WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ МВД РОССИИ

На правах рукописи

Савинов Андрей Владимирович ПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА ПРИ ЗАДЕРЖАНИИ ЛИЦА, СОВЕРШИВШЕГО ПРЕСТУПЛЕНИЕ, КАК ОБСТОЯТЕЛЬСТВО, ИСКЛЮЧАЮЩЕЕ ПРЕСТУПНОСТЬ ДЕЯНИЯ.

Специальность 12.00.08 – уголовное право и криминология;

уголовноисполнительное право.

Диссертация на соискание учёной степени кандидата юридических наук

руководитель – Научный Заслуженный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ, наук, доктор юридических профессор Б. В. Коробейников Москва 2002 2 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………4 ГЛАВА I. ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА ПРИ ЗАДЕРЖАНИИ ЛИЦА, СОВЕРШИВШЕГО ПРЕСТУПЛЕНИЕ…………..13 § 1. Понятие и правовая природа причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление. Краткий исторический очерк…13 § 2.Уголовно-правовая характеристика лица, совершившего преступление, и основание для причинения ему вреда………………………..27 § 3. Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, как уголовное правоотношение………………………………...38 § 4. Пределы и условия правомерности применения мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление……………47 ГЛАВА II. РАЗГРАНИЧЕНИЕ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА ПРИ ЗАДЕРЖАНИИ ЛИЦА, СОВЕРШИВШЕГО ПРЕСТУПЛЕНИЕ И ДРУГИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ, ИСКЛЮЧАЮЩИХ ПРЕСТУПНОСТЬ ДЕЯНИЯ…...66 § 1.Отличия от необходимой обороны………………………………...66 § 2. Отличия от крайней необходимости………………………………80 § 3.Отличия от иных обстоятельств, исключающих преступность деяния……………………………………………………………………….. ГЛАВА III. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА ПРИ ЗАДЕРЖАНИИ ЛИЦА, СОВЕРШИВШЕГО ПРЕСТУПЛЕНИЕ…………124 § 1.Ответственность за убийство при задержании лица, совершившего преступление…………………………………………………………...124 § 2. Ответственность за причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при задержании лица, совершившего преступление………………………………………………………………………142 § 3. Ответственность за причинение иного вреда при задержании лица, совершившего преступление……………………………………...153 ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………….160 БИБЛИОГРАФИЯ……………………………………………………………. Введение Обоснование выбора темы исследования и её актуальность. Актуальность настоящего исследования обусловлена происходящими в России в последние годы социально-экономическими, политическими и психологическими изменениями общества, что не могло не отразиться на структуре и динамике преступности. Начало XXI века ознаменовано сохранением сложившихся в последнее десятилетие негативных показателей преступности, которая приобрела более агрессивный, насильственный и вооружённый характер. Вместе с тем, известно, что нередко граждане, а также уполномоченные государством должностные лица, пытаясь пресечь совершение преступлений и задержать лиц, их совершивших, вынуждены сами совершать поступки, связанные с причинением вреда ценностям, охраняемым уголовным законом. Юридическая оценка подобных действий неочевидна, поскольку по внешним своим признакам они совпадают с соответствующими преступными деяниями. Поэтому государство пытается использовать все доступные методы и средства для усиления борьбы с наиболее опасными проявлениями преступности и, одновременно, определить процедуру, согласно которой, принимаемые при задержании лиц, совершивших преступления, меры признаются правомерными. Разрабатываются и применяются мероприятия экономического, политического, организационного, тактического, и правового характера. Статья 38 УК – это одна из многочисленных новелл действующего Уголовного кодекса России, принятого в 1996 году. Использованные в ней формулировки не вполне удачны, что обусловлено отсутствием подобной нормы в прежнем законодательстве. Ряд законодательных актов содержали положения о возможности применения определёнными представителями власти физической силы, специальных средств и оружия при задержании лиц, совершивших преступления. Однако эти нормативные акты ничего не говорили о правовых последствиях причинения вреда задерживаемому при применении указанных средств. В этой связи многие представители власти предпочитали уклониться от их применения ввиду неопределённости последствий этого. Некоторым преступникам по таким причинам удавалось скрыться. В этой связи очевидно высокое значение нормы уголовного права о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление, как обстоятельстве, исключающем преступность деяния. В теоретическом плане проблема правомерности причинения вреда задерживаемому лицу, совершившему преступление, относится к числу новых и наиболее сложных проблем российского уголовного права. Её исследованию уделяли внимание известные отечественные криминалисты: Ю. В. Баулин, С. В. Бородин, Г. В. Бушуев, Н. И. Ветров, В. А. Владимиров, В. П. Диденко, Н. Д. Дурманов, Н. И. Загородников, Н. Г. Кадников, В. Ф. Кириченко, В. Г. Козак, В. Н. Кудрявцев, С. Н. Куликов, Б. А. Куринов, Ю. И. Ляпунов, Н. Н. Паше-Озерский, А. А. Пионтковский, В. П. Ревин, И. И. Слуцкий, В. И. Ткаченко, А. Н. Трайнин, Т. Г. Шавгулидзе, А. М. Яковлев, М. И. Якубович и др. Работы этих и других учёных имеют, безусловно, важное научное и практическое значение, содержащиеся в них выводы и рекомендации направлены на обеспечение прав и интересов личности и должны быть учтены при дальнейшем совершенствовании закона и практики его применения. Однако у этих учёных не сложилось единого мнения относительно содержания и сущности рассматриваемого обстоятельства, исключающего преступность деяния, его значения, а также места причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, в системе обстоятельств, исключающих преступность деяния. К тому же работы указанных авторов в большинстве своём были написаны до принятия Уголовного кодекса Российской Федерации в 1996 году, поэтому ряд вопросов, непосредственно связанных с применением статьи 38 УК РФ, не подвергались обстоятельному теоретическому исследованию. Так, не были полностью изучены вопросы о субъектах причинения вреда при задержании;

о катего рии лиц, которым может причиняться вред при их задержании;

об основании причинения вреда и условиях правомерности его причинения, а также о пределах правомерного причинения вреда, условий ответственности за причинённый вред. Необходимость решения названных вопросов потребовала проведения специального исследования, предпринятого в настоящей работе. Актуальность исследования определяется также необходимостью повышения уровня правовой культуры населения, значительная часть которого видит в уголовном праве лишь карательное начало и не учитывает позитивного содержания норм, предусматривающих, в частности, возможность освобождения от уголовной ответственности при причинении вреда лицу, совершившему преступление, в случае его задержания. Коренного изменения требует и правовое мышление работников правоохранительных органов, которое, в первую очередь, должно быть ориентировано на обеспечение прав человека в сфере уголовной юстиции. Таким образом, всё вышеизложенное свидетельствует о своевременности и необходимости научного исследования проблем применения обстоятельства, исключающего преступность деяния – причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление. Целью настоящего исследования является определение уголовноправового понятия причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, его социально-правовой сущности и основных признаков;

определение места исследуемого обстоятельства в системе других обстоятельств, исключающих преступность деяния и его отличия от иных обстоятельств, исключающих преступность деяния, а также рассмотрение условий привлечения к уголовной ответственности за превышение мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. Средствами достижения поставленной цели являются составившие содержание исследования: А) уголовно-правовой анализ ст. 38 УК РФ;

Б) исследование истории правового определения обстоятельства, исключающего преступность деяния, предусмотренного ст. 38 УК РФ, в уголовном законодательстве России досоветского, советского и пост советского периодов;

В) уголовно-правовой анализ ч. 2 ст. 108 УК РФ, ч. 2 ст. 114 УК РФ и условий применения п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК РФ;

Г) разработка предложений по совершенствованию норм уголовного закона, регламентирующих причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление;

Д) установление отличительных признаков причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, от иных обстоятельств, исключающих преступность деяния, предусмотренных главой 8 УК РФ. Объектом исследования является совокупность общественных отношений, возникающих при причинении вреда лицу, совершившему преступление, в процессе его задержания. Предметом исследования являются исторические и теоретические аспекты развития отечественного законодательства о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление;

уголовно-правовая норма о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление, и нормы, предусматривающие ответственность за превышение мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление;

практика реализации указанных норм в правоохранительной деятельности;

признаки отличий причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление от иных обстоятельств, исключающих преступность деяния. Методологической основой диссертационного исследования являются: 1) диалектический метод познания социально-правовых явлений, в соответствии с которым причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, как обстоятельство, исключающего преступность деяния, рассматривается в единстве его социального содержания и юридической формы;

2) поведенческий подход в объяснении этого обстоятельст ва, исключающего преступность деяния, как особого вида правомерного поступка;

3) системный анализ причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, и отражающей его нормы;

4) специальный юридический аспект исследования поведения при задержании лица, совершившего преступление, и противопоставления его с соответствующими преступными посягательствами. В работе применяются частно-научные методы: логико-семантический, историко-правовой, системно-структурный, аксиологический, социологический, сравнительно-правовой. Предметнотеоретической базой исследования являются труды по уголовному праву, криминологии, уголовному процессу, административному праву, социологии, психологии, философии и общей теории права. При написании диссертации автор руководствовался принципами научности, полноты, целенаправленности и объективности. В процессе исследования были использованы результаты анализа статистических данных и служебных документов, анкетирования, устных опросов. Проведён анализ 117 материалов об отказе в возбуждении уголовного дела, изучено 31 уголовное дело о превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, опрошены 150 сотрудников Тульского, Калужского, Курского и иных УВД. Нормативную основу исследования составили Уголовный кодекс России от 24.05.1996 г., Уголовно-процессуальный кодекс России от 22.11.2001 г., Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 20.12.2001 г., иные федеральные законы Российской Федерации, некоторые международные нормативно-правовые акты (в частности, Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка и др.), подзаконные нормативные акты (Положение о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, действующие уставы Вооружённых сил и ОВД и др.). В ходе исследования были изучены также правовые источники дореволюционной России и СССР.

Эмпирическую основу исследования составили результаты выборочного исследования, проведённого в г. Туле и Тульской области. По специально разработанной анкете опрошено 150 сотрудников органов внутренних дел. Изучена имеющая отношение к теме диссертации практика Верховных судов СССР и Российской Федерации (РСФСР). Научная новизна работы заключается в том, что на монографическом уровне осуществлено комплексное исследование целого ряда неразрешённых в теории и на практике вопросов, связанных с причинением вреда при задержании лица, совершившего преступление, оснований исключения признаков преступления в таком деянии, отличий данного обстоятельства от иных обстоятельств, исключающих преступность деяния и ответственности за превышение мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. Несмотря на наличие ряда диссертаций по вопросам причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление (Ю. В. Баулин, А. Б. Иванов, В. Е. Пономарь, И. С. Тишкевич), настоящее исследование – одно из первых после принятия нового Уголовного кодекса РФ, в котором проведён системный анализ законодательства о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление, и определено его значение и место среди обстоятельств, предусмотренных главой 8 УК РФ. В работе впервые исследованы вопросы о пределах правомерного причинения вреда при задержании лиц, совершивших преступления, и ответственности за все последствия их превышения. Выдвинуты и обоснованы новые предложения о совершенствовании законодательства о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление. Практическая значимость полученных автором результатов исследования заключается в следующем: А) в научно-исследовательской области – материалы диссертации могут служить основой для дальнейшей разработки всей системы обстоя тельств, исключающих преступность деяния, а также для расширения сферы унифицированного подхода при их изучении;

Б) в правотворчестве – предложения, сделанные в диссертации, могут быть использованы при внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс России с целью совершенствования его содержания;

В) в правоприменительной деятельности – разработанные рекомендации могут способствовать совершенствованию практики применения действующего закона, ст. 38 УК РФ в частности, при оценке пределов причинения вреда задерживаемому лицу, квалификации фактов превышения установленных пределов и др. Г) в учебном процессе – положения и выводы диссертации могут быть использованы при подготовке соответствующих параграфов или разделов учебников и учебных пособий, в преподавании курсов Общей и Особенной частей уголовного права, в научно-исследовательской работе студентов;

Д) в правовоспитательной деятельности – сформулированные предложения и рекомендации могут служить материалом в работе по повышению уровня правовой культуры населения и профессионального правосознания работников правоохранительных органов. Основные положения, выносимые на защиту: 1. Понятие причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление. 2. Механизм устранения признаков преступности деяния, связанного с причинением вреда при задержании лица, совершившего преступление, состоящий в исключении общественной опасности и, в определённых случаях, виновности деяния. 3. Понятие основания причинения вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании, как невозможности иными средствами осуществить задержание, и условий правомерности причинения такого вреда.

4. Пределы допустимого причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, исходя из тяжести совершённого преступления и обстоятельств задержания. 5. Отличия причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, от иных обстоятельств, исключающих преступность деяния, предусмотренных Уголовным кодексом России. 6. Условия привлечения к уголовной ответственности за убийство, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью и причинение иного вреда лицу, совершившему преступление, при превышении мер, необходимых для его задержания. 7. Целесообразность изложения п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК РФ в новой редакции: «совершение преступления при нарушении условий правомерности причинения вреда при необходимой обороне, задержании лица, совершившего преступление, крайней необходимости, обоснованном риске, исполнении приказа или распоряжения». 8. Необходимость приведения в соответствие с положениями Уголовного кодекса РФ нормативных актов, регламентирующих причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, сотрудниками ОВД и других правоохранительных органов. Апробация результатов исследования. Положения и выводы диссертации отражены в четырёх опубликованных статьях. Теоретические положения и выводы докладывались на международной конференции в г. Туле и на заседаниях кафедры уголовного права, криминологии и уголовноисполнительного права Тульского филиала Юридического института МВД России. Основные положения исследования применены в учебном процессе в Тульском филиале Юридического института МВД России и в Институте Управления и Бизнеса (г.Калуга).

Структура диссертации отвечает основным целям и предмету исследования. Диссертация состоит из введения, трёх глав, включающих десять параграфов, заключения и списка использованной литературы. Диссертация оформлена в соответствии с требованиями ВАК России.

Глава I. Понятие и признаки причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление § 1. Понятие и правовая природа причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление. Краткий исторический очерк Глава 8 Уголовного кодекса России 1996 года «Обстоятельства, исключающие преступность деяния» включает статью 38, согласно которой не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании для доставления в органы власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, если иными средствами задержать такое лицо не представилось возможным и при этом не было допущено превышения необходимых для этого мер. Эта норма является новой для действующего уголовного законодательства России. В литературе встречается мнение, согласно которому, фактором, определившим появление права на причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, был обычай кровной мести, сформулированный ещё в «Новом завете» в Евангелие от Матфея, и гласивший: «око за око, зуб за зуб»1. Для решения поставленных нами задач вряд ли стоит смотреть так глубоко в историю. Этот принцип был основан на позициях частной мести за содеянное и вовсе не предусматривал возможности задержания преступников с целью привлечения их к ответственности. Определённые зачатки прав на причинение вреда преступнику при его задержании в Древней Руси появились в «Русской Правде», которая большое внимание уделяла охране имущественных прав. Так, статья 38 краткой редакции Русской Правды предоставляла потерпевшему от воров Иванов А.Б. Институт причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление: Автореф. дисс. на соиск. уч. степени к.ю.н. М., 1999. С. 6.

ства право убить вора на месте преступления, если воровство совершено ночью и вор не был связан, то есть оказывал сопротивление. В иных случаях вора следовало задержать и вести на княжий двор1. В Уложении царя Алексея Михайловича 1969 г. также допускалось лишение жизни вора, когда он «изымати себя не даёт»2, то есть в случаях активного уклонения преступника от задержания. В законодательстве царской России более позднего периода причинение вреда преступнику рассматривалась по правилам необходимой обороны. Так, А.О. Кистяковский указывал на то, что «существует три вида пределов необходимой обороны: а) предшествующее нападению;

б) сопровождающее его;

в) последующее ему»3 (курсив мой – А. С.). «Необходимая оборона имеет гораздо больше сходства с деятельностью органов полицейской власти. В том случае, когда полиция, для прекращения насилия или материального сопротивления, угрожающего попранием общих и частных прав, употребляет насильственные меры, эта деятельность имеет полное сходство с действиями в состоянии необходимой обороны»4. Речь в этом случае идёт о задержании преступников. Интересное суждение содержится в работах Таганцева Н.С. Он пишет: «Спорным является вопрос о том, может ли рассматриваться, как акт обороны, выстрел, сделанный вдогонку бежавшего вора, чтобы воспрепятствовать ему унести вещь? Основание спора заключается в том, что трудно решить: был ли сделан выстрел для воспрепятствования уносу вещи, или же в отмщение за покражу;

в последнем случае деяние будет, несомненно, частной местью, а не обороною. Но если выстрел был сделан для воспрепятствия побегу, то, конечно, это насилие будет актом обороны, так как оно Законодательство Древней Руси. Т.1. М., 1984.. С. 89. Полетаев Н.А. Необходимая оборона. М., 1912. С.,10. 3 Кистяковский А.О. Элементарный учебник общаго уголовнаго права с подробным изложением начал русскаго уголовнаго законодательства. Часть общая. 3-е издание. Киев, 1891. 4 Там же. С. 375.

2 ничем не отличается от насилия над вором, захваченным на месте преступления»1. Схожее мнение высказывал профессор Франц Фон-Лист: «Необходимая оборона по отношению к убегающему вору постольку допустима, поскольку изъятие вещи из обладания собственника ещё не вполне совершено. Если изъятие из обладания уже совершено, может быть допустимо самоуправство»2. Причинение вреда лицу после совершения им преступления рассматривалось как противоправное деяние, ответственность за которое наступала на общих основаниях, то есть вред, причинённый при задержании не включался в содержание необходимой обороны ни при каких обстоятельствах и не рассматривался, как обстоятельство, исключающее преступность деяния. Уголовное законодательство советского периода также не предусматривало специальной нормы о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление. Только Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. содержал ст.145 и ст. 152., предусматривающие ответственность за убийство и тяжкие телесные повреждения преступнику при его задержании. Уголовный кодекс РСФСР 1926 г., Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г., Уголовный кодекс РСФСР 1960 года не содержали правовых предписаний о поведении при задержании лиц, совершивших преступление. В то время этот недостаток законодательства отчасти восполнялся Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 года (в редакции Указа Президиума Верховного Совета СССР от 5 июня 1981 года) «Об усилении ответственности за хулиганство», который устанавливал, что действия граждан, направленные на пресечение преступных посягательств и задержание преступника, являются правомерными и не влекут уголовной ответственности, даже если этими действиями вынужденно был причинён вред преступнику. Однако даже эта формулировка Таганцев Н.С. Курс русскаго уголовнаго права. Часть общая. Книга 1-я. Учение о преступлении. Выпуск 1-й. С-Пб., 1874. С.,222. 2 Франц Фон-Лист. Учебник уголовнаго права. Общая часть. М., 1903. С.153-154.

чётко не определила основания и условия правомерности причинения вреда при задержании преступника. Поэтому судебная практика не нашла иной альтернативы и рекомендовала подобные ситуации рассматривать применительно к положениям уголовного законодательства о необходимой обороне. По этому пути пошёл Пленум Верховного суда СССР в своих постановлениях от 23 октября 1956 года «О недостатках судебной практики по делам, связанным с применением законодательства о необходимой обороне» и от 4 декабря 1969 года «О практике применения судами законодательства о необходимой обороне». Позиции же Пленума Верховного суда СССР в вопросе о том, как должны оцениваться действия, причинившие вред посягавшему после посягательства, отражённые в постановлении от 16 августа 1984 года «О применении законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств» достаточно неоднозначны. Пленум разъясняет, что совершёнными в состоянии необходимой обороны следует оценивать действия народных дружинников и других граждан, выполнявших общественный долг по поддержанию правопорядка и причинивших вред лицу, в связи с пресечением его общественно опасного посягательства и задержанием или доставкой в соответствующие органы власти. Также должны были рассматриваться действия представителей власти, работников правоохранительных органов, военизированной охраны и иных лиц, в связи с исполнением ими служебных обязанностей по пресечению общественно опасных посягательств и задержанию правонарушителей. Что же касается причинения вреда посягавшему со стороны оборонявшегося после окончания посягательства (а это значит и при попытке его задержать), то Пленум считает необходимым квалифицировать такие действия, при определённых обстоятельствах, как совершённые в состоянии сильного душевного волнения, то есть аффекта (смягчающие вину обстоятельства), которые не исключают преступность деяния. Это представляется не совсем справедливым, так как потерпевшие от преступления зачастую являются единственными, кто может задержать посягавшего непосредственно после совершения преступного деяния, а иногда это бывает возможным только с причинением определённого вреда посягавшему. Отождествление задержания с необходимой обороной вело к аналогии, отвергнутой в современном отечественном законодательстве. Попытки преодоления данного недостатка были сделаны с внесением в Основы уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 года статьи 25 с нормой о задержании лица, совершившего преступление. По своему содержанию она близка с аналогичной правовой нормой УК РФ 1996 года. Но в связи с распадом СССР она так и не приобрела своей юридической силы, в виду того, что республиканское законодательство не включило её в соответствующие Уголовные кодексы. Наряду с этим, о задержании подозреваемых в совершении преступления или уклоняющихся от исполнения наказания говорится в п.п. 7,8,12 ст. 11, ст. ст. 13,14 Закона РСФСР «О милиции», ст. ст. 23 и 24 Федерального закона «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации», ст. 25 Федерального закона «О государственной охране», ст. 425 Таможенного кодекса РФ и др. В ходе задержания возможно применение физической силы, специальных средств и оружия, а это значит и причинение вреда задерживаемому. Однако указанные нормативные акты ничего не говорят о правовых последствиях такого причинения вреда. Это может регламентироваться только уголовным законодательством. Конституция Российской Федерации в части 4 статьи 15 определяет, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Исходя из этого конституционного принципа, с учётом активного участия России в деятельности международных организаций, законодательные органы государства при разработке про екта Уголовного кодекса и его принятия должны были учесть международно-правовые нормы и рекомендации относительно соблюдения и обеспечения прав и свобод человека. Это же касается и законодательного закрепления оснований и условий причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление. В этой связи, необходимо учесть позицию Генеральной Ассамблеи ООН, которая призывает все государства-члены предпринимать усилия по «созданию и укреплению средств выявления, судебного преследования и наказания виновных в совершении преступлений», «развитию сотрудничества с другими государствами на основе оказания взаимной помощи в таких вопросах, как выявление и преследование правонарушителей, их выдача и конфискация их имущества с целью предоставления реституции жертвам»1. «Должностные лица по поддержанию правопорядка при проведении правомерного задержания лиц, совершивших преступления, или иные лица при оказании помощи в таком задержании вправе применять силу, которая является разумно необходимой при данных обстоятельствах, «и в той мере, в какой это требуется для выполнения их обязанностей». Когда задерживаемый оказывает вооруженное сопротивление либо другие меры, имеющие менее исключительный характер, для задержания недостаточны, допускается применение оружия»2. Одновременно с этим, международное сообщество в ч. 1 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах от 19декабря 1966г. закрепило, что «никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом».

Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью. Резолюция 40/34 А, ст. 4 п. "д, н ". 2 Цит. По: Сидоров Б. В. Уголовно-правовые гарантии правомерного, социально полезного поведения. Казань., 1992. С. 47 со ссылкой на источник: Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка. Ст. 3 //Соц. законность, 1990. № 1 С. 72-73.

Эти и другие подобные рекомендации международного сообщества в определенной мере используются в рамках уголовного законодательства России, так как они, согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и ч. 2 ст. 1 Уголовного кодекса, являются частью ее правовой системы, в том числе и в сфере уголовного права. Уголовное законодательство РФ в статье 38, закрепляя дозволенную возможность причинения вреда лицу, совершившему преступление при его задержании в случае невозможности этого сделать иными средствами, исключило преступность такого причинения вреда, что имеет большое значение. Во-первых, это стимулирует повышение активности у граждан по задержанию лиц, совершающих или совершивших преступления, что ведет к более тесному сотрудничеству по обеспечению правопорядка между правоохранительными органами и рядовыми гражданами. Во-вторых, это является средством обеспечения неотвратимости ответственности, которая, не выделяясь в УК РФ в качестве самостоятельного принципа, входит обязательным требованием принципа законности (ст. 3 УК РФ), а также вытекает из содержания УК РФ. Каждое лицо, совершившее преступление, сможет понести уголовную ответственность только после его задержания и доставления в органы власти. В-третьих, статья 38 УК РФ закрепляет условия, при которых исключает преступность деяния, а значит и уголовную ответственность лица, причинившего вред задерживаемому преступнику. Это является четкой законодательной гарантией неосуждения лиц, которые совершили подобные деяния для достижения общественно-полезных целей. Это также одно из требований принципа законности: "нет преступления, нет наказания без указания на то в законе" (Nullum crimen, nulla poena sine lege). В-четвертых, действия по задержанию лиц, совершивших преступление, в ряде случаев предотвращает совершение такими лицами новых преступлений и обеспечивает возмещение причиненного ими ущерба. "Принятие гражданами мер по задержанию преступников имеет также большое предупредительное значение. Преступник знает о том, что его могут задержать не только работники милиции, но и любые другие граждане, причем ему могут причинить телесные повреждения, а при определенных обстоятельствах даже смерть. Наличие у преступника такого опасения может, наряду с грозящим наказанием удержать его от совершения преступления"1. Профессор Н. Г. Кадников указывает, что при этом также осуществляется общая превенция, так как «…все остальные граждане информируются о возможности причинения вреда при попытках после совершения преступления скрыться и помешать свершиться правосудию»2. Исключение преступности деяния, причинившего вред лицу, совершившему преступление при его задержании, обусловлено отсутствием в них одного или нескольких признаков преступления: общественной опасности, противоправности, виновности и наказуемости, которые сформулированы в ч. 1 ст. 14 Уголовного кодекса РФ. Большинство ученых считают, что причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, не является преступным, так как не содержит материального признака «общественная опасность»3, под которой в теории уголовного права понимают «определённое объективное антисоциальное явление преступления, обусловленное всей совокупностью его отрицательных свойств и признаков и заключающее в себе реальную возможность причинения вреда (ущерба) общественным отношениям, поставленным под охрану закона»4. Безусловно, причиняемый при задержании вред нельзя оценить как общественно опасный вследствие того, что он причинён общественным отношениям, не охраняемым в данном случае зако1 Тишкевич И.С. Право граждан на задержание преступника. Минск. 1974. С.5. Кадников Н. Г. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. М., 1998. С.

16-17.

См., например: Тишкевич И.С. Указ. соч. С.5;

Владимиров В.А., Ляпунов Ю.И. Обстоятельства, исключающие общественную опасность и противоправность деяния. М,1970.;

Баулин Ю.В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. Харьков, 1991 и др. 4 Ляпунов Ю.И. Общественная опасность как универсальная категория советского уголовного права. М., 1989. С.39.

ном. Это обусловлено закрепленной в законе целью задержания - доставления лица органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений;

а также обстановкой задержания, в которой иными средствами задержать такое лицо не представилось возможным. Более того, некоторые авторы небезосновательно отмечают «общественную полезность» этих действий1. Другой признак преступления – виновность, на наш взгляд, применительно к ситуациям, связанным с причинением гражданами вреда при задержании лица, совершившего преступление, не исключается. «Виновность – это особое психическое состояние человека, которое выражается в определённых формах и которое неразрывно связано с общественно опасным деянием, запрещённым уголовным законом, совершённым данным лицом»2. Ответственность за причиненный вред при задержании лица, совершившего преступление, предполагает только умышленную форму вины. Интеллектуальный элемент умысла для лиц, причиняющих вред при таких обстоятельствах, предполагает осознание значимости своих действий при задержании и предвидение возможности или неизбежности причинения задерживаемому лицу вреда в процессе этого. Волевой элемент умысла отражает желание наступления последствий в виде причинения вреда, что необходимо для задержания лица, совершившего преступление и доставления его в органы власти, а также пресечения возможности совершения им новых преступлений, либо сознательное допущение наступления таких последствий для совершения указанных действий. Однако, в определённых случаях признак виновности отсутствует. Применительно к деятельности сотрудников ОВД и других правоохранительных органов, которые в силу положений определенных законов и инструкций не только имеют право задерживать преступников, но и обязаны См.: Якубович М. И. Необходимая оборона и задержание преступника М., 1976. С.

18.

Кадников Н.Г. Классификация преступлений по уголовному праву России. М., 2000. С.25.

это делать, особенностью является отсутствие волевого элемента умышленного причинения вреда задерживаемому, так как сотрудники не желают причинить вред, а в силу требования своих должностных полномочий обязаны это сделать в случаях, когда иными средствами задержать такое лицо не представилось возможным, и при этом не было допущено превышение необходимых для этого мер. Условно говоря, их волеизъявление в таких ситуациях подавлено предписаниями нормативных актов и зависит от возложенных на них обязанностях, выполнению которых они присягали. Такие признаки как противоправность и наказуемость при причинении вреда задерживаемому лицу не устраняется. Противоправность предполагает закрепление в уголовном законе запрета на совершение таких деяний под угрозой наказания1. Само по себе причинение вреда (физического, материального) при задержании лица, совершившего преступление, ни каким образом не влияет на реализацию этого запрета применительно к любым другим ситуациям, связанным с причинением вреда. Наказуемость- признак преступления, означающий возможность назначения предусмотренного санкцией статьи наказания за совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления2. Причинение вреда категория объективная и поэтому не может исключить юридической возможности назначить наказание. Важность включения статьи 38 в Уголовный кодекс РФ 1996 года очевидна. Таким образом был устранен существовавший законодательный пробел, создававший тупиковую ситуацию для правоприменителей, вынуждающую их применять в таких случаях норму о необходимой обороне, что на самом деле не всегда соответствовало истине. Из 150 опрошенных нами сотрудников ОВД 91,4% указали на целесообразность включения статьи 38 в Уголовный кодекс России, и лишь 8,4% считают её включение нецелесообразным. Причём в последнем случае 83,3% опрошенных – сотрудники, См.: Кадников Н. Г. Классификация преступлений по уголовному праву России. См.: Там же. С. 27.

С. 23.

имеющие стаж работы в ОВД свыше 5 лет и 16,7% - стаж от 3 до 5 лет работы в ОВД. Эти показатели ещё раз подтверждают, что расширение системы обстоятельств, исключающих преступность деяния, статьёй 38 УК оправдало назревшую необходимость в принятии подобной нормы. Значимость этой новеллы не даёт оснований возносить её до уровня «института уголовного права», как это делают некоторые авторы.1 Это всего лишь обычная позитивная (регулятивная) уголовно-правовая норма, носящая разрешающий характер. Она входит в подинститут обстоятельств, исключающих преступность деяния, который в свою очередь является одним из нескольких совокупных составляющих уголовно-правового института - «Преступление». Необходимо учесть, что уголовное право не регламентирует основания и порядок задержания лиц, совершивших преступление. Это устанавливает глава 12 УПК РФ 2001 года в статьях 91 и 922. Следовательно, это не является предметом уголовно-правового регулирования. Поэтому не совсем верным представляется рассмотрение таких вопросов в соответствующей учебной литературе.3 Уголовное право определяет лишь особенности привлечения к уголовной ответственности либо освобождения от неё за причинённый вред лицу, совершившему преступление, при его задержании. Все иные вопросы, так или иначе связанные с задержанием лица, совершившего преступление, выходят за пределы регулирования норм уголовного права. Вместе с тем, некоторые авторы, пытаясь определить значение термина «задержание», используемое в статье 38 УК РФ, считают, что на деле необходимо различать два варианта: задержание физическое (фактическое) См. напр., Иванов А.Б. Институт причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление: Автореф дисс. к. ю. н. – М., 1999 г.;

Рабаданов А. С. Применение уголовно-правовых норм о необходимой обороне и задержании преступников в деятельности ОВД:

Автореферат дисс. к. ю. н. М., 1998.г., С. 15 и др. 2 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 22 ноября 2001 года// Российская газета от 22 декабря 2001 г. 3 Уголовное право. Общая часть./Отв. ред. Здравомыслов Б.В.-М.: Юристъ,1996 г., С. и задержание процессуальное (юридическое). Первое – это поимка, захват, доставление человека в правоохранительные органы, второе – оформление протоколом решения правоохранительного органа об аресте на определённый законом срок. Уголовный закон по их мнению как раз и подразумевает фактическое задержание1. На наш взгляд, с такой дифференциацией можно согласиться, однако следует учитывать, что уголовное законодательство придаёт данному термину значение обстоятельства, которое будет характеризовать только обстановку, в которой будет причинён вред задерживаемому, но никак не оценивает законность и обоснованность факта физического задержания. Правовое значение момент фактического задержания имеет для уголовно-процессуального законодательства. Так, пункт 15 статьи 5 УПК РФ определяет: «Момент фактического задержания – момент производимого в порядке, установленном настоящим Кодексом, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления»2. Следует отметить некорректность законодательной формулировки «лицо, совершившее преступление». Только вступивший в силу обвинительный приговор суда предоставляет право называть осужденного преступником, а деяние, за совершение которого ему назначено наказание – преступлением. Статья 38 УК РФ не предполагает ограничений в том, что причинение вреда допускается только при задержании осужденных лиц, пытающихся уклониться от назначенного наказания. Напротив, закреплением этой нормы в Уголовном кодексе законодатель стремился в первую очередь поощрить граждан, задерживающих лиц непосредственно сразу или через непродолжительное время после совершения ими деяний, внешне похожих на преступления. Поэтому формулировка «совершившего преступление» неприменима ко всем ситуациям задержания лиц, не признанных судом виновными в совершении преступления. При задержании еще неизСм.: Иванов А.Б. Указ. соч. С.14. Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации от 22 ноября 2001 года// Российская газета от 22 декабря 2001 года. С.1.

2 вестно, способно ли лицо нести уголовную ответственность, и совершено ли это деяние виновно. Задерживающий может наблюдать (и то не всегда) только деяние и способы его совершения, то есть внешние (объективные) признаки преступления. Говорить о задержании преступника в буквальном смысле можно лишь тогда, когда задерживается лицо, совершившее побег после вынесения обвинительного приговора суда. По этой причине представляется логичным несколько изменить формулировку в законе. Говорить о лице, «подозреваемом или обвиняемом в совершении преступления»1 было бы также юридически не точно в связи с тем, что УПК РФ в статье 46 устанавливает, что «подозреваемым является лицо: 1) либо в отношении которого возбуждено уголовное дело по основаниям и в порядке, которые установлены главой 20 настоящего Кодекса;

2) либо которое задержано в соответствии со статьями 91 и 92 настоящего Кодекса;

3) либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в соответствии со статьёй 108 настоящего Кодекса2». «Обвиняемым признаётся лицо, в отношении которого: 1) 2) вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого;

вынесен обвинительный акт» (часть 1 статьи 47 УПК РФ). В большинстве этих случаев лицо уже задержано, следовательно, нет никаких оснований еще раз задерживать лицо для доставления органам власти. Представляется, что правильнее было бы сформулировать в статье 38 Уголовного кодекса России, а также в иных статьях, использующих рассматриваемую формулировку (п. «ж» ч. 1 ст. 61, ч. 2 ст. 108, ч. 2 ст. 114 УК РФ), «задержание лица, совершившего общественно-опасное деяние, запрещённое настоящим Кодексом». Это словосочетание в большей степени Иванов А.Б. Институт причинения вреда при задержании лица, совершившее преступление. Автореф. дисс. К. ю.н. М,1999. С. 10. 2 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 22 ноября 2001 года// Российская газета от 22 декабря 2001 г.

соответствует части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, а также статье 8 Уголовного кодекса России, устанавливающей в качестве основания уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом. Поэтому, пока судом официально не будет установлен факт совершения лицом преступления, задерживающий на момент задержания может лишь предполагать виновность и правосубъектность задерживаемого и мысленно определить для себя наличие в его деянии признаков преступления. Понятие «вред» понимается как «порча, ущерб»1. Причинённый вред может быть не только физический, но и материальный (например, повреждение предметов одежды задерживаемого или автомобиля, на котором он пытается скрыться и т.п.). Важно, чтобы такой вред был явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой и обстоятельствам задержания. Представляется, что не исключается преступность деяния и не смягчается наказание в случаях причинения морального вреда лицу, совершившему преступление (унижении его чести, достоинства и репутации) в тех пределах, в каких данные ценности охраняются Уголовным кодексом России. Например, оскорбление лица, при его задержании или клевета, соединённая с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления в случаях, когда задерживающий достоверно знает, что задерживаемый совершил преступление небольшой или средней тяжести (ст. ст. 130 ч.1;

129 ч.3 УК РФ). Унижение чести и достоинства лица, совершившего преступление, является нарушением принципа гуманизма, установленного в статье 7 Уголовного кодекса РФ.

Большой толковый словарь русского языка. С-Пб., 2000. С. 157.

Группу норм, регламентирующих возможность причинения определённого вреда лицу, совершившему преступление (ст. 38, п. «ж» ч. 1 ст. 61, ч. 2 ст. 108, ч. 2 ст. 114 Уголовного кодекса Российской Федерации), также нельзя называть «институтом уголовного права». Это лишь несколько обособленных правовых норм, содержащихся в различных подинститутах и институтах уголовного права. На основании вышеизложенного, можно определить, что причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление – это основанные на разрешающих нормах уголовного законодательства, действия граждан, направленные на причинение материального или физического вреда лицу, совершившему преступление, с целью его доставления в органы власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, исключающие их общественную опасность и в определённых случаях виновность, а как следствие этого уголовную и иную ответственность за причинённый вред.

§ 2. Уголовно-правовая характеристика лица, совершившего преступление, и основание для причинения ему вреда Осуществляя задержание, сопряжённое с причинением вреда задерживаемому лицу, необходимо учитывать личность последнего, с тем, чтобы определить правомерность действий, применяемых в отношении него. Уголовный закон прямо не фиксирует, какими свойствами должно обладать лицо, которому причиняется вред, а только определяет: «лицо, совершившее преступление», то есть виновно совершённое общественно опасное деяние, запрещённое Уголовным кодексом под угрозой наказания. Совершение такого деяния со всеми признаками состава преступления, исходя из статьи 8 Уголовного кодекса, является основанием уголовной ответственности. В свою очередь, статья 19 Уголовного кодекса устанавливает общие условия уголовной ответственности лиц, совершивших преступления: «уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом». Следовательно, причиняя вред лицу, совершившему преступление, при его задержании, необходимо учитывать: обладает ли данное лицо признаками субъекта того преступления, за совершение которого его задерживают, либо оно не подлежит уголовной ответственности по различным основаниям. Решение этого вопроса прямо будет определять наличие или отсутствие признаков преступления в действиях самого задерживающего, связанных с причинением вреда данному лицу. Выше уже отмечалось, что фактически достаточно сложно, а нередко, просто невозможно установить в момент задержания, есть ли у лица все признаки субъекта того преступления, которое оно совершило. В конечном итоге, установление этих признаков является прерогативой суда;

задерживающий же, исходя из своих субъективных суждений, может только предполагать наличие у него этих признаков. Поэтому и предлагалось изменить законодательную формулировку «лицо, совершившее преступление». Тем не менее, задерживающий, определяя способы и средства задержания, а также пределы причинения вреда определённому лицу при его задержании, должен исходить из следующих признаков, которыми может обладать последнее: 1) лицо достигло возраста уголовной ответственности;

2) лицо в момент совершения своих преступных действий полностью осознавало их значимость и могло ими руководить, то есть было вменяемым;

3) являлось именно тем лицом, которое совершило преступное деяние;

4) лицо ранее уже совершало преступные деяния либо уже осуждалось за совершение подобных или иных преступлений, либо со вершило побег из места лишения свободы, из-под ареста или изпод стражи;

5) является физически крепким или слабо развитым лицом;

6) лицо в момент задержания проявляет агрессивность и активное сопротивление либо пытается скрыться без сопротивления;

7) на момент задержания находится в состоянии наркотического или иного опьянения;

Эти и другие качества характеризуют личность задерживаемого, понятие которой в науке уголовного права отличается от понятия субъекта преступления. Последнее характеризует совокупность законодательных требований, которые дают право говорить о способности лица нести уголовную ответственность. Личность преступника – понятие более широкое, оно включает в себя признаки субъекта соответствующего преступления и признаки, которые учитываются при назначении наказания (обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, характеризующие личность и т.п.)1. Осознание того, что это лицо является физическим, а не юридическим не рассматривается, в силу очевидности их различий и очевидности вопроса в целом: юридические лица не являются субъектами преступлений, несмотря на продолжающиеся дискуссии в литературе2, а значит не может рассматриваться в рамках статьи 38 Уголовного кодекса вопрос о причинении им вреда. Более важным при причинении вреда лицу, совершившему преступление, является предположение о том, что это лицо достигло возраста уголовной ответственности. Для этого необходимо чётко представлять, какое преступление было совершено. В зависимости от этого выделяют преступСм.: Кадников Н.Г. Классификация преступлений по уголовному праву России. С.62;

Дагель П.С. Учение о личности преступника в советском уголовном праве. Владивосток, 1970;

Кудрявцев В.Н., Кондрашков Н.Н., Лейкина Н.С. Личность преступника. М., 1975;

Лазарев А.М. Субъект преступления. М., 1981. 2 Об этом см. подробнее: Наумов А.В. Предприятие на скамье подсудимых?// Советская юстиция, 1992. №17-18.С.3;

Келина С.Г. Ответственность юридических лиц в проекте нового УК РФ // Сб. Уголовное право: новые идеи. М., 1994. С. 51-60.;

Никифоров А.С. Об уголовной ответственности юридических лиц //Там же. С. 44-61 и др.

алкогольного, ления, ответственность за которые наступает с 14 лет;

преступления, ответственность за которые наступает по достижении 16 лет и иные преступления, по которым возраст виновного устанавливается специальными нормами УК РФ. Перечень первых двух групп дан в статье 20 Уголовного кодекса РФ, последняя группа в действующем законодательстве специально не перечисляется, однако они могут быть установлены путём применения различных приёмов толкования соответствующих норм уголовного закона1, либо об этом прямо может быть сказано в диспозиции статьи. На практике в момент задержания, за исключением редких случаев, когда задерживающий достоверно знает возраст задерживаемого, он определяется визуально, поэтому нередко допускаются ошибки. Вопрос об ответственности за причинение вреда лицу, не подлежащему уголовной ответственности в силу не достижения необходимого для этого возраста, решается на общих основаниях по правилам ответственности за общественно опасные действия, совершённые под влиянием фактической ошибки, то есть в зависимости от наличия или отсутствия вины. В случае, когда лицо, причинившее вред при задержании, исходя из конкретных обстоятельств дела, не должно было и не могло осознавать ошибочности своего представления относительно возраста задерживаемого (высокий рост, крепкое, развитое телосложение и т.п.), оно не может нести ответственности вследствие отсутствия вины. Если же по обстоятельствам дела задерживающий, причинивший вред лицу, не достигшему возраста уголовной ответственности, имел возможность не допустить ошибку при его задержании, то он несёт ответственность за причинение вреда по неосторожности, в зависимости от наступивших последствий (ст. ст. 109, 118 УК РФ). Следующим обстоятельством, которое необходимо учитывать при причинении вреда лицу, совершившему преступление, это его вменяемость в момент совершения им преступного деяния, а также в момент задержания.

Классификация преступлений и её значение для деятельности органов внутренних дел. М., 1983. С.51.

Уголовно-правовое понятие вменяемости, по мнению В.Г. Павлова, означает психическое состояние лица, при котором оно в момент совершения преступления было способно осознавать характер своего поведения и руководить им в определённой и конкретной ситуации1. Вменяемость лица определяется через понятие невменяемости (статья 21 УК РФ) и достоверно устанавливается исключительно квалифицированными экспертами2. В момент причинения вреда лицу при его задержании его невменяемость во время совершения преступного деяния может определяться только по каким-либо внешним признакам (неадекватное поведение, безрассудная речь, безумное выражение лица и т. п.). Задерживающий может быть в этом уверен только в случаях, когда лично наблюдал деяние этого лица, либо осуществление задержания происходит через короткий промежуток времени после этого, и в момент задержания имеются признаки невменяемости. Во всех других случаях, кроме достоверных данных о наличии у задерживаемого психического заболевания, задерживающий исходит из предположения о вменяемости этого лица. При этом также возможны ошибки, когда причиняется вред лицу, при его задержании за совершение деяния, которое не может быть признано преступным в силу невменяемости последнего. Вопрос об ответственности за причинённый вред невменяемому лицу решается аналогично случаям ошибки в возрасте задерживаемого. В литературе обсуждается вопрос: правомерно ли будет задержание и, соответственно, причинение вреда малолетним, невменяемым и лицам, совершившим общественно опасные деяния невиновно. По мнению Ю.В. Баулина задержание с причинением вреда в этих случаях будет неправомерно и будет влечь уголовную ответственность за незаконное лишение свободы и за вред, причинённый при задержании, так как цель задержания и доставления в органы власти – последующее привлечение к уголовной Павлов В.Г. Субъект преступления и уголовная ответственность. С.-Пб, 2000. С. Назаренко Г.В. Принудительные меры медицинского характера. М., 2000. С.15 41-42. 16.

ответственности, что невозможно в отношении вышеперечисленных категорий лиц1. Представляется, что такая позиция слишком категорична. Задерживать таких лиц необходимо в любом случае, так как следует достоверно установить все обстоятельства дела и решить вопрос о применении к ним законных мер (например, принудительных мер медицинского характера или привлечение к гражданско-правовой ответственности). В случае уклонения этих лиц от задержания, когда задерживающему не было известно о невозможности привлечь их к уголовной ответственности, ответственность за причинённый вред этим лицам будет исключаться. Когда же задерживающему было известно о возрасте или психическом состоянии этих лиц, исключающих их уголовную ответственность, то вред, причинённый при их задержании в случаях активного уклонения или сопротивления, будет оцениваться с точки зрения крайней необходимости либо необходимой обороны (статьи 37 и 39 Уголовного кодекса). Определённые трудности при оценке правомерности причинения вреда возникают в случае задержания несовершеннолетних лиц с отставанием в психическом развитии, не связанном с психическим расстройствами, и лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, когда этими лицами совершены преступные деяния. В первом случае, исходя из ч. 3 ст. 20 УК РФ несовершеннолетний, достигший возраста уголовной ответственности, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством не способный в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своего деяния либо руководить своим поведением, не подлежит уголовной ответственности. В этих случаях, задержка психического развития представляет собой основной тип аномалии, которая проявляется в нарушении нормального темпа психического развития ребёнка. Она может быть вызвана дефектами конституции ребёнка (гармонический инфантилизм), соматическими заболеваниями или органическими поражениями Баулин Ю.В. Право граждан на задержание преступника. Харьков, 1986. С.56.

центральной нервной системы и т. п.;

недоразвитие высших психических функций при этом имеет временный характер1. Если задерживающий, причиняя вред таким лицам, на должен был и по обстоятельствам дела не мог знать о наличии у задерживаемого подобных симптомов, преступность его действий исключается в силу отсутствия виновности. При задержании лиц с ограниченной вменяемостью, в случае причинения им вреда, ответственность задерживающего исключается во всех случаях, если не были превышены пределы правомерности причинения такого вреда, так как согласно статье 22 Уголовного кодекса РФ, вменяемые лица, совершившие преступления, но в силу психического расстройства не способные в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежат уголовной ответственности. Как определяет Г.В. Назаренко, «уменьшенная вменяемость – это не уменьшенная виновность, а по существу ограниченная способность осознавать социальную опасность содеянного либо обусловленная аномальными особенностями лица сниженная способность контролировать свои антиобщественные побуждения и вытекающие из них противоправные поступки»2. Причиняя вред определённому лицу, задерживающий должен быть уверен, что это именно то лицо, которое совершило преступление. Такая уверенность может быть в следующих случаях: задерживающий является потерпевшим либо очевидцем преступления;

на задерживаемого прямо указывают очевидцы преступления как на лицо, его совершившее;

задерживаемому достоверно известны приметы лица, совершившего преступление в случаях причинении вреда при задержании сбежавшего преступника или лица, объявленного в розыск.

См.: Дефектология: Словарь-справочник. Автор-составитель С. С. Степанов / Под ред. Б.П. Пузанова. М., 1996. С. 32. 2 Назаренко Г.В. Указ. соч. С. 22.

В случае причинения вреда иным лицам, ошибочно принятым за преступников, речь может идти о причинении вреда «мнимому преступнику»1. Ответственность за вред наступает по правилам о фактической ошибке в личности потерпевшего. Некоторыми особенностями обладает причинение вреда при задержании лиц, ранее совершавших преступные деяния или осуждавшихся за совершение подобных либо иных преступлений (рецидив преступлений) либо лиц, совершивших побег из мест лишения свободы, из-под стражи или из-под ареста. В первом случае имеются все основания говорить о повышенной общественной опасности лиц, совершивших преступление. По справедливому утверждению Кадникова Н.Г., «общественная опасность личности преступника имеет самостоятельное значение - явление, обладающее индивидуально определёнными признаками»2. Рецидив преступлений наряду с неоднократностью признаётся законодателем обстоятельством, отягчающим наказание (п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ), а это означает, что, в целом, в этих случаях и в случаях совокупности преступлений повышается общественная опасность совершённого деяния и лица, его совершившего и усложняется обстановка, в которой причиняется вред таким лицам. Исходя из этих позиций, М.И. Якубович обоснованно делает вывод, что при задержании лиц, ранее совершавших преступления или ранее судимых за совершение преступлений, причиняемый им вред может быть несколько больший, чем при задержании лиц, впервые совершивших преступление3. Насколько больше может быть такой вред, зависит от степени общественной опасности этих лиц. При задержании лиц, совершивших побег из-под стражи, из-под ареста или из мест лишения свободы, ситуация несколько проще. Задерживающий может более или менее точно себе представлять характер и степень См.: Ткаченко В. Задержание мнимого преступника. // Советская юстиция, 1974. № 3. С. 20-21. 2 Кадников Н.Г. Указ. соч. С. 22-23. 3 См.: Якубович М.И. Необходимая оборона и задержание преступника. М., 1976. С.58-59.

общественной опасности совершённого лицом преступления. В случае побега из места лишения свободы или из-под ареста имеется вступивший в силу приговор суда, в котором определено, за преступление какой категории лицо осуждено. При побеге из-под стражи также имеется постановление о привлечении лица, в качестве обвиняемого либо протокол задержания, в которых указывается, в совершении каких преступлений лицо подозревается или обвиняется. Представляя себе характер и степень общественной опасности совершённого лицом преступления, с учётом общественной опасности самого побега (статья 313 Уголовного кодекса РФ) и обстановки задержания, можно более чётко определить пределы, в которых будет правомерным причинение вреда в случаях задержания таких лиц. Физическое состояние и поведение лица, совершившего преступление, при его задержании имеет существенное влияние на обстоятельства этого задержания и на пределы причинения вреда. Лицо, совершившее преступление может быть достаточно физически развитым либо, напротив, быть слабо развитым. Одновременно с этим, вне зависимости от физического состояния лица, оно может проявлять при задержании особую активность, сопротивляясь и препятствуя своему задержанию. Более того, сопротивление в отдельных случаях может перерастать в нападения на задерживающих. Тогда есть все основания говорить о возникновении у задерживаемого права на необходимую оборону1. Бывают случаи, когда задерживаемый не оказывает активного сопротивления, но изо всех сил пытается скрыться (убежать) либо вообще не оказывает противодействия своему задержанию. Эти и другие обстоятельства относятся Ю. В. Баулиным к обстановке, в которой причиняется вред. Она может быть благоприятной и неблагоприятной2 и влияет на содержание того вреда, который возможно причинить в этой обстановке.

См.: Тишкевич И.С. Право граждан на задержание преступника. Минск,1974. С.

25.

Баулин Ю.В. Уголовно-правовые проблемы учения об обстоятельствах, исключающих преступность (общественную опасность и противоправность) деяния.//Дисс. На соиск. Уч. ст. док. ю. н., Харьков. 1991. С. Некоторыми особенностями обладают случаи причинения вреда лицам, совершившим преступление, находящимся в момент задержания в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения. Известно, что алкоголь либо наркотические средства и психотропные вещества, воздействуя на центральную нервную систему человека, поражают его сознание и волю. Благодаря нарушению мышления и ослаблению самоконтроля, поведение пьяного человека заметно отличается от поведения того же человека в трезвом состоянии1. В этой связи такое поведение бывает не всегда адекватным происходящему, часто безосновательно агрессивным и жестоким, а поэтому и более общественно опасным для задерживающего. Это вынуждает применять к таким лицам более жёсткие меры по их задержанию, поэтому вред к этой категории лиц может быть больше, чем к лицам, не находящимся в состоянии опьянения. С другой стороны состояния опьянения, особенно наркотического, могут характеризоваться и другими признаками: вялость, сонливость, подавленность лица, совершившего преступление2. Тогда его задержание может не быть связано с причинением вреда. Все эти факторы необходимо учитывать задерживающему лицу. Каждая ситуация, связанная с причинением вреда лицу, совершившему преступление, должна иметь под собой основания. В русском языке под основанием понимается «то, на чём строится, зиждется, создаётся чтолибо;

право на что-либо, на осуществление чего-либо»3. Ранее отмечалось, что уголовное законодательство России определяет лишь особенности привлечения к уголовной ответственности либо освобождения от нее за причиненный вред лицу, совершившему преступление при его задержании. Все иные вопросы, так или иначе связанные с задержанием лица, совершившего преступление, выходят за пределы регулирования норм уголовного права. В этой связи нельзя согласиться с Ю. В. Баули Уголовный кодекс Российской Федерации. Научно-практический комментарий./ отв. Ред. В.М. Лебедев. М., 1998. С. 58. 2 См.: Павлов В.Г. Указ соч. С. 120-121. 3 Большой толковый словарь русского языка. С.-Пб., 2000. С.731.

ным, который выделяет правовые и фактические основания задержания преступников. Правовым основанием, по его мнению, является совершение лицом очевидного преступления. Фактическим - необходимость немедленного доставления преступника органам власти1. Все основания для задержания лиц, совершивших преступление, предоставлены в статье 91 УПК РФ. В рамках уголовно-правового исследования необходимо выделять основания причинения вреда задерживаемому лицу, совершившему преступление, но не основания задержания. Вместе с тем, А.Б. Иванов, указывая на основание причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, пишет, что «единственным основанием причинения вреда при задержании преступника является совершение им общественно опасного посягательства, предусмотренного уголовным законом»2. Совершение лицом преступления, о чем Ю.В. Баулин пишет как о правовом основании задержания, а А.Б. Иванов как об основании причинения вреда при задержании преступника, является необходимым условием, при котором допускается причинение вреда, который должен соотноситься с характером и степенью общественной опасности совершенного лицом преступления. На наш взгляд, в качестве единственного основания причинения вреда задерживаемому лицу уголовный закон в статье 38 определяет невозможность иными средствами задержать лицо, совершившее преступление, что обуславливается высокой общественной опасностью совершенного деяния и особенностями обстановки задержания. Невозможность задержать лицо, совершившее преступление с целью его доставления в органы власти и пресечения возможности совершения им другого преступления определяется также неспособностью лица в данной конкретной ситуации осуществить поимку и сопровождение преступника без применения к нему насилия, Баулин Ю.В. Уголовно-правовые проблемы учения об обстоятельствах, исключающих преступность (общественную опасность и противоправность) деяния.//Дисс. На соиск. Уч. ст. Док. ю. н.. Харьков, 1991. С. 353, 355. 2 Иванов А.Б. Институт причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление… С.16.

оружия или специальных средств. Эта ситуация и является тем фундаментом, на котором основано право причинить определённый вред задерживаемому. Само по себе совершение преступления задерживаемым никаким образом не может являться основанием возникновения права на причинение ему вреда, так как это было бы нарушением принципа гуманизма, который устанавливает, что наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства (ч.2 ст. 7 Уголовного кодекса РФ). Таким образом, основанием причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, является невозможность иными средствами осуществить его задержание.

§ 3. Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, как уголовное правоотношение Задержание лица, совершившего преступление для доставления его в органы власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, сопряжённое с причинением ему вреда, безусловно, можно назвать правоотношением. А если быть точнее – это уголовное правоотношение между лицом, совершившим преступление, и лицом, задерживающим последнего. В теории права правоотношение понимается как общественное отношение, урегулированное нормами права1. В данном случае, общественное отношение, возникающее между субъектами, урегулировано нормой, содержащейся в статье 38 УК РФ. Категория «правоотношение» позволяет уяснить, каким образом право воздействует на поведение людей. Кроме того, правоотношение явля ется центральным звеном механизма правового регулирования, главным каналом реализации права2. Любое правоотношение имеет свой объект, своих субъектов, основание возникновения (юридический факт или юридический состав) и содержание. Исходя из этого, проанализируем структуру уголовного правоотношения, возникающего при причинении вреда лицу, совершившему преступление в случае его задержания. Объектом правоотношения принято считать явления окружающего мира, по поводу которых возникают субъективные права и субъективные юридические обязанности3. К числу таковых относят: вещи (продукты материального мира и духовного творчества) и личные неимущественные блага (жизнь, здоровье, честь, достоинство и т. п.). Объектом анализируемого уголовного правоотношения выступают в различных случаях собственность (при причинении вреда имуществу задерживаемого) либо здоровье, а в отдельных случаях и жизнь лица, совершившего преступление. Субъектами уголовного правоотношения, связанного с причинением вреда задерживаемому лицу являются: с одной стороны – лицо, совершившее преступление и пытающееся скрыться при задержании;

с другой стороны субъектом правоотношения является лицо, задерживающее последнего и причиняющее ему в процессе этого вред. Анализ признаков, характеризующих особенности личности задерживаемого лица, приводился выше, поэтому больший интерес представляет рассмотрение признаков второго субъекта. Проведёнными исследованиями, на основе материалов судебной практики, некоторыми авторами установлено, что в 27,5 % случаев субъектами задержания выступали потерпевший, очевидец и представители общественности;

в 5,5 % случаев задерживали должностные лица, на которых не Чинчиков А.А., Желанова С.А. Теория и история государства и права (дискретный конспект). М., 1994. С.177. 2 См.: Теория государства и права/ Под ред. В. М. Корельского, В. Д. Перевалова, М., 1998. С. 338. 3 Комаров С.А. Общая теория государства и права в схемах и определениях. М., 1997. С.49.

была возложена обязанность задерживать лиц, совершивших преступление и в 67 % случаях задержание производилось сотрудниками милиции и другими представителями власти, осуществляющими обязанности по охране общественного порядка1. Указанные цифры характеризуют случаи причинения вреда в процессе задержания лицу, совершившему преступление. Более четверти фактов причинения вреда задерживаемому сопряжено с действиями потерпевших, очевидцев и иных лиц (близких, знакомых потерпевшего и др.). Этих субъектов характеризует более эмоциональное поведение и, как следствие этого, более жёсткие действия при задержании лиц, совершивших преступление. Всё это приводит к причинению большего вреда задерживаемому, чем того, который, возможно, был бы достаточным для задержания. Связано это с тем, что рассматриваемая категория субъектов является, в большинстве случаев, непосредственными очевидцами или даже потерпевшими от преступления, которое совершил задерживаемый. Безусловно, это обстоятельство не может не отразиться на психическом отношении лица к своим действиям, поэтому для этих субъектов не исключены случаи физиологического аффекта. Сложность с этой категорией субъектов состоит ещё в том, что в более, чем 50 % случаев обычные граждане вообще не знают о существовании нормы, предусмотренной в статье 38 Уголовного Кодекса РФ2. Граждане предполагают наличие у них права причинять вред, защищая свои интересы от преступных посягательств, то есть права на необходимую оборону. Действительно, потерпевшие или очевидцы, пресекая преступные действия, реализуют сначала право необходимой обороны, а затем, после окончания посягательства, причиняя вред лицу, совершившему уголовно наказуемое деяние, эти субъекты реализуют другое своё право, предусмотренное статьёй 38 УК РФ. Момент перехода от одного права к другому в действительности размыт, а поэтому граждане в подобных ситуациях действу1 См.: Иванов А.Б. Указ. соч. С. 15. См.: Там же. С.13.

ют, скорее, интуитивно, предполагая продолжение своего права на оборону. Эти лица, в большей степени, действуют с целью восстановления справедливости посредством возвращения или компенсации утраченного, в результате совершения задерживаемым преступления, какого-либо блага. Другая категория лиц (5,5 %) – должностные лица, на которых не возложена обязанность задерживать лиц, совершивших преступления (представители государственных или муниципальных органов). Причиняя вред задерживаемому, эти лица в первую очередь, руководствуются необходимостью задержать преступника с целью его доставления в правоохранительные органы и пресечения возможности совершения им новых преступлений. Эту категорию субъектов характеризует повышенное правосознание. Наконец, третья, самая обширная категория субъектов задержания, сопряжённого с причинением вреда (67 % случаев) – сотрудники милиции и иные представители власти, осуществляющие обязанности по охране общественного порядка, в первую очередь сотрудники правоохранительных органов (представители прокуратуры, внутренних войск МВД РФ, военнослужащие МО РФ, ФСБ РФ и др.). Юридическую основу их действий составляют нормативно-правовые акты, регламентирующие деятельность соответствующих правоохранительных органов: Закон РФ «О милиции», Федеральные законы «О внутренних войсках Министерства внутренних дел», «О прокуратуре Российской Федерации» и другие законодательные и подзаконные акты. По данным проведённого нами опроса сотрудников органов внутренних дел 52,8% из них приходилось в практической деятельности задерживать лиц, совершивших преступления, и причинять им при этом физический либо имущественный вред. 73% из этой категории имеют стаж работы в ОВД свыше 5 лет, 19% работают в ОВД от 3 до 5 лет и 8% - до 3 лет. Некоторой особенностью, применительно к сотрудникам ОВД, является то, что они осуществляют задержание лиц, совершивших преступления, руко водствуясь возложенными на них обязанностями по охране общественного порядка и обеспечения общественной безопасности, в том числе и задержанию лиц, совершивших преступления, а не реализуют свое субъективное право. Являясь представителями власти, они наделяются полномочиями по применению физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, поэтому вред, причиняемый преступнику в процессе его задержания, является следствием применения указанных средств. Так, в статье 12 Закона РСФСР «О Милиции» от 18.04.91 г. определяется: «Милиция имеет право применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие только в случаях и порядке, предусмотренных настоящим Законом…». Учитывая, что субъектами задержания в этой категории являются, преимущественно, сотрудники милиции, рассмотрим некоторые особенности их деятельности по задержанию лиц, совершивших преступления:

- Во-первых, Закон «О милиции» предусматривает исчерпывающий перечень случаев, при которых сотрудники милиции имеют право применять физическую силу, специальные средства и табельное огнестрельное оружие. Случаи эти ограничены фактами задержания лиц, совершивших лишь определённые преступления, такие, как: захват заложников, побег изпод стражи, групповые или вооружённые нападения на граждан, их жилища или помещения юридических лиц;

при массовых беспорядках, захвате зданий, помещений, сооружений, транспортных средств и земельных участков;

а также при совершении тяжкого преступления против жизни, здоровья или собственности. При этом лица, совершившие указанные преступления, должны оказывать сопротивление или пытаться скрыться. В иных случаях Закон «О милиции» не предоставляет возможность сотрудникам милиции причинять вред задерживаемым преступникам. Это явно не соответствует положениям статьи 38 Уголовного кодекса, которая никак не ограничивает право субъектов задержания причинить вред лицу, совершившему любое деяние, запрещенное Уголовным кодексом при определённой обстановке задержания. В этой части Закон «О милиции» устарел, и нормы Уголовного кодекса, как более позднего закона, обладающего равной юридической силой, будут доминировать. Однако, не все сотрудники милиции это сознают, полагая, что они в первую очередь должны выполнять предписания Закона «О милиции», как акта прямого для них назначения. Среди опрошенных нами 150 сотрудников ОВД на вопрос: «Если возникнет необходимость применения оружия, специальных средств или физической силы в отношении лица, совершившего преступление, при его задержании, Вы:

- предпочтёте уклониться от причинения вреда преступнику указанными средствами, опасаясь уголовной ответственности» ответили 40,7% респондентов, из которых 65% имеют стаж работы в ОВД свыше 5 лет, 24,5% - стаж от 3 до 5 лет и 8% - стаж в ОВД до 3 лет. Лишь 59,3% сотрудников будут применять эти средства, не боясь уголовной либо иной ответственности. Данные опроса показывают, что почти каждый второй сотрудник, причём преимущественно имеющий значительный стаж работы в ОВД, предпочтёт не применять вверенные ему оружие или специальные средства при задержании лиц, совершивших преступления. Эта ситуация напрямую связана с существующими противоречиями действующего уголовного законодательства и специальных законов, регламентирующих деятельность различных правоохранительных органов, в части возможности причинения вреда лицам, совершившим преступления, при их задержании. На это оказывает влияние также ещё не искоренённая порочная практика проведения массы различных проверок любых фактов применения и использования огнестрельного оружия, специальных средств или физической силы, которые изматывают сотрудников, их применивших, своей бессмысленностью, а нередко, и несправедливо обвинительным уклоном. - Во-вторых, на практике сотрудники милиции подвергаются бесконечным инструктажам об основаниях и порядке применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, которые указаны в Законе «О милиции». Подобные разъяснения носят определённо направленный характер на то, чтобы ни один из сотрудников ни при каких обстоя тельствах не применил эти средства в случаях, не предусмотренных в Законе «О милиции». При этом, разъясняют положения Уголовного кодекса об ответственности за незаконное их применение. А так как, Закон «О милиции», как указывалось выше, содержит ограниченный перечень случаев правомерного причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, посредством применения физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия, которые практически невозможно постоянно держать в памяти, сотрудники милиции предпочитают уклоняться от применения указанных средств в случаях, когда этого требует реальная необходимость, для того, чтобы избежать возможной ответственности за их незаконное использование. Так, по данным Академии МВД РФ, мотивами неприменения огнестрельного оружия сотрудниками милиции являются: неуверенность в наличии законного основания для его применения в конкретной жизненной ситуации – 32,6 % опрошенных;

и неуверенность в последующей правильной социально-правовой оценке действий, связанных с вынужденным причинением вреда, в том числе с помощью оружия – 41,3 % опрошенных1. На наш взгляд, сотрудникам милиции необходимо разъяснять основания и порядок применения табельного оружия, специальных средств и физической силы, в первую очередь, исходя из статьи 38 Уголовного кодекса России, не ограничивая возможность причинения вреда какими-либо конкретными преступлениями, который совершил задерживаемый, и не запугивать сотрудников возможной ответственностью, а, напротив, поощрять подобные действия в случае возникшей необходимости. Это придаст уверенности и решительности сотрудникам милиции в их и без того достаточно опасной деятельности по пресечению преступлений и задержанию лиц, их совершивших. Основанием правоотношения является юридический факт – определённые события или действия, с которыми норма права связывает возникСм.: Новичков В.Е. Применение уголовно-правовых норм, поощряющих или обязывающих граждан оказывать помощь правоохранительным органам (по материалам органов внутренних дел). Дисс. … канд. юрид. наук. М., 1991. С. 125.

новение, изменение или прекращение правоотношения1. В случае, когда на реализацию правоотношения оказывает влияние совокупность различных обстоятельств, говорят о юридическом составе2. Для рассматриваемого уголовного правоотношения, связанного с причинением вреда при задержании лица, совершившего преступление, основанием его возникновения, изменения или прекращения является сложный состав обстоятельств, способствующих возникновению права у одного из субъектов правоотношения причинить вред другому субъекту правоотношения. Данные обстоятельства, как указывалось выше связаны с невозможностью иными средствами задержать лицо, совершившее преступление. Эта невозможность обусловлена в различных случаях такими неправомерными действиями лица, совершившего преступление, как его активное сопротивление либо уклонение от задержания, либо определёнными событиями, осложняющими задержание (ночное время суток, неудовлетворительные погодные условия и др.), а также такими состояниями, которые связаны, например, с несоответствием физических данных задерживаемого лица и задерживающего, количестве задерживаемых лиц и тому подобных обстоятельств. Все эти факторы свидетельствуют о целой совокупности действий, событий или состояний, влияющих на возникновение, изменение или прекращение права причинять вред лицу, совершившему преступление при его задержании, поэтому речь в этом случае может идти о юридическом составе. Содержанием правоотношения выступает сумма субъективных прав и субъективных юридических обязанностей участников правоотношения1. Субъективное право есть вид и мера возможного поведения субъекта, обеспеченная юридическими обязанностями другого субъекта. Субъективная юридическая обязанность представляет собой вид и меру необходимого поведения лица, которому оно должно следовать в интересах управомоченного лица.

См.: Комаров С. А. Указ. соч. С. 49. Некоторые авторы указывают на фактический состав. См., например, Теория права и государства / Под ред. В. М. Корельского, В. Д. Перевалова. М., 1998. С. 352.

2 Субъективные права и юридические обязанности должны быть взаимны и соответствовать друг другу. В этой связи, в случае причинения вреда лицу, совершившему преступление при его задержании, субъекты отношения имеют следующие права и обязанности: задерживающий имеет право причинить вред, соответствующий характеру и степени общественной опасности совершённого лицом преступного деяния и обстановке задержания;

задерживаемый обязан не уклоняться и не оказывать противодействия своему задержанию. Задерживающий обязан не превышать установленных уголовным законом мер, связанных с причинением вреда, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. Он должен стремиться к причинению минимального вреда при этом;

задерживаемый имеет право оказывать противодействие применяемым к нему мерам, связанным с причинением ему вреда, если превышены пределы правомерности таких мер. Таким образом, уголовное правоотношение, связанное с причинением вреда лицу, совершившему преступление при его задержании – это возникающая на основе нормы права, предусмотренной статьёй 38 Уголовного кодекса России, общественная связь между лицом, совершившим преступление и лицом, его задерживающим, содержанием которого является возможность последнего причинить вред лицу, совершившему преступление в процессе его задержания в случае наступления предусмотренных нормой обстоятельств.

См.: Чинчиков А.А., Желанова С.А. Указ. соч. С. 181.

§ 4. Пределы и условия правомерности применения мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление Вред, причиняемый лицу, совершившему преступление, при его задержании не может быть безмерным. Такой вред не будет преступным лишь в том случае, если он причинен в пределах, соответствующих установленным в уголовном законе основанию его причинения и условиям, при которых возможно его причинить. Это в полной мере соответствует ч. 1 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах от 19 декабря 1966 года, согласно которому «никто не должен быть лишён свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом»1. Вместе с тем, в уголовной доктрине сложился ряд мнений об условиях и основаниях правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление. Так, например Сидоров Б.В. выделяет лишь основания и условия правомерности причинения такого вреда2. Баулин Ю.В. при анализе задержания преступника предлагает различать основания и признаки состава проступка по задержанию преступника и основания и признаки состава проступка, связанного с причинением ему при этом вреда3. Третьи авторы предлагают характеризовать основания задержания преступника и признаки, относящиеся к его действиям4. Четвёртые выделяют лишь условия, характеризующие совершённое задерживаемым деяние и условия, характеризующие причинение вреда5, либо только условия правоСм.: Баулин Ю.В. Уголовно-правовые проблемы учения об обстоятельствах, исключающих преступность (общественную опасность и противоправность) деяния / дисс. На соиск. Уч. Ст. д.ю.н. Харьков, 1991. С.355. 2 См.: Сидоров Б.В. Причинение вреда при задержании преступника // Советская юстиция, 1990. № 3. С. 24-25;

он же. Уголовно-правовые гарантии правомерного, социально полезного поведения. Казань, 1992. С.56-61. 3 См.: Баулин Ю.В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. Харьков, 1991. С. 273. 4 См.: Уголовное право РФ. Общая часть / Под ред. Б. В.Здравомыслова, М., 1996. С. 317. 5 См.: Уголовное право РФ. Курс лекций. Общая часть./ Под ред. В.П. Сальникова С.-Пб., 2001. С. 211-214.

мерности акта задержания или дополнительно к этому – основания задержания2. Наконец, пятые авторы небезосновательно выделяют условия, определяющие законность и обоснованность задержания и условия, характеризующие действия лица, осуществляющего задержание3. На наш взгляд, можно согласиться с Сидоровым Б.В. в том, что существенным, наряду с выделением основания причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, является определение условий, при которых данное причинение будет правомерным. Под условиями принято понимать обстановку, в которой происходит, протекает что-либо4. Следовательно, необходимо обозначить все обстоятельства объективного характера, наличие которых будет означать правомерность причинения вреда задерживаемому лицу. Первым необходимым условием, при котором допускается причинение вреда, является совершение задерживаемым преступления. Закон определяет: «Не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление при его задержании…». Буквальное толкование этого термина приводит к выводу о том, что лицо должно совершить уже оконченное преступление, то есть такое деяние, в котором содержатся все признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом России. Однако, нередко задержание осуществляется непосредственно в процессе преступного посягательства, которое не завершается по независящим от лица обстоятельствам, в том числе и по причине самого задержания. Уголовный закон в статье 29 предусматривает возможность привлечения к уголовной ответственности за предварительную преступную деятельность: приготовление к тяжкому и особо тяжкому преступлению, а См.: Уголовное право России. Том 1. Общая часть. / Под ред. А.Н. Игнатова и Ю.А. Красикова. М., 2000. С.294-297. 2 См.: Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении. / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М., 1999. С.463-465. 3 См.: Кадников Н. Г. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. М., 1998. С.17;

он же. Уголовное право. Общая часть. / Под ред. Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова. М., 1997. С. 378-379. 4 Большой толковый словарь русского языка. С.-Пб., 2000. С. 1399.

также за покушение на преступление. Следует согласиться с мнением И. С. Тишкевича о том, что «для того, чтобы обезвредить преступников путем привлечения их к уголовной ответственности и изоляции (в нужных случаях) от общества, нет необходимости ждать, пока они совершат оконченное преступление и причинят вред какому-либо охраняемому правом интересу»1. Право на причинение вреда при задержании возникает при всяком уголовно наказуемом действии, даже если оно не имело признаков оконченного преступления. К этому же условию относятся случаи соучастия задерживаемого, когда он не является исполнителем совершения преступления, а является организатором, подстрекателем, или пособником. Во всех этих случаях лицо должно привлекаться к уголовной ответственности, поэтому, задерживая соучастников преступления, вполне допустимо будет причинение им вреда. Второе обязательное условие, при котором причинение вреда не будет преступным, является наличие особой обстановки, в которой причиняется вред. Обстановку причинения вреда характеризуют различные признаки, в том числе и такие, как степень интенсивности и способ уклонения от задержания, количество задерживаемых и задерживающих, наличие оружия, место и время задержания (день или ночь), невозможность применения других, более мягких и безопасных способов и средств задержания. Если лицо, преследующее задерживаемого, видит, что на помощь ему спешат другие сотрудники или граждане, и тем не менее убивает его, такие действия не могут быть признаны правомерными2. В обстановку причинения вреда также включаются обстоятельства, свидетельствующие о стремлении лица, совершившего преступление, уклониться от задержания и доставления в органы власти, что может выражаться в невыполнении требований следовать в милицию или другие правоохранительные органы, попытках скрыться, оказании противодействия и т.п.

Тишкевич И.С. Право граждан на задержание преступника. Минск, 1974 г., С. 58. См.: Побегайло Э.Ф., Ревин В.П. Необходимая оборона и задержание преступника в деятельности органов внутренних дел. М., 1987. С. 44.

2 Третье обязательное условие возможности причинения вреда за держиваемому лицу – возникшая необходимость его причинения, как единственного средства удержания преступника и доставления его в правоохранительные органы. Из предписаний закона следует, что вред, причиняемый задерживаемому, должен быть минимальным, наименьшим из того, который необходим для задержания. Его причинение носит исключительный характер. Он причиняется в тех случаях, когда иными, не сопряжёнными с вредом мерами нельзя было осуществить задержание1. Если существовали иные средства, позволяющие осуществить задержание лица, совершившего преступление, без причинения ему вреда или с причинением меньшего вреда, необходимо эту возможность использовать. Вопрос о том, является или нет причинение того или иного вреда необходимым для задержания преступника, является вопросом факта, и он должен решаться судом в каждом конкретном случае отдельно, в соответствии с конкретными обстоятельствами данного дела. И последнее, четвёртое условие, при котором вред будет считаться причинённым правомерно – это его соответствие характеру и степени общественной опасности совершённого задерживаемым лицом преступления и обстоятельствам задержания. Возникает невольный вопрос: каковы должны быть характер и степень общественной опасности преступления, за совершение которого лицо задерживается, в результате чего ему причиняется вред? Закон никак это не определил. Представляется, что за совершение преступления любой категории лицо должно задерживаться и нести уголовную ответственность. Н. Г. Кадников справедливо отмечает: «Законодатель закрепляет правомерность причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление любой тяжести (без учёта категорий преступлений, указанных в ст. 15 УК России). Главное условие при этом – чтобы правила уголовно-правового заСм.: Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении. / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М., 1999. С.465.

держания не применялись при совершении иных правонарушений»1. Сидоров Б.В. считает, что преступление, "совершенное задерживаемым, по своей юридической оценке должно быть, по крайней мере, примерно равным или более опасным в сравнении с тем деянием, которое законодатель рассматривает как незаконное лишение свободы"2 (ст. 127 УК РФ). С этим, пожалуй, можно согласиться, так как лишение свободы лица, совершившего преступление, это тоже вред, который ему причиняется, ведь таким образом ограничиваются его права на свободу передвижения, гарантированные статьей 27 Конституции РФ. Незаконное лишение свободы, предусмотренное ч. 1 ст. 127 УК РФ относится к категории преступлений небольшой тяжести, а это означает, что при задержании лица, совершившего преступление этой категории, даже при неблагоприятной обстановке задержания, допускается возможность причинить вред в виде кратковременного лишения свободы для доставления лица органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений, без применения насилия и оружия либо с применением насилия, не опасного для здоровья и жизни лица (побои, связывание, использование наручников, заламывание рук и т. п.). Применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, а также применение насилия, опасного для жизни и здоровья лица, образует квалифицированный состав, предусмотренный ч. 2 ст. 127 УК РФ, относящийся к преступлениям средней тяжести. Следовательно, причинение вреда здоровью задерживаемого допускается при его задержании за совершение преступления средней тяжести, тяжкого или особо тяжкого преступления. Часть 2 ст. 38 УК РФ декларирует, что превышением мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, признается их явное несоответствие характеру и степени общественной опасности совер Кадников Н. Г. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. М., 1998. С.

18-19.

Сидоров Б.В. Уголовно-правовые гарантии правомерного, социально полезного поведения. Казань, 1992. С.58.

шенного задерживаемым лицом преступления и обстоятельствам задержания, когда лицу без необходимости причиняется явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой вред. Н. Г. Кадников обоснованно указывает на то, что «понятия «превышение мер, необходимых для задержания», и «явное несоответствие» по своей юридической природе являются оценочными: в каждом конкретном случае окончательное решение принимается субъектом правоприменения с учётом всей совокупности объективных и субъективных признаков»1. С ним соглашаются 67,1% опрошенных нами сотрудников ОВД, указывая на необходимость изменения содержания статьи 38 УК РФ в части более чёткого определения условий и пределов причинения вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании, а 22,8% респондентов считают, что содержание статьи 38 УК следует полностью изменить, так как оно несовершенно, «размыто» и не выполняет задачи по стимулированию действий, связанных с задержанием лиц, совершивших преступления. В последнем случае на полное изменение содержания указывали более опытные сотрудники, имеющие стаж работы в ОВД более 5 лет (72%), либо от 3 до 5 лет (18,7%). Среди всех опрошенных лишь 8,6% полагают, что содержание статьи 38 УК РФ изменять нет необходимости, так как оно полностью соответствует требованиям практики ОВД по задержанию преступников. В.И. Михайлов в качестве первичного элемента всей системы обстоятельств, исключающих преступность деяния, выделяет ситуации необходимой обороны, крайней необходимости, задержания преступника и т.д. В теории права под ситуацией как первичным элементом правового регулирования юридической нормы понимают локализованный в пространстве и во времени фрагмент социальной жизни, характеризующийся качественной определённостью своего содержания и относительно стабильным составом участников2, как систему внешних по отношению к субъекту условий, по Кадников Н. Г. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. М., 1998. С. См.: Исаков Б.В. Юридические факты в советском праве. М., 1984. С. 48-49.

21-22.

буждающих и опосредующих его активность1. В каждой из закреплённых в законе норм находит отражение «созревшая для этого» социальная ситуация. Будучи объективной категорией, она имеет довольно массовое проявление, характеризуется зрелостью входящих в неё связей, представляет значимость для общества, поддаётся регулированию нормами законодательства и обладает совокупностью присущих только ей признаков. При этом в качестве условия правомерности разрушения благ указывается минимально допустимый (необходимый, оправданный) при этом вред. Как правило, размер возможно наносимого ущерба устанавливается в соотношении с той выгодой, которая при этом будет достигнута2. Однако, законодатель не использует термин «ситуация», в законе фигурирует понятие «обстановка». Представляется, что в общем это одно и то же, так как в русском языке под обстановкой понимается «совокупность условий, обстоятельств, в которых что-либо происходит»3, а под ситуацией «обстановка, положение, возникшие на основе стечения, совокупности каких-либо условий и обстоятельств»4. Различать эти понятия нет необходимости, поэтому будем использовать законодательную терминологию. В этой связи, можно согласиться с Ю. В. Баулиным, который различает два вида обстановки. Первый вид - это относительно благоприятная обстановка, когда гражданин имеет явное преимущество в силе, вооруженности, числе задерживающих над противодействующим противником и т.д. Второй вид - неблагоприятная обстановка, при которой соотношение сил, возможностей и средств гражданина и преступника более или менее равно, а также в случаях превосходства преступника над задерживающим его лицом. См.: Краткий психологический словарь. М., 1985. С. 323. См.: Михайлов В.И. О социально-юридическом аспекте содержания обстоятельств, исключающих преступность деяния/ Государство и право, 1995. №12. С.60-61. 3 Большой толковый словарь русского языка. С.-Пб., 2000. С.687. 4 Там же. С. 1190. 5 Баулин Ю.В. Уголовно-правовые проблемы учения об обстоятельствах, исключающих преступность (общественную опасность и противоправность)деяния.//Дисс. на соиск. уч. ст. док. юрид. н., Харьков. 1991. С. 366.

2 Посредством соотношения причиняемого вреда при задержании с обстоятельствами задержания, а также с характером и степенью общественной опасности совершенного преступления, необходимо определять: является ли вред явно чрезмерным, то есть совершенно очевидно превосходящим необходимые пределы либо такой вред является допустимым. Тяжесть преступления определяется, исходя из анализа статьи 15 Уголовного кодекса России, в зависимости от формы вины и характера и степени общественной опасности. Но в статье 38 УК РФ законодатель не принимает во внимание, какова вина лица, совершившего преступление, а указывает только на материальные свойства его деяния. Это несложно объяснить. В момент задержания гражданин не может установить, совершено ли лицом деяние умышленно, по неосторожности либо вообще невиновно. Задерживающий может наблюдать в большинстве случаев только сам характер деяния и степень его опасности, то есть объективные признаки. Одновременно с этим возникают трудности с определением, насколько всё же значительны степень и характер общественной опасности совершенного лицом деяния, содержащего внешние признаки преступления? Совершенно обоснованно в литературе указывается на то, что общественная опасность «не поддаётся чувственному восприятию»1, это категория, которую весьма сложно оценить. Поэтому в уголовном праве принято выражать конкретную величину общественной опасности того или иного преступного деяния через определённые формальные критерии. Разработка формальных критериев категоризации преступлений в дополнение к основному, материальному, обеспечивает логичность, чёткость, ясность в выборе оснований отнесения деяния к определённой категории, способствует единообразию при «измерении» той или иной степени тяжести преступления в практической деятельности и значительно упрощает процесс такого «изме Курс советского уголовного права. Общая часть. В 6-ти томах. Т.2, М., 1970-1971.

С. 132.

рения». По мнению А. Б. Сахарова, санкция – это «законодательная оценка тяжести преступления. Следовательно, классификация преступлений по их тяжести должна найти своё отражение в характере установленных за преступление санкций»2. Такая «типовая санкция», по утверждению профессора Н.Г. Кадникова, является формализованным критерием классификации преступлений, выражающим в сжатой и конкретизированной форме тяжесть преступлений определённого вида через размер и вид наказаний 3. Формальным критерием определения характера и степени общественной опасности деяния в действующем Уголовном кодексе стали сроки лишения свободы, устанавливаемые за его совершение в санкциях статей Особенной части. Поэтому использование типовых санкций является наиболее простым способом определения при задержании лица, совершившего преступное деяние, той категории преступлений, к которой это деяние относится и той тяжести (характера и степени общественной опасности) деяния, которой оно обладает. В случае совершения лицом деяния, содержащего внешние признаки преступления средней тяжести в сочетании с благоприятной обстановкой задержания допускается причинение вреда в виде лишения свободы, сопряженное с применением физического насилия, не опасного для жизни и здоровья. При неблагоприятной обстановке задержания вред может носить характер поврежденного или уничтоженного имущества, побоев, легкого вреда здоровью, вреда здоровью средней тяжести, сопряжённых с лишением свободы. Так, в 1997 году в УОП при УВД Калужской области поступила информация, о том, что в одном из частных домов г. Калуги группа лиц незаконно лишает свободы девушку. При проверке информация подтвердилась:

См.: Сахаров А.Б. О классификации преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 17. М., 1972. С. 42-54. 2 Там же. С. 46. 3 См.: Кадников Н.Г. Классификация преступлений по уголовному праву России. Монография. М., 2000. С. 82.

было установлено, что действительно четверо молодых людей, предположительно из г. Москвы, в течение нескольких дней содержат в запертом помещении несовершеннолетнюю девушку. Было решено провести мероприятия по задержанию лиц, совершивших преступление, и освобождению потерпевшей. В ходе проведения операции несколько преступников попыталось скрыться через окна дома, но были задержаны сотрудниками СОБР. При задержании им были нанесены побои. Причинённый при задержании вред был признан правомерным, так как задерживаемые совершили преступление средней тяжести (ч. 2 ст. 127 УК РФ) и пытались скрыться при задержании1. В случае совершения деяния, содержащего внешние признаки тяжкого или особо тяжкого преступления в сочетании с относительно благоприятной обстановкой задержания, уголовно-ненаказуемым будет, в случаях уклонения лица от задержания, причинение вреда в виде лишения свободы с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья либо с причинением легкого вреда здоровью в качестве максимального предела допустимого вреда. Так, в декабре 1998 года в УБОП при УВД Калужской области обратился с заявлением гр-н С. о вымогательстве у него незнакомым лицом 1000 долларов США, который избил его, причинив последнему лёгкий вред здоровью, и потребовал принести указанную сумму к 20.00 в определённое место. В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий сотрудники УБОП задокументировали факт вымогательства, после чего сотрудники СОБР в количестве 2-х человек произвели задержание неизвестного. В процессе задержания последний пытался оказать сопротивление и скрыться, в результате чего ему был причинён лёгкий вред здоровью (перелом носа) и повреждены предметы одежды (надорван плащ). Действия сотрудников СОБР УБОП при УВД Калужской области признаны правомерными, так как задержанный гр-н Б., оказавшийся сотрудником милиции, совершил Архив Прокуратуры г. Калуги. 1997 г.

тяжкое преступление (ч. 2 ст. 163 УК РФ) и оказывал сопротивление при задержании1. При неблагоприятной обстановке задержания лица, совершившего тяжкое преступление, предельной будет возможность причинения тяжкого вреда здоровью. Задержание лица, совершившего особо тяжкое преступление, предполагает возможность причинения смерти в случаях неблагоприятной обстановки задержания. Так, например, если лицо, совершившее убийство двух лиц, пытается скрыться, а преследующий его сотрудник милиции применил оружие на поражение с целью его задержания, в результате чего причинил смерть задерживаемому лицу, то действия сотрудника в такой ситуации следует признать правомерными, так как было совершено особо тяжкое преступление (ч. 2 ст. 105 УК РФ), и обстановка задержания была неблагоприятна. Когда причиненный вред явно является чрезмерным, не соответствующим характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления и обстоятельствам задержания, ответственность наступает только в случаях умышленного причинения вреда. Ответственность за неосторожное причинение вреда возможна в случаях фактической или юридической ошибок, допускаемых при задержании. Причинение смерти, совершенное без превышения мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, допускается, когда задерживающий сознает характер своих действий, предвидит возможность наступления смерти задерживаемого, не желает, но сознательно допускает наступление смерти. Это обусловлено тем, что лицо должно сознавать возможность и необходимость доставления преступника органам власти. В случаях, когда задерживающий желает наступления смерти, ответственность наступает на общих основаниях (по ст. 105 Уголовного кодекса РФ). Применение смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного в п. "ж" ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса РФ возможно в случаях причи Архив Прокуратуры г. Калуги. 1998 г.

нения умышленного повреждения или уничтожения имущества, побоев и легкого вреда здоровью в случаях задержания лица, совершившего преступление небольшой или средней тяжести при благоприятной обстановке задержания, когда задерживаемый не уклоняется и не сопротивляется. Предложенная вариация пределов допустимости причиняемого вреда лицу, совершившему преступление, весьма схематична, так как реалии оказываются намного разнообразнее и все обстоятельства задержания уместить в такую схему просто невозможно. Это является лишь своеобразным ориентиром для определения того, какой вред допускается причинить. Безусловно, лучше если этот вред будет минимальным либо вообще отсутствовать. Вместе с тем, многие сотрудники органов внутренних дел высказывают соображение о необходимости расширения границ правомерного причинения вреда лицам, совершившим преступления, при их задержании, если они пытаются скрыться или оказывают сопротивление, независимо от того преступления, которое они совершили (76,4% опрошенных). Только 21,4% респондентов ответили, что не следует расширять в уголовном законодательстве возможность причинения вреда задерживаемым лицам. И лишь 2,2% считают необходимым ограничить возможность причинения вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании. В литературе высказывалась мысль о том, что лишение лица жизни при его задержании и цель задержания - доставление его органам власти исключают друг друга, следовательно, убийство при задержании недопустимо1. Ю.В. Баулин на это указывает: "... в законе отсутствует прямой запрет лишать жизни преступника при его задержании. Напротив, если закон устанавливает ответственность за убийство в случае превышения пределов, необходимых для задержания преступника, то очевидно, что лишение жизни преступника без превышения указанных пределов правомерно."2.

1 Шавгулидзе Т.Г. Необходимая оборона. Тбилиси, 1960. С. 143. Баулин Ю.В. Указ. раб. С. 368.

Кроме этого, Ю. В. Баулин считает, что действия, причинившие вред преступнику, являются правомерными, если они предприняты с целью его задержания и доставления в органы власти, а также пресечения совершения им новых преступлений. Следовательно, промежуточной целью причинения вреда преступнику является его задержание, конечной же целью такого вреда выступает доставление преступника органам власти и пресечение преступлений1. Действительно, в ч. 1 ст. 38 УК РФ законодатель установил: « Не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление при его задержании для доставления органам власти и пресечения возможности совершения им новых преступлений…». Анализ этой нормы показывает, что задержание лица с последующим его доставлением – это два этапа одного действия. Реализация первого этапа – задержания лица, совершившего преступление, является конечной целью действий, связанных с причинением вреда этому лицу. В случае благополучного задержания, гражданин реализовывает конечную цель – доставляет лицо в органы власти и пресекает таким образом совершение им новых преступлений. То есть, не причинение вреда лицу, совершившему преступление, как считает Ю. В. Баулин, а сам факт задержания имеет цель доставления лица. Напротив, гражданин, имея цель доставления преступника в органы власти, причиняя ему вред, в определенных случаях затрудняет для самого себя достижение этой цели. Таким образом, конечная цель обусловлена не причинением вреда, а задержанием лица, совершившего преступление. Эта цель сформулирована дуалистично через соединительный союз «и»: доставление лица органам власти и пресечение возможности совершения им новых преступлений. Следовательно, необходимо стремиться к реализации обеих этих целей в результате задержания лица, совершившего преступление. Несмотря на то, что уголовное законодательство не регламентирует вопросы, связанные с задержанием, УК РФ включает цели задержания с Баулин Ю. В. Указ. соч. С. 367.

тем, чтобы граждане, причиняя вред лицу, совершившему преступление, четко сознавали условия и пределы правомерности причинения такого вреда. Имея установленные в законе мысленные ориентиры, к которым необходимо стремиться после задержания преступника, граждане будут самоограничиваться в пределах причиняемого вреда. Однако, следует учитывать, что у гражданина наличествуют именно цели задержать преступника с последующим его доставлением органам власти, а не конечный результат. Поэтому, при определенных обстоятельствах, когда задержать и доставить преступника не представилось возможным, например, в связи с его смертью, также допускается исключение преступности деяния. Доставление лица органам власти предполагает его пешее сопровождение, перемещение на транспортном средстве или его перенос (в случае связывания лица либо травмирования при задержании и т. п.) в органы власти. Представляется, что понятие органа власти не следует давать, используя примечание к статье 318 УК РФ, где дается определение представителя власти, как должностного лица правоохранительного или контролирующего органа, а также иного должностного лица, наделенного в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. Сюда включаются должностные лица и тех органов, которые не выполняют функции по раскрытию и расследованию преступлений, розыску лиц, их совершивших. Поэтому под органами власти в понимании ст. 38 УК РФ необходимо рассматривать только органы, относящиеся к правоохранительным, осуществляющие в соответствии с законодательством РФ функции по обеспечению и поддержанию правопорядка. Пресечение возможности совершения лицом новых преступлений является одним из направлений реализации задачи уголовного законодательства – предупреждения преступлений. Пресекая возможность совершения новых преступлений после задержания лица, уже совершившего в про шлом преступление, гражданин осуществляет частную превенцию в отношении этого лица. Возникают объективные трудности в определении характера и степени общественной опасности неоконченной преступной деятельности которая также является, как указывалось выше одним из условий причинения вреда. Представляется, что общественная опасность таких действий значительно ниже опасности оконченных преступлений. Это отражается и в общих началах назначения наказания. Статья 66 УК РФ определяет, что срок и размер наказания за приготовление к преступлению не может превышать половины, а за покушение на преступление – трех четвертей максимального срока или размера наиболее строго вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК. Таким образом, закон условно устанавливает формальные критерии, по которым характер и степень общественной опасности за приготовление вдвое ниже опасности соответствующего оконченного преступления, а за покушение общественная опасность ниже примерно на четверть. Это следует учитывать при определении пределов допустимого вреда при задержании лица, совершившего приготовительные действия или покушавшегося совершить преступление. Это требование не распространяется на так называемые «усеченные составы», в которых осуществление предварительной преступной деятельности образует оконченный состав преступлений. Законодатель этим самым подчеркивает повышенную общественную опасность этих деяний на стадиях неоконченных преступлений. Поэтому оценка пределов возможного вреда, причиняемого при задержании за совершение таких преступлений, осуществляется с учетом всей их опасности, отраженной законодателем в санкциях соответствующих норм. Определенные сложности возникают в определении правомерности или неправомерности причиняемого вреда в связи с закреплением в ч. 2 ст. 30 УК РФ возможности привлечения к уголовной ответственности за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлению, то есть таким умышленным деяниям, за совершение которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет или более строгое наказание. При задержании лица за приготовление к какому-то преступлению простым гражданам, да и самим должностным лицам, в чью компетенцию входит обязанность задерживать преступников, трудно определить к какой категории относится то преступление, к совершению которого готовится задерживаемый. Часто просто невозможно определить, осуществляет приготовление лицо к простому или квалифицированному преступлению. Исходя из субъективного вменения, в таких случаях следует учитывать, сознавал ли задерживающий, что он причиняет вред лицу, которое приготавливает совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Если задерживающий это осознавал в момент причинения вреда, то преступность деяния отсутствует, в силу отсутствия вины. Если же не сознавал, то ответственность наступает по правилам о юридической ошибке. Время действия права на задержание лица, совершившего преступление необходимо устанавливать с тем, чтобы определить временные границы, в пределах которых будет правомерным причинение вреда задерживаемому лицу. С определением момента начала состояния, при котором допускается причинение вреда в процессе задержания возникают некоторые затруднения в связи с тем, что последнее может осуществляться в случаях совершения задерживаемым преступного посягательства или хотя бы и после него, но в условиях, когда преступник, стремясь избежать задержания, нападает на задерживающего или других лиц либо, отстреливается при попытке скрыться или захватывает заложника с требованиями предоставить возможность скрыться и т.п. 1. Здесь наблюдаются пограничные состояния – необходимой обороны и задержания лица, совершившего преступление. Их совмещение недопустимо, так как у каждого имеются свои условия правомерности причинения вреда посягающему или задерживающему. С моментом Сидоров Б.В. Указ. раб. С. 53.

окончания преступного посягательства или нападения на задерживающего или других лиц, прекращается право на необходимую оборону и возникает другое право – причинение вреда, обусловленного общественной опасностью совершенного деяния и обстановкой задержания лица, его совершившего. Как утверждает И. С. Тишкевич, в подобной обстановке задерживающий вынужден прежде всего решать задачи необходимой обороны, а затем, когда нападение пресечено, приступает к решению задач задержания преступника и доставления его в соответствующие органы власти, сообразуясь при этом не только с характером и степенью опасности содеянного, но также с характером и интенсивностью противодействия задержанию1. Иногда возможно совпадение моментов реализации права на необходимую оборону и права на причинение вреда в процессе задержания. Например, когда одним физическим действием лицо прекращает посягательство и лишает свободы преступника, тем самым задерживая его. Момент окончания права на причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, различными авторами определяется поразному. Одни считают, что задержание (а значит и причинение вреда) возможно только в момент совершения преступления или непосредственно после его окончания, так как по прошествии некоторого времени велика вероятность ошибки в личности преступника2. В. Иванов считает, что « нельзя ограничивать задержание лица лишь рамками непосредственно после совершения им преступления»3. Следует согласиться с мнением М. И. Якубовича о том, что право на причинение вреда в процессе задержания прекращается с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственТишкевич И.С. Борьба с преступностью – дело каждого. М., 1981. С. 29. Уголовное право. Общая часть. Под ред. Б.В. Здравомыслова, Ю.А. Красикова, А.И. Рарога. М., 1997. С. 240. 3 Иванов В. Задержание при совершении преступления// Законность., 1992. № 3 С. 55.

2 ности, так как с этого момента и совершенное деяние и личность лица, его совершившего утрачивает общественную опасность. Сроки давности установлены в ч. 1 ст. 78 УК РФ: 2, 6, 10, 15 лет после совершения преступлений различной степени тяжести. К лицам, совершившим преступления против мира и безопасности человечества, предусмотренные статьями 353, 356, 357, 358 УК РФ сроки давности не применяются (ч. 5 ст. 78 УК РФ). Вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом. В УК РФ предусмотрено пять статей с подобной санкцией: ч. 2 ст. 105;

ст. 277;

ст. 295;

ст. 317;

ст. 357. При совершении геноцида (ст. 357 УК РФ) сроки давности не применяются. Гражданам и сотрудникам правоохранительных органов, причиняющим вред в процессе задержания, следует учитывать установленные законом сроки давности привлечения к уголовной ответственности за то преступление, за совершение которого осуществляется задержание лица. Практически это учесть достаточно сложно. В случае причинения вреда лицу после истечения сроков давности за совершенное им преступление, ответственность задерживающего определяется по правилам о фактической ошибке. И.С. Тишкевич обращает внимание и на другие основания прекращения права причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление2. К таковым он относит:

- назначение наказания по обвинительному приговору суда ( п. 1 ч. 5 статьи 302 УПК РФ).

1 Якубович М.И. Необходимая оборона и задержание преступника. М., 1976. С. 61. Тишкевич И.С. Право граждан на задержание преступника. Минск, 1974. С. 95.

- лицо освобождено от наказания по основаниям, предусмотренным главой 12 УК РФ или ст. 92 УК РФ – применительно к несовершеннолетним;

- лицо освобождено от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ), в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ) или в связи с изменением обстановки (ст. 77 УК РФ). Реализация этих оснований обеспечивается статьями 25, 26, 27 УПК РФ;

- в возбуждении уголовного дела отказано или уголовное дело прекращено по основаниям, предусмотренным статьёй 24 УПК РФ;

- объявление амнистии (ст.84 УК РФ) либо осуществление помилования (ст. 85 УК РФ) в отношении лица, совершившего преступление. Это процессуально обеспечивается п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Таким образом, пределы применения мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление – это установленные законом границы дозволенного поведения, связанного с причинением вреда лицу, совершившему преступление при его задержании, выражающиеся в соответствии причинённого вреда характеру и степени общественной опасности совершённого лицом преступления и обстоятельствам его задержания. Условиями правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, называются такие указанные в законе объективные обстоятельства, создавшие ситуацию, при которой действия, направленные на причинение вреда лицу, совершившему преступление, являются правомерными.

Глава 2. Разграничение причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление и других обстоятельств, исключающих преступность деяния § 1. Отличия от необходимой обороны В главе 8 Уголовного кодекса России содержится шесть обстоятельств, исключающих преступность деяния, каждое из которых обладает своими признаками, основаниями причинения вреда и условиями правомерности его причинения. С тем, чтобы правильно определить наличие того или иного обстоятельства из этой системы, необходимо чётко себе представлять их отличия. Проводя разграничение причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, и причинение вреда при необходимой обороне, следует ещё раз отметить то обстоятельство, что до 1997 года задержание лиц, совершивших преступления, рассматривалось в рамках положений о необходимой обороне, что оказало безусловное влияние на судебную практику и развитие теории. Новое уголовное законодательство изменило это положение, включив в систему обстоятельств, исключающих преступность деяния, правомерную возможность причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление. В этой связи актуальным представляется подробное рассмотрение признаков, которые отличают это обстоятельство от необходимой обороны. Первоначальная редакция статьи 37 УК РФ, с точки зрения законодателя, не соответствовала условиям, существующим в государстве, а поэтому данная норма не удовлетворяла требованиям уголовной практики. Новая редакция ст. 37 УК РФ, принятая 8.02. 2002 г., расширила пределы правомерного причинения вреда в состоянии необходимой обороны, дифференцировав их в зависимости от характера посягательства1.

См.: Федеральный закон № 29-ФЗ от 8.02.2002 г. «О внесении изменений в статью 37 Уголовного кодекса Российской Федерации» / Российская газета от 19 марта 2002 года.

Части 1 и 2 статьи 37 Уголовного кодекса России определяют: «1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. 2.

Защита от посягательства, не сопряжённого с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства». Социально-правовая сущность акта необходимой обороны состоит в том, что посредством причинения вреда осуществляется пресечение общественно опасного посягательства, направленного на права и свободы конкретной личности, либо охраняемые законом интересы общества или государства. Это право является важной гарантией реализации конституционных положений о неприкосновенности личности, собственности и жилища граждан, а также обеспечивает условия для выполнения гражданами их долга по защите интересов всего общества и государства. Статья 37 УК РФ открывает систему обстоятельств, исключающих преступность деяния, следовательно, необходимо определить, имеются ли отличия в признаках преступления, отсутствующих в случае причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление и при причинении вреда в обстановке необходимой обороны. В первом случае, как указывалось выше, отсутствует признак общественной опасности совершённых действий, а также при причинении вреда сотрудниками правоохранительных органов – и признак виновности. При необходимой обороне причиненный вред, также непреступен, однако, в литературе нет однозначного мне ния относительно того, какие именно признаки преступления отсутствуют. Одни считают, что необходимая оборона исключает общественную опасность деяния1, другие - его противоправность2, третьи – что она исключает и то, и другое3. На наш взгляд, причинение вреда при необходимой обороне не обладает общественной опасностью, так как причинение вреда посягающему пресекает его общественно опасную деятельность и как следствие этого – не допускает причинение вреда охраняемым законом общественным отношениям. Также как и при причинении вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании, в этом случае можно говорить об общественной полезности таких действий. Кроме этого, применительно к деятельности сотрудников правоохранительных органов, в случае, когда они пресекают общественно опасное посягательство на других лиц или охраняемые законом интересы общества и государства, можно говорить и об отсутствии волевого признака умысла – желание причинить вред. В соответствии с их правовым положением, они должны это делать, если ненасильственные способы не обеспечивают выполнение возложенных на них обязанностей. В случае отражения посягательства на личность сотрудников правоохранительных органов, они обладают правом, а не должностной обязанностью осуществить необходимую оборону и причинить в процессе этого вред. На это указывает часть 3 статьи 37 УК РФ: «Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения…». В этом случае нельзя говорить об отсутствии волевого критерия умысла в их действиях, поэтому признак виновности не будет исключаться. Также нельзя говорить об отсутствии признаков противоправности и наказуемости при причинении вреда в случае необходимой обороны, так 1 См. напр.: Советское уголовное право. Часть общая. М., 1959., С. 185. См.: Чхиквадзе В. М. Советское военно-уголовное право. М., 1948. С. 131 3 См.: Герцензон А.А. Уголовное право. Часть Общая. М., 1948. С. 263.;

Баулин Ю.В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. Харьков, 1991, с. 41.

как запрет причинять вред и возможность назначить наказание за невыполнение этого запрета никак не исключаются фактом причинения такого вреда в особой обстановке необходимой обороны. Таким образом, по рассматриваемым признакам эти два обстоятельства в целом совпадают. Единственное отличие состоит в том, что при причинении вреда лицу, совершившему преступление в случае его задержания сотрудниками правоохранительных органов, волевой критерий умысла их действий отсутствует во всех случаях, а при необходимой обороне – только в случаях отражения посягательства на других лиц либо на интересы общества или государства. Следующими критериями разграничения являются основание причинения вреда и условия правомерности причинения вреда. Необходимая оборона, заключающаяся в защите путём причинения вреда посягающему, обладает собственными свойствами, которые правильнее назвать условиями правомерности причинения вреда при необходимой обороне. Кроме того, для возникновения права на причинение вреда должно быть определённое основание. В юридической литературе по-разному подходят к рассмотрению этих вопросов. Одни криминалисты, такие как профессора М. И. Якубович и Э. Ф. Побегайло, выделяют две группы условий правомерности необходимой обороны: относящиеся к посягательству и относящиеся к защите1. Профессор В. Ф. Кириченко разделял условия необходимой обороны на другие две группы: условия возникновения и прекращения права необходимой обороны и условия, определяющие пределы допустимой защиты2. И. И. Слуцкий излагал условия правомерности необходимой обороны по двум разделам: нападение, как источник опасности, вызывающий оборону, и защита при необходимой обороне, причём во втором разделе рассматривал вопросы о круге интересов, защищаемых необходиСм.: Якубович М.И. Учение о необходимой обороне в советском уголовном праве. М., 1967. С. 65;

Побегайло Э.Ф. Комментарий к Уголовному кодексу РФ. Общая часть. Под ред. Ю. И. Скуратова и В. М. Лебедева. М., 1996. С. 97-100. 2 См.: Кириченко В. Ф. Основные вопросы учения о необходимой обороне в советском уголовном праве. М. – Л., 1948. С. 17.

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.