WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

Северо-Осетинский государственный университет им. К.Л. Хетагурова Тукфатулина Султана Гильмидиновна ИСТОРИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ КАРЛА ЯСПЕРСА КАК МЫСЛИТЕЛЯ СВОЕЙ ЭПОХИ Специальность:

07.00.03 – Всеобщая история (новая и новейшая история) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель доктор исторических наук, профессор Гутнов Феликс Хазмурзаевич Владикавказ - 2004 2 Содержание: Введение……………………………………………………………..... 3 Глава I: Исторические условия формирования научного мировоззрения Карла Ясперса 1.1. Германия в конце XIX-начале ХХ вв. и становление личности Карла Ясперса…………………………………………………….......28 1.2.Начало научной деятельности и формирование общественнополитических взглядов Ясперса............................................................. 35 1.3. Деятельность Ясперса как профессора Базельского университета.....41 Глава II: Концепция всемирно-исторического развития в трудах Карла Ясперса 2.1. Карл Ясперс о схеме мировой истории…………………………........ 62 2.2. Доистория как время становления основных конститутивных свойств человека…..……………………………………………...........67 2.3. История как основа человеческого бытия……………………............. 73 2.4. Ось мировой истории и осевое время…………..……………….......... 77 2.5. Мировая история или «универсальная история земного шара»………………………………………………………...... Глава III: Ясперс о будущем человечества и смысле истории 3.1. Характеристика современного Карлу Ясперсу положения человеческого общества....................................................................... 106 3.2. Роль современных науки и техники в истории человечества………………………………………….…………...........125 3.3. Будущее мировой истории……………………………………...........132 3.4. Смысл современной истории……………………………………........140 Заключение………………………………………………………........................146 Примечания………………………………………………………………...........155 Список источников и литературы……………………………......................... Введение Актуальность темы. Несмотря на огромное опоздание, с которым исторические труды немецкого мыслителя Карла Ясперса (1883-1969) дошли до российских читателей, их появление стало событием в интеллектуальной жизни общества, переживающего еще одну коренную ломку своей истории и каждодневной жизни. Россия в очередной раз вошла в эпоху великих перемен и традиционно задержалась в ней на никому неведомое количество лет. Столь же традиционно российское общество снова вернулось к широкому обсуждению поисков смысла истории и поисков собственного пути, изобилующего невероятными зигзагами, однако не приводящего к разрешению стоящих перед общественностью проблем, выглядящих на российской почве «метафизически вечными». То, что сегодня историческая наука в России переживает кризис – безусловный факт. Даже споры на эту тему как-то сами собой затихли, поскольку и самые заядлые оптимисты признают, что кризис все-таки есть. Реально спор идет сейчас о другом: о причинах кризиса, его возможных последствиях для науки, а главное о том, как из этого кризиса выйти. Причины его – не только в застое или упадке исторической науки, сколько в такой поляризации исторических концепций, которая во многих аспектах разрывает единство коренной сущности исторического познания. В этой связи академик И.Д. Ковальченко писал: «Применительно же к историческому познанию и исторической науке современной эпохи теоретико-методологический синтез – непременное, безусловно, необходимое условие преодоления того кризиса, в котором она оказалась в последнее десятилетие»1. Осуществление данного синтеза требует логического осмысления сложившихся сегодня в исторической науке основных теоретико-методологических направлений. Для этого перед нами отчетливо встает необходимость анализа деятельности выдающихся мыслителей уже оставшегося в прошлом ХХ столетия, внесших особый вклад в формирование историко-социологического наследия человечества, в ряду которых Карл Ясперс занимает одно из наиболее значимых и актуальных мест. Научная актуальность темы исследования определяется также отсутствием полного и объективного знания исторических и социальнополитических взглядов немецкого ученого в России. К тому же ясперсова историческая концепция представляется нам более рационалистичной, и, как следствие – более понятной российскому читателю, ввиду повсеместного отказа от привычной марксистской методологии и стихийного обращения к популярным ныне, но «бесформенным», неструктурированным историкофилософским концепциям современности, из коих наиболее значимым сегодня является «цивилизационный» подход. По справедливому мнению В.Б. Виноградова и С.Л. Дударева такой «подход, несмотря на заманчивость и перспективность, видимую ориентацию на общечеловеческие ценности, в “цивилизационном” подходе есть сторона, чреватая узостью, односторонностью взгляда на приоритеты в изучении человеческих обществ, один из которых безусловно записывается в «лидеры» мирового исторического развития, другие же остаются на обочине прогресса»2. Расцвет творческой деятельности Карла Ясперса приходится на 30-40-е годы, самые трудные и трагические в немецкой истории ХХ века, когда непосредственно пережитый опыт нацистской диктатуры и вообще само существование тоталитарных режимов в Германии, Италии, Испании и Японии со всей остротой обнажили перед учеными того времени кризис не только европейского, но и мирового исторического развития. Эпоха социальных катаклизмов общемирового масштаба, к которой принадлежал мыслитель, сыграла определяющую роль в формировании основных направлений его научного мировоззрения. В центре размышлений Ясперса оказались человек и история как изначальное измерение человеческого бытия. В своих трудах он обосновал единство истоков и цели мировой истории, доказал неправомерность утверждения, что каждая цивилизация имеет собственно свое происхождение и, соответственно, собственный, отдельный от остального человечества путь развития. При анализе человеческой истории Ясперс использует ключевые понятия: «время», «эпоха», «мир», являющиеся для него «фактической действительностью во времени»3. Обосновывая происхождение научнорационалистического превосходства Запада относительно Востока, он, вместе с тем, констатировал историческую неизбежность их объединения. В этой связи он может рассматриваться как провозвестник идей современной глобализации, в осуществлении которой мыслитель видит спасение человечества от войн и прочих межэтнических и межгосударственных конфликтов. Сегодня гуманистические идеи Ясперса особенно актуальны в политике. Наряду с политической и уголовной ответственностью за содеянное зло Ясперс особое значение придавал моральной ответственности каждого отдельного лица. Его именуют «политическим моралистом», поскольку он всегда призывал современников к диалогу, к национальному согласию, к преодолению барьеров предвзятости и недоверия, к воспитанию умения «мысленно становиться на точку зрения другого», «пробиться друг к другу, говорить друг с другом, попытаться убедить друг друга». Только так, подчеркивал он, «мы создадим необходимую основу для того, чтобы говорить с другими народами»4. Таким образом, проблемы, касающиеся системы исторических и социально-политических взглядов К. Ясперса имеют право на постановку и исследование. Объектом настоящего диссертационного исследования является изучение общественно-политической мысли первой половины ХХ века и исторических знаний в Западной Европе в этот период. Предметом исследования является: 1) творческая биография К.Ясперса: изучение жизненного и творческого пути мыслителя, комплексный анализ его научных воззрений и выявление основных причин их трансформации;

2) система взглядов К.Ясперса на всемирно-исторический процесс, ее значение и место в современной исторической науке;

3) социально-политические взгляды ученого;

Хронологические рамки работы охватывают период от начала 90-х годов XIX века до наших дней. Первая дата исследования определяется периодом начального формирования социально-политических и исторических взглядов Ясперса. Вторая дата четко хронологически не зафиксирована, поскольку историческая концепция Ясперса только начинает входить в отечественную историческую науку, в силу чего еще предстоит дать ей оценку с позиций историзма. Научная новизна диссертации состоит в следующем: 1) в самой постановке проблемы, так как работа является первой в отечественной историографии попыткой комплексного исследования жизни исторических и социально-политических взглядов Карла Ясперса;

2) Ясперса;

3) подробно рассмотрены и проанализированы основные элементы схемы мировой истории Ясперса не с философских позиций, а с точки зрения исторического знания;

4) дается анализ хода и итогов дискуссии в отечественной и западной историографии по поводу исторических и социально-политических идей Карла Ясперса;

5) в научный оборот российской историографии вводится ряд новых, до сих пор не переведенных на русский язык источников, а так же статей и монографий западных (большей частью немецких) авторов, касающихся изучения проблем биографии и научной деятельности Карла Ясперса. Степень изученности темы. Над изучением исторических и социальнополитических взглядов Карла Ясперса работало значительное число зарубежных и отечественных авторов. Однако прежде чем приступить к анализу их выводов, следует указать на то фундаментальное расхождение в подходах, с которым столкнется любой исследователь, приступающий к в работе впервые детально проанализированы формирование, содержание и эволюция исторических и социально-политических взглядов К.

изучению заключается системы в взглядов Ясперса.

Эта принципиальная разница специфике различных методологических направлений, применяемых при исследовании творческого наследия Ясперса. При этом необходимо отметить, что при сопоставлении различных методологий некоторые их положения часто противоречат, а подчас и взаимоисключают друг друга. В этой связи, перед нами, бесспорно, возникает необходимость тщательного анализа всех направлений в историографии данного вопроса с целью выбора наиболее объективного из них. Научную литературу по проблеме следует разбить на три принципиально различные группы: 1. Прежде всего – это труды западных, главным образом, немецких авторов. К числу наиболее крупных исследователей, работавших над биографией Карла Ясперса и проблемой его творческого наследия следует отнести Х. Готтшалька5, который по сегодняшний день остается наиболее авторитетным Буркарда6, биографом мыслителя, немецкого существования исследователя Карла Ф.-П. и изучавшего философию Ясперса хорватского ученого К. Саламуна7, работавших над проблемами этики в философии Ясперса, западногерманского автора Г. Воландта8, швейцарца П.Е. Шулли9, рассматривавших взгляды Ясперса на систему наук и его теорию познания, швейцарского ученого К. Тилитта10, изучавшего различные аспекты мировоззрения Ясперса в контексте современности. Перечисленные авторы изучали, прежде всего, систему общефилософских взглядов Ясперса, оставляя при этом в стороне его собственно историческую концепцию. В работах немецких авторов Ф.-П. Хагера11, Р. Шмида12, корейского философа Сенг Куюн Паека13 и многих других зарубежных ученых дается обстоятельная характеристика исторических условий формирования концепции Ясперса, анализируется ее основное содержание и определяется ее место в развитии исторической методологии. Западные исследователи весьма высоко оценивают историческую теорию немецкого мыслителя, считая, что она явилась значительным вкладом Германии в осуществление идей глобализации в Европе. Труды названных авторов являются очень ценными для понимания теоретических основ концепции К. Ясперса, поскольку здесь с культурологических позиций анализируются представления мыслителя об историческом процессе и человеческой цивилизации. Чрезвычайно важными при изучении социально-политических и исторических взглядов К. Ясперса являются материалы коллоквиума, организованного в марте 1986 года Центром исследователей-германистов университета в Нанси14 и посвященного проблеме его исторической концепции. Материалы коллоквиума содержат тексты на французском и немецком языках. В них содержится оценка историософских идей Ясперса, его взглядов на общество, политику, культуру в контексте мировой истории и их антропологических следствий: свободы и всесторонней ответственности человека. Взгляды Ясперса проанализированы также и в ряде обобщающих работ по истории общественной мысли ХХ века: Н. Аббаньяно15, Д. Реале и Д. Антисери16, и других западных ученых, проследивших процесс формирования научных идей от античности до наших дней, суммировали исследовательскую работу многих поколений западных историков культуры и общественной мысли. Карлу Ясперсу как крупнейшему представителю немецкого экзистенциализма в этих работах отводится значительная роль. Ряд обобщающих работ по истории экзистенциализма так же содержит ценные материалы, касающиеся биографии Ясперса, его социальнополитических и исторических взглядов. В этих монографиях, в частности, присутствует изложение и анализ исторической концепции мыслителя. Речь идет о трудах О.Ф. Болльнова, Ф. Хайнеманна, Г. Мюллера, М. Рединга, В. Штегмюллера17. Вышедшие в свет еще при жизни Ясперса, несущие на себе печать публицистики, они не лишены некоторой доли скептической критики экзистенциалистского подхода в целом, и воззрений Ясперса, в частности. Тем не менее, содержащаяся в них информация чрезвычайно ценна для исследования в силу содержащихся в них духовно-политических реалий того времени. Воззрения Ясперса были прежде и остаются сейчас весьма популярными на Западе. Учение Ясперса – непременный предмет преподавания в университетах всего мира. Ему посвящаются симпозиумы, коллоквиумы. Международное ясперсовское общество систематически проводит конгрессы, издает ежегодники, монографии, посвященные Ясперсу. В Швейцарии издается Собрание его сочинений. 2. Ко второй группе относятся монографии и статьи, написанные с позиций марксизма. Это, как правило, труды о Ясперсе и других представителях западноевропейской общественно-философской мысли, опубликованные в Советском Союзе, либо странах соцлагеря начиная со второй половины 60-х годов до конца 80-х. При этом следует отметить, что Ясперса относили к числу «буржуазных» мыслителей, о которых в нашей стране писали сравнительно немного, да и то с целью разоблачения «губительных идей», никак не вмещающихся в марксистское понимание истории. В силу названных обстоятельств количество серьезных монографических исследований, касающихся изучения творческого наследия Ясперса и хронологически относящихся ограничено. Так, система социально-экономических взглядов К. Ясперса рассматривается в книге В.Ф. Мошнина «Социально-экономическая концепция Ясперса» (1979). Автор дает критический анализ взглядов немецкого мыслителя18. Единственной монографией в нашей стране, целиком и полностью посвященной изучению религиозно-философских воззрений Ясперса до сих является труд А.Н. Типсиной «Философия религии К. Ясперса» (1982), который представляет собой критический анализ взглядов мыслителя на религию как основоположника религиозного экзистенциализма19. К авторам марксистского толка, однобоко и критически рассматривавших философские и общественно-политические взгляды Ясперса, следует так же отнести А.С. к означенному периоду весьма Богомолова20, Э.Ю. Соловьева21, Ю.И. Никитина22, Ю.К. Мельвиля23. Для всех публикаций данных авторов характерно то обстоятельство, что ввиду безраздельного господства в СССР 1960-1980-х годов материалистического детерминизма, на первый план при рассмотрении творчества ученого выдвигалась цель: вскрыть несостоятельность экзистенциализма при сопоставлении его с марксизмом. В результате: односторонней и категоричной критике подверглись даже наиболее ценные политические и социологические идеи автора. Изучение собственно исторических взглядов К. Ясперса в Советском Союзе стало возможным лишь в конце 70-х с выходом в свет первого выпуска русского перевода его фундаментального концептуально-исторического труда «Истоки истории и ее цель» (второй выпуск был осуществлен в 1994 году). Исторические взгляды Ясперса подобно его работам, относящимся к другим областям общественно-политической мысли, так же подвергалась изучению с позиций марксистско-ленинской критики. Подобный предвзятый подход к исследованию творчества мыслителя характерен для всех работ отечественных авторов того времени, в частности: Р.М. Габитовой24, Е. Рашковского25 и др. Однако данный методологический подход характерен не только для советских исследователей. Его использовали и за рубежом. В этой связи можно назвать ряд трудов, посвященных изучению философии К. Ясперса и ее критики. Отметим работу польского ученого Е. Коссака26, немецких исследователей безапелляционно Совершенно «Экзистенциализм А. Хюбшера27, называвших необходимо и проблема Х.-М. Герлаха28, Ясперса П.П. В.Шнайдерса29, субъективноГайденко к философию назвать идеалистическим агностицизмом. труды культуры» (1963), «Прорыв трансцендентному» (1977)30, которые, несмотря на сложные условия их написания, не чужды объективности, позволяющей получить более или менее правдивое представление о творческом наследии Ясперса. Основываясь на обстоятельном, скрупулезном анализе жизненного пути Карла Ясперса, его переписки, статей и монографий, П.П. Гайденко с позиций историзма выводит четкую систему его центральных мировоззренческих взглядов, давая глубокую социально-культурологическую оценку их различных аспектов. Завершая оценку марксистской критики трудов К.Ясперса, надлежит привести общую характеристику, даваемую подобными авторами творчеству Ясперса. Ими «вскрывается несостоятельность» ясперсовой концепции разделения познания человека, общества и истории на научное и философскоиррациональное. Такой подход не случаен в силу безраздельного господства в нашей стране марксистской идеологии, основывавшейся на позициях «жесткого материализма». Сосуществование с ней иных концепций, либо точек зрения, как известно, было недопустимо. Упомянутый монизм, как известно, распространялся на все области гуманитарного знания не только в СССР, но и других странах соцлагеря, что делало почти невозможным полное и объективное исследование исторических, а также социально-политических воззрений К. Ясперса у нас. 3. И, наконец, к третьей группе мы отнесем работы российских исследователей постсоветского периода. Так называемая «новая волна ясперсовских исследований» в области изучения социально-политических и исторических взглядов К. Ясперса поднялась с момента выпуска второго издания его «Истоков истории», на этот раз вместе с «Философской верой» и прежде никогда не переводившейся на русский язык работой «Духовная ситуация времени». Для российской исторической науки, оказавшейся в идеологическом вакууме после ослабления влияния марксизма, это была «свежая струя», проникшая наряду с историко-концептуальными построениями иных направлений. Для современного этапа историографического изучения проблемы характерно резкое усиление внимания практически ко всем сторонам творчества К. Ясперса. В настоящий момент идеи мыслителя стали предметом междисциплинарных исследований. Материал, посвященный их изложению, стал включаться в сборники научных трудов, учебные пособия по всеобщей истории, историографии и методологии истории, философии, социологии, культурологии и политологии. Взгляды Карла Ясперса получили свое отражение в ряде научных статей, посвященных западной истории философии ХХ века31. Следует особо отметить статью профессора Липецкого университета А.И. Борозняка – пока первую в нашей стране, посвященную социальнополитическим взглядам К. Ясперса. Возросший в последние годы интерес к творчеству К. Ясперса стимулировал появление ряда диссертационных исследований, посвященных его изучению. Исследование О.Б. Потеряевой посвящено целостному анализу мировоззрения Карла Ясперса, а так же рассмотрению его влияния на развитие философской мысли на Западе в ХХ веке, работа М.Е. Соколовой – выявлению основных принципов концепции философской веры мыслителя, В.П. Щербаков подверг сравнительному анализу философские воззрения К. Ясперса и З. Фрейда32. Отдельные аспекты исследуемой проблемы нашли свое отражение также в многочисленных статьях, вышедших в последние годы (см. список литературы). Характеризуя исследования последнего времени в целом, можно констатировать расширение проблематики исследования творчества Карла Ясперса, отход от прежних «классовых» характеристик, поиски аутентичного его понимания. Однако следует отметить, что и в последние годы главное внимание исследователей продолжают привлекать чисто философские, экзистенциальные основы многогранного наследия ученого. В то же время его историческая концепция в нашей стране продолжает оставаться на периферии исследования, о чем свидетельствует крайняя скудость работ отечественных авторов, посвященных собственно исторической концепции Карла Ясперса. Цель и задачи исследования. Учитывая недостаточную изученность темы и ее актуальность, автор определяет цель диссертации в комплексном исследовании биографии и творчества Карла Ясперса в контексте эпохи. В рамках достижения данной цели поставлены следующие задачи:

1) Ясперс;

дать историческую характеристику эпохи, к которой принадлежал 2) воссоздать целостную картину жизнедеятельности Карла Ясперса, определить главные причины, побудившие его профессионально заняться деятельностью в сфере гуманитарных наук;

3) Ясперса;

4) раскрыть содержание линейной теории мирового исторического процесса, сформулированной в трудах К. Ясперса;

5) рассмотреть содержание программы К. Ясперса о глобальном единстве мировой истории;

6) выявить отношение к концепции К. Ясперса представителей основных течений западной и отечественной исторической мысли ХХ века. Методологической основой исследования являются принципы системной методологии, основывающейся на позициях диалектического подхода, и позволяющей рассмотреть в единстве все компоненты человеческого бытия. В данном случае избранная методология сделала возможным всесторонне и с учетом исторических условий эпохи рассмотреть творчество К. Ясперса. Автор исходил из диалектического понимания исторического процесса, каждая из сторон которого располагает различными факторами своего внутреннего развития. Творцом многих факторов исторического процесса во многом выступает человек, личность которого формируется социальной средой. Одновременно трансформация социальной среды несет на себе отпечаток личности человека. Поэтому соотнесение взглядов личности и конкретно-исторической адекватности действительности позволяет оценить и степень степень восприятия действительности личностью выявить социально-политические условия и теоретикометодологические предпосылки формирования исторических взглядов К.

обоснованности предложенных ею альтернатив исторического развития. Данный постулат чрезвычайно важен для достижения целей настоящего исследования.

Из основных общенаучных методов автором диссертации использовались методы анализа и синтеза, индукции и дедукции. Первые являлись ведущими при работе над источниками и формулировании выводов. Поскольку автор был вынужден применить метод сплошного прочтения источников, то есть всех доступных работ Ясперса, то самым существенным оказался анализ источников с целью извлечения из них наибольшей информации. Научный синтез позволил обобщить данные, сопоставить их;

позже с помощью указанных обобщений формулировалась концепция. Методы дедукции и индукции применялись автором данной работы при определении проблематики, цели и задач, а так же их реализации. Дедуктивным методом выяснялась эволюция исторического мировоззрения К. Ясперса. Индукция помогла при дальнейшей работе – преломлении взглядов ученого на конкретные события мировой истории. Автор диссертации во многом ориентировался на методологию Ясперса, для которого главной была идея единства, целостности человеческого бытия человечества, которое имеет «единственный первоисток и одну цель»33. Важная тенденция методологии истории Ясперса – попытка избавиться от опасностей европоцентризма и «христоцентризма». Будучи христианским философом, Ясперс вместе с тем подчеркивает: христианская вера не есть вера всего человечества34. Для него исторически равновелики – ибо равно подпадают под понятие «осевая эпоха» - все главные мировые религии, все «культурные круги», в которых они возникли и получили распространение. Поэтому поиски единства истории связаны у Ясперса с отстаиванием многообразия, неотменяемого этим единством. Без этого исходного единства не стало бы возможным в принципе родственное толкование (герменевтика) истории, объединяющее рационализм и религиозность. Данное единство, Ясперс выражает с помощью «основных категорий», понятий, духовных феноменов, более или менее общих для мировых культур и имевших свой первоисток в осевой эпохе. К ним принадлежат: сознание, рефлексия, способность ставить предельно широкие вопросы о бытии как целостности, о человеке и его самости (Selbst), о силе и бессилии человека, о человеческом существовании и его хрупкости, о вине, о судьбе и спасении35. В отличие от традиционного рационализма новое толкование единства истории, о котором ведет речь Ясперс, не должно претендовать на создание универсалий. Основа единства истории – способность людей к всеобщей коммуникации. Таким образом, основными категориями методологии истории Ясперса являются единство истории, свобода и всеобщая коммуникация. При написании работы использовались следующие методы исторического познания: 1) историко-генетический, который позволил в наибольшей мере приблизиться к воссозданию событий реальной жизни и творческой биографии Карла Ясперса, раскрыть социально-политическую обстановку, в которой жил и творил ученый;

2) историко-сравнительный, посредством которого стало возможным сравнение взглядов К. Ясперса с воззрениями М. Вебера, К. Маркса, О. Шпенглера, Л. Гумилева и т.д.;

3) историко-системный, позволивший изучить целостную систему философских воззрений Ясперса и выделить в них его понимание истории человечества;

4) герменевтика: без данного метода исторический анализ текстов работ К. Ясперса и прочих исследователей, привлеченных диссертантом, стал бы невозможным. Источниковая база диссертации. Источниковой основой для настоящей работы является теоретическое наследие Карла Ясперса, нашедшее свое отражение в его письмах, научных и публицистических работах разных лет. В целом использованные нами разнообразные источники можно разделить на три большие группы: 1) частная переписка ученого с различными представителями общественно-политической и научной элиты Европы;

2) опубликованные труды Карла Ясперса;

3) работы мыслителей, являвшихся либо идейными предшественниками Ясперса, либо его последователями или оппонентами.

В Рукописном Отделе Библиотеки Российской Академии Наук (ОР БАН) в г. Санкт-Петербург нами были выявлены неопубликованные письма Ясперса. Эти письма раскрывают основные этапы жизни ученого, его личную оценку собственной жизни. В частности, в переписке с Оскаром Хаммельсбеком Карл Ясперс повествует о важнейших событиях своей жизни36. Указанные материалы содержит фонд № 725 данного хранилища. Основной массив уже опубликованных, но не переведенных на русский язык материалов, использованных при написании настоящего диссертационного исследования был почерпнут нами в университетской библиотеке г. Гейдельберга (ФРГ), где долгие годы жил и работал Ясперс, фондов санкт-петербургских библиотек: Российской национальной библиотеки, Библиотеки Российской Академии Наук, а также Центральной краевой библиотеки г. Краснодара. Это – не архивные материалы, а опубликованные труды самого Ясперса, его переписка и работы его современников. Среди первой группы источников наиболее важное место занимает переписка Ясперса с Ханой Арендт, продолжавшаяся с 1926 года вплоть до смерти мыслителя и с Мартином Хайдеггером, длившаяся с 1920 по 1963 год37. Х. Арендт, будучи другом мыслителя, была в курсе происходящих в его жизни и творчестве коренных изменений. Данное эпистолярное наследие – весьма ценный исторический источник для исследователя, занимающегося изучением творческого наследия Ясперса, поскольку содержит уникальные сведения, касающиеся биографии мыслителя, становления и развития его исторических воззрений и взглядов на политику. Очень важны материалы переписки Карла Ясперса с З. Фрейдом, К.Г. Юнгом, М Хайдеггером, Л. Франком и О. Блойером38. Данные материалы, представляющие собой важную часть эпистолярного наследия Ясперса, включают в себя основные позиции системы научного мировоззрения мыслителя, поскольку являют собой живую полемику научных подходов. В этих письмах К. Ясперс отстаивает свои взгляды на роль экономики и культуры, государства сущности тоталитаризма.

и политики, философии и истории в жизни современного общества, рассуждает о проблемах войны и мира, о губительной Вторую группу источников составили опубликованные работы Карла Ясперса. Их так же следует разделить на две части: 1) автобиографические очерки разных лет;

2) исторические, философские, политические и культурологические труды. Наиболее ценным автобиографическим очерком мыслителя является «Философская автобиография» (1963), впервые опубликованная в Мюнхене еще при жизни Ясперса. На русском языке «Автобиография» была издана лишь в 1997 году в обобщенном биографическом сборнике, изданном в Екатеринбурге39, куда также были включены жизнеописания В. Брюнинга, Н. Гартмана, А. Шмидта, Дж. Папини, М. де Унамуно. Без «Автобиографии» Ясперса невозможно полноценное исследование не только его сложного жизненного пути, но и его творчества. Здесь запечатлен каждый жизненный этап, характеризуются взаимоотношения Ясперса с коллегами, обосновываются те или иные серьезные шаги карьерного роста мыслителя. К этой же группе источников следует отнести и сборники документов и материалов, так же касающихся биографии ученого, опубликованные в Гейдельберге и Райнбеке40. Среди источников, относящихся ко второй части данной группы, то есть среди опубликованных трудов Карла Ясперса, наиболее полным изложением его исторических взглядов является фундаментальный труд «Истоки истории и ее цель», впервые вышедший в свет в Германии в 1949 г. На русском языке в переводе М.И. Левиной первое издание «Истоков истории» было опубликовано только в 1978 г. с предварявшей его вступительной статьей П.П. Гайденко41. Второе издание труда немецкого ученого в том же переводе вышло в свет уже в постсоветской России в сборнике «Смысл и назначение истории» – в 1994 году, чем и была вызвана новая волна исследований его творчества в отечественной науке. В книгу так же вошли переводы двух других работ Ясперса: «Духовная ситуация времени» (1932) и «Философская вера» (1948), изучение коих в контексте социально-политических и исторических воззрений мыслителя совершенно необходимо. Эти три книги объединены темой судеб духовности в кризисную эпоху, противостояния человека и личной власти, смысла происхождения и цели человеческой жизни. На первый план здесь выходят социально-политические проблемы: как преодолеть те катаклизмы, которые постигли европейскую цивилизацию в ХХ веке? Какие духовные ориентиры остаются у европейского человека и как их сохранить в современном индустриальном обществе? 44 Книга «Духовная ситуация времени», посвященная характеристике социально-политической, и культурно-идеологической обстановки, сложившейся в современном Ясперсу мире, несомненно, выросла из предшествующих сочинений ученого. В течение длительного времени она не переводилась на русский язык и не была предметом самостоятельного исследования. Сегодня, спустя многие десятилетия, обращаясь к текстам Ясперса, многие сюжеты, затронутые в «Духовной ситуации времени», кажутся нам знакомыми, в известной мере тривиальными. Размышления о диктатуре западной цивилизации, о деструктивной роли масс в истории, о профанации искусства, о политической некомпетентности лидеров стали привычными в исторической литературе и у современного читателя, надо полагать, не рождают ощущения новизны. Многое в работе Ясперса представляется теперь архаичным. Вместе с тем опыт прочтения текстов Ясперса через столь продолжительный срок свидетельствует не только об их актуальности. Едва ли не вся работа в целом носит характер исторического провозвестия. Анализируя конкретно-историческую ситуацию, сложившуюся на тот момент в духовной сфере жизнедеятельности германского общества, переживавшего глубокий социально-политический и культурный кризис, в качестве основного постулата Ясперс выдвигает идею свободы личности: свободы в обществе, свободы политического и культурного выбора. Единственное условие – верность идеям гуманизма.

Однако антропологическая работы. Круг тема как таковая не в исчерпывает книге, имеет направленность вопросов, затронутый непосредственное отношение к истории. В этой связи как раз и показательно введение, где рассматривается возникновение эпохального сознания, генезис современной духовной ситуации. В центре внимания автора в работе «Философская вера» культурологическое понятие философской веры, которая отличается от религиозной, в частности, от христианской, тем, что она должна быть значима для всех людей, поскольку основывается не на откровении, а на опыте, доступном всякому человеку. Откровение отделяет верующих от тех, кто не верит в него, и тем самым препятствует взаимопониманию, создавая у верующих претензию на исключительность. Согласно убеждению Ясперса, такая претензия всегда исторически вредила христианам, ибо служила источником фанатизма и нетерпимости. «Истоки истории и ее цель» - основное историческое произведение Ясперса – представляет собой попытку ученого дать интерпретацию мирового исторического процесса с собственных мировоззренческих позиций. Именно в этой книге Ясперс излагает свою знаменитую концепцию «осевого времени», дает структурное обоснование мировому историческому процессу, сюда включена его схема мировой истории, теоретические выкладки, относящиеся к будущему истории. «Цель моей книги, - пишет Ясперс, - содействовать углублению нашего сознания современности.… Настоящее же совершается на основе исторического прошлого, воздействие которого мы ощущаем в себе…»45. Историческая концепция Ясперса выросла из стремления мыслителя найти исторические истоки современности, связать порванные жестоким ХХ веком нити, соединяющие сегодняшнее человечество с более чем двухтысячелетним развитием, как бы восстановить разорванную связь времен. Поэтому в своей работе Ясперс по-прежнему размышляет над судьбой современного человечества, обсуждая проблемы науки, техники, индустриальной цивилизации, сегодняшней –послевоенной – ситуации в Европе и в мире. Прошлое должно дать ответ – пусть не на вопрос о том, какова будет действительная судьба человечества (на этот вопрос, по Ясперсу, не может быть дан ответ, поскольку научное предвидение будущего, опосредованного человеческой свободой, невозможно), но на вопрос о том, какие возможности для современного развития таит в себе прошлое. «…Взгляд на человеческую историю ведет нас к тайне нашего человеческого бытия.… Тот факт, что мы вообще имеем историю, что благодаря истории мы суть то, что мы суть… позволяет нас спросить: откуда она происходит? Куда она ведет? Что она означает?»46 Среди других работ К. Ясперса, также представляющих важность для настоящего своих исследования, следует назвать его «Всемирную истории историю философии», вышедшую в России в 2000 г.47 В ней мыслитель приводит ряд соображений, касающихся современной человечества. Историко-политический аспект эпохи рассматривается им в книгах «Атомная бомба и будущее человечества» (1958)48, и «Куда движется ФРГ?» (1967)49. Перевода первой книги на русский язык до сих пор нет;

краткий перевод второй осуществлен А. Гутерманом и В. Ивановой еще в 1969 году – в год смерти К. Ясперса. Обе работы устремлены в будущее и писались ученым с целью предотвратить надвигающуюся угрозу возрождения тоталитаризма в мире и ядерного уничтожения человечества. Так, в книге «Куда движется ФРГ?» автор рассматривает изменения в политической структуре Федеративной Республики, которые, по его мнению, состоят в переходе от демократии к олигархии партий, от олигархии партий – к диктатуре. Опасная политическая ситуация, которая складывалась в Западной Германии, начиная со времен Аденауэра, послужила для Ясперса толчком к тому, чтобы поновому осмыслить происходящие в ФРГ процессы и дать им соответствующую политическую оценку. В названной работе он пишет: «Мои сомнения начались в 50-х годах. В 1960 году я их высказал публично. В настоящей работе это уже не только сомнения. У нас нет государства политической свободы, которое мы могли бы иметь»50. Беда, по мнению Ясперса, в том, что народ в Западной Германии практически отстранен от участия в политической жизни, партии и боннское государство «не информируют народ, не приучают его мыслить»51. Ясперс глубоко сожалел, что правящие круги ФРГ того времени делали все, чтобы сломить волю народа путем насаждения развитию в нем сознания верноподданичества, всячески препятствуя демократического сознания свободного гражданина. Работа «Атомная бомба и будущее человечества» - переработанный доклад, с которым Ясперс выступил по радио в 1956 году. Через два года этот доклад, расширенный и дополненный, вышел в виде книги с подзаголовком «Политическое сознание в наше время» (1958). Выступив с резкой критикой современной политической ситуации, Ясперс выдвинул в своей книге тезис, что появление атомной бомбы решающим образом влияет на формирование политического сознания, подавляя в нем идею свободы. «Мы должны, - пишет Ясперс, - жить перед лицом растущей опасности»52. Каков же выход и есть ли он? Ответ Ясперса на этот вопрос явно обрадовал сторонников ядерного оружия. По его мнению, человечеству угрожает уничтожение либо посредством атомной бомбы, либо путем утраты свободы. Из двух зол Ясперс предпочел смерть «господству тоталитаризма», под которым на Западе в то время подразумевался коммунизм. И не удивительно, что сторонники «разговора» с Советским Союзом и другими странами соцлагеря языком ядерного оружия без промедления ухватились за козырь, который им дал один из крупнейших мыслителей современности. Вполне естественно, что в то время Ясперс оказался под огнем критики, как в Западной Германии, так и далеко за ее пределами. Миролюбивая общественность осудила его позицию, усматривая в ней фактическую поддержку «поборников политики атомной бомбы». По сути дела Ясперс невольно противопоставил авторы которого себя – знаменитому крупнейшие «Гёттингенскому ядерного оружия. воззванию», западногерманские ученые – высказались против предоставления бундесверу Несомненно, «Атомная бомба и будущее человечества», как и работа Ясперса «Куда движется ФРГ?» - это не труды, созданные по академическим канонам, это – работы скорее публицистические, однако четко фиксирующие конкретно-исторический контекст, социально-политическую и идеологическую конъюнктуру. В этом и заключается их главная ценность для исследователя. Помимо перечисленных работ, отметим фундаментальный труд Ясперса «Размышления о науке, политике и философии», впервые опубликованный в 1989 г. в Штутгарте53 и до сих пор не переведенный на русский язык. Сюда вошли все основополагающие постулаты его философии, политических приоритетов, взглядов на систему наук в целом, в силу чего данная книга чрезвычайно важна для нашего исследования. И, наконец, третью группу источников составляют работы авторов, которые являлись предшественниками, либо последователями или критиками К. Ясперса. Анализ данных работ позволяет разрешить важные вопросы об идейных истоках исторической концепции Ясперса, об отношении представителей различных идейно- политических течений западной и отечественной общественно-политической мысли к данной концепции и, шире, к проблеме линейно-стадиального методологического подхода, а так же определить место данной концепции в истории мировой общественной мысли. Среди работ, входящих в эту группу, следует выделить труды западных и отечественных мыслителей (Г. Гегеля, К. Маркса, Макса и Альфреда Вебера, О. Шпенглера, А. Тойнби, М. Хайдеггера, Ф. Ницше, Л. Гумилева и др.), так и материалы их эпистолярного наследия, и автобиографические материалы. Чрезвычайно важными при изучении идейных истоков воззрений Ясперса представляются теоретические изыскания Гегеля, нашедшие отражение главным образом в его трудах «Философия истории»54 и «Философия религии»55. В работах Ясперса встречается множество ссылок на вышеназванные труды Гегеля, в частности, относительно роли христианской религии в становлении исторической специфики Запада. Автор «Истоков истории» нередко вступает в научную полемику со своим великим предшественником. исторического провозвестником Гегель, как известно, - автор диалектической теории с началом, серединой и концом – явился доктрин последующих структурно обоснованных процесса общественного прогресса, коих наиболее крупным выразителем (правда, в материалистической интерпретации) является К. Маркс. В отличие от популярной в Германии, да и во всей Европе первой половины ХХ века теории культурных циклов, развитой сначала О. Шпенглером56, а позднее – А. Тойнби57, Ясперс делает акцент на том, что человечество имеет единое происхождение и единый путь развития, несмотря на то, что многие факты, казалось бы, говорят против этого. Однако, научно доказать этот постулат по Ясперсу так же невозможно, как и доказать противоположный тезис. Ясперс принципиально не согласен с тезисом Шпенглера о полной независимости и культурной изолированности отдельных человеческих цивилизаций. По мнению Ясперса, такая позиция ведет к отмене всех существующих исторических законов. Кроме того, в шпенглеровской концепции истории широко используются биологические аналогии, которые неправомерно переносятся на историческую реальность, приобретающую из-за этого фаталистический характер58. Не только Шпенглер с его концепцией «исторических циклов» является предметом критики Ясперса. Не согласен немецкий философ и с материалистическим толкованием истории (предложенной Марксом в его главном труде – «Капитал»59), где определяющую роль в развитии общества играют экономические факторы, а материальная сторона существования человеческого общества исполняет роль базиса. Не отвергая значения материального, Ясперс, тем не менее, убежден, что история, как человеческая реальность определяется в наибольшей степени факторами духовными, среди которых первенствующую роль играют те, что связаны экзистенциальной жизнью, а стало быть, со смыслообразующей доминантой – толкованием трансцендентного. Признавая за Марксом право называться корифеем линейно-стадиального подхода, Ясперс, в то же время не мог согласиться с тотальной ролью материального фактора в развитии человеческой цивилизации. Таким образом, полемизируя со Шпенглером, Ясперс настаивает на единстве мирового исторического процесса, а с марксизмом – на приоритете его «духовной составляющей». Поскольку, однако, единство исторического развития человечества научно доказать невозможно, он называет допущение этого единства постулатом веры (а именно философской веры). Сходную с ясперсовской картину мировой истории нарисовал его современник, родной брат выдающегося мыслителя Макса Вебера – Альфред Вебер в своих работах «История и социология культуры» (1935) и «Трагическое в истории» (1943)60. В книге «Истоки истории и ее цель» Ясперс оспаривает основные концептуальные постулаты теории Альфреда Вебера, который, в отличие от него относит великие культуры древности – египетскую и вавилонскую – вместе с поныне существующими культурами Китая и Индии к одному типу первичных, остающихся, по мнению Ясперса, неисторическими, магически связанными культурами, которым противостоят вторичные, существовавшие только на Западе культуры. Историческая конструкция Альфреда Вебера отправляется от следующего принципа: «Показать, как в рамках развития в целом формировались и сменяли друг друга замкнутые культуры». Поэтому он решительно выступает против оперирования эпохами, которые он считает «лишенными содержания перспективами». Однако в силу своей свободной от всякой догматичности позиции и исторической проницательности (А. Вебер из числа ученых, впервые указавших на параллельность в развитии в корне различных культур, которая воплотилась у Ясперса в концепцию «осевого времени») он приходит к близким с ясперсовскими выводам. Однако наибольшее влияние на Ясперса оказал его старший современник Макс Вебер (1864-1920), которому он во многом обязан как своей мировоззренческой – особенно политической ориентацией, так и своими методологическими подходами к анализу философских проблем. В своей «Философской автобиографии» Ясперс, в частности, писал: «Всем мышлением и всем существом своим Макс Вебер… глубоко влияет на мою философию, как не влиял ни один другой мыслитель»61. Труды Вебера (в особенности его «Социология и анализ мирового исторического процесса» (1956))62 – важный исторический источник, незаменимый при изучении историософии и социологии Ясперса. Не менее важным источником является переведенный на русский язык сборник работ М. Вебера по социологии63. В работах, вошедших в сборник, нашли отражение его идеи о связи социологии и истории, о «понимающей социологии», концепция «идеальных типов» и др. Макса Вебера нередко называют на Западе «Великим буржуазным антиподом Карла Маркса» и даже «Марксом буржуазии». В книгу вошли «Протестантская этика и дух капитализма», исследования по методологии науки, различные методологически статьи. Вероятнее всего, в учении Вебера Ясперса привлекало «жесткое разделение мировоззрения (ценностей) с одной стороны, и научного исследования, с другой, рассмотрение философии как отличной от науки духовной установки, предполагающей трансцендентирование определением концепции и, Вебер марксизма, соответственно, «последнее не знаю»64. Своим законов, общества). между точно так же, им как Вебер и обобщающие «…стремился отклонить признание неумолимости жестких исторических эволюционизма, дарвинизма, органологии (теория органического развития Всем противопоставлял и методологический структурами. индивидуализм.… На практике Вебера более всего интересовали взаимосвязи мировоззрением, интересами социальными Теоретически же при таком понимании речь шла о том, чтобы измерить социальное действие по шкале его большего или меньшего приближения к критерию рациональности»65. Таким образом, в полемике против неверно понимаемого «закона причинности» Вебер отстаивал понятие исторической причинности как эмпирической причинной цепи, имеющей для нас культурную значимость.

Аргументация Вебера в защиту истории как науки о действительности была направлена против общепринятого тогда понимания истории как процесса развития чего-то объективно существующего или прогрессивного развертывания какого-то феномена – будь то абсолютный дух, мировой разум, государство, нация или общественно-экономическая формация. Работы выдающегося русского евразиста Л.Н. Гумилева не случайно включены в перечень источников. В его главном теоретическом труде, посвященном проблемам этнической истории и вопросам взаимодействия народов со своей средой обитания «Этногенез и биосфера земли»66 подвергается категоричной критике экзистенциалистская концепция «осевого времени» Карла Ясперса. Лев Гумилев ставит под сомнение краеугольный ее постулат – судьбоносный параллелизм развития нескольких великих культур древности (Персии, Индии, Греции, Китая и Палестины). Евразист констатирует, что Ясперс, указав на данный феномен, оставляет открытым вопрос о его генезисе. Хронологические рамки, которыми автор «Истоков истории» очерчивает осевое время (600 лет), ему кажутся излишне широкими. «Концепция Ясперса, - безапелляционно высказывается Л. Гумилев, - есть наиболее обоснованная попытка понять историю как благодеяние, оказанное первобытным дикарям теми пятью народами, которые создали «прорыв», или скачок, как бы родились заново. Это оформление взглядов не только Августина, идеи которого послужили первоисточником всех ересей средневековья, но даже древних иудейских мыслителей, создавших учение о своей богоизбранности»67. Гумилев считает, что идею «осевого времени» как источника духовной жизни опровергает история древней Америки, утверждая, что майя и предшественники инков в Андах ничуть не уступали древним китайцам, индийцам, персам, грекам и иудеям, не учитывая при этом тот факт, что упомянутые им древние культуры Америки в силу своей географической изолированности не смогли оказать того колоссального духовного влияния на ход мировой истории, какое было оказано «осевыми народами». Тем не менее, труд Л.Н. Таким Гумилева образом, все – содержательный виды источников, источниковый используемые материал, в работе, способствующий объективному пониманию исторических воззрений Ясперса. рассматриваются в тесной взаимосвязи, с целью как можно полнее осветить поставленные вопросы. Имеющаяся источниковая база позволяет в целом адекватно рассмотреть проблемы, являющиеся целью и задачами данного диссертационного исследования. Практическая значимость исследования. Содержащийся в диссертации фактический материал и научные обобщения могут быть использованы:

- для разработки методологических основ современной отечественной историографии в условиях ее перехода к многофакторному анализу;

- при подготовке обобщающих трудов по отечественной истории, историографии и методологии;

- для пополнения понятийного аппарата в области исторической психологии как нового направления в отечественной исторической науке;

- при разработке учебных курсов по данным учебным дисциплинам;

при разработке спецкурсов по истории западной цели и и мировой задачи исторической и общественно-политической мысли. Структура диссертации. Поставленные автором исследования определили структуру диссертации. Она состоит из введения, трех глав, каждая из которых, в свою очередь, подразделяется на параграфы, заключения, примечаний и списка использованных источников и литературы. Работа строится по проблемному принципу.

Ковальченко И.Д. Теоретико-методологические проблемы исторических исследований. Заметки и размышления о новых подходах // Новая и новейшая история. – 1995, № 1, С. 3. 2 Виноградов В.Б.,Дударев С.Л., Нарожный Е.И. Основные этапы всемирной истории. – Армавир, 1993. С. 4. 3 Гайденко П.П. Человек и история в экзистенциальной философии Карла Ясперса // К.Ясперс. Смысл и назначение истории. – М., 1994, С. 9. 4 Борозняк А.И. «Неудобный господин Ясперс» или О политической ответственности интеллигенции. // Диалог со временем. Альманах интеллектуальной истории. Вып. 5., М., 2001, С. 181. 5 Gottschalk H. Karl Jaspers (Denkers Lebenslauf). –B., 1966. 6 Burkard F.-P. Ethische Existenz bei Karl Jaspers. – Wurzburg, 1982. 7 Salamun K. Ethische Komponenten in der Philosophie von Karl Jaspers // Synthesis philos. – Zagreb, 1987.;

Zum Mythosbegriff bei Karl Jaspers // Arch. Fur Begriffsgeschichte. – Bonn, 1985. 8 Wolandt G. Philosophie und Erfahrungswissenschaften bei Karl Jaspers // Philos. Jb. – Freiburg;

Munchen, 1985. 9 Schulli P.E. Wissenschaft und Philosophie: Ihr unlosbarer Zusammenhang und ihre strenge Scheidung bei Karl Jaspers // Philosophische Tradition im Dialog mit der Gegenwart: Festschr. fur Hansjorg A. Salmony. – Basel etc., 1985. 10 Tilliette X. Karl Jaspers: Phielosophie existentielle ou philosophie universelle? // Philosophische Tradition im Dialog mit der Gegenwart. – Basel, 1985.;

Karl Jaspers. Theorie de la verite. Metaphysique des chiffes. Foi Philosophique. P., 1960;

Karl Jaspers Today / Ed. L. H. Ehrlich, R. Wisser. Waschington, 1988;

Karl Jaspers. Denken zwischen Wissenschaft, Politik und Philosophie. - Stuttgart, 1989. 11 Hager F.P. Kulturkritik und Erneuerung der Kuktur und der Bildung durch die Philosophie bei Platon und Jaspers // Philosophische Tradition im Dialog mit der Gegenwart: Festschr. fur Hansjorg F. Salmony. – Basel etc., 1985. 12 Smid R.N. Die Wechselbeziehung von Zeit und Geschichte in Karl Jaspers’ Existenzphilosophie // Philosophia naturalis. – Meisenheim a. Glan, 1988. 13 Seung Kyun Paek. Geschichte und Geschictlichkeit. Eine Untersuchung zum Geschichtlichkeit in der Philisiphie von Karl Jaspers. – Dae Gu/Korea, 1975. 14 Situation de l’homme et histoire de la philosophie dans l’ouvre de Karl Jaspers: Actes du Colloque Karl Jaspers, organize par le Centre de recherches germ. De l’Univ. de Nanci II (21 et 22 mars 1986) / Etudes rec. par Paul J. – M. – Nancy: Presses univ. de Nanci, 1986. 15 Аббаньяно Н. Мудрость философии и проблемы нашей жизни. – СПб, 1998. 16 Реале Д., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней. В 4-х Т.-Т. – СПб, 1997, Т. 4. 17 Bollnow O.F. Existenzphilosophie. Stuttgart, 1960;

Heinemann F. Existenzphilosophie lebendig oder tot? Stuttgart, 1954.;

Muller G. Existenzphilosophie in geistigen Leben der Gegenwart, Heidelberg, 1949.;

Reding M. Die Existenzphilosophie. Heidegger, Sartre, Gabriel Marcel und Jaspers in kritisch systematischen Sicht. Dusseldorf, 1949;

Stegmuller W. Exisssstenzphilosophie // Hauptstromungen der Gegenwartphilosophie. Stuttgart, 1978. 18 Мошнин В.Ф. Социально-экономическая концепция Ясперса. – М., 1979. 19 Типсина А.Н. Философия религии К. Ясперса. – Л., 1982. 20 Богомолов А.С. Некоторые проблемы послевоенной эволюции экзистенциализма Карла Ясперса // Вестник МГУ, 1966.;

Карл Ясперс // Основные течения современной буржуазной философии. – М., 1970. 21 Соловьев Э.Ю. Экзистенциализм и научное познание. – М., 1966. 22 Никитин Ю.И. К критике концепции «господства масс» в социологии Ясперса // Идеологическая борьба и актуальные проблемы философии. – Днепропетровск, 1974.;

Субъективизм философского мышления Карла Ясперса // Идеологическая борьба и актуальные проблемы философии. – Днепропетровск, 1974.;

Методологическая несостоятельность экзистенциалистской интерпретации истины // Философия и современность. – Днепропетровск, 1976. 23 Мельвиль Ю.К. Пути буржуазной философии ХХ века: (критические очерки). – М., 1983. 24 Габитова Р.М. человек и общество в немецком экзистенциализме. – М., 1972. 25 Рашковский Е. Древневосточная проблематика западной философии ХХ века: Карл Ясперс. – Народы Азии и Африки. – 1985, № 6. С. 19-24. 26 Коссак Е. Экзистенциализм в философии и литературе: Пер. с польск. – М.: Политиздат, 1980. 27 Хюбшер А. Мыслители нашего времени: Пер с нем. / Под ред. А.Ф. Лосева. – М., 1962. 28 Gerlach, H.-M. Existenzphilosophie – Karl Jaspers / Mit einem Beitr. Von Gabler B. (Zum Kritik der burgerlichen Ideologie) – B.: Verl. 1987;

Individuum und Gesellschaft zwischen rationaler Beherschbarkeit und Existentieller Freiheit? : Weber und Jaspers – oder die Atombombe im spatburgerlich-liberalen Gesellschaftsdenken // Pflicht der Vernunft. – B., 1987. 29 Schneiders W. Karl Jaspers in der Kritik. – Bonn, 1965. 30 Гайденко П.П. Экзистенциализм и проблема культуры. – М.: Наука. 1963;

Прорыв к трансцендентному. – М., 1977. 31 Мотрошилова Н.В. Немецкий экзистенциализм: Карл Ясперс об истории и «осевом времени» // История философии: Запад – Россия – Восток (Философия ХХ века). Сб. ст. /Под ред. Ю.А. Шичалиной. – М., 2000.;

Гайденко П.П. Философия Культуры Карла Ясперса // Вопросы литературы. – 1972. № 9. 32 Потеряева О.Б. У истоков экзистенциализма: врачующая философия Карла Ясперса: Философские науки. Авторефдис. на соиск. учен. степ. кандидата наук / [Урал. гос. ун-т им. А.М. Горького}. – Екатеринбург, 1997.;

Соколова М.Е. Апофеотическая традиция и концепция философской веры К. Ясперса: Философские науки. Автореф. дис. на соиск. учен. степ. кандидата наук / Инс-т научн. информ. по обществ. наукам. – М., 1998.;

Щербаков В.П. Трансцендентное в процедуре понимания у К. Ясперса и З. Фрейда: Философские науки. Автореф. дис. на соиск. учен. степ. кандидата наук / [Рос. гос. пед. ун-т им. А.И. Герцена]. – СПб., 1999. 33 Jaspers K. Vom Ursprung und Ziel der Geschichte. – Zurich. 1949., S. 17. 34 Ibid., S. 19. 35 Ibid., S. 27. 36 Briefwechsel Karl Jaspers – Oskar Hammelsbeck: 1919-1969. // ОР БАН. Ф. 27621. Д. 40. Л. 1. 37 Karl Jaspers Briefwechsel: 1926 – 1969 / Hanna Arendt. Hrsg. Von Lotte Kohler. Munchen, 1985.;

Мартин Хайдеггер / Карл Ясперс. Переписка 1920-1963. – М., 1999. 38 Karl Jaspers: Briefwechsel: 1908-1960;

mit Briefen von Sigmund Freud, Carl Gustav Jung, Martin Heidegger, Ludwig Frank und Eugen Bleuer. – Basel, 1997. 39 Ясперс К. Философская автобиография // Западная философия: итоги тысячелетия: [Сборник: Пер / Сост. В.М. Жамиашвили]. – Екатеринбург, 1997. 40 Karl Jaspers in seiner Heidelberger Zeit: [Dokumentationsbd. Zur Ausstellung in d. Univ. – Bibliothek Heidelberg von Juni bis 27 Aug. 1983]. - Heidelberg, 1983.;

Karl Jaspers: In Selbstzeugnissen und Bilddokumenten. – Reinbeck, 1974. 41 Jaspers K. Vom Ursprung und Ziel der Geschichte. – Zurich. 1949. ;

Ясперс К. Истоки истории и е цель. Пер. М.И. Левиной. – М., 1978. 42 Jaspers K Die geistige Situation der Zeit. – Leipzig, 1955. 43 Jaspers K. Der philosophische Glaube. - Munchen, 1948. 44 Ясперс К. Смысл и назначение истории – М., 1994. 45 Ясперс К. Истоки истории и ее цель. // Смысл и назначение истории. – М.: Республика, 1994., С. 28. 46 Jaspers K. Vom Ursprung und Ziel der Geschichte. – Zurich. 1949. S. 15. 47 Ясперс К. Всемирная история философии. – СПб., 2000. 48 Jaspers K. Die Atombombe und die Zukunft des Menschen. Politisches Bewusstsein in unserer Zeit. – Munchen, 1958.

Jaspers K. Wohin treibt die Bundesrepublik? Tatsachen. Gefahren. Chancen. – Munchen, 1967.;

Ясперс К. куда движется ФРГ? Факты. Опасности. Шансы. – М., 1969. 50 Ясперс К. Куда движется ФРГ? – М., 1969., С. 12. 51 Там же. 52 Ясперс К. Куда движется ФРГ? – М., 1969., С. 10. 53 Jaspers K. Denken zwischen Wissenschaft, Politik und Philosophie. – Stuttgart, 1989. 54 Гегель Г.В.Ф. Философия истории // Собр. Соч.: в 14 т. Т. 8. – М., 1935. 55 Гегель Г.В.Ф. Философия религии. В 2 т. – М., 1977. 56 Spengler O. Untergang des Abendlandes. – Munchen, 1923.;

Шпенглер О. Закат Европы. – Ростов н/Д, 1998. 57 Toynbee A. A study of history. – L., 1935.;

Тойнби А. Дж. Постижении истории. – М., 2001. 58 Гайденко П.П. Человек и история в экзистенциальной философии Карла Ясперса. // Смысл и назначение истории. – М., 1994., С. 21. 59 Маркс К. Капитал. // Маркс К., Энгельс Ф. Полн. собр. соч., Т. 23. 60 Weber A. Kulturgeschichte als Kultursoziologie. - Leiden, 1935.;

Tragische und die Geschichte. – Hamburg, 1943. 61 Ясперс К. Философская автобиография // Западная философия: итоги тысячелетия. – Екатеринбург, С. 46. 62 Weber M. Soziologie, Weltgeschichte Analysen. – Stuttgart., 1956. 63 Вебер М. Избранные произведения. – М., 1990. 64 Гайденко П.П. Указ. соч. С.6. 65 Патрушев А.И. Проблемы и значение творческого наследия Макса Вебера // НиНИ 2000, №6, С.61. 66 Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. – М., 2002. 67 Гумилев Л.Н. Указ. соч. С. 373-374.

Глава I: Исторические условия формирования научного мировоззрения Карла Ясперса 1.1. Германия в конце XIX - начале ХХ века и становление личности Карла Ясперса. Невозможно себе представить человека, чья система мировоззрений была бы «оторвана» от окружающей его действительности, оттого, что в совокупности формирует различные стороны его реальной жизни. Несомненно, любой человеческий индивид - не просто продукт своей эпохи, этнической принадлежности, соответствующей ей культуры;

он – ее носитель, ее адепт, мыслящий и старающийся строить свою жизнь согласно законам цивилизации. И, разумеется, изучение системы научного мировоззрения того или иного мыслителя диктует необходимость изучения его жизненной и творческой биографии. Это дает возможность комплексного и наиболее объективного анализа его научных воззрений, а так же способствует выявлению основных причин их трансформации. В качестве подтверждения высказанного, на наш взгляд, будет вполне уместным привести слова самого Карла Ясперса: «…Сам человек, его основные познания, его действия, его эпоха и мир, его повседневный образ жизни, те внутренние его силы, которые сказывают себя в нем, - всего этого нельзя оставлять в стороне, если пытаешься вникнуть в его мысли и мыслить вместе с ним…»1. Таким образом, прежде чем приступить к рассмотрению воззрений Ясперса, совершенно необходимо выявить исторические условия их формирования. С 1890 г. в немецкой истории началась новая эпоха. Определяющими принципами предшествующего периода были идея европейского равновесия, национальная идея, конституционное государство и утверждение капитализма либерального типа. Главным же явлением новой эпохи стали экспансионистская мировая политика, всплеск национализма, политически мобилизовавшего массы, рабочее и социалистическое движение. В этот период национальная идея переросла в Германии в националистическую, нашедшую обоснование в произвольно истолкованном дарвинистском учении о борьбе за существование, дополненном утверждением о праве сильнейшего диктовать другим свою волю. Восторжествовала уверенность в том, что в будущем мире смогут утвердиться только крупные государства, обладающие значительными колониями и зависимыми территориями. Период 1890-1918 гг. в Германии обычно именуют «вильгельмовской эпохой». Термин не означает, будто кайзер Вильгельм II был, подобно Бисмарку, фигурой, определяющей ход событий того времени. Хотя он стремился играть роль Бисмарка и единолично проводить внешне- и внутриполитический курс страны, но по причине частой смены решений и некомпетентности во многих вопросах личное правление императора реально чаще всего выражалось в неожиданном, бесцеремонном и даже неуклюжем вмешательстве в сферу деятельности отдельных министров. Это делало немецкую политику непредсказуемой и опасной для других европейских держав. В этой связи старший современник Ясперса - выдающийся немецкий ученый Макс Вебер расценивал стиль правления кайзера как «буланжистскибонапартистский и проводимый в манере лейтенанта, стремящегося прослыть оригиналом», и резко осуждал «династическое тщеславие и личные амбиции» Вильгельма. В определенной мере император воплощал в своей личности облик правящих в Германии верхов, их менталитет, основополагающие ценности и негативные черты. Будучи ярым сторонником мировой экспансии и создания мощного военно-морского флота, кайзер опирался на поддержку буржуазии, а его вера во всемогущество силовой политики роднила его с прусским юнкерством, милитаристским по своей натуре. Интерес, проявляемый Вильгельмом к проблемам развития промышленности и торговли, его тесные связи с крупнейшими предпринимателями Германии Круппом и Штуммом позволяли рассматривать его как идущего в ногу со временем монарха, опирающегося на успехи и расцвет немецкой индустрии и технологии. Но при этом император всегда оставался сторонником сохранения приоритета монархической власти над парламентом, что отвечало убеждениям дворянских слоев и находило поддержку со стороны крупной буржуазии, прежде всего магнатов крупной и военной промышленности. Экспансионизм во внешней политике, принявший характер соревнования между ведущими державами Старого Света, привел к тому, что к 1913 году Германия превратилась из пятой во вторую колониальную державу мира, хотя мощь ее военного флота все еще значительно отставала от британской. Немецкие товары успешно вытесняли английские с рынков России, АвстроВенгрии, Дании. Швеции, Турции и др. стран. В Азии и Латинской Америке началась ожесточенная конкуренция английских и немецких банков за захват сферы вложения капиталов. Предвидя неизбежность военного конфликта, германское руководство вело энергичную подготовку к нему. Германия опережала остальные европейские державы по общим военным расходам, увеличившимся с 1910 по 1914 г. почти вдвое. Подготовка Германии к войне включала не только вооружения, но и сферу идеологии. Пропаганду милитаризма, национализма, широкой внешней экспансии развернули многочисленные союзы и общества. Ведущим среди них являлся созданный в 1891 г. Пангерманский союз, выступавший с требованиями создания обширной колониальной империи. Пангерманисты пропагандировали концепцию, согласно которой немцы являются «народом без жизненного пространства», окруженным со всех сторон врагами, война с которыми является неизбежной и к которой необходимо всемерно готовиться. Подготовка Германии к войне усугубила внутриполитическую обстановку. Канцлер Бетман-Гольвег, учитывая возросшую роль социалдемократов в рейхстаге, требовавших скорейшего проведения социальных реформ, оказался в затруднительном положении: консерваторы обвиняли его в попустительстве по отношению к леволиберальной оппозиции.

В свою очередь леволиберальная и социал-демократическая оппозиция критиковали кабинет за недостаточную демократичность проводимой политики. В целом в Германии с 1913 г. резко возросла возможность общего социально-политического кризиса, что и стало одной из главных причин, побудивших руководство страны летом 1914 г. поддержать союзную АвстроВенгрию и решиться на развязывание большой войны. В этой чрезвычайно сложной для народа Германии обстановке Карла формировалось мировоззрение выдающегося немецкого ученого Ясперса. Время его активной творческой деятельности приходится на 20-50-е годы ХХ столетия, когда Германия переживала самые трагические этапы своей истории, в силу чего основные идейно-теоретические выкладки ученого несут в себе отчетливые характеристики эпохи. Карл Ясперс родился 23 февраля 1883 г. в городе Ольденбург одноименного герцогства (территория современной нижней Саксонии), близ побережья Северного моря. Его отец (1850-1940), юрист, а впоследствие – директор банка, происходил из торгового и крестьянского рода. «Службу свою, - писал Карл об отце, – он исполнял с мудростью, основательностью и сознанием долга. Но любимыми его занятиями были живопись и охота»2. Отец, в воспоминании Ясперса, предстает перед ним как человек незаурядный, ненавидевший рутину, доктринерство, ханжество. Он приучал детей с раннего возраста к самостоятельным и ответственным поступкам и суждениям. Ясперс с большой любовью и признательностью вспоминает своих родителей. Мать Карла (1862-1941) была крестьянского происхождения. Она всегда оставалась для него самым близким, уважаемым и любимым человеком. О ней он пишет как о деятельной, стойкой к жизненным ударам женщине. В целом в семье чтили традиции и порядок, впрочем, как и в большинстве бюргерских семей того времени, но в религиозном отношении как для матери, «для которой не существовало рамок условностей», так и для отца был характерен индифферентизм, который в юности разделял и их сын. «В родительском доме, - пишет биограф Ясперса Готшальк, - церковный мир игнорировался»3. Таким образом, ребенок с детства привык мыслить самостоятельно, ему было чуждо шаблонное восприятие окружающей действительности. И эта непримиримость с тем, с чем он был несогласен, уже в школьные годы отчетливо проявлялась. Об этом свидетельствует следующий описанный им случай: «В гуманитарной гимназии у меня произошел конфликт с директором. Я взбунтовался, отказавшись исполнять те распоряжения, которые казались мне неразумными. Отец с раннего детства приучил меня к тому, что я получу ответ на любой вопрос, и не заставлял меня делать то, смысл чего я не мог понять… Воспитанный своим отцом, я держался того принципа, что существует разница между порядком на уроке и армейской дисциплиной, без всяких на то оснований распространенной на школу. «Это – оппозиционный дух!..» - торжественно объявил мне директор. Этот дух свойственен де всей моей семье, и, будучи директором, он вынужден дать ему отпор. Конфликт достиг апогея, когда я отказался вступить в один из трех ученических союзов, созданных с одобрения директора… Я обосновал свое решение тем, что союзы формировались по социальному происхождению учеников и в зависимости от профессий их родителей, а не по принципу личной дружбы. Одноклассники мои вначале заявили, что поддерживают меня, но на деле осудили мой поступок. Я остался в одиночестве»4. Этот эпизод – единственный из описанных в его «Автобиографии» случаев, относящихся к детству автора. Во всяком случае, это описание ярко иллюстрирует тот социальный контекст, общественную конъюнктуру Германии тогдашней эпохи, в которой прошли детство и юность будущего великого мыслителя. Надо полагать, данный случай сыграл ключевую роль в процессе дальнейшего формирования характера юного Карла, оказал огромное влияние на развитие системы ценностей и жизненных установок тогдашнего школьника, ибо на протяжении всей жизни он руководствовался принципами, выработанными еще в отчем доме: всегда оставался человеком свободным и сильным духом, проявляя твердость и непримиримость относительно всего, с чем он был несогласен, способность не отступать от своих внутренних убеждений ни при каких обстоятельствах. В 1901 году юный Ясперс окончил классическую гимназию и поступил в Гейдельбергский университет, где в течение трех семестров изучал право, после чего, окончательно охладев к юриспруденции, перешел на медицинский факультет, который окончил в 1908 году. Чем, однако, объясняется такой резкий поворот, разочарование в избранной изначально профессиональной карьере? Вероятнее всего причина заключалась в том, что он разуверился во всем, что считается бесспорной основой любого цивилизованного государства – в законе, который казался Ясперсу абстракцией от жизни общества, совершенно чуждой будущему мыслителю. Он не был доволен ни собой, ни состоянием германского общества, ни фикцией общественного мнения. «Основное ощущение, - пишет он, - было таково: что-то неладно в мире людей и во мне самом»5. Таким образом, налицо факт нежелания отстаивать в качестве юриста тогдашние законы немецкого общества, устоев которого он не понимал и не желал понимать. А, учитывая особенности его бескомпромиссной натуры, невозможно даже предположить саму вероятность его дальнейшего обучения на юридическом факультете. Однако теперь предстояло выбрать в жизни определенную дорогу и двинуться по ней. Он хотел знать все, что только возможно;

как ему представлялось, медицина открывала широкие горизонты, потому, что была связана со всеми естественными науками, а предметом своим имела человека. Став врачом, он надеялся найти признание в обществе. Интерес к медицине, помимо прочих мотивов, сформировался у молодого Карла из-за его врожденной болезни: он страдал неизлечимым заболеванием бронхов, постоянно провоцировавшим сердечную недостаточность. Диагноз этой опасной болезни, которая, как правило, сводит людей в могилу не позднее тридцатилетнего возраста, был поставлен Ясперсу уже в 18 лет. Следствием болезни было то, что он не мог принимать участия в забавах и развлечениях молодежи. Вылазки на природу полностью прекратились уже с началом университетской учебы. Верховая езда, плавание, танцы были полностью исключены. С другой стороны, по причине своего заболевания, Ясперс освобождался от военной службы. Тем самым исключалась опасность погибнуть на войне. По словам самого Ясперса, одним из следствий болезни стал «…внутренний настрой, определивший способ работы. При постоянных перерывах в работе, вызванных болезнью, приходилось вести меж ними жизнь, насыщенную до предела, коли я вообще желал сохранить смысл этой жизни. Я был обречен учиться, все схватывая на лету, сразу проникать в суть, испытывать внезапные откровения и моментально строить свои планы. Мой шанс состоял в упорном использовании каждого подходящего мгновения, чтобы продолжать работу при любых обстоятельствах»6. Это стало главной причиной того, что молодой человек, по своему характеру склонный к общению и дружбе, рано узнал тоску одиночества. Тем не менее, во все периоды жизни, в том числе и в годы студенчества, у Ясперса были немногие, но близкие друзья. На факультете молодой Карл подружился с одним достаточно одаренным студентом Эрнстом Майером, братом своей будущей супруги Гертруд Майер. Характерно, что и брат, и сестра Майер живо интересовались философией, причем Гертруд изучала философию профессионально. Карл познакомился с ней в 1907 году, а спустя три года молодые люди поженились. С тех пор одиночество больше не мучило Ясперса: в жене он нашел не только любящую душу, но и близкого по духу человека: «Одиночество, тоска, самокопание – все это переменилось вмиг, стоило мне повстречать Гертруд Майер.… С первого же часа меж нами возникла непостижимая, совершенно немыслимая гармония… Невозможно было представить себе человека, понимающего мои мысли и чувства, мои стремления, каким являлась Гертруд»7. Таким образом, профессиональный интерес к общественным наукам у молодого естествоиспытателя – ведь медицина принадлежит к естественным наукам – развился не без влияния его жены и «философствование на уровне экзистенции», о котором впоследствие так много писал Ясперс, составляло одну из самых больших радостей его семейной жизни. 1.2. Начало научной деятельности и формирование общественнополитических взглядов Ясперса. В августе 1914 г. Германию охватил патриотический подъем. Если еще в июле в Берлине, Кёльне, Мангейме и других индустриальных центрах Германии проходили многолюдные антивоенные демонстрации, то после начала войны она предстала в глазах значительной части населения как национальная и оборонительная, как война за само существование немецкого государства. Сказались плоды многолетней националистической пропаганды. Словами кайзера: «Я не знаю больше партий, я знаю только немцев», была провозглашена политика «гражданского мира» и согласия. Структура специальной и экономики Германии была такова, что облегчало ее приспособление к нуждам войны и в какой-то мере компенсировало недостаток заблаговременной экономической подготовки. Этому благоприятствовала высокая степень концентрации производства, делавшая возможной быструю мобилизацию индустрии, новейшая техника, позволявшая перейти на новое производство, высокая квалификация и дисциплинированность рабочих. Государственный аппарат империи так же имел неплохие навыки управления хозяйством, так как Пруссия давно обладала государственной собственностью в виде железных дорог, каменноугольных шахт и т.п. Названные особенности Германии дали ей возможность выдерживать длительную войну в условиях фактической блокады и недостатка собственных ресурсов значительно дольше, чем можно было рассчитывать. Однако нехватка сырья и квалифицированной рабочей силы, снижение производительности труда (на заводах и фабриках ушедших на фронт мужчин заменяли женщины и подростки) вели к неуклонному снижению объема промышленной продукции. Тяжелое положение сложилось и в сельском хозяйстве, продукция которого в 1915-1916 гг. сократилась почти вдвое, в результате чего правительство было вынуждено ввести карточную систему на основные продукты питания. Все это усиливало антивоенные настроения. Уже с августа 1915 г. в стране нарастал экономический и политический кризис. Установлением «гражданского мира» правительство Бетман-Гольвега стремилось укрепить тыл и создать необходимое единство всех слоев немецкого общества. Тем не менее, в конце 1914-1915 г. в Германии произошло более 160 стачек. Октябрьская революция в Петрограде и выход России из войны заметно усилили антивоенные и революционные настроения в Германии. В январе 1918 г. всеобщая политическая стачка охватила основные индустриальные центры страны – Берлин, Гамбург, Бремен, Рейнско-Вестфальский район, Среднюю Германию. Свыше миллиона ее участников требовали заключения мира с Россией, амнистии политических заключенных, отмены военной диктатуры, улучшения продовольственного снабжения. Лишь введя осадное положение, власти через посредничество правовых лидеров социал-демократии Фридриха Эберта и Филиппа Шейдемана добились прекращения стачки и сурово расправились с ее участниками. Провал наступления на фронте, предпринятого весной и летом 1918 г. вызвал сильнейшее брожение в тылу. Экономика Германии трещала по швам, население окончательно утратило веру в кайзера и генералитет, происходили почти непрерывные забастовки, началось разложение армии и флота. В Германии назревал сильнейший социальный взрыв, нашедший свое выражение в создании парламентского правительства для проведения переговоров о перемирии на основе «14 пунктов» В. Вильсона. Поражение Германской империи свершилось. 10 ноября власть в Берлине перешла к социалдемократическому Совету народных уполномоченных. Империя Гогенцоллернов прекратила свое существование.

Ко времени, когда началась первая мировая война, Ясперс уже закончил медицинский факультет, и, получив профессию врача-психиатра, с 1909 по 1915 год работал научным ассистентом в психиатрической и неврологической клинике в Гейдельберге. Здесь он написал свою первую большую работу «Всеобщая психопатология» (1913), которую защитил в качестве диссертации, и получил степень доктора психологии. Методологическую базу этой работы составили метод описательной психологии, как его развивал Гуссерль (более позднего Гуссерля с его методом «созерцания сущностей» Ясперс не принял) и так называемая «понимающая психология» В. Дильтея. Эта работа имела большое значение и для дальнейшего развития научного мышления Ясперса. После защиты диссертации он начал читать лекции по психологии в Гейдельбергском университете;

среди его первых тем была психология характеров и дарований, а так же патография выдающихся личностей (модная в то время тема – гений и болезнь). Впоследствии Ясперс опубликовал об этом несколько работ: о Стриндберге, Ван Гоге, Сведенборге и Гельдерлине, о болезни Ницше и связи с его творчеством. Изучение политических и социологических трактатов и знакомство с видными мыслителями того времени привели к тому, что Ясперс все более увлекался историей философии. В 1913 году он получает доцентуру на философском факультете Гейдельбергского университета. «Итак, - пишет Готшальк, - двери клиники закрылись за ним. Будущее, к которому вел путь через психологию, отныне принадлежало философу Ясперсу»8. В 1919 году Ясперс издает плод многолетнего труда – «Психологию мировоззрений», которая затрагивала уже собственно философские проблемы и принесла ее автору широкую известность. «В исторической ретроспективе, пишет Ясперс, - «Психология мировоззрений» является самым ранним произведением, впоследствии где стала излагается та современная философия, которая называться экзистенциализмом, философией существования.… Здесь были затронуты почти все основные вопросы, которые позднее осознавались со всей ясностью и были развернуты во всей широте:

вопрос о мире, – каков он для человека;

вопрос о ситуации, в которой находится человек, и о тех пограничных ситуациях, которых он не может избегнуть (смерть, страдания, случай, вина, борьба);

вопрос о времени и многомерности чувства времени;

вопрос о развитии свободы при создании человеком самого себя;

вопросы об экзистенции, о пути мистики и пути идеи, и т.д.…»9. Самим Ясперсом признается тот факт, что «Психология мировоззрений» несет на себе печать влияния Макса Вебера, которому он во многом обязан как своей мировоззренческой – особенно политической ориентацией, так и своими методологическими подходами к анализу философских проблем. В своей «Философской автобиографии» Ясперс, в частности, писал: «Всем мышлением и всем существом своим Макс Вебер… глубоко влияет на мои взгляды, как не влиял ни один другой мыслитель»10. Вероятнее всего, в учении Вебера Ясперса привлекало «жесткое разделение личностного мировоззрения с одной стороны, и научного исследования, с другой11. Вебер «…стремился отклонить признание неумолимости жестких исторических законов, точно так же, как и обобщающие концепции марксизма, эволюционизма, дарвинизма, органологии (теория органического развития общества). между Всем им Вебер противопоставлял и методологический структурами. индивидуализм.… На практике Вебера более всего интересовали взаимосвязи мировоззрением, интересами социальными Теоретически же при таком понимании речь шла о том, чтобы измерить социальное действие по шкале его большего или меньшего приближения к критерию рациональности»12. Таким образом, в полемике против неверно понимаемого «закона причинности» Вебер отстаивал понятие исторической причинности как эмпирической причинной цепи, имеющей для нас культурную значимость. Аргументация Вебера в защиту истории как науки о действительности была направлена против общепринятого тогда понимания истории как процесса развития чего-то объективно существующего или прогрессивного развертывания какого-то феномена – будь то абсолютный дух, мировой разум, государство, нация или общественно-экономическая формация. Вообще, увлечение историей-развитием было особенно характерно для Германии. Еще Ницше в работе «По ту сторону добра и зла» писал, что «… и сам немец не есть, он становится, он «развивается». Поэтому «развитие» является истинно немецкой находкой и вкладом в огромное царство философских формул: оно представляет собой то доминирующее понятие, которое в союзе с немецким пивом и немецкой музыкой стремится онемечить всю Европу»13. Вебер, однако, пересмотрел традиционные представления о прямолинейном прогрессе, в котором он рассматривал социокультурную эволюцию как рационализацию по многим параметрам и во многих направлениях. Одновременно он отклонял тогдашние «научные теории развития», основанные на признании исторической закономерности, неважно какого вида. Его ответом на кризис эволюционизма явился подход к истории не как к процессу единого развития, а ее разделение на аспекты многомерного анализа. В этом и заключается влияние воззрений Вебера на развитие теорий модернизации, неоэволюционизма, исторической социологии как одного из вариантов «новой социальной истории». Отвергая, таким образом, признание неумолимости жестких исторических законов (марксизм, эволюционизм и т. д.), и отрицая тезис, что, следуя какойлибо из упомянутых обобщающих теорий, есть возможность предопределить будущее человечества во всех его исторических аспектах, Вебер писал: «Судьба всякой культурной эпохи, вкусившей плоды с древа познания, состоит в осознании того, что мы не можем вывести смысл мироздания из самых современных результатов его исследования, но сами придаем ему этот смысл, а «мировоззрения» никогда не могут быть продуктом развивающегося опытного знания»14.

Будучи учеником Вебера, высоко ценившего таких художниковмыслителей как Ницше и Достоевский, молодой Ясперс был не чужд и их влияния. Наконец, с Вебером Ясперса сближал и общий для обоих острый интерес к политике. Семья Ясперсов была не чужда политических интересов: дед и отец Карла, а так же два брата его матери были депутатами ландтага в Ольденбурге. Кроме того, отец философа в течение многих лет был председателем Ольденбургского магистрата. Поэтому, Ясперс, как и Вебер, с ранних лет в кругу семьи слышал обсуждение самых разных политических вопросов. «Суровый либерализм» Вебера, его убеждение в том, что реальная гражданская жизнь в обществе предполагает политическую свободу, молодой Ясперс полностью разделял: «Все то, что я думал о политике с начала войны в 1914 г., определилось влиянием Макса Вебера. Национальная идея была до этого чужда мне. Благодаря Максу Веберу я научился национальному мышлению и воспринял его близко к сердцу. Ситуация в мировой истории, как он говорил, ставит народ великой державы перед лицом ответственности, от которой он не в праве уклониться. Не какое-то маленькое государство – к примеру, швейцарское, существование которого имеет другой смысл, тоже в высшей степени желательный (наибольшая свобода индивида в маленьком государстве), но которое лишено ответственности, ибо лишено силы – а именно мы в ответе перед грядущим человечеством за то, что будет или не будет. Мир поделен между русским кнутом и англо-саксонским конвенциализмом. Наша задача и наш шанс состоят в том, чтобы спасти то третье, что существует между тем и другим – дух либерализма, свободы и разнообразия жизни личностей, величие западной традиции. Такова была позиция Макса Вебера, и я присоединился к ней»15. Смерть Вебера была ощутимым ударом для Ясперса: «Когда в 1920 году Макс Вебер умер, - пишет он, - у меня было чувство, будто перевернулся мир. Не стало человека, который оправдывал для меня существование этого мира и наполнял его душевностью. Макс Вебер был таким авторитетом, который никогда не вставал в позу и не вещал, никогда не освобождал остальных от ответственности, - он просто поддерживал те начинания, которые были созвучны его глубоко человеческому мышлению, строгому и ясному. Не стало человека, умевшего очень надежно, незаметно, исподволь направлять ход разумных дискуссий, человека, мышление которого давало прочную основу для глубочайшего понимания современной ситуации и позволяло судить об усилиях реальных действий ученых, о событиях и достижениях познания»16. Неудивительно, что впоследствии он оказался непримиримым противником тоталитаризма в любом его проявлении – особенно в условиях националсоциализма. 1.3. Деятельность Ясперса как профессора Базельского университета. 10 января 1920 г. вступил в силу Версальский договор, согласно которому территория Германии уменьшилась на 1/8, население – на 1/10. Страна лишилась военного и торгового флота, ее порты были объявлены открытыми для судов стран Антанты. Германия потеряла все свои колонии, взяла на себя тяжелые репарационные обязательства. Франции возвратили отторгнутые в 1871 г. Эльзас и Лотарингию, Польше – земли, захваченные Пруссией в XVIII в. Левый берег Рейна оккупировали войска Антанты сроком на 15 лет. Саарская область была передана так же на 15 лет под управление Лиги наций, угольные шахты Саара переданы Франции. Кроме всего прочего, Германии отныне запрещалось содержать вооруженные силы17. Таким образом, Германия на ряд лет перестала играть роль великой державы. Тем не менее, в период Веймарской республики гуманитарные науки и литература переживали довольно значительный подъем. Условия для их развития, по сравнению с кайзеровскими временами, были более благоприятны в силу образовавшегося после падения империи идеологического вакуума и, как следствие, значительного ослабления цензуры. На 20-е годы приходится взлет творчества корифеев немецкой социально-политической и исторической мысли: Макса и Альфреда Веберов, Хейзинги, Шпенглера, Ранке и, разумеется, Ясперса, социально-исторические позиции которых кардинально отличались ох их более старших коллег по научному цеху. Когда 1 апреля 1922 года Ясперс получил кафедру, став ординарным профессором в Гейдельберге, ему казалось, что он еще не готов к этому – по его собственным меркам. Он стал заниматься изучением общественных наук более основательно. В качестве более конкретной задачи Ясперс выдвинул самостоятельную переориентировку и акклиматизацию в этой сфере. Решение этой задачи требовало особого методологического осмысления и глубокого проникновения в основополагающие социально-политические и исторические произведения великих. Задача состояла не в учении и не в умножении знаний, а в освоении тех форм мышления и образов действия, которые требовались при обращении к великим мыслителями, но научиться которым было нельзя, поскольку их не существовало в готовом виде. Ясперсу предстояло выйти на новый уровень мышления. Сделав такой выбор, нужно было начать практически с азов. Примечательно, что лекции и семинары Ясперса не были изолированы от его поисков. Если прибегнуть к традиционному делению, то эти лекции были отчасти историческими, а отчасти – систематизирующими. В своих лекциях по истории философии он приводил идеи и образы, посещавшие его в ходе изучения материала, давал характеристики эпох и говорил о смысле принятия в эти эпохи рациональных концепций и методов. Не чувствуя необходимости жестко привязываться к хронологическому порядку, он периодически затрагивал темы из самых разных времен европейской истории философии: «Наверное, я был похож на дирижера оркестра, который дает зазвучать то одному, то другому голосу из прошлого…»18. Таким образом, его нельзя назвать ни заурядным ученым, ни заурядным преподавателем. Надо сказать, что Ясперс никогда не был эпигоном. В науке, равно как и в жизни, он всегда стремился к независимости в мышлении и искал новые пути, что часто ставило его в положение оппозиционера. Приведем пример, описываемый его биографом Г. Готшлаком: «В 1924 году приват доцент в области статистики Гумпель, выражавший пацифистские взгляды, высказался против существования рейхсвера и перевооружения Германии. Среди большинства верноподданных преподавателей это вызвало взрыв возмущения. Выступление Гумпеля было объявлено позорным для университета, и реакционная часть профессуры потребовала его официального наказания. Что же касается Ясперса, то он решительно выступил против травли Гумпеля. Требование о наказании Гумпеля он воспринял как угрозу свободе университета в целом и каждого его сотрудника в отдельности. Он опасался, что подобные репрессии могли бы открыть путь к расправе с учеными, которые не согласны с господствующими официальными взглядами, и низвести университет до положения раба господствующего режима»19. В своих трудах, относящихся к периоду Веймарской республики, Ясперс настаивал на том, что ни история, ни философия не могут быть чисто научным знанием, что они не могут отвлечься от реального человека, от «его фактической действительности во времени», от болевых точек эпохи20. Начиная с середины 20-х, годов Ясперс становится одним из ведущих ученых Германии. Однако с установлением диктатуры национал-социалистов в жизни Ясперса наступает тяжелый драматический период. С 1933 года он был лишен возможности принимать участие в управлении университетом, поскольку был снят со всех постов, имевших отношение к университетской администрации. В 1937 году его окончательно отстраняют от преподавания и, наряду с профессурой, в 1938 году лишают права издавать в Германии свои работы. Одной из причин было то, что жена Ясперса – еврейка21. Будучи женатым на еврейке, Ясперс, таким образом, терял все права на своей родине «Общее и главное ощущение от всего было - утрата правовых гарантий в собственном государстве. Заставить забыть эту бесправность, оставленность на произвол судьбы не могли ни хорошее отношение отдельных людей, не порвавших со мной, ни поддержка друзей…, ни помощь торговцев и ремесленников, которую они оказывали моей жене, ни глубокая внутренняя связь с ближними…»22.

Идеи ученого никак не соответствовали постулатам национал-социализма, он решительно разошелся со своим другом Мартином Хайдеггером, поддерживавшим (хотя бы и временно) режим и ставшим ректором Фрайбургского университета23. Эти двенадцать лет (1933-1945) означали для Ясперса вступление в особую жизнь. Произошло полное внутреннее «отмежевание» от германского рейха как политического образования: «За бесконечно малым исключением немцы – включая моих старых друзей – страстно желали победы, тогда как я в атмосфере ликования отчаянно озирался по сторонам в поисках какого-нибудь признака, который говорил об ином повороте событий»24. Вместе с тем следует отметить, что Ясперс, не будучи сторонником нацистов, не выступал открыто против нацистского господства. «Я не герой, – говорил о себе философ, – и не хочу, чтобы меня таковым считали»25. Биограф Ясперса пишет, что в той обстановке гестапо»26. Находясь на пенсии, в тревожном ежедневном ожидании «стука в дверь», ученый продолжает работать – писать «в стол», поскольку надеялся, что придет время, и его труды все-таки будут востребованы: «В годы националсоциализма мы и все наше окружение жили на краю пропасти. Мы сами считали катастрофу совершенно неотвратимой, но надежда на лучшее никогда не исчезала совсем»27. Этот период жизни Ясперса – время раздумий о политической истории Германии, существовавшей на протяжении тысячи лет. Именно в прошлом своей родины он ищет истоки теперешней ее трагедии, того длительного состояния национального позора, в котором она пребывала в период господства национал-социалистов. Эти размышления привели его к мысли, что у будущей, освобожденной от фашизма Германии, нет иного пути, кроме как после невиданных внутренних и внешних катастроф в новой ситуации воссоздаваться заново. И делать это надо, как он считал, постигнув с Ясперс решил придерживаться тактики «…тщательной осторожности в отношениях с властями. Это относилось, прежде всего, к предельной ясностью те эпизоды истории, которые означали крах и катастрофу. Окончание второй мировой войны круто изменило жизнь мыслителя. Когда 1 апреля 1945 года американцы заняли Гейдельберг, у Ясперса появились большие надежды на будущее. Уже три дня спустя он вошел в состав избранной по его инициативе комиссии, состоящей из тринадцати профессоров, которая должна была подготовить к открытию временно закрытый университет. Имя Ясперса значилось в «белом списке» противников нацизма, ему вернули права ординарного профессора и ввели в состав руководящих органов открытого вновь университета. Ясперс – вместе с Альфредом Вебером – стал издателем публицистического журнала «Die Wandlung» («Преображение»)28. Университет был делом его жизни. Здесь, как ему казалось, он кое-что смыслил и мог кое-что предложить. Его давние надежды начинали осуществляться: после длительного перерыва, Ясперс, наконец, возвращается к преподаванию, сначала в Гейдельберге, а с 1947 года – в университете Базеля. Не имея по причине слабого здоровья возможности стать деканом или ректором, он трудился в меру своих сил – участвовал в различных обсуждениях, вносил предложения, и, таким образом, способствовал тому, чего не мог реализовать сам в полной мере. Это время рождения Ясперса как политического мыслителя. Принимать активное участие в политике в послевоенный период он не мог: ему оставалось лишь размышлять, писать, выступать с лекциями. В это время Ясперс, продолжая развивать свои исторические и политические взгляды в ряде фундаментальных научных произведений, все больше увлекается публицистикой, что, несомненно, расширяет его аудиторию, делает его идеи более доходчивыми и для широких кругов населения29. Ясперс часто выступает по радио с беседами на различные политические и философские темы. Причем, следует отметить, что именно политические выводы Ясперса сделали его весьма известным30.

Рассматривая самые жгучие и больные вопросы эпохи, как бы возвращаясь к первой своей профессии врача-психиатра, Ясперс поставил диагноз болезни немецкой нации и предложил ей пути решения. Главным для будущего Германии Ясперс считал процесс национального самоосмысления и национальной самокритики. На первый план выходила проблема вины – вины и ответственности каждого: «Требование переплавиться, возродиться, отбросить все пагубное, - говорил он, - это задача для народа в виде каждого в отдельности»31. Книги Ясперса получают большое распространение и популярность среди широкой общественности, чем среди специалистов. Это в значительной мере объясняется тем, что учение Ясперса не носит сугубо академического характера. Некоторые его произведения переиздавались пять раз, а их тираж достигал 100 тыс. экземпляров (для Западной Германии это была внушительная цифра). Безусловно, известность и популярность Ясперса объясняются, прежде всего, тем, что он вторгается в самые животрепещущие сферы, не избегает острых вопросов и зачастую резко критикует государственных и политических деятелей, включая и наиболее высокопоставленных. Еще в 20-х годах он писал о том, что военщина не в состоянии решать политические задачи, поэтому ее притязания на политическое влияние не оправданы. Он выступал за то, чтобы в руководстве жизнью страны государственные деятели и ученые дополняли друг друга, объединяя свои усилия. Там, где политику подобает молчать, ученый может говорить. Но ответственность несут и тот и другой. Политик должен быть готов к тому, чтобы ради истины пойти на риск потери своего поста. Такой государственный деятель заслуживает уважения, ибо, по словам Ясперса, политика, служащая истине, является единственной «достойной человека политикой»32. В работах Ясперса, таким образом, политические вопросы нередко переплетаются с вопросами научного мировоззрения. Сам Ясперс ставил перед собой две задачи: во-первых – прояснить для самого себя нравственные предпосылки политики и реального отношения к ней, а во-вторых – ориентировать свое политическое мышление в соответствии с позицией «гражданина мира», то есть человека без определенной гражданской принадлежности, которую он занял еще в годы фашистской диктатуры в Германии. Ясперс много писал о роли политического сознания и о тех последствиях, которые неизбежно следуют за несоблюдением основных его принципов: «Где бы в мире я не ощущал великое дыхание политического мышления, сознающего ответственность за человечность, то есть за свободу человека и человеческие права, где бы я при этом не усматривал силу, мужество жертвенности, готовность к борьбе за единую великую идею, там я сразу прислушивался со всем вниманием, стараясь ничего не упустить, и обретал надежду. Не обладая силой сам, я чувствовал, что должен, по крайней мере, сопереживать в мысли и воспроизводить то, что на этом пути могло быть необходимым для политического сознания»33. Ясперс осуждает национализм. Он пишет о пагубном влиянии национализма на политическое сознание. Отмечая, что немецкий национализм формировался на протяжении целого тысячелетия, Ясперс подчеркивает, что именно необходимо предотвратить, чтобы он не стал фактором политической жизни и не превратился в национально-государственную доктрину. Любая нация, считает Ясперс, должна лишь «бороться за преимущество разума»34. В первое послевоенное десятилетие Ясперс сделал для себя очень важное открытие, которое, правда, было уже известным на протяжении веков, но, как говорится, немного подзабылось: философия не лишена практических выводов. При этом подразумевалось, что ни одна великая философия не лишена политического мышления. «От Платона до Канта, - говорит Ясперс, - до Гегеля, Киркегора и Ницше простирается большая политика философов»35. Он понял: то, что представляет собой какая-либо философия, она обнаруживает в своем политическом проявлении. И это – не какое-то ее побочное свойство. В этом – ее центральное значение. Он утверждал, что не случайно националсоциализм и большевизм видели в философии смертельного врага в духовной сфере36.

С тех пор для Ясперса вопрос о политическом мышлении стал одним из основных критериев при оценке взглядов любого ученого, либо человека, себя таковым считающего. Итак, в послевоенные годы Ясперс – один из духовных лидеров новой Германии, Германии, очищенной от нацистской ереси, страны с великим, но в тот период еще неопределенным будущим. Особенно важна была его роль в первые годы после второй мировой войны, на развалинах гитлеровской империи. Он стал тогда «мыслящей совестью немецкого народа». В то время среди общей растерянности Ясперс твердо знал, что он мог и должен был сказать37. Он обращается к соотечественникам в своих книгах, статьях, о и в выступлениях по радио, и везде его главная мысль – как спасти человечество от тоталитаризма, этой главной опасности ХХ века, ввергающей людей в кровавые революции и истребительные войны. По мнению мыслителя, к осуществлению этого великого замысла ведут два пути: первый путь – широкое обращение к гуманистическим традициям – к Лессингу, Гете, Канту;

второй – более серьезный, более надежный, как он полагал, путь для всех, кто утратил веру в жизнь в ее традиционной форме и «пробудился» к автономии, к своей духовной самостоятельности, - обретение философской веры, которую Ясперс ставил выше всякой религии, исключающей глубокое философское осмысление и требующей слепого, фанатичного поклонения от своих адептов. Ясперс считал, что в «…основе всего лежит всеохватывающая вера, которую никто не может назвать своей собственной, представив ее в определенном облике: вера в путь истины, на котором могут встретиться все, кто честно ведет исследование. Они остаются открытыми в мышлении своем, они не замыкаются от других. Другие образы веры не исключаются, а если это происходит, то, скорее, служит признаком неистинной веры»38. Таким образом, философская вера обосновывается Ясперсом как смысл философского учения, направленного на воспитание человечества посредством самовоспитания отдельных индивидов в атмосфере духовной свободы. Люди должны понять, что ни один этнос в целом и ни один индивид в частности, не обладает правом ставить себя выше остальных. Только так, по мнению мыслителя, возможно избежать повторения в мире тоталитаризма. В работе «Философская вера» (1931) он сформулировал ее суть со всей четкостью и определенностью. В некоторых из последних своих работ («Наше будущее и Гете» (1947), «Разум и антиразум в нашу эпоху» (1950), «Об условиях и возможностях нового гуманизма» (1962) мыслитель «…возвращается к ценностям старой бюргерской культуры в Германии, пытаясь их обновить и отчасти ограничить, «привив» к ним опыт «кризисного сознания» Киркегора и Ницше, но в то же время сохранить их непреходящую правду»39. Обстановка, сложившаяся в ФРГ в первые десятилетия существования страны, вызывала у Ясперса стойкое неприятие. Военно-политический крах германского национал-социализма открывал перспективы демократического переустройства деморализации. страны. Нередко Однако они условия этого были тогда крайне режима неблагоприятными. Широкие массы населения находились в состоянии полной считали крушение нацистского катастрофой Германии вообще, поскольку послевоенное существование определяла нужда, а главными заботами миллионов людей стали поиски пропитания и крыши над головой. Сепаратная денежная реформа, проводимая в западных оккупационных зонах согласно «плану Маршалла» и начатая в ответ на это блокада Западного Берлина стали первым опасным кризисом «холодной войны», что явилось еще одним шагом к расколу Германии. Раскол завершился в 1949 г. утверждением «Основного закона Федеративной Республики Германии» и конституированием двухпалатного парламента. Президентом страны был избран лидер Свободной демократической партии Т. Хейс, а федеральным канцлером стал представитель Христианского демократического союза К. Аденауэр, пришедший к власти под антимилитаристскими лозунгами, в то же время пропагандируя совместную оборону стран Запада против «агрессора мирового коммунизма». Во внутренней политике данный правительственный курс выразился в запрещении радикальных партий. В стране сложилась двусмысленная ситуация: с одной стороны - налицо экономический подъем и рост жизненного уровня населения, в связи с проведением в жизнь хозяйственной политики министра экономики Л. Эрхарда, которого называли «отцом экономического чуда»;

с другой – реальное ограничение демократических прав и свобод, выражавшееся в олигархии партий, сужении правовой сферы населения и невозможности его участия в политической жизни страны, жесткой цензуре средств массовой информации с целью предотвращения публичной критики деятельности правительства (прежде всего – в области военной и международной политики). Данная политическая ситуация послужила для Ясперса толчком к тому, чтобы по-новому осмыслить происходящие в ФРГ процессы и дать им соответствующую политическую оценку. И хотя Ясперс стремился к тому, чтобы «как можно осмотрительнее высказать самые радикальные идеи»40, в умах его слушателей преобладало все же «нежелание знать», «стремление забыть», что и было ведущей тенденцией в германском историческом сознании первых послевоенных лет41. В умах немцев сочетались и ненависть к фашизму, и стремление забыть прошлое, даже оправдать его, готовность извлечь уроки из истории «третьего рейха» и, одновременно, приспособиться к политике оккупационных властей. Летом 1947 г. еженедельник “Die Zeit” констатировал, что тогдашнюю социально-психологическую ситуацию определяло «вытеснение прошлого из коллективной памяти», осуществлявшееся под девизом: «Мне не к чему знать обо всем этом, у меня совсем иные заботы»42. Радикализм и непримиримость идей Ясперса снискали ему славу оппозиционера, причем не только антиадминистративного, но и антиобщественного. Осенью 1946 г. Карл Ясперс сообщал Хане Арендт43: «Мне трудно читать, когда я вижу перед собой враждебные лица. Только после 1937 года я ощущал такое настроение в аудитории, как сегодня». Ясперс был уверен, что в отношении к нему студентов преобладало «пренебрежение и недоверие»44. По этой причине Ясперс был вынужден в том же году переехать в Швейцарию по приглашению Базельского университета. Даже спустя два десятилетия после отъезда Ясперса в Базель ученого не переставали волновать некоторые тенденции в развитии ФРГ. В частности – нараставшая активность неонацистов – людей, выступавших против самой идеи преодоления коричневого прошлого. С 1964 г. неонацисты располагали организационным центром – Национал-демократической партией, которая проиграла выборы в бундестаг, но прорвалась в ландтаги нескольких федеральных земель. Шла «холодная амнистия» нацистских преступников. В 1966 г. канцлером ФРГ стал христианский демократ, бывший член нацистской партии Курт Георг Кизингер. Правительство обнародовало проекты авторитарных антиконституционных законов о чрезвычайном положении. Ущемлялась свобода печати. Правительство упрямо заявляло о непризнании послевоенной границы с Польшей по Одеру и Западной Нейсе, неоднократно требовало передачи ФРГ американского ядерного оружия, не желало установить нормальные отношения с ГДР. Возникла реальная опасность забвения уроков коричневого прошлого45. В этой вязи в Ясперсе все более крепла уверенность выступить с «последней политической публикацией», в которой он «до конца», «как никогда определенно и как никогда резко» выскажется о Федеративной Республике»46. Ученый стремился не только обнажить корни зла, но и обратиться не к политикам, а к народу47. Эта книга, ставшая бестселлером, и получила название «Куда движется ФРГ?». Ясперс считал совершенно недопустимым то, что народ в Западной Германии практически отстранен от участия в политической жизни, партии и боннское государство «не информируют народ, не приучают его мыслить»48. Что же касается выборов, то они на деле являются не подлинными выборами, а опросом, регулируемым партийной олигархией: «Руководство государством, пишет Ясперс, - находится в руках партийной олигархии, которая узурпирует государство»49. И далее ученый пишет: «Мы идем по пути, в конце которого не будет ни демократии, ни свободного гражданина.… В чем заключаются изменения в структуре Федеративной Республики? Мне кажется, - в переходе от демократии к олигархии партий, от олигархии партий – к диктатуре... Все решает партийная иерархия и бюрократия»50. Мыслитель полагает, что на пути к авторитарному государству люди, находящиеся у власти, пытаются обезопасить себя тем, что запрещают неугодные режиму политические партии. Касаясь в этой связи запрета КПГ, Ясперс подчеркивает, что с политической точки зрения это недемократично. В ФРГ, как явствует из его слов, царит произвол властей, развивается чуждое свободе интриганство. «У нас, - пишет Ясперс, - призывают к развитию личности, но делают все для того, чтобы она не развивалась и не могла проявить себя»51. При этом мыслитель подчеркивал, что авторитарное государство может развиться не только что в направлении слова были диктатуры, написаны но еще и до в условиях многопартийного правительства, а тем более в условиях большой коалиции52. Знаменательно, эти образования правительства «большой коалиции» во главе с Кизингером – Брандтом, основной задачей которого во внутриполитической сфере стало «чрезвычайное законодательство», оппозиции. Резкое и решительное осуждение в книгах Ясперса получают чрезвычайные законы. Причем в их оценке Ясперс идет, пожалуй, даже дальше некоторых видных профсоюзных деятелей, занимающих левые позиции в западногерманском рабочем движении. «Если правительство на основании чрезвычайных законов применит силу против безоружных масс, оказывающих лишь пассивное сопротивление, то насилие по отношению к правительству будет оправдано если не с юридической, то с морально-политической точки зрения»53. Таким образом, в качестве выхода из создавшейся ситуации Ясперс предлагает радикальное решение. Он пишет: «Свобода не дается легко, ей направленное на «усмирение» внепарламентской приходится утверждать себя. Когда речь идет о том, чтобы отстоять политическую свободу народа, спасти ее, обрести все, то всегда возможна гражданская война. Гражданские войны были в Голландии, Швейцарии, Англии. Когда не идут на риск такой войны, то покоряются произволу, бесправию и даже преступному государству национал-социализма. «Только не гражданская война», - в своей жизни я тысячи раз слышал это;

так говорили еще в моем детстве, а в последний раз – в 1933 году. Я сказал бы: именно потому, что у нас никогда не было гражданской войны (если не считать монархических, поистине отвратительных, навязанных силой...), мы так и не завоевали свободы;

вместо этого мы привыкли терпеть и санкционировать бесправие, ссылаясь на то, что это, мол, относится к области политики»54. Это, однако, не означает, что Ясперс – сторонник гражданской войны. Он просто считает, что если положение не изменится, то гражданская война станет неизбежной. Ученый четко проводит мысль о необходимости развивать в народе ФРГ политическое самосознание, способность думать и решать, сохраняя при этом независимость и самостоятельность как каждого человека в отдельности, так и народа в целом. При этом особое внимание, по его мнению, должно уделяться политическому воспитанию молодежи: «Политическое воспитание должно быть непрерывным. Граждане государства должны максимально информироваться и в максимальной степени участвовать в политической жизни, потому что решающее значение для политического воспитания имеет практика, элементы которой есть даже в самом малом кругу совместно выполняемых задач». И далее: «Молодежь должна быть в курсе всех событий. Но самое главное – необходимо воспитывать чувство уважения к человеку, к занимаемому им положению, причем без преклонения, потому что и к самым великим нужен критический подход, нужно познание предела каждой человеческой натуры»55. Ясперс осуждал и внешнеполитический курс ФРГ, явно носивший реваншистский характер. Основываясь на историческом опыте, он пишет: «До сих пор, как показывает история, вслед за поражениями и территориальными потерями при первой же возможности возникало стремление взять реванш – стремление вернуть потерянное». И далее, выражая свою позицию, Ясперс подчеркивает: «В наше время результаты прежней политической истории, выражающиеся в форме новых государственных границ, представляют собой нечто окончательное... Следует принять и признать как свершившийся факт результаты развязанной гитлеровской Германией войны – установление новых границ... Кто сам уничтожает всякое право, тот не может потом выдвигать правовые притязания, ссылаясь на прошлое, к которому нет возврата... Миру угрожает не тот, кто удерживает завоеванное, а тот, кто требует восстановления потерянного... Угроза войны исходит не от тех, кто желает сохранить существующие границы, а от тех, кто хочет изменить их»56. Несколько забегая вперед, отметим, что, выдвинув подобные идеи, ученый вольно или невольно примкнул к числу так называемых «новых левых», преследуемых властями. Поэтому, учитывая сложившуюся на тот момент в ФРГ внутриполитическую обстановку и ввиду радикализации политики властей в отношении лиц, критиковавших официальный курс, он был вынужден покинуть Германию и переехать в Швейцарию, куда был приглашен для чтения лекций в Базельском университете. Признавая необходимость улучшения отношений между двумя германскими государствами, Ясперс, тем не менее, аргументирует свою мысль тем, что западные немцы обязаны помочь восточным немцам – гражданам ГДР. Говоря о том, что боннские политики не имеют права вмешиваться во внутренние дела ГДР и выдвигать перед ней какие-либо требования, он в то же время выдвигал тезис о том, что в качестве «цены» за юридическое признание ГДР со стороны Западной Германии правительство ГДР должно ликвидировать «стену» - границу между Западным Берлином и столицей ГДР, выступая тем самым за свободное общение немцев, проживавших в обоих германских государствах.

Примечательны взгляды Ясперса, касающиеся международной обстановки 50-60 гг. По его мнению, в существующей международной обстановке перед народами стоят две цели: мир во всем мире – ввиду атомной угрозы, а так же свобода – перед лицом угрозы тоталитарного господства. «Свобода, - говорит Ясперс, - утверждается, прежде всего, в пределах каждого государства. За политическую свободу несут ответственность все граждане. Ее условиями являются убежденность и надежность в нравственно-политическом отношении... Вступать в союз с другими свободными народами способны только те народы, которые утвердили свободу у самих себя, ибо они готовы решать все проблемы путем переговоров, а не насилием»57. Ясперс признает, что далеко не все народы идут по пути свободы, в силу чего в мире существуют насилие и тоталитарное господство. Однако он указывал на существование в мире двух государств, обладавших бесспорным суверенитетом – США и СССР. В действительности в рассматриваемый период только от этих держав зависело, быть или не быть новой мировой войне. Все остальные государства могли вести только локальные войны. Лишь у великих держав были атомные бомбы, причем разрыв между ними и теми, у кого также было немного сравнительно немного маленьких бомб, увеличивался. Ясперс считал, что на тот момент даже объединенная Европа не смогла бы стать третьей великой державой. Именно поэтому он аргументировал необходимость сближения Европы с Америкой, что обеспечило бы Западу перевес в мировой истории: «... западный мир лишь в том случае сможет постоять за себя, если в совей внешней политике будет един перед лицом всего остального мира. Самоутверждение возможно под фактической гегемонией Америки при участии всех союзников в решении вопросов. Только Америка может защитить Федеративную Республику». Далее мыслитель подчеркивает: «Необходимо со всей ясностью подчеркнуть следующее: союз западных государств под гегемонией США необходим воимя сохранения свободы. Однако этот союз существует только во внешней политике, в отношении других государств. В области внутренней политики каждое государство, каждый народ свободен»58.

Такая позиция, заключавшаяся в непременной необходимости примкнуть к одному из двух мировых политических полюсов, бесспорно, была продиктована единственной целью – спастись перед лицом реально возрастающей ядерной угрозы, а также возможности распространения в Европе большевизма, идентифицировавшегося на Западе как тоталитарная идеология. С этой точки зрения позиция Ясперса может быть вполне оправдана, тем более что, тоталитаризм он расценивал как бич человеческой цивилизации. Однако есть еще одно немаловажное обстоятельство, объясняющее выбор Ясперсом международного покровителя: Ясперс любил американцев, и это объяснялось причинами личного характера. Все годы существования нацистского режима в Германии Карл Ясперс и его супруга Гертруд Майер этническая еврейка жили с постоянной угрозой для жизни. «В условиях постоянно возрастающей опасности, в полном бессилии, действуя с продуманной осторожностью, осмотрительно ведя себя с гестапо и с нацистскими чиновниками и приняв решение не совершать никаких поступков и не говорить никаких слов, за которые нельзя было бы ответить, - однако, пребывая уже в пассивной готовности принять наказание, мы находились на протяжении двенадцати лет... Нам удалось выяснить в полиции, - пишет Ясперс в своей «Автобиографии»,- что наша депортация была назначена на 14 апреля 1945 г. Других назначенных к депортации уже вывозили в лагеря в предшествующие недели. 1 апреля Гейдельберг заняли американцы. Я, немец, не могу забыть, как мне и моей жене спасли жизнь американцы – спасли от немцев, которые хотели убить нас от имени национал-социалистического немецкого государства»59. США всегда представлялись Ясперсу неким эталоном свободного государства, в котором, в отличие от СССР политической свободой обладал каждый гражданин. И, возможно, данная позиция ученого, как мы видим, носила несколько субъективный характер. Тем не менее, едва ли можно согласиться с той ролью, которую Ясперс отводил ФРГ в таком союзе. По существу, он ставит ФРГ в положение подчиненного, зависимого, пусть даже исключительно в международной сфере государства по отношению к США. Модель Ясперса ФРГ–США лишена принципа равноправия, о необходимости соблюдения которого изначально говорил сам Ясперс. Возвращаясь к вопросу о необходимости политического воспитания, необходимо указать на ту решающую роль, которая должна отводиться историческому образованию граждан. «История, - пишет ученый, - необходима как фактор воспитания. История помогает ориентироваться в вопросах собственного происхождения, жизни народов и всего человечества, помогает нам понять сделанное, познанное, увиденное и созданное людьми... Решающей становится ясность нового познания истории»60. Мыслитель придерживался позиции единства мировой истории, утверждая, что все мировые цивилизации обладают если не едиными, то, по крайней мере, сходными идейными корнями. Следовательно, для спасения человечества от возможного самоуничтожения необходимо сближение различных культур на единой для всех духовно-исторической основе. А для этого, несомненно, необходимо изучать всемирную историю, и, прежде всего – историю идей. Однако к такой точке зрения Ясперс пришел не сразу. Поначалу в его преподавательской деятельности истории идей отводилось не слишком важное место. До начала войны у него не было даже единой программы и плана, в соответствии с которыми освещались бы исторические эпохи и учения великих мыслителей. Лекции он читал в следующем порядке: «Современная философия», «От Канта до современности», «Кант и Киркегор», «Ницше», «От Августина до Фомы Аквинского», «От Фомы Аквинского до Лютера», «Греческая философия», «Платон», «Китайская философия», «Индийская философия» (последние две лекции он начал читать только после 1945 года). Поначалу изучение истории признавалось им важным только для освоения философствования, а не само по себе. Интерес Ясперса к истории философии изменился после того, как он на себе испытал национал-социалистический террор и ощутил изоляцию в собственном государстве. Начиная с 1937 года, он, по его собственным словам, «…обрел новое знание о мире благодаря чтению. Я с удовольствием совершал мысленное Меня путешествие в духовный мир к Китая, чувствуя я общность с первоистока: как быть человеком, противостоя варварству окружающего мира. привлекал китайский гуманизм, которому относился благоговением»61. С этого времени Ясперс стал более пристрастно рассматривать учения мыслителей, в особенности западных. При этом в качестве основного критерия он выдвинул вопрос о том, в какой степени учение того или иного автора могло противостоять укоренению главного, по разумению Ясперса, зла тоталитарной диктатуры, а так же насколько те или иные мыслители «подготовили почву» для того, чтобы этот ужас стал возможным. Но в то же время у Ясперса возник интерес к выяснению того, что такое человечность вообще. Национал-социализм привел к радикальному разрыву коммуникаций между людьми, и в результате человек перестал быть самим собой. Стало очевидно, что разрыв коммуникации, на смену которой приходит своеволие насилия, во все времена представляет собой угрозу существованию личности и подлинную опасность утраты себя. В итоге Ясперс приходит к мысли, что философствовать означало теперь – работать над созданием условий, в которых станет возможной универсальная коммуникация. По мнению мыслителя, реально существующая всемирная история идей могла бы стать пространством для универсальной коммуникации, определить ее рамки. «Она (история философии – С.Т.) есть условие для максимального прояснения самосознания – в споре-беседе с «другими», в том, что затрагивает и захватывает тебя, и в том, к чему ты относишься как сторонний наблюдатель»62. Отныне весьма часто развитие происходило изолированно, параллельно, предавалось забвению даже собственное прошлое, и это было характерно как для всей мировой истории, так и для локальных исторических процессов63.

Ясперс утверждал, что каждый отдельный мыслитель, пытающийся очертить общую картину «всего в целом», должен осознать основные задачи и не стремиться к исчерпывающей полноте материала, к всезнанию, а кратко изобразить основную схему понимания истории, постоянно иллюстрируя ее полными значения примерами;

пробудить чувство целостности истории;

разделить мыслителей по их рангу, определить так называемых «Великих» и их единство;

сориентироваться в самом существенном для эпохи, в реальных проблемах, в тех силах, которые влияют на мышление;

достичь наглядности, показав великие исторические самостоятельные первоистоки в Китае, в Индии, на Ближнем Востоке и на Западе;

а главное – дать почувствовать само историческое, в отличие от абстрактно-общего. Подводя общие итоги произведений Карла Ясперса, следует отметить, что расцвет его творческой деятельности приходится на 30-40-е годы, наиболее трудные и трагические для немецкой истории ХХ века. Непосредственно пережитый опыт нацистской диктатуры и размышления над природой и истоками тоталитарных режимов в России, Италии, Испании со всей остротой обнажили перед ученым кризис не только европейского, но и мирового исторического развития. Ясперс с тревогой говорит об утрате современным человеком смысложизненных ориентиров, которые ему прежде давала религия64. Основной темой, которую сформулировал Ясперс, оказалась «человек» и «история» как изначальное измерение человеческого бытия. При этом понятие «ситуации» у него оказывается ключевым: «Ситуация – это не только природно-закономерная, но, скорее, смысловая действительность, которая выступает не как физическая, не как психическая, а как конкретная действительность, включающая в себя оба эти момента, действительность, которая открывает возможности и одновременно устанавливает границы. Эта действительность – предмет не одной, а многих наук. Так, ситуации исследуются биологией (понятие среды животных при изучении приспособляемости;

политэкономией – закон ситуации спроса и предложения;

историей – однократные, уникальные и важные виды ситуаций. Таким образом, существуют ситуации всеобщие, типические или исторически определенные (однократные)»65. Таким образом, говоря о ясперсовом понимании истории реальности, мы имеем в виду не два разных метода (естественнонаучный и, собственно, исторический), а две различные реальности: историческая наука изучает различные проявления общественной жизни человека, а потому по своему методу и отличается от естественных наук. Иными словами, чтобы понять историю, необходимо дать себе отчет в том, что такое человек;

в свою очередь человеческое существование раскрывается через время, через историчность, и нужен конкретный анализ, чтобы раскрыть характер этой связи. В связи с этим, в своем творчестве Ясперс выделяет два основных момента: 1) Постижение пограничных ситуаций. Он считал, что сущность человека обнаруживается только в пограничных ситуациях. Поэтому с молодых лет он старался в первую очередь наблюдать над самыми экстремальными проявлениями жизни. Это был один из мотивов, по которым Ясперс избрал своим поприщем медицину и психиатрию: он стремился узнать, где границы человеческих возможностей, и постичь значение того, что обыкновенно предпочитают не замечать и замалчивать. 2) Прояснение коммуникаций. Это означает, что все идеи можно проверить и испытать согласно главному критерию: способствуют ли они коммуникации либо препятствуют ей. Это мерило приложимо даже к самой истине: истина – есть то, что нас объединяет. Иными словами, ценность истины, по мнению Ясперса, следует измерять истинностью той связи, которую она делает возможной: «Человек обретает самого себя лишь в коммуникации с другими, что никогда не достигается только через посредство одного знания. Мы становимся самими собой лишь в той мере, в какой становится самим собой «другой», и обретаем свободу только в той мере, в какой обретает свободу «другой»66.

При этом мыслитель признает, что, двигаясь по этим двум направлениям, он так и не достиг конца пути ни на одном из них, считая это невозможным на современном этапе, поскольку он заставал все происходящее вокруг в незавершенном виде, в готовности развиваться дальше. Таким образом, античные произведения и Библия, с которыми Ясперс был знаком с детства, только теперь были восприняты осознанно и серьезно – как основа западной истории: не как авторитеты, перед которыми следует преклоняться, а как задачи, требующие своего разрешения и перевода на язык современности. По этому поводу он писал: «Сегодня стремление создавать завершенные произведения представляется напрасным. Оттого, что стали невыносимо противны небрежность, приблизительность, пустое литье воды, хаос, сегодня возникает искушение подчинить себя дисциплине и создавать художнические произведения в поэзии, философии, искусстве»67. В истории Ясперс искал величия мышления. Величие же, по его мнению, заключается в пути, ведущем к достижению основополагающего знания о человеке, которое создает пространство для реализации всех возможностей, способных связать людей, несмотря на разнообразие их веры и жизни. В свою очередь, главное в человеческом бытии – чтобы отдельный человек был причастен ко всей жизни в целом, в то же время делая нечто незаурядное в своей специальной сфере деятельности. Ясперс утверждал, что если бы все были только узкими специалистами, человечество легко стало бы добычей тоталитаризма, подчиняющего массу своей воле посредством насилия. Но это станет возможным лишь тогда, когда специалисты перестанут осознавать, куда движется все в целом и чем в тенденции заключается развитие в их специальных сферах68.

Ясперс К. Философская автобиография. // Западная философия: итоги тысячелетия. – Екатеринбург, 1997., С. 58. 2 Указ. соч., С. 20. 3 H. Gottschalk. Karl Jaspers. - B., 1966, S.77. 4 Ясперс К. Философская автобиография… С. 20-22. 5 Указ. соч. С. 22. 6 Указ. соч. С. 25. 7 Там же. 8 Gottschalk H. Karl Jaspers, S. 31. 9 Ясперс К. Философская автобиография… С. 46. 10 Там же. 11 Гайденко П.П. Человек и история в экзистенциальной философии Карла Ясперса. // К. Ясперс. Смысл и назначение истории. – М., 1994. С.6. 12 Патрушев А.И. Проблемы и значение творческого наследия Макса Вебера // Новая и новейшая история.- 2000, №6, С.61. 13 Ницше Ф. По ту сторону добра и зла// По ту сторону добра и зла;

Казус Вагнер;

Антихрист;

Esse Homo: Сборник/Пер. с нем. Н. Полилова. - Мн., 1997. С. 57. 14 Weber M. Soziologie. – Stuttgart, 1956., S.193. 15 Ясперс К. Указ. соч., С. 80. 16 Там же, С. 50. 17 Германская история в новое и новейшее время. В 2-х т.-т. Под ред. С.Д. Сказкина. – М., 1970. Т.2, С. 61. 18 Там же, С. 56. 19. Gottschalk H, Karl Jaspers, S. 46. 20 Борозняк А.И. «Неудобный господин Ясперс» или О политической ответственности интеллигенции. // Диалог со временем. Альманах интеллектуальной истории. Вып. 5. – М., 2001. С.178. 21 Шумской В.С. О Карле Ясперсе и его книге. Вступительная статья // К. Ясперс. Куда движется ФРГ? - М., 1969. С.9. 22 Ясперс К. Указ. соч., С. 88. 23 Борозняк А.И. Указ. соч. С. 179. 24 Ясперс К. Указ. соч. С. 99. 25 Gottschalk H. Karl Jaspers. S.52. 26 Ibid. 27 Ясперс К. Указ. соч., С. 27. 28 Борозняк А.И. Указ. соч. С. 179. 29 Шумской В.С. О Карле Ясперсе и его книге… С.9. 30 Там же. 31 Ясперс К. Вопрос виновности. // Знамя. 1994. № 1. С.158. 32 Там же, С 10. 33 K. Jaspers. Briefwechsel: 1926-1969 / Hannah Arendt. Hrsg. von Lotte Kohler. - Munchen, 1985;

S.342. 34 Burkard, F.-P. Ethische Existenz bei Karl Jaspers. – Wurzburg, 1982. – S. 159. 35 K. Jaspers: Denken zwischen Wissenschaft, Politik und Philosophie / Hrsg. von Harth D. – Stuttgart, 1989. S. 323-329. 36 Ibid. 37 Померанц Г. Философия и культурология К. Ясперса. // Знамя, 1995., № 10. С 225.

Ясперс К. Философская вера // Смысл и назначение истории. – М., С.423. Гайденко П.П. Указ. соч., С.8. 40 Ясперс К. Вопрос виновности. // Знамя. 1994. № 1. С. 147. 41 Борозняк А.И. Указ. соч. С. 181. 42 Там же. 43 Борозняк А.И. Указ. соч. С. 182. 44 Arendt H. – Jaspers K. Briefwechsel 1926-1969. – Munchen, 1985. S. 98. 45 Борозняк А.И. Указ. соч. С. 182. 46 Arendt H. – Jaspers K. Op. cit. S. 654-655. 47 Борозняк А.И. Указ. соч. С. 183. 48 Jaspers K. Wohin treibt die Bundesrepublik? - Munchen, 1967. S. 130. 49 Ibid., S. 133. 50 Ibid., S. 127-130. 51 Ibid., S. 153. 52 Ibid., S. 154. 53 Ibid., S. 165. 54 Ясперс К. Куда движется ФРГ? – М., 1969., С. 166. 55 Там же, С. 88. 56 Jaspers K. Wohin treibt die Bundesrepublik? - Munchen, 1967., S. 233-235. 57 Ясперс К. Куда движется ФРГ? – М., 1969., С. 101. 58 Там же, С. 122-123. 59 Ясперс К. Философская автобиография. // Западная философия: итоги тысячелетия./ Под ред. В.М. Жамиашвили.- Екатеринбург, 1997, С. 88-89. 60 Ясперс К. Куда движется ФРГ? – М., 1969., С. 87. 61 Ясперс К. Философская автобиография… С.135. 62 Там же, С. 136. 63 Ясперс К. Всемирная история философии. – СПб., 2000., С. 67. 64 Гайденко П.П. Указ. соч., С. 8. 65 Jaspers K. Phielosophie. Aufbauverlag B. – Heidelberg, in 2 Bd., 1956. Bd. II., S. 202. 66 Ясперс К. Философская автобиография… С. 139. 67 Там же, С. 143. 68 Там же, С. 145.

39 Глава II: Концепция всемирно-исторического развития в трудах Карла Ясперса.

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.