WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ИСТОРИЯ, РЕЛИГИЯ, КУЛЬТУРА И. К. МИРОНЕНКО-МАРЕНКОВА КАК МОЖНО РАЗОЧАРОВАТЬСЯ В СВЯТОМ ИЗ ИСТОРИИ СТАНОВЛЕНИЯ КУЛЬТА БЕНУА-ЖОЗЕФА ЛАБРА

В апреле 1783 г. в римском районе Монти, недалеко от Колизея, происходило нечто странное. На Пасхальной неделе из церкви Ма донны деи Монти сначала было вынесено Святое причастие, а вско ре и сама церковь была закрыта на несколько дней. Причиной тому было необыкновенное стечение народа, желавшего видеть тело умершего бедняка, выставленное в ней на обозрение. Люди всех со словий, богачи и бедняки, мужчины и женщины, устремились в не большую церковь;

наплыв паломников мешал проводить службы, исповедоваться и всячески будоражил весь район. Для охраны по рядка к телу даже были приставлены солдаты, но и это не помогло избежать кощунств, вызванных давкой и сумятицей. Через несколь ко дней тело бедняка похоронили в той же церкви, однако наплыв паломников не убывал, на его могилу приходили римляне и жители других городов в надежде вымолить его заступничество перед Гос подом. Незамедлительно был открыт канонизационный процесс, за тянувшийся почти на столетие, были опрошены сотни свидетелей и собраны сотни документов, рассказывающих о жизни бедняка, кото рый ко всему прочему был даже не итальянцем, а французом… В этой истории много неясного. Почему тело нищего было вы ставлено на всеобщее обозрение в церкви, а затем захоронено там же? Почему, несмотря на такое бурное почитание, процесс затянулся на целое столетие? И кем же был этот нищий француз?

Бенуа-Жозеф Лабр, или по-итальянски Бенедетто Джузеппе Лабре (впрочем, его имя стало известно только после кончины по обнаруженным на теле бумагам), родился на севере Франции в го родке Аметт в 1748 г. Родители, небогатые, но жившие в достатке земледельцы и торговцы, с детства готовили сына к церковной карь ере. Такова была традиция в семье, где дяди по материнской и от 6 История, религия, культура цовской линии были священниками, да и среди братьев и сестер са мого Бенуа (а детей в семействе было девять) трое избрали церков ное поприще. Для подготовки к будущему служению Бенуа отпра вили сначала к одному, а затем ко второму дяде-священнику.

Мальчик отличался набожностью и усердием, но в учении был при лежен только при чтении душеспасительных книг, а латынь и антич ные труды давались ему с трудом, тем более что он сам был к ним равнодушен. Повзрослев, Бенуа принял решение удалиться в мона стырь, чем сильно расстроил родителей, надеявшихся, что сын ста нет священником и обеспечит доход и уважение семье. Однако меч там Бенуа не суждено было сбыться. Он избрал монастырь Траппистов1, известный своим строгим уставом, но там ему отказали из-за слишком юного возраста. Трижды Бенуа поступал в другие монастыри и трижды покидал их, не пробыв в послушничестве и полугода, так как его смятенный дух не находил покоя за монастыр ской оградой. Юноша налагал на себя чрезмерные подвиги аскезы и в итоге был трижды отослан из монастыря. Последней надеждой стало поступление в монастырь в Италии, где не хватало послуш ников, а потому с радостью принимали выходцев из Франции. Ме жду тем, отправившись в путь, он уже нигде не останавливался на долго, став паломником, посещающим святилища в разных уголках Европы и живущим милостыней2. Со временем основными места ми его благочестия стали Рим и Лорето, известный тем, что именно в этот маленький итальянский город, по преданию, был перенесен со Святой Земли домик Богородицы, где она родила Иисуса.

Бенуа-Жозеф Лабр избегал людей. Он предпочитал странство вать и молиться в святилищах в одиночку, а если замечал, что кто-то начинает проявлять интерес к нему, то сразу же удалялся. Во время паломничеств он находил приют у благочестивых людей или ноче вал под открытым небом, а в Риме жил то в развалинах Колизея, то под городской лестницей;

лишь к концу жизни, окончательно по дорвав здоровье, он перебрался в приют для нищих, где все так же Трапписты — монашеский орден, образовавшийся в XVII в., следует строгому уставу Св. Бенедикта.

Исследователи изучили маршруты его странствий по Франции, Испании, Швейцарии, Германии, Голландии и Италии См., напр.: Gaqure F. Le Saint Pauvre de Jsus-Christ, Benot-Joseph Labre. 3 d., Avignon, 1954.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… избегал близкого общения с собратьями. Лабр умер на ступенях церкви Мадонны деи Монти в 1783 г. в возрасте 35 лет.

Такова биография святого по его многочисленным жизнеописа ниям3. Так чем же прославился в Риме нищий, который даже не умел хорошо говорить по-итальянски? Как распространилась молва о его святости, если он всегда избегал общения? Как случилось, что к телу его прикладывались бесчисленные почитатели, тогда как при жизни многие брезговали даже стоять рядом с ним в церкви, а некоторые священники запрещали ему заходить в исповедальню, боясь, что его лохмотья, усеянные паразитами, оскорбят добропорядочных прихо жан? Посмотрим, как происходило прославление святого.

Утром 16 апреля 1783 г. Бенуа-Жозеф Лабр находился в церкви Мадонны деи Монти;

уже несколько дней он чувствовал себя обес силенным, когда же ему стало совсем плохо, он вышел из церкви, чтобы глотнуть свежего воздуха, и на ступенях церкви упал. Вокруг собрались местные жители и предложили доставить его в больницу, но Лабр позволил лишь отнести себя в стоявший рядом дом знако мого мясника Франческо Заккарелли. Там обессиленного нищего уложили на кровать, накормили, позже пригласили священника. Но чью Бенуа-Жозеф скончался. Франческо Заккарелли сыграл важ нейшую роль в прославлении святого, во многом благодаря ему тело Лабра было перенесено в церковь с согласия местных священников.

Тотчас же после кончины благочестивого нищего в комнате, где он испустил последний вздох, был устроен мемориальный ком плекс — все предметы остались в неприкосновенности, на стенах были изображены сцены из жизни Лабра. Описание этой комнаты мы найдем в материалах канонизационного процесса в показаниях свидетелей и официальном заключении о ее осмотре4. А вот как сам Первые и самые важные жизнеописания святого: Alegiani G. B. Abrg de la vie du Serviteur de Dieu / Par J. B. Al., avocat en la cause de sa Batification, Paris, 1783;

Vie de Benot-Joseph Labre, mort Rome en odeur de saintet, traduite de l’italien de M. Marconi, lecteur du Collge romain, confesseur du serviteur de Dieu, avec un recueil de nouveaux miracles... P., 1784. Из последующих публика ций особо нужно отметить: Aubineau L. Vie admirable du Bienheureux mendiant et plerin Benot-Joseph Labre. P., 1873.

Вот, к примеру, показания одного монаха: «Эта комната у Заккарелли ок ружена некоторым почитанием, которое между тем, на мой взгляд, не переходило границ частного почитания. В ней находится своего рода витрина в виде алтаря, 8 История, религия, культура Заккарелли объяснял создание этого места частного культа: «Ввиду того уважения и веры в Бенедетто, которые я имел раньше и имею ныне, я не захотел, чтобы эта комната, где он умер, была занята кем либо из моей семьи. Поэтому я захотел по возможности украсить ее и заказал покрыть стены картинами, отображающими некоторые события, связывающие меня и Бенедетто. Поэтому там изображен Угодник Божий, когда он пришел в мой дом, чтобы взять башмаки, которые я пожертвовал ему вместе со шляпой. В другом месте изо бражено, как Угодник Божий молится перед главным алтарем в церкви Мадонны деи Монти утром в среду на Страстной неделе, в день своей смерти;

в тот день, я пригласил его в свой дом, когда он упал на ступенях этой церкви. Потом изображено, как два человека принесли его в мой дом, и наконец, как его уложили в постель, и моя дочь дала ему немного еды. Впрочем, все эти портреты ничем не де монстрируют его святость, потому что Угодник Божий не окружен лучами, сиянием и никакими подписями. Кровать и немногие остатки его одежды находятся под своего рода витриной, за ее стеклянными дверцами видна кровать, а над кроватью есть ящичек, в котором хра нятся его вещи. На этой витрине стоит гипсовый бюст, изображаю щий Угодника Божьего, но не носящий никаких атрибутов святости.

Эта витрина отгорожена решеткой из крашеного дерева, на которой находится овал с изображением Угодника Божьего со смиренным и благочестивым лицом, а под овалом видна надпись, на которой зна чится лишь его имя и день, когда он умер в этой комнате»5.

на которой стоит бюст из воска или гипса, высотой примерно в три ладони, кото рый изображает Бенедетто, однако на этом бюсте не заметно следов лучей, сия ния, ореола или титулов святого или блаженного. Там же стоит кровать, в которой умер Бенедетто, и вещи, которые он на себе носил. Эта витрина окружена решет чатой оградой с краткой надписью, на которой, если я не ошибаюсь, значится:

“Здесь умер Бенедетто Джузеппе Лабре”. Стены этой комнаты украшены фреска ми, изображающими Угодника Божьего, а именно: как он получает от мясника в качестве милостыни шляпу и старые башмаки для путешествия в Лорето, как сыновья этого Заккарелли вносят его в комнату в среду утром на Страстной неде ле, как его укладывают на кровать и как ему подносят еду. Ничего иного в той комнате я не заметил, несомненно, в этих изображениях, как и во всей комнате, нет никакого следа публичного культа». Archivio Segreto Vaticano. Sacra Rituum Congregatione. B.-J. Labre. (далее — Processus Labre). vol. 2395, fol. 188 r.-189 r.

Processus Labre. vol. 2395, fol. 239 r.-239 v.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… Посмотреть на умершего, а после похорон и на комнату, где он скончался, приходило много людей (впрочем, нужно помнить, что стечение народа является обязательным элементом агиографического повествования6). Большую часть посетителей составляли жители ок рестных кварталов, слышавшие о благочестивом нищем, но приходи ли также паломники из других городов7. Но гораздо большее стечение народа наблюдалось в церкви, где сначала выставили на всеобщее обозрение, а потом похоронили Лабра. Выставление тела святого на показ являлось важной составляющей культа: «этот ритуал давал воз можность убедиться, что тело святого обладало сверхъестественными качествами, которые не были присущи прочим умершим и которые должны были быть продемонстрированы посредством ритуализован ных манипуляций. Кроме того, верующие пользовались этим, чтобы заполучить личные сокровища — реликвии»8. Эти качества, которых обычно ожидает публика — приятный запах, незастывшая кровь, ис парина и теплота тела9. Нужно отметить, что за честь захоронения останков французского паломника боролись две церкви, расположен ные в том районе, но победу одержала церковь Мадонны деи Монти, где покойный проводил много времени и молился в день кончины.

Зачем народ хочет видеть тело святого? «Цель состоит не столь ко в том, чтобы увидеть тело святого, но в том, чтобы прикоснуться, в последний раз приласкать его, положить на него четки, которые тогда зарядятся его сверхъестественной силой и чудотворной мощью, и без зазрения совести заполучить частицу его одежды. Когда одежды уже «Как только распространяется известие о кончине, народ устремляется посмотреть на тело. Это то, что все источники называют, согласно принятой терминологии, большим стечением народа. Все опубликованные жития, все канонизационные процессы его упоминают». Sallmann J.-M. Naples et ses saints l’ge baroque (1540–1750). Paris, 1994. P. 294.

По показаниям Фортунато Заккарелли, сына мясника, однажды к ним в дом пришел даже «какой-то московит, чтобы увидеть эту комнату. Он проявил большое почтение, хотел получить какую-нибудь реликвию и принял ее с ви дом благочестивого удовольствия. А когда я спросил у окружающих, кто это был, мне сказали, что это был схизматик, повар одного русского адмирала».

Processus Labre. vol. 2394, fol. 216 v.

Sallmann J.-M. Naples et ses saints… P. 297.

Sallmann J.-M. I poteri del corpo santo : rappresentazzione e utilizzazione (Napoli, secoli XVI–XVIII) // Levillain Ph., Sallmann J.-M. Forme di potere e pratica del carisma. Napoli, 1984. P. 75-92.

10 История, религия, культура не остается, приходит очередь самого тела»10. Значение реликвий чрезвычайно велико: «для большинства верующих, которые не имели счастья лично знать святого, пока тот был жив, реликвия является единственным осязаемым элементом, который связывает их со свя тым;

кроме того, поскольку целительная сила проявляется почти все гда посредством реликвии, то реликвия тем самым продлевает чудо творную активность святого после его смерти и даже расширяет ее благодаря собственной способности множиться»11.

На могиле Бенуа-Жозефа паломники молились и нередко ос тавляли небольшие подарки в знак благодарности за полученные милости. Вот рассказ Паскуаля Марии Сантулли, пономаря, принад лежавшего к конгрегации Пии Операи: «я знаю, что много экс-вото из серебра, разные костыли и прочие орудия, указывающие на изле ченные недуги, были подарены исцеленными Падре Гаэтано Пальма, Постулатору13 в деле по канонизации Угодника Божьего, или наше му пономарю. …Впрочем, заверяю вас, что они никогда не были у всех на виду или, по крайней мере, я никогда не видел подобного, даже в первые дни великого волнения в нашей церкви, когда прихо дили смотреть на могилу Бенедетто. Я хорошо помню и скажу, что в те первые дни после погребения Бенедетто, в течение двух или трех дней, оставались на всеобщем обозрении, под лавкой нашей ризни цы, разные костыли, пояса и другие вещи, какие именно не помню, оставленные как знак благодарности за полученную благодать теми, кто излечился от соответствующих недугов. Но по прошествии того времени по приказу падре Пальма все эти вещи были собраны и по ложены в сервант. Я и вправду не знаю, почему эти вещи оставались на всеобщем обозрении. Как я себе представляю, случилось сле дующее: или во время этих волнений никто не подумал убрать эти вещи, или же их оставили, чтобы заставить замолчать те лукавые голоса, которые отрицали действительность и милости, полученные благодаря заступничеству Угодника Божьего»14.

Sallmann J.-M. Naples et ses saints… P. 302.

Ibid. P. 332.

Приношение по обету, изображение в серебре, дереве, вышивке и т.п.

больного органа, который был исцелен благодаря заступничеству святого.

Постулатор — в Католической церкви лицо, представляющее епископу официальное прошение о канонизации.

Processus Labre. vol. 2395, fol. 62 v.-63 v.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… Канонизационный процесс открылся сразу после смерти Лабра.

Множились пухлые тома с показаниями свидетелей, знавших или просто слышавших о кандидате в святые15. Среди сходных показа ний, повествующих о чудесах и добродетелях нищего, особенно вы деляется одно свидетельство. Принадлежит оно монахине, опровер гающей повсеместно распространяющееся мнение о святости Лабра.

Тереза Дзокки, 51 года, монахиня из конгрегации Маэстре Пии, основанной в XVII в. для обучения девочек из народа, учительница в одной из римских церковных школ;

в фигуре этой женщины нет ни чего особенного по сравнению с другими персонажами, которые от вечали на вопросы комиссии, занимавшейся сбором материалов о Лабре. Однако ее показания разительно отличаются от привычных славословий в адрес благочестивого нищего.

Дзокки услышала от некоего аббата, что процесс Лабра приос тановился из-за того, что было обнаружено его письмо к родителям, где он рекомендовал им читать сочинения отца Лежена. Этот автор XVII века, известный также под именем Слепого, был причислен к сторонникам янсенистов, а потому чтение его произведений было истолковано как признак склонности самого Лабра к янсенизму, осужденному католической церковью. Рассудительная учительница сообщает, что решила узнать, в чем заключаются заблуждения янсе нистов. Аббат ответил, что янсенисты ведут строгую жизнь, но их на божность поверхностна. Далее монахиня размышляла: «услышав это, я про себя подумала, что именно поэтому раб Божий молился в тех местах, где его могли увидеть, и мне показалось, что он лучше бы Например, показания Раймондо Рубини, священника церкви Мадонны деи Монти: «Некий дух святости, исходивший от его красивого лица, его особая набожность, сосредоточенность и продолжительность его молитв, во время которых он часами оставался на одном и том же месте, привлекли мое внима ние. Эти вещи поразили мое воображение, и иногда, окончив службу и вознеся благодарность, я приближался, так чтобы он меня не видел, и смотрел на него, и порой я так задерживался на четверть часа или полчаса. Признаюсь, я получал добрый пример, наблюдая его неподвижным, с глазами, опущенными на книгу, не знаю, была ли то богослужебная книга или сборник благочестивых размыш лений. И я видел, что, прочитав небольшой отрывок, он поднимал глаза и уст ремлял их на изображение Пресвятой Богородицы, потом возвращался к чте нию и вновь обращал свой взор на изображение, как я описал выше, и так он и продолжал, то читая, то созерцая». Processus Labre. vol. 2394, fol. 64 r.-v.

12 История, религия, культура сделал, если бы удалялся в более укромные места. Потом я подумала, что он не был совершенно бедным, ведь после смерти при нем были обнаружены сорок пять или больше паоло»16. Затем монахиня слыша ла от разных лиц, что Бенуа-Жозеф не причащался и, чтобы избежать принуждения, отказывался участвовать в Крестном пути по Колизею вместе с другими нищими, а во время Пасхи удалялся в Лорето, где никто не мог проверить, причащался ли он;

а еще однажды римский священник, желая удостовериться, что Лабр причащался в Лорето, повелел ему показать специальный билетик, который выдавался после причащения, но Лабр не сделал этого под предлогом, что потерял его.

Для услышавшей эти странные истории Дзокки, первым осно ванием подозревать французского паломника в неортодоксальности послужило его странное воздержание от причащения, которое мно гие связывали со склонностью к янсенизму, ведь янсенисты были известны проповедью редкого причащения. Следующий ее аргумент не столь догматичен, но гораздо лучше отражает повседневное от ношение верующих к божественным материям. Вот что она говорит:

«я не была свидетельницей ни одного чуда, хотя о них многие гово рили. С этой целью я специально проводила в церкви Мадонны деи Монти почти каждое утро, но убедилась скорее в поддельности и вымышленности некоторых чудес. Тот факт, что моя мать и сестра не получили желаемого исцеления, хотя я страстно молила раба Бо жия о заступничестве, стал причиной, по которой я потеряла прежде зародившуюся во мне веру в святость этого человека»18.

Тереза Дзокки указывает также на недочеты, замеченные ею в опубликованном кратком сборнике (Sommario) материалов, необхо димых для официального открытия канонизационного процесса. В показаниях падре Манчини, которого монахиня знала лично и с ко торым вела беседы о Лабре, она находит рассказ о соблюдении Лаб Processus Labre. vol. 2394, fol. 322 r.-v. Паоло — простонародное название монеты в 10 баиоков, происходит от имени римского папы Паоло (Павла) III.

Баиок — мелкая монета, выпускавшаяся с конца XV до середины XIX в.

Крестный путь (Via Crucis) — в католицизме распространенная практи ка, заключающаяся в прохождении и молитвах на 14-ти станциях, соответст вующих различным моментам Страстей Христовых. Крестный путь в римском Колизее широко известен до наших дней. См.: Clement O. Le chemin de croix Rome. Via Crucis 1998. P., 1998.

Processus Labre. vol. 2394, fol. 325 r.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… ром Пасхальных предписаний, расходящийся с тем, что она лично слышала от падре. Второе обстоятельство, по ее мнению, не соответ ствующее истине, касается самой монахини. Так, в кратком сборнике приводится свидетельство некоего падре Ортанто, который заявляет, будто сама Дзокки и одна из ее подруг прежде были благожелательны к Угоднику Божьему Бенедетто Джузеппе, но позже поменяли свое мнение под влиянием падре Пиччилли. Монахиня вспоминает, что лишь однажды говорила о Лабре с падре Ортанто, и он восторженно рассказывал о чуде, якобы произошедшем с девицей Анжеликой Гар деллини. Монахиня удивилась, что падре, будучи советником в Кон грегации Обрядов не учитывает, что женщины подвержены многим недугам, которые на деле таковыми не являются, а объясняются про стыми судорогами и сходными неудобствами. Она повествует: «Я са ма на некоторое время лишалась голоса, как вышеназванная девица, и казалось, что язык запал, и я не могла говорить и с трудом изъясня лась, но это была лишь такая болезнь;

когда она естественным обра зом проходила и конвульсии прекращались, я могла разговаривать как раньше, а когда конвульсии возобновлялись, я теряла голос. Поэтому я думаю, что то же самое произошло и с той девицей, тем более, падре должен был знать, что у женщин сильна игра воображения и фанта зия. И в этом разговоре совсем не был упомянут падре Пиччилли. На каком же основании он утверждал, что мы изменили мнение под влиянием падре Пиччилли?»19. Имя падре Пиччилли, всплывающее в этом рассказе, чрезвычайно значимо, к фигуре этого священника мы обратимся немного позже. Пока же продолжим анализ критики, вы двинутой монахиней против различных публикаций о Лабре.

Дзокки опровергает некоторые сообщения об обстоятельствах смерти Лабра. По версии, которая была озвучена в материалах про цесса, а затем воспроизведена в биографии, написанной Маркони, первым биографом и последним исповедником подвижника, а далее во всех житиях Лабра, к часу ночи, когда тот скончался, по всему городу зазвонили колокола, а дети на улице стали кричать, что умер святой. Опросив жившего неподалеку священника и домочадцев Заккарелли и не найдя тому подтверждения, монахиня приходит к выводу, что написанное Маркони неверно. Далее она не согласна с Ibid., fol. 325 v.-326 v.

14 История, религия, культура тем, что на умершего сразу же приходили смотреть: «когда утром в Страстной четверг, по настоянию падре Бьяджо Пиччилли, я отпра вилась посмотреть на тело Угодника Божия, я не нашла там никого кроме домочадцев Заккарелли. Впрочем, вернувшись после обеда, я обнаружила там несколько человек». И монахиня с чувством заявля ет: «Что касается этого обстоятельства, то мной овладел гнев, я за крыла и отложила книгу, говоря про себя: Если так пишутся жития святых, кто может им верить?». Затем Дзокки рассуждает о том, могли ли в ночь смерти Лабра звонить колокола: «Впрочем, не было ничего странного, если бы колокол Санта Мария Маджоре звонил в час ночи: правда, что он всегда звонит в два часа, но также верно, что он звонит в час ночи, когда приходит приказ всем колоколам звонить в час ночи для какой-либо общей молитвы Господу нашему.

Значит, в то время был такой приказ и в час ночи звонили все коло кола, а следовательно и колокол Санта Мария Маджоре, и я не могла не узнать об этом, поскольку моя школа на Виа Грациоза находится недалеко от базилики. По этим причинам я потеряла всякое доверие, но пока не к Угоднику Божьему, а скорее к вышеупомянутому жи тию, тем более, что его автор синьор Маркони говорит, что испове довал его несколько раз тайно в привратницкой, а затем рассказыва ет столько всего, как будто слышанного от него самого. И я не могла понять, как он, слушав его столь недолго и почти тайком, может столько знать о нем, сколько изложено в житии, а потому, чтобы не ломать себе голову, я подумала, что лучше отложить чтение, и, дей ствительно, больше к нему не возвращалась»20.

Следовательно, житие, составленное Маркони, неудовлетвори тельно с двух точек зрения: во-первых, виденное самой монахиней и слышанное ей от других лиц не соответствует сообщениям жития, во-вторых, осведомленность Маркони в целом не вызывает доверия:

«Я подтверждаю мои сомнения в тех вещах, которые рассказывает синьор Маркони в написанном им житии. Читая его, кажется, что Маркони очень хорошо его знал и постиг многие его добродетели и таланты, между тем, я слышала, что этот самый синьор аббат Мар кони кому-то поведал, что хоть Лабр у него и исповедовался, но он, впрочем, не знал глубин его добродетелей и святости»21.

Ibid., fol. 331 r.-331 v.

Ibid., fol. 338 r.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… Однако, несмотря на многие сомнения, монахиня пытается со хранить объективность и не опровергает полностью положитель ных свидетельств о Лабре. Она признает, что лично встречала его и не видела, чтобы он совершал что-либо противоречащее церков ным предписаниям: «Разумеется, я никогда не видела в его поведе нии ничего противоречащего божественным и церковным запове дям и обязанностям доброго христианина. Что он не исполнял некоторые предписания, я этого не отрицаю и не утверждаю, пото му что, чтобы утверждать или отрицать это, нужно знать, были ли правдивы и реальны или же ложны и вымышлены те вышеупомя нутые факты, из-за которых я изменила свое мнение об угоднике Божьем. Но поскольку эти факты не были мною видены, а о них я узнала через другие источники, то я не могу быть в них так же уве рена, как если бы видела это собственными глазами»22.

Шумное прославление недавно почившего нищего кажется Дзокки необоснованным, но прямо отрицать его святость она не ре шается, ведь только компетентная комиссия, состоящая из высших чинов церковной иерархии, с одобрения папы может принять подоб ное решение, а простой монахине не пристало судить о добродете лях кандидата в святые. Поэтому в одном месте своих показаний она поясняет: «Впрочем, я должна объясниться. Дело не в том, что я со вершенно не считаю его Угодником Божьим и убеждена, что он не пребывает в раю, в это я верю, но почитать ли его святым или нет, мне безразлично, и я жду решения Святого Престола, а когда будет объявлено это решение, я отрину все сомнения и подчиню свое мне ние мнению Апостольской церкви. Я буду считать, что обманулась в своих сомнениях, а те причины, по которым эти сомнения зароди лись, несущественны. Таким образом, я не желаю ничего иного, кроме того, чтобы исполнилась воля Господня, и свершилось, то, что предпишет Святой Апостольский Престол касательно беатификации почтенного Угодника Божьего Бенедетто Джузеппе Лабре»23.

В конечном итоге, такую же осмотрительность Дзокки демон стрирует в вопросе о чудесах: «Основания моих сомнений сводятся к двум. Первое. Я проводила в церкви Мадонны деи Монти все ут реннее время, желая увидеть какое-нибудь чудо, но мне этого ни ра Ibid., fol. 328 v.-329 v.

Ibid., fol. 325 r.-v.

16 История, религия, культура зу не удалось. Второе. Решив разузнать о некоторых их тех чудес, о которых столько слышно, я расценила их как несущественные или ложные или, по крайней мере, преувеличенные, подобно тому, что случилось с девицей Анжеликой Гарделлини, которая потеряла го лос и говорила так, что ее едва можно было слышать, но не была не мой, как обычно утверждали те, кто рассказывал об этом чуде, на стаивая, что Угодник Божий вернул дар речи немой. Я признаю в этом факте нечто необыкновенное, это можно назвать Божьей мило стью, но не чудом. Расценив как несущественные или ложные или, по крайней мере, преувеличенные многие из его предполагаемых чудес, я засомневалась и ныне сомневаюсь в правдивости остальных.

Я их не исключаю, но и не принимаю на веру, а приму их на веру, когда они будут объявлены таковыми. И потом, кажется, что многие слишком легко верят во все эти чудеса, которые, как говорят, были совершены Господом через посредничество Бенедетто Джузеппе;

многие слишком прямо их все отрицают;

и кажется мне, что как первые, так и вторые ударяются в крайности, т.к. одинаково плохо слишком верить и не верить вовсе. И я, чтобы не впасть ни в первое, ни во второе заблуждение, считаю, что лучше не высказывать сейчас собственного суждения и сомневаться, а после подчиниться реше нию, которое примет Святая Апостольская Церковь»24.

Итак, монахиня подозревает, что Лабр был заражен янсенист скими заблуждениями, а потому воздерживался от причащения и выставлял напоказ строгость своей жизни. Он и вправду был благо честив, но этого недостаточно для его прославления, и благоразум ный католик должен ожидать решения Святого Престола, а не воз носить почести раньше времени. Возможно, разочарование Дзокки вызвано тем, что ее семья не получила заступничества от повсемест но прославляемого угодника Божьего, и подкреплено скептическими настроениями и нелестными разговорами о Лабре среди некоторых священников. Между тем необходимо вернуться к имени падре Пиччилли, упомянутому в показаниях Дзокки, ведь этот человек был ее исповедником и духовным наставником. Читая его показания, мы найдем истоки многих утверждений рассудительной монахини.

С первых слов отца Бьяджо Пиччилли, зафиксированных в ма териалах канонизации, перед нами раскрывается страстная натура Ibid., fol. 344 r.-345 r.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… этого священника, который перешел от горячего почитания Бенуа Лабра к полному опровержению его чудес и добродетелей. Страни цы, содержащие показания Пиччилли, читаются как увлекательный роман. Если прочие свидетели часто ограничиваются сдержанными ответами на поставленные им вопросы, то ответы Пиччилли зани мают по несколько страниц. Нередко падре не ждет, чтобы ему зада ли вопрос, а сам развернуто и эмоционально принимается излагать свои соображения;

он вспоминает слышанное от других лиц, интер претирует известные ему факты, выносит суждения, основанные на собственном понимании церковной доктрины и обычаев.

Во всех заявлениях Пиччилли отчетливо просвечивает ущем ленное самолюбие священника, изгнанного собратьями по конгре гации. Не удивительно, что свои показания Пиччилли начинает с тирады, цель которой состоит в упрочении собственной репутации.

«Многие годы я был членом конгрегации Пии Операи25, в которой исполнял различные и почетные обязанности. Но после я оставил ее не по собственной воле, но из-за интриг одного из членов кон грегации, имени которого я не называю, при недовольстве всех до брых братьев, которые говорили, что я всегда был безупречен, был настоящим святым и отличался добрыми нравами, и что я был ко роной Пии Операи. И поэтому потом некоторые просили меня вер нуться, и когда бы я захотел, они бы приехали за мной в карете. И падре Дон Роберто Камерленге, приехавший в Рим по делу, сооб щил мне, что если бы я захотел вернуться, то стал бы ректором Сан Никола, главной церкви нашей конгрегации в Неаполе26. Между тем я не обращал внимания на эти интриги, поскольку моя честь была вне опасности, я был всем известен и особенно известен Свя тейшему Отцу нашему, счастливо правящему, Пию Шестому, ко торый назло тем, кто этого не желал, распорядился, чтобы я оста вался советником по обрядам. Кажется ли вам, что этого Конгрегация Пии Операи («благочестивых тружеников») была основана Карло Карафа в 1602 г. для помощи и обучения крестьян и жителей городских окраин. Настоящее имя получила в 1621 г., до этого называлась Конгрегацией Христианской доктрины. В ведении этой конгрегации находилась церковь Ма донны деи Монти, где был похоронен Б.-Ж. Лабр.

Вероятно имеется в виду церковь Святого Николая Милосердного в Не аполе, которая также находилась в ведении конгрегации.

18 История, религия, культура недостаточно, чтобы гарантировать надежность моей репутации?

Сейчас я полностью доволен и любим, уважаем и почитаем всеми Отцами Базильянами27, которыми я был принят после моего выхода из Конгрегации, у них я был и остаюсь и милостью Божьей делаю немного добра, исповедую бедных людей, которые приходят в цер ковь, и по Божьему милосердию все довольны»28.

Итак, как известно уже из показаний других свидетелей, перво начально Пиччилли, как и другие Пии Операи, восторженно отно сился к Лабру, похороненному в их церкви. Он даже патетично на зывал его невинным ягненком, умершим в доме мясника. Один из бывших собратьев Пиччилли вспоминает: «сначала этот священник говорил с таким одобрением и уважением о Бенедетто Джузеппе, что это доходило до крайностей, и я самолично был свидетелем и слышал несколько раз, как он говорил о нашем Угоднике Божьем так высокопарно, что было очевидно, какое большое уважение он к нему питает. Затем он изменил свои речи, и я слышал от знакомых, что он называл нашего Угодника Божьего еретиком, лицемером и другими подобными словами;

говорят, что он выказывал презрение к памяти Угодника Божьего. Я точно не знаю причин, по которым он так изменился. Но я знаю, что все мудрые люди осудили его поведе ние и что наши священники были возмущены тем, что однажды у всех на виду он сжег веревку и некоторые другие вещи, которыми пользовался Бенедетто и которые до того времени он берег как дра гоценные реликвии. И я встретил его в тот момент, когда он совком собирал тот пепел и собирался рассеять его на людном месте»29.

А вот показания другого священника конгрегации Паскуале Марии Сантулли, записанные в 1785 г.: «Еще сегодня утром я испо ведовал в нашей церкви немалое число чужеземцев, которые сооб щили, что пришли посетить могилу Угодника Божьего. И хотя падре дон Бьяджо Пиччилли, мною упомянутый, отвращал верующих от почитания Бенедетто, несмотря на это, вопреки его намерению пол Отцы Базильяне — монахи, живущие по уставу, введенному Св. Василием Великим. Орден был основан итальянскими монахами греческого происхождения и утвержден папой Григорием XIII в 1579 г.

Processus Labre. vol. 2388, fol. 3761 v.

Processus Labre. vol. 2395, fol. 54 r.-54 v.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… ностью уничтожить подобное почитание, оставались люди, оскорб ленные его образом действий. Я знаю это, потому что многие люди, отправившись к этому падре на исповедь, были спрошены им, зачем они пришли в эту церковь. Если они отвечали, что пришли посетить могилу Бенедетто, он прогонял их из исповедальни, не хотел больше слушать и кричал им, что Бенедетто был простым смертным, как и все, и что его могилу не следует посещать. Многие из этих людей потом приходили в мою исповедальню и жаловались на то, как с ними обошелся этот священник, их оскорбляли его речи, и еще есть некоторые, кто до сих пор глубоко им обижен. Я всегда старался принять этих людей, извиниться за поведение этого священника наилучшим образом и я объяснял им, что Угодники Божьи часто сталкиваются с подобной неприязнью и Господь позволяет ненави деть их, чтобы затем сильнее их прославить»30.

Сообщая в деталях все известное ему о Лабре, падре пришлось объяснять, почему он в нем разочаровался. Это было нелегко, ведь прочие свидетели часто говорили, что прежде Пиччилли превозно сил до крайности добродетели нищего, а после так же резко опро вергал их. Пиччилли пытается сгладить контрасты своего поведения, но это особенно трудно, когда речь заходит об инциденте с верев кой. Однажды в церкви при стечении народа на могиле Лабра падре вынес веревку, которой подпоясывался нищий, и позволил много численным желающим прикладываться к ней. Такое необдуманное действие противоречило церковным правилам, поскольку означало публичное проявление культа умершего, который еще не был офи циально прославлен Католической церковью. Это нарушение дисци плины было осуждено другими священниками из конгрегации Пии Операи31. От одной крайности Пиччилли вскоре переходит к другой:

Ibid., fol. 60 v.-61 v.

Вот показания Сантулли: «Однажды наш падре Бьяджо Пиччилли дал многим людям целовать ту веревку, которой подпоясывался Угодник Божий. Я при этом не присутствовал, но вскоре услышал об этом от наших отцов, кото рые единодушно осудили такой поступок и высказали ему свои упреки, тем более, что он тогда находился в исповедальне и был облачен в сутану и епитра хиль. Не знаю, какое оправдание он нашел, но знаю, что подобное случилось лишь однажды и, если я не ошибаюсь, в то время, когда тело Бенедетто остава лось на всеобщем обозрении». Processus Labre. vol. 2395, fol. 64 r.-64 v.

20 История, религия, культура некоторое время спустя после инцидента в церкви он сжигает ту са мую веревку, которую давал лобызать почитателям Лабра, и развеи вает пепел в людном месте. Естественно, тем самым он вновь вызы вает недовольство как народа, так и священников из конгрегации, которые активно участвовали в деле прославления благочестивого нищего, похороненного в церкви Мадонны деи Монти. Объясняя такое поведение, Пиччилли рисует следующую картину: сначала, разделяя всеобщее воодушевление паломников, он лишь позволил поцеловать веревку, не сопровождая это действо молитвами, прису щими акту почитания подлинной реликвии. Затем, разочаровавшись в добродетелях кандидата в святые, он счел свой поступок ошибоч ным и сжег ту самую веревку, чтобы избежать дальнейших крайно стей в почитании святого, который таковым не является. Вот его слова: «Одна женщина хотела взять частицу веревки или хотя бы поцеловать ее, это известие достигло ушей других людей, которые захотели сделать то же самое. Я, подумав, что в церкви не было Свя того Причастия, а из-за давки и перешептываний это больше похо дило на площадь, чем на церковь, решил сделать немного добра, на деясь при этом увидеть какое-либо чудо, раз уж о них столько говорили, а я еще не смог этого проверить. И так, по мере того, как люди подходили, я передавал им из рук в руки веревку, чтобы поце ловать ее, однако при этом не говорил тех слов, которые обычно го ворятся, когда дают целовать реликвии святых»32. «И я точно знал, что не сделал ничего, что противоречило бы общим правилам»33.

Не довольствуясь самооправданием, в некоторые моменты да чи показаний, Пиччилли переходит в наступление и разоблачает проявления культа, допущенные бывшими собратьями: «И если уж меня критиковали, то пусть станет также известно то, что делали другие. Меня критиковали за веревку и за проповедь. И за это отец ректор Пальма запретил мне проповедовать и занял мое место. А затем он сам не удержался от того, чтобы воздавать славословия Бенедетто Джузеппе с церковной кафедры»34. Он сообщает, что один из священников отправлял тех, кто исповедовался у него, мо литься на могиле Лабра, а также ученики пансиона Мадонны деи Processus Labre. vol. 2388, fol. 3869 r.-3869 v.

Ibid., fol. 3870 v.

Ibid., fol. 3889 r.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… Монти получили чей-то приказ посетить могилу Лабра35. Падре добавляет, что в ту пору, когда верил в святость нищего, он пред лагал своим прихожанам молиться на его могиле, но при этом все гда требовал соблюдать необходимые приличия (из показаний Дзокки мы видели, что сам Пиччилли направил ее поклониться те лу Лабра в дом Заккарелли). Впрочем, обличая все неподобающие действия, происходившие вокруг погребения Лабра, он называет их стечением обстоятельств, которым в своих целях воспользовались священники, и не винит самого подвижника: «в том, что происхо дило, не было вины покойного Бенедетто Джузеппе»36.

В отличие от своей духовной дочери, падре Пиччилли более ка тегоричен в оценках. Если Дзокки полагается на будущее решение Церкви относительно святости Лабра, то Пиччилли прямо заявляет:

«Я не только не желаю его беатификации, но даже желаю обратного, поскольку, согласно тем сведениям, которые я имею и которые от кровенно изложу, я не считаю его достойным подобной чести»37.

Как и монахиня, падре Пиччилли излагает эволюцию своего отно шения к нищему страннику: «Я изменил свое мнение не при жизни Угодника Божьего. Напротив, я изменил его позже, когда собрал о нем различные известия, которые заставили меня размышлять о том, о чем я раньше не размышлял. И еще мои мысли смутили те чудеса, о которых заявляли после его смерти и которые не были правдивы, а ложные чудеса заставили меня также сомневаться в поступках, ко торые внешне казались добродетельными и похвальными»38. При мечательно также, что по сравнению с Терезой Дзокки и прочими свидетелями падре Пиччилли редко называет Лабра Угодником Божьим, предпочитая употреблять имя Бенедетто Джузеппе.

Итак, рассмотрим упреки, выдвинутые падре Пиччилли в адрес Лабра. Отметим, что с самого начала показаний священник доказы вает правоту своих суждений тем, что лично знал блаженного: «Я прекрасно знал Угодника Божьего Бенедетто Джузеппе Лабре и не знаю, был ли в Риме кто-то, кто знал бы его столь же долго, как я»39.

Ibid., fol. 3910 r.

Ibid., fol. 3911 v.

Ibid., fol. 3770 r.-3770 v.

Ibid., fol. 3785 r.

Ibid., fol. 3764 v.

22 История, религия, культура Благочестие Лабра сложно полностью отрицать, ведь нашлось множество свидетелей его набожного поведения. Падре и сам свиде тельствует: «Я никогда не замечал в нем никакой примеси притвор ства, которое заметно в некоторых, как то — вздохи, биение себя в грудь, воздевание рук и подобные жесты, — он вел себя очень есте ственно, и в нем не было ничего притворного»40. Однако эту набож ность можно по-разному истолковывать. Крайняя набожность нище го превозносилась всеми его биографами, которые считали постоянное нахождение в молитве лучшим доказательством того, что Лабр не имел иных попечений, кроме заботы о душе41. Но в рас суждениях падре чувствуется скептическая нотка: «Впрочем, по скольку он был безработным, ему было нечего делать и он пользо вался полной свободой, то не удивительно, что он проводил столько времени в церкви»42. Так парадоксально этот служитель Церкви пе реворачивает привычное объяснение: дело не в том, что Лабр, сгорая от любви к Господу, отказался от любых земных забот и полностью посвятил себя молитве, а в том, что, не имея определенных занятий, он просто проводил свободное время в церкви. Но, в другом месте Пиччилли связывает молитвы Лабра с ересью янсенизма. Он отме чает, что «обыкновенно Бенедетто Джузеппе погружался в долгие молитвы перед Святым причастием на виду у множества людей, у балюстрады. Молитвы перед Причастием — да. Причащение — нет.

Я много размышлял о его суровых покаяниях, и можно было бы ска зать, что вся его жизнь была непрерывным самоумерщвлением, и это второй признак янсенизма. Третий заключается в том, что он не был искренен с исповедниками»43. Как и у Дзокки, у падре подозрение в приверженности янсенизму становится основой для развенчания Лабра. Долгие молитвы трактуются как черта показной янсенист ской набожности. Рассмотрим два других упрека — воздержание от причастия и неискренность с исповедниками.

Ibid., fol. 3788 v.

В агиографию даже вошел эпитет «нищий Сорока Часов», который дали Лабру местные жители за его любовь к католической практике, которая заклю чается в том, что в течение сорока часов по очереди в главных церквях города выставляется для поклонения Святое Причастие и совершаются молебствия.

Processus Labre. vol. 2388, fol. 3789 v.-3790 r.

Ibid., fol. 3901 v.-3902 r.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… Уклончивость Лабра в отношении причащения вызвала много препон в ходе канонизационного процесса. Пиччилли особенно ак центирует эту щекотливую тему: «Я знаю, что на теле покойного были обнаружены многочисленные бумаги, свидетельства, удосто верения из разных мест и святилищ, куда он отправлялся в паломни чества, но среди стольких бумаг и свидетельств не нашлось ни од ного, которое подтверждало бы исповедь и причащение в каком либо месте»44. И далее все действия Лабра падре интерпретирует как направленные на воздержание от причастия: на время Пасхи он уходил в Лорето, где никто не мог проконтролировать, причащался ли он;

перед смертью он отказался отправиться в госпиталь, опаса ясь, что его принудят исповедаться и причаститься, умирая, он притворился бесчувственным, чтобы вновь избежать причащения45.

Особенно важен был вопрос о том, причастился ли Лабр перед смертью, ведь это является необходимым условием благой кончи ны, ниспосылаемой праведникам. Апологеты Лабра утверждали, что перед смертью он находился в бессознательном состоянии, но причастился накануне, а значит — исполнил свой христианский долг. Пиччилли рисует совсем иную, неприглядную картину: утром «он заказал стакан водки, не знаю ценой в баиок или в половину, выпил его и после отправился в церковь Мадонны деи Монти, и это мне рассказал после смерти Бенедетто бакалейщик, и я рассказы ваю это, чтобы показать, насколько ложно и вымышлено то, что кое-кто рассказывает, будто бы он тем утром причастился. Как он мог это сделать? В какой церкви он причастился? До того, как он выпил водки, церкви были закрыты. А после он не мог этого сде лать»46. Интересно, что этот сюжет оказался все-таки воспринят агиографией, но в поздних жизнеописаниях Лабра будет упоми наться отнюдь не стакан водки, а стакан уксуса, и это обстоятель ство послужит уподоблению кончины Лабра Страстям Христовым.

Пиччилли утверждает, что еще при жизни Лабра он пытался проверить свои сомнения относительно уклонения того от причас тия и, служа мессу, останавливался рядом с Лабром, демонстрируя желание причастить его, но Лабр ни разу не откликнулся на при Ibid., fol. 3799 r.-3799 v.

Ibid., fol. 3903 v.

Ibid., fol. 3815 r.

24 История, религия, культура зыв. В глазах Пиччилли важность причащения неоспорима, и, по его мнению, этот акт несет некий назидательный смысл: «Лучше бы он меньше молился, но чаще показывал, что причащается, так он дал бы народу добрый пример, снискал бы больше уважения»47.

Неискренность с духовными наставниками — тяжкий грех для христианина, так как свидетельствует о своеволии и отсутствии смирения — важнейшей добродетели верующего. Это янсенистское прегрешение Пиччилли также относит на счет Лабра. Вот откуда он выводит свое убеждение в неискренности французского странника:

«Читая опубликованное житие, составленное аббатом Маркони, я обнаружил различные недостатки в поступках Бенедетто. Я считаю, что он не был совершенно послушен повелениям своего духовного наставника, т.е. этого самого аббата Маркони, и не отвечал подо бающе на его вопросы, и поэтому я и сказал выше, имея на то осно вания, что Бенедетто не был покорен своим исповедникам, а слу шался собственной воли. Это является недостатком, недостатком отвратительным для истинной добродетели и истинной святости. И если верно, что все те, кто хвастается этим, действительно испове довали его, то видно, что он менял исповедников, и тот же адвокат Алежиани, ведущий его дело, насчитывает семь исповедников. И это также отвратительно для святости. Более того, я считаю, что он не был искренен со своими исповедниками, поскольку, как я пред полагаю, он никогда не открывал аббату Маркони того обстоятель ства, что был монахом. Я так думаю, потому что об этом обстоя тельстве не говорится в житии, а потом аббат Маркони узнал, что тот был монахом, когда увидел документы, обнаруженные при по койном. Так я предполагаю и верю, что именно по этой причине, а не потому, что узнал об этом из его собственных уст, Маркони включил это обстоятельство в похвальную речь»48. Янсенистской ересью, по мнению падре, Лабр заразился еще в юном возрасте;

хоть он и называет причиной невежество, а не злой умысел, по следствия все же оказываются плачевны — идя по неверному пути, Лабр уклонялся от правильного руководства Католической церкви, представленной в лице его духовных наставников49: «Еще на мое Ibid., fol. 3902 v.

Ibid., fol. 3898 v.-3899 r.

Пиччилли даже намекает на неуважение Лабра к главе Католической И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… мнение сильно повлияло то, из-за чего я и потерял веру в Бенедетто Джузеппе и его святость, это подозрение, закравшееся в мой ум о том, что он мог быть заражен заблуждениями янсенистов, но не по злонамеренности, а по невежеству. Я думаю, что он был пропитан ими, потому что, пока находился у своего дяди-священника, он все время развлекался чтением и, вероятно, читал янсенистских авто ров и забил себе голову идеями, противоречащими правильной доктрине Святой Римской Католической Церкви»50. Главным дока зательством янсенистских склонностей Лабра стали его письма к родителям: «сочинения Слепого отца, которые он читал и внушал читать своим родителям, возбудили мои сомнения, и я подумал, что он прочел эти сочинения слишком рано, в незрелом возрасте, и за бил себе голову опасными идеями, и потому принял решение посвя тить себя монашеской жизни в каком-либо одном из самых строгих монастырей. И действительно, в житии, которое позже было опуб ликовано, я обнаружил, что он семь раз пытался поступить в какой либо строгий монашеский орден, но потом не упорствовал в этом и склонился к жизни паломника. По этим делам я догадался, что его дух был смятен, непостоянен и он слишком любил своеволие. И по том я в воображении следовал за Бенедетто в соответствии с его об разом жизни в Риме и мне казалось, что это сходится с тем, что я о нем заключил, что он любил своеволие. И то, что я прочитал в опуб ликованном житии, в показаниях его исповедников, заставило меня поверить, что он не хотел им полностью подчиняться, и правда, ес ли верно то, что рассказывает дон Карло Карецани, что когда Бене детто явился к нему, он предупредил, что если тот хочет исповедо ваться у него, то должен избавиться от вшей, Бенедетто Джузеппе больше к нему не вернулся;

но лучше бы он послушался исповед церкви. Речь идет о показаниях Фортунато Заккарелли, сыне Франческо Закка релли. Однажды он спросил Лабра, видел ли тот торжественный отъезд Папы из Рима в Вену, на что Лабр ответил: «К чему смотреть на него? Нужно молить за него Господа». Фортунато просил и за него молиться Господу. На это Лабр, ничего не ответив, просто кивнул головой и ушел. См.: Processus Labre.

vol. 2394. fol. 201 r.). Вспоминая об этом эпизоде, Пиччилли говорит: «Этот поворот головы и это пожимание плечами были интерпретированы мной как неуважение к Главе Церкви». Processus Labre. vol. 2388, fol. 3848 v.

Processus Labre. vol. 2388, fol. 3899 v.-3900 r.

26 История, религия, культура ника и избавился от вшей. И вот к чему я хочу вернуться. Дон Кар ло Карецани, который лишь однажды выслушал исповедь Бенедет то Джузеппе, дает длиннейшие показания, которые никак не кон чаются. Все эти обстоятельства заставили меня сомневаться в его святости, потому что, если, с одной стороны, я считал доброде тельными некоторые его поступки, которые я сам заметил, с другой стороны, мне казалось, что я обнаружил в нем недостатки и пре грешения, которые не соответствуют героическим добродетелям. Я слышал, что из Франции доставили некоторые бумаги, касающиеся известий о прежней жизни Бенедетто, и то, что мне сообщили, я посчитал сильно преувеличенным, однако я не взял на себя труд прочитать какую-либо из этих бумаг. Зато я прочитал письмо, от правленное им своим родителям в октябре тысяча семьсот шесть десят девятого года, и по зрелом размышлении я нашел в нем мно го выражений, которые следует подвергнуть цензуре, я думаю, что это сделает тот, кто займется ими в Святой Конгрегации Обрядов, и особенно мне кажется, что там встречаются недостаточно ясные выражения, которые могут дать основание посчитать, что он не был хорошо образован в вопросе о божественной благодати»51.

Интересно, что выдвигая всевозможные обвинения против благочестивого нищего, падре порой сам себе противоречит и даже отдает себе в этом отчет. Так, к примеру, относя долгие молитвы к следованию доктрине янсенизма, он одновременно связывает их с молинизмом52 и поясняет: «если спросить меня, как сочетаются вместе янсенизм и молинизм, два диаметрально противоположных заблуждения, я отвечу — пусть об этом судят те, кому пристало судить, я же не хочу говорить ничего сверх того, что уже сказал»53.

Рисуя духовный портрет Лабра, Пиччилли не жалеет ярких кра сок. Если все биографы прославляют кончину святого, то неприми римый падре описывает ее в иронично-обличительном духе: «И он позволил уложить себя в постель, где спала женщина, девица Анна, дочь мясника, зная об опасности дурных соблазнов, которые могли настигнуть его в последние моменты жизни. В больницу — нет, в Ibid., fol. 3884 v.-3886 r.

Молинизм — философское течение, питающееся идеями Луиса Моли ны (1535–1600) о свободе воли и случайности.

Processus Labre. vol. 2388, fol. 3907 r.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… дом Заккарелли — да. Туда, где мог получить духовную поддерж ку, — нет, в дом мясника — да. На больничную койку — нет, в по стель женщины — да. И где же была добродетель, и где же была святость?»54. Обвинения в адрес паломника били точно в цель и были обличены в яркую запоминающуюся форму. Разъясняя свою мысль, Пиччилли выстраивает длинную логическую конструкцию:

Лабр знал, что у мясника была жена и дочь, а кровать в той комна те, куда его принесли была односпальной, и умирающий видел дочь мясника в комнате, а потому должен был догадаться, что именно ей и принадлежала постель, куда его собирались уложить.

Впрочем, падре вынужден признать, что Лабр не желал, чтобы его клали в постель, но и это упорство священник толкует в негатив ном ключе: по его мнению, Лабр даже последние часы своего зем ного существования желал провести в строгом покаянии и само умерщвлении, а потому желал умереть на полу, но подобное поведение вновь напоминает о янсенистских заблуждениях.

Поставив под сомнение всеобщее убеждение в добродетелях Лабра, падре развенчивает приписываемые тому чудеса — второе основание, необходимое для канонизации любого подвижника. Рас сказам о нахождении Лабра одновременно в разных местах он нахо дит логичные объяснения: «я сам думаю, что те, кто это утверждают, видели какого-нибудь другого бедняка и поверили, что это был Бе недетто Джузеппе, а может даже они его совсем не видели, а приду мали это, чтобы быть названными среди тех, кто знает самые удиви тельные вещи об Угоднике Божьем»55. Широко распространилось известие о том, что тело Лабра оставалось гибким после смерти, а когда доктора его переворачивали, рука якобы сама опиралась на край скамьи и тело поддерживало себя. Отчет об осмотре тела с опи санием этого чуда даже был включен в опубликованное Маркони житие. Между тем Пиччилли приводит прозаическое объяснение, исключающее сверхъестественное вмешательство: «это было естест венно, поскольку труп был приподнят, а так как он оставался гиб ким, то рука упала и касалась внутреннего края скамьи, а предубеж дение заставило поверить, что так он поддерживал себя»56.

Ibid., fol. 3905 r.

Ibid., fol. 3808 r.-3808 v.

Ibid., fol. 3861 v.

28 История, религия, культура В действительности, прижизненных чудес Лабра было зафик сировано крайне мало, и когда только начался процесс канонизации, информация о них еще не успела дойти до Рима. Зато распространя лось множество сообщений о чудесах, свершившихся на его могиле.

Эти чудеса вызывают полное недоверие у Пиччилли: «Пока был жив Бенедетто Джузеппе, я ни разу не слышал, чтобы он был наделен сверхъестественными способностями. Об этом я услышал после его смерти, эти сообщения я встретил как в повседневной жизни, так и в показаниях свидетелей, которые были напечатаны в кратком очерке, подготовленном для начала процесса. Но я в эти способности со вершенно не верю, а кто сообщает о них, следует своей фантазии, а не действительности. Так, например, благочестивая синьора Мадда лена Майо, которую выслушали при сборе сведений, говорит, что не раз видела, как в церкви Мадонны деи Монти Угодник Божий впа дал в экстаз. Я имел возможность наблюдать за ним дольше, чем эта синьора, но ни разу подобного не видел, нет и других, кто мог бы утверждать, что видел его в экстазе, а если бы это было правдой, то наделало бы много шума. А раз шума не было, значит, это не правда.

Я вам скажу, почему эта Маддалена Майо говорит, что видела его в экстазе. Она видела несколько раз, как он сильно задирал голову, и бедная набожная женщина, благочестивая, но невежественная, ду мала, что это и было экстазом. Многие не понимают, что такое экс таз, здесь нужны знающие люди. Я знаю, в чем состоит экстаз, и ни когда не верил, что эти запрокидывания головы были экстазом, а думал, что скорее это был результат устремления духа к Господу, когда Бенедетто Джузеппе погружался в молитву. Итак, я заключаю, что все это проистекает из воображения набожных людей, и думаю, что Бенедетто Джузеппе через эти запрокидывания головы хотел научить их, как нужно молиться и как нужно держаться в церкви перед лицом Господа, а не забавляться и ходить, глядя туда-сюда»57.

Но, по мнению Пиччилли, не только невинное невежество слу жит причиной распространения ложных известий, заинтересованные лица умело использовали обстановку всеобщего возбуждения и при думывали несуществующие чудеса: «но если эти разговоры о спо собностях проистекают от воображения и благочестивого легкове Ibid., fol. 3802 r.-3803 r.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… рия или каких-то схожих причин, то, несомненно, существуют дру гие пророчества, которые, по-моему, были придуманы специально, чтобы согласовать их с теми событиями, которые потом случились.

После смерти Бенедетто Джузеппе из-за большого стечения народа и давки, которая образовалась в церкви Мадонны деи Монти, были совершены многочисленные непочтительные и оскверняющие цер ковь поступки и даже грехи, и чтобы избежать еще больших беспо рядков из церкви было вынесено Святое причастие, прекратили со вершать мессы, и несколько дней церковь оставалась закрытой, иначе она превратилась бы в настоящий хлев. И вот как случились все эти события, тут и появилось некое пророчество Бенедетто Джу зеппе, который перед смертью якобы поведал своему исповеднику синьору аббату Маркони обо всем том, что должно было случиться после его смерти, что для воздаяния почестей его презренному телу будет осквернена церковь, и перед Святым причастием не выкажут должного почтения. Я не буду описывать все обстоятельства этого предполагаемого и прославляемого видения и пророчества, их мож но вычитать как в Кратком очерке, так и в житии. Зато я скажу, что прежде об этом видении и пророчестве ничего не было известно.

Скажу, что аббат Маркони об этом даже не вспоминал, и как мне было сообщено от других лиц, и в частности от синьора Томмазо Сальватори, который придя в мою комнату, рассказывал мне о слу чившемся и поведал слышанное от самого аббата Маркони, что не которые друзья заставили его вспомнить касательно пророчества и видения то, что он сам не мог припомнить. Моя мысль состоит в том, что этим способом воспользовались, чтобы оправдать те непри стойности, которые происходили в церкви, и внушить доверие к Бе недетто Джузеппе, т. к. стало ясно, каким безрассудством было по хоронить Бенедетто Джузеппе рядом с алтарем, где многие, чтобы почтить Лабра, должны были проявить непочтение к Святому при частию. Самое малое, что я мог сделать, это не указывать на неос мотрительность аббата Маркони, который сообщает, но не удосто веряет подлинности факта, т. е. этого предполагаемого видения и пророчества. Он бы должен был просветить своего исповедующего ся и расспросить его, чтобы точнее выяснить, что тот думал, потому что, по здравому рассуждению, кажется, что Угодник Божий высоко себя ценил и верил, что достоин быть почитаем как святой, верил, что после смерти будет удостоен таких же почестей, какие полага 30 История, религия, культура ются настоящим святым, более того, возможно он верил, что досто ин почестей, которые воздают Святому Причастию. И эта ошибка, эта тяжкая ошибка, должна была заставить аббата Маркони просве тить Бенедетто и заставить его понять, что он впал в заблуждение.

Впрочем, я говорил так, как если бы этот факт был реален, хотя я в это не верю и считаю, что это придумали специально, чтобы скрыть грубую ошибку, что его похоронили рядом с алтарем, где происхо дит пресуществление, потому что, если бы его похоронили не там, а в каком-либо другом месте, а могли бы это сделать в ближнем про ходе, где вроде бы произошли первые чудеса, тогда не случилось бы столько беспорядков, волнений, проявлений неуважения, кощунств, которые не прекращаются до сих пор, а случаются и ныне. Месяц за месяцем приходили люди в церковь, и даже когда было выставлено на обозрение Святое причастие, не преклонив колен, направлялись тотчас к могиле Угодника Божьего и, повернувшись спиной к Свя тому Причастию, бросались лицом вниз на плиту, которая лежит на могиле. Поэтому я, радея о славе Господней и чести его церкви, не сколько раз выходил из исповедальни, чтобы прикрикнуть на них или же кричал прямо из исповедальни, и кричал им громко и звучно, потому что хотел, чтобы меня услышали все, чтобы после моего предупреждения не осмеливались совершать подобные кощунства.

И я кричал: “Почему вы поклоняетесь Бенедетто, который лежит под землей, как можно обращать спину к Христу Распятому и не почи тать его, как то полагается?” Но я напрасно говорил, напрасно кри чал, они меня не слушали и продолжали делать то же самое»58.

Критика Пиччилли направлена против его бывших собратьев из конгрегации Пии Операи. Именно в их ведении находилась цер ковь Мадонны деи Монти, с их согласия нищий был похоронен ря дом с алтарем, и на них лежит ответственность за происходившие в церкви непристойности. На фоне опрометчивости остальных свя щенников Пиччилли подчеркивает собственную осмотрительность и радение о благе церкви. На протяжении всех показаний он дает понять, что, возможно, он единственный из Пии Операи, кто не увлекся призрачной славой новоиспеченного святого и всегда сле довал церковным заповедям, в то время как другие умело исполь зовали сложившуюся ситуацию в собственных интересах.

Ibid., fol. 3803 v.-3805 v.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… Не ограничиваясь развенчанием Лабра, Пиччилли стремится доказать, что прославление нищего было выгодно бывшим со братьям из конгрегации Пии Операри. По словам священника, од нажды он «видел свечу на надгробном камне, но позже ее унесли.

Это видели все, кто был в церкви, и сделали тот же вывод, какой сделал я, что это означало возносить культ умершему. Я спраши ваю себя, кто были эти люди, и отвечаю, что это были Пии Опера ри и некоторые светские лица, но я не припомню ни одного»59. Не смотря на кажущуюся нелепость, это обвинение крайне серьезно, поскольку, согласно правилам Католической церкви, перед беати фикацией проводилось расследование о том, не встречалось ли где либо незаконных проявлений культа в отношении еще официально не признанного кандидата в святые. В таком случае необоснован ная поспешность сторонников беатификации с зажжением свечи означала попытку публичного проявления культа и могла принести значительный вред делу прославления кандидата в святые.

Ставя под сомнение апологетические известия, Пиччилли со общает о показаниях отца Томмазо Габрини, одного из исповедни ков Лабра: «он [Габрини] столько всего рассказал. Между тем он сам мне поведал, что Бенедетто заикался, и он не понимал его. Я спросил его, выяснил ли он, кем тот был, кем не был, был ли когда-нибудь монахом. И Габрини ответил, что никогда не делал подобных изы сканий. И я тогда сказал: как я на его месте мог бы столько всего рассказать о человеке, которого не знал и не понимал?»60. Но осо бенно разгромную критику падре Пиччилли обрушивает на опубли кованное аббатом Маркони житие Лабра: «Аббат Маркони в преди словии к житию пишет следующие слова: “Эта жизнь, которая до настоящего времени казалось ничем не примечательной и которая, так сказать, была в забвении, сегодня оказывается наполненной ин тересными событиями, бесконечными обстоятельствами, подтвер жденными многочисленными свидетелями, и становится поучитель ной во всех своих частях”. Кто такие эти свидетели? Сообщения, пришедшие из Франции? Документы, собранные там и сям. Приве денные слова принадлежат не Маркони, а взяты из одного письма, пришедшего из Франции, которое он пересказывает. И это убедило Ibid., fol. 3863 r.-3863 v.

Processus Labre. vol. 2388, fol. 3800 r.

32 История, религия, культура меня в том, что существует некое старание продвигать дело канони зации по другим причинам, далеким от дела прославления истинной святости. А затем аббат Маркони в том же предисловии говорит, что взялся написать житие, потому что другие написали и опубликовали о Бенедетто Джузеппе частично правдивые, частично ложные сведе ния. Он умело использовал этот оборот, чтобы заставить верить только тому, что пишет сам, под тем предлогом, что был его испо ведником. Значит — он один говорит правду? Я этому не верю. По чему он не сообщил об истории с веревкой, из-за которой меня пре следовали? То объяснение, что он мне дал, не годится. Я заключаю, что в житие он включил то, что ему казалось верным или нрави лось»61. В целом, его оценку сочинения Маркони можно свеcти к следующему: «если бы я захотел перечислить и описать все замеча ния касательно его жития, которые заставили меня сменить мнение на противоположное, я бы никогда не закончил. Я ограничусь тем, что скажу, что этот аббат Маркони наполнил житие нелепостями, ерундой, противоречиями и преувеличениями»62.

Пиччилли упоминает и мнения других лиц, к примеру, супругов Сори (они жили в Лорето и часто давали приют Лабру), сообщив ших, что глубоко разочарованы публикацией Маркони, в которой не упоминаются их имена, и многие описанные обстоятельства не соот ветствуют действительности63. «Многие ученые люди, воспитанные и достойные, либо временно прекращали воздавать почести умер шему, либо показывали, что не верят тому, что говорилось»64.

Падре Пиччилли рисует совсем иную картину кончины палом ника, чем та, что обычно воспроизводится в его житиях: «по-моему, случайные сопутствовавшие обстоятельства сильно повлияли если и не на само стечение народа, то, по крайней мере, на его количество.

Эти обстоятельства — личность нищего, дом мясника, час ночи, звон колоколов, смерть в то время, как читались литании Деве Ма рии, хитрость, состоявшая в том, что тело перенесли и похоронили в нашей церкви, перенесение тела с погребальной торжественностью, гибкость тела, намерение снять посмертную маску для выполнения Ibid., fol. 3900 r.-3901 r.

Ibid., fol. 3899 v.

Ibid., fol. 3886 v.-3887 r.

Ibid., fol. 3920 v.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… портретов, тот факт, что его оставили непогребенным четыре дня и переносили то в ризницу, то в церковь, то в комнату рядом с хорами, то в коридор. Но больше всего способствовали волнению во всем Риме повсеместные разговоры о несуществующем чуде с немой, ко торая на самом деле страдала от конвульсий, но излечилась от неду га лишь силой воображения и фантазии. И так повсюду распростра нилось известие о еще одном чуде, якобы тело само себя поддерживало, опираясь рукой на скамью. Все эти события возбуди ли народ и привели к этому необычайному шумному столпотворе нию, которое я уподобляю землетрясению в душах. И мне кажется, что это немало. А потом везде распространялись и продавались его портреты, и еще был газетчик Нери, который по утрам и в течение дня приходил в церковь Мадонны деи Монти, а потом печатал на своих страницах и правду и вымысел о том, что происходило, и даже был один прелат, который спрашивал меня, был ли Нери братом Бе недетто Джузеппе, потому что в газете говорилось лишь о нем. И еще списки чудес, все служило для того, чтобы призывать народ, который стекался толпой, чтобы добиться милости Божьей или что бы воспользоваться столпотворением для краж или прочих великих непристойностей, которые оскверняли церковь Господню»65.

Прав ли был Пиччилли или все обвинения — лишь плод его раздражения и желания отомстить бывшим собратьям? Трудно су дить о каждом из упоминаемых им обстоятельств в отдельности, но в целом можно заключить, что определенные круги способствовали распространению молвы о новом святом, хотя первые биографы, убеждают, что прославление благочестивого нищего было спонтан но. Например, Алежиани утверждает, что Бенуа-Жозеф не принад лежал ни к какой религиозной организации или ордену, который мог бы способствовать продвижению его культа, сверх того, он был бед ным иностранцем. Но главное: «что касается распространения куль та, если бы речь шла лишь о людях простых и необразованных, можно было бы поверить в опрометчивый порыв фанатизма, но речь идет о людях всех состояний, всех сословий и доходов, о мирянах и духовенстве, о людях просвещенных, благоразумных, осмотритель ных, даже о высших церковных чинах, стоящих выше всяких подоз рений, которые содействовали и до сих пор содействуют почитанию Ibid., fol. 3907 v.-3909 r.

34 История, религия, культура могилы этого бедного паломника»66. Высокопоставленные персоны выступают своего рода гарантией для нового святого. Эта мысль варьируется во множестве житий и показаний. Например, критикуе мый Пиччилли падре Гаэтано Пальма подробно описывает бого словские и кардинальные добродетели67 Лабра и заключает, что «на основании этих добродетелей, дарований и чудес, слава и возгласы одобрения по поводу святости почтенного Угодника Божьего сдела лись повсеместными и затронули людей знатных, серьезных, обра зованных, религиозных, достойных доверия и стоящих вне подозре ний, и эта слава день ото дня распространялась и ширилась»68.

О том, что отцы Пии Операи способствовали распространению молвы о Лабре, известно не только со слов Пиччилли. К примеру, уже упоминавшийся священник Паскуале Мария Сантулли вспом нил в ходе процесса, что «Падре Дон Гаэтано Пальма имеет различ ные вещи, находившееся в пользовании Угодника Божьего, и он во многом количестве раздавал их тем, кто высказывал к тому жела ние». Впрочем, помня о недопустимости проявлений культа, свя щенник добавляет: «Он хранил их в своей комнате, их не смешивали с реликвиями других святых и блаженных и никогда не выставляли на алтарях или в других местах для поклонения верующим»69.

Итальянский историк Марина Каффьеро, изучившая обстоя тельства прославления Лабра, пишет, что мясник Заккарелли был «влиятельным персонажем, не имеющим никакого отношения к “бедному” человеку из народа, описанному в агиографии Лабра, ко торая стремится сделать из мясника типичного представителя “про стого народа”, того, кто, будучи простым и смиренным, сумел рас познать святость бедного презренного бродяги»70. Каффьеро также пишет о том, что в процессе «высоко присутствие свидетелей, при Alegiani G. B. Abrg de la vie du Serviteur de Dieu Benot J. Labre. Ecrite par J. B. Alegiani, avocat en la cause de sa Batification. Rome, 1784. P. 58-59.

В католицизме добродетели делятся на кардинальные (воздержанность, мужество, мудрость и справедливость) и богословские, или теологические (ве ра, надежда, любовь), каждый кандидат в святые должен быть наделен этими добродетелями, для доказательства чего в ходе канонизационного процесса проводится специальное расследование.

Processus Labre. vol. 2394, fol. 50 r.-50 v.

Ibid., fol. 81 r.-81 v.

Caffiero M. La fabrique d’un saint l’poque des Lumires. Paris, 2006. P. 161.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… надлежащих к простонародью, необразованных и часто мирян, в то время, как представители знати отсутствуют. Мясники, слуги, ста рые девы из небогатых семейств, сапожники, церковные и мона стырские сторожа очень часто встречаются в актах двадцати пяти томов канонического процесса — ординарного и апостольского71, — и кажется, что их присутствие значительно и полностью соответст вует канонизации “смиренного бедняка”. Между тем, если мы вни мательно присмотримся к списку свидетелей, то незамедлительно обнаружим массивное присутствие, значительно более важное в ка чественном плане, духовенства и монахов, которые, на первый взгляд, вовлечены в жизненные перипетии Лабра, но также и в его посмертную судьбу: исповедники и биографы, как Маркони, Габри ни, Ровира Бонэ, отцы из конгрегации Пии Операи, в чьем ведении находилась церковь Мадонны деи Монти, которую посещал святой, и где находится его могила, многие бывшие иезуиты и много мона хинь из конгрегации Маэстре Пии. Кроме того мы заметим, что мно гие из свидетелей простого происхождения, и в целом все миряне, связаны узами родства или духовного руководства со свидетелями из духовенства, чьи речи, кажется, воздействуют на них, как они са ми и признают: их свидетельства строятся на основании того, что они слышат или узнают от других более влиятельных персона жей»72. Это видно при сопоставлении свидетельств падре Пиччилли и его духовной дочери. Монахиня Тереза Дзокки воспроизводит все основные пункты обвинений в адрес Лабра, прозвучавшие из уст Пиччилли, и нередко ссылается на «слышанное от кого-то».

Итак, может показаться, что перед нами всего лишь история ос корбленного самолюбия. Падре Пиччилли, всем сердцем жаждав ший выступать постулатором в канонизационном процессе, в ре зультате интриг не только не получил желаемого, но и был изгнан из конгрегации. В отместку он всячески противодействовал признанию святого и раскрывал механизмы его прославления. Он умело оспа Процесс канонизации складывается из ординарного (информативного) процесса — предварительного расследования о жизни кандидата, о его славе и об отсутствии культа, проводимого епископом на месте — и апостольского процесса, происходящего в Риме, в ходе которого подробно рассматриваются добродетели и чудеса кандидата.

Caffiero M. Op. cit. P. 175.

36 История, религия, культура ривал всеобщее убеждение в добродетелях Лабра, обращаясь к наи более болезненному вопросу о склонности к янсенизму и воздержа нии от причащения. Даже такую неоспоримую добродетель, как не прерывные молитвы, он смог выставить в сомнительном ракурсе — молился Лабр потому, что не имел иного занятия.

Однако за этой частной историей неприятия святого обнару живается и более широкий фон — история канонизации Лабра и использования его фигуры католической пропагандой. Почему, не смотря на серьезные обвинения, озвученные Пиччилли, и разобла чение механизмов распространения культа, Лабр все же был возне сен на алтари? Ведь на смену оскорбленному священнику в XIX в.

пришли не менее страстные противники канонизации Лабра;

они поставили акцент на его «антисоциальном образе» — бесполезно сти для общества и нечистоплотности. Между тем Святой Престол, несмотря на многочисленные споры, вынес решение в пользу кано низации нищего странника. Тем самым Католическая церковь предлагала бедным слоям населения образец «дисциплинированно го набожного бедняка», чье поведение отсылало к первохристиан ским моделям. В то время как государство с подозрением относи лось к паломникам и стремилось искоренить эту практику, связанную с неконтролируемыми передвижениями населения и нищенством, церковь решила использовать образ бедного палом ника, чтобы найти пути примирения с тем маргинальным населе нием, которое могло узнать себя в образе смиренного святого.

Исследователи отмечают также, что Католическая церковь ис пользовала образ Лабра, чтобы восстановить свое влияние после ре волюционных потрясений и обратиться от предавшей ее знати к простому народу73. Действительно, Французская революция сыграла значительную роль в истории канонизации Лабра. Французский па ломник скончался как раз накануне событий, изменивших историю его отечества и всей Европы. Неудивительно, что бурное почитание и поспешный сбор материалов для канонизации замерли в годы ре волюционных потрясений. Как указывает Э. Сюир, «Революция приостановила все французские процессы канонизации. Во времена Реставрации лишения, которым подверглась церковь в этот ставший для нее трагическим период истории, усилили желание католиков Ibid. Ch. 2.

И. К. Мироненко-Маренкова. Как можно разочароваться… вознести на алтари угодников Божьих, умерших и прославившихся при Старом режиме. Одновременно речь шла об искуплении ко щунств, совершенных революционерами»74. В случае французского паломника также с первой четверти XIX в. интерес к его фигуре вновь стал возрастать: Римская церковь видела в канонизации Лабра аргумент для примирения с французскими католиками и механизм для укрепления своего авторитета.

Имя Лабра часто звучало в панегириках;

католические авторы подчеркивали, что «в то время, как так называемые философы во семнадцатого столетия называли баснями или нелепыми сказками чудесные рассказы о жизни святых, Господь послал их тщетной нау ке самое точное опровержение в виде необыкновенной жизни Бенуа Жозефа Лабра. Этот исключительный человек, родившийся в той стране, где публично провозглашались все самые порочные теории, преподал миру уроки, в которых тот больше всего нуждался»;

осо бенно важно, что этот удивительный святой появился на свет в той стране, где «евангельские заповеди считались абсурдными и неис полнимыми», где «отрицались чудеса, а покровительство святых отвергалось»75. Хоть проповедники указывали, что обыкновенные люди не могут и не должны подражать исключительному поведению блаженного, сквозь призму его жития восхвалялись основные хри стианские добродетели — смирение, покорность, нестяжание.

Итак, вшивый святой, смиренный странник, отрекшийся от всех мирских забот и себя самого, Бенуа-Жозеф Лабр был прославлен в эпоху, превозносившую важность труда, общественную пользу и человеческое достоинство. Именно потому фигура этого святого, воплощавшего раннехристианские ценности в век прогресса и вы звавшего бурные споры, как среди мирян, так и в среде самого духо венства, до сих пор привлекает внимание исследователей76.

Suire E. La saintet l’poque moderne. Panorama des causes franaises (XVI –XVIIIe sicle) // Mlanges de l’Ecole franaise de Rome. Vol. 110. 1998. № 2.

e P. 927.

Colomb (pre A.). Vie Populaire de saint Benot-Joseph Labre, n Amettes (Pas–de-Calais), en 1748. Mort Rome en 1783. Canonis le 8 dcembre 1881. Par un prtre mariste. Paris, 1882. P. XV-XVI.

Среди различных исследований, посвященных Б.-Ж. Лабру, особенно нужно отметить сборник: Benot Labre. Errance et saintet. Histoire d’un culte 1783–1983 / Sous la dir. de Y.-M. Hilaire. P., 1984.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.