными расчетами.

• Взаимозачеты, особенно во взаимоотношениях с бюджетами:

неуплата налогов прощается (зачитывается) в сумме недофинан­ сирования из бюджета. Цены во взаимозачетах также завышены, а курс рубля занижен.

• Денежные суррогаты, кроме КО, К Н О, гарантий и поручи­ тельств Минфина, появлялись и различного рода "местные" деньги.

Векселя, в том числе выдаваемые предприятиями без какого-либо ликвидного обеспечения, являлись одной из наиболее цивилизо­ ванных форм денежных суррогатов.

в Расчеты наличными (т.е. банкнотами), минуя банки или по­ средством нелегальных операций через легальные или нелегальные банки.

в Долларизация во внутренних расчетах и для тезаврации.

Лекция Модели эволюции кредитно-денежной системы ятий. В этом отношении Россия заметно выделяется среди стран с переходной экономикой.

Таблица 6. Кредиты нефинансовому сектору в некоторых странах Центральной и Восточной Европы, % ВВП Страна 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г.

Россия 20,4 19,6 12,0 10, Польша 21,3 19,8 19,7 22, Венгрия 28,4 26,5 23,0 22, Чехия 73,1 72,9 63,8 61, Болгария 67,8 51,0 41,3 69, Источник: Экономический обзор ОЭСР: Российская Федерация, 1997.

Вплоть до кризиса 1998 г. кредитно-денежная политика в Рос­ сии была внутренне противоречивой: любая попытка ограничить темпы роста денежной массы приводила к дальнейшему росту объе­ мов денежных суррогатов и неплатежей, однако любая значитель­ ная денежная эмиссия быстро поглощалась валютным рынком или рынком ГКО. Эта политика не являлась ни чересчур "мягкой", ни "жесткой", она была просто неэффективной.

Какую же кредитно-денежную политику в переходной эконо­ мике можно считать эффективной? Ясно, что эффективность по­ литики будет измеряться степенью достижения поставленных целей:

снижение инфляции и стабильность национальной валюты. Кризис 1998 г. показал, что ни одна из этих целей не была достигнута в Рос­ сии, несмотря на примерное следование всем монетаристским по­ стулатам: ограничение темпов роста денежной массы, снижение ба­ зовых процентных ставок, введение валютного коридора. По всей видимости, переходная экономика характеризуется нестандартными взаимосвязями между темпом инфляции, динамикой денежной мас­ сы и обменного курса. Существенная степень долларизации эко­ номики накладывает свой отпечаток на характер этих взаимозави­ симостей. Далее мы рассмотрим модель процесса долларизации в переходной экономике и на ее основе проанализируем взаимосвя­ зи между динамикой денежной массы, инфляции и обменного кур­ са, характерные для переходных экономик.

6. Модель процесса долларизации 6. Модель процесса д олларизации Рассмотрим модель, описывающую экономическое поведение ти­ пичного агента в переходной экономике. Этим экономическим агентом может быть либо физическое лицо, либо коммерческий банк, либо предприятие. Все эти агенты часть своих активов хранят в национальной валюте (рублях, злотых, форинтах и т.д.), часть же — в твердой валюте (долларах, евро и т.д.). На содержательном уровне ясно, что предпочтения экономических агентов между этими фор­ мами сбережений будут определяться динамикой ключевых макро­ экономических и финансовых индикаторов, прежде всего динами­ кой инфляции и обменного курса, т.е.

Рщ.­1 L _ =5± (6­1) л= : е Pi, где п, е — темп инфляции и изменения обменного курса соответ­ ственно;

t, (f + 1) — последовательные временные интервалы.

Допустим, что реальные активы экономического агента в мо­ мент t равны W. Задача состоит в описании динамики величины t W. Пусть доля валютных активов экономического агента в момент t t равна (1 ­к). Тогда реальные активы в момент (t +1) равны:

W = kW, + (1 ­ k)W,. (6­2) l+ e Pt+i Pt+i t Задача оптимизации портфеля сбережений экономического агента в этой постановке сводится к следующей:

W ­> max, (6­3) t+ i­ < 0 — ограничение по ликвидности активов в националь­ min ной валюте.

Лекция Модели эволюции кредитно­денежной системы Пусть л > О (темпы и н ф л я ц и и в переходных э к о н о м и к а х, к а к правило, п о л о ж и т е л ь н ы ). Тогда о п т и м а л ь н ы й в ы б о р к с в о д и т с я к следующему:

тв к ={ (6­4) < |1, и п р и условии >0 о п т и м а л ь н ы й т е м п роста р е а л ь н ы х а к т и в о в равен w = e(l­k )­n. (6­5) Bin Отметим, что это уравнение справедливо п р и л ю б ы х с о о т н о ­ ш е н и я х между т е м п о м и н ф л я ц и и и д и н а м и к о й о б м е н н о г о курса:

п р и о ч е н ь в ы с о к и х т е м п а х и н ф л я ц и и и отсутствии с у щ е с т в е н н о г о роста о б м е н н о г о курса р е а л ь н ы е а к т и в ы э к о н о м и ч е с к и х агентов н а ч и н а ю т с о к р а щ а т ь с я ;

при о п е р е ж а ю щ е м росте о б м е н н о г о курса по с р а в н е н и ю с т е м п о м и н ф л я ц и и р е а л ь н ы е активы э к о н о м и ч е с к и х агентов возрастают. Д р у г и м и с л о в а м и, эта з а в и с и м о с т ь о п и с ы вает к а к т е з а в р а ц и о н н ы й, т а к и с п е к у л я т и в н ы й м о т и в ы поведения э к о ­ н о м и ч е с к и х агентов в п е р е х о д н о й э к о н о м и к е с с у щ е с т в е н н о й д о л ­ л а р и з а ц и е й х о з я й с т в е н н о г о оборота.

П р и э т о м т е м п роста в а л ю т н о й с о с т а в л я ю щ е й р е а л ь н ы х а к ­ т и в о в в п о р т ф е л е э к о н о м и ч е с к о г о агента р а в е н curr = (1 ­ )(­л­)­k. (6­6) min С у щ е с т в е н н ы й в ы в о д состоит в т о м, что с у в е л и ч е н и е м р а з ­ н о с т и (­л) возрастает с п р о с н а твердую валюту и у м е н ь ш а е т с я с п р о с на д е н ь г и ( н а ц и о н а л ь н у ю валюту). На м а к р о э к о н о м и ч е с к о м уровне это означает, что в п е р е х о д н ы х э к о н о м и к а х с п е к у л я т и в н ы й мотив с п р о с а на д е н ь г и у э к о н о м и ч е с к и х агентов о т л и ч а е т с я от а н а л о г и ч н о г о мотива агентов в р ы н о ч н ы х э к о н о м и к а х : вместо ф а к ­ тора п р о ц е н т н о й ставки, в л и я ю щ е г о на м е ж в р е м е н н ы е предпочте­ н и я ликвидности, н а первый план выходит фактор {е­л), влияю­ щий на степень долларизации ф и н а н с о в ы х активов э к о н о м и ч е с к и х агентов. Далее мы проанализируем м а к р о э к о н о м и ч е с к и е следствия этого ф а к т а.

6. Динамика денежной массы, обменного курса и инфляции в переходной экономике 6. Динамика денежной массы, обменного курса и инфляции в переходной экономике Традиционный вид функции спроса на деньги М/Р = L(Y,R), где М — объем денежной массы в экономике, Р — уровень цен, Y— агреги­ рованный выпуск, R — номинальная процентная ставка, для пере­ ходной экономики должен быть преобразован следующим образом:

М1Р = Щ,­я). (6­7) Содержательный смысл уравнения (6­7) отражает характер­ ную особенность предпочтений населения и коммерческих банков в переходных экономиках: чем выше значение фактора (е - л), тем больше спрос населения и банков на валюту и тем меньше спрос на деньги (рублевую массу).

Переходя в последнем уравнении к темпам изменения входя­ щих в него переменных, получим следующую зависимость для темпа прироста денежной массы:

j u - л + ag­ /3{­л), а,/3 > 0. (6­8) где jU ­ M /М­1, g = Y /Y,­l — темп изменения объема денеж­ l+l t+l ной массы и агрегированного выпуска соответственно.

Это уравнение позволяет анализировать характер взаимосвя­ зей между темпом изменения денежной массы, темпом инфляции и темпом роста курса доллара на различных этапах денежно­кре­ дитной политики в переходной экономике.

Начальный этап финансового регулирования. На начальном этапе либерализации цен и внешней торговли в переходной эко­ номике темпы инфляции очень высоки и валюта становится ос­ новным средством защиты сбережений населения. Соответственно спрос на валюту населения и коммерческих банков очень высок, нормы законодательства в денежно­кредитной сфере развиты весь­ ма слабо, и, как результат, темп роста курса доллара превышает темп инфляции, т.е. > л. При этом трансформационный спад в переходной экономике приводит к тому, что темпы изменения аг­ Лекция Модели эволюции кредитно­денежной системы регированного выпуска становятся отрицательными, т.е. g<0. Из уравнения (6­8) с учетом этих замечаний получим е > л > jU.

Таким образом, темп роста денежной массы ниже темпа инфляции.

Этап финансовой стабилизации. На этапе финансовой стаби­ лизации правительство и ЦБ переходят к использованию "номи­ нальных якорей" — обменного курса и заработной платы — для ограничения темпов инфляции. Введение "валютного коридора" в России в июне — июле 1995 г. привело к тому, что темп инфляции начал стабильно превышать темп роста курса доллара, т.е. е < л.

При этом темпы спада производства значительно уменьшились, т.е. g ~ 0. Из уравнения (6­8)при этом получим /л > л >.

Таким образом, темп роста денежной массы начинает превышать темп инфляции.

Отсюда следует, что монетаристский вывод об однозначной зависимости темпа инфляции от темпа роста денежной массы не­ верен для переходной экономики с доминированием эффекта дол­ ларизации финансового и коммерческого оборота. Поэтому макро­ экономическую политику в России накануне финансового кризиса августа — сентября 1998 г., направленную на снижение инфляции путем ограничения темпов роста денежной массы, следует признать неудачной и спровоцировавшей масштабный финансовый кризис.

Следует особо остановиться на последствиях российского фи­ нансового кризиса августа — сентября 1998 г. В результате этого кризиса развитие российской финансовой системы было отброшено на уровень 1993—1994 гг. После 17 августа 1998 г. произошел рез­ кий скачок обменного курса, индуцировавший (через удорожание потребительского импорта) быстрый рост потребительских цен в России. Далее в ноябре — декабре 1998 г. происходила медленная адаптация объема денежной массы к возросшему уровню цен. Таким образом, после кризиса российская финансовая система вернулась в состояние 1993 г., когда выполнялось соотношение > л> /и.

Особую актуальность имеет анализ взаимосвязей этих пока­ зателей в 2000—2002 гг. при сохранении крайне благоприятной мировой конъюнктуры на рынках основных товаров российского 6. Динамика денежной массы, обменного курса и инфляции в переходной экономике экспорта. Приток валюты в страну и укрепление рубля в реальном выражении накладываются на острый инвестиционный кризис в электроэнергетике и газовой отрасли. Этот кризис приводит к су­ щественному росту энергетических тарифов, что сразу сказывается на общем уровне цен. Соответственно в настоящее время темп инф­ ляции значительно превышает темп роста курса доллара при отсут­ ствии существенного спада производства. Из уравнения (6-8) при этом получим, что темп роста денежной массы должен устойчиво превышать темп инфляции. Эти выводы можно проиллюстриро­ вать рис. 6.1 и 6.2.

pi eps 1,2 г 1,0 - I i 0,8. I 0,6 _ 0,4.

-0,2 I,.....,.....,,, 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 Рис. 6.1. Динамика показателей темпа роста курса доллара (eps) и темпа инфляции (pi) в 1994—2002 гг.

На этих графиках явно различимы три характерных периода:

• период финансовой стабилизации 1995—1998 гг.: темп инф­ ляции превышает темп роста курса доллара, темп роста денежной массы в среднем превышает темп инфляции;

ш период финансового кризиса 1998—1999 гг.: темп роста курса доллара превышает темп инфляции, темп роста денежной массы ниже темпа инфляции;

• период посткризисного развития 1999—2002 гг.: темп инф­ ляции существенно выше темпа роста курса доллара, темп роста де­ нежной массы существенно превышает темп инфляции.

Лекция Модели эволюции кредитно-денежной системы -0,01 I.., L —, I I, U^.,, I 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 Рис. 6.2. Динамика показателей темпа роста денежной массы (mu) и темпа инфляции (pi) в 1994—2002 гг.

Изложенная выше модель взаимосвязи базовых показателей кредитно-денежных систем переходных экономик хорошо объяс­ няет эти факты, что еще раз подтверждает ее справедливость.

6. Двухсекторная модель кредитно-денежной системы в переходной экономике Выше мы отметили, что существенной характеристикой кредитно денежных систем переходных экономик является структурная не­ однородность. В отличие от рыночной экономики, где националь­ ная валюта является единственным средством денежно-кредитного обращения и сбережения, в переходной экономике существует це­ лый сегмент кредитно-денежной системы, связанный с твердой ва­ лютой. На роль твердой валюты может претендовать доллар, евро или другая иностранная валюта, а также золотой червонец, денеж­ ный суррогат и т.д. При определенных условиях эта биполяр 6. Двухсекторная модель кредитно-денежной системы в переходной экономике ная структура кредитно-денежной системы может потерять устой­ чивость, что повлечет за собой отказ от национальной валюты и переход к твердой валюте как единственной денежной единице.

Далее мы рассмотрим двухсекторную модель, описывающую взаимодействие кредитно-денежных подсистем, связанных с нацио­ нальной и твердой валютой в переходной экономике.

Спрос на деньги, в соответствии с вышеизложенным, зависит от объема выпуска (У), а также от фактора [е - я) — разности меж­ ду темпом роста обменного курса твердой валюты и темпом инф­ ляции. Темп инфляции (точнее, его монетарная составляющая) за­ висит от разности между предложением денег и спросом на деньги:

если объем предложения денег превышает спрос на деньги (де­ нежные власти "наводняют" деньгами экономику, которые она не в состоянии "усвоить"), то темп инфляции возрастает.

При прочих равных условиях спрос на деньги будет возрас­ тать, если ценность денег (цена спроса на деньги) для экономиче­ ских агентов выше, чем уровень цен, сложившийся на данный мо­ мент. Например, дефицит денежных средств в российской эконо­ мике в 1995—1998 гг. обусловливал повышенный спрос на деньги, несмотря на высокий уровень цен (на потребительском рынке и в реальном секторе). Экономические агенты испытывали нехватку де­ нег для обеспечения хозяйственного оборота, при этом фактор до­ роговизны денег зачастую отступал на второй план.

С другой стороны, осуществляя эмиссию, денежные власти решают весьма специфические задачи обеспечения стабильности финансовой системы. Цена предложения денег при этом сопостав­ ляется с базовым уровнем цен (например уровнем цен на потреби­ тельском рынке) в экономике. Чем выше уровень цен в экономике, тем больше объем денежного предложения.

Сказанное выше приводит к следующей системе:

М" = к'' (р" (М", Y, е -я)-р), k >0, d M М° =Г (р°(М°)-р), k' <0 (6-9) м u 0.

р = р{М' - М"'), р> Отметим, что в отличие от "нормальных" благ деньги являются весь­ ма необычным благом, что находит свое отражение в знаках ко­ эффициентов в третьем уравнении этой системы: эти знаки не совпадают со своими аналогами для обычных благ (см. лекцию 2).

Лекция Модели эволюции кредитно­денежной системы Рассмотрим теперь факторы, влияющие на динамику спроса и предложения валюты. Мы полагаем, что спрос на твердую валю­ ту положительно зависит от фактора (е­я) — разности между темпом роста обменного курса и темпом инфляции. Предложение твердой валюты положительно зависит от объема экспорта Е, а также от политики золотовалютных резервов. Если Центральный банк осуществляет закупки валюты в резервы для обслуживания внешнего долга, кредитования правительства и т.д., то предложение валюты будет сокращаться, а цена предложения валюты возрастать.

В то же время, закупая валюту в резервы, ЦБ осуществляет допол­ нительную эмиссию денег, поэтому в уравнение для предложения денег необходимо ввести экзогенный фактор R — объем золотова­ лютных резервов.

Для подсистемы, связанной с твердой валютой, запишем аналогично (6­9):

rf d d d C = k (e (С",­я)­е\ k >О, c s s C=K{e {C\E,R)­e\ k <0, (6­10) c e = a{C ­C),d а>0.

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.