WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

Министерство образования Российской Федерации Ставропольский Государственный Университет

На правах рукописи

Федорюк Сергей Юрьевич Проблемы уголовно-правовой регламентации ответственности за незаконный

оборот наркотических средств и психотропных веществ Специальность 12.00.08 – уголовное право и криминология, уголовно-исполнительное право Диссертация на соискание учёной степени кандидата наук

Научный руководитель – доктор юридических наук, профессор Чечель Григорий Иванович Город Ставрополь 2004 год 2 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ..............................................................................................................4 Глава 1 Незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов в уголовном праве как основание уголовно-правовой ответственности......................................................................................................14 Параграф 1 приобретение, хранение Уголовная средств ответственность и психотропных за за незаконные перевозку и и их производство, изготовление, переработку, наркотических веществ аналогов...................................................................................................................14 Параграф 2 Уголовная ответственности преступления, сопряжённые с незаконным оборотов наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов........................................................................................... Глава 2 наркотических Параграф 1 уголовной наркотических Проблемы совершенствования регламентации уголовной средств, Проблемы за средств, психотропных веществ и их ответственности за преступления, связанные со сбытом и хищением аналогов.................................................................................................................105 совершенствования преступления, психотропных веществ регламентации со и сбытом их ответственности связанные аналогов................................................................................................................. Параграф 2 наркотических Проблемы средств, совершенствования психотропных веществ регламентации и их уголовной ответственности за преступления, связанные с хищением аналогов................................................................................................................. Глава Исключение и смягчение уголовной ответственности за незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов.................................................................................................................142 Параграф 1 Регламентация исключения ответственности за незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов.................................................................................................................142 Параграф 2 Регламентация смягчения ответственности за незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов................................................................................................................. Заключение.......................................................................................................... Список используемой литературы................................................................. ВВЕДЕНИЕ Актуальность темы исследования. Многие представители молодого поколения сегодня даже не знают, что назначение наркотических средств и психотропных веществ призвано преследовать благородные цели. К сожалению, всем нам гораздо чаще приходиться слышать об иных способах их применения, приводящих к употреблению в немедицинских целях и влекущих такую социальную проблему, как наркотизм и наркомания. Последнее явление давно вышло за пределы медицинского исследования, поскольку охватывает широкие слои общественных наркотиков отношений. Проблема их немедицинского оборота, потребления в котором влечёт отношения незаконного фигурируют огромные материальные средства. Как социальное явление, эта проблема давно приобрела межгосударственный характер в связи с транзитными поставками наркотиков в Европу как с Востока (Афганистан, Таджикистан), так и с Запада (Латинская и Южная Америка). Проблема незаконного оборота наркотиков требует комплексного решения, в том числе на высоком политическом уровне. Настоящая работа посвящена уголовно-правовому исследованию преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ. В новом Уголовном Кодексе РФ (далее по тексту – УК РФ) изменена политика уголовного преследования за данные преступления, нашедшая последующее проявление в нормах, вступающих в силу с 15.03.04 г. в соответствии с Федеральным Законом от 08.12.03 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в УК РФ» (далее по тексту – ФЗ-162 от 08.12.03 г.). В отличие от Уголовного Кодекса РСФСР (далее по тексту – УК РСФСР), объекты оборота разделены на «наркотические средства», «психотропные вещества», их «аналоги» (в редакции ФЗ-162 от 08.12.03 г.), а также «инструменты и оборудование, находящиеся под специальным контролем» (ч. 5 ст. 228 УК РФ в редакции до ФЗ-162 от 08.12.03 г., ст. 228-2 УК РФ в редакции ФЗ-162 от 08.12.03 г.). Несмотря на то, что порядок легального оборота наркотических средств и психотропных веществ закреплён Федеральным Законом от 08.01.98 г. № 3ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» (далее по тексту – Закон о наркотических средствах), данный законодательный акт, однако, крайне редко применяется на практике при рассмотрении конкретных уголовных дел, хотя действует с февраля 1998 г. До принятия названного Закона у судебных и следственных органов сложился стереотип того, что любая операция с наркотическим средством (психотропным веществом) частным лицом является уголовно наказуемой. Вместе с тем, для определения факта противозаконности таких операций служит упомянутый Закон, применение которого по каждому уголовному делу как специального нормативного акта представляется обязательным. Другая действующая до последнего времени проблема политики справедливого уголовного преследования – критерии размера наркотика, влекущего уголовную ответственность. Изначально законодатель в ст. 228 УК РФ чётко определил, что ответственность за приобретение и хранение наркотических средств, психотропных веществ без цели сбыта наступает лишь за «крупный» и «особо крупный» размер оборота. Критерии такого размера определял Постоянный Комитет по контролю наркотиков при Министерстве здравоохранения РФ. И учёными, и практиками неоднократно высказывались претензии и к статусу данного органа (не являвшемуся государственным органом исполнительной власти), и к юридической силе издаваемых им актов (носящих рекомендательный характер), и к рекомендациям по существу размера (который, по мнению некоторых авторов, противоречит здравому смыслу). От указанных рекомендаций напрямую зависит размер наказания по конкретному уголовному делу. Сложившаяся до последнего времени практика применения условного наказания по большинству таких дел свидетельствует о попытке судов путём правоприменения компенсировать недостатки существующих правовых норм. Очевидно, именно поэтому в УК РФ внесены изменения, в соответствии с которыми в примечании 2 к ст. 228 УК РФ в редакции ФЗ-163 от 08.12.03 г. теперь содержится иное указание об определении критериев крупного и особо крупного размера наркотических средств, психотропных веществ и иных аналогов – в зависимости от кратности средних разовых доз его потребления, которые должны быть утверждены Правительством РФ. При рассмотрении Конституционным Судом РФ соответствующих запросов по данным категориям преступлений были высказаны рекомендации руководствоваться при назначении наказания нормами общей части УК РФ о справедливости и гуманности (ст.ст. 6 и 7), хотя широкого распространения она не получили. Представляется, что по вступлении в силу ФЗ-162 от 08.12.04 г. выводы Конституционного Суда РФ найдут практическое применение, как реализованные в федеральном законе. Законодателем уголовному сформирован в дифференцированный от подход к преследованию зависимости поведения субъекта преступления. В случае деятельного раскаяния последнего, уголовное преследование прекращается (примечание к ст. 228 УК РФ). При исследовании правоприменительной практики обращает на себя внимание различное отношение к определению оснований прекращения уголовного преследования. Такой подход требует единообразия.

На практике встречаются случаи, свидетельствующие о необходимости глубокого исследования уголовную обстоятельств, ответственность исключающих (например, либо крайняя преуменьшающих необходимость и ограниченная оставляются без внимания.

вменяемость) которые, как правило, Объектом диссертационного исследования выступают проблемы, связанные с определением правоприменителями признаков преступлений рассматриваемой категории, вопросы их квалификации, регламентации ответственности и назначения наказания, а также применения обстоятельств, исключающих и смягчающих уголовную ответственность и наказание. Объектом и гражданского настоящего исследования также выступает о анализ взаимосвязи смежных отраслей права: уголовного, уголовно-процессуального законодательства, законодательства наркотических средствах и психотропных веществах, других правовых актов. Предмет диссертационного исследования определён в границах объекта и представляет изучение оснований регламентации ответственности за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, признаков и составов преступлений, отграничение от смежных составов, а также исследование обстоятельств, исключающих, преуменьшающих уголовную ответственность и смягчающих наказание. Целью диссертационного исследования преследуется регламентация уголовно-правовой ответственности на основе теоретического анализа уголовного и смежных отраслей законодательства. Исследованием охвачены практически все составы преступлений, прямо или косвенно связанные с незаконным оборотом наркотиков: часто встречающиеся на практике (ч.ч. 1, 3, 4 ст. 228 УК РФ), нечасто встречающиеся (ч. 2 ст. 188, ч. 5 ст. 228 УК РФ) и практически не встречающиеся (ч. 2 ст. 228 УК РФ). Диссертантом исследованы названные составы преступлений как в их системной взаимосвязи, так и каждый в отдельности. Сказанное касается не только действующей редакции УК РФ, но и норм, вступающих в силу с 15.03.04 г. в соответствии с Федеральным Законом от 08.12.03 г. № 162-ФЗ. Задачи диссертационного исследования сформулированы на основе цели и заключаются в следующем:

- анализ уголовно-правовой репрессивной политики, - характеристика правоприменения судами и следственными органами, - освящение и анализ проблем уголовно-правовой регламентации ответственности за незаконный оборот наркотиков, предложения по их практическому устранению, - оценка недостатков, противоречий и взаимосвязи уголовного и смежных отраслей законодательства, - особенности построения решений суда, органов следствия и прокуроров по исследуемой категории уголовных дел с точки зрения взаимосвязи уголовного, уголовно-процессуального и гражданского отраслей законодательства, - разрешение проблемы законности и справедливости уголовного преследования и правосудия, искоренение стереотипов правоприменителей, связанных с определением элементов состава преступлений, - характеристика форм вины, а равно устанавливающих, исключающих и преуменьшающих уголовную ответственность обстоятельств, как исключительных (примечание к ст. 228 УК РФ), так и общих (ст.ст. 21-23, глава 8 УК РФ). Нормативную конвенция о основу исследования веществах, составляют нормативные РФ, УК РФ, правовые акты: Единая конвенция о наркотических средствах, Единая психотропных Конституция Федеральный Закон от 08.12.03 № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в УК РФ», Федеральный Закон «О наркотических средствах и психотропных веществах», подзаконные нормативные акты и Гражданский Кодекс РФ (далее по тексту – ГК РФ). Диссертантом использовались также научные работы ведущих учёных и практиков, исследовавших преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков: Анисимова Л.Н., Ахмадуллина А., Багаутдинова Ф., Васецова А., Галузина А., Гасанова Э.Г., Гаухмана Л., Гунариса Р.Г., Калачёва Б.Ф., Кочои С., Мирошниченко Н. А., Музыка А., Наумова А., Поветкина И.И., Радченко В.И., Савкина А., Саляхова Р., Щиголева Ю. и других. Эпмирической основой для исследования выступили изученные автором материалы 150 рассмотренных судами Ставропольского края и Ростовской области уголовных дел, опросы и анкетирование 100 работников правоохранительных органов, а также собственная практика автора, выступавшего защитником обвиняемых по уголовным делам. Методологическую основу исследования составляет логико-правовой, сравнительно-правовой, историко-правовой, системно-структурный и ряд других методов. Использован также практический метод, обусловленный частной юридической практикой автора в качестве защитника обвиняемых по уголовным делам. Теоретической основой исследования послужили опубликованные прецеденты Верховного Суда РФ, обзоры судебно-следственной практики, проведённые использованы Генеральной различные Прокуратурой статьи в РФ. Автором также были научно-практических изданиях, монографии и иные материалы по рассматриваемой проблеме. Научная новизна исследования выражена в изучении взаимосвязи различных отраслей права, регулирующих оборот наркотических средств и психотропных веществ: уголовного (включая нормы, вступающие в силу с 15.03.04 г.) и гражданского законодательства, Закона о наркотических средствах, подзаконных актов органов исполнительной власти, решений Конституционного Суда РФ. Научная новизна работы обусловлена также исследованием обстоятельств, исключающих и смягчающих уголовную ответственность за рассматриваемые преступления и впервые введённых Уголовным Кодексом РФ с 01.01.97 г. К таковым относятся: в первом случае – психическое расстройство субъекта преступления, не исключающее вменяемости – заболевание с диагнозом «наркомания» (ст. 22 УК РФ), а во втором случае – обстоятельства крайней необходимости (ст. 39 УК РФ) и обстоятельства, перечисленные в примечании к ст. 228 УК РФ. Научная новизна работы также выражена в анализе изменений, вносимых г. в УК РФ о преступлениях рассматриваемой категории Федеральным Законом от 08.12.03 г. № 162-ФЗ, вступающих в силу с 15.03. Научная новизна обусловлена предложениями автора по совершенствованию регламентации ответственности за незаконный оборот наркотиков путём эволюции уголовного законодательства, в частности – дополнением Кодекса отдельной статьёй о дифференциации ответственности посредников в сбыте наркотических средств и психотропных веществ, изменения уголовного закона посредством распространения уголовной ответственности за незаконную перевозку только на случаи, сопряжённые с его сбытом, а за незаконное хранение – лишь исходя из наступивших последствий;

дополнения статьи 229 УК РФ новой частью о квалифицирующем признаке хищения – с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (вместо квалификации по совокупности ст.ст. 229 и 111 УК РФ). Новизна диссертации определяется и результатами проведённого исследования, наиболее существенные из которых выносятся на защиту. Основные положения, выносимые на защиту:

- формирование комплексного правоприменения для регламентации ответственности субъекта преступления, определения признаков и составов преступлений, а также оснований, исключающих уголовную ответственность и наказание, - предложение об изменении диспозиции ст. 228 УК РФ путём распространения уголовной ответственности за незаконную перевозку наркотиков только на случаи, сопряжённые с его сбытом, - предложение о криминализации незаконного хранения наркотических средств и психотропных веществ лишь исходя из наступивших последствий (реальный состав) путём изменения диспозиции ст. 228 УК РФ, - обоснование целесообразности внесения в УК РФ отдельной статьи, предусматривающей наркотиков, - предложение о дополнении статьи 229 УК РФ частью четвёртой, предусматривающей ответственность за хищение наркотиков с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, вместо квалификации по совокупности ст. 229 и ст. 111 УК РФ, - практическое значение обстоятельств крайней необходимости как фактора освобождения от уголовной ответственности, последствия совершения как преступления фактора, лицом, страдающего уголовную заболеванием «наркомания», смягчающего ответственность посредников в приобретении ответственность. Апробация и внедрение результатов исследования имели место при обсуждении исследований автора на 7-й научно-практической конференции 20.04.2001 г. в Ставропольском институте им. В.Д. Чурсина. Выводы (учитываются Ставрополя работниками при прокуратуры Промышленного обвинения района в и г. рекомендации диссертанта внедрены как в учебный процесс, так и в практику поддержании государственного суде).

Апробация и внедрение результатов исследования состоялись также посредством опубликования работ автора в изданиях Ставропольского института им. Чурсина и иных источниках – международном научном журнале «Право и политика» (М., № 11/2001 г.) и «Журнале российского права» (НОРМА –ИНФА-М, № 12/2001).

Структура диссертационной работы. Диссертация состоит из введения, 3 глав (по 2 параграфа в каждой), заключения и списка литературы.

ГЛАВА Незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов в уголовном праве как основание уголовно-правовой ответственности Параграф 1 Уголовная ответственность за незаконные приобретение, производство, изготовление, переработку, перевозку и хранение наркотических средств и психотропных веществ и их аналогов. Объективную сторону таких преступлений составляют покупка, получение в счет взаиморасчета за проделанную работу, оказанную услуги или в уплату долга. Эти деяния с гражданско-правовых позиций общеизвестны и не вызывают затруднений у судов при описании и квалификации незаконного приобретения наркотиков. В этом случае наркотические средства, психотропные вещества выступают либо в форме товара (купля-продажа), либо в качестве средства платежа (взаиморасчет). Критерий уголовной ответственности за присвоение найденного – последующее использование в личных целях: как с целью собственного потребления, так и с целью сбыта. Объективная сторона этого вида приобретения наркотического средства, психотропного вещества тесно связана с его субъективной стороной. Действия виновного в данном случае характеризуются только прямым умыслом (абз. 2 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г.). Виновный определенно осознает, что найденное вещество является наркотическим, психотропным, либо подлежит использованию в таковом качестве. Его использование как наркотического безусловно свидетельствует о наличии прямого умысла. В противном случае, а равно, когда доказать прямоту умысла не представило возможным, может присутствовать наркотическое такового. Такая форма вины исключает уголовную ответственность за незаконное приобретение в отношении действий, связанных с присвоением найденного наркотического средства. На практике доказывание прямого умысла может представлять достаточную сложность. Особенно актуально это в случае, когда при обыске лица по основаниям, не связанным с оборотом наркотиков, вдруг обнаруживается хранящееся наркотическое средство (психотропное вещество). В данном случае подозреваемому (обвиняемому) достаточно категорично утверждать, что найденное им вещество он не воспринимал как наркотическое. невозможно. В Если этом это вещество состав в качестве наркотического наркотического (психотропного) не использовалось, доказать наличие прямого умысла случае приобретения (психотропного) средства, равно как и последующее связанное с ним хранение – будут отсутствовать. При показаниях об осведомленности в наркотических свойствах найденного вещества, состав преступления «незаконное приобретение» в форме присвоения найденного налицо. Так, приговорами Промышленного районного суда г. Ставрополя С.1 и К.2 были осуждены за незаконное приобретение наркотических средств в _ 1 косвенный средство умысел либо неосторожность: либо нашедший вообще не обоснованно сомневался предполагал, что вещество наркотическое, и не использовал его в качестве Архив Промышленного районного суда г. Ставрополя, уголовное дело № 1-431/01. Там же, уголовное дело № 54665.

форме присвоения найденного. Основанием для такого решения послужили показания подсудимых о том, что они поняли, что найденные ими вещества (в первом случае – полимерные пленки опия, во втором – марихуана) являются Для наркотиками, квалификации они как их присвоили с целью последующего действий, употребления. «незаконное приобретение» связанных с собиранием произрастающих наркотикосодержащих растений, обязательно отсутствие предшествующего законного права собственности на такие растения, собираемые субъектом их незаконного приобретения. Отсутствие предшествующего права собственности будет наблюдаться в отношении следующих растений, приведенных Пленумом Верховного Суда РФ:

- дикорастущие растения. В соответствии со ст. 221 ГК РФ, права собственности в период их произрастания не возникает. остатки находящихся на неохраняемых полях посевов наркотикосодержащих растений после завершения их уборки. Изначальное право собственности принадлежало лицу, осуществившего их посев и уборку. Если же после окончания таковой собственник прекратил охранять поле (земельный участок) с остатками наркосодержащих растений, – следовательно, фактически он в силу требований ст. 236 ГК РФ отказался от своих прав на них. - растения, произрастающие на земельных участках организаций и граждан, если эти растения не высевались и не выращивались. В соответствии с ч.1 ст. 218 ГК РФ, права собственности возникает на новую вещь, созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов.

Данное искусственным правило путем применяется также к плодам растений.

выращенных Если же сельскохозяйственных наркотикосодержащие культуры никем специально не высевались и не выращивались, произросли помимо воли собственника земельного участка – эти растения ничем не отличаются от дикорастущих. Поэтому и уголовноправовая квалификация действий лиц, собравших как дикорастущие, так и специально не высеянные наркотикосодержащих растений, – одинаковая. Аналогичное описание объективной стороны преступления приводилась и в рамках УК РСФСР, истолкованного абз. 3 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 27.04.93 г. Не случайно постановлением от 07.10.94 г. президиума Верховного Суда Республики Марий Эл по уголовному делу в отношении К., П., Б. и Н. изменены приговор и кассационное определение: признаны незаконным приобретением наркотических средств действия виновных, связанные с собиранием мака с приусадебных участков граждан, где он рос как сорняк и специально никем не высевался и не выращивался1. Определение наличия или отсутствия чужого законного права собственности на приобретаемые субъектом преступления наркотикосодержащие растения обязательно для правильной квалификации действий виновного. Ведь при наличии права собственности, приобретенного в соответствии с Законом о наркотических средствах, объект посягательства субъекта преступления расшириться, приобретя черты хищения, что потребует квалификации по соответствующей части ст. 229 УК РФ. Отсутствие права собственности состава хищения не образует, поэтому в данном случае достаточно квалификации за незаконное приобретение (ст. 228 _ БВС РФ № 4/95 с. 14-15.

УК РФ). Вместе с тем, по ст. 229 УК РФ квалифицируются деяние, выразившееся в собирании растений с земельных участков, на которых они незаконно высевались и культивировались, без согласия лиц, производивших их выращивание. Об этом прямо указывается в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г. При наличии такого согласия признак хищения отсутствует, а содеянное охватывается диспозицией ст. 228 УК РФ – незаконное приобретение. Отдельные судьи допускают ошибки при описании данного вида преступного деяния. Так, в приговорах, выносимых одним и тем же судьей по различным делам, указывалось, что подсудимый «незаконно нарвал» дикорастущую коноплю1. Использование подобных обиходных выражений при описании объективной стороны преступного деяния вряд ли может быть признано допустимым. Действия, выраженные в приобретение с использованием поддельного рецепта, охватывают содержание двух преступлений, ответственность за которые предусмотрена различными статьями Уголовного Кодекса РФ. Этот признак незаконного приобретения отдельно не предусмотрен ст. 228 УК РФ, поэтому квалификация действия виновного производиться на общих основаниях по соответствующей части указанной статьи в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Ст. 233 УК РФ предусматривает уголовную ответственность только для автора поддельного документа, дающего право на получение наркотических средств, психотропных веществ. Для лица, использовавшего поддельный документ с целью приобретения наркотика, данная норма ответственности не Архив Промышленного районного суда г. Ставрополя, уголовное дело № 54556, уголовное дело № 1-463/01.

предусматривает. Лишь в том случае, если приобретатель по поддельному документу одновременно закон, являлся и его автором, он подлежит за ответственности по ст. 233 УК РФ. Уголовный предусматривающий ответственность использование поддельного документа в целях незаконного приобретения наркотических средств, психотропных веществ, в главе 25 УК РФ «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности» отсутствует. Аналогичная санкция содержится в другой главе (32) УК РФ: «Преступления против порядка управления». Ч. 3 ст. 327 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за использование заведомо подложного документа. Это общая норма об ответственности за использование любого подложного документа, для любых целей, в том числе – для незаконного приобретения наркотических средств, психотропных веществ. Таким образом, действия, связанные с составлением подложного документа и получением по нему наркотических средств, психотропных веществ одним лицом влекут ответственность сразу по трем статьям Уголовного Кодекса РФ:

- по ст. 233 – за подделку рецепта (иного документа), - по ст. 327 ч. 3 – за использование заведомо подложного документа, - по ст. 228 – за незаконное приобретение наркотических средств, психотропных веществ. Включение в совокупность первой статьи (подделка рецепта) не вызывает сомнений. Хотя «подделка рецептов на получение наркотических средств не является самоцелью, совершая ее, преступник осознает, что конечной целью является получение наркотиков»1, Следовательно, ответственность за данные объективная действия сторона подделки рецепта и незаконного приобретения наркотиков различны. справедливо предусмотрена различными статьями УК РФ. Использование же заведомо подложного документа без незаконного приобретения наркотических средств, психотропных веществ (либо покушения на приобретение) невозможно. Поэтому, объективная сторона как использования подложного документа, так и незаконного приобретения наркотика с использованием этого документа одинаковая, выражена одними и теми же действиями субъекта преступления. Это следует даже из словесного описания объективной стороны: слова «использование заведомо подложного документа» и «приобретение с использованием подложного документа» филологически так же означают одни и те же действия. Из смысла ч. 2 ст. 6 УК РФ и ч. 1 ст. 50 Конституции РФ о недопустимости повторного осуждения за одно и тоже преступление следует также невозможность двойной уголовной ответственности за одно и то же деяние. При этом не имеет значения, одной или несколькими статьями УК за него реально предусмотрена уголовная ответственность. Точнее, формулирование ответственности за одно деяние в нескольких статьях Кодекса необходимо рассматривать как ошибку законодателя, нарушение им принципа, закрепленного как в основном законе государства (ч. 1 ст. 50 Конституции РФ), так и в специальном законе об общих принципах назначения наказания (ч. 2 ст. 6 УК РФ). Щиголев Ю. «Подлог рецептов на наркотические средства» – Российская Юстиция № 4/99 с. 42-43.

Эту точку зрения автора фактически разделил Конституционный Суд РФ при рассмотрении аналогичного вопроса. Таковым явилось обращение осужденного П. о неконституционности двойной уголовной ответственности за одно и то же деяние – разбой, в процессе которого совершено умышленное убийство потерпевшего, квалифицированное совокупностью различных статей УК РФ (по п. «в» ч. 3 ст. 162 – разбой с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, за которым последовала его смерть;

и по ч. 2 п. «з» ст. 105 УК РФ – квалифицирующий признак убийства «сопряженное с разбоем»). В Определении от 09.12.99 г. № 217-О Конституционного Суда РФ указано: «Обязательность квалификации умышленного убийства в процессе разбойного нападения как совокупности преступлений не вытекает ни из уголовного закона…, ни из требований о соразмерности применяемых к виновному мер уголовно-правового характера общественной опасности преступлений и о осуждения за одно и то же преступление». Применительно к объективной стороне преступления – незаконного приобретения использованием наркотических подложного средств, рецепта – психотропных веществ с вышеуказанное означает недопустимости повторного недопустимость формулирования одного и того же обвинения двумя статьями УК. Представляется, что по обращению заинтересованного лица Конституционный Суд РФ сможет привести в соответствие с Конституцией РФ эти положения ст. 228 и ч. 3 ст. 327 УК РФ в той мере, в какой они истолкованы в процессе правоприменительной практики. Данный вопрос подлежит непосредственному урегулированию и в процессе законотворчества. Не вызывает сомнения, что приобретение наркотиков по подложным рецептам представляет повышенную общественную опасность и требует более строгих санкций, чем приобретение «обычным» способом. Для этого достаточно внести соответствующие изменения в ст. 228 УК РФ, предусмотрев использование подложных документов квалифицирующим признаком незаконного приобретения наркотических средств, психотропных веществ. Санкция ч. 3 ст. 327 УК РФ предусматривает наказание, не связанное с лишением свободы;

использование подложного документа является преступлением небольшой тяжести (ч. 2 ст. 15 УК РФ). Все преступления, предусмотренные ст. 228 УК РФ, не являются преступлениями небольшой тяжести: санкция самой мягкой ч. 1 этой нормы – до 3 лет лишения свободы (ч. 3 ст. 15 УК РФ). Таким образом, окончательное наказание за деяние – незаконное приобретение наркотиков с использованием подложного рецепта, – квалифицированное по совокупности ч. 3 ст. 327 и ст. 228 УК РФ, определяется в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного или полного сложения наказаний. Данный принцип формально соответствует цели более строгого наказания за деяние, предусматривающее повышенную общественную опасность – незаконное приобретение наркотиков с использованием подложного рецепта. Однако, такой подход недопустим с точки зрения юридической техники: ответственность за одно и то же деяние должно быть предусмотрено только одной статьей Уголовного Кодекса. Формальный подход по существу является применением уголовного закона по аналогии, что в силу ч. 2 ст. 3 УК РФ недопустимо. Пленум Верховного Суда РФ в абз. 2 п. 2 Постановления № 9 от 27.05.98 веществ. г. не случайно подробно перечислил возможные перечня способы действий объективной стороны приобретения наркотических средств, психотропных Недостатки отсутствия исчерпывающего подсудимого уже исследовались. Цель внимательного отношения Пленума к объективной стороне приобретения наркотиков вполне понятна: формальный подход к описанию преступного деяния со стороны следственных и судебных органов неизбежно ведет к нарушению уголовно-процессуального закона, что, в свою очередь, влечет возвращение уголовных дел для производства дополнительного расследования, отмену неправосудных приговоров вышестоящими судебными инстанциями. Как отмечает А. Васецов, «…органы предварительного следствия… очень часто не имеют возможности установить обстоятельства… приобретения (наркотических средств, психотропных веществ – С.Ф.). Поэтому в процессуальных документах пишется ставшая шаблонной фраза, что обвиняемый в неустановленном месте, в неустановленное время, у неустановленного лица приобрел какое-то количество наркотических средств. Подобная формулировка означает, что фактически лицо обвиняется в преступлении, Неустановление объективная признаков сторона объективной которого стороны не установлена… и, преступления, следовательно, фактически непредъявление лицу обвинения в этой части существенно ограничивает его право на защиту. К тому же нередки случаи, когда задержанные по подозрению в приобретении наркотиков утверждают, что обнаруженные у них наркотики подброшены наркотиками милиции. Именно установление обстоятельств приобретения наркотических средств позволило бы опровергнуть такие утверждения.»1. Практика свидетельствует, что, к сожалению, ставропольские суды также нередко грешат подобными примерами. Так, в приговорах в отношении П.2 и Л.3 не указаны способы приобретения наркотиков _ 1 2 осужденными.

Васецов А. «Факт приобретения наркотиков надо доказывать» – Российская Юстиция, № 6/99, с. 51. Архив Промышленного районного суда г. Ставрополя, уголовное дело № 1-404/01. Там же, уголовное дело № 1-437/01.

Причем, эти ошибки обусловлены исключительно невнимательностью и формальным подходом судей, поскольку оба подсудимых как в стадии предварительного следствия, так и судебного заседания заявили о конкретном способе приобретения наркотиков – их покупке. По другому делу аналогичную ошибку своевременно исправил прокурор в стадии утверждения обвинительного заключения. Возвращая дело для производства дополнительного расследования, прокурор обоснованно указал на недопустимость обвинения С. формулировкой «приобрела при неустановленных обстоятельствах». На протяжении всего периода следствия обвиняемая показывала, что нашла наркотическое средство. Обвинительное заключение было пересоставлено соответствующим образом, дело направлено в суд, а С. – осуждена за приобретение наркотика в форме присвоения найденного 1. В дополнение к сказанному хотелось бы отметить, что УК РФ криминализировано психотропных не всякое – а приобретение лишь наркотических Именно на средств, органы веществ, незаконное.

предварительного расследования законом возложена обязанность доказать незаконность такого приобретения, что безусловно требует подробного описания силу объективной стороны преступления, действий быть виновного, признан связанных с приобретением наркотиков. В противном случае, обвиняемый в принципа презумпции невиновности должен приобретшим наркотические средства, психотропные вещества на законных основаниях, ибо все неустранимые сомнения в его виновности должны толковаться в его пользу (ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре» № 1 от 29.04.96 г.). _ 1 Архив Промышленного районного суда г. Ставрополя, уголовное дело № 1-431/01.

Представляется совершенно недопустимой практика, при которой обвинение за приобретение наркотических средств, психотропных веществ предъявляется лицу без описания способа приобретения, но в вину вменяется отсутствие соответствующего разрешения на приобретение. При отсутствии доказательств способа незаконного приобретения в данном случае бремя доказывания отсутствия вины фактически перелагается на обвиняемого, что противоречит ч. 2 ст. 47 Конституции РФ. В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №9 от 27.05.98 г., под незаконным изготовлением наркотических средств или психотропных веществ следует понимать совершенные в нарушение законодательства РФ умышленные действия, направленные на получение из наркотикосодержащих растений, лекарственных, химических и иных веществ одного или нескольких готовых к использованию и потреблению наркотических средств, психотропных веществ. При этом по смыслу ст. 228 УК РФ как изготовление надлежит квалифицировать и производство наркотических средств или психотропных веществ, то есть действия, направленные на их серийное получение. Первоначально суды испытывали затруднения при решении вопроса о наличии в действиях подсудимых этого квалифицирующего признака. Различные пути подхода к данному вопросу указал Первый Заместитель Председателя Верховного Суда РФ Радченко В.И. Так, в двух приведенных им примерах суд признал «изготовлением наркотического средства» действия подсудимых, направленные на 1) измельчение дикорастущей конопли, 2) начинение измельченными частями растения гильз папирос для последующего употребления. В другом случае суд аналогичные действия изготовлением наркотического средства не признал. Кроме того, действия, выразившиеся в смешивании опия в кружке с водой и ангидридом уксуса и последующим его кипячением один состав суд признал изготовлением наркотического средства;

другой же суд – не признал таковым, указав в приговоре, что подсудимый не изготовил наркотическое средство, а приготовил его к употреблению 1. Окончательно судебная практика пошла по пути, исключающему уголовную ответственность за изготовление наркотиков его обработку, направленную на подготовку к употреблению. Примером здесь может служить следующее уголовное дело. Арзгирский районный суд Ставропольского края в приговоре от 03.02.98г. исключил из обвинения Ш. квалифицирующий Заместитель признак «изготовление наркотического средства». Генерального Прокурора РФ не согласился с таким решением, указав в протесте, что изготовление в данном случае было выражено в высушивании листьев дикорастущей конопли и измельчении путем механического воздействия ладонями рук. Оставляя протест без удовлетворения, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в определении от 22.10.98 г. указала, что под изготовлением следует понимать умысел виновного, направленный на повышение концентрации наркотического средства. В данном случае, растение высохло естественным путем (при отсутствии усилий со стороны подсудимого), а его измельчение было направлено не на повышения концентрации наркотика, а лишь для удобства его использования при курении 2. На Пленуме Верховного Российской Суда РФ (апрель-май Единая 1998 г.) о ратифицированная Федерацией конвенция Радченко В.И. «Некоторые вопросы судебной практики по делам о преступлениях, связанных с БВС РФ № 5/99 с. 13 наркотическими средствами, психотропными и сильнодействующими веществами» – БВС РФ № 10/98 с. 6-7.

наркотических средствах 1961г. была названа международно-правовым документом, трансформированным в правовую систему России в соответствии со ст. 15 Конституции РФ 1. Следовательно, ее положения должны обладать приоритетом над внутренним законодательством РФ. Федеральным Законом от 08.12.03 г. № 162-ФЗ в УК РФ введена новая норма – ст. 228-1 УК РФ – об уголовной ответственности за незаконное производство наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов. Вместе с тем, положения Конвенции о наркотических средствах об определении понятий «изготовление» и «производство» наркотических средств могут быть истолкованы неоднозначно. В соответствии с п. 1 ст. 1 Конвенции, «изготовление» означает все процессы, за исключением производства, при помощи которых могут быть получены наркотические средства, в том числе рафинирование, а также превращение наркотических средств в другие наркотические средства (пп. «о»). «Производство» означает отделение опия, листьев кока, каннабиса и смолы каннабиса от растений, от которых или из которых они получаются (пп. «ф») 2. Соответственно, в Конвенции дано ограничительноее определение производства наркотиков путём указания на вещества растительного происхождения, производимые законным способом: опий, коку и каннабис. Очевидно, что введение в Федеральным Законом от 08.12.03 г. № 162-ФЗ уголовной ответственности за незаконное производство наркотиков призвано криминализировать производство таковых из наркотикосодержащих видов _ 1 БВС РФ № 7/98 с. 1 Собрание Законодательства РФ № 22/2000 ст. 2269.

конопли, не поименованной в Конвенции.

Представляется, что целесообразность названных изменений в УК РФ покажет практика. Вместе с тем, в ст. 1 Федерального Закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» дано иное определение производства, а именно – «действия, направленные на серийное получение наркотических средств или психотропных веществ из химических веществ и (или) растений». Соответственно, Пленуму Верховного Суда также понадобится внесение соответствующих изменений в Постановление от 27.05.98 г. № 9. Также усматривается, что в тексте Конвенции признак «изготовление» охватывается отдельным квалифицирующим признаком УК РФ «переработки». Отграничение «изготовления» от «переработки» приведено в абз. 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г.: переработкой смеси, названы умышленные или действия, направленные на рафинирование (очистку от посторонних примесей) твердой или жидкой содержащей одно несколько наркотических средств, психотропных веществ, либо на повышение концентрации в такой смеси наркотического средства, психотропного вещества. Вместе с тем, ранее действовавшее Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 27.04.93 г. такого отграничения не знало: к изготовлению в числе прочих действий относилась «… также… переработка и рафинирование… в целях повышения концентрации наркотика и его наркотического эффекта…». Приведенные различия в толковании признака изготовления наркотических средств, содержащиеся в Единой Конвенции 1961 г. и ст. 228 УК РФ в свете ее толкования Пленумом Верховного Суда РФ 1998 г. относятся к разряду технического, но не юридического характера. Они могут быть связаны с искажениями при переводе, но не влекут последствий уголовно-правового характера: за действия, названные «изготовлением» и «переработкой» наркотических средств, психотропных веществ ответственность предусмотрена одной и той же нормой права – ч. 2 ст. 228 УК РФ (ч. 1 ст. 228 УК РФ в редакции ФЗ-162 от 08.12.03 г.). При этом, использование в современном российском уголовном праве признака «переработка» по существу является уточнением одного из способов изготовления, в качестве какового данные действия и описаны в Конвенции. Здесь наблюдается развитие национальной уголовно-правовой науки: аналогичное Конвенции описание приводилось Пленумом Верховного Суда РФ в 1993 г. при толковании «изготовления» в свете ст. 224 УК РСФСР, измененным Пленумом в 1998 г. с вступлением в силу нового УК РФ. Таким образом, изложенное не ухудшает положения осужденного, поскольку отдельного от признака «изготовления» признак «переработки» наказания не несет: эти деяния названы в диспозиции одной статьи уголовного закона, имеющего одну санкцию. Таким образом, осужденному может быть назначено не несколько наказаний (отдельно за изготовление, отдельно за переработку), а одно – за совокупность этих действий, исключающее назначение окончательного наказания в соответствии со ст. 69 УК РФ. «Редким способом изготовления наркотических средств является получение их в лабораторных условиях путём химических реакций. Если лицо, работая в фармацевтической промышленности, по роду своей деятельности занимается изготовлением наркотических препаратов и из излишков сырья изготовляет наркотические средства для их последующего сбыта, то его действия надлежит квалифицировать как хищение наркотических средств и изготовление их с целью сбыта» 1. Как указывалось, под незаконной переработкой наркотического средства следует понимать совершение в нарушение законодательства РФ умышленных действий, направленных на рафинирование (очистку от посторонних примесей) твердой или жидкой смеси, содержащей одно или несколько наркотических средств, либо на повышение в такой смеси (препарате) концентрации наркотического средства. Таким образом, объективная сторона переработки составляет действия обвиняемого, направленные как на рафинирование, так и на повышение концентрации, либо преследующие сочетанную цель (и рафинирование, и концентрации в совокупности). Для осуждения лица за переработку суд в приговоре обязан указать ее способ. В противном случае, уголовная ответственность за переработку наркотического средства исключается. Для формирования единообразного подхода судов представляет интерес следующее уголовное дело. Приговором от 17.11.97 г. Кумертауского городского суда Республики Башкортостан Л. в числе прочих преступлений осужден также за незаконную переработку наркотического средства. Суд указал, что приобретенное подсудимым наркотическое средство – опий – он с использованием кухонной посуды переработал в ацетилированый опий. Однако, в приговоре не была описана объективная сторона преступного деяния, а именно: ли не они конкретизированы действия осужденного, не выяснено, _ были Мирошниченко Н.А. «Квалификация незаконных действий с наркотическими средствами» (текст лекций) – Одесса, ОГУ, 1990 г., с. 8.

направлены на рафинирование или повышении в смеси концентрации наркотических средств. Из показаний осужденного следовало, что приобретенный опий он положил в эмалированную кружку и залил кипяченой водой, затем жидкий раствор процедил через вату и сделал себе укол. Поскольку объективных доказательств, составляющих объективную сторону переработки: а) рафинирование (очистку от посторонних примесей) жидкой смеси, б) повышения в такой смеси концентрации наркотического средства – в отношении Л. установлено не было – приговор и последующие судебные решения отменены определением от 25.05.2000 г. Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ с прекращением производства по делу в части обвинения, связанного с незаконной переработкой наркотического средства 1. Как видно, в данном случае осужденный преследовал цель не переработки наркотического средства (рафинирование или повышение концентрации), а подготовку его к употреблению. Верховный Суд РФ не признал рафинированием (очищением от посторонних примесей) процеживание жидкого раствора через вату. Это может быть обусловлено тем, что в свете «переработки» рафинирование (очищение от посторонних примесей) представляет собой один из способов повышения концентрации наркотического средства в растворе. Процеживание раствора через вату очищает жидкую смесь от примесей в ничтожно малых количествах. Совершенно очевидно, что такая процедура не повышает концентрацию наркотического средства, а является одним из способов стерилизации раствора, подлежащему введению внутривенно. _ БВС РФ № 2/2001 с. 14-15.

Поскольку квалифицирующего Как видно, стерилизация признака объективная жидкой преступления сторона смеси не является в его рафинированием и не повышает концентрацию наркотического средства, «переработка» и данных действиях быть не может. переработки изготовления наркотического средства, психотропного вещества весьма схожи. И в первом, и во втором случае конечная цель субъекта преступления – сделать наркотик готовым к употреблению. Изготовлению и переработке посвящен один и тот же пункт Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г. (п. 3). Различие между данными составами усматривается в исходном у субъекта материале (сырье) для изготовления, переработки. Так, при изготовлении исходный материал к наркотическим средствам или психотропным веществам не относится: действия виновного направлены на получение наркотических средств, психотропных веществ, включенных в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров. Фактически в результате изготовления создается новое химическое вещество, включенное в указанный Перечень. В результате переработки процесса создания нового вещества не происходит. В данном случае, сырье – наркотическое средство, психотропное вещество, включенное в указанный Перечень. Конечный продукт переработки – то же самое наркотическое средство, психотропное вещество. В процессе переработки происходит лишь улучшение его наркотических (психотропных) свойств путем рафинирования (очищения от посторонних примесей) и (или) повышения концентрации.

Как справедливо указывает И. Иванов, «изготовление отличается от переработки не только по предмету, но и по цели, результату»1. Для правильной квалификации действий подсудимых, которым предъявлено обвинение в незаконном изготовлении или незаконной переработке наркотического средства или психотропного вещества, необходимо «…по каждому делу… устанавливать, включено ли изготовленное средство или вещество в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, является ли оно готовым к употреблению, какие наркотические средства или психотропные вещества и в какой концентрации содержаться в препарате после его очистки от посторонних примесей либо после совершения действий, направленных на повышение в нем концентрации наркотического средства или психотропного вещества» 2. Как изготовление, так и переработка наркотического средства, психотропного вещества характеризуются наличием формального состава. В абз. 4 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г. указывается, наркотических что незаконное средств или изготовление и незаконную веществ перевозку надлежит психотропных квалифицировать как оконченное преступление с начала совершения действий, направленных на получение готовых к использованию и потреблению наркотических средств или психотропных веществ либо на рафинирование или повышение в препарате концентрации наркотических средств и психотропных веществ. _ Иванов И. «Разграничение понятий «изготовление» и «переработка» наркотических средств» – «Законность», Радченко В.И. – Указанное сочинение.

№ 8/2001 г. – приводиться по справочно-правовой системе «Консультант – Судебная практика».

Таким образом, наступления вредных последствий для квалификации действий виновного как изготовление или переработка наркотического средства, психотропного вещества – не обязательно. Такой правовой подход оспаривается Э.Г. Гасановым. По его мнению, изложенное «представляется неосновательно расширительным толкованием уголовного закона, состоящим в переносе момента окончания изготовления и переработки наркотических средств или психотропных веществ на стадию покушения на преступления, поскольку указанные действия являются оконченным преступлением, что прямо вытекает из диспозиции ч. 2 ст. 228 УК РФ 1996 г., с момента получения готовых к использованию и потреблению названных намечавшихся»1. Изложенное мнение небесспорно. Э.Г. Гасанов трактует слова «изготовление» и «переработка» в как конечный результат деяния виновного. Вместе с тем, эти же слова могут означать и технологический процесс, состоящих из нескольких стадий. В данном случае, «изготовлением» и «переработкой» будут также будут считаться действия лица до стадии получения окончательного продукта. Истолковывая уголовно-правовые понятий, допускающие разночтения, Пленум Верховного Суда РФ действовал в пределах полномочий, предоставленных ему ст. 126 Конституции РФ и п. 1 ст. 58 Закона РСФСР «О судоустройстве РСФСР», п. 5 ст. 19 Федерального Конституционного Закона «О судебной системе РФ». Поэтому, имеет смысл говорить о допустимости произведённого Пленумом толкования. средств и веществ, хотя бы части и из Гасанов Э.Г. – «Борьба с наркотической преступностью. Международный и сравнительно-правовой аспекты».

Учебно-консультационный центр «ЮрИнфоР», М., 2000., с. 129-130.

В соответствии с ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. Разъясняя данное положение, Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 29.04.96 г. № 1 «О судебном приговоре» отметил, что в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и т.д. Отсюда можно сделать вывод также о том, что в пользу подсудимого необходимо истолковывать также отдельные уголовно-правовые термины, допускающие разночтения. При таких обстоятельствах, точка зрения Э.Г. представляется Гасанова о справедливой необходимости вышеотмеченная квалифицировать как оконченное преступление получение конечного продукта в процессе «изготовления» и «переработки» наркотических средств (психотропных веществ), а до получения такового – как покушение на его совершение. Несмотря на то, что объективная сторона незаконных «изготовления» и «переработки» различны, на практике данные понятия иногда смешивают, квалифицирую одни и те же действия обвиняемых и как изготовление и как переработку. Так, органами предварительного следствия С. предъявлено обвинение по п. «в» ч. 3 ст. 228 УК РФ. Как указано в обвинительном заключении, С. незаконно изготовил и переработал наркотическое средство: разбавил опий кипячёной водой и ввёл себе внутривенно.

Промышленный районный суд г. Ставрополя обоснованно оправдал С. по данному обвинению. В приговоре указано, что действия обвиняемого были направлены не на изготовление или переработку наркотика, а на удобство в его употреблении. В результате деяния С. не имело место получение из имевшегося у него вещества нового наркотика, а равно рафинирование либо повышение его концентрации 1. Общий порядок легальной перевозки регламентирован ст. 21 Закона о наркотических средствах. Необходимые наркотического объективные признаки перевозки – вещества с перемещение средства, психотропного использованием транспортного средства. Незаконная перевозка наркотиков может осуществляться любыми видами транспорта: пассажирским либо грузовым;

автомобильным, железнодорожным, водным (речным или морским) или воздушным 2. Окончанием совершения преступления необходимо считать момент начала движения транспортного средства. Закон не связывает уголовную ответственность с расстоянием перевозки, поэтому преступление следует считать окоченным независимо от пройденного транспортным средством пути. Исходя из изложенного, действия квалифицируются как незаконная перевозка и в том случае, когда наркотики обнаружены после начала движения и не доставлены в пункт назначения. При обнаружении наркотических средств, психотропных веществ в процессе или после их _ 1 Архив Промышленного районного суда г. Ставрополя, уголовное дело № 1-370/01. Аналогично см. п. 5 Комментария к ст. 228 УК РФ – издание второе, изменённое и дополненное под ред. Ю.И.

Скуратова, В.М. Лебедева – Издательская группа ИНФРА М-Норма, 1997 – приводится по справочно-правовой системе «Консультант-плюс: Версия Проф».

помещения в транспортное средство (багажное отделение, грузовой отсек, тайник в транспорте, посадка пассажира, хранящего перевозимые наркотики при себе и др.), но до начала движения транспорта, действия виновного необходимо квалифицировать как покушение на незаконную перевозку. Как следует из разъяснений Пленума Верховного любое Суда РФ, непосредственным орудием перевозки является транспортное средство. Определение транспортного средства содержится в Правилах дорожного движения (Утверждены Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 с последующими изменениями и дополнениями)1. Данным нормативным актом следует руководствоваться в случаях сомнений, является ли используемое для перемещения наркотиков сооружение транспортным средством. На практике такие случае крайне редки, но нельзя исключать их вообще. Например, использование для перемещения наркотических средств, психотропных веществ гужевых повозок безусловно указывает на наличие состава преступления «незаконная перевозка». Гужевые повозки отнесены к транспортным средствам, а лица, управляющие ими, в Правилах дорожного движения именуются «водителями» (пункты 24.1, 24.7 упомянутых Правил). Иным образом должны квалифицироваться действия всадника верхового животного (лошадь, осел, верблюд, мул). Даже при наличии средств упряжи, явно рассчитанных на перемещении человека верхом на лошади, запряженная для верховой езды лошадь Правилами дорожного движения не рассматривается в качестве транспортного средства: ее всадник именуется не «водителем», а «погонщиком», а действия по перемещению «Собрание актов Президента и Правительства РФ», 22.11.1993, № 47, ст. 4531 – приводиться по справочно правовой системе «Консультант-Плюс: Версия Проф».

лошади – не «управлением», а «погоном» (пункты 24.1, 24.7 Правил). Поэтому и действия всадника по перемещению наркотических средств не подлежат квалификации как «незаконная перевозка» ввиду отсутствия транспортного средства. Пункт 1.2 Правил дорожного движения исключает из числа транспортных средств инвалидные коляски. Последние предназначены для бытового перемещения инвалидов, аналогичному пешей ходьбе здорового человека. Данный пункт Правил инвалидов, передвигающихся в инвалидных колясках без двигателя, относит к пешеходам. Как справедливо отметил Радченко В.И., недопустимо осуждение за незаконную перевозку лица, переносящего наркотики при себе пешим ходом 1. Поэтому и использование коляски инвалидом для перемещения наркотиков также не образует состава «незаконной перевозки». Напротив, автомобиль инвалида транспортным средством является, и его использование при перемещении наркотиков безусловно указывает на наличие «незаконной перевозки». Таким образом, отличительной чертой объективной стороны преступления «незаконная перевозка наркотиков» является использование транспортного средства не только в целях перемещения (прямое назначение), но и для хранилища во время перевозки (косвенное назначение). Исключение составляют случаи перемещения наркотических средств, психотропных веществ в значительных размерах, превышающих однократное потребление субъектом перевозки. Нередки наркотика случаи, когда объект героин, перевозки кокаин) сильнодействующего (рафинированные приближается к килограмму и для хранения помещается в желудок Радченко В.И. – Указанное сочинение.

перевозящего лица. Поскольку такие действия специально направлены на сокрытие наркотических средств, психотропных веществ от их обнаружения, целью перемещения является их последующих сбыт в ином месте, эти действия образуют состав незаконной перевозки. Описание преступления «незаконная перевозка» первоначально конструктивно была помещена в часть 2 и последующие части ст. 228 УК РФ – как форма незаконного оборота наркотиков, представляющая повышенную общественную опасность. В первой части ст. 228 УК РФ, описывающие преступность и наказуемость форм оборота наркотиков, не связанных со сбытом, незаконная перевозка не криминализирована. Подобная юридическая конструкция ст. 228 УК РФ позволяет сделать вывод, что законодатель отграничил незаконную перевозку от преступлений, не связанных со сбытом, и поставил на один уровень с преступлениями, относящимися к сбыту наркотиков. Федеральным Законом от 08.12.03 г. № 162-ФЗ незаконная перевозка перемещена в диспозицию ч. 1 ст. 228 УК РФ и приравнена к преступлениям, не сопряжённым со сбытом. Между тем, автор полагает, что уголовная ответственность за незаконную перевозку наркотиков может наступать только в целях сбыта. Отсутствие данной цели при их перемещении исключают перевозку и влекут ответственность за приобретение (хранение) при наличии обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 228 УК РФ (крупный размер). Целью перевозки наркотиков может являться только распространение наркотиков в ином месте (в том числе – в пределах одного населенного пункта). Распространение является аналогом сбытом: филологически данные слова – синонимы. В этом и состоит повышенный общественно опасный характер перевозки, что влекло применение более строгой санкции ч. 2 ст. 228 УК РФ. Поэтому, автору представляется нецелесообразным конструкция ч. 1 ст. 228 УК РФ в редакции ФЗ-162 от 08.12.03 г. о криминализации уголовной ответственности за незаконную перевозку без цели сбыта. Представляется целесообразным привести в пример несколько дел о незаконных усматривается перевозках наркотиков, два из к которых определению рассмотрено признаков Промышленным районным судом г. Ставрополя. На их примере наглядно сформировавшийся подход незаконной перевозки. Т. осуждён по п.п. «б», «в» ч. 3 ст. 228 УК РФ за незаконную перевозку наркотических средств. Как отмечено в приговоре, он 4 раза приобретал в г. Михайловске наркотическое средство (опий) и перевозил его в г. Ставрополя на рейсовом автобусе. Размер перевозимого наркотика – 0,34, 0,2, 0,3 и 0,29 г, а всего за 4 эпизода перевозки – 1,13 г опия. Привезённое наркотическое средство осуждённый неоднократно сбывал иным лицам 1. Этот же суд оправдал К. по обвинению в незаконной перевозке наркотического средства по тому же маршруту (из г. Михайловска в г. Ставрополь) и тем же способом (на рейсовом автобусе). В приговоре указа но, что действия обвиняемого являются не перевозкой, а хранением при поездке, поскольку объём перевозимого наркотика не превышает одноразовой дозы, приобретённой для личного потребления. Кроме того, транспорт использован К. не для перевозки наркотика, а для собственного перемещения 2. Такой подход согласуется с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, изложенными в п. 4 Постановления от 27.05.98 г. № 9. Промышленный районный суд г. Ставрополя обоснованно признаёт незаконной перевозкой 1 Архив Промышленного районного суда г. Ставрополя, уголовное дело № 1-622/01. Там же, уголовное дело № 1-572/01.

целенаправленное и неоднократное перемещение наркотиков по одному тому же маршруту с использованием автотранспорта и с целью последующего сбыта. Однократное перемещение одноразовой дозы для личного употребления состав преступления «незаконная перевозка» не образуют. Сформировавшаяся в Промышленном районном суде г. Ставрополя практика соотносима с прецедентами, установленными Верховным Судом РФ при рассмотрении конкретных дел в порядке надзора. По одному из них Военная коллегия Верховного Суда РФ отметила отсутствие состава «незаконной перевозки» в действиях лица, и возвращавшегося в пути из отпуска на железнодорожном транспорте следования приобретшего наркотическое средство. Как отметила Военная коллегия Верховного Суда РФ, в данном случае подсудимый приобрёл наркотик для личного потребления и специально для незаконной перевозки транспортное средство не использовал 1. Как и в вышеуказанном уголовном деле по обвинению К. (Промышленный районный суд г. Ставрополя), подсудимым использовался транспорт не для незаконной перевозки наркотиков, а для личного перемещения. До принятия ФЗ-162 от 08.12.03 г. конструкция многих уголовноправовых норм была таковой, что в последующих частях одной и той же статьи содержаться квалифицирующие признаки того же деяния, что указано в первой части. По отношению к ст. 228 УК РФ, изложенное относиться только к Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ от 24.12.98 г. № 1н-0175/98 – приводится по справочно правовой системе «Консультант-Судебная Практика».

частям 3 и 4 по отношению к части 2. Объективная сторона преступления, описанная в ч. 1 ст. 228 УК РФ, отсутствует в частях 2-4 этой статьи. Изложенное означает, что при совершении лицом одного преступного эпизода, связанного с приобретением, хранением, перевозкой и другими действиями с наркотическими средствами (психотропными веществами), они должны быть квалифицированы по двум уголовно-правовым нормам: по ч. 1 ст. 228 (незаконное приобретение и хранение) и по ч. 2-4 ст. 228 УК РФ (незаконные перевозка и др.). В данном случае, субъект совершает два различных преступления. На практике это характеризуется следующим образом. Приговором Нефтеюганского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа от 17.07.97 г. Т. осужден по ч. 1 ст. 228, пп. «а», «в» ч. 3 ст. 228 УК РФ. Преступление выражено в том, что он совместно с другим лицом приобрел у неустановленного лица в г. Пытья-Ях 4,9 г опия, который перевёз в пос. Пойковский. При осмотре автомобиля на контрольном посту ГАИ наркотическое средство было обнаружено и изъято. Определением кассационной инстанцией, (оставленным без изменений президиумом суда округа) исключено из приговора осуждение Т. по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Судебные инстанции считали, что данная статья вменена осужденному излишне, поскольку незаконное приобретение и перевозка наркотического средства содержат состав преступления, предусмотренный п. «в» ч. 3 ст. 228 УК РФ, и дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 228 УК РФ не требуется. Рассмотрев протест заместителя Генерального Прокурора РФ, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила решения кассационной и надзорной инстанций суда автономного округа, направив дело на новое кассационное рассмотрение.

Как указал Верховный Суд РФ, ч. 1 и ч. 3 ст. 228 УК РФ содержат два самостоятельных состава преступления. Ч. 1 ст. 228 УК РФ устанавливает ответственность за незаконное приобретение или хранение без цели сбыта наркотических средств или психотропных веществ в крупном размере. П. «в» ч. 3 ст. 228 УК РФ предусматривает ответственность за незаконную перевозку наркотических средств или психотропных веществ в крупном размере и не устанавливает ответственности за незаконное приобретение наркотических средств или психотропных веществ без цели сбыта 1. Таким образом, квалифицирующие признаки, отягчающие уголовную ответственность, начинались только с ч. 3 ст. 228 УК РФ. Поскольку они имеют отношение к ч. 2 этой статьи и не имеют отношения к ч. 1, считалось допустимой совокупная квалификация деяния по ч. 1 ст. 228 УК РФ и ч.ч. 3 или 4 ст. 228 УК РФ. Соответственно, невозможна совокупная квалификация по ч. 2 ст. 228 УК РФ и ч. 3-4 ст. 228 УК РФ. Объективная сторона данных деяний одна и та же: как следует из диспозиции ч.ч. 3 или 4, преступление составляет «деяние, предусмотренные частью второй (частью второй или третьей», совершенные при отягчающих обстоятельствах. В юридической литературе такую проблему поднял А. Наумов. По его мнению, приобретение наркотических средств, психотропных веществ в крупном размере с их последующей перевозкой составляют два деяния, образующие одно преступление. По совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228 и ч. 3 п. «в» ст. 228 УК РФ, должны квалифицироваться незаконное приобретение в отношении одного объёме _ БВС № 5/99 с. 13-14.

наркотика и незаконная перевозка – в отношении другого, купленного самостоятельно. А. Наумов полагает, что законодатель не мог «развести» по самостоятельным составам приобретение «в крупном размере» без цели сбыта наркотического сбыта и последующую перевозку этого же самого наркотика 1. Диссертант придерживается иной точки зрения. А. Наумов не оспаривает, что приобретение наркотика и его последующая перевозка – два самостоятельный деяния. По смыслу ч. 1 ст. 14 УК РФ, преступлением признаётся только одно общественно опасное деяние. Поэтому утверждение, что два деяния могут составлять одно преступление, представляется спорным. Исходя из изложенного, формулировка диспозиции ч.ч. 1 и 2 ст. 228 УК РФ позволяет квалифицировать преступлений. Можно говорить эти деяния о том, как совокупность двух действующая формулировка уголовного закона неудачна. В данном случае, положение исправляется внесением изменений в эту статью – например, дополнением новой частью следующего содержания: «Незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ в крупном размере с их последующей перевозкой либо пересылкой». Такая формулировка соединяет два деяния, сформулированные таковыми в действующем уголовном законе, в одно, что позволит считать одним преступлением незаконное приобретение наркотиков в крупном размере с их последующей перевозкой либо пересылкой. _ Наумов А.

«Ответственность за незаконный оборот наркотиков:

вопросы правотворчества и правоприменения» – Российская Юстиция, № 7/2000, с. 31.

К сожалению, Федеральным Законом от 08.12.03 г. № 162-ФЗ названная ущербность конструкции ст. 228 УК РФ не была исправлена. Статьей 20 Закона о наркотических средствах установлены следующие исключительные условия осуществления хранения наркотических средств и психотропных веществ:

- к такому виду деятельности допускаются только юридические лица, - порядок хранения определяется Правительством РФ, - хранение осуществляется в специально оборудованных помещениях, - такой вид деятельности подлежит обязательному лицензированию. Хранение наркотических средств и психотропных веществ в нарушение вышеперечисленных условий является незаконных и влечёт уголовную ответственность (ч. 2 ст. 20 Закона о наркотических средствах). Во исполнении этого положения закона Правительством РФ принято Постановление от 31.07.98 г. № 864 1, утвердившее государственные квоты, в пределах которых осуществляется хранение наркотических средств и веществ (в граммах в течение года). Уголовно-правовое толкование преступления «незаконное хранение наркотических средств и психотропных веществ» дано Пленумом Верховного Суда РФ. В соответствии с абз. 3 п. 2 Постановления № 9 от 27.05. 98 г., под хранением следует понимать любые умышленные действия, связанные с фактическим нахождением наркотических средство или психотропных веществ во владении виновного (при себе, если это не связано с их «Собрание Законодательства РФ», 10.08.98, № 32, ст. 3909 – приводиться по справочно-правовой системе «Консультант Плюс: Версия Проф».

перевозкой, помещении в тайнике и других местах). Объективная сторона хранения состоит в сохранении наркотических средств, психотропных веществ в течение определенного времени. Субъектом хранения является либо непосредственно владелец наркотиков, либо иное лицо, осуществляющее хранение в пользу владельца. По смыслу закона, уголовной ответственности по совокупности за изготовление (приобретение) и хранение без цели сбыта подлежит лицо, являющееся потребителем наркотического средства. Исключение составляют случаи употребления наркотика немедленно после его приобретения (изготовления). Если употребление произошло спустя определенное время после приобретения (изготовления), потребитель привлекается к уголовной ответственности за хранение. Автор такую позицию не разделяет исходя из следующего. В соответствии с ч. 1 ст. 5 УК РФ, уголовная ответственность наступает лишь за деяния, представляющие общественную опасность. Представляется, что общественная опасность при приобретении наркотических средств, психотропных веществ без цели сбыта заканчивается в момент их приобретения. До момента употребления истекшее время хранения наркотиков общественной опасности не представляет, поэтому нет необходимости предусматривать дополнительную уголовную ответственность за хранение. Исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, хранение наркотических средств, психотропных веществ (в том числе – без цели сбыта) есть преступление с формальным составом: ответственность за хранение наступает независимо от его продолжительности и наступивших последствий.

Автор считает справедливым изменить правоприменительный подход к квалификации уголовную хранения наркотиков без цели сбыта, распространив являющегося ответственность хранителя, одновременно приобретателем (изготовителем) без цели сбыта, лишь в случае причинения хранением вредных последствий. Например, если хранимые вещества обнаружат третьи лица (тем более – несовершеннолетние) и потребят их с причинением вреда собственному здоровью. Не менее опасным представляется хранение наркотиков, причинившее вредные последствия окружающей природной среде. Диспозицию уголовного закона, предусматривающего ответственность за подобное деяние, целесообразно сформулировать по аналогии со ст. 224 УК РФ следующим образом: «Незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ лицом, осуществивших их незаконное приобретение, изготовление, переработку, если это повлекло тяжкие последствия». Субъективная сторона хранения в этом случае также измениться и приобретет двойную форму вины. С одной стороны, действия, связанные с сохранением наркотических средств, психотропных веществ в течение определенного времени, будут составлять основу прямого умысла: субъект преступления желает осуществлять хранение наркотиков. С другой стороны, психическое отношение лица к наступлению тяжких последствий выражено неосторожной формой вины: не предвидел, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия (преступная небрежность). В целом, такой вид преступления признается совершенным умышленно (ст. 27 УК РФ). Данный принцип не должен относится к хранителю наркотических средств (психотропных веществ), не являющемуся их приобретателем (изготовителем). Такое хранение осуществляется по просьбе и в интересах их приобретших (изготовивших) без цели сбыта. Общественная опасность действий хранителя в данном случае в том, что он способствует нахождению наркотиков в незаконном владении до момента их потребления. Фактически, в данном случае хранитель не только покрывает факт незаконного приобретения (изготовления) наркотиков, но и попустительствует последующим антиобщественным последствиям (их потребление). Такое преступление приобретает групповой характер, что также повышает его общественную опасность. Нет необходимости говорить о безусловной криминализации деяния, составляющего хранение с целью сбыта. Субъект данного преступления является неотъемлемым звеном в налаженной и организованной цепочке оборота наркотиков, выполняя отведенную ему роль. Такое деяние наверняка сопряжено с незаконным обогащением, и, как следствие – уголовнонаказуемой легализацией (отмыванием) денежных средств. Зачастую суды вследствие формального подхода к обстоятельствам дела осуждают за незаконное хранение лиц, в действиях которых объективная сторона этого преступления отсутствует. Таким образом квалифицированы как незаконное приобретением и хранение деяние С. В основу приговора Промышленного районного суда г. Ставрополя от 16.04.2001 г., положены показания подсудимой о том, что отрезок полимерной пленки с опием она нашла на улице в пачке из-под сигарет, пачку выбросила, а опий зажала в руке, намереваясь оставить себе с целью дальнейшего употребления. К ней сразу же подошли сотрудники милиции, задержавшие ее и изъявшие наркотическое средство. Из протокола обыска, показаний понятых и работников милиции также следовало, что у задержанной обнаружен опий, зажатый в левой руке 1. Несмотря на то, что уголовная ответственность за незаконное хранение наркотика наступает независимо от его продолжительности, автор полагает, что в данном случае начала хранения не имело места. Объективная сторона данного преступления наступает с момента принятия обладателем наркотика мер к его дальнейшей сохранности – т.е., положения в помещение, иное хранилище (тайник), а в случае хранения при себе – помещение в свои личные вещи (сумку), карманы одежды. При таких обстоятельствах, держание наркотика в руке не составляет объективной стороны хранения. Подсудимая была задержана спустя короткий промежуток времени после незаконного приобретения наркотика (находки) и не успела совершить какихлибо действий, направленных на дальнейшую сохранность наркотика. При таких обстоятельствах, по мнению автора, действия субъекта незаконного приобретения наркотических средств, психотропных веществ дополнительной квалификации как «незаконное хранение» не подлежат. Обобщая изложенное, можно прийти к выводу, что действия, связанные с приобретением наркотиков, не всегда трансформируются в его последующее хранение. Для правильной квалификации действий виновных лиц органам предварительного следствия и судам необходимо подробно описывать в процессуальных документах объективную сторону каждого преступного деяния: как приобретения, так и хранения наркотических средств, психотропных веществ. Безусловно, такой подход будет способствовать искоренению правоприменительных ошибок и правильному разрешению уголовных дел. _ Архив Промышленного районного суда г. Ставрополя – уголовное дело № 1-431/01.

На практике суды нередко ошибочно квалифицируют как незаконную перевозку действия, связанные с хранением психотропных веществ во время поездки. Так, в двух случаях были квалифицированы как незаконная перевозка действия лиц, купивших на железнодорожной станции одноразовую дозу наркотиков (соответственно, опий и марихуану) и привезшего его в другой город наркотических средств,. В третьем случае аналогично квалифицировано деяние лица, купившего дозу наркотика (кустарно приготовленный препарат из эфедрина) на рынке города и привезшего его к себе домой на попутной автомашине 2. К разряду курьезных можно отнести следующие обстоятельства квалификации. В первом случае так квалифицированы деяния лица, шедшего с наркотиком по улице: суд признал, что подсудимый таким образом «перевозил» опий. Во втором это выразилось в том, что осужденный, находясь в следственном изоляторе, приобрел у другого лица опий, спрятал его в подкладку одежды и переместился на место преступления для выполнения следственных действий, будучи в наручниках, перевозимый органами предварительного расследования 3. Во всех названных случаях допущенные судами ошибки исправлены вышестоящими инстанциями с указанием на то, перечисленные действия являются разновидностью незаконного хранения наркотиков, а не их перевозки. Такие ошибки обусловлены тем, что суды считали незаконной перевозкой любое перемещение наркотических средств, психотропных 1 2 БВС РФ № 11/2000 стр. 10-11, № 2/2001 с. 14-15. БВС РФ № 6/2000 с. 17. Радченко В.И. – Указанное сочинение.

веществ. Скорее всего, они являются следствием невнимательности судей и формального подхода к исследованию всех обстоятельств дела, ибо данный вопрос нашел достаточное разрешение в абз. 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г.: не может квалифицироваться как незаконная перевозка хранение лицом во время поездки наркотического средства или психотропного вещества в небольшом количестве, предназначенного для личного потребления. Вопрос о наличии в действиях лица состава незаконной перевозки и об отграничении указанного состава преступления от незаконного хранения наркотического средства или психотропного вещества должен решаться судом в каждом конкретном случае с учетом направленности умысла, цели использования транспортного средства, количества, размера, объема и места нахождения наркотических средств или психотропных веществ и всех других обстоятельств дела. Исходя из изложенного, Радченко В.И. выделил основные критерии незаконной перевозки наркотиков, отличные от незаконного хранения: обязательное использование транспортного средства, количество наркотика, превышающее, как правило, одноразовую дозу потребления, более или менее значительный объем наркотиков в случаях, когда предметом преступления являются наркотикосодержащие растения, сокрытие наркотического средства или психотропного вещества (под сиденьем автомашины, в багажнике и т.п.)1. Упомянутый автор разъясняет точку зрения Пленума Верховного Суда РФ. Между тем, у данного положения имеются и противники. Один из них (А. Галузин) полагает, что Пленум Верховного Суда РФ в рассматриваемом Постановлении осуществил «недопустимое нормотворчество» путём _ Радченко В.И. – Указанное сочинение.

обоснования нового, «не предусмотренного ст. 228 УК вида хранения наркотиков – во время поездки в небольшом количестве». По мнению этого автора, «замысловатость толкования ч. 2 ст. 228 становится возможной посредством подмены понятия «небольшого размера» понятием «небольшого количества» наркотиков (не употребляемого уголовным законодательством)». С учётом изложенного, А. Галузин предлагает изменить редакцию анализируемого Постановления Пленума Верховного Суда РФ путём исключения понятия «небольшого количества» 1. С вышеизложенными доводами об использовании Пленумом Верховного Суда РФ не предусмотренного уголовным законодательством понятия «небольшого количества наркотических средств, психотропных веществ» трудно не согласиться;

тем более, возникла тенденция к устранению названной проблемы в соответствие с примечанием 2 к ст. 228 УК РФ в редакции ФЗ-162 от 08.12.03 г. Вместе с тем, представляется убедительной и аргументированной позиция Пленума Верховного Суда РФ об отграничении объективной стороны преступления «незаконное хранение наркотиков» от их «незаконной перевозки». Направленностью умысла при перевозке (в отличие от хранения) в том, что цель перевозки – перемещение наркотических средств, психотропных веществ в пункт назначения с использованием транспорта. В случае хранения при поездки умысел направлен на закрепление наркотика во владении за лицом, его приобретшим. В данном случае имеет место бытовое перемещение самого лица к своему месту жительства, а не перевозка наркотика как таковая. Галузин А. «Эффективна ли ст.

УК в борьбе с организованной наркопреступностью?» – «Законность» № 7/2001 г. – приводиться по справочно-правовой системе «Консультант – Судебная практика».

Таким образом, главное разграничение по цели использования транспортного средства – в объекте перемещения. При перевозке наркотических средств, психотропных веществ первоочередная задача – в перемещение наркотиков. Если объектом перемещения на транспорте является сам субъект преступления, имеющий наркотики при себе – деяния выражено в незаконном хранении при поездки. Исключение составляют случаи замаскированного (например – в желудке человека) перемещения большого количества наркотика для последующего сбыта. Представляется совершенно недопустимой квалификация одних и тех же действий лица одновременно по двум признакам: и как незаконная перевозка, и как незаконное хранение. Объективная сторона этих действий одна и та же, поэтому квалификация таких действий по двум различным признакам недопустима. С 15.03.04 г. в соответствии с ФЗ-162 от 08.12.03 г. вводится уголовное преследование также в отношении дополнительной категории веществ – аналогов наркотических средств, психотропных веществ. Автору представляется, что изложенное способно повлечь следующие проблемы практической реализации ст. 228 УК РФ. Понятие аналога дано в ст. 1 Закона о наркотических средствах – это «запрещенные для оборота в Российской Федерации вещества синтетического или естественного происхождения, не включенные в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, химическая структура и свойства которых сходны с химической структурой и со свойствами наркотических средств и психотропных веществ, психоактивное действие которых они воспроизводят». В Конвенции о наркотических средствах и Конвенции о психотропных веществах понятие из аналога отсутствует. Соответственно, отличие аналога от наркотического средства (психотропного вещества) – в их невключении в Перечень названных средств или веществ, а сходство – в химической структуре и свойствах, психоактивном воздействии на потребителя. Автору представляется, что, для реализации положений ФЗ-162 от 08.12.03 г. о криминализации незаконного оборота аналогов, Правительству РФ ко времени вступления названного закона в действие целесообразно утвердить Перечень таковых по аналогии с перечнями наркотических средств и психотропных веществ. Изложенное позволит обеспечить единообразие судебно-следственной практики и избежать различного толкования экспертами химических структур и психоактивных свойств воздействия предполагаемых аналогов наркотических средств, психотропных веществ.

Параграф 2 сопряжённые с Уголовная незаконным ответственности оборотов за преступления, средств, наркотических психотропных веществ и их аналогов. В данном параграфе будут рассмотрены незаконные пересылка, выдача или подделка документов на приобретение, культивирование и контрабанда наркотиков, нарушение правил оборота, склонение к их потреблению, организация или содержание притонов для потребления. Ст. 22 Закона о наркотических средствах содержит запрет на любой вид пересылки наркотических средств. Исключение составляют пересылки на основании решений Правительства РФ в виде гуманитарной помощи и при чрезвычайных ситуациях. Легальное перемещение наркотических средств, психотропных веществ может осуществляться только в виде их перевозки в соответствии требованиями ст.ст. 21 и 28 Закона о наркотических средствах. Таким образом, предусмотренный ст. 228 УК РФ состав преступления «незаконная пересылка незаконной. В этом отличие пересылки наркотиков почтой от иных деяний, связанных с наркотиками – изготовления, приобретения, переработки, перевозки, хранения, контрабанды, культивирования и выдачи рецептов. В отличие от пересылки, за указанные деяния наступает уголовная ответственность только за «незаконные» действия – в нарушении порядка, установленного Законом о наркотических средствах (ст.ст. 17-21, 23-28). пересылка» наркотиков в части почтовых почтовых отправлений отправлений является является единственным составом, не носящим бланкетного характера. Любая посредством с Бланкетный характер незаконной пересылки будет выступать пересылка в виде багажных отправлений. В Законе о наркотических средствах пересылка виде багажного груза рассматривается в качестве перевозки (ст.ст. 21 и 28). Как и при перевозке наркотических средств и психотропных веществ, при их пересылке преследуется цель их перемещения на определенные расстояния. одинакова. Гражданско-правовая Их уголовно-правовое характеристика разграничение данных приведено действий в п. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.98 г. № 9: состав пересылки налицо в тех случаях, когда транспортировка наркотиков осуществляется без участия отправителя. В этом и состоит коренное отличие состава преступления «незаконная пересылка» от состава «незаконная перевозка», при которой отправитель лично участвует в перемещении наркотических средств, психотропных веществ. Как видно, действиям по «пересылке» наркотиков Законом о наркотических средствах и Постановлением Пленума Верховного Суда № 9 от 27.05.98 г. даны несколько различные описания. Оба источника пересылкой описывают почтовые отправления. Закон о наркотических средствах этим ограничивается, а Пленум Верховного Суда РФ относит к пересылке также багажные грузовые отправления без участия отправителя. Последнее Федеральный Закон относит к перевозке. Представляется, что принципиальной разницы здесь нет. За перевозку и пересылку предусмотрена одинаковая уголовная ответственность. Перевозка без участия отправителя, как и любой вид пересылки (например, почтовой) сопряжена со сбытом – грузополучателем является иное лицо. Логику Пленума Верховного Суда РФ можно считать попытку отождествления перевозки с личностью грузоотправителя. Если грузоотправитель в перемещении наркотиков лично участвует – налицо состав «незаконная перевозка». При отсутствии такового – имеет место «незаконная пересылка». Как и незаконная перевозка, незаконная пересылка наркотических средств, психотропных веществ – преступление с формальным составом. Оно считается оконченным не в момент доставки наркотического груза в пункт назначения, а в момент его передачи почтовой организации (при пересылке постовым отправлением), транспортной организации (при пересылке в багаже) либо лицу, осуществляющему функции нарочного. В отличие от других составов деяний с наркотиками, пересылка наркотиков практически всегда преследует цель их сбыта. Представляется крайним исключением ситуация, когда отправитель и получатель наркотиков действует в одном лице: отправляет их посредством почтового или багажного сообщения в одном месте, а получает – в другом. Практическая цель любой пересылки состоит именно в передаче вещей на расстоянии другому лицу. Перемена субъекта владения наркотиками и квалифицируется как их сбыт. Исходя из изложенного, при квалификации деяния «незаконная пересылка» дополнительной квалификации «сбыт» не требуется. Пересылкой наркотиков охватывается их сбытом. И сбыт, и пересылка описаны в диспозиции единой статьи УК РФ (ч. 2 ст. 228 УК РФ в редакции доя ФЗ-162 от 08.12.03 г., ст. 228-1 УК РФ в редакции названного ФЗ). Для этих действия предусмотрена одинаковая ответственность. Поэтому, в «двойной» квалификации одного и того же деяния не усматривается не теоретической, ни практической необходимости. Как уже отмечалось, транспортировка наркотических объектов осуществляется посредством перемещения в виде почтовых, багажных отправлений, с нарочным или иным способом.

Правилами оказания услуг почтовой связи прямо не предусмотрено право работников связи проверять содержимое почтовых отправлений. Однако, в последнее время почтовые работники все чаще проверяют содержимое посылок и бандеролей, ссылаясь на распоряжения руководителей органов связи о необходимости предотвращения попыток террористических актов. Поэтому случаи почтовой пересылки наркотиков могут носить исключительный характер. В виду высокой опасности разоблачения, на практике они не встречаются. Какой же квалификации подлежат действия почтового работника содействующего отправлению наркотиков? Является ли он отправителем, квалифицируются ли его действия как незаконная пересылка либо как незаконная перевозка? В данном случае необходимо признать, что почтовый работник не является отправителем, поскольку он не отправляет, а обрабатывает поступившую к нему почтовую корреспонденцию. В перемещении груза в пункт назначения он лично не участвует, поэтому такие действия не могут квалифицироваться как незаконная перевозка. Не являясь отправителем, он не считается и исполнителем незаконной пересылки наркотиков. Очевидно, что он оказывает содействие непосредственному исполнителю пересылки путем устранения препятствий. Поскольку налицо пособничество в пересылке, такие действия должны быть квалифицированы по ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 228 ч. 2 УК РФ, а при необходимости – и по соответствующей статье главы 30 УК РФ. Утверждены Постановлением Правительства РФ от 26.09.2000 г. № 725 – «Собрание Законодательства РФ», 09.10.2000, № 41, ст. 4076 – приводиться по справочно-правовой системе «Консультант-Плюс: Версия Проф».

Контрабанда наркотиков является разновидностью их незаконной перевозки. Отличие контрабанды от «обычной» перевозки – в перемещение наркотиков через таможенную границу РФ. Отнесение контрабанды наркотиков к разновидности ее незаконной перевозки отмечено в Письме Управления по борьбе с таможенными правонарушениями Государственного таможенного комитета РФ от 05.10.98 г. № 11-01/7465 «О соблюдении требований Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г.» 1. Таможенным органом отмечена необходимость в случае прекращения уголовного дела о контрабанде ввиду отсутствия умысла на контрабандное перемещение наркотиков разрешать вопрос о наличии в действиях подозреваемых признаков преступления, предусмотренного ст. 228 УК РФ – их «обычное» перемещение. Пеший переход границы может носить исключительный характер. В этом случае аналогией «обычного» способа незаконного движения наркотика является его хранение при себе. Таким образом, отличие состава ч. 2 ст. 188 УК РФ от состава ч. 2 ст. 228 УК РФ – в объекте посягательства. Отличие объективной стороны контрабанды от незаконной перевозки – в дополнительных условиях, связанных с легальным перемещением груза через таможенную границу. Как следует из диспозиции ч. 2 ст. 188 УК РФ, состав преступления «контрабанда» налицо, если перемещение наркотиков через таможенную границу сопряжено с нарушением специальных правил, помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации либо сопряжено с недекларированием или недостоверным декларированием. Приводиться по справочно-правовой системе «Консультант-Плюс, Версия Проф».

Общий порядок перемещения наркотических средств, психотропных веществ регламентирован ст. 28 Закона о наркотических средствах. При соблюдении определенных условий, право на перемещение наркотических средств и психотропных веществ через таможенную границу РФ могут получить только государственные унитарные предприятия. Как следует из Письма Государственного таможенного комитета РФ от 04.11.2000 г. № 0106/32238 «О распределении полномочий при оформлении и выдаче лицензий Минэкономразвития сильнодействующих средств и России средств, на ввоз (вывоз) и наркотических ядовитых лицензия, и психотропных веществ веществ»1, выданная основанием на перемещение через таможенную границу РФ наркотических психотропных является Министерством экономического развития РФ или его региональными подразделениями. Предприятия иных форм собственности, а равно частные лица, не вправе перевозить через таможенную границу наркотики ни при каких обстоятельствах. Это может быть обусловлено стремлением государства упорядочить учет и контроль за легальным перемещением наркотиков как груза, обладающего опасными свойствами. Иным различные злоупотребления затруднительно. Исключение в данном случае составляет перемещение через таможенную границу РФ наркотических средств и психотропных веществ больными для собственного потребления. Правила провоза наркотических средств или психотропных веществ больными, следующими транзитом через _ образом исключить Приводиться по справочно-правовой системе «Консультант-Плюс, Версия Проф».

РФ, утвержден Постановлением Правительства РФ от 15.06.1998 г. № 5911. Порядок их использования на практике регламентирован инструктивным письмом Государственного таможенного комитета РФ от 05.08.98 г. № 0115/16386 2. Контроль за провозом наркотических средств и психотропных веществ указанными лицами осуществляется заполнением таможенной декларации. Дополнительно предъявляются:

-медицинский документ уполномоченного органа страны проживания больного о наличии у него заболевания, требующего применения наркотических средств или психотропных веществ с указанием их наименования и количества, - вывозной сертификат на конкретные наркотические средства или психотропные вещества, выданные компетентным национальным органом страны проживания больного, - ввозной сертификат, выданный аналогичным компетентным органом страны, в которую направляется больной. В таможенной декларации иным обязательно лицам производиться запись или для этим, в «Запрещается Как уже передавать было наркотические порядок средства установлен психотропные вещества». отмечено, указанный перемещения наркотических средств и психотропных веществ больными, следующими через Российскую Федерацию транзитом. В связи с обращают внимания следующие неточности и законодательстве. _ противоречия «Собрание Законодательства РФ», № 25, 22.06.98, ст. 2908 – приводится по «Консультант-Плюс: Версия Таможенный вестник, № 18/98 – приводится по справочно-правовой системе «Консультант-плюс: Версия Проф».

Проф».

В соответствии с п. 8 ст. 28 Закона о наркотических средствах, запрещается любой способ транзита наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров через таможенную территорию РФ. Указанная категоричная формулировка дает основания полагать однозначный запрет на транзит наркотиков также больными, имеющими медицинские показания на их употребление. Наличие нормативного акта Правительства РФ, хоть и противоречащего федеральному закону, но установившего правила такого транзита должно исключать уголовную ответственность лиц, перемещающих наркотики в соответствии с упомянутыми правилами. Однако, такие противоречия вряд ли могут способствовать авторитету российской правовой системы. Представляется, что исправить подобное положение возможно путем внесения изменений в п. 8 ст. 28 Закона о наркотических средствах, разрешив транзит наркотиков больным, имеющим медицинские показания на их употребление. Вполне понятно стремление законодателя выделить контрабанду наркотиков в отдельную статью УК РФ. Это обусловлено сочетанием различных объектов посягательств, повышенной общественной опасностью данного вида преступления, приобретающего в последнее время интернациональный характер. Как отмечает А.Н. Сергеев, «в настоящее время наркотики зарубежного происхождения на российском наркорынке составляют около 50 %, а в Москве, Санкт-Петербурге и некоторых других крупных городах и промышленных центрах России их доля достигает 8090%.» 1. «Противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ», с. 32.

В остальном объективная сторона контрабанды наркотиков соотноситься с их перевозкой, а равно хранением при себе во время поездки. Как следует из п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.98 г. № 9, при контрабанде наркотических средств действия виновных подлежат квалификации по совокупности статей 228 и 188 УК РФ. Об этом же указано и в письме Управления по борьбе с таможенными правонарушениями Государственного таможенного комитета РФ от 05.10.98 г. № 11-01/7465. Объективная сторона контрабанды наркотиков состоит в их незаконном перемещении именно через таможенную границу РФ. Иные предшествующие контрабанде незаконные действия – изготовление или переработка, приобретение, перевозка в пределах территории РФ – диспозицией ст. 188 УК РФ не охватываются. Поскольку действия, наказуемые по ст. 228 УК РФ отличаются от контрабанды по признаку пересечения через таможенную границу, они подлежат отдельной квалификации. В качестве примера осуждения лица за контрабанду наркотиков можно привести следующее уголовное дело, рассмотренное задолго до принятия УК РФ. Гражданину Нигерии Н. предъявлено обвинение в контрабанде наркотиков, совершенном при следующих обстоятельствах. 09 декабря 1990 г. он следовал авиарейсом Аэрофлота по маршруту Лагос-Москва-Варшава и незаконно переместил через государственную границу СССР в своем багаже 65 кг 295,74 г марихуаны, спрессованной в 14 брикетов. Н. не указал в таможенной декларации о наличии у него наркотика, не заявил о нем и при устном опросе;

кроме того, он спрятал в плавки-трусы ключи от навесных замков, на которые были закрыты две из трех сумок с марихуаной. Наркотики были обнаружены в ходе таможенного досмотра.

Обвиняемый отрицал свою вину, утверждая, что по просьбе своего знакомого согласился перевезти из Лагоса в Варшаву три дорожные сумки, о содержании которых не знал. Московский городской суд, а затем – и Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ нашли обвинение доказанным полностью. Судебные инстанции пришли к выводу, что умысел Н. на незаконное перемещение наркотиков через границу подтвержден его действиями, направленными на сокрытие груза 1. Как и было указано, Н. спрятал в одежде ключи от замков двух из трех сумок. Эти обстоятельства наглядно свидетельствуют об осведомленности обвиняемого в содержимом своего багажа. Как видно, объективная сторона контрабанды наркотиков (в отличие от их незаконной перевозки в свете ч. 2 ст. 228 УК) в действиях, направленных на их сокрытие от таможенного контроля. При перевозке в свете ст. 228 УК сокрытие наркотиков обусловлено устранением препятствий к перемещению наркотиков. Незаконная выдача или подделка рецептов или иных документов, дающих право на получение наркотических средств или психотропных веществ как вид преступления впервые специально разграничен УК РФ исходя из цели подделываемого документа. Таковой является приобретение законного права на получение наркотических средств или психотропных веществ. В рамках УК РСФСР ответственность за подобные действия предусматривалась ст. 196 как подделка, сбыт и использование документа, предоставляющего определенные права. _ БВС РФ № 4/92 с. 4.

Таким образом, в результате эволюции российского уголовного права произошло выделение из общей уголовно-правовой нормы об ответственность за подделку документов любых видов (ст. 196 УК РСФСР, ст. 327 УК РФ) в специальную, наказующую за подделку документов, предоставляющих конкретные права – получение наркотических средств и психотропных веществ (ст. 233 УК РФ). С одной стороны, это может быть обусловлено стремлением законодателя систематизировать в одном разделе все преступления, так или иначе связанные с криминальным оборотом наркотиков. С другой стороны, в связи с повышенной общественной опасностью деяния, предусмотренного ст. 233 УК РФ, за него предусмотрена более строгая, по сравнению с ч. 1 ст. 327 УК РФ, уголовная ответственность – возможность применения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью или занимать определенные должности. Правда, ст. 233 УК РФ не содержит квалифицирующего признака «неоднократности». Применение этого признака в ч. 2 ст. 327 УК РФ ужесточает наказание по сравнению с санкцией ст. 233 УК РФ. Изложенное представляется не единственным упущением УК РФ в определении степени уголовной ответственности за действия, связанные с подделкой рецептов (иных документов) на получение наркотических средств и психотропных веществ. Здесь следует согласиться с Ю. Щиголевым в непоследовательности позиции законодателя, определяющем ответственность за сбыт поддельных документов: ввиду отсутствия соответствующего указания в диспозиции ст. 233 УК РФ данные действия необходимо дополнительной квалифицировать по ч. 1 ст. 327 УК РФ 1. _ Ю. Щиголев «Подлог рецептов на наркотические средства» - Российская Юстиция, №4/99, с. 42.

Разъяснению квалификации преступления, предусмотренного ст. 233 УК РФ, посвящен п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г. В нем также подчеркивается необходимость отождествления деяний, связанных с подделкой конкретных документов, дающих право на получение наркотических средств и психотропных веществ, от деяний, связанных с подделкой иных документов, содержание которых не раскрыто УК РФ (соответственно, ст.ст. 233 и 327 УК РФ). Пленум Верховного Суда РФ подчеркивает, что для квалификации деяния по ст. 233 УК РФ не имеет значения, было ли фактически получено указанное в рецепте или ином документе средство или вещество. Данной уголовно-правовой нормой охватываются только деяния, связанные с подделкой самого документа и не охватываются деяния, связанные с получением по нему материальных предметов. Именно поэтому Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что получение по поддельному документу наркотических средств и психотропных веществ следует квалифицировать по совокупности ст.ст. 233 и 228 УК РФ и как незаконную выдачу (подделку) рецепта, и как незаконное приобретение наркотических средств, психотропных веществ. Таким образом, предусмотренное ст. 233 УК РФ преступление носят ярко выраженный формальный характер. Уголовная ответственность по ст. 233 УК РФ наступает только при подделке или незаконном изготовлении документов, дающих право на получение наркотических средств или психотропных веществ. Незаконное изготовление либо подделка иных документов, направленных не на получение наркотиков, а на приобретение на них незаконного владения иным способом – например, фальсификация отчетной документации, ревизионных документов, акта об уничтожении наркотических средств или психотропных веществ и т.п. – исключает уголовную ответственность по ст. 233 УК РФ. Если поделка таких документов сопровождается изъятием наркотических средств из оборота, уголовная ответственность наступает за общий или служебный подлог документов и хищение наркотиков 1. К «иным документам» в свете ст. 233 УК РФ, дающим право на получение наркотических средств и психотропных веществ, следует относить документы, являющиеся основанием для выдачи (продажи) указанных средств или веществ. Такими документами могут быть лицензия на определенный вид деятельности, связанной с оборотом наркотических средств или психотропных веществ, заявка медицинского учреждения на получение наркотических в лечебной средств или психотропных их веществ для использования практике, выписка истории болезни стационарного больного, товарно-транспортная накладная и т.п. 2. Рассматривая преступления, предусмотренные ст. 231 УК РФ, необходимо отметить, что порядок легального культивирования растений, содержащих наркотические средства и психотропные вещества, определён ст. 18 Закона о наркотических средствах. Субъектом культивирования могут выступать только государственные унитарные предприятия, регулирование таких отношений возложено на Правительство РФ. Запрещено культивирование опийного мака и кокаинового куста. Также запрещено культивирование конопли в целях её незаконного потребления. Нарушение перечисленных запретов влечёт уголовную ответственность по ст. 231 УК РФ. Порядок применения этой нормы уголовного закона разъясняет п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г. Ю. Щиголев, Указанное сочинение. Примеры привлечения к уголовной ответственности по указанным В.И. Радченко, Указанное сочинение.

основаниям см. у Л.Н. Анисимова, Указанное сочинение, с. 93-94.

Как отмечает Радченко В.И., в прежнем Уголовном Кодексе термин «культивирование» отсутствовал 1. Действительно, диспозиция ст. 225 УК РСФСР формулировала ответственность за «посев или выращивание… запрещенных вещества». Таким образом, понятия «посев, выращивание» и «культивирование» не являются равнозначными. Поэтому Пленум Верховного Суда РФ в названном пункте вышеуказанного Постановления дал определение каждому из указанных выражений. Посевом был признан фактический посев семян или высадка рассады. Объективно такие действия выражаются в помещении виновным в почву растительного сырья, способного дать всходы, а вследствие дальнейшего произрастания – и наркотикосодержащие плоды. Именно с момента проникновения семян, рассады в землю и считается оконченным состав преступления – незаконный посев. Для квалификации по ст. 231 УК РФ не имеет значения дальнейшее произрастание и плодоношение наркорастительности. Говоря о незаконности посева «на любых земельных участках, том числе на пустующих землях», Пленум Верховного Суда РФ, по мнению автора диссертации, привел неточное с точки зрения юридической техники определение. Термин «земля» здесь использован в гражданско-правовом значении: в объективном смысле – как относящееся к недвижимости имущество (ст. 130 ГК РФ), и в субъективном смысле – независимо от того, принадлежит ли она конкретному собственнику. _ к возделыванию культур, содержащих наркотические Радченко В.И. – Указанное сочинение.

Представляется, что правильнее было бы использовать сельскохозяйственное понятие «земли» как верхнего плодородного слоя почвы, на котором растут растения. Поскольку речь идет именно о процессе посева, нет смысла использовать юридическое определение «земли» как недвижимости. Такая ограничительная формулировка на практике способно привести к ошибочному мнению о том, что п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ якобы исключает состав преступления при посеве наркорастительности в парниках, теплицах, цветочных горшках и других трехмерно-пространственных ограниченных емкостях. Естественно, что такое толкование разъяснений Пленума искажало бы суть уголовного закона. Как указывает Э.Г. Гасанов, преступление, предусмотренное ст. 231 УК РФ, совершается с прямым умыслом. Поэтому, не образуют состава преступления названные действия, совершенные без умысла извлечь из этих растений наркотические средства или психотропные вещества – например, рассада опийного мака Papaver Somniferum (курсив Гасанова Э.Г. – С.Ф.) или другого такого растения по ошибке вместо другого садового цветка либо с целью использования в хлебопечении 1. Хотя диспозиция ст. 231 УК РФ не указывает, что данное преступление сопряжено с целью последующего сбора посеянных растений, изложенное следует из его субъективной стороны данного преступления. _ – прямого умысла. Отсутствие последующей цели исключает прямой умысел, а следовательно – и состав Гасанов Э.Г. – Указанное сочинение, с. 146. Л.Н. Анисимов также отмечает, что «... не может рассматриваться как преступление посадка единичных растений в декоративных целях. Не подлежат уголовной ответственности и лица, которые в силу явного невежества, без каких-либо серьёзных агротехнических мер (оранжерея, теплица) производят высев наркотических культур в средней полосе либо в северных районах, где эти растения не вызревают и такой посев не представляет опасности для здоровья населения.» – Указанное сочинение Анисимова Л.Н., с. Из изложенного следует, что не могут считаться преступными факты посева растений, если субъект осведомлен об их наркотических свойствах, но преследует иную цель, не связанную с потреблением или сбытом наркотических средств и психотропных веществ: например, декоративный посев мака, научное наблюдение за растениями и др. Автору диссертации представляется такой подход сомнительным. Если закон не предусматривает цель в качестве элемента состава преступления «незаконный посев», то, соответственно, под диспозицию ст. 231 УК РФ должны подпадать любые действия, связанные с помещением семян или рассады в почву. Наличие либо отсутствие желания субъекта собрать в последующем наркотический урожай в этом случае значения не имеют. Изложенное основано на дословном толковании ст. 231 УК РФ и не противоречит другому частному мнению автора о необходимости придать составам преступлений, связанной с оборотом наркотиков, реальный, а не формальной основы – то есть, поставить их в зависимость от наступивших последствий. Равным образом, прямой умысел предполагает, что если лицо, желая посадить наркотикосодержащие растения, по ошибке высадило другую растительность (например, сорт конопли, не содержащий наркотические средства), такой субъект подлежит ответственности за покушение на незаконный посев растений, содержащих наркотические вещества (ч. 3 ст. 30 – ст. 231 УК РФ). Здесь можно провести аналогию со случаями сбыта потребителям вместо наркотиков иных веществ в результате обмана: как указывает Пленум Верховного Суда РФ, при таких обстоятельствах действия покупателей при наличии предусмотренных законом оснований должны квалифицироваться как покушение на незаконное приобретение наркотических средств, психотропных веществ (п. 5 Постановления № 9 от 27.05.98 г.). В случае, если семена или рассада наркотикосодержащих растений приобретены для посева у другого лица, неизбежен вопрос правильности квалификации действий последнего. Имеется в его деянии признаки незаконного сбыта наркотиков или какого-либо другого преступления? Для ответа на этот вопрос необходимо установить, является ли наркотическим средством растительное сырьё, переданное для посева. Как следует из «Сводной таблицы заключений ПККН об отнесении к небольшим, крупным и особо крупным размерам количеств наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ, обнаруженных в незаконном хранении и обороте» от 02.12.98г. № 7/69-98 1, к наркотическим средствам отнесены как высушенные так и невысушенные марихуана и маковая солома (п.п. 1, 9, 10). Таким образом, необходимо располагать экспертным заключением о том, являются ли, в частности, марихуаной или маковой соломой семена или рассада соответственно конопли или мака. В отношении семян ответ экспертов скорее всего будет отрицательным, а в отношении рассады – в зависимости от стадии ее произрастания. Если она не будет признана наркотическим средством, то рассматриваемые деяния будут составлять пособничество в незаконном посеве растений, содержащих наркотические вещества (п. 5 ст. 33 – ст. 231 УК РФ). Если же рассада – наркотическое средство, ее сбыт для посева подлежит квалификации по соответствующей части ст. 228 УК РФ. _ БВС РФ № 4/99 с. 15.

В этой связи хотелось бы отметить, что, по мнению автора, вышеуказанному Заключению ПККН от 04.06.97 г. № 3/57-97 частично не соответствует «Заключение ПККН по контролю наркотиков о размерах незаконной культивации растений, отнесенных к наркотическим средствам» от 16.07.97 г. № 5/59-97 1. Если в первом Заключении наркотическими средствами определенно названы «марихуана» и «маковая солома», то во втором к ним отнесены растения – соответствующие сорта мака и конопли. Представляется, что названные документы, влияющие на решение вопроса о наличии или отсутствии в действиях лица состава преступления, не должны допускать различного толкования наркотических объектов. В противном случае, такие неясности необходимо устранять путем проведения экспертизы. Как следует из п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 27.05.98 г., объективная сторона «выращивания» состоит в конкретных действиях виновного, цель которого – довести растения до стадии созревания. «Выращивание» начинается после стадии «посева», – то есть, после помещения семян или рассады в почву. Таким образом, действия субъекта, связанные с «посевом» и «выращиванием» – объективно различны, хотя и последовательны. Поэтому, объективная сторона преступления «незаконный посев» не совпадает с объективной стороной преступления «незаконное выращивание». Следовательно, если один или несколько субъектов произвели действия по помещению растительного сырья в землю и довели растение до стадии созревания – в его (их) действиях будут сочетаться как незаконный посев, так и незаконное выращивание. Если же деяние одного из них ограничены БВС РФ № 11/97 с. 24.

посевом, а другого – выращиванием, в действиях каждого из них будет отсутствовать соответственно выращивание или посев: в данном случае, каждый субъект совершил свой преступный эпизод самостоятельно. Поэтому, такие действия не подлежат квалификации по п. «а» ч. 2 ст. 231 УК РФ – в действиях субъектов будет отсутствовать совместное совершение преступлений, а следовательно – и предварительный сговор. Вышеуказанные действия не исключают простого соучастия. Так, если один из членов группы распределил между членами группы роли исполнении каждой стадии произрастания наркорастительности, его деяние дополнительно квалифицируется со ссылкой на ч. 3 ст. 33 УК РФ (организатор преступления). Соответственно, субъект, склонивший другого к совершению преступления, является подстрекателем;

его деяние подпадает под ч. 4 ст. 33 УК РФ. Пособник предоставляет орудия совершения преступления (например, сельскохозяйственную технику или орудия труда), что охватывается ч. 5 ст. 33 УК РФ. Поскольку под выращиванием понимается, как указано в Постановлении Пленума, «уход за посевами и всходами», постольку объективная сторона данного преступления не может быть выражена в бездействии виновного. Целью выращивания является создание для растений наиболее благоприятных условия их произрастания и плодоношения. При отсутствии таких действий посевы растут сами по себе, независимо от поведения человека. Поэтому, если действия лица ограничены посевом растений и сбором наркотических плодов, в них будет отсутствовать состав преступления «незаконное выращивание». Такие действия могут отличаться разной степенью активности, но они должны быть выражены объективно.

Наименьшую активность в «выращивании» представляют действия, связанные с охраной посевов наркотической растительности. На практики и суды, и следственные участия в органы могут испытывать затруднения при квалификации подобных действий. С одной стороны, субъект не принимает никакого процессе произрастания растений, содержащих наркотические вещества. С другой стороны – действия лица все же направлены на конечный результат, связанный с получением урожая наркотиков. Автор полагает, что наличие состава преступления «незаконное выращивание наркорастений» при охране таких посевов в каждом случае должен решаться с учетом конкретных действий виновного, связанных с направленностью преступной целью. Охрана представляет собой принятие лицом определенных мер, препятствующих уничтожению растительности или их плодов (как случайному, так и намеренному – например, обнаружению сотрудниками правоохранительных органов, похищению иными лицами и пр.). Такими мерами являются, например, возведение ограды вокруг соответствующего земельного участка, высадка по периметру иной растительности (кукурузы, подсолнечника) – это скрывает наркотические растения от посторонних глаз. Охрана может выражаться и в дежурстве непосредственно возле наркотических посевов – это особенно характерно для высокогорных районов, выращивания наркотиков на больших площадях пустующих земель, охраняющие посевы лица нередко бывают вооружены. Поскольку вышеуказанные способы охраны обеспечивают последующее собирание наркотического урожая, они подпадают под «уход за посевами и всходами», признаваемый п. 16 Постановления Пленума его умысла, объектом посягательства и конечной Верховного Суда РФ от 27.05.98 г. № 9 «незаконным выращиванием растений, содержащих наркотические вещества». Поэтому, и состав преступления, предусмотренного ст. 231 УК РФ, в этом случае имеет место. Из анализа содержания п.п. 2 и 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.98 г. № 9 следует, что объективная сторона составов преступлений При «незаконный действия посев, выращивание» направлены и на «незаконное завладение приобретение» наркотических средств и психотропных веществ – различна. приобретении субъекта наркотическими средствами в момент совершения преступления. При выращивании получение наркотиков преследуется в будущем. Таким образом, фактически незаконное выращивание растений, содержащих наркотические вещества, представляет собой приготовление к последующему незаконному приобретению данных веществ. В данном случае законодатель преследовал цель придания деяниям «посев и выращивание» состава оконченных преступлений в усеченном виде, сформулировав их в отдельной статье. Подобным образом, например, сформулированы составы преступлений, предусмотренных ст.ст. 277, 295, 317 УК РФ – усеченных составов по отношению к ч. 2 ст. 105 УК РФ (посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, лица, осуществляющего правосудие или сотрудника правоохранительного органа – по отношению к убийству. Исходя из изложенного, сбор выращенных наркорастений должен квалифицироваться как незаконное приобретение наркотических средств в свете ст. 228 УК РФ. Соответственно, если субъект данного преступления самостоятельно эти растения вырастил – в совокупность квалификации должна включаться также ст. 231 УК РФ.

Перечисляя возможные способы незаконного приобретения наркотических средств, в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.98 г. № 9 указывается о сборе дикорастущих и оставшихся на полях после уборки растений, а также растений, которые специально не высевались и не выращивались. Отдельного указания на то, что к незаконному приобретению относиться и сбор специально выращенных растений, содержащих наркотические вещества, в данной норме права не содержится. Изложенное способно привести к ошибочному выводу о том, что данные действия якобы охватываются составом преступления «незаконные посев и выращивание» в свете ст. 231 УК РФ. Между тем, состав преступления, предусмотренного ст. 231 УК РФ – редкое исключение (наряду со ст. 233 УК РФ) из числа других преступлений о незаконном обороте наркотиков, относящее его к категории преступлений небольшой тяжести. Незаконное приобретение наркотиков к указанной категории не относится. Вместе с тем, криминальное получение наркотиков посредством незаконного выращивания соответствующих растений представляют не меньшую общественную опасность, чем приобретение наркотических средств иным способом. Напротив – большая общественная опасность подобных действий может быть обусловлена неконтролируемой культивацией наркотикосодержащих растений, способной повлечь засорение ими иных земельных участков со всеми вытекающими отсюда последствиями. Таким образом, было бы наивным полагать, что за приобретение наркотических средств посредством их самостоятельного выращивания предусмотрена более мягкая ответственность по сравнению со ст. 228 УК РФ (особенно, если такие действия совершаются с целью сбыта). В пользу данного вывода говорит и тот факт, что перечисленные в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ способы незаконного приобретения наркотиков не являются исчерпывающими и не исключают приобретения посредством незаконного выращивания 1. Изложенное также объясняет необходимость совокупной квалификации рассматриваемых действий по ст.ст. 228 и 231 УК РФ. При рассмотрении квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 231 УК РФ диссертант отмечает, что предварительный сговор подробно рассмотрен в главах, посвящённых незаконным посеву и выращиванию. Исходя из ч. 1 ст. 16 УК РФ, неоднократность в свете п. «б» ч. 2 ст. 231 УК РФ имеет место, если лицо 2 или более раза совершило деяния, составляющие объективную сторону преступления, предусмотренную ст. 231 УК РФ. Напомним, что объективная сторона этого преступления составляет помещение семян или рассады в почву (посев), уход за всходами (выращивание) и иные действия, связанные с повышением наркотических качеств растений (культивирование). При квалификации такого деяния необходимо отличать неоднократность преступных эпизодов от размера (объема) посеянных или выращенных растений. До последнего времени критерии размеров незаконной культивации определены Заключением ПККН от 16.07.97 г. № 5/59-97: крупным считается размер для культурных растений: маковой группы – от 20 растений, конопли – от 15 растений;

для дикорастущих мака и конопли – от 50 растений 2. В соответствие с примечанием к ст. 231 УК РФ в редакции ФЗ-162 от 08.12.03г., Вместе с тем, автор продолжает выражать несогласие с тем, что Пленумом Верховного Суда РФ указал БВС РФ № 11/97 с. 24.

неисчерпывающий перечень способов незаконного приобретения наркотических средств, психотропных веществ.

размеры запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, подлежат утверждению Правительством РФ. О критериях крупного размера для кокаинового куста и ката будет сказано ниже. Соответственно, не относится к неоднократности одновременный посев (выращивание) не одной, а нескольких растительных единиц. Поскольку такие действия охватываются единством умысла субъекта, они составляют один преступный эпизод, а не несколько. При этом не имеет значения, осуществляет ли лицо свои преступные действия на одном или нескольких преступных участках. В случае, если объем растительности превысит установленные упомянутым Заключением ПККН пределы, лицо подлежит ответственности по п. «в» ч. 2 ст. 231 УК РФ. Представляется, что эпизод преступления в случае участия субъекта в выращивании должен считаться законченным после достижения растения стадии созревания. Если после уборки растений лицо совершает новый эпизод в отношении других растений, с которыми он не работал до уборки первых, признак неоднократности по п. «б» ч. 2 ст. 231 УК РФ имеет место. В противном случае налицо не неоднократность, а объем преступного деяния. Исключением из данного правила могут являться несколько эпизодов незаконных посевов различных земельных участков одним лицом, не участвующим в их последующем выращивании и сборе плодов. В зависимости от выращивания и культивирования, незаконный посев не является длящимся и продолжаемым преступлением: каждый эпизод завершается помещением семян (рассады) в почву ограниченной территории. Поэтому, указанные случаи незаконных посевов должны квалифицироваться по признаку неоднократности в свете п. «б» ч. 2 ст. 231 УК РФ.

Из содержания Заключений ПККН от 02.12.98 г. № 7/69-98 16.07.97 г. № 5/59- и от видно, что единицы измерения крупного размера для незаконного приобретения и незаконного культивирования различны. В первом случае таковым выступает вес (в граммах), а во втором – количество (в единицах растений). Причём, как указано в Заключении ПККН от 16.07.97 г. № 5/59-97, количество растений исчисляется вне зависимости от фазы его развития. В отличие от ч. 1 ст. 228 УК РФ, ответственность по ст. 231 УК РФ наступает независимо от количества незаконно посеянных, выращиваемых или культивируемых растений – даже если последующее собирание урожая не преследует цели сбыта. Крупный размер в данном случае является дополнительным квалифицирующим признаком, влекущим назначение более строго наказания. Исключением из данного правила являются культивирование кокаинового куста и ката. Как было указано выше, эти растения в связи с особенностями климатических условий не произрастают на территории России. Поэтому, в естественных природных условиях первое преступление с использованием данных растений может быть совершено только посредством его культивирования – то есть, улучшения его качеств, позволяющих акклиматизироваться в нашим погодным условиям. В этом случае представляются оправданными рекомендации считать крупным размером даже одну его единицу, что влечет квалификацию по п. «в» ч. 2 ст. 231 УК РФ. 1 БВС РФ № 4/99 с. 15. БВС РФ №11/97 с. 24.

Вместе с тем, автор не может согласиться с подобной квалификацией, если кокаиновый лист или кат выращены в искусственных условиях (например, в теплице или чисто теоретически. Представляется, что если вдруг культивированные сорта кокаинового листа или ката приживутся в российском климате и смогут быть выращены любым листом, нижний предел для крупного размера их культивации также должен быть пересмотрен. С объективной стороны диспозиция ч. 5 ст. 228 УК РФ (ч. 1 ст. 228-2 УК РФ в редакции ФЗ-162 от 08.12.03 г.) предусматривает ответственность за нарушение легальных правил оборота наркотиков. Её отличие от других частей ст. 228 в субъекте преступления: если в частях 1-4 фигурирует общий субъект, то в ч. 5 – специальный: это лицо, в обязанности которого входит соблюдение указанных правил. Часть 5 предполагает совершение преступления лицом при исполнении своих профессиональных обязанностей. Поэтому, объективная сторона данного деяния заканчивается в тот момент, когда специальный субъект становиться общим. Например, наркотические средства или психотропные вещества в результате нарушения правил их оборота незаконно приобретаются или похищаются самим лицом, в обязанности которого входит соблюдение указанных правил. Впоследствии эти средства (вещества) им незаконно хранятся или перевозятся. Такое деяние наряду с нарушением правил оборота наркотиков может содержать признаки их хищения, а равно незаконного приобретения, ином помещении): такое выращивание не порождает опасности повсеместного распространения и возможна, скорее, хранения или перевозки. В этом случае возможна квалификация по совокупности ч. 5 и ч.ч. 1-4 ст. 228 и ст. 229 УК РФ. Общие принципы легального оборота наркотиков закреплены Законом о наркотических средствах. Его ст. 5 устанавливает государственную монополию на основные виды деятельности, связанные с наркотическими средствами, психотропными веществами: разработку, переработку, распределение, ввоз (вывоз), уничтожение. Такие виды деятельности могут осуществляться только государственными унитарными предприятиями или государственными учреждениями. Изготовление наркотических средств и психотропных веществ, внесенных в Список 2, может осуществляться также и муниципальными государственными предприятиями. Соответственно, субъектами преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 228 УК РФ, являются работники юридических лиц именно такой формы собственности. Наряду с этим, к ответственности по данной норме могут быть привлечены и сотрудники других организаций, совершающих действия, связанные с оборотом наркотиков в нарушении законодательства. Предприятия иных форм собственности могут осуществлять производство и изготовление психотропных веществ, внесенных в Список 3. Как отмечают Мирошниченко Н. А. и Музыка А. А., нарушение специальных правил оборота наркотиков осуществляется путем как действия, так и бездействия. Оно может, например, выражаться в отсутствии инструктажа работников соответствующего предприятия, учреждения, в несоблюдении правил санитарии при производстве, упаковке и хранении наркотических препаратов, в пренебрежительном отношении к выполнению обязанностей руководителей при осуществлении надзора за соблюдением порядка изготовления, хранения, перевозки, пересылки, отпуска указанных средств, неосуществлении необходимого контроля за выдачей наркотических веществ, что может привести к их использованию в преступных целях 1. П. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.98 г. № 9 конкретизирует, что объективная сторона рассматриваемого преступления состоит в нарушении тех правил оборота наркотиков, инструментов и оборудования, которые установлены Правительством РФ. Поэтому, можно считать устаревшим опубликованное до издания Постановления Пленума Верховного Суда РФ мнение Э.Ф. Побегайло о том, что правила учета, хранения, прописывания и использования наркотических лекарственных средств утверждаются приказами Министерства здравоохранения и медицинской промышленности РФ 2. По мнению автора, разъяснение, приведённое в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.98 г. № 9, представляется неточным. В частности, в настоящее время отсутствуют акты Правительства РФ по вопросам изготовления, переработки, хранения, учёта, отпуска, реализации, продажи, распределения, перевозки, пересылки и приобретения наркотических средств и психотропных веществ. При таких обстоятельствах, указание Пленума Верховного Суда РФ может быть истолковано как исключающее криминализацию деяний по ч. 5 ст. 228 УК РФ, связанных с вышеуказанными операциями в отношении наркотических средств и психотропных веществ. Поскольку основные положения указанных направлений деятельности закреплены Законом о наркотических средствах, отсутствие _ Мирошниченко Н. А., Музыка А. А. «Уголовно - правовая борьба с наркоманией» Киев – Одесса, 1988. С. 129;

П. 9 упомянутого Комментария к ст. 228 УК РФ. приводится по п. 9 указанного Комментария к ст. 228 УК РФ.

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.