WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Новочеркасская государственная мелиоративная академия На правах рукописи Тимченко Владимир Александрович Деятельность южнороссийских благотворительных обществ, заведений, братств и попечительств во ...»

-- [ Страница 2 ] --

65 учебных заведениях, окружных и четырехклассных женских и мужских училищах, предполагалось назначать в виде постоянных ежегодных пособий учащимся в народных училищах. Пособия, в соответствии с предложением, выдавались бы прежде всего детям, отцы которых были убиты, затем беднейшим учащимся – круглым сиротам, а также имеющим только мать, и наконец, детям бедных родителей вообще. Несмотря ни на что, этот вопрос не получил своего разрешения даже в 1900-м году, в связи с чем Общество было лишено одного из возможных источников финансирования. О проявлении значительного интереса к деятельности Общества со стороны населения области75 и об увеличении средств Общества за годы его существования свидетельствует прилагаемая ниже общая таблица операций Общества за 25-летие. Из приведенной в приложении 3 таблицы видно, что в течение первых 12 лет деятельности Общества – с 1875/76 и до 1886/87 включительно, поступления в кассу Общества достигали значительных размеров, а именно:76 от 3850 р. 45 к. до 7651 р. 69 к., особенно в первый год – 7651 р. 69 к. Следующие пять лет – с 1887/88 гг. и до 1891/92 гг. включительно характеризовались снижением поступлений материальных средств (от 1715 р. 33 к. до 2224 р. 67 к.). Наконец с 1892/93 гг., за исключением трех лет (1971р. 72к. – 2582 р. 41 к.), можно говорить о наступлении пика активности Общества в поступлении материальных средств: в 1894/95 гг. в кассу Общества поступило 8838р.72к., а в 1898/99 гг. – 13304 р. 94 к. Общая сумма поступлений за 25-летие выражалась в 105920 р. 77 к. Число действительных членов Общества в первые годы его деятельности было значительно больше, чем в последующие. В 1877/78 гг, 1883/84 и в 1896/97 гг, а также в период финансовой нестабильности В 1894/95 гг. А.С.Дьяконов по духовному завещанию пожертвовал в пользу Общества 6000 р. и в 1898/99 гг. по духовному же завещанию А.В. Пышкин пожертвовал 10000 р. 76 Нижеприведенные статистические данные получены в результате проведенного анализа деятельности Общества с 1875 по 1900 гг.: Опубликовано в «Общество для пособия бедным донским учащимся. Исторический очерк за 25-летие. 1875-1900». – Новочеркасск, 1900.

66 Общества с 1886/87 и до 1891/92 гг. их совсем не было. Сумма взносов почетных членов не всегда соответствовала их числу: были годы, когда незначительное число членов вносило значительные материальные средства и наоборот, например, в 1875/76 г. 12 почетных членов внесли 1270 руб, в 1876/77г. 7 членов внесли 700 р., в 1885/86, 1892/93 г. было по одному члену, из которых каждый внес по 2000 р. Наконец, в 1898/99 всего 3 члена внесли 10200 р. Число действительных членов, за редкими исключениями, почти всегда отвечало сумме их взносов. Наибольшее число действительных членов было в 1875/76 г. (282 – 1852 р. 40 к.), человека. Переходя к статьям расхода, можно заключить, что максимальный расход в виде выдачи различных пособий, был в 1876/77 г. – 6219 р. 9 к., минимальный – в 1891/92 г. – 1232 р. 35 к. В первый период деятельности Общества – с 1875/76 г. до 1886/87 г. включительно, этот расход был гораздо больше, чем во второй период, что объяснялось значительным притоком материальных средств, которые давали возможность увеличивать размер пособий. За последние годы XIX века, в силу увеличения средств Общества явилась возможность снова увеличивать сумму пособий бедным учащимся. С 1875/76 г. и по 1886/87 г. включительно максимум пособий достигал 6219 р. 9 к. (в 1876/77 г.), минимум - 3048 р. 99 к. (в 1882/83 г.). С 1886/87 г. по 1898/99 г. включительно, максимум – 2500 р. 05 к. (в 1895/96 г.), минимум – 1232 р. 35 к. (в 1891/92 г.). Общая сумма расхода по этой статье составляла 76554 р. 21 к. Наибольшее число учащихся, пользовавшихся пособиями от Общества, было в последние годы XIX века, начиная с 1894/95 г. 143 и достигшее в 1898/99 г. 246, наименьшее в 1888/89 г. – 62. Период финансовой нестабильности не мог не отразиться и на количестве учащихся, пользовавшихся пособиями: с 1887/88 г. и до 1893/94 г. это число значительно уменьшилось, а именно до 62 и не превышало 96 человек. С наименьшее в 1890/91 г. (19 – 122 р. 88 к.). Число действительных членов в среднем составляло 67 1894/95 г. их число увеличилось до 143, что объяснялось наличием значительной суммы, оставшейся к концу 1894/95 г., а именно 16626 р. 40 к. Общее число учащихся, пользовавшихся пособиями, составляло 3433 человека. Наиболее сильным колебаниям подверглось число воспитанников, пользовавшихся пособиями в низших учебных заведениях: наибольшее их число было в 1898/99 г. (101), наименьшее в 1885/86, 1887/88 и 1888/89 гг. (4). За последние годы XIX века число таких воспитанников значительно возросло : с 1890/91 г. по 1898/99 г. включительно, их среднее ежегодное количество доходило до 38. Число стипендиатов Общества в первые годы его деятельности было внушительным, доходя до 53 (в 1876/77 г). Это число, постепенно уменьшалось с 1886/87 г. по 1890/91 г., а с 1891/92 г. по 1895/96 г. включительно Общество вообще, за отсутствием достаточных средств, совсем не выдавало стипендий. К 1 января 1900 г. в кассе Общества состояло 27565 р. 33 к.77 Учреждение, подобное «Обществу для пособия бедным донским учащимся» существовало и в Хоперском округе под названием «Общество для пособия бедным учащимся Хоперского округа», которое было открыто в 1878 г. Утверждение его устава Военным Советом Главного Управления иррегулярных войск было произведено в июле 1878 г. 11 апреля 1878 г. в рапорте войскового наказного атамана Войска Донского генерал-адъютанта Краснокутского Военному Министру значилось: «Некоторые дворяне и представители интеллигенции Хоперского округа, побуждаемые участием к положению недостаточного состояния уроженцам Хоперского округа, воспитывающимся в учебных заведениях Империи, предложили образовать «Общество для пособия бедным учащимся Хоперского округа» и в этих видах составили проект устава этого Общества»78. Целью данного Общества было оказание материальной помощи Общество для пособия бедным донским учащимся. Исторический очерк за 25-летие. 1875-1900. – Новочеркасск, 1900. 78 ГАРО. Ф.46. Оп. 1. Д.1639. Л.3.

бедным жителям Хоперского 68 округа мужского и женского пола, воспитывающимся в учебных заведениях Империи. Пособием от Общества не могли воспользоваться учащиеся, состоявшие на казенных или частных стипендиях, а также не отличавшиеся приличным поведением и успеваемостью. Средства Общества состояли из членских взносов и различных пожертвований посторонних лиц. Сумма, в размере 118 р. 40 к.,79 вырученная от устроенного в марте 1878 г. в пользу учащихся концерта, послужила первоначальным фондом Общества. Вывод о том значении, которое имело Общество в оказании материальной помощи бедным учащимся всего Хоперского округа позволяет сделать сопоставительный анализ деятельности данного Общества с деятельностью «Общества для пособия бедным донским учащимся», которое распространяло свою деятельность на всю Область войска Донского80. Согласно анализу, в кассу «Общества для пособия бедным учащимся Хоперского округа» в первый год его существования поступило 2351 р. 40 к. и израсходовано 1047 р. 50 к., что составило соответственно 31 % и 25 % от поступлений и расходов «Общества для пособия бедным донским учащимся» за первый год функционирования. Спустя четыре года в «Общество для пособия бедным учащимся Хоперского округа» поступило 851 р. 50 к. и израсходовано 721 р. 9 к., что составило соответственно 21 % и 16 % от приходо-расходной деятельности «Общества для пособия бедным донским учащимся» за 4-й год существования. Данные анализа свидетельствуют о снижении поступлений денежных средств в кассу «Общества для пособия бедным учащимся Хоперского округа», а соответственно и об уменьшении размера пособий и их числа. Но несмотря на все трудности в 1881 г. пособий от Общества было выдано на 619 р. 64 к., что составило 14 % от суммы, ГАРО. Ф.46. Оп. 1. Д.1639. Л.6. Сопоставительный анализ проведен за первые четыре года существования каждого из Обществ по материалам следующих источников: Донские обл. ведомости. Часть неофиц.–1879. - № 97;

Донские обл. ведомости. Часть неофиц.–1882. - № 30;

Общество для пособия бедным донским учащимся. Исторический очерк за 25-летие. 1875-1900. – Новочеркасск, 1900.

80 69 которую выделило на те же цели «Общество для пособия бедным донским учащимся» (4442 р. 60 к.). Необходимо отметить, что и деятельность «Общества для пособия бедным донским учащимся» представляла собой далеко не идеальную картину. Так, на просьбу Войскового Наказного Атамана войска Донского Краснокутского об учреждении в г. Новочеркасске «Общества для пособия бедным ученикам местного реального училища» в ноябре 1879 г., попечитель Харьковского Учебного Округа генерал-майор Максимовский ответил отказом, в связи с существованием в Новочеркасске с 1875 г. «Общества для пособия бедным донским учащимся», распространяющим свою деятельность и на учащихся Реального училища. На этот отказ Краснокутский заметил, что: «По имеющимся сведениям, Общество для пособия бедным донским учащимся, не встречает того горячего сочувствия в среде материальнообеспеченного класса Донского населения, которое должно бы иметь, ввиду преследуемой этим Обществом благой цели, а потому и это единственное полезное учреждение, призванное помогать Донскому учащемуся юношеству, в последнее время не имеет материальных средств, достаточных для удовлетворения самых необходимых потребностей бедной учащейся молодежи»81. К числу просветительных благотворительных обществ, функционировавших на территории Области войска Донского во второй половине XIX века, можно отнести и «Общество для пособия нуждающимся воспитанникам мужской и воспитанницам которого женской Усть-Медведицких потребностью в гимназий», оказании возникновение было вызвано организованной помощи бедным учащимся в Усть-Медведице. 4 июня 1880 г. МВД утвердило устав Общества, а 23 декабря того же года оно открыло свои действия. Целью Общества было доставлять нуждающимся учащимся в Усть-Медведицких мужской и женской гимназиях, а также и воспитанникам духовного училища не принадлежавшим по происхождению к духовному ГАРО. Ф.46. Оп. 1. Д. 1846. Л. 5.

70 званию, средства к продолжению и окончанию образования в этих учебных заведениях. Изначально деятельность Правления Общества была направлена на изыскание средств для увеличения поступлений в кассу Общества. С этой целью были разосланы подписные листы членам Общества и письменные приглашения к пожертвованиям посторонним лицам. Кроме того, в одном из первых заседаний Правления было решено приступить к организации литературных вечеров и спектаклей в пользу Общества. В мае 1881 г. прошел первый литературный вечер, доставивший Обществу около 100 р. чистого дохода. В июле того же года состоялся музыкально-вокальный вечер, сборы от которого составили 108 р. Одним из главных направлений деятельности Правления было распределение пособий между бедными. Чтобы не отдавать предпочтение бедным учащимся в одной гимназии перед учащимися в другой, Правление Общества с первых же дней открытия своих действий, распределило все суммы, подлежавшие раздаче в пособие, между обеими гимназиями пропорционально общему числу учащихся в каждой из них. Для того, чтобы пособия для бедных воспитанников и воспитанниц использовались строго по назначению, Правлением Общества собирались сведения об имущественном положении их родителей или лиц, принявших на себя обязанность их содержания в гимназиях. С момента открытия Общества в Правление поступали многочисленные заявления о пособиях. С каждым днем Правление все более убеждалось в том, что в соответствии с теми средствами, которыми располагало Общество, невозможно было удовлетворить потребности учащихся в полном объеме. Поэтому чаще всего назначалось пособие на приобретение учебных принадлежностей, формы и обуви. Раздача пособий в виде денежной помощи в руки просивших имела определенные недостатки, потому что пособие не всегда могло употребляться по назначению, так как в каждой бедной семье имелись нужды, удовлетворение которых было намного важнее отсутствия учебных 71 принадлежностей. С другой стороны, приобретение подобных вещей самим Правлением требовало от него значительных затрат времени, что затрудняло своевременное исполнение собственных задач Правления. В результате было решено выдавать деньги в руки просивших, но при условии, что купленные на эти деньги вещи просители должны были представить Правлению во время его заседаний. Пособием Общества в 1881 г. пользовалось 107 человек, в том числе – 62 воспитанника и 45 воспитанниц. Между тем вся сумма, подлежавшая раздаче в пособие составляла 714 р. 52 к.82 Следовательно, на каждого из бедных учащихся приходилось в среднем по 6 р. 67 к. Эта цифра оказалась бы еще меньше, если бы Правление назначало пособие еще и тем из нуждавшихся, родители которых располагали какими-либо средствами. В журналах Правления нередко встречались такие постановления: «Хотя просивший пособие признается действительно бедным, но не получает его только потому, что в числе нуждающихся есть гораздо беднейшие»83. Размер пособия выдаваемого за один раз воспитаннику или воспитаннице, в 1881 г. не только не превышал 15 р. (суммы определенной Общим собранием), но даже и в этой сумме назначался крайне редко. По мере того, как средства Общества истощались (в течение 1881 г. в кассу поступило 1233 р. 40 к., а было израсходовано 717 р. 31 к.84, следовательно, в кассе к концу года оставалось 516 р. 9 к.), а число прибегавших к пособию увеличивалось, Правлению Общества приходилось уменьшать размеры пособий. Действительно, в одном из заседаний было определено выдать 6-ти воспитанникам по 5 рублей, одной – 4 рубля и 12-ти – по 3 рубля. Таким образом, Правлению Общества приходилось почти в каждом заседании разрешать довольно сложную задачу: при минимальных денежных средствах удовлетворять нужды все возраставшего количества бедных 82 ГАРО. Ф.46. Оп. 1. Д. 1846. Л. 48. Там же. – Л. 48 об. 84 Там же, Л. 49 об.

72 учащихся. Безусловно, Обществу не удалось избежать просчетов и ошибок, имеющих место при учреждении большинства новых организаций. К числу одного из таких просчетов Правления можно отнести передачу управления текущими делами Общества в руки педагогической корпорации, заведомо устранявшей значительную часть местной интеллигенции почти от всех форм активного участия в делах Общества (§ 10 Устава), что в свою очередь негативно отражалось на поступлении денежных средств, размеры которых находились в прямой зависимости от количества желающих записаться в члены Общества. Среди благотворительных обществ, оказывавших помощь бедным учащимся гимназий, можно выделить «Общество вспомоществования бедным воспитанникам и воспитанницам таганрогских гимназий». Согласно уставу средства Общества должны были расходоваться на оплату за обучение, на покупку обуви, одежды, учебных пособий и т.п. Так, например, в 1899 г. Комитетом Общества была внесена оплата за 25 учеников мужской и 38 учениц женской гимназии на сумму 1642 р. 50 к., что в среднем на одного учащегося составляло 26 р. 7 к.;

были куплены обувь, одежда и учебные пособия для 12 учеников и 3 учениц на 238 р. 95 к., а за содержание 1 ученицы в приюте Общества призрения неимущих было внесено 20 р85. Всего было израсходовано на учащихся в обеих гимназиях 1901 р. 45 к. Главным источником в отчетном году были пожертвования, а также сборы с концерта (468 р. 20 к.) и членские взносы (365 р.). Наиболее крупные пожертвования поступили через А.Б.Нентцеля 410 р., от Азовско-Донского Коммерческого Банка 175 р., а также от Донского Земельного Банка 100 р86. Всего за 1899 г. в кассу Общества с остатком от предшествовавшего года поступило 2416 р. 43 к. Следовательно, к 1 января 1900 г. оставалось 514 р. 98 к., кроме того в процентных бумагах и наличных деньгах Отчет Комитета Общества вспомоществования бедным воспитанникам и воспитанницам таганрогских гимназий за 1899 г. – Таганрог, 1900. – С.4 86 Там же.

73 неприкосновенного капитала состояло 2786 р. 62 к.87 Кроме вышеперечисленных обществ, по оказанию материальной помощи бедным учащимся заведений, на территории начальных, средних и высших учебных Области войска Донского к 1900 г.

функционировали такие общества как, например: в г. Новочеркасске – «Общество для пособия недостаточным учащимся»;

в г. Таганроге – «Общество вспомоществования учащимся в начальных учебных заведениях», в г. Ростове на Дону – 2 общества вспомоществования учащимся, - одно в высших учебных заведениях, другое в местных средних. Что касается Ставропольской губернии, то на ее территории к 1900 г. осуществляли деятельность по оказанию помощи бедным такие благотворительные вспомоществования общества беднейшим как: «Общество вспомоществования женских недостаточным ученикам Ставропольской мужской гимназии» и «Общество ученицам Ставропольских гимназий», основанные в 1880 г. Деятельность комитетов этих обществ состояла в том, чтобы изыскать средства и употребить их на оплату за обучение бедных учащихся. Такие средства, например, в 1892 г. были выделены Его Императорским Высочеством Великим Князем Николаем Михайловичем в размере 300 р. для оказания помощи 52 нуждающимся ученицам88, пользовавшихся пособием от «Общества вспомоществования недостаточным ученицам Ставропольских гимназий». Сумма этого дара составила почти 30% общего дохода Общества. От местных благотворителей, устроивших концерт, было получено 442 р. 79 к.89, - более 48 % общего дохода. Всего в отчетном году в кассу Общества поступило с остатком от предшествовавшего года 2625 р. 78 к. Из этой суммы на содержание 52 учениц в Ольгинской гимназии Св. Александры было израсходовано 1219 р.

Отчет Комитета Общества вспомоществования бедным воспитанникам и воспитанницам таганрогских гимназий за 1899 г. – Таганрог, 1900. – С. 9. 88 Отчет Комитета Общества вспомоществования недостаточным ученицам Ставропольских женских гимназий за XIII год (с 16 августа 1892 г. по 24 августа 1893 г). – Ставрополь, 1893. – С. 5. 89 Там же. – С. 4.

74 83 к., что в среднем за год на содержание одной ученицы составляло 23 р.

45 к. Следовательно, к 1893 году в кассе Общества осталось 1405 р. 95 к. Если сопоставить число бедных учениц, которые получили помощь от данного Общества в 1892 г. с количеством учащихся, которым в том же году была оказана помощь от «Общества для вспомоществования учащимся в Ейских учебных заведениях» Кубанской области, основанного в то же время (1881), можно заметить, что при расходе суммы почти в 2 раза превышающей расход Благотворительного Общества в г.Ейске (соответственно 1219 р. 83 к. и 665 р.54 к.)91, Ставропольское Общество содержало 83 % бедных учениц от числа учащихся, воспользовавшихся помощью в Кубанском Обществе (соответственно 52 и 63 человека)92. Анализ свидетельствует о том, что размер пособий в «Обществе вспомоществования гимназий» в беднейшим году ученицам был больше, Ставропольских чем в женских для отчетном «Обществе вспомоществования учащимся в Ейских учебных заведениях». Что касается самого Ейского Общества, то количество получавших пособие в 1892 г. увеличилось в 1898 г. в 3,7 раза до 237 человек, а сумма расхода на их содержание увеличилась всего лишь в 2,5 раза (с 665 р. 54 к. до 1724 р.)93. Если же сравнить приходо-расходную деятельность названного Общества с деятельностью «Общества для пособия бедным донским учащимся», то окажется, что за 11 лет с момента основания в кассу «Общества для вспомоществования учащимся в Ейских учебных заведениях» поступило 9169 р. 67 к., а израсходовано 5195 р. 10 к.94, что составило 16 % и 10 % соответственно от приходо-расходной деятельности «Общества для пособия бедным донским учащимся», в кассу которого за те же 11 лет поступило Отчет Комитета Общества вспомоществования недостаточным ученицам Ставропольских женских гимназий за XIII год (с 16 августа 1892 г. по 24 августа 1893 г). – Ставрополь, 1893. – С. 3. 91 Кубанские областные ведомости. Часть неофициальная. – 1893. – 4 августа. - № 58. 92 Там же. 93 Благотворительные учреждения Российской Империи, Т. III, Спб, 1900. 94 Кубанские областные ведомости. Часть неофициальная. – 1893. – 4 августа. - № 58.

75 57569 р. 86 к., а израсходовано 49997 р. 11 к.95 Общества, подобные «Обществу для пособия бедным донским учащимся» существовали и в Кубанской и в Терской областях. Так, например, «Кубанское Общество вспомоществования учащимся» возникшее как и «Терское Общество вспомоществования нуждающимся учащимся» в 1880 г. и состоявшее в ведении Военного Министерства, своей целью имело оказание помощи в разных формах, всем нуждавшимся учащимся без различия как в низших так и в высших учебных заведениях Кубанской области. О масштабах деятельности перечисленных Обществ, имеющих характер областного значения, позволяет судить сопоставительный анализ приходо-расходных статей и динамики количества учащихся, Терская область 53 1449 р. 1373 р. 5722 р. воспользовавшихся помощью в этих учреждениях в 1898 году.96 1898 Количество воспользовавшихся помощью Приход Расход Состояло с остатком от предшествовавшего года Область войска Донского 186 2083 р. 24 к. 2041 р.76 к. 17653 р. Кубанская область 31 2461 р. 2461 р. 744 р.

Согласно данным вышеприведенной таблицы можно заключить, что наибольший размах деятельности был присущ «Обществу для пособия бедным донским учащимся», капиталы которого и число лиц, получавших пособия от Общества более чем в 3 раза превышали показатели по тем же статьям «Терского Общества вспомоществования нуждающимся учащимся». Этот вывод подтверждает и тот факт, что за 22 года деятельности «Кубанс Общество для пособия бедным донским учащимся. Исторический очерк за 25-летие. 1875-1900. Извлечения из общей таблицы операций Общества. 96 Благотворительные учреждения Российской Империи.;

Общество для пособия бедным донским учащимся. Исторический очерк за 25-летие.

ким обществом 76 вспомоществования» было израсходовано 60000 р.97, а «Обществом для пособия бедным донским учащимся» за тот же период было израсходовано 72 143 р.98 Следует подчеркнуть, что до 1830 г. в Российской Империи открывались призрения преимущественно престарелых, убогих получило благотворительные и т.п., а с несколько учреждения 1831 иное г. для развитие благотворительности направление.

Благотворительные учреждения с этого времени главным образом начинают заботиться о воспитании и обучении детей. Так, особенностью деятельности благотворительных организаций на Кубани во второй половине XIX века было то, что большинство из них оказывали помощь именно в этом направлении. Здесь, из 27 существовавших к 1899 г. благотворительных заведений – 18 оказывали помощь детям во всех формах. Складывание данного типа помощи было следствием как возникших в обществе потребностей, так и устоявшегося менталитета жителей региона. Исключением из правил в этом отношении на Юге России являлись Ставропольская губерния, Терская область и Область войска Донского. Так, например, в Ставропольской губернии в 1899 г. из 16 заведений только 4 оказывали помощь детям в воспитании и образовании;

в Области войска Донского 32 из 87 заведений;

а в Терской области к 1899 г. было открыто всего лишь 2 заведения для призрения и воспитания детей и 4 для оказания детям лечебной помощи (из 16 заведений существовавших в Терской области в 1899 г)99. Из обществ, оказывавших на территории Кубанской области в конце XIX в. помощь детям, было известно только одно учреждение под названием «Армавирское общество попечения о детях», возникшее в 1891 г. и Энциклопедический словарь по истории Кубани. С древнейших времен до Октября 1917 г. /Под ред. Б.А.Трехбратова. – Краснодар, 1997. – С. 59. 98 Общество для пособия бедным донским учащимся. Исторический очерк за 25-летие. – Новочеркасск, 1900. 99 Извлечения из сборника «Благотворительные учреждения Российской Империи». Т.1,3. – СПб., 1900.

77 состоявшее в ведении МВД. Целью Общества было оказание всех форм помощи детям дошкольного и школьного возраста (§1). По Уставу в функции Общества входило снабжать детей одеждой, пищей и другими материальными средствами;

организовать для них бесплатную медицинскую помощь;

помещать детей в существующие дома призрения, приюты и учебные заведения;

приобретать для них учебные пособия;

устраивать свои дома призрения, начальные школы, ремесленные, сельско-хозяйственные и иные училища, избирать и назначать в открываемые Обществом учебные заведения учителей и учительниц;

учреждать при училищах библиотеки для детей и т.п. благотворительные заведения (§2). Одним из первых мероприятий Общества в данной сфере с момента открытия его действий 20 марта 1891 г. была попытка учреждения детской лечебницы, которая в конце года была закрыта, так как по заключению Общества, лечебница могла действовать и окупаться только при условии наличия в ней постоянного врача, которому бы платилось жалованье, чего поначалу Общество за недостатком средств сделать не могло. 21 сентября 1892 г. Общество открыло одноклассное училище – первое училище в Армавире, без различия детей по национальному признаку и сословиям. О значительном проявлении интереса населения к этому училищу свидетельствовали следующие факты100. Первоначально предполагалось открыть училище только на 60 детей: 30 бесплатных и 30 с оплатой по 6 р. в год. В первый же день приема число приведенных детей составило 140 человек. Чтобы по возможности удовлетворить большее число родителей, Комитетом Общества было решено принимать прежде всего тех детей (за исключением 30 бесплатных), родители которых согласятся не только заплатить 6 р., но и пожертвовать определенную сумму денег сверх обязательной оплаты. Из записавшихся детей 71 ребенок был заявлен как платник, 35 чело Приведенные ниже статистические сведения помещены в: Кубанские областные ведомости. Часть неофициальная. – 1893. – 14 июля, № 52.

78 век сделали пожертвования сверх 6 р. Размер этих пожертвований составил 480 р., при чем одним родителем было пожертвовано 25 р., тремя – по 19 р., тремя – по 15 р. и т.д. Эта сумма в совокупности с обязательной оплатой в 246 р. с 41 ученика, давала Комитету дополнительный доход в 626 р., на которые была найдена возможность открыть 2-й класс на 50 человек и пригласить в помощь учителю учительницу с жалованьем 300 руб. в год. Число бесплатных учеников, сверх утвержденных Общим собранием, было увеличено на 9 человек, так что в конце концов в училище Общества было принято всего 110 учеников, из которых 39 человек были льготниками. Судить о том значении, которое придавалось этому единственному на Кубани в конце XIX в. Обществу по оказанию помощи детям позволяют данные нижеследующей таблицы. Воспользовалось помощью Стоимость недвижимости (земля и здания) Поступило Израсходо вано Осталось Март 1891 – март 110 2667р. 6к.

987р. 40 к. 1679р. 66 к. 11580 р. 42274 р.

17326р. + 3500р. 16672 р. (от МНП) = 20826 р.

Согласно приведенным сведениям, количество детей получивших помощь от общества в 1898 г. увеличилось более чем в 3 раза по сравнению с начальным периодом функционирования Общества. Несмотря на увеличение числа получавших помощь детей, постепенно увеличивались и суммы расхода на каждого ребенка, что свидетельствовало об интенсивном притоке денежных средств в кассу Общества. Так, если в 1891/92 году было израсходовано в среднем на каждого человека по 9 р., то в 1898 г. эта сумма составила в среднем по 24 р. 80 к. Кроме того, в 1898 г. в трех училищах Общества была оказана помощь 484 детям, расход на которых в общем Приведенные ниже статистические сведения помещены в: Кубанские областные ведомости. Часть неофициальная. – 1893. – 14 июля, № 52;

Благотворительные учреждения Российской Империи. Т.3. – СПб, 1900.

79 составил 7270 р., в среднем по 15 р. на ученика.

Что касается Ставропольской губернии, то на ее территории функции по оказанию помощи детям возлагались на «Ставропольское на Кавказе Общество содействия воспитанию и защиты детей», которое было основано в 90-х гг. XIX в. и состояло в ведении МВД на основании ст.444 и 445 Уст.Общ.Призр. Т. XIII Св.зак.изд. в 1892 г. Целями Общества были: постановка и обсуждение вопросов, относящихся к умственному, нравственному и физическому воспитанию и образованию детей;

содействие родителям и воспитателям в осуществлении на практике методов и приемов физического и духовного воспитания и образования подрастающего поколения;

устранение условий, пагубно влияющих на развитие детей;

практическое содействие физическому и духовному развитию детей, а также защита детей и несовершеннолетних и забота о брошенных и беспризорных. Общество на свои денежные средства содержало приют, а также сапожную мастерскую и мастерскую швейного дела. Говорить о каких-либо значительных финансовых вливаниях в кассу Общества в виде членских взносов, пожертвований, а также сборов от концертов, выставок и т.п. к концу XIX века не приходилось. Так же на фоне общей картины не выделялось и действовавшее на территории Терской области «Владикавказское Общество попечения о сиротах и бедных детях», которое возникло в 1893 г. и находилось в ведении МВ. Данное утверждение подкрепляется сравнительным анализом деятельности этих двух Обществ с деятельностью все того же «Армавирского Общества попечения о бедных детях» в 1898 г. Благотворительные учреждения Российской Империи. Т.3. – СПб, 1900. Отчет Правления Ставропольского на Кавказе Общества содействия воспитанию и защиты детей за 18981899 гг. – Ставрополь, 1900. – С. 60-63;

Благотворительные учреждения Российской Империи. Т.3. – СПб, 1900.

1898 поступило израсходовано осталось недвижимая собственность Армавирское Общество попечения о бедных детях Ставропольское Общество содействия воспитанию и защиты детей Владикавказское Общество попечения о сиротах и бедных детях 20826 р.

16672 р.

11580 р.

42274 р.

3556 р.

2152 р. 16 к.

1403 р. 83 к.

3900 р.

3600 р.

2800 р.

10000 р.

Согласно вышеприведенным сведениям, в 1898 г. в кассы «Ставропольского Общества» и «Владикавказского Общества» поступило всего лишь 17 % и 19% соответственно от денежных вливаний в кассу «Армавирского Общества». Незначительными были и расходы Обществ Ставропольской губернии и Терской области по отношению к Обществу Кубанской области. В 1898 г. размеры финансовых затрат «Ставропольского Общества содействия воспитанию и защиты детей» и «Владикавказского Общества попечения о сиротах и бедных детях» составили соответственно 13% и 22% от расходов «Армавирского Общества попечения о бедных детях». Одним из аргументов, свидетельствующих о финансовой нестабильности «Владикавказского Общества попечения о сиротах и бедных детях», является то обстоятельство, что в 1898 г. в детском приюте Общества, рассчитанном на 40 человек, проживало всего лишь 35 детей. На воспитанию территории детей Области войска Донского, по одним призрению из и детей функционировавших благотворительных было «Донское обществ Общество призрения Новочеркасского Сиропитательного дома», которое появилось сравнительно поздно, а именно в 1900 г. Вышеозначенное Общество находилось в ведении ВМ и имело целью способствовать улучшению условий содержания призреваемых детей в Новочеркасском Сиропитательном доме, а также 81 оказывать им помощь: одеждой, улучшением качества пищи;

организовывать в Сиропитательном доме обучение детей грамоте и мастерствам и наблюдать за воспитанием детей, находившихся на платном и бесплатном воспитании у частных лиц при помощи особых местных попечительств. Для наблюдения за воспитанием детей каждый из попечителей снабжался билетом от Областного Приказа Общественного Призрения по распоряжению Правления Общества. Наблюдение за воспитанием и содержанием детей осуществлялось при посещении домов лиц, у которых проживали дети на платной и бесплатной основе. В обязанности попечителей входило следить за тем, чтобы воспитатели содержали находившихся у них детей Новочеркасского Сиропитательного дома в соответствии с их материальными изложенным Общественного в средствами книжках Призрения и и возможностями, войска Конторы согласно Донского правилам, Приказа богоугодных Областного Новочеркасских заведений, а также правил для кормилиц, берущих детей на кормление грудью. О результатах наблюдений попечители ежемесячно сообщали в Совет Попечительства для составления докладов Правлению, а в экстренных случаях – немедленно Председателю Совета. В соответствии с §§45-49 Устава Общества число членов каждого Совета Попечительства составляло 5-9 лиц, при чем в их числе непременными членами состояли: станичный атаман или волостной старшина, хуторской атаман или сельский староста и по приглашению Председательницы местный священник и старший учитель приходских училищ, а в городе Новочеркасске директор богоугодных заведений и член Областного войска Донского Приказа Общественного Призрения. В обязанности Совета Попечительства входило: ведение списков всех детей, находившихся на воспитании у частных лиц в районе Попечительства;

наблюдение и контроль правильности ведения книг волостными и станичными правлениями;

назначение Общего собрания Попечительства;

исполнение постановлений Общего собрания Попечительства;

составление и 82 представление Правлению Общества ежемесячных отчетов о числе детей, находившихся на воспитании у частных лиц и об их содержании;

принятие мер по обеспечению будущего детей, а также забота о детях Новочеркасского Сиропитательного дома как в материальном, так и в нравственном отношениях;

распределение детей для наблюдения между попечителями;

ежемесячное освидетельствование здоровья детей, находившихся на воспитании у частных лиц;

собирание необходимых сведений и выдача свидетельств о месте жительства, вероисповедании и состоянии лиц, желающих взять ребенка, достигшего 8-летнего возраста, на воспитание;

немедленное сообщение Правлению о всех нарушениях, замеченных Попечительством в содержании детей. А таких нарушений, кстати сказать, было немало104. Так, жена крестьянина Феодосья Шульгина, проживавшая в хуторе Вавиловском Грушевской станицы Области войска Донского, имея на платном воспитании мальчика из Новочеркасского Сиропитательного дома, подкинутого 5 февраля 1900 г. и умершего у нее 9 февраля 1901 г., представила 11 февраля 1901 г. в Контору Новочеркасских богоугодных заведений книжку на этого ребенка для получения платы за его воспитание. Из этой книжки Контора заключила, что Шульгина не представляла его на осмотр ни местному попечителю, ни в станичное правление или хуторскому атаману в течение круглого года, а в мае 1901 г. не доставила его на общий осмотр детей в Сиропитательный дом, после чего до самой его смерти никому не предъявляла. Контора Новочеркасских богоугодных заведений пришла к выводу, что крестьянка Шульгина умышленно уклонялась от представления находившегося у нее на платном воспитании ребенка на осмотр. Из заключения стало ясно, что она нарушила требования §§ 9, 18 и 25 правил для кормилиц, не прекратив кормление ребенка грудью, когда тому исполнилось 7 месяцев и не заявила об этом местному Попечительству. В Нижеприведенный факт помещен в журнале Конторы Новочеркасских богоугодных заведений от 27 февраля 1902 г. ГАРО. Ф. 54. Оп. 1. Д. 846. Л. 80-82 об.

83 связи с неоднократным уклонением кормилиц от исполнения правил, Конторой был внесен в правила особый §27, в котором была определена мера наказания кормилиц за небрежный уход и содержание младенцев, повлекших за собой их смерть, в виде назначения штрафа и лишения причитающейся оплаты за воспитание детей. Вообще, случаи небрежного содержания подкидышей за плату в среде частных кормилиц были достаточно распространены. Так, в 1859 г. из 781 ребенка Новочеркасского Сиропитательного дома, находившихся на воспитании за плату у частных кормилиц, умерло 266 детей105, что составило 34 % от их общего числа. Что касается лиц, бравших детей на воспитание бесплатно, то в их среде в 1859 г. не было зарегистрировано ни одного случая смерти опекаемых детей. Необходимо отметить, что число детей Новочеркасского Сиропитательнго дома, находившихся на содержании у таких людей, с каждым годом возрастало, что в свою очередь, благоприятно отражалось на положении дел в Сиропитательном доме, в котором расходы на содержание таких детей значительно сокращались. Если к 1859 г. количество таких детей составило 15 человек106, то в 1883 году оно увеличилось до 40 детей107. Возрастало также и число детей, призреваемых в самом Сиропитательном доме. Так, если к 1860 г. их было 10 человек108, то в октябре 1883 г. это число увеличилось до 20 детей109. Соответственно возрастало и число детей находившихся на воспитании у частных лиц : если в1858 г. их было 796110, то в 1882 г. их уже стало 2054111. Следует отметить, что в 1904 году все дети, призреваемые в Новочеркасском Сиропитательном доме, были переданы в приют Донского Общества призрения детей названного дома. В отчетном году в приюте Общества состояло 24 мальчика и 34 девочки, а в прачечной Общества было 12 девочек. Таким образом, всего 105 Краснов Н.И. Историко-статистическое описание земли Войска Донского. – Новочеркасск, 1867. – С. 516. Там же. 107 ГАРО. Ф. 54. Оп. 1. Д. 580. Л.1. 108 Краснов Н.И. Историко-статистическое описание земли Войска Донского. – Новочеркасск, 1867. – С. 516. 109 ГАРО. Ф. 54. Оп. 1. Д. 578. Л.19 об.. 110 Краснов Н.И. Историко-статистическое описание земли Войска Донского. – Новочеркасск, 1867. – С. 516. 111 Номикосов С. Статистическое описание Области войска Донского. – Новочеркасск, 1884. – С. 677.

84 в ведении Правления Донского Общества призрения детей Сиропитательного дома находилось 70 человек112, что свидетельствовало о значительном вкладе Общества в дело призрения детей за столь короткий промежуток времени. Особый вид благотворительных обществ в Российской Империи, имеющих узкоспециальную профессиональную направленность, составляли во второй половине XIX века общества взаимопомощи различного рода и ссудо-сберегательные товарищества. Подобные учреждения функционировали к началу ХХ века и на территории Области войска Донского. Среди них наиболее крупными и известными были: в Новочеркасске – «Общество взаимного вспоможения приказчиков» и «Касса служащих в учебных заведениях с приютом для детей бедных учителей»;

в Ростове-на-Дону – «Общество вспомоществования частному труду», «Общество взаимопомощи приказчиков» и «Отделение петербургского Общества взаимопомощи врачей», а также три ссудо - сберегательные кассы – служащих почтовотелеграфного ведомства, Владикавказской железной дороги и комитета донских гирл. В Кубанской области действовали такие общества как : «Общество взаимного вспомоществования учащимся и учившим Кубанской области и Черноморской общество губернии», «Екатеринодарское «Общество частных отделение СанктПетербургского Медицинского общества взаимной помощи», «Медицинское Кубанской и области», в взаимного вспоможения учреждениях приказчиков служащих коммерческих г.Екатеринодара», «Общество взаимного вспоможения приказчиков и частного профессионального труда в г.Майкопе», ссудо-сберегательные кассы – при Екатеринодарской при т.д.

городской мужской гимназии, при суде, при Кубанском Областном Екатеринодарском Александровском городском шестиклассном училище, Екатеринодарском Окружном Правлении, при Почтово-Телеграфной Конторе, при Областной Чертежной и ГАРО. Ф. 54. Оп. 1. Д. 975. Л.33 об..

85 Что касается Терской области, то на ее территории наличие в конце XIX века обществ взаимопомощи и ссудо-сберегательных касс не выявлено. Отсутствие учреждений подобного рода было обусловлено спецификой области, в первую очередь, промышленной отсталостью. В Ставропольской губернии к числу вышеупомянутых учреждений можно отнести такие как: «Общество взаимопомощи служащих в торгово-промышленных заведениях г.Ставрополя» и «Общество взаимного вспоможения приказчиков в селе Александровском». На примере деятельности последнего Общества, которое возникло в 1896 г. и состояло в ведении МВД, можно провести сопоставительный анализ с деятельностью аналогичного учреждения на Кубани, такого как: «Общество взаимного вспоможения приказчиков и служащих в частных коммерческих учреждениях г.Екатеринодара», основанного в 1895 г. и состоявшего в ведении В. М. Вышеперечисленные общества преследовали одни и те же цели, а именно: выдачу денежных пособий их действительным членам, поиск работы для членов, ее потерявшим, организация досуга, и по мере средств обществ, принятие забот о воспитании и образовании детей умерших членов. Кроме того, обществам предоставлялось право оказывать медицинскую помощь членам и их семьям. Эта помощь выражалась в помещении заболевших в существовавшие больницы за счет общества, а также в достижении соглашения с аптеками об удешевлении продажи лекарств нуждавшимся в них членам общества. Касаясь приходо-расходной деятельности этих обществ, следует отметить, что размеры ежемесячных поступлений членских взносов и ссуд в их кассы, а также число членов, состоявших в обществах, были различны. Так, учитывая то, что в 1898 г. помощью от обществ взаимного вспоможения приказчиков в селе Алесандровском, Ставропольской губернии и в г. Екатеринодаре, Кубанской области, воспользовалось почти одинаковое число людей (5 и 6 человек соответственно)113, в кассу Общества в селе Приведенные ниже статистические данные помещены в : Отчет Общества взаимного вспоможения приказчиков в селе Александровском, Ставропольской губернии за 1898 г. – Майкоп, 1899. – С. 4-8;

Благотворительные учреждения Российской Империи. Т. 3. – СПб., 1900.

86 Александровском поступило 717 р. 54 к., а в кассу Екатеринодарского Общества – 3012 р., что в четыре с лишним раза было больше, чем в первом случае. Были различными и статьи расхода. Если в том же году Екатеринодарским Обществом было израсходовано 2430 р., то расход Общества в селе Александровском, Ставропольской губернии составил всего лишь 631 р. 49 к. (26 % от расходов Екатеринодарского Общества). Этот факт свидетельствует о том, что размер денежных пособий в «Обществе взаимного вспоможения приказчиков и служащих в частных коммерческих учреждениях» г.Екатеринодара в четыре раза превышал размер пособий в «Обществе взаимного вспоможения приказчиков» в селе Александровском, Ставропольской губернии. Говоря о масштабах распространения деятельности обществ взаимопомощи в границах всей Российской Империи, необходимо указать на то обстоятельство, что они были представлены как региональными отделениями столичных учреждений (к числу которых можно отнести «Ростовское-на-Дону Отделение Петербургского Общества взаимопомощи врачей», «Екатеринодарское отделение Санкт-Петербургского Медицинского Общества взаимной помощи»), так и обществами, оказывавшими помощь уроженцам той или иной губернии, области в пределах столицы. К числу последних относилось «Санкт-Петербургское Общество взаимопомощи Донских казаков», которое возникло в 1899 г. и состояло в ведении МВД. Целью Общества было оказание материальной и нравственной помощи нуждавшимся членам Общества и их семьям: денежными пособиями, поиском работы, помещением детей в учебные заведения, выдачей ссуд и т.п. По решению членов Общего собрания, имеющиеся в наличии свободные средства можно было употреблять для помощи бедным донским учащимся. Средства Общества состояли из членских взносов, из процентов на капиталы Общества, из доходов от устраиваемых Обществом, с соблюдением установленных правил, публичных лекций, чтений, концертов, спектаклей, вечеров и пр., а также пожертвований. Денежные пособия выдавались только 87 крайне нуждавшимся лицам. Возвращение пособий было необязательным, но лежало на нравственной обязанности тех лиц, которые впоследствии были в состоянии возвратить полученные пособия. Единовременные пособия выдавались членам Общества и их семьям по постановлению Правления в размерах, ежегодно определяемых Общими собраниями. Постоянные пособия выдавались членам Общества и их семьям в случае крайней необходимости, вследствие продолжительной и тяжелой болезни члена Общества или кого-либо из членов его семьи, в случае смерти члена и вообще из-за обстоятельств, надолго подорвавших имущественное благосостояние члена и его семьи. Общество состояло из учредителей, действительных, почетных членов и соревнователей. К членам учредителям принадлежали лица Донского казачьего сословия и уроженцы Донской области, подписавшие проект Устава Общества. В действительные члены Общества Общим собранием избирались лица мужского и женского пола казачьего сословия Донской области и ее уроженцы, живущие в Санкт-Петербурге и его окрестностях. Почетными членами могли быть лица обоего пола, сделавшие в пользу Общества значительные пожертвования или оказавшие Обществу такую же услугу. Такие лица пользовались правами действительных членов. Членами соревнователями могли быть лица обоего пола, как живущие в Петербурге, так и вне его. Правом голоса в Общих собраниях такие лица не пользовались, хотя и могли присутствовать на них. О проявлении интереса к деятельности Общества вне границ Донской области в первый год его существования свидетельствует стремительное увеличение численного состава Общества. Так, если в конце декабря 1899 г. в Обществе состояло 108 членов, то уже в марте 1900 г. их число увеличилось до 135 человек114. В 1899 г. в кассу Общества поступило 894 р. в виде членских взносов Отчет Правления Санкт-Петрбургского Общества взаимопомощи Донских казаков за 1899 г. – СПб., 1900. – С. 5-6.

88 и 1095 р. 69 к. от концерта, устроенного для увеличения денежных ресурсов Общества (эта сумма дала возможность выдавать учащимся пособия). Следовательно, всего к концу 1899 г. в кассу Общества поступило 1988 р. 69к. За тот же период времени расходы Общества составили 381 р. 95 к., в их числе были: 1)типографские и канцелярские расходы на сумму 96 р. 95 к.;

2) пособия трем студентам по 40 р., одному 50 р., одной ученице института 25 р., ученице гимназии 30 р. и слушательнице Медицинского Института – 30 р., всего на сумму 255 р.;

3) членский взнос в Общество Взаимного кредита СПб. Уездного Земства – 30 р115. Из вышеуказанного можно заключить, что в первый год существования Общества приоритетным направлением в его деятельности было оказание материальной помощи учащимся, что в свою очередь в определенной мере снимало часть нагрузки с «Общества для пособия бедным донским учащимся» по оказанию помощи уроженцам Донской области, обучавшимся в высших и средних учебных заведениях Империи. Следует отметить, что к концу XIX века благотворительность представляла собой довольно широкое общественное явление. Так, помимо существовавших действовали и на территории Российской Империи религиозных, Такие профессиональных, просветительных и т.п. благотворительных учреждений национальные благотворительные организации. учреждения функционировали в рассматриваемый период и на Юге России. К их числу, например, можно отнести Армавирское отделение Армянского благотворительного Общества на Кавказе, а также Католическое и Еврейское благотворительные общества в Ростове на Дону, находившиеся в ведении МВД. Целью перечисленных обществ было доставление средств к улучшению материального положения и нравственного состояния представителей той или иной национальности – в пределах распространения действий Обществ, без различия пола, возраста и звания нуждавшихся.

Отчет Правления Санкт-Петрбургского Общества взаимопомощи Донских казаков за 1899 г. – СПб., 1900. – С. 5.

89 Помощь данных обществ выражалась в снабжении одеждой, пищей, приютом, в оказании денежных пособий;

в содействии к приисканию нуждавшимся работы;

в доставлении бедным больным медикаментов или в помещении их на счет Обществ в существовавшие больницы;

в содействии к погребению умерших из неимущих лиц;

а также в оказании помощи бедным учащимся в учебных заведениях и в помещении сирот и детей бедных родителей в училища. Необходимо сказать, что число людей, прибегавших к помощи подобных обществ, из года в год увеличивалось, а несоответствие доходов и расходов обществ зачастую исключали возможность оказания помощи всем нуждавшимся. Так, число лиц, обращавшихся за пособием в 1898 г. в «Комитет по пособию бедным евреям г. Ростова на Дону» составило 319, из 26 лицам было отказано в пособии за недостатком средств. По сравнению с 1897 г. число лиц, обращавшихся за пособием увеличилось на 59 человек, а число лиц, которым была оказана помощь всего лишь на 48 человек116. В 1898 г. в кассу Комитета поступило 9567 р. 11 к., а было израсходовано за тот же период 11391 р. 31 к., что свидетельствовало о финансовой нестабильности Комитета, так как по сравнению с 1897 г. поступления денежных средств уменьшились на 800 р. 45 к., а расходы на пособия увеличились на 320 р. 77 к117. Таким образом, в кассе Комитета к 1 января 1899 г. состояло 2901 р. 67 к., вследствие чего говорить о расширении сферы деятельности Комитета не представлялось возможным. Несмотря на все трудности в ноябре 1898 г., в связи с поступлением в кассу Комитета крупного пожертвования, была открыта дешевая столовая и при ней дневной приют для маленьких детей. При этом Комитетом в течение года было выдано единовременных пособий 118 человекам на сумму 1201 р. 88 к. (в размере от 1 до 75 рублей) и ежемесячных пособий 175 лицам на сумму 5596 р. 30 к. (в размере от 1 до 10 рублей)118. Исходя из опыта работы 116 Отчет Комитета по пособию бедным евреям г.Ростова-на-Дону за 1898 г. – Ростов-на-Дону, 1899. – С. 1. Там же, с. 2-3. 118 Там же, с. 1-2.

90 «Комитета по пособию бедным евреям г. Ростова на Дону» можно утверждать, что приоритетным направлением в его деятельности было оказание помощи детям-сиротам, вдовам, инвалидам и безработным, о чем свидетельствует то обстоятельство, что в 1898 г. в Комитете среди 175 лиц, получавших ежемесячные пособия, 160 человек относилось к вышеперечисленным категориям.119 Предпринятый анализ свидетельствует о том, что во второй половине XIX в. в рассматриваемом регионе благотворительность представляла собой достаточно многогранное явление общественной жизни. Так, наряду с существовавшими Области войска широкопрофильными Донского благотворительными и и организациями на территории Ставропольской губернии, Кубанской области и функционировали к числу узкоспециальные относились национальные благотворительные просветительные, организации. Наибольшим количеством обществ, оказывавших материальную помощь в разных формах бедным учащимся, обучающимся в низших, средних и высших учебных заведениях в пределах всей Российской Империи, обладала Область войска Донского. В этом отношении наиболее показательным и эффективно функционировавшим учреждением являлось «Общество для пособия бедным донским учащимся», в деятельности которого по привлечению денежных средств принимали активное участие как представители чиновничьего аппарата, так и сословных учреждений. Однако, определенная пассивность государственных органов призрения в вопросах оказания ежегодной материальной поддержки как вышеназванному учреждению, так и остальным благотворительным обществам негативно отражалась на поступлении денежных средств. Наряду с существовавшими благотворительными организациями по пособию бедным учащимся, во второй половине XIX века в целом по учреждения, которых профессиональные, религиозные Отчет Комитета по пособию бедным евреям г. Ростова-на-Дону за 1898 г. – Ростов-на-Дону, 1899. – С. 1.

91 Российской Империи широкое распространение получили учреждения по оказанию помощи детям в воспитании и образовании. В рассматриваемом регионе лишь в Кубанской области большинство благотворительных организаций оказывали помощь именно в этом направлении. К их числу относилось «Армавирское общество попечения о детях», которое было единственным деятельности аналогичных обществом, приобрела учреждений функционировавшим масштабный и в рамках работа значения данного таких как: направления в конце XIX века на территории области. На фоне его менее характер губернского областного «Ставропольское на Кавказе Общество содействия воспитанию и защиты детей» и «Владикавказское Общество попечения о сиротах и бедных детях». Подобным учреждением, функционировавшим на территории Области войска Донского, было «Донское Общество призрения детей Новочеркасского Сиропитательного дома», особенностью работы которого было наблюдение за воспитанием детей на платном и бесплатном содержании у частных лиц при помощи местных попечительств, что свидетельствовало о внесении весомого вклада в дело призрения детей несмотря на сравнительно позднее открытие Общества. Особым видом благотворительных учреждений, имеющих профессиональную ориентацию, в исследуемом регионе были общества взаимопомощи и ссудо-сберегательные товарищества, которые в ряде случаев представляли собой как региональные отделения столичных учреждений, так и общества, оказывавшие помощь жителям той или иной губернии, второй области половине в пределах века столицы. Помимо и упомянутых национальные благотворительных учреждений на территории рассматриваемого региона во функционировали благотворительные организации. Целью данных учреждений являлось улучшение материально-нравственного положения представителей той или иной национальности без различия пола, возраста и звания нуждавшихся. Помощь национальных благотворительных учреждений выражалась в 92 снабжении одеждой, пищей, предоставлении приюта, в оказании денежных пособий, в содействии нуждавшимся по поиску работы и т.д. Проведенное исследование позволяет утверждать, что волна активизации общественной сферы, вызванная либеральными реформами второй половины XIX века и сопровождавшаяся основанием значительного количества благотворительных учреждений, докатилась до Юга России только к концу века. Пиком возникновения благотворительных обществ в Области войска Донского являются 70-80-е гг., а в Ставропольской губернии и Кубанской области – 90-е гг. XIX века. Камнем преткновения для более раннего и широкого было проявления отсутствие гражданской должного самодеятельности и инициативы правового обеспечения, регулировавшего и регламентировавшего эту деятельность с учетом общественных нововведений второй половины века. Общероссийские тенденции эволюции подавляющего большинства благотворительных учреждений империи в рассматриваемых областях Юга страны вследствие социально-экономической специфики вышеназванного региона были определенным образом трансформированы. Так, если по утверждению современного исследователя М. Сухорукова120 система общественного призрения и благотворительности в целом по Российской империи охватывала места проживания основной массы городского населения и в значительно меньшей степени была ориентирована на оказание социальной помощи нуждавшимся в сельской местности, где проживала превалирующая часть населения страны, то в Области войска Донского, Кубанской и Терской областях наблюдалась иная тенденция. Здесь число учреждений, функционировавших на территории различного рода поселений, превалировало над количеством благотворительных организаций осуществлявших свою деятельность в пределах областных и окружных городов.121 Исключением в этом отношении явилась Ставропольская 120 Сухоруков М. Социальная работа в России // Социальная защита. – 1995. - № 6. – С. 128. Приведенные ниже статистические сведения помещены в: Благотворительные учреждения Российской Империи. Т.1-3. – СПб., 1900.

93 губерния, где из 30 учреждений, функционировавших на 1899 год, 20 – находилось в губернском городе, что составило 67% (Для сравнения: из 141 учреждения ОВД, только 23 находилось в областном городе и 118 – в округах, что составило 16% и 84% соответственно;

из 55 учреждений Кубанской области 26 – находились в областном городе, что составило 47%, и из 43 учреждений Терской области 12 находилось в областном городе и 31 – в округах, что составило 28% и 72% соответственно). В результате проведенного исследования удалось установить, что процентное отношение числа благотворительных обществ к количеству учреждений по Европейской России вообще и в рассматриваемом регионе составило 45% и 48% соответственно, а среднее число благотворительных учреждений на каждые 100000 жителей к 1899 году составило 12 и 4 соответственно. Согласно статье исследовательницы Л. Жуковой122 следует вывод о том, что детские учреждения заметно опережали по числу благотворительные заведения для взрослых, с чем мы считаем необходимым не согласиться. В обзоре русской благотворительности, составленном Канцелярией по учреждениям Императрицы Марии Федоровны, приводятся сведения, в соответствии с которыми в 1898 году в целом по России число благотворительных учреждений для взрослых составляло 2792, а для детей 1313. В частности, в ОВД к 1896 году имелось 30 благотворительных учреждений для взрослых и 15 – для детей.123 Из вышеизложенного видно что в России в конце XIX века было в два раза больше благотворительных учреждений для взрослых, чем для детей. Мужчины в целом по России прибегали к благотворительности чаще женщин, но они обращались, главным образом, за помощью в благотворительные учреждения для приходящих. В рассматриваемом регионе обратная тенденция наблюдалась в ОВД и на Ставрополье. Так, в 1898 году помощью благотворительных обществ на Дону с учетом пола и 122 Жукова Л. По заветам Марфы и Марии // Родина. – 1996. - №3. – С. 19. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т.55. – СПб., 1899. С.422-423.

94 возраста воспользовалось 1390 мужчин и 2121 женщины, а на Ставрополье соответственно 614 мужчин и 1163 женщины.124 Деятельность благотворительных учреждений Дона, Кубани и Ставрополья, преследовавших одни и те же цели, в действительности обладала рядом особенностей. Практическая деятельность значительного числа благотворительных обществ и Области войска Донского по осуществлению эффективного своевременного выявления истинно нуждавшихся слоев населения и отделения их от «профессиональных нищих» приобрела на фоне деятельности благотворительных организаций Ставропольской губернии, Кубанской и Терской областей более масштабный характер. Благотворительным учреждениям данного региона в большинстве случаев были присущи одни и те же недостатки, среди которых: отсутствие общего координирующего органа и постоянных источников дохода, относительно частое нерациональное использование материальных ресурсов;

оказание не всегда адресной помощи, слабый контроль за деятельностью. Тем не менее, отсутствие управленческого бюрократизма в условиях непосредственного контакта с нуждавшимися способствовало осуществлению форсированной и гибкой деятельности. Наличие как этих, так и целого ряда других положительных черт, присущих функционированию широкопрофильных и узкоспециальных благотворительных учреждений, способствовало к началу ХХ века превращению их деятельности в одну из значительных характеристик общественного участия в системе призрения в Российской Империи.

Благотворительные учреждения Российской Империи. Т.1. – СПб., 1900.

Глава II. Деятельность благотворительных церковных организаций (попечительств, братств и обществ).

§1. Всесословные благотворительные религиозные учреждения Процесс зарождения и развития церковной благотворительности совпадает со временем принятия населением русских областей христианской религии. Если принять во внимание, что государственная власть в первые века по введении христианства все еще была недостаточно сильна, чтобы взяться за более или менее прочное внутреннее благоустройство страны, то нельзя не прийти к заключению, что христианское милосердие того времени, согласно указаниям вероучителей и в соответствии со степенью развития государственной и общественной жизни, должно было выразиться прежде всего в личной религиозной благотворительности каждого верующего в отдельности. Самыми крупными благотворителями того времени бесспорно были князья и духовенство. Им подражало и прочее население, более или менее сознательно относившееся к христианскому вероучению. Самой распространенной формой личной благотворительности рассматриваемого времени была милостыня. Имеются отдельные указания на то, что князья и духовенство оказывали врачебную помощь, строили богадельни, госпитали, лазареты (для прокаженных), училища для мальчиков и девочек, больничные монастыри и другие закрытые заведения. Впрочем, преобладала открытая помощь, принимавшая иногда характер хозяйственной поддержки. Но благотворительность того времени, в преобладавшей форме нищелюбия и раздачи милостыни, имела целью не столько поддержку ближнего и заботу о страдающем ради него самого, сколько последствия помощи нуждающемуся, которые ожидали благотворителя за помощь в царстве небесном. Впоследствии изменением стало принятие «личной благотворительности общественного характера». Ввиду этого в древней Руси 96 она стала осуществляться организациями, которые, будучи общественными, земскими, в то же время были близки и интересам религиозным, на которых основывалась первоначальная помощь бедным. Такими организациями являлись церковные братства, братчины и особенно приходские общины, носившие в то время явно земский характер. Согласно старинному праву народа, подтвержденному затем Стоглавым собором 1553 г., наряду с братствами, широким самоуправлением пользовались приходские общества и другие приходские организации. Они избирали священников и дьячков и обязывали их «порядной записью», поручая им вести прочее. Вместе с ними избирался староста, а иногда и приказчики, которые вели церковное хозяйство и рядили церковных половинщиков, раздавали в долг деньги, собирали долги, помогали из церковной казны неимущим хлебом, деньгами и т.д. Действовали приходы в этом самостоятельно, как самоуправляющиеся церковно-земские единицы, и совершенно независимо от гражданских и духовных властей. При их посредстве древнерусская личная благотворительность, выражавшаяся преимущественно в «безразборчивой, слепой милостыне» постепенно стала принимать характер земской организованной помощи нуждающимся, основанной уже на иных началах и имевшей в виду не только религиозные запросы благотворителей, но и такие общественные цели, как местное благоустройство, порядок и если не полное соответствие формы помощи характеру нужды, то, во всяком случае, помощь действительно нуждающимся, а не профессиональным нищим. В земско-приходской деятельности, наряду с открытыми видами призрения, получила широкое развитие и закрытая благотворительная помощь, особенно в форме пользования так называемыми кельями для нищих. В приходах также строились «вдовьи дворы», а при некоторых монастырях постепенно вырастали целые нищенские слободки, заселенные бобылями, беспашенными и обедневшими крестьянами и другим нуждавшимся «оскуделым» людом. Из открытых форм помощи земско 97 приходских организаций особое внимание заслуживает выдача в ссуду из церковной казны денег, хлеба, сена и др. Ссуды выдавались обычно на уплату податей, хозяйственные и личные надобности, как под заклад имущества, так и без заклада. Приходы во внутреннем своем обиходе были тесно сплочены : все в приходе знали друг друга, все были осведомлены не только о материальных нуждах каждой семьи своего прихода, но и о нравственных качествах каждого соприхожанина. Ввиду этого приходская благотворительность гораздо больше соответствовала действительным нуждам бедных, чем милостыня. Оказанию призрения в приходе непременно должна была предшествовать оценка степени необходимости в помощи для каждого просящего ее. Таким образом, приходская помощь бедным, не только по организации, но и по формам представляла начало новой системы, находившейся в значительной мере в противоречии с системой личной религиозной благотворительности, выражавшейся по преимуществу в «слепой милостыне». Упадок земско-приходской жизни в восточной и средней полосе России начинается со времени, с одной стороны, усиления в государственном управлении приказного начала за счет земского, а с другой – ослабления вольностей простого народа, затем окончательного складывания крепостного права. В XVII веке во многих приходах свободного населения почти не осталось, а потому и значение их, как земских самоуправляющих единиц, значительно ослабло. К тому же епископы, беря пример с центральной власти, начали предъявлять права на церковную казну приходских союзов и постепенно добились этого. В конце XVII века было уничтожено и право прихода избирать священников, хотя и ограниченное уже закрепощением крестьян, но все-таки существовавшее и интересовавшее его. Интерес населения к приходу уменьшился еще больше. Деятельность его стала ограничиваться тесными рамками церковного устроительства. С падением земско-приходских организаций постепенно свелась к нулю и приходская 98 благотворительность. Между тем потребность и в школах, и в благотворительных учреждениях не уменьшилась. Напротив, она постепенно усиливалась, а в некоторых случаях была прямо неотложной. Поэтому в восстановлении прежней благотворительной и просветительной деятельности приходов ощущалась настоятельная потребность. Однако государство в селениях с крепостным населением препятствовало этому. К этому же времени до чрезвычайности усилилось центральное управление государством, которое, как это всегда бывает в таких случаях, развилось за счет местного земского управления. Во второй половине XVII века государственная власть была самой реальной, самой могучей силой в стране, а потому, когда нищенство разрослось в крупное, всем заметное зло, она не могла уже игнорировать его и, в качестве единственной крупной силы, постепенно начала применять по отношению к нему те или иные меры. Таким образом, на смену личной благотворительности и земско-приходской помощи бедным выступили государственное призрение и государственная помощь нуждающимся. Призвать приход к прежней общественной жизни стало возможным не раньше чем было уничтожено крепостное право. С этого времени в церковной благотворительной деятельности определились два основные направления, различающихся объектом прилагаемых усилий и целями. Одно из них, состоявшее в оказании помощи нуждавшимся лицам духовного звания, было построено на началах сословной взаимопомощи и осуществлялось епархиальными попечительствами и обществами. Другое же, проводимое в жизнь такими церковными организациями как приходские попечительства и братства, было в большей степени ориентировано на прихожан или представителей иных конфессий, то есть лиц, не входящих в духовное сословие. По «Положению о приходских попечительствах при православных церквах» 99 от 2 августа 1864 г. в их обязанности входило: содержание и удовлетворение нужд приходской церкви;

изыскание способов к безбедному для церковного притча существованию и попечение об устройстве и содержании назначенных для его помещения домов;

изыскание средств к учреждению в приходе школы, больницы, богадельни, приюта и «вообще к оказанию бедным людям прихода, в необходимых случаях, возможных пособий», а также на погребение неимущих умерших. Попечительство состояло из избираемых всеми правоспособными прихожанами членов, в число которых, как «непременные» члены, входили священнослужители, церковный староста и волостной старшина. Источником денежных и других материальных средств попечительства служили добровольные пожертвования. Они собирались или по подписке, или через кружки, выставленные на видных местах и обносимые в церквях во время богослужения «с ясным обозначением, для каких целей предназначена кружка». Положение о приходских попечительствах отразило на себе два влияния. С одной стороны, духовенство и епархиальные власти, значительно усилившиеся к этому времени, не хотели уступать собранию прихожан приобретенных ими прав по замещению вакантных священнои церковнослужительских мест, по распоряжению церковными имуществами, капиталами и тому подобное, а с другой стороны, было очевидно, что без участия добровольных деятелей-прихожан – общественная жизнь приходских организаций не может быть восстановлена. Призвать же таких деятелей значило, дать им соответствующие права и притом за счет прав причта. И положение о приходских попечительствах заняло неопределенное, промежуточное место между двумя началами – между принципами государственной и общественной благотворительности. Приходские попечительства нигде в законе не назывались церковными (это наименование было присвоено им жизнью только Фальворк Г., Чарнолуский В. «Внешкольное образование», СПб, 1905, С. 270-271.

100 впоследствии), и едва ли можно сомневаться в намерении законодателя придать им в некоторой мере характер союзов гражданских и по преимуществу, земских. Однако, намерение это было осуществлено не с должной полнотой и, наряду с земскими особенностями приходских организаций, они носили черты и церковного характера. Двойственный осуществлению в характер положения земских вызвал начал, весьма много затруднений на практике. В то время, когда светские деятели стремились к попечительствах представители духовенства, наоборот, желали видеть в них нечто вроде учреждений, созданных в помощь церковному причту. По мнению первых, приходские попечительства представлялись настолько самостоятельными общественными учреждениями при православных церквях, что имели право на приобретение недвижимой собственности на свое имя. По мнению других, напротив, попечительства являлись лишь исполнительным органом по хозяйственной части, а потому подчиненным духовным консисториям и архиереям. Раскол, происшедший между деятелями приходских попечительств, защищавшими земское значение их, с одной стороны, и отстаивавшими подчиненное положение попечительств по отношению к духовным властям, с другой, привел в конце концов к тому, что первые из этих деятелей отшатнулись от приходских попечительств и предоставили их всецело вторым. В первый же год издания закона упование церковных благоустроителей на превращение приходских попечительств в стабильный источник материального обеспечения духовенства принесло определенное разочарование. В подавляющем большинстве епархий было учреждено незначительное количество попечительств. Лучше всего дела обстояли там, где архиереи и гражданское начальство проявляли настойчивость. На первом месте оказались Самарская и Подольская епархии. К годовщине закона в них 101 открылось, соответственно 177 и 266 попечительств126. Другие отставали с огромным разрывом. Так, например, в Орловской епархии к ноябрю 1865 года насчитывалось всего 23 попечительства, в Иркутской, к концу того же года 37, в Калужской к весне 1866 года – 13127. Ни одного попечительства не появилось в Кавказской, Камчатской и ряде других епархий. Чрезвычайно медленно учреждение попечительств проходило даже в густонаселенных, с большим числом церквей, епархиях: Владимирской, Костромской, Тамбовской, Воронежской, Пензенской и т.д. Не лучше складывалось положение и в столичных епархиях. Так, в 1868 году в Московской епархии числились открывшимися всего 6 попечительств, а в Петербургской – 5128. Одним из лидеров по созданию попечительств являлась Донская епархия, где к концу 1869 года было открыто 100 учреждений подобного рода. Но несмотря на то, что их число было довольно внушительным, в действительности значительная часть их бездействовала. Так, все в том же 1869 году попечительствами Донской епархии было собрано всего лишь 6124 р. 27 к129. Размышляя о причинах неудач, обер-прокурор по прошествии почти 20 лет заметил: «данные факты показывают, что не везде поняли значение церковно-приходских попечительств для благоустройства приходской жизни и что не повсеместно возбуждено в православных населениях достаточное сочувствие к учреждениям этого рода. Довершить то и другое дело принадлежит приходскому духовенству…»130. Возбудить сочувствие в православной среде к учреждению приходских попечительств попытались и на территориях казачьих войск. Но возможность создания попечительств здесь резко сужалась, так как часть из Римский С.В. Православная церковь и государство в XIX веке. Донская епархия: от прошлого к настоящему. – Ростов-на-Дону, 1998. – С. 181. 127 Там же. 128 Там же. 129 ГАРО. Ф. 226. Оп. 2. Д. 5799. Л. 255. 130 Римский С.В. Православная церковь и государство в XIX веке. Донская епархия: от прошлого к настоящему. – Ростов-на-Дону, 1998. – С. 181.

102 войск почти сплошь состояла из старообрядцев (Уральское, Оренбургское, Астраханское). В других процент староверов оставался высоким (Кубанское и Терское). Поэтому и результаты усилий по созданию приходских попечительств здесь оказались очень скромными. Достаточно сказать, что по всей Кавказской епархии через десять лет по выходе закона насчитывалось всего лишь 10 попечительств131, а к 1886 г. осталось только 4132. В связи с этим целесообразнее будет говорить о ходе создания попечительств и их деятельности в крупнейшем Донском войске, где православное население абсолютно преобладало (Так, в 1881 г. из 1378865 жителей в Донской епархии, православных обоего пола было 1273867 человек, что в процентном отношении составляло 92,4% от общего числа проживающих в области)133. Ознакомиться с текстом закона 2 августа 1864 г. стало возможным в Донском войске только 31 декабря. Но спустя несколько месяцев никаких существенных результатов замечено не было. Поэтому 25 июня 1865 г. местное Присутствие по обеспечению православного белого духовенства обратилось к Донскому архиепископу Иоанну с изложением своей точки зрения к проблеме, считая, что приходские попечительства нужны в первую очередь в крестьянских селах, так как «крестьяне, только что вышедшие из крепостной зависимости, еще весьма сбивчиво понимают многие вопросы, клонящиеся к общественному благоустройству. Чтобы избегнуть, по возможности, этих затруднений необходимо такое посредничество между прихожанами, которое оказало бы благотворное участие в разъяснении им настоящего дела, и тем облегчило путь к правильному приведению оного к концу»134. «В казачьих же станицах, как обществах сравнительно более развитых, вопрос о нуждах духовенства не может встретить особенного затруднения, хотя это и ни сколько не доказывает необходимости откладывать и там учреждение приходских 132 Православная церковь на Кубани (конец XVIII-начало ХХ в.): Сборник документов. – Краснодар, 2001. – С. 84.

Там же, С. 94. Донские епархиальные ведомости. – 1883. - № 16. – С. 602. 134 ГАРО. Ф. 226. Оп. 2. Д. 5506. Л. 15.

103 попечительств». Первоначальное открытие приходских попечительств протекало крайне замедленными темпами. До конца 1865 года попечительства были учреждены только при нескольких слободских церквях, а из станиц – лишь в Бесергеневской137. Исправить такое положение дел удалось только после того, как в июле 1866 г. «Войсковым Правлением, вследствие сношения с Донской Духовной Консисторией 20 октября 1865 г. сделано было распоряжение через Дворянских Депутатов и Сыскные Начальства об оказывании должного содействия к открытию Попечительств при приходских церквах Донской Епархии тем лицам, кои назначены будут Епархиальным Начальством»138. Несмотря на предпринятые меры, при учреждении приходских попечительств приходилось сталкиваться с определенными трудностями. Так, 31 марта 1867 года Леоново-Калитвенское волостное правление поставило в известность благочинного священника Троицкой церкви Евфанова о том, что «прихожане душевно бы желали согласно помянутого положения открыть попечительство в пределах прихода, но по обстоятельствам стесняющим жителей прихода в поземельных отношениях и отягощенных платежами и натуральными повинностями приступить к устройству оного не в состоянии»139. В ряде случаев, от духовенства некоторых церквей поступали просьбы в адрес консистории о закрытии уже существующих попечительств. Показательным в этом отношении является рапорт священно-церковнослужителей Донецкого округа слободы АнновкиРебриковой на имя благочинного священника Иакова Евфанова, в котором они заявляют, что «так как мы да и сами прихожане по неопытности и без всякого соображения встретили большое затруднение и неудобства, а 135 ГАРО. Ф. 226. Оп. 2. Д. 5506. Л. 15 об. Там же. 137 Римский С.В. Православная церковь и государство в XIX веке. Донская епархия: от прошлого к настоящему. – Ростов-на-Дону, 1998. – С. 184. 138 ГАРО. Ф. 226. Оп. 2. Д. 5506. Л. 79 об. 139 Там же, Л. 295.

104 главное без соблюдения формального положения к открытию приходского попечительства при нашей Успенской Церкви, то считаем невозможным и затруднительным по причине бедного состояния временно-обязанных крестьян, не имея в виду никаких средств в пользу имеющего быть попечительства продолжать начатое нами дело о сем предмете»140. Факты, свидетельствующие об отсутствии желания учреждать попечительства в ряде станиц и слобод представлены в рапорте каменского благочинного Иоанна Пащинского в Консисторию, в котором священноцерковнослужители Луганской станицы, священник Михаил Васильев слободы Волошиной Николаевской церкви и крестьяне-собственники первого мирового участка Карпово-Глубокинской волости слободы Дячкиной заявили «о неизъявлении желания обществами означенных станиц и слобод на учреждение попечительств при приходских их церквах, согласно правилам положения о них»141. В некоторых приходах попечительства воспринимались как введение очередного налога, поэтому население сопротивлялось их избирать. Так, в год открытия Калачовского церковно-приходского попечительства, Филоновской станицы священнику прихода составило много труда убедить прихожан открыть попечительство. Прихожане, несмотря на основательные доводы священника о пользе попечительства, долго кричали: «Не надыть! Ничего нам не надыть! Это все едино что земство: лишь бы деньги с нас собирать!»142. Ярким примером, поясняющим мотивы отказа учреждать приходские попечительства служит приговор прихожан Успенской церкви станицы Гундоровской, в котором говорится о том, что «в казачьих общинах попечительства не нужны, так как духовенство обладает приличными доходами: использует лесные и травяные паи, занимается скотоводством, получает плату за требы. Кроме того, в распоряжении духовенства казачьего происхождения были собственные мукомольные и ветряные заводы и торговые лавки, сдаваемые в наем. А часть из духовенства иногороднего 140 ГАРО. Ф. 226. Оп. 2. Д. 5506. Л. 65. Там же, Л. 233. 142 Донские епархиальные ведомости. – 1889. - № 2. – С. 54.

105 происхождения, располагая собственными домами, продолжали получать из станичных сумм квартирные деньги»143. Говорить о полной неэффективности открывавшихся в Донской епархии попечительств было бы не совсем верно. Определенная часть учреждений подобного рода довольно благополучно осуществляла свою миссию. Подтверждением этому являются слова, произнесенные 19 февраля 1869 года председателем приходского попечительства Христорождественской церкви Нижне-Кундрюческой станицы священником Петром Максимовым по поводу годовщины двухлетней деятельности попечительства: «И я в настоящее время, исполненный благодарных чувств, не могу ничего более выразить как эти чувства благодарности. И во-первых, возношу свое благодарное сердце к Господу Богу, благодевшему нам во всех благих начинаниях, и помогшему нам положить прочное начало учрежденного по Высочайшей воле приходского попечительства. Во-вторых, мои чувства благодарности относятся к мудрому Правителю всей земли Русской Благочестивейшему Императору Александру Николаевичу, познавшему нужды своего народа и даровавшему ему мудрые законы и благодетельные учреждения. Потом моя благодарность обращается к Вам, Правители веси сей! Как исполнителям мудрых предначертаний своего Царя, за Ваше содействие в учреждении приходского попечительства и за помощь во всех его предприятиях. Далее примите мою искреннейшую благодарность Вы – сотрудники мои, члены приходского попечительства! Много Вы понесли трудов, много потерпели оскорблений и укоризны в двухлетнем разрабатывании нивы для сеяния общественного блага. Но утешайтесь тем, что Вы первые бросили в эту ниву семена, плодами коих будут пользоваться весьма многие и благодарить Вас. Благодарю, наконец, и всех Вас, сограждане мои! За Ваше доверие к нам, за Ваши жертвы, за Ваши труды и за все – даже за укоризны Ваши, потому что они были полезны нам, предохраняя нас от злоупотребления Вашими жертвами и побуждая более ГАРО. Ф. 226. Оп. 2. Д. 5506. Л. 185-185 об.

106 вникать в свое дело». Но и переоценивать возможности приходских попечительств было бы излишним. К началу ХХ века из 27 благочиний Донской епархии, в которых функционировало 492 попечительства (для сравнения: к началу ХХ века на Кубани насчитывалось всего лишь 6 церковно-приходских попечительств)145, благочиний146, определенный оценки вклад в развитие которых церковной послужили благотворительности удалось внести попечительствам всего лишь 10 критериями деятельности количество учрежденных попечительств и суммы собранных пожертвований. К их числу можно отнести такие благочиния как : Кирсановское, Константиновское, Каменское, Митякинское, Александровско-Грушевское, Семикаракорское, Большинское, Урюпинское, Качалинское и Кагальницкое. Проследить динамику учреждения приходских попечительств и собранных ими пожертвований в Донской епархии во второй половине XIX века представляется возможным по данным нижеследующей таблицы: Деятельность приходских попечительств в Донской епархии во второй половине XIX века147 Пожертвовано (рублей) Число Приходских На украшение попечии поддержание тельств 1868 1869 144 На ЦПШ и благотворительную деятельность в приходе На содержание причтов Всего церквей 88 100 144 4750р.66к. 1373р.61к. 6124р.27к.

ГАРО. Ф. 226. Оп. 2. Д. 5799. Л. 209. Энциклопедический словарь по истории Кубани. С древнейших времен до октября 1917 года. – Краснодар, 1997. – С. 59. 146 Составлено по материалам ГАРО. Ф. 226. Оп. 3. Д. 10756. Л. 28. 147 Статистические сведения отраженные в таблице помещены в: ГАРО.Ф.226. Оп. 2. Д. 5799. Л. 255;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 7119. Л. 40;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 7603. Л. 48;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 7745. Л. 39;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 9327. Л. 28;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 9675. Л. 28;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 10018. Л. 28;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 16143. Л. 28;

ГАРО.Ф.226. Оп. 3. Д. 10756. Л. 107 1877 1879 1880 1881 1888 1889 1891 1892 1894 1895 1896 1900 1901 149 158 166 170 197 210 228 246 354 393 404 474 492 194403р.16к. 15541р.47к. 10033р.20к. 219977р.83к. 104569р.66к. 96360р.56к. 8591р.3к. 9615р.18к. 4241р.61к. 6565р.33к. 117402р.30к. 112541р.7к. 67653р.67к. 4091р.29к. 3503р. 75247р.96к. 60643р.72к. 7762р.64к. 2688р.62к. 71094р.98к. 28767р.16к. 37597р. 4570р.72к. 809р.17к. 8р.84к. 736р.10к. 33346р.72к. 39142р.27к. 24197р. 1099р.84к. 406р. 25702р.84к.

В соответствии с данными, помещенными в таблице, обращает на себя внимание структура пожертвований. В ней отражено отрицательное отношение прихожан к причтам: деньги жертвовались в подавляющем большинстве на храм, а на улучшение содержания причтов поступали весьма незначительные суммы. Даже средние цифры настолько малы, что говорить о каком-либо сдвиге в решении проблемы материального обеспечения приходского духовенства с помощью попечительств не приходится. Так, в 1869 году попечительствами Донской епархии на содержание причтов не было пожертвовано ни одной копейки. Тогда как на украшение каждого из храмов в среднем было собрано 47р.50к., а на благотворительные цели каждого прихода – 13р.74к. В 1901 году показатели составили, соответственно, 20р.39к., 395р.13к., 31р.59к. О весомом вкладе Донской епархии в дело развития церковной благотворительности, свидетельствует тот факт, что например, в 1881 году по Донской епархии было собрано на каждое попечительство в среднем по 230р.25к., а по Российской Империи в целом в 1882 году – только по 108 176р.54к. Следует сделать акцент и еще на одной особенности. Если в целом за годы реформы количество попечительств по Российской Империи не достигло даже трети от общего числа приходских храмов149, то в Донской епархии, например, в 1881 году на 374 приходские храма было учреждено 170 приходских попечительств150, что в процентном отношении составляло 45% от общего числа храмов. А это в свою очередь означало, что попечительства были созданы почти в каждом втором приходском храме. В ходе проведения реформы по истечении почти тридцати лет со времени введения в действие положения о попечительствах обнаружились недостатки их существования. В виду поступающих заявлений о внесении изменений и дополнений этого положения в 1893 году Св.Синод посчитал своевременным приступить к его пересмотру. Недостатки приходских попечительств имели двойственный характер: с одной стороны, они коренились в самих основах этого учреждения, с другой стороны, во внешней организации. К недостаткам первого рода относились прежде всего неопределенность и растяжимость задач преследуемых попечительствами. Само собою разумеется, что на практике ни одно попечительство все эти задачи не могло осуществлять, а выбирало обыкновенно одну из них (преимущественно церковно-благоустроительную), которую и преследовало по мере сил. Выбор обусловливался не всегда местной нуждой, но часто и личными интересами председателя попечительства или настоятеля церкви. Это охлаждало отношение прихожан к попечительству и тормозило деятельность последнего. Не меньшее, если не большее, влияние на эту деятельность, в отрицательном, конечно, смысле оказывала и внешняя организации попечительств. В ее основу были положены выборы;

члены попечительства выбирались на общем собрании прихожан;

председатель также избирался.

Составлено по материалам ГАРО. Ф.226. Оп. 3. Д. 7745. Л. 39/ Римский С.В. Православная церковь и государство в XIX веке. Донская епархия : от прошлого к настоящему. – Ростов-на-Дону, 1998. – С. 188. 149 Римский С.В. Православная церковь и государство в XIX веке. Донская епархия: от прошлого к настоящему. – Ростов-на-Дону, 1998. – С. 183. 150 Донские епархиальные ведомости. – 1883. - № 16. – С. 602.

109 На практике заманчивая идея вырождалась в нечто очень непривлекательное. Сплошь и рядом в сельских попечительствах председательствовал местный кулак или полупьяный писарь, не признающий кроме своих личных, никаких других интересов. Точно также и состав членов попечительства редко являлся безупречным;

на шаткой почве выборов, никем не контролируемых, крикуны и нахалы всегда имели успех. Совокупностью этих условий только и можно было объяснить те дикие факты, которые встречались не редко в церковно-приходской жизни. Данные выводы основываются на ряде документов, к числу которых относится сообщение одного из лиц, близко знакомого с положением дел в некоторых попечительствах Донской епархии. В оставленной им записке было отмечено, что: «хорошо известное К. попечительство, во главе со своим светским председателем, более чем о поддержании церкви, причта, школ и т.п., заботится об устройстве на средства попечительства пожарного обоза и сарая, который уже и поставлен среди церковной площади недалеко от церкви. Хлопочет он также об открытии в приходе воскресных и праздничных базаров, в то время как приходский священник и в проповеди и частных беседах ратует против этих праздничных источников безнравственности. Другое попечительство Д. ходатайствует об открытии в приходе большого числа «питейных», как вернейшем источнике денежной доходности, совершенно игнорируя храм, школу и приходское благотворение. И замечательное явление: упомянутое К. попечительство за пять лет не только не уделило из своих средств ни копейки в пользу училища, но даже лишало школу земельного источника доходности. В тяжкие дни народного голодования и цынготной болезни это же самое попечительство не проявило никакой деятельности в пользу меньшей голодавшей и болящей братии. Для кормления и лечения было организовано новое временное попечительство под председательством священника. Точно также попечительство не сочло себя обязанным принять какое-либо участие в деле народного здравия в тревожные дни бывшей холерной эпидемии. Если 110 что полезное было сделано прихожанам, то опять таки тем же временным попечительством. Само собою понятно, что о религиозно-нравственном улучшении прихожан и о поддержании доброй семейственности и трезвости тут не было и вопроса. За достоверное также нам известно, что П. и Я. попечительства, со светскими председателями, домогались заведывания всеми церковными суммами, а когда им было отказано в незаконном их посягательстве, они ограничили свою деятельность в отношении всего, касающегося церкви, одним обещанием отапливать церковную караулку. И вообще, вместо того, чтобы помогать приходским священникам в их деятельности и служить общему делу церковно-приходского благоустройства, некоторые попечительства заводят даже борьбу со священниками.»151. Отсутствие какого-либо контроля за деятельностью попечительств и злоупотребления в ряде случаев должностными обязанностями со стороны их руководства дополняли сумму условий неблагоприятно действовавших на развитие этих учреждений, так как полная свобода при ненормальном положении дела была способна только погубить или испортить его. Ярким свидетельством данного вывода послужило утверждение о том, что: «не малый вред приносит доброму делу попечительств то обстоятельство, что в председатели их, особенно в захолустьях, степных и малограмотных приходах, попадают светские люди, часто сомнительной нравственности и неустойчивой религиозности, для которых нажива, барыш выше школ, больниц, обществ трезвости и вообще всяких благих начинаний. Неправильная деятельность попечительств или совершенная бездеятельность зависит и от того, что у них нет устойчивого, компетентного контроля и высшего центрального управления, которое бы заведовало всеми в епархии попечительствами, руководило ими и давало им тон в их деятельности. По §8 положения о приходских попечительствах, наши попечительства должны отдавать отчет о своей деятельности общему собранию прихожан, от которого зависит определение порядка отчетности и поверка оной. Но кто не Донские епархиальные ведомости. – 1893. - № 2. – С. 65-67.

111 знает, что такое наши общие собрания прихожан?! Соберутся прихожане в здании станичного правления или в церковной караулке – это безразлично. В большинстве случаев эти собрания представляют собою шумно-безтолковую толпу крикунов, которые, накричавшись до хрипоты из-за земляных, лесных, луговых паев, выгонов, безропотно потом подписывают все то, что предлагается для их подписи»152. Общие замечания и недостатки, присущие деятельности приходских попечительств, функционировавших в Донской епархии были распространены как на территории всей Российской Империи, так и в Кавказской епархии в частности. Так, по словам Г.Михайловского: «учреждение приходских благотворительных обществ в селах и станицах Кавказской епархии гораздо легче и удобоисполнимее, чем учреждение церковно-приходских попечительств, которые не привились в нашей епархии главным образом вследствие широкого и непосильного для многих приходских общин круга деятельности, указываемой положением об этих попечительствах, а отчасти и вследствие неправильного отношения к церкви, проявлявшегося в тех немногих попечительствах, которые были открыты»153. Но самым крупным недостатком церковного приходских прихода. попечительств Приходские необходимо признать их полную неспособность удовлетворить религиознонравственным потребностям попечительства не в состоянии были преследовать задачи религиознонравственного характера, не потому только что эти обязанности Положением не были предусмотрены, а главным образом потому, что этому препятствовала организация попечительств. Содействовать священнику в подъеме религиозной жизни прихода могли только прихожане, безупречные с религиозно-нравственной стороны. А членами попечительств становились зачастую люди сомнительной нравственности, индифферентные к религиозным и церковным вопросам. Ни о каком содействии здесь и речи 152 Донские епархиальные ведомости. – 1893. - № 2. – С. 65-67. Кавказские епархиальные ведомости. – 1882. - № 5. – С. 164.

112 быть не могло, и на самом деле очень часто имело место со стороны попечительств противодействие священнику или незаконное посягательство на чужие права. По своему существу попечительство являлось не религиозным союзом, а собранием представителей от прихожан, которому были ближе интересы церкви не духовные, а хозяйственные и благоустроительные. Таким относительно образом, того, что если принять все задач изложенные есть положения, условие однородность главное плодотворности дела, что задачи хозяйственные и благоустроительные имеют большое значение и очень обширны, что они очень близки интересам всех прихожан, представителем которых является попечительство, что дело благотворительное тесно связано с делом религиозно-просветительным, то неизбежным становится вывод о необходимости выделить из круга ведения приходских попечительств благотворительные задачи, предоставив им попечение о благоустройстве и благосостоянии приходской церкви и причта в хозяйственном отношении. Органом церковно-приходской жизни, который мог по праву ведать благотворительное дело в приходе было церковно-приходское братство. По своему существу братство было религиозным союзом мирян, объединившихся около своего пастыря для служения нуждам православной церкви, для борьбы с врагами церкви, для взаимной помощи и поддержки, для распространения просвещения, для дел благотворительности и т.п. Основные черты этой организации состояли в следующем: братство являлось добровольным союзом, союзом лиц искренно-религиозных и преданных интересам церкви и союзом под естественным руководством духовного пастыря. Каждое братство имело свой устав и, благодаря этому, его деятельность не была замкнута в заранее определенные шаблонные рамки. Церковно-приходское братство, благодаря своей организации, было именно тем органом приходской жизни, которому были наиболее доступны благотворительные задачи в связи с религиозно-нравственными. Но следует отметить, что распространение церковно-приходских братств было весьма ограничено.

113 Свое начало и развитие братства получили в западной России. Появились они в XV и XVI веках, когда польско-латинский гнет заставил православное население сплотиться вместе для борьбы с врагами церкви. Жизнь постепенно выработала организацию братств. Это были союзы мирян и духовенства для защиты церкви, для просвещения народа и для помощи всем нуждающимся. По своей структуре братства представляли из себя самоуправляющиеся корпорации, в которых каждый член нес известную обязанность или повинность. Братство имело свой суд, свое управление и казну. Вступление в братство сопровождалось некоторыми обрядами, как, например, целованием креста и присягой в верности и послушании. Такая организация братств позволила им сослужить великую службу своей народности и церкви. Угнетаемое православие нашло в братствах твердую опору, а врагам церкви пришлось долго тратить силы на борьбу с братствами. Наконец, когда исторические условия жизни изменились к лучшему, деятельность братств стала ослабевать и совершенно прекратилась к концу XVIII века. В 1862 году польское восстание оживило воспоминание о деятельности братств;

было признано полезным восстановить древние братства и вообще регламентировать это дело. В 1864 году были изданы «Правила о православных церковных братствах» и с этого времени начинается появление многих новых братств не только в одном Западном крае, но и по всей России. Эти братства имели уже несколько иную организацию, нежели древние. Они представляли из себя союз духовенства и мирян, направленный к достижению религиозно-просветительной или благотворительной цели. Связь между членами братства была чисто внешняя, так как членом мог быть всякий желающий, вносящий известную лепту. Корпоративности не существовало и никаких личных обязанностей члены братства не несли. Круг деятельности братств большей частью охватывал епархию, хотя были братства, распространявшие свои действия на более обширные пространства.

114 Одновременно с изданием правил о братствах было издано и положение о приходских попечительствах, круг действий которых охватывал только данный приход. Очевидно, что с изданием положения все надежды на подъем приходской жизни были возложены на попечительства. На них было обращено все внимание и они быстро стали учреждаться в приходах. Так, если к 1890 году приходских попечительств во всей России насчитывалось 11919, с бюджетом расходов 2142237 рублей, то к 1-му января 1893 года в России действовало, кроме остатков древних, всего лишь 159 новых церковных братств, в которых участвовало и работало, по приблизительному расчету, свыше 37642 братчиков. Эти братства обладали капиталом (неприкосновенным, запасным и остаточным) на сумму свыше 1629707 рублей;

годовой оборот денежных средств которых выражался в сумме свыше 803963 руб. прихода и 598220 руб. расхода154. Учреждению в приходах попечительств способствовало и соответствие их духу времени: выборное начало, положенное в основу попечительств, подкупало в их пользу. К этому надо прибавить и некоторую косность русского ума;

он любит двигаться по известному, раз указанному, направлению, до тех пор, пока не встретит непреодолимого препятствия. Направление с самого начала было указано: для деятельности в пределах прихода – приходское попечительство, для деятельности вне прихода – братство. Под братством подразумевался отнюдь не орган церковноприходской жизни, а простая совокупность лиц, деятельность которых охватывала более или менее обширный район, учреждением же приходским считалось только одно попечительство. Это пагубное смешение понятий и являлось причиной того, что церковно-приходские братства были так мало известны и не повсеместно распространены. Среди немногочисленных религиозно-просветительных братств, функционировавших на территории Ставропольской епархии особо Ставропольские епархиальные ведомости. – 1894. - № 18. – С. 812-813.

выделялись такие как:

115 Андреевско-Владимирское в г.

Ставрополе, Александро-Невское в г. Екатеринодаре и Осиевское в г. Майкопе. Первое из них, при пособии от Епархиального Училищного Совета, к 1901 году имело три церковно-приходские школы: мужскую, женскую и смешанную с ремесленными отделениями, - народную читальню-библиотеку, книжный склад;

в двух пунктах вело религиозно-нравственные чтения и, наконец, издавало листки и брошюры религиозно-нравственного содержания. Александро-Невское Братство, основанное в 1892 году, при участии местного Благотворительного Общества, в здании городского шестиклассного училища к началу ХХ века имело две многолюдных воскресных школы (мужскую и женскую), кроме того, оно имело народную библиотеку, состоящую из 3-х тысяч книг и при ней народную читальню, которую ежедневно посещало от 30 до 70 человек, а в течение года свыше 15 тысяч человек155. В распоряжении братства имелась также соборная церковно-приходская школа на 120 человек. Майкопское Осиевское Братство имело к этому времени убежище для бесприютных детей всех возрастов (от 2 до 15 лет) и при нем школу грамоты для детей школьного возраста с различными прикладными занятиями: корзиночным, чулочным и т.п. Значительный интерес представляет деятельность Ставропольского Андреевско-Владимирского братства, которое своим возникновением было обязано слиянию в 1893 году созданного в 1873 году Братства Св. Апостола Андрея Первозванного, с миссионерским характером деятельности с возникшим в 1888 году Братством Св.Равноап. слиянии Кн.Владимира, каждым из по этих преимуществу благотворительным. При учреждений были привнесены в общую сферу деятельности основные черты своего прежнего направления и характера. С 1893 года материальная и духовная благотворительность братства не ограничивалась одним только Ставрополем, а по мере сил и средств распространялась на всю епархию. Расширение сферы деятельности братства, особенно в деле Ставропольские епархиальные ведомости. – 1901. - № 6. – С. 93.

116 религиозного просвещения населения края, имело очень важное общеепархиальное значение и обусловливалось положением края. Еще в 1888 году в одном из постановлений местного епархиального начальства, циркулярно оповещенном духовенству епархии, было упомянуто: «К крайнему сожалению, из дел консистории усматривается, что случаи совращения православных в раскол, а особенно в сектантство – нередки. Между причинами, порождающими это крайне скорбное явление, нельзя не видеть главной :

- пробудившегося стремления народа к религиозному просвещению и неудовлетворенности в этом стремлении при настоящем положении дел. Простой человек ныне жадно зачитывается Евангелием, изучает его даже в поле в свободные от работы часы, беседует о вере и вообще хочет знать веру. Этим-то стремлением народа и пользуются лжеучителя, рыщущие всюду в одежде овчей. Чтобы оградить простой народ в столь трудное для него время, чтобы не допустить усвоения им бредней раскола и сектантства, чтобы направить благие стремления его на истинный путь, - пастырям церкви необходимо идти навстречу этим стремлениям и воспользоваться им во спасение его, дав ему здоровую пищу для ума и сердца»156. Благотворительную деятельность среди нуждавшихся в материальном пособии также настоятельно было необходимо расширить вообще и особенно в силу обстоятельств переживаемого времени. Она не должна была ограничиваться одним городом, как это было с Владимирским братством, а должна была, по возможности, привлекать к созданию и пожертвованиям население всей епархии. Холера умножила в крае число сирот и безродных, особенно среди «пришлого люда». Помочь им было настоятельно необходимо из опасения, что они могли быть завлечены в сети сектантства и раскола, где помощь нуждавшимся была очень хорошо развита. Всем этим запросам времени – духовным и материальным – Андреевское братство не имело возможности удовлетворить.

Ставропольские епархиальные ведомости. – 1893. - №2. – С. 40.

117 Поставив себе задачей просвещение инородцев, охранение чистоты Православия путем распространения религиозно-нравственного просвещения разноплеменного населения епархии, братство, как видно из его отчетов157, за первое десятилетие существования в своей деятельности ограничивалось по преимуществу оказыванием материальной и нравственной поддержки лицам, ищущим православия и обратившимся в Братство. Братство подготовляло их в изучении веры и устраняло «разные случайные препятствия к обращению их в православие» - выписывало необходимые документы, подыскивало подходящий труд для нового члена церкви, давало приют, одежду, обувь и т.п. В воздействии же на иноверческое и сектантское население в деле народного просвещения оно ограничивалось распространением книг и брошюр религиозно-нравственного содержания, иногда бесплатном, пополнением (иногда даровым) библиотек беднейших церквей епархии. Делались попытки к воздействию и на магометан, и при Ачикулакском приставстве была устроена, при содействии братства, на средства инородцев походная церковь, но попытки эти никаким успехом не увенчались. Самым крупным делом братства было учреждение единоверческих приходов, материальная и нравственная поддержка возникшему в епархии единоверию и единоверческим священникам. Во второй половине существования братства его деятельность была значительно расширена, но, нельзя сказать, чтобы это расширение произошло в интересах Братства, в смысле достижения намеченных в уставе целей. Ему было придано много посторонних обязанностей, среди которых терялись его прямые обязанности. К братству был присоединен Училищный совет по церковно-приходским школам;

оно определяло компетенцию лиц, ищущих псаломщичьи должности, сана диакона;

оно распоряжалось кассами, учрежденными для вспомоществования бедным псаломщикам и семинаристам;

оно рассматривало внебогослужебные собеседования и Кавказские епархиальные ведомости. 1876. №6.с.215-219;

Кавказские епархиальные ведомости. 1882. №3. - С.90-91.

118 церковные проповеди;

оно вносило в свой отчет действия миссии для язычников, раскольников и сектантов, организованные епархиальным начальством и проч. Таким образом, за вторую половину своего существования Андреевское братство носило характер не частного просветительного кружка, а скорее учреждения административного, и за сложностью придаточных обязанностей, оно не могло и думать о расширении сферы чисто своей деятельности. А между тем жизнь и время давали о себе знать: с наплывом пришельцев из южного края, в большинстве сектантов, людей состоятельных, имеющих массу рабочих, баптизм и штунда стали быстро распространяться в епархии. Явилась нужда стать ближе к миссионерскопросветительному делу непосредственно самому епархиальному начальству, дабы иметь возможность ближе наблюдать за религиозно-нравственным состоянием паствы и не вносить крайне нежеланного раздвоения власти и мероприятий в деле охранения и распространения веры;

освободить братство от излишнего дела, чтобы оно могло быть деятельным и действительным помощником епархиальному начальству в борьбе с разрастающимся злом. Наряду с этим встала необходимость применить и сам устав братства к времени и обстоятельствам. Прежде всего был отделен от братства преосвященным Евгением епархиальный Училищный совет, сфера деятельности которого была и многогранной и требовала специалистов в этом деле;

Совету было поручено испытание лиц, ищущих диаконоучительского места;

миссионерское дело, требующее особенного внимания было передано в консисторию;

псаломщическая касса была вверена кафедральному протоиерею с членами консистории, а ученическая – в ведение семинарского правления и инспектора;

была организована особая комиссия для рассмотрения отчетов о внебогослужебных собеседованиях. Возникшее в 1888 году Владимирское братство широко растворило двери для благотворительной помощи бедному населению города Ставрополя, чаще других беспокоившему Андреевское братство просьбами о помощи. С 119 освобождением Братства от придаточных дел, со сложной канцелярией, ему оставалось все свои силы – материальные и интеллектуальные – направить на чисто просветительное дело. Плодотворное решение задач, поставленных перед Андреевским и Владимирским братствами, стало возможным только в процессе их объединения, о чем свидетельствовали результаты их совместной деятельности. Подтверждением позитивной работы АндреевскоВладимирского братства к началу XX века на поприще церковной благотворительности Майкопского являются данные братства, сопоставительной основанного в таблицы158 1890 году, приходо-расходной деятельности упомянутого братства с деятельностью Св.-Осиевского Таганрогского Соборного братства, возникшего в 1874 года и АксайскоБогородичного братства, созданного в 1886 году. 1900 Ставропольское АндреевскоВладимирское братство Майкопское Свято-Осиевское братство Таганрогское Соборное братство АксайскоБогородичное братство 12572р.51к. 12404р.6к. 6974р.97к. 2126р.24к. 2155р.35к. 1129р.44к. 8429р.31к. 8429р.31к. 16124р.32к. 11898р.87к. 57039р.24к. Поступило Израсходовано Состояло в остатке Ставропольские епархиальные ведомости. – 1901. – № 19. – С. 1100-1103;

Ставропольские епархиальные ведомости. – 1901. - № 23. – С. 1333-1335;

Отчет Таганрогского Благотворительного братства за 1899-1900 г. – С. 7-9;

Донские епархиальные ведомости. – 1901. - № 7. – С. 150.

120 Согласно статистическим сведениям, представленным в таблице, к началу ХХ века Ставропольскому Андреевско-Владимирскому братству, благодаря объединению совместных усилий, удалось занять лидирующее положение в оказании более или менее эффективной помощи прихожанам религиозно-просветительного и благотворительного характера. Об этом свидетельствуют капиталы, которыми обладало братство к 1901 году. Так, Донское Аксайско-Богородичное братство, учрежденное при Новочеркасском Вознесенском кафедральном соборе и распространявшее свою деятельность на территорию всей Донской епархии к началу ХХ века располагало всего лишь 12% от общей суммы капиталов, имевшихся в распоряжении Ставропольского Андреевско-Владимирского братства. Еще в 1895 году, оценивая деятельность Аксайско-Богородичного братства, Преосвященнейший Иоанн, Епископ Аксайский заявил, что: «деятельность нашего Братства находится еще только в зачаточном состоянии и оно далеко еще не достигло желательных успехов;

его деятельность никак нельзя сравнивать не только с иностранными однородными обществами, но и другими братствами, существующими в иных епархиях»159. Для того, чтобы братство осуществляло более эффективную деятельность, членом Совета братства г.инспектором народных училищ Ф.Г.Кашменским было предложено: «для привлечения симпатий к Братству со стороны населения необходимо начать какое-либо истинно братское дело, к которому мог бы отнестись сердечно всякий братчик и в частности каждый член Совета»160. Таким делом, по его мнению, могло бы быть устройство приюта для бездомных, с тем однако условием, что этот приют имел бы и просветительный характер. Не пользовалось симпатиями местного населения к началу ХХ века и Майкопское Свято-Осиевское братство. В октябре 1900 года председатель братства констатировал, что: «материальные средства братства всегда были 159 Донские епархиальные ведомости. – 1895. - № 5. – С. 152. Там же. С. 151.

121 невелики, и должными симпатиями местного общества оно почему-то не пользовалось. Начиная свою деятельность в 1891 году, братство имело в своей кассе всего лишь 200 рублей и в число его членов первоначально записалось 25 человек, из которых, как свидетельствует отчет за 1893 год, большая половина сомневалась в успехе дела. За все девять лет число братчиков редко превышало сотню, а за этот год число уплативших членские взносы считается десятками (26 из 67). Последний недочет объясняется тем, что с прошлого года в Майкопе начало функционировать городское благотворительное разделились»161. Еще одним примером, свидетельствующим о наличии изъянов в деятельности ряда церковных братств можно назвать учреждение братства» в «Николаевского церковного противораскольнического общество и благотворительные силы естественно Пятиизбянской станице, являвшейся гнездом раскола в Донской епархии. В отчете братства за время его существования со 2 декабря 1896 года по 1900 год отмечено, что : «не только на первых порах своего существования, но и в последующие годы, новооткрытое Братство в достижении своих просветительных целей поставлено в такие условия, при коих может рассчитывать только на свои собственные силы и само изыскивает необходимые к тому меры и средства. В этом заключается одна из главных слабых его сторон, так как крайняя скудость материальных средств братства, при малочисленности его членов, могущих оказывать помощь ему и при отсутствии всяких положительных источников какого-либо постоянного дохода служила и служит немалым стеснением для деятельности Братства, лишая его возможности в достаточной степени пользоваться разными вспомогательными средствами в деле борьбы с расколом»162. Подводя итоги деятельности церковно-приходских братств, функционировавших как в пределах вышеупомянутых епархий, так и в 161 Ставропольские епархиальные ведомости. – 1901. - № 23. – С. 1358. Донские епархиальные ведомости. – 1901. - № 19. – С. 414.

122 границах всей Российской Империи, следует отметить, что несмотря на неповсеместность общего числа распространения церковно-приходских рассматриваемых попечительств (159 учреждений, и 13915 количество которых в целом по стране на 1892 год не превышало 1% от соответственно), совокупность расходов всех 159 братств, основанных с 1864 по 1892 годы, составила к началу 90-х годов XIX века 28% от общих расходов 11919 церковно-приходских попечительств, осуществлявших свою деятельность в 1889 году163. Результатом деятельности последних в Донской епархии явилось к началу XX века как ежегодное увеличение их численности, так и производимых в их пользу размеров пожертвований. Так, если в 1869 году число приходских попечительств Донской епархии составляло 1,5% от общего количества церковно-приходских попечительств Российской Империи (100 и 6870 соответственно), то в 1900 году число приходских попечительств Донской епархии увеличилось в 4,7 раза и составило 2,5% от общего количества приходских попечительств Российской Империи (474 и 18622 соответственно)164. Общероссийская тенденция постепенного снижения числа приходских попечительств в 80-е годы XIX века (с 12140 в 1881 году до 11919 в 1889 году) своего подтверждения в Донской епархии не получила, трансформируясь Выражением здесь в противоположную эффективности тенденцию ежегодного приходских увеличения их количества (с 170 в 1881 году до 210 в 1889 году)165. степени деятельности попечительств Донской епархии послужили характер и размеры ежегодно производимых в их кассы пожертвований. Так, если в 1869 году сумма пожертвований, собранных 100 церковно-приходскими попечительствами Донской епархии на украшение и поддержание церквей, на содержание Ставропольские епархиальные ведомости. – 1894. - № 18. – С. 812-813. ГАРО.Ф.226.Оп.2.Д.5799.Л.255;

Ильинский В.Л. История, настоящее положение и задачи. Библиотека церковного реформатора на 1908 год. Том 1. – СПб., 1908. – С. 17 / ГАРО.Ф. 226. Оп.3.Д.10756.Л.28;

Ильинский В.Л. История, настоящее положение и задачи. Библиотека церковного реформатора на 1908 год. Том 1. – СПб., 1908. – С. 17. 165 Ильинский В.Л. История, настоящее положение и задачи. Библиотека церковного реформатора на 1908 год. Том 1. – СПб., 1908. – С. 17 / ГАРО.Ф.226.Оп.3.Д.7745.Л.39;

ГАРО.Ф.226.Оп.3.Д.9327.Л.28.

164 123 причтов, а также на церковно-приходские школы и благотворительную деятельность в приходе составила 1% от общей суммы пожертвований, произведенных на те же цели 6870 попечительствами в целом по России (6124 рубля и 687580 рублей соответственно), то в 1901 году суммы означенных пожертвований, находившихся в распоряжении 492 попечительств Донской епархии увеличились в 36 раз и составили 5% от общей суммы пожертвований, собранных на те же цели 18622 приходскими попечительствами в 1900 году в целом по России (219978 рублей и 4343328 рублей соответственно)166.

ГАРО.Ф.226.Оп.2.Д.5799.Л.255;

Римский С.В. Православная церковь и государство в XIX веке: Донская епархия: от прошлого к настоящему. – Ростов-на-Дону, 1998. – С. 188. / ГАРО.Ф.226.Оп.3.Д.10756.Л.28;

Ильинский В.Л. История, настоящее положение и задачи. Библиотека церковного реформатора на 1908 год. Том 1. – СПб., 1908. – С. 18.

124 § 2. Деятельность церковных благотворительных учреждений, построенных на началах сословной взаимопомощи. Наряду со всесословными церковными благотворительными учреждениями, в лице церковно-приходских попечительств и братств, во второй половине XIX века функционировали организации, построенные на началах сословной взаимопомощи, деятельность которых заключалась в оказании помощи нуждавшимся лицам духовного звания. К числу таких учреждений относились епархиальные попечительства и общества. Реализация данного направления на территории Кавказской епархии осуществлялась Кавказским епархиальным попечительством о бедных духовного звания, которое являлось местным специализированным благотворительным учреждением. До создания Кавказской епархии, которая впоследствии объединила в своих границах территории Кавказской (Ставропольской) губернии и Кубанской области, нуждающиеся вдовы и сироты духовного сословия пользовались пособиями из сумм Донского епархиального попечительства о бедных духовного звания, учрежденного в 1829 году. В первой половине 1845 года им было выдано пособий на сумму 156р.10к.167 В 1843 году был создан комитет по открытию Кавказского попечительства о бедных духовного звания, задачей которого являлся сбор средств с священноцерковнослужителей Кавказской епархии, необходимых для деятельности попечительства. Данное попечительство было учреждено на рубеже 1845-1846 годов. Главным центральным органом управления попечительством являлся Синод, в который ежегодно отсылались отчеты о деятельности попечительства. Правом же общего надзора обладал епископ Кавказский. На местах вели работу благочинные, более или менее знакомые с положением местных духовных лиц и их семей. Особое место в системе епархиального призрения занимала Духовная Консистория, которая собирала ГАСК. Ф. 361. Оп. 1. Д. 10. Л. 17.

125 и удостоверяла сведения о призреваемых, выполняла роль посредника между попечительством и епископом, заверяла различные документы и принимала прошения нуждавшихся лиц. Целью попечительства являлось оказание помощи тем лицам, «которые имеют в ней истинную потребность». Наряду с этим, с 1867 года попечительство занималось установлением и производством опеки над несовершеннолетними членами семей лиц духовного звания и их имуществом. Одной из важных функций попечительства был сбор средств, их рациональный расход;

проверка сведений о положении призреваемых, а также содержание таких заведений, как богадельня и сиротское общежитие. Доходы попечительства пополнялись из ряда источников. При открытии Кавказского попечительства Донское попечительство о бедных духовного звания перевело на его счет 3051р.33к.168, предназначавшиеся для бедных духовного звания Кавказского казачьего войска. Средства, собираемые со станичных церквей, поступали в распоряжение оберсвященника войска, распределявшего пособия по благочиниям. Каждые полгода хозяйственное управление Синода по соглашению с Министерством Финансов распоряжалось о выделении из казны определенной суммы в доход Кавказского попечительства. Размеры сумм зависели от числа призреваемых и степени их нужды. Одним из источников дохода служили кружечные сборы при церквях и монастырях епархии. Наряду с этим, в каждом благочинническом округе проводился сбор средств по пригласительным спискам. Кроме того, ежегодно попечительству отчислялся 1% от общих церковных сумм и 2% от дохода каждой церкви. К капиталам попечительства причислялся 1% от сумм, вырученных от продажи восковых свечей, доходы от кладбищенских церквей, а также деньги, причитающиеся за вакантные места священноцерковнослужителей. Пополнение средств попечительства, наряду с вышеназванными источниками, происходило как за счет процентов с капиталов, так и за счет штрафов, взимаемых с лиц духовного звания.

ГАСК. Ф. 361. Оп. 1. Д. 10. Л. 17.

126 Все суммы попечительства делились на несколько разрядов: собственно принадлежащие попечительству, капиталы благотворительных заведений попечительства (богадельни и Иоанно-Предтеченского приюта) и сиротские суммы, появившиеся с 1867 года, после начала установления попечительством опеки над детьми и имуществом умерших лиц духовного звания. Суммы разделялись на наличные и вклады в кредитных учреждениях. Следует отметить, что попечительство, также как и другие учреждения общественного призрения. Капиталы, принадлежавшие попечительству и хранившиеся в ценных бумагах увеличились за 50 лет в 17 раз, с 4985р.71к. в 1846 году до 85791р.56к. в 1896 году169. Суммы сиротского капитала складывались из доходов от имущества несовершеннолетних наследников, сумм переданных сиротам по завещаниям, вырученных от вынужденной продажи имущества и внесенных вкладов благотворителей. Увеличение сиротских капиталов произошло в 4 раза с 26804р.93к. в 1883 году до 107034р.21к. в 1897 году170. Расходование регламентировано и средств попечительством по было строго осуществлялось целевому назначению. призрения в Ставропольской губернии, пользовалось финансово-кредитными услугами Ставропольского приказа общественного Попечительство могло выдавать определенные суммы в виде процентов с сиротского капитала опекуну на содержание и воспитание ребенка, а также оплачивать его обучение в учебном заведении. Обеспечение сирот часто зависело от ряда условий, оговариваемых в завещании, по которым сироты должны были непременно пройти курс обучения или выйти замуж за лиц духовного звания. Срок самостоятельного распоряжения деньгами определялся достижением совершеннолетия, замужеством и т.д. Все наличные поступления по возможности переводились в ценные бумаги или во вклады. Таким образом, сирота, достигший 21 года, получал определенное 169 ГАСК. Ф. 361. Оп. 1. Д. 10. Л. 16;

ГАСК. Ф. 364. Оп. 1. Д. 57. Л. 18. ГАСК. Ф. 361. Оп. 1. Д. 488. Л. 15об.;

ГАСК. Ф. 364. Оп. 1. Д. 57. Л. 54.

127 материальное обеспечение. Из сумм, принадлежавших попечительству производилась выплата единовременных пособий и пенсий, оплачивалась работа канцелярских служащих, выдавались ссуды. Основным видом деятельности попечительства была выплата денежных пособий наиболее нуждавшимся священноцерковнослужителям епархии и их семьям. Так, если в 1864 году попечительством было выдано постоянных и единовременных пособий на сумму 3132р.62к.171, то в 1897 году сумма выплачиваемых пособий увеличилась в 5 раз и составила 17058р172. Данное обстоятельство объяснялось не только увеличением числа нуждавшихся, но и ростом финансовых возможностей попечительства. Среди получавших пособия подавляющее большинство составляли вдовы и дети умерших лиц духовного звания. Пособия не выплачивались детям, достигшим совершеннолетия, молодым и здоровым вдовам и детям, достигшим 7-8 лет, обучавшимся в учебных заведениях, за исключением больных и увечных. Все сведения о нуждавшихся лицах предоставляли благочинные, через них же и производилась выплата пособий. Чтобы получать пособие, нуждавшееся лицо подавало прошение, проверенное благочинным, на имя епископа, попечительства или же в Консисторию. Наглядным подтверждением этому является прошение вдовы священника станицы Новомарьевской Кубанской области Елены Станиславской, поданное ею в 1896 году в попечительство о бедных духовного звания при Ставропольской Духовной Консистории. В упомянутом прошении вдовою Станиславской было отмечено: «Я покорнейше прошу попечительство о бедных милостиво войти в мое бедственное положение и разрешить мне единовременное пособие в размере 50 рублей по примеру других и тем самым дать мне возможность хоть немного оправиться, нанять на зиму какую-нибудь прислугу и запастись дровами. Если же почему либо попечительство не будет настоль милостливо к моему положению и не 171 ГАСК. Ф. 361. Оп. 1. Д. 302. Л. 7. ГАСК. Ф. 364. Оп. 1. Д. 57. Л. 10-11.

128 разрешит пособия мне в 50 рублей, то прошу хоть сколько нибудь прибавить к тем 25 рублям пособия, которые я получала последнее время»173. На просьбу Станиславской последовал отказ в назначении ей единовременного пособия на том основании, что она имела два сына и одну дочь, которые, по свидетельству благочинного Ставропольского округа, будучи обеспеченными людьми, оказывали ей приличную помощь. Но прошение было не удовлетворено лишь отчасти, так как со второй половины 1896 года Станиславской было назначено выдавать вместо 25-ти рублевого постоянного пособия, по 35 рублей в год174. Согласно ст. 1602 Т. XIII Свода Законов Российской Империи, размер пособия зависел от сана умершего или нуждающегося: на большую сумму могли рассчитывать священники, менее значительным было пособие, выдаваемое дьякам, самое мизерное получали псаломщики и их семьи175. Кроме того, размер пособия зависел от числа членов семьи, материального положения, состояния здоровья, возраста и т.д. Если получавший пособие пенсионер менял место жительства в пределах епархии, то благочинный округа нового места жительства вносил его в ведомость по предписанию благочинного округа прежнего места жительства. Если же пенсионер переезжал в другую епархию, то пособие переводили через другое попечительство или через волостное (станичное) правление и т.д. Так, в постановлении Астраханского попечительства о бедных духовного звания от 27 июня 1897 года на имя Ставропольского епархиального попечительства было отмечено: «Препровождая при сем деньги, 15 рублей, Астраханское попечительство покорнейше просит таковые же Ставропольское выдать означенные деньги в пособие за первую половину 1897 года священнической вдове Марии Веселовской, по жительству ее в Ставропольской епархии у зятя священника Николая 173 ГАСК. Ф. 364. Оп. 1. Д. 55. Л. 5об. Там же. 175 Устав об общественном призрении изд. в 1892 г. //Свод законов Российской Империи. Т. XIII. – СПб., Б.г. Ст. 1602.

129 Моисеева, и расписку Веселовской прислать в сие попечительство»176. В свою очередь, Кавказское попечительство переводило пособия своим пенсионерам в другие места (Астраханскую, Таврическую губернии, Терскую область). Одним из видов помощи была выдача беспроцентных ссуд лицам духовного звания по разрешению епископа. Чаще всего ссуду брали сроком на 2 года на приобретение дома под залог. Долг погашался путем удержания определенной суммы из жалованья или за счет пособия из братской кассы взаимного вспомоществования. Братская касса взаимного вспомоществования духовенства Ставропольской епархии была учреждена в 1887 году как отделение попечительства о бедных духовного звания. Целью открытой кассы было «доставить сумм, некоторое обеспечение пособий»177. вдовам Все и сиротам священно и церковнослужителей посредством выдачи им, независимо от попечительских определенных лица духовного звания Ставропольской епархии в обязательном порядке должны были состоять действительными членами данной кассы. Капиталы, находившиеся в распоряжении кассы, а они к 1 января 1887 года простирались до 130155р.5к.178, составляли неотъемлемую часть собственности духовенства Ставропольской епархии, поэтому кроме как строго по назначению, употреблены быть не могли. Средства кассы состояли из ежегодных членских взносов от каждого вкладчика по свободно избранной им категории, из ежегодных процентов на капитал членских взносов, из добровольных приношений духовенства и др. лиц. Все суммы, поступающие в кассу, делились на два разряда: основной и вспомогательный. В основной капитал поступали взносы и процентные приращения к ним. Из этих сумм производилась выплата ГАСК. Ф. 364. Оп. 1. Д. 62. Л. 5. Уставы Ставропольской епархиальной братской кассы (1887 и 1897 гг.) и кассы единовременных пособий. – Ставрополь, 1910. – С. 3. 178 Православная церковь на Кубани (конец XVIII – начало ХХ века): Сборник документов. – Краснодар, 2001. – С. 104.

177 130 пособий. Вспомогательный капитал состоял из пожертвований и других поступлений. Он расходовался на административные цели, а также на выдачу пособий сиротам тех вкладчиков, которые не приобрели право на ежегодное пособие из средств основного капитала. Из этих средств осуществлялся возврат вкладов лицам, которые по каким-либо причинам потеряли право на получение пособия. В случае экстренной необходимости вспомогательный капитал выступал в качестве «донора» основного фонда. Членские взносы должны были уплачиваться не менее 10 лет, после чего вкладчик получал право на ежегодное пособие после оставления службы. Размер пособия определялся из расчета 4 рубля на рубль взноса, а с 1893 года оно выдавалось из расчета 8 рублей на каждый рубль взноса. Право получения пособия передавалось по наследству наследникам первой очереди: жене и детям до достижении ими совершеннолетия. В случае недееспособности детей пособие им выплачивалось пожизненно. Выдача пособий производилась централизованно из правления кассы или через благочинных единовременно. Уставом кассы была предусмотрена возможность отказа в предоставлении пособия вкладчикам, лишенным прав состояния по суду, ведущим аморальный образ жизни, вышедшим или исключенным из духовного звания. В качестве отделения братской кассы в 1896 году была учреждена епархиальная касса единовременных пособий осиротевшим семьям духовных лиц. Уставом было предусмотрено, что «все священники или диаконы, или псаломщики обязаны представлять взносы местному благочинному тотчас по получении официального известия о смерти какого-либо из священноцерковно служителей»179. Позже взносы в пользу сирот умерших лиц взимались периодически 4 раза в год. Если кто-либо не уплачивал свой взнос, благочинный взыскивал его из кружечных или других доходов вкладчика, а при злостной неуплате благочинный доносил епархиальному начальству. Кассу, подобную вышеназванным, предлагалось учредить в ГАСК. Ф. 1265. Оп. 1. Д. 2. §12.

131 Донской епархии еще в 1871 году. Один из священников, излагая свои соображения по поводу создания кассы, отмечал: «Нужно ли говорить о том, что положение большинства семейств духовенства, по смерти их кормильцев, очень и очень беспомощное, когда и вообще наше положение – положение «благородных нищих?». «Благотворительных комитетов у нас не существует;

вспоможений правительственных нет;

наше же Донское попечительство о бедных духовного звания само может назваться (судя по средствам, которыми оно располагает) беднейшим попечительством, да и его вспоможения – крохи достаются одному из десяти (Оно, по необходимости, должно раздавать свои крохи беднейшим из самых бедных). Что же нам делать, - чем бы хоть мало-мальски помочь семействам наших умерших собратий, а с ними вместе и собственным семействам? Дожидаться нам нечего, чтобы кто-нибудь помог нам в нашей нужде, а нельзя ли нам самим помочь себе?»180. Учреждением, осуществлявшим на практике реальную помощь нуждавшимся лицам духовного звания, стало созданное в 1879 году Донское епархиальное Общество взаимного вспоможения. Подтверждением мнения о том, что деятельность Донского епархиального попечительства по оказанию материальной помощи бедным духовного звания была малоэффективной, является отчет попечительства за 1870 год, в котором говорится, что: «За два года пред сим, Донское попечительство, по недостатку денежных средств и большому числу пенсионеров, вынуждено было, некоторым из них уменьшить пособие, а другим и совершенно отказать в оном»181. О том, что финансовые возможности попечительства были ограничены, свидетельствует и речь Высокопреосвященного Платона, Архиепископа Донского и Новочеркасского от 1 декабря 1870 года, в которой он отметил: «Мне кажется, что попечительство должно бы более увеличить пособие таким вдовам, которые имеют много детей, а не таким, которые бездетны и живут 180 Донские епархиальные ведомости. – 1871. - № 3. – С. 84. Донские епархиальные ведомости. – 1871. - № 8. – С. 230.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.