WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

СОЦИАЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА О.А. Оберемко ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У ЛИЧНЫХ ПОДСОБНЫХ ХОЗЯЙСТВ НА КУБАНИ ОБЕРЕМКО Олег Алексеевич –

кандидат социологических наук, старший научный сот рудник Института социологии РАН. E-mail: ooberemko

Автор – с социологической точки зрения – рассматривает перспективы быстрого и массового перехода личных подсобных хозяйств в фермерства (иными словами, из неформальной экономики в формальную). На основании результатов опроса жителей кубанских сел автор резюмирует, что такой переход невозможен – из-за ограниченности экономических, социальных и личностных ресурсов (капиталов), а главное – низкой компетентности в вопросах ведения бухгалтерии.

Ключевые слова: личные подсобные хозяйства, фермерство, село В законе РФ «О личном подсобном хозяйстве» производство, переработка и реализация сельскохозяйственной продукции в рамках ЛПХ определяются как непредпринимательская деятельность4. Региональные параметры ЛПХ устанавливаются законами субъектов РФ и нормативными правовыми актами органов местного самоуправления5. На Кубани статус ЛПХ определяется краевым законом № 721 от 7 июня 2004 г. «О государственной поддержке развития ЛПХ на территории Краснодарского края». В официальном разъяснении к нему указано, что реализация ведущими ЛПХ гражданами произведенной ими в ЛПХ сельхозпродукции «не является предпринимательской деятельностью»6. Указание делается со О личном подсобном хозяйстве: Закон РФ № 112-ФЗ. Ст. 2. П. 1, 4.

О личном подсобном хозяйстве: Закон РФ № 112-ФЗ. Ст. 4. П. 4, 5.

6 Памятка по реализации положений Закона Краснодарского края от 7 июня 2004 года № 721 «О государственной поддержке развития ЛПХ на территории Краснодарского края» / Законодательное Собрание Краснодарского края. Краснодар, 2006. С. 4.

ссылкой на норму Налогового кодекса РФ, освобождающую от налогообложения доходы физических лиц от продажи произведенной в ЛПХ продукции7.

По существу ведение ЛПХ определяется как товарная непредпринимательская деятельность. Тем самым, с формально-социологической точки зрения, закрепляется сословная привилегия — свобода от налогообложения (податей), с формально-правовой — консервируется сектор неформальной экономики, к которому принято относить «разнообразие качественно разнородных видов деятельности, полностью или частично не подчиненных формальным нормам хозяйствования, не подкрепленных контрактами и не фиксируемых статистическим учетом»8, или «совокупность видов хозяйственной деятельности, не отраженной в статистической [unrecorded] и налоговой [unreported] отчетности»9. Казалось бы, само существование ЛПХ идет вразрез с институциональными изменениями, нацеленными на формализацию неформальных аспектов хозяйственной деятельности. На практике же в течение многих лет на ЛПХ «распространяются меры государственной поддержки, предусмотренные законодательством РФ для сельскохозяйственных товаропроизводителей (курсив мой.— О.О.)»10. В том числе и благодаря этой поддержке усилилась дифференциация личных подсобных хозяйств. Это уже давно не только «бабушки с их молочным производством»11, однако и обилие крупнотоварных ЛПХ, которые внешнему наблюдателю бывает трудно отличить от крепкого фермерского хозяйства 12, тоже не следует преувеличивать.

Повышение товарности ЛПХ (ожидаемо) выводит на социальную сцену агентов, стремящихся либо установить предельно допустимые параметры ЛПХ, либо обложить налогами их деятельность, либо реализовать то и другое одновременно13. Наиболее простой вариант не ограничивать хозяйственную инициативу — вывести ЛПХ из неформальной Памятка… С. 4–5.

Барсукова С.Ю. Неформальная экономика. – М.: ГУ–ВШЭ, 2004. – С. 26.

Feige E.L. Defining and Estimating Underground and Informal Economies: The New Intuitional Economics Approach // World Development. – 1990. Vol. 18. - № 7. – Р. 992;

Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: ГУ–ВШЭ, 2005. – С. 179.

О личном подсобном хозяйстве: Закон РФ № 112-ФЗ. Ст. 4. П. 3;

Памятка… С. 4.

Серова Е.В., Шик О.В. Национальный проект «Развитие АПК»: состояние и перспективы // Национальные проекты. – 2007. - № 1. – С. 70.

Нефедова Т.Г. Сельская Россия на перепутье: Географические очерки. – М.: Новое издательство, 2003. – С. 77.

Например, законодательное установление предельных размеров ЛПХ в Алтайском крае 26.10. «инициировали главы районов, перед которыми… стоит задача собрать как можно больше налогов на местах» (см.: ИД Алтапресс. ЛПХ ограничили в размерах // http://old.altapress.ru/11089/), как будто от ограничений хозяйственной деятельности может вырасти налоговая база.

экономики и превратить в предприятие: зарегистрировать, обязать отчитываться и платить налоги14. Однако «простое» решение игнорирует разницу между ЛПХ и предприятием, не позволяющую волевым решением формализовать неформальное. Образно и емко эту разницу выразил информант, по долгу службы заинтересованный в формализации крупнотоварных ЛПХ:

Вопрос: Какая разница между крупнотоварным ЛПХ и фермером? <…> Ответ: Просто из ЛПХ уйти в фермеры, — это такой же шаг, как… на майские праздники вместо Собера15 полезть на Казбек. Без альпинистского оборудования. (10010, 284, 287– 289, чиновник16) Подчеркнем, что вопрос задавался не о всяком ЛПХ, а о крупнотоварном, которое имеет больше оснований на превращение в формальное предприятие. Далее по материалам архива из 83 интервью на типичных примерах мы рассмотрим, чем «прогулка» отличается от «восхождения». Экспертами, как правило, выступали специалисты районных управлений сельского хозяйства (РУСХ), а основную часть составили интервью с «продвинутыми» фермерами и владельцами ЛПХ — бравшими кредиты в рамках Приоритетного национального проекта «Развитие АПК». Во всех интервью информанты (и крестьяне, и чиновники) отрицали возможность «льготного» привлечения ресурсов из крупных хозяйств, что было обусловлено целевым характером выборки.

Низкая рентабельность Формализация предприятия и его функционирование требуют определенных издержек.

Чтобы выгоды от формализации превосходили издержки на нее, нужно выходить на определенные объемы прибыльности, не достижимые при ограниченности используемых в хозяйстве ресурсов. «Продвинутым» крестьянам, обладающим определенным набором ресурсов для получения кредита, быть предприятием — непозволительная роскошь. По этой причине эксперты сдержанно оценивали долю ЛПХ, способных превратиться в предприятия:

18 000 подсобных в районе, где-то десяток будет больших фермеров (10058, 17–18, специалист РУСХ).

О назревшей необходимости трансформации части ЛПХ в КФХ см., например: Лысенко Е.Г. Сельское хозяйство России у последней черты // Правда. 2009. 9 марта.

15 Гора в Краснодарском крае, доступная для легких пеших прогулок.

16 Представление данных в исследовании, выполненном в этнографической традиции, ставит проблему анонимности. Отбор цитат диктуется не интересом к персоне или месту, а типичностью, поэтому для соблюдения анонимности имена информантов опущены, а названия районов изменены. (10010 — архивный номер интервью;

284, 287–289 — строки интервью в архивной записи.) В другом районе эксперт говорил, что подавляющее большинство ЛПХ берут кредиты на производство только ради самообеспечения:

Вопрос: Скажите, пожалуйста, можно ли так оценить: в основном ЛПХ сейчас в районе — большая часть — это для выживания или для процветания?

Ответ: (не раздумывая) Для выживания. Большая часть для выживания. Потому что кто обращается, к нам — детей надо кормить, детей надо одевать. Я не слышала разговоров, что мы хотели что-то купить, что-то поднять, что-то построить. Таких разговоров вообще нет (10016, 293–297, специалист РУСХ).

Мотив инвестирования в детей владельцами ЛПХ и мелкими фермерами озвучивался регулярно, причем это предполагает выталкивание детей из села в город, что лишает хозяйство перспектив развития. Иначе обстоит дело с крупными и успешными фермерами, чьи дети выбирают сельскохозяйственные специальности, поскольку собираются унаследовать семейный агробизнес.

Приведем в качестве примера овощеводческое ЛПХ, которое ведут бодрая, но упомянувшая проблемы с сердцем мать 50-ти лет и ее взрослый сын. Муж умер 2 года назад, на иждивении находится дочь, студентка-отличница, которая получает «городскую» специальность в столичном вузе на контрактной основе, летом заканчивает 4-й курс и переходит на 5-й. Земли у них 41,5 соток, на продажу выращивают ранние (под пленкой) огурцы, капусту, клубнику и для себя помидоры. На собственной «Газели» урожай стараются возить в Москву, чтобы сдавать оптом (перекупщикам). Итоги успешного 2006 г. описывались следующим образом:

В прошлом году мы взяли с капусты 80 тысяч, с клубники мы взяли почти 25 тысяч, с огурцов получили тысяч 120. В прошлом году год дал деньги. Два года назад был такой год, что мы с капусты взяли копейки, даже не оправдалась пленка и удобрения (Р5, 98–101, владелец ЛПХ).

Из этого фрагмента явствует, что доход в удачный год, который «дал деньги», составил 225 тыс. рублей. Разделим на троих и на 12 месяцев, получим 6250 руб. Нужно учесть, что это не прибыль, а доход. Только общежитие дочери-отличницы обходится в 4500 руб. в месяц, а еще нужно вести хозяйство:

Удобрения очень дорого… Пленка очень дорого, и очень некачественная, на один год, на второй год ее вообще не хватает… Мы ее клеили, ляпали, лепили, одна на одну наляпываем старую на новую. Все некачественное. Семена ужасные в этом году. Все очень дорого, а качества никакого… Если в те годы появились голландские семена, мы знали…, что это стопроцентная всхожесть… В этом году качество семян ужасное…, из ста штук взошло 60– семечек, а 30–35–40 семечек не всходит. Семядоля вся закручена, огурцы очень плохо растут, потому что некачественные. В общем, с каждым годом все тяжелее, тяжелее и тяжелее (Р5, 101–113, владелец ЛПХ).

Конечно, какие-то доходы не были упомянуты, но и не все расходы перечислены, например, на содержание «Газели». При крайне низких бюджетных окладах на работе, где информанты «в сезон только числятся», основные средства дает ЛПХ, и их хватает в обрез.

Значимо следующее замечание:

[Дочь] пятый курс на следующий год и заканчивает. Правда, не знаю, будем заниматься, не будем заниматься. В общем, тяжело конечно, очень тяжело (Р5, 11–12, владелец ЛПХ).

Итак, натужное инвестирование в получение дочерью специальности юриста международника оставляет мало надежд на ее трудовое участие в хозяйстве. Это пример того, как владельцы непоследнего ЛПХ по оснащенности (собственная «Газель»), навыкам и кругозору (поставки на столичный рынок) выражают неготовность наращивать производство.

Напротив, в условиях повышения хозяйственных рисков более вероятно сокращение масштабов деятельности после образовательной инвестиции.

Еще меньше шансов на превращение в предприятие в тех случаях, когда в результате разорения крупных коллективных хозяйств немобильные высвобожденные работники собираются начинать развитие с нуля, не имея опыта самостоятельного хозяйствования:

Бывает зачастую с детьми с маленькими сидит, она говорит: Вот я хочу с чего-нибудь начать. Нужен поручитель, она говорит: А кто у меня пойдет? Нет ни поручителя, ни залоговой базы. Хоть [без залога и поручителя] банки [дают] до 35 тысяч, некоторые готовы и получить, чтоб хоть с чего-нибудь начать. Допустим, базок какой-нибудь построить, чтоб животных поставить. Ну не занимался человек, остался без работы, решил заниматься. Вот этот момент — сложность (10014, 126–131, специалист РУСХ).

Этот случай приведен чиновником, регулярно ведущим прием владельцев ЛПХ, как типичный. При низкой рентабельности и высоких хозяйственных рисках привилегия не платить налоги выступает стимулом к самообеспечивающей активности, посредством которой может достигаться минимальная социальная сохранность немобильных жителей территорий, с которых ушла организованная занятость. И такие территории есть даже в относительно густонаселенном Краснодарском крае:

ЛПХ держится на одной простой вещи: это сектор производства с искусственной стимуляцией в виде полного отсутствия налогов. <…> Даже [если] поднять на щит лозунг — давайте-ка, ребята, дуйте все в фермеры, — понятно, что туда пойдут единицы (10010, 306– 311, чиновник) Отметим, что разорительность налогов для низкорентабельного бизнеса — стандартная проблема не только на селе, но и в городе.

Игра по непонятным правилам Помимо налогового бремени предпринимателю необходимо вести бухгалтерию и соответствовать другим разнообразным требованиям постоянно меняющегося законодательства, о котором фермер, а тем более владелец ЛПХ может не подозревать.

Приведем пространный фрагмент интервью с юристом районного консультационного центра, которое содержит типичный (по словам информанта) пример обратного превращения — фермера во владельца ЛПХ:

Те люди [фермеры], которые <…> 10 лет назад получили землю из колхоза в период реорганизации, они сейчас бросают <…> свои земли не из-за того, что стали плохо работать, а из-за того, что просто столкнулись с требованиями [к фермерам], которые ранее не предъявлялись и к которым они не были готовы. <…> Не секрет, что налоговое законодательство меняется практически каждый день. Неправильная сдача отчетности, неправильное ведение, проведение всех этих… Человек в колхозе когда-то работал, был лучшим комбайнером, трактористом. Он сам начал обрабатывать землю, и он сам начал получать доход — это хорошо, это все нормально. Но он это все стал неправильно оформлять, т.е. неправильное оформление первичной документации <…> его погубило. Здесь налоговая инспекция, здесь штрафы, здесь пени. <…> [Владельцы ЛПХ] и отчитываются, и вопросы эти все решают, но уже не в той степени, чем сейчас индивидуальный предприниматель.

(200103–5, 184–210, юрист консультационного центра) Две ключевые мысли: (1) фермер может разориться не потому, что плохо стал работать, а потому что к нему начинают предъявлять по определению нормальные для всякого предпринимателя требования;

(2) фермер должен одновременно играть, как минимум, на двух досках: он не может быть просто хорошим производственником. Но когда он занят производством, а в сезон он только им и занят, он физически не может уследить за налоговым законодательством, которое, по оценке юриста, «меняется практически каждый день».

Фермер-производственник стоит перед выбором, какие издержки нести: самому осваивать бухгалтерию или нанимать специалиста, которого еще нужно найти. В одном интервью молодой энергичный частный предприниматель, включенный в «полезные» для бизнеса социальные сети, имеющий свою «команду» из 5–6 человек17, готовый к ведению дела по правилам (взял кредит и собирался брать более крупный кредит), сетовал на то, что не может найти хорошего бухгалтера:

Вот с января [по апрель, когда бралось интервью] этого года проблемы с бухгалтерами, нет хороших бухгалтеров-сельхозников <…> Даже те, кто был, ушли в торговлю. Сейчас они пропустили [текущие изменения], они не компетентны уже.

Вопрос: У вас с налоговой проблемы?

Как таковых проблем еще не было с налоговой. Сейчас объясню. <…> Три месяца находился в поисках бухгалтера. Один, другой, третий, пятый — просто некому было готовить пакет документов на субсидии (10021, 191–197, ЧП).

Частный предприниматель из одного района, по сути, солидарен с юристом из другого района: самому с бухгалтерией не справиться, а компетентных бухгалтеров для сельскохозяйственного производства найти трудно. Один из выходов — кооперироваться с другими хозяйствами и нанимать одного бухгалтера на всех, положив ему такую зарплату, которая будет стимулировать приобретать (повышать) требуемую специальную квалификацию.

Можно еще предложить не менять правила игры хотя бы в течение «сельскохозяйственного года».

Однако фермер и частный предприниматель нуждается в услугах не только бухгалтера.

Вернемся к рассказу юриста консультационного центра о причинах, почему хороший тракторист, побыв фермером, перешел в статус ЛПХ:

Я вам даже пример простой приведу — для человека это был шок, — когда он ушел из юридических лиц <…> в личное подсобное хозяйство. Значит, у нас до сих пор существует постановление о порядке кассовых операций — проведения, учета, хранения денежных средств, — и до сих пор <…> независимо от форм собственности, предприниматель, организация должна иметь сейф, комнату для кассы. <…> Там определенные требования должны быть [соблюдены]: отдельная комната — в этом постановлении все указано. Тот же самый сейф, он должен быть прибит к этому самому, должна сигнализация стоять.

Команда — серьезный ресурс для разделения труда, которого не имеют фермеры-единоличники.

Вопрос: И владелец КФХ тоже должен это иметь?

Конечно. <…> И вот представьте себе такую ситуацию: у него 7 га земли, когда-то он с женой вышел из колхоза. У него поле, рядышком дом построил и там живет. И у него не было никогда таких комнат <…>. Приехала налоговая инспекция, посмотрели документы, все у него в порядке, ведет отчетность хорошо, но сейфа нет, а кассы много. Он ведь ведет все-таки учет!

Наличкой рассчитывается с теми же арендаторами, с теми же тракторами, которые нанимает <…>. По закону его должны наказать на 40 тысяч, это юридическое лицо, на 4 тысячи, это должностное лицо именно как главу фермерского хозяйства. <…> 44 тысячи человек должен просто отдать, причем 40 тысяч — это минимальный штраф. И получается, да, вроде как это постановление [устарело], и все возмущаются, тот же комментарий <…> к кодексу об административных правонарушений, но действительно это требование есть, и 44 тыс. человек заплатил. Он не получил никакого дохода, у него приехали приставы в счет этих 40 тысяч арестовали его трактор. <…> Он сейчас занимается личным подсобным хозяйством, я его встречаю, он говорит: «Вот это — милое дело». Понимаете? Вот простой, обыкновенный случай был (200103–5, 212–254, юрист консультационного центра).

Трактор для мелкого (7 га земли) фермера — это не роскошь и даже больше, чем средство передвижения. Разумеется, если несвоевременный (до очередного урожая) штраф в 44 тыс. рублей способен разорить умеющего работать на земле фермера, то это говорит о слабости такого хозяйства. Здесь решающий фактор — персональная неготовность квалифицированного производственника играть роль предпринимателя, с одной стороны, и недостаточная рентабельность хозяйства, чтобы нанять бухгалтера — с другой.

Мы начали с вопроса о том, почему бы не уравнять ЛПХ и ЧП (КФХ), а пришли к объяснению, почему сокращается число фермерских хозяйств. При этом нельзя сказать, что единственной причиной разорения фермеров стало упорядочение их хозяйственной деятельности с принятием нового Гражданского кодекса — в принципе это упорядочение можно только приветствовать. В течение всего постсоветского периода конфигурации факторов разорения менялись. Лавинообразный рост банкротств КФХ впервые обозначился уже 1993 г., а, начиная с 1997 г., число фермеров-банкротов стало устойчиво превышать число вновь создаваемых КФХ по целому ряду разных причин18.

Калугина З.И. Парадоксы аграрной реформы в России: Социологический анализ трансформационных процессов. – Новосибирск: ИЭиОПП СО РАН, 2000. – С. 14.

ЛПХ оказывается «милым делом» для тех, кто умеет просто работать на небольшом участке земли ради обеспечения своей семьи, но не готов играть роль предпринимателя de jure. Отними у таких крестьян эту возможность для самообеспечения, и мы получим — не в перспективе, а прямо сейчас — и дополнительную нагрузку на бюджет, и люмпенизацию оставшегося сохранным сельского населения.

Стремление к автаркии Ресурсная недостаточность — слабость производственной базы, низкая рентабельность и ограниченные возможности для освоения правил предпринимательской деятельности — способствуют стремлению закрыться от внешнего мира. Под закрытостью мы понимаем не столько стремление к самообеспечению, сколько к самоограничению области ответственного действия:

Вопрос: А в чем разница [между ЛПХ и КФХ]?

Ответ: Можно прогореть. Элементарно.

Вопрос: А в ЛПХ нельзя?

Ответ: В ЛПХ нельзя… во всяком случае надо сильно постараться. Взять кредиты и влететь их не отдать (10010, 291–295, чиновник).

Итак, в ЛПХ нельзя прогореть, поскольку его ведут с опорой исключительно (или, по крайней мере, в основном) на собственные — не заемные — ресурсы. Прогореть, конечно, можно: был единицей — стал нулем. Но если прогоришь на заемных средствах, будешь меньше нуля — уйдешь в минус. Принципиальная разница.

При этом не следует думать, что предпочтение синицы (малой, но надежной выгоды) журавлю (рискованности большого выигрыша) свойственны только «деревенщине» с ограниченным кругозором. Точно такие же преференции психологи Д. Канеман и А. Тверски обнаружили в исследованиях на выборках продвинутых горожан (в частности, инвесторов и студентов-экономистов)19.

Пресловутое «моя хата с краю» и нежелание «играть в игры с государством» не есть выражение «кулацкого» самодовольства и ограниченности, которые придумываются радикальными реформаторами деревни многих поколений и охотно подхватывается Kahneman D., Tversky A. Prospect Theory: an Analysis of Decision under Risk // Econometrica. – 1979. Vol. 47. – No 2. – P. 263–292;

Tversky A., Kahneman D. Advances Prospect Theory: Cumulative Representation of Uncertainty // Journal of Risk and Uncertainty. – 1992. Vol. 5. – No 4. – P. 297–323.

деревенскими люмпенами. Это предохранение от опасностей внешнего мира: ваших благ (кредитов и прочего) мне не нужно, ни у кого ничего не беру, но и у меня ничего просить не нужно. Домашний мир ЛПХ от внешнего отделен недоверием, отсюда стремление к самостоянию и самодостаточности. Фермер же сильнее включен в формальные взаимоотношения. Так стало, по свидетельству юриста, после введения в действие нового Гражданского кодекса, которое упорядочило деятельность КФХ, в результате чего:

Многие люди бросают фермерские хозяйства, оставляют в своей собственности участок, там 1,5 га, и занимаются личным подсобным хозяйством. Здесь он, так сказать, в своей стезе, потому что <…> он пришел, обработал, и винить в том, что он не получил какой-то доход для своей семьи, и, скажем так, не накормил своих домочадцев, он только может себя, потому что он не вовремя вскопал, <…> каких-то технологий не произвел. (200103, 111–117, юрист информационного центра) При ведении ЛПХ допустимо сократить количество необходимых социальных контактов и пространство ответственности и за счет этого ощущать себя самодостаточным.

Но стремление к самодостаточности свойственно не только слаборесурсным ЛПХ и «лучшим трактористам в колхозе», ориентированным на знакомые виды деятельности. Тот же мотив озвучили владельцы процветающего, многоотраслевого ЛПХ, вписанного в различные социальные сети:

Вопрос: Про национальные проекты чего-нибудь вы знаете, слышали, нужны они, не нужны?

Хозяйка: Не слышали. <…> Ничего не слышали, и нас ничего не интересует, и мы это… Хозяин: Мы живем хорошо, никому ничего не должны.

Хозяйка: У нас все есть, нам ничего не надо. (Хохочет) За эту (относительную) автономность крестьяне готовы платить немалую цену:

Хозяин: Электростанция нужна позарез, <…> тоже купили. <…> Хозяйка: Свет выключают, а у нас же рыба была, она ж без кислорода вообще никак.

Хозяин: И инкубаторы стоят. <…> Свет выключили, мы — дыр, завели ее, все, свет есть.

Без нее никуда. <…> Хозяйка: Но зато у нас сейчас автономия полная, можно сказать, что мы ни от кого не зависим. Как в подводной лодке (10035, 312–321, 345–356, ЛПХ).

В данном случае недоверие к «большому обществу» оправдано, поскольку именно оно проявляет свою ненадежность как контрагент, отключая электричество. Подобным же образом разрушается доверие и по другим аспектам, что и вызывает мечту о подводной лодке.

Резюме Быстрый и массовый переход из ЛПХ в фермеры — из неформальной экономики в формальную — представляется невозможным, поскольку предпринимательство de jure требует качественно иной совокупности капиталов, чем ведение ЛПХ. Говорить, например, о чабане на принадлежащей колхозу кошаре, что он «одновременно и работник колхоза, и владелец мощного индивидуального животноводческого хозяйства, а по сути — фермер»20, представляется рискованным. Ограниченность экономических, социальных и личностных ресурсов (капиталов), а главное — недоверие к малопонятному миру официальной бухгалтерии, отчетности и писаного регламентирования порождает неготовность, даже нежелание расширять свою зону ответственного действия.

Литература:

1. Барсукова С.Ю. Неформальная экономика. – М.: ГУ–ВШЭ, 2004. – С. 26.

2. Калугина З.И. Парадоксы аграрной реформы в России: Социологический анализ трансформационных процессов. – Новосибирск: ИЭиОПП СО РАН, 2000. – С. 14.

3. Нефедова Т., Пэллот Дж. Неизвестное сельское хозяйство, или Зачем нужна корова? – М.: Новое издательство, 2006. – С. 48.

4. Нефедова Т.Г. Сельская Россия на перепутье: Географические очерки. – М.:

Новое издательство, 2003. – С. 77.

5. Оберемко О.А. Типология ЛПХ в контексте нацпроекта «Развитие АПК» // Социальная реальность. – 2007. – № 10. – С. 20.

6. Радаев В.В. Экономическая социология. – М.: ГУ–ВШЭ, 2005. – С. 179.

7. Серова Е.В., Шик О.В. Национальный проект «Развитие АПК»: состояние и перспективы // Национальные проекты. – 2007. – № 1. – С. 70.

8. Feige E.L. Defining and Estimating Underground and Informal Economies: The New Intuitional Economics Approach // World Development. – 1990. Vol. 18. - No 7. – Р. 992.

Нефедова Т., Пэллот Дж. Неизвестное сельское хозяйство, или Зачем нужна корова? – М.: Новое издательство, 2006. – С. 48.

9. Kahneman D., Tversky A. Prospect Theory: an Analysis of Decision under Risk // Econometrica. – 1979. Vol. 47. – No 2. – P. 263–292.

10. Tversky A., Kahneman D. Advances Prospect Theory: Cumulative Representation of Uncertainty // Journal of Risk and Uncertainty. – 1992. Vol. 5. – No 4. – P. 297–323.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.