WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

В. Г. АНАНЬЕВ К СЕМИОТИКЕ СОЗДАНИЯ ИСААКИЕВСКОГО СОБОРА В статье впервые предпринимается попытка проанализировать в рамках семио тического подхода основные вехи

строительства и освящения Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге. На смену универсальным христианским идеям Александра I, стремившегося очистить религиозный дискурс от национальной составляющей и представлявшего начало строительства храма как возобновле ние дела, начатого его царственными предшественниками, пришел более «ис торический» религиозный дискурс николаевской эпохи и активное использова ние в программе храма образа Александра Невского. Церемония освящения собора должна была еще больше подчеркнуть эту связь с историческим про шлым России посредством включения в нее торжественного шествия к памят нику Петру Первому. Каждое из царствований, таким образом, включало храм в собственный сценарий власти и придавало ему новое значение.

Ключевые слова: Исаакиевский собор, семиотический подход, сценарии вла сти, связь с прошлым Выяснение того, каким было значение того или иного объекта культуры для его создателей и, шире, современников, столь же важно, как и изучение истории его создания или отдельных его элементов. В этой связи небесполезными могут оказаться некоторые семиотические наблюдения, касающиеся истории создания Исаакиевского собора.

Как известно, ныне существующий собор св. Исаакия Далматского – четвертый по счету храм, освященный в честь этого святого в Санкт Петербурге. Он строился в 1818–1858 гг. на месте предшествующего Исаакиевского собора и включает в себя часть каменной кладки старого здания. Для того чтобы лучше понять обстоятельства, в которых было принято решение о строительстве этого здания, следует сказать не сколько слов о религиозной политике, проводимой властями в то время.

Религиозная политика Александра I во второй период его царство вания значительно отличалась от политики его предшественников и преемников. Император тяготел к универсальной, общехристианской идее. Русская православная церковь во многом воспринималась им как препятствие для реализации этой идеи и установления общехристиан ского братства1. Он приглашал в Россию квакеров, чьи общины так по Уортман. 2004. С. 311–312, 497.

Институты культуры и места памяти нравились ему во время путешествия по Англии, молился вместе с ними и прислушивался к их советам. Начались работы по переводу на рус ский язык Библии. Все эти обстоятельства нашли свое выражение в са мом амбициозном проекте храмового зодчества, начатом в годы его царствования, строительстве храма Христа Спасителя в Москве.

Храм Христа Спасителя имел для Александра личное значение, – еще на Рождество 1812 г. он обещал построить его как напоминание об одержанной с помощью Бога победе над Наполеоном и как памятник всем тем, кто отдал свои жизни за эту победу. Проект собора, разрабо танный молодым А. Витбергом, близким по своим духовным воззрени ям императору и «деятельному агенту» его «замыслов о духовном воз рождении» князю А. Н. Голицыну, точно переносил в план выражения сущность утопических и универсалистских воззрений Александра: это должно было быть здание 170 м в высоту, – его колоссальные размеры должны были соответствовать величию России. Увенчанное пятью пи рамидами, оно должно было возвышаться на Воробьевых горах и состо ять из трех уровней: нижнего – в виде квадрата, среднего – в виде круга, и верхнего – увенчанного крестом купола. Каждый из уровней имел собственное символическое значение. В соборе предполагалось помес тить имена всех павших на войне 1812 года, главные манифесты, а так же статуи, отлитые из захваченных пушек2. Победа над Наполеоном явно осмыслялась в семантике храма как трансцендентальное действо, изъятое из истории славных побед русского оружия и помещенное в универсальный, почти апокалипсический контекст: Александр выступал здесь не как наследник побед Петра, но скорее как орудие Провидения, смиренное перед волей Божьей, – политика, настойчиво проводимая им применительно к событиям 1812 г.3. Неудивительно, что на этом фоне и в таких условиях, реализация планов перестройки Исаакиевского собо ра, обсуждавшихся в Санкт-Петербурге еще с 1809 г.4, не могла претен довать на сколько-нибудь важную роль в репрезентации власти Алек сандра Благословенного: слишком тесно собор был связан с конкрет ными событиями и лицами русской истории, слишком мало сам импе ратор был заинтересован в параллелях с Петром Великим.

Возможно, именно этот мотив был скрыт за подчеркнутым уваже нием к традиции сохранять при обновлении храмов стены уже освя Там же. С. 313–315.

На официальной медали, в память о событиях 1812 г., были выбиты знако вые слова: «Не нам, не нам, но имени Твоему». – Там же. С. 294–298.

Бутиков. 1998. С. 6.

В. Г. Ананьев. К семиотике создания Исаакиевского собора щенного прежде алтаря, и вместо строительства нового здания обсуж далась перестройка старого, что заметно уменьшало значение собора. В 1809 г. был объявлен конкурс на перестройку Исаакиевского собора, но среди предложенных проектов не нашлось ни одного, который был бы признан достойным высочайшего утверждения. В 1813 г. объявили вто рой конкурс, который также ни к каким результатам не привел. Нако нец, в 1816 г. Александр приказал А. Бетанкуру, председателю Комите та по делам строений и гидравлических работ, уже без проведения кон курса подыскать архитектора для перестройки храма5. С этого и нача лась история строительства четвертого Исаакиевского собора. Показа тельно, с одной стороны, что настоятельное требование императора разработать новый проект здания приходится на 1816 г., – тогда под властью кн. А. Н. Голицына объединены были Священный Синод, Ми нистерство народного просвещения и Департамент иностранных веро исповеданий, «дабы христианское благочестие было всегда основанием истинного просвещения». С другой стороны, тогда же заканчивались и последние подготовительные работы к строительству Храма Христа Спасителя, – в октябре 1817 г. был заложен краеугольный камень в ос новании будущего здания. «Возобновление» Исаакиевского собора вполне соответствовало тогдашней правительственной политике.

Следует подчеркнуть, что в официальной риторике Александров ского царствования предприятие, начатое на Исаакиевской площади ар хитектором О. Монферраном, трактовалось именно как «возобновле ние», «перестройка», а не строительство храма. Эта идея выражалась и эксплицитно (например, в формулярном списке о службе Монферрана говорилось, что «по высочайшему указу поручена ему перестройка Исаакиевского собора»), и имплицитно: хотя строительные работы и начались в 1818 г., торжественная церемония по этому поводу состоя лась лишь год спустя, 26 июля 1819 г. Тогда в основание будущего собо ра была заложена бронзовая золоченая доска с надписью о том, что это «первый камень обновления… при обновлении храма, начатого …Екатериною Второю во имя Святого Исаакия Далматского в 1768 го ду»6. Александр лишь продолжал благочестивое дело, начатое его «Ав густейшей бабкой», чьим законам и «мудрым намерениям» он обещал следовать, вступая на престол, но не возводил ни собственный храм ви зантийскому монаху, ни памятник Петру Великому. Показательно, что с закладной таблицы исчезло упоминание о его отце, Павле, на время Там же. С. 6–7.

Там же.

Институты культуры и места памяти правления которого приходились почти пять лет строительства «пере страиваемого» собора, при котором он и приобрел свой окончательный облик. Эта часть истории здания как бы стиралась из памяти. «Акт за кладки собора» не «заменили актом обновления» по забывчивости импе ратора и трусости боявшихся напомнить ему придворных, как предпола гали советские авторы7;

в сценарии власти Александра это был именно акт возобновления, продолжения дела, начатого бабкой, и как таковой он не мог претендовать на место главного символа царствования.

«Возобновление» собора заняло сорок лет, большая часть которых (почти четверть века), пришлась на время царствования Николая I. Но вая культурная ситуация во многом противоречила парадигмам прежне го царствования. С распространением теории официальной народности, церковь «начинает выступать как хранитель национального прошлого, защищая самодержавие от идущих с Запада вредных учений»8. Внеш ним проявлением этой концепции становится национальный стиль в архитектуре, в первую очередь, связанный с творчеством К. А. Тона, которому и поручается не слишком продвинувшееся со времени А. Витберга строительство московского храма Христа Спасителя. Исаа киевский собор продолжает строиться по прежнему проекту, хотя и не сколько скорректированному в сторону меньшей строгости и большей орнаментальности, характерных для позднего классицизма и эклектики.

Национальная тема находит отражение скорее в его декоративном уб ранстве, что выражается, в частности, в том, какое место занимает в оформлении интерьера собора образ Александра Невского, встречаю щийся здесь 11 раз, то есть больше, чем изображение какого бы то ни было другого святого, в том числе и самого св. Исаакия.

Боковые алтарные приделы собора были освящены в честь св. ве ликомученицы Екатерины и св. Александра Невского9. Такой выбор свя тых, сделанный, вероятно, в николаевское царствование, явно указывает на монархов, стоявших у истоков строительства собора: в продолжение начатой при Александре темы «возобновления» делается отсылка к об разу Екатерины II, как основательницы храма, и указывается на Алек сандра I, как на ее преемника в деле продолжения постройки. Связь ме жду памятью об Александре I и приделом (до определенной степени за темнявшаяся на момент освящения собора в 1858 г. тем, что и нового императора также звали Александром) подчеркивалась помещением во Там же. С. 9–10.

Уортман. 1994. С. 497.

Серафимов, Фомин. 1865. С. 19–20 второй пагинации.

В. Г. Ананьев. К семиотике создания Исаакиевского собора втором ярусе малого иконостаса, симметрично иконе св. Александра Невского, иконы св. Спиридония, епископа Тримифунтского, в день па мяти которого, 12 декабря, и родился Александр Павлович. В то же вре мя память о Николае I была отмечена помещением в малый купол юго западного придела (находящегося на одной оси с приделом св. Екатери ны, но в западной части собора) изображения св. мученицы Февронии, в день памяти которой, 25 июня, родился Николай.

Собор освящали 30 мая 1858 г. уже при Александре II. Но что зна чил в этот момент сам храм? Ответить на этот вопрос отчасти помогает небольшая брошюра, изданная специально к моменту освящения. Уже в самом ее начале, объясняя значение торжественного дня «не только для нашего города, но и для всей России», автор писал: «День 30-го мая, посвященный памяти св. Исаакия Далматского, есть день рождения России – день рождения великаго преобразователя и творца ея, обно вившаго, возродившаго ея к новой жизни, а потому и храм, воздвигну тый во имя Святаго Исаакия, есть в то же время памятник Петру10».

Вновь, после тяжелого поражения в Крымской войне и явного кризиса репрезентации власти, старая парадигма преемственности славным со бытиям исторического прошлого оказалась востребованной, и новому кафедральному собору империи возвращалась его историческая генеа логия. Далее в брошюре подчеркивалось, что сама мысль о строительст ве храма принадлежала именно Петру Первому, что ее осуществлению содействовали Екатерина, Павел, Александр I и Николай, и что Алек сандру II «суждено было привесть ее к окончательному выполнению»11.

Император объявлялся преемником дела прежних правителей, дела, начатого самым славным из них – Петром Великим.

Связь собора с Петром подчеркивалась и при разработке церемо ниала освящения собора. 17 мая 1858 г. московский митрополит Филарет (Дроздов), приставленный в качестве консультанта по вопросам право славия к католику О. Монферрану, писал санкт-петербургскому митро политу Григорию о дошедших до него слухах: будто бы «обхождение собора по чину освящения... полагается соединить с обхождением па мятника Петра Великого». Более того – «сказывают, что в проекте цере мониала полагается перед памятником остановление церковной процес сии и возглашение памяти Петру Великому»12. Закаленный в боях за чистоту православия Филарет (некогда протестовавший против установ Торжественное празднество… С. 1.

Там же. С. 1–2.

Филарет. 1886. С. 332.

Институты культуры и места памяти ки теплопроводных труб в алтаре Успенского собора на том основании, что рабочие при проведении работ установят в алтаре котел с кипящей смолой), не скрывая сарказма, писал: «Зрелище весьма необычайное – представить, что Ваше высокопреосвященство, в полном облачении, со святыми мощами на главе, среди духовенства с крестом, Евангелием и иконами, стоите перед конною статуею и протодиакон возглашает и хор поет вечную память перед конною статуей»13. На это указывали еще Б. А. Успенский и Ю. М. Лотман, справедливо утверждая, что «собор исторически оказался связанным с «императорским» культом Петра».

Вместе с тем, ученые, вероятно, все же ошибались, когда писали о том, что интересующий нас эпизод был включен в «чин освящения Исаакиев ского собора при Николае I»14. Записка Филарета датируется 17 мая 1858 г., так что и разработку церемониала можно отнести примерно к этому же времени, т.е. к началу царствования Александра II. Впрочем, в культурном отношении это все же, вероятно, и правда было еще «нико лаевское царствование» с его настойчивыми апелляциями к националь ному прошлому. То, что Филарет в своей записке определял как «воз вышение несвященного над священным», то есть столь открыто декла рируемая связь храма и памяти «великого преобразователя и творца», находилось в русле общего стремления власти преодолеть кризис обра щением к славным страницам героического прошлого.

Связь собора с национальным прошлым подчеркнута была и включением в церемонию освящения мощей св. Александра Невского.

За день до освящения, 29 мая, их перенесли из Троицкого собора Алек сандро-Невской лавры в Казанский собор. А уже оттуда 30 мая в ходе торжественного крестного хода доставили к Исаакиевскому собору.

Именно после прибытия процессии с мощами к Исаакиевской площади и совершалось шествие к памятнику, «воздвигнутому императору Пет ру I-му Екатериною II-ю»15. У памятника же совершалась лития с воз глашением вечной памяти Петру I, Екатерине II, Александру I и Нико лаю I. Любопытно, что в числе поминаемых государей не было Павла I.

Это вполне соответствовало политике нового императора, вероятно, не испытывавшего особой симпатии к памяти деда: в своем манифесте о вступлении на престол Александр не забыл про прабабку, Екатерину II, но демонстративно не упомянул деда, Павла16. Опущенным его имя Там же. С. 333.

Лотман, Успенский. 1982. С. 243.

Высочайше утвержденный… С. 5–7.

Уортман. 2004. Т. 2. С. 43.

В. Г. Ананьев. К семиотике создания Исаакиевского собора оказалось и на этой церемонии. И символическое «присутствие» на це ремонии Александра Невского, и обращение к памяти монархов, свя занных с храмом св. Исаакия были призваны оживить воспоминания о героическом прошлом русской истории.

Сделанные выше замечания – лишь попытка первого приближения к теме семиотики Исаакиевского собора. Они на конкретном примере показывают, что, по образному выражению Р. Барта, человек «вслуши вается в естественный голос культуры и все время слышит в ней не столько звучание устойчивых, законченных, «истинных» смыслов, сколько вибрацию той гигантской машины, каковую являет собой чело вечество, находящееся в процессе неустанного созидания смысла»17.

БИБЛИОГРАФИЯ Барт Р. Структурализм как деятельность // Барт Р. Нулевая степень письма. Моск ва, 2008. С. 227–236.

Бутиков Г. П. Государственный музей «Исаакиевский собор». Санкт-Петербург, 1998.

Высочайше утвержденный церемониал освящения С. Петербургскаго кафедральнаго Исаакиевскаго собора 30 мая 1858 года. Санкт-Петербург.

Лотман Ю. М., Успенский Б. А. Отзвуки концепции «Москва – Третий Рим» в идео логии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) // Художественный язык Средневековья. Москва, 1982. С. 236–249.

Серафимов В., Фомин М. Описание Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге, со ставленное по официальным документам. С приложением четырех рисунков Со бора, плана его и портрета архитектора де-Монтферранда, литографированных на камне. Санкт-Петербург, 1865.

Торжественное празднество открытия и освящения Санктпетербургскаго кафед ральнаго собора во имя преподобнаго Исаакия, исповедника обители Далмат ския, с кратким описанием жизни Исаакия и постройки собора. Санкт Петербург.

Уортман Р. Сценарии власти. Мифы и церемонии русской монархии. Т. I. От Петра Великого до смерти Николая I. Т. II. От Александра II до отречения Николая II.

Москва, 2004.

Филарет. Замечания митрополита Филарета на проект церемониала освящения Исаакиевскаго собора (1858 г., 17 мая) // Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московскаго и Коломенскаго, по учебным и церковно государственным вопросам, издаваемое под редакциею преосвященнаго Саввы, архиепископа Тверскаго и Кашинскаго,. Т. IV. Москва, 1886. С. 332–334.

Ананьев Виталий Геннадьевич, кандидат исторических наук старший преподава тель кафедры музеологии исторического факультета Санкт-Петербургского госу дарственного университета;

wostokzapat@newmail.ru Барт. 2008. С. 234.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.