WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ СТАВРОПОЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ На правах рукописи КЛИМОВА ЛЮДМИЛА ЕВГЕНЬЕВНА МАССОВАЯ КУЛЬТУРА И ЛИЧНОСТЬ: КУЛЬТУРФИЛОСОФСКИЙ АСПЕКТ 09.00.13 – ...»

-- [ Страница 2 ] --

2 Мы предполагаем, что эмпирический материал для современной массовой культуры появился в России задолго до ХХ столетия. Выделим наиболее характерные этапы исторической эволюции массовой культуры. Предполагаем, что они следующие: 1) лубочная литература XVIIXIX веков, вышедшая на промышленный поток, 2) музыкальная продукция XIX века, основанная на вульгаризации эстетики романтизма, 3) сатирическая графика XIX века, 4) русский кинематограф конца XIX – начала ХХ века, 5) расцвет массовой песни в послеоктябрьский период, 6) массовые театрализованные политические шествия 20-30-х годов, 7) доминирование официальной массовой культуры, связанной с утверждением постулатов соцреализма и культа личности (40-50 годы), 8) контркультурная молодежная волна 60-х годов, 9) становление современного феномена массовой культуры – вот далеко не полный перечень основных этапов исторической эволюции. Подтверждением аргументации в пользу указанных нами исторических вех предыстории современной массовой культуры служит уже названная статья из «Отечественных записок 1873 года». Неизвестный автор пишет: «В XVII и XVIII веках, в эпоху аристократической роскоши и неги, промышленная литература надела модный парик и начала втираться в придворные передние, где сгибалась в три погибели.… После революции 1789 года Европейские нравы совершенно изменились. Промышленная литература, вставшая за прилавок, приняла все нравы купеческой среды, нравы нашего века. Она пустилась в торговлю. Создала своего рода литературно-промышленный ажиотаж»1. О том, что исторически первым прототипом современной массовой литературы является, лубочная литература, заявляет С. Ожегов: «Низовая», «рыночная» – слова, пожалуй, более подходящие для русских нравов, ибо издавна подобной литературой торговали на рынках – Толкучем, Никольском. Синоним «рыночной» литературы в русской традиции Нечто о литературной промышленности // Отечественные записки. – СПб., 1873. – №6. – С.138.

– «лубочная»1. Н. Зоркая, делая экскурс в историю российской лубочной литературы XVII-XIX веков, на основании серьезной аргументации осуществляет анализ в аспекте описания нравственного вкуса, нравов, духовноценностного потенциала российского читателя2. В России в 1830-40-х годах становлению массовой литературы как определенного пласта российской массовой культуры содействовали В. Бенедиктов, Н. Кукольник, низводившие романтическую поэзию до уровня дворянско-мещанской публики средней руки. Ф. Булгарин, А. Орлов и О. Сеньковский приспосабливали к тем же запросам прозу и критику. В конце XIX – начале ХХ века издание «массовой литературы» например, прозы Л. Чарской и «пинкертоновщины» было налажено на уровне мировых стандартов в России. Отдельные ученые связывают появление массовой культуры с традиционными античными зрелищами, с понижением уровня нравственности молодого поколения3. В России зрелищные тенденции тоже имели место. Достаточно вспомнить знаменитые кулачные бои, балаганную, ярмарочную культуру. В плане подтверждения верности нашей аргументации в адрес основных этапов эволюции привлекает внимание и то обстоятельство, что первые историки русского кино – Н. Иезуитов, К. Чуковский – утверждали мысль, что кинематограф – особый машинный лубок, рассчитанный на низменные вкусы и инстинкты. К. Чуковский – сопоставлял российский кинематограф рубежа эпох с аналогичными жанрами бульварного чтива4. Кроме того, в 20-х годах в России были даже сформулированы основные постулаты массовой культуры, базирующиеся на пролеткультовском нигилизме. Например, российская ассоциация Пролетарских Музыкантов, созданная по инициативе коммунистов, прямо выражала протест против 1 Ожегов С.И. Словарь русского языка. – М., 1990. – С.837. См.: Зоркая Н.М. На рубеже столетий. У истоков массового искусства России 1900-1910 годов. – М., 1976. – С.111. 3 Ферреро Т. Величие и падение Рима. Август и Великая Империя. – М., 1906. – С.118. 4 См.: Иезуитов Н.М. Киноискусство дореволюционной культуры России // Вопросы киноискусства. – Вып.3. – 1983. – С.271;

Чуковский К.И. Собр. Соч. В 6 т. – М., 1996. – С.216.

буржуазной культуры прошлого. Классический музыкальный пласт объявлялся идейно чуждым пролетариату. Основным звеном в формировании новой музыкальной социалистической культуры РАМП считал, например, развитие жанра массовой песни. Приоритет массовой песенной стихии в массовой культуре этих лет связывался с основополагающими принципами пролетарской культуры – доступностью, доходчивостью, наглядностью. На наш взгляд, подлинная история современной российской массовой культуры начинается с 60-х годов ХХ столетия. Именно в этот период впервые была отмечена тенденция формирования субкультур, разрушения монолитной структуры искусства соцреализма, опровержения идеи тотализирующей унификации культуры1. Шестидесятые годы – особый этап в развитии отечественного «маскульта», потому что в это время резко усиливается интерес к человеческой субъективности – глобальной категории этического знания2. Авторские песни Б. Окуджавы, В. Высоцкого, А. Галича, Ю. Визбора активно выражали этическое противостояние постулатам государственно-корпоративной морали. Вспомним, что первые рок-группы появились в Ленинграде в середине 60-х годов, а в конце десятилетия уже проводились и рок-фестивали. То есть параллельно с авторскими песнями на гребне контркультурной волны формировалась и рок-культура – частный сегмент российской массовой культуры3. На фоне государственно-корпоративных императивов современная российская массовая культура оказалась на уровне четко выраженной маргинальности: она оторвалась от традиционных (общепринятых) корней и не может найти достойный ценностный ориентир в настоящем. В контексте сегодняшнего дня совершенно очевиден процесс духовной десакрализации императивов и ценностей традиционной культуры, народной в частности.

См.: Ямпольский М. Россия: культура и субкультуры // Общественные науки и современность. – 1993. – №1. – С.64. 2 См.: Андреев Ю.А. Наша авторская… История, теория и современное состояние самодеятельной песни. – М., 1998. 3 См.: Набок И.Л. Рок музыка: эстетика и идеология. – Л., 1989;

Конен В.Х. Об истоках рокмузыки // Современная музыка. – М., 1976. – №7. – С. 6 – 11.

Личность утрачивает веру в правильность и незыблемость постулатов народных традиций, ценностей. Осуществляется ее отчуждение от истоков своих нравственных праначал, почти совсем прерывается связь с культурой. В России долгие годы доминировала официозная культура со своей градацией императивов и ценностей. Видимо, на Западе такого засилья официоза не было (кроме, конечно стран с диктатурой). Потому современная отечественная массовая культура отличается особой политизацией, стихией духовного противостояния постулатам тоталитарной системы. Рассмотрение проблемы ценностной ориентации российской массовой культуры не представляется возможной без характеристики идеалов и принципов – той области общественного сознания, которая имеет непосредственное отношение к отечественной массовой культуре. Подчеркнем, что на фоне существования российского «маскульта» идет не только процесс трансформации традиционной системы культурных ценностей, но и процесс обесценивания идеалов. Каковы же идеалы, которые в настоящее время функционируют в нашей массовой культуре? Вслед за Ю. Согомоновым, исследующим проблемы морального отчуждения, мы склонны считать, что в российском «маскульте» существуют идеалы отчужденного сознания1. В области нравственности отчуждение основывается на том, что содержание вменяемых людям требований противоречит их практическим жизненным потребностям и интересам и отражается сознанием в антитезах «должное-сущее», «добро-польза», «долг-склонность», «добродетель-счастье» и т.д. Мы считаем, что всю систему ценностей современного отечественного «маскульта», всю ее объемную парадигму можно теоретически построить вокруг этической категории «счастье». Трактовка этой ценности в современной массовой культуре весьма своеобразна. Жесткий императив нужды прошлого и настоящего, нехватка духовных и материальных благ, тенденция Ортега-и-Гассет Х. Дегуманизация общества. – М., 1991. – С.426.

самовыражения и акцентировка на индивидуализации личности, быта, жизни приводят к культу гедонистического умонастроения. Гедонистическое сознание становится лейтмотивом и целью жизни молодого человека. Идеал этического гедонизма ориентирует на жажду счастья, нередко иллюзорного, духовночувственного, на желание приятного. Думается, что в гносеологическом плане принцип наслаждения помогал выявить реальную зависимость между потребностями, интересами людей и их социальными целями, моральными установками. После социально-политических преобразований 1990-х гг. в России тип ее общественного Сложные устройства в подвергся значительной культуре трансформации. процессы экономике, политике, отражаются в нестабильности общественного устройства, где общество существует как модель переходного типа. Новые социальные отношения и обусловленная назначением ими напряженность культуры в в обществе настоятельно России требуют психологической компенсации и символического обеспечения. Основным массовой современной становится сглаживание, нивелирование противоречий, напряжений и конфликтов между социальными стратами, маскировке различий между их системами ценностей и этосом. Основная задача современной массовой культуры, как всегда обслуживающей элиту – политическую, а сегодня и экономическую, – поставлять аудитории определенные стандарты поведения, духовных запросов, доказывать правомерность идентификации на примерах «из жизни», формировать имиджи и стереотипы сознания, а также реабилитировать экономическое превосходство определенного социального слоя внедрением мифов о равных возможностях всех перед всеми. Гомогенизации, пусть и внешней, современного общества способствует унификация всего образа жизни, где универсализация товаров массового спроса, системы питания и отдыха, образования, информации, художественной продукции создает иллюзию и социального равенства. Потребление становится, таким образом, наряду с продукцией массовой культуры средством иллюзорного достижения стремлений и идеалов, выполняет эскапистскую функцию, служит средством психологической защиты индивида в условиях социального дисбаланса. Массовая культура представляет дезориентированному человеку набор стереотипов поведения, имиджей, через которые он может идентифицироваться с тем слоем, к которому он принадлежит или стремится принадлежать. С этим связана популярность в массовых изданиях рубрик, посвященных моде, образу жизни знаменитостей, актуальным тенденциям на рынке жилья и автомобилей, событиям художественной жизни. И особую роль здесь играет реклама, представляющая товары и услуги в качестве стандарта потребления. Можно отметить, что пока реклама в российском обществе функционирует в определенном идеальном пространстве, часто очень далеком от жизненных реалий, именно этим объясняется отторжение рекламы преобладающим большинством россиян. Призванная идеализировать подлинную реальность и придавать статус престижности общедоступным предметам, реклама в большой своей составляющей показывает образцы, рассчитанные не на массового потребителя, а на узкую элитарную прослойку. Рассчитанная на психологическую гармонизацию, реклама сегодня в эмпирической реальности выступает как фактор социальной напряженности. В современном российском обществе массовая культура отражает ценностные установки формирующегося «среднего» класса, для нее характерно то, что еще в 1970-е гг. применительно к западному обществу Ф. Слейтером1 было охарактеризовано как рождение «нового сознания», исходящего из экономики изобилия, сменяющего старое, базирующееся на экономике скудости. Внутреннюю логику прежней культурной парадигмы с ее высокой оценкой сдержанности и способности откладывать удовлетворение потребностей сменяет иная, где обилие потребностей и стремление их Slater P. E. The pursuit loneliness American culture at the breaking point. – Boston, 1970. – Ch. 5. – P. 97.

удовлетворения В рассматриваются в качестве обществе непременных происходят оценить атрибутов сложные однозначно.

современного человека. постсоветском процессы, российском которые эволюционные невозможно Правильнее всего охарактеризовать его как общество переходного типа. С одной стороны, в массовом сознании продолжают действовать стереотипы, укоренившиеся за годы советской власти, а с другой – активно внедряются образцы потребительской, рыночной культуры, импортируемой с Запада. Наконец, у столичной и провинциальной элиты, особенно среди молодежи, становятся все более популярными ценности постиндустриальной цивилизации. Как показали исследования Ж. Лиотара, Ж. Делеза, Э. Тоффлера и других теоретиков постмодернизма, постиндустриализм не отменяет основных сущностных признаков массового общества, но он изменяет форму, в которой массовое общество существует сегодня: «Управляемая масса» сменяется «контролируемой массой». На основе проведенного анализа были сделаны следующие выводы: Анализ взглядов философов и культурологов на формирование и природу массовой культуры позволяет выделить следующие положения. Рассматривая проблему через призму методологии гуманитарного познания, используя аксиологически значимый категориальный аппарат, важно отметить, что массовая культура характеризуется следующими чертами: массовость, гедонизм, потребительство, коммерциализация, доминирование эмоционального аспекта над рациональным. Определений массовой культуры достаточно много. Их можно обобщить в две основные группы: при произведения искусства, ставшие доступными массовой аудитории помощи тенденций массовизации (серийное производство, репродуцирование);

комплекс духовных ценностей, которые соответствуют вкусу и Исходя из проделанного в диссертационной работе анализа, массовую уровню развития массовых потребителей. культуру следует рассматривать как сложное многофункциональное социокультурное явление, специфический способ освоения действительности и адаптации к ней личности, проявляющийся в условиях постиндустриального общества, производства и распространения культурных ценностей. Отличительными особенностями массовой культуры являются: ориентация на вкусы и потребности «среднего человека», исключительно высокая гибкость, способность трансформировать артефакты, созданные в рамках других культур и превращать их в предметы массового потребления;

коммерческий характер;

использование клише при создании ее артефактов, а также связь со средствами массовой коммуникации как главным каналом распространения и потребления ценностей массовой культуры. Основными функциями массовой культуры являются: адаптационная, коммуникативная, рекреационная, идеологическая, коммерческая, потребительская, информационно-гносеологическая, ценностноориентационная. Явление российской массовой культуры – сложное, противоречивое, трудно поддающееся аналитическому осмыслению в контексте традиционного научного познания. Подлинная история российской современной массовой культуры начинается примерно с 20-30-х годов ХХ века, в связи с зарождением субкультурных тенденций в искусстве, социальными и политическими преобразованиями в России, а ее расцвет приходится на 70-80-е гг. ХХ века. Основными факторами формирования массовой культуры в России являются: социально-экономическая, политическая, воспитательная, гносеологическая, нравственно-психологическая. Анализ причин позволил сделать вывод, что глобальная причина расцвета отечественной массовой культуры кроется в политико-идеологических и политико-психологических основаниях.

Современные глобальные процессы изменяют соотношение между традиционной и массовой культурами. Сущность глобализации сводится к тому, что в нее включены все этносы, страны и культуры без исключения. Феномен массовой культуры напрямую зависит от интенсивного развития средств массовой коммуникации. Постепенно усложняющаяся структура окружающего мира приводит ко все большей зависимости человека от прессой, массовой коммуникации, которая создает с помощью специфических средств «виртуальную реальность». Наряду с уже существующими СМК: кино, радио, развитие информационных технологий вызывает к жизни новые средства массовой коммуникации: телевидения и глобальная информационная сеть Интернет. Сущность телевидения как феномена массовой культуры заключается в следующем: по своей структуре телевидение фрагментарно, его специфике трансляции информации – интертекстуально, по своей природе – симулякр, а степень удовлетворения им запросов населения обуславливает его плюрализм. Появление нового социокультурного феномена – глобальной сети Интернет оказало глубокое влияние на человека и социокультурную динамику развития современного общества. Интернет, с одной стороны, представляется как самостоятельный феномен современной культуры, который как проекция отражает практически все направления массовой культуры;

с другой – влияет на ее развитие и содержание. Вследствие этого формируется глобальное электронное сообщество, действующее по специфическим законам и правилам.

ГЛАВА II. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ МАССОВОЙ КУЛЬТУРЫ И ЛИЧНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ СОЦИОКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ 2.1. Бытие личности в культуре Проблема личности является одной из фундаментальных в области философского знания. Она нашла свое отражение в работах большинства крупных философов, антропологов, культурологов. Тема человека, личности решалась по-разному различными философскими школами и направлениями. Среди них можно выделить основные: объективно-идеалистическое понимание сущности человека, субъективно-идеалистическое, метафизическиидеалистическое, диалектико-материалистическое, иррациональное. Важность решения вопроса человека-личности связана с его ролью как творца истории и культуры, как субъекта видов деятельности, культурообразующего начала. Без анализа личности в ее многообразии и разносторонности невозможно понять исторический процесс в целом и изменения, происходящие в культуре, в самом общем смысле этого понятия, в частности. Так, Аристотель, выделивший человека как «разумное животное», лишь положил начало векторному развитию вопроса об определении человека и личности, философско-антропологической категории, заложил основу понимания личности как системы. Проблема личности рассматривается с различных позиций и точек зрения, а именно: – – – выявляется соотношение природного и социального в человеке;

изучаются проблемы современного существования личности и обсуждаются различие и тождественность сущности, влияния на нее технической цивилизации;

существования и бытия человека;

– – – – другие.

выдвигаются положение о доминанте творческого и свободного определяются критериальные черты личности;

рассматривается категория свободы как высшей ценности, которой выделяется самосознание как определяющая черта личности и начала в человеке;

обладает личность;

Все это указывает на сложность, многогранность проблемы личности и ее бытия. Рассматривать человека вообще и личность, как высшее выражение духовной субстанции и результат генезиса культуротворческих процессов, необходимо в совокупности всех ее составляющих и признаков. Таким образом, мы приходим к потребности обратиться к личности как своеобразной, самобытной, динамичной целостности. Тем не менее, нельзя говорить о том, что это предполагает анализ составляющих личности, так как она представляется как органически неделимая, целостная субстанция, единая система. Личность как целостность развивается, саморазвивается и реализуется в определенной среде, сложившихся условиях и обстоятельствах, в тесном взаимодействии с окружающим миром, миром культуры и социума. Бытие личности, как сложное образование, многогранно и многофункционально. Оно как важнейшая составляющая жизнедеятельности личности, имея исключительную значимость, включает в себя многочисленные подсистемы и структуры, которые, в свою очередь имеют определенную организацию и специфическое проявление. Поэтому мы обратимся к рассмотрению личностного бытия как системообразующего феномена, возникающего в процессе развития и саморазвития личности в системе социальных условий и культурной практики. Античность стала первой антропоцентрической цивилизацией, в рамках которой личность начала свое движение к самоутверждению и закреплению своей социокультурной ниши. Как отмечал Гуссерль: «Начиная с Сократа, тематизируется человек в его отличительной человечности как личность, – человек в его духовной социализированной жизни»1. Уже в Античности личностная свобода, определяющая статус, представляется неотчуждаемой и ценится выше физического выживания. На наш взгляд, исключительное ценное и рациональное внес в проблему личности Лейбниц. Он на первый план выдвигает проблему самосознания как отношения человека к самому себе. Действительно, человек, как существо, не только воспринимает мир культуры, но и воспринимает свое восприятие, а отсюда определяется его социально-личностная роль и место в обществе. Прав был М. Пришвин, когда утверждал, что «Человек, мало того, что сам встал на ноги, он поднял вместе с собой зеркало, и увидел себя, и стал внимательно всматриваться в свое изображение…Понять самого себя в зеркальном изображении скорее всего может только человек»2. Таким образом, сознание человека позволяет оценивать себя извне, воспринимать себя как бы в зеркальном отражении, осознавать, понимать самого себя и реализовать в жизни. Человек способен понимать и адекватно оценивать реальный мир. Только человек обладает физической и духовной способностью к самосовершенствованию, только он может стать личностью, способной к осознанной своей деятельности, к творчеству, к целенаправленным и планомерным действиям, готовой к моральной ответственности. Таким образом, человек – это органическое, противоречивое единство природного и общественного, однако, сущность его социальна. И. Кант определял личности как существа, которые могут сами себя определять, следуя закону, данному собственным разумом. В работе «Основоположения метафизики нравов» он высказал важное положение человеческой этики: личности – это такие существа, которых нельзя подчинять своим интересам, а необходимо защищать их интересы. Так подчеркиваются характерные свойства, грани личности как самодостаточной, независимой и Гуссерль Э. Кризис европейского человечества и философия // Культурология XX век: Антология. – М., 1995. – С.321. 2 Пришвин М.М. Мать-и-мачеха // Здравствуй русское поле. – М., 1972. – С.89-99.

свободной автономной субстанции. Н. Лобковиц, развивая эту идею, отмечает: «Личность означает, что я в моей самости, в конечном итоге, не могу быть управляемым никакой другой инстанцией, но принадлежу только самому себе»1. Свобода действий, свобода существования, самоопределение личности проистекают из самой ее сущности при одновременном, неразрывном взаимодействии с социальной средой. В человеке сущность и существование не тождественны, но они не отделимы друг от друга, взаимообусловлены и взаимозависимы. Однако для возникновения, формирования личности не достаточно просто восприятия самого себя, необходимо общение, где личности находятся, взаимодействуют. Г. Гегель в «Феноменологии духа» высказывает мысль о том, что личностное бытие предполагает признание, исходящее от другого. Таким образом, в значительной степени мы не можем осознать свое бытие как личности и главное – не можем осуществить ее ценностно-значимое развитие, если отсутствуют другие, которые признают нас как личность. Новое звучание понятие личности обрело, благодаря Эдмунду Гуссерлю, для которого личность всегда была субъектом окружающего мира. Он считал, что бытие личности «…обозначает целенаправленную жизнедеятельность, производящую структуры духовного порядка;

в самом широком смысле – это жизнь, творящая культуры внутри непрерывного исторического процесса»2. Самосознание человека возможно только в процессе бытия среди других, вместе с другими в определенной среде. Это окружающий мир – не только и не столько природа, это – и другие личности, их отношения и взаимосвязи друг с другом, это – культурная среда. В ходе развития социально-философских проблемы знаний уточнялись личности: и ее дифференцировались отдельные исследования биологические и социальные детерминанты, степени свободы личности по Лобковиц Н. Что такое «личность? // Вопросы философии. – 1998. – №4. – 4-18. Гуссерль Э. Кризис европейского человечества и философия // Культурология ХХ век: Антология. – М., 1995. – С.326.

2 отношению к природе, обществу и самой себе, как индивиду, индивидуальности. Очевидно, что если бы все люди были одинаковы, то не было бы успешного развития разнообразных сфер науки, социальной жизни, культуры. Одним из условий развития общества является сосуществование в нем многообразия индивидуальностей. Индивидуальность определяется, с одной стороны, спецификой наследственности, физиологической основы, с другой – особенностями той социальной среды, в которой человек формируется, той конкретной системы взаимодействующих между собой индивидов. Индивидуальность – это уникальное воплощение общечеловеческого в конкретной персоне, это то самобытное, неповторимое в человеке, что отличает его от других людей. Это особенности характера и психического развития, это неповторимая совокупность человеческих свойств. Е. Быстрицкий отмечает, что «истоки индивидуализации человека следует искать во всем мире культуры»1. Именно культурной среде, в которую человек погружается с момента рождения, а по мнению ряда ученых, со времени зачатия, человек обязан своей безусловной индивидуальностью. В свою очередь, культура реализуется благодаря целенаправленной и осмысленной деятельности человека, имеющей индивидуальный характер. Но индивидуальность не является всеобъемлющим, охватывающим всю сущность человеческого бытия, определением. Личность – понятие, включающее простого индивида и его индивидуальные качества, отражающее многомерное включение человека в культуру, его духовую сущность, для которой характерны свобода, творчество, автономность. Личность несет в себе черты цивилизации, историко-культурной эпохи, определенного образа жизни.

Быстрицкий Е.К. Феномен личности: мировоззрение, культура, бытие. – Киев, 1991.

«Личность есть категория духовно-религиозная… не может быть частью чего-то: она есть единое целое, она соотносительна обществу, природе и Богу»1. В этом взгляде, принадлежащем Н. Бердяеву, подчеркивается именно духовное начало человека, его независимость и в то же время связь с другими личностями, с обществом и в конечном итоге, и прежде всего, с культурой. Наряду с этим существует и другое мнение по данной проблеме, согласно которому невозможно противопоставлять понятие личность понятию индивид. А. Сервера Эспиноза в работе «Кто есть человек? Философская антропология» утверждает, что понятие индивид шире по отношению к понятию личности и является родовым, а личность лишь его разновидность. Неверным считается отождествление индивидуальности Подразумевается тождественность с телом, а личности – с душой. индивидуальных и личных свойств человеческого индивида. Автор предлагает не противопоставлять личность индивиду и согласиться с тем, что «человек – это личность, то есть индивид, имеющий рациональную природу»2. Однако эта точка зрения представляется спорной, так как речь идет лишь о рациональности, как категориальном признаке, не учитываются такие характеристики личности как способность к сознанию, самосознанию, самоопределению. Если личность – это рациональный индивид, то как быть в случае личностных изменений, приводящих, как мы говорим, к распаду личности, например, вследствие тяжелых болезней. Существование данных индивидов вряд ли можно считать жизнью личности. И тождество человекличность-индивид представляется сомнительным. Мы предполагаем, что человек равносилен индивиду, но не всякий индивид – личность, хотя обладает индивидуальными свойствами и характеристиками. По мнению В. Библера: «Личность – та ипостась индивида, в горизонте которой он способен перерешить свою, уже предопределенную привычками, Бердяев Н.А. О назначении человека. Опыт парадоксальной этики // О назначении человека. – М., 1993. – С.66-67. 2 Сервера Эспиноза А. Кто есть человек? Философская антропология // Это человек: Антология / Сост. И.С. Гуревича. – М., 1995.

характером, психологией, средой судьбу»1.

Личность как призма, пропускающая через себя и преломляющая некую эманацию культуры. Индивид становится личностью в силу своей свободы и включения в мир культуры. Человек, будучи включенным в практическую деятельность, в обучение и воспитание, в различные сферы социальной практики, становится носителем общественной жизни, источником ее развития, представителем коллектива, социальной группы. Как человек и общество не тождественны, так и личность – не простая сумма общественных отношений, а уникальная, органическая, самореализующаяся система, обладающая внутренней безусловной свободой. Постоянная возможность и необходимость выбора, и принятия решений, составляющая ядро сущности личности, порождает противоречия внутри самой личности. Многовековая, многовекторная практика свидетельствует, что личность в большинстве случаев не склонна доверять принятие собственных решений кому-либо. Она «генетически» несет в себе сопротивление манипуляциям, воздействию, влиянию различных социально-экономических и духовных факторов. Она не свободна от них и в определенных ситуациях, в силу ряда причин, как об этом свидетельствует история, зависит от них и подавляется ими. Взаимоотношения между личностью и обществом достаточно сложны и многовариантны, но в основном они должны быть такими, чтобы общество способствовало развитию личности. В этом отношении справедливы слова А. Швейцера о том, что «…когда общество воздействует на индивида сильнее, чем индивид на общество, начинается деградация культуры»2. Личности присуще стремление к самостоятельному творчеству, которое дается априорно и воплощается во включении человека в мир культуры. Личность способна создавать целые новые миры в области философии, культуры, искусства. Культурное творчество, способность делать выбор, творить, Библер В.С. Культура. Диалог культур (опыт определения) // Вопросы философии. – 1989.– №6. – С. 12-21. 2 Швейцер А. Культура и этика. – М., 1973.

действовать предполагают наличие свободы внутренней и внешней, которая является высшей ценностью, свойственной только личности. В условиях свободы выбора и реализации личность становится все более автономной, и возникает проблема отчуждения, кризис личности, который нашел свое отражение в философии экзистенциализма. Ключевой проблемой в широком смысле становится экзистенциальное отчуждение личности. Человек обречен быть свободным, нести ответственность за свои поступки, создавать самого себя. Экзистенциалисты утверждают, что существование предшествует сущности, так как человек сначала существует, проявляется в мире и только затем становится таким, каким он сделает себя сам. В процессе творения своего «я» он переживает состояние одиночества и заброшенности. Личность может реализовать себя лишь в обществе и только таким путем сформировать свое сущностное ядро. По мнению М.С. Кагана, человека необходимо рассматривать в соотнесении с его деятельностью, которая в известной мере является показателем и критерием оценки личностных качеств человека, его индивидуальной самобытности. Существует точка зрения, согласно которой «личность – характеристика человека в его социальных чертах»1. Она отражает состояние (личностное и общественное), но оставляет как бы в стороне деятельное проявление личности. Поэтому можно утверждать, что именно личность отражает меру овладения социокультурной средой. Личность в своей динамике является не только ярким отражением действительности, того социума, где происходит процесс ее самодетерминации, но и действенным воплощением субъективной сущности, определяющей уровень развития, самобытность и неповторимость мира культуры, в котором она объективируется. Наряду с вышеназванными позициями ХХ век, характеризуемый как техническая цивилизация, высветил проблемы личности под новым ракурсом. Как отмечает В. Библер: «Она (цивилизация) требует активности человека, но Хонин С.М. Индивид как субъект жизнедеятельности. – Саратов., 1990. – С. 50.

не хочет, чтобы человек был личностью…техническая цивилизация, технизированное и машинизируемое общество хотят, чтобы человек был их частью, их средством и орудием, они все делают, чтобы человек перестал быть единством и целостью, то есть хотят, чтобы человек перестал быть личностью»1. Для того чтобы человек был приобщен ко всему многообразному богатству мира, к ценностям мировой и своей культуры, а не стал лишь отчужденным исполнителем воли идеологической и экономической олигархии, необходимо прилагать усилия к собственному развитию, самосовершенствоваться. Такой подход к пониманию культурологической и культурной сущности личности позволяет В. Ремизову сформулировать следующее: «культурологическая сущность личности предполагает такую целостность созидательную ее природных, психологических уровень и социокультурных и нравственнохарактеристик, где стержнем выступает мера ее включенности в творческую деятельность;

гуманистичности регулирующей рефлексии;

степень ее социализированности, образованности, воспитанности»2. Указанным высоким критериям культуры личности отвечает далеко не каждый человек. В большинстве случаев, человек прибегает к использованию хорошо отложенных экономических и идеологических схем для удовлетворения своих потребностей. Если данная схема без труда срабатывает, упрощая мир, то она неразрушима. Человек должен обладать не только общественной направленностью, но и чувством личной необходимости в раскрытии своей индивидуальности, в том, чтобы его неповторимая жизнь состоялась. Таким образом, целостность личности находится под угрозой возникновения не только внутреннего экзистенциального конфликта. Сама цивилизация, созданная человеком интеллектуальным, творческим, деятельным начинает отчуждаться от него, жить по своим законам, давить на личность, Библер В.С. Культура. Диалог культур (опыт определения) // Вопросы философии. – 1989.– №6. – С. 12-21. 2 Ремизов В.А. Культура личности (ценностно-мировоззренческий анализ). – М., 2000.

зачастую деформируя ее. Свобода, выбор, деятельность подчиняются ритму, новым «правилам», которые устанавливаются извне. Личность становится лишь частью огромного, глобального техногенного процесса, лишь винтиком и передаточным звеном в гигантском механизме компьютерных сетей, ультрасовременных технологий;

он уже не может остановить и повернуть вспять свое создание – индустриальное общество. По мнению Н. Бердяева: «Массовая техническая организация жизни уничтожает всякую индивидуализацию, всякое своеобразие и оригинальность, все делается безлично-массовым, лишенным образа»1. Наряду с облегчением физического существования человека техника порождает проблему духовноэмоциональной жизни. «Природа – не бог, человек – не машина» – так в середине XVIII века великий просветитель Д. Дидро емко определил назревавший конфликт между человеком и техникой. Техническая цивилизация во многом находится в противоречии с сущностью человека, обладающего творчеством, уникальной индивидуальностью, способностью самореализации и самоорганизации, стремлением к свободе. Возникает конфликт несоответствия современной технической цивилизации организации внутренней духовной жизни личности. Вследствие усиления технической мощи своей деятельности, человек отчуждается от естественной, природной среды. В стандартизированном обществе все труднее проявлять свою индивидуальность, становиться личностью, обладающей чувством прекрасного, и хранящей в своей сути культурные традиции, наследие прошлых поколений. «Принцип личности и принцип культуры, – писали П. Струве и С. Франк, – вступая в многообразные и мучительные конфликты, тем не менее по существу вытекают из одного источника – уважения к духу и творчеству». Отсюда следует, что «задача личности – творить культуру, озарять землю светом идеала, а задача культуры – беречь личность… ради того, что в ней Бердяев Н.А. Человек и машина (проблема социологии и метафизики техники) // Вопросы философии. – 1989. – №2.

живет дух, горящий правдой и творящий ее на Земле»1. В связи с этим, одной из проблем современного мира можно считать острую необходимость смены приоритетов общественного развития и перенос интереса, акцента с эскалации материального прогресса на человеческую индивидуальность, личность как духовное начало, находящееся в неразрывном единстве с миром культуры. Человек, духовно богатый, способен осознавать и переживать противоречия своей эпохи как свои собственные. Однако не стоит воспринимать личность, человека лишь как общественно необходимый продукт, как существо социума и только для социума. Эта точка зрения, начиная с К. Маркса, активно развивалась советскими авторами, рассматривавшими всесторонне развитую, обогащенную культурой личность как средство построения светлого будущего. Забывалось о том, что каждая личность неповторима, она имеет свое лицо, свою независимую ценность. Происходила унификация личности, ее форматирование и тиражирование, согласно интересам правящей идеологии. Реально предавалось забвению, что личность в своем развитии базируется на культуре, традициях, обычаях, всей предшествующей истории народа, которую незаслуженно предавали забвению, а нередко и просто уничтожали. Все вышеперечисленные авторы, точки зрения и выводы исходят из того, что рассматривают личность с позиций разума, с позиций сознательной и только сознательной жизни, чего, как свидетельствует сама жизнь, для такой сложнейшей системы, не всегда достаточно. Личность в определенной степени отождествляется объективированную с сознанием направленность, и самосознанием. устремленность во Выделяются внешнюю, экстравертированные категориальные черты, имеющие ярко выраженную окружающую среду. Подчеркивается неразрывная, тесная связь личности с миром социума, их взаимообусловленность и взаимозависимость. Данную позицию по отношению к вопросу определения личности можно в Струве П.Б., Франк С.Л. Очерки философии культуры // Полярная звезда. – 1905. – №1, 2.

определенной классической.

степени считать ортодоксальной, традиционной или Однако по данной проблеме существует и иное представление, родоначальником которого является З. Фрейд. Одну из проблем человеческой культуры З. Фрейд определил как необходимость найти целесообразное, то есть счастливое равновесие между индивидуальными притязаниями и культурными требованиями масс. Эта проблема обусловлена тем, что личность, прежде всего, индивидуальна, автономна, но в тоже время является частицей человеческой массы, в которой действуют специфические законы. Данный дуализм пронизывает всю жизнь современного человека. Перед ним стоит сложная задача: будучи охвачен массовыми процессами, он должен сохранять свои личностные качества и характеристики, противостоять гомогенизации общества. Современная литература рассматривает личность с точки зрения ее деятельности, ценностных ориентиров. Особенностью взаимодействия человека и массовой культуры являются субъектно-объектные отношения, которые выражаются в неразрывной взаимосвязи, взаимовлиянии, зависимости друг от друга. Здесь ярко проявляется диалектическое единство культуры в целом и личности. Их существование напрямую зависит друг от друга. Там, где нет человека – нет культуры, там где нет культуры – нет человека. Культура проявляется как необходимое условие существования человека. Так, в теории основоположника французской социологической школы Э. Дюркгейма большое значение придается духовным и нравственным фактам жизни человека, как наиболее важным в процессе формирования личности. Личность вступает в тесное взаимодействие с культурой, обусловливая сам характер культурной жизни, ее уникальность, и, наоборот, под воздействием бытия в культурном мире происходит развитие человеческой индивидуальности. С одной стороны, личность, осваивая культуру, обитая в мире культуры, является объектом культурного процесса, подвергается постоянному воздействию социума культуры;

с другой стороны – будучи творческой, созидающей, личность выступает как субъект культурного бытия, как субъект культуротворческой деятельности. Культура реализуется лишь благодаря личности, которая, являясь ее носительницей, посредством своей деятельности транслирует усвоенные знания, нормы, ценности. Можно сделать вывод, что личность – структурированная, динамичная, открытая целостность, для которой характерны субъект-объектные отношения с окружающим миром, и особенно с миром культуры, с миром духовности. При этом развитие личности как целостной системы происходит в историческисоциальном пространстве, где историческое закрепляется, является основой как проявление объективной закономерности, преемственности и последовательности развития, базой для последующего современного развития. Это особенно важно в наше время духовного возрождения России. Личность как целостная система является динамичной, постоянно усложняющейся, приобретающей новое место и звучание в современном высокотехническом цивилизованном мире, а поэтому, является объектом постоянных новых поисков, подходов к изучению ее сущности и функционирования. Русская религиозная философия (в лице В. Розанова, Н. Бердяева, Л. Шестова, С. Франка) стремилась доказать, что именно личность творит общественные отношения, а не общество – личность. Они считали, что социализированный и цивилизованный человек может быть обезличен. Главной тайной личности признавали тайну свободы от общества, природы, государства. В попытках самореализации и самоутверждения личность может полагаться только на внутренние усилия. Однако, современный человек с трудом выделяет личную ответственность, полагаясь на семью, партию, веру. Человек, реализующий себя как личность, принимает в себя весь космос, всю историю, все человечество. Отличительной чертой данного подхода к проблеме бытия личности является рассмотрение человека в неразрывной связи с Богом, с духовным началом, как особой реальностью. Философы начала XX века считали, что идея личности, идея абсолютной ценности индивидуального человеческого существования могла возникнуть лишь на почве христианства. Вместе с тем, находясь в русле рассмотрения этнической культуры, представители русской религиозной философии не учитывали, что личности присуще подражательное и массовое начало. Тем не менее, именно они предупреждали об опасностях массового общества и тоталитаризма. Индивидуально преобразованным отражением общественного бытия является духовный мир личности. По мнению Л. Когана: «Материальная природа – фундамент Бытия, но есть и генетически связанная с ней, порождаемая ею, личным и общественным бытием и при этом глубоко самобытная, самосветящаяся духовная реальность, идеальное, не сводимое к вещественному субстрату. Духовный мир – ведущее, специфизирующее начало человека-бытия»1. Содержание духовного мира личности – одно из проявлений общественной сущности человека. Важным внутренним побудителем социальной деятельности личности является эмоциональная сфера, которая во многом обусловливает мировоззренческие и нравственные представления. Таким образом, можно выделить следующие факторы, детерминирующие жизнь личности: собственное «я», другие люди и окружающий объективный мир. Это неразрывные слагаемые бытия личности. Н. Бердяев писал: «Бытие открывается в человеке и через человека»2. Так как культура является органичной частью бытия, можно сказать, что это высказывание характеризует путь развития и функционирования культуры: культура проявляется в личности и через личность. Культура является краеугольным камнем человеческого бытия. В мире культуры личность приобретает три ипостаси. Во-первых, каждый человек – это объект культуры. Бытие личности, разворачиваясь и функционируя, находится в культурном пространстве. Изначально человек склонен к подражанию окружающих людей, содержит в Коган Л.А. Закон сохранения Бытия // Вопросы философии. – 2001. – №4. – С.56. Бердяев Н.А. О назначении человека. Опыт парадоксальной этики // О назначении человека. – М., 1993. – С.66-67.

2 себе активный, творческий потенциал. Его априорные творческие силы находятся в «свернутом» состоянии и ждут пробуждения под воздействием ряда факторов, побудительных сил. Ребенок социализируется, становится личностью под воздействием мира культуры, который окружает его со всех сторон. Таким образом, можно говорить, что первично человек испытывает на себе культурное воздействие, которое, начавшись в раннем детстве, в той или иной форме, степени активности, продолжается всю жизнь. Личность «усваивает» культуру. В этой связи будет закономерно выделение личности как объекта культуры. Во-вторых, личность выступает как носитель культуры, когда ценности, знания, нормы, культурный опыт, всевозможные проявления мира социума трансформируются в сознании человека и превращаются в обыденное поведение, проявляющееся в отношениях с другими людьми и окружающим миром, в соответствии с индивидуальными качествами. Культура, таким образом, ценностей. В-третьих, личность – субъект культуры. Бытие личности реализуется через творческую свободу мысли человека, через духовное самоопределение. Обладая творческим, активным, динамичным, созидающим началом, личность не является пассивным наблюдателем. Сам человек создает, развивает культуру путем творческой самореализации своего «Я», своих способностей к культурной деятельности. Таким образом, личность является субъектом культурного творчества, субъектом культуры, придавая ей свою индивидуальность. Все три стороны взаимодействия личности с культурой находятся в органической неразрывности. Находясь под постоянным воздействием культуры, усваивая ее ценности, культурный опыт, человек является объектом культуры. При этом он – постоянный носитель, обладатель уже накопленных культурных знаний. Но личность – не статист в мире культуры. Будучи становится внутренним содержанием личности. Человек функционирует в культурной среде, являясь выразителем культурных субъектом культуры, человек сам, в силу своих индивидуальных способностей, внутренней потребности в самореализации, создает культуру. Просматривается синтез всех сторон взаимодействия личности с богатейшим, всеобъемлющим, многогранным миром культуры. Культура обусловливает бытие личности, воздействуя на нее, как на объект и являясь в данном случае жизнеобразующим субъектом. В то же время культура, проходя сквозь призму личности, концентрируется в новом, создаваемом под воздействием всей истории культурного развития, произведении культуры, развитии культуротворческой мысли. Создается своеобразное «поле культуры». Человек – активный творец культуры, генератор и проводник новых идей, автор своеобразных составляющих, из которых слагается «здание культуры». Подчеркивая созидательную деятельность личности, ее роль для окружающей действительности, В. Вернадский говорил о возникновении ноосферы, которая «…есть новое геологическое явление на нашей планете. В ней впервые человек становится крупнейшей геологической силой…. Перед ним открываются все более и более широкие творческие возможности»1. Вслед за ним, развивая учение о биосфере, русский ученый Н. Холодный отмечал, что «…деятельность современного человека направлена в основном на преобразование природы»2, что человек создает в ближайшем своем окружении своеобразную, отличную от естественной, среду, которая может быть названа антропосферой. В своих работах академик Д. Лихачев подчеркивал, что человек живет не только в определенной биосфере, но и в сфере созданной деятельностью человека, которую он назвал «гомосферой» (или «человекоокружением»3). С момента своего рождения человек погружается в гомосферу, ощущает на себе Вернадский В.И.. Несколько слов о ноосфере / Русский космизм: Антология философской мысли / Сост. С.Г. Семеновой, А.Г. Гачевой. – М., 1993. – С.368. 2 Холодный Н.Г.. Мысли натуралиста о природе и человеке / Русский космизм: антология философской мысли / Сост. С.Г. Семеновой, А.Г. Гачевой. – М., 1993. – С.163. 3 Лихачев Д.С. Экология культуры // Альманах Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. – М. – 1980. – №2.

воздействие культурных ценностей, передаваемых друг другу уже тысячами поколений. Человек получает нравственные и эстетические представления, характерные для той или иной культурно-исторической ситуации. В любой культуре обязательно сохраняются, в большей или меньшей степени, традиции и культурная память поколений, которые и являются базой, краеугольным камнем, на котором затем и «возводится», постепенно, шаг за шагом, целостное комплексное «здание личности». Причем личность, обладая традиционной культурой современного ему общества, уже достаточно осознано может определять приоритеты в своем развитии. Имея прочную культурную базу, человек становится не просто потребителем культуры, но уже в состоянии совершать осознанный выбор и обращаться к соответствующим ценностям и образцам культуры. Явно просматривается связь среды, в которой воспитывается и формируется личность с ее нравственно-эстетическими ценностями и представлениями, которые человек пронесет через всю жизнь. Именно ценности, сформированные на традиционной культуре, придают ту или иную окраску всей личностной деятельности и, что чрезвычайно важно, несколько трансформировавшись, пройдя сквозь призму жизненного опыта, будут переданы последующим поколениям. Неразрывная связь времен и поколений возможна лишь благодаря константе культурных традиций, которые, как показала история России ХХ века, несмотря на идеологический прессинг, сохранились и вызывают к возрождению подлинную духовность, существовавшую в российской культуре всегда. Определяя законы, действующие в человеческой среде, Д. Лихачев выделил их по возрастающей: физиологический, биологический, социологический и культурный, как самый высокий уровень законов. Он подчеркивал, что в культурном уровне общества – его объединяющая сила. В этой связи актуальным является процесс гуманизации, обращения к духовному и душевному миру человека, интерес к отдельной личности, не как к части, винтику общества, а как высшей ценности культурно-исторического процесса.

По мнению А. Сахарова, именно внутренняя бездуховность, при которой внешними факторами подавляются, вытесняются личная мораль и ответственность человека, и является наиболее глубокой и первичной причиной угрожающего человечеству упадка личной и гражданской морали1. Следствием такого упадка является в том числе и разрушительное распространение алкоголизма, наркомании, международного терроризма, рост уголовных тенденций мирового масштаба. Отсутствие глубоких культурных традиций приводит к формированию пассивной, духовно неразвитой личности, для которой чужды стремление к творчеству и духовному самосовершенствованию. Для такого типа личности характерно потребительское отношение массовой культуры. Таким образом, личность выступает как объект и проекция, отражение мира культуры. Одновременно она – носитель и субъект культуры в широком смысле этого понятия. 2.2. Массовый человек как феномен массовой культуры: его свойства и характерные черты Развитие средств информации и становление массовой культуры привели к формированию феномена массового человека. Массовый человек – это человек с массовым сознанием, главной характеристикой которого является то, что он – «как все». Человек массы, по мнению X. Ортега-и-Гассет, ставший хозяином современной жизни, – это скорее психологический, чем социальный тип. Современное общество именуют информационным, поскольку именно информация обеспечивает в нем связь разных уровней и планов его существования и деятельности, а информационные процессы лежат в основе функционирования всех систем, обеспечивая программы управления их изменением и развитием. Сам человек также может быть представлен как сложный к культурным ценностям и устойчивый настрой на самые примитивные образцы информационный процесс, постоянно уравновешивающий Сахаров А.Д. Мир, прогресс, права человека: статьи и выступления. – Л., 1990.

внутреннюю среду организма его окружения путем обмена информацией между ними. Информационный подход дал язык для выражения процессов и отношений, которые было бы невозможно ни понять, ни даже описать, не прибегая к упрощениям или мистификации. Возможность и смысловая емкость понятия информации, с помощью которого может быть истолкована и сама жизнь, и многообразие ее проявлений, а также бурное развитие информационных и способ средств и технологий, современной и определяющих характер, облик существования цивилизации, дают основания именовать эту цивилизацию информационной. Информация, обладающая многозначными характеристиками многофункциональными формами и свойствами, может выступать и как сообщение, и как среда, и даже как важнейший вид сырья, которое в отличие от материальных продуктов при потреблении его не исчезает и не уменьшается. Информация при ее использовании остается в информационной системе и может быть одинаково использована как ее автором, так и ее получателем. Особым качеством информации является ее (в известном смысле) неделимость: определенное значение может содержаться в определенном ее объеме, а использование информации возможно лишь при передаче всего объема, необходимого для восстановления ее содержания. Это повышает роль того, кто владеет информацией, распоряжается ею, распределяет ее потоки и имеет возможность дозировать ее в своих целях. Таким образом, информация может выступать как средство формирования и структурирования общественного сознания;

становясь новой формой управления им, она способна обеспечивать возможность манипулирования сознанием и, следовательно, превращаться в инструмент и проводник власти в обществе. Это делает информацию основой и средством для создания нового качества самой социальности. Развитие средств обработки и передачи информации, возрастание скорости информационных процессов, а во второй половине XX в. невиданная их интенсификация привели к становлению нового типа организации общества, его функционирования его и управления. и Система средств тем массовой самым коммуникации, обеспечила новую и эффективную связанность общества, унифицировала культуры. Безусловно, факт существования массового сознания и массовой культуры был известен задолго до XX в. Однако современный феномен массового человека обладает новизной в силу ряда причин. Человек массы никогда прежде не составлял по своей численности такой большой группы, которая реально была бы способна оказывать заметное влияние на социальные процессы;

никогда прежде подобные группы не были столь характерно объединены;

никогда прежде их объединение не формировалось сознательно и не поддерживалось затем специальными средствами;

Человек массы в обществе, организованном с ориентацией на конкретную систему ценностей и приоритетов, встроен в социальную «иерархию статусов». В традиционном обществе это означало, как правило, иерархичность культурного проявления. Общество не только не делало ставку на вкусы и настроения человека массы (хотя, конечно, всегда умело их использовать и направлять), но и, как бы «стесняясь» недолжности форм их проявления, старалось спрятать или хотя бы затушевать негативные стороны, характеризовавшие сознание и поведение человека массы. Поэтому и элементы массовой культуры, наличествующие в прежних обществах, не были ни определяющими, ни культивируемыми;

в современном обществе, которое организовано как принципиально плюралистическое и ориентировано на бесценностность, человек массы не только не ощущает своей культурной «недостаточности», но, напротив, он наиболее приспособлен и наиболее востребован современным укладом жизни. «Особенность нашего времени в том, – пишет в своем «Восстании масс» испанский философ X. Ортега-иГассет, – что заурядные души, не обманываясь насчет собственной жизнедеятельность психологию, сформировала основу для утверждения специфического феномена массовой заурядности, безбоязненно утверждают свое право на нее и навязывают ее всем и всюду»1. О произошедшей «вселенской реабилитации посредственности» пишет и современный философ-постмодернист Ж.Ф. Лиотар. Нейтральная характеристика человека массы как представителя определенной социальной общности сменяется качественной характеристикой массового человека, которая указывает не на принадлежность к социальной группе или на ее численность, но служит определением качества мироощущения, мировосприятия, образа мыслей и стиля жизни человека. Таким образом, новый тип связанности общества, особый способ объединения людей, качество социальных связей приводят к становлению и утверждению особой разновидности человека – человека массового. Этот человек, ставший реальностью современного информационного общества, есть одновременно и его продукт, и само условие его существования, сохранения и воспроизведения. Качество и распространенность информационных средств и технологий определяют процессы обезличивания и «выравнивания», и создаваемая ими реальность как бы отделяет массовое общество доинформационной эпохи от массового общества информационной цивилизации. В информационном обществе процессы омассовления становятся частью социальной стратегии, подчиненной целям управления обществом. Проясним смысловые особенности терминов «омассовление» и «массофикация». Омассовлением можно назвать всякий процесс становления массы как процесс количественный, означающий увеличение численности тех, кто образует более или менее однородную социальную массу, а также процесс становления массового характера того или иного явления. Подобные процессы сопровождают становление крупной промышленности, крупных производств, интенсивную урбанизацию. Массофикация – процесс становления массового человека, т.е. качественная характеристика процедуры «подгонки» личности под массовый стандарт, когда мышление и сознание личности подстраиваются под образцы, не просто господствующие в массе, но требуемые обществом.

Ортега-и-Гассет Х. Эстетика. Философия культуры. – М.,1991. – С.309.

Таким образом, если омассовление указывает на процесс количественноонтологического процесс образования массы, то массофикация всех основных есть процесс перестройки сознания, типа мышления, стереотипов поведения человека. Это качественной трансформации параметров, определяющих личность;

именно тогда человек приобретает характеристики и качества, свойственные человеку массовому. Содержание переживаемого человеком актуального социально-культурного и лично-духовного опыта, внедряемое в сознание, становится фактором, способным определять, мотивировать и даже программировать будущее качество человека и способ его поведения. Кроме того, если омассовление происходит естественно и закономерно, стимулированное внешними причинами, объективными социально-массовыми процессами, происходящими в обществе при изменении его структуры, и т.п., то массофикация может осуществляться вполне направленно – с помощью моды, рекламы, организации информационных воздействий. Однако в любом случае человек сам, своим сознанием, субъективно участвует в этом процессе, внутренне осуществляя (в крайнем случае, осознанно фиксируя) свой выбор. Образование и развитие крупного производства потребовало объединения людей в массовые производственные коллективы и их компактного проживания на ограниченных территориях. В результате интенсифицировались процессы урбанизации и, как следствие, происходило омассовление форм жизни и поведения людей. Массовая урбанизация помещает человека в совершенно специфические условия, обезличивая его, делая анонимным;

масса деформирует личность, постепенно стирает этнокультурное своеобразие индивида, трансформирует все социальные проявления. По словам немецкого философа-экзистенциалиста М. Хайдеггера, бытие-в-мире есть не только бытие-самого-себя, но и бытие-сдругими, т.е. имеет место некая тенденция к приспособлению, а следовательно, к обезличиванию человека, превращению его в такого, «как все». Эта тенденция многократно усиливается, если бытие-с-другими превращается в принудительную реальность, которой нельзя избежать и формы которой человек часто не имеет возможности выбирать. Особый способ группирования людей в больших городах и коллективах порождает некую «заразительность» определенных психических настроений, переживаний, оценок. Сходство происходящих при этом процессов обусловливает формирование сходных типов возникновения и переживания психических состояний, сходных способов мотивации и оценки поступков. Таким образом, усреднение условий труда и образа жизни, восприятия и потребностей, возможностей и перспектив превращает участников производства в достаточно однородную массу. Феномен массовизации всех сфер общественной жизни захватывает сферу духовного потребления, быта, досуга, формирует стандарты духовной жизни. Все это постепенно становится основой для формирования специфического климата и духа массовой культуры: «цивилизация XIX века автоматически создала тип человека массы». Особый динамизм жизни, усиление интеграционных процессов, в частности благодаря развитию транспорта и коммуникаций, уничтожающих ощущение расстояния и удаленности, способствовали формированию и закреплению однородности, одинаковости жизни и ее проявлений. Складывающееся и все шире распространяющееся массовое общество, в котором люди обходятся без индивидуальных различий, известный канадский философ и культуролог М. Маклюэн назвал глобальной деревней. «То, что раньше воспринималось как количество, теперь предстает перед нами как качество;

оно становится общим социальным признаком человека без индивидуальности, ничем не отличающегося от других, безличного «общего типа»1. Иначе говоря, количественный рост массовости сменяется качественным изменением масс, становящихся субъектом всех социально-культурных процессов. Итак, становление и выход на арену общественно-политической жизни «масс», выступающих как существенный фактор внутреннего движения и развития общества, подготовили появление человека массы.

История Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Вопросы философии. 1989. – № 3. – С.118;

С.120-121.

социального зарождения этого феномена, культурные условия его становлений и психологические характеристики массового человека как типа представлены в сочинениях А. Герцена и Г. Лебона, Д. Мережковского и Г.Тарда, X. Ортегии-Гассета и М. Хоркхаймера, Т. Адорно и С. Московичи, которые в разных аспектах, под разным углом зрения описали процесс становления массового общества и формирование массового человека. Выделение массового человека из недр массовой культуры означало окончательный переход процесса массовизации из количественной фазы в качественную, ибо сформировался новый тип личности со специфическим набором свойств и характеристик, с жизненными ролями и социальными функциями. Этот переход был обусловлен развитием средств массовой коммуникации и последовавшей массовой информатизацией общества, которая способствовала созданию и распространению массовой культуры и в современной своей фазе воспитала массового человека. Еще Маклюэн указывал на связь между развитием средств массовой информации и приходом массовой культуры. Теперь эта цепь продолжилась следующим звеном – формированием массового человека. После этапа индустриального капитализма, базировавшегося на владении средствами производства, что было достаточным основанием и для реализации власти, после этапа финансового капитализма, непосредственно опирающегося на власть денег, наступает этап «символического»1 капитализма, где власть основана и осуществляется через средства коммуникации путем управления информационными потоками. Объединив мир, информационные сети стирают различия между столицей и периферией в плане доступа к информации. Например, если в начале XXв. в США в сфере информации насчитывалось около 10% всех работающих, то к концу 1990-х гг. обработкой информации занималось более 2/3 работающих. В 1995 г. на конференции в Брюсселе среди других был принят проект создания глобальной электронной библиотеки, глобальной сети электронных музеев и картинных галерей, что должно обеспечить доступность Московичи С. Век толп. – М., 1998. – С.248.

всех достижений мировой культуры даже в самых отдаленных уголках планеты. В то же время объем функционирующей информации далеко не равен объему знания, так как существует много одноразовой, обслуживающей саму информационную инфраструктуру информации, которая не только не несет прироста полезного знания, но и оставляет «загрязнения» культурной среды. Информационные технологии могут быть использованы как для аккумулирования необходимой обществу информации, так и для невидимого, но весьма эффективного управления людьми, для воздействия на их сознание. С развитием средств информации и коммуникации, транслирующих, оперирующих, трансформирующих, дозирующих информацию, наступает этап некоего информатизационного управления обществом, когда власть основана и осуществляется путем управления информационными потоками. Постепенно становится невозможной самостоятельная духовная жизнь человека, которая не была бы поглощена «организованной» жизнью информационного общества. Подключение современных информационных технологий к процессу управления мнениями дает возможности осуществлять воздействие на целые народы;

управляя общественными настроениями, направляя их в нужное русло, власть может добиваться радикального изменения расстановки сил в обществе. В современном информационном обществе создаются особые высокие технологии, позволяющие фактически создать виртуальное культурное пространство за счет формирования нужного типа сознания и культуры. Средства коммуникации становятся главным инструментом влияния в современном обществе, основным средством осуществления властных стратегий правящих групп. Средства коммуникации не только влияют на массы, но и «производят» их. Если в «доинформационный» период человек массы был скорее понятием, тенденцией, то информационные технологии способны массово «производить» подобного человека по общим «лекалам», и его массовость становится неизбежной и естественной. Общее информационное поле в современном обществе – это целостная система коммуникации – развлечения – управления, структурированная по социально значимым векторам, отражающим приоритетные ценности общества, а точнее, его управляющей группы. Целью ее является сохранение общества через сохранение господствующей структуры приоритетов и ценностей: ценности отражают интересы власти, а структура их воспроизводится информационным полем, создаваемым системой средств массовой информации, в результате поддерживается непрерывность власти. Так, в книге известного современного писателя В. Пелевина олигархи обмениваются своими «производственными секретами»: «Если ты хочешь купить пару улиц и не иметь потом бледный вид, надо, сначала сделать так, чтобы над ними торчала твоя телебашня»1. Кто не просто располагает информацией, а может ею распоряжаться, ее транслировать и тиражировать, тот имеет реальную власть. Основной целью действия информационного поля является обеспечение управляемости общества. Массовая культура в целом есть феномен в той же мере социальнополитический, сколь и культурно-художественный, а массовый человек как потребитель массовой культуры – феномен в той же мере политический, в какой культурно-психологический. Через создание определенных образов, объединяющих людей на основе не столько даже совместного, сколько одновременного и однотипного их переживания, формируется разновидность личности, которая, как и современная массовая культура в целом, является продуктом серийного производства. И известную формулу власти «разделяй и властвуй» следует трансформировать адекватно условиям массового общества: «объединяй и направляй» (объединение в этом случае подразумевает скорее массовое программирование в едином направлении). Массовый человек – это прежде всего объект социального манипулирования с помощью современных форм властных технологий. Анализируя данный феномен, необходимо его традиционные культурно-художественные и психологические характеристики дополнить анализом соответствующих политических реалий.

Пелевин В., Generation «П». – М., 1999. – С.228.

Характеризуя массового человека, многие авторы, в частности французский психолог С. Московичи, говорят не о человеке массы, а о человеке толпы, ибо масса традиционно понимается как объединение людей по тому или иному признаку или принципу, способное к самоорганизации и деятельности в соответствии с осознанием своих интересов. Толпа – это скопление разрозненных, атомизированных индивидов, которых связывает лишь то, что они оказались в сфере действия единого силового поля массовых коммуникаций. Их объединяет не столько их воля или даже настроения, сколько действие на них внешней по отношению к ним силы, стремящейся посвоему организовать их, чтобы сделать управляемыми. Эти внешне социализированные, но по сути разобщенные человеческие атомы, внутренне клишированные до безликости, хотя внешне сколь угодно разные, образуют, в терминологии разобщают их, Московичи, поскольку «толпу вытесняют на дому»1. Средства массовой коммуникации, включая СМИ, массифицируют людей и в то же время традиционные непосредственные контакты, собрания, встречи и т.п., заменяя личное общение телевидением или компьютером. В конечном счете получается так, по словам Московичи, что каждый оказывается в составе вроде бы и невидимой, но вездесущей массы. Человек все чаще представляет себе действительность не в соответствии со своим личным восприятием, а через отражение ее в СМИ, через образ этой действительности, сформированный ими. Но и эту, «отредактированную» СМИ, действительность человек фактически воспринимает не сам, ибо и он «пересоздан» манипуляциями СМИ, поскольку техномодификации подвергается не только действительность, но и восприятие человека. Возникающие и меняющиеся изображения, ракурсы и т.п. не просто удерживают внимание зрителя, а навязывают ему определенную скорость переключения ракурсов, ритм и характер восприятия. Таким образом, вниманием воспринимающего, его распределением и организацией управляет техномодификатор. Пребывание в подобном управляемом состоянии, когда Московичи С. Указ. соч. – С.239.

виртуальная толпа массовых людей одновременно впитывает внушенное с экрана содержание, В. Пелевин именует «опыт коллективного небытия»1. СМИ активно вторгаются в подсознательные структуры человека, используя символику, имеющую опору в глубинах подсознательного. Комбинируя сознательные и подсознательные воздействия, они создают и активно распространяют социальные мифы – культурную форму описания и объяснения действительности, получившую новое бытие в XX в. Совокупность мифов, трансформирующая систему представлений и мотиваций личности, выступает как тотальное средство модификации представлений о жизни у управляемых мифами людей. Таким образом, создается способ управления жизнью через сознание, которое наполняется смысловыми матрицами, оживающими в нужных идеях и образах. Наполнение, структурирование, организация сознания становятся специальным видом властных технологий: меняя одну матрицу на другую, можно заменить содержание «жизни», протекающей в заданных матрицей рамках. Совокупность управляющих мифов не только внушает определенный тип поведения, но и программирует определенный тип мышления. Создаваемые СМИ мифы тиражируются, выдаются за истинную реальность, заменяя собой исходную реальность в сознании человека. Эта искусственная реальность трансформирует сходным образом одновременно для больших масс людей всю систему традиционных способов восприятия и мышления. Люди «входят» разными в пространство такой мифопорождающей «машины», но выходят одинаковыми, причем одинаково безликими, ибо лица становятся отражением общей идеи, заложенной в эту «машину». Информационные технологии – это новый тип в отношении человека и общества с техникой, которая прежде только служила человеку, копируя, дублируя, продолжая его деятельность, а теперь активно вторгается в его жизнь. Информационные технологии создаются человеком, но по мере своего усложнения они способны как бы приобретать независимость, а логика их Пелевин В., Generation «П». – М., 1999. – С.105.

функционирования по-новому объединяет общество и создает новые условия, контекст и возможности управления. Как и любое достижение науки и техники, человек может обратить во вред себе и собственному существованию информационные технологии, о чем свидетельствуют так называемые информационные войны, порожденные реальностью XX в. Эта война нового типа сводится к индоктринации специально организованной информации в сознание объекта. Особую роль в информационной войне играют СМИ и массовая культура как канал влияния на массовое сознание. Можно сказать, что система манипулирования сознанием с помощью масскульта по сути является формой информационной войны, которая ведется за власть над умами и душами современного массового человека. Современный массовый человек и современная массовая культура обусловлены друг другом. Глядя на свое отражение в зеркале массового искусства, массовый человек перестает ощущать собственную малость и незначительность, ибо убеждается, что он такой, «как все». Современный масскульт легитимирует мир маленького человека и его маленькие повседневные ценности, и, привычно потребляя массовую культуру, человек уже не замечает тривиальный и нетворческий характер собственной жизни, и самой массовой культуры. Ложность соотнесений с реальной жизнью порождает ложное сознание, человек как бы лишается духовного измерения в своем восприятии жизни и не имеет аутентичных ориентиров. Потребительство, становящееся доминантой жизни, определяет его отчуждение от творчества. Даже если человек не осознает этого, такая отчужденность ощущается им как неполнота жизни, порождает смутную неудовлетворенность, выливающуюся в поиск сомнительных компенсаций в виде острых, жестоких зрелищ, необычных переживаний и приключений и т.д. Таким образом, духовное потребительство, заменившее творческий дух, выливается не просто в культурную апатию, но в апатию агрессивную: человек все время чего-то требует от мира, но ничего не дает ему сам;

он только расходует сконцентрированный в культуре труд множества предшествующих поколений. Но, как пишет X. Ортега-и-Гассет в «Восстании масс», «все эти легко достижимые блага держатся на определенных и нелегко достижимых человеческих качествах, малейший недобор которых незамедлительно развеет прахом великолепное сооружение»1 наличной культуры. Массовый человек поглощает и потребляет все, что может предоставить ему общество, полагая, как упрекает его Э. Фромм, что «мир – это один большой объект для удовлетворения нашего аппетита»2. Удобная инфантильность не позволяет сформировать серьезное адекватное отношение ко многим жизненно важным вопросам, даже собственную жизнь потребитель часто не столько проживает, сколько имитирует стереотипы, предлагаемые масскультом. Демократизм массовой культуры является мнимым. Культура для всех – это лишь безразмерность критериев, неопределенность оценок, однородность вкусов. Как справедливо отмечал поэт М. Волошин, «если для мира материального принцип демократизма верен и необходим, то настолько же для мира духовного необходим принцип аристократизма...» В принципе «искусство для всех» он усматривал ложный демократизм, ибо в этом ему виделось требование уравнивания роста мастера с уровнем преобладающего в массе неразвитого вкуса и невежества;

настоящее искусство не может и не должно быть «общедоступным», оно должно быть «для каждого», но отнюдь не «для всех». Русский философ К. Леонтьев писал, что в подобном царстве стандарта, одномерной середины тонет все изящное, глубокое, выдающееся, все поглощается мещанством и сводится к скудному и ограниченному удобству восприятия. В современном масскульте исчезает стимулируемая настоящим искусством мотивация к внутреннему развитию. Новую разновидность социального человека, ищущего и в искусстве лишь прагматической пользы, философ и социолог Г. Маркузе назвал «одномерным человеком». Пошлость и 1 Ортега-и-Гассет Х. Эстетика. Философия культуры. – М., 1991. – С. 319. Фромм Э. Душа человека. – М., 1992. – С. 155.

усредненность мировосприятия такого человека приводят к искаженным формам самоутверждения, в частности к желанию снизить то идеальное, высокое, что массовый человек еще может наблюдать в жизни или видеть в подлинном искусстве, но что сам не способен чувствовать. Деромантизация и дегероизация взгляда на жизнь становятся основой дегуманизации человеческих отношений и чувств, снижения самого образа человека. Масскульт снижает планку любой идеи, любой проблемы, любого явления до уровня своего потребителя, тем самым лишая и человека, и действительность их истинного уровня и значения. В то же время, З. Фрейд писал, что человеку необходим герой, который, будучи верен своей миссии, способен приподнять целый пласт человеческой жизни. Образ героя в искусстве – это свидетельство возможности человеческой природы и человеческого духа подняться над соображениями сиюминутной выгоды и обыденной суеты, явить истинную сущность Человека, богатство его личности, и у человека должно быть сформировано представление о своих вершинах как о точке отсчета в оценке собственных проявлений. В современном обществе, в котором во многом разрушены традиционные культурные ориентиры и ценности, сообщающие истинный масштаб жизни и личности, массовый человек не только не ощущает какой-либо своей культурной или нравственной недостаточности (вспомним Шарикова из «Собачьего сердца» М. Булгакова), но, напротив, он наиболее удачно вписан в культурный “интерьер“ общества, приспособлен к нему. Личность, как известно, представляет собой системное и целостное образование, не сводимое к какой-либо одной стороне проявления человека или какой-либо конкретной форме его социального поведения. Массовая культура фрагментирует личность, лишая ее целостности, и сужает ее ограниченным набором стереотипных проявлений, которые все с меньшим основанием можно считать поступками. Происходит процесс одновременно и омассовления людей, и распадения их общности, которая может основываться на взаимодействии личностей, но не на их изоляции. О разрушительной силе индивидуализма еще в XIX в. писал великий русский философ Вл. Соловьев: «Чрезмерное развитие индивидуализма в современном Западе ведет к своему противоположному – к всеобщему обезличению и опошлению. Крайняя напряженность личного сознания, не находя себе соответствующего предмета, переходит в пустой и мелкий эгоизм, который всех уравнивает»1. Само отношение к человеку, как и его собственная самооценка, основывается не на наличии у него каких-либо общественно ценных способностей, достоинств и их проявления, а на величине спроса, которым он или его способности пользуются на рынке. Человек предстает не как личность, имеющая самостоятельную ценность, а как товар, имеющий свою цену, как и все остальные товары на рынке. Человек и сам начинает относиться к себе, как к товару, который следует продать по возможно более высокой цене. Чувства самоуважения становится недостаточно для уверенности в себе, ибо человек начинает зависеть от оценки других людей, от моды на его специальность или способности. Рыночная ориентация, как утверждал Э. Фромм, искажает структуру характера человека;

отчуждая его от самого себя, она и лишает индивида его индивидуальности. Христианский Бог любви терпит поражение от рыночного идола наживы2. Замена человеческих отношений психотехнологическими манипуляциями, кризис личности, феномен духовночувственной недостаточности человека, его атомизация представляются опасными симптомами деформации социальности. Культура замещается совокупностью социальных технологий, и происходящий процесс по сути становится процессом глубоко бескультурным, ибо внешняя цивилизованность все более расходится с подлинным смыслом культуры как явления, принципиально социального по природе и смыслу и духовного по содержанию. Итак, мощный поток разрозненной, сумбурной, неорганизованной информации лишает человека возможности нормально размышлять, сопоставлять, анализировать. Эта совокупность сведений непрерывно меняется, 1 Соловьев В.С. Три силы // Соч. В 2 т. – М., 1989. – Т. 1. – С.25. См.: Фромм Э. Психоанализ и религия // Э.Фромм. Иметь или Быть? – Киев,1998.

трансформируется, составляя, как в калейдоскопе, то один, то другой узор. При той степени информатизированности общества, которая существует сейчас «достаточно одного пера для того, чтобы привести в движение миллионы языков»1. Современная экранная культура предлагает человеку информацию – здесь и сейчас. Это, конечно, способствует выработке представления, так сказать, о текущем моменте, но человек разучается держать в голове долговременную перспективу, строить ее. Еще в 1964 г. Г. Маркузе в книге «Одномерный человек» обратил внимание на обусловленное экранной информацией формирование нового типа массового мышления, когда психика работает в режиме не осмысливающего восприятия, а импульсивного реагирования. В этом случае процессы происходят на досознательном уровне, информация не успевает осознаваться2. Кроме того, коллажи и фрагменты монтируются так, что при всей своей красочности и даже выразительности не создают, а скорее разрушают целостное впечатление, формируют плоскостное, «комиксное» восприятие, вытесняющее привычку мыслить и переживать. Все исчерпывается ближайшей реакцией и быстро «растворяется», поэтому и вся художественная продукция должна быть «быстрорастворимой». Сложившийся социально-политический и культурно-психологический контекст господствующей культуры К определяет можно характерные отнести черты массифицированной личности. ним социальную дезориентированность относительно ценностей и приоритетов даже жизненно важного плана (цель и смысл жизни, жизненный идеал и т.д.). У массового человека понижена способность к рассуждению, на него большее впечатление производит не аргументированный и обоснованный анализ, а энергичное, уверенное, пусть и легковесно бездоказательное утверждение: подчиняя волю, оно снимает с человека необходимость принимать самостоятельное решение, а следовательно, и нести ответственность. Массовый человек нередко бывает сентиментален, однако в то же время он не чувствителен к чужой боли, не 1 Тард Г. Мнение и толпа // Психология толп. – М., 1998. – С.308. См.: Marcuse G. One-dimensioned Man. – L., 1964.

склонен (в известной мере вследствие частичной атрофии эстетических чувств и способностей) к сопереживанию, эгоистичен, равнодушен к мнению, достоинству и даже жизни другого человека. Похоже, будто утрачен какой-то особый нерв, отвечающий за чувство причастности к самому человеческому роду, и эту свою связь с ним человек уже не ощущает. В жизни плане в своего культурного массовой проявления массовый человек самого характеризуется специфическим типом восприятия, порождаемым опытом контексте культуры. Конвейеризация художественного производства, разбиение его на отдельные технологические операции, как в любом другом производстве, привели к подмене его духовносмысловой актуальными значимости на ТВ, зрелищно-техническим куда наиболее совершенством. Самыми продвинулись информационные технологии, стали разного рода шоу, где человек развлекается, не напрягаясь, ибо здесь самым большим мысленным усилием для него является выбор между уже сформулированными точками зрения, которые, как правило, различаются довольно несущественными деталями. Превращение массового искусства в технический эрзац культуры нивелировало собственно художественный вкус, а плоскостное восприятие, сформированное экранной (а не книжной) культурой, ослабило способность к размышлению, глубинным ассоциациям, перспективному воображению. На этом фоне психологи отмечают снижение способности к концентрации, следовательно, к умению и способности сосредоточения (а значит, к обучению), т.е. разрушается основа, на которой возможно формирование глубоких устойчивых чувств, способности сопереживания и т.п. Замену идеалов и ценностей стандартами и модой можно рассматривать как следствие разрушения способности к долговременному, перспективному построению мыслительно-образных программ, что формирует упрощенный, вульгаризованный взгляд на действительность, который к тому же деромантизирован даже у молодежи. Особенностью массового человека становится то, что он не только отвыкает от отвлеченных умственных усилий, но и часто предпочитает иллюзию, благодаря которой он обретает спокойствие. Такое состояние представитель американской трансперсональной психологии Ч.Тарт называет согласованным (координированным) трансом1, считая это разновидностью измененного состояния сознания в отличие от сознания, полностью осознающего себя... Массовое сознание имеет внутренние устойчивые компоненты – общие установки, ценности, ориентации, мотивы и внешние, подвижные проявления в виде массовых настроений, отражающих динамику состояний массового сознания. Тот, кто имеет возможность влиять на эти настроения, формировать или регулировать их, тот фактически управляет течением субъективной психической жизни масс. «Охватывая значительные количества людей, массовые настроения оказываются именно тем механизмом, и который роль обеспечивает политико-психологическую интеграцию... играет своеобразного «спускового крючка», как бы включающего, инициирующего, а затем регулирующего то или иное политическое поведение»2. Бессвязность мышления и фрагментарность модели мира, складывающейся у массового человека, позволяют навязать ему нужную систему мифов, по которым человек будет выстраивать свою реальную жизнь и оценивать ее. Социальные психологи отмечают повсеместную дебилизацию населения – у нас, в США, в Европе, что расценивается как результат тотальной политики формирования массового человека. Сознание массового человека насквозь структурировано немногими, настойчиво внедряемыми в него утверждениями, которые, бесконечно транслируясь средствами информации, образуют некий невидимый каркас из управляющих мнений, установлений, ограничений, определяющий и регламентирующий реакции, оценки, поведение публики. Как замечает английский социолог М. Арчер, «информационный человек» (так вполне можно назвать массового человека информационного общества) – это всего 1 Tart Ch. Waking up. – Boston, 1989. Ольшанский Д.В. Массовые настроения в политике. – М., 1995. – С.5.

лишь гуманоид, информатизация же – всего лишь соответствующий современной фазе развития вариант позитивизма1. Массовый сохранения и человек, появившийся этого как продукт ибо информационного поддерживает и общества, в результате модификации его сознания становится условием воспроизведения общества, воспроизводит и систему ценностей, и систему власти. В этом назначение массового человека и причина культивирования его характерных качеств правящей элитой. Происходит как бы самоорганизация и самоуправление общества в результате сращения человека и информационных сетей в единых технологиях общей системы. Специфичность данного этапа развития общества в том, что, возможно, впервые складывается некий искусственный социотехнический организм, функционирующий как естественный, телом которого является социум, сознанием – совокупность информационных технологий, а массмедиа выполняют функции нервной системы. Можно сказать, что массовый человек соединяет в себе два типа характера из выделенных Э. Фроммом четырех непродуктивных для общества: пассивного, эксплуататорского, накопительского, и рыночного (в частности, «рыночный человек» – это тот, кто видит в себе самом товар, не имеет чувства самоидентичности, оценивает себя в зависимости от своей успешности, не имеет лица). Массовый человек имеет рыночный и в тоже время пассивный характер, т.е. он вдвойне непродуктивен для общества. Таким образом, массовый человек становится объектом управления, он перестал быть автором даже собственной жизни, поскольку утратил творческий потенциал, а также способность и желание его реализовать. Массовый человек не является и автором массовой культуры: ее создает не он, но для него – другие, те, кто ставит целью управлять массами и писать для них «содержание и образ их Archer M. Theory, Culture and Postindustrial Society // Theory. Culture and Society. – 1990. – vol.7.-№ 2/3. – P.97.

жизни»1. Сам массовый человек оказывается лишь пленником массовой культуры. Таким образом, современная массовая культура выступает как комплексная форма организации и структурирования культурной жизни общества, производя и культурный продукт, и его потребителя, что осуществляется во многом благодаря усилиям СМИ. В своей совокупности СМИ создают определенные представления о мире и человеке, о наиболее значимых ценностях и понятиях, при этом способствуя разрушению традиционно ценимых, но ставших ненужными качеств.

2.3. Особенности самореализации личности в условиях массовой культуры трансформирующегося российского общества Среди множества функциональных назначений культуры, в том числе массовой, существует одна важная функция, которая связана с обеспечением согласованных форм жизнедеятельности разных ее носителей. Это означает, что культура позволяет оптимально адаптироваться конкретной личности к меняющимся внешним и внутренним условиям существования. Выступая как субъект, личность развивает социальный опыт и продвигает его на более высокую ступень. Культура является основным средством самореализации личности, включает в себя накопленные человечеством знания, нормы, ценности, образцы и отражает духовный мир отдельных индивидов, социальных общностей, всего социума. Главными общекультурными механизмами, способствующими самореализации личности, выступают системы воспитания и образования. При этом каждый этнос отрабатывает свои особенности воспитательных процессов, характерные для него, которые закладывают в сознание человека именно те консолидирующие чувства, образцы поведения и мироощущения, нормы Фромм Э. Психоанализ и этика. – М., 1993.

идентичности и солидарности, которые наиболее актуальны на данном историческом этапе развития культуры. В условиях информационной массовой культуры большое значение имеют традиции, сложившиеся в социуме. Именно они транслируют ценности. Все это свидетельствует о том, что в процессе воспитания действуют и такие конкретные механизмы культуры, как освоение традиций, подражание ребенка взрослым и другие. По мнению Ф. Хайека, «большую часть знания нам дает не непосредственный опыт и не наблюдение, а непрерывный процесс «пропускания через себя» усваиваемых традиций. Традиция – это отбор без чьего бы то ни было ведома и чьих бы то ни было намерений…. В процессе отбора, формирующего обычаи и мораль, могло учитываться количество фактических обстоятельств большее, чем то, которое могли воспринимать индивиды;

как следствие этого, традиция в определенных отношениях выше и «мудрее» человеческого разума»1. Сохранение исторически сложившихся культурных традиций этноса – залог стабильного развития общества. Это не значит, что традиция – нечто застывшее, константа. Они способны изменяться, трансформироваться, в соответствие с современными условиями в процессе социокультурного творчества личности. Традиции – один из важнейших способов адаптации личности, обеспечивающих преемственность между поколениями, основа культуры и духовности современного общества. В сложные периоды социокультурных трансформаций возрастает роль духовности, ибо она заключает в себе консолидирующее начало. В данном случае под духовностью этнической культуры понимается комплекс высших интегрирующих ценностей и представлений, ориентирующих носителей культуры на достижение высших целей своего развития. Нередко духовные ценности пронизаны религиозным, нравственным и философским содержанием. А. Солженицын в книге «Россия в обвале» хотя и говорит, что страна находится на грани потери своих духовных традиций, тем не менее, смотрит на ее будущее оптимистично, подчеркивая, что вопреки всему еще Хайек Ф. Пагубная самонадеянность. Ошибки социализма. – М., 1992. – С.133.

сохраняется тяга народа к общественной справедливости и нравственной жизни. Именно в критические, переходные моменты исторического развития культуре отводится главная жизне-и смыслообразующая роль. Можно сказать, что современный человек российского общества переживает «двойной удар»: во-первых, разрушаются морально-нравственные устои общества (сейчас можно спорить об их качественном заряде и истинной ценности, однако, они реально существовали);

во-вторых, внезапно стали доступны результаты развития информационных технологий (трансформация средств массовой информации, средств связи). В такой ситуации человек оказался не готов к столь резким изменениям последнего десятилетия: от «железного занавеса» – к безвизовым путешествиям;

от печатной машинки – к персональному компьютеру и мультимедийным технологиям;

от телеграфа – к мобильным телефонам и всемирной паутине Интернета. Изменилось все: экономические, социокультурные, информационные и другие условия. Эти явления определяют актуальность адаптации, так как без нее невозможно «включение» личности в социокультурную реальность и ее реализация как субъекта. В сложной переходной ситуации важными становятся способы адаптации, которые помогают человеку осмыслить происходящее, ориентируют в знаниях, нормах, ценностях. Освоение культуры становится условием адекватного восприятия действительности и существования в данном обществе. Можно сказать, что культура создает определенный тип личности, и ее адаптационная функция переходит в человекотворческую. Из этого следует, что общество, уделяющее максимальное внимание культуре, получает, благодаря ей, максимальные возможности, трансформируется. Напротив, общество, которое пренебрегает культурой, встает на путь самоубийства. Культура, выполняя человекотворческую функцию, способствует созданию социального типа личности, соответствующего требованиям данных социально-исторических условий.

Современное российское общество нуждается в социальном обновлении, которое станет возможным лишь при формировании культурой творчески активных личностей, способных к свободной самореализации отказ от своего потенциала, и к мобильной трансформации в соответствие с изменяющимися социокультурными условиями. Произошедший коллективной жизнедеятельности вызывает к жизни новую крайность – обособление личности и гипертрофированный индивидуализм. Между тем в отечественной культуре должны действовать механизмы, гармонизирующие общественные и личные начала. Яркая человеческая индивидуальность, духовно богатая личность должна стать общекультурной ценностью. Под ценностью понимаются важнейшие компоненты человеческой культуры, которые базируются на экзистенциальной активности личности как субъекта культурного творчества, его диалоге с другими личностями. Ценность – то, что чувства людей диктуют признать стоящим над всем и к чему можно стремиться, относиться с уважением, признанием, почтением (П. Менцер). Однако в условиях массовой культуры культивируются в основном материальные ценности. Из этого следует необходимость создания определяющей роли моральных ценностей, при внимании к материальной стороне жизни, как условию нормального, комфортного существования современного человека. Следовательно, человек, осваивая нормы и ценности современного ему общества, не только приобретает определенные знания, но и получает мощный импульс для саморазвития, самореализации. Под воздействием удивительного мира культуры происходит пробуждение внутренних творческих потенций личности, которые развернутся в процессе жизнедеятельности человека, стремящегося к реализации своей самости. Если обратиться к сфере ценностей личности, то можно выделить их разнонаправленные векторы. Причем, у каждой личности наблюдается своя ценностная доминанта. Можно выделить следующую направленность ценностей: этическую, эстетическую, экономическую, научную, политическую.

Все они несут на себе отпечаток определенного мировоззрения, которое человек получает в процессе воспитания, образования, определяющего приоритеты в дальнейшей жизни. Общество, правящая идеология способны формировать предпочтения в направлениях ценностей. Так, в эпоху «развитого социализма» на первом месте находились этические или моральнонравственные и политические, общественные ценности. Может быть, не всеми людьми они были одинаково глубоко освоены, но общественное сознание было повернуто в их сторону. С начала 90-х годов ХХ века, связанных с экономическими экономического преобразованиями, порядка, начинают доминировать ценности и носящие индивидуализированную субъективистскую направленность. Ценности, заложенные культурой, находятся в основе интересов и потребностей личности. Они тоже могут иметь различную направленность и приоритеты. потребностей. Доминанта ценностей, носящих экономический характер, порождает преобладание материальных, предметно-вещественных интересов и И, наоборот, ценности этико-эстетические ведут к развитию художественных интересов и потребностей. духовно-нравственных, Н.Макиавелли назвал главной причиной деятельности человека, его проявления как субъекта – интерес, который вызван стремлением к удовлетворению потребностей: «…природа наделила человека способностью все мочь и ко всему стремиться, а фортуна позволяет ему достигать лишь немногого, то следствием сего оказывается постоянная пресыщенность людей тем, чем они владеют. Именно это заставляет…стремиться к будущему»1. Именно личность – субъект культуротворческой деятельности. Причем она не противостоит объекту, в данном случае культуре, а является составной частью неделимой субъектно-объектной связи: личность-культура. Диалектическое взаимодействие субъекта и объекта состоит в их взаимном переходе, деятельностном отношении друг к другу. Само существование субъекта Макиавелли Н. Избранные сочинения. – М., 1992. – С.445.

(личности) возможно лишь при наличии культуры (социума) как объекта и наоборот. Самореализация представляет собой реализацию личности в мире, реализацию ее творческих возможностей силами самой личности. Стремление к самореализации – отличительная, значимая потребность личности. Потребности условно разделяются на морально-нравственные и материальные. Причем, они могут носить как внутренний, так и внешний по отношению к человеку характер. Потребности являются основными побудителями деятельности личности, источником ее активности. Потребности раскрывают внутреннее состояние индивида, его желание овладеть определенными структурами внешней среды или же стремление придать им какие-то конкретные формы и качества. А. Маслоу считает, что потребности поддерживают индивида как активную целостность. до Они могут быть расположены им на шкале имеет от пять биологической социальной. Предлагаемая шкала последовательных ступеней: – физиологические потребности, обусловленные метаболическими процессами: пища, воздух, выделения организма, температурный баланс, размножение;

потребность в безопасности, связанная с защитой индивидом своей потребность в социальных связях, т.е. в отношениях с другими потребность в признании, уважении, которая имеет два аспекта: потребность в самореализации, связанная с проявлением жизненной среды в физическом и социокультурном смыслах;

людьми, межличностной привязанности и любви;

самоуважение и признание со стороны других;

индивидуальных способностей, склонностей, свойств1. Потребность в самореализации, самовыражении – одна из высших, связана с творческой деятельностью.

Необходимо отметить, что См.: Маслоу А.Г. Дальние пределы человеческой психики. – СПб., 1997.

удовлетворение потребности самореализации не всегда происходит в профессиональной деятельности. Так на первый план выходит сфера свободного времени, создавая условия для творческой социокультурной деятельности. Свое внутреннее «Я» человек выражает в процессе творчества в художественных, научных, технических и других коллективах или в индивидуальных занятиях в домашней обстановке. Однако, самореализация и отношение к ней – это не только субъективное проявление личности, но и отражение современного социума, социокультурной «погоды» общества. Высокоразвитая личность стремится к яркому, индивидуальному самовыражению в культурной деятельности (в любой ее сфере). Так, самореализацию можно охарактеризовать как некую потребность реализовать самого себя, так и которое может быть побуждена Потребность как в внутриличностными, Вопрос о внешними факторами. характеризуется самореализации и творчестве трансформируются через культуру. самореализации нелинейной многокомпонентностью. Самореализация личности зависит как минимум от двух внешних факторов: востребованности личности и условий для ее развития, и двух внутренних: природных способностей, которые формируются и развиваются в процессе социализации. При этом каждый из четырех компонентов взаимосвязан с тремя другими (проявление нелинейности). Потребности и интересы личности реализуются путем воплощения ее способностей. С. Рубинштейн прямо указывал на то, что «ядро способностей» – это психические процессы, посредством которых регулируются усвоенные операции, качество процессов регулирования 1. Как нет двух одинаковых личностей, так и нет абсолютно идентичного набора способностей. Но основные черты, характерные для определенного уровня способностей, можно выделить и объединить в несколько групп. В зависимости от способностей См.: Рубинштейн С.Л. Проблема способностей и вопросы психологической теории // Исследования проблем психологии творчества. – 1960. – №3.

личности, можно выделить различные варианты личностной самореализации по возрастающей: повтора;

мастерство. Можно характеризовать как исполнительную деятельность с элементами свободного творчества и высокого уровня воспроизведения. В данном варианте личностной самореализации уже проявляется важность роли самой личности, ее видения той деятельности, которую она осуществляет;

талант. Это уникальное сочетание целого ряда способностей, нестандартностью, единичностью, высоким уровнем которое позволяет получать результат, отличающийся новизной, авторской самобытностью, совершенства. Для такого результата характерна общественная значимость, которая не тождественна общественному признанию. Идеи, мысли и поступки талантливых людей зачастую опережают время, идут впереди современников. Вследствие этого личности-таланты, как правило, при жизни оказываются непризнанными и невостребованными. Яркий пример: общественнополитическая деятельность академика А. Сахарова, который вел борьбу против тоталитарного режима, сопровождавшегося гонкой ядерных вооружений. Лишь сегодня становится понятным его стремление к подлинно человечному и духовному обществу. Талант включает в себя мастерство как необходимую составляющую;

гениальность. Крайне редкое сочетание талантов и способностей, которое проявляется в осуществлении сдвигов, создании принципиально нового, носящего краеугольный характер в сфере творчества глобального масштаба. неразвитые способности (в силу педагогической запущенности или репродуктивная деятельность. Она соответствует средним, рядовым иных социальных факторов). Это самый низший и непродуктивный уровень;

способностям, которые позволяют воспроизводить известное путем простого Таким образом, самореализация – диалектический противоречивый процесс самодетерминации личности, который воплощается в реализации внутреннего потенциала личностной внутренней структуры. Личность, самореализация которой осуществляется в эпоху массовой культуры, находится перед выбором между культурным многообразием современного мира и своими этническими культурными корнями. В настоящее время, характеризуемое как время великих перемен, время кризисного состояния возникает необходимость понимания трансформирующихся механизмов самореализации личности. По мнению ряда современных аналитиков, причина современного кризисного состояния России кроется не только в социальной пассивности населения и экономической отсталости, сколько в трудности адаптации традиционного комплекса отечественной культуры к современной мировой динамике. Необходимо отметить, что в условиях российского общества с целью самореализации в зависимости от происходящих в ней изменений, личность вырабатывала различные способы (механизмы) социокультурной адаптации. В советский период культурно-ценностные преобразования общества носили двоякий характер. С одной стороны, – социалистический тип переустройства общества привел к индустриализации с экономическим ростом, утилитарному отношению к природным богатствам, технизации сферы труда, с другой стороны – образ позитивного будущего получил распространение и поддержку со стороны массового страну. сознания, что позволило стороной консолидировать устранение полиэтническую Положительной явилось бесписьменного состояния отдельных народов. В то же время искоренялись религиозная вера, чувства этнонациональной идентичности, локальные формы жизни. Социальное обновление, наряду с возможностями продвижения вперед, закладывало проблемы, связанные с насильственным разрушением традиционных культурных устоев1. Вместе с тем, позитивные составляющие советского общества не получили соответствующего развития во второй половине ХХ века, в условиях мировых процессов глобализации. Наиболее уязвимой стороной становится неспособность к трансформации, к актуализации личностью своего собственного творческого потенциала. Таким образом, личность в советский период развития российского общества с одной стороны получила возможность для удовлетворения своих разнообразных потребностей, тогда как с другой – находилась под жестким идеологическим прессингом и была «закрыта» для мировых социокультурных процессов. В переходные и сложные периоды развития, которые в частности переживает современное общество, особую важность механизмы. приобретают Внутренние индивидуально-личностные адаптационные индивидуальные механизмы – те свойства в структуре личности, а также особенности характера, способности человека, которые позволяют ему самореализоваться, осваивать культуру, адаптироваться и видоизменяться, усваивая одни воздействия извне и отклоняя другие. С учетом функциональных особенностей массовой культуры, рассмотрим основные адаптационные механизмы, способствующие самореализации личности в условиях переходного периода. Общесоциальные механизмы адаптации личности, к которым можно отнести социальные институты, организации, учреждения, являющиеся динамичным аспектом отношений в обществе, включающим в себя выбор альтернатив действия, принятие решений и стратегию действия в зависимости от ситуации. Примером действия социальных адаптационных механизмов может служить стратификация. В ХХ веке резко возрос по численности и обрел внутреннюю дифференциацию так называемый средний слой, для которого Аванесова Г.А., Астафьева О.П. Социокультурное развитие Российских регионов: механизмы самоорганизации и региональная политика. – М., 2001.

характерны не только формальные экономические, но и содержательнокультурные признаки, такие как стиль и образ жизни, объем власти и авторитета, понятие о престиже. Так, под воздействием средств массовой информации и в тоже время на основе этнической, традиционной культуры формируются стереотипы поведения, характерные для определенной страны. С помощью стратификации поддерживается статусно-символическое положение каждого члена общества в социальной структуре. Одним из основополагающих социальных институтов является семья и родственные отношения, в рамках которых осуществляется первичная социализация и проходит значительная часть жизни каждого человека. В процессе социокультурной динамики особое значение приобретает смена поколений и возрастные отношения в семье. Коммуникативные адаптационные механизмы базируются на глубинных, традиционных составляющих человеческой культуры, таких как устная и письменная речь, и обеспечивающих социокультурную коммуникацию между членами общества. Данные механизмы основываются на способности людей чувственно-эмоционально реагировать на внешние воздействия, отображать окружающий мир в образах, понятиях, на возможности человека развивать абстрактное мышление, фиксировать его результаты разными способами, тем самым, накапливая их и передавая широкому кругу членов сообщества, последующим поколениям. Ценностно-нормативные механизмы адаптации включают в себя такие характеристики, как: простота-сложность, индивидуализм-коллективизм, открытость-закрытость. Адаптационные механизмы личности, направленные на поддержание специфических духовных форм культуры. Они включают в себя мифологическое сознание и философское познание, религиозную веру, морально-нравственные представления и проявляются в художественной, идеологической форме отображения действительности (как в народном фольклоре, так и в современной массовой культуре). В данном случае самореализация может происходить как в рамках этнонациональной культуры (например, художественное развитие народных промыслов, фольклора, традиционной для данного этноса профессиональной направленности), так и на основе развития массовой культуры. В то же время в процессе самореализации возможна трансформация, изменение и взаимообогащение традиционной и обновленной культур. Однако, действие данного адаптационного механизма имеет и оборотную сторону, создавая определенные противоречия. При отсутствии востребованности личность может направить вектор самореализации в негативную сторону, в русло криминальной субкультуры. Это тоже своего рода самореализация, однако, она ведет в конечном итоге к разрушению личности как целостности, морально-нравственной деградации и наносит урон культуре в целом. Большую роль в процессе самореализации могут сыграть идентификационные механизмы адаптации личности. Данные механизмы служат для соотнесения личностью себя с определенным типом культуры, где преобладают характерные для нее ценности и нормы. Личность, находясь под воздействием массовой культуры, тем не менее, довольно четко определяет свою этнонациональную принадлежность. В данном случае выявляется сущностное культурное ядро личности, которое носит этнонациональный характер и является первичным по сравнению с обновленной культурой общества эпохи постмодернизма. Этническая идентификация дает личности устойчивое основание для динамического взаимодействия в современном обществе, связывает настоящее с прошлым, обеспечивает историческую преемственность, служит исходной системой ориентации в мире. Существенное значение играет здесь «патриотизм, который может быть сильнейшей эмоцией, побуждающей даже пожертвовать своей жизнью за свою родину»1.

Белик А.А. Культурология. Антропологические теории культур. – М., 1998.

В настоящее время в России происходит некий возврат, но уже на более высоком качественном уровне, к понятиям сильного государства, действенной власти, патриотизма, гражданственности, служения Отечеству. Это сложный и длительный процесс, главной целью которого должно стать подлинное признание, непреходящей, высшей ценностью – личности, ее внутреннего мира и творческих возможностей. Для культурно-психологических механизмов характерно формирование стереотипов восприятия и поведения, определенного стиля общения, осознания принадлежности к этнической группе. Проявляя определенный стереотип поведения, стиль общения, характерный для определенной национальной культуры, личность может, не будучи членом данного этноса, найти возможность межкультурного контакта, сможет адаптироваться в непривычных условиях. Доминирующую роль в процессе фактор. адаптации личности играет образовательно-гносеологический современных условиях Соответствующие процесс механизмы характер проявляются в сфере образования и стремления личности к познанию. В образовательный приобретает непрерывности. Данная тенденция становится особенно актуальной в эпоху возврата и обращения к национальным корням, с одной стороны. С другой стороны позволяют – образовательно-гносеологические личности освоить новые адаптационные массовой механизмы культуры, проявления ориентироваться в динамичном информационном пространстве. При получении образования личность, приобщаясь к этнонациональной культуре, через изучение, в том числе, художественной культуры своего народа обязательно обращается и к обновленным проявлениям социокультурного пространства, новым проявлениям массовой культуры. Современное образование сложно представить без использования технических средств обучения и передачи информации, прочное место в последнее время стали занимать компьютерные технологии, Интернет, аудиовизуальные средства обучения, позволяющие представить традиционные знания и сведения в совершенно ином виде и облегчить восприятие их личностью. С развитием постиндустриального, информационного общества значительно увеличились потоки информации, доступные личности. Причем многие средства массовой информации проводят активно-агрессивную тактику навязывания определенной информации, точек зрения, взглядов. В таких условиях у личности возникают затруднения при выборе необходимой информации, которая находится в общем потоке сообщений. К адаптационным механизмам на наш взгляд, можно отнести защитные реакции личности, проявляющиеся в условиях кризисного состояния социокультурного пространства, что выражается в возврате к национальной культуре и абсолютизации ее ценностей. Этот процесс можно наблюдать в бывших республиках СССР. Распавшись, Советский Союз поставил личность в условия некоторого культурного вакуума, который стал стремительно заполняться западными образцами массовой культуры. Именно в это время произошло обращение определенной части населения к своим национальным корням, возврат к традиционной культуре, религии. Обращение к религии способствует выработке защитной реакции на нестабильность окружающего мира. Это связано с поиском ценностносмысловых ориентиров, когда личность ощущает неуверенность в себе, беспомощность перед духовным и экономическим кризисом. Отличительной особенностью 90-х годов ХХ века стало «нашествие» всевозможных миссионеров и сектантов. Пользуясь профессиональными психологическими приемами, они оказывали колоссальное влияние на прихожан, насаждая определенные взгляды и мироощущение, и зачастую преследовали сугубо корыстные цели. По нашему мнению, к защитным механизмам также можно отнести стремление личности в кризисные периоды замкнуться исключительно на себе, семейных и родственных отношениях;

полное безразличие и пассивное отношение к происходящему вокруг.

При активизации данных адаптационных механизмов возрастает значение семьи и родственных отношений как наиболее древнего социального института. В тоже время это благодатная почва для расцвета индивидуализма. Личность пытается, как бы оградить себя от социокультурного пространства с его гипертрофированной информационностью и техницизмом, доминированием средств массовой коммуникации, и в тоже время всплеском националистических настроений. В этих условиях личность реализует свои потребности и интересы в узком пространстве своего мира. Следующий адаптационный механизм можно определить как компенсаторный. Индустриальное развитие, все возрастающий темп жизни, технократическая идеология не дают возможности человеку удовлетворить свои потребности в общении, с одной стороны, и уединении, с другой. В процессе современного производства личность реализует лишь те способности, которые для него необходимы. Эмоции отходят на второй план;

подавление эмоций становится ученого неотъемлемой И. чертой современности. «проблема По мнению такие немецкого Эйбл-Эйбесфельдта, приняла масштабы, что люди уже озабочены своей неспособностью общаться даже с близкими родственниками»1. В традиционных обществах потребность в общении реализовывалась в коллективных ритуалах. Их результатом была выработка форм коммуникации, объединение людей, преодоление одиночества, чувство принадлежности к определенной группе. В современной культуре формами преодоления дефицита общения и эмоционального отчуждения, обретения общности становятся рокконцерты, танцевальные марафоны и другие массовые мероприятия. Образ жизни в традиционных культурах регламентировался чередованием будней и праздников, когда за интенсивным напряжением следовало время отдыха, позволяющее человеку освободиться от напряжения, достичь эмоционального равновесия, ощутить единение с этносом. Напротив, в Эйбл-Эйбесфельдт И. Общественное пространство и его социальная роль в культуре. – 1983. – №1. – С.119.

обновленной культурной ситуации существует искусственно созданный ритм жизни, где нет определенной цикличности в работе и отдыхе. Можно предположить, что стремление к перемене мест с целью отвлечься от однообразия и рутины повседневной жизни урбанизированного общества является еще одной стороной компенсаторного механизма самореализации личности. В последние годы наблюдается туристический бум в мировом масштабе. Миллионы людей пересекают океан, чтобы провести свои выходные или краткосрочный отпуск в другой стране, на другом континенте, в другом культурном пространстве. Вызывает сомнение, что данное стремление современности можно объяснить исключительно стремлением личности познакомиться с другой культурой. Современный человек, привыкший к калейдоскопичности, скоротечности и изменчивости окружающего мира, на наш взгляд, просто стремится сменить «картинку» привычного ему пространства на новую и тем самым отвлечься от однообразного и напряженного ритма жизни, получить новые эмоции. По данным аналитиков каждый год число российских туристов, отправляющихся на отдых за границу (дальнее зарубежье) увеличивается на 1520%. Так, в 2003 году по двадцати самым популярным направлениям россиянами было совершено 4056,6 тыс. поездок1. По нашему мнению, заграничные поездки на отдых в нашей стране, это еще и, кроме прочих факторов, подтверждение своей определенной статусности в обществе, демонстрация своих материальных возможностей. Стремление к природе, земле, можно считать еще одним компенсаторным механизмом адаптации личности в условиях современной культуры. Последние десятилетия проходят под знаком возврата человека к земле, желанием выращивать своими руками сельхозпродукцию (совсем не по одним лишь экономическим соображениям), стремлением выехать за город, на дачу во время выходных, приобрести дом в деревне. Данная тенденция наблюдается как в крупных, так и в средних и малых городах, обросших кольцом дачных и Деловой еженедельник // Компания. – 2004. – №9. – 1сентября. – С.60-61.

земельных участков, куда с наступлением тепла устремляются тысячи жителей урбанизированного пространства. Используя данный механизм, личность на новом витке как бы возвращается к своим истинным корням, просыпаются черты, свойственные крестьянину, земледельцу, который жил натуральным хозяйством. Происходит обращение к традиционным формам народной жизни, этнонациональной культуры, где связь человека с природой была постоянной и непосредственной. Подобным образом можно объяснить и столь популярные выезды горожан «на природу», за грибами и ягодами;

просыпается страсть к собирательству, охоте, рыбалке. Следовательно, в условиях современной культуры сохраняются основы традиций, культуры определенного этноса. Таким образом, личность стремится компенсировать те условия, в которых она постоянно находится;

стремится уравновесить отсутствие тишины, зелени, чистого воздуха, неспешного труда в городах путем обращения к природе. Однако и в кризисных развития условиях российского механизмы общества, личности которое между характеризуется кардинальной сменой вектора экономического, политического культурного адаптационные традиционной и обновленной культурами могут давать сбой. Появляется стремление личности «убежать», «скрыться» от реальной жизни, где она оказалась невостребованной или в одночасье потеряла свой социальный статус. Остро встают вопросы распространения алкоголизма, лавинообразного роста наркомании, различного вида тяжелых соматических и психических расстройств. Все эти факторы приводят к демографическим проблемам. Причем негативные тенденции в российском обществе имеют как экономические, так и ряд других причин. В их числе: социальноэкономический стресс, духовное неблагополучие и другие. Жизнеспособность населения зависит не только от материальных факторов, но и от нравственной атмосферы и эмоционального состояния общества.

Таким образом, можно делать вывод о том, что нестабильность, неопределенность, резкая смена парадигмы общественного развития в современной России вызывает активизацию и необходимость включения эффективных социокультурных способов самореализации личности, имеющих как внешнюю, так и внутреннюю направленность, функционирующих на общекультурном и индивидуальном уровне. На основе проведенного исследования были сделаны следующие выводы: Изучение вопросов взаимодействия личности и культуры позволило сделать вывод, что личность вступает в тесное взаимодействие с культурой, обусловливая сам характер культурной жизни, ее уникальность, и, наоборот, под воздействием бытия в культурном мире происходит развитие человеческой индивидуальности. Это означает, что личность-структурированная, динамичная, открытая целостность, для которой характерны объектносубъектные отношения с окружающим миром, с миром культуры. При этом развитие личности как целостной системы происходит в историческисоциальном пространстве, что особенно важно в наше время духовного возрождения России. Личность как целостная система является динамичной, постоянно усложняющейся, приобретающей новое место в современном высокотехничном мире. Исследуя синтез всех сторон взаимодействия личности с миром культуры, мы приходим к выводу, что: – культура обусловливает бытие личности, воздействуя на нее как на объект;

- культура, проходя сквозь призму личности, концентрируется в новом произведении культуры, в новой культуротворческой мысли. Таким образом, создается своеобразное «поле культуры»;

- человек-активный творец культуры, генератор и проводник новых идей, автор своеобразных составляющих, из которых слагается здание культуры. Культура непосредственно сращена с личностью.

В культуре происходит самореализация личности.

Особенностью самореализации личности в массовой культуре является то, что человек находится перед выбором между культурным многообразием и своими культурными корнями. В условиях российского общества в зависимости от происходящих адаптационные и письменная в нем изменений, личность могут способна быть вырабатывать механизмы. речь);

Таковыми индивидуальные;

общественные (социальные институты, учреждения);

коммуникативные (устная ценностно-нормативные;

стереотипов идентификационные культурных (соотнесенность личности с определенным типом культуры);

культурнопсихологические (формирование восприятия ценностей);

компенсаторные;

защитные. Современная массовая культура формирует новый тип человека, именуемый «массовый». Массовая культура, тесно связанная с информационными технологиями может выступать как среда «омассовления» людей с конкретной системой ценностей и установок. Объединяющим средством «массовых людей» служат информационные технологии. Главной чертой массового человека является общность образа мысли и стиля жизни. Массовый человек – это человек с массовым сознанием, когда мышление в личности обществе;

подстраивается это, прежде под всего культурные объект образцы, господствующие социального манипулирования с помощью современных форм властных технологий. Исходя из того, что массовая культура есть феномен не только культурный, но в определенной мере – социально-политический, анализ культурных характеристик массового человека, как правило, дополняется анализом соответствующих социально-политических реалий.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ В заключение диссертационного исследования сделаем ряд обобщающих выводов. Массовая культура является важной составной частью современной культуры, порождая в ней одно из заметных направлений. Она выступает феноменом, который связан с созданием оценок, товаров массового связи спроса, между массовидных форм деятельности и познавательной активности, трансляцией специфических знаний, образов, опосредующих обыденной и специализированной культурой, между разными субкультурами. Исследование позволило установить, что определяющим фактором формирования массовой культуры явились развитые рыночные отношения, производственные технологии и техника, средства массовой коммуникации, а также потребительские отношения и потребительская психология, получившие широкое распространение. Массовая культура – явление полифункциональное. В современном обществе, с существенным уровнем социальной стратификации и утраченными (наряду способами с самоидентификации, массовая культура способствует социализации и начинает выполнять ценностно-ориентационную функцию адаптационной, коммуникативной, рекреативной, идеологической), реализуемую, в частности, через социально маркированное потребление культурных образцов. В эпоху постиндустриального общества возникают новые направления и формы массовой культуры. Наряду с сохранением принципов стандартизации, унификации, в массовой культуре заявляет о себе тенденция демассификации, учет индивидуальных запросов потребителей, ориентир на творческие устремления людей. В этих условиях одним из новых проявлений массовой культуры выступает всемирная сеть Интернет, которая формирует виртуальное социокультурное пространство нового формата и уже занимает самостоятельные позиции, закрепляясь как в производственной, так и в бытовой, досуговой сфере деятельности. В этой ситуации усиливаются функции массовой культуры, связанные с информационно-гносеологическими, эстетическими, социализационными, рекреационными целями. Массовая культура, будучи универсальной в своих важнейших характеристиках и обнаруживая тенденцию к единообразию, проявляется неодинаково на разных континентах и в разных странах, так как она соприкасается с этнонациональными особенностями разных народов и сообществ. В определенной мере традиционная культура выступает своеобразным фильтром и противовесом массовой культуре, что выражается в активизации чувства этнонациональной идентичности граждан многих стран мира (особенно развивающихся стран) в постиндустриальный период. Если массовая культура заключает в себе высокую степень динамизма, универсальности, то традиционная культура придает неповторимый облик, устойчивый характер развития. Вместе с тем исследование позволило установить, способны что традиционные друг культурные друга, компоненты не следует противопоставлять ценностям массовой культуры. Во многих ситуациях они взаимодополнять обеспечивая сбалансированное вхождение того или иного народа в мировую динамику и глобальные взаимодействия. Явления российской массовой культуры – сложное, противоречивое, трудно поддающееся аналитическому осмыслению в контексте традиционного определенного научного познания. Массовая культура имеет свою историю, тесно связана с социально-политическими, экономическими, духовными явлениями. Массовая культура – это та форма, которую принимает культурное развитие в условиях индустриальной цивилизации, в условиях массового индустриального общества. Драматизм нынешней ситуации в России усиливается тем, что преимущества новейшей компьютерной культуры, включая современные потребительские и культурно-образовательные стандарты, являются достижением узкого круга лиц, проживающих в крупнейших городах. Для большинства населения России эти новшества остаются малодоступными и по ряду причин неприемлемыми. Современная массовая культура создает неоправданно высокий уровень социальных притязаний, не подкрепляемый соответствующим ростом культуры труда. Однако развитие массовой культуры в России продолжается, сегодня уже можно говорить о новых чертах искусства, своеобразной деловой «этике», политического ритуала и т.д. Особенностью массовой культуры является то, что она изначально ориентирована человека, на удовлетворение для личности духовных по потребностей мере два больших класса социальных слоев. Ее влияние на социокультурное пространство, окружающее приобретает меньшей конструктивных функциональных значений. С одной стороны, массовая культура позволяет поддерживать жизнеобеспечение (сохранять баланс режима труда и отдыха, удовлетворять жизненно важные потребности и др.), с другой стороны, создает немало механизмов, помогающих личности освоить новые формы жизнедеятельности, достижения науки и техники, познакомиться с мировыми художественными ценностями и др. Вместе с тем, когда унифицирующие и коммерческие функции массовой культуры начинают доминировать, подчиняя себе остальные области культуры (например, область массовой информации, воспитания подрастающего поколения, религии, развития личности и др.), тогда создаются трудности в самореализации личности и ее всестороннего развития. Самореализация личности отражает ее внутренние потребности, качества, волевые импульсы, которые помогают ей ориентироваться в окружающем мире, реализовывать свои способности, преобразовывать окружающую среду в соответствии с общественными и индивидуальными запросами. В ситуации российской действительности, когда системный кризис сопровождается снятием почти всех ограничений для проникновения в наше пространство различных информационно-художественных потоков извне, человек попадает в сложное положение. Жизнь постоянно заставляет его совершать выбор, принимать сложные решения, которые связаны со смысловыми, ценностными, в конечном итоге поведенческими аспектами его активности. Но делать это ему крайне трудно в силу рассогласованности механизмов самореализации, действующих на общесоциальном, локальногрупповом и индивидуальном уровне. Массовая становится культура формирует и массового человека, который воспроизводит ее культурные стереотипы. Иными словами, массовый человек условием сохранения воспроизведения информационного общества, происходит своего рода самоуправление общества в результате сращения человека и информационных сетей в единых технологиях общей системы. Характерными способность чертами к массового человека можно назвать: социальную дезориентированность относительно ценностей и приоритетов;

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.