WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ЧИТАЯ КНИГИ Т. Н. ИВАНОВА, Г. П. МЯГКОВ «УВАЖАЯ ГЕРЬЕ» ЗАМЕТКИ О НОВОЙ КНИГЕ, ПОСВЯЩЕННОЙ УЧЕНОМУ, И НЕ ТОЛЬКО… «Уважаю

Герье» – эти слова В. В. Розанова из его книги «Опавшие листья. Короб первый» предваряют в качестве эпиграфа новую моно графию А. В. Малинова и С. Н. Погодина «Владимир Иванович Герье»1.

Наблюдающийся в последние годы в историографии повышенный интерес к Герье фактически реализует предвидение Розанова, который в 1916 г. писал Владимиру Ивановичу: «…я думаю, что, не найдя оценку у “детей” (российские “отцы и дети”), Вы ее найдете у внуков»2. Дейст вительно, поколение «детей», среди которых были и ученики Герье, не оценило его наследия, которое в духе марксистко-ленинской идеологии трактовалось как «идеалистическое» и «реакционное»3.

За долгие годы Советской власти В. И. Герье и его творчество так и не удостоились чести стать предметом монографического исследова ния. Но за последнее десятилетие свет увидели уже четыре монографии и два сборника статей, посвященных жизни и деятельности Герье4, а также десятки статей в других изданиях. Ни одна работа Герье не была переиздана в советские годы, но, начиная с 1997 г., на полках библиотек появились новые издания 9-ти его работ, в том числе солидные моно графии об Августине Блаженном, Лейбнице, Франциске Ассизском5.

Нельзя объяснить этот всплеск внимания к Герье только необходимо стью заполнения образовавшейся в историографии лакуны. Ведь и в предыдущие годы имя Герье упоминалось в любом историографиче ском очерке о русской историографии конца XIX – начала XX в. Однако все еще сохраняется насущная потребность слома сложившихся стерео типов, опиравшихся не на анализ исторических концепций Герье, а на критику его политических взглядов как члена октябристской партии.

См.: Малинов, Погодин. 2010.

Розанов. 2009. С. 144.

См.: Мягков. 2008. С. 21-62.

См.: Кирсанова. 2003;

Цыганков. 2008;

Иванова. 2009;

Малинов, Погодин.

2010;

Мир историка: Владимир Иванович Герье…;

История идей и воспитание ис торией: Владимир Иванович Герье...

См.: Герье. 1) 2002;

2) 2003;

3) 2008;

4) 2010.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… Другой причиной пробуждения интереса к Герье и его наследию является знаковость его места в развитии русской историографии все общей истории. Между вдохновляющими и скорее программными, чем конкретно-историческими работами Т. Н. Грановского и появлением оригинальных, основанных на архивных источниках, профессиональ ных исследований Н. И. Кареева, П. Г. Виноградова, И. В. Лучицкого, М. С. Корелина, П. Н. Ардашева и др., стоит многолетняя, неутомимая преподавательская деятельность профессора Герье. Без верной оценки и понимания особой и уникальной роли этого ученого мы никогда не по лучим полной картины развития русской исторической науки.

Не менее важной причиной переосмысления в современной исто риографии наследия Герье является та смена парадигм, которую пере живает сейчас отечественная наука. Внимание к истории идей, нравст венный императив как необходимое условие деятельности историка, осуждение революционного насилия и вульгарного материализма – эти принципы научного наследия Герье, столь яростно критикуемые в сере дине прошлого века, сейчас созвучны современным проблемам истори ческой науки, а многие высказывания ученого выглядят как удивитель ное предвидение последующих событий XX века.

В этих условиях появление новой монографии о В. И. Герье, цель которой, по определению авторов, «более полно представить его науч ное наследие» (с. 11), можно только приветствовать. Действительно, книга Малинова и Погодина стала не столько открытием чего-то прин ципиально нового в жизни и творчестве Герье, сколько обобщением ранее опубликованного, что представляется нам также необходимым:

учитывая то, что научному анализу была подвергнута меньшая часть его печатного наследия, еще не выявлены все архивные источники о нем, необходимо осмысление той волны публикаций о Герье, которые появились в последние годы. Однако читателя ожидает некоторое раз очарование от качества «полноты» представленного в книге материала.

В библиографии работ Герье не хватает более десяти наименований.

Среди десятков архивных фондов НИОР РГБ, ЦИАМа, АРАНа, ГАРФа, РГАЛИ, РГАДА, РГИА, в которых содержатся материалы самого уче ного и о нем, упомянут только Ф. 70 НИОР РГБ;

крайне неполон пере чень литографированных курсов Герье (см. с. 375–386).

Досадно, что историографическое пространство России остается для некоторых исследователей сегментированным, и ученые из Петер бурга, выпускающие свою монографию в 2010 г., ничего не знают не только о статьях, вышедших после 2008 г., но даже о двух монографиях, Читая книги посвященных Герье6. Трудно в этой связи согласиться с мнением авто ров о том, что «историография о Герье не богата» (с. 7) и «изучение творчества Герье находится только на начальном этапе» (с. 11)7.

Не меньше вопросов вызывает и структура рецензируемой книги.

На наш взгляд, наиболее точным названием для нее было бы не претен циозное «Владимир Иванович Герье», а «Очерки о жизни и научном наследии Герье». Монография структурно и содержательно делится на две части, каждая из которых, в свою очередь, распадается на ряд не всегда связанных друг с другом очерков (авторы, очевидно, считают их главами, поскольку есть «Оглавление»). Сравнивая статьи о Герье, ра нее опубликованные авторами, можно предположить, что первая часть монографии (с. 5–180) принадлежит перу С. Н. Погодина, а раздел «Фи лософия истории» (с. 180–338) – А. В. Малинову. Параллельное осве щение отдельных сюжетов в обеих частях книги выявляет недостаточ ную согласованность общей концепции книги и отсутствие общего редактирования. Однако, не оговорив в книге авторство отдельных час тей, Малинов и Погодин подразумевают свое коллективное авторство, поэтому обращаться мы будем к авторам во множественном числе.

Первый очерк («Биография») страдает схематичностью и рядом фактических неточностей8. Так, Герье не работал в университете перед защитой магистерской диссертации (с. 20). Неверно трактуют авторы и то, что Герье был забаллотирован советом университета из-за консерва тивных взглядов историка (с. 29). Мы имели возможность доказать это на анализе мемуарных и эпистолярных источников9. Некоторую досаду См.: Цыганков. 2008, Иванова. 2009.

Есть основание утверждать, что авторы невнимательны в критике. Укажем на тот факт, что тезис «изучение творчества В. И. Герье переживает только начальный этап», сформулированный Погодиным в статье «Герье в исторической литературе» (Погодин. 2005. С. 249), был поставлен под сомнение одним из авторов рецензии и, полагаем, было доказано складывание, пусть противоречивой, развивавшейся с тру дом и перерывами традиции в изучении творчества Герье в России/СССР. (Мягков.

2008. С. 57 и сл. См. также: Цыганков. 2008. С. 14–25;

Иванова. 2009. С. 5–29).

Например, опираясь на статью Т. Н. Ивановой «Частная жизнь профессора В. И. Герье» (см.: История идей и воспитание историей. 2008. С. 64–83) авторы без ссылок на эту статью утверждают, что у Владимира было два брата – Иван и Алек сандр. Если бы эти сведения авторы проверили по архивным фондам, то могли бы обнаружить, что родной брат у Герье был один – Иван, глухонемой от рождения (НИОР РГБ. Ф. 70. К. 82. Ед. хр. 18–19), а Александр – более дальний родственник, скорее всего троюродный брат. Именно это было выявлено Т. Н. Ивановой в ходе архивных изысканий и отражено в монографии: Иванова. 2009.

См. подробнее: Иванова. 2009. С. 98–103.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… вызывает несогласованность приводимых в тексте цитат и ссылок на страницах 18 (ссылка 1), 19 (ссылка 2), 41 (ссылка 2). Крайней неполно той страдает и следующий раздел монографии «Учитель и ученики».

Здесь логично было бы увидеть анализ дискуссионного вопроса о школе Герье. Однако раздел состоит из пересказа высказываний о лекциях профессора и рассказа лишь о двух его учениках – Н. И. Карееве и П. Г. Виноградове. Отсутствие каких-либо выводов и обобщений лиша ет данный раздел историографической ценности.

Столь же поверхностен очерк «Основоположник женского образо вания в России», не показаны конкретные усилия Герье по открытию курсов, подбору кадров, поиски финансирования, его новаторство в ор ганизации семинарских занятий на курсах. В очерке «Общественная деятельность» не упомянуты законодательные инициативы Герье в деле развития общественной благотворительности в России, его работа в правительственной комиссии по преобразованию общественного при зрения под председательством К. К. Грота, его общественная деятель ность по организации помощи безработным и развитию системы дет ского призрения и образования в Московском губернском земстве.

Политические взгляды Герье освещаются авторами на основе пуб лицистических работ, созданных историком в годы Первой русской ре волюции, что не позволяет увидеть постепенную эволюцию умеренного либерализма Герье в сторону охранительных позиций.

Наиболее важный с точки зрения историографии раздел «Истори ческие работы» оказывается лишь обобщением работ других исследова телей творчества Герье. Авторами не предпринята попытка воссоздать общую историческую концепцию Герье. В параграфе «Новая история» кратко пересказаны основные идеи магистерской и докторской диссер таций ученого («Борьба за польский престол в 1733 году» и «Лейбниц и его век»). В разделе «История Древнего Рима» авторы в целом согла шаются с анализом антиковедческого наследия ученого, проведенного В. С. Шиловцевой и А. В. Юдиным10, пересказывая их выводы.

Следующий раздел «История Франции» вызвал у одного из авто ров данной рецензии острое чувство «дежавю», ибо добрая половина этого раздела является немного сокращенным, но последовательным пересказом кандидатской диссертации Т. Н. Ивановой11 Чтобы не быть голословными, приведем несколько параллельных цитат.

См.: Шиловцева. 1970;

Юдин. 2008. С. 271–279.

См.: Иванова. 1984.

Читая книги Диссертация Т. Н. Ивановой Рецензируемая монография С. 105–106: В. И. Герье считает, что фран- С. 148: Герье считал, что революция цузская революция закономерно вытекала закономерно вытекала из всей предыду из всей предыдущей истории Франции, щей истории Франции, необходимость необходимость и закономерность ее была ее была очевидна. «Все главные основы очевидна: …«Все главные основы поли- политической жизни Франции, – конста тической жизни Франции обветшали, и тировал он, обветшали, и мы нигде не мы нигде не видим ни возможности, ни видим ни возможности, ни достаточной достаточной силы для реформ», – пишет силы для реформ». По его словам, пре Герье, – преградой «для новых потребно- градой «для новых потребностей жизни стей жизни стала во Франции и сильная стала во Франции и сильная монархиче монархическая власть с крепкой центра- ская власть с крепкой централизацией».

лизацией» (Лекции.., ч. I, 4). Задачи рево- (Герье В. И. Лекции по Новой истории.

люции В. И. Герье видит в политическом 1868–69 г. Ч. 1. С. 4). Задачи революции преобразовании государства, в предостав- он видел в политическом преобразова лении прав и свобод гражданам, в уравне- нии государства, в предоставлении прав нии сословий, в участии народных пред- и свобод гражданам, в уравнении сосло ставителей в управлении. вий, в участии народных представителей в управлении.

Самое удивительное, что авторы, не ссылаясь на Т. Н. Иванову, «по слушно» списывают ссылки из текста диссертации на литографирован ный лекционный курс Герье: «Лекции по Новой истории. 1868–69 г. Ч. I.

С. 4» и далее «Там же. Ч. II. С. 30». (с. 148). Однако в означенном издании «Лекций по Новой истории» нет ни «Ч. I», ни «Ч. II». В литографии под шиты два раздела, никак не выделенные и имеющие каждый собственную периодизацию. Для удобства цитирования Т. Н. Иванова самостоятельно ввела наименование частей (I ч. – с. 1–64;

II ч. – с. 1–50), оговорив это в диссертации на стр. 105. Не обратив на это внимания, авторы используют наименование частей, которых нет в источнике!

Дабы не утомлять читателя чтением параллельного текста еще на восьми страницах, приведем две цитаты, завершающие тексты-близнецы.

Диссертация Т. Н. Ивановой Рецензируемая монография С. 121: Значение идей Мабли русский С. 157: Значение французского мыслите ученый видел в том, «что именно Мабли ля Герье видел в том, «что именно Мабли формулировал в своих сочинениях тот формулировал в своих сочинениях тот средний политический тон, который был средний политический тон, который был осуществлен революцией 1789 года и в осуществлен революцией 1789 года и в общих чертах доныне сохранился в уч- общих чертах доныне сохранился в учре реждениях Франции» (Вестник Европы, ждениях Франции» (Герье В. И. Полити 1887, № 1, с. 125). ческие теории аббата Мабли // Вестник Создание Генеральных штатов, на кото- Европы. 1887. № 1. С. 125.) Созыв пред ром настаивал Мабли, и смена абсолют- ставительного органа власти, ликвидация ной монархии во Франции конституци- абсолютной монархии, на которых на онной вполне отвечали представлениям стаивал Мабли, были важным элементом самого Герье. революции, полагал русский историк.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… Для дотошного читателя, желающего лично убедиться в аутентич ности текстов, дадим соответствие страниц, где есть абзацы-двойники (которые, кстати, имеются не только в анализируемом разделе). Диссер тация Т. Н. Ивановой оцифрована и доступна в Интернете.

Диссертация с. 53 с. 144 с. 145 с. 170 с. 172 с. 175 с. 32 с. 45 с. Т.Н.Ивановой Рецензируемая с. 38 с. 63 с. 65 с. 92– с. 94 с. 96– с. 137 с. 138 с. монография 93 Диссертация с. 105 с. 107– с. 198– с. 110– с. 112 с. 113 с. 117– с. 120– с. Т.Н.Ивановой 108 110 111 118 Рецензируемая с. 148 с. 149 с. 150 с. 151 с. 152 с. 152 с. 155 с. 157 с. монография Мы совсем не возражаем против популяризации тех научных вы водов, к которым пришла Т. Н. Иванова еще в 1984 г., но хотелось бы, чтобы на соответствующих страницах присутствовали ссылки на ис тинного автора. Подобные таблицы соответствия параллельных текстов могли бы представить Е. С. Кирсанова, А. В. Юдин и др.

Однако вернемся к анализу монографии. Содержание раздела «Ис тория раннего христианства» явно не соответствует своему названию, ибо включает в себя анализ не только взглядов Герье на Августина Блаженного, но и его оценки Франциска Ассизского и Иннокентия III.

Авторы допускают досадную фактическую ошибку, утверждая, что из за отрицательной рецензии Н. Н. Глубоковского на книгу «Блаженный Августин» Герье не получил премии имени М. Н. Ахматовой (с. 166).

Возникает ощущение, что авторы просто не дочитали до конца про странную и, действительно, резкую рецензию Глубоковского, ибо, не смотря на все высказанные замечания, он закончил рецензию мыслью о необходимости оказать «ученый почет научно-педагогическому под вижничеству [Герье], столь самоотверженно и плодотворно служивше му на пользу духовного развития всем напряжением своих чувства и дарований»12.

Некоторое недоумение вызывает раздел под названием «Лекцион ные курсы». Во-первых, анализ лекционного наследия Герье уже был Глубоковский. 1915. С. 64. На это упущение уже было указано, когда один из рецензентов писал: «На основании отзыва Н. Н. Глубоковского Герье была присуж дена большая Ахматовская премия (1000 руб.), а автору рецензии – золотая рецен зентская медаль (см.: Богданова. 2004. С. 160). С. Н. Погодин полагает, что по скольку “рецензент нашел в работе очень много погрешностей и неточностей”, то “в итоге В. И. Герье премии не получил” (Погодин. В. И. Герье в исторической ли тературе… С. 292)» (См.: Мягков. 2008. С. 40, прим. 80).

Читая книги отчасти дан в разделе «Учитель и ученики», во-вторых, структурно этот раздел разрушает логику повествования, ибо содержит частично анализ исторических взглядов Герье, частично его педагогических воззрений.

Обширные, как всегда, скрытые цитаты из статьи Н. Г. Федоровой также вызывают определнные вопросы.

Со стр. 180 монографии начинается, по сути, вторая часть работы под названием «Философия истории». Структурно этот раздел пред ставляет собой несколько самостоятельных очерков об историко философских взглядах Герье: «Историография и философия истории», «Западничество как всемирно исторический процесс», «История как наука», «Идеализм в истории», «Исследование о Г. В. Лейбнице». Здесь изложение материала меняет свой характер. От повествовательного пе ресказа основных работ Герье происходит переход к комплексному анализу его научного наследия.

Мы считаем абсолютно верным, что в данном анализе синтезиро ваны положения не только опубликованных работ Герье, но и его лек ционных курсов. На наш взгляд, научная деятельность ученого была неразрывно связана с его преподавательской деятельностью. Только анализируя весь комплекс печатного и лекционного наследия ученого, можно воссоздать с большей или меньшей полнотой его взгляды по всем значимым проблемам философии истории и реконструировать его концепцию всеобщей истории. Здесь авторы уделяют особое внимание теоретико-методологическим основам исторических работ Герье.

Можно согласиться с авторами, что крайне сложно реконструиро вать концептуальные положения Герье, «который предпочитает выска зывать свое мнение, излагая чужую точку зрения». Недаром в письме к М. М. Стасюлевичу Герье подчеркивал: «Я потому должен был подроб нее говорить о взглядах других, чтобы выяснить свой собственный» (с.

180). «Философия истории Герье эксплицируется, как правило, лишь при разборе им чужих концепций, – пишут авторы. – Историография служит ученому поводом для теоретико-методологического самоопре деления» (с. 213). Действительно, в серии историографических очерков Герье, опубликованных им в 1880–1883 гг. (и не проанализированных авторами монографии), необходим тщательный текстологический ана лиз текста, чтобы вычленить собственную позицию ученого и отделить е от взглядов авторов анализируемых им произведений. Однако, на наш взгляд, теоретико-методологические взгляды Герье четче высказы вал в знаменитых философских введениях к своим лекционным курсам.

См.: Федорова. 2008. С. 195–212.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… Несмотря на специфику такого вида источников как литографирован ные курсы, их более широкое привлечение позволило бы снять некото рые противоречия, возникающие при анализе его печатных работ. К сожалению, каждый из очерков этой части книги вполне самодостато чен и не коррелирует с другими. Поэтому, чтобы создать полную кар тину концепции Герье читатель должен самостоятельно сопоставить выводы пяти очерков об историко-философских взглядах ученого. Из этого сопоставления выявляются две предлагаемые авторами версии концептуальных основ всеобщей истории в наследии Герье.

Первая, сконструированная авторами «собственная версия всемир но-исторического процесса» Герье (с. 194) состоит в следующем: «Ис точником всемирно-исторического развития являются противоречия или, в терминологии Герье, “антагонизмы”. Это вековечные противоре чия, принимающие в зависимости от эпохи разные формы, но сохра няющие один и тот же смысл» (с. 194). К принципиальным противоре чиям, регулярно повторяющимся в истории, авторы относят «универсальный антагонизм» – «борьбу Европы с Азией или Запада и Востока» (с. 195). Действительно, в ряде работ Герье упоминает об этом антагонизме. «Частными, так сказать внутренними, противоречиями в каждую конкретную эпоху» в концепции Герье авторы полагают «соци альный дуализм патрициев и плебеев, римлян и италиков, Рима и про винции» (с. 197), а также антагонизм христианства и античной культуры, средневековый антагонизм «между аскетическим направлением и ста новлением христианской церкви как социального института» (с. 197), «борьбу англичан с бурами в Южной Африке» (с. 198), «дуализм рим ской и греческой культуры, западной и восточной церкви» (с. 199).

Данная версия теоретических основ концепции всемирной истории Герье имеет право на существование, но носит характер искусственного конструирования. Несмотря на любовь Герье к терминам «антагонизм», «антиномия», «дуализм», ученый основную движущую силу развития человечества видел в смене господствующего мировоззрения, о чем не однократно заявлял в своих лекционных курсах. Осознавая всеобщую историю как процесс, основанный на духовной связи и культурной пре емственности поколений и народов, Герье видел эту преемственность в зарождении определенных идей, которым подчинялись все события данной эпохи. Эти идеи, которые логичнее было бы назвать идеология ми, могут быть религиозными, политическими, научными, этическими и т.д. Они не довлеют над фактами, а организуют их, придавая случай ным событиям системность и целостность. В любом «сколько-нибудь крупном факте» видно отражение руководящих идей, и даже случайные Читая книги факты понемногу втягиваются в круг вопросов доминирующей в это время идеи14. Эти идеи «могут способствовать развитию цивилизации и задерживать ее»15. Такими определяющими всемирное развитие идеями Герье считал религию в древневосточный период, идею политической свободы – в древнегреческий, идею империи – в древнеримский, хри стианство – в средневековый, реформацию – в XV–XVII вв., рациона лизм и просвещение – в XVIII веке и т.д. Авторы книги сами вычленяют подобную версию концептуальных построений Герье (с. 286–290). Наверное, следует совместить подме ченную ими «теорию антагонизмов» с идеалистической трактовкой ис торического процесса, которая четко выделяется во всех работах Герье, и им самим декларировалась как основополагающая.

В целом можно констатировать, что произошедший к концу рецен зируемой книги переход от повествовательности к комплексному анали зу позволял авторам определить теоретические основы исторического мировоззрения Герье, его взгляд на позитивизм, роль личности в исто рии, движущие силы исторического процесса. Однако некоторое недо умение вызывает порядок очерков из второй части книги. В последнем очерке «Исследования о Г. В. Лейбнице» анализируется одна из первых книг Герье, за которую он получил докторскую степень. Такое нелогич ное завершение приводит к тому, что читатель теряет ориентиры в по пытке увидеть эволюцию идей ученого, ибо после книги о Лейбнице прошло еще 48 лет до появления последней книги Герье. Таким образом, в силу специфики изложения материала в виде очерков, целостного вос приятия теоретико-методологических взглядов ученого не произошло.

Несомненным достоинством книги являются приложения, где впервые опубликованы черновые наброски неизвестной работы Герье «Статья о детях неимущих классов в гор. Москве» (с. 345–349) и письма Герье к А. Ф. Кони, М. К. Лемке, М. М. Стасюлевичу, К. Д. Кавелину (с. 349–375). Приходится сожалеть, что данные публикации не сопро вождаются научными комментариями и примечаниями. Не проведена необходимая в таких случаях работа по уточнению условий написания писем, сущности поднимаемых в них проблем. Часть писем опублико вана без уточнения их датировки (с. 369–371). Таким образом, авторы предоставили герьеведам фактически сырой материал, который еще требует научной обработки.

Герье. 1887. С. 34.

Герье. 1865. С. 106.

См.: Герье. 1) 1899. С. 3;

2) 1877. № 7. С. 8;

3) 1886. С. 3–4;

4) 1881. С. 83, 104;

5) 1887. С. 3–5.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… Структурно книга завершается разделом с некорректным названием «Библиография, посвященная В. И. Герье». Он включает отделы: «Ар хивные материалы, в которых хранятся документы о В. И. Герье» (фор мулировка авторов), «Работы В. И. Герье», «Литографические издания произведений В. И. Герье» (точнее, лекционных курсов), «Рецензии на работы В. И. Герье» и «Работы, посвященные В. И. Герье». О неполноте ряда отделов мы упомянули выше. Но есть здесь и проблема этическая:

кто же составители библиографии? По крайней мере, обратим внимание на то, что раздел «Литографические издания произведений В. И. Герье» в своей основе перекочевал из диссертации Т. Н. Ивановой вместе с опе чатками17. Разделы «Рецензии на работы В. И. Герье» и «Работы, посвя щенные В. И. Герье» составлен в большинстве на основании подстроч ных примечаний статьи Г. П. Мягкова «Кто вы, профессор В. И. Герье?...»18, в которой автор исследовал поток отечественной лите ратуры о Герье за период 1862–2007 гг., вводя в современный научный оборот материалы о судьбе трудов ученого, многие рецензии на его тру Так, в диссертации Т. Н. Ивановой (Иванова. 1984) обозначено, что «Лекции новой истории. 1868–69 уч. год» были изданы в литографии А. Кольцова. Если бы авторы работали с первоисточником, то обнаружили, что лекции были литографи рованы И. Волковым, а Александр Кельцов был издателем. Названия многих лито графий в книге даны точно в тех же формулировках, немного отличающихся от ори гинала, как и в диссертации Т. Н. Ивановой. Справедливости ради заметим, что список литографий в книге в сравнении с диссертацией увеличился на 8 единиц, составив 27 наименований. Но Т.Н. Ивановой на настоящий момент выявлены уже 63 литографии лекционных курсов Герье.

Обсуждая вопрос о том, какие же рецензии были выявлены Малиновым и Погодиным, авторы данного текста обнаружили, что у них произошло увеличение числа рецензий за счет… «удвоения»: к извлеченным из статьи Г. П. Мягкова рецен зиям было добавлено 9 рецензий, заимствованных из библиографии диссертации Т. Н. Ивановой, но описанных без указания фамилий авторов. Это выглядит, напри мер, так: (1) Арсеньев К. К. Герье. Понятие о власти и о народе в наказах 1789 г.

Москва. 1884 // Вестник Европы. 1884. № 3. С. 406–409. Ниже, по алфавиту, нахо дим: (14) Рецензия на книгу В. И. Герье «Понятие о власти и о народе в наказах 1789 г.» // Вестник Европы. 1884. № 3. С. 406–408. Или: (6) Воронов Е. М. В. Герье.

Философия истории от Августина до Гегеля. Москва, 1915. Стр. 267 // Исторический вестник. 1915. № 11. С. 655–656. Ниже читаем: (20) Рецензия на книгу В. И. Герье «Философия истории от Августина до Гегеля» // Исторический вестник. 1915. Но ябрь. С. 655–656 и т.д. Ошибки при описании рецензий приводят к тому, что чита тель вряд ли найдет и названную рецензию Е. М. Воронова, и рецензию П. В. Безобразова, ибо первая опубликована под псевдонимом Евг. В., а вторая – под псевдонимом П. Б.;

вопрос у читателя вызовет и авторство Б. А. рецензии на книгу Герье «Расцвет западной теократии» (М., 1916), ибо она опубликована «Русских записках» в 1916 г. без указания автора, что нами и было в соответствии с правила ми библиографирования означено [Б.а.]. (см.: с. 384–386).

Читая книги ды, материалы энциклопедических изданий, празднований юбилеев и т.д. В библиографию была добавлена только роспись статей из сборни ков, вышедших в 2007–2008 гг. Главное все же состоит в том, что биб лиография в книге не «работает»: напрасно читатель на протяжении бо лее чем трехсот страниц текста будет искать материалы о научных спорах, идеологических и политических баталиях, которые в изобилии разворачивались с участием Герье или вокруг его трудов.

Уважая память Герье, авторам монографии необходимо было про вести редакторскую обработку текста, чтобы избежать «очерковости» изложения, нелогичности отдельных разделов монографии, скрытого цитирования текстов других ученых, фактических ошибок и погрешно стей в оформлении ссылочного аппарата. Заключая заметки о моногра фии А. В. Малинова и С. Н. Погодина, можно сказать, что появление еще одной книги о Герье само по себе явление отрадное, как факт, вновь привлекающий внимание к его наследию.

Но подытоживать разговор о книге все же рано, ибо в ней отрази лось явление весьма симптоматичное. Наличие «заимствований», вы страивание текста посредством соединения фрагментов из исследова ний предшественников, обнаруживаемое в рецензируемой книге, – явление уже не редкое. Особенно опасно то, что этот метод все чаще берется на вооружение вступающими на стезю науки. Провоцирует это и современный технический прогресс, Интернет с его необъятными ре сурсами. Но особо – примеры и практики, получающие оформление в публикациях. Вина в таком развитии науки лежит и на научном сооб ществе, не реагирующем должным образом на нечистоплотность, чем и открывается путь к утверждению описываемых практик.

К сожалению, переживает глубокий кризис жанр рецензий. Во мно гом, это наследие пережитой советской историографией трагической эпохи, когда она, начиная с 1930-х гг., по определению Т. М. Атнашева Мирзаянца, «находилась под прямым внешним контролем партии и под внутренним прессом самоцензуры и самоконтроля»19. В этих условиях одной их функций историографии – рецензии являются одним из ее «жанров» – было «разоблачение» «контрреволюционеров» и «информи рование» тех, кому должно было услышать, об идеологической и поли тической неблагонадежности «конкурентов». Можно и должно вполне понять авторов рецензий, которых к годам 1950-м уже «научились» ог раничиваться в своей критике коллег (речь не идет о «буржуазных» ав торах, в обличении и разгроме текстов которых буквально шло соревно Атнашев-Мирзаянц. 2006. С. 21.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… вание) такими формулировками, как «…имеются отдельные промахи в предисловии и примечаниях», «…ряд проблем, поставленных в книге, нуждается в дальнейшей разработке…», «…к сожалению, последняя (одна из рассматриваемых проблем – Г. М., Т. И.) освещена довольно бегло…», «Решение некоторых из рассмотренных автором проблем, видимо, можно было бы углубить и дополнительно аргументировать» и т.д. и т.п. Не способствовали развитию жанра и политика журналов жестко ограничивать объемы рецензий, и заказной их характер.

Разумеется, сегодня сложились иные условия: журналы готовы предоставлять свои страницы авторам рецензий, выделена группа жур налов, которым вменено выполнять особую миссию – публиковать под вергающиеся специальному рецензированию материалы, предоставляе мые соискателями степеней кандидатов и докторов наук. Но как показывает опыт, дело возрождения рецензирования и превращения его в действенный фактор развития науки продвигается с трудом. В числе причин следует указать на готовность редакционно-издательских сове тов, существующих по сей день в каждом вузе, в его подразделениях, дать рекомендации к печати практически любой книге, статье21. Не от кажет коллеге подписать составленную – весьма частая практика – са мим автором рецензию на его книгу или статью и уважаемый профес сор… Но вот книга или статья опубликована. Попадет ли она вовремя к тому ученому, кто смог бы и захотел дать рецензию? К сожалению, последние два обстоятельства становятся решающими, как и то, что правилом жизни научного сообщества продолжает быть знаменитое крыловское «А Васька слушает, да ест…»: результаты критики рецен зируемых книг заметить практически невозможно.

И в случае с рецензируемой книгой есть своя предыстория. Уви девшая свет в издательстве Русской христианской гуманитарной акаде мии, она, фактически, продолжила серию монографий о выдающихся русских историках, создаваемую Малиновым и Погодиным22. Основа Все тезисы извлечены из рецензий, опубликованных в «Вопросах истории» в 70-е – начале 80-х гг. прошлого века.

Рецензируемая книга напечатана «по решению редакционно-издательского совета Философского факультета Санкт-Петербургского государственного универ ситета» (Малинов, Погодин. 2010. С. 2).

Малинов, Погодин. 2001;

Малинов. 1) К. Н. Бестужев-Рюмин…;

2) Павел Гаврилович Виноградов…;

Погодин. 2005. Речь идет не только о предложенной серии книг на тему «История в Политехническом университете», у которой был и ответственный редактор (см.: Погодин. 2005. С. 2), но и о фактически сложившейся серии книг, статей, выступлений о жизни и деятельности русских историков.

Читая книги ния для такого проекта, несомненно, есть – и объективного (где, как не в Петербурге, где в архивохранилищах и библиотеках отложился ис ключительный по полноте источниковый комплекс, на основании кото рого можно реализовать указанный замысел!), и субъективного (нали чие у авторов опыта историографических исследований) порядка.

Стили и направления научного поиска у авторов весьма разные.

Несомненно, творчество А. В. Малинова отличает стремление к концеп туальному прочтению трудов изучаемых историков, отсюда склонность к анализу теоретико-исторических и философских взглядов мыслителей прошлого, их методологических концепций. Тексты ученого интересно читать, они, действительно, осуществляют презентацию наследия и идей ученых, чье творчество подвергается анализу. Слабые стороны метода А. В. Малинова, проявившегося в его содержательной моногра фии о П. Г. Виноградове, были отмечены критикой23. Естественно, что в написанных им разделах книги о Герье, Малинов не мог изменить сво ему стилю – насыщать текст пространными цитатами24.

Стиль же С. Н. Погодина не спутаешь. О нем уже шла речь в лите ратуре: звонок прозвучал, когда В. Соловьев опубликовал рецензию на статью Погодина «Павел Гаврилович Виноградов» (НиНИ. 2006. № 2.

С. 174–197)25, с «говорящим» названием «Кое-что о так называемых ВАКовских изданиях, или снова о плагиате». Обращалась с письмом к главному редактору журнала «Пушкин» еще полтора года назад и Т. Н. Иванова, когда обнаружила пространные, без ссылок на автора, цитаты из своей диссертации, использованные Погодиным в статье «В. И. Герье в исторической литературе»26.

Подобная практика, «стиль» Погодина стали возможными потому, что научное сообщество не реагировало своевременно на его «опыты».

Совсем недавно нам удалось получить изданную в 2005 г. (тиражом экз.) уже называвшуюся книгу «Максим Максимович Ковалевский». И хотя мы пишем рецензию на книгу о Герье, а время презентации книги о Ковалевском в форме рецензии, казалось, прошло, именно она являет См.: Антощенко. 1) 2007;

2) 2010. С. 15–16;

Книжные покупки… Один из авторов рецензии также критиковался за подобную практику и зна ет, как «заманчиво» идти по этому пути. См.: Чапкевич. 1990. С. 209.

См.: Соловьев. 2009. № 1. С. 183–187. Доступная для пользователей Интер нета, она была достаточно быстро «снята» с сайта журнала.

Наш отклик на данную статью не был опубликован, но, возможно, был про читан С. Н. Погодиным. Следует признать, что в монографии, в сравнении со стать ей, произошла некоторая интерпретация текста диссертации, которая, впрочем, све лась к стилистическим изменениям ряда предложений.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… ся, на наш взгляд, тем «зеркалом», который отражает слабые стороны современной историографии.

Судя по тексту, автор «открывает» нам имя и наследие Ковалев ского, о котором – свидетельствует справочный аппарат книги – разве что упоминали некоторые современники, авторы воспоминаний, статей на смерть ученого, а также П. Б. Струве, Е. А. Косминский, Е. В. Тарле (с. 91), И. Б. Хайлова (с. 45), С. Д. Сказкин (с. 99), В. И. Рутенбург (с. 105)… И еще – в связи с использованием цитат/мыслей из книг «М. М. Ковалевский как социолог» и «М. М Ковалевский как исследо ватель горских народов Кавказа» – упоминаются их авторы Б. Г. Сафронов (3 раза: с. 36, 114, 152) и Б. А. Калоев (2 раза: с. 14, 24).

Иными словами, С. Н. Погодин совершенно проигнорировал историо графию проблемы – весьма богатую, отразившую в своем движении многие черты и повороты духовной, идейно-политической жизни не только России, но и ряда зарубежных стран27. Отсюда – практическое отсутствие проблемности, авторской позиции даже в тех немногих слу чаях, когда сам материал вынуждает отмечать наличие полемики в ис следовании тех или иных проблем. Результат такой методы не утешите лен. Достаточно здесь прочитать введение, выполняющее скорее функцию заключения, где сразу «освещена» проблема школы Ковалев ского. Априорно, без каких-либо экскурсов в историографию, без ис следования проблемы автор заявляет, что «в тех научных направлениях, в которых он (М. М. Ковалевский – Т. И., Г. М.) работал, он создал свои школы, свою логику поиска истины и был весьма признан и уважаем» (с. 3). И если с последним не поспоришь, то нельзя не поставить вопро сы: сколько же «школ» было у Ковалевского, и вообще известен ли нау ке феномен «многошколия» у ученого, сколько «логик» поиска истины в науке? Разъясняя свое понимание места Ковалевского в науке, Пого дин пишет: «Несмотря на реальные школы М. М. Ковалевского в исто рии, в социологии, экономике, можно утверждать, что существовала и его научная школа – школа русской социальной науки, или, как иногда называли, “школа российской интеллигенции”» (с. 3). Ниже читаем, что «…Максим Максимович был одним из создателей новой школы права, школы исследователей нового времени Западной Европы и России» (с. 3). Комментарии, как говориться, излишни.

Такое же «панибратское» отношение к сложнейшему вопросу ис ториографической науки мы видим и в книге о Герье. На первой же ее странице авторы пишут: «Можно полностью согласиться с мнением См.: Золотарев, Мягков. 1995. С. 80–88.

Читая книги В. П. Бузескула и В. А. Бутенко, считавших Герье основателем русской школы в изучении всеобщей истории» (с. 5). Этот тезис – свидетельство неуважения к предшественникам, непонимания самого историографи ческого процесса. В. А. Бутенко называл Герье «основателем русской школы в области новой истории»28. Поддерживая коллегу и опираясь на собственное изучение проблемы, Бузескул подчеркивает: «В. И. Герье – первый по времени специалист в России по новой истории… Он – ро доначальник “русской школы” в этой области»29. И все же предметное изучение творчества Герье, его многочисленных учеников, коллег – ис ториков-«всеобщников» не только Московского, но и других универси тетов России в координатах сформировавшейся научной «сети» позво лило выдвинуть положение о складывании в российской науке «русской исторической школы» всеобщих историков, особую роль в создании и функционировании которой играл В. И. Герье30.

К сожалению, книга Погодина реального материала для ведения научных дискуссий не дает. Во-первых, потому, что автор уже выступал с работами, посвященными творчеству Ковалевского, и в известном смысле они повторяются, входят целыми фрагментами в книгу. Новизну могла дать новая структура работы: именно в работе о Ковалевском ап робируется «очерковая» структура презентации творчества историков по дисциплинарным сегментам их творчества. В случае с Ковалевским – это исследования в области государства и права (2-й очерк;

его предваряет 1-й, «Краткий биографический очерк жизни и деятельности», что дает основание называть главы очерками), исторические работы (3-й очерк), работы в области истории политической мысли (4-й очерк), экономиче ские взгляды (5-й очерк), исследования в социологии (6-й очерк).

Замысел имеет право на жизнь: ясно, что социологи писали о Ко валевском как родоначальнике их науки, правоведы изучали его взгля ды на государство и право, этнографы – вклад в свою науку и т.д., дело за тем, чтобы воссоздать целостный облик ученого. С. Н. Погодин по нимает сложность и многотрудность задуманного, а потому спешит оговорить: «Автор данной работы не ставит перед собой задачу полного освещения научного наследия М. М. Ковалевского, это задача коллек тива авторов» (с. 4). Сразу скажем: опыт не удался. Автор представил на суд читателя книгу, в которой ему, повторим, принадлежит то, что он Бутенко. 1923. С. 130, 149.

Бузескул. 1929. С. 153.

См.: Мягков. 2000. С. 201, 294–295;

Репина, Зверева, Парамонова. 2004.

С. 193–200;

Иванова. 2009. С. 232–241.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… уже фактически публиковал, а «новое» – мобилизованные фрагменты, если не из забытых, то уже редко встречающихся книг. Разумеется, мы не ставили целью проводить «изыскания» по всей книге, но даже обра щение всего к трем книгам из библиотеки исследований о Ковалевском показало следующее.

1. «Краткий биографический очерк…» (с. 5–62) практически «ос нован» на тексте главы 1 («Жизнь и научная деятельность») книги Б. А. Калоева «М. М. Ковалевский и его исследования горских народов Кавказа» (М., 1979. С. 4–35). Разумеется, «базовый» текст видоизменя ется за счет сокращений (например, был выпущен не авантажный ныне фрагмент о взаимоотношениях русского историка с К. Марксом), до полняется собственными материалами (например, об отношениях М. М. Ковалевского и С. В. Ковалевской: у Погодина – с. 25–34, у Ка лоева – с. 25–26), а также цитатами и фрагментами из других работ. Вот примеры работы Погодина с текстом «соавтора»:

Калоев Б. А. Погодин С. Н.

С. 33: Вся жизнь этого выдающегося С. 53: Вся жизнь М. М. Ковалевского ученого была отдана науке. Научные ин- была отдана науке. Его научные интере тересы Ковалевского не замыкались в сы не замыкались в какой-либо одной какой-либо одной области, а отличались, области, а отличались многогранно как уже говорилось, многогранностью. стью. Он оставил колоссальное научное М. М. Ковалевским оставлено колоссаль- наследие – более пятисот печатных тру ное научное наследие – более пятисот дов, в основном монографических. Сре печатных трудов, в основном монографи- ди них такие многотомные исследова ческих. Среди них такие многотомные ния, как «Происхождение современной исследования, как «Происхождение со- демократии» (пять томов), «Экономиче временной демократии» (пять томов), ский рост Европы до возникновения «Экономический рост Европы до возник- капиталистического хозяйства» (семь новения капиталистического хозяйства» томов) на немецком языке, «От прямого (семь томов) на немецком языке, «От народоправства к представительному и прямого народоправства к представи- от патриархальной монархии к парла тельному и от патриархальной монархии ментаризму» (три тома), посвященные к парламентаризму» (три тома), посвя- социальной истории западноевропей щенные социальной истории западноев- ских стран, прежде всего Англии, ропейских стран, прежде всего Англии, Франции и Италии. М. М. Ковалевский Франции и Италии. М. М. Ковалевский первым в русской науке начал занимать первым в русской науке начал заниматься ся изучением средневековой истории изучением средневековой истории Анг- Англии, один из первых исследовал лии. Он одним из первых исследовал общественный строй горцев Кавказа.

общественный строй горцев Кавказа, дал свое толкование горскому феодализму, вызвав тем самым интерес ученых кавказоведов к этой проблеме.

Читая книги С. 34–35: Повседневный упорный труд, С. 54–55: Повседневный упорный труд, безукоснительное соблюдение распорядка безукоснительное соблюдение распо рабочего дня были неотъемлемыми чер- рядка рабочего дня были неотъемлемы тами М. М. Ковалевского как ученого. ми чертами М. М. Ковалевского как Один из близких родственников ученого ученого. Один из близких родственни писал по этому поводу: «Все утро до ран- ков ученого писал по этому поводу:

него обеда уходило на занятия наукой. «Все утро до раннего обеда уходило на После отдыха работа продолжалась до занятия наукой. После отдыха работа ужина. Работая в кабинете, он имел продолжалась до ужина. Работая в ка обыкновение иногда громко разговари- бинете, он имел обыкновение иногда вать сам с собой. На всякий случай про- разговаривать сам с собой. На всякий сил домашних не беспокоиться и не при- случай просил домашних не беспоко нимать его за сумасшедшего» [95, с. 64]. иться и не принимать его за сумасшед шего»126 [Фатеев А. М. М. Ковалев ский (К годовщине смерти), 1851– 1916. Харьков, 1917. С. 64].

Отличаясь колоссальным трудолюбием, Отличаясь колоссальным трудолюбием, не считая зазорной никакую черновую не считая зазорной никакую черновую работу, М. М. Ковалевский служил ярким работу, М. М. Ковалевский служил яр примером для своих учеников. Своей ким примером для своих учеников. Сво работоспособностью он приводил в вос- ей работоспособностью он приводил в хищение многих ученых. К. А. Тимиря- восхищение многих ученых. К. А. Ти зев, например, отмечал, что Ковалевский мирязев отмечал, что М. М. Ковалев не уклонялся «от самого тяжелого, усид- ский не уклонялся «от самого тяжелого, чивого, казалось бы, скучного специаль- усидчивого, казалось бы, скучного спе ного труда, а представлял собой редкое циального труда, а представлял собой явление в рядах научных деятелей всего редкое явление в рядах научных деяте лей всего мира»127 [Тимирязев К. А.

мира» [94, с. 221]. Так же упорно трудил ся М. М. Ковалевский и во время полевых Памяти друга // Летопись. 1916. № 8.

исследований в горах Кавказа, где, не- С. 221]. Так же упорно трудился он и во смотря на тяжелые условия работы, вы- время полевых исследований в горах званные бездорожьем, дождями, отсутст- Кавказа, где, несмотря на тяжелые усло вием нормальных бытовых условий, он вия работы, вызванные бездорожьем, записывал у местных жителей очень мно- дождями, отсутствием нормальных го материала, касающегося разных сторон бытовых условий, он записывал у мест жизни горцев. Сидя в архивах месяцами, ных жителей очень много материала, Ковалевский переписывал от руки такое касающегося разных сторон жизни гор количество документов, что потом ему цев. Сидя в архивах месяцами, он пере приходилось перевозить их целыми че- писывал от руки такое количество до моданами. В одном из писем В. Ф. Мил- кументов, что потом ему приходилось леру он писал: «Вожу теперь целый че- перевозить их целыми чемоданами. В модан записок. Работа могла бы одном из писем В. Ф. Миллеру он пи подвигаться скорее, если бы не приходи- сал: «Вожу теперь целый чемодан запи лось делать все самому» [141, ф. 323, ед. сок. Работа могла бы подвигаться ско хр. 221, л. 21]. рее, если бы не приходилось делать все самому»128 [Центральный государст венный архив литературы и искусст ва. Ф. 323. Ед. хр. 221. Л. 21].

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… М. М. Ковалевскому были присущи пре- М. М. Ковалевскому были присуще красные душевные качества – простота, прекрасные душевные качества – про общительность, желание прийти на по- стота, общительность, желание прийти мощь советами и деньгами. Еще в Мос- на помощь советами и деньгами. Еще в ковском университете он помогал многим Московском университете он помогал нуждающимся студентам, а также изда- нуждающимся студентам, а также изда вал на свои деньги книги П. Л. Лаврова и вал на свои деньги книги П. Л. Лаврова ряда других ученых. Много средств за- и ряда других ученых. Много средств он тратил М. М. Ковалевский и на Русскую затратил и на Русскую высшую школу высшую школу общественных наук в общественных наук в Париже, где он не Париже, где он не только бесплатно вел только бесплатно вел несколько курсов несколько курсов лекций, но и оплачивал лекций, но и оплачивал приглашенных приглашенных профессоров. М. М. Кова- профессоров.

левского любили за оптимизм, остроумие М. М. Ковалевского любили за опти и доброжелательность. Об этом очень мизм, остроумие и доброжелательность.

красочно говорит Д. Н. Овсянико- Об этом очень красиво говорит Куликовский, близко знавший его в тече- Д. Н. Овсянико-Куликовский, близко ние многих лет. [Далее – пространная знавший его в течение многих лет. [По цитата] [79, с. 162]. вторяется полностью та же цита та]129 [Овсянико-Куликовский Д. Н.

Воспоминания. Пг., 1923. С. 162].

2. Очерк «Исследования в области государства и права» (с. 63–90) «составлен» из текстов а) главы «М. М. Ковалевский – историк и теоре тик государства и права» (с. 48–50, 52–69), б) главы «Взгляды М. М. Ковалевского в области государственного (конституционного) права» (с. 73–83, 85–93) не упоминаемой нигде книги известного иссле дователя политической и правовой мысли Н. Я. Куприца31. Приемы ра боты с текстом «соавтора» одинаковы: замена слов, применение новых соединительных частиц или пропуск их (однако, больше того, но и т.д.), свое абзацирование, «изъятие» фрагментов текста оригинала. «Уреза нию» подверглись размышления Н. Я. Куприца о соотношении учений Ковалевского и Маркса. Вводятся два фрагмента из книги Куприца и в «очерк» «Исторические работы»: текст на стр. 109–111 составлен из ха рактеристики Куприцем учения Ковалевского о периодизации политиче ской и экономической истории (с. 63–66) и о прогрессе (с. 34).

3. «Соавтором», а точнее собственно автором значительной части очерка «Исследования в социологии» в книге Погодина выступил… Б. Г. Сафронов, сам основатель современного – применим не совсем благозвучное, но верно отражающее предмет исследования понятие – ковалевсковедения. Его книга32, из которой, как помним, Погодин из См.: Куприц. 1978.

См.: Сафронов. 1960.

Читая книги влек 3 цитаты, к сожалению, ставшая большой библиографической ред костью, вновь «введена» в современную науку: текст Б. Г. Сафронова со страниц 101–103, 113, 115–117, 121–124, 132–139, 150–151 читатель об наружит на страницах 140–154 книги С. Н. Погодина.

Как квалифицировать этот стиль Погодина? Научное сообщество справедливо боится «жестких» определений. На ум приходит мысль назвать его компиляцией. Или вспоминается: античность подарила миру эпитому, представлявшую, как сообщает словарь иностранных слов, извлечение из какого-нибудь классического сочинения. Возможно, мы имеем дело с эпитоматорством? Или с композицией? Составляют же своды изречений, высказываний, мыслей мудрых людей. Или, налицо банальный плагиат? И можно ли в данном случае говорить об уважении памяти тех историков, которым посвящаются книги-эпитомы?

Говоря о созданной авторами серии о русских историках, нельзя не вспомнить, что наша историографическая наука знает подобное. Из-под пера Б. Г. Сафронова (1907–2001) вышла серия книг, посвященных творчеству М. М. Ковалевского (1960), Р. Ю. Виппера (1976), М. С. Ко релина (1984), Н. И. Кареева (1995)33. Подобное, разумеется, не по ис полнению, а по замыслу… У Б. Г. Сафронова на создание названных книг ушло более 40 лет. Ученый неустанно работал в архивах, блестяще знал историографию. Очевидно, постижение исследовательского опыта Сафронова, прохождение «школы мысли» в его творческой лаборато рии и есть истинное средство, чтобы заступить дорогу другой описан ной выше практике. Б. Г. Сафронов уважал память тех историков, о ко торых писал свои книги. Уважают ли их современные авторы?

БИБЛИОГРАФИЯ Антощенко А. В. [Рец.] Малинов А. В. Павел Гаврилович Виноградов... // Ab Imperio. 2007. № 4.

Антощенко А. В. Русский либерал-англофил Павел Гаврилович Виноградов. Петро заводск: Изд-во ПетрГу, 2010. 344 с.

Атнашев-Мирзаянц Т. М. Проектирование как горизонт истории // Диалог со време нем. 2006. Вып. 16. С. 15–52.

Богданова Т. А. Н. Н. Глубоковский: путь церковного ученого (по архивным мате риалам) // Мир русской византинистики: материалы архивов Санкт-Петербурга.

СПб., 2004.

Бузескул В. П. Всеобщая история и ее представители в России в XIX и начале ХХ века. Ч. 1. Л.: Изд-во АН СССР, 1929. 218 с.

Бутенко В. А. Наука новой истории в России // Анналы. 1923. № 2. С. 129–167.

См.: Сафронов. 1) 1960;

2) 1976;

3) 1984;

4) 1995.

Т. Н. Иванова, Г. П. Мягков. «Уважая Герье»… Герье В. И. История римского народа: Курс лекций, читанных ординар. проф.

В. И. Герье на Моск. высш. жен. курсах в 1887 г. / Ввод. ст. А. В. Лубков, П. Ю. Савельев;

подгот. текста и комм. А. В. Юдин. М.: Просвещение, 2002. 349 с.

Герье В. И. Август и установление Римской империи // Вестник Европы. 1877. № 7.

С. 5–59.

Герье В. И. Блаженный Августин. М.: Эксмо, 2003. 640 с.

Герье В. И. В. И. Лейбниц и его век: Отношения Лейбница к России и Петру Вели кому. СПб.: Наука, 2008. 807 с.

Герье В. И. Лекции по истории средних веков. 1885/86. М.: Лит. В. В. Чичерина, 1886. 318 с.

Герье В. И. Новая история. Второй период. Лекции орд. проф. Вл. Ив Герье. М., 1887. 365+6+20 с.

Герье В. И. Новая история: лекционный курс 1880/81 гг. М., 1881. 480+14+3 с.

Герье В. И. Основы римской истории. Пособие к лекциям В. Герье. М.: Печатня С. П. Яковлева, 1899. 88 с.

Герье В. И. Очерк развития исторической науки. М., 1865. 114 с.

Герье В. И. Франциск: Апостол нищеты и любви: Биография Святого Франциска Ассизского. М.: Либроком, 2010. 352 с.

Золотарев В. П., Мягков Г. П. Правда памяти (историческая судьба наследия Мак сима Ковалевского) // Вестник Сыктывкарского университета. 1995. Серия 6.

Вып. 1. С. 80–88.

Иванова Т. Н. В. И. Герье и начало изучения Великой французской революции в России: Дисс. … канд. ист. наук. Л., 1984. 243 с.

Иванова Т. Н. Владимир Иванович Герье: портрет российского педагога и организа тора образования. Чебоксары: Изд-во Чуваш. ун-та, 2009. 382 с.

История идей и воспитание историей: Владимир Иванович Герье / Под ред.

Л. П. Репиной. М.: ИВИ РАН, 2008. 352 с.

Кирсанова Е. С. Консервативный либерал в русской историографии: жизнь и исто рическое мировоззрение В. И. Герье. Северск: Изд-во СГТИ, 2003. 209 с.

Книжные покупки Модеста Колерова // Пушкин. М., 2008. № 1. С. 15–16.

Куприц Н. Я. Ковалевский. М.: Юрид. лит., 1978. 120 с.

Малинов А. В. К. Н. Бестужев-Рюмин: Очерк теоретико-исторических и философ ских взглядов. СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 2005. 202 с.

Малинов А. В. Павел Гаврилович Виноградов: Социально-историческая и методоло гическая концепция. СПб.: Изд-во «Нестор», 2005. 205 с.

Малинов А. В., Погодин С. Н. Александр Лаппо-Данилевский: историк и философ.

СПб., 2001. 285 с.

Малинов А.В., Погодин С. Н. Владимир Иванович Герье. СПб.: Изд. Русской хри стианской гуманистической академии, 2010. 400 с.

Мир историка: Владимир Иванович Герье: материалы науч. конф. М.: ИВИ РАН, 2007. 132 с.

Мягков Г. П. Кто вы, профессор В. И. Герье? Наследие ученого в отечественной ис ториографии // История идей и воспитание историей: Владимир Иванович Герье / Под ред. Л. П. Репиной. М.: ИВИ РАН, 2008. С. 21–62.

Мягков Г. П. Научное сообщество в исторической науке: опыт русской историче ской школы». Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2000. 298 с.

Читая книги НИОР РГБ. Ф. 70. К. 82. Ед. хр. 18–19. Герье Иван Иванович. Документы об обуче нии в школе глухонемых Мейли Габриэля Франсуа (на нем. яз.).

Погодин С. Н. Герье в исторической литературе // Фигуры истории или «общие мес та» историографии. Вторые санкт-петербургские чтения по теории, методологии и философии истории / Отв. ред. А. В. Малинов. СПб.: Изд-во «Северная Звез да», 2005. С. 248–302.

Погодин С. Н. Максим Максимович Ковалевский. СПб.: Изд-во «Нестор», 2005. 158 с.

Репина Л. П., Зверева В. В., Парамонова М. Ю. История исторического знания. М.:

Дрофа, 2004. 288 с.

[Розанов В. В.] Два неизвестных письма В. В. Розанова // Новый мир. 2009. № 8.

С. 139–146.

Сафронов Б. Г. Вопросы исторической теории в работах М. С. Корелина. М.: Изд-во Московского ун-та, 1984. 152 с.

Сафронов Б. Г. Историческое мировоззрение Р. Ю. Виппера и его время. М.: Изд-во Московского ун-та, 1976. 224 с.

Сафронов Б. Г. М. М. Ковалевский как социолог. М.: Изд-во Московского ун-та, 1960. 260 с.

Сафронов Б. Г. Н. И. Кареев о структуре исторического знания. М.: Изд-во Москов ского ун-та, 1995. 272 с.

Глубоковский Н. Н. Отзыв о сочинении В. И. Герье «Блаженный Августин» // Сбор ник отчетов о премиях и наградах, присуждаемых императорскою Академией наук. Отчеты за 1910 год. Пг., 1915. С. 27–64.

Соловьев В. Кое-что о так называемых ВАКовских изданиях или снова о плагиате // Пушкин. 2009. № 1. С. 183–187.

Федорова Н. Г. Педагогические идеи В. И. Герье и учебная литература по всеобщей истории (вторая половина XIX – начало XX вв.) // История идей и воспитание историей: Владимир Иванович Герье / Под ред. Л. П. Репиной. – М.: ИВИ РАН, 2008. С. 195–212.

Цыганков Д. А. В. И. Герье и Московский Университет его эпохи (вторая половина XIX – начало XX вв.). М.: Изд-во ПСТГУ, 2008. 256 с.

Чапкевич Е. И. [Рец.:] Г. П. Мягков. «Русская историческая школа»: методологиче ские и идейно-политические позиции. Казань, 1988 // Новая и новейшая история.

1990. № 5. С. 208–209.

Шиловцева В. С. Проблема кризиса и падения римской республики в русской исто риографии эпохи разложения феодально-крепостнических отношений и разви тия капитализма (вторая половина XVIII-XIX вв.): Автореф. дисс. …канд. ист.

наук. Харьков, 1970. 22 с.

Юдин А. В. В. И. Герье как исследователь Древнего Рима // История идей и воспита ние историей: Владимир Иванович Герье / Под ред. Л. П. Репиной. М.: ИВИ РАН, 2008. С. 271–279.

Иванова Татьяна Николаевна, кандидат исторических наук, доцент, зав. кафед рой всеобщей истории Чувашского государственного университета им. Н. И. Ульянова;

tivanovan@mail.ru Мягков Герман Пантелеймонович, доктор исторических наук, профессор кафед ры истории древнего мира и средних веков Казанского государственного универси тета;

gmyagkov@yandex.ru




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.