WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

«Ставропольский государственный университет На правах рукописи Иванова Ольга Яковлевна Лингвокультурная специфика словообразовательной категории локативности (на материале русского и английского языков). ...»

-- [ Страница 3 ] --

(на)рубить;

(на)крошить;

колебаться;

меняться, перемениться’) (Анг.-рус. сл.). Customhouse (n) ‘таможня’ (от custom 1. ‘обычай;

привычка;

клиентура’;

2. ‘~s pl таможенные пошлины’) (Анг.-рус. сл.). Deckhouse (n) ‘мор. рубка’ (от deck 1. ‘палуба’;

2. ‘украшать[асить], уб(и)рать (цветами и т.п.)’) (Анг.-рус. сл.). Farmhouse (n) ‘жилой дом на ферме’ (от farm 1. ‘ферма’;

2. ‘обрабатывать землю’) (Анг.-рус. сл.). Flophouse (n) ‘ночлежка’ (от flop 1. ‘шлёпаться[-пнуться];

плюхать(ся)[-хнуться];

бить (крыльями)’;

2. ‘шлёпанье’) (Анг.-рус. сл.). Greenhouse (n) 1. ‘теплица’;

‘оранжерея’ (от green 1. ‘зелёный, незрелый, неопытный’;

2. ‘зелёный цвет, зелёная краска;

молодость;

лужайка;

~s pl зелень, овощи’) (Анг.-рус. сл.).

Guardhouse (n) ‘караульное помещение’ (от guard 1. ‘стража, караул, кондуктор;

~s pl гвардия’;

2. ‘охранять[-нить];

сторожить;

защищать [защитить];

(по)беречься, остерегаться[-речься]’) (Анг.-рус. сл.). Icehouse (n) 1. ‘ледник’;

2. ‘ледохранилище’ (от ice 1. ‘лед;

мороженое’;

2. ‘замораживать[-розить];

покрыться льдом;

глазировать’). Nuthouse (n) ‘психиатрическая лечебница, сумасшедший дом’ (от nut 1. ‘орех;

гайка;

~s pl мелкий уголь’;

2. ‘жарг. голова, башка, «котелок»’;

3. ‘жарг. псих, чокнутый, помешавшийся (на чём-либо)’) (Анг.-рус. сл.). Playhouse (n) ‘театр’ (от play 1. ‘игра;

пьеса;

задор;

мёртвый ход’;

2. ‘играть [сыграть];

свободно двигаться (о механизме)’) (Анг.-рус. сл.). Poorhouse (n) ‘богодельня’ (от poor ‘бедный, неимущий;

несчастный;

скудный;

плохой’) (Анг.-рус. сл.). Pothouse (n) ‘пивная, кабак’ (от pot 1. ‘горшок, котелок’;

2. ‘класть или сажать в горшок;

заготавливать в прок’) (Анг.-рус. сл.). Powerhouse (n) ‘электростанция’ (от power 1. ‘сила, мощь’;

2. ‘держава;

власть’;

3. ‘полномочие’;

4. ‘степень’) (Анг.-рус. сл.). Storehouse (n) ‘склад, амбар, кладовая’ (от store 1. ‘запас, склад, амбар;

изобилие, лавка’;

2. ‘снабжать[снабдить];

запасать[-сти];

хранить на складе’). Teahouse (n) 1. ‘чайхана’;

2. ‘кафе, закусочная’ (от tea ‘чай’) (Анг.рус. сл.). Данная группа имён существительных с локативным значением также неоднородна с точки зрения частеречной принадлежности производящих основ: имена существительные, имена прилагательные, глаголы (verb). Verb + nom: fakehouse, flophouse Nom + nom: bathhouse, blockhouse, boathouse, chophouse, customhouse, deckhouse, farmhouse, guardhouse, icehouse, nuthouse, pothouse, powerhouse, storehouse, teahouse. Adj + nom: greenhouse, poorhouse.

Рассмотрим следующую группу сложных локативов — имена существительные с основой room. Эта группа образована такими лексемами. Ballroom (n) ‘танцевальный зал’ (от ball ‘бал, танцевальный вечер’) (Анг.-рус. сл.). Bathroom (n) ‘ванная комната’ (от bath 1. ‘ванна;

купальня’;

2. ‘(вы-, по)мыть;

(вы)купать’) (Анг.-рус. сл.). Boxroom (n) ‘кладовка’ (от box 1. ‘коробка, ящик, сундук;

букса;

втулка;

ложа’;

2. ‘вкладывать в ящик’). Checkroom (n) ‘гардероб, раздевалка, камера хранения’ (от check 1. ‘шах;

препятствие;

остановка;

контроль;

проверка;

багажная квитанция’;

2. ‘проверять[-верить];

(про)контролировать;

останавливать[-новить];

препятствовать’) (Анг.-рус. сл.). Cloakroom (n) ‘раздевальня, камера хранения’ (от cloak 1. ‘плащ;

мантия;

покров;

предлог’;

2. ‘покры(ва)ть (плащом и т.п.);

прикры(ва)ть’) (Анг.-рус. сл.). Grillroom (n) ‘комната в ресторане, где мясо жарится при публике’ (от grill 1. ‘рашпер;

жареное на рашпере (мясо и т.п.)’;

2. ‘жарить на рашпере’) (Анг.-рус. сл.). Lunchroom (n) ‘закусочная’ (от lunch 1. ‘второй завтрак’;

2. ‘(по)завтракать’) (Анг.-рус. сл.). Saleroom (n) ‘аукционный зал’ (от sale ‘продажа;

распродажа;

аукцион’) (Анг.-рус. сл.). Schoolroom (n) ‘аудитория;

классная комната;

класс’ (от school 1. ‘школа;

класс (помещение)’;

2. ‘дисциплинировать;

(вы)школить’) (Анг.рус. сл.). Showroom (n) ‘выставочный зал’ (от show 1. ‘показывать[-зать];

выставлять[выставить];

проявлять[-вить];

доказывать[-зать]’;

2. ‘зрелище;

выставка;

видимость;

показывание’) (Анг.-рус. сл.). Stateroom (n) 1. ‘парадный зал’;

2. ‘отдельная каюта’ (от state 1. ‘состояние;

положение;

государство;

штат’;

2. ‘государственный’;

3.

‘заявлять[-вить];

констатировать;

(с)формулировать;

излагать[-ложить]’) (Анг.-рус. сл.). Storeroom (n) ‘кладовая;

цейхгауз’ (от store 1. ‘запас, склад, амбар;

изобилие, лавка’;

2. ‘снабжать[снабдить];

запасать[-сти];

хранить на складе’) (Анг.-рус. сл.). Taproom (n) ‘пивная;

бар’ (от tap 1. ‘втулка;

кран;

сорт, марка (напитка)’;

2. ‘вставлять кран в (бочку);

делать прокол (для выпускания жидкости) у (больного);

делать надрез на (дереве для получения сока);

выпрашивать денег’) (Анг.-рус. сл.). Toolroom (n) ‘инструментальный цех’ (от tool ‘(рабочий) инструмент, орудие’) (Анг.-рус. сл.). Washroom (n) 1. ‘умывальня’;

2. ‘уборная, туалет’ (от wash 1. ‘(вы)мыть;

обмы(ва)ть;

промы(ва)ть;

(вы)стирать;

(вы)мыться;

стираться (о материи);

плескаться’;

2. ‘мытьё;

стирка;

бельё (для стирки);

прибой;

помои;

фарм. примочка’) (Анг.-рус. сл.). Wardroom (n) ‘кают-компания’ (от ward 1. ‘опекаемый;

район (города);

(больничная) палата;

(тюремная) камера’) (Анг.-рус. сл.). Большинство имён существительных данной группы образованы сложением двух существительных, реже глаголов;

необходимо отметить, что некоторые мотивирующие существительные являются отглагольными. Nom + nom: ballroom, bathroom, boxroom, checkroom, cloakroom, grillroom, lunchroom, saleroom, schoolroom, stateroom, storeroom, taproom, toolroom, wardroom. Verb + nom: showroom, washroom. Следующая группа сложных локативов одной из основ имеет имя существительное shop 1. ‘лавка, магазин;

мастерская’;

2. ‘делать покупки;

покупать’. Её образуют такие отсубстантивные сложные локативы: Barbershop (n) ‘парикмахерская’ (от barber ‘парикмахер’) (Анг.-рус. сл.).

Pawnshop (n) ‘ломбард;

ссудная касса’ (от pawn 1. ‘залог, заклад;

пешка’;

2. ‘закладывать[-ложить]’) (Анг.-рус. сл.). Pledgeshop (n) ‘ломбард’ (от pledge 1. ‘залог, заклад;

обет, обещание’;

2. ‘закладывать [заложить];

ручаться [поручиться]’) (Анг.-рус. сл.). Активно используются в современном процессе словообразования локативы с таким основным компонентом, как ground (1. ‘земля, почва;

участок земли;

площадка;

основание;

дно’;

2. ‘класть на землю;

обосновывать[-новать];

заземлять[-лить];

обучить основам предмета’). Fairground (n) ‘ярмарочная площадь’ (от fair ‘ярмарка’) (Анг.-рус. сл.). Playground (n) ‘спортивная площадка, игровая площадка’ (от play 1. ‘игра;

пьеса;

задор;

мёртвый ход’;

2. ‘играть [сыграть];

свободно двигаться (о механизме)’) (Анг.-рус. сл.). Underground (n) ‘метро’ (от under 1. ‘ниже;

внизу;

вниз’;

‘под;

ниже;

меньше;

при’;

3. ‘нижний, низший’) (Анг.-рус. сл.). Ground-floor (n) ‘нижний этаж’ (от floor 1. ‘пол, этаж;

гумно’;

2. ‘настилать пол;

валить на пол;

смущать [смутить]’) (Анг.-рус. сл.). Groundwork (n) ‘фундамент, основа’ (от work 1. ‘работа;

труд;

дело;

занятие;

произведение, сочинение’;

2. ‘работать;

заниматься[-няться];

действовать;

обрабатывать[-ботать];

отдел(ыв)ать;

разрабатывать[-ботать];

приводить в действие’) (Анг.-рус. сл.). В приведённых локативах элемент ground занимает разную позицию: первой основы или второй. Позиция определяется тем, какой из двух элементов сложного локатива является основным (в структуре сложного слова вторая основа), а какой поясняющим, атрибутирующим, дополняющим смысл (в структуре слова первая основа). Например, ground-floor — это не ‘основание этажа’, а ‘этаж-основание’, т.е. основным элементом является «floor»;

а в локативе playground ‘’основным элементом является именно сема ‘площадка, место’, а имя существительное «игра» (play) — указание предназначения локатива.

Регулярным и воспроизводимым является элемент air 1. ‘воздух’;

2. ‘проветривать’. Вот неполный список локативов, имеющих в своей структуре субстантив air. Air-base (n) ‘авиабаза’ (от base 1. ‘основа, базис, фундамент;

основание’;

2. ‘основывать[-овать];

базировать’) (Анг.-рус. сл.) Air-chamber (n) ‘воздушная камера’ (от chamber ‘комната, палата’) (Анг.-рус. сл.). Airdrome (n) ‘аэродром’ (от drome ‘место, предназначенное для стоянки, испытания или соревнования каких-либо машин, двигательных механизмов’) (Анг.-рус. сл.). Airfield (n) ‘аэродром’ (от field ‘поле, луг, пространство’) (Анг.-рус. сл.). Airhead (n) ‘плацдарм’ (от head 1. ‘голова;

глава, начальник;

вождь;

изголовье;

лицевая сторона (монеты)’;

2. ‘главный’;

3. ‘возглавлять’) (Анг.-рус. сл.). Air-hole (n) ‘воздушная яма’ (от hole 1. ‘дыра, отверстие;

яма;

выбоина’;

2. ‘нора, берлога, логово;

лачуга, жалкое жилище, дыра, захолустье’;

3. ‘недостаток, пробел’;

4. ‘отдушина, канал для воздуха’) (Анг.-рус. сл.). Airport (n) ‘аэропорт’ (от port 1. ‘порт, гавань;

мор. левый борт;

портвейн’;

2. ‘брать налево’) (Анг.-рус. сл.). Air-pocket (n) ‘воздушная яма’ (от pocket 1. ‘карман;

воздушная яма’;

2. ‘класть в карман;

прикармани(ва)ть;

присваивать[-своить];

подавлять[вить] (чувство);

проглатывать[-лотить] (обиду)’;

3. ‘карманный’) (Анг.рус. сл.). Air-route (n) ‘воздушная трасса’ (от route 1. ‘путь’;

2. ‘маршрут’) (Анг.-рус. сл.). Air-shaft (n) ‘вентиляционная шахта’ (от оглобля;

стрела;

вал’) (Анг.-рус. сл.). shaft ‘древко, рукоятка;

Airspace (n) ‘воздушное пространство’ (от space 1. ‘пространство;

место;

промежуток;

срок’;

2. ‘космический’;

3. ‘набирать в разрядку’) (Анг.-рус. сл.). Air-shelter (n) ‘бомбоубежище’ (от shelter 1. ‘приют;

кров;

убежище’;

2. ‘давать приют, приютить;

укры(ва)ться, приютиться’) (Анг.-рус. сл.). Airway (n) ‘воздушная трасса, авиалиния’ (от way ‘дорога, путь;

сторона;

направление;

метод;

средство;

обычай, привычка;

область, сфера’) (Анг.-рус. сл.). Синонимом корня air является aero. Эта синонимичность проявляется и в словообразовании: aerodrome и aerospace. Элемент aero имеет небольшое семантическое отличие: это не просто воздушное пространство, но и космическое, т.е. это обозначение всего вертикального пространства над землёй. Менее распространённой основой сложных локативов является имя существительное fold (n) 1. ‘загон, овчарня;

паства’;

2. ‘загонять [загнать] (овец)’. Pinfold (n) ‘загон для скота’ (от pin 1. ‘булавка;

шпилька;

кнопка;

кегля;

колок’;

2. ‘прикалывать[-колоть];

пригвождать[-оздить]’) (Анг.-рус. сл.). Sheepfold (n) ‘загон для овец, овчарня’ (от sheep ‘овца’) (Анг.-рус. сл.). Регулярным и продуктивным в современном английском языке является и наречие или предлог (в этом случае в составе производного локатива функционирует как префикс) under 1. ‘ниже;

внизу;

вниз’;

‘под;

ниже;

меньше;

при’;

3. ‘нижний, низший’. Помимо уже отмеченного имени существительного underground, группу образуют следующие сложные субстантивы. Underwood (n) ‘подлесок’ (от wood 1. ‘лес;

дерево;

лесоматериал;

дрова’;

2. ‘деревянный, дровяной, лесной’;

3. ‘деревянные духовые инструменты’) (Анг.-рус. сл.).

Undercroft (n) ‘подвал со сводами’ (от croft 1. ‘небольшое поле, пашня, огород’;

2. ‘небольшая ферма, мелкое хозяйство’) (Анг.-рус. сл.). Группа локативов с way ‘дорога, путь;

сторона;

направление;

метод;

средство;

обычай, привычка;

область, сфера;

состояние, отношение;

образ (мыслей и т.п.)’. Airway (см. выше). Highway1 (n) ‘большая дорога, шоссе’ (от high ‘высокий;

возвышенный;

сильный;

высший;

верховный’) (Анг.-рус. сл.). Hallway (n) ‘коридор, прихожая’ (от hall ‘зал;

холл, вестибюль;

амер. коридор;

общежитие для студентов’) (Анг.-рус. сл.). Roadway (n) ‘шоссе, мостовая’ (от road ‘дорога;

путь’) (Анг.-рус. сл.). Wayside (n) ‘обочина’ (от side 1. ‘сторона;

бок;

край’;

2. ‘боковой;

побочный’;

3. ~with ‘стать на сторону’) (Анг.-рус. сл.). Имя существительное side образует собственную деривационную группу;

помимо wayside её образуют следующие локативы: Sideboard (n) ‘буфет’ (от board 1. ‘доска;

стол;

борт;

сцена;

подмостки;

правление’;

2. ‘наст(и)лать (пол);

брать на абордаж;

столоваться;

садиться [сесть] на (поезд, корабль)’) (Анг.-рус. сл.) Side-path, sidewalk (n) ‘тротуар’ (от path ‘тропинка;

дорожка’ и walk 1. ‘ходить;

идти;

(по)гулять;

появляться [-виться] (о приведении)’;

2. ‘ходьба;

походка;

прогулка пешком;

тропа, аллея’) (Анг.-рус. сл.). Sidetrack m ‘запасной путь’ (от track 1. ‘след;

просёлочная дорожка;

тропинка;

беговая дорожка;

колея;

рельсовый путь’;

2. ‘следить за;

прослеживать [-едить]’) (Анг.-рус. сл.). Широкой дистрибуцией в современном английском языке обладает имя существительное yard m 1. ‘ярд’;

2. ‘двор;

лесной склад’. Backyard (n) ‘задний двор’ (от back 1. ‘спина;

спинка (стула, платья и т.п.);

изнанка (материи);

защитник (в футболе)’;

2. ‘задний, обратный;

отдалённый’;

3. ‘назад, обратно, тому назад’;

4. ‘поддерживать [-жать];

Синоним highroad ‘шоссе;

главная дорога’.

подкреплять [-епить];

(по)ставить на (лошадь);

индоссировать;

отступать [-пить]’) (Анг.-рус. сл.). Barnyard (n) 1. ‘гумно, двор’;

2. ‘скотный двор’ (от barn ‘амбар’) (Анг.-рус. сл.). Brickyard (n) ‘кирпичный завод’ (от brick 1. ‘кирпич’;

2. ‘славный парень’;

3. ‘класть кирпичи;

облицовывать кирпичами’) (Анг.-рус. сл.). Dockyard (n) ‘судоремонтный завод’ (от dock 1. ‘док’;

2. ‘скамья подсудимых’;

3. ‘ставить судно в док;

входить в док’) (Анг.-рус. сл.). Farmyard (n) ‘двор фермы’ (от farm 1. ‘ферма’;

2. ‘обрабытывать землю’) (Анг.-рус. сл.). Graveyard (n) ‘кладбище’ (от grave 1. ‘серьёзный, веский;

важный;

тяжёлый’;

2. ‘могила’;

3. ‘запечатле(ва)ть’) (Анг.-рус. сл.). Shipyard (n) ‘верфь, судостроительный завод’ (от ship нагрузку’) (Анг.-рус. сл.). Группа имён существительных с компонентом field (n) пространство’: Battle-field (n) ‘поле сражения, поле боя’ (от battle 1. ‘битва, сражение’;

2. ‘сражаться [сразиться];

бороться’) (Анг.-рус. сл.). Coalfield (n) ‘каменноугольный бассейн, месторождение каменного угля’ (от coal 1. ‘уголь (каменный)’;

2. ‘грузить(ся) углём’) (Анг.-рус. сл.). Cornfield (n) ‘кукурузное поле’ (от corn 1. ‘зерно;

хлеба;

кукуруза;

маис’) (Анг.-рус. сл.). Minefield (n) ‘минное поле’ (от mine 1. ‘рудник, копь, шахта;

источник;

мина’;

2. ‘добы(ва)ть;

рыть;

производить горные работы;

минировать;

подра(ва)ть [подорвать]’) (Анг.-рус. сл.). Oilfield (n) ‘месторождение нефти’ (от oil 1. ‘масло (растительное, минеральное);

нефть’;

2. ‘смаз(ыв)ать’) (Анг.-рус. сл.). Группа сложных локативов с компонентом back 1. ‘спина;

спинка (стула, платья и т.п.);

изнанка (материи);

защитник (в футболе)’;

2. ‘поле;

луг;

1. ‘судно, корабль’;

2. ‘грузить на судно;

перевозить[-везти];

производить посадку, ‘задний, обратный;

отдалённый’;

3. ‘назад, обратно, тому назад’;

4. ‘поддерживать [-жать];

подкреплять [-епить];

(по)ставить на (лошадь);

индоссировать;

отступать [-пить]’). Backstreet (n) ‘глухая улочка’ (от street 1. ‘улица’;

2. ‘уличный’) (Анг.рус. сл.). Backwater (n) 1. ‘тихая заводь’;

2. ‘болото;

застой’ (от water1 1. ‘вода’;

2. ‘водяной;

водный’;

3. ‘орошать [оросить];

(на)поить (животных);

поли(ва)ть’) (Анг.-рус. сл.). Backwoods (n) pl 1. ‘лесная глушь’;

2. ‘лесные пограничные районы’ (от wood 1. ‘лес;

дерево;

лесоматериал;

дрова’;

2. ‘деревянный, дровяной, лесной’;

3. ‘деревянные духовые инструменты’) (Анг.-рус. сл.). Основа wood образует собственную группу сложных локативов;

вместе с backwood в неё входят: Brushwood (n) 1. амер. ‘заросль’;

2. хворост, валежник (от brush 1. ‘щётка;

кисть;

чистка щёткой’;

2. ‘чистить щёткой;

причёсывать щёткой (волосы)’) (Анг.-рус. сл.). Nutwood (n) ‘орешник, ореховая роща’ (от nut 1. ‘орех’;

2. ‘гайка’;

3. ‘~s pl мелкий уголь’) (Анг.-рус. сл.). Меньшей регулярностью и продуктивностью обладают следующие имена существительные, выступающие одной из основ составных локативов: Auto ‘автомобиль’;

2. ‘ автомобильный’. Autobahn (n) ‘автострада’ (от нем. bahn 1. ‘дорога’;

2. ‘правило’) (Анг.-рус. сл.). Autostrada (n) ‘автострада’ (от итал. strada ‘дорога, путь, колея’) (Анг.-рус. сл.). Board (n) 1. ‘доска;

стол;

борт;

сцена;

подмостки;

правление’;

2. ‘наст(и)лать (пол);

брать на абордаж;

столоваться;

садиться [сесть] на (поезд, Ещё одним сложным локативом с элементом water является breakwater n ‘волнорез, волнолом, мол’ от break 1. ‘перерыв;

пауза;

рассвет;

трещина’;

2. ‘(с)ломать;

разби(ва)ть;

разрушать [рушить];

прер(ы)вать;

взламывать [взломать]’.

корабль)’. Кроме уже приведённого выше sideboard (n) ‘буфет’, группу образуют: Boardwalk (n) ‘дорожка с настилом для прогулок по пляжу’ (от walk 1. ‘ходить, идти [пойти] (пешком);

(по)гулять;

появляться [-виться] (о привидении);

прогуливать (лошадь и т.п.);

обходить [обойти]’;

2. ‘ходьба;

походка;

прогулка пешком;

тропа;

аллея’) (Анг.-рус. сл.). Seaboard (n) ‘берег моря, побережье’ (от sea 1. ‘море’;

2. ‘морской’). Coal 1. ‘уголь (каменный)’;

2. ‘грузить(ся) углём’. Coalhole (n) ‘подвал для хранения угля’ (от hole 1. ‘дыра, отверстие;

яма;

нора’;

2. разг. ‘затруднительное положение’) (Анг.-рус. сл.). Coalmine1 (n) ‘угольная шахта, копь’ (от mine 1. ‘рудник, копь, шахта;

источник;

мина’;

2. ‘добы(ва)ть;

рыть;

производить горные работы;

минировать;

подры(ва)ть’) (Анг.-рус. сл.). Foot 1. ‘нога, ступня;

фут (мера длины);

основание’;

2. ‘подсчитывать [итать]’) (Анг.-рус. сл.). Foothill (n) ‘предгорье’ (от hill ‘холм, возвышение’) (Анг.-рус. сл.). Footbridge (n) ‘пешеходный мостик’ (от bridge 1. ‘мост’;

2. ‘соединять мостом;

наводить мост через;

преодолевать препятствия’) (Анг.-рус. сл.). Stand 1. ‘стоять;

постоять;

простаивать [-стоять];

останавливаться [новиться];

держаться;

устоять’;

2. ‘(по)ставить;

выдерживать [выдержать];

выносить [вынести];

угощать’;

3. ‘остановка;

сопротивление;

точка зрения;

киоск;

позиция;

место;

подставка;

трибуна’). Bandstand (n) ‘эстрада для оркестра’ (от band 1. ‘лента;

тесьма;

обод’;

2. ‘банда;

отряд’;

3. ‘оркестр’;

4. ‘связывать [-зать]’) (Анг.-рус. сл.). Newsstand (n) ‘газетный киоск, ларёк’ (от news ‘новости, извести’). Mill 1. ‘мельница;

фабрика, завод’;

2. ‘(с)молоть;

(от)фрезеровать’(Анг.рус. сл.). Milldam (n) ‘мельничная плотина’ (от dam 1. ‘матка (животных)’;

2. ‘дамба, плотина’;

3. ‘запруживать[-удить]’) (Анг.-рус. сл.).

Millpond (n) 1. ‘запруда у мельницы’;

2. ‘мельничный лоток’ (от pond ‘пруд, запруда’) (Анг.-рус. сл.). Sand 1. ‘песок;

~s pl песчаный пляж;

отмель;

пески (пустыни)’;

2. ‘посыпать песком’(Анг.-рус. сл.). Sand-bath (n) ‘песчаная баня’ (от bath 1. ‘ванна;

купальня’;

2. ‘(вы-, по)мыть;

(вы)купать’) (Анг.-рус. сл.). Sandbed (n) ‘песчаное дно;

русло’ (от bed 1. ‘постель;

кровать;

грядка;

клумба’;

2. ‘класть или ложиться в постель;

высаживать [высадить] (цветы)’ (Анг.-рус. сл.). Sandbox (n) 1. ‘песочница’ (от box 1. ‘коробка;

ящик;

сундук;

букса;

втулка;

букс;

ложа’;

2. ‘вкладывать в ящик’(Анг.-рус. сл.). Town 1. ‘город’;

2. ‘городской’(Анг.-рус. сл.). Downtown (n) ‘деловая часть города’ (от down 1. ‘направленный вниз;

опущенный, спускающийся, нисходящий’;

2. ‘идущий или связанный с движением от центра или из столицы;

идущий к центру’;

3. ‘бездеятельный, нездоровый, прикованный к постели’;

4. ‘наличный’;

5. типогр. ‘пошедший в печать’;

6. ‘плохо заряженный’) (Анг.-рус. сл.). Town-hall (n) ‘ратуша’ (от hall ‘зал;

холл, вестибюль;

амер. коридор’) (Анг.-рус. сл.). Township (n) ‘местечко;

район’ (от ship 1. ‘судно, корабль’;

2. ‘грузить на судно;

перевозить [-везти];

производить посадку, нагрузку (на судно)’) (Анг.-рус. сл.). 5.1.Деривационный класс чистого сложения с сочинительным соотношением основ Рассматривая локативы-существительные, образованные способом сложения, мы не выявили сложные - локативы с сочинительным отношением основ. В русском языке данный деривационный класс представлен незначительным количеством словообразовательных типов – всего 2 СТ. Оба эти словообразовательные типа семантизируют функциональную сферу «Территория» в лексико-семантической группе «ограниченное пространство, общего и природного характера». 5.2. Деривационный класс чистого сложения с подчинительным отношением основ Сложные слова с подчинительным отношением основ содержат опорный компонент - имя существительное и предшествующую основу с уточнительной конкретизирующей функцией:badlands,flatland,highland, lowland, midland, dockland, grassland, mainland, northland, tableland, upland, flophouse,bathhouse,chophouse,customhouse,farmhouse,guardhouse,icehouse,nut house,pothouse,powerhouse,storehouse,teahouse,greenhouse,poorhouse,ballroom, boxroom,checkroom, cloakroom, grillroom,lunchroom,saleroom, stateroom, storeroom, taproom, toolroom, showroom,, washroom, underwood, backyard, barnyard, graveyard, cornfield, backwater, backwoods, nutwood. Данный способ чистого сложения формируется способами: а) S++ S (northland‘северный район,tableland‘плоскогорье, плато’). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Пространство» в её лексико-семантической группе «Участки земной поверхности», подгруппе «Рельеф местности»;

б) Adj + + S (badlands‘бесплодные земли’,midland‘внутренняя часть страны’, lowland‘низкая местность, низина, долина’,highland‘плоскогорье, нагорье’). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Пространство» в её лексикосемантической группе «Участки земной поверхности», подгруппе «Рельеф местности»;

в) Adv + + S (upland) ‘нагорная страна, гористая часть страны’). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Пространство» в её лексико-семантической группе «Участки земной поверхности», подгруппе «Рельеф местности»;

г)Verb + + S (flophouse‘ночлежка’). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Сооружения (вместилища событий)» в её лексико-семантической группе «Учреждения, предприятия», подгруппе «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»;

д) S + + S (bathhouse‘баня’, nuthouse‘психиатрическая лечебница, сумасшедший дом’, chophouse‘ресторан’). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Сооружения (вместилища событий) в её лексико-семантической группе «Учреждения, предприятия», подгруппе «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»;

е) Adj + + S (greenhouse‘теплица’, poorhouse‘богодельня’). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Сооружения (вместилища событий) в её лексикосемантической группе «Учреждения, предприятия», подгруппе «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»;

ж) S + + S (cloakroom‘раздевальня’, washroom‘умывальня’, bedroom‘спальня’). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Сооружения (вместилища событий) в её лексико-семантической группе «жилище человека»;

з) S + + S (pinfold ‘загон для скота’, sheepfold ‘загон для овец, овчарня’, oxhouse ‘стойло для рогатого скота’ (Анг.-рус. сл.)). Названная модель является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Сооружения (вместилища событий)» в её лексико семантической группе «жилище животных»;

и) S + + S (cornfield ‘кукурузное поле’ oatfield ‘овсяное поле, Названная модель является средством овсище’(Анг.-рус. сл.)).

объективации такой функциональной локативной сферы, как «Пространство» в её лексико-семантической группе «Участки земной поверхности», подгруппе «Участки растительности»;

к) Adv + + S (underwood‘подлесок’ underbrush ‘подлесок’, Названная модель undergrowth ‘мелколесье, подрост’(Анг.-рус. сл.)).

является средством объективации такой функциональной локативной сферы, как «Пространство» в её лексико-семантической группе «Участки земной поверхности», подгруппе «Участки растительности». 5.3 Деривационный класс сложения со связанным опорным значение испытаний сферу ‘площадка машин, для и проведения посадки различных летательных лексикокомпонентом –drome -drome;

соревнований, взлета как аппаратов’:airdrome, aerodrome. функциональную Мотивированные объективируют такую «Территория», локативности, семантическую группу «Ограниченное пространство, представляющее собой продукты деятельности человека», подгруппу «ограниченное пространство по функциональному признаку». Подведем некоторые итоги. В рамках такого способа, как сложение, английские словообразовательные модели могут быть средством объективации всех трёх функциональных сфер: 1. «Пространство» (всего 5 СТ): 1.1. 1.2. 1.3. 1.4. S + + S с подчинительными отношениями («Рельеф («Рельеф отношениями местности»), Adj + + S с подчинительными отношениями Adv + + S с подчинительными местности»), («Рельеф местности»), Adv + + S с подчинительными отношениями («Участки с подчинительными отношениями («Участки растительности». 1.5. S + + S 5 растительности». 2. «Сооружения (вместилища событий)» (всего 5 СТ) 2.1. Verb + + S с подчинительными отношениями «учреждения виду общественной деятельности, которая в них совершается», 2.2. S + + S с подчинительными отношениями «учреждения по по виду общественной деятельности, которая в них совершается», 2.3. Adj + + S с подчинительными отношениями«учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается», 2.4. S + + S 4 с подчинительными отношениями «жилище человека», 2.5. S + + S с подчинительными отношениями «жилище человека». 3. Территория (1 СТ) 3.1. признаку»). Таким образом, в вербализации семантического поля локативности участвуют 11 СТ, относящихся к способу сложения. Почти в равной степени семантизируются функциональные сферы «Пространство»(5 СТ), а в ней лексико-семантическая группа «Участки земной поверхности», подгруппа «Рельеф местности»(3 СТ) и подгруппа «Участки растительности»(1 СТ) и «Сооружения (вместилища событий)»(5 СТ), а в ней лексико-семантическая группа «Учреждения, предприятия», подгруппа «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»(3 СТ) и группа «Жилище человека и его части»(2 СТ). Функциональная сфера «Территория» вербализируется 1 СТ, в лексикосемантической группе «ограниченное пространство по функциональному признаку». Сопоставим результаты анализа деривационного класса сложных локативов в русском и английском языках. Наш материал показывает, что: 1) различные виды дериватов, образованные способом сложения, в английском языке семантизируют все три функциональные сферы, а в русском языке только две – сферу «Территория» и сферу «Сооружения (вместилища событий)». Отсутствие в русском языке дериватов, –drome («ограниченное пространство по функциональному относящихся к способу сложения в функциональной сфере «Пространство», объясняется, на наш взгляд, тем, что эта сфера в русском языке, в первую очередь, объективируется дериватами префиксально-суффиксального способа, которые отсутствуют в английском языке;

2) в русском языке преобладает функциональная сфера «Территория» (10 СТ из 15 СТ), семантизируются преимущественно два значения: «ограниченное пространство по внешнему признаку» и «поселенческие территориальные единицы»;

3) в английском языке в равной мере средствами словообразования вербализуются сферы «Сооружения (вместилища событий)» (5 СТ из 11 СТ) и «Пространство»(5 СТ из 11 СТ), преобладают группы соответственно названий «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается» и «рельефа местности». Количественные параметры деривационного класса сложных локативов выявляют преобладание русских моделей: в русском языке – 15 СТ, в английском языке – 11 СТ. Необходимо отметить, что в английском языке отсутствуют такие виды локативных сложных дериватов, как суффиксальносложные и образованные на основе сочинительных отношений мотиватов.

6.Структурные, семантические и когнитивные характеристики словообразовательной категории локативности в английском языке. Исследованный материал показывает, что для английского языка характерна категоризация семантического поля локативности средствами грамматики, а именно - словообразовательными моделями различной специфики, в целом составляющими словообразовательную категорию локативности. Словообразовательная категория локативности в английском языке представлена всеми её тремя разновидностями: СПК со значением «Пространство», СПК со значением «Территория», СПК со значением «Сооружения – вместилища событий». СПК со значением «Пространство» представлена тремя разрядами, выделенными по типу словообразовательного форманта: это локативы, входящие в суффиксальный способ словообразования, и локативы, входящие в словообразовательный способ сложения и конверсию. В суффиксальный способ словообразования входят шесть деривационных классов: а) четыре Ѕ+^ reliction ‘земля, обнажённая отступившим морем’, fernery ‘место, заросшее папоротником’, declivity ‘склон, откос’, peatery ‘торфяник, торфяное болото’, б) два Adj +^ profundity 1. ‘глубина’;

2. ‘пропасть’, deepness ‘глубина’. В словообразовательный способ сложения входят 5 деривационных классов: Nom + nom, Adj + nom, Adv + nom, Adv + nom, Nom + nom5 : northland‘северная страна’, badlands ‘бесплодные земли’, upland ‘нагорная страна’, cornfield ‘кукурузное поле’, underwood ‘подлесок’. В словообразовательный способ конверсия входит один деривационный класс: an overhang ‘отвес, выступ’. Всего в объективации такой функциональной сферы локативности, как «Пространство» в английском языке участвуют 12 словообразовательных моделей различной степени продуктивности, входящих в суффиксальный способ словообразования и локативы, относящиеся к способу сложения и конверсии.

Наиболее частотной мотивирующей базой в процессе семантизации функциональной сферы «Пространство» является субстантивная база, из 12 словообразовательных моделей она представлена в 9 словообразовательных моделях. Центр СПК со значением «пространство» составляет разряд локативов, входящих в способ словообразования сложение, который представлен деривационным классами Nom + nom, Adj + nom, Adv + nom, Adv + nom, Nom + nom5. Значение локативов, входящих в СПК «Пространство», с точки зрения лексической семантики можно охарактеризовать так: «территория, не имеющая определенных границ, которую можно окинуть взглядом, чаще не освоенная человеком (но cornfield), как земная, так и воздушная и водная». Словообразовательное «неограниченная значение локативов, входящих и/или в СПК сейчас «Пространство», выражается в следующей семантической дефиниции: территория, которая постоянно характеризуется по процессуальному или результативному признаку, названному мотивирующим словом». Большинство указанных локативов содержит категориальную словообразовательную архисему в варианте «презентность». Это локативы суффиксального способа словообразования: peatry- ‘a marshy place where peat is found’(Oxford dic.), ‘место добычи торфа, торфяник’, cornfield ‘a place, where grows corn’ (Oxford dic.), ‘поле, где выращивается кукуруза’. Определенная часть локативов со значением «Пространство» реализует такой компонент категориальной словообразовательной архисемы, как «перфектность». Это локативы суффиксального и способа лексикос словообразования: reliction –‘ exposed by the sea solid’,‘земля, обнажённая отступившим морем’. Сопоставление тематических классов тематических сферы функциональной «Пространство» деривационными классами СПК «Пространство» показывает, что средствами словообразовательных моделей объективируется только часть семантики указанной функциональной сферы поля локативности, а именно:

преобладает категоризация средствами словообразования такой лексикотематической группы, как «Участки земной поверхности» в её частных группах (по мере убывания): а) «рельеф местности» (3 модели типа Ѕ+^-tion, -ion, -ity, одна модель Adj +^-ity), б) «участки растительности»(две модели типа S + ^ -ery, ry). Таким образом, наиболее активным словообразовательным средством категоризации функциональной сферы «Пространство» поля локативности в английском языке является модель Ѕ+^ с частным словообразовательным значением «рельеф местности». СПК со значением «Территория» представлена четырьмя разрядами, выделенными по типу словообразовательного форманта: 1. локативами, входящими в суффиксальный способ словообразования. Сюда входят 13 деривационных классов: а) пять классов модели V+^(holding ‘участок земли, землевладение’, parking ‘стоянка’,reservation ‘заповедник;

pavement ‘тротуар, мостовая’, sanctuary ‘заповедник’ circumscription‘район;

округ’), б) четыре класса модели S + ^(: oceanarium ‘океанарий’, reservation ‘территория, отведённая для проживания местного населения’, rookery ‘птичий базар’, embankment ‘набережная’), в) три класса Adj+^ (conurbation ‘конурбация, крупный город с пригородами’, locality ‘местность;

район;

участок;

formicary ‘муравейник’). 2. локативами, входящими в префиксальный способ словообразования. Сюда входят 4 деривационных классов модели ¬ +S (byway чередованием термических режимов»). 3. локативами, входящими в способ словообразования конверсия a track ‘просёлочная дорожка, тропинка’. 4.локативами, входящими в словообразовательный способ сложение -drome aerodrome. ‘малопроезжая улочка’,compound‘посёлок негров-рабочих’,sub-tropics«земли, отличающиеся Всего в объективации такой функциональной сферы локативности, как «Территория», в английском языке участвуют 18 словообразовательных моделей различной степени продуктивности, входящие в суффиксальный, префиксальный способы, а также конверсию. Наиболее частотной мотивирующей базой в процессе семантизации функциональной сферы «Территория» является субстантивная база, из 17 словообразовательных моделей она представлена в 8 словообразовательных моделях. Центр СПК со значением «Территория» составляет разряд локативов, входящих в суффиксальный способ словообразования, который представлен деривационными классами V+^, Ѕ+^: V+- tion,V+ –ment, V+–ing, V+–ary,Ѕ + – tion,– ion, Ѕ +–ery, Ѕ +–ment, Ѕ +–(a, o)rium. Значение локативов, входящих в СПК «Территория», с точки зрения лексической семантики можно охарактеризовать так: «ограниченная территория, имеющая определенные границы, являющиеся результатом какой-либо деятельности человека, преимущественно земная» Словообразовательное «Территория», по выражается или значение в локативов, входящих в СПК следующей семантической признаку, дефиниции: названному «ограниченная территория, которая постоянно и/или сейчас характеризуется процессуальному результативному мотивирующим словом». Большинство указанных локативов содержит категориальную словообразовательную архисему в варианте «презентность»: locality‘place in which an event occurs’(Oxford dic.), ‘место, где происходят, случаются какие-либо события’, rookery‘place where many rooks have there nests’(Oxford dic.), ‘место, где гнездятся грачи’. В то же время определенная часть локативов со значением «Территория» реализует такой вариант словообразовательной семы, как «перфектность», в основном это суффиксальные дериваты : для проживания местного населения’. reservation‘area or land reserved for a special purpose’(Oxford dic.), ‘территория, отведённая Сопоставление тематических и лексико тематических классов функциональной сферы «Территория» с деривационными классами СПК «Территория» показывает, что средствами словообразовательных моделей объективируется только часть семантики указанной функциональной сферы поля локативности, а именно: преобладает категоризация средствами словообразования такой лексико- тематической группы, как «Ограниченное пространство, представляющее собой продукты деятельности человека», подгруппа «территории, являющиеся поселенческими территориальными единицами»(5 моделей типа V+ –ment, V+–ing, Ѕ + – tion,– ion,Ѕ +–ment, Adj + - ity). СПК со значением «Сооружения (вместилища событий)» представлена тремя разрядами, выделенными по типу словообразовательного форманта: 1. локативами, входящими в суффиксальный способ словообразования. Сюда входят 19 деривационных классов: а) восемь классов модели V+^(V+- tion foundation ‘учреждение’, V+– ery grindery ‘точильная мастерская, V+ –ment еstablishment ‘учреждение, ведомство, заведение’, V+–ing building ‘здание, постройка, строение’ V+–er shelter ‘пристанище;

убежище’, V+–ry creamery ‘маслобойня, сыроварня’ V+ –ory оbservatory ‘обсерватория’, V+– ion accommodation ‘помещение’), б) девять классов модели S + ^ (Ѕ +–ery surgery ‘хирургия, хирургический кабинет’, Ѕ +–ment. lodgement ‘жилище;

квартира’, Ѕ+–en warren ‘перенаселённый дом, район’, Ѕ+–ry pigeonry ‘голубятня’, Ѕ +–ory, – ary repository ‘хранилище;

вместилище’, Ѕ +–age cooperage ‘бондарня’, vicarage ‘дом священника’, Ѕ +–(a, o)rium sanatorium ‘санаторий’, academy ‘академия, высшая школа’, в) два класса Adj+^ (Adj + -ery snuggery ‘уютная комната, небольшой удобный кабинет’, Adj +-ary mortuary ‘покойницкая’). 2. локативами, входящими в способ словообразования конверсия (a farm ‘ферма’) Ѕ +–y 3. локативами входящими в способ словообразования сложение (Verb + nom, Nom + nom,Nom + nom, Adj + nom, semi-+Ѕ. Всего в объективации такой функциональной сферы локативности, как «Сооружения», в английском языке участвуют 25словообразовательных моделей различной степени продуктивности, входящие в суффиксальный, префиксальный, конверсию, сложение. Наиболее частотной мотивирующей базой в процессе семантизации функциональной сферы «Сооружения» является субстантивная база, из 25 словообразовательных моделей она представлена в 9 словообразовательных моделях. Центр СПК со значением «Сооружения» составляет разряд локативов, входящих в суффиксальный способ словообразования, который представлен деривационным классом Ѕ+^: Ѕ +–ery surgery, Ѕ +–ment lodgement, Ѕ+–en warren, Ѕ+–ry pigeonry, Ѕ +–ory repository, Ѕ +–ory lavatory, Ѕ +–age cooperage, Ѕ +–age vicarage, Ѕ +–(a, o)rium sanatorium, Ѕ +–y academy. К нему примыкает разряд локативов, входящих в суффиксальный способ словообразования, который представлен деривационным классом V+^: V+tion foundation, V+–ery grindery, V+ –ment еstablishment, V+–ing building,V+– er shelter, V+–ry creamery, V+ –ory оbservatory, V+– ion accommodation. Значение локативов, входящих в СПК «Сооружения», с точки зрения Nom + nom4). 4.локативами, входящими в префиксальный способ словообразования лексической семантики можно охарактеризовать так: «здание, помещение, предназначенное «Сооружения», «помещение, процессуальному для выражается которое или совершения значение в следующей и/или какого-либо входящих семантической сейчас признаку, действия». в СПК по дефиниции: названному Словообразовательное локативов, постоянно характеризуется результативному мотивирующим словом». Большинство указанных локативов содержит категориальную словообразовательную архисему в варианте «презентность»: brewery- ‘building in which brewing of beer is carried on’, (Oxford dic.) ‘помещение, где варят пиво’, observatory – ‘building from which natural phenomenon (e.g. the sun, the stars) may be observed’(Oxford dic.), ‘помещение, из которого наблюдают природные явления’, surgery ‘doctor’s or dentist’s room where patients come to consult him’ (Oxford dic.), ‘кабинет доктора или дантиста, где он консультирует пациентов’. В то же время определенная часть локативов со значением «Сооружения» реализует такой вариант словообразовательной семы, как «перфектность»: warren ‘an overoccupied house’(Oxford dic.), ‘перенаселенный дом’, reservation – ‘place or area reserved for some special use or purpose’ (Oxford dic.),‘место или территория, закрытое для каких-либо целей’. Сопоставление тематических и лексикотематических классов функциональной сферы «Сооружения» с деривационными классами СПК «Сооружения» показывает, что средствами словообразовательных моделей объективируется только часть семантики указанной функциональной сферы поля локативности, а именно: преобладает категоризация средствами словообразования такой лексико- тематической группы, как «учреждение по виду общественной деятельности, которая в них совершается»: 5 моделей типа V+^, 5 моделей типа Ѕ+^, одна модель типа Adj+^, 3 модели типа Verb + nom,Nom + nom, Adj + nom. Таким образом, наиболее активным словообразовательным средством категоризации функциональной сферы «Сооружения» поля локативности в английском языке являются модели V+^ и Ѕ+^ с частным словообразовательным значением «учреждения по виду общественной деятельности». В разряды целом в вербализации средствами словообразования по СК типу локативности в английском языке участвуют (в разной степени) следующие мотивированных лексем, выделенных словообразовательного форманта: 1. локативы, входящие в суффиксальный способ словообразования. Они формируют все три субкатегории локативности: «Пространство», «Территория», «Сооружения»;

2. локативы, входящие в префиксальный способ словообразования. Они формируют такие словообразовательные подкатегории, как «Территория» и «Сооружения»;

3. локативы, входящие в способ сложения слов или основ. Они формируют такие словообразовательные подкатегории, как «Пространство», «Сооружения» и «Территория»;

4. локативы, входящие в способ конверсии (такой её вид, как субстантивация). Они Таким образом, формируют основными такие словообразовательные разрядами, подкатегории, как «Пространство», «Территория» и «Сооружения». деривационными формирующими СК локативности в английском языке, являются локативы таких способов образования слов, как суффиксальный, префиксальный, сложение слов и основ, конверсия. Наиболее актуальной мотивирующей базой является субстантивная база, она преобладает в таких подкатегориях, как «Территория» и «Пространство», и присутствует в подкатегории «Сооружения», в которой преобладающей мотивирующей базой является глагольная база. Исходной субкатегорией мы определяем подкатегорию «Пространство»;

остальные подкатегории представляют собой расширение СК локативности, основанное на принципе «фамильного сходства» (Wittgenstein, 1953). Этот принцип означает, что члены категории похожи друг на друга в различных отношениях. Кроме того, расширение категории по признаку «семейного сходства» предполагает его мотивированность центральным (исходным) членом категории (Лакофф, 2004, с.128). В нашем случае идея «неограниченной территории» (т.е. «пространства») в дальнейшем видоизменяется: 1) в словообразовательной подкатегории «Территория» семантический компонент содержания «пространство» этой сопровождается не менее важным для субкатегории смысловым компонентом «рубеж», «граница» (реальная или мыслимая), в то время как семантический компонент «неограниченность» исчезает;

2) в словообразовательной компонент подкатегории подвергается «Сооружения» дальнейшему семантический «пространство» видоизменению: он становится подчиненным семантическому компоненту «граница», «ограничение», который предполагает замкнутость пространства со всех сторон, его консервацию. В то же время центральная субкатегория «Пространство» изучаемой СК локативности не является актуальной для современного человека, так как она в сопоставлении с другими подкатегориями менее активно вербализуется средствами словообразования (всего 12 различных словообразовательных моделей и три английского субкатегория, деривационных современника как разряда). является Наиболее такая она актуальной для 25 словообразовательная формируется «Сооружения»:

словообразовательными моделями, 4 деривационными разрядами. На втором месте словообразовательная подкатегория «Территория»: она вербализуется 18 словообразовательными моделями и 4 деривационными разрядами. В целом сопоставление деривационных классов СПК локативности в русском и английском языках выявило следующее:

1) в русском языке мотивированные локативы образуются по пяти способам словообразования, в английском – по четырем способам. В английском языке отсутствует префиксально-суффиксальный способ, который в русском языке представлен значительным количеством моделей – 22 СТ. Кроме того, способ сложения в русском языке представлен большим количеством видов: в его состав входят сложно-суффиксальный, сложение с сочинительными английском языке;

2) по статическим параметрам СПК локативности в русском языке представлена гораздо большим количеством моделей – 95 СТ, в английском языке – 55 СТ ( т.е. в русском языке на 40 СТ больше);

3) в границах суффиксального способа словообразования и английский, и русский языки заполняют все три словообразовательные подкатегории: СПК «Пространство», СПК «Территория», СПК «Сооружения (вместилища событий)». В границах префиксального способа словообразования и английский и русский языки средствами словообразования вербализуют только одну словообразовательную подкатегорию – СПК «Территория»;

4) в то же время в рамках такого способа словообразования, как конверсия, английский язык средствами словообразования вербализует все три словообразовательные подкатегории, в то время как русский только одну – это СПК «Сооружения (вместилища событий)»;

5) строение СК локативности в русском и английском языках полностью не совпадает. Если на периферии данной СК в обоих языках находится словообразовательная субкатегория «Пространство» ( в русском языке 16,84% от всех словообразовательных моделей, в английском языке – 21,81%),то центральная часть СК локативности в русском языке представлена подкатегорией «Территория» (48,42% от всех СТ), а в английском языке – подкатегорией «Сооружения (вместилища событий)» (45,46% от всех СТ). Соответственно различной является и часть, прилегающая к центру: в русском языке это СПК «Сооружения (вместилища отношениями основ, которые не представлены в событий)» (34,73% от всех СТ), в английском языке это СПК «Территория» (32,73% от всех СТ);

6) сопоставление деривационных классов той или иной СПК с тематическими классами соответствующих функциональных сфер семантического поля локативности выявляет, что и в русском, и в английском языках в двух СПК – это СПК «Пространство» и «Сооружения (вместилища событий)» - эксплицируется средствами словообразования определенная (и одинаковая) часть семантики данных функциональных сфер. В СПК «Пространство» это группа «участки земной поверхности» (подгруппы «рельеф местности», «участки растительности»), а в СПК «Сооружения (вместилища событий)» это группа «учреждения, предприятия» (подгруппа «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»). Это обусловливает наличие в функциональных языках однотипных «деривационных лакун»;

7) в то же время содержание СПК «Территория» в названных языках выявляет различные приоритеты (и следовательно, различные «деривационные лакуны») в вербализации тематических и лексикотематических классов соответствующей функциональной сферы поля локативности. В русском языке это группа «ограниченное пространство общего и природного характера» (подгруппа «ограниченное пространство, выделяемое по какому-либо внешнему признаку»), в английском языке это группа «ограниченное пространство, представляющее собой продукты деятельности человека» (подгруппа «территории, являющиеся поселенческими территориальными единицами»);

8) словообразовательное значение локативов каждой из исследуемых словообразовательных субкатегорий в обоих языках в целом является совпадающим: а) СПК «Пространство» - «неограниченная территория, которая постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному или результативному признаку, названному мотивирующим словом»;

б) СПК «Территория» - «ограниченная территория, которая постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному или результативному признаку, названному мотивирующим словом»;

в) СПК «Сооружения (вместилища событий)» - «помещение, которое постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному мотивирующим или словом». результативному Совпадающей признаку, и названному категориальная является словообразовательная архисема словообразовательного значения локативов (в той или иной разновидности) в обоих языках – это компонент «презентность//перфектность».

Выводы В разряды целом в вербализации средствами словообразования по СК типу локативности в английском языке участвуют (в разной степени) следующие мотивированных лексем, выделенных словообразовательного форманта: 1. локативы, входящие в суффиксальный способ словообразования. Они формируют все три субкатегории локативности: «Пространство», «Территория», «Сооружения»;

2. локативы, входящие в способ сложения слов или основ. Они формируют такие словообразовательные подкатегории, как «Пространство», «Сооружения», «Территория»;

3. локативы, входящие в префиксальный способ Они формируют такие словообразовательные «Территория» и «Сооружения». 4. локативы, входящие в способ конверсии (такой её вид, как субстантивация). Они Суффиксальный формируют способ такие словообразовательные в английском языке подкатегории, как «Сооружения», «Территория», «Пространство». словообразования представлен тремя деривационными классами: деривационным классом девербативов, деривационным классом отсубстантивов, деривационным классом отадъективов. Рассмотрев деривационный класс девербативов в английском языке, мы пришли к выводу, что в функциональной сфере "Сооружения" чаще всего семантизируется суффиксальными девербативами частное локативное значение "учреждения по виду общественной деятельности" (5 СТ). Второе место занимает локативное значение "жилище человека" (3 СТ). Уместно отметить, что из целого ряда частных семантических подгрупп разряда "Учреждения, предприятия" активно реализуется через словообразовательную модель V +^ только одна подгруппа, называющая учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается, словообразования. подкатегории, как а другие группы, называющие учреждения по отношению к виду публичной власти, по демографическим признакам, вне действия локативных моделей V + ^. Наиболее английском частым в функциональной семантизация сфере «Территория», в языке является локативного значения «Ограниченное пространство, представляющее собой продукты деятельности человека», а именно - группа «территориальные поселенческие единицы и их части». В то же время такие группы этой функциональной сферы, как "общие понятия, пространственные границы", "ограниченное пространство общего и природного характера" вне действия словообразовательных типов общей модели V + суффикс. Функциональная сфера «Пространство», в английском языке не объективируется словообразовательными типами, относящимися к деривационному классу девербативов. В нашем исследовании мы пришли к выводу, что в английском языке всего в процессе моделирования когнитивной сферы локативности участвуют 14 девербативных суффиксальных СТ. Решая задачи сопоставительного словообразования в обоих русского и английского языков, мы пришли к выводу, что в рамках девербативного суффиксального семантизируется семантизируется способа словообразования сфера словообразования языках редко часто сфера функциональная средствами «Пространство», функциональная «Сооружения (вместилища событий)», в которой преобладает значение «учреждения, предприятия», в частности «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается», а также из различных частных локативных значений функциональной сферы «Территория» наиболее частым является семантизация локативного значения «ограниченное пространство, представляющее собой продукты деятельности человека», а именно - значение «Территориальные поселенческие единицы и их части» (в обоих языках).

В функциональной сфере «Пространство» в английском языке суффиксальные отсубстантивы семантизируют такие значения: 1) «Участки растительности» Ѕ +–ery, Ѕ+–ry ;

2)«Рельеф местности» Ѕ + – tion,– ion, Ѕ+ity. Надо заметить что, значения «Участки растительности» и «Рельеф местности» семантизируются в равной степени. В функциональной сфере «Территория» в английском языке суффиксальные отсубстантивы заполняют такие лексико-тематические группы: 1) «Места обитания, место нахождения животных» Ѕ +–ery;

2) «Ограниченная территория как продукт деятельности человека»: а) поселенческие территориальные единицы Ѕ + – tion,– ion, б) административно-территориальные единицы функциональной сфере средствами S + -иj;

3) «Ограниченная вербализуются территория по функциональному признаку» Ѕ +–(a, o)rium. Итак, в этой словообразования значения «места обитания животных» и «поселенческие территориальные единицы», «отрезок пространства, функционально ограниченный» В функциональной сфере «Сооружения» в английском языке суффиксальные отсубстантивы входят в такие лексико-семантические классы: 1)«Жилище животных» Ѕ+–ry;

2)«Учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается» Ѕ +–ery, Ѕ +–ory, Ѕ +–age, Ѕ +–(a, o)rium, Ѕ +–y;

3) «Жилище человека и его части» Ѕ + – tion,– ion, Ѕ +–ment, Ѕ+–en, Ѕ +–ory, Ѕ +–age. Итак, функциональная сфера «Сооружения (вместилища событий)» в английском языке вербализируется наибольшим количеством СТ (11 СТ). В одинаковом количестве присутствуют две группы 5 СТ «Жилище человека и его части» и 5 СТ «Учреждения, предприятия», подгруппа «учреждения по типу общественной деятельности, которая в них совершается». Также присутствует один СТ «Жилище животных». Сопоставив результаты анализа деривационного класса суффиксальных отсубстантивов в русском и английском языках, мы пришли к выводу, что отсубстантивными моделями объективируются все три функциональные сферы поля локативности;

чаще всего в обоих языках семантизируется «учреждения совершается»);

«рельеф по функциональная виду сфера «Сооружения (вместилища в них событий)», а именно - группа «учреждения, предприятия» (подгруппа общественной деятельности, которая функциональную (в обоих сферу языках);

«Пространство» в заполняют сфере отсубстантивы с семантическим значением «участки растительности»;

местности» функциональной «Территория» суффиксальные отсубстантивы семантизируют два значения: а) «ограниченная территория как продукт деятельности человека» в его модификации «поселенческие, территориальные единицы»;

б) «места обитания животных» (в обоих языках). В сфере количественных параметров данного деривационного класса в целом, мы выявили незначительное преобладание английских моделей. Мы пришли к выводу, что в английском языке, в деривационном классе суффиксальных отадъективов наблюдается словообразовательных Adj + - ity, Adj +-ness. В функциональной сфере «Территория», в английском языке, суффиксальные отадъективы заполняют такие лексико-тематические группы: 1) «Места обитания, места нахождения животных» Adj + -ary, 2) «Ограниченная территория как продукт деятельности человека»: а) поселенческие территориальные единицы Adj + - ity, б) административнотерриториальные единицы Adj + - tion. В функциональной сфере «Сооружения» в английском языке суффиксальные отадъективы входят в такие лексико-семантические классы: 1)«Жилище человека» Adj + -ery;

2)«Учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается» Adj +-ary. Сравнив результаты анализа деривационного класса суффиксальных отадъективов в русском и английском языках, мы выявили некоторые подкатегорий. В почти равное употребление функциональной сфере «Пространство» отадъективы семантизируют значение:«Рельеф местности» сходства: отадъективные модели объективируют все три сферы поля локативности (в обоих языках);

не наблюдается преобладания какой-либо из функциональных сфер;

в функциональной сфере «Пространство» преобладают наименования лексико-семантического класса «Участки земной поверхности» (подкласс «рельеф местности»);

в функциональной сфере «Территория» «территории, преобладают «учреждения совершается»). В целом для префиксальных локативных моделей в английском языке характерна семантизация только функциональной сферы «Территория» в такой её лексико-семантической группе, как «территория, ограниченная по внешнему признаку». Всего в заполнении названной функциональной сферы поля локативности участвуют три словообразовательных типа, из них два продуктивны в специальной терминологии. Мотивирующей базой всех трёх СТ являются существительные. а) by- + S (территория, ограниченная по внешнему признаку), б) com- + S (территория, ограниченная по внешнему признаку), в) sub-+S (территория, ограниченная по внешнему признаку), г) com- + S (территория, ограниченная по функциональному признаку). Один СТ объективирует в английском языке функциональную сферу «Сооружения (вместилища событий)», в английском языке, а именно: лексико-семантическую группу «жилище человека и его части»: semi - + S. Исследования отсубстантивов в в сфере деривационного класса префиксальных русском и английском языках показали, что преобладают собой наименования «ограниченной человека» территории, (подкласс представляющей продукты деятельности являющиеся наименования по типу административно-территориальными «учреждения, предприятия» (подкласс в них единицами»);

в функциональной сфере «Сооружения (вместилища событий)» общественной деятельности, которая префиксальные отсубстантивы локативной семантики семантизируют только одну функциональную сферу: «Территория»;

в которой преобладают наименования такого лексико-семантического класса, как «ограниченная территория общего и природного характера» (подкласс «ограниченная территория по внешнему признаку»). В целом анализ словообразовательных типов в английском языке входящих в способ конверсии, позволяет сделать определенные обобщения. В функциональной сфере «Сооружения (вместилища событий)» в английском языке конверсивы заполняют такие лексико-тематические группы: «учреждения, предприятия» (подгруппа «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»), «жилище животных». В функциональной сфере В функциональной сфере «Пространство» в английском языке «Территория» в английском языке конверсивы заполняют лексико-тематическую группу «рельеф местности». конверсивы заполняют лексико-тематическую группу как «отдельные части поселенческих территориальных единиц». Сопоставив результаты анализа деривационного класса конверсивов в русском и английском языках, мы сделали заключение, что конверсивы являются средством вербализации всех трёх функциональных сфер поля локативности в английском языке и только одной сферы – «Сооружения (вместилища событий)» в русском языке. Также преобладают наименования функциональной сферы «Сооружения (вместилища событий)» в таком лексико-семантическом классе, как «учреждения, предприятия» (подкласс «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается») – в обоих языках. Проведя исследование. мы пришли к заключению, что в вербализации семантического поля локативности в английском языке участвуют 11 СТ, относящихся к способу сложения. «Рельеф Почти в равной и степени семантизируются функциональные сферы «Пространство»(5СТ), а в ней лексико-семантическая группа местности» «Сооружения (вместилища событий)»(5СТ), а в ней лексико-семантическая сфера «учреждения совершается». по виду общественной деятельности, которая в них Функциональная сфера «Территория» вербализируется 1СТ, в лексико-семантической группе «ограниченное пространство по функциональному признаку». Сопоставив результаты анализа деривационного класса сложных локативов в русском и английском языках, мы пришли к заключению, что: различные виды дериватов, образованные способом сложения, в английском языке семантизируют все три функциональные сферы, а в русском языке только две – сферу «Территория» и сферу «Сооружения (вместилища событий)». Отсутствие в русском языке дериватов, относящихся к способу сложения в функциональной сфере «Пространство», объясняется, на наш взгляд, тем, что эта сфера в русском языке, в первую очередь, объективируется дериватами префиксально-суффиксального способа, которые отсутствуют в английском языке;

в русском языке преобладает функциональная сфера «Территория», семантизируются преимущественно два значения: «ограниченное пространство по внешнему признаку» и «поселенческие территориальные единицы»;

в английском языке в равной мере средствами словообразования, прежде всего, вербализуются сферы «Сооружения (вместилища событий)» и «Пространство», преобладают группы соответственно названий «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается» и «рельефа местности». Количественные параметры деривационного класса сложных локативов выявляют преобладание русских моделей. Необходимо отметить, что в английском языке отсутствуют такие виды локативных сложных дериватов, как суффиксально-сложные и образованные на основе сочинительных отношений мотиватов. Таким образом, основными деривационными разрядами, формирующими СК локативности в английском языке, являются локативы таких способов образования слов, как суффиксальный, сложение слов и основ, конверсия. В целом сопоставление деривационных классов СПК локативности в русском и английском языках выявило следующее: 1) в русском языке мотивированные локативы образуются по пяти способам словообразования, в английском – по четырем способам. В английском языке отсутствует префиксально-суффиксальный способ, который в русском языке представлен значительным количеством моделей – 22 СТ. Кроме того, способ сложения в русском языке представлен большим количеством видов: в его состав входят сложно-суффиксальный, сложение с сочинительными английском языке;

2) по статическим параметрам СПК локативности в русском языке представлена гораздо большим количеством моделей – 95 СТ, в английском языке – 55 СТ ( т.е. в русском языке на 40 СТ больше);

3) в границах суффиксального способа словообразования и английский, и русский языки заполняют все три словообразовательные подкатегории: СПК «Пространство», СПК «Территория», СПК «Сооружения (вместилища событий)». В границах префиксального способа словообразования и английский, и русский языки средствами словообразования вербализуют только одну словообразовательную подкатегорию – СПК «Территория»;

4) в то же время в рамках такого способа словообразования, как конверсия, английский язык средствами словообразования вербализует все три словообразовательные подкатегории, в то время как русский только одну – это СПК «Сооружения (вместилища событий)»;

5) строение СК локативности в русском и английском языках полностью не совпадает. Если на периферии данной СК в обоих языках находится словообразовательная субкатегория «Пространство» ( в русском языке 16,84% от всех словообразовательных моделей, в английском языке – 21,81%),то центральная часть СК локативности в русском языке отношениями основ, которые не представлены в представлена подкатегорией «Территория» (48,42% от всех СТ), а в английском языке – подкатегорией «Сооружения (вместилища событий)» (45,46% от всех СТ). Соответственно различной является и часть, прилегающая к центру: в русском языке это СПК «Сооружения (вместилища событий)» (34,73% от всех СТ), в английском языке это СПК «Территория» (32,73% от всех СТ);

6) сопоставление деривационных классов той или иной СПК с тематическими классами соответствующих функциональных сфер семантического поля локативности выявляет, что и в русском, и в английском языках в двух СПК – это СПК «Пространство» и «Сооружения (вместилища событий)» - эксплицируется средствами словообразования определенная (и одинаковая) часть семантики данных функциональных сфер. В СПК «Пространство» это группа «участки земной поверхности» (подгруппы «рельеф местности», «участки растительности»), а в СПК «Сооружения (вместилища событий)» это группа «учреждения, предприятия» (подгруппа «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»). Это обусловливает наличие в функциональных языках однотипных «деривационных лакун»;

7) в то же время содержание СПК «Территория» в названных языках выявляет различные приоритеты (и, следовательно, различные «деривационные лакуны») в вербализации тематических и лексикотематических классов соответствующей функциональной сферы поля локативности. В русском языке это группа «ограниченное пространство общего и природного характера» (подгруппа «ограниченное пространство, выделяемое по какому-либо внешнему признаку»), в английском языке это группа «ограниченное пространство, представляющее собой продукты деятельности человека» (подгруппа «территории, являющиеся поселенческими территориальными единицами»);

8) словообразовательное значение локативов каждой из исследуемых словообразовательных субкатегорий в обоих языках в целом является совпадающим: а) СПК «Пространство» - «неограниченная территория, которая постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному или результативному признаку, названному мотивирующим словом»;

б) СПК «Территория» - «ограниченная территория, которая постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному или результативному признаку, названному мотивирующим словом»;

в) СПК «Сооружения (вместилища событий)» - «помещение, которое постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному мотивирующим или словом». результативному Совпадающей признаку, и названному категориальная является словообразовательная архисема словообразовательного значения локативов (в той или иной разновидности) в обоих языках – это компонент «презентность//перфектность».

Заключение. Исследование языковой картины мира в лингвистике разворачивается в двух основных направлениях. Во-первых, исследуются отдельные характерные для данного языка концепты, среди них, прежде всего «стереотипы» языкового сознания (Н.И.Сукаленко,1992;

Ю.С.Степанов, 1998). Во-вторых, ведется поиск и реконструкция присущего языку цельного донаучного взгляда на мир. Это направление в исследовании языковой картины мира характерно для работ представителей на Московской и семантической школы (Ю.Д.Апресян,1995;

Е.В.Урысон,1995). Исследования грамматики, ориентированные вычленение систематизацию этно-ментальных представлений в языке, пока еще не находятся в фокусе научных интересов. В то же время еще В. Гумбольдт подчеркивал ученого, важность собственно грамматических формы показаний (языка) для определения своеобразия этнического мировидения, поскольку, по мнению именно «посредством описания следует устанавливать тот специфический путь, которым идет к выражению мысли язык и народ, говорящий на нём» (В.Гумбольдт,1956,с.76). Наше исследование находится в рамках названного третьего направления в изучении языковой картины мира. Полагаем, что лексический уровень языка, который охватывает наиболее подвижные слои этноментальных представлений (а именно лексический слой является предметом и объектом описания в исследованиях первого и второго направлений), не может быть вполне объективным и достаточным основанием для корректной оценки этнического мировидения и этнической шкалы ценностей. Конкретно- историческая языковая картина мира воплощается и транслируется в очерченных грамматической структурой языка границах. «Именно структура языка задает границы национальной картины мира, в рамках которых словарный состав её достраивает, ориентируясь на разворачивающуюся историческую действительность» (А.А.Мельникова, 2003, с.24). Результаты проведенного исследования показали, что свойственный языку способ концептуализации действительности (восприятия и организации мира) отчасти универсален, отчасти национально специфичен. Это связано с тем, что носители разных языков могут видеть мир немного поразному, через призму конкретного этнического языка. Мы выявили наличие определенных универсальных свойств в организации и содержании изучаемой словообразовательной категории локативности. К ним мы относим: 1. Выделение в ядерной зоне семантического поля локативности трех однотипных функционально-семантических сфер (и в русском, и в английском языке): а) сферы «Пространство», под которой в диссертации понимается «территория, не имеющая определенных границ, которую можно окинуть взглядом, чаще не освоенная человеком, как земная, так и воздушная и водная»;

б) сферы «Территория», под которой в диссертации понимается «ограниченная территория, имеющая определенные границы, являющиеся результатом какой-либо деятельности человека, преимущественно земная»;

в) сферы «Сооружения (вместилища событий)», под которой в диссертации понимаются «здания, помещения, предназначенные для совершения какоголибо действия»;

2. Существование на базе названных функционально-семантических сфер одноименных а) словообразовательных подкатегорий, со в своей совокупности локативности: локативов, территория, составляющих словообразовательную подкатегории следующим: сейчас категорию значением словообразовательной в неё, является и/или «Пространство», типовое словообразовательное значение мотивированных входящих которая «неограниченная по со названному постоянно б) характеризуется подкатегории процессуальному мотивирующим или словом»;

результативному признаку, словообразовательной значением «Территория», локативов, или в) типовое входящих словообразовательное в неё, является признаку, событий)», значение мотивированных по следующим: названному со типовое «ограниченная территория, которая постоянно и/или сейчас характеризуется процессуальному результативному (вместилища мотивирующим значением словом»;

«Сооружения словообразовательной подкатегории словообразовательное значение мотивированных локативов, входящих в нее, является следующим: «помещение, которое постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному или результативному признаку, названному мотивирующим словом»;

3. Фокусирование средствами словообразования только определенных частей (сегментов) соответствующих функциональных сфер семантического поля локативности, причем, как правило, одноименных и в русском, и в английском языках: а) в СПК «Пространство» это лексико-тематическая группа «участки земной поверхности»;

б) в СПК «Сооружения (вместилища событий)» это ЛТГ «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается»;

в) в СПК «Территория» это ЛТГ «ограниченное пространство, представляющее собой продукты деятельности человека» для английского языка и ЛТГ «ограниченная территория природного характера» для русского языка. Другие (причём многочисленные) ЛТГ ядерной зоны семантического поля локативности не объективируются своего рода средствами словообразования, представляют собой «деривационные лакуны». Полагаем, что наличие сфокусированных средствами грамматики сегментов семантического поля локативности выявляет приоритетные в когнитивном и лингвокультурном аспектах участки данного поля;

4. Прототипичность (исходность) СПК со значением «Пространство» для названных языков, остальные субкатегории представляют собой расширение СК локативности основанное на принципе фамильного сходства, который означает: а) что члены данной категории (СПК «Территория», СПК «Пространство», СПК «Сооружения (вместилища событий)») похожи друг на друга в различных отношениях;

б) подобное расширение предполагает мотивированность исходным членом категории других членов категории. В нашем материале идея «неограниченной территории» (т.е. «пространства») в дальнейшем видоизменяется: 1) в словообразовательной компонент содержания компонент этой подкатегории «Территория» не менее семантический важным для «рубеж», «пространство» сопровождается субкатегории смысловым исчезает;

2) компонентом в «граница» (реальная или мыслимая), в то время как семантический «неограниченность» словообразовательной подкатегории «Сооружения» семантический компонент «пространство» подвергается дальнейшему видоизменению: он становится подчиненным семантическому 5. компоненту для «граница», современного «ограничение», человека который предполагает замкнутость пространства со всех сторон, его консервацию;

Неактуальность субкатегории «Пространство», наш современник (и русский, и англичанин) полагает, что эта сторона действительности им освоена и названа в достаточной степени. Эту характеристику СК локативности демонстрируют количественные параметры (наименьшее количество словообразовательных моделей и деривационных классов в сопоставлении с другими подкатегориями) и непродуктивность большинства словообразовательных моделей данной СПК. Выявленные нами универсальные свойства словообразовательной категории локативности в когнитивном, семантическом и структурном аспектах демонстрируют наличие «общего инвентаря представлений», лежащего в основе всех этнических языков. Б.Уорф так писал об этом: «Само существование такого общего инвентаря представлений, возможно обладающего своей собственной, еще не исследованной структурой, пока, по-видимому, не получило большого признания;

но, мне кажется, без него нельзя было бы сообщать мысли посредством языка;

он включает в себя общий принцип возможности такого сообщения и в каком-то смысле представляет собой универсальный язык, входом в который служат конкретные различные языки»(Whorf,1956). В то же время в результате исследования мы выявили определенные специфические черты в содержании, составе и организации СК локативности в русском и английском языках: 1) в русском языке СК локативности, включающая наименования безграничного и ограниченного пространства, репрезентирована значительно большим количеством словообразовательных структур (в 1,7 раз). Полагаем, что это свидетельствует о том, что область этно-ментальных пространственных представлений о мире для русского человека является более важной, чем для англичанина. Н. Бердяев в очерке с символическим названием «О власти пространства над русской душой» писал: «Не раз уже указывали на то, что в судьбе России огромное значение имели факторы географические, её необъятные пространства.<…> Огромные пространства легко давались русскому народу, но не легко давалась ему организация этих пространств. <…>От русской души необъятные пространства требовали смирения и жертвы, но они же охраняли русского человека и давали ему чувство безопасности» (Бердяев,1990, с.65,67);

2) приоритетной для современного русского человека является СПК «Территория», а в её составе подгруппа «ограниченная территория природного характера по внешнему признаку», в то время как для современного англичанина актуальной является СПК «Сооружения (вместилища событий)», прежде всего в подгруппе «учреждения по виду общественной деятельности, которая в них совершается». Причины этого мы видим в следующем: русский человек предпочитает ограниченное, но не полностью закрытое пространство, ограниченное пространство без крыши, микрокосм, имеющий выход в макрокосм. Англичанин предпочитает полностью ограниченное от внешнего мира пространство, выполняющее функцию защиты.

Специфические черты в организации и содержании СК локативности в русском и английском языках, на наш взгляд, выявляют связь данной грамматической (словообразовательной) категории с такими концептами, как воля (свобода) – freedom (liberty), являющимися для данных языков культурно значимыми константами. Слово freedom относится, прежде всего, к правам отдельного человека, его значение можно определить как «невмешательство», «ненавязывание», freedom ‘condition of being free (all senses)’. Г. Федотов так описывает русскую волю: «Воля есть прежде всего возможность жить по своей воле, не стесняясь никакими социальными узами, не только цепями. Волю стесняют и равные, стесняет и мир. <…> Определение «вольный» предполагает человека, который испытывает отвращение ко всякого рода ограничениям, принуждениям, путам, который ощущает потребность «раскинуться, «перелиться» через любые границы, как река во время разлива» (Федотов, 1981). Примечательно, что в русском языке есть словосочетание на волю – «наружу», на свежий воздух(Сл.Ушакова), совершенно не характерное для английского freedom. Очевидно, внутри здания, сооружения русский человек испытывает ограничения (он не может свободно перемещаться, как на открытом пространстве), в то время как англичанин не испытывает ущемления своих прав, находясь в помещении, ведь концепт freedom не связан с идеей простора, широты. В целом наше исследование показывает, что восприятие пространства в языковой картине мира того или иного этноса «всегда трактуется в системе мировоззренческих оппозиций, релевантных для данного культурноисторического сообщества» (Касевич,1998) и что пространство является важнейшим и универсальным концептом европейской культуры.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК 1. Абдуллина А.А. Функционально-семантическое поле локальности в современном русском языке. Автореф. дис... канд. филол. наук. – Краснодар, 1994. – 17 с. 2. Аверьянова А.П. О некоторых значениях суффикса -ец в русском языке // Уч. зап. ЛГУ. Вып. 38. – Ленинград, 1976. – С. 131–143. 3. Азарх Ю.С. Словообразование и формы существительных в истории русского языка. – М., 1984. – 244 с. 4. Актуальные проблемы русского словообразования: Тезисы V республиканской научно-теоретической конференции. Ч. I. – Самарканд, 1987. – 463 с. 5. Амосова Н.Н. Основы английской фразеологии.– Ленинград: ЛГУ, 1963. – 194 с. 6. Анисимова Т.В. Стилистические возможности суффиксальных имен существительных (на материалах газетно-публицистического стиля). – Саратов, 1982. – 15 с. 7. Апресян Ю.Д. Толкование лексических значений как проблема теоретической семантики // Серия литературы и языка. – М.: Наука, 1969. – № 1. – С.11–23. 8. Апресян Ю.Д. Лексическая семантика: Синонимические средства языка. – М.: Наука, 1974. – 336 с. 9. Апресян Ю.Д. Дистрибутивный анализ значений и структурные семантические поля // Лексикографический сборник. Вып. V. – М.: 1986. – С.23-27. 10. Арутюнова Н.Д. Предложение и его смысл. – М.: Наука, 1976. – С. 383.

11. Арутюнова Н.Д. К проблеме функциональных типов лексического значения // Аспекты семантических исследований. – М.: Наука, 1980. – С.156–249. 12. Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений. Оценка. Событие. Факт. – М.: Наука, 1988. – 339 с. 13. Арутюнова Н.Д. Путь по дороге и бездорожью // Логический анализ языка. Языки динамического мира. – Дубна, 1999. С 3–17. 14. Белоусова А.С. К построению лексико-семантической классификации слов в связи с задачами толковой лексикографии (имена лиц) // Словарные категории. – М.: Наука, 1988. – С. 92–95. 15.Бенвенист Э. Общая лингвистика, – М.: Прогресс, 1974. – 445 с. 16. Бендикс Э.Г. Эмпирическая база семантического описания // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XIV. – М.: 1983.– С.18–21. 17. Блинова О.И. Явления мотивации слов. – Томск: Изд-во Томск. унта, 1984. – 191 с. 18. Блинова О.И. Явление мотивации слов в лексикографическом аспекте//Теория языка и словари. – Кишинев: Штиница, 1988. – С.137–142. 19. Блинова О.Н. Мотивационные отношения слов и принципы номинации // Общие проблемы деривации и номинации. Словообразование в аспекте взаимодействия разных уровней языка: Тезисы докладов. – Омск: Изд-во Омского ун-та, 1988. – С. 9–11. 20. Бердяев Н. Судьба России. М. Сов. писатель,1991. 21. Бондарко А.В. Грамматическая категория и контекст. – Л.: Наука, 1971. – 113 с. 22. Бондарко А.В. Теория морфологических категорий. – Л.: Наука, 1976. – 255 с. 23. Бондарко А.В. Грамматическое значение и смысл. – Л.: Наука, 1978. – 175 с. 24. Бондарко А.В. Принципы функциональной грамматики и вопросы аспектологии. – Л.: Наука, 1983. – 208 с.

25. Бондарко А.В. Функциональная грамматика. – Л.: Наука, 1984. – 133с. 26. Борисова Т.Г. Лексико-семантический элементов Из семантики // Вестник над аспект СГУ. значения Вып. 22 наименований химических Т.Г.

Филологические науки. – Ставрополь, 1999. – С. 119–123. 27.Борисова словообразовательной наблюдений особенностями вещественных мотивированных субстантивов в современном русском языке // 28. Борисова Т.Г. К вопросу о Материалы XLIII научновещественных методической конференции. – Ставрополь, 1999. – С. 194–196. классификации субстантивов в современном русском языке // Материалы XLIII научнометодической конференции. – Ставрополь, 1999. – С. 196–198. 29. Васильев Л.М. Семантика русского глагола. – М.: Высшая школа, 1981. – 186 с. 30. Васильев Л.М. Современная лингвистическая семантика. – М.: Высшая школа, 1990. – 175 с. 31. Виноградов В.В. Русский язык: Грамматическое учение о слове. – М.: Высшая школа, 1972. – 614 с. 32. Винокур Г.О. Заметки по русскому словообразованию // Избранные работы по русскому языку. – М., 1959. 33. Волоцкая З.М. Опыт описания одной словообразовательной категории (на материале производных названий места) // Актуальные проблемы русского словообразования: Уч. зап. Ташкентского пед. ин-та. – Ташкент, 1975. – Т. 143. – С. 351–358. 34. Волоцкая З.М. К сопоставительному описанию славянских языков // ВЯ. 1975. № 5. С. 38-53. 35. Волоцкая З.М. Некоторые наблюдения над структурой толкований мотивированных слов // Советское славяноведение. 1976. № 6. С. 77-79.

36. Волоцкая З.М. Специфика значения мотивированных слов и способы их толкования // Актуальные проблемы русского словообразования. Ч. I. – Ташкент, 1978. – С. 119–123. 37. Волоцкая З.М. О факторах, влияющих на актуализацию значений словообразовательных формантов // Актуальные проблемы русского словообразования. Ч. П. – Ташкент, 1986. – С. 17–20. 38. Вопросы словообразования и фразообразования в германских языках: Сб. науч. тр. МГПИИЯ им. Тореза. Вып. 164. – М., 1980. – 189 с. 39. Всеволодова М.Ю., Парщукова 3.Г. Способы выражения пространственных отношений. – М., 1968. – 172 с. 40. Всеволодова М.В., Владимирский Е.Ю. Способы выражения пространственных отношений в современном русском языке. – М., 1982. – 154 с. 41. Всеволодова М.Ю. Основания практической функциональнокоммуникативной грамматики русского языка // Языковая системность при коммуникативном обучении. – М.: Русский язык, 1988. – С. 26–35. 42. Гак В.Г., Розейнблинт Е.Б. Очерки по сопоставительному изучению французского языка. – М.: Высшая школа, 1965. – 136 с. 43. Гак В.Г. Сопоставительная лексикология. – М.: Международные отношения, 1977. – С. 28–37. 44. Гак В.Г. Сравнительная типология французского и русского языков. – Л.: Просвещение, 1977. – 300 с. 45. Гак В.Г. К эволюции способов речевой номинации // Вопросы языкознания. – 1985. – № 4. – С.28–42. 46. Гак В.Г. Об исчислении лексико-семантических синонимов // Язык: система и функционирования. – М.: Наука, 1988. – С.61–69. 47. Гачев Г. Национальные образы мира. Космо – Психо – Логос. М.: Изд. Группа Прогресс: Культура, 1995. 48. Голев Н.Д. Динамический аспект лексической мотивации. – Томск: Томский университет, 1989. – 249 с.

49. Городецкий Б.Ю. К проблеме семантической типологии. – М., 1969. – 173 с. 50. Грюнбаум А. Философские проблемы пространства и времени. – М.: Прогресс, 1969. – 590 с. 51. Грязнова В.М. Потенциальные слова с личным значением в составе русского литературного языка первой половины XIX в. // Вопросы структуры и функционирования русского языка. – Томск: Томский ун-т. 1980. – С. 57– 66. 52. Грязнова В.М. Профессиональная словообразовательная категория лица в русском литературном языке XIX в. // Вопросы русского и дагестанского языкознания. – Махачкала, 1981. – С. 135–145. 53. Грязнова В.М. Атрибутивная словообразовательная категория лица в русском литературном языке XIX в. // Прогрессивная роль русского языка и русской литературы в духовном обогащении народов Карачаево-Черкесии. – Ставрополь, 1985. – С. 36–49. 54. Грязнова В.М. К вопросу о словообразовательной категории наименований лиц в русском литературном языке первой половины XIX в. // Актуальные проблемы русского словообразования. Ч. I. Самарканд: Самаркандский пед. ин-т, 1987. – С. 320–323. 55. Грязнова В.М. Словообразовательная семантика мотивированных наименований 56. со значением лица в русском литературном языке XIX в. // Семантика слова и предложения. – Ставрополь, 1984. – С. 49–66. Грязнова В.М. Агентивная словообразовательная подкатегория лица в русском литературном языке первой половины XIX в. // Вопросы истории русского литературного языка Х1Х-ХХ вв. – М.: МГПИ им. Ленина, 1985. – С. 37–50. 57. Грязнова В.М. К вопросу о фразеологичности наименований лиц в русском литературном языке XIX в. // Лексическая и словообразовательная семантика в русском языке. – Ставрополь: Изд-во СГПИ, 1986. – С. 138–160.

58. Грязнова В.М. Прагматические и семантические аспекты значения некоторых личных наименований в русском литературном языке первой половины XIX в. // Деривация в речевой деятельности (Общие вопросы. Текст. Семантика). Пермь: Ин-т языкознания АН СССР. Пермский ун-т, 1988. – С. 107–109. 59. Грязнова В.М. Явление совмещения значений агенса и пациенса в семантике личных мотивированных существительных в русском литературном языке XIX столетия // Вопросы истории русского языка ХIХХХ вв. – М.: МГПИ им. В.И. Ленина, 1988. – С. 52–75. 60. Грязнова В.М. Эволюция семантики и прагматики личных существительных с характеризующим значением в русском языке XIX столетий // Закономерности языковой эволюции. Рига: Ин-т рус. языка АН СССР. Латвийский ун-т, 1990. – С. 100–102. 61. Грязнова В.М. Лексема владелец в текстах и словарях XIX столетия // История слова в текстах и словарях. МГПИ им. В.И. Ленина. СГПИ. – Ставрополь, 1988. – С. 62–74. 62. Грязнова В.М. Эволюция суффиксальных личных существительных мужского рода с характеризующим значением на протяжении XIXXX в. // Соотношение синхронии и диахронии в языковой эволюции. Ин-т русского языка АН СССР. Ужгородский ун-т. – Ужгород;

Москва, 1991. – С. 145–147. 63. Грязнова В.М. Видовременная семантика глагола и лексическое значение столетия отглагольных // Глагол в личных системе существительных языка и в языке XIX речевой деятельности.

Свердловск: Свердловский ун-т, 1990. – С. 86–87. 64. Грязнова В.М. Словообразовательная подкатегория личных имен со значением пациенса в русском языке первой половины XIX в. // Русский язык. Вып. II. Минск: Из-во "Университетское", год?. – С. 144-151.

65. Грязнова В.М. К вопросу о соотношении значения слова и историко-культурных традиций // Язык и культура. Киев: Украин. ин-т международных отношений при Киевском ун-те, 1992. – С. 72–73. 66. Грязнова В.М. Семантико-синтаксический аспект в изучении мотивированных имен // Словообразование и номинативная деривация в славянских языках. Ч. I. Гродно: Гродненский ун-т, 1992. – С. 57–60. 67. языковой 22–23. 68. Грязнова В.М. Функционирование непродуктивных словообразовательных моделей с формантом -(н)ик личного значения в русском литературном языке XIX века // Функционирование архаических и новых элементов в системе русского языка. – М.: МГПИ им. В.И. Ленина, 1986. – С. 40–52. 69. Грязнова В.М. К вопросу о словообразовательном значении и его изучении в вузе // Совершенствование преподавания лингвистических дисциплин в вузе. – Красноярск, 1986. – С. 28–34. 70. Грязнова В.М. Вопросы словообразования при анализе русской лексики XIX в. // Межпредметные связи в преподавании лингвистических дисциплин. Вып. 3. – М.: МГПИ им. В.И. Ленина, 1988. – С. 11–20. 71. Гумбольдт В. О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человеческого рода // Хрестоматия по истории языкознания XIX –XX веков. М.,1956.-с. 76. 72. Гулыга Е.В., Шендельс Е.И. Грамматико-лексические поля в современном немецком языке. – М.: Наука, 1969. – 183 с. 73. Гунина Л.В. Семантическая классификация английских и русских глаголов со значением «расположение в пространстве».- Кемерово, 1997.19с. Грязнова В.М. Устранение словообразовательной дуплетности в системе как результат функционирования единиц системе наименований лиц нового времени // Исторические изменения в языка. Калининград: Ин-т рус. языка РАН. Калининградский ун-т, 1992. – С.

74. Дегтярев В.И. Основы общей грамматики, – Ростов-на-Дону: Изд-во Ростовск. ун-та, 1973. – 253 с. 75. Денисов П.Н. Очерки по русской лексикологии и учебной лексикографии. – М.: Изд-во МГУ, 1974. – 254 с. 76. Денисов П.Н. Лексика русского языка и принципы ее описания. – М.: Русский язык, 1980. – 160 с. 77. Денисов П.Н. Место семантических полей в лексических классификациях // Теория поля в современном языкознании: Тезисы научнотеоретического семинара. – Уфа, 1991. – С. 14–17. 78. Докулил М. К вопросу о морфологической категории // ВЯ. – 1967. – № 6. – С. 3–17. 79. Долгих Н.Г. Теория семантического поля на современном этапе развития семасиологии // Филологические науки. – 1973. – № 1. – С. 89–96. 80. Ермакова О.П. Лексические значения производных слов в русском языке. – М.: Русский язык, 1984. – 151 с. 81. Есперсон О. Философия грамматики / Пер. с англ. – М.: Наука, 1958. – 404 с. 82. Жукова Т.В. К вопросу об определении в парадигматическом аспекте слов с наиболее общими лексическими значениями // Вопросы языкознания. – 1983. – № 2. – С. 85–94. 83. Засухина Т.П. Пространственная семантика предлогов, приставок, падежей в современном русском языке. – Уфа, 1991. – 79 с. 84. Земская Е.А. Современный русский язык. Словообразование. – М.: Просвещение, 1973. – 304 с. 85. Земская Е.А. Словообразование как деятельность. – М.: Наука, 1992. – 221с. 86. Земская Е.А. Производные слова в толковых словарях русского языка // Современная русская лексикография. 1976. – Л., 1977. – С. 110–122.

87. Земская Е.А. О комплексных единицах системы синхронного словообразования // Актуальные проблемы русского словообразования. Вып. III. – Ташкент. 1978. 88. Земская Е.А. О парадигматических отношениях в словообразовании // Русский язык. Вопросы его истории и современного состояния. – М., 1978. – С. 63–78. 89. Земская Е.А. Словообразование как деятельность. – М., 1992. – 212 с. 90. Земская Е.А., Кубрякова Е.С. Проблемы словообразования на современном этапе // ВЯ. – 1978. – № 6. – С. 112–123. 91. Каде Т.Х. Словообразовательный потенциал суффиксальных типов русских существительных. – Майкоп, 1993. – 49 с. 92. Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. - М., Гнозис, 2004. 93. Караулов Ю.Н. Общая и русская идеография. – М.: Наука, 1976. – 355 с. 94. Касевич В.Б. О когнитивной лингвистике// Общее языкознание и теория грамматики. СПб, 1998. 95. Конецкая В.П. О системности лексики // Вопросы языкознания. – 1984. – № 1. – С. 26–35. 96. Косериу Э. Лексические солидарности // Вопросы учебной лексикографии. – М.: 1969. – 95 с. 97. Котелова Н.З. Значение слова и его сочетаемость (к формализации в языкознании). – Л.: Наука, 1975. – 164 с. 98. Кржижкова Е.П. Адвербальная детерминация со значением места и направления // Вопросы языкознания. – 1976. – № 2. – С. 15–21. 99. Кубрякова Е.С. Семантика синтаксиса и некоторые проблемы словообразования // Проблемы синтаксической семантики. – М., 1976. – С. 33–37. 100. Кубрякова Е.С. Производные как особая единица системы языка // Теория языка. Англистика. Кельтология. – М., 1976. – С. 76–83.

101. Кубрякова Е.С. Теория мотивации и определение степеней мотивированности производного слова // Актуальные проблемы русского словообразования. Вып. II. – Ташкент, 1976. – С. 285–292. 102. Кубрякова Е.С. Теория номинации и словообразование // Языковая номинация (Виды наименований). – М., 1977. – С. 222–303. 103. Кубрякова Е.С. Семантика производного слова // Аспекты семантических исследований. – М., 1980. – С. 81–155. 104. Кубрякова Е.С. Типы языковых значений. Семантика производного слова. – М.: Наука, 1981. – 200 с. 105. Кубрякова Е.С. Номинативный аспект речевой деятельности. – М., 1986. – 158 с. 106. Кубрякова Е.С. Роль словообразования в формировании языковой картины мира // Роль человеческого фактора в языке. – М., 1988. – С. 141– 173. 107. Кубрякова Е.С. Словообразование в системе языка и в порождении речи // Словообразование и номинативная деривация в славянских языках. Вып. I. – Гродно, 1986. – С. 3–5. 108. Кубрякова Е.С., Харитончик З.А. О словообразовательном значении и описания смысловой структуры производных суффиксального, типа // Принципы и методы семантических исследований. – М., 1976. – С. 202–232. 109. Кубрякова Е.С., Соболева П.А. О понятии парадигмы в формообразовании и словообразовании // Лингвистика и поэтика. – М., 1979. – С. 5–23. 110. Манучарян Р.С. Проблемы исследования словообразовательных значений и средств их выражения. – Ереван, 1975. – 48 с. 111. Манучарян Р.С. Значение деривационное и значение словообразовательное // Актуальные проблемы русского словообразования. Вып. III. – Ташкент, 1978. – С.12–15.

112. Манучарян Р. С. Словообразовательные значения и формы в русском и армянском языках. – Ереван: Луис, 1981. – 314 с. 113. Мельникова А.А. Язык и национальный характер. СПб, 2003. 114. Новиков Л.А. Семантическое поле как лексическая категория // Теория поля в современном языкознании: Тезисы докладов научно-теоретического семинара. – Уфа, 1991. – С.3–7. 115. Павлов В.Г. Лексические категории пространства и времени. – Киев, 1966. – 154 с. 116. Попова З.Д., Стернин И.А. Лексическая система языка. – Воронеж, 1984. – 207 с. 117. Сентенберг И.В. Лексическая семантика английского глагола. – М., 1984. – 95 с. 118. Солнцев А.В. Виды номинативных единиц // Вопросы языкознания. – 1987. – № 2. – С. 133-136. 119. Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования. - М.,1998. 120. Сукаленко Н.И. Отражение обыденного сознания образной языковой картины мира. - Киев,1992. 121. Теория функциональной грамматики: Персональность. Залоговость. – Санкт-Петербург: Наука, 1991. – 370 с. 122. Тихонов А.Н. О семантической соотносительности производящих и производных основ // Вопросы языкознания. – 1967. – № 1. – С.112–120. 123. Тихонов А.Н. Проблемы составления гнездового словообразовательного словаря русского языка. – Самарканд, 1971. – 387 с. 124. Тихонов А.Н. Семантическое поле как единица лексического уровня языка // Теория поля в современном языкознании: Тезисы научнометодического семинара. – Уфа, 1991. – С.7–14. 125. Толстова Н.А. Из наблюдений над особенностями функционирования названий сельскохозяйственных орудий труда // Русский язык и региональная языковая культура: история и современность: Материалы научно-практической конференции.- Ставрополь, 2003.- с.86-89. 126. Трубицина И.А. Характеристика лексико-семантической группы существительных со значением «единичная частица, выделенная из однородной массы» // Русский язык и региональная языковая культура: история и современность: Материалы научно-практической конференции. – Ставрополь, 2003. – С.91–94. 127. Уфимцева А.А. Опыт изучения лексики как системы. (На материале английского языка). – М.: Изд-во АН СССР, 1962. – 287 с. 128. Федотов Г. Россия и свобода. New York, Chaledze,1981. 129. Филин Ф.П. О лексико-семантических группах слов // Филин Ф.П. Очерки по теории языкознания. – М.: Наука, 1982. – С.227–239. 130. Харитончик З.А. Семантика суффиксального производного слова (на материале прилагательных современного английского языка). – М., 1971. – 18 с. 131. Харитончик З.А. О словарной дефиниции суффиксального производного слова // Теоретические проблемы семантики и ее отражения в одноязычных словарях. – Кишинев, 1982. – С. 165–168. 132. Харитончик З.А. Словообразование и системные отношения в лексике // Словообразование и номинативная деривация в славянских языках: Тезисы докладов. Ч. I. – Гродно, 1983. – С. 216–217. 133. Шмелев Д.Н. Проблемы семантического анализа лексики. – М.: Наука, 1973. – 280 с. 134. Яковлева Е.С. О некоторых моделях пространства в русской языковой картине мира // В.Я.,1993,№4. 135. Щур Г.С. Теория ноля в лингвистике. – М.: Наука, 1974. – 255 с. 136. Buzassyova K. Bratislava, 1974. 137. Dokulil M. Tvoreni slov v cestine. – Praha, 1962. 138. Gregorczykowa R. Zarys slowotworstwa polskiego. – Warszawa, 1979. Semantika struktura slovenskych deverbativ. – 139. Whorf Benjamin Lee. Language, thought and reality. – New York,1956. 140. Wierbicka A. Dociekania semantyczne. – Wroclaw, 1969. – 200 c. 141. Wierzbicka A. Cross-cultural pragmatics: The Semantics of human interaction. – Berlin: Mouton de Gruyter, 1991. – 348 p. 142. Worth D. S. The role of transformations in the definition of syntagmas in Russian and other slavic languages. American contributions of the fifth international congress of slavists. – Hague-Paris: Monton. 1963. 143. Arnold I.V. The English word. – M.: Vysshaya skola, 1986. – 145 p. 144. Barhart C.L., Steinmetz S., Barhart R.K. A Dictionary of New English. – London.: London Publishers, 1985. – 178 p. 145. Nida E. Componential Analysis of Meaning. – The Hague – Paris: Mouton, 1975. – 272 p. 146. Nida E. Language Structure and Translation. – Stanford: Stanford Univ. Press, 1985. – 283 p. 147. Labov W. The social stratification of English in New York // Time. – 1971. – July 26. – P. 10. 148. Trier J. Holy. Etzmologien aus dem Niederwald. – Kln, 1952. 149. Trier J. Lehm. Etzmologien um Fachwerk. – Marburg, 1951. 150. Trier J. Theories of the “linguistic field”. – Dsseldorf: Word, 1953. – P. 123–143. 151. Bybee J.L. Morphology. A study of the relation between meaning and form. - Amsterdam (Philadelphia), 1985. 152. Givon T. English grammar. A function-based introduction. - Amsterdam (Philadelphia), 1993. - Vol. 1. 153. Keller R. A theory of linguistic signs. - Oxford, 1998. 154. Langacker R.W. Concept, image and symbol: The cognitive basis of grammar. - Berlin, 1991. 155. Lipka l. An outline of English lexicology: lexical structure, word semantics, and word formation. - Tuebingen, 1992. 156. Talmy L. The relation of grammar to cognition // Topics in Cognitive Linguistics /Ed. B.Rudzka-Ostyn. - Amsterdam (Philadelphia), 1988. 157. Trask R.L. A dictionary of grammatical terms in linguistics. - London, etc., 1993.

Словари. 1).Словарь современного русского литературного языка. - АН СССР. Ин-т русского языка. - М.,Л.,1948-1965.-Т. 1-17. 2).Словарь русского языка. В 4 т./ Гл. ред. А.П.Евгеньева.2-е изд., испр. и доп. - АН СССР. Ин-т русского языка. - М.,1981-1984.-Т.1-4. 3). Толковый словарь русского языка /Под ред.С.И.Ожегова и Н.Ю.Шведовой.-М., 1994. 4). Словарь иностранных слов /Под ред.А.Г. Спиркина, И.А. Акчурина, Р.С. Карпинской. - М.,1979. 5).Советский энциклопедический словарь. - М.,1992;

6).Оксфордский русско-английский словарь.-Симферополь: «Реноме», 2001. 7) The Oxford Russian Dictionary/edited by Paul Falla.-Moscow, 1999. 8) Oxford Advanced Learner’s Dictionary of Current English/ edited by A.S/ Hornby.- Oxford University Press. 9) Oxford Advanced Learner’s Dictionary of Current English/ edited by A.S/ Hornby.-Ставрополь, 1992. т 1-3. 10) Англо-русский словарь/ под ред. В.К.Мюллера-М.,1992. 11)Большой англо-русский словарь. В 2-х т./ под общ. Рук. И.Р.Гальперина. М., «Советская Энциклопедия»,1972. 1) Roger’s Thesaurus.

Pages:     | 1 | 2 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.