WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Энтони Графтон УНИВЕРСИТЕТы АМЕРИКИ:

Статья поступила в редакцию в марте 2012 г.

ПОчЕМУ ОНИ ТЕРПЯТ ПОРАЖЕНИЕ?1 Н.Ш. Райли. Комната отдыха университетских преподавателей и другие причины, почему вы не получите то образование, за кото рое заплатили2.

Б. Гинсберг. Упадок университетских преподавателей: расцвет администраций, и почему это важно3.

Дж. Карабель. Избранные: тайная история зачисления и ис ключения из Гарварда, Йеля и Принстона4.

К. Ньюфилд. Отменить госуниверситеты: наступление на сред ний класс на протяжении уже сорока лет5.

У.Дж. Боуэн, М. М. Чингос, М. С. Макферсон. За финишной чертой: как закончить колледж при государственном университе те в Америке6.

Р. Арум, Дж. Рокса. Дрейфующие в науке: границы образова ния в пределах университетских кампусов7.

Э. Кронман. Конец образования: почему наши колледжи и уни верситеты отказались от поиска смысла жизни8.

Anthony Grafton. Our universities: Why are they failing? // The New York Review of Books. 2011. November 24 (пер. с англ. Н. Микшиной) http://www.nybooks.

com/articles/archives/2011/nov/24/our-universities-why-are-they-failing/?utm_ medium=email&utm_campaign=November+24+2011+issue&utm_content=Novemb er+24+2011+issue+CID_a6226e131f9165195e0602b4a8a2b14a&utm_source=Em ail+marketing+software&utm_term=Our+Universities+Why+Are+They+Failing Naomi Schaefer Riley. The faculty lounges: And other reasons why you won’t get the college education you paid for. Ivan R. Dee.

Benjamin Ginsberg. The fall of the faculty: The rise of the all-administrative university and why it matters. Oxford University Press.

Jerome Karabel. The chosen: The hidden history of admission and exclusion at Harvard, Yale, and Princeton. Mariner.

Christopher Newfield. Unmaking the public university: The forty-year assault on the middle class. Harvard University Press.

William G. Bowen, Matthew M. Chingos, Michael S. McPherson. Crossing the finish line: Completing college at America’s public universities. Princeton University Press.

Richard Arum, Josipa Roksa. Academically adrift: Limited learning on college campuses. University of Chicago Press.

Anthony T. Kronman. Education’s end: Why our colleges and universities have given up on the meaning of life. Yale University Press.

Обзоры и рецензии Н. Фолбр. Спасение госуниверситетов: почему необходимо упорядочить систему государственного высшего образования9.

Многие американские университеты занимают верхние строч ки в различных мировых рейтингах, и хотя в основном эти рейтинги не более чем развлечение для административных работников и вы пускников вузов, кое о чем они все-таки говорят. Ряд американских университетов предлагает своим преподавателям такие зарплаты, такие условия работы, лаборатории и библиотеки, что с ними мало кто может сравниться. Не только на сотрудников, но и на студен тов бакалавриата и магистратуры американцы тратят больше, чем их коллеги за океаном. По европейским или азиатским стандартам плата за обучение в этих вузах огромна, но в последние годы они многое сделали для того, чтобы привлечь и выходцев из небогатых семей, предоставляя более щедрую помощь студентам бакалав риата и полностью оплачивая обучение всех докторантов. На каж дом уровне системы увлеченные профессора заражают студентов своим энтузиазмом по поводу чего угодно — структуры кристалла или структуры стихотворения.

Тем не менее американские университеты вызывают и резкую критику, часто со стороны преподавателей и журналистов, которые хорошо знают их изнутри, и эта критика небезосновательна. У каж дой медали есть оборотная сторона, каждой добродетели соответ ствует какой-нибудь порок, и почти в каждом университете суще ствуют свои застарелые проблемы. Профессора самых престиж ных медицинских вузов публикуют под своими именами статьи рекламщиков фармацевтических компаний. Во многих государ ственных университетах и нередко в частных главные футбольные и баскетбольные тренеры получают миллионы, а их помощники — сотни тысяч долларов за подготовку полупрофессиональных ко манд. Лишь несколько таких команд приносят спонсирующим их университетам деньги, сопоставимые с затратами на них, а в не которых командах игроков нещадно эксплуатируют.

В частных колледжах и университетах с конкурсным отбором председатели приемных комиссий резервируют места в каждой группе для детей выпускников и потенциальных спонсоров, для спортсменов, многие из которых извлекают значительно меньше пользы из предлагаемых им академических возможностей, чем их одногруппники, и просто для тех, кто в состоянии оплатить обу чение. В университетах, заявляющих, что делают ставку на бака лавриат, слишком многие профессора ограничиваются тем, что дважды в неделю прогоняют презентации в PowerPoint, а индиви дуальное обучение поручают магистрантам, получающим в разы меньше, и докторам наук, работающим по краткосрочным кон трактам, и те из кожи вон лезут, чтобы передать студентам азы Nancy Folbre. Saving State U: Why we must fix public higher education. New Press.

Энтони Графтон Университеты Америки: Почему они терпят поражение?

литературного мастерства и математического анализа, зарабаты вая при этом всего пару тысяч долларов за курс.

Оценить качество обучения в американских колледжах и уни верситетах непросто. В стране сейчас почти пять тысяч универ ситетов и колледжей, как двухгодичных, так и четырехгодичных.

Студентов в них миллионы, из них примерно 40% — в возрасте от 18 до 24 лет, а подавляющее большинство старше. Высшее об разование представлено как тенистыми Олимпами частных вузов по типу Лиги плюща и внушительными дворами государственных университетов, так и муниципальными колледжами, работающи ми по двенадцать часов в сутки и окруженными огромными, всег да переполненными автостоянками. Высшее образование — оно разное: частное и государственное, массовое и элитное, консер вативное, заросшее плющом, и современное, передовое. На этой громадной и пестрой сцене нет места обобщениям.

Книги об американских университетах — многие, а может быть, и большинство — можно отнести к одной из двух категорий.

Первая — это горестные сетования, которые чуть ли не еженедель но раздаются со страниц печати. Эта категория объединяет такие разные по своим отправным точкам книги, как «Комната отдыха университетских преподавателей» (2011) — острая критика про фессоров, написанная выдающейся журналисткой Наоми Шэфер Райли, и «Упадок университетских преподавателей» (2011) — ата ка на администрации, предпринятая авторитетным политологом Бенджамином Гинсбергом. Вместо того чтобы анализировать та кие сложные сообщества, как университеты, с разных точек зре ния, оба автора сосредоточили все внимание на некой группе зло козненных негодяев. Вместо подробного описания конкретных вузов, которое могло бы дать ощущение ритма и организации уни верситетской жизни, они нагромождают истории, взятые из газет, журналов и с веб-сайтов;

описывают индивидуальный опыт, часто вопиющий, так, как если бы это было общее правило, и без устали мусолят байки, и так уже сильно потрепанные в предыдущих поле мических работах.

Но даже несмотря на это, не все их стрелы летят мимо цели.

Райли рассказывает, приводя множество фактов, как невесело приходится временным и случайным преподавателям, работа ющим в вузах по контракту. Гинсберг справедливо отмечает, что количество административных и других штатных сотрудников ву зов увеличивается намного быстрее, чем количество преподава телей, и это приводит к повышению сумм, выплачиваемых сту дентами и их семьями за обучение, но никак не способствует по вышению его качества. Однако когда Райли называет ненужными все исследования разом на том основании, что так считает кое кто из старших преподавателей, или когда Гинсберг высказывает ся за увольнение всех административных работников, потому что они дармоеды, которых волнует только очередная бессмысленная Обзоры и рецензии конференция на Гавайях, — они кидаются в другую крайность.

читать это забавно, но делу, увы, не помогает.

И есть иная категория книг. Основательно подготовленные, предлагающие обширный материал и порой украшенные десят ками таблиц, которые для непосвященных выглядят как крипто граммы, сочинения вроде «Избранных» (2005) Джерома Карабеля, «Отменить госуниверситеты» (2008) Кристофера Ньюфилда, «За финишной чертой» (2009) Уильяма Боуэна, Мэттью чингоса и Майкла Макферсона и «Дрейфующие в науке» (2011) Ричарда Арума и Джосипы Роксы рассматривают отдельные аспекты систе мы. Они вскрывают неприглядный мир постыдных фактов и недо пустимых методов, применяемых изо дня в день, мир, не имеющий ничего общего с глянцевой картинкой, которую создает рекламная шумиха вокруг мировых университетских рейтингов.

В книге «Дрейфующие в науке» Арум и Рокса рисуют жуткую картину того, во что превратился университетский учебный план.

Основные данные, на которые опираются авторы, — это результа ты, которые показали 2322 студента, принявшие участие в Оценке знаний учащихся колледжей, стандартизированном тесте, предло женном студентам в течение их первого семестра в университете и еще раз в конце второго года обучения. Этот тест не предполага ет выбора из нескольких вариантов ответа, для его выполнения не обходимо прочесть некоторое количество текстов по определен ной проблеме в области бизнеса или политики и написать письмо чиновнику с советом, как ее разрешить. Дополнительный материал получен из Национального исследования распределения времени студентов и самопроверки знаний и умений студентов, в которой ежегодно участвуют миллионы молодых людей, а также из недав них полевых исследований студенческой жизни.

Результаты исследования действуют отрезвляюще. Оценка знаний учащихся колледжей показала, что около 45% студен тов в выборке за первые два года обучения фактически никак не продвинулись в отношении умения критически мыслить, стро ить сложные суждения и излагать свои мысли в письменном виде.

Анализ их академического опыта позволяет понять, почему так происходит. Студенты сообщили, что в среднем посвящают уче бе 12 часов в неделю, в то время как в 1961 г. это были 25 часов в неделю, а в 1981 г. — 20. Половина студентов в выборке отказы вались от курса, если в предыдущем семестре по нему требова лось написать работу объемом более 20 страниц, а треть отказы вались от курса, если по нему нужно читать не меньше 40 страниц в неделю.

Естественно, результаты несколько различаются. В каждом вузе, где проводились тесты, — от исследовательских университе тов до маленьких колледжей — отдельные студенты показали вы сокий уровень знаний, и отдельные программы, как выяснилось, больше способствовали усвоению знаний, чем другие. Однако в целом очевидными представляются два вывода. Во-первых, Энтони Графтон Университеты Америки: Почему они терпят поражение?

традиционные предметы и методы сохраняют свою учебную цен ность. В настоящее время общеобразовательные предметы при влекают намного меньше учащихся, чем двумя поколениями ра нее. Но те, кто специализируется в этих областях — гуманитарные и общественные науки, естественные науки и математика, — по казали результаты лучше, чем те, кто выбрал бизнес, коммуника ции и другие новые специализации практической направленности в колледжах свободных искусств. И в то время как по всей стра не модернизируют библиотеки и учебные аудитории ради модно го совместного обучения, студенты, посвящающие больше време ни самостоятельной работе, обошли тех, кто в основном работал в командах.

Во-вторых, и это еще печальнее, огромное множество студен тов приходят в университет, не испытывая особого интереса к сво им учебным курсам и не представляя, как они могут подготовить их к будущей профессиональной деятельности. Все, чего они хо тят, пишут Арум и Рокса, — это разыграть «культурные сценарии студенческой жизни, как она изображается в массовом кино вроде „Зверинца” (1978) и „Вана Уайлдера, короля вечеринок” (2002)».

Научная работа отнюдь не занимает центральное место в их пред ставлениях об учебе в университете. Даже студенты элитного Калифорнийского университета сообщили, что в среднем прово дят «12 часов [в неделю], общаясь с друзьями, 11 часов за ком пьютером, сидя на развлекательных сайтах, шесть часов смотрят телевизор, шесть часов занимаются спортом, пять часов отводят на хобби» и 13 часов в неделю уделяют учебе.

В итоге для большинства из них университет — это не знания и умения, а документ об образовании, диплом, означающий воз можность устроиться на работу. Те, кто учится много, зачастую — хотя, к счастью, не всегда — происходят из высокообразованных семей и поступают в колледжи и университеты с высоким конкурс ным отбором. Они уже принадлежат к экономической и культурной элите. Наша великая демократическая система университетского образования превратилась в оплот социальной стабильности — в разрозненное общество, многие члены которого живут бездум но, научаются немногому и возвращаются в экономический и со циальный класс, определенный им по рождению.

В Великобритании, как рассказал на страницах нашего изда ния Саймон Хэд, преподаватели вузов должны стремиться к тех ническим нормам производительности, вызывающим всеобщее возмущение10. Но для студентов бакалавриата нынешняя систе ма со сторонними экзаменаторами является гарантом справедли вости, соблюдения стандартов учебных программ даже в том слу чае, если большинство студентов отстающие, и предоставления возможностей для самых способных на каждом уровне системы.

Американское высшее образование не имеет адекватной системы Хэд С. Мрачная угроза высшему образованию Великобритании (Simon Head.

The grim threat to British universities // The New York Review. 2011. January 13).

Обзоры и рецензии оценки, и возможности, предоставляемые на каждом уровне, за висят от великодушия и увлеченности отдельных людей.

За последние несколько десятилетий университеты во мно гих отношениях реорганизовались, что способствовало формиро ванию студенческой жизни в ее современном виде. Профессора теперь считают своим законным правом направлять усилия преи мущественно на исследования, особенно в области естественных и общественных наук. Сделав открытие, в качестве награды они получают освобождение от работы со студентами. Даже те, кто, как говорится, не открывает Америку, проводят как можно боль ше времени в лаборатории или библиотеке. Преподаванием все больше и больше занимаются не профессора со стажем и штат ные преподаватели, а магистранты и временные сотрудники.

Деканы вовсе не хотели идти на такие меры, их принуди ли к этому бюджетные ограничения. Но на деле оказывается, что эти ограничения не помешали им пригласить на работу и продол жить сотрудничество со звездными академиками, которые полу чают большие зарплаты и проводят дорогостоящие исследования.

Глубокого мыслителя намного легче склонить к переезду во второ разрядный колледж, где он будет размышлять вслух перед кучкой магистрантов, чем убедить обучать 120 детишек в семестр.

Даже в теперешние, по-видимому, трудные времена админи страции и сотрудники вузов, не занимающиеся преподаванием, процветают, как и недешевые факультативные мероприятия, кото рые они предлагают, — от упражнений на сплочение для первокурс ников до межуниверситетских соревнований. Мысль понятна: ни кто не рассматривает обучение в классе как нечто первостепенное.

Означает ли это, что американские университеты в кризи се? Арум и Рокса отвечают «нет», поскольку студенты и их роди тели по-прежнему стремятся к обучению в колледжах и универси тетах и готовы платить, правительство и магистратуры продолжа ют принимать выпускников этих вузов, а корпорации — нанимать их (и тратить более 50 млрд долл. ежегодно на обучение своих ра ботников нужным им навыкам). Но те, кто родился в обеспеченных и интеллигентных семьях, получают несоразмерно большую поль зу от лучшего образования. Отучись в любом колледже — и будешь получать больше денег, чем получал бы без него. Но не жди, что получишь столько денег, сколько мог бы, если бы изучал приклад ную математику в Стэнфорде. И никто не знает, долго ли еще се мьи смогут и захотят платить в течение четырех лет за символиче ское, по большому счету, образование, которое неуклонно доро жает и теряет свое влияние.

Сейчас обсуждается множество предложений по реформиро ванию системы, но большая их часть способна только усугубить положение. В Техасе, где дебаты о государственных университе тах достигли наибольшего накала, высокооплачиваемые крити ки внятно заявляют: преподаватели вузов должны обучать больше студентов за меньшие деньги. Но существует только один способ Энтони Графтон Университеты Америки: Почему они терпят поражение?

это осуществить: загнать еще больше студентов в огромные ауди тории, т. е. окончательно лишить их возможности индивидуально го общения с профессором, а менее многочисленные группы пол ностью доверить разоренным магистрантам и временным препо давателям. Такое обучение вряд ли вдохновит молодежь включить на досуге букридер и почитать. Мы, разумеется, не хотим добиться еще большей эффективности, чем нынешняя, отключив студентам головы. Онлайн-обучение, еще одна популярная идея, вполне мо жет принести плоды — при том условии, что компетентный препо даватель будет находиться в Сети 24 часа в сутки, а это делает по добные курсы столь же дорогостоящими, как и обычные.

Как показали Уильям Боуэн и его соавторы в книге «За финиш ной чертой», есть сфера, в которой наша система терпит пораже ние даже более разгромное, чем в попытках пробудить в студентах интерес к научной работе. В недавней полемике по поводу бака лавриата, особенно в области гуманитарных наук, в качестве сви детельства безусловного провала приводились цифры отсева сту дентов — порядка 50%. Программы бакалавриата, бесспорно, тре буют внимательного анализа и реформирования. Но их неуспех едва ли можно считать чем-то экстраординарным. Отсев в амери канской системе образования происходит на всех уровнях. В этом хитром агрегате протекают все клапаны. Менее 70% учащихся по лучают полное среднее образование. Только немногим более 70% выпускников школ поступают в какой-либо вуз. Лишь чуть более половины тех, кто начал обучение по программам бакалавриата, завершат его через шесть лет, и всего 30% тех, кто поступил в му ниципальный колледж, выйдут из него через три года с дипломом младшего специалиста. Очевидно, что большинству студентов не удается завершить образование.

Возьмем государственные университеты — подавляющее большинство мест по программам бакалавриата предлагают имен но они. Лишь немногие из них — Университет штата Вирджиния, Университет Уильяма и Мэри, Беркли — выпускают 90% или бо лее своих студентов каждые шесть лет. Примерно еще 15 вузов удерживают показатель выпускников за шесть лет на уровне 80% и выше. В остальных дела обстоят еще хуже. Ведущий универ ситетский комплекс штата Нью-Джерси, Рутгерс/Нью-Брансуик, за четыре года выпускает 52% студентов, и за шесть лет — 77%.

Ежегодно туда поступают 5835 человек. через шесть лет 1342 сту дента из их числа не закончат обучение. В университетах Огайо, Индианы, Флориды и Айовы в каждой группе не завершают обуче ние сопоставимое число студентов.

В Университете штата Висконсин в Мэдисоне, исторически одном из великих государственных университетов Америки, через четыре года выпускаются только 48% студентов бакалавриата, хотя этот же показатель за шесть лет больше на 30%. Тем не ме нее это только верхушка айсберга, видимая над уровнем моря.

В некоторых колледжах, в том числе в коммерческом секторе, Обзоры и рецензии большинство бросают учебу задолго до выпускного. Америка, когда-то мировой лидер по уровню образованности населения, опустилась на 10-е место.

Прекращение учебы не всегда худший вариант: продолжение порой обходится дороже. Потому что вне зависимости от того, утратил студент интерес к учебе или потерял свое место в универ ситете, он и его семья теперь в долгах как в шелках. В период вели кой экспансии конца 1950–1960-х годов резко увеличилось число американцев с дипломами колледжей и университетов. И работо датели стали чаще требовать такой диплом, даже если университет не готовил именно к той должности, на которую вы претендовали.

Увеличился объем государственных инвестиций, они обеспечива ли большую часть системы высшего образования. Поскольку шта ты формировали университетские бюджеты в значительной степе ни за счет налоговых поступлений, плата за обучение в вузах оста валась низкой. Студенты могли занять скромную сумму для оплаты своей доли расходов на образование, подрабатывать на повсед невные нужды — и по окончании вуза у них оставался совсем не большой долг. Бросая учебу, они, конечно, сталкивались с финан совыми трудностями, но и это не становилось катастрофой, пото му что речь шла опять-таки о небольших суммах.

Однако со времен революции Рейгана, как показал в сво ем всестороннем исследовании Калифорнийского университе та Кристофер Ньюфилд, штаты все решительнее переносят бре мя расходов на образование со своего собственного бюджета на бюджеты студентов и их семей. Университеты-лидеры в каж дом штате удерживают свои цены ниже стоимости обучения в элитных частных колледжах, но они недешевы по любым другим стандартам. В Университете штата Мичиган первокурсник, по стоянно проживающий в штате, должен выплатить в общей слож ности 25 204 долл., а студент последнего курса — 26 810 долл.

В Университете Пенсильвании первокурсник в текущем году вы плачивает 25 416 долл. за обучение, услуги и проживание. Очень часто семейных сбережений, студенческих заработков и стипен дий для этого недостаточно, и студентам и их родителям при ходится брать кредит. В этом году студенты, занявшие деньги на учебу, а это две трети учащихся, к своему выпуску будут долж ны в среднем 33 798 долл., что в 2 раза превышает средний долг десять лет назад. Так что за четыре года беззаботной жизни в кол ледже слишком часто приходится расплачиваться десятью годами в долговой кабале.

Задолженность американцев по студенческим кредитам, как заметил недавно Малькольм Харрис, составляет сегодня почти 1 трлн долл. и превышает их задолженность по кредитным кар там. Студенческий долг, объясняет он, «исключительно тяжелый.

От него не избавляет банкротство, студенческие кредиты также не имеют срока аннулирования, и кредиторы могут наложить арест на зарплату должника, на выплаты по социальному страхованию Энтони Графтон Университеты Америки: Почему они терпят поражение?

и даже на выплаты по безработице». Долговое бремя распределя ется по принципу, обратному заповеди Матфея: тому, кто ничего не имеет, никто не подаст. цветным студентам из необеспеченных семей приходится занимать больше. Они также меньше пользу ются возможностями относительно дешевых федеральных про грамм Stafford и Parent Plus, возможно, потому что мало о них зна ют;

они больше зависят от частных кредиторов, которых Данте по местил бы вместе со специалистами по кредитованию в нижнем круге ада.

И все это ради образования, которое, как мы уже видели, не приносит особой пользы многим из тех, кто идет на риск по пасть в долговую тюрьму, лишь бы его оплатить. Но самая большая несправедливость заключается, конечно, в том, что бросившие университет должны выплачивать взятые кредиты, хотя, по всей вероятности, в трудные времена зарабатывают меньше и живут хуже, чем выпускники вузов. Тем не менее даже среди последних вырос уровень безработицы, как и уровень дефолта по студенче ским кредитам.

Лопнет ли мыльный пузырь высшего образования? Не знаю.

Серьезные авторы предостерегают от одностороннего подхода к оценкам. Боуэн и его коллеги, к примеру, анализируют влияние взятых на учебу кредитов на уровень отсева. Согласно их выводам, нельзя однозначно утверждать, что неуспех студентов объясняет ся главным образом долгами. Однако эти явления взаимосвязаны в жизни многих учащихся, если не в намерениях законодателей.

Задумайтесь, что значит быть обычным студентом в наши дни. Вы хорошо, даже очень хорошо учились в школе. Но, придя в универ ситет, вы понимаете, что у вас мало опыта в проведении исследо ваний и написании научных работ, и вы плохо представляете, как ваши учебные курсы связаны с вашими дальнейшими планами. Вы начинаете учиться, уже будучи в долгах, и вам улыбается перспек тива набрать еще больше. чтобы заработать на повседневные рас ходы, вы устраиваетесь в супермаркет или закусочную. Живете вы в огромной убогой общаге или в хлипком многоквартирном доме за пределами кампуса, где частное пространство и уединение ограничиваются вашей комнатой с ванной. Преподавателей, как и культуру, вы наблюдаете с большого расстояния: с задних парт темной аудитории, переполненной вашими сверстниками, про сматривающими ленту Facebook на своих лэптопах.

Неудивительно, что в этих обстоятельствах многие студенты так никогда и не усваивают новые требования и стандарты уни верситетского образования. Вместо этого они дрейфуют от кур са к курсу, и заботят их только развлечения и халява на экзаменах.

Также неудивительно, что многие оказываются не готовы к реше нию проблем, когда они возникают. Студенты слишком часто упо требляют алкогольные напитки и курят марихуану, слишком мно го играют в компьютерные игры, разбивают машины, беремене ют, получают психологические травмы, пытаясь помочь соседке Обзоры и рецензии по комнате, страдающей анорексией, и слишком часто теряют скромную, но совершенно необходимую поддержку родителей, когда те попадают под сокращение. Студенты постарше — а сей час большинство студентов старше, чем мы привыкли видеть сту дентов университета, — часто вынуждены работать на полную став ку и заботиться о детях или родителях, или о тех и других сразу.

Те, кто вероятнее всего столкнется с этими проблемами, не при учены с детства искать нить, ведущую сквозь бюрократические лабиринты. У них нет уверенности, что впереди их ждут открытая дверь и доброжелательный помощник или профессор, жаждущий им стать, и у них нет даже родителей, которые бы суетились вокруг них и пытались найти такого помощника.

К счастью, многие студенты не только выживают, но и закаля ются в горниле этих проблем. Многие вузовские преподаватели и административные работники делают все от них зависящее, что бы помочь студентам. Университетская культура, как и политика, существенно различается в разных регионах. Многие высшие шко лы в штатах испытывают трудности, как, например, школа «Аризона Стейтс», вокруг которой подняли столько шума. Но многим удает ся ограничить размеры классов и проследить за тем, чтобы препо даватели были заняты именно преподаванием. Судьба студентов, бросивших учебу, и выпускников вузов различается существенно, но это не разница между судьбой утонувших и спасшихся. Кто-то переходит в другой университет. Кто-то идет в армию, «прочищает мозги» и, возвратившись, благодаря закону о льготах демобили зованным заканчивает обучение;

правда, слишком поздно, чтобы войти в статистику своего выпускного класса. Кто-то устраивается секретарем, чтобы прокормить детей, и получает диплом бакалав ра и лучшую работу в зрелом возрасте. Но эти случаи — исключе ния из правила.

Зная все это, как можно оставаться снисходительным к этой системе? Система отчасти работает за счет своих недостатков.

Административные работники рассчитывают на плату за обуче ние, вносимую из заемных средств студентами, которые, как им самим известно, будут исключены из вуза, прежде чем успеют вос пользоваться многими из оплаченных услуг. Преподавание обес печивается путем эксплуатации труда студентов магистратуры, многие из которых также уйдут и не потребуют себе должности.

Преподаватели, получив место, часто становятся слепы к пробле мам и глухи к жалобам своих собственных студентов, написавших под их руководством научную работу. И даже там, где есть жела ние менять что-то к лучшему, средства часто направляются на со вершенно другие цели.

Наконец, во многих университетах второстепенные заня тия вышли на первый план. Игровые виды спорта требуют огром ных энергетических и денежных затрат, в то время как часть этих средств можно было бы потратить на улучшение условий обучения для студентов. Невозможно без боли смотреть на то, что сделала Энтони Графтон Университеты Америки: Почему они терпят поражение?

погоня за футбольной славой с Рутгерсом, в котором множество первоклассных факультетов и который, учитывая, насколько богат штат Нью-Джерси, мог бы стать Беркли или Мичиганом Восточного побережья. Университет тратит 26,9 млн долл. в год, субсидируя спортивные программы. Между тем зарплаты преподавателей весьма невысоки, и надбавки отменены у всех поголовно. Из ка бинетов историков убрали настольные телефоны. Ремонт отложи ли, и корпуса, используемые ежедневно с раннего утра до поздне го вечера, стремительно ветшают.

На критические замечания о том, что не имеет смысла разви вать футбол за счет преподавания, представитель администрации ответил: «Непосредственная поддержка спорта составляет толь ко 1% бюджета Рутгерса». Видимо, он рассчитывал на неосведом ленность читателей: в бюджете любой большой организации сум ма текущих средств — за исключением тех, что вкладываются за ранее, за несколько лет, — составляет не более 1–2%. Это значит, что на спортсменов ушли деньги, которые могли бы послужить со вершенствованию основных видов деятельности университета.

Кристофер Ньюфилд — не единственный здравомыслящий, ин формированный исследователь, который считает, что политиче ские элиты сознательно ведут атаку на образование для среднего класса.

Может быть, это и не кризис. В конце концов, как отмечали многие обозреватели, «мы теперь так живем», и для исключений и надежды всегда есть место. И все-таки нельзя закрывать глаза на полчища студентов, которые покидают университеты, как напо леоновская армия — Россию: не вдохновленные учебными курса ми, часто уязвленные своими собственными, как они считают, не удачами, отягощенные долгами. Быть может, кое-кому из авторов, пишущих об университетах, стоило бы перестать беспокоиться о питомцах Гарварда, йеля и Принстона и озаботиться судьбой на много более многочисленных студентов, которые не могут окон чить университеты Иллинойса и Западной Вирджинии, Вермонта и Техаса. И не менее полезно было бы, если бы увлеченные учите ля вроде Энтони Кронмана, автора книги «Конец образования: по чему наши колледжи и университеты отказались от поиска смыс ла жизни» (2007), недавно вышедшего полемического сочинения, направленного против коррупции в области гуманитарных наук, занялись анализом конкретной ситуации, в которой оказываются большинство американских студентов. Полемика о гибели гумани тарного знания, как бы эффектна она ни была, не исправит негу манность, с которой тысячи студентов сталкиваются, причем пред сказуемо, из года в год.

Лучше всего было бы предприимчивым издателям найти пыт ливых авторов и поручить им подробно описать ряд университе тов и колледжей со всеми их недостатками. Полемические книги, даже те, которые не назовешь беспредметными, сводятся обыч но к поливанию кого-нибудь грязью — а это, как говаривал еще Обзоры и рецензии Гекльберри Финн Тому Сойеру, не аргумент, — чем к изложению фактов. Эмпирические исследования, за очень редкими исключе ниями, сознательно пишутся в таких общих выражениях и таким блеклым языком, что никогда не найдут своего читателя, разве что среди специалистов. человек разбирающийся, но не профессио нал, например родитель или студент, член правления университе та или попечитель, не способен изобразить живую картину жизни и работы в колледже или университете в течение года, какой она видится всем участникам процесса;

и уж тем более не в состоянии доходчиво объяснить, как взаимосвязаны в академическом мире финансы и педагогика, дурные намерения и хороший результат.

Должно быть, забавно выкрикивать: «читайте своих греков», — и разоблачать преступные сговоры. Но общественные дискуссии и внимательный анализ стали бы намного более продуктивными, если бы авторы, хорошо владеющие материалом, сумели пере дать структуру и вкус жизни в американском университете так же убедительно, как Томас Рикс, Ивэн Райт, Элизабет Самет и другие сделали это в области военной. Романисты давно разведали эту территорию. Где же талантливые журналисты? Они найдут добро совестных студентов и множество примеров упущенных возмож ностей и, возможно, сумеют понять, почему так происходит.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.