WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ИЗ ИСТОРИИ ОБРАЗОВАНИЯ Н. В. ЛИПАТОВА АГИТАТОР С УКАЗКОЙ В РУКАХ:

УЧИТЕЛЬСТВО НА СЛУЖБЕ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА В 20-Е ГОДЫ ХХ ВЕКА Одним из первых опытов по формированию социальной груп пы, угодной советской власти, стал эксперимент с учительством.

Система идеологического и политического образования в 1920-е гг.

была связана с реализацией декрета о ликвидации неграмотности и изменениями в организации школьного дела. Государство делало ставку на школу, признавая ее базой идеологии и советской полити ки. Никаких недомолвок на это счет просто не было: «школа являет ся политическим учреждением, которое устанавливает государство в своих целях… Наша школа должна быть коммунистической», — заявлял нарком просвещения А. В. Луначарский1.

Политическое просвещение и изучение основ существующего строя стало цементирующим в школьной системе, т.к. до 1929 г. не было единой программы обучения. Материал школяры осваивали по трем направлениям: природа и человек, труд, общество, т.е. мате риалистическое понимание природы, трудовые задачи социализма и построение нового социалистического общества и борьба с капита лизмом. Это полностью соответствовало политическим задачам школьного образования и возлагаемым надеждам на то, что сохра нить результаты революции сможет только школа2. Программы и тематика занятий, как и буквари для взрослых, призваны были ре шать две задачи. Одна — не просто создать новую единую совет Балашов Е. М. Школа в российском обществе 1917–1927 гг.: становле ние нового человека. СПб., 2003. С. 30.

Цит. по: Куршева Г. А. Общество, власть, образование в России в конце ХIХ – первой трети ХХ века (на примере Мордовского края). Саранск, 2007.

Дис. … док. ист. наук. С. 322.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… скую общность, но и настроить общество на позитивный лад в весь ма трудных условиях, тем самым заручиться поддержкой населения и не допускать ситуаций кризиса 1921 года. Другая задача — с по мощью политики ликбеза и всеобщей начальной грамоты (всеобщее начальное образование появится в СССР только в 1931 г.) сформи ровать единообразное представление о существующем государст венном устройстве. С некоторым допущением это можно назвать формированием альтернативной гражданской религии, одним из способов внедрения которой является всеобщее начальное образова ние и его агент школьный учитель, система, уже давшая свои плоды в Европе. Именно благодаря всеобщему начальному образованию не только все крестьяне стали французами, но и все французы стали республиканцами3, и как не вспомнить знаменитого немецкого канцлера Отто фон Бисмарка, говорившего, что победу во франко прусской войне обеспечил немецкий учитель истории!

Поводом к написанию статьи стали размышления, навеянные статьей Ютты Шеррер4 об отношениях интеллигенции и рабочих на примере русских партийных школ за границей. Целью школы на Ка при, которой руководил М. Горький, являлось создание рабочей ин теллигенции. Это был чистый эксперимент, поскольку представле ние интеллигенции о рабочих было слишком оторвано от реально сти. Предполагалось создать пролетарскую культуру и пролетар скую интеллигенцию с нуля. Эксперимент не удался, но с приходом большевиков к власти идея формирования новой пролетарской ин теллигенции не исчезла, и тому подтверждение — создание Инсти тута красной профессуры. Если на «штучное производство» красных профессоров и академиков у государства еще хватало сил и времени, то на «выращивание» массового пролетарско-крестьянского интел лигента времени не было. Дореволюционный учитель — учитель наставник с вполне четкими задачами воспитания национально патриотических и православных убеждений. Новое общество требо вало другого подхода — учителя-общественника, агитатора, не тре Erenge Rayger. The Invention of Tradition in Colonial Africa. P. 211-262 // The Invention of Tradition / Ed. by E. Hobsbawm, T. Ranger. Cambridge, 1983.

Шеррер Ю. Отношения между интеллигенцией и рабочими на примере партийных школы на Капри и в Болонье // Рабочие и интеллигенция России в эпоху реформ и революций, 1861 – февраль 1917. СПб., 1997. С. 542-556.

320 Из истории образования бующего от ребенка размышлений и сомнений, только веры и пре данности новому пролетарскому государству.

Учитель и власть: социальная реальность Идея коренной перестройки школы и постоянное озвучивание тезиса «учит не школа, а жизнь», критика старой школы с ее муш трой и зубрежкой, новый «метод проектов» В. Н. Шульгина и М. В. Крупенина (работников института методов школьной работы) создавали иллюзию ненужности учителя, что тут же превращалось в общепринятое мнение. Тем более что ощущение перемен витало в воздухе: «Недостаток школьного строя уже давно чувствовался вся ким, кто соприкасается со школой: учащимися, родителями, педого гами… Жизнь, всколыхнувшая все до основания, не могла, конечно, оставить в стороне этот нерв и основательно задела, натянула его и, конечно, всех тех, кто связан со школой… Приходится помнить, что шквал, несущийся сейчас, очищает от ветхого и старого все окру жающее. И в то же время заставляет напрягать энергию до крайних пределов для скорейшего создания на месте старого, частью уже разрушенного — нового здания. В этом строительстве нам придется принимать непосредственное активное участие. Одной из самых первых и основных задач, стоящих пред нами, является объединение в тесную, сплоченную ученическую семью… И будут ли учителя с нами? …К ним-то особенно мы обращаемся: жизнь заставит Вас не быть безразличными. Вам надо будет сделать тот или иной шаг, и бойтесь остаться одинокими, Жизнь жестоко ударит Вас. Мы же зо вем всех на общую подготовку для будущей и настоящей работы»5.

Разделение труда на физический и умственный, распростране ние мнения «кто не тягает тяжести, тот не работает» не добавляло авторитета учительскому труду. Сельские учащиеся четко разводили понятия «учить» и «работать» — «учитель только учит, а ничего не делает»;

«хорошо быть учителем, потому что он не работает, не па шет, не боронует, не мучится;

только мучит ребят. Введение нового налога на содержание школ и учительства еще больше способство вало закреплению определения «нахлебники» по отношению к пре подавателям. По Декрету СНК РСФСР от 21 сентября 1921 г. «О ме рах к улучшению снабжения школ и других просветительских учре Вперед. Саратов. 1 сентября 1918.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… ждений» большинство сельских школ было переведено на содержа ние местного населения. Иногда зарплата учителю выдавалась в ви де продуктового пайка, например, 35 фунтов зерна (для сравнения:

заведующим продотделами – 1 пуд 12 фунтов)6. В городах произво дилось отчисление части заработка городских жителей на нужды школы. Наиболее состоятельные родители требовали отказа от пре подавания общественно-политических дисциплин, закона божьего, и учителя оказывались ненужными7.

На протяжении 1920-х гг. престиж профессии учителя резко снизился, чему в немалой степени способствовало введение всеоб щей трудовой повинности. Если среди сельских школьников до ре волюции на первом месте по популярности стояла профессия учите ля, то в 1925 г. на вопрос «Какую профессию вы ни в коем случае не выбрали бы?», 49 школьников ответили — «педагога»8. Непопуляр ность профессии учителя — явление характерное для переходного периода: достаточно вспомнить плачевное положение учительства в 1990-е гг. и учительские забастовки и голодовки. Возможно, офици альное наименование учительства «шкраб» (школьный работник) в символическом значении вобрало в себя негативные настроения, в начале 1920-х гг. расхожими были поговорки — «я “шкраб” — раб, т.е. существо безличное, несамостоятельное»9.

Педагоги как социальная группа оказались между молотом и наковальней: стремлением выжить, поскольку бедственное положе ние учительства было очевидным, и необходимостью доказать об ществу и властям собственную пользу. С обществом было все более или менее ясно: спрос на услуги опытных учителей с дореволюци онным стажем в советских учреждениях на правах «буржуазных спецов» давал возможность и заработать на хлеб, и продемонстри ровать свою ученость. А власть требовала от оставшегося на своем Суворов М. В. Уральское учительство в 1920–30-х гг. Дис.... канд. ист.

наук. Екатеринбург, 2005. С. 50.

Малкова Ю. Л. Социальный и материальный статус городского учитель ства Советской России в 1920-е годы (По материалам Владимирской, Иваново Вознесенской, Костромской и Ярославской губерний): Дис.... канд. ист. наук.

Иваново, 2004. С. 72.

Балашов Е. М. Указ. соч. С. 162.

Там же. С. 163.

322 Из истории образования посту учительства полного подчинения. Государство поставило цель превратить учительство в действенный оплот советской власти.

Суть постановления ЦК РКП(б) 1926 года «О работе среди ра ботников просвещения» состояла во «втягивании учительства в ин тересы и творческую работу Советского государства...»10, в исполь зовании общественной активности учителей в шефской работе в Красной Армии, в рабочих и сельских клубах и других культурно просветительских учреждениях11. Для этого нужно было для начала улучшить материальное положение учителей, что власти в полной мере осознали. Об этом прямо говорил секретарь Уральского обкома М. М. Харитонов на VI областной партийной конференции РКП(б) в мае 1924 года: «…сейчас самая обездоленная часть в нашем Сою зе — это деревенские учителя, которые, как говорится, несут свой крест, школы не бросают, продолжая голодать и ходить оборванны ми. Надо улучшить материальное положение и привлечь учителя к работе среди сельских масс и тогда для меня лично ясно, что осо бенно в деревне, а отчасти и в городах, в лице учительства школ I ступени, мы получим мощный педагогический аппарат для пропа ганды идеи советской власти среди широких масс»12.

К 1924 г. успехи НЭПа позволили обратить внимание на мате риальную сторону жизни педагога с точки зрения предпосылок ус пеха как политико-просветительской работы среди учительства, так и его общественно-культурной работы в деревне13. 21 апреля 1926 г.

СНК РСФСР принял специальное постановление «О мерах по улуч шению положения сельского учительства», которое вводило льготы по обеспечению последних квартирами при школах, отоплением и освещением, командировками на учительские конференции, курсы повышения квалификации за счет местного бюджета14.

Шакулова В. С. Культурная революция и женский вопрос // Опыт КПСС в решении женского вопроса. М., 1981. С. 82.

Гришанов П. В. Партийное руководство осуществлением всеобуча в го ды социалистической реконструкции народного хозяйства (1926–1937). Дис....

д-ра ист. наук. Саратов, 1983. С. 212.

Суворов М. В. Уральское учительство в 1920–30-х гг. С. 54.

Балашов Е. М. Школа в российском обществе… С. 101.

Гришанов П. В. Указ. соч. С. 213.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… Совнарком РСФСР в резолюции от 12 июня 1925 года потребо вал от всех органов государственной власти соблюдения правовых интересов учительства и указал на недопустимость административ ного произвола по отношению к нему. Наконец, последним шагом в символической, но не хронологической последовательности стало заключение своеобразного соглашения о совместной деятельности учителя и власти. Постановление ЦК РКП(б) от 4 марта 1924 года «О приеме в партию сельских учителей» «...признало желательным обеспечить доступ в партию для наиболее передовых, зарекомендо вавших себя с лучшей стороны сельских учителей»15.. Но это не бы ло массовой кампанией, как в период ленинского призыва в партию рабочих. Скорее, это был обряд инициализации новой ипостаси этой социальной группы, переход из ненадежной, «чужой» среды в «свою». К этому времени начинается приток молодых кадров без сомнительного происхождения и без дореволюционного опыта пре подавания. I Всесоюзный учительский съезд в 1925 г. в резолюции констатировал эволюцию и рост политической сознательности учи тельства, зафиксировав 540-тысячную армию школьных агитато ров — членов союза работников просвещения16.

Политика в отношении учительства — это строительство нового социального здания, когда по воле архитектора-государства сначала все сносится и выравнивается, а потом возводится заново. Можно назвать этот процесс социальным манипулированием или грамотным выстраиванием социальной политики. Новая власть поставила усло вия — не только принятие новых идей, но и участие в их распростра нении, встраивание в политико-просветительскую работу.

Новый учитель: особенности подбора кадров Новое учительство складывалось не при помощи поэтапных изменений в обществе;

между прежней и новой школьной система ми не было преемственности. Учительство как социальная группа сознательно конструировалось властями для того, чтобы превратить школу в среду, пригодную для выращивания убежденных защитни ков и приверженцев советского строя. Вместе с тем, школьный учи тель должен был стать низовой частью пролетарско-крестьянской Суворов М. В. Уральское учительство в 1920–30-х гг. С. 83.

Шакулова В. С. Культурная революция и женский вопрос. С. 81.

324 Из истории образования интеллигенции, обслуживающей интересы власти и еще несозна тельного советского общества. На медленное, естественное развитие времени не было, потому политика создания педагогических кадров использовала революционные, «авральные» методы.

В основу такой работы были положены принципы классовости и массовости охвата. Представлялось, что наилучшие результаты могло дать обучение у людей близких по социальному происхожде нию: т.е. дети рабочих и крестьян должны были учиться у рабочих и крестьян, ставших учителями. С одной стороны, это открывало но вые возможности для рабоче-крестьянской молодежи получить среднее и высшее педагогическое образование, пополнить ряды со ветской учительской интеллигенции, а с другой — должно было об легчить использование новых учителей на общественной работе, которая стала бы для них естественной и само собой разумеющейся.

Первый шаг по изменению социального состава учительства — квотирование мест на в педтехникумах и педвузах: приемные ко миссии в отдельные годы принимали до 80% процентов в педтехни кумы и до 65 % в педагогические вузы абитуриентов-выходцев из предпочитаемых властью социальных групп — из рабочих, батраков и крестьян-бедняков17. Для повышения престижа власть настоятель но рекомендовала проводить комсомолу, партии, общественным ор ганизациям разъяснительную работу с рабоче-крестьянской молоде жью, чтобы вовлечь ее в систему педагогического образования и не допускать в педагогические учебные заведения бывших эксплуата торов. Часто для приемной комиссии преимущество «ценного соци ального кадра» над грамотным абитуриентом было очевидным18.

Такой подход позволил увеличить в период с 1925 по 1929 гг. долю социально угодных властям учащихся в педтехникумах РСФСР с 15,0 % до 25,4 %, а в пединститутах — с 24,3 % до 37,3 %19.

Второй шаг — массовое привлечение в школы молодых жен щин. Женщины в 1920-е годы составляли основную массу учителей, в частности в Уральской области их было 61,7%20, в губерниях Верхнего Поволжья в школах 1 ступени около 60-65% педагогов Гришанов П. В. Указ. соч. С. 167.

Малкова Ю. Л. Указ. соч. С. 94.

Гришанов П. В. Указ. соч. С. 161.

Суворов М. В. Уральское учительство в 1920–30-х гг. С. 33.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… женщин21, в Казанской губернии количество женщин педагогов 74,1%, в городах, вне города — 49,1 %22. Стоит отметить и тот факт, что значительная часть женщин-учительниц была незамужней23, что способствовало привлечению их к общественной работе (некоторые из них воспринимали ее как возможность найти мужа). Незамужняя женщина нередко видела в обучении в педагогическом техникуме или вузе возможность уйти от тяжелого крестьянского труда.

В педагогических вузах в 1924/1925 учебном году женщины со ставляли 61,9% студентов, а в педагогических техникумах 55,9 %, в следующем году в вузах обучалось 62,5 %, а в техникумах 63 % сту денток24. Сфера образования, по крайней мере, школьного преврати лась в женскую вотчину с самого начала формирования нового со става учителей. Это не было целью руководства, однако непопуляр ность профессии учителя и низкая заработная плата не привлекали молодых людей в педагогические учебные заведения. Даже дорево люционные учителя-мужчины уходили из школы, находя работу в многочисленных советских конторах и учреждениях.

Комсомольские активисты отмечали факт более лояльного от ношения учителей-женщин по сравнению с учителями-мужчинами к агитационным мероприятиям. В «Положении о работе среди деву шек» предлагалось обратить особое внимание на работу с учитель ницей, в ситуации, когда родители не пускают девочек в пионерские или комсомольские кружки из-за необходимости домашней работы, рекомендовалось обращаться за помощью к учительнице: «Через учительницу, не чуждую нам по психологии, надо втягивать деву шек в комсомол»25. Пленум ЦК партии в 1925 г. принял решение «усилить работу по советскому и коммунистическому просвещению работниц и крестьянок, привлекая к этому делу учительство, в осо бенности учительниц...»26. Поле деятельности было обширным: по переписи 1926 года в европейской части РСФСР неграмотных жи тельниц села в возрасте от 16 до 35 лет было 52,6 %.

Малкова Ю. Л. Указ. соч. С. 89.

Фасхутдинова Е. Н. Учительство Казанской губернии ТАССР в 1918– 1930 гг. (по архивным документам). Казань, 2008. С. 17.

Малкова Ю. Л. Указ. соч. С. 89.

Шакулова В. С. Культурная революция и женский вопрос. С. 80.

Вопросы комсомольской работы. № 1. 1924.

Шакулова В. С. Указ. соч. С. 81.

326 Из истории образования Третий шаг — система направлений и поручений от партии и комсомола. В системе школьного образования большая роль отводи лась комсомольцам. Именно они, надежные и правильно мыслящие, должны были работать, пополнять ряды новой интеллигенции. Этот источник пополнения учительства отвечал всем критериям, предъ являемым властями к кандидатуре учителя (происхождение, что уже регулировалось комсомольскими ячейками, надежность, обществен ная активность и правильное мышление): «Крестьянин-бедняк, — он при первых отзвуках Октября вступил на путь общественной рабо ты. Пятилетняя работа с 1920 года выковала из крестьянского парня тип работника массовика-общественника. Годичная учеба в губерн ской партшколе окончательно оформила его марксистское мировоз зрение, дав уменье правильно разбираться в вопросах революции»27.

С 1929 по 1932 гг. от комсомола было направлено в школы и на обу чение 2 тыс. учителей с высшим и 35 тыс. со средним образованием, и еще 50 тыс. комсомольцев пошли работать учителями начальных классов28. Эта система работала очень четко и превратилась в источ ник постоянного пополнения педагогических кадров. В 1930 г. было принято партийное о ежегодном направлении двадцатитысячной армии комсомольцев на учительскую работу.

Для выковки нового учителя были нужны люди, не связанные ни с социальным прошлым, ни с мировоззренческими традициями царской России. Для советской власти политическая благонадеж ность нового учительства – наставника «строителей светлого буду щего» и «борцов за идею» была важнее, чем профессионализм.

Система подготовки учителей Власти создали разветвленную систему подготовки и перепод готовки учительства. К 1927 г. была разработана система всевоз можных курсов для учителей: а) центральные курсы, экскурсии, конференции, практикумы для педагогов опорных школ I ступени и школ повышенного типа;

б) областные курсы, конференции и прак тикумы для работников школ повышенного типа;

в) окружные кур сы, практикумы — для массовых работников школ;

г) окружные конференции для массовых учреждений всех типов;

в) районные Молодая Рать. Нижний Новгород. 6 января, 1925.

Гришанов П. В. Указ. соч. С. 167.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… конференции и практикумы для массовых работников всех типов школьных учреждений. Данная градация форм подготовки наглядно демонстрирует территориальный уровень, но не позволяет просле дить типы обучения. Целесообразно выделить типы подготовитель ных структур: 1) республиканские, областные/губернские, окружные курсы;

2) педагогические конференции, практикумы, лектории;

3) пропагандистские/просветительские экскурсии, выставки, лекто рии;

4) педагогические техникумы;

5) педагогические вузы;

6) самообразование. Рассмотрим каждую из этих форм обучения.

Республиканские, областные/губернские, окружные курсы были рассчитаны на педагогов, уже имевших квалификацию, либо на тех, кто работал в школе, имея другое образование. В эту группу попада ли и учителя с солидным дореволюционным стажем предпенсионно го возраста, так как при начислении педагогам пенсий за выслугу лет дореволюционный стаж работы засчитывался только при условии состояния на советской службе не менее пяти лет29. Курсы позволя ли отслеживать состав учительства, их настрой, донести требования государства. Они также играли роль фильтра, так как изначально на курсы посылали тех учителей, с которыми новая власть готова была примириться, хотя бы и на время, пока не подготовит нужные ей кадры. Судьбы дореволюционного учительства и степень его надеж ности обсуждались на совместных совещаниях партийных комите тов и отделов просвещения и образования, начиная с 1922 года.

Ежегодно курсы проходило до 20-25 % учителей. Так, на Урале летом 1924 года 34 % учителей прошли переподготовку, а в Челя бинском округе — рекордные по стране 80 % всего учительского персонала округа30. В каждом учебном году программа курсов об новлялась и посвящалась определенной тематике, но более 70 % учебного времени уделялось изучению дисциплин, связанных с про пагандой коммунистической идеологии. Фактически это были слегка измененные программы партшкол, так как основной задачей курсов было формирование у учительства «пролетарского мировоззрения».

Ситуация в национальных школах была сложной. Нехватка учителей и незнание родного языка учеников приводили к появле нию отвращения у детей к обучению. Например, в отчетах по Сим Малкова Ю. Л. Указ. соч. С. 97.

Суворов М. В. Уральское учительство в 1920–30-х гг. С. 39.

328 Из истории образования бирской губернии в 1924 г. отмечалось, что 50 % учителей в школах, где обучение идет совместно с русскоговорящими детьми, не знали родного языка детей (в ситуации, когда занятия шли на националь ном языке в подобном положении оказывались русскоговорящие дети). Частично проблема снималась наличием в классе двух учите лей, но такое могли позволить себе далеко не все школы, поэтому на педкурсах в Симбирcкой губернии педагоги-чуваши изучали рус ский язык, историю и этнографию чувашского народа31.

Конференции, практикумы, лектории были наиболее прибли жены к педагогической деятельности. На них в основном рассматри вались методы обучения, задачи советской школы, новые програм мы обучения (в частности, программы государственного ученого совета). Эти курсы должны были разъяснять суть трех комплексов, по которым строилась программа обучения: «Природа и человек», «Труд», «общество». Учителям предлагались разные темы на курсах для изучения этих комплексов («Наша деревня», «Домашние живот ные», «Охрана здоровья» и т.д.). Для реализации принципа связи обучения с жизнью учителям предлагалось использовать в обучении экскурсии на стройки, промышленные предприятия, полевые рабо ты;

беседовать с учащимися об окружающем мире, использовать исследовательский метод обучения, читать газеты и т.д. Модная в то время наука педология утверждала, что не ребенок должен приспо сабливаться к системе воспитания и образования, а наоборот, систе ма образования должна обратиться к ученику. Новые подходы не требовали зубрежки и выработки навыков каллиграфического по черка. Учащиеся городских школ создавали объединения и выступа ли в защиту своих прав. Саратовский Союз прогрессивных учащихся средне-учебных заведений заявлял на страницах собственной газеты о правах учащихся на свободу организаций и забастовок для «разви тия гражданского самосознания путем организации на широких на чалах школьного самоуправления» и о своем видении системы обра зования, где «воспитание должно преобладать над образованием»32.

Пропагандистские/просветительские экскурсии, выставки, лектории были прямо связаны с задачами использования учительст ва во внеучебной деятельности. После выступления Н. К. Крупской Пролетарский путь. Ульяновск. 29 ноября, 1924.

Вперед. Саратов. 1 сентября, 1918 г.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… в марте 1925 г. с речью о необходимости подготовки учителя, разби рающегося в вопросах экономики, истории и политической жизни края, программы курсов стали включать азы краеведения, а учителя участвовать в краеведческих обществах. Например, в Сызранское городское общество краеведения вошли 61 чел. из учителей и «дру гих категорий городской интеллигенции»33. В год «великого пере лома» на учительских курсах была организована агрономическая подготовка, т.к. каждый учитель в порядке «агроколхозликбезпохо да» по особым программам должен был ликвидировать «агронегра мотность» у 15-20-ти батраков, бедняков, колхозников, середняков34.

Педагогические техникумы готовили самую массовую часть учительства — вышколенных исполнителей-общественников. Экс перименты, комплексы и метод проектов позволили снизить требо вания и к ученику, и к профессиональной подготовке учителя. Глав ная задача техникума — обеспечить выполнение плана всеобуча.

Рост учебных заведений этого профиля впечатлял. Если в 1925 г. в СССР было 354 педагогических техникума с 55 тыс. учащихся, то в 1929 г. уже 378 и более 74 тыс. учащихся. За 5 лет педагогические техникумы выпустили 82,5 тыс. учителей-предметников35. После выхода постановления «О просветительской работе среди нацио нальных меньшинств в РСФСР» в 1926 г. появляются новые профес сионально-технические школы и техникумы в районах с компакт ным нерусским населением. Например, в Поволжье Мордовский педтехникум готовил учителей школы I ступени со знанием мордов ского языка, основ истории и этнографии мордвы. Подготовка учи телей для татарских школ стала целенаправленной с 1927 года, когда правительством республики была достигнута договоренность о бро нировании на постоянной основе мест в Нижегородском татарском педтехникуме и Татарском рабфаке в Казани36. Симбирский Чуваш Рябов Г. Е. Краеведческое движение и музей города Сызрани 1920-е го ды // Под сенью Клио. Межвузовский сборник научных трудов, посвященный 355-летию Симбирска-Ульяновска и 60-летию образования Ульяновской облас ти / Под ред. Д. С. Точёного. Ульяновск: УлГУ, 2003. С. 125.

Суворов М. В. Уральское учительство в 1920–30-х гг. С. 97.

Гришанов П. В. Указ. соч. С. 156, 164.

Клементьев Н. Деятельность государственных органов Чувашии по поддержке и развитию нетитульных национальностей республики (1924– 330 Из истории образования ский педагогический техникум стал местом сосредоточения чуваш ской молодежи со всего Поволжья. Для лучшей адаптации учащих ся-чувашей было создано землячество из рабочих, учащихся красно армейцев, ремесленников под руководством М. Чернова37.

Педагогические техникумы и их выпускники стали опорой ком сомола и партии. Власти справедливо считали воспитание будущих учителей, формирование их мировоззрения, идеологических пози ций важнейшей частью процесса обучения. Партийные и комсо мольские организации активно вмешивались в учебный процесс и фактически учащиеся педтехникумов проходили параллельно обу чение в партшколах. Члены и кандидаты ВКП(б), члены ВЛКСМ к 1930 г. составили 19,7 % учителей школ I ступени, большая часть партийного и комсомольского состава учительства была сформиро вана за счет выпускников педтехникумов38. К 1930 г. более четверти учащихся педтехникумов были комсомольцами или коммунистами.

Педагогические вузы готовили учителей для старшей школы.

Вузы отличались углубленной программой и более представитель ным партийно-комсомольским активом. Если техникумы являлись источником пополнения партийных кадров, то вузы готовили учите лей из преданных партийцев и комсомольцев. Среди зачисленных в педвузы РСФСР в 1927 г. коммунисты составляли 10,8 %, а комсо мольцы 33,6 %, в 1929 г. соответственно — 16,1 и 39,6 %, а к 1930 г.

76 % студентов педагогических вузов были членами партии или комсомола. Число студентов за 4 года с 1927 по 1930 год возросло с 15,4 тыс. до 41,4 тыс. человек39. Отметим и более высокий процент «потерь» выпускников педвузов: до трети студентов по окончании вуза шли работать не по специальности, пополняя ряды функционе ров, полностью расставшись с учительской стезей.

До 20 % учителей повышали свой уровень методом самообра зования. В политическом просвещении учительства активно исполь зовался метод взаимообучения в кружках. Несмотря на то, что офи циально учителя практически не посещали кружки политграмоты, 1930 гг.). Доступно на http://gov.cap.ru/hierarhy_cap.asp?page=./86/3743/1189/ 1193.

Пролетарский путь. Ульяновск. 19 ноября, 1924.

Малкова Ю. Л. Указ. соч. С. 97.

Гришанов П. В. Указ. соч. С. 163.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… такие методы самообразования восполняли этот пробел: они копи ровали принципы обучения в партшколе или кружке марксизма ленинизма. В помощь учителю была организована подписная учи тельская библиотека «Педагогические курсы на дому». С 1924 по 1928 годы было выпущено более 80 наименований книг и пособий40.

Новые функции учителя-агитатора Школа стала испытательным полигоном для построения новых отношений власти с обществом. Ведь задача освобождения детей от контрреволюционного и религиозного влияния родителей и семьи, работала, по мнению Л. Д. Троцкого, на дело воспитания «борцов, революционеров, которые бы явились преемниками и продолжате лями еще исторически незавершенной революционной традиции»41.

Для этого предстояло работать не только с детьми, но и с родителя ми. Избирательные компании, участие в профсоюзах, многочислен ных общественных организациях, атеистической пропаганде, хлебо заготовительной компании, коллективизации, просветительских ме роприятиях, облигационных займах… Не было ни одной сферы в жизни общества, с которой бы не соприкоснулось учительство. Учи теля организовывали кружки коммунистического воспитания для рабочих на заводах, поскольку оценка эффективности учительского труда зависела от того, насколько сильно и бесповоротно ему удаст ся «пропитать духом партии и ее идей рабочие массы».

Быть членом месткома, культкомиссии, комиссии по охране труда, членом правления клуба, общества «Долой неграмотность», «ДОБРОХИМ», «Безбожник» — почти служебные обязанности учи теля, занимающие львиную долю рабочего времени. И это к нагруз ке учителя (24 часа уроков в неделю) прибавляло еще до 30 часов в неделю42, не считая времени на подготовку к урокам, проверку тет радей и т.д. На это просто не хватало времени, так как «быт и вся жизнь просвещенца определяются тем или иным участием в общест венной жизни, та часть работников, которая целиком и полностью вовлечена в общественную работу, занята по 12 часов в сутки, при чём 25-30 % этого времени отнимает общественная работа»43.

Фасхутдинова Е. Н. Указ. соч. С. 19.

Цит. по: Куршева Г. А. Указ. соч. С. 325.

Фасхутдинова Е. Н. Указ. соч. С. 15.

Суворов М. В. Уральское учительство в 1920–30-х гг. С. 87.

332 Из истории образования Практика привлечения учителей, школьной системы к выборам и другим общественным мероприятиям сложилась в 1920-е годы и сразу прижилась. До сих пор избирательные участки располагаются в школах, на родительских собраниях в той или иной форме озвучи вается агитационная информация. Шансы у кандидата в местные депутаты встретиться с населением в рамках родительского собра ния гораздо выше, чем дождаться потенциальных избирателей, дав объявление в газете или по радио. Иначе говоря, приписанная учи тельству задача до сих пор жива: «Задача просвещенцев заключается в том, чтобы привлечь внимание населения к перевыборной кампа нии Советов через вовлечение в эту работу всего просвещенческого актива в порядке производственной и общественной нагрузки. Для этого проводились родительские и ученические собрания с разъяс нением целей и задач перевыборной кампании… Учителями органи зовывался выпуск стенгазет, посвященных перевыборной кампании, проводился обход избирателей по домам с проведением собраний и предвыборной агитацией. Большая работа чисто технического ха рактера была проведена просвещенцами во время отчетно перевыборной кампании: заполнение повесток, составление и про верка списков избирателей, изготовление лозунгов, плакатов»44.

Одной из задач работников просвещения была продажа книг в крупных селениях. Учитель агитировал на покупку книг, особенно такая агитация касалась работников библиотек. Во всяком случае, так оно представлялось авторам «Предложения об использовании учителя по распространению книги в деревне». Издателям и распро странителям была необходима помощь учителей и органов управле ния образованием для выявления спроса и потребности населения в книгах. Хотя к современной школе эти критерии не применимы в полной мере, но все же через школу, через классных руководителей организуется подписка на газеты и журналы, собираются подписи, обеспечивается массовость на каком-либо мероприятии, распростра няются книги и т.д. Это привычный информационный ресурс. Ведь очевидно, что, на рекламный проспект журнала, газеты или книги, принесенный школьником домой, даже современный занятый роди Цит. по: Суворов М. В. Указ. соч. С. 93.

Н. В. Липатова. Агитатор с указкой в руках… тель обратит внимание быстрее, чем на тот же самый буклет, бро шенный в почтовый ящик или пришедший на электронный адрес.

Значительная часть учителей в той или иной мере не поддержи вала мероприятия, не связанные с педагогическим процессом. Осо бое недовольство вызывало привлечение учителей для антирелиги озной пропаганды, т.к. это зачастую ухудшало их отношения с насе лением. По тем же причинам тяжело шла работа комиссий по кол лективизации, которые организовывали посевную и хлебозаготовки.

Многие учителя отказывались от участия в таких комиссиях. В ре зультате, они подлежали увольнению, т.к. чиновники настаивали на замене их более сознательными кадрами. В то же время, эффектив ность учительского труда по выполнению общественной нагрузки не позволяла неподготовленным, малоопытным учителям достичь ус пехов на ниве просвещения. Обучение в рамках ликбеза было чрез вычайно трудным и требовало сосредоточения и терпения. При по мощи одной лишь агитации и штурма нельзя было обучить взрослых людей. В этой ситуации и выяснялась нехватка педагогического опыта и профессионализма, что вместе с «несознательностью» педа гогов ставило крест на учительском поприще.

*** Результаты этого эксперимента неоднозначны. Государству удалось добиться относительной однородности социального состава учительства. Вместе с тем снизился уровень не только самих учите лей и преподавания, но и уровень выпускников школ. Если в рамках ликбеза это было не очень заметно, то по прошествии времени, по сле революционного внедрения массовой грамотности, критерии качества стали играть большую роль, и задача реформирования школы была снова возведена в ранг государственной. Агитационная деятельность нового учителя была более успешной. Он сочетал в себе много функций: ушедшего в прошлое общинного старосты, по средника между обществом и властями, «мальчика для битья», ру пора власти, транслятора властных решений и источника информа ции для властей о настроениях крестьян и рабочих. Итогом полити ки государства в отношении учительства стало построение эффек тивной системы агитации и пропаганды.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.