WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

211 ИССЛЕДОВАНИЯ Татьяна Сафонова Исследование практик через обучение в социальной антропологии В данной статье я коснусь

методологиче ских вопросов, связанных с возможностями исследовать коллективные практики, по рождающие основу конкретного социаль ного порядка. Датский антрополог Кирстен Хаструп, на мой взгляд, наиболее удачно сформулировала современные проблемы и возможности социальной антропологии.

Современная социологическая теория, за интересованная в исследовании практик, требует разработки метода, и, по всей види мости, именно социальная антропология обладает всем необходимым, чтобы реали зовать подобную исследовательскую про грамму. Возможно это прежде всего благо даря гибкости и относительности антропо логического знания [Hastrup 2005: 143].

Хаструп довольно интересно размышляет о форме доказательства в антропологии, ко торое строится на личном и субъективном опыте полевой работы [Ibid]. Относитель ность антропологического знания — ре Татьяна Владимировна Сафонова Центр независимых зультат личных отношений антрополога со социологических исследований, своими информантами и соучастниками Санкт-Петербург исследования. А поле, в свою очередь, явля falicat@yandex.ru № 13 А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ ется тотальной социальной ситуацией, в которой невозможно отделить личный опыт от интерпретаций и оценок [Ibid]. Такое положение вещей вовсе не уменьшает ценность антропологи ческого знания и не угрожает его научному статусу, скорее на оборот, предлагает новые возможности. Ее оптимизм поддер живается опытом многих антропологов, которые более не за цикливаются на описании социальной структуры или обычая, а стараются включать в научный анализ все лично переживаемые ситуации, в том числе эмоциональный и невербальный опыт.

Без подобного внимательного отношения к себе невозможно заметить ситуации замалчиваемого знания или значения мол чания в некоторых культурах, о чем писала, например, Уни Ви кан [Wikan 1992]. Когда антрополог перестает игнорировать чувства, вызываемые участием в полевых событиях, а исполь зует их как проводник для научного любопытства, тогда появ ляется возможность соединить эпистемологию Дюркгейма с научной практикой.

Как замечает Хаструп, в антропологии сходятся эпистемоло гия и онтология, поэтому здесь возможно пересмотреть и под вергнуть критике общенаучные эпистемологические прин ципы, которые могут скрывать от нас многие возможности.

В рамках объективистской парадигмы ограничены возможно сти исследовать процессы и действия, поскольку научная прак тика необратима и часто состоит в разрушении самого объекта исследования [Bird-David 1999: 77]. Археологические раскоп ки, например, разрушают объект исследования и не позволяют повторить действия. Такой подход особенно проблематичен в антропологии, поскольку социальные практики живут в по вторении и рождают чувства и желания их повторять.

Кроме того, объективистский подход слишком нацелен на акку муляцию знания об объекте, которое фактически постоянно устаревает, так как исполнение повторяющейся социальной практики рождает новое и меняет как действующего, так и его окружающий мир. Научная парадигма в итоге обречена на гене рацию c каждой минутой устаревающего знания, на основе ко торого строятся всегда ошибочные прогнозы. Задача науки под час состоит в том, чтобы объяснять ошибочность прогнозов [In gold 2006: 9–10]. Взгляд из альтернативной эпистемологии позволяет нам попробовать преодолеть эту зацикленность науч ного процесса на себе. И у антропологов есть возможность сбли зить свое повседневное знание и умение с научной практикой.

Некоторые антропологи в качестве такой альтернативы пред лагают так называемую анимистическую эпистемологию, ко торая не ограничивает объект или вещь, а видит его существо вание в отношениях с миром. Такой подход дает возможность 213 ИССЛЕДОВАНИЯ Татьяна Сафонова. Исследование практик через обучение в социальной антропологии не просто аккумулировать знание, а осваивать навыки пребы вания в постоянно меняющемся мире, что, безусловно, дает более сложную картину, но и менее энциклопедичную [Bird David 1999: 77]. Такой подход не игнорирует время и позволяет больше работать с контекстом событий. В рамках этой эписте мологии мы не индивидуализируем вещи, а, напротив, диви дуализируем: «Когда я индивидуализирую человеческое су щество, я осознаю его “в нем самом” (как одно отдельное единство);

когда я дивидуализирую его, я осознаю, как оно относится ко мне. Это не значит, что я осознаю отношение к нему “в самом себе”, как вещи. Вернее, я сознаю отнесен ность с моим напарником, поскольку сама вовлекаюсь в нее, внимательно относясь к тому, что она делает в ответ на то, что делаю я, к тому, как она говорит и слушает меня, в то время когда я говорю и слушаю ее, к тому, что происходит одновре менно и взаимно со мной, с ней, с нами» [Ibid: 72].

Познающий в рамках такой эпистемологии не может быть пас сивным наблюдателем, он деятельный участник ситуации, ко торый в силу новых для него обстоятельств должен приобре тать новые навыки для адекватных относительных реакций.

Знание через обучение обратимо, так как обучение, подобно любой социальной практике, основано на повторении, кото рое дает новый опыт. Таким образом, исследование обучения и сама практика обучения, которая лежит в основе социальной антропологии, может рассматриваться как альтернатива участ вующему наблюдению, которое скорее связано с попыткой овладеть навыком научного предсказания и верификации ги потез. Антрополог, проходящий обучение навыкам в поле, ко торые включают весь возможный спектр событий, от еды до разговора, получает шанс включить в свое исследование не только свои победы и удачи, но и ошибки. Кроме того, нега тивные чувства, которые испытывает антрополог в ходе до вольно болезненного обучения в поле, более не исключаются из научного процесса, для них не надо вести отдельный лич ный дневник, как это делал Малиновский. Таким образом, со циальная антропология работает с более широким спектром материалов, что, безусловно, не может не быть полезно.

Процесс обучения можно рассматривать как центральный, поскольку именно в рамках обучения ребенок впервые в своей жизни участвует в коллективных действиях, получая навыки, выработанные и повторяемые в его присутствии взрослыми.

Таким образом, обучение есть первый и постоянный способ пребывания в мире, который никто не может ограничить. Здесь я не говорю об образовании, поскольку существует обширная дискуссия по поводу результатов образовательного процесса.

Я склоняюсь к мнению Ховарда Беккера, который считает, что № 13 А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ школа — это неподходящее место для того, чтобы получить практические навыки, отличные от навыков просто учиться в школе [Becker 1963].

Обучение как процесс раскрывает нам эпистемологию Дюрк гейма, изложенную в его книге «Элементарные формы религи озной жизни», в полной мере, поскольку демонстрирует связь практик и категорий, а также важность времени. Обучение и ис полнение практики связаны друг с другом настолько, что можно сказать, что нет первого без второго и второго без первого. Лю бое исполнение практики добавляет или подкрепляет необходи мый навык, а любой новый приобретенный навык добавляет в репертуар возможные практики. Приобретение нового навыка подчас определяется контекстом уже имеющихся навыков, и не возможно игнорировать поступательную логику приобретения навыков от одного к другому. Благодаря этому обстоятельству антрополог сам, пытаясь приобрести навыки и изучая, как дру гие их приобретают, не может пропустить или не заметить важ ной последовательности практик и связи между ними. К приме ру, процесс обучения курению марихуаны, описанный Ховар дом Беккером, включает в себя такую последовательность событий, которая полностью совпадает с принципами концеп туализации коллективного опыта у Дюркгейма [Becker 1953].

Концепции, которые Дюркгейм определяет как «коллектив ные репрезентации», побуждают людей к совместным действи ям и воспроизведению коллективного чувства и могут быть невербальными или до-лингвистическими, поэтому пережива ют серьезные изменения, когда включаются в язык в качестве конкретной информации [James 2003: 57]. Именно поэтому обучение и получение новых навыков связано прежде всего с овладением подобными концепциями в их первоначальном виде, до-лингвистическом и невербальном. Такое овладение возможно только через непосредственное участие в самой практике. Например, чтобы научиться получать удовольствие от марихуаны и стать постоянным ее потребителем, новичку необходимо участвовать в нескольких сеансах с другими более опытными курильщиками и перенимать особенную технику курения. Овладение этой техникой дает опыт конкретных эф фектов от наркотика, которые первоначально не объединены в одно явление и вовсе не являются приятными для новичка.

Постепенно он должен научиться испытывать удовольствие от этих эффектов, которые он только что научился переживать, что возможно только в коммуникации с другими более опыт ными курильщиками [Becker 1953: 237–239].

Овладение категорией удовольствия от марихуаны, таким обра зом, является процессом включения в сообщество практиков 215 ИССЛЕДОВАНИЯ Татьяна Сафонова. Исследование практик через обучение в социальной антропологии курения марихуаны, а именно — овладением способностью сов местно с другими курильщиками переживать удовольствие и практиковать курение. Этот процесс обучения определяется как «легитимное периферическое обучение», т.е. мобильность в рамках «сообщества по практике» [Lave, Wenger 1991]. Любое наше активное и практическое участие в мире совпадает с определенной траекторией, с точки зрения освоения какой либо практики. Неизбежно социальный характер всех наших поступков определяет, что освоение любой практики — это спо соб включиться в совместное с другими исполнение и получе ние коллективных переживаний. Опыт повторения практики — это продвижение от периферии «сообщества по практике» к центру. Таким образом, как новичок, так и обучающие его специалисты в процессе обучения актуализируют определенный навык, вокруг которого рождается коллективное чувство.

Отношения между различными навыками можно описать как экологию навыков, практически переживаемую людьми в по вседневной жизни и осваиваемую через классификации. Раз личные навыки рождают разные «сообщества по практике», но, поскольку они нуждаются друг в друге, исполнение одной практики может провоцировать исполнение другой или проти воречить ей. Отношения между различными профессиональ ными группами строятся на базе коллективных репрезентаций, связанных с коренными для данных профессий навыками.

Процесс обучения и интеграции в профессиональное сообще ство воплощается в совместном исполнении практик, которое рождает коллективные чувства;

на их базе появляется корпора тивная этика и символические системы. Социальная экология чикагской школы (Эверетт Хьюз, Роберт Эзра Парк) как раз рассматривала отношения между представителями разных профессиональных групп через профессиональные практики.

Обучение практикам как процесс позволяет изучить эту эко логию, поскольку совместное исполнение практик проходит в контексте отношений с другими навыками.

Обучение рассматривалось в рамках экологических метафор Грегори Бейтсоном, когда он поместил статью об обучении контекстам (дейтро-обучение) в свою книгу «Шаги к экологии разума» [Bateson 1972]. Контекст обучения очень важен, так как именно контексту мы учимся, когда приобретаем различ ные навыки. Контексты, которые мы способны опознавать как соответствующие определенным навыкам, называются фрей мами, или рамками. Большая часть коммуникации строится на передаче метасообщений о контексте интеракции, т.е. фрейме.

Так что сфера общения — это вербальная и по большей части невербальная информация о том, какие именно навыки и прак тики люди готовы в данный конкретный момент совместно ис № 13 А Н Т Р О П О Л О Г И Ч Е С К И Й ФОРУМ полнять. Обучение контексту (фрейму) подобно обучению удовольствию от курения марихуаны, оно необходимо, чтобы практика могла воспроизводиться.

Таким образом, коммуникация и обучение практике — это со бытия, требующие контекста и черпающие информацию из экологии навыков. Обучение практике — процесс движения как в рамках «сообщества по практике», от периферии к цент ру, так и в рамках экологии навыков, от одного важного фрейма к другому. Специалист — это человек, уже овладевший фрей мом практики и способный соотнести этот фрейм с фреймами других практик, т.е. специалист в экологии своего навыка.

Сравнительное исследование обучения похожим практикам в различных экологиях позволяет нам получить возможность интерпретировать эти экологии, видеть связи между навыками в различных контекстах. Если следовать эпистемологии Дюрк гейма, то совместное исполнение практик определяет су ществующий социальный порядок. А значит, исследование процесса обучения как способ интерпретировать динамику су ществования «сообщества по практике» и экологии навыков позволяет нам плотнее исследовать социальный порядок. Срав нение различных экологий и течения процессов обучения одной практике в различных условиях дает возможность преодолеть эксплицитные объяснения поступков людей и понять «коллек тивные репрезентации», которые за ними скрываются.

Библиография Bateson G. Steps to an Ecology of Mind: Collected Essays in Anthropology, Psy chiatry, Evolution, and Epistemology. San Francisco: Chandler, 1972.

Becker H. Becoming a Marihuana User // The American Journal of Socio logy. 1953. Vol. 59. No. 3. P. 235–242.

Becker H. Why School is a Lousy Place to Learn Anything in // Howard Becker on Education / Ed. by R.J. Burgess. Buckingham: Open Uni versity Press, 1963.

Bird-David N. “Animism” Revisited: Personhood, Environment, and Rela tional Epistemology // Current Anthropology. 1999. Vol. 40.

Supplement. P. 67–91.

Hastrup K. Social Anthropology. Towards a Pragmatic Enlightenment? // Social Anthropology. 2005. Vol. 13. No. 2. P. 133–149.

Ingold T. Rethinking the Animate, Reanimating Thought // Ethnos. 2006.

Vol. 71. No. 1. P. 9–20.

James W. The Ceremonial Animal: A New Portrait of Anthropology. Oxford:

Oxford University Press, 2003.

Lave J., Wenger E. Situated Learning: Legitimate Peripheral Participation.

Cambridge;

New York: Cambridge University Press, 1991.

Wikan U. Beyond the Words: The Power of Resonance // American Ethnologist. 1992. Vol. 19. No. 3 (Aug., 1992). P. 460–482.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.