WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

Министерство образования РФ Ставропольский государственный университет

На правах рукописи

Филимонов Олег Игоревич Скрепа-фраза как средство выражения синтаксических связей между предикативными единицами

в тексте Специальность 10.02.01 – Русский язык ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Научный консультант: доктор филологических наук профессор Ю.И.Леденев Ставрополь 2003 3 Оглавление Введение..................................................................................................... 6 1. Скрепа-фраза в синтаксической системе русского языка....... 13 1.1. Юнкционные элементы в системе синтаксических связей в тексте в концептуальной парадигме синтаксических теорий.................. 13 1.2. Синтаксические средства юнкционного характера, служащие для оформления целостности и связности текста...................................... 30 1.2.1. Структура текста и ее параметры в аспекте описания средств синтаксической связи................................................................. 30 1.2.2. Смысловая целостность текста и роль синтаксических юнкционных средств в ее оформлении................................................... 35 1.2.3. Структурная целостность СФЕ и основные формальные средства ее осуществления...................................................................... 37 1.3. Скрепа-фраза как формальное средство выражения и оформления синтаксической связности...................................................... 42 1.4. Вопрос о статусе и аспектах скрепы-фразы как особого синтаксического явления.............................................................................. 48 1.4.1.Структурный аспект.............................................................. 48 1.4.2.Семантический аспект........................................................... 53 1.4.3.Эксплицитные и имплицитные реализации скрепы-фразы............................................................................................. 55 1.5. Изофункциональная природа скрепы-фразы............................ 62 Краткие выводы к главе 1.................................................................. 4 Глава 2. Структурно-семантические и функциональные параметры скрепы-фразы............................................................................. 68 2.1. Аспекты описания скрепы-фразы.............................................. 68 2.2. Основы структурной классификации скреп-фраз.................... 69 2.3. Дополнительные значения, выражаемые компонентами СФ и проблемы их классификации....................................................................... 80 2.4. Наиболее распространенные структурные компоненты простейших СФ с союзным компонентом.................................................. 86 2.5. Принципы функциональной классификации скреп-фраз........ 89 2.6. Функциональная классификация текстовых скреп-фраз......... 93 2.6.1. Внутрифразовые СФ............................................................. 93 2.6.2. Контекстообразующие СФ................................................... 94 2.6.3. Конкреативные СФ............................................................... 96 2.7. Метатекстовые скрепы-фразы и их классификация................. 97 2.8. Характеристики переменных признаков различных функциональных типов скреп-фраз.......................................................... 100 2.8.1. Переменные признаки внутрифразовых скреп-фраз....... 100 2.8.2. Переменные признаки контекстообразующих скреп-фраз................................................................................................ 106 2.9. Выражение субъекта речи в структуре скрепы-фразы.......... 110 Краткие выводы к главе 2................................................................ 113 Глава 3. Речевые прагматические функции скрепы-фразы...... 116 3.1. СФ как носитель иллокутивного признака............................. 116 3.2. Репрезентативные СФ............................................................... 125 3.2.1. Иллокутивные характеристики внутрифразовых СФ..... 5 3.2.2. Иллокутивные характеристики контекстообразующих СФ............................................................................................................. 127 3.2.3. Иллокутивные характеристики конкреативных СФ....... 130 3.2.4. Иллокутивные характеристики метатекстовых СФ........ 131 3.3. Нерепрезентативные СФ........................................................... 133 3.3.2. Экспрессивные СФ............................................................. 138 3.3.3. Декларативные СФ............................................................. 143 3.3.4. Комиссивные СФ................................................................ 147 Краткие выводы к главе 3................................................................ 150 ЗАКЛЮЧЕНИЕ................................................................................... 152 Библиография...................................................................................... 157 Приложения..................................................................................... Введение Развитие современной синтаксической теории заставляет многих исследователей более детально подходить к вопросам построения сложного синтаксического целого (в дальнейшем - ССЦ), сверхфразового единства (далее - СФЕ) и текста. Возникла необходимость серьезного рассмотрения структуры сложного синтаксического целого с точки зрения возникающих в нем синтаксических связей и отношений. В частности, весьма важным представляется определение особенностей функционирования различных средств связи между самостоятельно оформленными предложениями в связном тексте, характер самой связи, круг смысловых отношений, в который включены конструкции с этими средствами связи и пр. В зоне переходности между собственно сложным предложением и сочетанием предложений в рамках сложного синтаксического целого и текста все более определенную роль начинают играть позиционнокомпозиционные средства. Они существенны и для простых и сложноподчиненных предложений, но решающими они оказываются на высших ярусах синтаксиса, включая в себя и последовательность элементов, и денотативную соотнесенность через использование прономинальных средств, синонимические замены в последующем предложении того, что обозначено через полную номинацию в предшествующем (экспозиционном) предложении, использование дополнительной номинации, антонимов и других средств опосредованного указания на тождество денотативной линии или на направление ее трансформации. Однако одним из наиболее существенных средств 7 синтаксической связи на этом синтаксическим скрепы. Эти ярусе являются межпредложенческие (межфразовые) синтаксические образования характеризуются целым рядом особенностей, важнейшей из которых является юнкционная характеристика, вытекающая из союзного характера этих синтаксических образований. Настоящая диссертация посвящена комплексному структурносемантическому и функциональному описанию явления скрепы-фразы в современном русском языке. Актуальность предложенной темы состоит в следующем. Анализ конкретных употреблений термина «скрепа» показывает, что авторы поразному подходят к его содержательной стороне. Исследователи синтаксиса текста скрепой называют иногда целые фрагменты текста, например: «Номинация "история, которую рассказывали Ростову", носит внутрипроизведенческий характер и помимо номинативной функции выполняет текстообразующую, являясь своеобразной скрепой различных композиционно-смысловых блоков романа» [Ильенко 1989]. В особом типе текста, художественном диалоге, в качестве показателя связи выделяют наречия как фразовые скрепы. В работах по теории сложного предложения термин скрепа часто используют вместо названий таких формальных средств связи, как союз, союзное слово, функциональные аналоги союзов и т.п. Другими словами, скрепой называется любой сегмент плана выражения, который выполняет связующую функцию. Смысловая перегруженность термина скрепа привела к появлению определителей-конкретизаторов: релятивная, межфразовая, союзная, предложнои др.

коррелятивно-релятивная, местоименная 8 Специализированные средства выражения синтаксических отношений в союзном сложном предложении чаще всего называются термином союзная скрепа. Типология структурных скреп чрезвычайно явлений, обширна. При рассмотрении юнкционную характеристик выполняющих функцию на уровне сверхфразового единства и текста мы сталкиваемся с чрезвычайно широким спектром этих конструкций. Это могут быть и союзы и их функциональные аналоги (частицы, местоимения, союзноместоименные представляющие сочетания, большую наречия или и частицы), степень и конструкции, синтаксической меньшую идиоматичности, словосочетания, вводно-модальные конструкции и даже образования предикативного характера. Структурный показатель не позволяет установить общие черты во всем разнообразии этих конструкций. Семантический показатель также является недостаточным. Союзные присоединительные полнозначности: от скрепы обнаруживают семантики, различную степень релятивной репрезентирующей копулятивные отношения, до вполне завершенной предикативной или даже полипредикативной модели, обладающей развитой системой семантических признаков. Тем не менее все описываемые конструкции, несмотря на структурно-семантическое разнообразие, имеют общие признаки. Эти признаки выявляются при подходе к этим конструкциям с функциональной точки зрения.

9 Подход к исследуемому явлению, предлагаемый в диссертации, и является попыткой дефиниции понятия скрепы-фразы, выявления ее конститутивных многоаспектного и дифференцирующих и признаков, ее комплексного типологических описания определения характеристик. Такой подход безусловно является новым, поскольку в современной лингвистической литературе не представлено подробной многоаспектной явления. Предметом диссертации является скрепа-фраза как синтаксический юнкционный формант. Само понятие скрепы-фразы до сих пор не полностью утвердилось в современной лингвистике. Этот термин используется как общее название особых текстовых показателей характеристики скрепы-фразы как синтаксического [Шишмарева 1997]. В работах А.Ф.Прияткиной высказана гипотеза о формировании нового класса служебных единиц – «выразителей разного рода отношений и связей между компонентами текста» [Прияткина 1998 : 25]. Даже морфологический состав межфразовых скреп в настоящее время классифицирован рассмотрение необходимым. Объектом диссертационного исследования является система в не полностью, одной поэтому работы их последовательное новым и рамках представляется синтаксических связей и синтаксических отношений современного русского языка на ярусах от различных форм соединения простых предложений до развернутого связного текста. Цель исследования – определить скрепу-фразу как особое синтаксическое явление, выявить ее конститутивные и дифференциальные 10 признаки, типологические характеристики, место в системе выражения синтаксических связей и отношений, упорядочить накопленные лингвистические знания по данному вопросу. На пути к достижению этой цели нам предстоит решить ряд задач, важнейшие из которых могут быть следующими:

- уточнить определение скрепы-фразы как особой синтаксической конструкции, определить ее состав и основные функции;

- проанализировать явление скрепы фразы с точки зрения структуры, семантики, функционирования;

- описать изофункциональные характеристики скрепы-фразы и определить способы и формы ее синтаксической компрессии и декомпрессии;

- выработать систему дифференцирующих признаков и предложить непротиворечивую классификацию скреп-фраз как особой синтаксической подсистемы средств связи. Решение указанных задач должно опираться на методологическую базу, предусматривающую языкового системность феномена, подходов сочетание в описании и рассматриваемого индуктивных дедуктивных принципов анализа и синтеза. Основными методами и приемами нашего исследования являются описательный, метод наблюдения, метод синхронного комплексного функционального анализа, приемы субституции и подстановки, трансформации, модификации, синонимической замены. На защиту выносятся следующие положения:

11 - скрепа-фраза является особым синтаксическим элементом, который характеризуется юнкционными и детерминирующими свойствами, играющими важную роль в организации связности и целостности текста;

- семантика скреп-фраз различной синтаксической сложности характеризуется стремлением к участию в семантической структуре всего текста и скрепа-фраза является тем синтаксическим оператором, который превращает текст не в арифметическую сумму смыслов входящих в него компонентов, а в синтаксическое явление более высокого языкового порядка;

- различные видоизменения разновидности;

- скрепы-фразы представляют собой специфические текстемы, скрепы-фразы могут в процессе их функционального вариативные образовывать различные выполняющие юнкционные функции и являющиеся своеобразными регуляторами связности текста;

- типологическая классификация скреп-фраз наиболее полно может быть представлена в комплексном подходе с точки зрения их структурносемантических и функциональным свойств. Такая классификация отражает не только состав исследуемого феномена как особой подсистемы средств синтаксической связи, но и их роль в организации связного текста на различных синтаксических ярусах. Теоретическая значимость диссертации состоит в определении самого явления скрепы-фразы, его места и роли в синтаксической системе языка, особенностей функционирования и основной типологии скреп-фраз.

12 Это позволит более полно представить синтаксическую систему русского языка во всем многообразии свойств. Практическая ценность диссертации определяется тем, что выводы по результатам комплексного и всестороннего изучения скрепыфразы могут быть использованы в учебных курсах по теоретической грамматике русского языка, прагмалингвистике, лингвистике текста, по функциональной лингвистике. Материалы диссертации могут стать основой для спецкурсов и спецсеминаров в высших учебных заведениях. Апробация работы.

Работа выполнена в лаборатории теоретической и учебной лингвистики при факультете филологии и журналистики и на кафедре общего и славяно-русского языкознания Ставропольского государственного университета, прошла апробацию на в процессе чтения лекций, проведения практических занятий по курсам «Русский язык», «Французский язык», по проблематике диссертации было выполнено большое количество студенческих научных работ под руководством ее автора, ее положения были отражены в докладах на научных конференциях и семинарах, в том числе на ежегодных научных конференциях в Ставропольском государственном университете в 20012003 гг. По теме диссертации опубликовано 19 работ.

1. Скрепа-фраза в синтаксической системе русского языка 1.1. Юнкционные элементы в системе синтаксических связей в тексте в концептуальной парадигме синтаксических теорий Развитие современной синтаксической теории заставляет многих исследователей более детально подходить к вопросам построения сложного синтаксического целого (в дальнейшем - ССЦ), сверхфразового единства (далее - СФЕ), связного текста (далее – СТ) и дискурса. Возникла необходимость серьезного рассмотрения структуры весьма сложного синтаксического целого с точки зрения возникающих в нем синтаксических связей и отношений. В частности, важным представляется определение характер самой особенностей связи, круг функционирования различных средств связи между самостоятельно оформленными предложениями, смысловых отношений, в который включены конструкции с этими средствами связи и пр. Вопрос изучения и классификации элементов, служащих показателями семантико-синтаксических отношений в спектре синтаксических конструкций от минимального ССЦ до связного текста издавна вызывает большой интерес у исследователей. Эти элементы имеют различную природу. Роль средств связи в организации связного текста (СТ) могут выполнять морфологические элементы - союзы, их аналоги и союзные сочетания;

соотношение видо-временных форм сказуемых, связь тематических слов и их местоименных анафоризаторов, порядок слов и соотношение моделей порядка слов, различного характера лексические средства, 14 разнообразные синтаксические способы организации целостности СТ детерминация одного компонента высказывания другим, параллелизм и иные виды закономерной соотнесенности членов частей СТ, семантика компонентов СТ, реализующая гипонимические и гиперонимические отношения, функциональные и коммуникативные факторы - актуальное членение и фокусировка и др. Как уже говорилось во Введении, особое внимание в настоящей диссертации будет уделено грамматическим которые феноменам, являются обнаруживающим известное союзоподобие, формальными средствами организации синтаксических связей между компонентами СТ - межфразовым скрепам (в дальнейшем - МФС) различной сложности и оформленности. Выбор и использование МФС определяется многими факторами, которые обусловлены спецификой синтаксического уровня, на котором они функционируют - уровня СТ. Изучение СТ как особой структурно-синтаксической единицы языка ведется уже довольно давно. Мысль о важности исследования "речевой единицы" большей, чем предложение, восходит к А.Х.Востокову, заявлен в Ф.И.Буслаеву, ХХ века с А.М.Пешковскому. появлением Системный синтаксический подход к тексту как к особой единице синтаксиса был начале фундаментальных исследований Ф.Ф.Фортунатова и Ф.де Соссюра. В 40-50-е годы ХХ века на основе развития исследований соотношения языка и речи в трудах Л.А.Булаховского, И.А.Фигуровского, Н.С.Поспелова разрабатывается теория СФЕ. Большую роль в разработке концепции связной речи сыграли лингвистические наблюдения В.Матезиуса и его последователей Ф.Данеша, Я.Фирбаса и др. об актуальном членении предложения. В это же время появляется нарративная грамматика, которая основывается на идеях В.Я.Проппа, которая становится важным звеном возникшей во второй половине ХХ в.

15 теории текста. В результате этих исследований выделились две основных задачи теории текста - исследование его связности и его цельности. В области исследований СТ большое значение имеет теория дискурса, возникновение которой восходит к гиперсинтаксису Б.Палека, которых макросинтаксису работам рассматриваются Т. ван Дейка, общие синтаксису текста в В.Дресслера, Э.Бенвениста, Р.Бъюгранда, текстологические Г.Плетта, проблемы, семантические, структурные и функциональные характеристики различных аспектов СТ. Современная теория текста продолжает разрабатываться в двух основных направлениях: исследование цельности текста и связности текста. Одним из направлений изучения связности текста является рассмотрение предложение. В настоящее время наблюдается отчетливая специализация в исследовании СТ как особого структурно-семантического и ритмикоинтонационального речевого образования [Арутюнова 1976, Арнольд 1982, Солганик 1991, Николаева 1978 и др.]. Многие исследования направлены на поиски, описание и характеристику межфразовых отношений и средств связи отдельных высказываний, составляющих СТ в целом. Для ряда ранних исследований в отечественной лингвистике текста характерно выделение широкого круга средств межфразовой связи, в том числе - сцепление предложений при помощи различных форм местоимений, повторов разного вида, разделения членов одной синтагмы между предложениями, входящими в СТ, и др. Позднее внимание концентрируется на тех средствах межфразовой связи, которые выступают в связочной функции уже в пределах отдельного предложения, это союзы, местоименные наречия с средств связи в образованиях, больших, чем 16 обстоятельственным значением, указательные местоимения, порядок слов, последовательность глагольно-временных форм [Вардуль 1977, Кобрина 1965, Тураева 1986, Падучева 1985 и многие другие исследователи]. Однако тенденция к аналогизации межфразовых отношений и связей с внутрифразовыми долгое время мешала взглянуть на СТ как на принципиально особую единицу высказывния. Трактовка СТ по типу предложения, при всех достоинствах и перспективах изучения "внутрифразового" синтаксиса не позволяла рассмотреть те средства межфразовой связи, которые не имели аналогов на внутрифразовом уровне. В последнее время возник интерес к исследованию не только сравнительных характеристик семантики и структуры СТ и "нижестоящих" единиц [Гиндин 1971], но и специфики собственно межфразовой связи, в частности - ее структурных, семантических и функциональных аспектов [Гаспров 1976, Москальская 1981, Прияткина 1990 и др.) Употребление языковых единиц и способы их выражения рассматриваются в плане определения имплицированных смысловых подтекстов, что сближается с герменевтическим подходом (аспект толкования скрытых, неясных смыслов текстов). Теория пресуппозиций [Фреге 1977, Стросон 1986, Арутюнова 1998 и др.] рассматривает в контексте лингвистической семантики возможности осмысления высказывания с целью исключения его смысловой анормальности или неуместности употребления в данном тексте. Данное направление исследования текста сближается с прагматикой, когда общий фонд знаний, коммуникативный "фон" имеет существенное значение для осмысления текста. Актуальной в последнее время представляется и теория кореферентности, рассматривающая отношения между частями (компонентами) высказывания (как правило, это именные группы и 17 местоимения), связанными с одним и тем же референтом. Некоторые исследователи [Падучева 1985] считают кореферентность разновидностью анафорических отношений. С развитием этих теорий понятие текста стало наполняться собственно лингвистическим содержанием. Весьма актуальной представляется проблема многоаспектности текста как объекта анализа и "поля реализации или актуализации пересмотра многих текстовых категорий и, в частности, связности" [Гальперин 1981 : 30-45], что в значительной степени обусловливает решение коммуникативных задач. В современной лингвистике сложилось учение об уровнях языка и об отдельных единицах, рассматриваемых не просто в качестве единиц языка, а в первую очередь в качестве единиц того или иного уровня языковой системы [там же]. В системе уровней языка синтаксический является высшим и по своей структуре наиболее сложным, многоярусным. В нем выделяют ярусы синтаксической формы слова, словосочетания, предложения (простого и сложного) и, наконец, сложного синтаксического целого. Центральной единицей синтаксического уровня признают предложение на том основании, что только оно обладает такими важными свойствами, как предикативность, модальность, смысловая законченность, прослеживается конструктивная соотнесенность целостность синтаксических и структурная построений с организованность. На синтаксическом уровне языка очень четко логическими формами мысли, предложение рассматривается как выражение суждения, определенным образом организованное [РГ-80а : 10-12]. Эта организация предложения (от простого до сложного) связана с особенностью коммуникативной направленности, проявляющейся в способности выступить как образец построения 18 конкретных фраз и синтаксического контекста. Для предложений тактика является следствием функционирования, поэтому "предложение как таковое не содержит признаков принадлежности к построениям более высокого уровня, но легко может модифицировать свою структуру и состав для выражения интегрирования, вхождения в структуру текста и преемственности по отношению к предшествующему предложению путем использования местоимений,...слов - заместителей" [Гальперин 1981 : 43], специализированных союзных средств. В связи с этим на высшем ярусе синтаксического уровня языка выделяют единицу более сложного порядка - сложное синтаксическое целое [РГ-80а : 163-164, 88], которое объединяет простые и сложные предложения в прерывистую единицу, определяемую прежде всего на семантическом и коммуникативном основаниям. Сложное синтаксическое целое отличается от простого и сложного предложения в первую очередь в плане строения его элементов. Так, в нем следует рассматривать соединение ряда предложений, причем этот ряд может включать в себя разное их количество в зависимости от содержания высказывания. Учитывая неопределенность границ ССЦ, необходимо определить, какая конструкция является минимальной составляющей и, в известном смысле, исходной моделью строения. Прежде всего, речь должна идти об определенном типе связи самостоятельно оформленных предложений, так как известно, что в любой синтаксической структуре одним из решающих критериев для аттестации модели является синтаксическая связь, функционирующая в сфере ее основных составных компонентов [Падучева 1982 : 93]. И по мере того, как исследователи поднимались от низшего синтаксического яруса к более высоким его ярусам, они отмечали 19 возрастание удельного веса того типа связи, который получил название "присоединение". Если между членами предложения или компонентами сложного предложения достаточно точно и отчетливо прослеживаются такие виды связи, как сочинение и подчинение, то связи между самостоятельными предложениями далеко не всегда могут быть определены в этих терминах, даже тогда, когда показателями связи служат все те же сочинительные (или подчинительные) союзы. Употребление подчинительных союзов, как правило, свидетельствуют о парцелляции более сложного единства, а сочинительные союзы чаще всего в сложном синтаксическом целом приобретают присоединительную функцию [АГ-70;

РГ-80а;

Алгазина 1994;

Бабайцева 1983;

Белошапкова 1967;

Ильенко 1989;

Леденев 1976;

Черемисина, Колосова 1987 и др.]. "Возникнув в ходе исторического развития, значения единиц языка превратились в типовые знания, известные всем говорящим на данном языке и используемые как средство оформления и передачи конкретных мыслей" [Жирмунский 1968 : 162]. Как отмечала Г.В.Валимова, "сочетаемость является свойством языковых единиц всех уровней, что определяет функционирование языка как средства общения" [Валимова 1967 : 6]. Это их свойство проявляется в способности объединяться друг с другом, вступая в определенные отношения и определенным образом связываясь. Средством связи на уровне сложного синтаксического целого служат не только союзы, функционирующие в простом или сложном предложении, но и особые союзные образования, специально сформировавшиеся для объединения предложений, обладающих формальными признаками самостоятельности [Акимова 1990;

Алгазина 1994;

Бухбиндер 1975;

Вейхман 1988;

Звегинцев 1976;

Ильенко 1989;

Комарова 1975;

Лосева 1971;

Москальская 1980;

20 Падучева 1985;

Пфютце 1978 и др.]. Характеристика союзной присоединительной скрепы как особой разновидности аналогов союза должна учитывать своеобразие зоны их функционирования и тех синтаксических образований, которые она связывает. Совершенно очевидно, что эта зона их употребления находится на одном из высших ярусов синтаксиса. Можно выделить СТ элементарной структуры (одно ССЦ), сложной структуры (два ССЦ), усложненной структуры (три и более ССЦ). Кроме того, видимо можно говорить об СТ гиперуровня и, напротив, о фразеологизации СТ. Однако при рассмотрении такого неоднозначного синтаксического образования, как СТ, необходимо определить его синтаксический статус. В современной лингвистике уже прочно утвердилось представление, что текст является центральной единицей макросинтаксиса. Тем не менее до сих пор еще не достигнуто единого мнения о границах и параметрах этого синтаксического образования. Для обозначения синтаксических единиц этого яруса утвердился целый ряд дефиниций - ССЦ, высказывание, абзац, СФЕ, СТ (причем последний подразделяется на два яруса - микротекст и макротекст). Во многих работах эти термины употребляются в качестве синонимов, хотя такой подход вряд ли можно считать правомерным. Если абстрагироваться от авторства рассматриваемых терминов, то можно попытаться определить соотношение указанных понятий с точки зрения различных подходов при анализе их сущности. Минимальной строевой единицей уровня синтаксиса текста можно считать предложение как структурную единицу, имеющую модели построения, формирующую коммуникативно завершенное синтаксическое образование текст в минимальной своей репрезентации. В отличие от предложения ССЦ является более 21 развернутой предложения, единицей, включающей в себя более одного и коммуникативно завершенной, структурно семантически оформленной надлежащими связями и отношениями. Можно говорить о том, что ССЦ является в первую очередь структурной единицей языкового плана, что отличает его от высказывания, которое является понятием чисто функционального плана и однозначно относится к области речи. Предложение и ССЦ как синтаксические единицы с одной стороны, и высказывание как коммуникативная единица с другой стороны, могут быть противопоставлены как форма и функция. Вместе с тем указанные языковые единицы неразрывно связаны с высказыванием как речевой единицей как компоненты двустороннего феномена существования языка как системы и ее практической репрезентации в реальных коммуникативных условиях. Как продукт речевой деятельности высказывание является предметом внимания психолингвистики [Леонтьев 1997;

Кацнельсон 1984], лингвистами высказывание анализируется как интонационное [Артемов 1976] и структурное [Карпова 1974] образование, как носитель характерных грамматических признаков [Слабковская 1977], как один из типов языкового знака [Маслов 1967]. Исследуются собственно коммуникативные [Остроумов 1973;

Шатуновский 1996;

Глаголев 1985 и др.] и функциональные [Баранов 1993] признаки высказывания. Содержательная сторона высказывания рассматривается в теории информации [Гиндин 1971;

Падучева 1982;

Леденев 2001], а также при изучении типов речи [Чесноков 1979]. Под понятие высказывания подпадают в зависимости от требований полноты смысла как предложения, исчерпывающие то или иное сообщение, так и сверхфразовые единства, т.е. структурно организованные (закрытые) цепочки предложений, представляющие 22 собой смысловые и и коммуникативные "сверхфразовое единства. единство", Термины будучи "предложение" противопоставлены друг другу, относятся к плану синтагматики и отражают синтагматическое строение определяемой единицы. При этом термин "предложение" ничего не говорит об отношении соответствующей единицы к высказыванию: он не разграничивает предложение-высказывание и предложение-конституент высказывания. Термин же "сверхфразовое единство" совмещает в себе синтагматический и функциональный подходы к определяемой единице. В синтагматическом плане он указывает на то, что определяемая специальным предложений. определяемую синтагматическая образом В единица плане представляет (замкнутую) он как собой цепочку организованную функциональном характеризует развернутое синтаксическую единицу высказывание. Таким образом, сверхфразовое единство ("микротест") - понятие одновременно синтагматическое и функциональное. Это специальным образом организованная, закрытая цепочка предложений, представляющая собой единое высказывание. Проблема определения сверхфразовых единств и нахождения объективных критериев членения целого текста и его частей лишь в последнее время приблизилась к своему решению. Между тем вопрос этот чрезвычайной важности невозможно постулировать существование сверхфразового единства как особой синтаксической единицы, не определив ее границ. Некоторое время сверхфразовое единство терминологически отождествлялось с абзацем. Однако еще А.М.Пешковский писал об отсутствии для соответствующих синтаксических единиц особого синтаксического термина и о необходимости пользоваться "типографским термином абзац" В ходе дальнейшего изучения абзаца 23 исследователями наряду с композиционно-графическим значением абзаца все более подчеркивалась его композиционно-стилистическая роль в структуре письменного текста. Так, Т.Т.Сильман пишет об абзаце: "Дело в том, что этот термин имеет не два значения, как вытекает из разъяснений А.М.Пешковского (т.е. "типографское" и "синтаксическое"), а скорее три: сверх названных двух значений существует еще значение некоего относительно законченного отрезка литературного текста. т.е. значение литературно-композиционное. С этой точки зрения смена абзацев литературного произведения отражает ход мыслей, принцип движения повествования - то, что принято называть литературной композицией, хотя каждый абзац при этом не утрачивает и своего синтаксического значения". Практически же в исследованиях данного автора абзац оценивается, прежде всего, именно как единица композиционно-стилистическая. В настоящее время существуют две противоположные точки зрения. Одни исследователи по-прежнему отождествляют сверхфразовое единство, сложное синтаксическое целое и абзац или же, отказываясь совершенно от понятия сверхфразового единства, объявляют зрения абзац сложным синтаксическим считающий, целым, что т.е. синтаксической единицей высшего уровня. Так, крайнюю точку высказывает Л.Г.Фридман, сложное синтаксической целое не имеет четких границ и набора релевантных признаков: "Не обладая ни одним из релевантных показателей, определяющих статус синтаксической единицы, ССЦ именно поэтому не может, на наш взгляд, рассматриваться как таковая... Мы полагаем, что сверхфразовой синтаксической единицей, обладающей набором релевантных признаков, качественно отличающих ее от единиц более низкого уровня - предложений, является абзац".

24 Другие исследователи, напротив, четко разграничивают абзац и сложное синтаксическое целое (или сверхфразовое единство), относя первое к области композиции письменного текста, а второе к области синтаксиса. Принципиально целое различает "Абзац абзац нельзя и сложное отнести к синтаксическое Л.М.Лосева:

синтаксическим категориям. В синтаксической структуре текста никаких других единиц, кроме словосочетаний, сочетаний слов, предложений, сложных синтаксических целях нет". И далее о несовпадении границ абзацев и сверхфразовых единств: "Одна абзацная фраза может комментироваться сочетанием сложных синтаксических целых и, наоборот, одно сложное синтаксическое целое может выделить из своего состава несколько абзацных фраз или заключать в своем составе несколько абзацев". Действительно, в зависимости от индивидуального стиля автора, а также от принадлежности текста к тому или иному функциональному стилю размеры абзаца могут колебаться от нескольких страниц, объединяя до десятка сверхфразовых единств, до одного-двух предложений. Так, многие жанры нехудожественной прозы - учебная литература, законодательные документы и др. характеризуются членением на очень короткие абзацы, часто разбивающие на несколько частей одно сверхфразовое единство. Нельзя также не учитывать и того коренного различия между абзацем и сверхфразовым единством, что абзац присущ только письменной речи, понятие же сверхфразового единства как связного высказывания, состоящего из ряда предложений, распространяется в равной мере на устную и письменную речь. Заключая обзор мнений о соотношении сверхфразового единства и абзаца, приведем чрезвычайно справедливые слова Л.М.Лосевой: "Нельзя противопоставлять абзац ССЦ, это не 25 противопоставляемые, но взаимодействующие категории. Однако еще опаснее их не различать, одну считать формой выражения, восприятия и т.д. другой". Таким образом, СФЕ как синтаксическая единица включает несколько предложений, объединенных в смысловом и структурном планах, и характеризуется относительной семантической независимостью, большей, чем предложение. Каковы же критерии выделения СФЕ? Ведущим следует, по-видимому, считать смысловой критерий, который понимается неоднозначно различными учеными. Предлагается в качестве основного принципа вычленения СФЕ наличие единой микротемы, общность смысла составляющих СФЕ предложений, согласование смыслов, выражаемых предложениями, входящими в СФЕ, смысловое и коммуникативное единство. Другими словами, несмотря на различие в терминологии, критериями выделения СФЕ из потока речи является смысловая дискретность, предполагающая определенную законченность и самостоятельность. При вычленении СФЕ можно опираться на комплекс критериев: смысловой, логический, синтаксический, прагматический. При этом доминирующей является относительная смысловая дискретность СФЕ. Надежность упомянуть, что этих критериев не исключает привлечения внутри интуиции исследователя для установления границ СФЕ. Следует взаимно однозначные соответствия перечисленных критериев отсутствуют. Наиболее перспективным многие исследователи считают коммуникативный подход к членению речевого потока, выделение единиц СТ по принципу их коммуникативной целостности. Истоки этого подхода находим в трудах А.М.Пешковского, Л.В.Щербы, представителей пражской функционально-семантической школы.

26 Следует помнить, что отсутствие полиграфических критериев (которые делает присутствуют процедуру менее при точной, выделении тем более, композиционночто ритмикостилистической единицы - абзаца) затрудняет вычленение СФЕ и мелодический критерий не всегда может быть использован, так как требует экспериментальной проверки или привлечения информантов. К настоящему моменту языкознание накопило немало сведений относительно границ абзаца и СФЕ, развития темы, средств связи как внутри, так и за пределами СФЕ (движение видо-временных форм, повторы всех типов - от повтора на маргинальном, т.е. звуковом уровне, до повтора на уровне синтаксических структур), об относительно-дейктических конструкциях, поля и пр. Подводя итог сказанному, можно отметить, что в основе членения текста на СФЕ лежит определенное членение экстралингвистической действительности (реальной или идеальной), связанное с обменом информацией и семиологически значимое. Из этого следует, что мы исходим из того, что текст не является закрытой системой, а является продуктом языкового творческого акта, для реализации которого необходимо наличие получателя. Таким образом, можно принять следующее определение СФЕ: СФЕ есть отрезок текста (устного или письменного), и и характеризующийся относительной смысловой и функциональной завершенностью, быть тесными и логическими, стихотворными, грамматическими диалогическими лексическими связями, объединяющими его составляющие. СФЕ могут прозаическими о элементов, субститутов, анафорическом/катафорическом построении СФЕ, о параллельных симметричном расположении определенных компонентов, о ситуативной синонимии слов одного тематического 27 монологическими. При изучении СФЕ будем исходить из того, что смыслоразличительные, синтаксические, прагматические и другие характеристики СФЕ взаимно обусловлены. На деление текста на СФЕ оказывают влияние и такие факторы, как цели отправителя сообщения, специфика участников акта коммуникации, их социальный, образовательный ценз и пр. Границей СФЕ, вероятно, можно считать точку ослабления интенсивности межфразовых связей, т.е. уменьшения смысловой общности (смена микротемы, введение новой). Более универсальным, но не имеющим настолько четко очерченных границ синтаксическим образованием высшего синтаксического яруса является связный текст (СТ). В лингвистике термин "текст" служит для обозначения языкового единства художественной речи, структурно-семантической, синтаксической и коммуникативной единицы языка. Как структурно-семантическая синтаксическая единица текст в иерархии единиц уровней языка занимает место "над предложением". Как коммуникативная единица текст соотносится с другой единицей коммуникативного уровня - высказыванием, с которой находится в отношениях целого и части. Как структурно-семантическая единица текст рассматривается в работах, посвященных исследованию особенностей строения и сцепления его частей, а также анализу собственно-семантических признаков. В структурно-семантических исследованиях текста большое место занимает изучение признаков целостности и связности текста, конституирующих его как единицу языка. Как коммуникативная единица текст начал изучаться вместе с признанием того, что лингвистика текста стала наукой о закономерностях коммуникации. Среди проблем, в которых текст рассматривается как коммуникативная единица, - актуальное 28 членение текста, коммуникативная функция составляющих текста, коммуникативная насыщенность текста, отношение текста к структуре коммуникативного акта, а также методико-дидактические проблемы. При этом такой собственно-коммуникативный признак текста, как адресованность слушателю или читателю, впервые обнаружен также в в их исследованиях одновременной структурно-семантического обращенности к плана. Совокупность сущностных характеристик текста рассматривается структурносемантическому и коммуникативному аспектам. Традиционно под текстом понимаются монологические тексты, тем не менее известно признание диалога текстом и обоснование такого признания. Диалог может быть признан текстом на том основании, что он обладает признаками, создающими текст как языковую единицу: цельностью, референционной и смысловой связностью реплик, языковыми показателями связности и др. Отличие диалогического текста от монологического состоит в том, что в создании семантической структуры диалогического текста участвует не один, а два коммуниканта, выступающие "соавторами", "сопроизводителями" текста со стороны порождения и восприятия. Тем не менее мы находимся на позиции тех исследователей, которые подчеркивают, что лингвистика основу, СТ, имеющего как коммуникативную деятельностную предстает лингвистика дискурса (linguistique du discours – Р. Барт), или грамматика связной речи. Определяя эту область научного познания как «транслингвистику», изучающую отрезки текста от предложения и выше, Р. Барт утверждает в качестве её объекта исследования связный текст (discours) как «любой конечный отрезок речи, представляющий собой некоторое единство с точки зрения 29 содержания, передаваемый с вторичными коммуникативными целями и имеющий соответствующую этим целям внутреннюю организацию» [Барт 2001:169-170]. На ранних этапах изучения связной речи термины «текст» и «дискурс» использовались большинством лингвистов как синонимичные термины, причем конкретизация значения шла в плане использования термина «текст» по отношению к письменному модусу, а «дискурс» – к устному. Точка зрения на текст как на факт письменной формы языка является наиболее традиционной. прямого и Одновременно имеет место неразличение метонимического значений: термином «текст» описывается фрагмент текста. Ср. определение, предложенное И.Р.Гальпериным: «Текст – произведение речетворческого процесса, обладающее завершённостью, объективированное в виде письменного документа [выделено нами – О.Ф.], литературно обработанное в соответствии с типом этого документа произведение, состоящее из названия (заголовка) и ряда особых единиц (сверхфразовых единств), объединённых логической, 1981:18]. Так утверждается новый объект исследования - «текст, погруженный в контекст языкового общения и взаимодействия… текст вместе со своим коммуникативно-прагматическим контекстом» [Сусов 1990:2]. В настоящей работе мы исходим из того, что высказывание является составной частью СТ и что высказывание и текст, разными и типами лексической, имеющей грамматической, определённую [Гальперин стилистической связи, целенаправленность прагматическую установку» 30 следовательно, находятся в отношениях части и целого. Отношения части и целого предполагают обусловленность признаков части особенностями целого. Структура и семантика высказывания как части обусловлены структурой и семантикой текста как целого. В качестве рабочей единицы исследования в диссертации наиболее часто будет использоваться синтаксическое образование, определенное выше как сверхфразовое единство (СФЕ). Это объясняется тем, что понятие СФЕ, на наш взгляд, наиболее полно отражает двуединую природу языкового знака, план содержания и план выражения, системный характер и функциональную природу исследуемого феномена, имеет четко очерченные синтаксические границы. Таким образом, одним из важнейших параметров связности текста, заключенного в СФЕ, являются синтаксические связи и отношения, регулирующие формальные параметры связности, которые будут описаны в следующем параграфе.

1.2. Синтаксические средства юнкционного характера, служащие для оформления целостности и связности текста 1.2.1. Структура текста и ее параметры в аспекте описания средств синтаксической связи Понятие "структура" является в настоящее время одним из центральных в языкознании. Основными признаками структуры являются целостность и связность. Понятие связности как основного признака структуры заимствовано из математики. Этот признак является неотъемлемым показателем структуры, однако ее описание 31 через один этот признак не является исчерпывающим. Понятие структуры применительно к тексту предполагает, наряду со связностью, еще один параметр - целостность объекта1. Это понятие заимствовано из естественных наук: свойство всего объекта не выводимо только из свойств отдельных элементов, из системы отношений между ними и не равняется простой арифметической сумме их свойств. Для уровня текста наиболее приемлемым представляется следующее понимание структуры СТ: структура - это глобальный для всего объекта способ его организации как некоторой целостной данности. Таким образом, при анализе СТ необходимо учитывать три аспекта: компоненты, составляющие структуру, система связей и отношений между ними, целостность объекта. Как мы уже отмечали, отношения между текстемами в СТ носят свободный смысловой характер и определяются коммуникативной перспективой и ее развертыванием - раскрытием сообщения на определенную тему (микротему - для ССЦ). Проявление текстуальных связей обусловлено рядом моментов. Это, во-первых, соблюдение синтаксических норм построения отдельных текстем цепи СТ, с модально-временной перспективой, анафоризацией и т.д. Во-вторых, это их включение в единое коммуникативное соблюдение пространство, с его тема-рематическим и экспрессивнокомплексом, порядком слов, интонацией и повторами. Далее, это закономерностей стилистической эстетической организации СТ, с возможными вариантами типа См.: Мельничук А.С. Понятие системы и структуры языка в свете диалектического материализма. - ВЯ, 1970, №1.

32 парцелляций и сегментаций, употребления дефиниций и их развертывания и т.д. В выражении отношений между текстемами, составляющими СТ (ССЦ), участвуют средства, многие из которых довольно подробно охарактеризованы в лингвистической литературе (А.М.Пешковский, И.А.Фигуровский, Т.И.Сильман, Л.М.Лосева, М.Г.Свотина, И.М.Гриценко и др.). Это такие средства, как повторы, союзы, эллиптические предложения, придаточные части, отторгнутые от главного (Гриценко), сцепляющие слова, причастные обороты, союзы, вводные слова, вопросительные предложения, инверсии (Свотина). Однако этот перечень не отражает всего многообразия средств связи [Недбаева 1974 : 123] (Заметим, что уже сам этот "перечень" характеризует хаотичность и неопределенность во взглядах на межфразовые отношения и средства их выражения, характерные для периода 60-70-х гг.). Так, З.Я.Тураева, например, выделяя глубинную и поверхностную структуры СТ, рассматривает такие глубинные моменты связности, как жанровые особенности текста, столкновение различных стилевых "начал", отчуждение или присутствие автора, художественное пространство и время, маркеры начала и конца текста (зачин-концовка), образная система (ассоциации), различные аллюзии и др. [Тураева 1986 : 72-75]. Другие исследователи (Н.С.Поспелов, Л.М.Лосева, Т.М.Николаева, Ю.М.Скребнев) обращают внимание на такие "линейные зависимости", различных как актуальное членение, типа анафоризация, повторы типов, коннекторы синонимических рядов, ключевых слов, текстовая позиция начальной фразы, различного рода субституты и др. [Тураева 1986, 59-60]. Кроме того, можно включить сюда различные синтаксические средства 33 построения фразы. Одним из них может быть эллипс как синтаксическая организация контактирующих текстем. Ср.: По одну сторону этой границы - турки, по другую - наши. (Из газет). Интересную классификацию средств межфразовой связи предлагают авторы нового учебного пособия по современному русскому языку для вузов, выделяющие три вида: 1) собственно лексические связи (тематические группы, лексико-семантические поля и др.), включающие определенный семантический компонент и "повторную номинацию";

2) лексико-грамматические связи типа анафоры (отсылки к предшествующему компоненту текста);

3) грамматические средства связи (порядок слов, союзы и союзные слова, формы грамматического времени и др.2 Если рассматривать глобальную структуру СТ как целостного объекта, то необходимо обратить внимание на несколько пластов, ее составляющих. Это, в первую очередь, глубинная и поверхностная структура текста. Понятия глубинной и поверхностной структур вызывают неоднозначное отношение у разных исследователей. Наиболее общее их понимание сводится к следующему: поверхностная структура доступна непосредственному наблюдению, глубинная - выводится на основании косвенных данных. Под глубинной структурой чаще всего понимается некоторое семантическое или понятийное образование, являющееся опорной точкой при порождении поверхностных структур. Однако не все исследователи поддерживают эту точку зрения. Так, Л.С.Бархударов понимает глубинную структуру как функционально значимую Современный русский язык. Анализ языковых единиц. В 3-хчастях. Ч.3. Синтаксис (В.В.Бабайцева и др.) Под ред. Е.И.Дибровой. М., 1995. - С.219-221.

34 абстрактную модель, реальным порождением которой является структура поверхностная. Основные возражения противников этой концепции сводятся к следующему: глубинная структура есть некоторое мыслительное образование дозвукового, дословесного плана. В этом случае поверхностная структура, очевидно что представляет собой сочетание односторонних единиц, противоречит самому принципу грамматики, которая имеет дело с двусторонними единицами. Второе возражение затрагивает спорность положения. согласно которому сочетания типа "строительство дома" и "дом строится" имеют одну и ту же глубинную, т.е. смысловую, понятийную структуру. Если первое сочетание представляет атрибутивную характеристику объекта, то второе репрезентирует событие. Все это свидетельствует о том, что эти понятия требуют дополнительного изучения, однако их использование для исследования СТ не наталкивается на возражения. Возвращаясь к первому замечанию, поясним, что оно затрагивает раздвоение процесса речи на два этапа. По мнению В.М.Солнцева, "глубинные отношения не могут возникать до поверхностных структур и существовать без них"3. Глубинная структура СТ не является достоянием только языка. Это мыслительное образование воплощено в языковую материю и оформлено с помощью двусторонних языковых единиц, тогда как поверхностная структура представляет собой содержание, облеченное в форму. Поверхностный уровень представления текста лишь относительно поверхностный;

он строится из языковых знаков, которые сами по себе двусторонни. Специфика языкового Солнцев В.М. Относительно концепции глубинной структуры. - ВЯ, 1976, № 5.

35 оформления СТ состоит не просто в подчинении отдельных языковых единиц этому тексту как целому, но и в сочетании такой подчиненности с самостоятельной семантической наполненности этих единиц. Поверхностная структура определяется глубинной структурой. Глубинную структур можно сравнить с программой, которая диктует выбор языковых средств, и отношения между ней и поверхностной структурой не исчерпываются отношениями подчинения. Поверхностная структура может, в свою очередь, воздействовать на глубинную структуру, актуализировать ее. Целостность текста, органическое сцепление его частей свойственны как СФЕ, так и более объемным макротекстам. Однако на уровне СФЕ целостность текста проявляется особенно наглядно4. Целостность текста не есть явление исключительно смысловое. Она проявляется одновременно в виде структурной, смысловой и коммуникативной целостности, которые соотносятся между собой как форма, содержание и функция.

1.2.2. Смысловая целостность текста и роль синтаксических юнкционных средств в ее оформлении Смысловая целостность текста заключается в единстве его темы. "Темой целого текста или микротекста мы считаем смысловое ядро, понимаемое как обобщенный концентрат всего содержания текста"5. Формулировка задач исследования семантики текста заключается в описании смысловой структуры текста или части текста См. замечание В.Дресслера об относительно большей когерентности микротекста (Textctck) в кн.: Dressler W. Einfhrung in die Textlinguistik..., S.65.

Agricola E. Vom Text zum Thema..., S.15.

36 и особенно семантических отношений, вытекающих из смысловой структуры отдельных предложений. Это основная проблема семантической когеренции текста или семантической связи между предложениями. Отсутствие семантической когерентности (связности) делает текст некорректным, а ее наличие отличает тексты от псевдотекстов типа словарей, разговорников и т.д. Таким образом, семантическая когеренция является необходимым условием конституции текста. Что касается проблемы темы текста, то говорящий или пишущий никогда не представляет себе общего семантического базиса текста, он знает одну или несколько тем, которые будут затронуты. Тема может быть представлена в форме простого или сложного базисного предложения. Возможность раскрытия одной темы в разных текстах и соответствия одного текста нескольким разным темам свидетельствует о неоднозначности соотношения темы и текста. Тема текста связана с общим значение (содержание) текста посредством тематического или семантического развития и семантической связи (в узком смысле). Тема целого текста отнюдь не представляет собой простой суммы его частных тем. Мельчайшей частной темой является тема, заключенная в СФЕ. Она не слагается из более мелких тем, заключенных в составляющих его предложениях, и не разлагается на еще более дробные темы. Предложение является носителем отдельной темы только в том случае, если оно не входит в состав сверхфразового единства, а является самостоятельным предложением-высказыванием. Напротив, в составе СФЕ отдельные предложения не имеют самостоятельной темы, а служат совместно для выражения одной темы СФЕ и взаимно дополняют друг друга, семантически взаимодействуют друг с другом при ее раскрытии. Изолированное 37 рассмотрение содержания предложений, образующих СФЕ, не может дать представления о тематической целостности последнего. Таким образом, СФЕ монотематично. Объединение всех составляющих его предложений вокруг одной темы есть проявление его смысловой целостности или семантической изотопии текста. Переход от одной темы к другой есть пограничный сигнал, знаменующий конец одного СФЕ и начало следующего СФЕ.

1.2.3. Структурная целостность СФЕ и основные формальные средства ее осуществления Во всех случаях единство темы обеспечивается тождеством референции соответствующих слов в масштабе сверхфразового единства, т.е. соотнесением данных слов (имен нарицательных и собственных, а также замещающих их местоимений) на протяжении СФЕ с одним и тем же предметом реальной действительности (референтом) и подразумевает такое тождество: каждый раз, когда в рамках одного сверхфразового единства и единой темы употребляется одно и то же имя собственное или нарицательное, а также лексические синонимы последних или местоимение, замещающее имя, имеется в виду один и тот же предмет или лицо. С единством темы СФЕ и с тождеством референции связано также явление импликации, основанное на ситуативных связях или же на отношении части и целого. Вследствие подобных связей упоминание о каком-либо предмете, какой-либо ситуации предполагает для говорящего и слушающего (или пишущего и читающего) наличие других предметов и ситуаций, связанных с данным предметом указанными отношениями.

38 Коммуникативная целостность текста выражается в коммуникативной преемственности между его составляющими. Суть этого явления заключается в том, что каждое последующее предложение в СФЕ опирается в коммуникативном плане на предшествующее, продвигая высказывание от известного, "данного" к новому, вследствие чего образуется тема-рематическая цепочка, имеющая конечный характер и определяющая границы сверхфразового единства. В установление закона коммуникативной преемственности между предложениями в сверхфразовом единстве современная лингвистика текста не только показала, что тема-рематическое членение следует рассматривать как функцию целого высказывания, т.е. предложения-высказывания роль и текста, но и выявила текстообразующую предложения. Структура тема-рематической цепочки, образующей СФЕ, поддается моделированию и может быть сведена к нескольким основным моделям. Предложения, входящие в состав СФЕ, связаны между собой не только единством темы и отношением коммуникативной прогрессии, но и разнообразными внешними сигналами, указывающими на то, что они представляют собой части одного целого и образуют в своей совокупности структурное единство. Сигналами структурной связи между предложениями служат местоимения и местоменные наречия, выбор артикля, употребление времен и многое другое. Все эти явления не могут получить достаточного объяснения при рассмотрении изолированных предложений, их функционирование раскрывается полностью лишь в масштабах сверхфразового единства и целого текста. Они активно коммуникативной перспективы 39 участвуют в установлении левосторонних и правосторонних связей между предложениями, составляющими сверхфразовое единство, выполняя, таким образом, текстообразующую функцию. В то время как анафорические связи указывают на смысловую и структурную несамостоятельность предложений, занимающих в сверхфразовом единстве срединную и конечную позиции, сигналом правосторонней связи служит катафорическая связь (катафора указание на последующее). Катафора свидетельствует о структурной и смысловой несамостоятельности предложения, занимающего в сверхфразовом единстве срединную или начальную позицию. В исследованиях по лингвистике текста вопрос о средствах анафорической и катафорической связи разработан наиболее полно. Структурная целостность СФЕ является внешним выражением его смысловой (тематической) и коммуникативной целостности. Поэтому, описывая явления тематической, коммуникативной и структурной целостности текста, мы сталкиваемся с одними и теми же явлениями, которые поворачиваются к нам различными своими гранями. Так, рекуррентность ключевых слов тексте, основанная на импликации, рассматривавшейся выше как проявление смысловой целостности сверхфразового единства, являются в то же время с точки зрения структурной организации связи сверхфразового между входящими единства в него формальными предложениями. Индикаторами смысловой и структурной межфразовой связи выступают также наречия места, времени и другие показатели тождества места и времени или следования во времени, а также обстоятельства причины, условия, цели, объединяющие события, о которых говорится. при помощи причинной. следственной, целевой показателями 40 связи. Ту же роль выполняют союзы, устанавливающие связь между предложениями. Особенно явственно выступает текстообразующая роль так называемых слов-заместителей местоимений и указательных, местоименных и личных и притяжательных заместителей, заместителей.. употребление наречий, составляющих основную массу регулярно употребляемых словглаголов-заместителей Явлению существительных посвящено много прономинализации описаний и специальных работ. Следует лишь подчеркнуть, что слов-заместителей является наиболее грамматикализированным способом межфразовой связи;

в нем совмещаются все основные приметы этой связи - рекуррентность, анафора, тождество референции. Менее четко выражена структурная связь. осуществляемая без лексических посредством повторов и грамматических параллелизма. средств Этот анафоры, тип связи синтаксического характерен для текстов. построенных в семантическом плане по принципу описаний, развивающих гипертему, а в коммуникативном плане по модели производных тем. Сущность синтаксического параллелизма заключается в построении цепочки предложений. повторяющих одну и ту же синтаксическую модель и имеющих симметричное расположение основных членов предложения. Обычно, и это достаточно ясно видно из приводившихся примеров, структурная связь между предложениями осуществляется не одним каким-либо из описанных выше средств, а совокупностью средств (разными видами лексических повторов, словамизаместителями, артиклями, единством временного и модального планов). Эти средства связи идут не только в одном направлении, а одновременно слева направо и справа налево, перекрещиваясь, 41 взаимно дополняя друг друга и создавая "густую сеть" переплетений, о которой писал К.Бост6. В зоне переходности между собственно сложным предложением и сочетанием предложений в рамках СФЕ все более определенную роль начинают играть позиционно-композиционные средства. Они существенны и для простых и сложноподчиненных предложений, но решающими они оказываются на высших ярусах синтаксиса последовательность элементов, денотативная соотнесенность через использование прономинальных средств, синонимические замены в последующем предложении того, что обозначено через полную номинацию в предшествующем (экспозиционном) предложении, использование дополнительной номинации, антонимов и других средств опосредованного указания на тождество денотативной линии или на направление ее трансформации. Однако одним из наиболее существенных средств синтаксической связи на этом синтаксическим ярусе являются межпредложенческие (межфразовые) скрепы. Эти синтаксические особенностей. Итак, среди формальных средств обеспечения связности и целостности текста межфразовые скрепы занимают доминирующую позицию. Структурно-синтаксические особенности таких синтаксических явлений и рассматриваются далее. образования характеризуются целым рядом Boost K. Der deutshe Satz. Die Satzverflechtung. Deutshunterricht. 1949, H.3. - S. 42 1.3. Скрепа-фраза как формальное средство выражения и оформления синтаксической связности. В лингвистической науке двадцатого века получил активное использование термин «конструкция». У Э.Бенвениста, например, этот термин приобретает широкое значение и служит для наименования высшей единицы языка приуровневой стратификации [Бенвенист 1974]. В русистике значительную актуальность имеет понятие «синтаксическая конструкция». Под синтаксической конструкцией следует понимать такое соединение синтаксических элементов, которое характеризуется, с одной стороны, известной целостностью, а с другой стороны, обладает возможностью расчленения на составляющие его части, конструкты. Л.Д.Чеснокова, раскрывая сущность понятия синтаксической конструкции, пишет: «Конструкция – это синтаксическая единица – структура, компоненты которой находятся в определенных смысловых отношениях друг к другу, образуя некоторое смысловое и грамматическое единство» [Чеснокова 1980 : 110]. С основные точки зрения функционального ее факторы синтаксиса остаются термин «конструкция» является значительно более широким. Тем не менее образующие прежними: синтаксическая структура и средства ее оформления, однако задействованные на более высоких синтаксических ярусах, таких, как организация высказывания. В этом аспекте основные союзные средства иногда приобретают новую функцию, которую можно назвать юнкционной. Это, в первую очередь, касается тех союзных и аналогичных им образований, которые, не оформляя грамматические связи внутри формально организованного синтаксического образования предложенческого уровня, тем не менее формируют 43 грамматику более сложной конструкции, которую принято называть текстовой. Часто синтаксические образования такого рода считаются служебными, и противопоставляются полнозначным словам, так как они «являются членами предложения и/или могут быть употреблены самостоятельно в качестве слова-предложения, формируют самостоятельные части речи. Слова, лишенные таких возможностей, принадлежат к служебным частям речи» [Белошапкова 1999 : 596]. Синкретический характер этих конструкций обычно осознается авторами письменных произведений. Это находит выражение в том, что они порой избирают различные способы пунктуационного оформления одних и тех же отношений, употребляя то двоеточие, то тире. Основным структурная, формальным семантическая критерием и текста является его функциональная цельность, реализатором которой выступают различные средства обеспечения связности. Рассмотрение текста с этой точки зрения делает более целесообразным рассмотрение участков текста как минимальных составляющих ССЦ, т.к. в его составе выступают уже не простые и сложные предложения, а отрезки, образующие синтаксическое целое и являющиеся качественно новыми образованиями – текстемами. Цепочка текстем, объединенная тематически и комплексом средств связи, совпадает по композиционно-структурным показателям со ССЦ. Совершенно очевидно, что с функциональной точки зрения текстемы, образующие ССЦ, неоднородны. Некоторые из них несут главным образом информативную нагрузку, другие исполняют грамматические, стилистические или композиционные функции;

в большинстве случаев основная специализация текстемы осложняется побочными. С этой точки зрения крайне интересными представляются 44 текстемы, выполняющие юнкционные функции, как формальные показатели межфразовой связи. Спектр образований, способных на уровне текста выполнять подобную функцию, чрезвычайно широк. Он простирается от уровня непроизводного союза в роли межпредложенческой скрепы до уровня развернутого «мини-ССЦ», внутренне полноценно организованного, выполняющего связующую функцию. Такие образования получили название «скрепы-фразы». Эти синтаксические конструкции характеризуются целым рядом особенностей. Перечислим некоторые из них. 1. 2. 3. 4. Способность замещать или быть замещенными союзом Возможность развития полноценной предикативности Специализированная семантика (юнкционного характера);

Вводно-присоединительный характер конструкции и или его функциональным аналогом;

(или даже полипредикативности);

грамматические отношения с остальным текстом, аналогичные присоставной связи;

5. 6. 7. 8. Характерная позиция (обычно в начале фрагмента);

Предопределяющий характер семантики скрепы-фразы по Совмещение номинативных, модальных и релятивных Высокая степень фразеологичности, характеризующаяся отношению к тексту;

значений в семантике скрепы-фразы;

нередкой устойчивостью и постоянством состава и регулярностью использования в функции аналога союза. Как мы уже отмечали, скрепы-фразы характеризуются значительной разнородностью своих структурных, семантических и функциональных признаков. Тем не менее, с точки зрения на текст как на дискурс эти образования представляют собой фиксированную 45 группу особых синтаксических единиц, служащих для адекватности речевой реализации языкового инварианта текста, обеспечения его структурно-семантической связности, стилистической однородности, прагматической завершенности и коммуникативной оформленности. Этот далеко не полный перечень свойств скрепы-фразы демонстрирует нам, насколько данный синтаксический объект важен для глубокого исследования. Рассмотрим несколько примеров. 1. Интересно, что я не просто написал слово в слово тот же самый роман, под тем же названием и с тем же самым количеством глав и слов, но даже знаки препинания везде стояли одни и те же… (В.Войнович. Роман). 2. В конце концов Ефим просто замолкал и поджимал губы, показывая, что спорить со мной бесполезно, для того, чтобы понимать высокие устремления, надо самому обладать ими. (В.Войнович. Шапка). 3. …Я умолял Иванько сообщать мне, что же именно погибло и что уцелело. Мне показалось, что Сергей Сергеевич был тронут моим отчаянием. Во всяком случае, он обещал запросить список потерь и сообщить мне о них, если я позвоню ему через две недели. (В.Войнович. Иванькиада). В приведенных примерах скрепы-фразы представлены в союзной функции, осложненной дополнительными значениями. В примере 1 скрепа-фраза «интересно» обладает дополнительным модальным значением;

в примере 2 фразеологизированная скрепафраза играет роль детерминанта и эквивалентна предложно-падежной конструкции присоставного характера «в результате»;

в примере 3 скрепа-фраза «во всяком случае» вместе с предшествующим предложением носит явный союзно-уступительный характер. Во всех 46 случаях использование скреп-фраз не исчерпывается их юнкционными функциями;

каждая из них может заменяться более сложной конструкцией или развертываться в более сложную с предложенческим характером, что позволяет называть синтаксические образования такого рода «квазипредложениями». Ср.: Сальериевская художническая жизнь – это совсем иное, не моцартовское, состояние, и муки иные, и радости. И ведь что интересно, всегда есть тайная надежда, что результат-то может оказаться тот же… (Д.Гранин. Тринадцать ступенек. Священный дар). Здесь «И ведь что интересно» = «Интересно, что…» = «однако» = «но» и т.д. Реализация необходимой скрепы-фразы отличается от реализации необходимой структуры обычного предложения в речи, и этому способствует несколько факторов. Так, идиоматичность многих скреп-фраз не позволяет реализовать все потенции к синтаксическому развертыванию или свертыванию скрепы-фразы;

часто абстрактный характер значения допускает многочисленные замены одной скрепыфразы другой, а не их трансформации. Структурно-семантические особенности различных типов скреп-фраз также весьма разнородны. Одни из них, такие как «Можно подумать», «Чем черт не шутит» и т.д. обладают всеми необходимыми формальными признаками предложения, вплоть до их способности выступать не только формально вводным компонентом, но и компонентом сложного предложения (Ср.: Можно подумать, что...). Другие представлены вводными словами с имплицитной предикативностью, и из-за своего ограниченного значения (например, выражение субъективной модальности) не способны к развертыванию в более объемные структуры. Третьи представлены полипредикативными единицами, и их можно даже назвать интратекстом (Ср.: Как уже говорилось выше 47 – всякое бывает. И, между прочим, чем черт не шутит, бывает и такое, что и вовсе невозможно, а ведь поди ж ты – случается! Так или иначе, но Чонкин снова оказался в этом старом здании. – В.Войнович). Конечно, этими примерами не исчерпываются скреп-фраз, структурно-семантические особенности различных однако заметно, что они выступают своеобразными регуляторами смысловой и стилистической целостности текста. Различные скрепы-фразы в процессе их функционального видоизменения случаев: 1. В настолько результате очевидна, варьирования что они не тождество утрачивают первоначальной смысловой и или исходной конструкции сохраняется, а связь между вариантами функциональной близости между собой. В результате такого варьирования складывается многозначность многофункциональность с опорой всех возникающих вариантов на одно доминирующее значение. 2. В результате варьирования тождество исходной конструкции и первоначального значения разрушается, возникающие варианты настолько автономны, что выступают в качестве вполне самостоятельных конструкций, и являются по отношению друг к другу функциональными омонимами. 3. Иногда в результате развития варьирования тождество исходной скрепы-фразы не разрушается, но вариативные значения органически проникают друг в друга, образуя функциональную гибридность. Разграничение условий отмеченных случаев варьирования представляет значительные практические и теоретические трудности. могут образовать различные вариативные разновидности. При этом наиболее очевидными являются несколько 48 Сложность этой задачи исходного возрастает значения в тех случаях, когда дифференциация достигает значительных пределов, а вариативный ряд увеличивается настолько, что в него входят одновременно несколько отмеченных видов изменений. Таким образом, скрепы-фразы представляют собой специфические текстемы, выполняющие юнкционные функции и являющиеся своеобразными регуляторами связности текста.

1.4. Вопрос о статусе и аспектах скрепы-фразы как особого синтаксического явления Скрепа-фраза как особое грамматическое средство, выполняющее юнкционные функции, характеризуется целым рядом особенностей. Эти особенности и предопределяют процедуры и аспекты описания данного явления.

1.4.1.Структурный аспект.

С точки зрения структуры скрепы-фразы чрезвычайно разнообразны. В их роли могут выступать как непроизводные, как и производные союзы и их аналоги. Они выступают в качестве скреп, оформляющих сложное синтаксическое целое и реализующих грамматические отношения паратаксиса и гипотаксиса. Следует заметить, что гипотаксис является своеобразным "наследием" более простых, чем СТ, ярусов синтаксиса, подобных сложноподчиненному предложению. Отношения подчинения наиболее эксплицитно выражают минимальные категориальные и логические соотношения пропозиции в реализованных синтаксических структурах. В свою очередь, паратаксис как отношения равноправия не является столь важным для низших ярусов синтаксиса, поскольку он не формирует 49 таких базовых единиц, как словосочетание и компоненты ядра предложенческой структуры. Как правило, паратаксис является показателем семантического развертывания структурного высказывания. Он показывает на наличие нескольких смысловых центров, зажимающих одну и ту же грамматическую позицию. Таким образом отношения паратаксиса наиболее пригодны для выражения смыслов больших, чем элементарная логическая единица и являются более характерными уже для тестового уровня, на котором встречается и взаимодействует большее количество пропозиций, которые в своем выражении могут являться синтаксически категориальные равноправными. Поскольку МФС выражает отношения текстового уровня, то ее смысловое наполнение может модифицироваться от релятивного к номинативному, то есть включать словами, в себя некатегориальные грамматическая компоненты конструкция, смысла, имеющая сопоставимые с полноценным лексическим наполнением. Иными целая относительную коммуникативную завершенность, может иметь доминирующее значение юнкционного характера, что переводит эту конструкцию в разряд грамматических средств связи. Одним простом из минимальных проявлений характер в полнозначности его связи с что межфразового средства связи является детерминант в осложненном предложении. в ССЦ. Присоставный Мы заметим грамматической основой может распространяться и на дальнейшее предложение дальнейшем, детерминирующий характер МФС нередко проявляется на более высоких ярусах синтаксиса. Ср.: Во всей природе чувствовалось чтото безнадежное, больное;

земля, как падшая женщина, которая одна сидит в темной комнате и старается не думать о прошлом, томилась воспоминаниями о весне и лете и апатично ожидала 50 неизбежной зимы. Куда ни взглянешь, всюду природа представлялась темной, безгранично глубокой и холодной ямой, откуда не выбраться ни Кирилову, ни Абогину, ни красному полумесяцу... (А.Чехов. Враги. С.138). Детерминирующий характер синтаксического компонента, являющийся следствием присоставного характера распространяющего компонента, может проявляться и на следующем синтаксическом ярусе - ярусе сложноподчиненного предложения. Ср.: Когда бьют часы, Андрей Ефимыч откидывается на спинку кресла и закрывает глаза, чтобы немножко подумать. И невзначай, под влиянием хороших мыслей, вычитанных из книги, он бросает взгляд на свое прошедшее и настоящее. Прошлое противно, лучше не вспоминать о нем. А в настоящем то же, что в прошлом. (А.Чехов. Палата №6. С.419-420). В приведенном примере мы наблюдаем союзный характер придаточного предложения, входящего в состав ССЦ. Это придаточное предложение изоморфно и функционально аналогично союзным средствам низших ярусов синтаксиса, оформляющих причинные отношения. Рассмотрим следующий пример: "Подождите минуточку", проговорил Лужин и вдруг во весь рот зевнул. "Подождите", небным голосом повторил он, запихивая между слогами упругие части зевка. Но, захватив пижаму и ночные туфли, она быстро вышла из комнаты. (В.Набоков.

Защита Лужина. С.106). Здесь мы наблюдаем отношения, аналогичные паратаксису в сложносочиненном предложении, при этом уступки не растворяется в каузальная семантика отношениях параллельных противопоставленности событий, однако равноправие компонентов 51 конструкции очевидно. В данном случае союзную функцию выполняет одно из предложений в составе сложносочиненного. Переходным явлением в реализации союзных функций от компонентов предложениям сложного в ССЦ предложения можно к самостоятельным парцеллированные считать конструкции. Искусственный разрыв предложения на несколько квазикоммуникативых единиц знаменует собой переход к более сложным, чем предложение (текстовым) структурам. Ср.: И надо же было случиться такому, что Кондратьев подумал о ней именно сегодня. И это переменило всю картину. (А. и Б. Стругацкие. Полдень, ХХ век). Аналогичного порядка отношения могут реализоваться и с помощью самостоятельных предложений. Ср.:...Я спросил Катю: помнит ли она своего учителя? Она посмотрела на меня молча, отвернулась к стенке и заплакала. Стало быть, мог же этот человек хоть кого-нибудь заставлять любить себя. (Ф.Достоевский. "Записки из мертвого дома" с.26) В качестве МФС могут выступать и типизированные, в том числе идиоматичные, синтаксические конструкции. Ср.: Я хочу, чтобы наши жены, дети, друзья, ученики любили в нас не имя, не фирму и не ярлык, а обыкновенных людей. Еще что? Хотел бы проснуться лет через сто и хоть одним глазом взглянуть, что будет с наукой. Хотел бы еще пожить лет десять... Дальше что? (А.Чехов. Там же. С.304). На более высоких синтаксических ярусах целые фрагменты текста могут выполнять не только информативную, но и текстообразующую функцию, поскольку их участие в организации связности и целостности придает им союзные, юнкционные свойства - свойства скрепы.

52 Таким образом скрепа-фраза как синтаксический элемент характеризуется юнкционными и детерминирующими свойствами, которые играют важную роль в организации связности и целостности текста и могут рассматриваться как особый синтаксический элемент. Объем скрепы-фразы зависит от того синтаксического яруса, на котором располагается СФЕ. Из этого следует, что структурные характеристики МФС разнообразны. Она может выступать в виде союза или его аналога конструкции компонента как в межпредложенческой составе иных скрепы, детерминанта в составе осложненного простого предложения или детерминантной образований, составе текста. Типология межфразовых скреп с точки зрения их структуры может быть представлена следующим образом: 1.Скрепа-союз или аналог союза (Однако...);

2.Скрепа-лексема, в т.ч. вводное или модальное слово ("Результат:..";

"Во-первых,..";

"Кажется,..");

3.Скрепа-детерминант (В течение всего вечера...);

4.Скрепа-придаточное (Говорят, что...);

5.Скрепа-часть ССП или БСП (Всем известно:..);

6.Скрепа-предложение, типизированная конструкция ("Итог известен";

"Вот где собака зарыта");

7.Скрепа-группа скрепа-фраза). предложений (максимально развернутая синтаксических или сложного предложения самостоятельного предложения (а также группы предложений) в 1.4.2.Семантический аспект.

Семантика скрепы-фразы лежит в основе организации СФЕ. Будучи образованием более высокого уровня, чем союзное средство, скрепа-фраза несет в себе более глубокое семантическое наполнение. Так, например, на уровне выражая уровне непосредственного СФЕ и союзное даже причинного сложноподчиненного лексического значения, участвует предложения, союз несет категориальное значение причинности и, не исключительно в оформлении грамматической конструкции. На средство, фразы, соединяя самостоятельные отношения между предложения регулирует коммуникативными единицами. В этом случае роль категориального значения коннектора становится в большей степени структурной, а наполнение скрепы-фразы представляет собой тот необходимый конкретизатор значения, который и является средством достижения связности. Скрепа-фраза надсоюзного уровня, представленная образованием с возможной предикативностью (предложно-падежный детерминант, причастный и деепричастный оборот и под.) уже накладывает на соотношение компонентов СФЕ дополнительные значения, выходящие за рамки категориальных. Это связано с тем, что конструкции такого типа уже выражают имплицитную пропозицию, которая представляет собой либо семантический коннектор между смысловыми компонентами текста, либо участвует в его смысловой структуре в качестве детерминирующего атрибута. Начиная с этого уровня реализации скрепы-фразы возрастает возможность выражения субъективной модальности в рамках СТ. Так, вводные и вставные конструкции, наряду с отмеченными выше элементами, представляют собой лексико-синтаксический способ выражения модальности и дополнительных пресуппозиций. При этом наращении смысла 54 юнкционные свойства скрепы-фразы не только не теряются, но и развиваются, поскольку эти конструкции становятся реализаторами логической связности текста и формирования его модально-видовой целостности. Ср.:...Вся казарма, доселе смеявшаяся его шуткам, закричала, как один человек, и разбойник принужден был замолчать;

не от негодования закричала казарма, а так, потому что не надо было про это говорить;

потому что говорить про это не принято. Замечу кстати, что этот народ был действительно грамотный и даже не в переносном, а в буквальном смысле... (Достоевский Ф.М. Записки из мертвого дома. С.30) Скрепы-фразы, представленные предикативными единицами, являют собой неотъемлемый компонент семантической структуры текста, который играет важную роль не только в формировании смысловой ткани, но и обеспечивает логическую целостность и завершенность. Ср.: Где печатался Солженицын? И вот что я думаю. Принимая правила игры, навязанные тургановыми и иванько, не содействуем ли мы сами произволу во многих областях нашей жизни?" (В.Войнович "Хочу быть честным" М.:Московский рабочий, 1989, с.166) Таким образом, мы видим, что семантика МФС различной синтаксической сложности характеризуется стремлением к участию в семантической структуре всего текста и скрепа-фраза является тем синтаксическим оператором, который превращает текст не в арифметическую сумму смыслов входящих в него компонентов, а в образование более высокого языкового порядка.

1.4.3.Эксплицитные и имплицитные реализации скрепыфразы.

Мы продолжаем с считать, зрения что центральной выражения единицей является макросинтаксиса точки плана сверхфразовое единство (СФЕ). Тем не менее в лингвистике до сих пор еще не достигнуто единого мнения о границах и параметрах этого синтаксического образования. Мы придерживаемся точки зрения, что вопрос о границах СФЕ неотделим от общей характеристики его как сложного синтаксического и целого, т.е. как смыслового, Основными коммуникативного структурного единства. параметрами СФЕ являются связность и целостность, причем эти параметры тесно взаимосвязаны. Главным критерием целостности СФЕ большинство исследователей считает структурную целостность. Так, Р.Харвег определяет текст как "последовательность единиц языка, организованную посредством непрерывной связей и цепочки прономинализаций"8. К этому можно добавить и структурносинтаксическую непрерывность системы отношений, маркируемую средствами связи и показателями отношений. В свою очередь, связность текста проявляется в синтаксическом образовании, состоящим более чем из одного предложения. Связность может быть рассмотрена как универсальная функционально-синтаксическая категория, сущностью которой является передача информации об идентичной макротеме из одного сегмента текста в другой. Существует большое количество способов реализации категории связности в тексте, таких как наличие общего семантического 7 Лосева Л.М. Структурно-семантическая организация целых текстов. Одесса, 1973. - С.58. Harweg R. Pronomina und Textkonstitution. Mnchen, 1968.

56 компонента, различные анафорические средства, параллелизм, актуальное членение, порядок слов и т.п. Одним из важнейших способов обеспечения связности является включение в текстовую ткань синтаксических конструкций, выполняющих юнкционные функции. Класс этих конструкций чрезвычайно конструкции чрезвычайно разнороден по своему составу, однако обнаруживает определенные интегральные признаки. Так, большинство из этих конструкций отличается ярко выраженным союзоподобием, способностью нести типовую релятивную семантику, способностью выступать в роли скрепы, причем выполнять функцию не только связи отдельных предложений в СФЕ, но и блоков предложений;

многие из этих конструкций имеют модальную окрашенность. При анализе структуры различных типов конструкций, обладающих перечисленными выше признаками можно увидеть, что их спектр простирается от межпредложенческой скрепы в виде непроизводного союза до интонационно завершенного, однако семантически несамостоятельного предложения в составе ССЦ. Тем не менее все эти конструкции имеют функциональное сходство, выступают в роли коннекторов компонентов текста. Эти синтаксические конструкции характеризуются целым рядом особенностей. Перечислим некоторые из них. 1. 2. 3. 4. Способность замещать или быть замещенными союзом Возможность развития полноценной предикативности Специализированная семантика (юнкционного характера);

Вводно-присоединительный характер конструкции и или его функциональным аналогом;

(или даже полипредикативности);

грамматические отношения с остальным текстом, аналогичные присоставной связи;

57 5. 6. 7. 8. Характерная позиция (обычно в начале фрагмента);

Предопределяющий характер семантики скрепы-фразы по Совмещение номинативных, модальных и релятивных Высокая степень фразеологичности, характеризующаяся отношению к тексту;

значений в семантике скрепы-фразы;

нередкой устойчивостью и постоянством состава и регулярностью использования в функции аналога союза. Как мы уже отмечали, скрепы-фразы характеризуются значительной разнородностью своих структурных, семантических и функциональных признаков. Тем не менее, с точки зрения на текст как на дискурс эти образования представляют собой фиксированную группу особых синтаксических единиц, служащих для адекватности речевой реализации языкового инварианта текста, обеспечения его структурно-семантической связности, стилистической однородности, прагматической завершенности и коммуникативной оформленности. Этот далеко не полный перечень свойств скрепы-фразы демонстрирует нам, насколько данный синтаксический объект важен для глубокого исследования. Рассмотрим несколько примеров. 1. Интересно, что я не просто написал слово в слово тот же самый роман, под тем же названием и с тем же самым количеством глав и слов, но даже знаки препинания везде стояли одни и те же… (В.Войнович. Роман). 2. В конце концов Ефим просто замолкал и поджимал губы, показывая, что спорить со мной бесполезно, для того, чтобы понимать высокие устремления, надо самому обладать ими. (В.Войнович. Шапка).

58 3. …Я умолял Иванько сообщать мне, что же именно погибло и что уцелело. Мне показалось, что Сергей Сергеевич был тронут моим отчаянием. Во всяком случае, он обещал запросить список потерь и сообщить мне о них, если я позвоню ему через две недели. (В.Войнович. Иванькиада). В приведенных примерах скрепы-фразы представлены в союзной функции, осложненной дополнительными значениями. В примере (1) скрепа-фраза «интересно» обладает дополнительным модальным значением;

в примере (2) фразеологизированная скрепафраза играет роль детерминанта и эквивалентна предложно-падежной конструкции присоставного характера «в результате»;

в примере (3) скрепа-фраза «во всяком случае» носит явный союзно-уступительный характер. Во всех случаях использование скреп-фраз не исчерпывается их юнкционными функциями;

каждая из них может заменяться более сложной конструкцией или развертываться в более сложную с предложенческим характером, что позволяет называть синтаксические образования такого рода «квазипредложениями». Ср.: «Сальериевская художническая жизнь – это совсем иное, не моцартовское, состояние, и муки иные, и радости. И ведь что интересно, всегда есть тайная надежда, что результат-то может оказаться тот же…» (Д.Гранин. Тринадцать ступенек. Священный дар). – «И ведь что интересно» = «Интересно, что…» = «однако» = «но» и т.д. Реализация необходимой скрепы-фразы отличается от реализации необходимой структуры обычного предложения в речи, и этому способствует несколько факторов. Так, идиоматичность многих скреп-фраз не позволяет реализовать все потенции к синтаксическому развертыванию или свертыванию скрепы-фразы;

часто абстрактный характер значения допускает многочисленные замены одной скрепы 59 фразы другой, а не их трансформации. Структурно-семантические особенности различных типов скреп-фраз также весьма разнородны. Одни из них, такие как «Можно подумать», «Чем черт не шутит» и т.д. обладают всеми необходимыми формальными признаками предложения, вплоть до их способности выступать не только формально вводным компонентом, но и компонентом сложного предложения (Ср.: Можно подумать, что...). Другие представлены вводными словами с имплицитной предикативностью, и из-за своего ограниченного значения (например, выражение субъективной модальности) не способны к развертыванию в более объемные структуры. Третьи представлены полипредикативными единицами, и их можно даже назвать интратекстом (Ср.: Как уже говорилось выше – всякое бывает. И, между прочим, чем черт не шутит, бывает и такое, что и вовсе невозможно, а ведь поди ж ты – случается! Так или иначе, но Чонкин снова оказался в этом старом здании. – В.Войнович). Конечно, этими примерами не исчерпываются скреп-фраз, структурно-семантические особенности различных однако заметно, что они выступают своеобразными регуляторами смысловой и стилистической целостности текста и являются важным фактором организации его связности. Некоторые скрепы-фразы в процессе их функционального видоизменения могут образовывать различные вариативные разновидности, объединенные тождеством функции и сходством семантики. Такое варьирование становится возможным благодаря явлениям синтаксической эпидигматики и синонимии. Рассмотрим ряд СФЕ со скрепами-фразами, несущими релятивную семантику каузальности. В Приморье снова начались сильные морозы. И поэтому потребление электроэнергии возросло (из газет)). - Ср.: В Приморье снова начались сильные морозы. Вот почему потребление 60 электроэнергии возросло. - В Приморье снова начались сильные морозы. Результат: потребление электроэнергии возросло. - В Приморье снова начались сильные морозы. Потребление от электроэнергии возросло. В этих конструкциях мы наблюдаем скрепы-фразы бессоюзного, Этот процесс В различного что синтаксического нам статуса межпредложенческой скрепы к типовому предложению в составе демонстрирует способность как скрепы развертываться в синтаксическое образование более высокого уровня. можно охарактеризовать же дополнительную мы наблюдаем экспликацию. последнем предложении отсутствие формально выраженной межфразовой скрепы, хотя ее наличие не только потенциально возможно, но и предопределяется всей структурой текста. Семантика соотношения компонентов причинно-следственная зависимость, причем первый компонент выступает в детерминирующей функции по отношению ко второму. Это подразумевает наличие имплицитной скрепы-фразы, но не предопределяет потенциального скрепа, предложение, себя ждать. ее конкретную в составе форму выражения. Характер выражения обладающее скрепы-фразы юнкционными (межпредложенческая самостоятельное (Ср.: В свойствами предложение сложного, Приморье снова начались сильные морозы. Результат не заставил Потребление электроэнергии возросло) непринципиален со структурной точки зрения, хотя весьма важен с семантической и стилистической. Таким образом, автор высказывания избирает более или менее развернутую форму выражения коннектора, его наполнение, однако категориальная семантика скрепы-фразы заложена в семантической структуре СФЕ и изменению не подлежит. Тем не менее существует более или менее нейтральное и минимально структурно оформленное выражение скрепы-фразы для каждого из 61 видов смысловых отношений в СФЕ. В наших примерах это будет конструкция с коннектором поэтому. Эта скрепа может эксплицироваться структурно, стилистически, синонимически в более сложные построения, несущие дополнительные элементы семантики или полностью эта аналогичные скрепа по смыслу. При свертывании вплоть до конструкции может имплицироваться потенциальной незамещенной позиции в начале второго предложения. Это можно считать критерием полной импликации - наличие хотя бы потенциальной присутствует выраженные в незамещенной семантике текстемы, позиции, но семантика которой формально функцию. СФЕ, отсутствуют несущие соответствующую Критерием экспликации можно считать возможность дальнейшего синтаксического развертывания минимальной структуры с созданием новых синтаксических в этом позиций, случае конкретизирующих Верхней считать во всем или модифицирующих экспликации функционального семантику тождества исходной. можно скрепы-фразы границей сохранение спектре возможных структурных реализаций. Таким образом, мы видим, что скрепа-фраза представляет собой динамичное синтаксическое образование на уровне СФЕ, которое может имплицироваться и эксплицироваться в целях достижения наиболее успешного результата коммуникации;

при этом семантика и структура скрепы-фразы могут модифицироваться, тогда как ее функциональное тождество сохраняется на всем спектре ее синтаксических реализаций.

62 1.5. Изофункциональная природа скрепы-фразы. В работах А.Ф.Прияткиной высказана гипотеза о формировании нового класса служебных единиц – «выразителей разного рода отношений и связей между компонентами текста» [Прияткина, 1998, с. 25]. Рассмотрение вопроса о статусе этих служебных единиц опирается на возможность их введения в классификацию частей речи. Традиционная рассмотрение виноградовская общности классификация предусматривает и синтаксических, морфологических семантических свойств слова для отнесения его к той или иной части речи. Некоторые классы слов оказываются вне рамок такой классификации, поскольку доминирующим основанием являются различные параметры. Так, например, для выделения категории состояния доминирующим является синтаксический критерий. Для неполнозначных слов производного структура характера их морфемнороль;

при словообразовательная играет большую выделении категориального значения слова различных частей речи по традиционной классификации могут оказаться в одной группе (Ср.: бегун – бегущий). Что касается межфразовых скреп, то даже их морфологический состав в настоящее время классифицирован не полностью. Так, межфразовой скрепой может являться простейшее союзное образование, имеющее своей типичной функцией связь компонентов сложноподчиненного предложения (Ср.: Наступили холода, и поэтому потребление электроэнергии возросло (из газет) – В Приморье снова начались сильные морозы. И поэтому потребление электроэнергии возросло (из газет)). Синтаксическим образованием, несущим аналогичную функцию, может являться и более сложная, в том числе и предикативная конструкция (А вокруг собрался народ и все стали говорить, что тут поймали шпиона. А я вам должен 63 сказать: я совсем не шпион. (В. Войнович)). В данном случае компонент бессоюзного предложения выполняет связующую функцию между компонентами текста (Ср.: Это же дети. Добавим: необычные и очень развитые дети. А. и Б. Стругацкие), то что А.Ф.Прияткина определяет как «союзы текста». Она выделяет несколько которые формально-грамматических называют скрепой-фразой категорий и таких единиц, которые отличаются следующими признаками: 1) Содержит суждение-оценку;

2) Имеет высказыванию;

3) Может иметь форму предикативной единицы;

4) Может соответствовать слову-предложению [там же, с.26]. Предикативный характер такого рода построений проявляется факультативно, хотя можно заметить, что, обладая в высказывании интонационной фокусировкой, такое синтаксическое образование обязательно несет потенциальную предикативность, которая скрыта в релятивной категориальной семантике. Таким образом, можно сделать вывод, что синтаксические образования, обладающие разной морфологической природой и имеющие различную структурную и модальную оформленность, выполняющие функции союзных средств связи между компонентами высказывания (ССЦ и даже текста) могут классифицироваться по функциональному, а не структурносемантическому основанию. Различия в структурном оформлении и набор типовых категориальных значений позволяют рассматривать это явление как изофункциональное. Наиболее часто проявляющимися значениями являются: рефлективные (нет, вот так, вот и все), конъюнктивные (и еще одно, и второе, и далее), дизъюнктивные (и наоборот, и все интонационное оформление, свойственное 64 таки), градационные (и еще одно, и потом), вводные и вводно модальные (речь идет о, кстати о, к несчастью и пр.), финитивные (вот и все, последний вопрос, в заключение), вставочные (кстати о, вот, например, сравните).Таким образом, мы видим, что синтаксический характер скрепы-фразы определяется характером вводимого ею компонента в высказывание. А поскольку с точки зрения А.Ф.Прияткиной между «скрепой-словом и скрепой-фразой нет непроходимой границы» [там же, С.27] и морфологоих синтаксическая как об структура подобных явлений определяется функциональными особенностями, то можно говорить о скрепе-фразе изофункциональном синтаксическом образовании межъярусной природы.9 Таким образом, мы видим, что явление скрепы-фразы не поддается традиционному формальному описанию. Вызвано это в первую очередь ее изофункциональным характером, определяющим природу функции, ее реализации в зависимости нами как от коммуникативных выражения параметров. Скрепа-фраза, выполняющая неизменные юнкционные предстает перед средство синтаксических связей на макросинтаксическом уровне, формальная сторона которого объясняется функциональными критериями.

Под изофункциональностью мы понимаем проявление той или иной единой семантико-синтаксической функции не на одном, а на нескольких ярусах синтаксиса. В числе наиболее существенных признаков изофункциональности является проявление общности категориального значения при сохранении смыслового соответствия и при изменении форм выражения, иными словами, для изофункциональности характерно проявление единства плана содержания при развитии плана выражения. Изофункциональность имеет межярусную природу, отражает возможности языка в развертывании и свертывании тех или иных структур, с сохранением их основного содержания [см. Леденев 2001].

65 Краткие выводы к главе 1. Таким образом, определив объект исследования, очертив границы проблемы синтаксической связности в тексте и способов ее выражения, рассмотрев скрепу-фразу как формальное средство выражения синтаксической связности и определив ее статус, признаки и аспекты описания, можно сделать следующие выводы: 1. Уточнен статус предложения и ССЦ в их отношении к языку и речи, что еще не было сформулировано в лингвистической литературе. Минимальной строевой единицей уровня синтаксиса текста можно считать предложение как структурную единицу, имеющую модели построения, формирующую коммуникативно завершенное синтаксическое образование - текст в минимальной своей репрезентации. В отличие от предложения ССЦ является более развернутой предложения, единицей, включающей в себя более одного и коммуникативно завершенной, структурно семантически оформленной надлежащими связями и отношениями. Можно говорить о том, что ССЦ является в первую очередь структурной единицей языкового плана, что отличает его от высказывания, которое является понятием чисто функционального плана и однозначно относится к области речи. Предложение и ССЦ как синтаксические единицы с одной стороны, и высказывание как коммуникативная единица с другой стороны, могут быть противопоставлены как форма и функция. Вместе с тем указанные языковые единицы неразрывно связаны с высказыванием как речевой единицей как компоненты двустороннего феномена существования языка как системы и ее практической репрезентации в реальных коммуникативных условиях.

66 2. Определен статус СФЕ в приведенной выше парадигме. Сверхфразовое единство ("микротест") - понятие одновременно синтагматическое и функциональное. Это - специальным образом организованная, закрытая цепочка предложений, представляющая собой единое высказывание. СФЕ есть отрезок текста (устного или письменного), характеризующийся относительной смысловой и функциональной составляющие. 3.Скрепа-фраза - это особая синтаксическая конструкция, которая характеризуются целым рядом особенностей: способностью замещать или быть замещенными союзом или его функциональным аналогом;

возможностью развития полноценной предикативности (или даже полипредикативности);

обладающая специализированной семантикой (юнкционного характер характера);

и имеющая вводнос присоединительный грамматические отношения завершенностью, тесными логическими, грамматическими и лексическими связями, объединяющими его остальным текстом, аналогичные присоставной связи;

имеющая характерную позицию обычно в начале фрагмента СТ;

обладающая предопределяющим характером семантики по отношению к связанному с ней тексту;

совмещающая номинативные, модальные и релятивные значения в семантике;

обладающая высокой степенью фразеологичности, характеризующаяся нередкой устойчивостью и постоянством состава и регулярностью использования в функции аналога союза. 4. Скрепа-фраза и обладает особыми структурными, имеет семантическими функциональными признаками, изофункциональный межъярусный характер, играет важную роль в организации связного текста.

67 5. При синтаксической классификации и анализу скреп-фраз представляется наиболее целесообразным многоаспектный подход, основанный на принципах комплексного функционального анализа. Такой подход включает в себя, во-первых, выявление структурных особенностей исследуемых синтаксических явлений, описание их семантики, изучение их функционирования на различных синтаксических ярусах, включающий в себя описание синтагматики и характера союзоподобия скреп-фраз с точки зрения их участия в организации связности и целостности СФЕ. В некоторых случаях абсолютно большинство необходим и деривационный интересующих анализ, нас, поскольку являются образований, производными и тесно связанными со своими производящими структурно, семантически и функционально.

Глава 2.

Структурно-семантические и функциональные параметры скрепы-фразы 2.1. Аспекты описания скрепы-фразы «Анализируя тот или иной вид синтаксической связи, - пишет Г.А.Золотова, - следует определить. что с чем связано, - на каком основании;

на каких условиях, какими средствами выражается и чему служит с точки зрения коммуникации» [Золотова 1973 : 31]. Формальная и смысловая организация СФЕ помогает выявить специфику скрепы-фразы связи на грамматическом (статическом) уровне, коммуникативный аспект позволяет дать ее характеристику на экстралингвистическом (динамическом) уровне. Задача исследования на данном этапе заключается в том, чтобы определить функциональные особенности скрепы-фразы с различных точек зрения. Традиционный структурно-семантический подход к описанию скрепы-фразы не является адекватным. Так, конструкции типа «Возможно…», «Возможно, что…», «Представляется возможным…», «Оказалось очень возможым, что…», «Все оказалось возможным. Так,…» и под. при таком описании были бы размещены в различных классификационных ветвях, тогда как их функциональная природа (ими могут оформляться одни и те же участки СТ), диктуемая коммуникативным намерением, конгруэнтные синтаксические функции и практически одинаковая семантика заставляют разместить их в одном классификационном гнезде. Таким образом, при подходе к синтксической классификации и анализу скрепы-фразы представляется наиболее целесообразным многоаспектный подход, основанный на принципах комплексного 69 функционального анализа. Такой подход включает в себя, во-первых, выявление структурных особенностей исследуемых синтаксических явлений, описание их семантики, изучение их функционирования на различных синтаксических ярусах;

кроме того, целесообразным является описание синтагматики и союзоподобия скреп-фраз с точки зрения их участия в организации связности и целостности СФЕ. В некоторых случаях абсолютно необходим и деривационный анализ, поскольку большинство образований, интересующих нас, являются производными и тесно связанными со своими производящими структурно, семантически и функционально. Тем не менее, структурно-семантический аспект классификации скрепы-фразы возможен и необходим, поскольку ее, как особое синтакическое явление, отличают от других юнкционных компонентов особые качества, легко выявляемые при таком анализе. Такого рода классификация не является основной, однако ее выполнение необходимо для описания целого ряда существенных свойств скрепы-фразы, которые выявляются на дальнейших этапах комплексного описания. Хотя основой нашего подхода является движение от плана содержания к плану выражения, необходимый опыт классификации скреп-фраз по формальному критерию должен предшествовать остальным изысканиям. 2.2. Основы структурной классификации скреп-фраз Основой структурной классификации рассматриваемых в диссертации явлений мы предлагаем их отношение к предикативной оформленности, которая позволяет разделить их на две группы: в первом случае скрепы-фразы носят характер вводно-модальных компонентов, юнкционных компонентов, выполняющих 70 разнообразные синтаксических дополнительного союзно-присоединительные образований, имеющих фона функции функцию или введения семантического дополнительные пресуппозиции (чаще всего – подобие вставных конструкций). Непредикативный их характер является таковым только с точки зрения их непосредственной структурной оформленности: они являются как бы выразителями предикативной связи более высокого уровня, связи между компонентами высказывания, в котором один из них выполняет функцию предицируемого компонента, а другой – предицирующего, причем каждый из них располагается в различных синтаксических блоках. Так, в контексте: "Он не получил достойных знаний, не добился положения. Наверное, все свои обвинения Сальери мог адресовать Пушкину." (Д.Гранин "Тринадцать ступенек".

"Священный дар" с.64) первый синтаксический блок явно выполняет функцию предицируемого компонента, а второй – предицирующего. И единственным показателем предикативной связи между компонентами фразы выступает модальное слово «наверное». Как правило, такого рода «непредикативность» проявляется исключительно в структурах двух типов. Первый тип – это структура нерасчлененного характера (Ср.: Незнакомец не слышал вопроса;

он не ответил и даже не взглянул на Дымова. Вероятно, этот улыбающийся человек не чувствовал и вкуса каши, потому что жевал как-то машинально, лениво, поднося ко рту ложку то очень полную, то совсем пустую. А.Чехов. Степь. Эта структура может быть охарактеризована как Р1 => Р2, где предицируемое = Р1 и 71 предицирующее = Р2, а модальное слово вероятно - как показатель предикативного отношения). Расчлененная структура относится к одному из компонентов, входящих в Р1 или Р2. Ср.: Он вдруг подошел и схватил Петра за рукав. Но даже и от этого Петр не остановился. В.Катаев. В данном случае строится как бы новое предложение надтекстового уровня: [Событие: схватил] – [признак: не помогло]. Как мы видим, в качестве непременного компонента СФ имплицированного характера выступает либо вводно-модальная конструкция, либо конструкция с союзом, а чаще всего – обе конструкции. Это объясняется прежде всего категориальным содержанием СФ: с одной стороны, это вводно-модальный компонент, выполняющий метатекстовую функцию, позволяющий автору «вмешаться» в ткань повествования, с другой стороны, юнкционнный характер СФ, детерминирующий наличие компонента с союзным значением. Непредикативные скрепы-фразы в большинстве случаев представляют собой явления нескольких основных морфологосинтаксических групп. Среди них выделяются конструкции вводномодального характера, представляющие собой сочетание предлога и существительного в творительном или родительном падеже (вместо существительного нередко используется указательное местоимение или местоименное наречие (Ср.: "кроме того";

"между прочим";

"больше того";

"между тем" и др.);

различные формы компаратива с указательными местоимениями или местоименными наречиями ("тем 72 не менее";

"больше того" и др.). Предложные местоименные сочетания (по мне), большая группа составных образований, как правило имеющих модальный характер с усилительными и иными частицами ("да вот же";

. "еще бы";

"ну что же";

"так вот"). Значительная часть конструкций такого рода имеет фразеологизированный характер, так, конструкции типа "да вот же", "ну что же" по сути являются эквивалентами вводных слов с экспрессивно-модальным содержанием, хотя представляют собой морфологически расчлененные группы. Следующую группу образуют непредикативные конструкции, образованные некоторые из на основе союзных становятся присоединительных настолько скреп, которых обособленными синтаксически, что выполняют роль скрепы-фразы практически в своем неизменном виде. В этом случае оформляемая ими конст рукция приобретает как бы "присоставный" характер и несмотря на то, что в большинстве случаев находится в интерпозиции в СФЕ, выполняет своеобразную детерминирующую функцию по отношению ко всему единству. Ср. "То есть в том смысле, что обе эти силы, оба эти начала он находил в себе и они боролись, волновали, мучили его". (Д.Гранин "Тринадцать ступенек". "Священный дар" с.98) Заметную роль играют включения местоименных компонентов и частиц в эти конструкции союзного характера. Местоимения, выполняя дейктическую функцию, играют роль дополнительного средства оформления структурно-семантическо й связности 73 текста. Ср. Он пишет на листочке бумаги цифру 1 и обводит ее кружком. - Это первое. Второе. Покорнейше буду вас просить ежедневно к семи ноль-ноль доставлять мне донесения о проделанных за ночь работах: А - вашими саперами, В - дивизионными саперами, С армейскими, если будут. а я надеюсь, что будут, саперами, Д стрелковыми подразделениями. Кроме того... Бумажка опять испещряется цифрами - римскими, арабскими, в кружочках, дужках, квадратиках или совсем без оных. (В.Некрасов "И жив остался. В окопах Сталинграда"). Нередко в состав скреп такого рода вводится модальный компонент, который может быть в виде частицы или сочетания частиц. Они могут комбинироваться с местоименными элементами (Ср.: "И вот что интересно..," "Ну что же..," "Да вот же..," и пр.). Частицы, выполняющие модальную функцию, нередко замещаются модальными словами, которые подводят скрепу-фразу к переходному состоянию с предикативным образованием. Так, например скрепафраза "И вот что интересно" может квалифицироваться как предикативное сочетание слов, но при этом его коммуникативная характеристика недостаточна для выражения самостоятельного завершенного смысла;

более того, юнкционные способности этого сочетания превышают параметры предикативности. Эту структуру можно охарактеризовать, как было отмечено ранее, как квазипредложение, поскольку она не выполняет в достаточной для предложения степени коммуникативную функцию, входит в состав 74 целостного текста и играет связывающую роль уже на уровне макросинтаксиса. предикативность коммуникативную не Таким всегда образом, является мы наблюдаем, что фактором, завершающим более того, организацию высказывания, предикативность как грамматическое значение предложения, хотя и выступает как организатор его структуры, но при релятивных отношений в семантической структуре наличии текста, оформляемых именно этим предложением, переводит его из разряда цельнооформленных коммуникативных единиц в цельнооформленную грамматическую единицу - такое предложение утрачивает самостоятельную семантику и становится коннектором в тексте. Таким образом и здесь в области внутрифразовых и межфразовых грамматических отношений мы наблюдаем переходность функции и семантики синтаксических структур в зависимости от их роли в оформлении связности и целостности текста. Дальнейшее повышение уровня предикативной оформленности скрепы-фразы приводит к ее полному выделению из состава оформляемого ею предложения. Она становится самостоятельным компонентом текста, функционально аналогичным союзному образованию на более низком ярусе. Скрепа-фраза, которая имеет полную предикативную оформленность, является уже показателем связности и целостности внутри текста, а не компонентом сложного предложения. Такие образования как "...Я умолял Иванько сообщить мне, что же именно погибло и что уцелело. Мне показалось, что 75 Сергей Сергеевич был тронут моим отчаянием. Во всяком случае, он обещал запросить список потерь и сообщить мне о них, если я позвоню ему через две недели." (В.Войнович "Хочу быть честным" "Иванькиада" М.:Московский рабочий, 1989 с.207) нельзя рассматривать как отдельные предложения в составе сложного, поскольку их предикативные свойства становятся нерелевантными, а главную роль начинают выполнять модальные и юнкционные качества. Очень часто конструкции подобного рода носят характер безличных предложений, в которых основной компонент имеет статус категории состояния (Ср. "Мне показалось..," "Думается..," ), что усиливает их модальный статус в составе макротекстовой конструкции. Эти квази-предложения семантически играют роль выразителей отношения говорящего к высказанной информации, а грамматически являются аналогами союзных средств на низших уровнях синтаксиса, "перенесенными" в макросинтаксис. Таким образом, структурная классификация скреп-фраз может быть проведена по следующим основаниям: 1.Наличие-отсутствие предикативности;

2.Оформление монолога или диалога. Очень часто скрепа-фраза играет роль структурного связывающего элемента в диалогическом единстве, оформляя структурные отношения между отдельными репликами (Ср. -Я вам и бумагу достану! - воскликнул Николай Николаевич.

76 И точно: поехал к знакомому бумажному фабриканту и привез обещание отпустить в кредит на три номера бумагу. (В.Азов. Вечерняя газета.);

3.Вводно-модальный компонент, реализующий не только связность и целостность высказываний, но и интенцию его автора.(Ср. Я люблю юмористические журналы, остроумную карикатуру и крепко просоленный, как голландская селедка, анекдот;

бываю в театре легкой комедии и даже не прочь заглянуть в кинематограф: там попадаются не лишенные юмора вещицы. Но увы! Тщетно ищу я на людях и в книге тот мой прекрасный, единственный, до глубины души искренний смех, который, как солнце за спиною, озаряет до сих пор мой нелегкий путь среди колдобин и врагов жизни, - его нет. (Л.Андреев. Искренний смех);

4.Структура, реализующая только связующие функции, аналогичная союзу и выполняющая аналогичные с союзными средствами функции. В этом случае СФЕ функционально становится подобным сложному предложению. Ср.: Это было уже полнейшей нелепостью, так как мои щеки рдели в настоящую минуту, как свекла. Тем не менее я поддакнул ее соболезнующему вздоху таким же унылым вздохом. (А.Будищев. Возобновление юности). 5.Во многих случаях скрепа-фраза представляет собой вставную конструкцию (Ср.: Потом взяли и выдумали, что Комиссаржевская чайка, и Гиппиус - чайка, и чуть ли не Максим Ковалевский - тоже чайка.

77 "Вот вспыхнуло утор. Румянятся воды. Над озером бедная чайка летит..." А по совести сказать, так более прожорливой, ненасытной и наглой птицы, чем эта самая белая чайка, и природа еще не создавала. Однако поди ж ты... Лет семь-восемь спасения от чаек не было. (Дон Аминадо. О птицах.). Как видим в данном примере, с помощью скрепы-фразы не только оформляется, но и вводится дополнительный пресуппозициональный фон, который позволяет понять информацию, содержащуюся в СФЕ, более полно. Поскольку скрепа-фраза в основном выполняет юнкционные функции в структуре СФЕ, то характеристика степени ее предикативности, хотя и является существенной, но не выступает главным основанием анализа, гораздо более важным оказываются такие ее характеристики, как расчлененность-нерасчлененность, степень идиоматичности и средства оформления модальности, привносимой в высказывание. Тем не менее со структурно-семантической точки зрения скрепы-фразы эквиваленты оформляющие можно разделить на эквиваленты союза и союзной связь вводно-модальной (аналог конструкици, сочинительной), равноправия неравноправия (аналог подчинительной) и присоединения, несущие характерные значения, классифицируемые по союзному компоненту: а) соединительные (аналоги союзов и, да) б) разделительные (аналоги союзов или, то ли…, то ли) 78 в) сопоставительные (аналоги союзов тогда как, если… то) г) сравнительные (аналоги союзов как, словно, подобно тому как) д) изъяснительные (аналоги союзов что, чтобы, якобы) е) пояснтельные (аналоги союзов типа а именно) ж) временные;

з) условные (аналоги союзов типа при условии что) и) причинные;

к) противительные (аналоги союзов а, но, да);

л) уступительные (аналоги союзов типа вопреки тому что);

м) ограничительные (аналоги союзов типа разве что);

н) градационные (аналоги союзов не только… но и, если не… то). Эти аналоги союзов, как правило включают в свой состав различные конкретизаторы, служащие цели актуализации формы категориальной семантики. Наиболее распространенные из них: и потому, и поэтому, и в результате, и оттого, и тем самым, и стало быть, и следовательно, и таким образом, и значит, и притом, и к тому же, и кроме того, и в то же время, и вместе с тем, и все-таки, и все же, и однако, и все равно, и несмотря на это, и напротив, и наоборот, и тем более;

а потому, а значит, а все-таки, а в то же время, а вместе с тем, а ведь, а тем более, да ведь, но ведь, но зато, но только, но все же, или иначе (см. Приложение 4).. Как видим, частицы самого различного характера могут не только констретизировать категориальное значение союзного 79 компонента, но и совмещать юнкционный характер скрепы-фразы с модальными значениями субъективной характеристики высказывания. Таким образом, характериными структурно-семантическими чертами скрепы-фразы являются: 1) наличие в составе заполненной или незаполненной позиции юнкционного структурного компонента (союза);

2) добавление в состав скрепы-фразы предикативного компонента, который может быть сосредоточен внутри СФ, а может быть включен в оформляемые им части фразы. В этом случае при анализе мы наблюдаем связь СФ с предикативными компонентами оформляемых частей более тесную, чем при обычных союзных синтаксических процессах, связь логико-семантического уровня, которая делается и эксплицитной при актуализации компонентов, в речи предицируемого предицирующего средством оформления связи которых является СФ. Тот тип СФ, котиорый кажется при анализе непредикативным, имеет незамещенные предикативные валентности, что легко доказать субституцией СФ на союзное средство, которое не может иметь синтаксической связи как показатель предикативности. Мы наблюдаем здесь реализацию сверхпредикативных отношений. В качестве семантического компонента, оформляющего предикативность СФ, может находиться компонент, несущий семантику экзиственции (Ср.: Так вот что здесь имеет быть важным – способ его исчезновения! (А.Безуглов)). 3) нередкое включение в состав СФ вводно-модального компонента, причем типичная СФ всегда совмещает в себе 80 юнкционную категориальную семантику и модально-экспрессивные компоненты значения. Таким образом, мы видим, что юнкционный характер скрепыфразы в структурном в ее плане обеспечивается (либо обязательным функционально включением состав союзного аналогичного) компонента, а ее текстовый характер обусловливается введением в ее структуру имплицированного или эксплицированного предикативного компонента, дополнительная предикативность которого восполняет ту семантическую недостаточность обычного союза при его текстовом употреблении.

2.3. Дополнительные значения, выражаемые компонентами СФ и проблемы их классификации В состав скрепы-фразы нередко включаются дополнительные компоненты, привносящие оттенки добавочного значения. Наиболее распространенными семантическими модификаторами СФ выступают модальные слова и выражения. Со стороны грамматической организации эта группа достаточно пестрая. В ней представлены спрягаемые формы глагола, инфинитивы, деепричастия, существительные и местоимения существительные в разных падежных формах, без предлогов и с предлогами, наречия и предикативы, а также глагольные и именные фразеологизмы. В большинстве случаев вводные слова и вводные сочетания в составе СФ сохраняют живые лексические и грамматические связи с соответствующим знаменательным словом, с 81 его парадигмой;

такие связи утрачены или ослаблены лишь у фразеологизмов (напр., само собой, собственно говоря, чего доброго, на ту беду, неровён час, в конце концов, тем более, по меньшей мере, по крайней мере), а также у незначительного количества вводных слов, таких как конечно, во-первых, во-вторых. Однако и тогда, когда живые грамматические и лексические связи у вводного слова или сочетания в состав СФ сохраняются, оно оказывается обособленным от системы форм соответствующего слова, формально и функционально изолированным от членов его парадигмы;

особенно очевидно это у вводных слов и сочетаний - падежных форм с предлогами: к сожалению, по существу, без сомнения, без преувеличения, кроме шуток, в каком-то смысле, к тому же, по слухам, сверх того, а также у сочетаний с деепричастием и инфинитивом: говоря по совести, собственно говоря, честно говоря, судя по словам (кого-н., чьим-н.), лучше сказать, вернее сказать, сказать по совести, нечего сказать. Все СФ с этими компонентами объединяются специфической и единственной для них функцией, противопоставляющей их всем другим синтаксическим единицам: они всегда так или иначе характеризуют сообщаемое с позиций говорящего, выражают отношение говорящего к сообщаемому. Именно поэтому в роли СФ свободно функционируют многие высказывания, выражающие разные виды отношения, например: Это невозможно, нет, этого не может быть;

Он постарается, еще бы!;

Встреча эта - увы! - не состоялась;

82 Итак, завтра - неужели правда? - мы уезжаем отсюда;

Мы-то, пожалуйста, согласны, а вот они как? Место СФ с включением вводных слов, вводных предложений и сочетаний в предложении свободное;

они легко занимают позиции в начале, в конце или в середине предложения, свободно вводятся в него и свободно из него изымаются. Синтаксические связи с какимлибо членом предложения или с предложением в целом у таких СФ отсутствуют: даже если в составе вводимой группы есть союз, он в этих случаях не выполняет связующей функции: Он болен и, что еще хуже, совершенно одинок;

Сюда, как говорят, едет делегация;

Приедет, если не ошибаюсь, человек сто. Все эти признаки объединяют СФ, включающие вводные сочетания слов и вводные предложения в особую лексико синтаксическую группировку, выражающую следующие отношения, в зависимости от характера включенного компонента: 1) Значение акцентирования, подчеркивания, выделения в сочетании с усилением и с обращенностью к адресату с желанием привлечь внимание собеседника - выражается такими СФ с вводными слонами, сочетаниями и предложениями, как напоминаю (напоминаем, напомню, напомним), повторяю, подчеркиваю, что важно, что еще важнее, что существенно, что еще существеннее, представьте, представь себе, поверьте, поверите, поверишь ли, вообразите, не поверишь, согласись, заметьте, заметим, можете себе представить, например, к примеру. В ряде случаев эти значения ослаблены и скрепы-фразы оказываются непредикативными 83 вставками, свободными от специализированной семантической функции и свидетельствующими только о затрудненности или поиске выражения. В такой роли почти пустых вставок могут оказаться такие, например, компоненты скрепы-фразы, как так сказать, знаете, знаешь, значит, понимаете, понимаешь, скажу вам, надо сказать, в общем, главное, главное дело, собственно, собственно говоря. 2) В отличие от СФ первой группы, ориентированных на адресата речи, многие СФ с вводными словами и сочетаниями служат для выражения субъективного отношения, эмоциональных р е а к ц и й, и н т е л л е к т у а л ь н ы х о ц е н о к самого говорящего радости, одобрения, положительной оценки. Это СФ, имеющие своим компонентом вводные слова и сочетания: на счастье, к счастью, к радости, к удовольствию кого-н., что хорошо, что еще лучше;

семантика сожаления, неодобрения, отрицательной оценки вводится компонентами: к несчастью, к сожалению, к стыду чьему-н., к неудовольствию, к огорчению кого-н., к прискорбию чьему-н., к досаде, на беду, по несчастью, грешным делом, как на беду, как нарочно, что еще хуже, что обидно, увы;

значение удивления, недоумения маркируется словами: к удивлению кого-н., к изумлению, странно, странное дело, непонятное дело, удивительно, удивительное дело;

значение опасения имеет показателем: неровён час, чего доброго, не дай бог;

семантика оценки сообщаемого с точки зрения достоверности опирается на маркеры: наверное, надеюсь, думаю, полагаю, пожалуй, кажется, думается, видимо, по-видимому, вероятно, по всей вероятности, может быть, должно быть, надо 84 полагать, как кажется, видно, как видно;

без сомнения, конечно, само собой, разумеется, само собой разумеется, бесспорно, действительно;

значение неопределенности характеризуется словами: некоторым образом, в каком-то смысле;

допущения: положим, предположим, допустим, пожалуй, возможно, если хотите. В ряде случаев общее эмоциональное отношение к сообщаемому выступает как недифференцированное, неопределенное;

это характерно для СФ с вводными словами, сочетаниями и предложениями, как говоря по совести, сказать по чести, между нами говоря, если правду сказать, кроме шуток, по правде говоря, прямо скажу, признаюсь, нечего зря говорить, по сути, по существу, в сущности говоря. 3) Отношение и к стилю, к манере речи, к характеру способу изложения выражается СФ со словами: лучше сказать, иначе говоря, прямо сказать, грубо говоря, если можно так выразиться, вернее сказать, короче говоря, одним словом, другими словами, проще сказать. 4) По р а з н о о б р а з н ы м з а в и с и м о с т я м, а также п о связям, месту в отношениям строе и текста сообщение характеризуют СФ, содержащие вводные слова и сочетания: кроме того, к тому же, в довершение всего, вдобавок, сверх всего, притом, следовательно, стало быть, тем более;

вопервых, во-вторых, в-третьих...;

по значению соответствия чему-н.: как водится, как повелось, по обычаю, по обыкновению, как всегда;

по значению независимости от чего-н., противопоставленности дифференцируются компоненты СФ: напротив, наоборот;

как ты 85 хочешь, воля твоя, воля ваша (Воля твоя, я не согласен;

Как ты хочешь, я никуда не пойду). 5) П о и с т о ч н и к у, п о о т н е с е н н о с т и к а в т о р у речи СФ характеризуется следующими вводными словами, сочетаниями и предложениями: по слухам, как слышно, по мнению кого-н., с точки зрения кого-н., как полагаю (думаю, считаю, знаю), как говорят, как считают, как пишут, как указывалось;

по-моему, потвоему;

как оказалось, как известно;

как говорили в старину, по словам кого-н., по сообщению кого-н., по выражению кого-н., говорит, говорят. 6) Характеристика с о о б щ а е м о г о с о с т о р о н ы м е р ы, с т е п е н и и л и о г р а н и ч е н н о с т и чем-либо выражается СФ с сочетаниями по меньшей мере, по крайней мере (Опаздываем по крайней мере на час), в той или иной степени, в значительной степени. 7) времени, Характеристику по отношению ко по протеканию во времени выражают СФ, имеющие своим элементом вводные слова, сочетания и предложения: случается, как это бывает, как это случается иногда (всегда, постоянно, часто, изредка). Таким образом, мы видим, что дополнительные значения, привносимые скрепой-фразой в отличие от союзного компонента в текстовую структуру, благодаря ее уникальной формальной организации, позволяют выразить гораздо большее количество 86 значений, чем можно было бы выразить традиционными союзными средствами.

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.