WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

«Ставропольский государственный университет На правах рукописи Служак Ольга Юрьевна Миграционные процессы на Ставрополье во второй половине ХХ века: историко-культурный аспект. ...»

-- [ Страница 3 ] --

б) новаторская (инновативная, творческая) адаптация»7. Патологическая адаптация – это «такой социально-психологический процесс (активность личности в социальных ситуациях), который полностью или частично осуществляется с помощью патологических механизмов и форм поведения и приводит к образованию патологических комплексов характера, входящих в состав невротических и психотических синдромов»8. Особенно остро проблема социо-культурной адаптации стоит для вынужденных мигрантов. Слово «вынужденный» сопровождает мигранта и после переселения. Другая культура вынуждает его отказаться от прежнего образа жизни, принять иные социальные нормы, правила и способы поведения. Вынужденный мигрант переживает кардинальные изменения в самом широком диапазоне. Меняется все: от природы и климата до одежды и пищи, от социальных, экономических и психологических отношений с миром и другими людьми до отношений в собственной семье. Самая важная часть изменений – культурные: другой язык, обычаи, традиции, ритуалы, нормы и ценности. Вынужденное переселение по своим социальным, экономическим и психологическим последствиям является для большинства взрослых людей настоящей жизненной катастрофой, особенно в случае, когда это совершается в ограниченном временном промежутке, исключающем возможность хоть в какой-то мере подготовиться к перемене места жительства. Беженцы, пребывая во временных местах для проживания достаточно долгое время, удовлетворяя свои минимальные ограниченные потребности, испытывая значительные языковые, психологические барьеры к адаптации на новом месте, теряют возможность удовлетворения своих потребностей высшего характера – потребности субъекта в общественной жизни. «Ограничение материальных средств жизнедеятельности в положении беженцев сдви гает личность к потребительской системе ценностей, совершенно игнорируя ценности производительные, что способствует деградации личности, этнокультурной маргинализации беженцев и вынужденных переселенцев9. «Невозможность жить на исторической родине, возникшие проблемы в связи с адаптацией на новом месте расселения, с одной стороны, неприятие, недовольство и раздражение у представителей иноэтнической культурной традиции, с другой, приводит к тому, что беженцы и вынужденные переселенцы становятся потенциальным источником конфликтности»10. Краеугольным камнем понимания психического состояния вынужденных мигрантов является кризис социальной идентичности - резкие трансформации представлений личности о себе и своем месте в системе жизненных отношений. Через кризис социальной идентичности прошло практически все наше общество. Но особенно болезненным этот процесс оказался для вынужденных мигрантов. У некоторых категорий вынужденных мигрантов идентичность трансформируется настолько сильно, что перестает выполнять свои функции: интегрирующую - на уровне группы и адаптивную - на уровне личности. Например, психологические исследования беженцев из Грозного выявили полное разрушение структуры их самосознания. Теряют свою значимость главные категории (социальный статус, профессиональная принадлежность, семейные роли, половая, возрастная принадлежности), на которые мы опираемся, ориентируясь в окружающем мире. В частности, для беженцев становятся неактуальными такие статусные категории, как гражданство и национальная принадлежность. «Это кардинальная трансформация структуры идентичности - осознание себя выброшенными за пределы главных жизненных отношений в обществе»11. Проблема адаптации является актуальной в силу нескольких взаимосвязанных причин. Важнейшим обстоятельством выступает то, что стихийные мигранты, не имея возможности реализоваться, пополняют ряды соци ально и экономически не защищенного населения края, что подрывает социально-экономическую безопасность региона. Массовый приток мигрантов инициирует накопление конфликтного потенциала. Он выступает как «своеобразный лакмусовый листок, как своего рода провоцирующее средство для выявления факторов социально-политической устойчивости общества, амплитуды его возможностей реагировать на внедряющиеся дестабилизаторы»12. Высокая миграционная нагрузка усиливает конкуренцию на рынках труда и порождает мигрантофобию у коренного населения. Отсюда вытекают правовые, бытовые и экономические притеснения пришлого населения, что в свою очередь приводит к маргинализации мигрантов с присущими конфликтными отношениями. Так, в 2001 году миграционная служба Ставропольского края совместно с кафедрой социологии государственного университета провела опрос вынужденных переселенцев как раз на тему адаптации. Практически все опрашиваемые констатировали жесткое отторжение их местным сообществом: «Мы так и остаемся чужаками…» Напряженность между «коренными» и «пришлыми» растет год от года13. Кроме этого нужно учесть, что в национальных республиках русские работали в передовых отраслях производства, поэтому и здесь продолжают ощущать себя основными создателями материальных благ, не желают мириться с положением «граждан второго сорта» и справедливо претендуют на более властные или профессиональные позиции и соответствующее отношение к себе. На смену прежним у них приходят проблемы, возникающие в местах нового проживания в России. В репатриацию вовлечены люди, которые часто были укоренены в странах выезда в течение нескольких поколений, либо там родились и выросли, либо жили в течение нескольких десятилетий, восприняв многое из образа жизни окружающего местного населения. Возвращаясь на родину, они обнаруживают, что их представления о ней были неадекват ны. Крайне незначительная помощь, которую может оказать Россия, сложности с регистрацией по месту жительства и жесткая увязка социальных гарантий с оформлением гражданства сильно затрудняют интеграцию репатриантов. У приезжающих в Россию русских другой менталитет, они переняли нормы поведения этносов, среди которых обитали. Эти русские трудолюбивы, имеют высокую квалификацию, гостеприимны, они меньше пьют и привыкли к сравнительно более высокому уровню жизни. Для местных же непривычны обычаи и манеры приезжих, их одежда и кажущийся достаток, иной. Как считает Спицын А.И., эта социальная группа - "горючий материал" для создания предпосылок к конфликтным ситуациям с местным населением14. Отрицательным моментом является то, что более 40% трудоспособных вынужденных мигрантов работают не по специальности, причем в сельской местности таких случаев в 3,5 раза больше, чем в городах. Более чем у четверти вынужденных мигрантов профессиональный статус понизился. Вызвано это отчасти тем, что относительная доступность жилья приводит мигрантов, прежде всего, в сельскую местность, где трудно найти работу вообще, не говоря уже о высококвалифицированном труде. В новом социальном окружении, имеющем зачастую отличные от окружавших переселенца прежде ценности, традиции, нормы, ему приходится приложить много усилий, чтобы приобрести социальный статус, адекватный его уровню притязаний. Подавляющее большинство переселенцев отмечают, что их общественная жизнь в новом месте проживания практически прекратилась. «Состояние дискомфорта, которое переживают мигранты в связи с утратой прежнего социального статуса, приводит их наряду с другими причинами к созданию общественных организаций беженцев и вынужденных переселенцев, в деятельности которых они имеют возможность реализовать свой социальный потенциал»15. Характер социально-экономической адаптации во многом имеет схожие негативные черты, как в городе так и на селе. При этом наблюдается нереализованость потенциала мигрантов в социальной и экономической сфере жизнедеятельности. Это выражено в личной оценке неудовлетворённости работой и своего материального положения. По другим, не менее значимым критериям, наблюдаются значительные различия, связанные с типом местности. Так, в силу дороговизны жилья, в городе мигранты имеют дома или квартиры на 13 процентов меньше, чем в селе. Этот показатель является одним из важнейших при определении степени адаптации вынужденного переселенца. Именно эта «вынужденная» привлекательность села над городом во время стихийной миграции обусловила массовый поток переселенцев в сельскую местность. Вторым существенным критерием является источник доходов мигрантов. В городе почти на 100% доходы трудоспособных переселенцев составляет зарплата, в свою очередь в селе - около половины доходов приходится на личное подсобное хозяйство. Таким образом наличие подсобного домашнего хозяйства в селе является важнейшим фактором адаптации мигранта16. Даже при благоприятных условиях адаптация – это трудный, стрессогенный процесс. Она считается успешной, если человек реализует свой личностный потенциал, свои возможности и способности и справляется с возникающими психологическими и социокультурными проблемами. В качестве основных показателей успешности социокультурной адаптации мигрантов можно выделить следующие: установление позитивных связей с новой средой, решение ежедневных житейских проблем (школа, семья, быт, работа), участие в социальной и культурной жизни принимающего общества, удовлетворительное психическое состояние и физическое здоровье, адекватность в общении и в межкультурных отношениях, целостность и интегрированность личности17. При этом большое значение имеет сформированность мотиваций, проявляемая в желании мигранта интегрироваться в новую среду, в его стремлении усвоить новые культурные феномены, преодолеть информационную изоляцию и установить связи с окружающей средой. Для относительно плавного протекания адаптационного процесса важны высокий коммуникативный потенциал индивида как объекта общения, готовность к изменению хода индивидуального развития, устойчивость к нервно-психическим перегрузкам, высокий уровень трудоспособности и жизнеспособности. Неспособность к “вживанию” в местное сообщество приводит к опасному явлению, которое часто называют капсулированием группы переселенцев. В условиях “чуждого” или даже враждебного окружения группа замыкается в себе, становится похожа на капсулу с твердой оболочкой, отделенную от окружающей среды. Возникают социо-культурные барьеры между “местными” и “приезжими”, особенно заметные и болезненные в сельской местности. Естественно, что в сложившейся ситуации требуется помощь как органов власти, так и различных общественных организаций. Примером такой помощи может служить проект Южного регионального ресурсного центра (ЮРРЦ) “Усиление интеграции беженцев и вынужденных переселенцев в местное сообщество на Юге России посредством укрепления организаций беженцев и вынужденных переселенцев”. Проект выполнялся при финансировании Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев с апреля по декабрь 2001 года. В рамках данного проекта Ессентукская городская организация общества “Красный крест” учла, что среди вынужденных переселенцев много больных людей, требующих специального медицинского ухода. Для членов их семей были проведены курсы массажа, лечебной гимнастики, обучение приемам ухода за больными. Среди участников программы – не только городские общественные организации. Общественная организация вынужденных переселенцев и малоимущих Ипатовского района Ставропольского края создала в восьми селах района общественные организации вынужденных переселенцев и снабдила их всеми необходимыми справочными материалами для проведения юридических консультаций18. Помимо этого в крае действует около 40 общественных организаций беженцев, которые имеют связи с Датским Советом по делам беженцев (ДСБ), Красным Крестом, тесно сотрудничают с Южным региональным ресурсным центром в соответствии с программами "Укрепление и развитие НКО Юга России" и "Юг России - территория национального согласия и мира". Среди социальных активистов и добровольцев выделяются такие организации, как "Вера, Надежда, Любовь", "Орден милосердия и социальной защиты", центр "Анастасия", клубы "Любава", "Хозяюшка". В крае функционирует Координационный совет общественных организаций по проблемам беженцев и вынужденных переселенцев. Под руководством координационного совета проведено несколько "Миссий милосердия", которые адресованы более чем 400 мигрантам, проживающим в различных районах края (Труновском, Петровском, г. Невинномысске). Главные направления самопомощи и помощи извне – это сбор гуманитарной помощи, получение микрокредитов, получение жилья, осуществление юридических консультаций, установка "горячих линий"19. Зачастую миграция порождает различные проблемы в семьях переселенцев, особенно вынужденных. Многие проблемы, которые возникают перед семьей на новом месте, обусловлены в первую очередь экономическими трудностями. «Разрыв налаженных хозяйственных, семейных, экономических связей отражается на уровне жизни ее членов. И в первую очередь с изменением экономического положения семьи, приходится решать такую про блему, как поиск и создание своего экономического базиса»20. Широко распространена ситуация, когда женщины становятся опорой семьи и даже ее главой. Связано это может быть с трагической потерей мужа (смерть или пребывание в плену). Часто, уже получив статус беженца, у мужчин начинается стрессовая декомпенсация в виде бродяжничества, алкоголизма или психосоматических заболеваний, что делает его неспособным отвечать за себя и за членов семьи. Также часто в новой среде приходится пересматривать уже привычные семейные социальные роли. Развод и повторный брак с местным жителем - довольно распространенное явление среди беженок21. Но и при самом благоприятном супружестве на женщине лежит ответственность за удовлетворение потребностей детей, что часто заставляет их обращаться за помощью к людям, настроенным порой враждебно или просто не имеющим возможности оказать помощь. Женщине сложнее найти работу по специальности, чаще она вынуждена заниматься низкоквалифицированным трудом и вести домашнее хозяйство, что для многих является непривычным занятием. К специфическим женским проблемам также относятся: более длительное и эмоциональное «застревание» в прошлом, переживание потерь, растерянность, потерю ориентации, зависимость от семьи, родственников, различных учреждений, призванных обеспечить материальные и социальные компенсации вынужденным переселенцам, слишком многочисленные обязанности, изоляцию, проблемы со здоровьем, особенно связанного с репродуктивными функциями. Стрессовое состояние женщины влияет на детей. На матери в большей степени лежит ответственность за состояние здоровья ребенка, который ощущает на себе напряженность жизни, от которой страдает его семья, однако не знает, как это можно объяснить или выразить. Он может это выразить на своем собственном языке, своим телом, и именно таким образом могут возникать поведенческие проблемы, агрессивность. Изгнание, разрушение нормального образа жизни, отсутствие безопасности – сопутствующие факторы жизни вынужденных мигрантов. Они могут отрицательно сказаться на физическом, умственном, психологическом, культурном и социальном развитии ребенка. Негативное воздействие этих факторов резко усугубляется, когда отчаяние родителей приводит к дурному обращению с ребенком, отказу от него, вызывает семейные ссоры и другие проявления распада семьи, так как жизнь вынужденных мигрантов сопряжена с постоянными лишениями и это положение, как правило, является мучительным для взрослых. При исследовании проблемы адаптации детей-мигрантов и их семей в инокультурной среде видится целесообразным вычленение структурных компонентов миграции, определяющих место ребенка-мигранта в социальной и образовательной политике региона: «социальный статус родителей: мигранты, занимающие достаточно высокое положение, и те, у кого социальный статус ниже;

национальная принадлежность: мигранты доминирующего этноса и представители других народов, а также мигранты этнически близких и различных общностей;

причины, побудившие переменить место жительства: мигранты, уезжающие из-за межнациональной напряженности и те, кто уезжает по экономическим или иным причинам;

способ реализации миграции: организованная и неорганизованная;

индивидуальная, самостоятельная и т. д.»22. Дети вынужденных переселенцев находятся в особо трудных условиях: ребенок отличен от среды своего нового местонахождения своей культурой;

он является, как правило, выходцем из малообеспеченных слоев общества, социально незащищен, не знает или плохо знает язык школьной системы, а также психологию, на которую язык опирается. Все это существенно затруд няет процессы его обучения и воспитания, социализации и адаптации и требует педагогической помощи и поддержки, основанной на изучении тех процессов, которые происходят с личностью в условиях нарушенной укорененности. Социометрический статус в подростковом возрасте обычно зависит от совпадения ценностей личности и коллектива, наличия качеств, ценимых коллективом сверстников, адекватной самооценки, а также от внешнего облика, манеры поведения, коммуникабельности и т.д. Подростки-мигранты, приехавшие в новый социум, имеют нередко отличные от других привычки, они воспитывались в других традициях, у них, как правило, совершенно иной менталитет. «При этом часто они бывают парааутичны (отгорожены) от мира, невротизированы, закомплексованы, т.к. многие из них до переезда в новый социум находились в дистрессовой ситуации. Все эти качества могут обусловить попадание подростков-мигрантов в число отверженных, а это автоматически влечет за собой дезадаптацию»23. Степень адаптационных возможностей мигрантов определяется выраженностью «культурного шока» у учащихся-мигрантов, их индивидуальноличностными особенностями, условиями адаптации, готовностью к переменам, знанием языка, культуры, условий жизни;

сходством и различиями между культурами и т. д. Школа, принявшая мигрантов, беженцев, вынужденных переселенцев, должна быть готова к проявлению в их среде агрессии, отклоняющегося поведения, и, в этой связи, она должна помочь снять «шок перехода» в новую культурную среду, адаптировать детей к изменившимся условиям жизни, образования, социального окружения. Профилактическая работа с семьями мигрантов может включать в себя три основных компонента: 1) Восстановление психологически нормального состояния. Первоочередная задача профилактики восстановление нормального состоя ния, или иными словами, оказание помощи семье для возврата к нормальной, по возможности, жизни. 2) Предсказуемость. Детям вынужденных мигрантов необходима упорядоченная, предсказуемая жизнь. Когда она стабилизируется, когда ребенок уверен, что все хорошее – еда, школа, игры – ему обеспечено, это ощущение нормальной жизни является залогом психологического благополучия. 3) Помощь семье в поисках долгосрочных решений и создание нормальных условий жизни – самый важный вклад в обеспечение психосоциального благополучия семьи. Социальный работник должен давать точную информацию не только взрослым членам семьи, но и детям об их положении, правах, обязанностях и возможностях для решения существующих проблем24. Проводится также и другая работа. Так, в рамках федеральной целевой программы "Дети семей беженцев и вынужденных переселенцев" в составе президентской программы "Дети России" специалистами Центра им. В.П. Сербского оказывалась комплексная медико-психологическая лечебная и реабилитационная помощь в Ставропольском крае25. Показано, что при отсутствии социально-психиологческой помощи пострадавшим детям у них фиксируются посттравматические стрессовые расстройства с утратой интересов и навыков к обучению. Ведущими формами нарушения социализации в этих случаях становятся безнадзорность с высоким риском бродяжничества, попрошайничества и совершения противоправных действий. Большую тревогу вызывает также тот факт, что из семей беженцев все более увеличивающееся число детей не может адаптироваться к обучению в обычной образовательной среде. Таким образом, процесс социо-культурной адаптации мигрантов является одной из важнейших составляющих миграционного процесса в целом. Он не зависит от существующего политического строя и проводимой экономической политики, однако, испытывает непосредственное воздействие различных факторов и причин миграций. Адаптационный процесс проходит в условиях взаимодействия переселенцев с принимающей стороной на трех уровнях: государства, общества и семьи. Поэтому от его успешности зависит политическая, социальная и культурная обстановка в крае. Скорейшая интеграция мигрантов в принимающее сообщество необходима не только самому сообществу, но и различным категориям мигрантов. Особенно остро проблема адаптации стоит для беженцев и вынужденных переселенцев, адаптация которых осложняется наличием пережитого травматического опыта. Успешность адаптации мигрантов в принимающем обществе не возможна без активного сотрудничества всех его субъектов: властных структур, общественных организаций и различных слоев населения края.

3.2. Национально-культурное взаимодействие мигрантов с местным населением. Этнические миграции являются одной из основных составляющих всех миграционных процессов, протекающих в Ставропольском крае. Специфика этносферы Ставрополья, по мнению ученых, состоит в том, что: • в сравнении с русским населением все иные этнические группы являются этническими меньшинствами;

• этнические меньшинства делятся на коренные и переселенческие (диаспоры или, как мы их называем - этнокультурные анклавы);

• переселенческие этнические меньшинства делятся на внешние диаспоры (имеющие соответствующее государственное образование за пределами РФ или не имеющие таковых) и внутренние диаспоры (имеющие государственное образование в составе РФ);

• внутренние диаспоры располагаются в непосредственной близости к соответствующему субъекту РФ - национальной северокавказской республике;

• этнические меньшинства доминируют или преобладают во многих населенных пунктах1. Основной проблемой этнической миграции является то, что человеку одной национальной культуры трудно понять восприятие действительности, характерное для принимающей его страны. Перед ним встают проблемы межкультурной коммуникации, которая подразумевает под собой межличностное общение представителей разных культур, а также различные культурные контакты. «В процессе межличностного общения представителей различных культур происходит обогащение национального самосознания. Из более развитых обществ в менее развитые проникают элементы культуры, которые могут содействовать сокращению исторического пути народов в процессе культурных контактов»2. Однако не всегда культурные контакты бывают положительными.

С. Бочнер в 1982 году выделил четыре категории, которые в настоящее время широко используются для понимания последствий межкультурных контактов, а также для описания стратегий межкультурного взаимодействия мигрантов: 1) Интеграция – аккомодация собственных культурных норм и ценностей и ценностей принимающего общества. Интеграция возникает, когда различные группы сохраняют культурную идентичность, оказываясь в то же время включенными в некую поликультурную группу. 2) Ассимиляция – отказ от собственных культурных норм и ценностей и добровольное или вынужденное принятие норм и ценностей другой культуры вплоть до полного в ней растворения. Данный процесс может наблюдаться как внутри общества, так и между обществами. При этом ассимиляционная политика и практика по отношению к меньшинствам носят расистский характер. В процессе ассимиляции мигрант ориентирован на идентификацию с новой культурой, на освоение новых культурных ценностей. Здесь возможны два варианта – поглощение доминантной группой группы меньшинства или формирование нового культурного варианта, содержащего в себе элементы двух исходных культур. Иммигранты, прибывающие на постоянное место жительства, более склонны к ассимиляции, чем временно пребывающие в стране. Экономические мигранты, или люди, мигрирующие с целью получения образования, ассимилируются гораздо дольше и с большими трудностями. 3) Сегрегация – раздельное существование и развитие культурных групп. Внутри общества толчок к сегрегации исходит ли бо от доминантного большинства, стремящегося к устранению групп меньшинств, либо от самих меньшинств, которые могут активно требовать независимого положения, сохранения культуры, специальных школ и земельных владений, основанных на этнических притязаниях, территориальной резервации и т.п. На государственном уровне при сегрегации осуществляется политика, цель которой – изоляция обществ друг от друга. Поэтому такие страны используют практику, нацеленную на сдерживание въезда нежелательных лиц, ограничение информации и влияний других стран, а также создают препятствия для своих граждан в путешествиях за границу, чтобы предохранить их от «заражения» крамольными иностранными идеями. 4) Геноцид – намеренное уничтожение другой группы. На основе выделенных категорий Бочнер предложил четыре стратегии адаптации к новой культуре: 1) 2) «посредничество»: «посредники» синтезируют особенности двух культур;

такая стратегия соответствует процессу интеграции;

«переход»: «перебежчики» практически переходят в другую культуру, изменяя своей собственной;

такая стратегия характерна для процесса ассимиляции;

3) «маргинальный синдром»: «маргиналы» остаются на границы двух культур, переживая в результате этого тяжелые внутриличностные конфликты;

маргинализация редко является результатом свободного выбора индивидов, чаще мигранты становятся маргиналами в результате попыток насильственной ассимиляции в сочетании с политикой сегрегации со стороны большинства;

эта стратегия характерна для процесса сегрегации;

4) «шовинизм»: «шовинисты», или «националисты», отрицают принимающую культуру3.

Один из видов стресса, который испытывает этнический мигрант на новом месте, является так называемый «стресс аккультурации». По мнению В.Г. Бабакова, под аккультурацией в современном обществе понимаются «такие социокультурные процессы, в результате которых представители того или иного народа, утратив свою традиционную этническую культуру и родной язык, так и не приобщаются к какой-либо другой национальной культуре, к ее ценностям»4. В качестве проявлений стресса аккультурации большинство исследователей называют социальную дезориентацию и личностный кризис. Привычный социальный порядок и культурные нормы утеряны, и человек легко может растеряться в измененной ситуации. «Как показывают социологические исследования, мигранты зачастую не получают возможности для реализации своих этнокультурных запросов, особенно в сфере образования, общения, народного творчества, а также для создания очагов национальной культуры, использования средств массовой информации, свободного выбора вероисповедания. Эти объективные обстоятельства способствуют разрушению этнокультурных традиций, обуславливают стрессовые ситуации в сознании мигрантов на индивидуальном и групповом уровнях»5. Важно учитывать, что стресс аккультурации зачастую накладывается на предшествующий травматический опыт мигрантов, что приводит к их взаимному усилению. В качестве травматических признаются любые ситуации, в которых человек участвовал непосредственно как свидетель, если они были связаны с восприятием смерти или ее реальной угрозы, тяжелых травм и страданий других людей (или своих собственных), испытывая при этом ужас или чувство беспомощности. Это одна из основных причин повсеместности посттравматического симптома среди беженцев и вынужденных пере селенцев. И если в силу происшедшего возникают новые культурные правила или нормы поведения, то человек должен приспособиться или остаться чужаком6. Самой адекватной стратегией аккультурации мигрантов признается стратегия интеграции. Однако ее успешность зависит не только от установок и личного выбора самих мигрантов. Стратегия интеграции может быть реализована лишь при условии открытости и признания со стороны группы большинства по отношению к людям другой расы, национальности, культуры. При этом мигрантам необходимо приспособиться к основным ценностям общества, а общество должно, в свою очередь, приспособить свои социальные институты к потребностям групп меньшинства. На практике этот процесс проходит крайне болезненно для мигрантов и чреват возникновением непростых экономических, социальных и психологических проблем для принимающего населения. Поэтому в комплексе проблем, характерных для мигрантов, важное место занимают психологические последствия депривации и изоляции. Социальная депривация определяется как недостаточность контактов с окружающей средой, влияющая на психическое состояние человека и определяющая нарушение уже сложившихся механизмов социальной адаптации, которые могут привести к депрессии, тяжелым неврозам и психозам. Исследования показывают, что психологические проблемы, обусловленные депривацией и изоляцией, в большей степени характерны для мигрантов, проживающих в компактных поселениях7. В то же время необходимо отметить, что в поликультурных регионах, в которых этническая мозаичность общества – его важная характеристика, и где у людей развивается высокая чувствительность к их собственной и чужой культурной принадлежности, адаптация мигрантов, как правило, проходит менее болезненно. Однако надо заметить, что во второй половине ХХ века на Ставрополье отмечался ряд факторов, в разной степени препятствующих успешной адаптации этнических мигрантов. В советский период таким фактором было возвращение депортированных народов в места их бывшего расселения, уже занятые людьми других национальностей. Результатом чего стали конфликты, например, между карачаевцами и черкесами, русскими и калмыками и т.д.8 После распада Советского Союза таким фактором стали массовые этнические миграции, вызванные войной в Чечне, националистическими и сепаратистскими движениями. Центральной зависимой переменной в любом исследовании влияний второй культуры является изменение в этнической идентичности человека. Индивиды, подверженные мультикультурным влияниям, могут либо стать «мультикультурными», либо противостоять этому. «Идентичность не только изменчива - она зависит от конкретной социально-политической ситуации, от отношений с другими культурными (этническими) группами»9. Она складывается в результате противопоставления “мы” - “они”, “свои” - “чужие”. Идентичность всегда многообразна. Каждый человек отождествляет себя с людьми своего пола, своей профессии, уроженцами своей местности или города и т.д. Этническая или этнотерриториальная идентичность - лишь один из видов иерархически соподчиненных идентичностей, причем не самый главный. Происходят изменения и в этническом самосознании. Содержание понятия «этническое самосознание» часто редуцируется до осознания индивидом принадлежности к определенной общности, в данном случае – к идентификации с определенным этносом. Но как справедливо отмечает Ю.В. Бромлей, этническое самосознание нельзя сводить лишь к осознанию этнической принадлежности, оно «...содержит также представления о типичных чертах «своей» общности: ее свойствах и достижениях как целого. С этими пред ставлениями теснейшим образом сопряжено осознание этнических интересов»10. В понятие «этническое самосознание» включено не только самоопределение (идентификация), но и представления о характерных чертах своего народа (этнические автостереотипы), о его происхождении, историческом прошлом, о языке, культуре, включая традиции, нормы поведения, обычаи, художественное творчество. Кроме того, существуют представления о территории проживания этноса, о его государственности, которые входят в структуру национального самосознания. Все эти компоненты эмоционально окрашены и тесно переплетены между собой и с понятиями «национальных интересов». Национальное самосознание является неотъемлемой чертой национального сознания – вида общественного сознания, в котором отражается национально-этническая жизнь общества. Национальное сознание – это «система теоретических и житейских взглядов на природу национального, на сущность сложившихся в обществе этнических процессов»11. На теоретическом уровне оно представлено в виде учений, теорий, политических доктрин, а на житейском – в виде массовых эмоций, настроений, мифов, анекдотов. Необходимо разделять понятия этнической и национальной идентичности. Для этнической идентичности можно выделить следующие критерии:

• • "почва" (биосфера, вмещающий ландшафт и кормящая экосистема);

"кровь" (антропологические или генетически наследуемые признаки: язык (как "дом бытия", средство осмысления и выражения смысломенталитет (стереотипы поведения, реагирования, нравы, доминихудожественная культура (праздники, искусство: фольклор, литера цвет волос, форма носа, разрез глаз и др.;

• вой, ценностной картины мира);

• рующий психологический тип, темперамент и пр.);

• тура, танец и музыка);

• • быт (особенности одежды, кухни, оформления жилища);

мифология (главное в этноидентичности - система ценностей и на дежд). Национальная идентичность формируется по сходным критериям, связанным с истолкованием нации как народа, осознавшего свою идентичность и защищающего ее с помощью государства:

• • • • • • территория с определенными границами;

суверенитет, легитимность, признание нации высшей ценностью;

единое культурное пространство и язык;

национальная идея об исторической судьбе и предназначении нации;

дух нации, самосознание и самоуважение, менталитет и религия;

традиции культуры, праздники и профессиональное искусство;

символы государства: флаг, герб, гимн. «В Советском Союзе уже второе послевоенное поколение осознало уникальность истории собственного народа и воспринимало ее не как пережиток, а как ценность. Таким образом, прослеживается общая тенденция, называемая политологами «реваншем специфики над общим», т.е. доминирование малой этнической традиции над общенациональной культурой, локализма над центризмом, преобладание центробежной ориентации в культуре и политике над центростремительной»12. Таким образом, очевидно, что этническая и национальная принадлежности по-прежнему являются одними из сильнейших, наиболее стойких и легитимированных индикаторов различий между людьми, в силу целого ряда причин. Во-первых, индивиду крайне сложно сменить соответствующие этнические признаки (язык, групповую солидарность, общую систему ценностей и т.д.). Во-вторых, на основе этих признаков человека легко могут атрибутировать посторонние, что облегчает для него поиск референтной группы. В-третьих, национальная картина мира в сознании человека имеет глубоко личностную, интимную природу. Этничность дает ощущение психологической безопасности, принадлежности к большой и устойчивой социальной общности. В социально дезорганизованном и атомизированном обществе, каковым является любое переходное общество, индивид нуждается в средствах психологической защиты, в кажущихся естественными этнических узах. Объединяя людей, этничность оставляет им ощущение свободы, так как соображения «национального здравого смысла» зачастую не осознаются и не вызывают рационального сопротивления. Крушение политического режима и плановой экономики в бывших социалистических странах выдвинуло на передний план общность языка и культуры как главный интегрирующий фактор. Этническое самосознание определяется как «система представлений и оценок объектов этнического мира, в результате чего индивид осознает себя субъектом своего этноса. В результате экспериментальных исследований было выявлено, что в своем становлении этническое самосознание проходит два уровня – типологический, на котором формируется представление о своей этнической общности и идентификационный, на котором собственно и формируется этническое самосознание»13. Важнейшим идентифицирующим признаком этноса является язык, с которым непосредственно связано этническое самосознание. «Отказ от своего языка – это «коллективное самоубийство». Исчезновение языка – это первый шаг к исчезновению этноса»14. Именно язык отражает национальные особенности мышления. Таким образом, при решении проблемы адаптации мигрантов, первоочередной задачей необходимо поставить обучение языку принимающей стороны, а затем, через язык, помочь мигрантам проникнуть в вариант мышления, характерный для данной национальной культуры15. Нарастание межнациональных противоречий на Ставрополье объек тивно ведет к формированию в массовом сознании негативных этнических стереотипов, которые вызывают в ряде случаев установку на участие в конфликтах16. И.С. Кон определяет этнический стереотип как представления о своем собственном или чужих народах, которые не просто суммируют определенные сведения, но и выражают эмоциональное отношение к объекту17. Массовые опросы 90-х годов ХХ века фиксировали высокую степень мигрантофобии, которая основывалась, прежде всего, на национальных предубеждениях. Низкий уровень толерантности и отсутствие соответствующего социального опыта являются одними из главных препятствий на пути решения проблем этнической миграции18. Современные этнические стереотипы во многом сложились под воздействием деформации политической и экономической системы. По мнению ряда ученых, они как бы выполняют функции психологической защиты личности19. Противоречия между коренным и приезжим населением в сфере культуры имеют два аспекта. С одной стороны, возникает реакция неприятия у местного населения, если мигранты не обладают достаточной культурой межнационального общения, не уважают его обычаи и традиции, замыкаются в своих сообществах, не изучают языка коренной национальности, жалуются на дискриминацию. Кроме того, «при конкретных исследованиях выявляется острая реакция местного населения на то, что немалую часть приезжих составляют люди, поведение которых близко к антисоциальному - "летуны", "бичи", "бомжи" и т.д. Нередко именно по ним коренное население судит о народах, с которыми оно прежде не имело непосредственных контактов»20. Такое отношение в свою очередь порождает негативную реакцию со стороны этнических мигрантов. В процессе национально-культурного взаимодействия мигрантов с местным населением особая роль принадлежит диаспорам Ставропольского края. Для выяснения сущности диаспоры необходимо рассмотреть этот фе номен в трех аспектах: этимологическом, терминологическом и понятийном. Первый аспект предполагает, что под древнегреческим словом «диаспора» понимается просто «рассеяние». Второй аспект отражает употребление ее для выражения определенного состояния этнической общности или какоголибо иного образования, акцентируя при этом внимание лишь на одном признаке их бытия – оторванности и рассеянности частей этноса от основного его ядра. Третий аспект связан с изменениями, обусловившими трансформацию диаспоры из «слова», «термина» в категорию «понятие»21. По мнению М.А. Аствацатуровой, под термином «диаспора» понимается устойчивая совокупность людей единого этнического происхождения, живущая вне пределов своего национально-административного (государственного) образования и имеющая институты для функционирования и развития в рамках данной этнической культуры22. Несколько другое определение термину дал Мильтон Эсман: «Диаспора – возникшее в результате миграции этническое меньшинство, сохраняющее связь со страной происхождения. Причем это общение носит эмоциональный или основывающийся на материальных факторах характер»23. С точки зрения Г. Шеффера, диаспоры образовались путем насильственной или добровольной миграции этнических групп за пределы своей исторической родины. Они живут в принимающих странах на положении меньшинства, сохраняют свою этническую или этнорелигиозную идентичность и общинную солидарность24. Схожую дефиницию дают Ж. Т. Тощенко и Т. И. Чаптыкова: "Диаспора - это устойчивая совокупность людей единого этнического происхождения, живущая за пределами своей исторической родины (вне ареала расселения своего народа) и имеющая социальные институты для развития и функционирования данной общности"25. Генезис понятия «диаспора» неразрывно связан с глобальными явлениями, происходившими на постсоветском пространстве в результате распа да СССР. Именно отражение противоречивых процессов реальной жизни – сложных проблем социально-экономического, политического, гражданскоправового, этнополитического, конфессионального характера – является одним из краеугольных составляющих исследуемого понятия. В данном контексте диаспора предстает не просто в виде символа, олицетворяющего линейное, одномерное состояние этнической общности, как это было раньше, а объемным феноменом, отражающим богатство и многообразие бытия, свойств и явлений сложных современных процессов. В современных межэтнических отношениях отчетливо обозначается фактор диаспор, которые стремятся быть или ощущать себя полноправными участниками этнокультурного и этнополитического процессов. Современные российские диаспоры обладают рядом следующих признаков: 1. Они переживают такие изменения во времени и пространстве, как этническая миграция, поиск новых мест расселения, освоение нового этнокультурного ландшафта;

2. Используют такие культурные и политические ресурсы переходного периода, как новая иерархия народов и этнических групп, новая конкуренция, новые роли и задачи;

3. Стремятся к примирению таких прошлых и настоящих этнокультурных и этнополитических реалий, как этническая дистанция и локализация, межэтническая интеграция и политизация этнической жизни26. Достижение временной и пространственной тождественности индивидуальных и групповых этнических представлений является важнейшим условием внутренней и внешней гармонии диаспоры. «В ответ на историкополитические вызовы времени диаспора способна предложить как примордиальную стационарность, так и конструктивистскую динамику. Постоянство и изменчивость этничности – одна из загадок сущностного и функцио нального аспектов диаспорного бытия»27. Проживая вдали от материнского этноса, имея (или не имея вовсе) соответствующее государство, переселенческое меньшинство, с одной стороны, призвано поддерживать этническую дистанцию, а с другой, должно заботиться о наибольшей интеграции в окружающий социум. Важнейшими признаками культурной целостности и социальной состоятельности диаспоры выступают:

- стремление к саморазвитию и самоорганизации этнопрофессиональной, этноконфессиональной и этнокультурной жизни;

- тяготение к установлению прочных внутренних связей, созданию организационных структур (вертикальных и горизонтальных);

- способность к институализации, структурированию и надтерриториальному самоуправлению;

- тенденция к повышению социальной активности, к агрегированию и артикуляции социальных и политических интересов, стремление патронировать членов общины;

- стремление к установлению прочных связей на территории проживания с органами государственной власти и местного самоуправления, с другими этническими сообществами и их национально-культурными объединениями, с иными общественными объединениями и движениями;

- стремление к развитию и упрочению связей с исторической родиной, соответствующим государством, одноименными диаспорами как субъектами международного сообщества. Феномен диаспоры зиждется, в первую очередь, на культурной самобытности, которая обеспечивает жизнеспособность этнического организма. Отрыв от исторической родины искупается особой "этнической ревностью", акцентированным стремлением к сохранению национальной культуры, содействием ее развитию, устойчивостью к ассимиляции. Очевидно, что не каждая этническая группа выступает в роли диаспоры, и что диаспора является определенной стадией развития этнического сообщества, которая отличается следующими показателями: четкое агрегирование и артикулирование этнокультурных интересов;

высокий уровень сплоченности и консолидации;

эффективные организационные формы существования;

действенная социальная защита своих членов;

активная самоорганизация и самоуправление;

полноправное вхождение в систему вертикальных и горизонтальных внутри- и межнациональных связей;

постепенное складывание этноэлит. Основой существования и эволюции диаспоры выступает коллективная этнокультурная идентичность, с одной стороны, и гармоничное включение в интернациональный культурный процесс — с другой. Важнейшим срезом внутридиаспорной коммуникации выступают связи между этнической группой и этническими мигрантами, переселенцами новейшей волны, которые в ускоренном и чрезвычайном порядке пополняют диаспоры. Мощный миграционный приток этнических сородичей выводит этнические группы из состояния равновесия, привносит хаос в сложившиеся связи, а также испытывает на прочность культурную общность диаспоры. Сложившиеся социокультурные идеологемы, обеспечивающие эффективную эволюцию ставропольских диаспор (приверженность российским государственным приоритетам, уважение и симпатии к русским, к автохтонным северокавказским народам, этнокультурная и религиозная терпимость), не представляют ценности для "пришельцев". Их культурные нормативы и проявления подчас вызывают недоумение и неприятие не только у основного этноса края, но и у этнических сородичей — старожилов Ставрополья. Многоуровневая внутридиаспорная коммуникация, в связи с этнической миграцией, отмечена локализмом, который создает новые уровни внутриэтнических привязанностей: первый — общая групповая внутриэтническая комплиментарность;

второй — локальная внутриэтническая комплиментарность на основе общности исторических мест происхождения;

третий — локальная внутриэтническая комплиментарность на основе общности мест исхода. В целом внутренние связи диаспор приобретают новое содержание и требуют от этнических сообществ и их национально-культурных объединений нового уровня организации, современных приемов общения. На Ставрополье функционируют сложившиеся в различные исторические периоды диаспоры (в частности армянская и греческая), пополнение которых продолжается. Их деятельность сильно активизировалась в конце 80-х начале 90-х годов ХХ века. Однако, не смотря на отсутствие юридически оформленных национально-культурных обществ, нельзя говорить о полном их отсутствии в советский период исследуемого хронологического промежутка. Так, например, достаточно активно пытались поддерживать свои национальные традиции еврейские общины Ставропольского края, особенно в городах Кавказских Минеральных Вод28. То же наблюдалось у армян, немцев, карачаевцев, азербайджанцев, поляков и др.29 Однако, подобные стремления к сохранению этнокультурных и конфессиональных традиций достаточно жестко ограничивались государством. Одной из наиболее активно действующих диаспор на Ставрополье на современном этапе является армянская, сформировавшаяся еще в 18-19 вв. Новая волна массовой миграции армян на территорию края связана с событиями конца XX в. После Спитакского землетрясения (декабрь 1988 г.) в Ставрополье хлынули армяне из Армении;

после погромов в Сумгаите и Баку (1989 - 1990 гг.) - из Азербайджана;

после начала чеченской войны и исламизации республики - из Чечни. Переселение основной части армян из Азербайджана приходится на 1988-1993 год, а из Армении с 1922 по 1994 год. Основная причина перемены места жительства этнические проблемы и вооруженные конфликты - 53%. Преимущественно эти семьи прибыли из Азербайджана и Средней Азии. Прибывшие из Армении основной причиной на зывали тяжелое материальное положение 61.4%. За последний период в связи с формирование новой федерации, а также в связи с интенсивным миграционным притоком армяне стали по численности вторым после русских народом края и составили на 1.01.2000г. 4% среди других этносов и этнических групп. При этом в отдельных районах и населенных пунктах доля армян в населении колеблется от 4 до 10% (Пятигорск, Кисловодск, Георгиевск, Буденновск, и др.). Уникальным этническим образованием является армянская диаспора с. Эдиссия Курского района, отличающаяся этнокультурной и этнолингвистической спецификой. Активное пополнение и укоренение диаспоры - сложный и неоднозначный процесс, как для принимающего социума, так и для самой переселенческой этнической группы. Этот процесс отмечен сложностями формирования новых отношений между:

• • • основным этносом - русскими и диаспорой;

субэтносом русского народа - казачеством и диаспорой;

диаспорой - другими этническими группами (в частности, азерразличными группами внутри диаспоры, отличающимися по пе байджанской);

• риоду и региону исхода. Несмотря на очевидные сложности, армянская диаспора Ставрополья в последние 10 лет стремится к консолидации, внутреннему структурированию, повышению социальной активности. В крае формируются национальнокультурные объединения армян, которые успешно функционируют в Ставрополе, Буденновске, городах Кавказских Минеральных Вод, населенных пунктах Предгорного, Благодарненского, Шпаковского, Изобильненского и других районов. Многие общины создали национально-культурные автономии как надтерриториальные формы самоорганизации и самоуправления этнической жизни. В крае действует Ассоциация общественных армянских ор ганизаций Ставропольского края, а также открыто представительство мэрии Еревана Республики Армения в Ставропольском крае. Кроме того, в регионе действует 5 местных отделений «Союза армян России». Деятельность армянских национально-культурных организаций разнообразна и имеет несколько основных направлений:

• этнокультурное: сохранение этнической культуры, историческоэтноконфессиональное: обустройство религиозных интересов, просветительско-воспитательное - обеспечение интересов молосоциально-правовое - оказание помощи в решении социальных го сознания, языка, традиций;

• укрепление религиозных общин;

строительство храмов;

• дежи, организация досуга, культурно-спортивных мероприятий;

• вопросов (прежде всего, мигрантам новой волны), патронирование социально незащищенных слоев. Благодаря этой деятельности армянской диаспоры, в крае работают воскресные школы, а также другие армянские культурные и образовательные проекты. Выпускается несколько армянских изданий – газета «Наири», «Арагил», «Пятигорский армянский вестник», приложение к газете журналдайджест «Армянский курьер», газета «Арменпресс», «Ставроармпресс». В крае действуют шесть армянских церквей – церковь «Сурб Хач» в г. Буденновск, «Сурб Геворг» в г. Георгиевск, «Сурб Вардан» в г. Кисловодск, «Сурб Саргис» в Пятигорске, «Сурб Аствацацин» в с. Эдиссея и, наконец, церковь «Святой Марии Магдалены» в Ставрополе30. За последние пять лет активизировались связи диаспоры с Арменией в рамках программы "Диаспора", которая реализуется республикой совместно с армянскими общинами, проживающими вне Армении31. Стоит подчеркнуть, что сегодняшний этап в развитии ставропольской армянской диаспоры достаточно благоприятный, что связано с определен ными тенденциями урегулирования отношений между Арменией и Азербайджаном, а также с уменьшением общей конфликтогенности в СевероКавказском регионе. Сегодня армянская диаспора Ставрополья нацелена на укрепление своих экономических и социальных позиций, на эффективное взаимодействие с русским и другими народами края, на перспективное сотрудничество с органами государственной власти и местного самоуправления. Также многочисленной является греческая диаспора Ставропольского края. В начале 80-х годов греческая диаспора решила возродить курсы по изучению греческого языка. Все организационные работы по проведению курсов греческого языка взял на себя Н.К. Мацукатидис. Вскоре начались первые занятия, слушателями которых стали 30 человек. Но 13 сентября 1981 года горком партии заявил о том, что дальнейшее изучение греческого языка невозможно. Спустя 10 лет, уже в начале 90-х годов, греки Ставрополя, объединившись, учредили общественную организацию «Анагенниси». Позднее была создана педагогическая организация «Аристотелис», председателем которой и стал Мацукатидис. Организация семинаров, конференций, изучение языка, песен и танцев, поездки в Грецию явились основными задачами членов ассоциации. В 1999 году общество греков перерегистрировалось в Ставропольскую городскую греческую национально-культурную автономию. Но самым главным стало создание в Ставрополе единственной в своем роде воскресной греческой школы, которая с 01.01.1994 года приобрела статус государственной. По окончании школы ее выпускники получают специальный документ – удостоверение. Греческая школа принимает активное участие в праздновании дней города и края, в различных фестивалях: «Дети Кавказа за мир на Кавказе», «Год языков Европы». В школе учатся дети разных национальностей, все, кого не оставляет равнодушными история как Древней, так и современной Греции, ее язык и культура. В 2000 г. учащиеся школы приняли участие в художественной выставке «Экология окружающей среды», походившей в городе Салоники, куда были направлены 75 работ, 54 из которых были отмечены почетными грамотами. В школе отмечаются все праздники Греции: «День ОХИ», 25 марта – День независимости Греции, Рождество, Пасха. В настоящее время в школе обучаются 269 учащихся. Преподавательский коллектив школы – это учителя, которые повышают свою квалификацию как в Греции, так и на семинарах, проходящих в школе под началом представителя Министерства образования Греции – Янниса Гайдардзиса. 19-23 сентября 2001 г. на базе греческой школы г. Ставрополя проходил семинар учителей новогреческого языка Юга России, организованный центром «Маври Фаласса» (г. Салоники). Правительство Греции регулярно оказывает помощь школе – присылаются учебники, детей приглашают на летний отдых, на фестивали. Параллельно предусматривалось обучение понтийским песням и танцам. В 1991 году был создан хореографический ансамбль, репертуар которого основан на понтийском фольклоре. Сразу родилось и название «Понтиакос». Первым художественным руководителем стал Отари Туршиев, затем передавший руководство коллективом Николаю Металиди. Концертмейстером все эти годы является Иван Шаманиди – самобытный музыкант и исполнитель песен народов мира. В 1993 году ансамбль меняет свое название на новое – «Элефтерия». За большую работу по изучению и популяризации средствами искусства понтийского фольклора, ему присваивается звание народного. В репертуаре ансамбля греческие народные танцы «Кочари», «Лечина», «Тромахтон», «Сера», и др. Ежегодно коллектив принимает участие в праздновании не только краевых дней греческой культуры, но и выступает с творческими отчетами перед населением г. Ставрополя. В школе сегодня кроме языка, изучаются история и география Греции, созданы хореографические коллективы, детский хор, театральная группа, занявшая 3-е место на III Международном фестивале театральных коллективов в Греции32. Летом 1990 года образовалась инициативная группа по учреждению греческого общества в городе Пятигорске. Отношение властей к созданию общества греков было двойственным. Полностью признавая право жителей города греческой национальности на объединение для решения своих проблем, они вместе с тем не хотели видеть причин, толкающих на создание греческого общества. В 1991 году Пятигорское общество греков "ЭТНОС" вошло в состав учредителей Всесоюзного Объединения греков. После развала СССР, в 1992 году было создано Объединение греческих общин России в числе его первых учредителей было и Пятигорское общество греков "ЭТНОС". В октябре 1995 года, когда членами общества стало большинство греков г. Пятигорска, на очередном собрании было принято решение о переименовании общества в Общину греков города Пятигорска, а также были внесены изменения и дополнения в Устав организации, выбран новый состав Совета и его председатель33. Польская диаспора Ставропольского края немногочисленна, однако, отличается выраженной этнической идентичностью и вполне определенными этнокультурными привязанностями. В ходе оживления этнополитических процессов с начала 90-х гг. польская диаспора стремится к самоорганизации, структурированию и самоуправлению. В 1991 г. община поляков на КМВ сформировала национально-культурную общественную организацию Союз поляков на КМВ. Устав Союза поляков, разработанный на основе устава московской организации "Дом польский", подчеркивает добровольный и демократический характер организации. Союз объединяет граждан польской на циональности, потомков поляков и лиц других национальностей, проявляющих интерес к изучению и развитию польской культуры. Цели и основные направления деятельности НКО включают:

• развитие национального самосознания российских граждан польразвитие польских национальных традиций, укрепление связей ского происхождения, сохранение и развитие польского языка и культуры;

• поляков и лиц польского происхождения с Республикой Польша, с польскими обществами за рубежом;

• создание условий для активного участия граждан польского про исхождения в общественно-политической, социально-экономической и культурной жизни общества. Союз поляков на КМВ организует туристические и ознакомительные поездки в Польшу, осуществляет обмен с польскими обществами, культурными центрами и отдельными гражданами информационными материалами. Также осуществляется отправка детей в летние лагеря в Польше, молодежи для обучения в учебных заведениях исторической родины. «Интересно, что членство в организации может быть предоставлено как гражданам России, так и иностранным гражданам, проживающим на территории КМВ и разделяющим цели Союза. При этом лица польского происхождения подтверждают свою этническую принадлежность соответствующими документами. В то же время круг обязанностей союза не распространяется на личностные сферы деятельности и не регламентирует мировоззренческую систему. Союз поляков издает ежеквартальную газету "Polonia Kaukaska", в которой публикуются материалы на русском и польском языках»34. Таким образом, диаспоры, принимающие переселенцев, пытаются создать условия для успешной их адаптации. Деятельность диаспор заключается в поиске организационных форм существования, стремясь к более эффектив ному обеспечению национальных интересов своих членов, а также к активному участию в современных этнополитических отношениях, оказанию помощи переселенцам. Национальные образования заинтересованы в том, чтобы мигранты сумели с наименьшими потерями адаптироваться, учитывая интересы представителей окружающих этносов. Становление и упрочение культуры межнационального общения проходит в недрах неоднозначных российских этнополитических реалий: развитие асимметричного и этнического федерализма;

повышение уровня суверенитета субъектов РФ и статуса этносов;

распространение института национально-культурной автономии;

обеспечение реабилитации репрессированных народов и этнических групп;

возрождение и развитие национальных культур35. Крайне опасными и провоцирующими диаспору обстоятельствами являются межэтнические конфликты, в которые вовлечены материнские этносы переселенческих этнических групп. Ситуация этнического конфликта между материнскими этносами ставит под сомнение конструктивный диалог между диаспорами, вопреки традиции мирного сожительства (армяне и азербайджанцы, грузины и осетины, чеченцы и представители народов Дагестана, чеченцы и все население края, карачаевцы и черкесы). Межнациональный диалог осложняется также конкуренцией между народами и этническими группами, в которой проявляется разная степень модернизации, адаптации к меняющимся социально-экономическим и политико-правовым условиям (ногайцы и даргинцы, ногайцы и корейцы, армяне и русские, евреи и русские, карачаевцы и русские и т.д.). На фоне этих процессов повышается не только общекультурная, но и социально-политическая значимость диаспоры, ее широкие возможности в налаживании межнационального контакта, в предупреждении межнационального противостояния, в миротворческих процессах. Можно утверждать, что любые социальные инициативы диаспор, вопервых, развивают культуру внутриэтнического общения, а во-вторых, культуру межнационального взаимодействия. Успех такого общения и взаимодействия не может обеспечиваться только традицией и современной этнополитической интуицией народов и этнических групп. Эффективный межкультурный диалог этнических организмов возможен лишь при целенаправленной скоординированной деятельности государственных органов, муниципальных структур и национально-культурных объединений. Концептуальной основой такой деятельности являются «Основные направления национальной и региональной политики Ставропольского края», которые в качестве важнейшего историко-культурного наследия называют «единство и духовную общность представителей многих этносов, проживающих в России, в первую очередь Северного Кавказа и Закавказья», которые сложились благодаря объединяющей роли русского этноса36. Укрепление этого единства является не только наиболее желаемым результатом межкультурного диалога, но и решающим условием поступательного развития диаспор Ставропольского края, как и всей его этносферы в целом. С этой целью в Ставрополе был создан Городской Координационный Совет национально-культурных и казачьих объединений, который является совещательным консультативным органом, обеспечивающим рассмотрение наиболее важных социально-культурных и образовательных аспектов жизнедеятельности диаспор города37. Таким образом, культура мигрантов развивается только на грани культур, в диалоге с другими культурами, «когда одна актуализируется в ответ на вопрос другой, существуя лишь в их взаимных вопрошаниях»38. И здесь огромное значение имеет уровень культуры межнационального общения. Подлинная культура межнационального общения, взаимодействия и сотрудничества народов может возникнуть только на основе раскрытия ду ховно-нравственного потенциала каждой нации, обмена опытом социального и культурного творчества, на основе реализации идеалов свободы, справедливости и равенства. Кроме того, высокий уровень культуры межнационального общения подразумевает этническую толерантность личности. Понятие этнической толерантности многообразно и нет однозначного подхода к его определению и оценке. Тем не менее, в своей основе оно подразумевает терпимое отношение к другим этническим группам, т.е. готовность принимать свою культуру и культуру других такими, какие они есть, несмотря на степень межкультурных различий. В соответствии с Декларацией принципов толерантности, принятой ЮНЕСКО в 1995 году, толерантность определяется как ценность и норма гражданского общества, проявляющаяся в праве быть различными всех индивидов гражданского общества;

обеспечение устойчивой гармонии между различными конфессиями, политическими, этническими и другими социальными группами;

уважении к разнообразию различных мировых культур, цивилизаций и народов;

готовности к пониманию и сотрудничеству с людьми, различающимися по внешности, языку, убеждениям и верованиям. Принципы толерантности как основные права и свободы закреплены в законных актах и провозглашены в международных декларациях. Базовый документ здесь Всеобщая декларация прав человека39, а также Международный пакт о гражданских и политических правах40, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах41. В рамках Совета Европы (СЕ) действует Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод42. Недавно вступил в силу 12-й протокол конвенции, который обязывает ратифицировавшие его государства гарантировать любые права без какой-либо дискриминации и предусматривает механизм наказания в случае невыполнения обязательств. Россия подписала протокол в ноябре 2000 года, но не ратифицировала его и, по мнению правозащитников, вряд ли сделает это в ближайшее время. Недопущение расизма и расовой дискриминации закреплены, прежде всего, в Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации43, Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него44, Декларации о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам45. В Российской Федерации главный документ для широкого определения толерантности - Конституция46. В области расизма и расовой дискриминации основными признаются ст. 136 Уголовного кодекса (Нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина) и 282 (Возбуждение национальной, расовой и религиозной вражды)47. Кроме того, действует Федеральная целевая программа «Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе (2001 – 2005 годы)», задачами которой являются: • разработка эффективных государственных мер и механизмов в области формирования у граждан толерантного сознания и поведения, противодействия экстремизму и снижения социальнопсихологической напряженности в обществе;

• разработка и внедрение методов и механизмов мониторинга, диагностики и прогнозирования социально-политической ситуации в стране, оценки рисков и последствий деструктивных процессов в обществе;

• разработка и реализация системы мер и механизмов формирования в социальной практике норм толерантного сознания и поведения, противодействия экстремизму во всех его проявлениях, в том числе: разработка системы учебных программ для всех ступеней и форм образования;

разработка и реализация эффективных социокультурных технологий распространения норм толерантного пове дения и противодействия различным видам экстремизма, этнофобии и ксенофобии, прежде всего с привлечением средств массовой информации;

разработка методической и нормативной базы в области профилактики экстремизма, развития в социальной практике норм толерантного сознания и поведения;

реализация комплекса мер по налаживанию и повышению эффективности межэтнического и межконфессионального диалога48. Этническая толерантность личности проявляется в различных критических ситуациях межличностного и внутриличностного выбора тогда, когда «выработанные в ином социально-культурном образе жизни этнические стереотипы и нормы решения встающих перед личностью проблем не срабатывают, а новые нормы или стереотипы находятся в процессе своего формирования»49. Она обнаруживается и в известном смысле возникает в проблемноконфликтных ситуациях взаимодействия с представителями других этнических групп. Образование подрастающих поколений, обеспечивая механизм трансляции этнического наследия новым поколениям, призвано, вместе с тем, обеспечить и интеграционные процессы, заложить основы для понимания и общения с другими культурами, нацеливать на умение поддерживать и развивать диалог культур50. Развитие толерантности в образовании должно происходить путем диалога сотрудничества обучающей и обучаемой сторон, гуманизации процесса образования. Необходимо обогатить содержание учебных курсов и программ гуманитарных, социальных и естественнонаучных дисциплин поликультурной тематикой, а так же совершенствовать методы преподавания всех видов дисциплин. Воспитанию толерантности может способствовать внедрение в образование элементов поликультурности. Главным в решении этой проблемы можно считать, прежде всего:

- всестороннее овладение учащимися культурой своего собственного народа, как непременное условие интеграции в иные культуры;

- обучение правам человека и миролюбию;

- у учеников необходимо формировать представление о многообразии культур в России и мире;

- воспитывать положительное отношение к культурным различиям, способствующим прогрессу человечества;

- создание условий для интеграции учащихся в культуры других народов;

- формировать умения и навыки эффективного взаимодействия с представителями различных культур;

- воспитание в духе мира, терпимости, гуманного межнационального общения. Образование призвано обеспечить сочетание интернационального и национального воспитания у детей. Школа должна помочь ребенку лучше и быстрее адаптироваться в инокультурной среде, не забывая в то же время о национальной культуре детей этнических мигрантов. Для этого необходимо обеспечение взаимосвязи социальной, культурной и языковой адаптации;

подготовка учителей, ориентированных на работу с детьми-мигрантами в аспекте овладения ими несколькими языками и культурами, а также создание условий для сохранения ими контактов с родной культурой. В последнем огромную помощь могут оказать национальные школы, открываемые на базе национально-культурных обществ, которые призваны обеспечить погружение детей в национально-этническую среду своего народа. В г. Ставрополе существуют такие школы на базе армянской и греческой диаспор. В них этнокультурное образование выступает дополнительным к основному среднему образованию. Школы обеспечивают всесторонне развитие личности, формируют коммуникативную культуру на родном языке, приобщают к духовным богатствам, культурным ценностям своего народа, развивают национальную и этнокультурную терпимость. Ребенок из семьи этнических мигрантов отличается от среды своего нового местонахождения своей культурой, языком, обычаями, традициями, верованиями;

он не защищен социально и психологически, не получая зачастую поддержки даже от своих родителей, столкнувшихся также с проблемой адаптации в новой культурной среде. В процессе интеграции он рискует потерять собственный язык и культурные особенности своей личности. Все это существенно затрудняет процессы его обучения и воспитания, социализации и адаптации и требует педагогической помощи и поддержки. При этом степень адаптационных возможностей у детей определяется выраженностью «культурного шока», их индивидуально-личностными особенностями, условиями адаптации, знанием языка, культуры, сходством и различиями между культурами и т.д. Поэтому условно детей этнических мигрантов можно разделить на два типа в зависимости от способов адаптации к новым жизненным установкам. Первый тип – дети других национальностей, хорошо владеющие русским языком, с повышенной способностью к социальной адаптации;

доверие к себе у них выражено намного сильнее, чем доверие к социальному миру, который воспринимается как враждебный, однако открытую агрессию проявляют редко. Второй тип – дети других национальностей, недостаточно хорошо владеющие русским языком (выражение недоверия к себе, поиск опоры в учителях). Преодоление национально-культурных противоречий в такой ситуации является первым необходимым условием успешной адаптации детей этнических мигрантов. Прежде всего, оно возможно при овладении национальнокультурными ценностями принимающей стороны, т.е. применительно к Ставрополью, в первую очередь русской, а также других культур. В то же время, помочь ребенку лучше понять чужой национальный характер, нравственно-духовные принципы другого народа, проникнуться уважением к их носителю способны особенность и самобытность культуры родного народа. Сохранение своих культурных традиций, ценностей, верований, языка является необходимой составляющей в процессе адаптации детей этнических мигрантов. Таким образом, все категории переселенцев на Ставрополье во второй половине ХХ века сталкивались в результате совершенного миграционного акта, прежде всего, с проблемой социо-культурной и этнокультурной адаптации в крае. Успешность этого процесса зависела от факторов и причин миграций, условий их протекания, реакции принимающей стороны, личностных психологических характеристик мигрантов, а также от проводимой миграционной политики, деятельности органов местной власти и общественных организаций края. С другой стороны, процесс адаптации оказывал влияние на политическую, экономическую, социальную и культурную обстановку в крае, потому что переселенцы взаимодействовали одновременно с государством, обществом, семьей и личностью. В условиях исторической многонациональности края и полиэтничности миграционных потоков, на первом месте находилась проблема межнационального взаимодействия, поскольку этнические миграции несли в себе определенный конфликтогенный потенциал. С другой стороны, этнические миграции способствовали возрождению национальных культур, их взаимообогащению. В этой связи наиболее успешной стратегией межкультурного взаимодействия мигрантов с местным обществом представляется интеграция – аккомодация собственных культурных норм и ценностей и ценностей принимающего общества, что позволяет различным национальным группам объединяться в поликультурное образование при сохранении собственных нацио нальных традиций. Огромная роль в этой ситуации принадлежит диаспорам края, как посредникам между этническими мигрантами и местным населением в национально-культурном поле. Кроме того, необходимым условием успешной аккультурации переселенцев в иноэтничной среде представляется наличие государственной политики, направленной на формирование установок толерантного сознания в обществе, а также активное сотрудничество с этой целью властных структур, общественных организаций и диаспор. Поскольку стадия адаптации является одной из важнейших стадий миграционного процесса, то в зависимости от успешности протекания, она могла служить завершающим моментом или выступать в качестве фактора дальнейшей миграции, как это и происходило на Ставрополье во второй половине ХХ века.

Заключение. В результате проведенного комплексного анализа миграционных процессов в Ставропольском крае во второй половине ХХ века необходимо отметить следующее: Миграции на Ставрополье во второй половине ХХ века - это сложный комплекс взаимосвязанных переселенческих процессов, специфика которого определяется геополитическим положением и этнической неоднородностью края, а также наличием множества национальных диаспор. Миграционные процессы советского и постсоветского этапов данного периода, с одной стороны, объединены причинно-следственной связью и характеризуются рядом общих тенденций, а с другой стороны, обладают рядом особенностей, преобладанием определенных факторов и видов миграции, которые, в свою очередь, оказывали влияние на масштабы, демографический и этнический состав миграционных потоков, а также характер протекания адаптационных процессов у переселенцев. Миграционные процессы, с одной стороны, дестабилизируют социально-политическую и национальную обстановку в крае, повышая его конфликтогенный потенциал. Проблемы обустройства мигрантов, накладываясь на нерешенность экономических и политических проблем, порождают тем самым социальную напряженность в крае. Важнейшим обстоятельством здесь выступает то, что мигранты зачастую пополняют ряды социально и экономически не защищенного населения края, что подрывает социальноэкономическую безопасность региона. Высокая миграционная нагрузка усиливает конкуренцию на рынках труда и порождает мигрантофобию у коренного населения. Отсюда вытекают правовые, бытовые, экономические притеснения пришлого населения, что в свою очередь приводит к маргинализации мигрантов с присущими этому конфликтными отношениями. С другой стороны, миграционные процессы обладают рядом значи тельных конструктивных моментов: они обеспечивают рост населения края в условиях демографического кризиса, увеличивают число трудоспособного населения, привнося в его состав наиболее активных и деятельных личностей, способствуют взаимообогащению различных этнических культур, развитию толерантного сознания, а также наращиванию опыта в разрешении социальных и этнических конфликтов. При этом социокультурная жизнь общества не только испытывает на себе конструктивное и деструктивное влияние миграционных процессов, но и в свою очередь влияет на миграции, выступая в качестве выталкивающих или притягивающих факторов. Сложившаяся на современном этапе в крае ситуация в области миграций требует более эффективной миграционной политики, которая должна строиться на основе учета интересов не только государства, но и общества, и отдельной личности при соблюдении конституционных прав и свобод граждан. В непротиворечивости с ней и с учетом местных особенностей края необходимо проводить региональную миграционную политику, обеспечивая качественно и количественно необходимый уровень миграций в крае. Процесс социокультурной адаптации новоселов на новом месте жительства является одним из важнейших этапов миграции, от успешности протекания которого зависит социальная, политическая, экономическая и национальная обстановка в крае, поскольку мигранты в процессе адаптации вступают во взаимодействие с принимающей стороной на четырех уровнях: государственной власти, общества, семьи и личности. В свою очередь успешность социокультурной адаптации зависит от факторов и причин миграций, условий их протекания, реакции принимающей стороны, а также от личностных психологических характеристик мигрантов. Кроме того, интеграция мигрантов в принимающее сообщество во многом определяется проводимой национальной политикой, деятельностью органов местной власти и общественных организаций края. Большое значение успешность адаптации имеет для самой личности мигранта и его семьи, которые в процессе переселения испытывают значительные потрясения в связи с экономическими трудностями, личностными кризисами, стрессами аккультурации, поскольку даже при благоприятных условиях адаптация – трудный, стрессогенный процесс. Она является успешной, если человек реализует свой личностный потенциал, свои возможности и способности и справляется с возникающими психологическими и социокультурными проблемами. В виду полиэтничности миграционных потоков и населения края, для успешной интеграции в принимающее сообщество огромное значение имеет благоприятное национально-культурное взаимодействие мигрантов с местным населением. Наиболее успешной стратегией межкультурного взаимодействия представляется «посредничество» - синтез особенностей двух различных культур. Такая стратегия может быть реализована лишь при условии открытости и признания со стороны группы большинства по отношению к людям другой расы, национальности, культуры. При этом мигрантам необходимо приспособиться к основным ценностям общества, а общество должно, в свою очередь, приспособить свои социальные институты к потребностям групп меньшинства. Огромная роль в этой ситуации принадлежит диаспорам края, как посредникам между этническими мигрантами и местным населением в национально-культурном поле, не смотря на то, что мощный миграционный приток этнических сородичей выводит диаспоры из состояния равновесия и испытывает на прочность культурную общность диаспоры. Кроме того, необходимым условием успешной аккультурации переселенцев в иноэтничной среде представляется формирование с помощью властных структур, независимых организаций и средств массовой информации установок толерантного сознания в обществе. Следовательно, возможность разрешения проблем адаптационного процесса и аккультурации мигрантов в иноэтничном обществе во многом зависит от сотрудничества властных структур, общественных организаций, национальных диаспор, религиозных институтов и гражданского общества, с целью снижения конфликтогенного потенциала, формирования принципов толерантности и сохранения культурной идентичности различных этносов в поликультурном обществе.

Примечания.

Введение.

1 2 3 Вопросы трудовых ресурсов в районах Сибири. Новосибирск, 1961. Переведенцев В.И. Методы изучения миграции населения. М., 1975. Вопросы трудовых ресурсов в районах Сибири. Новосибирск, 1961. Зайончковская Ж.А., Переведенцев В.И. Современная миграция населения КрасноярРыбаковский Л.Л. Региональный анализ миграций. М., 1973. Зайончковская Ж.А. Новоселы в городах. М., 1972. Переведенцев В.И. Методы изучения миграции населения. М., 1975. Топилин А.В. Территориальное перераспределение трудовых ресурсов в СССР. М., 1975. Методологические проблемы системного изучения деревни. Новосибирск, 1977;

Соци ского края. Новосибирск, 1964.

5 6 7 8 ально-демографическое развитие села: региональный анализ./ Под ред. Т.И. Заславской. М., 1980.

10 Миграция сельского населения./ Под ред. Т.И. Заславской. М., 1970. Хорев Б.С. Городские поселения СССР. М., 1968;

Чапек В.Н. Миграция и стабилизация Хорев Б.С., Чапек В.Н. Проблемы изучения миграции населения. М., 1978. Современные проблемы миграции. М., 1985;

Макарова Л.В., Морозова Г.Ф., Тарасова Заславская Т.И., Рыбаковский Л.Л. Процессы миграции и их регулирование в социалиРыбаковский Л.Л. Миграция населения. Три стадии миграционного процесса. (Очерки Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М., 1987. Ионцев В.А. Международная миграция населения: теория и история изучения. М., 1999. Международная миграция населения: Россия и современный мир. Вып.4./ Под ред. В.А. Красинец Е.С. Международная миграция населения в России в условиях перехода к Красинец Е.С., Кубишин Е., Тюрюканова Е. Нелегальная миграция в России. М., 2000.

трудовых ресурсов села. Ростов-на-Дону, 1983.

12 Н.В. Региональные особенности миграционных процессов в СССР. М., 1986.

стическом обществе.// Социологические исследования, 1978. № 1. С. 64.

теории и методов исследования). М., 2001.

16 17 Ионцева. М., 2000.

рынку. М., 1997.

21 22 Ушкалов И.Г., Малаха И.А. Утечка умов: Масштабы. Причины. Последствия. М., 1999. Витковская Г.С. Вынужденная миграция: проблемы и перспективы. М., 1993. Полян П.М. Не по своей воле… История и география вынужденных миграций. М.: ОГИ Витковская Г. Десять лет вынужденных миграций в Россию.// Население и общество.

– Мемориал, 2001.

Информационный бюллетень Центра демографии и экологии человека Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, № 32. Ноябрь 1998;

Она же. Незаконная миграция в Ставропольском крае (по материалам социологического обследования).// Проблемы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С. 51.

25 Регент М. Российское государство – вынужденным переселенцам. М., 1998. Амелин В.В., Виноградова Э.М., Назарова Е.А., Сусоколов А.А. Интеграция беженцев и Вынужденные мигранты и государство./ Отв. ред. В.А. Тишков. М., 1998. Миграция и безопасность в России./ Под ред. Г. Витковской и С. Панарина;

Моск. Дощипин Ю.П., Лапин Н.Н. Социальная значимость факторов вынужденной миграРегент Т.М. Иммиграция в Россию. М., 1997;

Она же. Миграция в России: Проблемы Злоказов И.А. Беженцы // Социс. 1991. № 6. С. 79-83. Каменский А.Н. Проблемы международного трудового обмена и Россия. М., 1999. Нелегалы на рынке труда г. Ставрополя: региональный социально-демографический переселенцев в российский социум. Оренбург, 1997.

27 Центр Карнеги. - М.: Интердиалект+, 2000. 341 с.

ции.// Социс. 2001. № 1. С. 92-96.

государственного управления. М., 1999.

31 32 анализ.// Проблемы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С. 286.

Акинин П.В., Рязанцев С.В. Конфликты в экономической сфере Ставрополья // Соци альные конфликты: экспертизы, прогнозирование, технологии разрешения. Выпуск 16. Региональная конфликтология: Ставрополье. – Москва – Ставрополь: изд-во СГУ, 2000. – С.39-69.

Белозеров В.С., Магомедов К.А. Экономическая и социальная география Ставрополь ского края. Ставрополь, 1996. С. 5, 26.

Рязанцев С.В. Этнические мигранты на Ставрополье.// Социс. 2000. № 7. С. 111-116;

Он же. Миграционная ситуация в Ставропольском крае в новых геополитических условиях. Ставрополь, 1999.

Белозеров В.С. Этнодемографические процессы на Северном Кавказе. - Ставрополь:

Изд-во СГУ, 2000.;

Он же. Региональные факторы миграции и этническая структура миграционного потока на Северном Кавказе.// Проблемы населения и рынков труда России и кавказского региона. М. - Ставрополь, 1998;

Белозеров В.С., Белозерова Л.П., Турун П.П. Эволюция расселения Ставрополья и Карачаево-Черкесии. – Ставрополь: изд-во СГУ, 1993;

Sheffer G. A New Field of Study: Modern Diasporas in International Politics // Modern DiasЛаллукка С. Диаспора. Теоретический и прикладной аспекты.// Социс, 2000. № 7. С. 91Милитарев А. О содержании термина "диаспора" и к выработке его определения.// Тощенко Ж. Т., Чаптыкова Т. И. Диаспора как объект социологического исследования // Аствацатурова М. Поляки Ставрополья.// http://www.alanianet.ru/neokavkaz/n5/5-11.htm;

poras in International Politics. L., 1986. P. 1-15.

98.

"ДИАСПОРЫ", 1999. № 1.

Социс, 1996. № 12. С. 37.

Она же. Симптомы "весенней этнополитической активности".// Бюллетень Сети этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов, 2002. № 43;

Она же. Диаспоры во времени: постоянство и изменчивость.// Материалы IV Конгресса этнографов и антропологов России. Секция 19. Нальчик. 20-23 сентября 2001 г. С. 230;

Аствацатурова М.А., Тэнс Д. Чеченская диаспора в России.// Социс, 1999. № 2. С. 60-62.

Аствацатурова М.А. Пресса Ставропольского края: межэтнические отношения и этно культурные образы как объекты профессионального интереса. Ростов-на-Дону – Пятигорск, 2003.

Нетерпимость в России: старые и новые фобии./ Под ред. Г. Витковской и А. МалашенВынужденные мигранты: Интеграция и возвращение./ Под ред. В.А. Тишкова. М., 1997. Иммигранты в инонациональной среде: проблемы адаптации // Миграция и мигранты в ко;

Моск. Центр Карнеги. - М., май 1999. - 196 с.

45 мире капитала… - Киев, 1990. С. 172.

Габдрахманова Г. Ф. Социокультурная адаптация беженцев и вынужденных переселен цев.// Материалы IV Конгресса этнографов и антропологов России. Секция 14. Нальчик. 20-23 сентября 2001 г. С.247.

Авксентьев В.А., Шаповалов В.А. Этнические проблемы современной России: социГасанов Н.Н. О культуре межнационального общения.//Социально-политический жур ально-философский аспект анализа. Ставрополь, 1997.

нал, 1997. № 3. С. 233;

Он же. Особенности формирования культуры межнационального общения в многонациональном регионе.//Педагогика, 1994. № 5. С. 12.

Furnham A., Bochner S. Culture Shock: Psychological Reactions to Unfamiliar Environments.

London and new York, 1986;

Bochner S. The social psychology of cross-cultural relations/ S. Bochner (Ed.) Cultures in Contact: Studies in Cross-cultural Interaction. Oxford: Pergamon, 1982. P. 5-44.

51 52 Goldberg D. Multiculturalism. A Critical Reader. Oxford;

Molden (MA): Blackwell, 1998-XI. Eriksen T. Ethnicity and Nationalism. Anthropological Perspectives. London, 1993. Sheffer G. A New Field of Study: Modern Diasporas in International Politics // Modern DiasRavenstein E. The laws of Migration.// Journal of the Royal Statistical Society. 1989. June. P. Simon J. The Economic Consequences of Immigration. Cambridge, 1989. Stalker P. The Work of Strangers: A Survey of international Labour Migration. Geneva, 1994. Grahl-Madsen. The Status of Refugees in International Law, vol. 1, 1996;

Halborn L. RefuHamilton N., Stoltz Ch. N. Global Economic Restructuring and International Migration.// InHarris, J.R, and Tordaro Michael P. Migration, unemployment, and development: A two - secCastles S., Miller M. J. The Age of Migration: International Population Movements in the Morawska E. The sociology and historiography of immigration / Virginia Yans-McLaughlin, Ставрополь в цифрах. Юб. статистический сборник к 60-летию Советской власти и 200 poras in International Politics. L., 1986. P. 1-15.

241 – 301.

55 56 gees: A problem of our time, 1975.

ternational Migration, 1996. № 2.

tor analysis.// American Economic Review. 1970. № 60. Р.126-142.

Modern World. London, Macmillan, 1996.

Immigration Reconsidered: History, Sociology, and Politics. New York University Press, 1990.

летию Ставрополя. Ставрополь, 1977;

Ставропольский край в цифрах. Краткий статисти ческий сборник. Ставрополь, 1986;

Ставропольский край в цифрах. Краткий статистический сборник. Ставрополь, 1989;

Ставрополье за 50 лет (1917-1967). Ставрополь, 1968.

Ставропольский край и его регионы. Ставрополь, 2000;

Социальное положение и уро вень жизни населения Ставропольского края. Статистический сборник. Ставропольский краевой комитет государственной статистики. Ставрополь, 1991;

Статистический бюллетень СККГС «Миграция отдельных национальностей населения Ставропольского края в разрезе территорий»;

Численность, состав и движение населения Ставропольского края. Ставрополь, 1999.

Информационно-аналитический бюллетень ФМС России, 1994, № 2;

ИнформационноМоисеенко В.М. Источники данных о миграции населения в России: эволюция и перЗакон Ставропольского края "О мерах по пресечению незаконной миграции в Ставро аналитический бюллетень ФМС России, 1997, № 1.

спективы.// Вопросы статистики, 2002.

польский край", а также Концепция регулирования миграционных процессов в Российской Федерации.// Миграция и гражданство, 2003 г. № 3 (6), май-июнь. С. 22.

Пресс-релиз к брифингу Федеральной миграционной службы МВД России на тему:

«Привлечение иностранной рабочей силы в Россию»;

Пресс-релиз к брифингу «Обеспечение безопасности и осуществление миграционного контроля на воздушном транспорте»;

Пресс-релиз ФМС МВД РФ «Борьба с незаконной миграцией»;

Пресс-релиз к брифингу «Возвращение в Чеченскую республику внутриперемещенных лиц»;

Интервью с первым заместителем начальника миграционной службы МВД России И. Юнашем;

Интервью с начальником Федеральной миграционной службы А. Чекалиным.

INTERNATIONAL MIGRATION & DEVELOPMENT, INCLUDING THE QUESTION OF THE CONVENING OF A UNITED NATIONS. Conference on International Migration and Development to Address Migration Issues. Report of the Secretary-General. United Nations, General Assembly, Fifty-sixth session. 3 July 2001, 15 p.

FORMER SOVIET UNION. INTERNATIONAL MIGRATION BULLETIN, No. 4, May Migration Trends in Eastern Europe and Central Asia. 2001 - 2002 Review. International Or 1994.

ganization for Migration, 2002. 204 p.

Ежегодные демографические доклады «НАСЕЛЕНИЕ РОССИИ» за 1998-2001 гг.// Под ред. А.Г. Вишневского. Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, Центр демографии и экологии человека. М., 2000.

Миграция: фактор общественных настроений. Аналитический обзор по материалам со циологических исследований и опросов общественного мнения.// http://antropotok.archipelag.ru/keys2/keys2-0.htm Отчет о результатах социологического исследования по теме: «Состояние межнацио нальных отношений в Ставрополе в оценках и представлениях массового сознания». Москва - Ставрополь: ИСПИ РАН, СГПИ, 1993.

Положение детей в Ставропольском крае. Ежегодный доклад. 2002 г. Ставрополь: МиПрава человека в регионах Российской федерации. Доклад 2002 г. Ставропольский нистерство труда и социальной защиты населения, 2003.

край.// http://www.hro.org/docs/reps/2001/stav/index.htm;

Пути мира на Северном Кавказе: Независимый экспертный доклад./ Под ред. В.А. Тишкова. М., 1999;

Справка о Законе Ставропольского края № 27-кз от 24 июня 2002 «О мерах по пресечению незаконной миграции в Ставропольском крае».// http://www.hro.org/docs/expert/stavropol.htm;

Экспертное заключение о Законе Ставропольского края № 27-кз от 24 июня 2002 «О мерах по пресечению незаконной миграции в Ставропольском крае».// www.refugee.memo.ru;

Письмо из министерства юстиции РФ депутату Государственной Думы и заместителю председателя Комитета по делам СНГ и связям с соотечественниками Игрунову В. В. «О результатах проведения юридической экспертизы Закона Ставропольского края от 24 июня 2002 г. № 27-кз «О мерах по пресечению незаконной миграции в Ставропольском крае».// www.refugee.memo.ru 76 77 78 http://greeks.ru/ http://hyos.nostos.gr/ http://www.souzarmyan.ru;

http://www.noev-kovcheg.ru/;

http://1700.diaspora.ru. http://www.civnet.samara.ru;

http://www.refugee.ru/;

http://www.bigland.ru/;

http://www.hro.org;

http://www.hrw.org/. http://tolerance.ngo.ru/;

http://www.hrw.org/. http://www.iom.ru;

http://www.unhcr.ru;

http://www.openweb.ru/p_z/Ku/contr_fr.htm;

http://www.migrant.ru/.

80 81 http://www.garweb.ru.

Аникеев А.А. Проблемы методологии истории: курс лекций. Ставрополь: СГПУ, 1995.

С. 15. Глава I. 1.1.

1 2 3 4 5 Современная демография./ Под ред. А.Я. Кваши, В.А. Ионцева. М., 1995. С. 102. Хорев Б.С., Чапек В.Н. Проблемы изучения миграции населения. М.: Мысль, 1978. С.45. Миграция населения. Вып.1: Теория и практика исследования. М., 2001. С.5. Современная демография./ Под ред. А.Я. Кваши, В.А. Ионцева. М., 1995. С. 102-103. Хорев Б.С., Чапек В.Н. Проблемы изучения миграции населения. М.: Мысль, 1978. С.25. Народонаселение. Энциклопедический словарь./ Гл. ред. Г.Г. Меликьян. М.: Большая Указ президента РФ О Федеральной Миграционной программе.// Собрание законодаТам же. Ионцев В.А. Международная миграция населения: теория и история изучения. М.: ДиаНародонаселение. Энциклопедический словарь./ Под ред. Г.Г. Меликьяна. М.: Большая ГАСК. Ф. 1886. Оп. 8. Д. 10257. Л. 15-16. Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: статистичеРязанцев С.В. Миграционные процессы в современной Европе. С. 17. Закон Российской Федерации «О вынужденных переселенцах».// Витковская Г. Вынужденные миграции накануне и после распада СССР.// Полян П.М. Не по своей воле… История и география вынужденных миграций. М.: ОГИ Там же. С. 24. Федеральный закон «О беженцах».// Российская газета № 126, от 03.06.1997.

Российская энциклопедия, 1994. с. 231.

тельства Российской Федерации, 1994 № 18. С. 2875-2876.

8 лог-МГУ, 1999.

Российская Энциклопедия, 1994. С. 231.

11 ский сборник. Ставрополь: СККГС, 1999. С. 41.

13 http://www.memo.ru//hr/refugees/laws/Chapter2.htm http://balkaria.narod.ru/public/vitkovskaya.htm – Мемориал, 2001. С. 23.

17 Авдокушин Е. Ф. Международные экономические отношения: Учеб. пособие.- 4-е изд., Рязанцев С.В. Влияние миграции на социально-экономическое развитие Европы: Со перераб. и доп.- М.: ИВЦ "Маркетинг", 1999 - 264 с.

временные тенденции./ РАН;

Министерство образования РФ – Ставрополь: Ставропольское книжное издательство, 2001. С. 12.

Рыбаковский Л.Л. Миграция населения. Три стадии миграционного процесса. (Очерки Там же. Хорев Б.С., Чапек В.Н. Проблемы изучения миграции населения. М.: Мысль, 1978. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 32, 40, 44. Основы теории народонаселения. М., 1973. С. 288. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М., 1987. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения. Три стадии миграционного процесса. (Очерки Моделирование социальных процессов. М., 1970. С. 142. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М., 1987. С. 34Там же. С. 44. Миграция населения. Вып.1: Теория и практика исследования. М., 2001. С.14. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения. Три стадии миграционного процесса. (Очерки Там же. С. 88. Миграция населения. Вып.1: Теория и практика исследования. М., 2001. С.15. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения. Три стадии миграционного процесса. (Очерки Там же. С. 12. Там же. Миграция сельского населения. М., 1970. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения. Три стадии миграционного процесса. (Очерки теории и методов исследования). М., 2001. С. 10-11.

22 23 24 25 26 теории и методов исследования). М., 2001. С. 20.

28 35.

30 31 теории и методов исследования). М., 2001. С. 85.

33 34 теории и методов исследования). М., 2001. С. 37.

36 37 38 теории и методов исследования). М., 2001. С. 15.

1.2.

1 2 3 4 5 6 Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М., 1987. Рыбаковский Л.Л. Региональный анализ миграций. М., 1973. Миграции сельского населения./ Под ред. Т.И. Заславской. М., 1970. Миграция населения. Вып.1: Теория и практика исследования. М., 2001. С.49. Там же. Переведенцев В.И. Методы изучения миграции населения. М., 1975. Рыбаковский Л.Л., Макарова Л.В. Народонаселение. Энциклопедический словарь. М.: Современная демография./ Под ред. А.Я. Кваши, В.А. Ионцева. М.: Изд-во Моск. Ун-та, Зайончковская Ж.А. Рынок труда как регулятор миграционных потоков.// Миграция и Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: статистичеЗакон Ставропольского края "О мерах по пресечению незаконной миграции в СтавроПо материалам греческой национально-культурной автономии г. Ставрополя. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 3, 14;

Ф. 5171. Оп. 3. Д. 13. Покшишевский В.В. Население и география: Теоретические очерки. М., 1978. Миграция населения. Вып.1: Теория и практика исследования. М., 2001. С. 52-53. Место северных регионов в бюджетной системе Российской Федерации и оценка поГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 60. ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 81. Д. 4. Л. 52-58. Миграция населения. Вып.1: Теория и практика исследования. М., 2001. С.54. Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: статистичеТам же. С. 38. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 43. Д. 47. Л. 149-150.

Большая Российская энциклопедия, 1994. С. 542.

1995. С. 106.

рынки труда в постсоветской России. М., 1998. С. 10-29.

ский сборник. Ставрополь: СККГС, 1999. С. 41.

польский край". 2000 г.// http://www.strana.ru.

12 13 14 15 следствий массовой миграции. М., 2002. С. 58.

17 18 19 ский сборник. Ставрополь: СККГС, 1999. С. 39.

21 Постановление Совета Министров № 1064 от 26.08.86 г. «О внесении дополнений в По ложение о въезде в СССР и выезде из СССР».// http://www.businesspravo.ru/Docum/DocumShow_DocumID_36476.html.

24 ГАНИСК. Ф.1. Оп. 81. Д. 141. Л. 1-3. Численность, состав и движение населения Ставропольского края. Ставрополь, 1991;

Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика./ Под ред. Н. ГлаГАСК. Ф. 5478. Оп.1. Д. 50а, 76, 81, 87, 94, 100. Рязанцев С.В. Влияние миграции на социально-экономическое развитие Европы: Со Данные СККГС.

вацкой. М., 1987. С. 144.

27 временные тенденции./ РАН;

Министерство образования РФ – Ставрополь: Ставропольское книжное издательство, 2001. С. 26.

Космарская Н.П. «Женское измерение» вынужденной миграции и миграционное закоРязанцев С.В. Влияние миграции на социально-экономическое развитие Европы: Со нодательство России. М., 1998.

временные тенденции./ РАН;

Министерство образования РФ – Ставрополь: Ставропольское книжное издательство, 2001. С. 22.

31 32 33 Там же. С. 24. Миграция сельского населения. М., 1970. Социальные факторы и особенности миграции населения СССР. М., 1978. С. 27. Права человека в регионах Российской федерации. Доклад 2002 г. Ставропольский ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 81. Л. 126;

Д. 82. Л. 2-3, 14. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения. Три стадии миграционного процесса. (Очерки край.// http://www.hro.org/docs/reps/2001/stav/index.htm 35 теории и методов исследования). М., 2001. С. 56. Глава II. 2.1.

1 2 3 Переведенцев В. Страна мигрантов.// Смена, 1991. № 4. С. 112. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 2. Д. 57. Л. 142-148. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 2. Д. 829. Л. 1, 4, 11, 18. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 2. Д. 901.

Полян П. География насильственных миграций в СССР.// Население и общество, 1999. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 1. Д. 2601. Л. 21. ГАСК. Ф.5478. Оп. 1. Д. 34. Л. 7. Там же. Л. 256. Там же. Л. 17. Там же. Л. 26-29. Иосиф Сталин – Лаврентию Берии: «Их надо депортировать» (документы, факты, комГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 34. Л. 44. Там же. С. 276-277. Там же. Л. 2. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 1. Д. 2700. Л. 12-14. ГАСК. Ф.5478. Оп. 1. Д. 34. Л. 59, 67-68. Там же. Л. 141. Там же. Л. 129. Там же. Л. 150-151. Там же. ГАСК. Л. 232-233. Там же. ГАСК. Л. 262. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 1. Д. 2700. Л. 12-14. ГАСК. Ф.5478. Оп. 1. Д. 34. Л. 45, 250. Там же. Л. 241. Полян П.М. Не по своей воле… История и география принудительных миграций в ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 76. Д. 30. Л. 57. ГАСК. Ф. 1886. Оп. 8. Д. 10186. Л. 5. Белозеров В.С., Белозерова Л.П., Турун П.П. Эволюция расселения Ставрополья и КаТурун П.П. Миграция населения в сельской местности Ставропольского края.// Пробле Июнь. № 37.

6 7 8 10 ментарии). М., 1992. С. 274-275.

12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 СССР. М.: ОГИ – Мемориал, 2001. С. 234.

26 27 рачаево-Черкесии. – Ставрополь: изд-во СГУ. 1993.

мы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С. 262.

ГАСК. Ф. 1886. Оп. 8. Д. 10186. Л. 7.

31 Там же. Л. 8. Турун П.П. Миграция населения в сельской местности Ставропольского края.// Пробле мы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С. 263.

33 34 ГАСК. Ф. 1886. Оп. 8. Д. 10186. Л. 6. ГАСК. Ф. 1886. Оп. 8. Д. 10257. Л. 15-16. Белозеров В.С.. Магомедов К.А. Экономическая и социальная география СтавропольГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 44. Л. 3. Рыбаковский Л.Л. Россия и новое зарубежье: миграционный обмен и его влияние на деГАСК. Ф. 1886. Оп. 8-9. Там же. ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 58. Д. 211. Л. 2-3. ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 81. Д. 141. Л. 1-3. ГАСК. Ф. 1886. Оп. 8. Д. 10186. Л. 14. Рыбаковский Л.Л. Россия и новое зарубежье: миграционный обмен и его влияние на деГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 67-73. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 3. Д. 13. Л. 51. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 57. ГАСК. Ф. 1852. Оп. 14. Д. 208. Л. 1. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 60. ГАСК. Ф. 1852. Оп. 14. Д. 208. Л. 5. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 57. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 87а. Л. 38. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 59. ГАСК. Ф. 1852. Оп. 16. Д. 37. Л. 11. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 61. Там же. Л. 117. ГАСК. Ф. 1852. Оп. 16. Д. 37. Л. 23. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 61.

ского края. Ставрополь, 1996. С. 5, 26.

36 мографическую динамику. М., 1996. С. 17.

38 39 40 41 42 мографическую динамику. М., 1996. С. 23-24.

44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 ГАСК. Ф. 1852. Оп. 16. Д. 37. Л. 23. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 87а. Л. 39. ГАСК. Ф. 1852. Оп. 16. Д. 37. Л. 23. ГАСК. Ф. 1852. Оп. 14. Д. 208. Л. 2-3. Там же. Л. 7. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 104, 117. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 2;

Д. 87а. Л. 44. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 2, 13. Там же. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 3. Д. 13. Л.Л. 77-80. ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 43. Д. 47. Л. 149-150. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 50а. Л. 131. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 81. Л. 33-34;

Д. 87. Л. 22-23;

Д. 127. Л. 7а;

Д. 147. Л. 28, 38;

Д. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 81. Л. 126. ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 112. Л. 50. Дорогами дружбы: Ставрополь – Пазарджик. Ставрополь, 1979. ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 53. Д. 322. Л. 3-5. ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 66. Д. 292. Л. 26-29. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 1. Д. 228. Л. 24-28. Там же. Л. 29. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 1. Д. 398. Л. 104. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 1. Д. 430. Л. 39. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 1. Д. 374. Л. 52. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 1. Д. 465. Л. 3. Там же. Л. 30. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 3. Д. 19. Л. 3. Рязанцев С.В. Миграционная ситуация в Ставропольском крае в новых геополитических ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 81. Д. 141. Л. 56-58. ГАНИСК. Ф. 1. ОП. 81. Д. 4. Л. 76-77.

167. Л. 5.

71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 условиях. Ставрополь, 1999. С. 6.

85 Постановление Совета Министров № 1064 от 26.08.86 г. «О внесении дополнений в По ложение о въезде в СССР и выезде из СССР».// http://www.businesspravo.ru/Docum/DocumShow_DocumID_36476.html 2.2.

Витковская Г.С. Десять лет вынужденных миграций в Россию.// Население и общество, Рязанцев С.В. Миграционная ситуация в Ставропольском крае в новых геополитических Рыбаковский Л. Л., Тарасова Н. В.. Внутрироссийская миграция населения: нынешняя НАСЕЛЕНИЕ РОССИИ 1999. Седьмой ежегодный демографический доклад.// Под ред.

1998. Ноябрь. № 32.

условиях. Ставрополь, 1999. С. 4.

ситуация и прогноз. СОЦИС, 1994. № 1. С. 31-33.

А.Г. Вишневского. ИНСТИТУТ НАРОДНОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ РАН, ЦЕНТР ДЕМОГРАФИИ И ЭКОЛОГИИ ЧЕЛОВЕКА. М., 2000. http://www.demoscope.ru/weekly/knigi/ns_r99/sod_r.html Рязанцев С.В. Миграционная ситуация в Ставропольском крае в новых геополитических Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: СтатистичеЧисленность и миграция населения Российской Федерации в 1994 году. М.: Госкомстат, Численность и миграция населения Российской Федерации в 1998 году. М.: Госкомстат, Численность и миграция населения Российской Федерации в 2001 году. М.: Госкомстат, Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: СтатистичеПрава человека в регионах Российской федерации. Доклад 2002 г. Ставропольский Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: Статистиче условиях. Ставрополь, 1999. С. 11.

ский сборник. СККГС. С., 1999. С. 34, 38.

1995. С. 21.

1999. С. 16.

2002. С. 12.

ский сборник. СККГС. С., 1999. С. 34, 38.

край.// http://www.hro.org/docs/reps/2001/stav/index.htm ский сборник. СККГС. С., 1999. С. 38.

Соглашение, заключенное между Правительством Российской Федерации и Правитель ством Республики Казахстан о регулировании процесса переселения и защите прав переселенцев (Москва, 6 июля 1998 года).

«О предоставлении льгот лицам, переселяющимся на постоянное место жительства в Российскую Федерацию из республики Казахстан». Письмо государственного таможенного комитета Российской Федерации от 3 июля 2001 г. N 01-06/26016.

Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: СтатистичеПереведенцев В.И. Миграция населения в СНГ: опыт прогноза.// Полис, 1993. № 2. С. Статистический бюллетень СККГС «Миграция отдельных национальностей населения Рязанцев С.В. Этнические мигранты на Ставрополье.// СОЦИС, 2000. № 7. С. 111-116. Белозеров В.С., Зольникова Ю.Ф. Миграция армян на Ставрополье и процесс их адаптаРязанцев С. В. Миграция ногайцев в зеркале этнополитической ситуации на СтавропоРязанцев С.В., Триер Т. Миграция и социально-экономическая адаптация месхетинских ский сборник. СККГС. С., 1999. С. 41.

69-80.

Ставропольского края в разрезе территорий» за 1994, 1995, 1996 гг.

18 ции.// http://rspu.edu.ru/conferences/summary/beloziorov.htm лье.// Этнические проблемы современности. Вып. 5. Ставрополь, 1999. С. 118-131.

турок на Ставрополье.// Этнические проблемы современности. Вып. 5. Ставрополь, 1999. С. 132-135.

Витковская Г.С. Российские диаспоры в Центральной Азии: миграционный потенциал.// Савоскул М. С. Вынужденная миграция русской диаспоры из стран СНГ и Балтии.// НаСм.: Мкртчян Н. Основные итоги миграции населения России в 1998 г. // Информаци СОЦИС, 1999. № 2. С. 53.

селение и кризисы. Вып. 4. М.: Диалог-МГУ, 1998. С. 78-101.

онно–аналитический бюллетень. ФМС. М., 1999. №1. С.74-82;

Его же. Обобщение аналитических отчетов территориальных миграционных служб за 1996. // Информационноаналитический бюллетень ФМС. М., 1997. № 1. С.39-47;

Витковская Г. Надежда России // Миграция. 1998. № 2. С.5-10;

Белозеров В.С. Демографические процессы и динамика расселения русских в республиках Северного Кавказа.// http://balkaria.narod.ru/public/belozerov.htm Смирнов А. С. Изучение жизненных планов потенциальных эмигрантов.// Материалы конференции "Человек в психологии: ориентиры исследований в новом столетии" (20 апреля 2001 года). Караганда: Изд-во Каргу, 2001. С. 179-184.

26 Ведомости СНД и ВС РСФСР. 10 декабря 1992 г. № 49. Ст. 2863. Соглашение между Правительством Российской Федерации и Управлением Верховного Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Ведомости съезда НД РФ и ВС РФ, № 12. 25 марта 1993 г. Там же. Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Халмухамедов А. Чечня: как жить дальше?// Миграция в России. М., 2001. № 1-2. С.3. Бажанов Г.В. Об эволюции категориальных понятий вынужденных мигрантов.// Про комиссара ООН по делам беженцев (Женева, 6 октября 1992 г.).

Российской Федерации, 1993. № 12. Ст. 425.

29 30 Российской Федерации, 1993. № 12. Ст. 425.

32 блемы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С.26-27.

Материалы этнографического фонда Ставропольского краеведческого музея им. ПроСоциальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: СтатистичеРязанцев С.В. Миграционная ситуация в Ставропольском крае в новых геополитических Витковская Г. Десять лет вынужденных миграций в Россию.// Население и общество.

зрителева и Праве.

ский сборник. СККГС. С., 1999. С. 38.

условиях. Ставрополь, 1999. С. 17.

Информационный бюллетень Центра демографии и экологии человека Института народохозяйственного прогнозирования РАН, № 32. Ноябрь 1998.

Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: СтатистичеРассчитано по данным Ставропольской краевой миграционной службы о зарегистриро ский сборник. СККГС. С., 1999. С. 38.

ванных вынужденных переселенцах.// Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: Статистический сборник. СККГС. С., 1999. С. 39.

Мельник Е. А. О социальных и криминогенных последствиях вынужденной миграции в южных районах России.// СОЦИС, 1998. № 5. С. 79-83.

41 Ставропольские губернские ведомости, 1995. 11 ноября, № 201. Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края: СтатистичеГанеева Е.И. Современные миграционные процессы на Ставрополье.// Проблемы ми ский сборник. СККГС. С., 1999. С. 61.

грации и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С. 66.

44 Беженцы в России.// http://www.refugee.ru/rossia/rossia.htm Права человека в Ставропольском крае. Доклад 2000 г.// Закон Ставропольского края "О мерах по пресечению незаконной миграции в СтавроВитковская Г.С. Незаконная миграция в Ставропольском крае (по материалам социоло http://www.hro.org/docs/reps/1999/stav/index.htm польский край". 2000 г.// http://www.strana.ru.

гического обследования).// Проблемы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С. 51.

48 49 По данным постов иммиграционного контроля (ПИК). По данным миграционной службы Ставропольского края. Эшроков В.М. Нелегалы на рынке труда г. Ставрополя: региональный социально демографический анализ.// Проблемы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе. М. - Ст., 2003. С. 286.

Закон Ставропольского края "О мерах по пресечению незаконной миграции в СтавроРязанцев С.В. Миграционная ситуация в Ставропольском крае в новых геополитических Рязанцев С.В., Лукьянова А.Ю. Трудовая миграция как форма адаптации населения польский край". 2000 г.// http://www.strana.ru.

условиях. Ставрополь, 1999. С. 45.

Российской провинции к новым экономическим условиям (на примере Ставрополья).// Доклады и тезисы докладов Международной научно-практической конференции «Демографическое развитие и его социально-экономические последствия» 23 ноября 2001 г. М.: ГУ ИМЭИ, 2002.

Рязанцев С.В. Влияние миграции на социально-экономическое развитие Европы: Со временные тенденции./ РАН;

Министерство образования РФ – Ставрополь: Ставропольское книжное издательство, 2001.

Рязанцев С.В. Миграционная ситуация в Ставропольском крае в новых геополитических условиях. Ставрополь, 1999. С. 45. 2.3.

1 Миграционная подвижность населения в СССР. М., 1974. С. 122. Хомра А.У. Миграция населения: Вопросы теории, методики исследования. Киев, 1979. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М.: «Наука», Воробьева О. Надо выстраивать новую систему.// Миграция в России, 2001. № 3-4. С. 17. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М.: «Наука», Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: прогнозы, факторы, политика. М.: «Наука», Концепция регулирования миграционных процессов в Российской Федерации.// МиграТам же. Там же. С. 21. Там же. С. 23. Там же. Там же. С. 24. "О внесении изменений и дополнений в федеральный закон "О гражданстве Российской Указ Президента РФ от 23.02.2002 № 232 «О совершенствовании государственного Распоряжение Правительства РФ от 09.11.2002 № 1549-р «О совершенствовании госу С. 50.

1987. С. 167.

4 1987. С. 169.

1987.

ция и гражданство, 2003 г. № 3(6), май-июнь. С. 22.

8 10 11 12 Федерации". 2003 г.// http://www.strana.ru.

управления в области миграционной политики».// Российская газета, № 37. От 28.02.2002.

дарственного управления в области миграционной политики».// Российская газета, № 215. От 13.11.2002.

Постановление Правительства РФ от 21.06.2002 N 453 «О правительственной комиссии Постановление Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2002 № 941 «О по по миграционной политике».// www.consultant.ru рядке выдачи иностранным гражданам и лицам без гражданства разрешения на работу».// Российская газета от 9 января 2003 г., № 2.

Воробьева О. Надо выстраивать новую систему.// Миграция в России, 2001. № 3-4. С. Арутюнов М. Карательная миграционная политика.// www.nelegalov.net Зайончковская Ж. Миграция: нежеланное спасение.// Московские новости, 2002. Вып. Временное положение о пребывании и определении на постоянное место жительства в Там же. Иммиграционный кодекс Ставропольского края № 45-КЗ от 31 декабря 1996 года. Ст. Постановление Государственной думы Ставропольского края № 651-39. Иммиграционный кодекс Ставропольского края № 45-КЗ от 31 декабря 1996 года. Ст. Закон Ставропольского края "О мерах по пресечению незаконной миграции в СтавроТам же. Там же. Ст. 3. Там же. Ст. 5. Экспертное заключение о Законе Ставропольского края № 27-кз от 24 июня 2002 «О 20.

19 24.

Ставропольском крае от 6 октября 1994 года. Ст. 32-34.

22 65.

24 66.

польский край". 2000 г.// http://www.strana.ru.

27 28 29 мерах по пресечению незаконной миграции в Ставропольском крае».// www.refugee.memo.ru Письмо из министерства юстиции РФ депутату Государственной Думы и заместителю председателя Комитета по делам СНГ и связям с соотечественниками Игрунову В. В. «О результатах проведения юридической экспертизы Закона Ставропольского края от 24 июня 2002 г. № 27-кз «О мерах по пресечению незаконной миграции в Ставропольском крае».// www.refugee.memo.ru Собрание законодательства РФ. 1995. № 18. Ст. 1708.

33 См. Приложение. Права человека в регионах Российской федерации. Доклад 2002 г. Ставропольский край.// http://www.hro.org/docs/reps/2001/stav/index.htm Глава III. 3.1.

1 ГАСК. Ф. 5478. Оп. 1. Д. 82. Л. 60. Фролова О.П., Юркова М.Г. Психологический тренинг как средство адаптации студен тов к обучению в вузе // Вопросы профориентации, адаптации и профессиональной подготовки / Под ред. В.Г. Асеева. - Иркутск, 1994. С. 55-64.

3 Там же. Евтух В.Б. Иммигранты в инонациональной среде: проблемы адаптации // Миграция и Габдрахманова Г. Ф. Социокультурная адаптация беженцев и вынужденных переселен мигранты в мире капитала… - Киев, 1990. С. 172.

цев.// Материалы IV Конгресса этнографов и антропологов России. Секция 14. Нальчик. 20-23 сентября 2001 г. С.247.

Налчаджян А.А. Социально-психическая адаптация личности (формы, механизмы и Там же. С. 35. Калайков И. Цивилизация и адаптация. М., 1984. С.25. Попов А.А. Причины возникновения и диалектика развития межнациональных конфликВоробьев С.М., Ерохин А.М. Этнополитические процессы на Северном Кавказе: источСолдатова Г.У., Шайгерова Л.В. Вынужденные мигранты: права человека и психологиМихайлов С. Этнические миграционные волны и проблемы социально-политической Права человека в регионах Российской федерации. Доклад 2002 г. Ставропольский Спицын. А.И. Миграция в Оренбуржье – состояние дел, тенденции и перспективы.

стратегии). Издательство АН Армянской ССР. Ереван. 1988. С. 32-33.

7 8 тов.// Идентичность и конфликт в постсоветских государствах. М., 1997.

ники, движущие силы, тенденции. Ставрополь, 2002. С. 92-93.

ческая помощь.// http://conference.rsuh.ru/soldatshaig.htm стабильности. М., 1995. С. 4, 28.

край.// http://www.hro.org/docs/reps/2001/stav/index.htm http://www.oblves.orb.ru/books/tam/spicyn.htm Шаповалов В.К. Преодоление вынужденными переселенцами кризиса карьеры: соци альный, экономический и психологический аспекты.// http://rspu.edu.ru/conferences/summary/shapovalov.htm По материалам социологического опроса кафедры экономической, социальной и полиПсихологическая помощь мигрантам: травма, смена культуры, кризис идентичности./ Савва М. Вынужденные переселенцы на юге России: итоги проекта ЮРРЦ.// Формула Аствацатурова М. Ставропольский край: активизация неправительственных объединеМитрофанова С.В. Некоторые аспекты адаптации детей-мигрантов и их семей в новой По материалам Центра психолого-педагогической помощи населению. ГукаленкоО.В., Левицкая И.Б. Проблема адаптации детей-мигрантов и их семей в мноМолодцова Т.Д. Некоторые причины дезадаптации подростков-мигрантов в новом соГукаленкоО.В., Левицкая И.Б. Проблема адаптации детей-мигрантов и их семей в мноДмитриева Т.Б. Медико-социальная помощь детям и подросткам, находящимся в труд тической географии СГУ. Исследование проводилось весной-летом 2001г.

Под ред. Г.У. Солдатовой. М.: Смысл, 2002. С. 128-129.

успеха, № 1, Январь 2002.

ний.// http://www.alanianet.ru/neokavkaz/n5/5-1.htm социокультурной среде.// http://rspu.edu.ru/conferences/summary/mitrofanova.htm 21 гокультурном социуме.// http://rspu.edu.ru/conferences/summary/gukal_levits.htm циуме.// http://rspu.edu.ru/conferences/summary/molodsova.htm гокультурном социуме.// http://rspu.edu.ru/conferences/summary/gukal_levits.htm ных жизненных обстоятельствах: проблемы и пути решения.// http://www.youth-nonsmoking.ru/Conf/Materials/Material_0040.htm 3.2.

Аствацатурова М. Симптомы "весенней этнополитической активности".// Бюллетень СеЖуравель Н.С. Межкультурная коммуникация. Экспликация термина.// Этнические проFurnham A., Bochner S. Culture Shock: Psychological Reactions to Unfamiliar Environments.

ти этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов, 2002. № 43.

блемы современности. Ставрополь, 2000.

London and new York, 1986;

Bochner S. The social psychology of cross-cultural relations/ S.

Bochner (Ed.) Cultures in Contact: Studies in Cross-cultural Interaction. Oxford: Pergamon, 1982. P. 5-44.

4 5 Бабаков В.Г. Кризисные этносы. М., 1993. С. 115. Там же. По методическим материалам Центра психолого-педагогической помощи населению г. Психологическая помощь мигрантам: травма, смена культуры, кризис идентичности./ ГАСК. Ф.5478. Оп. 1. Д. 34. Л. 45, 250, 241. Колосов В.А., Галкина Т.А., Криндач А.Д. Территориальная идентичность и межэтниче Ставрополя.

Под ред. Г.У. Солдатовой. М.: Смысл, 2002. С. 157.

8 ские отношения. На примере восточных районов Ставропольского края.// http://www.politstudies.ru/fulltext/2001/2/6.htm 10 Бромлей Ю.В. Национальные вопросы в СССР. М., 1988. С. 43. Авксентьев А.В., Авксентьев В.А. Этнические проблемы современности и культура Глухова А.В., Красова Е.Ю. Политико-психологические контроверзы этнических кон межнационального общения. Ставрополь: СГПИ, 1983. С. 130.

фликтов.// Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения. Москва – Ставрополь, 2001. С. 28-35.

Хотинец В.Ю. Зависимость развития интегральной индивидуальности от особенностей этнического самосознания // Психол. жур. 1999. Т.20. №1. С.114-119;

Он же. Формирование этнического самосознания студентов в процессе обучения в вузе // Вопр. психологии. 1998. №3. С.38.

Намруева Л.В., Омакаева Э. У. Язык и этничность.// Материалы IV Конгресса этнограКоптякова О. А. Проблемы адаптации индивида к новой социо-культурной среде.// Отчет о результатах социологического исследования по теме: «Состояние межнацио фов и антропологов России. Секция 14. Нальчик. 20-23 сентября 2001 г. С. 187.

rspu@rspu.edu.ru нальных отношений в Ставрополе в оценках и представлениях массового сознания». Москва-Ставрополь: ИСПИ РАН, СГПИ, 1993. 60 с.

Кон И.С. К проблеме национального характера.// История и психология. М., 1971. С. 30.

Миграция: фактор общественных настроений. Аналитический обзор по материалам со циологических исследований и опросов общественного мнения.// http://antropotok.archipelag.ru/keys2/keys2-0.htm Шестопал Е.Б., Брицкий Г.О., Денисенко М.В. Этнические стереотипы русских.// Социс, Бабаков В.Г. Кризисные этносы. М., 1993. С. 116. Алексеев П.М. К понятию «диаспора».// Материалы IV Конгресса этнографов и антроАствацатурова М.А., Тэнс Д. Чеченская диаспора в России.// Социс, 1999. № 2. С. 60-62. Цит. по: Лаллукка С. Диаспора. Теоретический и прикладной аспекты.// Социс, 2000. № Sheffer G. A New Field of Study: Modern Diasporas in International Politics // Modern DiasТощенко Ж. Т. Чаптыкова Т. И. Диаспора как объект социологического исследования // Аствацатурова М.А. Диаспоры во времени: постоянство и изменчивость.// Материалы 1999. № 4. С. 67.

20 пологов России. Секция 19. Нальчик. 20-23 сентября 2001 г. С. 230.

22 7. С. 91-98.

poras in International Politics. L., 1986. P. 1-15.

Социс. 1996, № 12. С. 37.

IV Конгресса этнографов и антропологов России. Секция 19. Нальчик. 20-23 сентября 2001 г. С. 230.

27 28 29 30 Там же. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 3. Д. 19. ГАСК. Ф. 5171. Оп. 3. Д. 1, 20, 12, 19, 17, 415,. По данным «Союза армян России».// http://www.souzarmyan.ru/sar/110_2_50.shtml Аствацатурова М.А. Вера в бога и вера в межэтническое взаимодействие (к празднова нию 1700-летия принятия христианства Арменией).// http://www.alanianet.ru/neokavkaz/n3/3-3.htm 32 33 34 По данным Ставропольской городской греческой национально-культурной автономии. По материалам греческой общины г. Пятигорска.// http://greeks.ru Аствацатурова М. Поляки Ставрополья.// http://www.alanianet.ru/neokavkaz/n5/5-11.htm Пути мира на Северном Кавказе: Независимый экспертный доклад./ Под ред. В.А. Тиш кова. М., 1999.

Основные направления национальной и региональной политики Ставропольского края и Комплексная программа гармонизации межэтнических отношений в Ставропольском крае на 2000-2005 годы: Постановление Губернатора Ставропольского края № 798 от 31.12.99.

Постановление главы администрации города Ставрополя от 29 мая 2003 г. N 3054 «О создании городского координационного совета национально-культурных и казачьих объединений».

Библер В.С. Культура. Диалог культур (опыт определения).// Вопросы философии, Всеобщая Декларация прав человека.// Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г.// Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабЕвропейская конвенция о защите прав человека и основных свобод. 4 ноября 1950г., Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации от 21 деКонвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него от 9 декабря Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиоз 1989, № 6. С. 33-38.

http://www.un.org/Russian/documen/declarat/declhr.htm http://www.un.org/russian/documen/convents/pactpol.htm ря 1966 г.// http://www.un.org/russian/documen/convents/pactecon.htm Рим. // http://www.memo.ru/prawo/euro/eucnv.htm кабря 1965 г.// http://www.un.org/russian/documen/convents/raceconv.htm 1948 года.// http://www.hro.org/docs/ilex/un/genocidconv.htm ным и языковым меньшинствам от 18 декабря 1992 года.// http://www.hrights.ru/obj/doc.php?ID= 46 Конституция РФ от 1993 г.// http://www.hro.org/docs/rlex/constit/index.htm Уголовный кодекс РФ от 1996 г.// Утверждена Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 августа 2001 Шлягина Е. Этническая толерантность личности: опыт эмпирического исследования.// http://www.garweb.ru/project/law/doc/10008000/10008000-001.htm г. № 629.// http://www.tolerance.ru/fcp_tol.htm Век толерантности, № 3-4.

Юраков А.В. Воспитание межэтнической толерантности и культуры межнациональных отношений средствами народной педагогики.// Материалы IV Конгресса этнографов и антропологов России. Симпозиум 3. Нальчик. 20-23 сентября 2001 г. С. 113.

Список источников и литературы. I. Архивные документы. Государственный архив Ставропольского края: 1. Фонд 1852 – Крайисполком Ставропольского края. 2. Фонд 1886 – Ставропольское статистическое управление Ставропольского края. 3. Фонд 3798 – Управление культуры исполкома Ставропольского краевого Совета народных депутатов. 4. Фонд 3815 – Дома народного творчества управлений культуры Ставропольского крайисполкома. 5. Фонд 4690 – Ставропольское краевое отделение Общества советскоболгарской дружбы. 6. Фонд 5171 – Уполномоченный Совета по делам религии при Совете Министров СССР по Ставропольскому краю. 7. Фонд 5478 – Отдел переселения и организованного набора рабочих Ставропольского крайисполкома. Государственный архив новой и новейшей истории Ставропольского края: 8. Фонд 1 – Ставропольский Крайком КПСС. II. Статистические документы: 9. Всероссийская перепись населения 2002 г. Ставрополь: Крайкомстат, 2001. 10. Всесоюзная перепись населения 1979 года. М., 1984. 11. Городские поселения и сельские населенные пункты края на 2000 г. Ставрополь, 2000. 12. Городские поселения и сельские населенные пункты края на 2001 г. Ставрополь, 2001. 13. Городские поселения и сельские населенные пункты края на начало 1992 г. Ставрополь, 1992. 14. Информационно-аналитический бюллетень ФМС России, 1994, № 2. 15. Информационно-аналитический бюллетень ФМС России, 1997, № 1. 16. Информационно-статистический сборник ФМС МВД России № 1. М., 2002. 17. Миграция населения РСФСР. М.: ЦСУ РСФСР, 1974. 18. Миграция населения Ставропольского края в 2000 г. (Статистический бюллетень). Ставрополь, 2001. 19. Миграция отдельных национальностей населения Ставропольского края в разрезе территорий за 1994, 1995, 1996 гг. Статистический бюллетень СККГС. 20. Народное хозяйство Ставропольского края. Статистический сборник. Госстатиздат. Краснодар, 1959. 21. Население России за 100 лет (1897-1997): статистический сборник. М., 1998. 22. Население России за 70 лет./ Под ред. Л.Л. Рыбаковского. М., 1988. 23. Население Советского Союза. 1922-1991 гг. М., 1988. 24. Население Ставропольского края (Перепись 1979 г.). Ставрополь: СКУС, 1980. – 203 с. 25. Население Ставропольского края (Перепись 1989 г.). Ставрополь: СКУС, 1990. 26. Национальный состав населения края и типология семей. Ставрополь: СКУС, 1991.

27. Национальный состав населения СССР (по данным Всесоюзной переписи населения 1989 г.). М.: Финансы и статистика, 1991. 28. О предварительных итогах Всероссийской переписи населения 2002 года: Материалы к заседанию Правительства Российской Федерации. (Письмо Председателя Госкомстата России от 07.04.03 № ВС-08-20/1328). 29. Сельские населенные пункты Ставропольского края. 1989 г. Ставрополь: СКУС, 1990. 30. Социальное положение и уровень жизни населения Ставропольского края. Статистический сборник. Ставропольский краевой комитет государственной статистики. Ставрополь, 1999. 31. Ставрополь в цифрах. Юб. статистический сборник к 60-летию Советской власти и 200-летию Ставрополя. Ставрополь, 1977. 32. Ставрополье за 50 лет (1917-1967). Ставрополь, 1968. 33. Ставропольский край в цифрах. Краткий статистический сборник. Ставрополь, 1986. 34. Ставропольский край в цифрах. Краткий статистический сборник. Ставрополь, 1989. 35. Ставропольский край и его регионы. Ставрополь, 2000. 36. Ставропольский край и регионы Северного Кавказа: статистический сборник. Ставрополь: Крайкомстат, 1999. 37. Численность и миграция населения Российской Федерации в 1994 году. М.: Госкомстат, 1995. 38. Численность и миграция населения Российской Федерации в 1997 году: статистический бюллетень. М.: Госкомстат России, 1998. 39. Численность и миграция населения Российской Федерации в 1998 году. М.: Госкомстат, 1999.

Pages:     | 1 | 2 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.