WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

ИДЕОЛОГИЯ И ПОЛИТИКА М. М. ГОРЕЛОВ «ПАНЕГИРИК КОРОЛЕВЕ ЭММЕ»:

СВИДЕТЕЛЬСТВО ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ ИЛИ ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПРОПАГАНДА?

В статье рассматривается памятник XI в., прославляющий иноземную датскую династию, которая правила в Англии в 1017–1042 гг. «Панегирик королеве Эм ме», созданный по заказу датских правителей, представляет собой яркий обра зец средневековой риторичности и, одновременно, крайней субъективности, выставляя в выгодном заказчикам свете политическую ситуацию в стране и вопросы престолонаследия. Ставится вопрос: можно ли считать этот текст сви детельством исторической памяти англосаксов об эпохе датского господства.

Ключевые слова: панегирик, Эмма, Кнут, датский, англосаксы, престол.

Среди не отличающихся многочисленностью нарративных источ ников по истории Англии первой половины XI в. несколько особняком стоит «Панегирик королеве Эмме» (“Encomium Emmae Reginae”) — отчасти потому, что является нарративом весьма своеобразным. Он на ходится как бы в тени столь величественных памятников того времени, как, например, «Англосаксонская хроника» — главный летописный ис точник донормандского периода. На изучение «Панегирика» наклады вает свой отпечаток и тот факт, что произведение это в такой же мере риторическое, сколь и повествовательное, и это обстоятельство не мо жет не осложнять анализ содержащихся в нём сведений. Порой за пыш ной риторикой автора, обусловленной самим характером произведения, совершенно теряется сколько-нибудь правдоподобная историческая канва излагаемых событий, либо они преподносятся крайне однобоко и превратно, что, конечно, не является исключением ни для средневеко вых нарративов, ни для повествовательных источников любой эпохи вообще, но в «Панегирике» эта черта проступает особенно рельефно.

Вместе с тем, ставя вопрос о том, может ли служить данный источник надёжным средством отображения исторической памяти современников о политических событиях английской истории первой половины XI в., следует учитывать то обстоятельство, что фонд нарративных источни ков для того периода вообще не отличается богатством и многообрази ем. Практически бесписьменное традиционное, сельское общество ран несредневековой Европы, в котором грамотой владели лишь клир и не 152 Идеология и политика многочисленные образованные представители знати, не обладало бога той литературной традицией. Это в значительной мере относится и к историописанию, которое в те времена фактически являлось прерогати вой приближённых к правящим кругам церковных историографов, ра ботавших обычно в монастырях — древних центрах интеллектуальных традиций, книжности, письменной культуры. Поэтому в условиях отно сительной бедности источниковой базы историку приходится макси мально использовать все имеющиеся тексты.

Переходя непосредственно к рассмотрению «Панегирика королеве Эмме», необходимо хотя бы вкратце изложить исторический контекст тех событий, по мотивам которых он был написан. Это события датско го завоевания Англии в начале XI в. и последующего правления в этой стране иноземной, датской династии. Датское завоевание во второй по ловине XI в. в исторической памяти англичан последующих поколений было сильно оттеснено на задний план другим иноземным завоевани ем — нормандским, которое повлекло за собой гораздо более сущест венные, фундаментальные сдвиги в политической, экономической, пра вовой, культурной сферах жизни английского общества. Между тем, датский период в истории Англии ничуть не менее интересен для ис следователя, если рассматривать его без предвзятых точек зрения, ранее бытовавших в отечественной историографии по причине «формацион ного» подхода, согласно которому нормандское завоевание стадиально изменило развитие английского общества и потому более значимо, чем датское, которое таких изменений с собой не несло.

Датское завоевание Англии произошло в результате серии воору жённых конфликтов между складывавшейся молодой скандинавской державой и Англией, у руля управления которой на рубеже двух столе тий оказался король Этельред Нерешительный (978–1016). В результате ряда неудачных обстоятельств и слабости управления, обусловленной во многом личными качествами монарха, Англия не сумела эффективно противостоять нашествиям скандинавских завоевателей, начавшимся как хорошо известные и прежде набеги викингов, а закончившимся полномасштабной войной, которую вело поднимающееся раннее дат ское государство с его прекрасно организованными и подготовленными вооружёнными силами, детищем короля-воина Свена Вилобородого и его предков. Несмотря на то, что в англо-датских столкновениях, длив шихся с незначительными перерывами с 1003 до 1016 г., англосаксы оказывали скандинавам ожесточённое сопротивление, порой добиваясь значительных успехов, а порой даже совершая героические деяния, во шедшие в эпическую традицию (см. англосаксонскую поэму «Битва при М. М. Горелов. «Панегирик королеве Эмме»… Мэлдоне»), общее руководство английскими войсками и администраци ей было неэффективным, и страна скатывалась в глубокий кризис, усу гублённый стихийными бедствиями, а также предательским поведением многих представителей правящей знати, искавшей компромисса с за воевателями во имя собственного спасения. В результате наступатель ная инициатива полностью перешла в руки датчан, а внезапная смерть наследника Этельреда Эдмунда Железнобокого, оказывавшего наиболее действенное сопротивление датчанам, побудила английскую правящую элиту признать новым монархом датского претендента Кнута — сына Свена Вилобородого, скончавшегося в ходе военных действий в Анг лии. Кнут вместе с отцом возглавлял кампанию датской армии в Англии и постепенно завоевал симпатии английского общества своими качест вами умного и созидательного государственного лидера, получив со временем прозвище «Великий». Вместе с тем, для самого Кнута именно Англия была оптимальным местом для политической карьеры, посколь ку в самой Дании, на его родине, престол занял его старший брат со гласно порядку наследования трона. Таким образом, Кнут в 1017 г. стал правителем именно Англии, и лишь потом воссоединил со своей новой державой Данию, а также Норвегию, что в совокупности составило так называемую «Империю Кнута Великого» — значительное, но непроч ное государственное образование, которое, как и многие другие ранне средневековые «империи» подобного типа, распалось вскоре после смерти своего основателя (1017–1035)1.

Отметить, что сам факт восшествия на престол иноземного монар ха вовсе не был чем-то экстраординарным как для Средневековья, так и других периодов истории человечества. Приняв нового монарха и но вую династию на своём престоле, английская знать фактически «голо совала» за стабильность и сильного лидера, который в результате и дал стране эту самую стабильность после долгих лет войн и бедствий, пре следовавших страну в правление Этельреда. С другой стороны, важную роль сыграло то, что Англия за предыдущие полтора столетия в этно культурном плане оказалась плотно вписанной в «мир викингов»: во первых, ввиду родственного этнического происхождения самих англо саксов и скандинавов, во-вторых, по причине широкого расселения скандинавских колонистов по Британским островам, в результате чего этот этнический элемент прочно вошёл в формирующуюся английскую народность. Это особенно облегчалось упомянутым этнокультурным родством: с принятием христианства и переходом к оседлой жизни у Подробнее см.: Горелов. 2007.

154 Идеология и политика скандинавских пришельцев, по сути, не осталось никаких причин для серьёзных противоречий с коренным населением Англии, а покорение английской короной независимых скандинавских правителей на анг лийской территории в X в. привело к слиянию двух этнокультурных элементов в рамках теперь уже единого государства. Относительно без болезненное «усвоение» новой волны датчан, пришедших с Кнутом, на английской земле было фактически подготовлено этим вековым про цессом, в ходе которого английское общество стало, по сути, англо скандинавским. Новые пришельцы совершенно не потрясали его куль турных основ и политических традиций, напротив, учась у англосаксов более древним и развитым традициям в политической, экономической, культурной областях и обогащая тем самым строительство молодой государственности и культуры в рамках северной империи Кнута.

Вместе с тем, взойдя на английский престол, Кнут столкнулся с необходимостью выработки внутриполитического курса, должного спо собствовать национальному примирению вчерашних противников, пре одолению негативной памяти о недавней войне, в которой обе стороны понесли тяжёлые людские и материальные потери. Такой курс был с успехом воплощён в жизнь, опираясь на идею единения всех подданных нового монарха, независимо от этнического происхождения. Ключевую роль в реализации этого курса сыграли, во-первых, кадровые переста новки в рядах правящей элиты, в результате которых англосаксы не ис пытывали никакой дискриминации по сравнению с победителями датчанами, а порой занимали даже и более значимые посты;

во-вторых, равенство англосаксов и скандинавов в правах и обязанностях перед государством;

и, в-третьих, создание образа «христианского государя», которое Кнут произвёл при активной поддержке английской церкви, платя ей за это сторицей. Наконец, чтобы подчеркнуть преемственность своей власти со старыми английскими традициями, Кнут вступил в брак с вдовой прежнего английского короля Этельреда Нерешительного — Эммой, которой официально и посвящён «Панегирик».

Рассматривая биографию Эммы, приходится вернуться назад;

в 1002 г. Эмма, дочь герцога Нормандии Ричарда I (942–996), стала женой Этельреда Нерешительного, для которого данный брак преследовал скорее политические цели, а именно — улучшение отношений с сосед ней Нормандией, из портов которой викинги совершали набеги на Анг лию, в полной мере используя удобство близких к английскому побе режью баз. Династический брак с Эммой дал ожидаемые результаты:

порты Нормандии отныне были закрыты для скандинавских пиратов, атаковавших Англию. С этого момента англо-нормандские связи неук М. М. Горелов. «Панегирик королеве Эмме»… лонно укрепляются, обернувшись в итоге, между прочим, таким неожи данным результатом как нормандское завоевание Англии во второй по ловине XI в. Более того, именно в Нормандии нашла убежище и под держку английская королевская семья в 1014 г., когда Англия после ря да поражений была практически оккупирована победоносными датски ми войсками. В Нормандии, на родине своей супруги, Этельред черпал ресурсы для организации вооружённого отпора датчанам в 1014–16 гг., и весьма небезуспешно. Что же касается второго брака Эммы — с Кну том Великим — то он, по всей видимости, как и первый, имел в первую очередь политические цели. Собственно, у Кнута уже была постоянная сожительница — англичанка Эльфгифу, дочь эрла Нортгемптонского, союз с которой не был освящён церковью и потому не считался леги тимным, но это обстоятельство ничуть не помешало детям Эльфгифу впоследствии участвовать в междоусобной борьбе за престол. Законный же брак с Эммой служил прежде всего тому, чтобы подчеркнуть преем ственность власти нового короля с прежними монархами из английской (уэссекской) династии, тем самым работая на общую идею примирения между завоевателями и побеждёнными и как бы легитимизируя воцаре ние иноземной династии в стране. Кроме того, этот брак нейтрализовал потенциально враждебную датчанам Нормандию, в которой укрывались представители английской династии, изгнанной датчанами2.

Забегая вперёд, отметим, что в браке с Кнутом Великим Эмма ро дила сына Хардакнута, а после смерти Кнута приняла активное участие в междоусобице, разгоревшейся в конце 1030-х гг. между сторонниками Хардакнута и потомками Эльфгифу во главе также с сыном Кнута Ха ральдом. Борьба шла с переменным успехом и, хотя увенчалась победой Хардакнута (и Эммы), царствовать ему пришлось всего два года (1040– 1042). После его внезапной смерти на английский престол вернулась другая линия потомков Эммы в лице её сына от Этельреда — Эдуарда Исповедника, росшего в эмиграции в Нормандии;

это означало рестав рацию старой уэссекской династии. Таким образом, не совершив каких либо великих политических деяний, Эмма Нормандская, волей судьбы оказалась в эпицентре династической борьбы за английский престол, причём сразу в несколько судьбоносных моментов. В этой связи вдвой не небезынтересно исследовать текст, посвящённый этой исторической личности, чья судьба совпала с переломными для страны событиями.

«Панегирик королеве Эмме» (“Encomium Emmae Reginae”) являет ся едва ли не единственным, помимо «Англосаксонской хроники», нар Подробнее см.: Stenton. 1943.

156 Идеология и политика ративным источником эпохи датской династии (1017–1042), повест вующим о датском завоевании и правлении Кнута Великого. Текст на писан около 1041 г. неизвестным монахом французского монастыря Сент-Омер (но писавшим его в монастыре Сен-Бертен). Об авторе из его же текста известно лишь то, что он встречался с Кнутом во время поездки того в Рим в 1031 г., а также то, что он писал это произведение по заказу самой Эммы. Судя по всему, Эмма выбрала автора как на ос нове личного знакомства, так и под благоприятным впечатлением от его писательских талантов. В «Панегирике» всячески превозносятся добро детели Эммы и подводится фундамент легитимности престолонаследия в пользу Хардакнута. Для лучшего выполнения этой задачи автор слага ет дифирамбы в адрес предков Хардакнута из датской династии — Кну та Великого и Свена Вилобородого, завоевателей Англии. Само же за воевание, как и обстоятельства восшествия на английский престол двух упомянутых монархов, описаны в весьма общих чертах и с присущей более поздним рыцарским романам цветистостью. Как отмечает видный английский источниковед А. Грансден, «риторический элемент сильно снижает ценность “Похвалы” как исторического источника»3.

Структура произведения выглядит следующим образом. Пролог содержит пространное посвящение Эмме Нормандской, полное изы сканных комплиментов и написанное высоким риторическим стилем.

Эта же линия продолжается во введении («Аргументе»), в котором ав тор обращается также к читателю и подчёркивает, что основная цель произведения — восхваление Эммы4. Кроме того, с не меньшим пафо сом он возносит здесь похвалы монархам датской династии, проводя параллели между «Панегириком» и аналогичными трудами античных авторов в честь римских императоров5. Наконец, он обрисовывает крат кое содержание своего повествования, которое затем более детально раскрывается в трех основных главах «Панегирика».

Первая из них посвящена приходу к власти в Дании Свена Вило бородого, выдержавшего нелёгкую борьбу за престол со своим отцом Харальдом Синезубым, которая вылилась в военное столкновение и победу Свена. Далее в главе описаны походы Свена на Англию, англо датские войны и смерть Свена от старости в ходе этих войн, накануне полной победы датчан. Вторая глава посвящена Кнуту, который про должил дело умершего отца, завершил завоевание Англии, выдержав Gransden. 1974. P. 58.

Encomium Emmae Reginae. 1949. (Далее — EER). P. 6, 8.

Ibid. P. 6.

М. М. Горелов. «Панегирик королеве Эмме»… ряд сражений с ещё оказывавшими сопротивление англосаксами, и, на конец, взошёл на английский престол ввиду внезапной смерти своего главного противника — английского короля Эдмунда Железнобокого, с которым первоначально Кнут уже почти договорился о разделе страны на два королевства (как это уже было в IX в.). Далее в главе вкратце описывается правление Кнута, его мудрая внутренняя политика, благо деяния по отношению к английской церкви, праведность и набожность государя, его паломничество в Рим и, наконец, смерть. Помимо прочего, автор описывает в этой главе свои личные впечатления от созерцания Кнута во время посещения королём монастырей Сент-Омер и Сен Бертен в ходе поездки в Рим. Наконец, в третьей главе «Панегирика» рассказывается о женитьбе Кнута на Эмме Нормандской, превозносятся добродетели обоих супругов и их детей, а затем излагается история междоусобной борьбы за английский престол после смерти Кнута меж ду потомками Эммы и Эльфгифу, причём автор приписывает первым однозначно позитивные черты, а вторым — подчёркнуто негативные.

Хотя на автора — представителя просвещённого клира, писавшего на латыни, безусловно, оказали влияние образцы античной словесно сти6, текст «Панегирика» в своей основе имеет гораздо больше общего с эпическими сказаниями в духе более поздних рыцарских романов (чьи сюжеты в значительной степени базировались на раннесредневековых легендах, будь то повествования о Роланде, Тристане и Изольде, короле Артуре и рыцарях Круглого Стола или стихотворные произведения вроде «Песни о Нибелунгах» и др.) Сам автор неоднократно подчёрки вает свою принадлежность к латиноязычной церковной культуре, то скрупулёзно переводя английские названия населённых пунктов, рек и прочих географических объектов на латынь, то ссылаясь на Вергилия, то прямо говоря о себе и своей культурной среде “nos Latini”7. Однако, если сопоставить «Панегирик» с таким известным трудом, как биогра фия Карла Великого, написанная Эйнхардом двумя столетиями раньше, то, невзирая на сходство жанра и задач, декларируемых авторами, мож но заметить, что Эйнхард в большей степени следовал модели Светония с его жизнеописаниями римских цезарей, тогда как автор «Панегирика» предпочитает именно эпический акцент, часто пренебрегая точностью и подробностью изложения в угоду эмоциональной и напыщенной сло весности, присущей героическим сказаниям;

отводит очень много мес та, например, величественному виду кораблей и войска, отправляющих EER, Introduction. P. xxiv.

EER. P. 24.

158 Идеология и политика ся на войну;

целые страницы посвящены описанию сверкающих на солнце доспехов, гордой стати воинов, героических эмоций сражаю щихся и т.п.8 Вместе с тем, таким важнейшим моментам, как, например, обстоятельства прихода к власти Свена Вилобородого в Дании, уделено очень мало места. То же самое в полной мере характерно по отношению к описаниям английских правителей, противостоявших датской агрес сии: пожалуй, единственный из них, удостоенный автором более-менее пространного упоминания — это Эдмунд Железнобокий, да и то он ин тересует его скорее как эпический герой, храбрый воин, сражавшийся на равных со своим противником Кнутом9. Об остальных представите лях английского королевского дома, в частности — об Этельреде, на время царствования которого и пришлось наибольшее количество анг ло-датских столкновений, не говорится практически ни слова. Между тем, фигуры датских королей-завоевателей Свена и Кнута, вокруг кото рых вращается повествование, рассматриваются как исключительно позитивные, носители всех мыслимых и немыслимых добродетелей, именно в таком свете, в каком обычно освещаются положительные главные герои в эпических произведениях. Таким образом, «Панеги рик» хотя и следует собственно панегирическим задачам, воспевая доб родетели главных персонажей, но в то же время может быть отнесён и к эпическому жанру, поскольку представляет развёрнутую картину реа лизации героями своих позитивных качеств и талантов на фоне мас штабных политических, военных, государственных событий, служащих как бы обрамлением для светлого образа самих героев.

По мнению британского издателя и комментатора «Панегирика» А. Кэмпбелла, автор произведения был знаком с жизнеописанием анг лийского короля Альфреда Великого, написанного Ассером, а также с нормандским памятником «Деяния первых герцогов Нормандии»10, на писанным Дудо из Сен-Квентина в 996–1015 гг. как раз по указанию отца Эммы. Эти произведения и могли служить для панегириста в из вестной мере образцами по манере и стилю изложения11.

Ещё одна характерная черта такого рода произведений — дидакти чески-морализаторские мотивы, связанные как с религией, так и с норма ми обыденной морали дохристианского происхождения. Примером пер вых может служить отношение автора к двум линиям потомков Кнута См., напр.: EER. P. 12, 18, 20.

EER. P. 24.

См., напр.: Dudo of Saint-Quentin. 1997.

EER, Introduction. P. xxii, xxiv-xxv.

М. М. Горелов. «Панегирик королеве Эмме»… Великого: если потомки по линии Эммы — легитимные, и потому явля ются воплощением сугубо положительных качеств, то потомки по линии Эльфгифу — полная противоположность;

они рождены от греховного союза, не освящённого церковью, и потому аморальны, коварны, завист ливы, алчны, стремятся узурпировать престол, плетут заговор — в об щем, связь легитимности и благородства происхождения с личными ка чествами отпрысков здесь очевидна и является характерной чертой фео дальной морали12. Что же касается второго, то здесь наиболее яркой ил люстрацией может служить история с Эдриком Стреоной;

этот высоко поставленный английский аристократ, близкий ко двору, во время ре шающей битвы с датчанами при Эшингдоне (1016 г.) перешёл со своими войсками на сторону датчан, что привело к поражению английской ар мии. Однако, после своего вступления на английский престол Кнут Вели кий не оправдал ожиданий Эдрика, надеявшегося на щедрое вознаграж дение и милости со стороны нового монарха за свой поступок, а, наобо рот, приказал казнить предателя, мотивируя этот шаг недоверием к чело веку, нарушившему лояльность своему господину13. Подобный сюжет мы можем наблюдать в литературных произведениях самых разных народов мира14, и везде он имеет сугубо морализаторскую функцию — осуждение предательства, нарушения обязательств верности, что, по понятным при чинам, особенно осуждалось в среде военной знати.

Поскольку «Панегирик» затрагивает реальные исторические собы тия, существенно повлиявшие на судьбу не только Англии, но и скан динавских государств, вошедших в державу Кнута Великого, то неиз бежно возникает вопрос — насколько достоверными можно считать сведения этого источника, автор которого изначально позиционировал цели, отличающиеся от целей хронистов? Можно ли вообще судить по нему об исторической памяти современников о данных событиях, если «Панегирик» написан даже не уроженцем Англии, а иноземным мона хом, скорее всего, далёким от этих событий и их глубокого осмысления, более того — писавшим это произведение фактически по заказу датских правителей Англии с целью их прославления?

Очевидно, для ответов на эти вопросы оптимальным вариантом будет сопоставление с другими источниками. Так, например, целесооб разно сравнить описание восшествия на датский престол Свена Вилобо родого, будущего покорителя Англии, в разных нарративных источни EER. P. 38-42.

EER. P. 32.

См., напр., схожий сюжет о наказании клятвопреступника Чингисханом:

Козин. 2002. С. 98.

160 Идеология и политика ках. Свен взошёл на датский престол в конце 980-х гг., одержав верх в междоусобице с собственным отцом, Харальдом Синезубым. Поводом к ней, как сообщают скандинавские саги, стали настойчивые просьбы Свена к отцу о разделении власти с ним. Согласно немецкому хронисту Адаму Бременскому, неплохо осведомлённому о скандинавских делах, Свена выдвинула в качестве претендента на престол языческая оппози ция (по всей вероятности, военная), недовольная христианизаторской политикой Харальда Синезубого в Дании;

Адам Бременский называет их «заговорщиками против христианства»15. Активную военную под держку Свену оказали легендарные йомсвикинги — воинское братство, напоминавшее более поздние рыцарские ордена и базировавшееся, ве роятно, на острове в устье Одера. Так или иначе, в сражении с флотом отца Свен был разбит, но Харальд умер от ран, поэтому престол всё равно достался Свену16. Однако, уже через год он попал в плен то ли к шведам, то ли к западным славянам (вендам), был выкуплен, затем, по легендам, несколько лет скитался по чужим землям, став в итоге викин гом и проведя всю дальнейшую жизнь в заморских походах, мало уде ляя внимания собственно датским делам17. Видимо, поэтому, как отме чает П. Сойер, о царствовании Свена Вилобородого известно крайне мало18. Имеются весьма противоречивые сведения об отношении Свена к христианству, на чём основываются и характеристики его личности.

Адам Бременский, например, говорит об эволюции Свена от «безжало стного язычника» и «отцеубийцы» к обратившемуся христианину, даже учредившему в Дании три епископства и умершему в «христианской благодати»19. Известный британский историк Ч. Оман даёт Свену край не отрицательную характеристику, называя его «одним из последних представителей поколения языческих королей-разбойников», «жесто ким варваром», «убийцей священников» и «поджигателем церквей»20, считая его ни много, ни мало лидером языческой оппозиции в Дании.

Скандинавские саги предлагают более взвешенный вариант, указывая на то, что, если Харальд Синезубый насаждал в Дании христианство в обязательном порядке, то Свен, живя в основном завоевательными по ходами, попросту не уделял этому внимания, и поэтому в некоторых местах началось возрождение язычества, хотя христианская церковь Adam von Bremen. 1917. P. 87.

Снорри Стурлусон. 1995. С. 119.

Там же;

Adam von Bremen. 1917. P. 91.

Sawyer. 1982. P. 139.

Adam von Bremen. 1917. P. 94-95.

Oman. 1938. P. 559, 574.

М. М. Горелов. «Панегирик королеве Эмме»… отнюдь не перестала функционировать21. Сведения же об обращении Свена в христианство ограничены упоминанием о его крещении около 976 г. Таким образом, это был скорее всё-таки языческий по духу ко роль-воин, вроде русского Святослава, склонный к военным авантюрам за пределами родины и обычно для таких же современников участво вавший в междоусобицах, в том числе против ближайшей родни.

В «Панегирике королеве Эмме» мы видим совсем другой портрет Свена. Это абсолютно позитивный персонаж, отмеченный печатью бо жественной благодати уже чуть ли не с рождения;

он любим народом и армией, обладает едва ли не всеми возможными добродетелями, и за это его ненавидит собственный отец, который в своей слепой злобе и завис ти к популярности сына доходит до того, что вынашивает идею изгнать Свена из страны и лишить его права престолонаследия. Это вызывает возмущение в войсках, которые массово встают на сторону Свена, и в результате происходит междоусобица между отцом и сыном, в которой Харальд терпит поражение, и престол переходит к Свену. Разумеется, далее Свен характеризуется как исключительно мудрый и положитель ный правитель, при котором дела идут наилучшим образом22.

Не менее тенденциозно в «Панегирике» освещается мотивировка вторжения датчан в Англию. Автор указывает, что у Свена Вилоборо дого как будто бы спонтанно зрела идея «завоевать Англию силой ору жия и добавить её к пределам своей державы»23. Решающим импуль сом, подтолкнувшим его к реализации этой идеи, якобы стало давление придворной военной элиты, которая убеждала Свена в необходимости этого, приводя ему в пример удачливого датского полководца Торкеля, уже несколько лет воевавшего в Англии и награбившего там много бо гатств, но в итоге перешедшего со своим войском на английскую сторо ну с целью комфортного поселения в Англии24. Между тем, истоки анг ло-датской конфронтации были гораздо древнее и существеннее, чем мы видим в этом описании. С одной стороны, они лежали в не преры вавшейся уже более столетия традиции набегов викингов, обусловлен ных внутренним состоянием скандинавского общества и служивших своего рода средством «сброса» избыточного населения, не имевшего достаточных средств к существованию у себя на родине. Возникнове ние ранней государственности в Скандинавии как раз в рассматривае Снорри Стурлусон. 1995. С. 153.

EER. P. 8, 10.

EER. P. 10.

Ibidem.

162 Идеология и политика мое время отнюдь не пресекло эту традицию, а, наоборот, поставило её на совершенно новую ступень: разрозненные отряды пиратов во главе с мелкими вождями сменились многочисленными и хорошо управляемы ми армиями и флотами молодых государств во главе с королями, для которых прежняя практика морских набегов была сколь обыденным, столь и престижным занятием. С другой стороны, поводом к обостре нию англо-датских отношений во многом послужила так называемая «резня в день св. Брайса» в Англии (1002), в ходе которой погибла сест ра Свена, и это стало побудительным мотивом к кровной мести с его стороны25. В свою очередь, резня была проявлением реакции Этельреда на участившиеся набеги викингов на Англию, которые в конце X в. ста ли постоянно практиковать как раз такие короли-викинги, как Свен Ви лобородый или Олав Трюгвасон26. Обо всём этом пласте проблем автор «Панегирика королеве Эмме» умалчивает, хотя трудно представить, что человек, близкий ко двору воспеваемых им правителей, мог совершенно не знать этих подробностей.

Наконец, особый интерес представляет описание борьбы за пре стол после смерти Кнута Великого между двумя линиями потомков по следнего от двух жён. Ситуация вокруг английского трона в немалой степени осложнялась ещё и таким фактором, как существование в эмиг рации представителей старой английской (уэссекской) династии, сверг нутой Кнутом, но, по всей вероятности, не оставлявшей надежд на рес таврацию. В этой связи, для датских правителей всякое упоминание об этой династии было, по-видимому, крайне неудобным. Вряд ли можно объяснить иными причинами, в частности, тот факт, что в «Панегири ке» практически совсем не упоминается король Англии Этельред, с ко торым, собственно, и вели войну Свен Вилобородый и Кнут. По мень шей мере странно, даже с точки зрения канонов эпических произведе ний, что имя и личность главного противника героев произведения со вершенно обойдены молчанием, тогда как логичнее было бы, наоборот, представить читателю красочное описание сильного и хитрого врага, победа над которым только прибавляла бы очков прославляемым в про изведении датским властителям. Между тем, английская воюющая сто рона представлена в произведении довольно абстрактно и безлико, не персонифицированно;

при этом, неоднократно говорится о храбрости и воинском духе англосаксов, но, тем не менее, из их предводителей ав Подробнее см.: Горелов. 2003.

Горелов. 2007. С. 47-55.

М. М. Горелов. «Панегирик королеве Эмме»… тор удостаивает наибольшим вниманием разве что Эдмунда Железно бокого, да и то величает его не более чем «юношей» (juvenis) или «предводителем» (princeps)27, явно не ставя его легитимность как пра вителя вровень с Кнутом. Тем же термином автор обозначает короля Этельреда — в единственном месте, где он хоть как-то упоминается (даже не по имени, будто речь идёт о каком-то малозначимом князь ке)28. Ещё более рельефно тема «умолчания» об англосаксонской дина стии выступает в описании брака Кнута и Эммы в 1017 г. Автор совер шенно игнорирует всю предыдущую биографию Эммы, а именно — её замужество за Этельредом и наличие наследников от этого брака. Вто рой брак Эммы с Кнутом изображается так, будто он — первый и един ственный, а невеста даже называется словом «дева» (virgo)29. Тем са мым, прежней английской династии как бы не существует;

дело пред ставлено таким образом, что завоевателю Англии Кнуту, уже наладив шему мирную жизнь в королевстве и решившему все внутригосударст венные проблемы, не хватает якобы лишь достойной жены, каковую он и обретает через сватовство к Эмме, словно всю жизнь подготовляемой провидением к этой роли30. Также ничего не говорится о детях Эммы от Этельреда, живших в эмиграции на континенте;

этих потенциальных претендентов на английский трон тоже как бы не существует — таким видится официальный пропагандистский дискурс датских правителей, озвучиваемый «Панегириком». Впрочем, косвенное упоминание о них всё-таки есть: когда у Кнута и Эммы рождается будущий наследник престола Хартакнут, родители, по словам панегириста, «отправили дру гих своих законных сыновей в Нормандию, чтобы они росли там» 31.

Между тем, в Нормандии проживали именно потомки Эммы от первого брака с Этельредом — Альфред и Эдуард (будущий Исповедник), при чём ещё с 1014 г., задолго до рождения Хартакнута, вынужденные бе жать туда в связи с датским нашествием. Таким образом, автор «Пане гирика» в данном случае пишет заведомую ложь с целью исключить всякое упоминание о прежней династии.

Вместе с тем, этот трюк совершенно не мешает панегиристу затем писать о событиях с участием тех самых сыновей Эммы от первого бра ка, а именно — о перевороте, который в 1036–1037 г. совершил сын EER. P. 22, 24.

EER. P. 22.

EER. P. 32.

Ibidem.

EER. P. 34.

164 Идеология и политика Кнута Великого от Эльфгифу Харальд, и в котором в качестве конку рента Харальда в борьбе за престол выступил не кто иной, как Альф ред — сын Этельреда и Эммы, живший в Нормандии. «Панегирик» из лагает драматичную историю коварного заговора, в ходе которого Ха ральд сначала завлёк подложным письмом (якобы от имени Эммы) Альфреда в Англию, а потом вероломно захватил его в плен и жестоко убил32. Однако автор не объясняет сколько-нибудь внятно мотивы этого деяния Харальда, видя в них примитивную злобу и желание узурпатора запугать Эмму, которую он потом изгнал из страны. С точки зрения престолонаследия, Харальду логичнее было бы плести заговор против легитимного наследника — Хартакнута, который, впрочем, был недося гаем, пребывая в Дании. Отпрыски же Эммы из уэссекской династии имели в тот момент крайне мало шансов на английский престол, буду чи, фактически, беженцами. В случае вступления в эту борьбу им при шлось бы бороться как с Хартакнутом, опиравшимся на датскую воен ную мощь, так и со сторонниками Харальда, засевшими в Англии, что было бы им вряд ли по силам. С учётом всего этого, напрашивается вы вод, что главной целью панегириста в этом отрывке было очернение самозванца Харальда, в борьбе с партией которого на английский пре стол в 1040 г. и взошёл Хартакнут — законный наследник Кнута Вели кого с точки зрения датской династии. История с убийством Альфреда придаёт облику Харальда крайне негативные черты — коварство, под лость, жестокость;

автор даже сравнивает его с мучителями ранних хри стиан, описывая расправу с Альфредом и его спутниками33. На фоне этого прибытие Хартакнута со своими сторонниками и восшествие его на престол выгодно смотрится как счастливый финал произведения, победа праведных сил над силами зла, имеющий ярко выраженный ли тературный характер и библейские коннотации. Между тем, «Англосак сонская хроника», например, приписывает пленение и расправу над Альфредом совершенно другому лицу — влиятельному магнату, эрлу Годвину, фактически правившему югом Англии (Уэссексом) и во мно гом определявшему политический расклад в стране — правда, замечает, что это деяние было в угоду Харальду34.

Подводя итоги всему вышесказанному, можно заключить, что «Панегирик королеве Эмме», будучи, безусловно, ярким и захватываю щим литературным произведением, выставляет события в том свете, в EER. P. 40-44.

EER. P. 44.

The Anglo-Saxon Chronicle, A.D. 1036. http://omacl.org/Anglo/part4.html.

М. М. Горелов. «Панегирик королеве Эмме»… каком хотели их видеть датские правители Англии — заказчики этого труда. «Панегирик» отражает историческую память современников — но память именно датской правящей элиты, в которую Эмма Норманд ская влилась через брак с Кнутом Великим. Что же касается отношения собственно англосаксов к описываемым в «Панегирике» сюжетам — оно практически никак не отражено на его страницах. Английский на род, да и знать, по сути, выступают статистами в борьбе иноземных ди настий, персонифицированной в личностях героев «Панегирика» и но сящей едва ли не эпический размах. Трудно не согласиться с мнением британских историков о том, что анонимный автор «Панегирика» пред ставляет собой характерный пример наёмного писателя, чей талант красноречия призван в полной мере восхвалять своих нанимателей35.

БИБЛИОГРАФИЯ Горелов М. М. Датское и нормандское завоевания Англии в XI в. СПб.: Алетейя, 2007.

Горелов М. М. Исторический факт: резня в день святого Брайса // Диалог со време нем. 2003. № 10. С. 352-357.

Козин С. А. Сокровенное сказание. М.: Товарищество научных изданий КМК, 2002.

Сага об Олаве сыне Трюггви // Снорри Стурлусон. Круг земной. М.: Ладомир, 1995.

С. 119-153.

Adam von Bremen. Hamburgische Kirchengeschichte. Hannover & Leipzig: Hahn, 1917.

Dudo of Saint-Quentin. History of the Normans, translated Eric Christiansen. London, Boydell, 1997.

Encomium Emmae Reginae. L.: Camden soc., 1949.

Gransden A. Historical writing in England c.550 to c.1307. NY: Cornell univ. Press, 1974.

Oman C. England before the Norman Conquest, being a History of the Celtic, Roman and Anglo-Saxon periods down to the year AD 1066. L.: Methuen, 1938.

Stenton F. M. Anglo-Saxon England. Oxford: Oxford univ. Press, 1943.

Sawyer P. Kings & vikings: Scandinavia and Europe AD 700–1100. L.: Methuen, 1982.

The Anglo-Saxon Chronicle, A.D. 1036. URL: http://omacl.org/Anglo/part4.html (время доступа 15.12.2009).

Горелов Максим Михайлович, к.и.н., старший научный сотрудник Центра интел лектуальной истории Института всеобщей истории РАН;

heldenhammer@yandex.ru.

EER, Introduction. P. xxxv.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.