WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СТАВРОПОЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ на правах рукописи ШЕВЧЕНКО НЕЛЛИ ПЕТРОВНА УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ВОВЛЕЧЕНИЕ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО В СОВЕРШЕНИЕ ...»

-- [ Страница 3 ] --

совершение преступлений. В качестве примера можно привести дело И-о., рассматривавшееся судом Ленинского района г. Ставрополя. З. будучи ранее судимым, после освобождения из мест лишения свободы должных выводов для себя не сделал, нигде не работал и совершил ряд преступлений. В том числе 4-го августа вовлек в совершение преступления двух несовершеннолетних И-о. и З-к, предложив им совершить кражу вина и продуктов в подвалах жилых домов. Похищенные спиртные напитки они принесли домой к З., который два раза разливал вино в стаканы и предлагал им выпить, чем вовлек несовершеннолетних в распитие спиртных напитков. Немногим более полутора месяцев спустя, 21-го сентября И-о, уже будучи совершеннолетним, предложил несовершеннолетнему И. совершить кражу вина, которое они перенесли в подвал дома и стали распивать. Тем самым, И-о вовлек И. в преступную деятельность и пьянство.227 Столь незначительный возрастной промежуток между несовершеннолетним и лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, оказывается в реальности весьма существенным, так как определяет различную степень формирования личности, разный жизненный опыт, физическое развитие, взгляды на жизнь и окружающую действительность. А потому, на наш взгляд, он не должен служить основанием к отказу в уголовном преследовании. Совершенно правы авторы, полагающие, что незначительность разницы в возрасте виновного и потерпевшего не меняет юридической природы содеянного и не освобождает от ответственности за вовлечение.228 На это обращала внимание Судебная Коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР в Определении от 10.01.1978 г. по делу Ковалева указавшая, что разница в возрасте немногим более трех месяцев между Ковалевым и несовершеннолетним Ремизовым не освобождает совершеннолетнего от ответственности за преступление, предусмотренное Архив суда Ленинского района г. Ставрополя за 1986 год. 228 Правонарушения несовершеннолетних … С. 59.

ст. 210 УК РСФСР,229 и это естественно, поскольку не возраст определяет роль каждого в преступлении, а личные качества и уровень антиобщественной установки. Более того, Пленум Верховного Суда СССР в постановлении №16 от 3.12.1976 г. (с последующими изменениями) указывал, что возраст взрослого и несовершеннолетнего должен учитываться при назначении наказания,230 обойдя вопрос о возрастной разнице в качестве основания непривлечения лица к уголовной ответственности. Однако в некоторых случаях уголовный закон позволяет все-таки освободить вовлекателей от уголовной ответственности или от наказания. На основании ст. 96 УК РФ к лицам в возрасте от 18 до 20 лет с учетом характера совершенного деяния и личности суд может применить положения главы 14 УК РФ об особенностях уголовной ответственности и наказании несовершеннолетних. В этом случае в соответствии со ст. ст. 90, 92 УК РФ вовлекатели в возрасте от 18 до 20 лет, впервые совершившие преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 150 УК РФ, могут быть освобождены от уголовной ответственности, а совершившие это преступление не в первый раз - от уголовного наказания, если будет признано, что их исправление может быть достигнуто воздействия. Восемнадцатилетний возраст субъекта вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления заставляет обсудить еще один сложный вопрос, связанный с возможностью соучастия лиц, не достигших совершеннолетия, в рассматриваемом преступлении. В его решении на сегодняшний день оформилось два противоположных подхода. Н. Иванов, признавая, что субъект преступления, указанного в ст. 150 УК, является специальным (по признаку возраста), пишет, что, ориентируясь на логическое толкование п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №7 от 14. 02. 2000 г. и на законодательный путем применения принудительных мер воспитательного Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1979. №3. С.10-11. 230 Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР... С. 151.

императив ч. 4 ст. 34 УК, следует признать, что лицо, достигшее возраста уголовной ответственности, но не имеющее необходимых признаков специального субъекта вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, не может быть признано исполнителем (соисполнителем) этого преступления, но может выполнять роль подстрекателя, пособника или организатора, и его действия следует квалифицировать с указанием выполненной роли.231 Иного, и как представляется более обоснованного, мнения придерживается Ю. Е. Пудовочкин, когда пишет, что «состав соучастия в преступлении – это состав, который обладает специфическими, указанными в Общей части УК признаками, дополнительно к признакам, указанным в диспозиции статьи Особенной части. В ст. 150 же прямо сказано о восемнадцатилетнем возрасте субъекта. Возраст в данном случае – не специальный признак субъекта, а основной, обязательный, которым должен обладать любой участвующий в преступлении человек, независимо от выполняемой им роли».232 Полагаем, что позиция Н. Иванова уязвима, как минимум, по двум причинам. Во-первых, вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления вряд ли стоит рассматривать в качестве преступления со специальным субъектом. Как известно, специальный субъект преступления это «лицо, обладающее наряду с вменяемостью и возрастом уголовной ответственности и иным (и) дополнительным (и) юридическим (и) признаком (-ами), предусмотренным (и) в уголовном законе или прямо вытекающим (и) из него, ограничивающим (и) круг лиц, которые могут нести ответственность по данному закону».233 Возраст большинством исследователей признается основным, но не специальным признаком субъекта преступления. И это абсолютно верно хотя бы потому, что один и тот же признак не может быть Иванов Н. Соучастие со специальным субъектом //Российская юстиция. 2001. №3. 232 Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних … С. 113. 233 Устименко В. В. Специальный субъект преступления. Харьков, 1989. С. 23.

одновременно основным и специальным.234 Если восемнадцатилетний возраст субъекта вовлечения является специальным признаком состава, то каковы в данном случае основные (обязательные) признаки субъекта преступления? Мы полагаем, что восемнадцатилетний возраст субъекта вовлечения не ограничивает круг общих субъектов, способных нести за него уголовную ответственность, а устанавливает этот круг общих субъектов. Таким образом, – вовлечение это несовершеннолетнего совершаемое в совершение достигшим преступления преступление, общим, восемнадцатилетнего возраста, субъектом;

в силу чего правила ч. 4 ст. 34 УК на него не распространяются. Второе замечание, которое вызывает высказывание Н. Иванова, состоит в том, что даже если признать вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления преступлением со специальным субъектом, то остается неясным, кого же автор предлагает понимать под лицом, достигшим возраста уголовной ответственности? Всегда ли это лицо, достигшее 16 лет? Или в качестве соучастника в вовлечении может выступать лицо, достигшее 14 лет, особенно в случае, если за преступление, в которое вовлекается несовершеннолетний ответственность наступает с 14 лет? На эти вопросы автор не дает ответа. Мы полагаем, что лица, не достигшие восемнадцатилетнего возраста, ни при каких обстоятельствах не могут быть признаны не только исполнителями, но и его соучастниками (подстрекателями, организаторами, пособниками). В тоже время следует заметить, что несовершеннолетние, выполняющие совместно со взрослым лицом соисполнительские функции в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, может быть при определенных условиях признаны виновными в подстрекательстве этого В связи с изложенным хотелось бы высказать критические замечания в адрес тех авторов классификаций специальных субъектов преступления, которые выделяют в качестве особой группы специальных субъектов по признаку их возраста. См.: Российское уголовное право /под ред. А. В. Наумова. М., 1994. С. 118;

Жуковский В. И. Субъект преступления в уголовном праве России. Ставрополь, 2002. С. 87.

несовершеннолетнего несовершеннолетние, к совершению преступления. взрослого к Точно также подстрекающие вовлечению несовершеннолетнего в совершение преступления, могут быть признаны организаторами того преступления, в совершение которого взрослый вовлекал несовершеннолетнего.

Глава 3. ПРОБЛЕМЫ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ВОВЛЕЧЕНИЕ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО В СОВЕРШЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ § 1. Дифференциация ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления посредством квалифицирующих признаков в УК РФ Понятие дифференциации уголовной ответственности, при всех отличиях в его понимании, является достаточно хорошо изученным в уголовно-правовой науке.235 При этом наиболее обоснованным нам представляется понимание дифференциации уголовной ответственности как градации, разделения, расслоения ответственности в уголовном праве, в результате которой законодателем устанавливаются различные уголовноправовые последствия в зависимости от типовой степени общественной опасности преступления средств и личности виновного.236 Одним из общепризнанных конструирует дифференциации или ответственности привилегирующие является составы институт квалифицирующих признаков, посредством которых законодатель квалифицирующие преступлений, устанавливая соответствующие им новые рамки санкций. УК РФ впервые установил квалифицирующие признаки состава вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления. Статья 150 УК называет среди них: совершение преступления родителем, педагогом или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего;

совершение преступления с применением насилия или угрозой его применения;

вовлечение несовершеннолетнего в преступную Лесниевски-Костарева Т. А. Дифференциация уголовной ответственности: теория и законодательная практика. М., 1998;

Мельникова Ю. Б. Дифференциация ответственности и индивидуализация наказания. Красноярск, 1989;

Васильевский А. В. Дифференциация уголовной ответственности и наказания в Общей части уголовного права. Автореферат дис. … канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2000 и др. 236 Лесниевски-Костарева Т. А. Указ. Соч. С. 52.

группу либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Рассмотрим содержание данных признаков. В ч. 2 ст. 150 УК РФ зафиксированы дополнительные признаки, характеризующие субъекта преступления. Диспозиция ч. 2 ст. 150 УК РФ ограничивает круг лиц, способных нести ответственность за совершение этого преступления путем указания на присущую им всем обязанность воспитывать несовершеннолетнего. Для уголовного закона они обладают повышенной степенью общественной опасности не потому, что являются участниками брачно-семейных отношений или обладают определенными профессиональными навыками, а потому, что на них законом возложены важные социально-полезные функции воспитания подрастающего поколения, выполнением которых те грубо пренебрегают. Само понятие закона, по-видимому, следует трактовать в широком смысле, понимая под ним любой нормативно-правовой акт. Надо отметить, что ст. 156 УК РФ, предусматривающая ответственность за неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, определяя круг субъектов преступления, не ограничивает их лицами, обязанными по закону воспитывать несовершеннолетнего, так как в диспозиции отсутствует указание на законодательную фиксацию данной обязанности, в тоже время она дополняет круг субъектов преступления лицами, призванными осуществлять надзор за несовершеннолетними. Как видно, перечень субъектов преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 150 УК РФ, значительно уже аналогичного перечня применительно к ст. 156 УК РФ, хотя по смыслу закона он должен быть равным, так как Уголовный Кодекс и в том, и в другом случае стремится усилить ответственность лиц, которым общество доверяет воспитание детей и подростков. Родители, усыновители, приемные родители, опекуны и попечители в силу возложенной на них законом (СК РФ) обязанности воспитывать несовершеннолетних могут выступать в качестве субъектов преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 150 УК, при этом следует иметь в виду, что ответственность по данной части статьи наступает только в случае, если родители или лица их заменяющие вовлекают в совершение преступления своих детей или воспитанников. Обязанности воспитания возлагаются на педагогов и на других лиц. Педагогом в смысле действующего законодательства является лицо, которому законом разрешено заниматься обучением и воспитанием, которое обладает для этого необходимыми знаниями, занимает определенную должность в образовательном учреждении либо занимается индивидуальной педагогической деятельностью. Иными лицами, ответственными за воспитание, являются некоторые сотрудники воспитательных колоний, комиссий по делам несовершеннолетних, учебно-воспитательных и лечебновоспитательных учреждений и др.237 Совершение преступлений против интересов несовершеннолетних несовместимо с дальнейшим пребыванием их в должности воспитателя. А потому уголовный закон предусматривает возможность применения к ним дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Но даже если суд не сочтет необходимым применить его, администрация образовательного или воспитательного учреждения или организации имеет право и, на наш взгляд, обязана воспользоваться п. 8 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса РФ, ч. 3 ст. 56 Закона РФ «Об образовании» и расторгнуть с таким работником трудовой договор. При этом следует иметь в виду, что уголовная ответственность указанных работников наступает по ст. 150 УК РФ независимо от того, является ли несовершеннолетний вовлекаемый их учеником, воспитанником или нет. Занимаясь обучением и воспитанием детей, они реализуют высокие моральные обязанности перед государством. Всякий, кто взял на себя труд воспитателя, независимо от своих склонностей, способностей и возможностей обязан не только соблюдать закон, но и выполнять Подробный анализ признаков субъектов данного преступления см.: Пудовочкин Ю. Е. Уголовно-правовая борьба с вовлечением … С. 61 – 68.

определенные моральные предписания и требования, руководствуясь чувством педагогического долга. Следующим квалифицирующим признаком преступления является применение или угроза применения насилия при вовлечении. Понятие насилия в уголовном праве понимается юристами по-разному. Так, Л. Д. Гаухман пишет, что «в законе под термином «насилие» подразумевается только физическое насилие».238 Иного мнения придерживается Л. В. Сердюк, включая в содержание насилия и психическое насилие и определяя насилие как «внешнее со стороны других лиц умышленное и противозаконное воздействие на человека (или группу лиц), осуществляемое помимо или против его воли или и способное причинить Мы ему органическую, что отказывать физиологическую или психическую травму, и ограничить свободу его волеизъявления действий».239 полагаем, психическому насилию в существовании не достаточных оснований, а потому можно выделить два вида насилия в уголовном праве: психическое и физическое. В рамках первого следует различать психическое насилие, связанное с расстройством здоровья и не связанное с ним. Физическое насилие может иметь своим объектом либо телесную неприкосновенность, либо здоровье, при этом в последнем случае можно выделить дополнительные подвиды физического насилия в зависимости от объема причиненного здоровью вреда. Вместе с тем, следует признать, что проблема психического насилия в УК РФ практически не решена. Сегодня Уголовный Кодекс, оперируя термином насилие, действительно, имеет в виду, в первую очередь, насилие физическое. В настоящее время вопрос об определении объема физического насилия при вовлечении несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий в литературе не решен. Пленум Верховного Гаухман Л. Д. Насилие как средство совершения преступления. М., 1974. С. 75. 239 Сердюк Л. В. Насилие: уголовно-правовое и криминологическое исследование. М., 2002. С. 22.

Суда СССР в постановлении №16 от 3.12.1976 г. (с последующими изменениями) рекомендовал судам квалифицировать по совокупности преступлений вовлечение, сопряженное с причинением телесных повреждений или иных действий, образующих самостоятельный состав преступления.240 Очевидно, что такое разъяснение не может быть приемлемым по причине изменения законодательства, установившего квалифицированный вид вовлечения. Новое постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14. 02. 2000 г. не содержит ответа на этот вопрос. Не решен он и в литературе. С. В. Бородин пишет, что под насилием в ч. 3 ст. 150 УК РФ следует понимать как опасное, так и не опасное для жизни и здоровья насилие в том числе, повлекшее причинение легкого вреда здоровью.241 А. Н. Игнатов под насилием в этом случае понимает побои, причинение какого-либо в вреда здоровью, связывание, запирание в с помещении и так далее.242 Ю. Е. Пудовочкин несовершеннолетнего совершение пишет, что вовлечение совершаемое преступления, применением насилия или угрозой его применения предполагает применение к потерпевшему различных видов насилия, не признаваемого законом в качестве преступления, а также угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, оскорбления и клеветы, разовых побоев при допущении в сознании возможности их применения в других эпизодах вовлечения, не требующих самостоятельной квалификации. Причинение тяжкого, средней тяжести, легкого вреда здоровью (как умышленно, так и по неосторожности), причинение смерти по неосторожности, истязание всегда, по его мнению, должно требовать дополнительной квалификации.243 На наш взгляд, ни одна из предложенных рекомендаций не может быть полностью воспринята практикой, поскольку противоречит выработанным Сборник постановлений пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР… С. 150. Новое уголовное право России. Учебное пособие. Особенная часть... С. 94, 78. 242 Комментарий к Уголовному Кодексу Российской Федерации … С. 324, 322.

240 Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних … С. 116 – 117.

правилам квалификации составных насильственных преступлений, к которым и относится вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления с применением насилия или угрозой его применения. Такие правила детально разработаны и изложены в работе Р. Д. Шарапова.244 Основываясь на них, мы можем предложить следующие правила квалификации насильственного вовлечения: 1. Поскольку насилие – деяние всегда умышленное, то в признак «насилие», независимо от величины санкции за него, не должны включаться неосторожные физические последствия, наступившие в результате его применения или угрозы применения насилия. В таких случаях необходимо квалифицировать вовлечение по совокупности с неосторожным преступлением против здоровья личности. 2. Признак «насилие» никогда не охватывает собой умышленное причинение смерти, а потому, вовлечение, сопряженное с убийством, должно всегда квалифицироваться по совокупности преступлений. 3. Признак «насилие» всегда охватывает без дополнительной квалификации умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115), физической боли (ст. 116), а также приведение человека в беспомощное состояние (п. «к» ч. 1 ст. 61), а потому вовлечение, сопровождавшееся причинением такого объема насилия укладывается в границы ч. 3 ст. 150 УК. 4. Во всех других случаях, когда причинен средней тяжести или тяжкий вред здоровью, на определение объема физического насилия влияет 1) сравнительная строгость санкции за преступление, совершенное с применением насилия, и санкции в ст. 111, 112, 117, 126, 127 УК РФ;

2) форма вины по отношению к причиненному вреду здоровью в составе составного насильственного вреда преступления. здоровью А потому тяжести, составом причинение так как насильственного несовершеннолетнему вовлечения охватывается средней максимальная санкция за насильственное вовлечение составляет семь лет Шарапов Р. Д. Физическое насилие в уголовном праве. СПб., 2001. С. 274 – 289.

лишения свободы, а за причинение средней тяжести вреда здоровью – три года. Причинение тяжкого вреда здоровью, истязание, похищение несовершеннолетнего с целью вовлечения его в преступления всегда квалифицируется по совокупности с вовлечением в преступление. Рассматривая несовершеннолетнего в вопросы совершение квалификации преступления, вовлечения совершенное с применением насилия или угрозой его применения, следует иметь в виду, что в случае совершения данного преступления родителем либо иным лицом, на которое возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, содеянное подлежит квалификация по ч. 3 ст. 150 УК РФ, поскольку согласно общетеоретическим подходам особоквалифицирующий признак «поглощает» общественную опасность квалифицирующего, дополнительной ссылки на ч. 2 ст. 150 УК РФ не требуется. Равным образом конкуренция анализируемого состава с преступлением, предусмотренным ст. 156 УК РФ, разрешается в пользу специальной нормы, поскольку насильственное вовлечение обязанностей является по частным случаем ненадлежащего исполнения с воспитанию вовлечения вопрос – несовершеннолетнего, несовершеннолетнего вопрос о соединенного в жестоким обращением с ним. Квалификация один немаловажный совершение действий преступления по ч. 3 ст. 150 УК РФ заставляет на практике обсудить еще преступности несовершеннолетнего вовлекаемого, совершившего под насильственным воздействием взрослого предусмотренное УК деяние. Известно, что насильственное воздействие лица на другое лицо с целью совершения последним какого-либо деяния против собственного волеизъявления – есть принуждение,245 а потому может служить обстоятельством, исключающим преступность деяния. При этом «если принуждение носило непреодолимый характер либо критерии допустимости причинения вреда при преодолимом Калугин В. В. Физическое и психическое принуждение в уголовном праве. Ставрополь, 2001. С. 21.

принуждении были соблюдены, то принуждаемый как фактический причинитель вреда ответственности не подлежит».246 Так же и несовершеннолетний вовлекаемый может быть освобожден от уголовной ответственности, если физическое принуждение со стороны взрослого носило непреодолимый характер, либо если причинение несовершеннолетним вреда правоохраняемым интересам под воздействием преодолимого физического принуждения или психического принуждения укладывается в границы правомерности причинения вреда в состоянии крайней необходимости. В качестве еще одного квалифицированного состава закон называет вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Анализируя этот признак, С. В. Бородин пишет, что квалификация по ч. 4 ст. 150 возможна, если несовершеннолетний вовлечен в предварительно сговорившуюся группу, организацию или сообщество,247 тем самым он делает акцент на том, что в любом случае группа уже должна быть создана на момент вовлечения. Однако, это не совсем верно. Несовершеннолетний может вовлекаться как в уже созданную группу, так и в создаваемую группировку, о чем говорит А.Н. Игнатов.248 Само понятие «преступная группа» в УК не раскрывается, а потому оно требует доктринального толкования. В уголовно-правовой науке рядом исследователей предлагается исключить упоминание о преступной группе в тексте ч. 4 ст. 150 УК РФ. В частности, Н. Егорова говорит о том, что в законе точнее было бы указать не на вовлечение в «преступную группу», а на вовлечение в совершение преступления в какой-либо из перечисленных в ст.

Блинников В. А. Обстоятельства, исключающие преступность деяния в уголовном праве России. Ставрополь, 2001. С. 166. 247 Новое уголовное право России. Особенная часть. Учебное пособие … С. 93. 248 Комментарий к Уголовному кодексу… С. 322.

35 УК форм соучастия.249 С. Ш. Ахмедова, сохраняя термин «преступная группа», предлагает установить в ст. 150 примечание, раскрывающее его содержание. При этом автор формулирует его следующим образом: «вовлечением малолетнего или несовершеннолетнего в преступную группу следует признавать вовлечение их в группы, признаки которых описаны в ст. 35 УК, а также в банду».250 На наш взгляд, указанные определения не охватывают в полной мере всех возможных ситуаций вовлечения несовершеннолетних в группу, а потому не могут быть признаны убедительными. Мы полагаем, что понятием «преступная группа» должны охватываться любые формы групповых образований, известных уголовному закону. В первую очередь, это группы, указанные в ст. 35 УК. Вместе с тем, следует иметь в виду, что вовлечение в первую из них - группу лиц без предварительного сговора - объективно невозможно, так как вовлечение уже само по себе предполагает определенную договоренность. Не должно квалифицироваться по ч. 4 ст. 150 и вовлечение несовершеннолетнего в группу лиц по предварительному сговору, при условии, если один взрослый воздействует на одного несовершеннолетнего, «сговаривается» с ним, так как в этом случае несовершеннолетний привлекается к совершению группового преступления в качестве пособника или соисполнителя и группа образуется лишь с его участием. Только в том случае, если несовершеннолетний вовлекается в уже созданную или создаваемую группу лиц по предварительному сговору, которая будет таковой и без его участия, то есть, если на момент вовлечения уже имеется предварительная договоренность о совершении преступления между как минимум двумя лицами, вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления можно квалифицировать по ч. 4 ст. 150 УК РФ. Под понятие преступной группы в любом случае Егорова Н. Понятия «преступная группа» и «групповое преступление» //Законность. 1999. №2. 250 Ахмедова С. Ш. Указ. Соч. С. 27.

подпадает организованная группа и преступное сообщество, признаки которых раскрываются соответственно в ч. 3 и ч. 4 ст. 35 УК. Н. Егорова на основании ст. 30, 35 УК утверждает, что создание группы лиц по предварительному сговору или организованной группы (за исключением случаев, прямо указанных в Особенной части УК РФ) не образует самостоятельного преступления и квалифицируется как приготовление к преступлению в форме приискания соучастников, при условии, что приготовление осуществлялось к совершению тяжкого или особо тяжкого преступления.251 А потому, согласно ее мнению, неудавшееся вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой должно квалифицироваться лишь как приготовление к преступлению группой лиц или организованной группой. Однако мы полагаем, что в данной ситуации налицо причинение вреда двум самостоятельным объектам уголовноправовой охраны, в связи с чем возможна квалификация действия виновного по совокупности преступлений и за за приготовление к какому-либо в преступлению, совершаемому группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, вовлечение несовершеннолетнего преступную группу. Помимо указанных, уголовному законодательству известен еще ряд преступных групп, которые предусмотрены в ст. 208 (организация незаконного вооруженного формирования и участие в нем), ст. 209 (бандитизм), ст. 210 (организация преступного сообщества), ст. 239 (организация объединения, посягающего на личность и права граждан), ст. 2821 (организация экстремистского сообщества). В этой связи возникает ряд проблем, связанных с квалификацией действий вовлекателя. На квалификацию действий субъекта преступления влияет тот факт, что, вовлекая несовершеннолетнего в преступное сообщество, банду, незаконное вооруженное формирование, незаконное религиозное или Егорова Н. Указ. Соч.

общественное объединение, экстремистское сообщество, он выполняет одновременно два состава преступления и его действия по правилам идеальной группы совокупности могут квалифицироваться к участию в по статьям либо за преступления против общественной безопасности (создание какой-либо или подстрекательство строя и ней) основ конституционного против личности (квалифицированное вовлечение). Такая оценка возможна не всегда, а потому мы можем предложить следующие правила квалификации вовлечения: 1) если в уже созданные незаконное вооруженное формирование, банду, преступное объединение, сообщество, незаконное религиозное их или общественное вовлекает экстремистское сообщество организатор несовершеннолетнего, то его действия квалифицируются по совокупности преступлений независимо от возраста вовлекаемого несовершеннолетнего;

252 2) если какую-либо группу составляют лица в возрасте до 14 лет, то создатель группы не может отвечать за преступление против общественной безопасности, а его действия должны квалифицироваться только по ч. 4 ст. 150 УК, поскольку незаконное вооруженное формирование, банду, преступное сообщество, незаконное религиозное или общественное объединение, экстремистское сообщество могут образовывать только лица старше 16 лет;

3) если процесс создания какой-либо из указанных групп не завершен и сопровождается вовлечением в группу несовершеннолетнего, то независимо от возраста последнего содеянное должно квалифицироваться по совокупности преступлений как покушение на создание незаконного вооруженного формирования, банды, преступного сообщества, незаконного религиозного или общественного объединения, экстремистского сообщества и вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу, если в группе Эту рекомендацию подтверждают и специальные исследования проблем преступлений против общественной безопасности. См.: Бейбулатов Б. Ш. Уголовно-правовые и криминологические аспекты организации и участия в незаконных вооруженных формированиях. Автореферат дис. … канд. юрид. наук. Ставрополь, 2001. С. 17.

помимо вовлекаемого уже состояло более двух лиц старше шестнадцатилетнего возраста;

4) если первый или единственный человек, к которому обращается взрослое лицо для создания незаконного вооруженного формирования, банды, преступного сообщества, незаконного религиозного или общественного объединения, достигший 16 экстремистского лет, то сообщества несовершеннолетний, содержат признаки действия субъекта соответствующего состава преступления против общественной безопасности или конституционного строя и не могут квалифицироваться как вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу.253 При квалификации действий виновного по ч. 4 ст. 150 УК как сопряженных с вовлечением несовершеннолетнего в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления следует обращаться к ст. 15 УК, которая проводит категоризацию преступлений в зависимости от степени их общественной опасности, и в соответствии с которой тяжким признается умышленное преступление, максимальное наказание за которое не превышает 10 лет лишения свободы, а особо тяжким признается умышленное преступление, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 10 лет или иное более тяжкое наказание. В судебной практике этот квалифицирующий признак достаточно распространен. Вместе с тем, его наличие в статье вызывает ряд трудностей, связанных, как было указано ранее, с доказательством умысла виновного. К сожалению, ни в одном из изученных нами уголовных дел, рассмотренных судами по ч. 4 ст. 150, вопрос о содержании умысла виновного специально не обсуждался. Так, суд г. Карачаевска Карачаево-Черкесской Республики в приговоре по делу Д. просто констатировал: «суд квалифицирует действия подсудимого по эпизоду склонения малолетнего Н. к совершению кражи по ст. 150 ч. 4 как вовлечение несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления путем обещаний и иным способом (а в данном случае См.: Пудовочкин Ю. Е., Чечель Г. И. Указ. Соч. С. 37 – 38.

способом настоятельного убеждения)».254 Аналогичные формулировки присутствуют во всех приговорах. Такую практику нельзя признать удовлетворительной, поскольку она – есть проявление объективного вменения в уголовном праве, когда ответственность лица зависит не от направленности его умысла, а от квалификации следователем преступления, в совершение которого оно вовлекло несовершеннолетнего. С квалификацией вовлечения несовершеннолетнего в тяжкое или особо тяжкое преступления связана и еще одна проблема. Уголовным законом какое-либо преступление может быть отнесено к категории тяжких или особо тяжких на основании квалифицирующего признака, тесно связанного с личностью лица, совершившего это преступление, например, на основании признаков «совершение лицом, преступления судимым неоднократно», за какое-либо «совершение преступление», преступления ранее «совершение преступления с использованием служебного положения» и др. В связи с этим возникает вопрос, можно ли квалифицировать как вовлечение несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления ситуации, когда взрослый вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления, которое является тяжким для взрослого, но не является таковым для несовершеннолетнего. Судебная практика дает на него утвердительный ответ. Так, судом г. Карачаевска Д. был осужден за вовлечение восьмилетнего Н. в совершение кражи. Поскольку Д. ранее был судим по ст. 161 УК РФ, суд обоснованно квалифицировал его действия как исполнение кражи неоднократно (п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ). В тоже время по эпизоду вовлечения восьмилетнего Н. в совершение преступления суд квалифицировал действия Д. как вовлечение несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления.255 Однако мы полагаем, что такое решение не вполне соответствует принципу законности.

254 Архив суда г. Карачаевска КЧР за 2001 год. Архив суда г. Карачаевска КЧР за 2001 год.

Во-первых, в ситуации вовлечения несовершеннолетнего, не достигшего возраста уголовной ответственности, говорить о вовлечении собственно в преступление не приходится, что мы уже отмечали. Независимо от того, к какой категории законодатель относит деяние, оно остается общественно опасным, а не преступным, а потому не подлежащим категоризации. Во-вторых, в ситуации, когда вовлекается в преступления несовершеннолетний, достигший возраста ответственности, совершаемое им преступление не может быть признано тяжким на основании данных, относящихся к личности взрослого соучастника. Верховный Суд неоднократно подчеркивал это обстоятельство. Так, в определении Судебной Коллегии Верховного Суда РСФСР по делу Н. от 16. 12. 1967 г. указывалось, что квалифицирующие обстоятельства, относящиеся к личности исполнителя (совершение преступления повторно, особо опасным рецидивистом), не вменяются в ответственность соучастникам, если даже эти обстоятельства и охватывались их сознанием.256 Тоже можно сказать и о нераспространении на исполнителя признаков, характеризующих других соучастников. В этом случае преступление для несовершеннолетнего не является тяжким или особо тяжким, он вовлекается и совершает преступление иной категории тяжести. Полагаем, что в рассматриваемых ситуациях квалификация действий виновного по ч. 4 ст. 150 исключается;

квалифицирующие же признаки характеризующие личность взрослого, должны учитываться при квалификации того преступления, в совершение которого он вовлекает несовершеннолетнего.

Вопросы уголовного права и процесса … С. 49.

§ 2. Возможности совершенствования законодательства в части дифференциации ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления Необходимость несовершеннолетнего конструирования дифференциации в новых совершение и ответственности преступления за вовлечение посредством имеющихся совершенствования квалифицирующих признаков данного состава всегда была в центре внимания исследователей. В условиях прежнего уголовного законодательства предложения по совершенствованию ст. 210 УК РСФСР сводились к следующему: 1. Предусмотреть в качестве квалифицирующего признака данного состава совершение преступления родителями. В. Н. Смитиенко писал на этот счет, что «при всей относительной исключительности такого рода случаев родители, потерявшие моральное и формальное право носить столь почетное звание, при прочих равных условиях должны нести большую ответственность, чем остальные граждане».257 При этом на практике случаи вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений или иных антиобщественных действий родителями или иными родственниками встречались и в шестидесятые, и в восьмидесятые годы прошлого века, и в начале нашего столетия примерно с одинаковой частотой;

по разным оценкам в 7%,258 - 7,5%,259 - 8,6%260 случаев. 2. Предусмотреть в качестве квалифицирующего признака состава вовлечение путем понуждения в совершение преступление. Предложивший это В. Ф. Иванов писал: «особенность понуждения состоит в том, что в нем Смитиенко В. Н. Уголовно-правовая охрана здоровья населения в СССР. Киев, 1989. С. 115. 258 Миньковский Г. М., Брускин Г. З. Указ. Соч. С. 12. 259 Пудовочкин Ю. Е. Уголовно-правовая борьба с вовлечением … С. 84. 260 Джекебаев У. О криминологических аспектах психологического взаимовлияния людей в процессе общения //Вопросы борьбы с преступностью несовершеннолетних. Сб. статей. Алма-Ата, 1968. С. 43.

физическое и психическое насилие проявляются в своеобразной взаимосвязи, которую придает этому виду насилия цель его применения – достичь нужного ответного поведения несовершеннолетнего»,261 а его применение, несомненно, повышает степень общественной опасности содеянного. На практике применение насилия в качестве способа вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления встречалось по различным оценкам в 2,9%,262 4%,263 8%264 случаев. 3. Предусмотреть в качестве квалифицированных видов вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность преступление по признакам повторности вовлечения, в отношении двух и более несовершеннолетних, либо повлекшее тяжкие последствия, а также вовлечения несовершеннолетних в организованную преступность.265 4. Предусмотреть в качестве квалифицирующего признака вовлечения наличие у взрослого судимости и особо опасный рецидив.266 Обоснованием такого предложения служил тот факт, что наличие судимости у взрослого вовлекателя наблюдалось по различным оценкам в 30%267 – 40%268 48,5%269 случаев. Как видим, многие из предложенных наукой рекомендаций были учтены отечественным законодателем при подготовке нового уголовного законодательства, предусматривающего сейчас повышенную Иванов В. Ф. Указ. Соч. С. 90. 262 Джекебаев У. Указ. Соч. С. 43. 263 Иванов В. Ф. Указ. Соч. С. 90. 264 Миньковский Г. М., Брускин Г. З. Указ. Соч. С. 10. 265 Сперанский К. К. Указ. Соч. С. 137. 266 Борьба с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность … С. 87. 267 Сперанский К. К. Указ. Соч. С. 130 – 133;

Миньковский Г., Каневский Л. Указ. Соч. С. 20. 268 Грошева Н., Сперанский К. Рассмотрение дел о вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность //Советская юстиция. 1980. №15. С. 8. 269 Пудовочкин Ю. Е. Уголовно-правовая борьба с вовлечением … С. 89.

ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления родителями или иными ответственными за его воспитание лицами, за вовлечение в преступление с применением или угрозой применения насилия, за вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу. Однако и современные формулировки закона вызывают нарекания в уголовно-правовой литературе. Так, анализируя состав вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, Ю. Е. Пудовочкин пришел к выводу о том, что: 1) признаки специального субъекта вовлечения в ч. 2 ст. 150 УК РФ должны быть расширены за счет указания на лиц, обязанных воспитывать несовершеннолетнего не только по закону, но и на основании иных нормативно-правовых актов, а также лиц, осуществляющих надзор за несовершеннолетним или в зависимости от которых находится несовершеннолетний;

2) насилие как признак вовлечения в ч. 3 ст. 150 УК РФ должно быть ограничено насилием, не опасным для жизни или здоровья;

3) ч. 4 ст. 150 УК РФ должна быть исключена из закона с одновременным формулированием подлежащих состава организации преступной 4) группы лиц, не уголовной ответственности;

необходимо усиление ответственности за неоднократное вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, причем неоднократность как признак состава должна быть как тождественной, так и нетождественной.270 Следует заметить, что некоторые из этих предложений поддержаны законодателем. Так, в Проекте № 211303-3 федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» (о расширении правовых гарантий защиты несовершеннолетних от любых форм сексуальных посягательств), который был внесен депутатами Государственной Думы Л. К. Слиской, А. И. Романчук, Т. В. Яковлевой, А.

Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних … С. 114 – 1117, 119 – 120, 132 - 134.

М. Буратаевой и В. А. Лекаревой, предлагается часть вторую ст. 150 изложить в следующей редакции: «2. То же деяние, совершенное родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанного осуществлять надзор за несовершеннолетним, – наказывается лишением свободы на срок до восьми лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от пяти до восьми лет или без такового».271 Аналогичным образом в Проекте федерального закона № 108017-3 «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» (об усилении уголовной ответственности за нравственное растление, сексуальное совращение и эксплуатацию несовершеннолетних), который был внесен депутатами Государственной Думы С. П. Горячевой, Н. Ф. Герасименко, А. И. Гуровым, В. А. Лекаревой, З. И. Воронцовой, Н. А. Останиной, Е. А. Костериным, В. Ф. Рашкиным, М. Р. Рокицким, Т. В. Яковлевой, Ф. Г. Зиятдиновой и В. М. Зубовым 28. 06. 2001 г., и который был принят в первом чтении 27. 06. 2002 г., планируется часть вторую ст. 150 УК изложить в следующей редакции: «2. То же деяние, совершенное родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанного осуществлять надзор за несовершеннолетним, – наказывается лишением свободы на срок до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового». http://www.legislature.ru 272 http://www.legislature.ru Проекты № 211303-3, 108017-3, кроме того, предлагают включить в часть третью анализируемой статьи в качестве квалифицирующего признака неоднократность совершения преступлений. Соглашаясь с высказанными Ю. Е. Пудовочкиным предложениями в части первого, второго и четвертого утверждений, полагаем, что рекомендации об исключении ч. 4 ст. 150 УК выглядят несколько не вполне обоснованными. Действительно, состав организации преступной группы лиц, не подлежащих уголовной ответственности, имеет преимущества по сравнению с составом вовлечения несовершеннолетнего в преступную группу, поскольку позволяет привлекать к ответственности лиц, которые выполняют не только вовлекательские, но и иные, например, организаторские действия по созданию указанной группы (обеспечивают финансирование, «коррупционное» прикрытие, планирование деятельности и т. д.), и его наличие в тексте уголовного закона вполне допустимо. Однако исключение признака вовлечения в преступную группу из анализируемого состава преступления приведет к тому, что уголовный закон будет равнодушен к проблеме дифференциации ответственности лиц, вовлекающих несовершеннолетних в совершение преступлений группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. Сегодня 72% несовершеннолетних осужденных совершают преступление в группе, причем только в 60% случаев групповых посягательств группа состоит только из несовершеннолетних. Количество преступлений, совершенных несовершеннолетними в «смешанной» группе (то есть в группе и с несовершеннолетними, и со взрослыми) растет значительными темпами - на 16,2% за период с 1989 по 1997 год. В подобных условиях исключение уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетних в совершение групповых преступлений представляется неоправданным. Также неоправданно и исключение повышенной ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Вряд ли можно согласиться с мнением Ю. Е. Пудовочкина о том, что «степень причинения вреда развитию несовершеннолетнего не зависит от того, в совершение какого именно преступления он вовлекается».273 На наш взгляд, вовлечение несовершеннолетнего, например, в простую кражу и в убийство или изнасилование обладают различной степенью общественной опасности именно в силу тех последствий, которые они могут оставить в психике подростка. А потому законодатель должен дифференцировать ответственность в зависимости от категории или вида преступления, в совершение которого вовлекается несовершеннолетний. Если обратиться к законотворческой деятельности Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, то можно заметить стремление законодателей акцентировать внимание правоприменителя на проблеме борьбы с вовлечением несовершеннолетних в совершение тяжких или особо тяжких преступлений. Речь идет, в частности, о внесенном 11. 07. 2001 г. депутатами Государственной Думы В. А. Лекаревой, Н. Д. Ковалевым, К. Б. Зайцевым, В. П. Черемушкиным, Г. И. Стрельченко, Ф. Г. Зиятдиновой, М. Р. Рокицким, Г. И. Тихоновым, Г. И. Райковым, В. Н. Ивановой, В. Н. Лысенко, В. И. Юдиным, Н. Н. Гончаром, А. Н. Лоторевым, Ф. И. Гайнуллиной, Н. В. Коломейцевым и О. А. Финько Проекте № 1134503 федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовный Кодекс Российской Федерации» (об ужесточении уголовной ответственности за совершение преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ).274 Статья вторая законопроекта предлагает дополнить Кодекс статьей 150-1 следующего содержания: Статья 150-1. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних … С. 121. 274 http://www.legislature.ru 1. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ, – наказывается лишением свободы на срок от двух до семи лет с конфискацией имущества или без таковой. 2. То же деяние, совершенное родителем, педагогом либо иным лицом, на которое законом обязанности по воспитанию несовершеннолетнего – наказывается лишением свободы на срок от пяти до восьми лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет. 3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные лицом, ранее судимым за одно или несколько преступлений, Кодекса,– наказываются лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет с конфискацией имущества или без таковой лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового. Полагаем, что предложение депутатов слишком казуистично. В Заключении Правового управления Государственной Думы по проекту федерального закона № 113450-3 «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации», подписанном начальником управления Б. И. Исаковым, совершенно справедливо отмечается, что действующая статья 150 «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления» полностью охватывает и такой вид преступной деятельности, как незаконный оборот наркотических средств или психотропных веществ. Если же говорить о тяжести преступления, в которое вовлекается в данном случае несовершеннолетний, то существует большое число других видов тяжких и особо тяжких преступлений, ответственность за вовлечение в совершение которых предусмотрена частью четвертой статьи 150 УК. предусмотренных статьями 151, 228–234 настоящего Исключение квалифицирующего признака «вовлечение в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления», равно как и конструирование самостоятельных составов вовлечения в различные по тяжести и по виду преступления, - это две крайности. Ю. Е. Пудовочкин признака аргументирует тем, что при необходимость квалификации исключения содеянного рассматриваемого виновным по ч. 4 ст. 150 УК РФ не соблюдается принцип вины, поскольку у суда, в связи с требованиями закона, возникает необходимость выяснения того, осознавал ли взрослый к какой категории тяжести относится преступление, к которому он склоняет несовершеннолетнего.275 Признаем, что подобное замечание не лишено смысла. Законодателю действительно необходимо избегать использования правовых понятий при описании признаков состава преступления, иначе правоприменителю необходимо устанавливать психическое отношение виновного именно к тому, что понимает под тем или иным правовым термином сам законодатель (а известно, что обыденное и законодательное понимание каких-либо понятий могут не совпадать). Однако объективная потребность усиления защиты несовершеннолетних от вовлечения их в совершение наиболее опасных преступлений заставляет обсудить возможный вариант согласования требований принципа вины и справедливости. На наш взгляд, степень причинения вреда развитию, психическому благополучию и психологической безопасности несовершеннолетнего при вовлечении его в совершение преступления зависит не столько от законодательного решения об отнесении преступления, в совершение которого он вовлекается, к той или иной категории тяжести (ст. 15 УК), сколько от объективной характеристики самого этого преступления. Особо негативное влияние на несформировавшуюся психику несовершеннолетнего могут оказать совершаемые им убийства, истязания, изнасилования, Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних … С. 121.

насильственные действия сексуального характера, а равно любые иные преступления, совершаемые с особой жестокостью, в отношении заведомо беременной женщины, в отношении лица, находящегося в беспомощном состоянии. Мы полагаем, что именно эти преступления и должны быть перечислены в ч. 4 ст. 150 УК РФ. Продолжая начатый анализ современной литературы в части установления новых и совершенствования имеющихся квалифицирующих признаков вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, отметим работу С. Ш. Ахмедовой. С. Ш. Ахмедова полагает, что квалифицирующим особо признаком анализируемого с состава должно быть вовлечение в совершение общественно опасного деяния малолетнего (ч. 2), а квалифицирующим, в что наряду существующими, совершение вовлечение преступлений взрослого несовершеннолетнего Мы полагаем, систематическое дифференциация (общественно опасных деяний) (ч. 4).276 ответственности вовлекателя в зависимости от возраста вовлекаемого нецелесообразна, поскольку степень вреда, причиняемая несовершеннолетнему в результате вовлечения, зависит не столько от его возраста, сколько от интенсивности действий самого вовлекателя и характеристики действий (бездействия), в совершение которых вовлекается подросток. Малолетний возраст потерпевшего, при определенных условиях, вполне можно учесть в рамках отягчающих обстоятельств. Для того же чтобы стать квалифицирующим признаком, какое-либо обстоятельство должно быть не только характерным для части преступлений соответствующего вида, но и быть существенным, «отражать типовую, значительно измененную в сравнении с основным составом преступления степень общественной опасности содеянного и личности виновного». Ахмедова С. Ш. Указ. Соч. С. 27. 277 Лесниевски-Костарева Т. А. Указ. Соч. С. 162 -1 63.

Что касается второго из предложенных С. Ш. Ахмедовой признаков, то он, на наш взгляд, нуждается в поддержке и некоторой корректировке. Отметим, что Проект федерального закона № 211303-3 дополняет ч. 3 ст. 150 УК РФ таким квалифицирующим признаком, как вовлечение с использованием несовершеннолетнего для систематического извлечения прибыли;

а Проект № 108017-3 аналогичный признак формулирует как вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления в целях систематического извлечения дохода. Как видим, при, в общем-то, едином подходе, заключающемся в стремлении усилить в ответственность систематическое взрослых, которые вовлекают и несовершеннолетних совершение преступления паразитируют за их счет, предлагаемые формулировки существенно отличаются: вовлечение в систематическое совершение преступлений не требует для квалификации ни особой цели, ни извлечения дохода от преступной деятельности несовершеннолетнего;

использование для систематического извлечения прибыли предполагает непосредственное получение прибыли виновным (следует заметить, что употребление понятия прибыли здесь крайне неудачно);

вовлечение с целью систематического извлечения дохода не требует для квалификации факта получения дохода, ограничивая содержания. Представляется, что в основе каждого из предложений лежит желание авторов вернуться к понятию «преступная деятельность», не используя его непосредственно в тексте закона. Следует заметить, что однозначный отказ законодателя от признака «преступная деятельность» в рассматриваемом составе преступления нельзя признать полностью удачным. Случаи вовлечения несовершеннолетних в совершение нескольких преступлений не так уж редки на практике. По данным Г. Миньковского и Л. Каневского 35 – 40 % осужденных по ст. 210 УК РСФСР (ст. 150 УК РФ) вовлекали несовершеннолетних в совершение предмет доказывания лишь целью соответствующего двух и более преступлений,278 по свидетельству Н. Грошевой и К. Сперанского доля специального рецидива среди осужденных за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений составляет 2%.279 Наши исследования показывают, что факты последовательного или разового вовлечения несовершеннолетних в совершение нескольких преступлений составляют 35,08% от всех случаев осуждения лиц за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений. Как правило, деятельность взрослого лица, направленная на вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступлений протекает непродолжительное время от одного – трех месяцев до года, что с учетом неоднократного (систематического) склонения подростка к преступлениям свидетельствует о ее достаточно высокой интенсивности, а, следовательно, и о повышенной опасности. Примером подобной деятельности может служить уголовное дело по обвинению А. в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 161 ч. 3 п. «в», 158 ч. 3 п. «в», 325 ч. 2, 228 ч. 1, 150 ч. 4, 150 ч. 1 УК РФ. Из материалов дела видно, что А., знакомый с несовершеннолетним П. (1979 года рождения) в течение четырех месяцев, с августа 1996 года, и заведомо знавший о том, что П. является несовершеннолетним, в течение декабря месяца 1996 года путем предложений, обещаний разделить похищенное последовательно вовлекал его в совершение кражи, грабежа, хищения личных документов, которые и были совершены несовершеннолетним П. (осужденным в итоге за пять преступлений) совместно с А.280 Уголовный Кодекс, к сожалению, не реагирует на факты систематической (неоднократной) деятельности взрослого вовлекателя и не предусматривает соответствующего квалифицирующего признака. Учет неоднократности в действиях взрослого лица возможен, если оно несколько раз склоняет несовершеннолетнего к совершению преступлений, состав Миньковский Г., Каневский Л. Указ. Соч. С. 20. 279 Грошева Н., Сперанский К. Указ. Соч. С. 8. 280 Архив суда Промышленного района г. Ставрополя за 1997 год.

которых содержит квалифицирующий признак неоднократности. В этом случае взрослый будет нести ответственность за вовлечение и неоднократное совершение какого-либо преступления, однако при таком подходе интересы защиты несовершеннолетних отходят на второй план, что представляется недопустимым. В связи с изложенным представляется необходимым обратить внимание законодателя на несоответствие ст. 150 УК потребностям уголовно-правовой охраны несовершеннолетних и предложить некоторую коррекцию данной нормы в части усиления лица ответственности по за многократную различным деятельность Можно взрослого предложить вовлечению в ст. несовершеннолетних в совершение преступлений. Сделать это можно образом. предусмотреть квалифицирующий признак неоднократности, а можно воспользоваться предшествующим законодательным опытом и вновь легализовать понятие преступной деятельности. в Второй праве вариант решения в проблемы представляется нам предпочтительным, поскольку, во-первых, само понятие неоднократности уголовном нуждается существенной корректировке, а во-вторых, понятие преступной деятельности более точно отражает основание усиления ответственности, поскольку несет несколько иную, чем неоднократность, смысловую нагрузку. Как справедливо заметил А. Ф. Зелинский «преступная деятельность – это система предусмотренных уголовным законом общественно опасных действий или деятельности, внутренне детерминированных общим мотивом, реализация которого планируется субъектом посредством постановки и достижения частных промежуточных целей. Преступная деятельность отражает направленность личности в данной области отношения к миру и представляет собой осознанное и волевое целенаправленное поведение, запрещенное уголовным законом».281 Очевидно, что вовлечение в такой тип Зелинский А. Ф. Повторение преступлений как преступная деятельность //Государство и право. 1995. №12. С. 57 – 58.

поведения и вовлечение в совершение преступления – совершенно различные по степени общественной опасности деяния. Возвращаясь к криминализации вовлечения несовершеннолетних в совершение нескольких преступлений, следует сделать некоторую поправку с учетом сказанного ранее о недопустимости оперирования термином «преступление» в тексте рассматриваемой нормы. В связи с изложенным, полагаем, что в ст. 150 УК РФ уместно конструирование квалифицирующего признака - вовлечение несовершеннолетнего в общественно опасную деятельность, который по степени общественной опасности близок вовлечению несовершеннолетнего в преступную группу и в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. В качестве еще одного возможного квалифицирующего признака нам бы хотелось назвать вовлечение нескольких несовершеннолетних в совершение преступления. Такой признак предлагается в законопроектах № 211303-3, 108017-3. Он имеет под собой серьезное криминологическое обоснование. По нашим данным вовлечение одного несовершеннолетнего в совершение преступления имело место в 62,4% изученных дел;

двух – в 23,8%, трех – в 5%, четырех – в 7%, пяти – в 0,9%, семи – в 0,9%. В общей сложности вовлечение двух и более несовершеннолетних наблюдается в 37,6% случаев. Полагаем, что этих цифр и оценки опасности личности вовлекателя вовлекателя, нескольких несовершеннолетних в преступление как существенно повышенной по сравнению с опасностью обычного, рядового достаточно для того, чтобы в статье 150 предусмотреть соответствующий квалифицирующий признак. Как представляется, его уместно дополнить и таким признаком, как вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. В изученных делах вовлечение совершалось одним человеком в 80,2% случаев, двумя – в 14,9%, тремя – в 4%, четырьмя – в 0,9%;

итого вовлечение, совершенной группой лиц, имеет место в 19,8% случаев. Поскольку степень интенсивности внутреннего уместным.

группового вовлечения выше, чем у индивидуально полагаем,, совершенного, поскольку группе значительно легче подавить очаги сопротивления несовершеннолетнего, конструирование соответствующего квалифицирующего признака будет Дифференциация механизме установлением уголовной ответственности регулирования за общественно за уже криминализированное деяние посредством квалифицирующих признаков в уголовно-правового ответственности сопровождается опасные формы человеческого поведения (криминализацией деяний). В рамках настоящего раздела работы представляется возможным и необходимым высказать собственное отношение к проблеме криминализации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления. Проведенный анализ уголовного законодательства, практики его применения и научных трудов специалистов позволяет установить, что ст. 150 УК РФ предусматривает ответственность исключительно за активные действия взрослого по вовлечению. Ответственность за вовлечение путем бездействия исключена. Вместе с тем, в ряде случаев пассивное поведение взрослых лиц, не препятствующих преступной деятельности несовершеннолетних представляет не меньшую общественную опасность, чем активные вовлекательские действия. На наш взгляд, решение проблемы привлечения к ответственности за бездействие, приведшее к преступлению несовершеннолетнего, следует решать с позиций разработанного в науке учения о попустительстве преступлениям Так, в преступлениям. не относится Заметим, к числу В. Н. что тема попустительства разработанных. достаточно Зырянова обстоятельной монографии исследуется практически один вид попустительства – попустительство со стороны должностных лиц и управленцев;

282 работ же, освещающих попустительство преступлениям со стороны иных лиц, практически нет. Вместе с тем, как показал анализ исторических документов, законодательной практике прошлых столетий была известно специальная норма о попустительстве преступлениям детей со стороны их родителей или иных ответственных за их воспитание лиц. Полагаем, что в современных условиях есть все основания воспользоваться этим опытом и криминализировать попустительство преступлениям несовершеннолетних. При этом следует соблюдать выработанные теорией и законодательной практикой правила криминализации деяний, совершаемых путем бездействия. Бездействие представляет собой «общественно опасный в данных условиях места, времени и обстановки способ поведения, состоящий в несовершении лицом того действия, которое оно должно был и могло совершить».283 Как известно, ответственность за бездействие может наступать только при наличии объективной обязанности и субъективной возможности совершить требуемое действие. Обязанность препятствовать преступной деятельности несовершеннолетних возложена на строго определенный круг лиц, для расширения которого нет теоретических оснований. В связи с этим представляется несостоятельным предложение Е. А. Рапопорт о целесообразности закрепления в Конституции РФ общественного долга каждого взрослого гражданина бережно относиться к нравственному развитию несовершеннолетних. нормой примерно Она предлагает дополнить ст. 38 Конституции следующего содержания: «Бережное отношение к нравственному развитию несовершеннолетних – общественный долг каждого гражданина;

общественно опасное нарушение этого долга Зырянов В. Н. Попустительство по службе, совершаемое в правоохранительной сфере (уголовно-правовая оценка, проблемные ситуации в законодательстве и правоприменительной практике и пути их решения). Ставрополь, 1999. 283 Кудрявцев В. Н. Объективная сторона преступления … С. 85.

преследуется законом». Однако такое дополнение повлечет за собой необоснованное расширение сферы уголовной репрессии при применении уголовного законодательства об охране несовершеннолетних, что не объясняется необходимостью. Обязанность воспитания детей в первую очередь возложена на родителей. Согласно ст. 38 Конституции РФ «забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей». Это положение подтверждается и Семейным Кодексом РФ (1995), который в ст. 63 установил: «Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей». Кроме родителей, обязанность воспитания детей возлагается на усыновителей (ст. 137 СК РФ);

приемных родителей (ст. 153 СК РФ, п. 1 Положения о приемной семье, утвержденного Постановлением Правительства РФ № 829 от 17. 07. 1996.);

опекунов и попечителей (ст. 31 ГК РФ, ст. 150 СК РФ), а также некоторых иных лиц, перечень которых определяется теми или иными нормативными актами. Фиксация обязанности в нормативном акте приобретает собой значение в анализируемом случае, поскольку, как справедливо указал А. А. Тер-Акопов, «если нет соответствующих правовых требований, то лицо не отвечает за бездействие».285 Понятно, что нормальное воспитание исключает привитие несовершеннолетним преступного образа жизни, а, следовательно, возлагает на взрослых и обязанность по воспрепятствованию преступной деятельности несовершеннолетних. Возможность воспрепятствования преступлениям несовершеннолетних со стороны обозначенных лиц должна оцениваться из анализа физических и психических качеств лица, его состояния в момент совершения поступка, уровня знаний и квалификации, всей совокупности внешних обстоятельств, в Рапопорт Е. А. Указ. Соч. С. 148. 285 Тер-Акопов А. А. Бездействие как форма преступного поведения. М., 1980. С. 68.

которых оно действовало.

«Бездействие может лица, обязанного как противодействовать преступлению, рассматриваться попустительство лишь в том случае, если это лицо реально могло противостоять преступлению, то есть его предотвратить, пресечь или изобличить. При этом возможность противостоять преступлении е должна быть сопряжена с опасностью для данного лица (других лиц)».286 Если по каким-либо причинам в суде будет установлена неспособность субъекта исполнять обязанности по воспитанию, уголовное преследование должно быть прекращено. Родители в этом случае могут быть ограничены в родительских правах на основании ст. 73 СК РФ, усыновление может быть отменено по ст. 141 СК РФ, опекуны и попечители отстраняются от исполнения обязанностей согласно ст. 39 ГК РФ, договор о передаче детей в приемную семью досрочно расторгается согласно ст. 152 СК РФ;

а лица, профессионально занимающиеся воспитанием, могут быть уволены с занимаемой должности в виду профессионального несоответствия согласно ст. 31 КЗоТ РФ. Учитывая, попустительства вовлекательскими сконструировать совершение что «причиняющая ниже способность» в сравнении на бездействия с наш – значительно действиями, состав активными взгляд, целесообразно, попустительства преступления, преступлениям бы на стадии несовершеннолетних по типу материального, где последствием указать несовершеннолетним хотя покушения на преступление или приготовления к тяжкому или особо тяжкому преступлению. Материальный состав такого преступления предполагает и возможные формы вины при его совершении. Не вдаваясь в анализ дискуссии относительно формы вины при попустительстве,287 полагаем, что оно может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности.

Зырянов В. Н. Указ. Соч. С. 10. 287 Такая работа уже проведена, см.: Зырянов В. Н. Указ. Соч. С. 64 – 70.

В законодательной практике некоторых зарубежных стран состав попустительства преступлениям несовершеннолетних рассматривается как проявление ненадлежащего исполнения обязанностей по воспитанию детей. Так, УК ФРГ в § 170-d установил наказание в виде трех лет лишения свободы тому, «кто грубо нарушает свою обязанность по попечению и воспитанию лица моложе шестнадцати лет и тем самым создает опасность для физического или психического развития опекаемого, приводит его к преступному образу жизни или к занятию проституцией». В российском уголовном праве есть норма о защите детей от ненадлежащего воспитания (ст. 156 УК), однако ее современная конструкция не позволяет привлечь обязанных субъектов к ответственности за отсутствие должного усердия в воспитании подростка и попустительство его преступлениям, если поведение взрослого не связано с жестоким обращением с ребенком. Предлагаемые в науке рекомендации относительно ее совершенствования288 способны оптимизировать практику охраны несовершеннолетних и привлекать к ответственность взрослых попустителей. Но, на наш взгляд, конструирование специальной нормы о попустительстве преступлениям несовершеннолетних со стороны определенного круга ответственных за их воспитание лиц, вполне уместно, поскольку оно обладает и конструктивными особенностями (материальный состав, умышленная и может иметь следующую редакцию: Статья 1501 Попустительство общественно опасному поведению несовершеннолетних Попустительство их воспитание, общественно повлекшее настоящим опасному поведению несовершеннолетних со стороны родителей или иных лиц, ответственных за совершение деяния, несовершеннолетним покушения на его предусмотренного неосторожная формы вины) и специфическим уровнем общественной опасности. Предлагаемая норма Кодексом См.: Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних … С. 286 – 287.

совершение либо приготовление его к предусмотренным настоящим Кодексом тяжким или особо тяжким преступлениям, - наказывается … Подобное дополнение уголовного закона способно, на наш взгляд, обеспечить всестороннюю охрану процесса формирования личности несовершеннолетнего от любого рода посягательств (активных и пассивных), способствующих привитию и формированию у него установки на допущение криминального поведения в повседневной жизни.

§ 3. Индивидуализация наказания за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления Назначение лежит уголовного назначить наказания – важнейшая составляющая процесса применения уголовно-правовых норм. На данном этапе на суде обязанность справедливое, индивидуализированное наказание лицу, признанному виновным в совершении преступления. Под индивидуализацией наказания следует понимать выбор судом на основе закона и правосознания такого вида и размера наказания, которое соответствовало совершенного бы характеру и степени общественной данным, опасности конкретного преступления, характеризующим личность виновного с учетом смягчающих и отягчающих обстоятельств, позволяющего добиться исправления осужденного, а также предупредить совершение преступления иными лицами.289 Критерии индивидуализации уголовного наказания изложены в ст. 60 УК РФ, в соответствии с которой лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, и с учетом положений Общей части Кодекса. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности виновного, в том числе обстоятельства, преступления и личность смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Общим правилом индивидуализации наказания является назначение его в пределах санкции статьи Особенной части.290 При этом для точного назначения мер уголовно-правового воздействия необходимо жесткое ограничение и социальная обусловленность наказания в санкции статьи.

См.: Чечель Г. И. Смягчающие ответственность обстоятельства и их значение в индивидуализации наказания. Саратов, 1978. С. 13. 290 Мы не рассматриваем здесь вопросы назначения наказания ниже низшего предела санкции, за неоконченное преступление и за множественность преступлений.

«Четкого обозначения пределов санкции требует, главным образом, соблюдение справедливости наказания, поскольку одним из принципов назначения наказания является соответствие наказания тяжести содеянного. Коль скоро тяжесть содеянного в каждом конкретном случае различна, а наказании должно ей соответствовать, то и пределы санкций должны быть различным образом формализованы», - писал А. П. Козлов.291 УК РФ конструирует санкции за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления по типу относительно-определенных санкций. При этом в части первой, третьей, четвертой ст. 150 УК предусмотрены относительно-определенные, простые санкции, а в размероотносительные, второй – неальтернативные, части относительно-определенная, размероотносительная, неальтернативная, суммирующая санкция.292 Санкция отражает степень общественной опасности преступления. Заметим, что Уголовный Кодекс России оценивает опасность вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений выше, чем Модельный Кодекс для стран СНГ. Если Модельный Кодекс оценивает вовлечение по части первой как преступление небольшой тяжести, то УК РФ – как преступление средней тяжести;

если Модельный Кодекс оценивает вовлечение по части третьей как преступление средней тяжести, то УК РФ – как тяжкое преступление. Несмотря на это, в науке уголовного права и в законотворческой деятельности настойчиво проводится мысль о необходимости усиления ответственности преступления. Весьма аргументировано предложение по усилению санкций за рассматриваемое преступление у Ю. Е. Пудовочкина. Он пишет, что «с целью создания эффективных гарантий реализации принципов законности и Козлов А. П. Уголовно-правовые санкции: проблемы построения, классификации и измерения. Красноярск, 1989. С. 18. 292 См. Козлов А. П. Указ. Соч. С. 60.

за вовлечение несовершеннолетнего в совершение справедливости санкции за преступления против несовершеннолетних, а точнее за их квалифицированные виды следовало бы изменить».293 Основываясь на разработанном Т. А. Лесниевски-Костаревой варианте соотношения санкций основного и квалифицированного составов преступлений (согласно которому недопустимо устанавливать единый минимальный размер наказания в простом и квалифицированным составе;

устанавливать существенный разрыв между максимумом наказания простого и минимумом квалифицированного составов;

а также различным образом индексировать наказание за идентичные квалифицирующие признаки), автор провел анализ санкций за преступления, предусмотренные ст. 150 и 151 УК РФ, представив его следующей таблицей. Ст. 150 Среднее значение санкции Ч.1 2,75 Ч.2 3,25 Ч.3 4,5 Ч.4 6,5 Min лишение свободы 6 мес. 6 мес. 2 года 5 лет Max лишение свободы 5 лет 6 лет 7 лет 8 лет Ст. 151 Min лишение свободы 6 мес. 6 мес. 6 мес. Max лишение свободы 4 года 5 лет 6 лет Среднее значение санкции 2,25 2,75 3,25 Из таблицы видно, что законодатель в принципе одинаково подходит к оценке идентичных в ч. 2 и в ч. 3 статей 150, 151 квалифицирующих признаков, повышая среднее значение лишения свободы в 1,18 – 1,2 раза в ч. 2 ст. 150, 151 по сравнению со средним значением лишения свободы в ч. 1 ст. 150, 151;

в 1,4 – 1,6 раза – в ч. 3 ст. 150, 151 по сравнению со средним значением лишения свободы в ч. 1 ст. 150, 151. Таким образом, степень влияния тождественных квалифицирующих признаков одинакова. Вместе с Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних … С. 134 – 135.

тем, утверждает Ю. Е. Пудовочкин, анализируемые санкции страдают и некоторыми недостатками. Во-первых, представляется слишком большим разрыв между максимальным значением лишения свободы ч. 1 ст. 150 и минимальным его значением в ч. 2 ст. 150, который составляет: 5 – 0,5 = 4,5 года, и который, как полагает автор, должен быть сокращен хотя бы до 2 лет путем увеличения минимума лишения свободы в ч. 2 ст. 150 до 3 лет. Аналогичным образом, пишет Ю. Е. Пудовочкин, следует сократить разрыв между максимумом лишения свободы в ч. 2 ст. 150 и минимумом этого наказания в ч. 3 ст. 150 путем увеличения последнего до 4 лет. В итоге, им предложена следующая модель санкций за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления. Ст. 150 Часть статьи Ч.1 Ч.2 Ч.3 Ч.4 2,75 4,5 5,5 6,5 Среднее значение санкции Min лишение свободы 6 мес. 3 года 4 года 5 лет 5 лет 6 лет 7 лет 8 лет Max лишение свободы Автор не пошел на повышение максимального размера санкций за анализируемое преступление, предложив лишь упорядочить их минимальные размеры. В тоже время в теории высказано мнение о необходимости повышения максимального размера санкций за вовлечение. В частности, С. Ш. Ахмедова утверждает о том, что санкция за насильственное вовлечение в ч. 3 ст. 150 УК должна составлять от трех до восьми лет лишения свободы (в настоящее время она составляет от двух до семи лет);

а за вовлечение в тяжкое преступление или в группу – от пяти до десяти лет лишения свободы (в настоящее время – от пяти до восьми лет).294 Предложения по усилению ответственности за вовлечение рассматриваются и Государственной Думой РФ. Так, законопроект №1080173 предусматривает повышение санкций за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления и моделирует их следующим образом: в части первой – «до шести лет лишения свободы»;

в части второй – «до семи лет лишения свободы»;

в части третьей – «от двух до восьми лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового»;

в части четвертой – «от пяти до десяти лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового». Еще далее идет законопроект №211303-3, согласно за которому вовлечение предлагается сконструировать следующие санкции несовершеннолетнего в совершение преступления: в части первой – «от одного года до шести лет лишения свободы»;

в части второй – «до восьми лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от пяти до восьми лет или без такового»;

в части третьей – «от четырех до десяти лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от семи до десяти лет»;

в части четвертой – «от шести до двенадцати лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от семи до десяти лет». Соответственно последний законопроект предлагает изменить и часть вторую статьи 47 УК, изложив ее в следующей редакции: «2. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью устанавливается на срок от одного года до пяти лет в качестве Ахмедова С. Ш. Указ. Соч. С. 27.

основного вида наказания.

Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания устанавливается на срок от шести месяцев до трех лет за совершение преступлений небольшой и средней тяжести и на срок от трех до десяти лет за совершение тяжких и особо тяжких преступлений». Вопросы определения, в том числе и повышения, границ санкции за то или иное преступление всегда были в центре внимания юристов-практиков, ученых и непосредственно законодателя. «Законодатель непроизвольно устанавливает пределы санкций, а в зависимости от стоящих на данном этапе задач, усиления борьбы с определенными видами преступлений или возможностью применения более мягких мер воздействия к лицам, совершившим преступления, не представляющие большой общественной опасности. Законодатель учитывает происшедшие изменения в социальной и политической обстановке, накопленный опыт борьбы с преступностью, данные судебной практики, результаты научных исследований. Следовательно, в основе определения характера и размеров санкций лежат объективные процессы, объективные обстоятельства», - писал Н. Н. Кондрашков.295 Объективная же ситуация сегодня такова, что подавляющее большинство лиц, осужденных за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, совершают преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 150 УК РФ по признаку вовлечения несовершеннолетнего в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Так, из общего числа осужденных по ст. 150 УК РФ в Ставропольском крае за период с 1997 по 2001 год совершили преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 150 УК – 14,9% лиц;

ч. 2 ст. 150 УК – 5,1% лиц;

ч. 3 ст. 150 УК – 0,9% лиц;

ч. 4 ст. 150 УК – 79,1% лиц.

Кондрашков Н. Н. меры наказания в законе и на практике //Социалистическая законность. 1968. №2. С. 20.

Отражением объективной опасности анализируемого преступления могут служить и данные о назначаемом судами уголовном наказании, при этом в плане научного анализа небезынтересным будет сравнение практики назначения наказания за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступление в различные временные отрезки (напомним, что максимальное наказание за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность по УК РСФСР 1960 года составляло пять лет лишения свободы). Представим соответствующие данные в следующей таблице (см. табл. 1). Таблица 1. Практика назначения наказания судами за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность Срок наказания 60-е годы XX века (данные Г. Миньковс кого и Л. Каневског о296) 70-е годы XX века (данные Н. И. Трофимова, Сибирский регион297) Первая половина 80-х годов XX века (данные А. И. Марцева, Сибирский регион298) 5,7% Вторая 90-е годы половина XX века 80-х годов (наши XX века данные, (данные К. Ставропольс К. кий край) Сперанского, Краснодарс кий край299) 18% 11,6% До 2 лет лишения свободы 2 года лишения свободы 2,5 года лишения свободы 62,7 – 68% (включая лиц, осужденны х условно, или к исправител ьным работам) 1% 16% 20% 40% 26,8% 8,1% Миньковский Г., Каневский Л. Указ. Соч. С. 20 297 Трофимов Н. И. Обстоятельства, способствующие преступным посягательствам на духовное и физическое развитие несовершеннолетних и меры их предупреждения. Иркутск, 1980. С. 48. 298 Марцев А. И. и др. Эффективность борьбы с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельсность. Омск, 1985. С. 28. 299 Сперанский К. К. Указ. Соч. С. 136.

182 3 года лишения свободы 3,5 года лишения свободы 4 года лишения свободы 5 лет лишения свободы 2,8 – 11,6% 32% 12% 18% 37,2% 20% 17,1% 20% 12% 8% 39,5% 2,4% 8,1% 3,5% Понимая всю условность своего умозаключения, отметим все-таки, что на протяжении второй половины прошлого столетия практика назначения наказания за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления существенным образом менялась, причем в конце прошлого столетия, в отличие от середины века, имела место заметная тенденция вынесения приговоров в большинстве случаев с наказанием из второй половины санкции статьи: наказание более строгое, чем два с половиной года лишения свободы, назначалось по различным оценкам в 40 – 74% случаев. Вместе с тем, как писал К. К. Сперанский, «суды довольно робко назначают максимальные размеры наказания, что … объясняется их непринципиальностью и недостаточной требовательностью к качеству расследования уголовных дел».300 Недостаток качества предварительного расследования уголовных дел о вовлечении несовершеннолетних в преступную деятельность подтверждается и данными о соотношении осужденных и оправданных по ст. 210 УК РСФСР. По нищим данным в Ставропольском крае в 90-е годы XX века из числа привлеченных к уголовной ответственности по ст. 210 УК РСФСР в судах были освобождены от уголовной ответственности 3,9%, оправданны – 57,2%, осуждены – 38,9% лиц. При этом динамика оправдательных и обвинительных приговоров такова: если в 80-е годы в судах Ставропольского края было осуждено 56,7% лиц, привлеченных к ответственности за Там же.

вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, а оправданно – 43,8%;

то в 90-е годы эти показатели составили соответственно 31% и 69%. Вступление в силу Уголовного Кодекса России отчасти стабилизировало судебную практику и повысило качество предварительного расследования уголовных дел. Так, из общего числа обвиняемых по ст. 150, 151 УК РФ за период с 1997 по 2001 год обвинительный приговор был вынесен 97% лиц;

в отношении 0,75% был вынесен оправдательный приговор, еще в отношении 0,75% были применены принудительные меры медицинского характера, в отношении 1,5% дело было прекращено по нереабилитирующим обстоятельствам. Вместе с тем, на наш взгляд, среди осужденных за рассматриваемые преступления весьма высок процент условно осужденных лиц: из числа осужденных и наказанных лиц 40,3% наказание назначено условно, 59,7% отбывают наказание реально. Столь широкая практика применения условного осуждения не соответствует задачам борьбы с преступлениями против несовершеннолетних, и должна быть скорректирована, например, вынесением приговоров с назначением реального наказания ниже минимального предела санкции статьи 150 УК РФ, поскольку реальное, пусть и более мягкое, наказание эффективней в плане достижения целей наказания, нежели условное осуждение. Далее, изучение практики вынесения приговоров показало, что из числа наказанных лиц 1,6% приговорены к уплате штрафа (с применением с. 64 УК), 97,6% - к наказанию в виде лишения свободы. При этом приговоры к лишению свободы вынесены условно в отношении 40,6% лиц, реально отбывают наказание в виде лишения свободы 59,4%. Среди реально отбывающих наказание в виде лишения свободы срок наказания до 1 года определен 1,4% осужденных, 1-2 года – 1,4%, 2-3 года – 22,2%, 3-5 лет – 19,4%, 5-8 лет - 55,6%. Как видим, практика вынесения наказания в виде лишения свободы, отбываемого реально, заметно ужесточилась по сравнению с предшествующими периодами, что обусловлено, вероятно, и тем, что большая часть преступления квалифицирована по ч. 4 ст. 150 УК РФ, и изменением в целом социально-политической обстановки стране, и усилением внимания к проблеме обеспечения безопасности детства, и общей тенденцией роста преступности в стране. В связи с изложенным, вопрос о необходимости изменения санкций за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, поднятый ранее, приобретает новое звучание. На наш взгляд, оснований для усиления санкций на сегодняшний день нет, они вполне адекватны характеру и степени общественной санкций опасности возможна в рассматриваемого плане преступления. Ю. Е. Оптимизация предложенного Пудовочкиным согласования минимальных и максимальных размеров санкций, но не в плане их увеличения. Проведенный анализ практики назначения наказания за вовлечение, свидетельствующий о большом числе приговоров с условным осуждением, заставляет обсудить вопрос о коррекции санкций в ст. 150 УК в сторону трансформации их из санкций с неальтернативно обозначенным видом основного наказания в санкции с альтернативными основными наказаниями. Полагаем, что в санкции части первой и второй анализируемой статьи вполне допустимо включение в качестве альтернативы таких видов наказания как исправительные работы, ограничение свободы, арест. Кроме того, вполне обоснованно предложение, содержащееся в законопроектах №№ 108017-3, 211303-3, о внесении в санкции частей третьей и четвертой статьи 150 УК дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Подобного рода изменение санкции статьи 150 УК, на наш взгляд, будет способствовать укреплению начал законности, справедливости и гуманизма в уголовном праве.

Назначая наказание в пределах санкции статьи Особенной части УК РФ, суд учитывает обстоятельства, характеризующие опасность деяния и личность виновного.301 На сегодняшний день имеется официальное разъяснение понятия «характер и степень общественной опасности преступления», содержащееся в Постановлении № 40 Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.1999 г. Согласно позиции Пленума, «характер общественной опасности преступления зависит от установленных судом объекта посягательства, формы вины и отнесения Уголовным кодексом преступного деяния к соответствующей категории преступлений (статья 15 УК РФ), а степень общественной опасности преступления определяется обстоятельствами содеянного (например, степенью осуществления преступного намерения, способом совершения преступления, ролью размером вреда или тяжестью наступивших Указанная последствий, группа подсудимого при совершении выражена в преступления в соучастии)». обстоятельств преимущественно признаках состава преступления (хотя и не ограничивается ими), а потому, как рассмотренная нами ранее, не требует дополнительного освещения. Отметим лишь, в общем, что при назначении наказания за вовлечение с учетом данных об опасности данного преступления необходимо учитывать его специфические особенности, а именно групповой и рецидивный характер посягательства на один из важнейших объектов уголовно-правовой охраны. Вторая группа обстоятельств, учитываемая судом, и характеризующая личность виновного, не отражена в законе, а потому требует своего анализа. Обозначим основные социально-демографические характеристики Мы считаем, что смягчающие и отягчающие обстоятельства не образуют самостоятельного критерия индивидуализации наказания, поскольку, согласно закону, учитываются судом «в числе» обстоятельств, характеризующих опасность содеянного и личность виновного.

исследуемой группы преступников, которые могут быть учтены судом при назначении уголовного наказания. Подавляющее большинство вовлекателей - лица мужского пола, их удельный вес среди осужденных составляет 90,5%, удельный вес женщин не высок - 9,5%. В возрастном отношении среди анализируемой категории преступников наиболее активны в криминальном плане восемнадцати двадцатилетние лица, которые составляют 45,2% от общего числа вовлекателей. На долю лиц в возрасте от 21 до 30 лет приходится 40,5%;

лица в возрасте от 31 до 40 лет составляют 11,1%;

старше 40 лет - 3,2%. Исследования семейного положения вовлекателей показало, что подавляющее большинство из них - холостые мужчины (74,5% от общего количества мужчин) и незамужние женщины (75% от общего количества женщин). Исследование материалов уголовных дел о вовлечении несовершеннолетних в преступление дало возможность рассмотреть степень знакомства между вовлекателем и вовлекаемым. Оказалось, что не редким фактом является наличие родственных связей между ними. Родственники, супруги и сожители наблюдаются в 8,4% изученных дел;

причем преобладающим типом родственных отношений является связь типа «отец сын», двоюродные братья. Однако, в подавляющей массе (85,6%) отношения между сторонами процесса вовлечения характеризуются знакомством, при этом процент дел, в которых пары были хорошо знакомы, то есть знакомы свыше двух лет, является достаточно внушительным - 55,4. Существенным объяснением этого факта может служить небольшая разница в возрасте между вовлекателем и вовлекаемым. Разница в один год наблюдается в 14,4% пар;

два года - в 15,3%;

три года - в 12,0%;

четыре года - в 6,0%;

пять лет - 10,2%. Итого, в большинстве случаев (57,9%) разница в возрасте не превышает пяти лет. Из этого можно сделать вывод, что вовлекатели чаще всего являются старшими товарищами вовлекаемых, которые имеют общие интересы, сходный образ мыслей и так далее.

Исследование профессиональной занятости участников процесса вовлечения показало, что 57,1% вовлекателей на момент совершения преступления не учились и не работали, доля учащихся ПТУ среди них невелика - 6,4%, в тоже время доля работающих - 36,5%. В основном они заняты физическим трудом, не требующим высокой квалификации. Следует отметить, что профессиональными знаниями, дающими возможность устроиться на работу, обладает незначительное количество осужденных. Среди них образование менее девяти классов имеет всего 3,2%, 35,7% - неполное среднее образование, 53,2% - среднее полное, а среднее специальное образование имеет 7,9%. Анализ предшествующего поведения вовлекателей показывает, что среди них 48,5%, были ранее судимы. Небезынтересны данные и о состоянии здоровья вовлекателей. Эпилепсией, шизофренией, органическим поражением головного мозга больны незначительное количество человек, чаще встречается психопатия (каждый пятый подвергавшийся экспертизе) и олигофрения (каждый четвертый подвергавшийся экспертизе). Все же наибольшее распространение среди них имеет не злоупотребление и причиной алкоголем преступности (каждый Само и второй по себе к подвергавшийся заболевание экспертизе является освидетельствованию).

склонности употреблению спиртного, тотальной зависимости между ними нет;

тем не менее, «болезнь, как, прежде всего патологический процесс, вносит существенные изменения во взаимоотношения биологического и социального, усиливая и отчасти высвобождая природно-психические свойства из под субординирующего влияния социально психических свойств»302. Учитывая недостаточную социальную адаптацию всех лиц, имеющих психические аномалии, становится объяснимым достаточно Антонян Ю. М., Бородин С. В. Преступность и психические аномалии / Отв. ред. В.Н. Кудрявцев. М., 1987. С.45.

высокий их процент в общей массе вовлекателей - 11,2% (из лиц подвергавшихся экспертизе он составляет соответственно 61,9%). Приведенные данные подтверждаются и другими исследованиями. В частности, аналогичную, но обобщенную, и слишком категоричную, характеристику личности преступника дал К. К. Сперанский: «взрослый подстрекатель – это лицо, как правило, мужского пола в возрасте от 18 до 50 лет, с наличием ярко выраженных антиобщественных взглядов, принципов, привычек, навыков, традиций (антисоциальной установки) либо с отсутствием у него твердых положительных взглядов, моральных принципов и привычек (асоциальной установки), с паразитической и тенденцией удовлетворять свои узкоэгоитстические потребности и интересы путем вовлечения несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность».303 На наш взгляд, такая негативная оценка личности преступника должна корректироваться его в подавляющем большинстве случаев молодым возрастом, наличием физиологических недостатков, близкой степенью знакомства с жертвой преступления, отсутствием должного уровня образования и культуры. Предложенная характеристика отражает, безусловно, в обобщенном виде, типовую степень личности преступника. В каждом конкретном случае она будет существенно корректироваться индивидуальной характеристикой личности, которую и должен учитывать суд при назначении уголовного наказания. Вместе с тем, такая типовая характеристика также не лишена смысла, ибо она выполняет важную ориентирующую функцию, а также может быть учтена и при выработке профилактических мероприятий. При назначении уголовного наказания за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления с учетом личности виновного, суду необходимо выяснять его отношение к труду, обучению, выполнению гражданского долга, поведение в быту и на производстве, Сперанский К. К. Указ. Соч. С. 133.

состояние здоровья и трудоспособность, семейное положение, сведения о судимостях и т. д. Новым и неизвестным ранее действовавшему законодательству критерием индивидуализации наказания является учет судом влияния назначенного наказания на условия жизни семьи осужденного. Полагаем, что он не имеет специфических особенностей в рассматриваемой группе преступлений. Подробный и тщательный анализ указанных выше обстоятельств должен быть проведен судом в каждом конкретном деле применительно к каждому подсудимому, именно он обеспечит мотивированность назначаемого судом вида и размера уголовного наказания, способствуя тем самым достижению целей восстановления социальной справедливости, исправления виновного и предупреждения преступлений.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Потребность практики и разработке эффективных средств предупреждения преступлений против несовершеннолетних и преступности самих несовершеннолетних обусловливает необходимость теоретического анализа такой нормы с двойной превенцией, как норма о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления. Изучив исторический опыт борьбы с таким преступлением, современное состояние уголовно-правовых норм об ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления в Росси и за рубежом, мы пришли к следующим основным выводам. 1. Под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ) следует понимать активные действия достигшего совершеннолетия лица, направленные на лицо, не достигшее восемнадцатилетнего возраста, и заключающиеся в приобщении, втягивании, укреплении у него решимости или готовности участвовать в совершении общественно опасного деяния или деятельности либо в приобщении и подготовке его к преступному образу жизни. 2. В целях соблюдения принципов вины и законности при конструировании и применении анализируемой нормы следовало бы заменить понятие «преступление» в диспозиции ч. 1 ст. 150 УК РФ понятием «общественно опасное деяние». 3. Родовой объект вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления есть совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальное физическое, психическое, нравственное и социальное развитие лица, не достигшего восемнадцатилетнего возраста, в духе соблюдения Конституции и законов Российской Федерации;

уважения человека, его прав и труда;

уважительного отношения к обществу, правилам и традициям человеческого общения;

утверждения несовершеннолетнего в качестве самостоятельного и полноценного субъекта общественных отношений, свободно реализующего свои права и свободы.

4.

Основным непосредственным объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления являются общественные отношения, обеспечивающие право несовершеннолетнего на защиту от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию. 5. Несовершеннолетний, вовлеченный в совершение преступления, при определенных обстоятельствах может быть признан потерпевшим от преступления. признаков фактические Для признания несовершеннолетнего установить, что потерпевшим были от вовлечения в совершение преступления (если деяние взрослого не содержит насилия) необходимо нарушены объект общественные отношения, составляющие рассматриваемого преступления, что процессу развития подростка был причинен реальный вред или создана угроза реального причинения вреда. 6. Объективная сторона вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления сконструирована по типу формального состава преступления и состоит в активных действиях взрослого лица, направленных на одного или нескольких несовершеннолетних. Вместе с тем, имеется потребность в криминализации попустительства преступной деятельности несовершеннолетних путем бездействия со стороны лиц, ответственных за воспитание несовершеннолетнего. 7. формой Субъективная вины, при сторона этом вовлечения отношение несовершеннолетнего виннового к в совершение преступления характеризуется исключительно умышленной возрасту несовершеннолетнего, которое характеризуется только интеллектуальным, и не включает волевой момент, может быть выражено в различной степени его осознания. 8. Современный набор средств дифференциации ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, в основном соответствует коррекция потребностям практики, однако, возможна в некоторая частности имеющихся квалифицирующих признаков, необходимо расширить перечень специальных субъектов преступления в части второй анализируемой нормы;

а признак вовлечения в тяжкое или особо тяжкое преступление заменить на «вовлечение в совершение убийства, истязания, изнасилования, насильственных действий сексуального характера, а равно любых иных преступлений, совершаемых с особой жестокостью, в отношении 9. заведомо беременной женщины, в отношении лица, за находящегося в беспомощном состоянии». Возможна дальнейшая дифференциация посредством ответственности анализируемое преступление конструирования таких квалифицирующих признаков как «совершение преступления в отношении двух и более несовершеннолетних», «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой», «вовлечение несовершеннолетнего в общественно опасную деятельность». 9. Санкции за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления нуждаются в коррекции посредством согласования верхнего предела санкции за основной состав с нижним пределом санкции за квалифицированный состав;

включения в санкции частей третьей и четвертой дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью;

введения в санкции частей первой и второй анализируемой нормы альтернативных наказаний в виде исправительных работ, ограничения свободы, ареста. Изложенное трансформации позволяет говорить о возможности о некоторой вовлечении уголовно-правовой нормы несовершеннолетнего в совершение преступления. Считаем возможным предложить законодателю изложить ее в следующей редакции. Статья 150. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение общественно опасного деяния 1. Вовлечение лица, не достигшего восемнадцатилетнего возраста, в совершение общественно опасного деяния (действия или бездействия) путем обещаний, обмана, угроз или иным способом, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, - наказывается исправительными работами на срок до двух лет, ограничением свободы на срок до трех лет, арестом на срок от четырех до шести месяцев или лишением свободы на срок до пяти лет. 2. То же деяние, совершенное родителем, педагогом либо иным лицом, на которое возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а равно лицом, осуществляющим надзор за несовершеннолетним или в зависимости от которого находится несовершеннолетний, наказывается исправительными работами на срок до двух лет, свободы на срок от трех до шести лет с определенные должности или заниматься ограничением свободы на срок до трех лет, арестом на срок от четырех до шести месяцев или лишением лишением права занимать определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового. 3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные: а) с применением насилия или с угрозой его применения, б) в отношении двух или более несовершеннолетних, в) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, наказываются лишением свободы на срок от четырех до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового. 4. Деяния, предусмотренные частями первой, второй или третьей настоящей статьи, связанные с вовлечением несовершеннолетнего: а) в преступную группу, б) в совершение убийства, истязания, изнасилования, насильственных действий сексуального характера, а равно любых иных преступлений, совершаемых с особой жестокостью, в отношении заведомо беременной женщины, в отношении лица, находящегося в беспомощном состоянии, в) а общественно опасную деятельность, наказываются лишением свободы на срок от пяти до восьми лет с лишением права занимать как определенные было должности имеется или заниматься в определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового. Кроме того, отмечено, потребность криминализации преступного попустительства преступной деятельности несовершеннолетних. Полагаем, что соответствующая норма в УК РФ, располагаясь вслед за ст. 150 УК, могла бы иметь следующую редакцию: Статья 1501. Попустительство общественно опасному поведению несовершеннолетних Попустительство их воспитание, общественно повлекшее настоящим опасному поведению несовершеннолетних со стороны родителей или иных лиц, ответственных за совершение деяния, несовершеннолетним покушения на его предусмотренного Кодексом совершение либо приготовление несовершеннолетнего к предусмотренным настоящим Кодексом тяжким или особо тяжким преступлениям, наказывается … Предложенные изменения, не претендуя на бесспорность, способны, на наш взгляд, обеспечить от всестороннюю защиту снизить интересов уровень несовершеннолетних негативной информации, антиювенальной и ювенальной преступности.

БИБЛИОГРАФИЯ НОРМАТИВНЫЙ МАТЕРИАЛ Конвенция о правах ребенка (1989) // Права человека: Основные Международный пакт об экономических, социальных и культурных 1. 2.

международные документы. М., 1989. правах (1966) // Права человека: Основные международные документы. - М., 1989. 3. 4. 5. 6. Конституция РФ. М., 1993. Уголовный Кодекс РФ (1996) по состоянию на 1 сентября 2002 г. Уголовный Кодекс РСФСР (по состоянию на 5 февраля 1996.). М., 1996. Модельный Уголовный Кодекс для государств – участников СНГ // //Консультант плюс – Справочная правовая система.

Известия вузов. Правоведение. 1996. № 1. 7. УК Азербайджана от 30 декабря 1999 года. СПб., 2001. 8. УК Беларуси от 9 июля 1999 года. М., 2000. 9. УК Казахстана от 16 июля 1997 года. М., 1997. 10. УК Киргизии от 18 сентября 1997 года. М., 1998. 11. УК Молдовы от 24 марта 1961 года. М., 2000. 12. УК России от 13 июня 1996 года. М., 2002. 13. УК Таджикистана от 21 мая 1998 года. Душанбе, 1998. 14. УК Узбекистана от 22 сентября 1994 года. СПб., 2001. 15. УК Украины от 5 апреля 2001 года. СПб., 2001. 16. Закон РФ «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ» от 3.07.1998 г.// Российская газета. 1998. 5 августа. 17. Основные направления государственной социальной политики по улучшению положения детей в Российской Федерации до 2000 года (Национальный план действий в интересах детей). Утверждены Указом Президента РФ №942 от 14.09.1995 г.// Собрание законодательства РФ. 1995. №38. Ст. 3669.

18. Президентская программа «Дети России» на 1996- годы.

Приложение к Указу Президента РФ от 19.02.1996 г. №210 // Собрание законодательства РФ. 1996. №9. Ст. 799. 19. Основные направления государственной семейной политики. Утверждены Указом Президента РФ №712 от 14.05.1996 г. // Собрание законодательства РФ. 1996. №21. Ст. 2460. 20. Постановление №27 Пленума Верховного Суда РСФСР «О недостатках в работе судов по рассмотрению уголовных дел о преступлениях несовершеннолетних и гражданских дел, возникающих из трудовых правоотношений подростков» от 26.05.1965 г. // Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР. М., 1967. 21. Постановление №8 Пленума Верховного Суда СССР «О судебной практике по делам о вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность» от 12.09.1969 г.// Бюллетень Верховного Суда СССР. 1969. №5. 22. Постановление №3 Пленума Верховного Суда СССР «О задачах судов по выполнению постановлений ЦК КПСС, Совета министров СССР и Указов Президиумов Верховных Советов союзных республик о мерах по усилению борьбы против пьянства и алкоголизма» от 11.07.1972 г.// Бюллетень Верховного Суда СССР. 1972. №4. 23. Постановление №16 Пленума Верховного Суда СССР «О практике применения законодательства и о деятельность» по от делам их в 03.12.1976 о г. (с преступлениях и иную изменениями, несовершеннолетних антиобщественную вовлечении преступную внесенными постановлениями Пленума №6 от 09.07.1982 г., №7 от 26.04.1984 г., №15 от 01.11.1985 г., «№10 от 18.04.1986 г., №17 от 05.12.1986.) // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995. 24. Постановление №5 Пленума Верховного Суда СССР «О выполнении судами законодательства и руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда СССР при рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних» от 09.07.1982 г.// Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995. 25. Постановление №15 Пленума Верховного Суда СССР «О практике применения судами законодательства, направленного на усиление борьбы с пьянством и алкоголизмом» от 01.11.1985 г.// Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995. 26. Постановление №2 Пленума Верховного Суда РСФСР «О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации законодательства по борьбе с пьянством и алкоголизмом» от 27.08.1986 г. (в редакции постановления Пленума №11 от 21.12.1993.) // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995. 27. Постановление №6 Пленума Верховного Суда РСФСР «О выполнении судами РФ постановлений Пленума Верховного Суда СССР и Верховного Суда РСФСР по делам о вовлечении несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность» от 15.12.1987 г.// Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1988. №2. 28. Постановление №5 Пленума Верховного Суда РСФСР «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность» от 25.12.1990 г. (в редакции постановления Пленума №11 от 21.12.1993 г., с изменениями, внесенными постановлением №10 от 25.10.1996.) // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995;

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. №1. 29. Постановление №7 Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних от 14. 02. 2000 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. №4.

30. Обзор 31. Обзор о судебной практики судами по делам о преступлениях дел о несовершеннолетних // Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1963. №11. рассмотрении Российской Федерации преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность // Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1988. №5.

ЛИТЕРАТУРА а) Монографии и научные статьи: 1. 2. Антонян Ю. М., Бородин С. В. Преступность и психические аномалии / Арсеньева М. И., Фокин В. М., Яковлева Н. Г. Характеристика Ин-т государства и права;

Отв. ред. В.Н. Кудрявцев. М., 1987. особенностей вовлечения несовершеннолетних в иные (кроме преступления) формы антиобщественного поведения. - В сб.: Проблемы борьбы с вовлечением несовершеннолетних в антиобщественное поведение. Сб. науч. тр. М., 1981. 3. 4. 5. 6. Афиногенов С. Насилие и угроза в проекте нового УК, принятом Бабий Н. А. Уголовная ответственность за спаивание Государственной Думой // Юридическая газета. 1996. №4. несовершеннолетних. Мн., 1986. Блинников В. А. Обстоятельства, исключающие преступность деяния в Бородин С. В. Борьба с преступностью: теоретическая модель уголовном праве России. Ставрополь, 2001. комплексной программы / Отв. ред. В. Н. Кудрявцев;

АН СССР, Ин-т государства и права. М., 1990. 7. Борьба с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность / Лановенко И. П., Барило Т. С., Бурчак Ф. Г. и др.;

Отв. ред. Лановенко И. П.;

АН УССР, Ин-т государства и права. Киев, 1986.

8.

Бриллиантов А.

В.

Уголовная ответственность за вовлечение несовершеннолетних в пьянство и доведение до состояния опьянения // Советская юстиция. 1979. №18. 9. Брускин Г. С. Ответственность за вовлечение несовершеннолетних в пьянство и другое антиобщественное поведение // Социалистическая законность. 1975. №10. 10. Брускин №14. 11. Былинкина А., Гуковская Н. Активизировать борьбу с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность // Социалистическая законность. 1970. №6. 12. Галахова А. Ответственность за вовлечение несовершеннолетних в пьянство // Советская юстиция. 1975. №16. 13. Гаухман Л. Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2001. 14. Гаухман Л. Д. Насилие как средство совершения преступления. М., 1974. 15. Гуськов Н., Иванов В. За действенную борьбу с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность // Социалистическая законность. 1967. №2. 16. Дагель П. С., Котов В. П. Субъективная сторона преступления и ее установление. Воронеж, 1974. 17. Даньшин И. Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. М., 1973. 18. Доценко Е. Л. Механизмы межличностной манипуляции // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1993. №4. 19. Ефимов М. А. Борьба с преступлениями против общественного порядка, общественной безопасности и здоровья населения. Мн., 1971. 20. Жигарев Е. С. Криминологическая характеристика несовершеннолетних и организация их правового воспитания. Учеб. пособие. М., 1990. Г. Судебное разбирательство дел о вовлечении несовершеннолетних в преступную деятельность // Советская юстиция. 1975.

21. Завьялов В. Ю. Психологические аспекты формирования алкогольной зависимости / Отв. ред. Ц. П. Короленко. Новосибирск, 1988. 22. Защита прав потерпевшего в уголовном процессе: (сравнительное исследование) / Р. Радева, Ф. Кратохвил, Дао Чи Ук и др.;

Отв. ред. М. М. Ларин. М., 1993. 23. Зелинский А. Ф. Квалификация повторных преступлений. Учеб. пособие. Волгоград, 1976. 24. Иванов В. Ф. Уголовная путем ответственность в за вовлечение и иную несовершеннолетних понуждения преступную антиобщественную деятельность.- В сб.: Личность преступника и уголовная ответственность. Правовые и криминологические аспекты. Межвуз. науч. сб. Саратов, 1987. Вып. 3. 25. Кистяковский А. Ф. Молодые преступники и учреждения для их исправления с обозрение русских учреждений. Киев, 1878. 26. Ковалев М. И. Общественно-опасные последствия и диспозиция уголовного закона // Советское государство и право. 1990. №10. 27. Козлов А. П. Уголовно-правовые санкции: проблемы построения, классификации и измерения. Красноярск, 1989. 28. Комментарий к Уголовному Кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. Ю. И. Скуратова, В. М. Лебедева. М., 1996. 29. Коржанский Н. И. Объект посягательства и квалификация преступлений: Учеб. пособие / Ред. Е. И. Гринин. Волгоград, 1976. 30. Кривошеин П. К. Повторность в советском уголовном праве (теоретические и практические проблемы). Киев, 1990. 31. Кригер Г. А. К вопросу о понятии объекта преступления в советском уголовном праве // Вестн. Моск. ун-та. Серия обществ. наук. Вып. 1. 1955. №1. 32. Кузнецова Н. Пьянство, преступность, их предупреждение // Советская юстиция. 1985. №22. 33. Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность. М., 1969.

34. Кудрявцев В. Н. общая теория квалификации преступлений. М., 1999. 35. Куринов Б. А. Научные основы квалификации преступлений. М., 1984. 36. Лесниевски-Костарева Т. А. Дифференциация уголовной ответственности: теория и законодательная практика. М., 1998. 37. Лисицын Ю. П., Копыт Н. Я. Алкоголизм (социально-гигиенические аспекты): 2-е изд., перераб. и доп. М., 1983. 38. Максимова Н. Ю. О склонности подростков к аддиктивному поведению // Психологический журнал. Т.17. 1996. №3. 39. Малков В. П. Повторность преступлений (вопросы квалификации и назначения наказания). Казань, 1974. 40. Матышевский П. С., Дидковская С. П., Туркевич И. К. Правовые и медицинские меры борьбы с пьянством и алкоголизмом. Киев, 1987. 41. Матюшенко М., Шость Н. Ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в преступную и иную антиобщественную деятельность // Советская юстиция. 1985. №16. 42. Минская В. С., Чечель Г. И. Виктимологические факторы и механизм преступного поведения. Иркутск, 1988. 43. Миньковский Г., Каневский Л. Борьба с вовлечением несовершеннолетних в преступную деятельность - важное направление профилактической работы // Советская юстиция. 1967. №18. 44. Миньковский Г. М., Брускин Г. З. Общая характеристика вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность и иное антиобщественное поведение. - В сб.: Проблемы борьбы с вовлечением несовершеннолетних в антиобщественное поведение. Сб. науч. тр. М., 1981. 45. Михлин А. С. Последствия преступления. М., 1969. 46. Мясищев В. Н. Психология отношений: Избранные психологические труды. М., Воронеж, 1995. 47. Научно-практический комментарий Уголовного Кодекса РСФСР (По состоянию на май 1964.) / Отв. ред. Б. С. Никифоров. Изд. 2-е. М.., 1964.

48. Никифоров Б. С. Субъективная сторона в «формальных» преступлениях // Советское государство и право. 1971. №3. 49. Новоселов Г. П. Учение об объекте преступления: методологические аспекты. М., 2001. 50. Ной И. С. Методологические проблемы советской криминологии. Саратов, 1975. 51. Обуховский К. Психология влечений человека / Пер. с польского В. И. Могилева. Под ред. и с послесловием Б. М. Сегала. М., 1972. 52. Павлов В. Г. Субъект преступления и уголовная ответственность. СПб., 2000. 53. Панкратов В. В. Преступность несовершеннолетних: изучение и профилактика.- В сб.: Вопросы борьбы с преступностью: (Сб. ст.) Вып. 38. М.1983. 54. Панов Н. И. Способ совершения преступления и уголовная ответственность. Харьков, 1982. 55. Питецкий В. В. Соотношение физического насилия с преступлениями против личности. - В сб.: Современное состояние преступности и реформа уголовного законодательства: Межвуз. сб. науч. тр. М., Тюмень, 1994. 56. Правонарушения несовершеннолетних и их предупреждение / Захаров Н. С., Лысов М. Д., Волков Б. С. и др.;

Науч. ред. Б. С. Волков, М. Д. Лысов. Казань, 1983. 57. Предупреждение правонарушений среди несовершеннолетних. Мн., 1969. 58. Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения: Учебное пособие. М., 1970. 59. Примаченок А. А. Проблемы борьбы с преступностью несовершеннолетних. Мн., 1980. 60. Примаченок А. А. Совершенствование уголовно-правовой системы мер борьбы с правонарушениями несовершеннолетних. Мн., 1990.

61. Программа воспитания у школьников сопротивления к приему наркотиков. - В сб.: Борьба с преступностью за рубежом (По материалам зарубежной печати). Ежемесячный информационный бюллетень. М., 1997. Вып. 5. 62. Протченко Б. О применении ст. 210 УК РСФСР в судебной практике // Советская юстиция. 1985. №1. 63. Пудовочкин 64. Пудовочкин Ю. Ю. Е. Е. Ответственность Уголовно-правовая за преступления борьба с против несовершеннолетних по российскому уголовному праву. СПб., 2002. вовлечением несовершеннолетних в совершение антиобщественных действий: проблемы квалификации и профилактики. Ставрополь, 2000. 65. Пудовочкин Ю., Чечель Г. Квалификация случаев вовлечения несовершеннолетних в преступную группу //Российская юстиция. 2000. №12. 66. Рубашева А. М. Особые суды для малолетних и система борьбы с детской преступностью. Т.1. Америка, Англия, Германия и Австрия. М., 1912. 67. Савченко Е. А. О готовности старшеклассников противостоять аморальным проявлениям // Вопросы психологии. 1997. №3. 68. Святохин П., Жгутов В. К понятиям о повторности и неоднократности преступлений // Советская юстиция. 1971. №21. 69. Сердюк Л. В. Насилие: криминологическое и уголовно-правовое исследование. М., 2002. 70. Смитиенко В. Н. Уголовно-правовая охрана здоровья населения в СССР. Киев, 1989. 71. Современные тенденции развития уголовного законодательства и уголовно-правовой теории (Конференция в ИГП РАН) // Государство и право. 1994. №6. 72. Соколов Э. В., Дукович Б. Н. Семья как источник воспитательных воздействий. - В сб.: Семья как объект философского и социального исследования. Сб. ст. Л., 1974.

73. Социально-правовые проблемы борьбы с пьянство и алкоголизмом (Круглый стол Советского государства и права) // Советское государство и право. 1980. №12. 74. Сперанский К. К. Уголовно-правовая борьба с преступлениями несовершеннолетних и против несовершеннолетних. Ростов-на-Дону, 1991. 75. Сперанский К. Понятие вовлечения несовершеннолетнего в преступную деятельность // Советская юстиция. 1989. №13. 76. Тарарухин С. А. Установление мотива и квалификация преступления. Киев, 1977. 77. Тер-Акопов А. А. О правовых аспектах психической активности и психологической безопасности человека // Государство и право. 1993. №4. 78. Ткачевский Ю. М. Уголовно-правовые меры борьбы с пьянством и алкоголизмом. М., 1973. 79. Ткаченко В. И. Насилие, не опасное для жизни и здоровья, как уголовноправовая категория // Государство и право. 1992. №12. 80. Ткаченко В. Квалификация повторных преступлений // Советская юстиция. 1987. №2. 81. Трайнин А. Н. Общее учение о составе преступления по советскому уголовному праву. М., 1957. 82. Трофимов 83. Трофимов №16. 84. Уголовная ответственность за угрозу убийством, нанесением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества. Комментарий к новым кодексам // Советская юстиция. 1961. №5. 85. Уголовный Кодекс Российской Федерации: Научно-практический комментарий / Под ред. Л. Л. Кругликова и Э. С. Тенчова. Ярославль, 1994. Н. Н. Вовлечение несовершеннолетних умысла лица, в преступную вовлекающего деятельность // Советская юстиция. 1968. №14. Содержание несовершеннолетних в преступную деятельность // Советская юстиция. 1970.

86. Улицкий С. Уголовно-правовые меры борьбы против пьянства и алкоголизма // Советская юстиция. 1973. №20. 87. Устименко В. В. Специальный субъект преступления. Харьков, 1989. 88. Харчев А. Г. Социология воспитания (о некоторых актуальных социальных проблемах воспитания личности). М., 1990. 89. Хоршак Е. Роль взрослых в совместной преступной деятельности с несовершеннолетними // Советская юстиция. 1967. №23. 90. Чернов В. К определению понятия продолжаемого преступления // Советская юстиция. 1971. №23. 91. Чечель Г. И. Смягчающие ответственность обстоятельства и их значение в индивидуализации наказания. Саратов, 1978. 92. Чечель Г. И. Жестокий способ совершения преступлений против личности. Нальчик, 1991. 93. Шарапов Р. Д. Физическое насилие в уголовном праве. СПб., 2001. 94. Юричка Ю. И. Диагностика и социализация личности несовершеннолетнего правонарушителя. Бирск, 1994. 95. Якушин В. А. Значение мотива и цели для субъективного влияния // Вестн. Моск. гос. ун-та. Сер.11, Право. 1995. №6. 96. Яценко С. С. Ответственность за преступления против общественного порядка. Киев, 1976. б) Авторефераты диссертационных исследований: 1. Ахмедова С. Ш. Ответственность за вовлечение малолетних и несовершеннолетних в антиобщественную деятельность. Уголовно-правовые и криминологические аспекты: (12.00.08 - уголовное право, криминология, уголовно-исполнительное право). Автореф. дисс... канд. юрид. наук. Волгоград, 2001. 2. Бусурин С. В. Криминологические проблемы правовой социализации (12.00.08 уголовное право, криминология, несовершеннолетних:

исправительно-трудовое право). Автореф. дисс... канд. юрид. наук. М., 1995.

3.

Дмитриевский Р. С. Вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность (криминологический аспект): (12.00.08 - уголовное право, криминология, исправительно-трудовое право). Автореф. дисс... канд. юрид. наук. М., 1995. 4. Кудлай Т. П. Теоретические основы развития системы предупреждения отклонений несовершеннолетних аспекты): (12.00.08 (криминологический уголовное и право, социальных организационно-правовой наук. М., 1991. 5. Кусниденов К. К.

Pages:     | 1 | 2 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.