WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБЛАСТНОЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

КУКЛИНА Ирина Николаевна ЯВЛЕНИЯ ФРАЗЕОЛОГИЗАЦИИ И ДЕФРАЗЕОЛОГИЗАЦИИ В ЯЗЫКЕ СОВРЕМЕННОЙ ПРЕССЫ 10. 02. 01 – Русский язык

Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Научный консультант: доктор филологических наук, профессор П.А. Лекант МОСКВА – 2006 СОДЕРЖАНИЕ Предисловие Введение 1. Проблема определения объёма фразеологического состава фразеологических словарях 3. Причины появления фразеологических новообразований зований в условиях газетной коммуникации: явление фразеологизации 1.1. Сущность явления фразеологизации 1.1.1. Фразеологизация предложно-именных сочетаний слов 1.1.2. Фразеологизация сравнительных конструкций 1.1.3. Фразеологизация глагольных словосочетаний 1.1.4. Фразеологизация описательных оборотов – перифраз 1.1.5. Фразеологизация терминологических сочетаний слов 1.1.6. Фразеологизация междометных оборотов речи 1.2. Тематико-идеографическая характеристика новообразований Глава 2. Реализация семантико - стилистического потенциала трансформированных фразеологических единиц в условиях 85 91 95 100 109 120 126 газетной коммуникации: я в л е н и е д е ф р а з е о л о г и з а ц и и 2.1. Приемы дефразеологизации 2.1.1. Экспликация внутренней формы (образной основы) фразеологической единицы 2.1.2. Буквализация значения фразеологической единицы 2.1.3. Двойная актуализация 2.1.4. Фразеологическая контаминация 2.1.5. Фразеологический эллипсис 32 37 44 48 56 60 63 фразеологических 68 13 19 26 2. Проблема узуализации и отражения фразеологизмов в современных Глава 1. Рождение и функционирование фразеологических новообра 2.1. 6. Расширение как способ интенсификации значений фразеологической единицы 2.1.7. Обыгрывание структурно-семантической модели гической единицы сочетанием слов Заключение Приложение Библиография Список словарей Источники языкового материала 129 фразеоло133 137 146 150 224 247 2.1.8. Замена компонентов фразеологической единицы словом или ПРЕДИСЛОВИЕ Фразеология как самостоятельная отрасль науки оформилась сравнительно недавно и продолжает поступательное развитие. Перспективными направлениями ее развития, как показывают современные исследования, являются: рассмотрение фразеологии как культурного кода нации, изучение ее в аспекте отражения эволюции языка и языковой личности, исследование функциональных языковых и индивидуально-авторских фразеологизмов в различных сферах коммуникации, изучение фразеологических новообразований и фразеологизмов в коммуникативно-прагматическом аспекте, анализ общеязыковых и окказиональных трансформаций фразеологизмов, исследование градуальной семантики фразеологизмов (Г.Н. Абреимова, Н.Ф. Алефиренко, Е.А. Добрыднева, С.М. Колесникова, И.Я. Лепешев, В.Г. Ломов, А.М. Мелерович, В.М. Мокиенко, В.Н. Телия, В.В. Химик, А.М. Чепасова и др.). Актуальным для решения ряда поставленных лингвистами проблем является обращение к исследованию различных порождающих структурно-семантических моделей фразеологизмов, контекстуальному анализу узуального и окказионального использования фразеологизмов. В современном русском языке наблюдается (наряду с тенденцией к экспрессивности) тенденция к устойчивости, регулярности и объясняется такими наиболее характерными свойствами нечленимых словесных комплексов, как экономность, эмоциональность и высокой степени экспрессивность. Под регулярностью целесообразно понимать закономерно повторяющуюся, упорядоченную экспликацию какого-либо лингвистического образования в системе языка. Определенные тенденции позволяют проникнуть во внутренние механизмы фразообразовательных процессов, формирование семантически образной структуры фразеологизмов, изучить особенности их функционирования в речи. Диссертационное исследование представляет системную семантикограмматическую и тематико-идеографическую характеристику фразеологических новообразований (ФН) и структурно-семантических преобразований фразеологизмов в языке современной прессы.

Научная новизна диссертации: 1) динамический аспект исследования фразеологизма в языке современной прессы: механизм появления, условия и особенности бытования и возможная стадия дефразеологизации;

2) выявление лингвокреативного потенциала функционирования фразеологизмов в языке газет. Явление фразеологизации и дефразеологизации является свидетельством постоянного обновления и развития языка. В реализации коммуникативной потребности, в поиске новых экспрессивных форм выражения - общность противоположных лингвистических явлений фразеологизации и дефразеологизации, действие которых направлено на установление равновесия в сфере фразеологии. Актуальность темы обусловлена рядом факторов. Намечен, но не решен вопрос о том, какие фразеологические единицы (ФЕ), по каким признакам можно относить к разряду новых. ФН представляют собой особый пласт фразеологии, в котором находит отражение тенденция развития языка в целом, системность всего фразеологического состава, одним из проявлений которой является существование структурно-семантических моделей. Специализированное исследование фразеологических, паремиологических трансформаций, широко употребляемых в языке современных газет, раскрывает лингвокреативный потенциал мышления коммуникантов, стратегию общения, уровень культуры, эмоциональности. Специфика газетно-публицистической речи (информативность, документальность, доступность для самой широкой читательской аудитории, эмоциональность, прямое и непосредственное обращение журналиста к читателю со своими мыслями, чувствами по отношению к изображаемым событиям, стремление воздействовать на читателя оценочными суждениями) определяет принципы отбора и приемы использования ФЕ в газетнопублицистических текстах. Поэтому исследование фразеологизмов в функциональном аспекте, в плане выявления общих для газетно публицистического стиля закономерностей в использовании фразеологических средств языка и характерных для этого стиля особенностей индивидуально-авторского употребления ФЕ представляется нам перспективной и актуальной в свете интереса к этой проблематике. Цель диссертации – провести комплексный анализ механизма фразеологизации и дефразеологизации, установить структурные, семантикостилистические, прагмалингвистические особенности и функции общеязыковых и трансформированных фразеологизмов как стилеобразующих составляющих языка современной прессы. В соответствии с указанной целью необходимо решение следующих задач: 1) определить признаки ФЕ и ФН, установить факторы узуализации ФН;

2) охарактеризовать сущность фразеологизации;

исследовать основные функциональные, структурно-семантические модели образования новых фразеологизмов;

3) проанализировать денотаты метафорического сравнения при формировании фразеологического значения новообразования;

4) определить сущность дефразеологизации, ее особенности в условиях газетной коммуникации;

5) выяснить основные тенденции структурно-семантической трансформации фразеологизмов в языке газеты и проанализировать наиболее продуктивные приемы дефразеологизации с учетом их семантической, коммуникативно-прагматической нагрузки в контексте. Методы и приемы исследования: метод фразеологической идентификации позволил выявить фразеологичность того или иного сочетания слов;

при помощи описательного метода и метода компонентного анализа осуществлялся семантико-грамматический и идеографический анализ ФН;

методом анализа словарных дефиниций, лингвистического наблюдения, интерпретации языковых фактов и семантико-стилистическим методом анализировались единицы дефразеологизации. Материалом для филологического анализа послужили газеты и журналы [за период с 2000 по 2006 гг.], которые, будучи популярными, обращенными к широкому кругу читателей, вместе с тем обладают необходимой «чуткостью» к новому в языке, активно фиксируют эти новшества. Процесс появления новых слов и выражений, а также процесс преобразований фразеологизмов активно проявляется в языке современной периодической печати. Известные в устной речи обороты газета подхватывает и многократно употребляет. В таком случае особое значение приобретает мода на определенные речевые обороты, попавшие в центр общественного внимания. С другой стороны, язык газет как источник для выявления новообразований и преобразований фразеологизмов был избран нами в связи с тем, что газета оказывает большое влияние на формирование речевых навыков и вкусов читателя. К сожалению, газетный узус демонстрирует глобальное снижение официальной коммуникации, резко возросшую популярность низкого стиля и активное проникновение его единиц в массовую культуру, что отражается в нежелательном огрублении речевых навыков и эстетико-речевых идеалов читателей. Грубые нарушения литературных норм в разговорной речи и речи книжной (письменной и устной), особенно в СМИ, в речи публичной, стали массовыми, а под влиянием газет, радио и телевидения получили широкое распространение. Постепенно общество стало ориентироваться в своем представлении о речевых идеалах и эталонах не на образцовый русский язык классических писателей, а на звучащую и письменную речь СМИ. На газетный язык многие равняются как на бесспорный образец. К началу XXI столетия в культурно-языковом пространстве произошла переориентация идеалов с высокой и элитарной культуры на массовую. В речи это отразилось смещением функциональных стилей: резко сузилась сфера высокого, патетического, ее место занял нейтральный стиль речи, в свою очередь потесненный экспрессией разговорных и разговорно-сниженных элементов национального русского языка. Таким образом, фразеология языка, как и лексический состав, представляют широкие возможности проследить зависимость языка от общественной жизни, с одной стороны, и действие языковой системы, с другой, т.е. взаимосвязь и взаимозависимость лингвистических и экстралингвистических факторов. Целесообразно в интересах корректности научного анализа учитывать, что указанные изменения происходят в сфере речевой коммуникации, р е ч е в о г о о б щ е н и я н о с и т е л е й языка, то есть в сфере речи, письменной и устной. Когда мы анализируем состояние современного русского языка, мы говорим о состоянии говорящих на нем людей, об уровне их общей культуры, степени образованности, интеллекта, эмоционального состояния, о тех преобразованиях, которые происходят в их речевом поведении. В результате исследования современных газет и журналов создано приложение, в котором приводится около 1400 контекстуальных примеров функционирования новообразований и преобразований устойчивых единиц. Объем и состав иллюстративного материала обусловлен двумя факторами: 1) частотностью его употребления в СМИ;

2) соображениями этики, в связи с чем нижней границей его стилевой характеристики определены грубо-просторечные, вульгарные выражения (не ниже). Теоретическая значимость проведенного исследования заключается в том, что выводы и наблюдения, представленные в работе, могут использоваться в системных трудах по проблемам фразеологии, неологии, лексикографии. Практическая значимость: корпус ФН и фразеологических трансформаций может быть применен при разработке школьных и вузовских курсов по фразеологии и стилистике. Тематико-идеографическая группировка ФН интересна для преподавания русского языка иностранным учащимся, т.к. дает представление об экспрессивных и синонимических возможностях русского языка. Собранный фразеологический материал актуален для практики журналистов. Основная гипотеза диссертационного исследования: в условиях газетной коммуникации потенциальные фразеологизмы стремятся к устойчивости (приобретению совокупности основных признаков ФЕ), а в статусе ФЕ – к изменчивости, которая становится новым признаком функционирования фразеологизма. Основные положения, выносимые на защиту: 1. Релевантными категориальными признаками для ФЕ являются: устойчивость состава, структуры, формы компонентов, воспроизводимость, общеизвестность, переносное значение, смысловая целостность. 2. Условиями узуализации ФН являются: частота употребления в разных речевых ситуациях, семантическая емкость, функциональная целесообразность, соответствие языковой норме, адекватность обозначения предмета или явления действительности. 3. Причины становления фразеологизмов: коммуникативная необходимость, целесообразность, актуальность обозначаемых реалий. В стремлении языка закрепить для всеобщего пользования обороты речи заключается тенденция, обобщающая экстралингвистические и внутриязыковые причины фразеологизации. Исходной и интегрирующей силой фразеологизации во всех моделях ФН является частичная или полная метафоризация. 4. Высокую степень фразеологизированности приобретают «формыидиомы», глагольные сочетания слов, междометные обороты речи, компаративные конструкции, перифразы. Смысловая неразложимость ФН на компоненты обусловлена их парадигматической устойчивостью. 5. В основе механизма образования фразеологического значения – метафоризация, наиболее последовательной тенденцией которой при выборе денотатов метафорического сравнения является установка на снижение, негативную оценку, эпатаж, регулярную актуализацию иронической образности. 6. Дефразеологизация - творческая актуализация внутренней формы и раздельнооформленной структуры ФЕ путем нарушения фразеологической нормы в речевой практике. В варьировании узуальной формы и значения ФЕ, в продуцировании интерпретационной неоднозначности – лингвокреативный потенциал явления дефразеологизации, в результате которого ФЕ приобретают новый функциональный признак – изменчивость. 7. Основной метод структурно-семантической трансформации ФЕ в языке газет - синкретизм фразеологического значения и его актуализатора, в роли которого выступают: а) корреляты, основанные на омонимии, полисемии, синонимии, антонимии, паронимии, парадоксальности;

б) лексические конкретизаторы (в прямом смысле, в переносном смысле);

в) элементы фразеологической конфигурации (дополнения, определения, вводные слова);

г) иконические актуализаторы (фотографии, рисунки, графика).

8. Выбор приемов дефразеологизации мотивирован возрастающей тен денцией к искусственному созданию сенсации, игры слова, желанием эпатировать. Структура работы. Диссертация состоит из предисловия, введения, двух глав, заключения, приложения, библиографии, списка словарей, списка источников языкового материала. В предисловии обосновывается выбор проблемы, которой посвящена диссертация, ее актуальность, научная новизна, отмечаются теоретическая и практическая значимость работы, определяются объект, цель, задачи, методы исследования, представляются гипотеза и основные положения, выносимые на защиту. Во введении рассматриваются подходы к пониманию фразеологизма, определяется объем понятия ФЕ и ФН;

выявляются условия узуализации ФН;

рассматривается проблема отражения фразеологии в существующих словарях, указываются причины и стимулы образования фразеологизмов. В первой главе на материале языка современной прессы определяется сущность явления фразеологизации, исследуются основные функциональные, структурно-семантические модели образования новых фразеологизмов, проводится тематико-идеографический анализ ФН. Во второй главе явление дефразеологизации аттестуется и квалифицируется как важная стилеобразующая составляющая языка современной прессы, выявляется лингвокреативное начало дефразеологизации, определяется, что движущая сила механизма дефразеологизации заключается в языковой игре;

пласт языкового материала, образуемого вследствие действия дефразеологизации, обозначается как «дефразеологизированные единицы»;

выделяются наиболее продуктивные и эффектные приемы дефразеологизации, анализируются эмоционально – экспрессивные нюансы, контекстуальные сдвиги значения, которые возникают в результате. В заключении подводятся общие итоги проведенного исследования явления фразеологизации и дефразеологизации в языке газет, излагаются его основные выводы, подтверждающие гипотезу и основные положения, выносимые на защиту. В приложении приводится корпус языкового материала, классифицированный по принципу: 1) функционирование ФН;

2) функционирование дефразеологизированных единиц в рамках структурно-семантических приемов дефразеологизации. Апробация исследования. Основные положения диссертации докладывались и обсуждались на заседании кафедры современного русского языка МГОУ, на семинарах аспирантского объединения факультета русской филологии МГОУ, на научных конференциях в Москве, в Ялте. Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

1. К вопросу о фразеологических новообразованиях и преобразованиях неоднословных выражений в языке современных газет // Русский язык: номинация, предикация, образность: Межвузовский сборник научных трудов. – М.: МГОУ, 2003. – С. 137-139. 2. О фразеологизации некоторых сочетаний слов (на материале языка совре-менных газет и журналов) // Рациональное и эмоциональное в языке и речи: средства в художественной тексте: образности и их стилистическое трудов, использование 297-299. 3. Образно-метафорическое переосмысление компонентов свободного соче-тания слов как основной элемент механизма фразеологизации (на примере нового фразеологического оборота курить бамбук) // Русский язык и славистика в наши дни: Материалы международной научной конференции, посвященной 85-летию со дня рождения Н.А. Кондрашова. – М.: МГОУ, 2004. – С. 424-427. 4. К вопросу о разграничении составных терминов и фразеологизмов // XI Международная конференция по функциональной лингвистике. «Функциональное описание естественного языка и его единиц»: Сборник научных докладов. – Симферополь, 2004. – С. 275-276. 5. Прагмалингвистические модификации фразеологизмов в языке современной прессы // Русское слово в языке и речи: рациональное и эмоциональное: Межвузовский сборник научных трудов. – М.: МГОУ, 2006. – С. 111-114. Межвузовский сборник научных посвященный 85-летию профес-сора А.Н. Кожина. – М.: МГОУ, 2004. – С.

ВВЕДЕНИЕ 1. Проблема определения объема фразеологического состава Русский язык включает в себя не только систему слов, но и систему устойчивых выражений, существующих как готовые образования для передачи мыслей, понятий и определенного отношения к фактам действительности. По верному замечанию Н.Н. Амосовой, "Концепция академика В.В. Виноградова - это особая ступень в развитии теории "неразложимых сочетаний", более высокая по сравнению с тем, что было сделано в русском языкознании до него. Основное ее значение заключается в том, что ФЕ получили более обоснованное определение, именно как лексические комплексы с особым семантическим своеобразием" (Амосова Н.Н., 1963, 5). В.В. Виноградов выделяет три основных типа ФЕ: фразеологические сращения, фразеологические единства, фразеологические сочетания. В основу разграничения основных типов фразеологизмов В.В. Виноградов кладет, кроме мотивированности или немотивированности семантического единства словосочетания, с одной стороны, наличие или отсутствие грамматических и лексических архаизмов, а с другой, – нерасчлененность для фразеологических сращений и единств и возможность синонимичной замены компонентов во фразеологическом сочетании слов (Виноградов В.В., 1946-47, 45-69). Н.М. Шанский к трем типам ФЕ добавил фразеологические выражения. Под фразеологическими выражениями понимаются устойчивые в своем составе и употреблении обороты, которые не только являются семантически членимыми, но и состоят целиком из слов со свободным значением (Шанский Н.М., 1957, 85). Среди лингвистов нет единого мнения относительно объёма понятия "фразеологизм". Представители узкого взгляда (А.В. Кунин, А.М. Бабкин, В.П. Жуков, А.И. Молотков и др.) считают, что к фразеологии следует относить воспроизводимые в речи сверхсловные единицы, имеющие в своем составе хотя бы один компонент, претерпевший какие-либо семантические трансформации. Сторонники широкого взгляда (Н.М. Шанский, М.М. Копыленко, С.Г. Гаврин, В.В. Химик, В.М. Мокиенко и др.) включают в нее «все сверхсловные единицы (с минимальной семантической трансформацией и без таковой)» (Ройзензон Л.И., 1977, 5). Целесообразнее, думаем, придерживаться широкого взгляда, так как при этом вычленяется весь существующий фонд фразеологических единиц русского языка. При данном подходе к устойчивому обороту в орбиту фразеологии вовлекаются разнообразные типы выражений (собственно фразеологизмы, крылатые выражения, паремии, междометные и модальные ФЕ, вокативные обороты, предложно-именные сочетания, фразеологические аппозитивы и т.д.). На протяжении всех лет развития фразеологии как особой лингвистической дисциплины (середина и конец XX столетия) всегда актуальной остается проблема определения ФЕ. «Определение содержания понятия фразеологической единицы - это проблема номер один во фразеологии. В современной фразеологии известно более двадцати определений устойчивого сочетания, но ни одно из них не получило общего признания» (Гаврин С.Г., 1974, 22). «Нет ни одного принципиального вопроса, который не вызывал бы в среде фразеологов острые дискуссии. До сих пор не установлены даже критерии определения фразеологической единицы, нет единого мнения о категориальных свойствах этих единиц» (Мокиенко В.М., 1989, 5). Принцип определения фразеологизма по одному (основному) свойству в лингвистической основного и литературе неоднократно оспаривался. и самой Критические возможности замечания высказывались против каждого отдельно взятого в качестве дифференцирующего признака определения фразеологизма только по одному признаку.

Многие исследователи фразеологии считают, что фразеологизм наделен комплексом признаков. «Дифференциальные признаки ФЕ позволяют квалифицировать ее как языковую единицу особого типа (в связи с ее сверхсловностью), в которой, как в узле, тесно переплетаются "нити", идущие из лексико-семантического, синтаксического и морфологического уровней. Многоаспектность этого языкового феномена диктует необходимость при определении лингвистического статуса ФЕ исходить не из одного релевантного признака, свойственного фразеологическим единицам всех типов и отграничивающего фразеологизмы от нефразеологизмов, но учитывать совокупность каких-то признаков» (Эмирова А.Н., 1972, 10). Лингвистами выделен ряд свойств, отражающих специфику ФЕ, «смысловая целостность, устойчивость сочетания слов, переносное значение, экспрессивно-эмоциональная выразительность» (Бабкин А.М., 1964, 8);

«воспроизводимость, метафоричность, раздельнооформленность, семантическая целостность» (Попов Р.Н., 1972, 195);

«фиксированность лексического состава, употребительность, особая семантическая структура» (Назарян А.Г., 1976, 29);

«устойчивость, воспроизводимость, семантическая целостность значения, расчлененность состава, незамкнутость структуры» (Жуков В.П., 1986, 5). В.Л. Архангельский в свое время отмечал 17 признаков ФЕ, перечень которых является наиболее полным и по сей день (Архангельский В.Л., 1964, 89-90). Роль тех или иных категориальных свойств в определении ФЕ «то чрезмерно преувеличивается, то излишне преуменьшается» (Мокиенко В.М., 1989, 5). Таким образом, отнесенность того или иного сверхсловного выражения к фразеологизмам базируется на различных дифференциальных признаках ФЕ, «фразеологический паспорт» тому или иному выражению порой выдается на основании самых различных данных. Целые разряды речевых средств могут включаться в систему фразеологии или исключаться из нее по причине «подводимости» или «неподводимости» под тот или иной принцип» (Кожин А.Н., 1965, 81). Следует иметь полное представление обо всех известных конкретных типах устойчивых выражений, определенную позицию в отношении категориальных признаков ФЕ, учитывая, что «всякое языковое образование каким бы оно по своему размеру, структуре и значению ни было – является фразеологизмом, если оно сверхсловно и воспроизводимо» (Шанский Н.М., 1968, 11). С нашей точки зрения, фразеологизм представляет собой единицу, характеризующуюся воспроизводимостью, устойчивостью, общеизвестностью. Кроме этих признаков ФЕ может иметь и другие категориальные признаки: переносное значение, смысловую целостность. Из всех признаков, которые обычно учитываются и которые не всегда присутствуют во фразеологизме в полной мере, прежде всего надо иметь в виду воспроизводимость – признак глобальный, всеобъемлющий. Само понятие воспроизводимости, как отмечает Л.И. Ройзензон, - не чисто лингвистического свойства, а психолингвистического, так как «любому устойчивому словесному комплексу в сознании говорящего противопоставлено (прямо или косвенно, реально или ирреально) аналогичное сочетание лексем свободного синтаксического построения» (Ройзензон Л.И., 1977, 9). По нашему мнению, без учета данного признака невозможно говорить не только о фразеологизме, но и об объеме фразеологии. В.Н. Телия считает: «…воспроизводимость фразеологических знаков способствует межпоколенной трансляции культурно значимых установок и тем самым – формированию в процессах овладения и употребления языка культурного самосознания, как отдельной личности, так и культурно-национальной идентичности народа – носителя языка» (Телия В.Н., 1999, 14). Поэтому при составлении приложения новообразований необходимо в первую очередь учитывать соответствующие позиции широкого понимания фразеологи ческой природы оборотов, иметь в виду все типы ФЕ и, таким образом, весь объем фразеологии. Без подобной установки вряд ли можно успешно проводить работу по сбору фразеологического материала. Итак, фразеологическая воспроизводимость, предполагающая вычленение из памяти носителя языка готовых оборотов, с нашей точки зрения, должна быть связана с таким признаком, как устойчивость (постоянство) лексического состава, структуры и формы компонентов ФЕ. Между ними двусторонняя обусловленность. Устойчивость – необходимое и достаточное условие воспроизводимости. Устойчивость образуется именно вследствие намерений говорящих воспроизводить что-то понравившееся, запомнившееся. Речевое намерение воспроизводить какое-либо выражение обусловливает оформленность этого выражения, без которого его нельзя и воспроизвести. Семантическая трансформация при этом может быть предельно высокой, минимальной или вообще отсутствовать. Семантическая трансформация – это изменение первоначального значения и появление переносного, другими словами, это «утрата внутренней формы» (Федоров А.И., 1973, 17). Предельно высокая семантическая трансформация проявляется в том, что вторичное (фразеологическое) значение не имеет ничего общего с первичным (ср.: у черта на куличках ‘далеко’;

собаку съесть ‘быть мастером в чем-либо’). Менее высокую степень семантической трансформации представляют (по классификации В.В. Виноградова) единства и фразеологические сочетания. Степень семантической трансформации может быть различной. Более того, она может и отсутствовать. Следовательно, не во всех случаях может идти речь о внутренней форме ФЕ: некоторые устойчивые выражения никакой семантической трансформации не претерпели, то есть, прежнее, первоначальное значение они сохранили без какого-либо изменения (штампы, клише: яснее ясного, до свидания!).

В основу дифференциации ФЕ русского языка положены различные признаки. Типы фразеологизмов, известные в настоящее время науке, установлены и определены на основе их структуры, семантической слитности компонентов, соотнесения с частями речи, коммуникативной функции, стилистического значения, территориальной и социальной принадлежности, принадлежности к литературному источнику и т.д. Фразеологизмы русского языка с точки зрения структуры подразделяются на 1) предложения (что правда, то правда;

долгие проводы – лишние слезы), 2) словосочетания (лясы точить, нюни распустить), 3) сочетания слов (на словах, без шуток, с носом). В каждом из этих структурных типов выделяется несколько подгрупп ФЕ. К области фразеологии мы относим пословицы и поговорки. В научной литературе, например, В.П. Фелицина, А.Н. Кожин, А.И. Молотков, Н.Ф. Алефиренко, выступают против включения в состав фразеологии данных устойчивых выражений. К паремиям, с нашей точки зрения, примыкают шутливые поговорочные выражения, обычно рифмованные или ритмизованные (что-то стало холодать, не пора ли нам поддать;

между нами девочками). Их фразеологичность определена тем, что они являются готовой продукцией, характеризуются воспроизводимостью, устойчивостью своей формы и общеизвестностью. Особый разряд ФЕ составляют так называемые вопросно-ответные обороты (контекстуально-узуальные), первая часть которых звучит в устах первого собеседника, а вторая является репликой другого лица. Ср.: Куда? – В Москву разгонять тоску;

Что у вас есть? – Есть, да не про вашу честь. А.Н. Баранов и Д.О. Добровольский такие структуры именуют «формулами ответа» (Баранов А.Н., Добровольский Д.О., 2003, 53). Имеются ФЕ, в которых переносное значение может присутствовать, сосуществовать одновременно с его прямым значением. Ср.: пожимать пле чами, махнуть рукой. Это - «совмещенные фразеологизмы» (Абреимова Г.Н., 2004, 212). Полагаем, что отдельно должна оцениваться так называемая «вокативная» фразеология, выполняющая функцию обращения с положительной или негативной оценкой действующего лица: канцелярская крыса! голубь сизокрылый. Фразеологический корпус состоит из большого числа общеизвестных ФЕ различных моделей (Н.М. Шанский, например, установил ФЕ типа предложений, 12 сочетаний слов, Л.И. Ройзензон определил структурную организацию компаративных и тавтологических оборотов). Мы полагаем, в специальной структурной характеристике нуждаются все обороты междометного и модального характера. В теоретическом плане, думается, не следует сужать объем фразеологии. Напротив, все выражения, характеризующиеся воспроизводимостью, должны учитываться, и если есть возможность определить их как группы по каким-то признакам (структурным, семантическим, стилистическим), то дифференциацию следует проводить.

2. Проблема узуализации и отражения фразеологизмов в современных фразеологических словарях При разделении фразеологизмов на новые и старые (ранее существовавшие) по параметру «время» возникла особого рода трудность: относительно какого времени существования фразеологической подсистемы следует определять новое во фразеологии. На наш взгляд, правильно следовать в этом вопросе за специалистами по лексической неологии. Известно, что первый неологический срез был проведен лексикологами относительно академических толковых словарей, дававших наиболее полное представление о лексической системе русского языка. Наиболее полно новая лексика отражена в «Словаре новых слов русского языка» под ред. Н.З. Котеловой (СПб.: Дмитрий Буланин, 1995). Соответственно и первый фразеологический срез должен быть произведен относительно системных фразеологических, толковых словарей. Говоря о системных фразеологических словарях, мы имеем в виду «Фразеологический словарь русского языка» под редакцией А.И. Молоткова (1-е изд. - 1967). Фразеологизмы, а их здесь свыше 4 тысяч, представлены идиомами и предложно-падежными сочетаниями, имеющими переносный смысл (которого не имеют те же существительные вне данной предложно-падежной формы). Пословицы, поговорки, изречения известных людей, представляющие собой законченные суждения, высказывания, а также фразеологические сочетания (разинуть рот, куриная память), фразеологические выражения в словарь не включены. То же понимание фразеологии отражено и во втором системном «Фразеологическом словаре русского литературного языка конца XVIII - XX века» под ред. А.И. Федорова. Словник его значительно увеличен по сравнению со словарем под ред. А.И. Молоткова, главным образом, за счет ФЕ просторечного, областного, устарелого характера, а также за счет не попавших почему-либо в предыдущий Словарь ФЕ (ангел во плоти, галопом по Европам, под колпаком и др.). Других системных словарей до настоящего времени не существует. Что касается толковых словарей, то, как минимум, должны быть учтены материалы «Словаря русского языка» в 4-х томах под редакцией А.П. Евгеньевой (1981-1984), в котором отражен словарный состав языка близкого временного периода – 60-70-е годы XX века. Безусловно, различного рода языковые и речевые изменения во фразеологии зафиксированы в ряде частных словарей, но они не представляют фразеологию в целом как систему какого-либо временного периода. Тем не менее, каждый из этих словарей видится нам весьма полезным и необходимым для сбора, идентификации, дефиниции и последующего анализа в главах диссертационного исследования столь разнородного языкового материала, функционирующего на страницах современной прессы. Небольшой по числу фразеологизмов (около 800) "Словарь-справочник по русской фразеологии" (М., 1-е изд. - 1981) Р.И. Яранцева интересен тем, что фразеологизмы расположены в нем по темам. «Школьный фразеологический словарь русского языка» В.П. Жукова (М.,1980) охватывает фразеологизмы, представленные в современной художественной и публицистической литературе, а также в произведениях классиков XIX-XX веков. К числу вошедших в Словарь устойчивых оборотов принадлежат исконно русские фразеологизмы, а также заимствования из старославянского языка. В словаре немало выражений, относящихся к греко-латинской мифологии. Не вошли в Словарь фразеологические сочетания, крылатые слова, поговорки и пословицы, предложно-падежные конструкции, не имеющие переносного значения (для вида, под властью), а также фразеологизмы грубо-просторечного, областного и жаргонного характера. Историко-этимологические сведения содержит «Словарь русских пословиц и поговорок» В.П. Жукова (1-е изд. - 1966). Под ред. В.П. Жукова вышел также «Словарь фразеологических синонимов русского языка» (М., 1987). Около 450 наиболее употребительных в современном русском языке пословиц, поговорок и крылатых выражений собрано в словаре В.П. Фелицыной и Ю.Е. Прохорова под ред. Е.М. Верещагина и В.Г. Костомарова (М., 1980). Словарь этот называется «Русские пословицы, поговорки и крылатые выражения». Использование фразеологизмов иллюстрируется в Словаре не только цитатами из художественной литературы, но и примерами из периодической печати. С содержанием и источниками крылатых слов, некоторых идиом и фразеологических сочетаний, а также отдельных слов, переносно используемых, созданных или пущенных в широкое употребление каким-либо конкретным автором, знакомит сборник "Крылатые слова" Н.С. Ашукина и М.Г. Ашукиной (1-е изд. - 1955). Более полным и типологически разнообразным, чем сборник Ашукиных, является "Большой словарь крылатых слов русского языка" В.П. Беркова, В.М. Мокиенко, С.Г. Шулежковой (М., 2000). Кроме образных метких фраз, замечаний, принадлежащих писателям, изречений философов, высказываний политических деятелей, кроме библейских выражений, читатель найдет здесь широко известные строчки современных песен, стихов, названий популярных фильмов, прозвища и характеристики писателей, политических деятелей, персонажей литературных произведений и кинофильмов и т.д. Например: "Все могут короли", "Зигзаг удачи", "Доживем до понедельника". В 1997 году вышел "Словарь современных цитат" К.В. Душенко. Словарь состоит из нескольких разделов. Первый содержит перечень авторов, которым принадлежат цитируемые здесь же слова с указанием произведения, откуда приводится цитата, после этого идут анонимные цитаты и выражения. За этим разделом следует указатель имен, кинофильмов и т.д., чьи слова, тексты которых послужили основой цитат, содержащихся в первом разделе. Заключает словарь список всех цитат, в этом издании представленных. В словаре В.М. Огольцева «Словарь устойчивых сравнений русского языка (синонимо-антонимический)» впервые в истории отечественной и зарубежной лексикографии собрано около 1500 наиболее употребительных образных сравнений (как медведь, как пробка, как ошпаренный). Эта существенная часть русской фразеологии до сих пор не находила в таком объеме своего отражения в словарях (ср., наиболее полный словарь русской фразеологии "Фразеологический словарь русского языка" под ред. А.И. Молоткова включающий свыше 4000 словарных статей, отражает лишь около 100 устойчивых сравнений), что определяется не относительной краткостью словаря, а прежде всего структурно-семантической спецификой устойчивого сравнения как особой языковой единицы. Представляет интерес Словарь Т.Г. Никитиной «Молодежный сленг. Толковый словарь: Более 12000 слов;

свыше 3000 фразеологизмов» (М., 2003), в задачу автора которого входило зафиксировать культурно-языковую ситуацию конца XX - начала XXI века, отразить посредством сленговых слов и выражений все сферы жизни молодежи. В 2001 году Г.Н Скляревская предложила вниманию исследователей современной лексики и фразеологии свое видение их лексикографической разработки. Это издание - «Толковый словарь современного русского языка. Языковые изменения конца XX столетия» - включает более 7000 слов и устойчивых словосочетаний, отражающих динамические процессы нашего времени, порожденные политическими, экономическими, социальными, культурными переменами в обществе. Хорошим подспорьем для более полного отражения (как в смысле объема, так и в смысле содержания) современной фразеологии послужили лексикографические работы авторов, которые фиксируют новизну языкового материала и демонстрируют новый подход к самой проблеме фразеологической лексикографии. Так, в издании «Большой словарь русской разговорной экспрессивной речи» под редакцией В.В. Химика «читатель найдет и немало нового, созданного творческой энергией современной языковой системы, - метафорические и экспрессивные перевоплощения и знакомых слов, забавные словообразования, полужаргонизмы полудиалектизмы, комические вариации знакомых пословиц и поговорок, шутливые приговорки, дразнилки, популярные крылатые выражения (в том числе из рекламы), речевые клише и многие «живинки» нашей раскованной речи. Все это описывается в данном Словаре как целостная картина выразительных средств русского языка, которые все активнее проникают в публичную речь и в каналы массовой информации. Словарь тем самым создает совокупный образ современного носителя обиходной русской речи. Такая совокупность еще не была предметом описания в отечественной лексикографии» (Мокиенко В.М., 2004, 4). Для нас важно, что формирование словника и толкование словарных единиц осуществлено на основе источников разных функциональных типов: из текстов русского Интернета, из обиходной городской речи, из текстов художественной литературы, преимущественно современной, из письменной речи газетно-журнальных публикаций за последние 8-9 лет. При анализе явления дефразеологизации в языке современной прессы помощь в решении различных теоретических и практических вопросов находим в предисловии к словарю «Фразеологизмы в русской речи. Словарь: около 1000 единиц» А.М. Мелерович и В.М. Мокиенко. Словарь представляет опыт систематизированного лексикографического описания особенностей семантической структуры идиом и пословиц в контексте произведений различных функциональных стилей, литературных жанров. Здесь представлены основные виды контекстов, представляющих типовые ситуации функционирования ФЕ в различных речевых сферах. В Словаре устанавливаются различные виды «контекстуальных сдвигов значения», «приращений смысла» у ФЕ в художественной речи. В 2006 году опубликован словарь «Антипословицы в современной живой русской речи», авторами-составителями которого являются Х. Вальтер и В.М. Мокиенко. В предлагаемом вниманию читателя Словаре авторы попытались представить с максимальной полнотой современные варианты и переделки известных русских пословиц, а также меткие остроумные выражения и крылатые фразы, вошедшие в обиход в последнее время, то есть – антипословицы, именуемые в народе «приколами» (пиво без водки – деньги на ветер;

лучше пузо от пива, чем горб от работы;

баба с возу – потехе час). Во вступительном слове авторы предлагают свое видение проб-лемы «осмеяния» пословиц и поговорок. Специализированное исследование русских антипословиц только начинается. При этом оно ориентируется преимущественно на материалы современной прессы. Несмотря на многообразие и качественное разнообразие словарей, существует проблема фиксированности той или иной ФЕ во фразеологическом фонде русского языка. Рубеж XX - XXI веков представляет своего рода "неологический бум" в области фразеологии. ФН рождаются, некоторые из них успешно реализуют свой потенциал в речи, другие забываются. «Коммуникативно-прагматическая эффективность ФН способствует тому, что они не только воспринимаются адресатом, но и запоминаются, а затем воспроизводятся в аналогичных ситуациях. Однако в зависимости от множества факторов новые ФЕ не «запоминаются» и в дальнейшем не тиражируются коммуникантами в возможных коммуникативно-прагматических условиях: из-за невозможности интерпретировать ФН вне контекста и вне ситуации, в которой оно впервые использовано;

в любой момент может появиться более экспрессивный образный номинант» (Добрыднева Е.А., 1993, 25). Следует отметить, что семантика нового образного оборота формируется в результате многократного его употребления в различных лингвистических и экстралингвистических контекстах. Происходит некое "сложение" смыслов частных употреблений нового фразеологического оборота, после чего ФН фиксируется в толковых словарях со "своей" дефиницией. Наиболее яркие выражения находятся в активном поле сознания носителей русского языка и претендуют, по нашему мнению, на место во фразеологическом фонде. Однако до сих пор не нашли отражения в современных словарях тезаурусного типа и дополнительных словаряхсправочниках многие устойчивые сочетания, которые уже годами у всех на устах, извлекаются из памяти в готовом виде: что не приколочено, шутка ниже пояса, рядом не валялся, порвать как Тузик грелку, в шоке. По нашему мнению, проблема узуализации ФН в следующем: 1) до сих пор не установлены критерии определения ФЕ;

2) отсутствие единого коллектива ученых, занимающихся наблюдением за появлением ФН в обширном современном лексиконе и их "паспортизацией" (невозможно точно "датировать" появление того или иного образного оборота, представляется возможным говорить об активном его употреблении в речи носителей языка определенного времени и констатировать факт незафиксированности его в нормативных словарях и лексикографических справочниках). К ФН мы относим сочетания слов, не встретившиеся в речи в непосредственно предшествующий период, использование которых дает ощущение новизны. Квалификационными лексикографическая неотмеченность в признаками ФН являются: типа, словарях тезаурусного воспроизводимость, устойчивость, семантическая емкость, образная основа целостного значения оборота. Определяющими условиями узуализации ФН, стремящихся к обретению совокупности основных признаков фразеологизма, являются: коммуникативно-прагматическая эффективность, функциональная целесообразность, соответствие языковой норме, адекватность обозначения предмету или явлению действительности. Главная роль в процессе языкового закрепления факторам. Современная русская фразеология представляет собой ядерноновообразования принадлежит экстралингвистическим периферийную сферу современного русского языка с динамичным (подвижным) пространством. В центре фразеологической системы находятся идиомы – сращения и единства (по классификации В.В. Виноградова);

на периферии – модальные и междометные фразеологизмы, перифразы, формулы речевого этикета и т.д. Фразеологический фонд русского языка «сопровождают» ФН различных периодов экономических, социальных и политических преобразований в обществе. И в настоящее время новые фразеологические обороты возникают в речи, и, активно употребляясь, входят во фразеологический состав языка, обогащают его новыми выразительными средствами.

3. Причины появления фразеологических новообразований Творческим элементом в процессе индивидуальной речевой деятельности является содержание мысли, которую говорящему необходимо выразить. Формой ее выражения могут служить уже имеющиеся в языке готовые единицы, штампы, клише, и в то же время говорящим может быть сконструирована новая необходимая единица речи. В индивидуальной речевой деятельности представлены существующие в языковом узусе реальные единицы, а также те, создание которых явилось в определенном речевом акте реализацией языкового потенциала. Причины появления фразеологических связей лежат в разных лингвистических и окололингвистических плоскостях, не противоречащих друг другу. Образование ФН стимулирует коммуникативная необходимость. ФН рождается для выполнения одной функции – выразить мысль для обеспечения коммуникации. Если в словаре языка, по мнению говорящего, нет ФЕ, максимально точно обозначающей и характеризующей предмет сообщения, а так же обладающей достаточно высокой эмоционально – оценочной выразительностью, то субъект стремится к созданию нового образного средства. Любые словесные сочетания, возникая в процессе коммуникации, служат для обозначения каких-то отрезков действительности или для выражения отношения к ней. Как отдельные слова, так и определенные словесные сочетания закрепляются в языке тогда, когда они удачно, с точки зрения общественной практики, выполняют эту задачу. Потребность выражения понятия, обозначения тех или иных явлений делает необходимым образование слова или выражения, а не наоборот. А.А. Потебня утверждал, что «всякое слово … есть акт мысли, завершение ее усилия … и чем важнее для кого деятельность мысли, тем более будет он ценить находку подходящего слова» (Потебня А.А., 1930, 111), имея в виду, что содержание некоторых слов или устойчивых сочетаний слов, не всегда удовлетворяет говорящего, закрепленное содержание мешает ему выразить новую связь предметов, потому говорящий находится в поисках нового лингвистического знака, который мог бы эксплицировать новую связь реальных предметов или предметов собствен ного мышления. Например: <…>Просто веселье, легкое и беззаботное, юмор без примеси цинизма, двусмысленностей и шуток "ниже пояса" - театр с подобным кредо оказался востребованным в Москве (Мини Бурда). К внешним стимулам выбора говорящим адекватного языкового факта все заметнее подключается значение актуальности, целесообразности. Коммуникативная деятельность продуцирует появление новых устойчивых словесных комплексов, основанных на актуальных для определенной эпохи образах, знаниях и представлениях. Чтобы то или иное сочетание слов приобрело статус фразеологичности, одна образность, яркость, эмоциональность не достаточна. Выражение должно быть актуальным, удовлетворять потребности общеязыковой практики сегодняшнего дня или какого-нибудь исторического периода. Новый оборот речи должен стать необходимым не только для творца этого выражения, но и для определенного коллектива, общества в целом. Например, модными и востребованными стали сочетания слов: Кэтрин Зета Джонс копается в автомобильном моторе. А Кайра Найтли... кладет кирпичи. Юная актриса вообще подумывает о том, чтобы переквалифицироваться из восходящих звезд в строители - уж очень большое душевное удовлетворение приносит ей это занятие! Как говорится, у каждого свои тараканы (Красота и здоровье);

Знаменитый ирландец Пирс Броснан, который уже достаточно освоился с амплуа непобедимого шпиона, решил сделать финт ушами - предложить экспрезиденту США Биллу Клинтону роль в очередном боевике про агента 007 Джеймса Бонда (Сделай паузу). В развитии фразеологии современного русского языка заметную роль играют ФН, тесно связанные с социальными факторами. Отражая новизну современного состояния общества во всех его проявлениях, многие сочетания слов в силу своей актуальности прошли процесс фразеологизации – от свободных сочетаний слов до устойчивых словесных комплексов. Например, социально - экономическая фразеология: новые русские, черная касса, бешеные деньги, двойная бухгалтерия, теневая экономика, теневые доходы, отмывание денег, пакет предложений, момент истины, агент влияния, русскоязычное население, лицо кавказской национальности, группа поддержки, потребительская корзина, встреча без галстуков;

военная фразеология и ФН, связанные с правоохранительной деятельностью: отряд особого назначения, криминогенная обстановка, горячая точка, нештатная ситуация, оборотень в погонах;

молодежный сленг: по бороде, все запущено! глубоко фиолетово;

грубо - просторечные, жаргонные выражения: в полный рост, по полной программе, по понятиям, полный абзац! через одно место и др. Это своеобразные «знаковые» слова, выражения современной эпохи. Большую роль в их распространении играют СМИ, создавая речевую среду, в которой задаются эталоны, нормы. Например:

<…>Директору совхоза "Туровский" Михаилу Волкову до падежа коров, как выяснилось, глубоко фиолетово (МК);

<…>Для безопасности школьников и студентов во всех московских учебных заведениях установят так называемую "тревожную кнопку". Располагаться она будет на посту охраны, и в случае "нештатной ситуации" сигнал поступит прямо в местное УВД (МК). Новым в таких выражениях является именно сочетание, комбинирование слов, а не слова как таковые. Как только понятие, выражаемое ФН, деактуализируется, так оно уходит в пассивный фонд, становясь архаизмом, перестает существовать. Например, «уходят из употребления целые пласты лексики, обозначающие реалии советской действительности: соцсоревнование, планерка;

стандартные клише, сложившиеся в годы советской власти: председатель колхоза, трудовой порыв, маяки пятилетки. Многие выражения из ритуального языка социалистического общества получили отрицательную оценочность, употребляясь в отрицательных контекстах: светлое будущее, вперед к коммунизму. На базе подобных клише возникают по их образцу ироничные сочетания типа: светлое прошлое, вперед к капитализму» (Валгина Н.С., 2001, 78).

Возникновению ФН способствует также выбор субъектом речи удобных и целесообразных, по его мнению, форм выражения. Возможность выбора, вариантность можно рассматривать как конкуренцию средств выражения. В результате побеждают варианты «целесообразные для определенных условий общения, т.е. конкуренция – это закономерное явление, продиктованное коммуникативной целесообразностью» (Костомаров В.Г., 1976, 37). Так, если говорить о современном молодежном сленге, то показательно, что «особый язык» используется как своего рода пароль, речевой сигнал принадлежности к одной и той же социальной или возрастной группе» (Никитина Т.Г, 2003, 6). В речи школьников, студентов, музыкантов, компьютерщиков сленговые устойчивые выражения превалируют над общеязыковыми. Например, в языке есть многочисленные фразеологизмы, обозначающие лень, безделье: бить баклуши, считать ворон, валять дурака, палец о палец не ударить, плевать в потолок, лежать на боку и др., однако фразеологический ряд продолжает расти, в том числе и за счет «сленгизмов»: курить бамбук, парить булки.

<…> Несмотря на то, что публика шаблонно хлопала после каждого выс тупления, нетрудно было угадать, что действительно нравится современной молодежи. Во-первых, нестандартная внешность и хитовая песня, после которой уже не будет настроения "булки парить". Чернокожий милашка из Российского университета нефти и газа Эквирибе Чидозие Келечи завел публику зажигательной "I have got a girl in Paris" и сексуальными покачиваниями бедер (МК). Таким образом проявляется показатель языковой избыточности, который дает толчок развитию стилистическим ресурсам языка через рождение синонимических рядов, а также фразеологической системы в целом. Указанные причины (коммуникативная необходимость, целесообразность, актуальность обозначаемых реалий) не охватывают всех структур, подвергшихся в языке фразеологизации. Как быть с теми ФН, которые не обозначают новых понятий, и не приносят ничего нового для более яркого выражения уже существующего.

Очевидно, что в языке действуют и другие тенденции, причем они подчинены одной более общей тенденции - закрепить для всеобщего языкового пользования те или иные синтаксические образования, отобранные носителями языка как наиболее пригодные для обозначения понятий. Среди ФН, возникших из переменных словосочетаний, выделяется слой, где основной причиной фразеологизации является характер синтаксического функционирования при закрепленной грамматической форме, обусловленный в некоторых случаях лексическими особенностями компонентов сочетания. Фразеологизация их вызывается разнообразными причинами: 1) при употреблении с предлогом в непродуктивной функции, например: за жизнь (поговорить);

пробило на. <…>Приятный такой мужик, покалякал со мной за жизнь… Документы на землю показывал: все говорит, у меня по закону (МК);

2) при употреблении в качестве сказуемого: без тормозов;

в лом.

<…>Нехотя растертый с двумя яйцами творог (400 г.) в четыре захода (с понедельника по четверг) смешать (если, конечно, не в лом) с сахаром (1 ст. ложка), с солью и мукой (4 ст. ложки) (Махim);

3) при употреблении в качестве вводного речения: как ни крути;

оно мне надо? <…>К процессу эволюции не придраться: теплая квартира в зеленом районе Москвы, как ни крути, уютнее пещеры с кострищем в кругу (Fакел);

4) при употреблении в значении междометия: Мама, не горюй! Туши (гаси) свет! <…>Бывают покупательницы, одетые чуть ли не как бомжи, а покупки делают на такие суммы, что мама, не горюй! (Fакел). Таким образом, стремление языка закрепить для всеобщего пользования уже готовые обороты речи и есть тенденция, обобщающая экстралингвистические и внутриязыковые причины фразеологизации, которая охватывает все больше элементов системы языковых знаков.

Глава 1. Рождение и функционирование фразеологических новообразований в условиях газетной коммуникации: явление фразеологизации 1. 1. Сущность явления фразеологизации Прежде чем рассмотреть новые обороты речи фразеологического характера, зафиксированные на страницах современных газет и журналов, остановимся на вопросе о том, что такое фразеологизация. К проблеме процесса фразеологизации обращалось немало лингвистов: (Виноградов В.В., 1954;

Ларин Б.А., 1956,);

теоретической основой разработки проблемы фразеологизации послужили работы таких фразеологов, как Л.И. Ройзензон "Фразеологизация как лингвистическое явление", Ю.А. Гвоздарев "Основы русского фразообразования", А.В. Кунин "Английская фразеология" (Ройзензон Л.И., 1961;

Гвоздарев Ю.А., 1977;

Кунин А.В., 1996). А.В. Кунин так определил сущность фразеологизации: "Это образование фразеологических единиц и устойчивых сочетаний нефразеологического характера в результате постепенного процесса приобретения теми или иными сочетаниями слов всех элементов фразеологической устойчивости или всех элементов устойчивости нефразеологического характера" (Кунин А.В., 1996, 59). В качестве исходного определения данного явления нами используется: "Фразеологизация - это процесс стабилизации и закрепления в речевой практике данного языкового коллектива в качестве готовых (т.е. таких, которые каждый раз не создаются заново, а лишь воссоздаются, извлекаются из памяти говорящих), относительно устойчивых определенных языковых комплексов. Формально-грамматически эти комплексы могут быть соотнесе ны со словосочетанием, сочетанием слов или предложением..." (Ройзензон Л.И., 1961, 114). Говоря о фразеологизации, необходимо остановиться на явлении идиоматизации. Это распространенный и характерный случай фразеологизации, когда оборот превращается в идиому. Наиболее общими чертами ее (идиомы) Л.И. Ройзензон определил: 1) метафоричность, 2) обобщенно - оценочное значение, 3) семантическая цельность, 4) экспрессивность, 5) эмоциональность, 6) особая модальность и интонация (Там же, 111). Фразеологизацию необходимо отграничить от явления идиоматизации. В некоторых работах такое разграничение отсутствует, например, в работе Б.А. Ларина. Или, профессор А.И. Смирницкий считает, что ФЕ «представляет собой семантически цельное образование, причем семантическая цельность основана на идиоматичности» (Смирницкий А.И., 1956, 96). Нельзя не заметить, что здесь смешивается 2 понятия: фразеологизация и идиоматизация. Определив смысл идиоматичности, как «невыводимость значения целого языкового образования из совокупности значений входящих в него частей», А.И. Смирницкий распространил эти условия и признаки идиоматичности на все фразеологические образования, упуская из вида то обстоятельство, что не для всякого фразеологического оборота обязательно наличие идиоматичности, настолько ощутимой, чтобы действительно нельзя было вывести значение целого из совокупности значений компонентов его составляющих. Значит, не все фразеологизировавшиеся образования должны непременно идиоматизироваться. Идиоматичность, например, характерна "фразеологическим сращениям" и "фразеологическим единствам". Фразеологизмы возникают на базе готового понятийно насыщенного языкового материала, на базе слов, словосочетаний в синтаксических условиях по причинам экспрессивной окрашенности. Основной базой, толчком для формирования фразеологизмов является, по данным нашей картотеки, метафоризация словосочетания и семантический сдвиг слов, сопровождающий метафоризацию словосочетаний. «Процесс фразеологизации базируется на фразеологической абстракции – закономерном абстрагировании сочетания слов от их лексических и грамматических значений, от типового значения синтаксической конструкции, от исходного значения словесного комплекса. Фразеологическая абстракция чаще бывает неполной, благодаря чему сохраняется в той или иной степени внутренняя форма ФЕ и мотивировка фразеологического значения. Решающую роль в развитии фразеологической абстракции играет ослабление семантической связи между значениями ФЕ и исходным значением словесного комплекса» (Мелерович А.М., Фокина А.М., Якимов А.Е., 1996, 120). Основными факторами формирования ФЕ, по мнению Н.М. Шанского, являются: 1) частое и длительное употребление свободного сочетания слов не в прямом, а в обобщенном образно-переносном значении. Свободные сочетание – белка в колесе, у разбитого корыта – в результате метафоризации при постоянном употреблении в переносном значении перешли в разряд ФЕ. 2) в свободном словосочетании в процессе фразеологизации одно слово становится доминирующим и тем самым ограничивающим себя в сочетаемости с другими словами, свободными словосочетаниями, превращаясь в устойчивое (звездное небо, ночь, но – звездный час). 3) свободное словосочетание, превращаясь во фразеологическое, выражает единое понятие, соответствующее данной исторической эпохе. Таков путь превращения свободного сочетания слов в устойчивое по составу и строению, целостное по значению выражения (Шанский Н.М., 1985, 92). Б.А. Ларин так определил закономерность развития фразеологических стереотипов из переменных словосочетаний:

1) «Первым условием образования идиоматических оборотов речи является утрата реалий, того жизненного опыта, явления, которому соответствует сочетание в своей номинативной функции. Реалия отходит в историческое прошлое или существенно меняется, а это обуславливает потерю прямого значения соответствовавшим ей речевым выражением, невозможность непосредственного применения словосочетания. Утрату верования, смену воззрений, изменение социальных отношений, как это понятно, мы тоже относим к категории "исторической потери реалий". 2) Самым существенным и решающим условием преобразования простого речения в идиоматическое было семантическое обогащение, называемое метафоризацией, сущность которого в расширении и обобщении значения в сторону образной типичности. 3) В долгом речевом обиходе излюбленные выражения утрачивают подробности, укорачиваются, сохраняя лишь самые необходимые элементы, часто - только начало формулы. Привычное, давно известное, всем памятное понимается с полуслова, с полунамека. Первоначальный, нормальный состав речения деформируется, от него остается сигнальный фрагмент, который скоро превращается в идиому, неразложимое словосочетание, так как полная и ясная - исходная формула забывается. 4) С этим умолчанием и последующим забвением части словосочетания может быть связано и нарушение первичной грамматической структуры, но и помимо того изменение грамматической формы речения, сохраняющегося в обиходе веками, происходит в связи с общей эволюцией грамматической системы языка» (Ларин Б.А., 1977, 134). Есть и другие точки зрения, когда в основу формирования ФН кладется не весь комплекс факторов, а какой-то один из перечисленных. Так, М.М. Копыленко за основу «механизма» формирования ФН берет «меру ограничения семемной сочетаемости» (Копыленко М.М., 1973, 29), а В.П. Жуков – «меру, степень семантической сплоченности» (Жуков В.П., 1986, 69).

При постоянном употреблении сочетания могут становиться устойчивыми. При этом словосочетания начинают выражать единое целостное значением. Например, без бутылки (пол-литра) не разберешься (разобраться) (Шутл., ирон., разг. - сниж. ‘О невозможности понять чтолибо, разобраться в ситуации‘ - В.В. Химик): <…>Задал ты мне задачку - без бутылки не разберешься! Так попасть еще надо умудриться (А и Ф). Устойчивое сочетание слов должно обладать и другими признаками для того, чтобы стать фразеологической единицей. Дело в принципиальной структурной разнице выражения целостного смысла, определенного понятия. Могут быть разные способы обозначения. Одни сочетания слов передают целостный смысл сочетанием таких слов, которые полностью сохраняют свои прямые значения и, следовательно, отчетливые синтаксические отношения. Смысл и синтаксическая структура их членимы и индивидуальны. Другие словосочетания представляют собой такие сочетания слов, когда на предмет непосредственно направляется все сложное образование в целом. Например, сравните свободные сочетания слов не составляет труда, просто и легко и ФН как два пальца об асфальт с тем же значением: <…>Поступал в институт, думал, а, сдам сессию в срок и как два пальца об асфальт перейду на второй курс, а тут, блин, теперь бы остаться вообще (Fакел). Во ФН смысловая индивидуальность слов нарушается, их смысловая связь становится взаимообусловленной, синтаксический характер отношений слова внутри словосочетания становится менее существенным для понимания целостного значения сочетания. «Приобретение единого смысла и несущественность характера синтаксических связей слов для значения целого и делают словосочетание фразеологической единицей, в которой цельность значения господствует над синтаксической раздельностью» (Ожегов С.И., 1974, 197). Вопрос о повторяемости является одним из основных критериев фразеологизации какого-либо оборота речи. Процесс фразеологизации теснейшим образом связан с явлением актуализации. «Явление, когда свободные обороты речи превращаются из неактуальных в актуальные (т.е. такие, которые являются для данного языка в данную историческую эпоху крайне важными и необходимыми для коммуникации), мы называем актуализацией. Вчерашние, свободные, неактуальные выражения могут сегодня стать актуальными и перейти в разряд фразеологизировавшихся образований. Актуализация, таким образом, приводит к превращению свободного оборота в несвободное (точнее, в устойчивую, воспроизводящуюся в речевом акте языковую единицу)» (Ройзензон Л.И., 1961, 112). Но актуализация – лишь один из этапов фразеологизации. Фразеологизация представляет собой процесс формирования и закрепления различных по характеру своих внутренних семантических и структурных связей устойчивых единиц. На страницах современных газет и журналов нами были обнаружены прошедшие или проходящие фразеологизацию различные функциональные, структурно-семантические модели оборотов речи – 1) сочетания слов (устойчивые сочетания падежных форм существительного с предлогом: без тормозов, в шоколаде, в хлам, без базаров;

перифразы: акула пера, рука Москвы;

эвфемизмы: грелка во весь рост, крутить динамо;

устойчивые сравнения: как у китайце в засаде, как велосипед;

составные термины: желтая карточка, высшая математика;

на анализе и 2) новообразования различных предложного типа (жаба душит, крыша едет;

кто, успел, того и тапки). Остановимся подробнее фразеологизации структурно-семантических речевых оборотов.

1.1.1. Фразеологизация предложно-именных сочетаний слов Сложным и интересным является вопрос о предложно-именных сочетаниях, неоднократно повторяющихся в речи и характеризующихся отходом от прямого обозначения имени, т.е. обычно имеющих переносное значение, в большей или меньше степени мотивированное связью с исходным значением. Вопрос о предложно-именных сочетаниях в современном языке особенно важен в лексикографической практике. Он частично смыкается с вопросом образования наречий из предложно-именных сочетаний, поскольку наречие – часть речи, процесс становления которой в современном языке продуктивен. Так, Л.Я. Костючук, выражение в сердцах (‘осердясь, в гневе’) рассматривает как наречие, пишущееся раздельно лишь по традиции и возникшее в результате сращения предложно-падежного сочетания, утверждая, что подобный процесс пережило и слово впросак в устойчивом словосочетании попасть впросак. Предлог в данном случае можно рассматривать как отдельное слово, которое в словарях получило отдельное семантическое описание (Костючук Л.Я., 1967, 68). Во «Фразеологическом словаре русского языка» под редакцией А.И. Молоткова (1967) это же выражение (в сердцах) рассматривается как фразеологизм. В данном разделе работы рассмотрим способ образования ФН, для которых деривационной базой явились предложно-именные по форме сочетания слов (в шоколаде, по бороде, в доску). Например: <…>Москвичи будут в шоколаде, если до этого их не отравят. Депутаты гордумы поехали на фабрику "Красный Октябрь". Но не затем, чтобы поесть конфет, а укреплять оборонную мощь страны (МК);

<…>Грэссо пользовался очень высоким авторитетом у ньюйоркцев своей преданностью городу. Выросший в местной рабочей семье и в образовании не пошедший дальше средней школы, он был и наверняка остается для них своим «в доску» парнем (Слово). П.А. Лекант так типологически определил их характер: «устойчивые предложно - субстантивные формы являются ф о р м а м и - и д и о м а м и » (Лекант П.А., 1965, 42). ФН, построенные по модели «форм-идиом», метафоричны и экспрессивны, что обусловлено самим процессом фразеологизации предложно субстантивных сочетаний. «Формы-идиомы» возникают на базе метафорического употребления свободных форм существительного с предлогом, в результате чего переменное сочетание претерпевает семантическое обновление. Метафорическое значение имеет тенденцию к слитности, к некоторому обобщению. Поэтому важнейшим признаком ФН, построенных по модели «форм-идиом», является наличие внутренней детерминированной зависимости между составляющими компонентами. ФН, образованные на базе словосочетаний, сохраняют фонетическую раздельность;

семантическая неделимость их имеет более сложный характер. Фразеологические связи предложно-именных оборотов поддерживаются метафорическим употреблением имен, как правило, конкретного номинативного значения. Образное значение, вызывающее их эмоциональную окраску, обусловливает их внутреннюю целостность. В связи с ослаблением именами в составе ФН соотнесенности с их общеязыковой семантикой и превращением их в «потенциальные» слова, предлоги – их обязательные структурные компоненты – также претерпевают семантические изменения, приобретают связочный характер. «В них нельзя выделить элементы значения, внесенные предлогом и существительным. Предлог не может быть определен и как формальное слово, как носитель грамматического значения. Всем этим формы-идиомы отличаются от соответствующих свободных сочетаний предлога с существительным» (Лекант П.А., 1965, 43). Отбор сочетаний слов, превращающихся во ФН, идет разными путями. Например, 1) по модели «сочетание Д.п. с предлогом по»: по барабану (‘Безразлично, не волнует, все равно‘ - В.В. Химик):

<…>Потным физкультурникам и мамашам с колясками был совершенно по барабану тот факт, что где-то у них под ногами зарыт клад на 40 миллионов (МК);

по бороде (‘Неодобр. О ситуации неудачи, крушении планов‘ – МСН):

<…>Бесполезно, ничего сегодня не добьешься от них. Опять всех по бороде пускают (Я молодой);

по понятиям (‘В знач. нареч. Жарг. По принятым в определенной среде (обычно криминальной, воровской) обычаям, по справедливости - в соответствии с корпоративной традицией‘ - В.В. Химик): <…>А стоит ли противопоставлять закон и мораль? Не правильнее ли решить: либо мы строим в стране социальную рыночную экономику, либо, продолжая жить "по понятиям", только внешне желаем походить на "цивилизованные страны" (Известия);

по уму (‘Тщательно, с учетом всех мелочей, нюансов‘): <…>Конечно, чтобы сделать все по уму и распланировать посадки, пришлось прибегнуть к советам профессиональных дизайнеров (МК). 2) по модели «сочетание В.п. с предлогом в»: в доску (‘В знач. нареч. Разг. - сниж. В высшей степени совершенно. 1) в сочетании со словом свой (своя, свои);

2) в сочетании со словами напиться, пьяный и т.п. (~ в стельку)‘ - В.В. Химик): <…>Но нижегородцы все равно считают Безрукова своим в доску (Жизнь);

<…>Идет Шарик по шпалам. В доску обдолбанный. Сзади поезд едет (Сударушка);

в лом (не в лом) (‘В функ. сказ., кому что. Жарг. Не хочется, тяжело, неприятно. Легко, в удовольствие‘ - В.В. Химик): <…>Они не стремятся подавлять и властвовать, как носители первой группы крови, им "в лом" подчиняться и ждать у моря погоды, как второгруппникам (КП);

в струю (‘В знач. нареч. Ирон., разг. (Не) удачно, согласно (вопреки) ситуации, тенденции, настроению‘ - В.В. Химик): <…>Особенно "в струю" такие новости придутся к осени, когда на Украине начнется кампания по выборам в Верховную раду (А и Ф);

в тему (не в тему) (‘О чем-то очень подходящем (неподходящем);

к месту (не к месту)‘): <…>Разговор, как я понял, был в тему. Потому что от могил хутора Красный Октябрь на вершине холма тоже остался один бурьян (Мир новостей);

в кассу (не в кассу) (‘Одобр. Кстати, к месту;

именно то, что нужно. Неодобр. 1. Невпопад, неудачно. 2. Муз. Неточно, фальшиво. 3. О неудаче, провале‘): <…>Картина Светланы Проскуриной "Удаленный доступ", прямиком с Венецианского фестиваля доставленная в основной конкурс "Киношока", оказалась как никогда "в кассу". Поскольку она - о невозможности понимания, о трудностях общения (МК);

в хлам (‘Очень сильно напиваться‘): <…>Все чин-чинарем: платочек на голове, седые космы из-под него, вот только грим немножко размок. Рядом валялась метла - видать, "летала" бабка от всей души. Пьяный "в хлам" фольклорный персонаж отвезли в вытрезвитель (Экспресс газета);

3) по модели «сочетание П.п. с предлогом в»: в натуре (‘Жарг. 1.в знач. нареч. или ввод. Действительно, в самом деле, конечно. 2. в знач. межд., ввод. Выражение различных эмоций, положительных и отрицательных, удивление, одобрение, осуждение‘ – В.В. Химик):

<…>Весь фильм он повторяет одну фразу: «Я должен уехать». И в конце концов уехал. Все, в натуре (МК);

в шоколаде (‘В знач. нареч., в функц. сказ. Шутл., жарг. О состоянии полного удовлетворения, довольства, благополучия‘ – В.В. Химик):

<…>Может и преувеличение, но то, что о России за границей рассказывают всякие бытовые ужасы, - факт. Придется поработать с общественным мнением, говорят чиновники. Больше никаких слухов, страшилок, все должно быть в шоколаде (МК);

4) по непродуктивной модели «сочетание В. п. с предлогом за»: за жизнь (‘Искаж. Шутл., разг. Поговорить о жизни, задушевно побеседовать на житейские темы‘ - В.В. Химик): <…> К ним всегда в гости приятно придти, рюмку чая выпить и за жизнь посплетничать (А и Ф);

5) по модели «сочетание Р. п. с предлогом без»:

без тормозов (‘В функ. сказ. Неодобр., разг. О том, кто не в состоянии контролировать свои слова или действия, обычно неблаговидные для окружающих‘ - В.В. Химик): <…> Родные в Новокузнецке говорят, что в этой паре сошлись два невероятно сильных характера и буйных темперамента. Оба "без тормозов", отчаянные, молодые. Страсти просто кипели в их семье (КП);

без комплексов (‘В функ. сказ. Ирон., разг. О самоуверенном, иногда до наглости, человеке‘ - В.В. Химик): <…> Иногда трудно определить, откуда спортсмены. Раньше наши были поскромнее, а теперь все без комплексов (А и Ф). Образное значение приобретает не лексема в целом, а отдельная ее словоформа. Данная словоформа существует как самостоятельная языковая единица с присущим ей фразеологическим значением. Она существует параллельно со свободным сочетанием предлога с именем существительным. При превращении предложно-падежного сочетания во ФЕ предлоги, входящие в состав этого сочетания, становятся необходимыми элементами. Рассмотренные нами «формы-идиомы», в отличие от переменных предложно-именных сочетаний, обладают неполными парадигмами: набор грамматических значений лексических компонентов не совпадает с полным набором всех грамматических значений компонента, каким он обладает в свободном употреблении. Например, это проявляется в том, что: 1) нет словоформ единственного числа, и в каждой из приводимых групп нет словоформ никаких падежей, кроме той, в какой они приводятся: Д.п. – по понятиям;

Р.п. - без тормозов, без комплексов;

2) нет словоформ множественного числа, и в каждой из приводимых групп нет словоформ никаких падежей, кроме той словоформы, в какой единицы приводятся: Д.п. - по барабану;

П.п. - в натуре, в шоколаде.

Нами не отмечены примеры функционирования предложно-именных ФН в форме множественного и единственного числа параллельно без изменения фразеологического значения. Существительные типа тормоз, доска, барабан имеют все падежные формы и остаются тождественны сами себе. В составе ФН соответствующие существительные-компоненты могут иметь только одну форму, соответственно Р.п. - без тормозов, В.п. – в доску, Д.п. – по барабану. В другой форме – это свободные сочетание слов. Необходимо обратить внимание на «формы-идиомы», которые будто бы употребляются в языке без отнесенности к определенным словам - глаголам (без тормозов, без комплексов, в лом). В этом случае важно учитывать сочетание предложно-именных выражений с соответствующими глаголами, поскольку отсутствует глагол бытия в настоящем времени. И те значения, которые свойственны предложно-именным сочетаниям слов, выясняются как раз в зависимости от глагола бытия. Эти «формы-идиомы» (очень близкие к наречию) обычно выступают в функции сказуемого. Сочетания предложноименных выражений с опущенными глаголами бытия А.Т. Арсирий назвал «скрытыми фразеологизмами» (Арсирий А.Т., 1967, 45). Так, функционирование ФН в качестве сказуемого (без тормозов, без комплексов, в лом) в какой-то степени предопределяет результат фразеологизации и закрепление устойчивого сочетания в речевой практике современников. Данные ФН обладают комплексом характеристик «форм-идиом». Идиоматичность – это смысловая неразложимость ФЕ на значения словкомпонентов, ее составляющих, и как следствие, - невыводимость значения ФЕ в целом из значений ее частей. Идиоматичность этих единиц проявляется в том, что 1) «они воспроизводятся целиком, а не организуются в речи;

2) их значение является постоянным и общенародным;

3) это значение не равно значению соответствующего существительного и даже в отдельных случаях весьма далеко от последнего» (Лекант П.А., 1965, 42).

ФН из разряда «форм-идиом» характеризуются типологической устойчивостью, поскольку рождаются и функционируют в рамках существующего в языке ряда однородных структурно схожих фразеологических образований. Однако структурная моделируемость, как видно из выше представленных примеров, не всегда определяет семантическую. Превратившись в фиксированную форму-идиому, данные образования приобретают или наречное значение, или развивают способность выступать в функции сказуемого. Фиксированные сочетания служебного слова со знаменательным являются областью фразеологии, где действуют определенные законы, которым подчиняются и рассмотренные сочетания.

1.1.2. Фразеологизация сравнительных конструкций В современном русском языке (разговорной речи, в текстах газетной периодики) широко употребительны образные сравнения, посредством которых дается яркое изображение предмета путем сопоставления с другим предметом, обладающим рядом типичных признаков характеризуемого предмета (качество, свойство, цвет и т.п.). Составляют в кругу фразеологизмов обособленную группу, структурным центром таких сравнительных оборотов является союз как: как велосипед (‘Крайне худой, изможденный‘):

<…>Ох уж эта мода. На девочек больно смотреть, вечно голодные, костлявые, как велосипеды. Разве это красиво (Престиж);

как шпиль соборный (‘Об очень высоком человеке‘): <…>Ксения Соколова. Выглядит как шпиль соборный. Топ - работник глянцевых журналов, не мыслящий себе никакой поездки без чемодана размером со шкаф (БГ). Фразеологизация сравнительного оборота представляет собой процесс смыслового объединения слова с относящимся к нему компаративом. «При становлении (или формировании) фразеологической связанности происходит преобразование компонентов в номинативный и компаративный члены фразеологизируемого оборота;

при этом становится более фиксированной встречаемость определенного компаратива с определенным значением поясняемого слова» (Кожин А.Н., 1975, 168). Компаративные конструкции сближаются с семантикой поясняемых слов, обретая целостное осмысление, свойственное фразеологическому обороту. Например, слову хитрый и компаративу как сто китайцев сопутствует фразеологическая связанность (‘Сравнит. Шутл. неодобр. разг. Об очень хитром, изворотливом человеке. Видимо, хитрость приписывается китайцам как национальная черта‘ - В.В. Химик): <…> Да что вы! Такой был Леха «фрукт»! Хитрый как сто китайцев – не пропадет и в армии (Я молодой). Часть сравнений, встречающихся на страницах газет и журналов, бытующих в речи, представляет собой устоявшиеся конструкции фразеологизированного характера, отличающихся целостностью семантики, воспроизводимостью в образно-метафорическом значении, общеупотребительностью. Например: как в лучших домах [Лондона, Парижа, Конотопа], как два пальца об асфальт (как два пальца облизать, как два пальца обоссать (описать), как до Пекина босиком, как у китайца в засаде (глаза). Рассмотрим условия, способствующие фразеологизации отдельных сравнительных оборотов: 1) номинативный член подсказывается компаративным, содержащим характерологически весомое препозитивное определение: страшная как атомная война (бомба) (‘Уничиж., шутл.-ирон., разг. О некрасивом человеке‘ - В.В. Химик): <…>Что вы, она страшненькая, как атомная война. В шоу-бизнес таких не берут, там силиконовые красотки ценятся (А и Ф). Так, представление о некрасивом человеке, опирается на предметнообразную семантику таких сочетаний имен существительных с прилагательным, как атомная война, бомба.

2) компаративный член содержит интенсификатор, указание на полноту проявления признака, обозначенного номинативной частью фразеологизируемого оборота. В этом случае характеризуемый признак может усиливаться: а) «градуальной семантикой» (термин С.М. Колесниковой) компаратива. Ср.: как у китайца в засаде (глаза) (‘Узкие, маленькие‘): <…>А в понедельник все приходят на работу с головной болью и помятыми лицами. Самая "выдающаяся" часть - глаза - как у китайцев в засаде. Глаза не соврут. Значит, выходные удались (Stars and money). В данном случае роль интенсификатора признака выполняет «в засаде». Или: как в лучших домах [Лондона, Парижа, Конотопа] (‘Сравн. Шутл.-ирон., разг.-сниж. О приличных, хороших условиях, о высоком уровне чего - либо. Обычно применительно к сфере обслуживания или приема гостей‘ - В.В. Химик): <…>Это не просто отличный ресторан, здесь все как в лучших домах Лондона и Парижа: кухня, обслуживание, музыка (Men"s Health). Роль интенсификатора выполняют однородные компоненты «Лондона и Парижа»;

б) гиперболизированной семантикой компаратива. Ср.: как до Пекина (Луны) босиком (‘Недосягаемо, очень далеко‘): <…>В области до чистоты как до Пекина босиком. Самую большую головную боль у службы вызывают несанкционированные свалки. За год их обнаружено около 800 (МК);

3) компаративный член является недостаточно мотивированным: как два пальца об асфальт (как два пальца облизать, как два пальца обоссать (описать) (‘Вульг., шутл. Просто, не составляет труда‘ как два пальца описать (Престиж). Элемент сравнения здесь выражен лексическим компонентами два пальца об асфальт. Признаком сравнения выступает «проявление легкости, простоты». Представленный в нашем случае элемент сравнения (два пальца об асфальт) оказывается нейтральным по отношению к этому признаку В.В. Хи-мик):

<…>Для таких головорезов человека обидеть - пустяк, а слабую девушку (почему не один и не три пальца, почему не об бетон или кирпич). Отсюда недостаточная мотивированность элемента сравнения, разрушающая компаративные связи в конструкции. Как могла возникнуть в речи сравнительная конструкция, несостоятельная с точки зрения логической структуры? Возможно, что она возникла не как средство, отражающее реальные свойства явлений, а как единица, удовлетворяющая единственно потребности выражения субъективного отношения говорящего к этим явлениям. Это уже пример полной фразеологизации компаративной конструкции с типичной для фразеологизма невыводимостью значения целого из его компонентов. «В устойчивых сравнениях, сближающихся с фразеологизмами, обнаруживается следующая общая для них внутренняя зависимость. Чем ярче проявляются логические элементы сравнения, их компаративные отношения, тем менее идиоматичной оказывается конструкция, и напротив, чем более она идиоматична, тем менее явными оказываются в ней компаративные отношения» (Огольцев В.М., 1978, 69). Характерным показателем степени фразеологизации сравнения может выступать возможность применения оборота без какого-либо компонента, являющегося неотъемлемой частью выражения логического элемента сравнения, поскольку последний в целостном значении конструкции уже не играет никакой роли. Об этом свидетельствует наличие вариантов, например, в конструкции как два пальца (об асфальт, облизать). Процесс фразеологизации компаративной конструкции часто определяется не одним каким-либо из рассмотренных факторов, а целым комплексом. Учет комбинаций этих факторов оказывается очень важным при решении вопроса о степени фразеологизации конкретного устойчивого сравнения.

1.1.3. Фразеологизация глагольных словосочетаний Глагольные ФН обозначают действие, процесс или состояние. Модификация лексического значения глагольного слова и семантическая весомость зависимого имени или служебного слова определяют смысловую и структурную целостность глагольного ФН. В устойчивые связи с определенными группами существительных, предлогов втягиваются глаголы, употребляемые в переносном значении. Толчком для образования фразеологизма является метафоризация. Одним из важнейших признаков глагольного фразеологизма является устойчивость, понимаемая как ограниченная сочетаемость означающих, т.е. довольно высокая условная прогнозируемость того или иного имени или предлога при наличии определенного глагола. Анализ ФН в языке современных газет показал, что фразеологизмы возникают в рамках уже существующих в языке структурно-семантических моделей. 1) Среди глагольных ФН по своим структурным признакам выделяются словосочетания, реализующие сильное управление глагола (глагол плюс имя существительное в Вин. п. без предлога), иногда они бывают осложнены косвенно - объектными компонентами, например: греть уши: <…> На какие тайны вы рассчитываете, если на вашей ссоре пол-этажа грели уши (Спидинфо);

делать из дерьма конфетку: <…> Сделать из г…а конфетку? Запросто. На эстраде все певицы населиконенные. По-моему, одно и то же (А и Ф);

жевать сопли: <…> Изящные ходы в рассматриваемом вопросе демонстрирует наш президент: "Почему у нас так, как в Евросоюзе, не получается? Потому что, извиняюсь, все сопли жуем и политиканствуем!" (ЛГ);

замутить фишку: <…> Ничего страшного, пусть женят. Мы еще на День влюбленных какую - нибудь фишку замутим… (МК);

пальцы гнуть / крутить: <…> Вступила она (Литва) в альянс, правда, недавно, но вот пальцы гнуть уже научилась и выставила для России условие - чтобы в ее воздухе одновременно летело не более одного российского спасательного судна (МК);

чесать репу: <…> Время задуматься и "почесать репу", как принято говорить в молодежной тусовке. Может быть что - нибудь полезное и вычешется…(ЛГ);

курить бамбук: <…> Да и чему тут, собственно, удивляться - весь семестр я курил бамбук и терзал шестиструнную, изолировав себя от окружающего мира и оставив рядом самых преданных и проверенных временем поклонников (Fакел);

лыбу давить: <…> В Америке признаком дурного тона считается твоя кислая мина, там прохожие постоянно лыбу давят (Огонек);

проводить мозговую атаку: <…> Вот бы собрались все диетологи мира и провели мозговую атаку по поводу того, почему же все больше населения Земли страдает от ожирения? (МК). Им свойственны следующие, наиболее общие категории значений: а) Обозначение характера действий, способа поведения деятеля: жевать сопли (‘1. Шутл. Целоваться. 2. Неодобр. Действовать нерешительно’);

замутить фишку (‘Организовать и осуществить что-либо совместно’);

пальцы гнуть / крутить (‘1. неодобр. Зазнаваться. 2. Искусно, изощренно лгать, обманывать‘ – МСН);

чесать репу (‘Задумываться над чем-либо, обдумывать что-либо’ - МСН);

курить бамбук (‘1. Расслабляться, отдыхать. 2. неодобр. Заниматься бесполезным делом или бездельничать’ – МСН);

чесать репу (‘Задумываться над чем-либо, обдумывать что-либо’ – МСН);

лыбу давить (‘Улыбаться <перифрастическое развертывание простого глагола лыбиться>’);

греть уши (‘Неодобр. Подслушивать’);

б) Иногда это значение направленности действия на объект (в этом случае может возникать целевой оттенок): проводить мозговую атаку (‘Концентрированно, сосредоточенно продумывать какую-либо проблему, группой;

коллективом сотрудников’). 2) Характер семантики ФЕ, степень семантической цельности оказывают влияние на проявление его внешних связей, в частности, в плане управления. У фразеологизмов возникает свое управление, отличное от управления глагольного компонента, употребляемого в свободном сочетании. Например, среди ФН глагольного типа выделяется группа, в которой наблюдается изменение характера глагольного управления: глагольный компонент, обладающий в свободном сочетании слов переходностью, а следовательно, способный иметь при себе слова с объектным значением, в результате приобретения нового переносного значения утрачивает эту способность: забить на (‘Порвать с кем либо, отказаться от чего – либо’ - МСН): <…> На самом деле после такого начала трудовой недели первое самое острое желание человека - это вообще "забить" на всех и вся (А и Ф);

кинуть на (‘1. Украсть, отобрать у кого-либо что-либо. 2. Взять у кого-либо что-либо и не вернуть. 3. Не сдержать обещание, подвести кого - либо МСН): <…> В случае с нанятыми посредниками вообще опасно делать предоплату за квартиру. Запросто кинут на бабки тебя, и никто не поможет (А и Ф);

развести на (‘Жарг. Обманом, хитростью или насилием заставить кого-либо действовать определенным образом, отдать какие-либо ценности, деньги;

уговорить заплатить за что-либо' - В.В. Химик): <…> Любая колдунья вас с радостью "разведет" на деньги (МК);

раскрутить на (‘Жарг. Вынудить на какие-либо действия, заставить отдать что-либо (обычно значительные суммы)' - В.В. Химик): <…> Самые "веселые и находчивые", начитавшись и насмотревшись детективов, занимаются киднеппингом, чтобы раскрутить на несколько десятков тысяч баксов несчастных родителей (А и Ф);

пробило на (‘Кого на что., безл. Охватывать, разбирать кого-либо, завладевать кем либо (о чувствах, желаниях, состояниях)' - МСН): <…> Греки тоже попрятались - кроме таксистов, жиголо и официантов. Зато остальные! Весь город стал вечеринкой, и, как на любой вечеринке, народ пробило на движение (БГ);

Весной "Молоток" пробило на жесткий отдых в стиле extrem - в этом ты мог убедиться по предыдущим номерам (Молоток);

косить под (‘Подражать кому-либо, стремиться быть похожим на кого-либо'): <…> В. Путин не "косит" под народность, как Н. Хрущев, не строит из себя героя Новороссийска, как Л. Брежнев, не играет в демократию, как М. Горбачев, не обещает "лечь на рельсы" за народное счастье, как Б. Ельцин. А популярность растет... (А и Ф). Сравним в плане управления, например, глагол ‘развести’ в сочетаниях слов переменного типа. Глагол ‘развести’ омонимичен, употребителен в следующих вариантах: Развести1 1. кого (что). Ведя, доставить многих в разные места (развести детей по домам). 2. кого (что). То же, что разъединить (судьба развела друзей). 3. кого (что). Расторгнуть чей-нибудь брак. 4. что. Направить части чего-нибудь в разные стороны (развести мост). Развести руками – повести руками в стороны в знак удивления, а также вообще выразить недоумение, удивление по поводу чего-нибудь. Развести2 1. То же, что растворить в 1 знач. (развести краску олифой). Развести3 1. кого, что. Дать расплодиться кому-либо, разрастись чемунибудь (развести кроликов). 2. перен., что. Начать делать что-нибудь длительное, нудное, неприятное (разг.) (разводить пустые разговоры, канитель). 3. что. Разжечь, довести до нужной степени (пары, огонь) – (СОШ, 663). Процессу фразеологизации указанного глагола, т.е. устойчивой сочетаемости с предлогом «на» предшествует семантический сдвиг в значении, приобретение глаголом употребляемости в переносном значении, вследствие чего ослабевает сильное управление, которое требует объект в В.п. без предлога: Развести кого. 1. Разрешить спор между кем-либо. 2. Разоблачить, уличить кого-либо в чем-либо. 3. на что. Заставить кого-либо потратиться, заплатить за что-либо (Мы Мишу развели вчера на день рождения. Представляешь, сам не хотел) – (МСН, 582). В процессе фразеологизации глагольных сочетаний возможны случаи, когда обычный при глаголе в свободном употреблении неодушевленный объект становится менее употребительным при ФН, в состав которой входит этот же самый глагол. ФН приобретает возможность преимущественно сочетаться с одушевленным субъектом, например: Кинуть кого. 1. Украсть, отобрать у кого-либо что-либо. 2. на что. Обмануть кого-либо. 3. на что. Взять у кого-либо что-либо и не вернуть. 4. не сдержать обещания, подвести кого-либо (МСН, 275). Таким образом, глаголы забить, кинуть, раскрутить, развести в этих значениях выходят за пределы уголовного арго и молодежного жаргона, становясь общеупотребительными, о чем свидетельствует «Словарь современного русского города», включающий, например, их производные: кидала, кидалово (ССРГ, 195). Во-вторых, глагол кинуть включен и в «Толковый словарь современного русского языка» под редакцией Г.Н. Скляревской: ‘жарг. обмануть, совершив мошенничество;

провести кого-либо, причинив материальный ущерб’ – (ТСЯИ, 339). Включение данных слов в указанных значениях в толковый словарь современного русского языка, где они получают определенный статус в системе кодифицированной лексики как явления переходные от жаргона к просторечию, а также в словарь современного города свидетельствует об адаптации этих глаголов в общенародной сфере употребления. 3) В данную группу входят ФН, образованные по структуре «сочетание глагола совершенного / несовершенного вида с существительным в творительном падеже». Одна и та же падежная форма существительного в сочетании с глаголом имеет несколько значений: а) способ действия - вышивать крестиком (‘Шутл. - ирон. Обобщенно о каких - либо индивидуальных умениях, увлечениях;

о кропотливой работе. С издевкой по отношению к мужчинам’): <…> Давно известно, актер Владислав Галкин - мужчина серьезный. И все - то он умеет: и грузовики водил, и вертолеты ввысь поднимал, и готовить умеет, а если надо, и крестиком вышить сможет. В общем, в любом деле положиться на него не страшно (Семь дней);

упереться рогом (‘Разг. - сниж. Упрямо не согласиться, не уступить, упорно настаивая на своем’ – В.В. Химик): <…> Наша сборная по баскетболу показала, что не способна упереться рогом. Мы не попали даже на чемпионат мира (КП);

б) объект действия - зацепляться языками (‘Разговаривать на повышенных тонах, ругаться;

долго разговаривать’): <…> После огненного мятежа на Манеже ситуация, сдается мне, должна быть пересмотрена принципиально. Иначе молох старых стереотипов потребует новых жертв. Вот такие дела. Комментировать эту гадость мне не хочется, а то можно серьезно "зацепиться языками" (БГ);

накрыться медным тазом (‘Шутл.-ирон. Пропасть, перестать функционировать, не реализоваться, потерпеть крах (о планах, надеждах)’): <…> Накрылась медным тазом почти вся техника, но больше всего Илья грустит по погибшему большому плоскому телевизору, висевшему на стене (ООрs!);

в) орудие действия - пройти частой расческой (‘Тщательно, скрупулезно’): <…> По словам телеведущего, он намерен "частой расческой пройтись" по всему веку, год за годом… (КП). Данной группе глагольных ФН свойственны следующие, наиболее характерные категории значений: обозначение образа действий, выражающих манеру, способ поведения деятеля - лица. 4) Структурной моделью образования ФН может служить «сочетание сущ. в Р.п. с предлогом ‘без’ с отрицательной формой глагола»: без слез не взглянешь (‘О ком - либо, о чем - либо неприглядном, некрасивом’): <…> Заладили, значится. Ан, силы - т научные уж не те, вымираем же от облака проклятого. Только что двух и успели… Да и те - ужас, без слез не взглянешь: руки короткие, ходят прямо, шерсти почти что нет, и, главное, без хвостов! (ЛГ);

без бутылки (пол-литра) не разберешься (‘Шутл., ирон., разг. - сниж. О невозможности понять что - либо, разобраться в ситуации' – В.В. Химик): <…> Задал ты мне задачку - без бутылки не разберешься! Так попасть еще надо умудриться (А и Ф). Данные ФН выражают отношение (в плане эмоционально-оценочном) деятеля к одушевленному объекту-лицу или явлениям действительности. 5) Глагольные ФН существуют в рамках общего структурного типа сочетания глагола с падежной формой имени существительного с предлогом: а) глагол + сущ. в В.п. с предлогом «в»: дышать в трубочку (‘Тест на профессиональную пригодность, на трезвость ума'): <…> Россия усилилась и утвердилась, а ее внутренняя политика по-прежнему рассчитана на сдерживание слабаков и паникеров. Граждане протрезвели, а чиновники попрежнему требуют "подышать в трубочку", прежде чем допустить нас к политике или телеэкранам (МК);

закатать/ укатать в асфальт (‘Жестоко расправиться с кем – либо’): <…> Он был скромным, к славе не рвался, а к власти и к деньгам шел по колено в крови. "За 200 баксов родную мать в асфальт укатает" - сказал про него как-то Сильвестр (А и Ф);

играть в памятник (‘Шутл. Быть неподвижным, безмолвным долгое время’): <…> Эй, красотка, можно с вами познакомиться? Я с вами разговариваю, красавица. Хорош в памятник играть, не скромничай (Maxim);

б) глагол + сущ. в В.п. с предлогом «на» или «под»: принять на грудь (‘Шутл., разг. Выпить спиртного, захмелеть. *Вероятно, по аналогии с действием штангиста, рывком поднимающего штангу с помоста на грудь' В.В. Химик): <…> Вечером 1 мая мы с друзьями - выпускниками летнего училища - пошли погулять. Потанцевали на местной танцплощадке, естественно, немного "приняли на грудь" и, смеясь и долго переговариваясь, возвращались по тихим улочкам (Спид инфо);

попасть под раздачу (‘Подвергнуться избиению, наказанию, выговору’ - МСН): <…> Обидно, что "под раздачу" попали самые нуждающиеся. Только раньше они страдали от рук врага, а теперь достается от собственного государства... (МК);

в) глагол + сущ. в Т., Р. п. с предлогом «с»: дружить с головой (‘Думать, быть умным, мудрым’): <…> Сил тут не надо, - встревает в разговор Алексей. - Главное - дружить с головой, равновесие держать (МК);

рухнуть с дуба (‘Неодобр. Сойти с ума, начать вести себя подобно сумасшедшему' - МСН): <…> Ты что, с дуба рухнула - виски разбавляешь. Не в Америке, слава Богу (Я - молодой). Перечисленной группе ФН свойственны категории значений: обозначение физического или психического состояния. Или выражение активного (в моральном или физическом плане) воздействия на объект (в этом случае употребляется в качестве объекта наименование лица). 6) ФН могут образовываться по модели простого предложения: жаба душит (давит) (‘1. Неодобр. О жадности, зависти. 2. О состоянии грусти, тоски. 3. О состоянии обиды' - В.В. Химик): <…> А вас жаба душит? Тоже жирненькой рыбки захотелось? Килькой в томатном соусе обойдетесь, на большее вы не заработали (А и Ф);

крыша едет (‘Насмеш., жарг. Кто - либо сходит или сошел с ума' - В.В. Химик);

маразм крепчал / крепчает (‘Шутл., ирон., разг. О нарастающей, усиливающейся глупости, бестолковости чего или кого - либо. Звуковая ассоциация с фразой "мороз крепчал" - В.В. Химик): <…> Электричка только что ушла, следующая, говорят, будет только через три часа. Маразм крепчает! (А и Ф). ФН объединены общим значением характеристики состояния, в котором пребывает лицо. Процесс фразеологизации в выделенных группах проходит поэтапно. Глагольные переменные сочетания подвергаются фразеологизации путем полного или частичного переосмысления значения и многократного повторения в новом значении, приобретают свойственную фразеологизмам устойчивость, более абстрактное значение. Происходит актуализация потенциальных сем компонентов, переосмысляется все сочетание или часть компонентов, и ФН обозначает лишь факт протекания действия, состояния, процесса в самом общем виде. ФН закрепляется, благодаря образности, т.к. устойчивое словосочетание становится образным выражением смысла, непосредственно не выраженного словами, входящими в это сочетание. Когда говорящие утрачивают представление о правильном значении слов и об истинных логико-грамматических отношениях словосочетания, то оно становится предметом фразеологии. Таким образом, результатом фразеологизации - процесса образования глагольного ФН на основе глагольного переменного сочетания с последующим приобретением сверхсловным комплексом всех степеней фразеологической устойчивости (грамматической и семантической) - являются ФН с полностью или частично переосмысленным значением, с ярко выраженным экспрессивным характером, возникновение которого обусловлено семантико-стилистическими, лексическими факторами.

1.1.4. Фразеологизация описательных оборотов – перифраз Характерными чертами современной прессы являются одновременное огрубление речи, её нейтрализация и эвфемизация. В речевой деятельности современного общества происходит активный процесс создания перифраз с последующей их фразеологизацией. Перифразы представляют собой описательные обороты, образуемые для замены какого-либо общепринятого наименования, являются одним из важнейших средств, используемых человеком в его активной речевой деятельности. Перифраза - один из способов отказаться от называния чего-либо обычным словом. Необычность перифразы, которая сближает ее с фразеологическим оборотом, состоит в том, что она, как правило, обладает яркой внутренней формой, постоянством семантики и определенного лексикограмматического состава, сообщает важную информацию об объекте номинации: черные береты, второй хлеб, белые халаты. Перифразы могут переходить в состав фразеологии. Развитие у перифраз обобщенного значения можно назвать фразеологизацией.

В аспекте газетной коммуникации особенно акцентируется то, что перифразы не только позволяют избежать повторений, но и выражают оценку объекта, усиливают выразительность и эффективность высказывания, являются богатым резервом синонимических средств языка. Рассмотрим функции перифраз в условиях периодической печати. 1) Шутливые, комичные перифразы используются как эффективное средство языковой игры: морда лица (‘Насмешл., неодобр., разг. - сниж. 1. О лице неприятного в каком-либо отношении или презираемого человека. 2. Ирон. Лицо человека на фотографии (обычно некрасивое)’ – В.В. Химик):

<…> Каждый день встречаю эту морду лица в электричке. Надоел. Маньяк, наверное (Большой город);

асфальтовая болезнь (‘Шутл., ирон., разг. Синяки и кровоподтеки на видимых частях тела как следствие падений в состоянии алкогольного опьянения’ - В.В. Химик): <…>Отсутствие культуры, в театр не ходите. Мне бы ваши проблемы! У большинства мужиков асфальтовая болезнь не проходит. Никто не жалуется (Жизнь);

трудовая мозоль (‘Шутл., насмешл., разг. - сниж. О чрезмерно большом животе’ - В.В. Химик): <…>Так недолго и трудовую мозоль нажить, лежа на диване (Maxim);

2. Перифразы используются в экспрессивно-оценочной функции. а) в качестве средства выражения иронии: Властелин колец (Ю. Лужков), Борис Бодунов (Б. Ельцин), Главный Чукча России (Р. Абрамович), Чубчик кучерявый (А. Чубайс), Голубая луна (Б. Моисеев). Такие перифразы – прозвища группируются вокруг обозначений активных и популярных лиц, их деятельности, профессиональной ориентации: <…> Кроме выполнения своих прямых обязанностей «Главный Чукча России» успевает и любимым футбольным клубом заниматься, который славу и деньги приносит немалые (Арбат Престиж);

б) перифразы типа сладкая смерть (сахар), белый яд (наркотик), багдадский мясник (Хуссейн), оборотень в погонах (‘Предатель, изменник в силовых структурах государственной власти (армия, милиция)’) призваны усилить производимое впечатление, поместить в фокус изображения проблемы современного общества, отвратить потенциальных читателей от негативных явлений: <…>Выражение "оборотни в погонах" уже стало привычным - почти как "убийцы в белых халатах" в лихие годы прошлого столетия (КП);

3. В функции, регулирующей характер общения между коммуникантами, употребляются эвфемистические перифразы. Их цель: а) «нейтрализация смысла путем эвфемизации, замены одних слов другими, чтобы закамуфлировать существо дела. Происходит вуалирование нежелаемого смысла слов. За нейтральным словосочетанием скрывается истинное значение слов, часто нежелательное по политическим или моральным соображениям: физическое устранение (убийство), высшая мера наказания (расстрел). Подобные эвфемизмы нейтрализуют истинный смысл прямых наименований, смягчают его, облекая в обтекаемые словесные формы. Такой камуфляж не скрывает истинного смысла, новые наименования воспринимаются однозначно, однако форма облачения смысла становится корректной и психологически более приемлемой» (Валгина Н.С., 2001, 95-96): <…> Конечно, после событий в Беслане общество взбудоражено. Почему в нашей стране убийц детей приговаривают только к пожизненному заключению, а не к высшей мере наказания? Не сделать ли исключение? (КП);

б) смягчить негативное воздействие на адресата, избежать грубых, вульгарных слов, резких выражений. Слова и выражения, используемые для вуализации неприличных, непристойных, нетактичных, неблагозвучных явлений, появляются в связи с культурными ограничениями, вкусом и тактом говорящего – слушающего. В языке практически каждого отдельно взятого социума существуют свои специфические предметы, явления, требующие кодировки, затемнения, прикрытия. Смягчению подвергается речь, связанная с определенными сферами жизнедеятельности:

- недостатки, пороки людей (пьянство, проституция, терроризм, наркотики): принять на грудь (‘Шутл., разг. Выпить спиртного, захмелеть. *Вероятно, по аналогии с действием штангиста, рывком поднимающего штангу с помоста на грудь‘ - В.В. Химик): <…> В подмосковном Лыткино дворник передвижного цирка "Московский лев" 27-летний Василий Бойко, слегка приняв на грудь, решил пообщаться с дрессированным медведем. (Жизнь);

торговля любовью;

постельные услуги;

девочки на дом;

грелка во весь рост (‘1.Любовница. 2.Проститутка‘ – МСН): <…>Водка с перцем и грелка во весь рост - к утру будешь как огурчик (Men"s Health);

девочка на час (‘Эвфем. Проститутка, девушка легкого поведения‘): <…> Желающих ощутить себя "девочкой на час" хоть отбавляй - в гейши записываются, как в советское время за мебелью, за пару недель не менее (МК);

живой товар (‘1. Заложник. 2. Проститутка‘): <…>Но вскоре опасения развеялись - живой товар оказался в машине, припаркованной у кинотеатра (Мир новостей);

<…> К торговле живым товаром активно подключились иностранцы, глав ным образом финны и шведы. Милиция обнаружила распространяемый в Финляндии и Швеции «путеводитель», содержащий сведения, где и по какой цене можно купить в Петербурге мальчика или девочку (Известия);

- ругательства: ядрен батон, послать по факсу, полный писец / абзац! (‘Вульг., неодобр. Выражение различных чувств: восхищение, удивление, возмущение и т.п.‘ - В.В. Химик): <…> Но заодно с другими я прикупил парутройку мало нужных вещей, а в одном месте примерил меховую шапку. "Ленин! Норка! Писец!" - верещали китайцы. Полный писец! (КП);

- названия частей тела: филейная часть, пятая точка (‘Эвфем. Название ягодиц‘): <…>Чем они нас берут? Дженнифер Лопес филейной частью. А как еще назвать эту выдающуюся часть ее тела, не идущую в сравнение даже с ее прелестным личиком (Арбат Престиж);

Функционирующие на страницах современных газет и журналов описательные обороты понятны всем или большей части образованного населения, независимо от профессии или профессиональной принадлежности. Их появление и использование целесообразно, отвечает культурно - этической норме и коммуникативной потребности.

1.1.5. Фразеологизация терминологических сочетаний слов Способ образования ФН благодаря переходу терминологических сочетаний слов в область общеупотребительной лексики был известен ранее и в настоящее весьма продуктивен. Широкое распространение специальной терминологии, ее проникновение в различные сферы жизни приводит к тому, что в языке с процессом терминологизации наблюдается и обратный процесс – детерминологизация, при которой происходит изменение сочетаемостных возможностей языковых единиц, их расширение. В «Словаре новых слов и значений» и «Словарных материалах», вышедших в 70-е годы, встречается большое количество ФЕ, ранее представляющих собой составные термины различных отраслей знаний и профессий. Сравните: абсолютный нуль, большая величина, медвежий угол, зеленая улица, бег на месте, довести до белого каления, заложить фундамент, брать на вооружение и др. В процессе образования ФН как на базе свободного словосочетания, так и на базе составного термина происходит «переход от конкретного значения к абстрактному, от частного значения к обобщению» (Ларин Б.А., 1956, 24). При детерминологизации узко терминологическое значения специальных слов и их сочетаний «заслоняются» в народном языке новыми, метафорическими, более абстрактными значениями. О явлении детерминологизации К.П. Сидоренко пишет, что "регулярное употребление терминологического словосочетания в переносном значении позволяет говорить об образовании фразеологизма" (Сидоренко К.П., 1978, 85). Терминологическое словосочетание "служит семантическим производящим" для новой ФЕ (Сидоренко К.П., 1978, 87). Составные термины и ФЕ имеют много общего: раздельнооформленность, устойчивость, воспроизводимость. В то же время они различаются характером номинации, эмоционально-экспрессивной окраской и предстают единицами разно функционирующих языковых систем. «При преобразовании терминологического сочетания во фразеологическое происходит процесс, подобный фразеологической интеграции. Компоненты составного термина, переходя во фразеологическое сочетание, утрачивают терминологические признаки, приобретая взамен новые, порожденные этим переходом, в результате чего все образование получает новое фразеологическое значение и новую сферу функционирования» (Гвоздарев Ю.А., 1973, 47). Вхождение в языковую систему русского языка начала XXI века ФН, восходящих к составным терминам (всемирная паутина, высшая математика, гремучая смесь, двойная бухгалтерия, доводить до кипения, желтая карточка, работа над ошибками, режим онлайн, сводить дебет с кредитом, тревожная кнопка, черная касса, горячая точка, нештатная ситуация и др.), представляет процесс приобретения оборотом образного, более общего абстрактного значения и употребительности с этим значением в речи и текстах периодической печати. Например: <…>С недавних пор автовладельцы жалуются, что теперь им даже не дают желтую карточку за маленькую провинность, а сразу штрафуют (КП);

<…>А вот в театр без билета - это святое. Обывателя, сводящего с трудом дебет с кредитом семейного бюджета, осуждать нельзя - ему бы контрамарочку, на галерку хотя бы (МК);

Да, ваш мужчина действительно многое не умеет и не знает. Ну и что! Приучить его к порядку - не высшая математика (Мир новостей).

Процесс фразеологизации в отличие от терминологизации предполагает метафоризацию, в результате которой образуется фразеологическое значение, сохраняющее связь с первичным образом предмета. Тем самым создается эмоциональность и экспрессивность фразеологизма. Словари конца XX начала XXI века (Максимов В.И. и др. Словарь перестройки, 1992;

Толковый словарь современного русского языка. Языковые изменения конца 20 столетия. Под ред. Г.Н. Скляревской, 2002) фиксируют значительное число ФН, возникших благодаря метафоризации терминологических сочетаний. Ср.: верхушка айсберга (о том, что составляет лишь незначительную часть какой-либо проблемы, конфликта);

болевая точка (самая трудная, сложная для разрешения проблема);

бомба замедленного действия (о чем-либо, таящем в себе опасность в будущем);

шоковая терапия (система чрезвычайных мер и мероприятий) и т.п. Особый интерес, с нашей точки зрения, представляет исследование процесса преобразования атрибутивных сочетаний, т.к. они распространены среди терминов и среди фразеологизмов, и факт перехода первых во вторые не является единичным. Типичными в этом отношении могут быть словосочетания атрибутивного характера (двойная бухгалтерия, черная касса, гремучая смесь), из области экономики, военного дела, характеризующие их отрицательный признак. В условиях газетной коммуникации встречаем случаи употребления в преобразованном значении. Двойная бухгалтерия (‘Двойственное, двуличное поведение кого-либо;

у кого-либо слова расходятся с делом‘): <…>Что теперь кусать локти. Говорили, не теряй голову и не забывай о его «богатом» опыте общения с женщинами. Со временем я поняла, что он ведет двойную бухгалтерию: его любовницей оказалась секретарша (А и Ф);

гремучая смесь (‘Непредсказуемое, опасное соединение чего-либо, легко выходящее из состояния равновесия‘): <…>Женщина на ранней стадии беременности гремучая смесь. Она еще не чувствует ребенка, плод только "приживается", и природа решает, быть ему или не быть (Спид-инфо);

<…>Русский язык здесь реально служит языком межнационального общения для лезгин, лакцев, даргинцев, азербайджанцев, аварцев, армян, евреев, русских, живущих в Дербенте. Чтобы взорвать эту "гремучую смесь", достаточно малейшей искры (КП). Очевидно, на благоприятное развитие нового, уже фразеологического значения сказался тот факт, что производящие основы компонентов терминологического сочетания имеют в составе своей семы переносное значение. Сравните: двойной (‘3.перен. Двойственный, двуличный – СОШ, 155). На фразеологизацию узкоспециального сочетания гремучая смесь повлияли созначения слов следующей лексико-семантической группы: взрыв (‘2. Мгновенное разрушение чего-нибудь, сопровождающееся образованием сильно нагретых с высоким давлением газов;

звук, сопровождающий такое разрушение‘ – СОШ, 79);

гром (‘2. перен. Сильный шум, звук ударов‘ – СОШ, 147);

гремучий (‘Производящий громкие звуки, гремячий. Гремучая ртуть;

Гремучий газ – взрывчатая смесь водорода с кислородом‘ – СОШ, 145). ФН метафоризируется, сохраняя ассоциативную связь с этими семантическими единицами. Чаще всего терминологическое значение утрачивается, а фразеологическое остается. Итак, в процессе фразообразования на основе терминологизации изменяется значение словосочетаний, их грамматические и синтаксические признаки. Став фразеологизмом, словосочетание начинает входить в новые, уже синонимические ряды слов: испытывать нужду – сводить концы с концами – сводить дебет с кредитом.

1.1.6. Фразеологизация междометных оборотов речи «Речевая коммуникация, с одной стороны, стремится к строгой логичности построения, с другой, - несет на себе следы аффективности, которая или ограничивает логическое выражение мысли, или, доминируя над ней, почти совершенно разрушает первоначальное интеллектуально-логическое содержание» (Виноградов В.В., 1947, 20). Процессы второго рода порождают междометные образования различной структуры. В.В. Виноградов утверждал, что «междометия составляют в современном русском языке живой и богатый пласт чисто субъективных речевых знаков, именно знаков, служащих для выражения эмоционально-волевых реакций субъекта на деятельность, для непосредственного эмоционального выражения переживаний, ощущений, аффектов, волевых изъявлений» (Виноградов В.В., 1947, 745). Раскрывая особенности междометий, В.В. Виноградов высказал положение, что «они несут на себе яркий отпечаток интеллектуального языка» и «функционально сближаются с разными частями речи» (Там же, 746). В структурном отношении нас, прежде всего, интересуют сочетания слов, грамматические формы компонентов которых константны. В междометных оборотах «словоформы связываются друг с другом идиоматически, не по действующим синтаксическим правилам функционируют служебные и местоименные слова» (Шведова Н.Ю., 1980, 383). Наблюдается потеря внутреннего содержания синтаксических отношений между компонентами междометных оборотов, которые объединяются лишь внешней формой связи. «Лексико-семантическая слитность опустошает содержание синтаксических отношений, способствует потере внутренней формы этих отношений» (Гепнер Ю.Р., 1964, 62). Междометные обороты – явление, прежде всего, живой речи. Они выработаны языком как более экономные, краткие и эмоциональные формы выражения отношения говорящего к объективному миру. Они возникают в диалоге, употребляются преимущественно в ответных репликах диалогической речи и в монологической речи при подтверждении уже высказанного или самовыражении. Разнообразны междометия, произошедшие путем переходности (интеръективации) из других частей речи или из фразеологизмов.

Совершенно интеръективировались, «утратив номинативное значение и став только знаками выражения различных эмоциональных импульсов, передающих внутреннее состояние говорящего» (Карпов Л.В., 1965, 113) речевые образования, служащие для характеристики высказывания или его части: елки зеленые! елки – моталки! (‘В знач. межд., ввод. Выражает различные чувства: удивление, восхищение, досаду, раздражение и т.п. ’ – В.В. Химик): Купленное мясо он промыл под струей холодной воды и уже занес было разделочный нож, как закралось сомнение: елки зеленые, телятина ли это? (КП);

мама, не горюй! (‘В знач. межд. Выражение удивления, восхищения, испуга’): Моя супруга - женщина темпераментная, ее постоянно переполняют эмоции. Особенно когда мы ссоримся: по пустячному поводу может закатить такой скандал - мама, не горюй! (Спид инфо);

полный писец / абзац! (‘Вульг., неодобр. Выражение различных чувств: восхищение, удивление, возмущение и т.п.’ - В.В. Химик);

супер – пупер! (‘Неизм., в знач. межд., в функц. сказ. Шутл.-ирон., жарг. Замечательно, здорово, великолепно’ - В.В. Химик): Куда деваться! Вся из себя – супер - пупер! (Мини бурда);

туши свет / гаси свет! (‘В знач. межд. Шутл. разг. - сниж. Нет слов, невозможно описать - выражение высшей меры положительных или отрицательных эмоций’ - В.В. Химик): Когда я в первый раз прошелся по древней столице Ладакха, то подумал, что у меня тоже горная болезнь, и я начинаю сходить с ума. Я ехал в Тибет, а попал в Израиль. Думаю, все, туши свет! Толпы евреев - туристов ходили по улицам Леха, а торговцы в антикварных магазинах кричали мне "Шалом!" (БГ);

ядрен батон! (‘В знач. межд. Шутл., вульг. Восклицание, выражающее удивление, восхищение, досаду’ - В.В. Химик): Ядрен батон! Бардак ктонибудь разгребать собирается? Вечно в подъезде первый этаж похож на свалку (Округа).

Значение данных ФН междометного характера связано с экспрессивноэмоциональной, волевой сферой поведения человека, непосредственным выразителем которой они являются, и не вытекает из номинативных значений слов, входящих в их структуру. Такие междометные обороты, несмотря на наличие формальной грамматической сочетаемости, осознаются как семантические единства чисто эмоционального характера, функционирующие в речи на правах самостоятельных и вводных конструкций. Указанные междометные фразеологизмы представляют сочетания полнознаменательных слов, в которых лексико-грамматические связи имеют значение только как средство внешней организации. «Высокая экспрессивноэмоциональная окрашенность совершенно обесценивает значение отдельных слов в таких высказываниях» (Германович А.И., 1961, 45). Интеръективация сочетаний полнозначных слов, представляющих фразеологические обороты, процесс не мгновенный. Происходит постепенная потеря номинативности, утверждение только одной возможной грамматической формы компонентов, т.е. выпадение данного речевого образования из системы словообразования, словоизменения. Форму императива сохранили междометия: мама, не горюй! туши свет!;

в форме именительного падежа имени существительного застыли междометные ФН: ядрен батон! елки зеленые! Стоит только образовать другую глагольную форму или изменить падеж существительного, как исчезнет значение всего выражения. ФН междометного типа стилистически окрашены. Поэтому использование их в газетной коммуникации не только передает особенности живой речи, богатой эмоциями, но и сообщает контексту тот или иной стилистический тон: живость, непринужденность, грубость, вульгарность. Они выражают как удовлетворение, удовольствие, радость восхищение, положительную оценку фактов, ситуаций действительности, так и неудовлетворение, упрек, порицание, протест, досаду, злость, гнев, отрицательную оценку фактов, ситуаций действительности. Причем некоторые междометные ФН служат обозначением одновременно положительных и отрицательных эмоций, оценок. Оценочные единицы, как правило, обладают максимальным зарядом экспрессивной энергетики, причем в большинстве случаев негативного характера. Их негативная семантика носит агрессивный характер, преобладают шутливые, ироничные, насмешливые окраски. В целом ФН междометного характера как единицы экспрессивного синтаксиса разговорной речи представляют явление живое, развивающееся и динамичное. никации. Отмеченные сочетания слов не входят в центральную часть фразеологической системы, но их следует рассматривать как источник пополнения фразеологического фонда в случае необходимых для фразообразования семантических и структурных трансформаций, а также при удачной реализации своего языкового потенциала на страницах современной периодики и в коммуникативных условиях. К сожалению, наиболее заметными и яркими в сфере лексики и фразеологии, которая всегда находится «на переднем крае», где новое мгновенно откликается, оказались тенденции пополнения словаря за счет грубых просторечных, вульгарных, жаргонных выражений. Это своего рода отражение социальных, экономических отношений. Безусловно, арготизация языка не может не вызывать осуждения. Тем более, что нелитературную лексику в буквальном смысле слова популяризируют журналисты, актеры, политики. Получается необычная картина: арготизмы не поднимаются с низов, а спускаются сверху, находя живой отклик в народе. Внелитературная лексика привлекает к себе ощущением простоты, живости языка, некоторой вольности и раскованности речи. Попадая на страницы печати, она вносит разнообразные оттенки экспрессии. Именно поэтому современные журнаЯвление положительно сказывается на всей системе разговорного языка, так как способствует оптимизации процесса комму листы, пренебрегая правилами стилистики, включают подобную лексику в свои тексты. При постоянном и длительном использовании она укрепляется в печати, расширяет свои контексты и, в конце концов, пополняет литературный язык. Большая часть таких слов несет в себе осуждающую экспрессию и потому адресатом может быть воспринята как оскорбление.

1.2. Тематико - идеографическая характеристика ФН Деятельность человека связана с постоянным восприятием разного рода информации, поступающей в мыслительное поле человека, где формируются различные типы вербализаторов. Происходит отражение свойств воспринимаемого предмета, выделение его главных признаков и включение их в соответствующие категории. Когнитивное исследование устойчивых сочетаний слов позволяет показать семантические процессы, ведущие к развитию фразеологического значения, фразеологизации, которая представляет собой абстрагирование от конкретного образа или реальной ситуации путем метафоризации или семантического смещения. Образование фразеологического значения, как считает Н.Ф. Алефиренко, осуществляется по метафорической модели, которая опирается не только на семантику слов, обозначающих соответствующие категории признаков, но и использует человеческий опыт, особенности восприятия и воображения (Алефиренко Н.Ф., 2002, 51). Тематико - идеографическая характеристика ФН имеет своей целью проследить, какие именно сферы явлений, предметов объективной действительности отражает пласт новой фразеологии, установить, чем объясняется выбор сфер действительности. Анализ ФН строился на принципах ономасиологического подхода к языковому материалу, а это допускает две идеографические классификации.

а) Первая предполагает компонентный анализ ФН и выявление сфер человеческой жизни, из которых пришли данные ФН. Были выделены следующие тематические группы ФН. 1. Природа, животный и растительный мир: брючный змей;

доказывать, что ты не верблюд;

жаба душит (давит);

мухи отдельно, котлеты отдельно;

с тараканами в голове;

смесь бегемота / бульдога с носорогом;

упереться рогом;

деревянный по пояс;

и на елку сесть, и штаны не порвать;

каменный утес;

курить бамбук;

ля - ля - тополя (три рубля);

ниже уровня моря, по самые помидоры;

рубить капусту;

рухнуть с дуба;

чесать репу;

2. Анатомия человека и жесты: голосование ногами;

греть уши;

дружить с головой;

дышать в трубочку;

жевать сопли;

зацепляться языками;

как два пальца об асфальт;

как два пальца облизать;

как два пальца обоссать (описать);

лицо про войну;

мордой об асфальт;

морда лица;

пальцы веером;

пальцы гнуть \ крутить;

принять на грудь;

пуля в голове (снаряд в голове);

рука Москвы;

сопли в сахаре;

трудовая мозоль;

финт ушами;

через одно место (попу, задницу);

3. Внешний вид человека: в полный рост, грелка во весь рост, деревянный по пояс, как до Пекина босиком, по бороде, сделать брови домиком, шутка ниже пояса;

4. Мимика: сделать брови домиком;

лыбу давить;

лицо про войну;

5. Бытовые представления, предметный мир: асфальтовая болезнь;

в доску;

в лом;

в одном флаконе;

в одну калитку;

в струю;

в тему;

в хлам;

взгляд через замочную скважину;

все пучком;

грелка во весь рост;

дышать в трубочку;

и на елку сесть, и штаны не порвать;

из каждого утюга;

как велосипед;

как ни крути;

крышу сносит (крыша едет);

кто успел, того и тапки;

лучше безобразие, чем однообразие;

маразм крепчал / крепчает;

мат – перемат;

на коротком поводке;

накрыться медным тазом;

не досыта (слышать, видеть, понимать);

ниже плинтуса;

по полной программе;

по самое не балуйся;

(в час) по чайной ложке;

попасть под раздачу;

потолок возможностей;

пройти частой расческой;

рвать \ порвать как Тузик грелку;

соберись, тряпка! хам трамвайный;

холодный душ;

6. Пищевые продукты: без бутылки (пол-литра) не разберешься (разобраться);

в шоколаде;

делать из дерьма конфетку;

мухи отдельно, котлеты отдельно;

парить булки;

по самые помидоры;

рубить капусту;

сборная солянка;

сопли в сахаре;

7. Духовная культура: играть в памятник;

как шпиль соборный;

картина маслом;

картина Репина "Не ждали";

картина Репина "Приплыли";

мыльная опера;

не фонтан;

по ходу пьесы;

8. Наука, техника, производство, труд: без тормозов;

всемирная паутина;

высшая математика;

вышивать крестиком;

гремучая смесь;

доводить до кипения;

забить на;

закатать / укатать в асфальт;

косить под;

пилить бабки;

переводить стрелки;

полтора землекопа;

работа над ошибками;

рубить капусту;

9. Телевидение, кино, реклама: сколько вешать в граммах? слабое звено;

сладкая парочка;

мама, не горюй! особенности национального…;

сарафанное радио;

10. Финансово – экономическая область: бешеные деньги;

двойная бухгалтерия;

на жизнь хватает;

не / в кассу;

[не]товарный вид;

рынок призыва;

сводить дебет с кредитом;

статья дохода;

стоять, бояться, деньги не прятать! черная касса;

11. Гендерные и возрастные понятия: продвинутая молодежь;

повзрослому;

не по-детски (не детские);

мужчины с Марса, женщины - с Венеры;

мужчина или почему? мужчина или где? мама, не горюй! девочка на час;

12. Географические объекты, национальность, имена собственные: день Бекхэма;

ельцинская вольница;

Борис Бодунов;

голубая Луна;

как в лучших домах [Лондона, Парижа, Конотопа];

как до Пекина босиком;

как у китайца в засаде (глаза);

хитрый как сто китайцев;

картина Репина "Не ждали";

мужчины с Марса, женщины - с Венеры;

нам, татарам, лишь бы даром;

рвать \ порвать как Тузик грелку;

рука Москвы;

13. Область военных понятий: чиновничья обойма;

тревожная кнопка;

страшный как атомная война, бомба;

пуля в голове (снаряд в голове);

проводить \ провести мозговую атаку;

нештатная ситуация;

лицо про войну;

гремучая смесь;

14. Спорт: желтая карточка, в одну калитку / ворота. Сочетания слов с наименованиями предметов материальной культуры, животного и растительного мира, а также содержащие лексемы, отражающие область природы самого человека, широко используются для создания ФН. Наличие большого количества ФН, характеризующих повседневные понятия, объясняется и спецификой, особенностью мышления человека: «в головном мозгу раньше, чем появится действие, всегда формируется аппарат оценки этого действия» (Серебряников Б.А., 1970, 480). Многообразны денотативные ситуации, отражающие различные области жизни человека: деятельность в быту, профессиональную деятельность, культурные, научные познания, наблюдения за природой, поведением домашних и диких животных. Но человек вычленяет из огромного потока информации только то, что имеет для него какое-то значение, что может быть полезным или целелесообразным для его жизни и практической деятельности. Именно эти ситуации переосмысляются при образовании фразеологического значения. В языке не существует лучшего способа описания человека во всем многообразии его личностных качеств, чем обращение к номинации живой природы, в выборе образов которой и проявляется антропоцентричность человеческого сознания. «Основным источником фразеологизмов в каждую историческую эпоху служит комплекс идей, имеющих важное значение и вызывающих общий интерес в данном обществе (закон Шпербера)» (Гак В.Г., 1977, 84). Поэтому сочетания слов содержат лексемы, отражающие неотъемлемую часть цивилизованного общества: духовную культуру, телевидение, киноиндустрию, достижения в освоении географического и космического пространств, спорт, финансово-экономическую область. ФН с личными именами собственными тесно связаны с опытом человека, культурой, историей. Показательно, что такие важные проблемы современного мирового сообщества как война, опасение экспансии китайской цивилизации, нашли свое вербальное осмысление и на уровне фразеологии: страшный как атомная война, лицо про войну, как до Пекина босиком;

как у китайца в засаде (глаза);

хитрый как сто китайцев. Обобщая денотативные сферы, которые легли в основу формирования значения ФН, отметим наиболее активные, подвергшиеся метафорической трансформации. При этом данные образы сравнения формируют стабильно проявляющиеся признаки экспрессивности ФН: вульгаризация, насмешка, ирония. - растительный мир. Живя среди растительного мира, наблюдая его и взаимодействую с ним, человек запечатлевает их свойства, особенности. Через восприятие и осмысление этих особенностей происходит создание конкретных характеристик, например: глупость, тупость, лень. «Глупый человек, глупец – универсальный субъект метафорической характеризации, располагающий самым обильным, самым экстенсивным и самым диффузным рядом номинаций, бесконечно варьирующих образность метафор и «градус» отрицательной оценочности: от снисходительно-пренебрежительной до грубой и презрительной» (Химик В.В., 2000, 102): рухнуть с дуба (‘Неодобр. Сойти с ума, начать вести себя подобно сумасшедшему’);

Pages:     || 2 | 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.