WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

«Федеральное Государственное Унитарное Предприятие Научно-производственный Центр по сверхглубокому бурению и комплексному изучению недр Земли (ФГУП НПЦ "Недра"), г.Ярославль Московский Государственный ...»

-- [ Страница 2 ] --

Условные обозначения к рис. 4.19. Крестом показаны базальтоиды (O3-D1) Тагильской структуры. Поля базальтоидов островных дуг и континентальных и межплитных рифтов показаны контурами. Островные дуги (1-4): 1 – толеиты Марианской дуги, 2 – толеиты Алеутской дуги (центральной и восточной зоны), 3 - шошониты дуги Хонсю, 4 известково-щелочные базальтоиды и шошониты Центральной Камчатки. Базальты континентальных рифтов (5-7): 5 – Эфиопского, 6 – Йеменского, 7 – Красного моря. Состав NMORB по (Sun, McDonough, 1989). Показаны тренды изменения содержаний Nb, Sr, Ba и магнезиальности в базальтоидах с ростом TiO2 и общей щелочности: пунктирной линией в континентальных рифтах (КР), сплошной линией в островных дугах (ОД). Содержание в базальтоидах КИЛЭ и ЛРЗЭ и обогащение их КИЛЭ/ВЗЭ и ЛРЗЭ/ТРЗЭ последовательно возрастают от ранних вулканических ассоциаций к поздним. Такой характер распределения некогерентных элементов в раннепалеозойских базальтоидах можно связать с изменением состава источника плавления от сильно истощенного к недеплетированному и обогащенному. Подобная направленность изменения состава субстрата характерна для базальтоидов островодужных обстановок, в отличие от рифтогенных;

в последних мантийный источник остается неистощенным на всех стадиях развития рифтов (Магматические…, 1987;

Фролова, Бурикова, 1997 и др.). Таким образом, временную последовательность раннепалеозойских вулканических ассоциаций можно рассматривать как палеоостроводужную. Существующие представления о формировании вулканогенных образований Тагильской структуры над зоной субдукции либо в континентальном рифте в каждом случае опираются на особенности геологического положения вулканических толщ и на петрологический состав вулканитов. По представлениям Р.Г. Язевой и В.В. Бочкарева (1989, 1995, 2000, 2001) в западной и центральной части Тагильской структуры залегают (с запада на восток) типичные для островных дуг вулканиты толеитовой, известково-щелочной и субщелочной серий, и эта последовательность вулканических серий характеризует асимметричную зональность палеодуги. Ю.С. Каретин (1992, 1997, 2000, 2004) формирование Тагильской структуры как палеорифтовой аргументирует присутствием симметричной петрохимической зональности «от осей к флангам». Существование альтернативных гипотез требует детального сравнения исследуемых базальтоидов с базитами современных островных дуг и континентальных рифтов, прежде всего по геохимическим особенностям, что рассматривается в 5 главе.

5. ПЕТРОЛОГИЯ И ТЕКТОНИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА ФОРМИРОВАНИЯ РАННЕПАЛЕОЗОЙСКИХ БАЗАЛЬТОИДОВ ТАГИЛЬСКОЙ СТРУКТУРЫ Базальтоиды из различных геодинамических обстановок могут иметь сходство по химическому составу и содержанию элементов-примесей. Например, поля базальтов островных дуг и континентальных рифтов частично перекрываются в области нормальнощелочных низкотитанистых составов, однако они значительно различаются по содержанию негогерентных элементов в области субщелочных составов (рис. 4.19) и по отношениям элементов (Магматические…, 1987). Поэтому определение генезиса базальтоидов позднего ордовика – раннего девона Тагильской структуры построено на сопоставлении геохимических особенностей базальтоидов современных островных дуг (ОД) и континентальных рифтов (КР). 5.1. Особенности формирования магм в современных островных дугах и континентальных рифтах. Исследования особенностей геохимии и состава радиогенных изотопов базальтов современных ОД и КР показали, что основным источником вещества их расплавов является верхняя мантия, а дополнительным – вещество коры. Однако составы мантийных источников в КР и в ОД формируются при участии различных процессов. Мантийным субстратом вулканитов КР является литосферная мантия, обогащенная веществом мантийного плюма, который формирует обогащенный источник того же типа, что и вулканитов океанических островов (ОО). В плавление также может вовлекаться переработанная (рециклинговая) литосферная мантия, близкая к мантии MORB. В континентальных рифтах обычно фиксируется многостадийная контаминация расплавов коровым веществом на уровне нижней и верхней коры (Marty et al., 1996;

Baker et al., 1996;

Pik et al., 1999). В формировании источника островодужных магм в надсубдукционном клине принимает участие вещество деплетированной мантии, в различной степени обогащаемой флюидами и частичными выплавками из субдуцируемой литосферы: гидротермально измененной океанической коры и океанических осадков (Brown et al., 1982;

Brenan et al., 1995;

Stern, Kilian, 1996 и др.). В обстановках континентального рифтогенеза расплавы формируются над поднимающимся из астеносферы мантийным плюмом (диапиром разуплотненного вещества) при адиабатическом снятии давления (декомпрессионное плавление);

образующиеся расплавы обеднены водой. В надсубдукционных обстановках расплавы формируются в обводненном мантийном клине в значительной степени за счет снижения температуры солидуса и обогащены водой по сравнению с расплавами зон континентальных рифтов (Магматические…, 1987 и др.). Последовательность вулканизма в КР в целом отражает увеличение степени плавления мантийного субстрата, в ОД, напротив, степень плавления мантийного субстрата во времени снижается (Магматические…, 1985 и др.). Существующие различия между мантийными и коровыми источниками вулканитов ОД и КР можно использовать для определения генезиса исследуемых базальтоидов. Обсуждение их островодужной либо континентально-рифтогенной природы может быть построено на установлении источников вещества: основной мантийной составляющей и дополнительной коровой составляющей. Распознание участия и оценка вклада каждого из источников вещества требует изотопно-геохимических исследований. Однако вариации изотопных отношений часто бывают незначительными по сравнению с вариациями отношений некогерентных элементов (например, в базальтах островных дуг и рифтов отношения 87Sr/86Sr часто укладываются в пределы мантийных значений 0,704+0,002). Об участии того или иного источника вещества в формировании магматических расплавов так же позволяют судить отношения некогерентных элементов, для которых характерно контрастное поведение в процессах частичного плавления бедных водным флюидом мантийных перидотитов (континентальные и межплитные рифты) и обогащенных водным флюидом мантийных перидотитов (над зонами субдукции). Для сравнения в работе использованы данные по базальтам современных ОД и КР (GEOROC, http://georoc.mpch-mainz.gwdg.de/georoc). Базальты современных континентальных рифтовых зон входят в состав щелочной, субщелочной и толеитовой серий. Общая направленность эволюции вулканизма в рифтовых зонах следующая: базальтоиды повышенной щелочности (характерны для этапа рассеянного ареального рифтинга с минимальным растяжением коры) субщелочные и толеитовые базальты «переходной» серии (характерны для этапа ареального рифтинга при значительном и сильном растяжением коры) толеитовые базальты, близкие к океаническим (характерны для межплитного осевого трога и срединной рифтовой долины при разрыве коры и зарождении спрединга) (Магматические…, 1985). Базальты, индикаторные для всех стадий внутриконтинентального рифтогенеза (предрифтовой стадии) и межконтинентального рифтогенеза (собственно рифтовой стадии, переходной к спрединговой), присутствуют в Африкано-Аравийской рифтовой зоне. Поэтому они, за исключением базальтов щелочной серии, не встречающихся среди вулканитов позднего ордовика – раннего девона Тагильской структуры, были использованы для сравнения. Предрифтовый период представляют олигоценовые (31-26 млн. л.) базальты эфиопского (Brotzu et al., 1981;

Thompson et al., 1983;

Pik et al., 1998;

Pik et al., 1999) и йеменского рифтов (Baker et al., 1996). Они образуют «переходную» серию, включающую субщелочные и нормально-щелочные толеитовые разности (Магматические…, 1985).

Считается, что эти базальты выплавились из обогащенного мантийного источника, возникшего при взаимодействии вещества плюма и континентальной гетерогенной литосферной мантии;

кроме того, магматические расплавы контаминировались коровым веществом на уровне нижней и верхней коры (Baker et al., 1996;

Pik et al., 1999). Собственно рифтовый период (межплитный рифт), предшествующий океанскому спредингу, представляют четвертичные базальты Красноморского рифта (Altherr et al., 1988;

Altherr et al., 1990;

Rogers, 1993;

Volker et al., 1997) - нормально-щелочные толеиты, близкие к океаническим. Базальты современных островных дуг входят в состав толеитовой, высокомагнезиальной (бонинитовой), известково-щелочной и субщелочной серий. Общая направленность эволюции вулканизма в островных дугах: толеитовые + высокомагнезиальные (бонинитовые) серии известково-щелочные серии субщелочные серии, - отражает снижение степени плавления мантийного субстрата (Магматические…, 1985). Временные ряды вулканических ассоциаций в островных дугах непостоянны, поскольку вулканизм отражает сложное сочетание большого количества факторов. Характер островодужного вулканизма в значительной степени зависит от строения литосферы, морфологии зон Заварицкого-Беньофа и глубинных геодинамических процессов на границах и в тылу конвергирующих плит (Магматические..., 1987;

Фролова, Бурикова, 1997 и др.). Морфоструктурно островные дуги связаны с окраинами континентов (периферийно-океанические Японская, Курило-Камчатская дуги), приурочены к зонам, удаленным от континентов (внутриокеанические Алеутская дуга, Тонга-Кермадек-Новозеландская и БонинМарианская системы дуг), или не имеют связи с океаном (внутриконтинентальных морей - Липарская, Тирренская, Эгейская дуги). Тектонически зоны субдукции располагаются на конвергентных границах плит типа континент-океан, океан-океан. В дугах с сегментированной структурой корового основания зоны субдукции несогласно наложены на поверхностные структуры (Курило-Камчатская, Алеутско-Аляскинская и др.). В дугах, расположенных на коре океанического типа, доминируют толеитовые и высокомагнезиальные (бонинитовые) серии вулканитов. В дугах, заложенных на коре субконтинентального типа, наиболее широко развиты известково-щелочные и субщелочные серии вулканитов. Поэтому, для сравнения раннепалеозойских вулканических ассоциаций (O3-D1) с формационными рядами ОД были использованы данные по базальтам из разных дуг. Толеитовую серию представляют олигоцен-миоценовые низкокалиевые базальты внутриокеанической Марианской дуги (Hickey, Frey, 1982;

Bougault et al., 1982;

Hole et al., 1984;

Elliot et al., 1997) и умереннокалиевые базальты плиоцен-плейстоценового возраста центральной и восточной части внутриокеанической Алеутской дуги (Marsh, 1976;

Brown et al., 1982;

Myers et al., 1985, 1986;

Myers, Marsh, 1987;

Debari et al., 1987;

Fournelle, Marsh, 1991;

Myers, Frost, 1994). Базальты этих дуг наиболее сильно отличаются по условиям генерации от базальтов континентальных рифтов. Считается, что они сформировались на коре океанического типа из мантийного источника без участия или влияния континентальной литосферной мантии и коры континентального типа. Известково-щелочная и субщелочная (шошонитовая) серии представлены плиоцен - голоценовые базальтоидами Центральной Камчатки (Dorendorf et al., 2000;

Churikova et al., 2001), и кайнозойскими базальтоидами юго-западной и северо-восточной тыловых зон дуги Хонсю (Nakamura et al., 1989, 1990;

Uto. et al., 1994;

Xu, 1988;

Hoang, Uto, 2003). Формирование известково-щелочных и субщелочных серий вулканитов этих дуг происходило из мантийного источника на коре субконтинентального типа (Петрология…, 1987). Рассматриваются также субщелочные умереннокалиевые базальтоиды тыловых зон Центральной Камчатки и дуги Хонсю, генерация которых связана с формированием Центрально-Камчатской депрессии и бассейна Японского моря, соответственно, и происходила из мантийного источника, обогащенного компонентом OIB. В Приложении 3 приведены средние составы базальтоидов островных дуг (табл.1, 2) и континентальных рифтов (табл. 3), использованные в работе. 5.2. Изотопно-геохимические данные о роли мантийной и коровой составляющих источников плавления раннепалеозойских базальтоидов Базальтоиды именновского комплекса характеризуются 143 143 Sm/144Nd=0,135-0,147;

Nd/144Nd=0,512882 и Nd=7,5-8,1;

базальтоиды кабанского комплекса 147Sm/144Nd=0,159;

Nd/144Nd=0,513028 и Nd=9,7 (данные Н.А. Румянцевой, ВСЕГЕИ). Магматические породы павдинского и именновского комплексов (S1-2) характери зуются, в среднем, 147Sm/144Nd=0,148;

143Nd/144Nd=0,512852 и NdT=6,8 (Розен и др., 1999). Комагматичные силурийским вулканитам павдинского комплекса плагиограниты Левихинского 87 плутона также характеризуются низкими начальными отношениями Sr/ Sr=0,70402, повышенным Sm/ Nd отношением (0,1368-0,1680) и Nd=6,1-4, (Попов и др., 2003). По данным (Бубнов и др., 2001;

Комплексные…, 2001;

Выполнить…, 2003) в базальтоидах (O3-S1-2) эффузивной, субвулканической и вулканокластической фаций первичный изотопный состав Sr/86Sr варьирует в следующих пределах: 0,7036480, (базальты верхнекабанского комплекса);

0,7038650,704517 (туфы андезитов и туффиты павдинского комплекса);

0,7037430,704666 (базальты именновского комплекса);

0,7038730,704781 (базальты гороблагодатского комплекса). В вулканитах кислого соста ва первичные изотопные отношения Sr такие же, как в базальтоидах: в позднеордовикских кабанских плагиодацитах (87Sr/86Sr=0,704268-0,704308), в позднесилурийских дацитах гороблагодатского комплекса (87Sr/86Sr=0,70421). По сравнению с базальтами СОХ вулканогенные породы (O3-S1-2) характеризуются более радиогенным составом Sr. Повышение радиогенного состава Sr в вулканогенных породах может объясняться добавлением океанических осадков в мантийный источник. Так же предполагается (Покровский и др., 1996;

Розен и др., 1999), что увеличение Sr/86Sr отношения могло произойти при изотопном обмене между породой и океаниче ской водой, о чем свидетельствует незначительное утяжеление изотопного состава кислорода в клинопироксене (18O=6,6) и в альбитизированном плагиоклазе (18O=10,5-11,2). Области изотопных отношений Sr и Nd вулканитов островных дуг и континентальных рифтов частично перекрываются. Тем не менее, изотопный состав Sr и Nd позволяет оценить степень участия в образовании магм пород верхней мантии, сиалических пород континентальной коры, осадков и базальтов гидротермально измененной океанической коры, то есть, разделить вулканиты из разных тектонических обстановок. Изотопный состав Sr и Nd базальтов, сформированных на континентальной коре (КК), зависит от геохимической истории и возраста источника плавления, в качестве которого обычно рассматривается верхняя мантия и породы КК, контаминирующие магмы на уровне нижней или верхней коры. Вулканические породы современных ОД характеризуются широким диапазоном изотопных составов Sr и Nd (Turner, Foden, 2001;

Lina et al., 1997;

Churikova et al., 2001;

Ishikawa et al., 2001;

Elburg et al., 2002;

Hildreth et al., 2004), в чем отражаются особенности вулканических провинций, в частности различия источников (гетерогенной - примитивной или деплетированной мантии, измененной океанической коры и океанических осадков, континентальной коры), за счет которых происходит формирование магм (Фор, 1989). Изотопные отношения Sr и Nd пород островных дуг, возникших на океанической коре, располагаются вдоль мантийной последовательности, но, по сравнению с базальтами СОХ породы островных дуг обогащены радиогенным Sr и обеднены радиогенным Nd. Подобные изменения объясняются метаморфизмом источника типа MORB (с низким отношением Rb/Sr и высоким Sm/Nd) флюидами и частичными расплавами за счет субдуцируемых осадков (Тейлор, Мак-Леннан, 1988;

Фор, 1989). Контаминация расплавов материалом континентальной коры (вулканиты континентальных окраин) приводит к значительному увеличению Sr/86Sr и снижению Nd/144Nd отношений относительно вулканитов океа нических ОД (Фор, 1989).

Приведенные данные по изотопному составу Sr и Nd раннепалеозойских вулканитов Тагильской зоны показывают, что источником вещества для них являлась обедненная верхняя мантия и, скорее всего, кора океанического типа;

участие коры континентального типа в их формировании не фиксируется. 5.3. Оценка мантийной составляющей источников плавления раннепалеозойских базальтоидов В качестве мантийных источников обычно рассматриваются: деплетированная мантия (источник MORB);

примитивная астеносферная мантия;

мантия, обогащенная компонентом OIB (ЛРЗЭ+Zr и Nb). Оценить состав мантийного субстрата позволяют высокозарядные элементы (ВЗЭ) и тяжелые редкие земли (ТРЗЭ), так как основным их источником остаются перидотиты мантийного клина, а крайне незначительное перераспределение ВЗЭ и ТРЗЭ во флюид, за счет чего они не транспортируются в заметных количествах водным флюидом, дает основание не рассматривать океанические осадки в качестве дополнительного источника ВЗЭ и ТРЗЭ в надсубдукционных обстановках (Brenan et al., 1995). При декомпрессионном плавлении перидотитов мантийного клина содержание и распределение ВЗЭ и ТРЗЭ в базальтоидах зависит от состава мантийного источника, степени частичного плавления и контролируется коэффициентами распределения KDминерал/расплав (Хендерсон, 1985 и др.). Предшествующее плавление или высокая степень плавления источника приводят к снижению содержаний высокозарядных элементов с более низким коэффициентом распределения KDминерал/расплав относительно элементов с более высоким KD. Таким образом, в вулканитах, формирующихся из обедненного источника, будет наблюдаться снижение содержаний наиболее некогерентных элементов и таких отношений, как Nb/Zr, Zr/Ti, Nb/Ti, что контролируется положительной корреляцией указанных отношений ВЗЭ с La/Yb, Th/Yb, Rb/Sr и др. Например, базальты N-MORB, формирующиеся при более высокой степени плавления, чем базальты OIB, характеризуются более низкими отношениями Nb/ZrN (~0,50;

нормировано по хондриту C1) относительно OIB (~2,70), и более высокими Ti/Zr (~103 и ~61, соответственно). При плавлении перидотитов мантийного клина, метасоматизированных субдукционными флюидами, распределение ВЗЭ и ТРЗЭ контролируется не только процессами плавления и KDминерал/расплав, но и процессами дегидратации субдуцируемой плиты и KDминерал/флюид. Оценить воздействие флюида позволяют отношения тех ВЗЭ, для которых установлены отчетливые различия во фракционировании в расплав и во флюид, например, Nb и Ta. Установленный для рутила контрастный характер коэффициентов распределения Nb и Ta в расплав и во флюид (DNb/DTa рутил/расплав<1;

DNb/DTa ру тил/флюид>1) позволяет использовать отношение Nb/Ta для разграничения пород, при формировании которых играло (более низкие Nb/Ta отношения) либо не играло (более высокие Nb/Ta отношения) взаимодействие мантийного субстрата с водным флюидом (Munker, 1998). Поскольку в составе субдукционного компонента, воздействующего на мантийный субстрат, водный флюид и расплав могут присутствовать в различных соотношениях (Drummond, Defant, 1990;

Stern, Kilian, 1996;

Yogodzinski, Kelemen, 1998;

Grove et. al., 2002), отношение Nb/Ta в островодужных вулканитах может значительно варьировать. Оценить доминируещее воздействие водного флюида или расплава можно по отклонению отношений Nb/Ta и Zr/Hf в базальтоидах от хондритового и от базальтов СОХ и ОО. В последних отношения Nb/Ta и Zr/Hf по средним оценкам близки к хондритовым (Nb/Ta~17,7 и Zr/Hf=36-37). То есть в породах, сформировавщихся в условиях декомпрессионного плавления при низком содержании воды, корреляция между Nb/Ta и Zr/Hf отсутствует. Островодужные вулканиты, таким образом, должны отличаться от вулканитов континентальных рифтов (КР). Если в исследуемых базальтоидах будут наблюдаться взаимосвязанные вариации Nb/Ta и Zr/Hf относительно хондрита, а, следовательно, и относительно базальтов СОХ и ОО, это может являться признаком их формирования в островодужной обстановке. Снижение Nb/Ta и Zr/Hf в вулканитах ОД относительно хондрита (примитивной мантии) будет свидетельствовать о высокой степени плавления субстрата в присутствии водных флюидов, что должно подтверждаться снижением Th/Yb и La/Yb (Munker, 1998). Возрастание относительно хондрита Nb/Ta и Zr/Hf является результатом снижения степени плавления мантийного субстрата, метасоматизированного расплавами;

при невысокой степени плавления перидотитов в вулканитах отношение Nb/Ta увеличивается совместно с Th/Yb и La/Yb. Таким образом, сравнение базальтов современных континентальных рифтов и островных дуг по отношениям таких элементов, как Nb/Ta, Zr/Hf, Th/Yb, La/Yb, Nb/Th, позволяют оценить состав мантийного источника и условия выплавления исследуемых базальтоидов. Nb/Ta-Zr/Hf. Базальтоиды Тагильской структуры по Nb/Ta и Zr/Hf располагаются в двух полях (рис.5.1). Поле I с преимущественно более низкими, чем хондритовые, отношениями Nb/Ta (16,1-18,0) и Zr/Hf (34,0-36,6) объединяет базальтоиды O3-S1 - кабанского и красноуральского, павдинского и липовского комплексов. Поле II с преимущественно более высокими, чем хондритовые, отношениями Nb/Ta (18,7-24,5) и Zr/Hf (35,7-38,7) образуют базальтоиды S1-2-D1 - именновского, гороблагодатского и туринского комплексов.

Рис. 5.1. Положение базальтоидов Тагильской структуры на диаграмме Nb/Ta-Zr/Hf. Условные обозначения. Значками показаны базальтоиды (O3-D1): кабанские - зеленый кружок, красноуральские - красный квадрат, павдинские - оранжевый кружок, липовские - фиолетовый квадрат, именновские - голубой кружок, гороблагодатские - серый кружок, туринские - розовый квадрат. I, II - раннепалеозойские комплексы: I - O3-S1 (кабанский - красноуральский, павдинский – липовский);

II – S1-2-D1 (именновский, гороблагодатский, туринский). 1-3 - базальтоиды островных дуг: 1 – толеиты Марианской дуги, 2 – известковощелочные базальтоиды и шошониты Центральной Камчатки, 3 – шошониты дуги Хонсю. 4-5 - базальтоиды рифтов: 4 – Эфиопского, 5 – Красного моря. Составы хондрита C1, NMORB и ОО приняты по (Sun, McDonough, 1989). Черная стрелка показывает изменение составов базальтоидов Тагильской структуры от толеитовых к известково-щелочным и субщелочным разностям. Синяя стрелка показывает изменение составов базальтоидов Центральной Камчатки от известковощелочных к субщелочным разностям. Красная стрелка показывает изменение составов базальтов Эфиопского и Красноморского рифтов от субщелочных к толеитовым разностям. В базальтах Эфиопского и Красноморского рифтов Nb/Ta (в среднем~16-19) изменяется в пределах вариаций этого отношения в базальтах СОХ и ОО (~15-19) по (Kamber, Collerson, 2000). Корреляция между Nb/Ta и Zr/Hf в базальтах отсутствует (Красномор ский рифт, СОХ, ОО) либо имеет слабо выраженный обратный характер (Эфиопский рифт) (рис. 5.1). В островодужных базальтах отношения Nb/Ta и Zr/Hf связаны прямой корреляцией, как это наблюдается в известково-щелочных и субщелочных базальтоидах Центральной Камчатки, или снижаются относительно хондрита, как в толеитовых базальтах Марианской дуги (рис.5.1). В базальтоидах Тагильской структуры, как и в базальтоидах Центральной Камчатки, наблюдается прямая зависимость между Nb/Ta и Zr/Hf, что свидетельствует о воздействии субдукционного компонента на мантийный субстрат. Увеличение Nb/Ta и Zr/Hf от базальтоидов ранних вулканических ассоциаций (O3-S1) к базальтоидам более поздних ассоциаций (S1-2-D1) может быть рассмотрено в зависимости от изменения состава метаморфизующего мантийный субстрат субдукционного компонента. Как мог изменяться его состав можно судить по отношениям Nb/Ta-Th/Yb, Nb/Ta-La/Yb. Nb/Ta-Th/Yb, Nb/Ta-La/Yb. Как видно из диаграмм (рис.5.2), в базальтах Красноморского рифта, как и в базальтах СОХ и ОО, Nb/Ta не обнаруживает значимой зависимости от Th/Yb и La/Yb при увеличении степени плавления. В островодужных базальтах наблюдается иной характер зависимости между отношениями этих элементов. Толеиты Марианской дуги характеризуются низкими отношениями Nb/Ta, Th/Yb, La/Yb. В известково-щелочных и субщелочных базальтоидах Центральной Камчатки между Nb/Ta и Th/Yb, La/Yb наблюдается прямая зависимость. Такая же прямая связь Nb/Ta с Th/Yb и с La/Yb существует в известково-щелочных и субщелочных базальтоидах (II) Тагильской структуры (рис. 5.2). Толеиты (I) характеризуются наиболее низкими отношениями Nb/Ta, Th/Yb и La/Yb, по которым их можно сопоставить с толеитами Марианской дуги (рис. 5.2). Таким образом, изменение Nb/Ta относительно Zr/Hf, Th/Yb и La/Yb в базальтоидах Тагильской структуры имеет типично островодужный характер. В базальтоидах кабанского и красноуральского, павдинского и липовского комплексов (O3-S1) низким относительно хондрита отношениям Nb/Ta и Zr/Hf соответсвуют низкие отношения Th/Yb и La/Yb, что свидетельствует о высокой степени плавления мантийного субстрата и, соответственно, обогащении его преимущественно водным флюидом. В базальтоидах именновского, гороблагодатского и туринского комплексов (S1-2-D1) увеличение Nb/Ta и Zr/Hf относительно хондритовых сопровождается ростом Th/Yb и La/Yb. Это указывает на снижение степени плавления мантийного субстрата базальтоидов (S1-2-D1) за счет уменьшения в составе субдукционного компонента доли водного флюида и увеличения доли расплава.

Рис. 5.2. Положение базальтоидов Тагильской структуры на диаграммах Nb/Ta-La/Yb (а), Nb/Ta-Th/Yb (б). Условные обозначения см. рис. 5.1. Черная стрелка показывает изменение составов базальтоидов (O3-D1) Тагильской структуры от известково-щелочных к субщелочным разностям.

Тип источника плавления позволяют определить отношения Th/Yb и Ta/Yb по (Pearce, 1983). Th/Yb-Ta/Yb. Поля составов базальтов СОХ, ОО, КР и ОД на диаграмме Th/YbTa/Yb (Pearce, 1983) разделяются (рис.5.3).

Рис. 5.3. Положение базальтоидов Тагильской структуры на диаграмме Th/Yb-Ta/Yb по (Pearce, 1983). Условные обозначения базальтоидов Тагильской структуры см. рис. 5.1. I-IV- вулканические комплексы: I - кабанский и красноуральский;

II - павдинский и липовский;

III – именновский и гороблагодатский, IV – туринский. 1-4 - базальтоиды островных дуг: 1 – толеиты Марианской дуги;

2 – толеиты Центральной Алеутской дуги, 3а – шошониты дуги Хонсю, 4а – известково-щелочные базальты и шошониты Центральной Камчатки, 3б – субщелочные базальтоиды тыловой зоны дуги Хонсю;

4б - субщелочные базальтоиды Центрально-Камчатской депрессии. 5 - базальтоиды Эфиопского и Красноморского рифтов. Составы C1, PM, N-MORB, E-MORB и ОО приняты по (Sun, McDonough, 1989, 1995);

DM - модельный состав по (Salters, Stracke, 2004);

СО по (Plank, Langmuir, 1998);

PAAS и NASC по (Taylor, McLennan, 1985). Синяя стрелка показывает изменение составов базальтоидов Центральной Камчатки от известково-щелочных базальтоидов к шошонитам. Красная стрелка показывает изменение составов базальтоидов Эфиопского и Красноморского рифтов от субщелочных к толеитовым разностям. Черными пунктирными стрелками показан предполагаемый состав мантийного субстрата базальтоидов Тагильской структуры. Базальты СОХ, ОО и КР наследуют отношение Th/Ta~1 мантийных источников DM - EM (Th/Ta~0,9-1,5). В вулканитах ОД Th/Ta значительно возрастает (~5-30) преимущественно за счет увеличения Th. Обогащение островодужной мантии Th связывают с дополнительным его поступлением с субдуцируемыми осадками (Pearce, 1983;

Тейлор, Мак-Леннан, 1988;

Фор, 1989). Поскольку содержание Ta и Yb в островодужных вулканитах прямо связано с составом мантийного источника, отношение Ta/Yb является показателем степени деплетированности - обогащенности их мантийного источника (Pearce, 1983). Базальтоиды Тагильской структуры характеризуются высокими значениями Th/Ta (в толеитовых и известково-щелочных ~7-15, в субщелочных ~20-30). На диаграме Th/YbTa/Yb (Pearce, 1983) они располагаются в поле океанических ОД (рис. 5.3). По отношениям Th/Ta, Th/Yb и Ta/Yb базальтоиды Тагильской структуры резко отличаются от базальтов континентальных и межплитных рифтов. По Th/Yb и Ta/Yb можно выделить три группы базальтоидов (O3-D1). Наиболее низкими отношениями Th/Yb и Ta/Yb, близкими к подобным в толеитах Марианской дуги, характеризуются толеитовые и известковощелочные базальтоиды O3-S1: кабанского и красноуральского комплексов (I) и высокомагнезиальные известково-щелочные базальтоиды павдинского и липовского комплексов (II). В павдинских и липовских базальтоидах Th/Yb и Ta/Yb слабо возрастают, однако по Ta/Yb они значительно перекрываются с кабанскими и красноуральскими. Низкие Th/Yb и Ta/Yb наследуются базальтоидами O3-S1 от деплетированного мантийного источника (рис.5.3). В базальтоидах именновского и гороблагодатского комплексов S1-2 (III) Th/Yb и Ta/Yb возрастают, но Th/Ta не увеличивается относительно вулканитов O3-S1 (I, II), поэтому можно предположить, что их мантийный источник был близок к нормальному типу источника (источнику MORB). В субщелочных базальтоидах туринского комплекса S2-D1 (IV) возрастает преимущественно Th, и резко увеличивается Th/Ta при сохранении дефицита Ta, что характерно для базальтов надсубдукционных тыловодужных обстановок, формирующихся из метасоматизированного источника (Pearce, 1983). В отличие от субщелочных базальтоидов дуги Хонсю (3б) и Центральной Камчатской Депрессии (4б) с высоким Ta/Yb, формирование которых связано с внутридуговым и задуговым рифтингом и обогащением источников компонентом OIB (Uto et al., 1994;

Dorendorf et al., 2000;

Churikova et al., 2001), обогащение Th /Yb и дефицит Ta/Yb в высококалиевых субщелочных базальтоидах (IV), как и в шошонитах дуги Хонсю (3а), и Центральной Камчатки (4а), следует связывать с увеличением глубины и снижением степени плавления. Базальтоиды (O3-D1) Тагильской структуры формировались из деплетированной мантии, в различной степени обогащенной субдукционным компонентом, их мантийный источник имеет островодужную природу: 1. Между Nb/Ta и Zr/Hf, Th/Yb, La/Yb в базальтоидах существует прямая зависимость. Это отличает их от базальтов КР и СОХ, в которых корреляция между этими отношениями отсутствует. Прямая значимая корреляция между указанными отношениями ха рактерна для базальтов ОД. Она объясняется снижением степени плавления при уменьшении воздействия на мантийный источник водного флюида и увеличении расплава, высвобождающихся при дегидратации и частичном плавлении океанической коры от фронта к тылу дуги. Изменение Nb/Ta относительно Zr/Hf, Th/Yb и La/Yb в исследуемых базальтоидах имеет, таким образом, типично островодужный характер. 2. Низкие (ниже хондритовых) отношения Nb/Ta и Zr/Hf в базальтоидах кабанского и красноуральского, павдинского и липовского комплексов (O3-S1) можно объяснить высокой степенью плавления мантийного субстрата в присутствии водных флюидов. Это подтверждается низкими отношениями Th/Yb и La/Yb, и низкими содержаниями ВЗЭ в базальтоидах этого возраста относительно базальтов СОХ и КР. 3. В базальтоидах именновского, гороблагодатского и туринского комплексов (S12-D1) отношения Nb/Ta и Zr/Hf возрастают (превышают хондритовые) в той же последова тельности. Прямая корреляция Nb/Ta с Th/Yb и La/Yb, и снижение дефицита ВЗЭ относительно MORB указывают на последовательное снижение степени плавления мантийного субстрата с уменьшением поступления водных флюидов. 4. Базальтоиды на порядок обогащены Th и характеризуются дефицитом Ta относительно базальтов СОХ и КР, что так же характерно для современных ОД. Состав мантийного источника базальтоидов толеитовой, известково-щелочной и субщелочной серий (O3-D1) изменялся от деплетированного к обогащенному. 5.4. Природа коровой составляющей источников плавления раннепалеозойских базальтоидов Высокие отношения КИЛЭ/ВЗЭ, ЛРЗЭ/ТРЗЭ в островодужных вулканитах лучше всего объясняются крайне незначительным распределением ВЗЭ и ТРЗЭ в отделяемый от субдуцируемой плиты флюид, метаморфизующий перидотиты мантийного клина (Brenan et al., 1995;

Munker, 1998). Представление о составе вещества, которое теряет субдуцируемая плита, и которое привносится в мантийный клин, было получено при сравнении состава пород, метаморфизованных в условиях высоких давлений (эклогиты, голубые сланцы, гранулиты) с их неметаморфизованными аналогами, а также при изучении состава жильных образований в перидотитах, минералов и океанических осадков (Brenan et al., 1995;

Johnson et al., 1996;

Plank, Langmuir, 1998;

Becker et al., 2000;

Kamber, Collerson, 2000;

Brent et al., 2001 и др.). Основными составляющими субдукционного компонента, метасоматизирующего перидотиты мантийного клина, являются обогащенные летучими (H2, O2, CO2, B, Cl, F) флюиды с высоким содержанием H2O (~55-68%), Na2O (~25-33%), K2O (~5-13%), Ba (до 2000 г/т) и Sr (>500 г/т) (Grove et. al., 2002). При частичном плавлении осадков океаниче ской коры возникают известково-щелочные низкомагнезиальные расплавы андезитового дацитового состава с высокими содержаниями Al2O3 (14-15%), Pb, Sr (до ~1000 г/т), ЛРЗЭ, низкими концентрациями ТРЗЭ и Y, и высокими отношениями La/Yb, La/Nd, La/Sm, Sr/Y (>40) (Drummond, Defant, 1990;

Yogodzinski, Kelemen, 1998 и др.). Большая часть флюидов и расплавов (при низком <~1:1 соотношении расплав-порода) расходуется в метасоматических реакциях с перидотитами мантии, что приводит к формированию мантийного источника гибридного состава (флогопит-амфиболовых лерцолитов) (Stern, Kilian, 1996;

Rapp et al., 1999). В реакциях с мантийными перидотитами андезитовые - дацитовые расплавы при высоком соотношении расплав-порода >~1:1 приобретают высокомагнезиальный состав и обогащаются Zr, Th и ЛРЗЭ. И лишь некоторая часть расплавов высокомагнезиальных андезитов – дацитов может достигать поверхности. Исследования офиолитов, испытавших в зонах субдукции метаморфизм высоких давлений - низких температур, показывают, что поток субдукционных флюидов и расплавов сильно канализирован, т.е. сосредоточен в проницаемых (разломных) зонах (Miller et al., 2001). Неравномерное распределение потоков субдукционных флюидов и расплавов может приводить к широким вариациям концентраций подвижных элементов в породах надсудукционных обстановок. Сравнение коэффициентов распределения элементов-примесей KDминерал/расплав и KDминерал/флюид для клинопироксена, граната, амфибола и оливина (KDминерал/флюид экспериментально получены при давлении 2GPa и температуре 9000С (Brenan et al., 1995)) показало, что Ba, Sr и Pb имеют близкие KDминерал/расплав ~ KDминерал/флюид = 0,1-1, следовательно, эти элементы могут транспортироваться в равной степени и флюидом, и расплавом. Для Nb, U, Th KDминерал/расплав<0,1 означает, что мобилизация этих элементов возможна лишь в расплаве. Следовательно, расплавы по отношению к флюидам обогащаются U, Th, La-Nd и Nb. Таким образом, КИЛЭ и ЛРЗЭ позволяют оценить участие субдукционного компонента в генезисе вулканитов (Brenan et al., 1995;

Munker, 1998;

Class et al., 1999 и др.). Вещество, за счет которого они могли дополнительно поступать в мантийный источник, это: 1) 2) 3) 4) флюиды, отделяющиеся при дегидратации осадков, обогащены B, Pb, Cs, Rb, Ba;

флюиды, отделяющиеся при дегидратации измененных базальтов, обогащены Be, Sr, Ba, Pb;

расплавы, возникающие при плавлении осадков, обогащены Th, U, Zr и ЛРЗЭ;

расплавы, возникающие при небольших степенях плавления базальтов, обогащены Nb.

Геохимический облик вулканитов наследуется от состава мантийного источника, следовательно, позволяет установить участие субдукционного компонента в их генезисе (Tatsumi, 1991). Из взаимодействия мантийных перидотитов с субдукционными флюидами и расплавами следует, что в вулканитах относительно малоподвижных ВЗЭ и ТРЗЭ должны возрастать содержания легкоподвижных во флюидах B, Ва, Cs, Rb, Pb, Sr (и отношения Ba/Nb, Sr/Nb, Pb/Y и др.) и легкоподвижных в расплавах U, Th, La-Nd (и отношения La/Nb, Th/Nb, U/Nb и др.). Соотношение водного флюида и расплава в составе метаморфизующего компонента можно рассматривать по отношениям: легкоподвижный/слабоподвижный элемент. Преобладание в составе метаморфизующего компонента водных флюидов проявляется в увеличении отношений Ba/Th, Ba/La, Pb/Nd и др. и в снижении La/Nb, Th/Nb, U/Nb, La/Sm, La/Yb, K2O/TiO2 (Kent, Elliott, 2002). Индикатором преобладания в составе метаморфизующего компонента расплавов является увеличение в вулканитах отношений La/Nb, Th/Nb, U/Nb, La/Sm, La/Yb, K2O/TiO2 и снижение Ba/Th, Ba/La, Pb/Nd и др. Предполагается рассмотреть вариации КИЛЭ/ВЗЭ, ЛРЗЭ/ТРЗЭ в базальтоидах (O3D1) Тагильской структуры относительно базальтов СОХ, формирующихся из расплавов, обедненных водным флюидом. Предполагается сравнить исследуемые базальтоиды с базальтами островных дуг (ОД) и континентальных рифтов (КР). Это позволит определить характер распределения в них КИЛЭ/ВЗЭ и ЛРЗЭ/ТРЗЭ - островодужный либо типичный для континентальных рифтов. Sr/Nb-Ba/Nb. Рассматриваемые островодужные базальты (и энсиматических, и энсиалических ОД) обогащены Ba/Nb и Sr/Nb относительно базальтов СОХ, ОО и КР (рис.5.4). Базальтоиды (O3-D1) Тагильской структуры почти на порядок обогащены Ba/Nb и Sr/Nb относительно базальтов СОХ, ОО и КР, и по уровню накопления Ba и Sr относительно Nb сопоставимы с базальтами современных островных дуг. Ba и Sr могут накапливаться и мобилизоваться в равной степени флюидом и расплавом (Brenan et. al., 1995), но дополнительным источником Ba являются преимущественно осадки, а Sr - измененные базальты океанической коры, поэтому по изменению отношения Sr/Ba можно судить об источнике вещества, за счет которого поступали в мантийный клин эти элементы. Отношение Sr/Ba выше в павдинских и липовских базальтоидах (раннего силура) относительно кабанских и красноуральских (позднего ордовика раннего силура). Поскольку в первых также выше Sr/Nb и Ba/Nb, накопление в них Sr/Ba следует связывать не с возрастанием степени плавления, а с увеличением роли измененных базальтов океанической коры как дополнительного источника крупноионных элементов. В именновских базальтоидах (раннего-позднего силура) снижается Sr/Nb и особенно Ba/Nb, а Sr/Bа в среднем незначительно возрастает. Это соответветсвует снижению поступления субдукционных флюидов в мантийный источник и резкому снижению роли осадков как дополнительного источника крупноионных элементов. Туринские и гороблагодатские субщелочные базальтоиды (позднего силура – раннего девона) по обогащению Ba и Sr относительно Nb сопоставимы с шошонитами Центральной Камчатки и дуги Хонсю и также как они, характеризуются низким отношением Sr/Ba (~0,3-0,8). В тыловых зонах ОД встречаются субщелочные K-Na базальты, формирование которых связано с тыловодужным или внутридуговым рифтингом (дуга Хонсю, Центрально-Камчатская депрессия), но они характеризуются низкими, как в базальтах КР, отношениями Ba/Nb и Sr/Nb (рис.5.4).

Рис. 5.4. Положение базальтоидов Тагильской структуры на диаграмме Sr/Nb-Ba/Nb. I-V – базальтоиды (O3-D1): I+II – кабанские и красноуральские;

III – павдинские и липовские;

IV - именновские;

V – туринские и гороблагодатские. 1-4 - базальтоиды островных дуг: 1 – толеиты Марианской дуги, 2 – толеиты Центральной Алеутской дуги, 3а – шошониты дуги Хонсю, 4а – известково-щелочные базальты и шошониты Центральной Камчатки, 3б – субщелочные базальтоиды тыловой зоны дуги Хонсю;

4б - субщелочные базальтоиды Центрально-Камчатской депрессии. 5-7 - базальтоиды рифтов: 5 – Эфиопского, 6 – Йеменского, 7 – Красного моря. Синяя стрелка показывает изменение составов базальтоидов Центральной Камчатки от известково-щелочных базальтоидов к шошонитам. Th/Nb - Ba/Nb. Базальтоиды (O3-D1) на порядок обогащены Th/Nb и Ba/Nb относительно базальтов СОХ и КР, по уровню накопления Th и Ba относительно Nb они сопоставимы с базальтами современных островных дуг (рис. 5.5). Поскольку для Ba KDмине рал/расплав ~ KDминерал/флюид, а для Th KDминерал/расплав < KDминерал/флюид, Ba в равной мере транспортируется водными флюидами и расплавами, а Th транспортируется преимущественно расплавами (Breanan et al., 1995). В островодужных обстановках фракционирование Ba и Th происходит в процессах дегидратации субдуцируемой плиты, при которых в мантийный клин с водными флюидами привносится преимущественно Ba, что приводит к увеличению отношения Ba/Th. Снижение доли водного флюида и увеличение доли расплава в составе метаморфизующего компонента в вулканитах должно отражаться в увеличении Th/Nb и снижении Ba/Nb и Ba/Th (Kent, Elliott, 2002).

Рис. 5.5. Положение базальтоидов Тагильской структуры на диаграмме Th/Nb-Ba/Nb. Условные обозначения раннепалеозойских комплексов см. на рис. 5.1. I-IV - базальтоиды (O3-D1): I – нижнекабанские и нижнекрасноуральские толеиты;

II+III – верхнекабанские и верхнекрасноуральские, павдинские и липовские известково-щелочные базальтоиды;

IV - именновские известково-щелочные и толеитовые базальтоиды;

V – туринские субщелочные и гороблагодатские базальтоиды переходного типа. А, Б - тренды изменения Th/Nb - Ba/Nb в толеитовых и известково-щелочных базальтоидах (А), в субщелочных базальтоидах (Б). Условные обозначения базальтов островных дуг и континентальных рифтов см. рис. 5.4. Составы C1, PM, N-MORB, E-MORB и ОО приняты по (Sun, McDonough, 1989, 1995). От фронта к тылу дуги в составе метаморфизующего компонента снижается доля флюида и растет доля расплава (Munker, 1998), поэтому отношения Th/Nb, Ba/Nb и Ba/Th позволяют определить геохимические особенности базальтоидов, которые могут указывать на их расположение относительно фронтальной зоны. Толеиты кабанского и красноуральского комплексов (I) – наиболее ранние островодужные образования, характеризуются высоким Ba/Th отношением, сопоставимым с Ba/Th в толеитах Алеутской и Марианской дуг (рис. 5.5). В известково-щелочных базальтоидах отношение Th/Nb увеличивается, а Ba/Nb и Ba/Th снижаются (тренд А) от кабанского - красноуральского и павдинского - липовского комплексов (II+III) к именновскому комплексу (IV). Интерпретировать это можно как постепенное увеличение в составе субдукционного компонента, метаморфизующего мантийный субстрат, доли расплава и снижение доли водного флюида. Туринские субщелочные базальтоиды и гороблагодатские базальтоиды переходного типа (V) характеризуются наиболее высокими отношениями Ba/Nb, Th/Nb и Ba/Th. Поля их составов частично перекрываются с полями шошонитов Центральной Камчатки и дуги Хонсю. Между Th и Ba в субщелочных базальтоидах существует прямая зависимость (тренд Б). Одновременное увеличение Ba и Th указывает на одновременное их накопление в расплаве, и, следовательно, преимущественное воздействие на мантийный субстрат расплавов. Обогащение туринских субщелочных базальтоидов Ba и Th можно также связывать с увеличением глубины и снижением степени плавления, но не с привносом компонента OIB. Поскольку субщелочные базальтоиды Центральной Камчатки и дуги Хонсю, формирование которых связано с внутридуговым и задуговым рифтингом и привносом компонента OIB, как и базальты КР характеризуются очень низкими отношениями Th/Nb и Ba/Th (рис. 5.5). Наблюдаемый характер фракционирования Ba/Th, Ba/Nb и Th/Nb позволяет положение кабанского – красноуральского и павдинского – липовского вулканических комплексов определить как фронтальное, удаленным от фронта считать именновский комплекс и тыловым туринский и гороблагодатский комплексы. La/Yb-Pb/Y. Базальтоиды (O3-D1), как и базальты современных островных дуг, обогащены Pb/Y более, чем на порядок, относительно базальтов СОХ и значительно больше базальтов КР (рис. 5.6). В островодужных обстановках обогащенные Pb и La океанические осадки рассматриваются как потенциальный источник дополнительного поступления этих элементов в мантийный субстрат (Plank, Langmuir, 1998). Pb в равной мере транспортируется водными флюидами и расплавами (KDминерал/расплав ~ KDминерал/флюид), а La транспортируется только расплавами (KDминерал/расплав < KDминерал/флюид) (Breanan et al., 1995). Поскольку вулканиты наследуют геохимические особенности источника плавления, при мобилизации Pb преимущественно водными флюида ми между Pb/Y и La/Yb не будет корреляции либо будет наблюдаться слабая корреляция. Совместное накопление Pb и La в расплавах должно быть выражено значимой положительной корреляцией между Pb/Y и La/Yb. Толеиты кабанского и красноуральского комплексов (I) характеризуются низкими отношениями La/Yb и Pb/Y, по которым они сопоставимы с толеитами Марианской дуги (рис. 5.6). Pb/Y и La/Yb последовательно увеличиваются в известково-щелочных базальтоидах (II, III, IV) и в субщелочных базальтоидах (V). Такой же характер изменения Pb/Y и La/Yb наблюдается в известково-щелочных базальтоидах и шошонитах Центральной Камчатки.

Рис. 5.6. Положение базальтоидов Тагильской структуры на диаграмме La/Yb-Pb/Y. Условные обозначения раннепалеозойских комплексов см. на рис. 5.1. I-V – базальтоиды (O3-D1): I - нижние и II – верхние кабанские и красноуральские;

III – павдинские и липовские;

IV – именновские и гороблагодатские;

V – туринские. 1-2: базальтоиды островных дуг: 1 – толеиты Марианской дуги, 2 – известковощелочные базальты и шошониты Центральной Камчатки. 3 - базальтоиды Эфиопского рифта. Состав СО приведен по (Plank, Langmuir, 1998), PAAS и ВК по (Taylor, McLennan, 1985);

базальтов N-MORB, E-MORB и ОО по (Sun, McDonough, 1989). Синяя стрелка показывает изменение составов базальтоидов Центральной Камчатки от известково-щелочных разностей к шошонитам. Красная стрелка показывает изменение составов базальтоидов рифтов от субщелочных разностей к толеитовым. Корреляция между Pb/Y и La/Yb отсутствует или слабо выражена в толеитах (I) и в известково-щелочных базальтоидах (II, III, IV). Объяснить это можно тем, что при их формировании происходило фракционирование Pb и La в процессе дегидратации осадков океанической коры, и в мантийный источник с флюидами поступал преимущественно Pb. В субщелочных базальтоидах (V) между Pb/Y и La/Yb существует прямая значимая корреляция, близкая к той, что наблюдается в океанических базальтах при снижении степени плавления. Следовательно, Pb и La совместно накапливались в расплавах. Дополнительное поступление Pb и La в мантийный источник могло происходить при метасоматозе перидотитов частичными расплавами за счет осадков субдуцируемой плиты;

не исключается обогащение базальтоидов Pb и La при контаминации расплавов веществом верхней коры. Nb/Th – Nb. Исследуемые базальтоиды характеризуются низкими значениями Nb/Th отношений (~1-5) в отличие от базальтов СОХ и ОО (Nb/Th~15-20), и базальтов КР (Nb/Th~10-15) (рис. 5.7). Низкие отношения Nb/Th, как видно из диаграммы Nb/Th – Nb, являются характерной особенностью базальтов островных дуг. Различия в Nb/Th отношениях между базальтами ОД и СОХ могут быть объяснены фракционированием этих элементов в процессах, имеющих место в островодужных обстановках. Для Nb и Th установлены близкие коэффициенты распределения минерал/расплав, поэтому при плавлении Nb/Th не фракционирует (Ryerson, Watson, 1987). Значительно различаются для Nb и Th коэффициенты распределения минерал/флюид, и наиболее контрастный характер коэффициентов распределения Nb и Th в расплав и во флюид установлен для рутила: DNb/DTh рутил/расплав~1;

DNb/DTh рутил/флюид>100 (Brenan et. al., 1994, 1995). Рутил является основным концентратором Nb, поэтому флюиды, равновесные с рутилом, обогащаются Th. Снижение Nb/Th в островодужных обстановках может быть связано с процессами метасоматического обогащения мантийного субстрата субдукционными флюидами, равновесными с эклогитовой ассоциацией, содержащей рутил (Brenan et. al., 1994, 1995). Рассчитано, как изменяется Nb/Th при плавлении перидотитов с первичными характеристиками мантийного источника MORB, метасоматизированного флюидами, отделяемыми при дегиратации измененной базальтовой коры (рис. 5.7). Состав источника MORB принят по (Salters, Stracke, 2004). Состав флюида (1 вес%), равновесного с эклогитами, содержащими 1% рутила, принят по (Brenan et. al., 1995). Концентрации Nb и Th в мантийном источнике были рассчитаны добавлением флюида (0,1;

1;

2;

5;

10 и 20%) к источнику MORB. Составы расплавов рассчитаны для степени плавления метасоматизированного источника 5, 10 и 20% с использованием коэффициентов распределения порода/расплав~0,002 для Nb и Th (Brenan et. al., 1995).

Рис. 5.7. Положение базальтоидов Тагильской структуры на диаграмме Nb/Th-Nb. Условные обозначения к рис. 5.7. Базальтоиды раннепалеозойских комплексов см. рис. 5.1. I - III – базальтоиды (O3-D1): I - кабанского и красноуральского, павдинского и липовского комплексов;

II – именновского и гороблагодатского комплексов;

III - туринского комплекса. 1-4 - базальтоиды островных дуг: 1 – толеиты Марианской дуги, 2 – толеиты Центральной Алеутской дуги, 3а – шошониты дуги Хонсю, 4а – известково-щелочные базальты и шошониты Центральной Камчатки, 3б – субщелочные базальтоиды тыловой зоны дуги Хонсю;

4б - субщелочные базальтоиды Центрально-Камчатской депрессии. 5-7 - базальтоиды рифтов: 5 – Эфиопского, 6 – Йеменского, 7 – Красного моря. Синяя стрелка показывает изменение составов базальтоидов Центральной Камчатки от известково-щелочных разностей к шошонитам. Красная стрелка показывает изменение составов базальтов рифтов от субщелочных разностей к толеитовым. Базальты NMORB, E-MORB и ОО по (Sun, McDonough, 1989). Как видно из рисунка 5.7, при добавлении флюида, равновесного с рутилсодержащей эклогитовой минеральной ассоциацией, к источнику MORB отношение Nb/Th снижается в результате обогащения Th при Nbconst. Рассчитанные составы расплавов соответствуют реальным составам базальтов современных ОД (1, 2, 3а, 4а на рис. 5.7);

для того, чтобы их получить требуется добавить в мантийный источник не менее 520% флюида за счет измененной базальтовой коры. Количество флюида может быть более низким (~2-5%), если его состав формируется не только за счет базальтов, но и за счет осадков океанической плиты (Taylor, McLennan, 1985).

Базальтоиды (O3-D1) Тагильской структуры на диаграмме Nb/Th – Nb располагаются треми полями. Для базальтоидов кабанского и красноуральского, павдинского и липовского комплексов (I) с низким содержанием Nb (

Таким образом, геохимические особенности базальтоидов (O3-D1) Тагильской структуры свидетельствуют о их формировании из мантийного источника островодужного типа. 5.5. Палеогеодинамическая обстановка формирования раннепалеозойских базальтоидов Тагильской структуры. На широте Уральской СГ-4 Тагильская зона имеет синформное строение и ширину около 40-50 км. Современную структуру Тагильской зоны c ленточно-блоковым строением и высокой мощностью коры (на Среднем Урале 44-45 км) большинство исследователей относят к коллизионному типу, признавая участие надвиговой тектоники в ее формировании (Штрейс, 1951;

Пейве и др., 1977;

Тектоническая..., 1990;

Соколов, 1992;

Сегалович, Дмитровская, 1992;

Пучков, 1993). Тем не менее, на последовательное залегание вулканогенных образований внутри крупных тектонических блоков указывают фаунистические датировки осадков (Иванов, 1998), изотопные датировки магматических пород (Бубнов и др., 2001;

Попов и др., 2003), пространственная упорядоченность вулканических образований, характерная для современных островодужных обстановок (Бочкарев, Язева, 2000). Существует ли петрохимическая зональность в Тагильской зоне и насколько она сопоставима с зональностью современных островных дуг? Чтобы ответить на этот вопрос было проведено сравнение одновозрастных базальтоидов запада и востока и рассмотрено, как изменяются состав и геохимические особенности базальтоидов во времени. Сопоставление базальтоидов одновозрастных комплексов западной и восточной зон Тагильской структуры. На широте Уральской СГ-4 близкие по возрасту вулканические комплексы (O3-S1) залегают в тектонических пластинах в западной и в восточной части структуры, и разделены более поздними вулканическими образованиями (S1-2D1). В структурно-формационной схеме Среднего Урала (Корреляция…, 1991) эти вулканические комплексы отнесены к разным зонам (табл. 5.1). По (Язева и др., 1989;

Язева, Бочкарев, 1995) наиболее ранние одновозрастные вулканиты (O3-S1) формировались синхронно, но в смежных тектонических обстановках: на западе кабанский комплекс – во фронтальной зоне Тагильской палеодуги, на востоке красноуральский комплекс - в задуговом спрединговом бассейне. К северу от СГ-4 (~75-100 км) на широте п. Павда павдинский комплекс залегает уже единой полосой (рис.1.3). Не следует исключать, что на широте СГ-4 одновозрастные базальтоиды сформировались в пределах единого вулканического фронта, а затем были разделены тектонически. Одновозрастные базальтоиды запада и востока близки по составу и геохимическим особенностям, а одновозрастные комплексы являются фациальными и формационными аналогами. Если рассматривать фациальный облик вулканических комплексов, то для кабанского (на западе) и красноуральского (на востоке) комплексов он не изменяется (гл. 2). В вулканогенной толще павдинского комплекса (на западе) выше доля осадочных пород (дистальных фаций) и ниже доля лавовых фаций по сравнению с липовским комплексом (на востоке), что можно интерпретировать как фациальное замещение по латерали. Таблица 5.1 Одновозрастные комплексы запада и востока Тагильской структуры Западная зона (Кумбинская) Возраст (S1) комплекс павдинский верхнекабанский (O3-S1) нижнекабанский базальты нижнекрасноуральский андезибазальты, андезиты вулканиты базальты, андезибазальты, андезиты базальты Восточная зона (Красноуральская) комплекс липовский верхнекрасноуральский вулканиты базальты, андезибазальты, андезиты базальты Чтобы определить, существует ли поперечная зональность в Тагильской структуре, и какой тип зональности она наследует: первичную зональность палеодуги или палеодуги и задугового бассейна, предлагается рассмотреть как изменяются состав и геохимические особенности одновозрастных базальтоидов с запада на восток, и установить возможные факторы или процессы, являющиеся причинами изменений. В качестве основных факторов, определяющих состав и геохимический облик вулканитов, обычно рассматривают степень дифференциации расплавов и геохимические особенности первичных магм, связанные с составом мантийного субстрата, литостатическим давлением (глубиной зарождения магм) и степенью (интенсивностью) частичного плавления (Хендерсон, 1985;

Петрография…, 2001 и др.). Принадлежат ли базальтоиды красноуральского комплекса, как считают некоторые исследователи (Язева и др., 1989;

Язева, Бочкарев, 1995), к образованиям задугового спредингового бассейна? В островных дугах поперечная зональность связана с закономерным изменением условий генерации и эволюции магм от фронтальной зоны к тыловой (Магматические…, 1987;

Фролова, Бурикова, 1997). Вулканизм в задуговой зоне происходит в тектонической обстановке рассеянного рифтинга или спрединга и по петрохимическим особенностям отличается от островодужного. Базальтоиды окраинных морей детально изучены в тех структурах, которые связаны с современными островными дугами: Марианский трог и Марианская дуга, спрединговый бассейн Лау и дуга Тонга, бассейн Японского моря и дуга Хонсю, трог Окинава и дуга Рюкю и др. (Wood 1980;

Uto et al., 1994;

Gribble et al., 1998 и др.). Возникновение магматизма в окраинных морях над зонами субдукции связывается с подъемом мантийного вещества (диапиров). При повышении теплового потока в обстановке рассеянного растяжения коры в задуговых бассейнах формируются базальтоиды повышенной щелочности;

при разрыве коры и зарождении спрединга образуются толеитовые базальты, близкие к базальтам СОХ. Источник магмогенерации базальтоидов окраинных морей относится к обогащенному типу, а эволюционные ряды вулканитов окраинных морей сопоставимы с рядами вулканитов внутриплитных обстановок: океанических островов и внутриплитных рифтов (Петрология…, 1987;

Фролова, Бурикова, 1997 и др.). Ранние по возрасту базальтоиды запада и востока Тагильской структуры по своим геохимическим особенностям резко отличаются от базальтов внутриплитных обстановок (гл. 5.3, 5.4). Среди базальтоидов позднего ордовика-раннего силура нет субщелочных базальтов, формирование которых могло быть инициировано задуговым рифтингом, и нет базальтов с характеристиками, близкими к MORB. В некоторых современных островных дугах в пределах вулканического фронта выделяют фронтальную и тыловую зоны излияния магм одного формационного типа. Например, в Курильской дуге вулканиты андезитовой формации (четвертичного возраста) слагают вулканы, располагающиеся двумя параллельными грядами: фронтальной, объединяющей вулканы, наиболее близко расположенные к глубоководному желобу, и тыловой (Авдейко, 1994;

Авдейко, Палуева, 2003). С какими факторами и процессами связано формирование поперечной зональности в современных островных дугах? Поперечная петрохимическая зональность, выявленная Куно (Kuno, 1966), связана с увеличением глубины и снижением степени плавления с удалением от фронта дуги. Наиболее отчетливо зональность, обусловленная этими факторами, проявляется во временном ряду вулканитов от толеитовых к известково-щелочным и субщелочным сериям. Для одновозрастных вулканитов, формирующихся на фронтальной и тыловой линиях вулканического фронта, изменение глубины и степени плавления от фронтальной зоны к тыловой могут быть несущественными, чтобы вызвать значимые изменения их состава. Тем не менее, установлено, что в пределах вулканического фронта Курильской дуги вулканизм фронтальной и тыловой зон контролируется снижением мощности коры в тыловой зоне почти в два раза (Авдейко, 1994). C более высокой мощностью земной коры во фронтальной зоне Курильской дуги связывают формирование более дифференцированных расплавов (Bindeman, Bailey, 1999). Следовательно, одним из факторов, от которых зависит состав одновозрастных вулканитов фронтальных и тыловых зон дуг, является степень дифференциации расплавов. К самым общим закономерностям распределения главных элементов и элементов-примесей при дифференциации расплавов относятся следующие: при фракционировании остаточные расплавы обедняются MgO и когерентными элементами (Ni, Cr, Co и др.) и становятся менее магнезиальными;

в дифференциатах накапливаются некогерентные КИЛЭ и ЛРЗЭ (Хендерсон, 1985). Степень дифференциации базальтоидов, судя по большей магнезиальности ранних генераций клинопироксенов на востоке, была выше на западе. Нижнекабанские (запад) и нижнекрасноуральские (восток) базальты. На западе базальты менее магнезиальные и обогащены элементами группы K (Ba, Rb, Sr) и Pb (рис. 5.8А, 5.9А, 5.10А, рис. 3.9А). Однако значимых изменений в содержании когерентных элементов (Cr, Ni, Co) и ЛРЗЭ не наблюдается: первые обнаруживают тенденцию к снижению, вторые – к возрастанию в базальтах на востоке (рис. 5.9А, 3.9В). Верхнекабанские (запад) базальты и верхнекрасноуральские (восток) андезибазальты и андезиты. В среднем, базальтоиды двух зон близки по магнезиальности (рис. 5.9Б). На востоке в менее основных по составу базальтоидах ниже содержания MgO, Cr, Ni, Co и выше содержание ЛРЗЭ (рис. 5.8Б, 5.9Б, 5.10Б). Крупноионными литофильными элементами (K, Ba, Rb, Sr, Pb) обогащены базальты на западе (рис. 5.10Б, 3.9Б). Павдинские (запад) и липовские (восток) базальтоиды. В базальтоидах магнезиального типа западной зоны ниже магнезиальность, содержание MgO, Cr, Ni и выше содержание K, Ba, Sr и ЛРЗЭ (рис. 5.8В, 5.9В, 5.10В), что указывает на более высокую дифференциацию их расплавов. Однако в базальтоидах глиноземистого типа, менее магнезиальных по отношению к базальтоидам магнезиального типа, возрастает содержание только ЛРЗЭ, а элементы группы K (Ba, Sr) не накапливаются (рис. 5.10В). Таким образом, мы наблюдаем сложную картину различий между одновозрастными базальтоидами запада и востока по основным компонентам (железу и магнию) и по элементам-примесям, но в целом снижение магнезиальности и обогащение крупноионными литофильными элементами характерны для базальтоидов западной зоны. Это указывает на более высокую дифференциацию расплавов базальтоидов на западе и позволяет предположить (Bindeman, Bailey, 1999;

Авдейко, 1994), что в западной зоне базальтоиды формировались на более мощной коре, чем в восточной зоне. На основании этого предполагаем, что фронтальная зона вулканического фронта древней дуги располагалась (в современных координатах) на западе, а тыловая часть вулканического фронта на востоке.

Рис. 5.8. Содержание SiO2 и MgO в одновозрастных базальтоидах западной (З) и восточной (В) зоны Тагильской структуры.

Рис. 5.9. Магнезиальность, Cr, Ni, Co в одновозрастных базальтоидах западной (З) и восточной (В) зоны Тагильской структуры. А – нижнекабанский и нижнекрасноуральский подкомплексы. Б - верхнекабанский и верхнекрасноуральский подкомплексы. В - павдинский и липовский комплексы.

Рис. 5.10. Содержание K2O, Ba, Sr, Nd в одновозрастных базальтоидах западной (З) и восточной (В) зоны Тагильской структуры. Условные обозначения см. рис. 5.8.

Однако в содержаниях и в отношениях некоторых элементов-примесей различия между базальтоидами запада и востока не всегда соответствуют тем закономерностям, которые должны наблюдаться при изменении степени дифференциации расплавов. В процессе дифференциации в расплавах накапливаются элементы преимущественно с большим по размеру ионым радиусом, имеющие более низкие коэффициенты распределения KDминерал/расплав;

например, Ba накапливается относительно Sr или Zr относительно Ti, и отношения Sr/Ba и Ti/Zr в остаточных расплавах должны снижаться. Мы наблюдаем, что в кабанских базальтах (менее магнезиальных) относительно красноуральских накапливается Ba и снижается отношение Sr/Ba (рис. 5.11А), однако отношение Ti/Zr в них не снижается, как в более дифференцированных разностях, а возрастает (рис. 5.11Б). Следовательно, различия между одновозрастными базальтоидами запада и востока необходимо рассматривать в зависимости не только от степени дифференциации расплавов, но и от других причин: от геохимических особенностей первичных магм, связанных с составом мантийного субстрата, литостатическим давлением (глубиной зарождения магм) и степенью (интенсивностью) частичного плавления. Несмотря на то, что в островных дугах исходные магмы, как правило, изменяются в отношении главных компонентов и когерентных элементов в результате более поздних процессов (дифференциация, смешение расплавов), отношения элементов-примесей в них сохраняются (Tatsumi, 1991). Попробуем восстановить некоторые особенности первичных магм базальтоидов запада и востока по отношениям некогерентных элементов с учетом того, что состав источника магмогенерации в островных дугах складывается из двух переменных составляющих: мантийной и субдукционной (коровой). Состав источника и степень частичного плавления контролируют содержание некогерентных элементов в первичных магмах. Элементы с низкими коэффициентами распределения KDминерал/расплав обогащают в большей степени первичные расплавы, возникающие при низкой степени плавления, поэтому их низкие содержания свидетельствует о высокой степени плавления и/или о деплетированном мантийном субстрате. Расплавы базальтоидов кабанского и красноуральского, павдинского и липовского комплексов унаследовали геохимические особенности (низкие - ниже хондритовых отношения Nb/Ta и Zr/Hf, дефицит ВЗЭ и ТРЗЭ относительно базальтов СОХ) от деплетированного мантийного субстрата (гл. 5.2). Нижнекабанские и нижнекрасноуральские базальты характеризуются одинаково низкими содержаниями и отношениями La/Yb (рис. 5.11В), что свидетельствует о высокой степени плавления мантийного субстрата. Снижение Zr и увеличение Ti/Zr (рис. 5.11Б) в нижнекабанских базальтах (более дифференцированных) связано, вероятно, с более низким содержанием Zr в первичных расплавах, и может указывать на более высокую степень плавления мантийного субстрата на западе. В верхнекабанских базальтах относительно верхнекрасноуральских андезибазальтов и андезитов Ti/Zr растет, La/Yb снижается (рис. 5.11Б, 5.11В), Рис. 5.11. Диаграмы Sr/Ba-Ba (А), Ti/Zr-Zr (Б), La/Yb-La (В) для базальтоидов одновозрастных комплексов запада и востока Тагильской структуры. Базальтоиды: нижнекабанские (зеленый залитый кружок), нижнекрасноуральские (красный залитый квадрат), верхнекабанские (зеленый незалитый кружок), верхнекрасноуральские (красный незалитый квадрат), павдинские (оранжевый кружок), липовские (фиолетовый квадрат). Цифрами и стрелками показано изменение составов одновозрастных базальтоидов: 1 – нижнекабанских и нижнекрасноуральских, 2 – верхнекабанских и верхнекрасноуральских, 3 – павдинских и липовских. то есть, наблюдается снижение содержания элементов с более низким KDминерал/расплав (Zr и La относительно Ti и Yb, соответственно), что при близкой степени дифференциации расплавов указывает на более высокую степень плавления источника на западе. Однако в кабанских базальтах Sr/Ba не возрастает, как должно быть при увеличении степени плавления, а снижается (рис. 5.11А). Объяснить накопление Ba относительно Sr можно, если предположить, что такие отношения возникли не столько за счет более высокой дифференциации расплавов, а были присущи первичным расплавам;

причиной возникновения таких отношений может быть различный вклад субдукционной составляющей в генерацию магм, что будет рассматриваться далее. Отношения Sr/Ba, Ti/Zr и La/Yb в павдинских и липовских базальтоидах (рис. 5.11) изменяются незначительно: Sr/Ba и Ti/Zr слабо снижаются, а La/Yb возрастает в базальтоидах на западе. Наблюдается крайне незначительное обогащение наиболее некогерентными элементами базальтоидов павдинского комплекса, формировавшихся, как установлено, из более дифференцированных расплавов, что следует связывать с более высокой степенью плавления мантийного источника на западе. Таким образом, изменение некоторых геохимических особенностей базальтоидов с запада на восток можно объяснить снижением степени плавления мантийного источника в восточной (предполагаемой тыловой) зоне по сравнению с западной (предполагаемой фронтальной) зоной вулканического фронта древней дуги. Глубина и интенсивность плавления оказывают влияние на распределение в расплав также тугоплавких элементов (Ni, Cr, Co) и ТРЗЭ, входящих в состав высокомагнезиальных минералов. Расплавы, выплавляющиеся из высокомагнезиального мантийного субстрата, наследуют высокие отношения Ni/Co, а в области устойчивости граната, имеющего высокие коэффициенты распределения ТРЗЭ KDминерал/расплав, будут характеризоваться низким содержанием Yb. Кабанские и красноуральские базальтоиды. Отношения Ni/Co и содержание Yb незначимо изменяются с запада на восток в базальтоидах нижних подкомплексов, поля базальтоидов верхних подкомплексов перекрываются (рис. 5.12). Различия в содержаниях когерентных и некогерентных элементов становятся несущественными при высокой степени плавления, даже при различной степени деплетированности источника плавления. В данном случае, вероятно, глубина формирования первичных расплавов кабанских и красноуральских базальтоидов сильно не различалась. Павдинские и липовские базальтоиды. Липовские базальтоиды характеризуются более высокими отношениями Ni/Co и более низкими содержаниями Yb (рис. 5.12). Это указывает на то, что их первичные магмы находились в равновесии с более глубинным (содержащим гранат?) мантийным субстратом, то есть, глубина выплавления магм увеличивалась на востоке.

Рис. 5.12. Диаграмма Ni/Co-Yb для одновозрастных базальтоидов западной и восточной зоны Тагильской структуры. Условные обозначения базальтоидов см. рис. 5.11. Вулканические комплексы: 1 – нижнекабанский и нижнекрасноуральский, 2 - верхнекабанский и верхнекрасноуральский, 3а – павдинский, 3б - липовский. Базальтоиды кабанского и красноуральского, павдинского и липовского комплексов, характеризующиеся высокими отношениями КИЛЭ/ВЗЭ и ЛРЗЭ/ТРЗЭ, сформировались из деплетированного, впоследствии метасоматически обогащенного мантийного источника (гл. 5.4). Поэтому, необходимо рассмотреть участие вещества субдуцируемой океанической коры в формировании одновозрастных базальтоидов запада и востока структуры. Субдуцируемая океаническая кора играет значимую роль в генерации островодужных вулканитов. За счет флюидов и частичных расплавов преимущественно водного состава (флюиды, высвобождающиеся при преобразовании океанической коры в условиях высоких давлений и низких температур, содержат низкое количество углекислоты (Molina, Poli, 2000)), в перекрывающем ее мантийном клине образуются водосодержащие магмы (Tatsumi, 1991 и др.). Дегидратация плиты и обогащение мантии водными флюидами происходит во фронтальных частях дуг, к тыловым зонам поток флюидов снижается. С водными флюидами в мантийный источник фронтальной зоны поступают легкоподвижные элементы. Следовательно, магматические расплавы фронтальных зон дуг будут обогащены легкоподвижными в водном флюиде элементами по сравнению с расплавами тыловых зон (Bebout et al., 1999, Kent, Elliott, 2002). Изменение геохимических особенностей одновозрастных базальтоидов от фронта к тылу дуги, если они связаны с дополнительным поступлением подвижных элементов, должны проявляться в их вариациях относительно слабоподвижных элементов (КИЛЭ/ВЗЭ;

ЛРЗЭ/ТРЗЭ). Имеет значение и то, как изменяются отношения подвижных элементов, для которых установлены различия во фракционировании во флюид и в расплав (КИЛЭ/ЛРЗЭ). Поскольку, разделение элементов, мобилизуемых флюидами (K, Rb, Ba, Sr, Pb) и расплавами (La-Nd, Th), происходит преимущественно во фронтальных частях дуг, вулканиты фронтальной зоны должны быть в большей степени обогащены элементами, транспортируемыми флюидами, чем расплавами (иметь выше отношения Ba/La, Pb/Nd, Ba/Th и др). Кабанские и красноуральские базальтоиды. Кабанские (на западе) вулканиты в большей степени, чем красноуральские (на востоке), обогащены КИЛЭ/ВЗЭ, что наблюдается по более высоким отношениям Ba/Nb (рис. 5.5), Pb/Y (рис. 5.6), Pb/Nb, Rb/Nb (Прил. 2, табл. 1-3). Красноуральские базальты по отношению к кабанским обогащены Sr/Ba (рис.5.13.Б).

Рис. 5.13. Диаграммы Ba/La-Pb/Nd (А), Sr/Ba-Sr (Б) и La/Yb-Th/Yb (В) для базальтов кабанского (запад) и красноуральского (восток) комплексов. Базальтоиды: нижнекабанские (зеленый залитый кружок), верхнекабанские (зеленый незалитый кружок), нижнекрасноуральские (красный залитый квадрат), верхнекрасноуральские (красный незалитый квадрат). Стрелками показано изменение отношений (с востока на запад) в базальтоидах нижних (1) и верхних (2) подкомплексов, и от нижних к верхним подкомплексам на рис. 5.11В.

В кабанских базальтах также выше отношения КИЛЭ/ЛРЗЭ: Ba/La и Pb/Nd (рис. 5.13.А), Ba/Ce, Ba/Nd. Фракционирование элементов, мигрирующих в водный флюид (Ba, Pb, Sr, Rb), относительно слабоподвижных элементов (Nb, Y) и элементов, мигрирующих в расплав (La-Nd), сильнее проявлено в базальтоидах на западе. Поскольку отношения некогерентных элементов наследуются от источника плавления, следует считать, что мантийный источник на западе был в большей степени обогащен легкоподвижными во флюиде элементами, чем на востоке. В островодужных обстановках дополнительным источником Ba являются преимущественно океанические осадки, а Sr может поступать за счет осадков и измененных базальтов океанической коры. Роль осадков океанической коры, как дополнительного источника КИЛЭ, поступавших в мантийный субстрат кабанских и красноуральских вулканитов, снижается с запада на восток. Отношения КИЛЭ/ВЗЭ и ЛРЗЭ/ТРЗЭ (Th/Yb, La/Nb, U/Nb, La/Sm, La/Yb) значительно возрастают в базальтоидах верхних подкомплексов относительно базальтоидов нижних подкомплексов (рис.5.13.В, Прил. 2, табл. 1-3). Однако отношения КИЛЭ/ЛРЗЭ (Ba/La, Pb/Nd, Sr/Nd, Pb/Ce, Ba/Nd, Ba/Ce) в базальтоидах верхних подкомплексов снижаются (рис. 5.13.А). Павдинские и липовские базальтоиды. Сопоставление базальтоидов магнезиального типа показало, что на западе они обогащены практически всеми легкоподвижными элементами относительно ВЗЭ и ТРЗЭ: Ba, Pb, Sr, Be, Cs (мобилизуемых флюидами) и Th, U, ЛРЗЭ (мобилизуемых расплавами) (Прил. 2, табл. 4, 6), и характеризуются более высокими отношениями Ba/Nb, Pb/Nb, Th/Y, U/Nb, La/Yb, Nd/Yb, Sr/Y (рис. 5.14В) и др. Это указывает на большую степень обогащения легкоподвижными во флюиде и в расплаве элементами мантийного источника на западе, чем на востоке. Обогащение элементами, подвижными в расплаве, относительно элементов, подвижных в водном флюиде, можно объяснить тем, что на более поздних этапах вулканизма в составе субдукционного компонента, метаморфизующего мантийный субстрат, возрасла доля расплавов относительно доли флюидов за счет снижения водных флюидов. Вместе с тем, по отношениям легкоподвижных во флюиде и в расплаве элементов: Ba/Th (рис. 5.14А), Sr/Ce (рис. 5.14Б), Ba/La и Ba/Nd базальтоиды запада и востока различаются слабо (на диаграммах их поля значительно перекрываются). Исключением является Pb;

относительно ЛРЗЭ (La-Nd) Pb в большей степени накапливается в базальтоидах западной зоны (рис. 5.14А). Отсутствие значимого фракционирования легкоподвижных во флюиде и в расплаве элементов (за исключением Pb), можно объяснить высокой степенью частичного плавления мантийного субстрата. Веществом, за счет которого Pb может поступать в мантийный субстрат, являются осадки океанической коры (Brenan et al., 1995). Снижение от носительного накопления Pb в базальтоидах на востоке можно интерпретировать как уменьшение с запада на восток доли осадков в составе субдукционного компонента.

Рис. 5.14. Диаграммы Ba/Th-Pb/Nd (А), Sr/Ce-Ba/La (Б) и Sr/Y-Sr (В) для базальтоидов павдинского (запад) и липовского (восток) комплексов. Павдинский комплекс: базальты и андезибазальты (оранжевый кружок). Липовский комплекс: андезибазальты (фиолетовый квадрат), андезиты (фиолетовый треугольник). Стрелкой показано изменение отношений элементов с востока на запад. Из отношений некогерентных элементов, обладающих различной подвижностью, следует: мантийный субстрат кабанских и павдинских базальтоидов (запад) был в большей степени обогащен водными флюидами, чем субстрат красноуральских и липовских базальтоидов (восток);

участие осадков океанической коры в обогащении мантийного субстрата КИЛЭ снижалось с запада на восток. Исходя из этого, западные вулканические комплексы формировались во фронтальной зоне вулканического фронта древней дуги, а восточные - в его тыловой зоне. Таким образом, в одновозрастных базальтоидах позднего ордовика и раннего силура Тагильской структуры, расположенных на западе и на востоке, присутствует попереч ная петрохимическая зональность. Она имеет сложную картину, поскольку возникла за счет нескольких факторов. Базальтоиды западной зоны кристаллизовались из более дифференцированных расплавов;

их первичные расплавы возникли из мантийного источника, в большей степени обогащенного водными флюидами и при более высокой степени частичного плавления, чем на востоке. Поперечная петрохимическая зональность одновозрастных вулканических образований в Тагильской структуре сопоставима с поперечной зональностью зон вулканического фронта современных островных дуг. В соответствии с этой зональностью на западе Тагильской зоны реконструируется фронтальная часть вулканического фронта древней дуги, на востоке тыловая часть вулканического фронта. Поперечная зональность в Тагильской структуре. По характеру и обстановке вулканизма (см. разд. 2.3) выделены ранние (O3-S1) и поздние (S1-2-D1) вулканические ассоциации (два формационных ряда). Современную Тагильскую структуру, вероятно, можно рассматривать как аккретированную островную дугу. Выделенные формационные ряды вулканических ассоциаций могут представлять либо образования разных дуг: двух (ранней и поздней) (рис. 5.15) или более, либо две (как минимум) последовательные стадии формирования древней дуги. В любом случае мы наблюдаем временную последовательность формирования вулканических (петрохимических) серий в Тагильской зоне: толеитовые разности сменяются известково-щелочными и субщелочными, что соответствует последовательности развития вулканизма во времени в современных островных дугах (Магматические…, 1987;

Петрология…, 1987;

Фролова, Бурикова, 1997). Сравнение базальтоидов одновозрастных вулканических комплексов запада и востока структуры на широте Уральской СГ-4 показало, что вулканические комплексы западной зоны могли формироваться во фронтальной части вулканического фронта древней дуги, а вулканические комплексы восточной зоны на удалении от фронта (в тыловой части). При допущении, что восстановленная поперечная зональность вулканического фронта Тагильской древней дуги соответствует первичной, последовательность вулканических серий и ассоциаций каждого формационного ряда с запада на восток структуры будет соответствовать временной последовательности «от фронта к тылу». Для того, чтобы временную последовательность вулканических ассоциаций идентифицировать по петрохимическим критериям как островодужную, необходимо определить соответствует ли поперечная петрохимическая зональность Тагильской структуры характеру зональности, наблюдаемой в современных островных дугах. Современные островные дуги характеризуются поперечной петрохимической зональностью, связанной с закономерным изменением условий генерации и эволюции магм с удалением от фронта дуг, что проявляется в смене вулканитов толеитовых серий известково-щелочными и субщелочными (Kuno, 1966;

Whitford, 1975 и др.). Вместе с тем, исследования поперечной зональности островных дуг (Магматические…, 1987;

Lina et al., 1997;

Turner, Foden, 2001;

Churikova et al., 2001;

Ishikawa et al., 2001;

Elburg et al., 2002;

Hildreth et al., 2004) показали, что в разных дугах существуют свои особенности вариаций петрогеохимических характеристик вулканитов. На состав островодужных магм и последовательность магматизма оказывают влияние некоторые, особые для каждой вулканической провинции, факторы: морфология конвергирующих плит, температурные и кинетические параметры зон субдукции, особенности тектонической обстановки (задуговый или внутридуговый рифтогенез, задуговый спрединг) (Петрология…, 1987;

Harry, Green, 1999). То есть, картина поперечных вариаций может быть довольно сложной, поскольку состав и геохимические особенности островодужных вулканических пород зависят от многих факторов на всех стадиях формирования и эволюции магм (Tatsumi, 1991). На основаниии обобщения данных разных исследователей, установлены следующие вариации состава и геохимических особенностей базальтоидов, связанные с закономерными изменениями условий генерации и эволюции магм с удалением от фронта к тылу островных дуг: 1. Возрастает общая щелочность и содержание некогерентных элементов группы K (Rb, Sr, Ba), Th, U, РЗЭ и ВЗЭ (Ti, Zr, Ta, Nb) (Фролова, Бурикова, 1997). Такие изменения, как отмечено (Tatsumi, 1991) по результатам экспериментальных исследований (Грина, Рингвуда, Куширо и др.), можно объяснить увеличением общего давления (глубины очага плавления) и снижением степени частичного плавления, а также изменением состава источника от деплетированного к недеплетированному или обогащенному. В базальтоидах (O3-D1) Тагильской структуры с запада на восток возрастает общая щелочность (Na2O+K2O), P2O5 и содержание некогерентных элементов, их изменения показаны на примере Sr, Rb, ЛРЗЭ (La+Ce+Nd), Zr (рис. 5.16). Собственные тренды имеют базальтоиды ранней и поздней вулканических ассоциаций, что наиболее отчетливо видно по общей щелочности, ЛРЗЭ и Zr. Состав мантийного источника базальтоидов (O3-D1), если судить по отношениям Th/Yb-Ta/Yb (Pearce, 1983) (рис. 5.3), изменялся от деплетированного к обогащенному. Представление о составе мантийного источника можно получить по содержанию и степени фракционирования РЗЭ в породах (Bailey et al, 1989). Характер фракционирования РЗЭ в базальтоидах слабо изменяется при кристаллизационной дифференциации и наследуется вулканитами от первичных расплавов, то есть, определяется составом источника и степенью частичного плавления (Tatsumi, 1991). Как видно из рис. 5.17, отношение La/Yb в базальтоидах (O3-D1) во времени возрастает.

Рис. 5.15. Вулканические комплексы, ассоциации и серии вулканических пород позднего ордовика – раннего девона Тагильской структуры. Примечания: * - Rb-Sr возраст трондьемитов левихинского габбро-диорит-трондьемитового комплекса, комагматичного вулканитам павдинской свиты (Попов и др., 2003);

**- Rb-Sr возраст диоритов северорудничного габбро-диорит-гранодиоритового комплекса, комагматичного вулканитам гороблагодатского комплекса (данные С.В. Бубнова, ИГЕМ РАН);

*** - K-Ar возраст по биотитам из сиенитов кушвинского габбро-сиенитового комплекса, комагматичного вулканитам туринского комплекса (Разработка…, 1999). Красным квадратом отмечены комплексы, датированные фаунистически (Иванов, 1998 и др.) Состав мантийного субстрата базальтоидов (O3-S1) - ранней вулканической ассоциации (тренд А, рис. 5.17) соответствовал деплетированному шпинелевому лерцолиту (для нижних подкомплексов) и примитивному - слабо обогащенному шпинелевому лерцолиту (для верхних подкомплексов);

степень частичного плавления снижалась от ранних к поздним вулканитам или с запада на восток. Базальтоиды (S1-2-D1) - поздней вулканической ассоциации (тренд Б, рис. 5.17) формировались из неоднородного мантийного субстрата. Его состав для вулканитов нормальной щелочности был близок к примитивному гранатовому лерцолиту (липовские базальтоиды) или примитивному шпинелевому лерцолиту (павдинские и именновские базальтоиды). Магмы субщелочных вулканитов (туринские базальтоиды) выплавлялись из обогащенного мантийного субстрата. Степень частичного плавления субстрата снижалась от ранних вулканитов к поздним (с запада на восток). Геохимические особенности клинопироксенов из базальтоидов Тагильской структуры соответствуют таковым из мантийных перидотитов островодужных обстановок (Носова и др., 2002), поэтому геохимический облик клинопироксенов базальтоидов может быть использован для обсуждения состава мантийных источников (рис. 5.18). Исследования клинопироксенов из перидотитовых ксенолитов (Pearson et al., 2003) показали, что содержание элементов-примесей в клинопироксене находится в зависимости от присутствия равновесных с ним граната, шпинели, амфибола (основных концентраторов элементовпримесей). Клинопироксены, равновесные с гранатом, обнаруживают существенно более низкие содержания ТРЗЭ, чем в равновесии со шпинелью. Клинопироксены метасоматически обогащенных перидотитов, содержащих амфибол и слюду, обогащены ЛРЗЭ. На деплетированный состав источника указывает снижение в клинопироксенах ТРЗЭ совместно с Y, Zr, Sr, ЛРЗЭ. Изучение клинопироксенов из перидотитовых ксенолитов Японской дуги показало, что они несут признаки метасоматического обогащения мантийного источника, по крайней мере, источника субщелочных базальтов (Abe et al., 1998). Клинопироксены базальтоидов ранней вулканической ассоциации (O3-S1). Клинопироксены из нижнекабанских и нижнекрасноуральских толеитовых базальтоидов характеризуются низкими содержаниями РЗЭ и заметно обеднены ЛРЗЭ. Сравнение с клинопироксенами мантийных перидотитов показывает, что состав мантийного источника толеитовых базальтоидов мог соответствовать шпинелевому гарцбургиту либо деплетированному шпинелевому лерцолиту (рис. 5.18).

Рис. 5.16. Изменение содержаний Na2O+K2O, P2O5, Sr, Rb, ЛРЗЭ (La+Ce+Nd), Zr в базальтоидах (O3-D1) Тагильской структуры с запада на восток. Значками показаны базальтоиды комплексов: O3 - нижнекабанского и нижнекрасноуральского (зеленый залитый кружок), O3 верхнекабанского (зеленый незалитый кружок), O3–S1 - верхнекрасноуральского (красный незалитый квадрат), S1 - павдинского и липовского (оранжевый кружок), S1-S2 - именновского (синий кружок), S2 - гороблагодатского (серый кружок), S2-D1 - туринского (розовый квадрат).

Рис. 5.17. Вариационная диаграмма La/Yb-Yb для базальтоидов (O3-D1) Тагильской структуры. Условные обозначения базальтоидов см. рис. 5.1. А, Б – предполагаемое изменение состава мантийного субстрата раннепалеозойских базальтоидов: А – ранней ассоциации (O3-S1), Б – поздней ассоциации (S1-2-D1). I-VIII – тренды плавления мантийного субстрата по (Дриль, Елизарова, 2003): I – деплетированного плагиоклазового лерцолита (степень плавления 2-20%), II – деплетированного шпинелевого лерцолита (степень плавления 2-20%), III, IV, V – примитивного шпинелевого лерцолита (степень плавления 220%), VI, VII – метасоматически обогащенного лерцолита с амфиболом (1,2 об.% и 4,6 об%, степень плавления 2-15%), VIII – примитивного гранатового лерцолита (степень плавления 2-20%). Клинопироксены верхнекабанских и верхнекрасноуральских известково-щелочных базальтоидов заметно обогащены ЛРЗЭ и особенно сильно СРЗЭ. Основным источником этих элементов в перидотитах мог быть амфибол (амфибол-шпинелевые перидотиты). Клинопироксены из базальтоидов поздней вулканической ассоциации (S1-2-D1). Клинопироксены из высокомагнезиальных базальтоидов липовского комплекса существенно обеднены ТРЗЭ, что указывает на присутствие граната в источнике плавления (гранатшпинелевые лерцолиты).

Рис. 5.18. Распределение РЗЭ в клинопироксенах из базальтоидов Тагильской структуры. Клинопироксены из базальтоидов (O3-D1) Тагильской структуры (а-д): а – нижнекабанские (красный незалитый квадрат) и нижнекрасноуральские (красный залитый квадрат);

б - верхнекабанские и верхнекрасноуральские (зеленый кружок);

в – павдинские (оранжевый кружок) и липовские (фиолетовый кружок);

г – именновские (голубой кружок);

д – гороблагодатские (серый кружок) и туринские (розовый кружок). 1-4, 7 – клинопироксены из ксенолитов перидотитов внутриплитных обстановок по (Pearson et. al., 2003);

5, 6, 8 - клинопироксены из ксенолитов перидотитов Японской дуги по (Abe et. al., 1988).

В отличие от липовских содержание и распределение РЗЭ в клинопироксенах павдинских и именновских известково-щелочных базальтоидов соответствует клинопироксенам амфибол-содержащих или фертильных шпинелевых лерцолитов. Клинопироксены туринских субщелочных базальтоидов обогащены всеми РЗЭ, клинопироксены гороблагодатских базальтоидов переходного типа - ЛРЗЭ. Это является признаком присутствия амфибола и слюды в перидотитах, то есть метасоматического обогащения источника. Таким образом, состав источника плавления (мантийных перидотитов) раннепалеозойских базальтоидов изменялся от деплетированного к фертильному и обогащенному. 2. Наблюдается фракционирование легкоподвижных во флюидах и в расплавах КИЛЭ и ЛРЗЭ: с удалением зоны генерации магм от фронта в вулканитах снижаются содержания элементов с коэффициентами распределения KDминерал/флюид

Kent, Elliott, 2002;

Morris, Ryan, 2003). Однако указанная зависимость может частично нивелироваться за счет метасоматического обогащения мантийного субстрата и уменьшения степени плавления в тыловой зоне дуг. Обогащение островодужных базальтоидов легкоподвижными элементами (B>Cs>Pb>Rb>Ba, Sr, Be~U>Th, La-Nd) (Schmidt, Poli, 2003) рассматривается как доказательство участия осадков и измененных базальтов океанической коры в генезисе вулканитов (Тейлор, Мак-Леннан, 1988;

Brenan et al., 1995). Субдуцируемая плита между глубоководным желобом и вулканическим фронтом (в зоне высоких давлений и низких температур) изменяется в условиях зеленосланцевой, амфиболитовой и эклогитовой фаций. Высвобождение подвижных элементов из субдуцируемой плиты в мантийный клин, при удалении от желоба к тылу дуг, контролируется стабильностью водосодержащих метаморфических минералов и сменой их ассоциаций в зоне прогрессивного метаморфизма (Tatsumi, 1991;

Morris, Ryan, 2003;

Schmidt, Poli, 2003 и др.). Поэтому, в мантийный источник от фронта к тылу дуг снижается вклад субдукционного флюидного компонента (обогащенного B, Cs, Pb, Rb, Ba, Sr, Be), а доля частичных расплавов (обогащенных U, Th, La-Nd) в составе субдукционного компонента возрастает (Elburg et al., 2002;

Kent, Elliott, 2002). Кроме того, от фронта к тылу дуг изменяется состав флюидов - снижается содержание элементов, отделяющихся преимущественно от осадков (Pb, B), и возрастает содержание элементов, отделяющихся от измененных базальтов (Ba, Be, Sr, Rb) океанической коры (Brenan et al., 1998;

Schmidt, Poli, 2003). Следовательно, мантийный субстрат во фронтальной зоне дуг будет обогащаться флюидным компонентом, а в тыловой зоне частичными расплавами за счет осадков или базальтов субдуцируемой плиты.

С запада на восток в базальтоидах Тагильской структуры содержания Th и Ce значительно возрастают (рис. 5.19, 5.20). Содержания Ba и Pb в базальтоидах нормальной щелочности практически не изменяются, в среднем, незначительно снижаясь в базальтоидах осевой зоны относительно фронтальной, но возрастают в субщелочных базальтоидах тыловой зоны палеодуги. Pb/Ce и Ba/Th отношения в базальтоидах ранней и поздней вулканических ассоциаций снижаются с запада на восток - от фронтальной зоны к осевой. В тыловой зоне палеодуги отношение Ba/Th возрастает примерно до уровня фронтальной зоны, отношение Pb/Ce остается на уровне этого значения в осевой зоне, снижаясь относительно фронтальной зоны. Поведение Ba, Pb и Th, Ce в базальтоидах Тагильской структуры (с запада на восток) соответствует характеру и особенностям фракционирования легкоподвижных во флюидах и в расплавах элементов-примесей с удалением зоны генерации магм от фронта ОД. Изменения содержаний и отношений этих элементов можно интерпретировать следующим образом. С запада на восток – с удалением от фронта субдукционный компонент, метаморфизующий мантийный субстрат, обеднялся флюидами (обогащенными Pb, Ba) и обогащался частичными расплавами за счет осадков (обогащенными Th, Ce). 3. Закономерное изменение условий эволюции магм связано с увеличением степени дифференциации расплавов, что проявляется в возрастании их железистости и обогащении наиболее некогерентными элементами (увеличение La/Yb, Rb/Sr, Sr/Ca, Ba/Ca и снижение K/Rb), и с увеличением степени окисленности магм (Фролова, Бурикова, 1997). С запада на восток (с удалением от фронта) в базальтоидах ранней и поздней ассоциаций возрастает железистость f=Fe/(Fe+Mg) и происходит накопление наиболее некогерентных элементов (La/Yb, Rb/Sr), а также возрастает степень окисленности магм (увеличиваются отношение Fe2O3/FeO) (рис. 5.21). Таким образом, поперечную зональность в Тагильской структуре с запада на восток можно объяснить изменением состава источника от деплетированного к обогащенному, возрастанием глубины очага и снижением степени плавления, снижением поступления субдукционного водного флюида, закономерными изменениями условий эволюции магм. Подобные поперечные изменения состава и геохимических особенностей базальтоидов наблюдаются в современных островных дугах с удалением от фронтальных зон к тыловым.

Рис. 5.19. Изменение содержаний Ba и Th и отношения Ba/Th в базальтоидах (O3D1) Тагильской структуры с запада на восток.

Рис.5.20. Изменение содержаний Pb и Ce и отношения Pb/Ce в базальтоидах (O3-D1) Тагильской структуры с запада на восток.

Рис. 5.21. Изменение железистости (f=Fe/(Fe+Mg), степени окисленноси (Fe2O3/FeO) и отношений La/Yb, Rb/Sr в базальтоидах (O3-D1) Тагильской структуры с запада на восток.

Таким образом, временная последовательность раннепалеозойских вулканических ассоциаций по петрохимическим критериям соответствует островодужной. Геохимические особенности и изотопный состав Sr и Nd раннепалеозойских базальтоидов свидетельствуют об участии в их генезисе деплетированной, метасоматизированной мантии и коры океанического типа, участие древней континентальной коры в их формировании не фиксируется. Это позволяет сделать вывод о том, что, палеогеодинамическая обстановка раннепалеозойского вулканизма отвечала островодужным субокеаническим условиям. Однако существует проблема, требующая дополнительных объяснений – это присутствие ксеногенных разновозрастных цирконов в раннепалеозойских базальтах. В афировых ферроандезибазальтах именновского комплекса в разрезе СГ-4 были обнаружены цирконы в одной пробе из подошвы лавовой толщи (обр. 1480, глубина 259 м). Датирование цирконов Pb-Pb методом (Разработать…, 1995;

Розен и др., 1999) дало возраст 990±30 и 1100±30 млн. лет для прозрачных субпризматических кристаллов со сглаженными контурами, и 1450±40, 1550±50 и 1660±10 млн. лет для бурых непрозрачных изометричных зерен. Возраст цирконов значительно древнее силурийского возраста вмещающих их именновских вулканитов (~430-416 млн. лет), то есть, цирконы в базальтах являются ксеногенными. Изотопный состав Sr и Nd базальтоидов не фиксирует участие раннерифейской коры в их формировании. Это не исключает возможность контаминации расплавов на нижнекоровом уровне, если предположить, что вещество древней коры, за исключением цирконов, было уже полностью переработанным. Однако на ограниченную сохранность цирконов в базальтовых расплавах указывают результаты экспериментальных исследований, показавшие возможность полного их растворения при P=3кб и T=12000C в течение 24 часов (Левченков и др., 1998). Вместе с тем, в том же образце присутствуют кристаллы сульфидов с изотопным составом серы в пирите (34S=-20,3) и халькопирите (34S=-12,4) значительно фракционированным и облегченным, что свойственно осадочным сульфидам (Разработать…, 1995;

Розен и др., 1999). Поэтому, не исключено, что разновозрастные окатанные цирконы представляют собой тяжелую фракцию осадка, захваченного базальтовой магмой при излиянии на поверхность. Проблема объяснения присутствия ксеногенных разновозрастных цирконов в раннепалеозойских базальтах существует для всего Урала и требует дополнительных исследований. По мнению (Бочкарев, Язева, 2000) рифтогенез в рифее – венде присходил неоднократно. Если восстанавливать допалеозойские события для Урала, то следует отметить следующие. В раннем - среднем рифее на территории Балтии (входящей в состав Родинии) имели место события внутриконтинентального растяжения, рифтогенеза (и орогенеза?). Они фиксируются на западном склоне Южного Урала (Башкирский антиклинорий) по щелочным базальтоидам айской свиты (1615±45 млн. лет), гранитам рапакиви Бердяушского массива (1348±16 млн лет), прорывающих доломиты и известняки саткинской свиты, и по кислым вулканитам машакской свиты (U-Pb возраст по цирконам 1348+30 млн. лет, согласующийся с Rb-Sr изохроной по валовым пробам 1341+41 млн. лет, и модельным Sm/Nd возрастом истощенного ЛРЗЭ резервуара TDM=1684-2090 млн. лет) (Иванов, 1998 со ссылками). Магматические события в позднем рифее - венде (между ~1000 и 510 млн. лет) связывают с распадом Родинии и раскрытием Палеоуральского океана, формированием пассивной восточной окраины Балтии (Восточно-Европейского континента) (Khain et al., 2003). Эти события восстанавливаются по рифтогенному субщелочному магматизму на Среднем Урале в Кваркушской зоне: благодатский, кусьинский комплексы датированы 608±3 (Rb-Sr) - 627±57 (Sm-Nd) млн. лет (Карпухина и др., 1999), и на Южном Урале по базальтам аршинской свиты возрастом 677±31 млн. лет (Rb-Sr) (Горожанин, 1995). На Полярном Урале (Енгане-Пе) формировались офиолиты и комплексы островодужной природы ~670-690 млн. лет (Scarrow et al., 2001). Широкое распространение рифейских образований (на Урале, в Казахстане, Тянь-Шане, Западной Сибири, в обрамлении Сибирской платформы), указывающее на одновременность их формирования (Иванов, 1998), позволяет предположить присутствие фрагментов рифейских и более древних террейнов (пенепленов) в Палеоуральском океане. Силурийскую островную дугу (от Полярного до Южного Урала) сопоставляют (Бочкарев, Язева, 2000) с современными дугами западной окраины Тихого океана, в Тагильской палеодуге выделяют юную (O3-S1) и развитую (S2-D1) стадии формирования (Петров, Григорьев, 2001). Время собственно островодужного вулканизма в Тагильской зоне на Среднем Урале по палеонтологическим и изотопным данным ограничивается поздним ордовиком (450 млн. лет) - ранним девоном (401 – 408 млн. лет) и составляет около 40-50 млн. лет. Ранние (O3-S1) вулканические ассоциации Тагильской структуры (ранней дуги) представлены преимущественно эффузивными образованиями толеитовой и известково-щелочной серий. Поздние (S1-2-D1) вулканические ассоциации (поздней дуги) представлены эффузивными образованиями известково-щелочной (преобладают) и шошонитовой серий, и сопровождаются мощными толщами вулканокластических и вулканогенно-осадочных пород. Андезитовый магматизм в Тагильской структуре (павдинско-липовские базальтоиды и комагматичные им габбро, диориты и трондьемиты левихинского комплекса), с которым в современных дугах связывается переход к развитой стадии (Петрология…, 1987), происходил в раннем силуре. Выделенные формационные ряды раннепалеозойских вул канических ассоциаций могут представлять образования двух (ранней и поздней) или большего количества дуг, либо две или более последовательные стадии формирования древней дуги, поэтому современную Тагильскую структуру, вероятно, следует рассматривать как аккретированную островную дугу.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Изучение раннепалеозойских (O3-D1) базальтоидов южной части Тагильской зоны показало следующее: Вулканические ассоциации южной части Тагильской зоны образуют два формационных ряда. Формационный ряд позднего ордовика – раннего силура включает 1. базальтовую, содержащую плагиориодациты, нижнекабанскую ассоциацию (O3), 2. базальт-плагиодацит-плагиориолитовую верхнекабанскую (O3), 3. андезибазальт-андезит-плагиодацитовую красноуральскую (S1). Формационный ряд силура – раннего девона включает 1. базальт-андезибазальт-андезит-плагиориодацитовую павдинско–липовскую ассоциацию (S1), 2. базальт-андезибазальтовую именновскую (S1-2), 3. базальтовую, содержащую дациты, гороблагодатскую (S2), 4. шошонит-латитовую туринскую (S2-D1). Характер и обстановка базальтоидного вулканизма изменялись во времени. В позднем ордовике - раннем силуре доминировал эффузивный вулканизм в подводной обстановке (подушечные лавы и гиалокластиты кабанского и красноуральского комплексов). В силуре – раннем девоне базальтоидный вулканизм эффузивно-эксплозивного типа проходил в подводной обстановке (подушечные лавы и туфы павдинского-липовского, именновского и гороблагодатского комплексов) и в подводной-субаэральной обстановке (подушечные лавы, субвулканические тела и игнимбритоподобные лаво- и гиалокластиты туринского комплекса). Базальтоиды преобразованы в эпидот-хлоритовой и пренит-пумпеллиитовой субфациях регионального метаморфизма, из темноцветных минералов первичный состав сохраняет только клинопироксен, плагиоклаз замещен альбитом, стекло - вторичными минералами. В ранних (O3-S1) вулканических ассоциациях (нижнекабанской, верхнекабанской и красноуральской) преобладают афировые базальтоиды, мелкопорфировый облик изредка имеют верхнекабанские и красноуральские базальтоиды. Микровкрапленники клинопироксенов из нижнекабанских базальтов имеют состав высокомагнезиального авгита – эндиопсида, состав клинопироксенов из верхнекабанских и красноуральских базальтоидов изменяется от высокомагнезиального авгита, изредка диопсида во вкрапленниках до железистого авгита в микролитах. В вулканических ассоциациях (S1-2) (павдинско-липовской и именновской) доминируют порфировые базальтоиды. По преобладанию во вкрапленниках клинопироксена либо плагиоклаза выделены магнезиальные и глинозе мистые разности (петротипы) базальтоидов. Клинопироксены из них представлены 3-4мя генерациями, имеют сложную зональность, их состав изменяется от высокомагнезиальных авгитов - эндиопсидов во вкрапленниках до железистых авгитов - ферроавгитов в микролитах. Среди именновских базальтоидов присутствуют обильноминдалекаменные афировые разности с редкими микровкрапленниками плагиоклаза и клинопироксена авгита довольно однородного состава. Базальтоиды поздних вулканических ассоциаций (S2D1): редкопорфировые ферробазальты (гороблагодатские), редкопорфировые и порфировые латиты и обильнопорфировые шошониты (туринские). В этих породах во вкрапленниках плагиоклаз преобладает над клинопироксеном, присутствуют микровкрапленники титаномагнетита и акцессорные минералы: апатит, ильменит, сфен. Клинопироксены вкрапленников салиты – высококальциевые авгиты и ферросалиты-ферроавгиты в микролитах. Раннепалеозойские базальтоиды принадлежат к следующим петрохимическим сериям: в позднем ордовике – раннем силуре: Na толеиты (O3) сменяются известковощелочными K-Na базальтами (O3) и Na андезибазальтами-андезитами (S1);

в силуре – раннем девоне: известково-щелочные высокомагнезиальные K-Na, Na базальтыандезибазальты-андезиты (S1) сменяются известково-щелочными и толеитовыми Na базальтами-андезибазальтами (S1-2), затем K-Na базальтами переходного к субщелочному типа (S2) и K шошонитами-латитами (S2-D1). Базальтоидный вулканизм (O3-D1) в южной части Тагильской зоны развивался, в целом, от однородного толеитового к дифференцированному известково-щелочному и, затем, к субщелочному шошонитовому. Последовательность петрохимических серий базальтоидов позволяет охарактеризовать геодинамическую обстановку их формирования как островодужную. Общими геохимическими особенностями базальтоидов являются отрицательные аномалии ВЗЭ (Nb, Ta, Zr, Hf, Ti, Y) и максимумы КИЛЭ (K, Rb, Ba, Pb) относительно NMORB, низкие относительно хондрита содержания ТРЗЭ и высокие ЛРЗЭ. Значительным дефицитом ВЗЭ и ТРЗЭ, и невысокими содержаниями КИЛЭ и ЛРЗЭ характеризуются нижнекабанские толеиты, начинающие ряд ранних (O3-S1) вулканических ассоциаций, и павдинско-липовские высокомагнезиальные базальтоиды, начинающие ряд поздних (S1-2D1) вулканических ассоциаций. Содержание КИЛЭ и ЛРЗЭ, и обогащение КИЛЭ/ВЗЭ и ЛРЗЭ/ТРЗЭ последовательно возрастают в каждом формационном ряду и, в целом, от толеитовых базальтоидов к известково-щелочным и к субщелочным. Геохимические особенности базальтоидов объясняются формированием их расплавов из мантийного источника в присутствии водных флюидов, о чем свидетельствует характер отношений между элементами-примесями. В них наблюдается прямая зависимость между Nb/Ta и Zr/Hf, Th/Yb и La/Yb, не характерна для базальтов СОХ и континентальных рифтов (КР), но типичная для базальтов островных дуг (ОД). Низкие значения указанных отношений объясняются предшествующим плавлению взаимодействием мантийного субстрата с водным флюидом, равновесным с эклогитовой рутил-содержащей ассоциацией;

высокие значения указывают на снижение в составе метаморфизующего компонента водного флюида и возрастание доли расплава. Флюиды и расплавы, поступавшие в мантийный источник, имели субдукционную природу. Базальтоиды (O3-D1) Тагильской структуры, как и базальты ОД, почти на порядок обогащены КИЛЭ/ВЗЭ и ЛРЗЭ/ТРЗЭ (Sr/Nb, Ba/Nb, Pb/Y, La/Yb и др.) относительно базальтов СОХ, ОО и КР. Они характеризуются дефицитом Ta, что соответствует высокой степени плавления, но при этом, обогащены Th (имеют высокое Th/Ta отношение). Дополнительное поступление Th в источник плавления возможно с субдукционным компонентом, формирующимся за счет океанических осадков. Для оценки воздействия субдукционного флюида на мантийный источник проведены расчеты содержания Nb и Th в базальтовых расплавах из метасоматизированных флюидами перидотитов при различной степени плавления по модели (Brenan et. al., 1995). Эти расчеты показали, что поступление флюидов, равновесных с рутил-содержащей эклогитовой ассоциацией, в мантийный источник составляет около 10-20%. Подобные оценки получены для базальтов современных ОД. Расчетная степень плавления для базальтоидов с низким содержанием Nb (

для базальтоидов с более высоким содержанием Nb (~N-MORB) (именновского и гороблагодатского, и туринского комплексов) степень плавления снижается до 10% и 5%, соответственно. Такая последовательность согласуется с изменением состава и геохимических особенностей базальтоидов во времени и с удалением от фронта в современных ОД. Петрохимическая зональность в одновозрастных базальтоидах западной и восточной части Тагильской структуры, несмотря на сложную картину, позволяет идентифицировать западную часть структуры как фронтальную, а восточную как тыловую зону вулканического фронта островной дуги или островодужной системы. Одновозрастные базальтоиды позднего ордовика (нижнекабанские на западе и нижнекрасноуральские на востоке) и раннего силура (павдинские на западе и липоские на востоке) могли формироваться в пределах единого вулканического фронта в параллельных грядах (современный аналог – Курильская дуга). На западе базальтоиды кристаллизовались из более дифференцированных расплавов, здесь породы и ранние генерации клинопироксенов характеризуются меньшей магнезиальностью. Формирование более дифференцированных расплавов во фронтальной части вулканического фронта Курильской дуги связывают с большей мощностью островодужной коры (Bindeman, Bailey, 1999). На востоке реконструируется тыловая зона вулканического фронта по возрастанию глубины очага плавления базальтоидов липовского комплекса (S1). Поперечная зональность проявляется в Тагильской структуре с запада на восток в том, что толеитовые базальтоиды сменяются известково-щелочными и субщелочными калиевыми. В базальтоидах ранней (O3-S1) и поздней (S1-2-D1) вулканических ассоциаций с запада на восток возрастает общая щелочность, содержание Sr, Rb и др. КИЛЭ, ЛРЗЭ (La+Ce+Nd), Zr и др. ВЗЭ. Подобная зональность типична для ОД, она объясняется (Kuno, 1966;

Whitford, 1975;

Tatsumi, 1991) закономерными изменениями условий генерации и эволюции магм с удалением от фронта дуг: возрастанием глубины и снижением степени частичного плавления, изменением состава источника от деплетированного к обогащенному. Состав мантийного источника раннепалеозойских базальтоидов, по содержанию и степени фракционирования РЗЭ в базальтоидах и в клинопироксенах, изменялся от деплетированного шпинелевого лерцолита или шпинелевого гарцбургита (толеиты O3) к амфибол-шпинелевому лерцолиту (известково-щелочные базальтоиды O3-S1-2) и к обогащенному перидотиту, содержащему слюду и амфибол (шошониты, латиты S2-D1). Источником высокомагнезиальных известково-щелочных базальтоидов (S1) на востоке мог служить гранатовый лерцолит. Метасоматическое обогащение мантийного субстрата базальтоидов Тагильской структуры с запада на восток прослеживается так же по возрастанию в них ЛРЗЭ и Th относительно КИЛЭ и Pb. Подобная зональность наблюдается в островных дугах с удалением от фронта, она возникает при снижении в составе субдукционного компонента, метасоматизирующего мантийный субстрат, доли флюида и увеличении доли расплава (Kent, Elliott, 2002 и др.). С запада на восток в базальтоидах снижаются Pb/Ce и Ba/Th отношения, за исключением субщелочных разностей в тыловой зоне, где нивелирование отношений связано с плавлением более глубинного субстрата. Геохимические особенности раннепалеозойских базальтоидов Тагильской структуры показывают участие в их генезисе деплетированной, метасоматизированной, мантии и коры океанического типа. Сопоставление раннепалеозойских базальтоидов с базальтоидами современных обстановок по геохимическим особенностям, показало, что их формирование происходило в островодужной обстановке, в субокеанических условиях без участия континентальной коры. Это подтверждается данными исследований изотопного состава Sr и Nd вулканогенных пород (O3-S1-2) (Розен и др., 1999;

Бубнов и др., 2001).

Время собственно островодужного вулканизма в Тагильской зоне на Среднем Урале по палеонтологическим и изотопным данным ограничивается поздним ордовиком (448 млн. лет) - ранним девоном (401 – 408 млн. лет) и составляет около 40-50 млн. лет. Современную Тагильскую структуру можно рассматривать как аккретированную островную дугу. Выделенные формационные ряды вулканических ассоциаций могут представлять образования двух (ранней и поздней) или более дуг, либо, как минимум, две последовательные стадии формирования древней дуги.

Список использованных источников 1. Авдейко Г.П. Геодинамика проявления вулканизма Курильской островной дуги и оценка моделей магмообразования //Геотектоника.- 1994.- №2.- С.19-32. 2. Авдейко Г.П. Геодинамические условия магмообразования Курило-Камчатской островодужной системы /Авдейко Г.П., Палуева А.А. //Вулканизм и геодинамика: Сб. науч. тр. II Всероссийского симпозиума по вулканологии и палеовулканологии.Екатеринбург: УрО РАН, 2003.- С.164-169. 3. Агеева С.Т. Палеогеоструктурные реконструкции Тагильской островодужной системы //Уральская сверхглубокая скважина.- Ярославль: ГНПП “Недра”, 1992.- С.166174. 4. Башта К.Г. Геологический разрез Уральской СГ-4 (0-5354 м) /Башта К.Г., Шахторина Л.Н., Кускова В.Н. //Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4): Сб. науч. тр.- Ярославль, 1999.- Вып.5.- С.25-36. 5. Бочкарев В.В. Субщелочной магматизм Урала /Бочкарев В.В., Язева Р.Г.Екатеринбург: УрО РАН, 2000.- 256 с. 6. Бубнов С.Н. Возраст вулканитов разреза СГ-4 и околоскважинного пространства и время их метаморфических преобразований: данные изотопной геохронологии //Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины СГ-4 (19992000 гг.). Научное бурение в России: Сб. научных трудов /Бубнов С.Н., Гольцман Ю.В., Баирова Э.Д.- Ярославль: ФГУП НПЦ "Недра", 2001.- Вып. 7.- С.213-237. 7. Варганов В.Г. Стратиграфия и фауна ордовика Среднего Урала /Варганов В.Г., Анцигин Н.Я., Наседкина В.А. и др.- М.: Недра, 1973.- 285 с. 8. Викентьев И.В. Метаморфизм в разрезе Уральской сверхглубокой скважины: минеральные парагенезисы и эволюция флюидного режима /И.В. Викентьев, В.Л. Русинов, И.П. Лапутина, Л.П. Носик //Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4): Сб.научн. тр.- Ярославль: ФГУП НПЦ "Недра", 1999.Вып.5.- С.185-236. 9. Гатинский Ю.Г. Зоны субдукции: действующие силы, геодинамические типы, сейсмичность и металлогения. /Гатинский Ю.Г., Рудквист Д.В., Владова Г.Л., Мирлин Е.Г., Миронов Ю.В., Рожкова В.В., Соловьев А.А. //Вестник ОГГГГ РАН.- 2000.- №2(12). 10. Горожанин В.М. Рубидий-стронциевый изотопный метод в решении проблем геологии Южного Урала: Дис. … канд. геол.-минерал. наук.- Екатеринбург: ИГГ УНЦ РАН, 1995.

11. 12. Ефремова С.В. Петрохимические методы исследования горных пород Зенков И.И. Закономерности развития вулканизма в силуре и девоне южной /Ефремова С.В., Стафеев К.Г.- М.: Недра, 1985.- 511 с. части Тагильского прогиба /Зенков И.И., Коровин Н.Ф. //Палеовулканологические карты и металлогеническая специализация древнего вулканизма Урала.- Свердловск: УНЦ АН СССР, 1985.- С.123-127. 13. 14. 252 с. 15. Иванов К.С. Конодонты и биостратиграфия вулканогенно-кремнистых отложений раннего палеозоя, вскрытых Уральской сверхглубокой скважиной СГ-4 /Иванов К.С., Снигирева М.П., Мянник П., Бороздина Г.Н. //Литосфера.- 2004.- №4.- С.89101. 16. 17. Каретин Ю.С. Геология и вулканические формации района Уральской Каретин Ю.С. К петрологии вулканических комплексов разреза СГ-4: сверхглубокой скважины СГ-4.-Екареринбург: УрО РАН, 2000.-277 с. сопоставления с мировыми эталонами //Проблемы петрогенезиса и рудообразования.Екатеринбург: УрО РАН, 1998.- С.84-86. 18. Каретин Ю.С. Концепция нестандартного геодинамического цикла в подвижных поясах континентов, на материалах по полигону Уральской сверхглубокой скважины //Новые идеи в науках о Земле.- М., 1997.- Т.1.- С.59. 19. Каретин Ю.С. Строение и эволюция земной коры главного эвгеосинклиноального пояса Урала на полигоне сверхглубокой скважины СГ-4 //ИГИГ: Основные научные достижения за 1992-1996 г.г.- Екатеринбург: УрО РАН, 1996.- С.166172. 20. Каретин Ю.С. Эволюция вулканизма Тагильского сегмента пояса палезоид Урала: новые данные и геодинамические интерпретации //Вулканизм и геодинамика: Матер. Докл. II Всероссийского симпозиума по вулканологии и палеовулканологии.Екатеринбург: УрО РАН, 2003.- С.269-275. 21. Каретин Ю.С. Эволюция раннегеосинклинального базальтоидного вулканизма Тагильского прогиба //Вулканические образования Урала: Сб. статей.Свердловск, 1978.- С.69-86. Зоненшайн Л.П. Тектоника литосферных плит территории СССР /Зоненшайн Л.П., Кузьмин М.И., Натапов Л.М.- М.: Недра, 1990.- Кн.1.- 328 с. Иванов К.С. Основные черты геологической истории (1,6-0,2 млрд. лет) и строения Урала: Дис. … д-ра геол.- минерал. наук.- Екатеринбург: ИГиГ УрО РАН, 1998. 22. 44 с. 23. Карпухина Е.В. Возраст мафит-ультрамафитового магматизма Западного склона Урала (первые Sm-Nd- и Rb-Sr- данные) /Карпухина Е.В., Первов В.А., Журавлев Д.З., Лебедев В.А. //ДАН.- 1999.- Т.369, № 6.- С.809-811. 24. 25. Кейльман Г.А. Изучение метаморфических комплексов /Кейльман Г.А., Классификация магматических (изверженных) пород и словарь терминов: Золоев К.К.- М.: Недра, 1989.- 207 с. Рекомендации Подкомиссии по систематике изверженных пород Международного союза геологических наук.- М.: Недра, 1997.- 248 с. 26. Коротеев В.А. Палеозоны субдукции в геодинамической истории Урала /Коротеев В.А., Язева Р.Г., Иванов К.С., Бочкарев В.В. //Отечественная геология.- 2001.№ 6.- С.50-57. 27. 28. Корреляция магматических комплексов Среднего Урала: Препринт.Костюченко С.Л. Особенности строения литосферы Урала по результатам Свердловск: УрО АН СССР, 1991.- 74 с. многоволнового глубинного сейсмического зондирования /Костюченко С.Л., Егоркин А.В., Солодилов Л.Н. //Геотектоника.- 1998.- №4.- С. 3-18. 29. Кузнецов Н.Б. Средне-позднепалеозойское развитие Урала //Палеозоны субдукции: тектоника, магматизм, метаморфизм, седиментогенез: Тез. докл. Междунар. науч. конф. «Чтения А.Н. Заварицкого», Екатеринбург, 1-4 июля 1999 г.- Екатеринбург: УрО РАН, 1999.- С. 85-88. 30. Кузнецов Н.Б. Позднепалеозойская тектоническая активизация Урала /Кузнецов Н.Б., Шипунов С.В., Павленко Т.И. //Общие и региональные вопросы геологии: Проект А.70 ФЦП «Интеграция».- М.: ГЕОС, 2000.- С. 31. 32. 33. 34. 35. 36. Леонов Ю.Г. Напряжения в литосфере и внутриплитная тектоника Магматические горные породы.- М.: Наука, 1983.- Т.1.- 367 с. Магматические горные породы.- М.: Наука, 1985.- Т.3.- 488 с. Магматические горные породы.- М.: Наука, 1988.- Т.5.- 508 с. Магматические горные породы //Эволюция магматизма в истории Земли.Метасоматизм и метасоматические породы /Под ред. В.А. Жарикова, В.Л. //Геотектоника.- 1995.- № 6.- С.3-21. Каретин Ю.С. Палеозойский вулканизм и геодинамика Тагильской мегазоны Урала: Автореф. Дис. … д-ра геол.- минерал. наук.- Екатеринбург: ИГиГ УрО РАН, 2004. М.: Наука, 1987.- Т.6.- 438 с. Русинова.- М.: Научный мир, 1998.- 492 с.

37. 38. 39. Мизенс Г.А. Верхнедевонские обломочные комплексы в геологической Миронов Ю.В. Вулканизм и океанское колчеданообразование /Миронов Наркисова В.В. Петрохимические и минералогические особенности истории Южного Урала //Геотектоника.- 2002.- №2.- С.43-58. Ю.В., Ельянова Е.А., Зорина Ю.Г., Мирлин Е.Г.- М.: Научный мир, 1999.- 176 с. вулканитов южной части Тагильской палеодуги (Средний Урал) /Наркисова В.В., Носова А.А., Сазонова Л.В., Розен О.М., Башта К.Г., Гурбанов А.Г. //Палеозоны субдукции: тектоника, магматизм, метаморфизм, седиментогенез.- Екатеринбург: ИГ УрО РАН, 2000.С.32-50. 40. Наркисова В.В. Петрохимия вулканитов разреза Уральской сверхглубокой скважины и условия их образования /Наркисова В.В., Носова А.А., Шахторина Л.Н. //Матер. I-го Всерос. Петрограф. совещания. Кн.2. Формации и серии магматических и метаморфических пород.- Уфа, 1995.- С.104-105. 41. Николаева О.В. K-U-Th систематика земных магматических пород для планетологических сравнений: базальты нормального типа срединно-океанических хребтов Земли и базальтовый материал Венеры //Геохимия.- 1995.- №4.- С. 467-476. 42. Николаева О.В. K-U-Th систематика земных магматических пород для планетологических сравнений: вулканические породы океанических островных дуг Земли и материал поверхности Венеры //Геохимия.- 1997.- №5.- С. 488-512. 43. Носова А.А. Петрология известково-щелочных вулканитов павдинского комплекса Тагильского прогиба по данным изучения зональных клинопироксенов (по материалам Уральской сверхглубокой скважины) /Носова А.А., Сазонова Л.В., Наркисова В.В., Бубнов С.Н., Гурбанов А.Г. //Петрология.– 2000.- Т. 8, № 2.- С.182-198. 44. Носова А.А. Элементы-примеси в клинопироксенах из палеозойских вулканитов Тагильской островной дуги Среднего Урала /Носова А.А., Сазонова Л.В., Наркисова В.В., Симакин С.Г. //Геохимия.- 2002.- №3.- С. 254-268. 45. 1977.- 120 с. 46. Мезенина 47. Петров Г.А. Тагильская палеоостроводужная система: к вопросу о З.С. //Палеозоны субдукции: тектоника, магматизм, метаморфизм, положении и времени формирования /Петров Г.А., Свяжина И.А., Рыбалка А.В., седиментогенез.- Екатеринбург, 2000.- С. 51-64. Петров Г.А. К вопросу о геодинамических реконструкциях Тагильской мегазоны /Петров Г.А., Григорьев А.Г. //Результаты бурения и исследований Уральской Пейве А.В. Тектоника Урала: Объяснительная записка к тектонической карте Урала масштаба 1:1000000 /Пейве А.В., Иванов С.Н., Нечеухин В.М.- М.: Наука, сверхглубокой скважины СГ-4 (1999-2000): Сб. науч. тр.- Ярославль: ФГУП НПЦ "Недра", 2001.- Вып.7.- С.158-162. 48. Петров Г.А. Новые данные по геологии и метаморфизму Салдинского комплекса (Средний Урал) /Петров Г.А., Фриберг П.М., Ларионов А.М., Шмелев В.Р. //Геология и металлогения Урала: Сб. науч. тр.- Екатеринбург, 2000.- С.66-94. 49. 50. 51. - 336 с. 52. Покровский Б.Г. Уральская сверхглубокая скважина: геохимия стабильных изотопов и некоторые параметры гидротермальных рудообразующих систем /Покровский Б.Г., Викентьев И.В., Розен О.М. //Литология и полезные ископаемые.- 1996.- № 2.- С.168181. 53. Попов В.С. Магматическая эволюция Южного и Среднего Урала: взаимодействие мантийных и коровых источников //Петрография на рубеже XXI века. Итоги и перспективы: Матер. Второго всеросс. петрогр. совещ., Сыктывкар, 27-30 июня 2000 г.- Сыктывкар: Изд.- полигр. отд. ИГ Коми НЦ УрО РАН «Геопринт», 2000.- Т.IV.С.127-131. 54. Попов В.С. Изотопный состав Nd и Sr в гранитах Урала как показатель взаимодействия мантия-кора /Попов В.С., Тевелев Ал.В., Беляцкий Б.В., Богатов В.И., Петрова А.Ю., Журавлев Д.З., Осипова Т.А. //ЗВМО.- 2003.- Ч. CXXXII, №.3.- С.16-38. 55. №3.- С.18-33. 56. Пысцин А.М. Высокобарический метаморфизм в истории формирования земной коры Урала /Пысцин А.М., Пысцына Ю.И. //Матер. Междунар. (X всерос.) петрограф. совещания Петрография XXI века, г.Апатиты, 20-22 июня 2005 г.- Апатиты: Из-во КНЦ РАН.- 2005.- Т.4.- С.194-195. 57. палеоокеана Розен О.М. Фрагмент энсиматической островной дуги силурийского на Среднем Урале: Тагильская синформа (изотопно-геохимическое Пучков В.Н. Палеоокеанические структуры Урала //Геотектоника.- 1993.Петрографический Петрография и кодекс. петрология Магматические магматических, и метаморфические и образования.- СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 1995.- 128 с. метаморфических метасоматических горных пород: Учебник.- М.: Логос, 2001.- 768с. Петрология и геохимия островных дуг и окраинных морей.- М.: Наука, 1987.

исследование керна Уральской сверхглубокой скважины) /Розен О.М., Викентьев И.В., Журавлев Д.З. //Тектоника Азии.- М.: ГЕОС, 1997.- С.182-184. 58. Розен О.М. Тагильская синформа: фрагмент энсиматической островной дуги силурийского палеоокеана (по данным геохимического и изотопного исследований керна Уральской СГ-4 в интервале 0-4232 м) /Розен О.М., Бибикова Е.В., Викентьев И.В., Журавлев Д.З., Ляпунов С.М., Покровский Б.Г. //Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4). Научное бурение в России: Сб. научн. тр. ФГУП НПЦ "Недра".- Ярославль, 1999.- Вып. 5.- С. 113-132. 59. Румянцева Н.А. Уральская СГС. Модель строения палеозойской земной коры /Румянцева Н.А., Башта Г.К., Кукуй А.А., Юшкова Г.А. Львова Е.Б., Шмелева К.Л. //Сверхглубокие скважины России и сопредельных регионов.- Спб., 1995.- 247 с. 60. 61. Румянцева Н.А. Силурийская бонинитовая серия на Урале /Румянцева Н.А., Сазонова Л.В. Зональность клинопироксенов как функция условий Юшкова Г.А., Шмелева К.Л., Кукуй А.А. //ДАН СССР.- Т.304, №4.- 1989.- С.947-951. остывания магматического расплава (на примере одинитов Урала) /Сазонова Л.В., Носова А.А. //Геохимия.- 1999.- №12.- С.1-18. 62. Сазонова Л.В. Клинопироксены из вулканогенных пород Тагильского прогиба (по материалам Уральской сверхглубокой скважины) /Сазонова Л.В., Носова А.А., Наркисова В.В., Гурбанов А.Г., Бубнов С.Н. //Петрология.- 1997.- Т.5, №5.- С.523540. 63. Сегалович В.И. Тектоника Тагильского прогиба и сопредельных территорий Урала по данным сверхглубокого бурения /Сегалович В.И., Дмитровская Ю.Е. //Серия геологическая.- 1992.- №5.- С.129-144. 64. 65. 66. 19. 67. 68. 69. 70. Тейлор С.Р. Континентальная кора: ее состав и эволюция /Тейлор С.Р., МакТектоника Урала: Объяснительная записка к тектонической карте Урала МФерштатер Г.Б. Геохимическая типизация Уральских офиолитов /Ферштатер Ферштатер Г.Б. Латеральная зональность, эволюция и геодинамическая Леннан С.М.- М.: Изд-во «Мир», 1988.-384 с. ба 1:1000000 /Пейве А.В., Иванов С.Н., Нечеухин В.М. и др.- М: Наука, 1977.- 120 с. Г.Б., Беа Ф.А. //Геохимия.- 1996.- №3.- С.195-218. интерпретация магматизма Урала в свете новых петрологических и геохимических данных /Ферштатер Г.Б., Беа Ф.А., Бородина Н.С., Монтеро П. //Петрология.- 1998.- Т.6, №5.- С.451-477. Сергиевский В.М. Магматизм, тектоническое развитие и основные Сергиевский В.М. Среднепалеозойский вулканизм и история формирования Соколов В.Б. Строение земной коры Урала //Геотектоника.- 1992. №5. С.3особенности металлогении Урала.- Л., 1971.- 60 с. тектонических структур восточного склона Урала //Матер. ВСЕГЕИ, общ. сер.- 1948.- N 8.

71. 72. 73. 74. 75. 76. 215 с. 77. Шарфман В.С. Методика корреляции вулканитов (на примере Уральской колчеданоносной провинции): Препринт /Шарфман В.С., Цыганова Е.Н., Костина Р.И.М.: МГУ, 1993.- 63 с. 78. 79. 80. 81. Штрейс Н.А. Стратиграфия и тектоника Зеленокаменной полосы Среднего Язева Р.Г. Силурийская островная дуга Урала: структура, развитие, Язева Р.Г. Реликты активной континентальной окраины в структурах Урала Altherr R. Asthenosphere versus lithosphere as possible sourcers for basaltic Урала //Тектоника СССР.- М.: Изд. АН СССР, 1951.- Т.III.- 380 с. геодинамика /Язева Р.Г., Бочкарев В.В. //Геотектоника.- 1995.- №6.- С.32-44. /Язева Р.Г., Пучков В.Н., Бочкарев В.В. //Геотектоника.- 1989.- №3.- С.76-85. magmas erupted during formation of the Red sea: constraints from Sr, Pb and Nd isotopes /Altherr R., Henjes-Kunst F., Baumann A. //Earth Planet Sci Lett.- 1990.- Vol 96.- P.269-286. 82. Altherr R. Volcanic activity in the Red sea axial trough – evidence for a large mantle diapir? /Altherr R., Henjes-Kunst F., Puchelt H., Baumann A. //Tectonophysics.- 1988.Vol150.- P.121-133. 83. Bach W. Rare earth element mobility in the oceanic lower sheeted dyke complex: evidence from geochemical data and leaching experiments /Bach W., Irber W. //Chemical Geology.-1988.- Vol.151(1-4).- P.309-326. 84. P.265-280. 85. Baker J.A. Sr-Nd-Pb isotopic fnd trace element evidence for crustal contamination of plume-derived flood basalts: Oligocene flood volcanism in western Yemen /Baker J.A., Thirlwall M.F., Menzies M.A. //Geochimica et Cosmochimica Acta.- 1996.- Vol.60(14).P.2559-2581. Bailey J.C. Mineralogy, geochemistry and petrogenesis of Kurile island-arc basalts /Bailey J.C., Frolova T.I., Burikova I.A. //Contrib. Mineral. Petrol.- 1989.- Vol.102.Фор. Г. Основы изотопной геологии.- М: Мир, 1989.- 590 с. Фролова Т.И. Магматические формации современных геотектонических Фролова Т.И. Магматизм и преобразование земной коры активных окраин Хаин В.Е. Региональная геотектоника. Внеальпийская Европа и Западная Хендерсон П. Неорганическая геохимия.- М: Мир, 1985.- 339 с. Шарфман В.С. Палеовулканологические реконструкции.- М.: Недра, 1989. обстановок /Фролова Т.И., Бурикова И.А.- М.: Изд-во МГУ, 1997.- 320 с. /Фролова Т.И., Перчук Л.Л., Бурикова И.А.- М.: Недра, 1989.- 261 с. Азия.- М.: Недра, 1977.- 360 с.

86. Bebout G. E. Fractionation of trace elements by subduction-zone metamorphism effect of convergent-margin thermal evolution /Bebout G. E., Ryan J. G., Leeman W. P., Bebout A. E. //Earth and Planetary Science Letters.- 1999.- Vol.171(1).- P.63-81. 87. Becker H. Trace element fractionation during dehydration of eclogites from highpressure terranes and the implications for element fluxes in subduction zones /Becker H., Klaus P. J., Carlson R. W. //Chemical Geology.- 2000.- Vol.163(1-4).- P.65-99. 88. Bindeman I. Trace elements in anorthite megacrysts from the KurileI sland Arc: a window to across-arc geochemical variations in magma compositions /Bindeman I., Bailey J. //Earth And Planetary Science Letters.- 1999.- Vol.169(3-4).- P.209-226. 89. Bougault H. Tholeiites, basaltic andesites, and andesites from leg 60 Sites: geochemistry, mineralogy, and low partition coefficient elements /Bougault H., Maury R.C., El Azzouzi M., Joron J.-L., Cotton J., Treuil M. //Init. Rep. Deep Sea Drill. Proj.- 1982.- V.60.P.657-677. 90. Brenan J. M. Rutile-fluid partitioning of Nb, Ta, Zr, U and Th: Implications for high-field-strength element depletions in island-arc basalts /Brenan J. M., Shaw H. F., Phinney D.L, Ryerson F. J. //Earth Planet. Sci. Lett.- 1994.- Vol.128.- P.327-339. 91. Brenan J. M. Mineral-aqueous fluid partitioning of trace elements at 900°C and 2.0 GPa: Constraints on the trace element chemistry of mantle and deep crustal fluids /Brenan J. M., Shaw H. F., Ryerson F. J., Phinney D.L. //Geochimica et Cosmochimica Acta.- 1995.Vol.59(16).- P.3331-3350. 92. Brent I.A. Hydrous metasomatism of oceanic sub-arc mantle, Lihir, Papua New Guinea: petrology and geochemistry of fluid-metasomatised mantle wedge xenoliths /Brent I.A., McInnes, Gregoire M., Binns R.A., Herzig P.M., Hannington M.D. //Earth and Planetary Science Letters.- 2001.- Vol.188.- P.169-183. 93. Brotzu P. Basaltic volcanism in the northern sector of the main Ethiopian rift /Brotzu P., Ganzerli-Valentini M.T., Morbidelli L., Piccirillo E.M., Stella R., Traversa G. //J. Volcanol. Geotherm. Res.- 1981.- V.10.- P.365-382. 94. 95. Brown L. 10Be in island-arc volcanoes and implications for subduction /Brown Churikova T. Sources and fluids in the mantle wedge below Kamchatka, evidence L., Klein J., Middleton R., Sacks I.S., Tera F. //Nature.- 1982.- V.299.- P.718-720. from across-arc geochemical variation /Churikova T., Dorendorf F., Worner G. //J. Petrol.2001.- V.42.- P.1567-1593. 96. Class, C. Distinguishing melt and fluid subduction components in Umnak Volcanics, Aleutian Arc /Class, C., D. M. Miller, S. L. Goldstein, and C. H. Langmuir. //Geochem. Geophys. Geosyst.- 2000.- V.1.

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.