WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

«ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ МИНИСТЕРСТВА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КАФЕДРА МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА На правах рукописи ЕРМИЧЁВА Елена Викторовна МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СРЕДСТВ ...»

-- [ Страница 2 ] --

ном уровне международными документами”.86 В подтверждение своей позиции западные исследователи приводят положения ст. 19 Всеобщей декларации прав человека 1948 года о праве на информацию, которая декларирует это право и не налагает на него каких-либо ограничений. Кроме того, ст. 19 Декларации не упоминает о средствах и способах обеспечения свободы информации. При разработке Декларации представители СССР предложили дополнить ст. 19 положением о том, что государство должно стремиться к максимальному обеспечению права на свободу информации, оказывая для этого материальную помощь широким слоям населения, а также запретить использование свободы слова для пропаганды “фашизма и агрессии и подстрекательства к ненависти между странами”. Однако эти предложения были отклонены.87 Впоследствии право человека на свободу информации было закреплено в Международном пакте о гражданских и политических правах 1966 года, ставшем основным международно-правовым документом в этой области. Декларация 1948 года является резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН и носит рекомендательный характер, в отличие от Пакта, имеющего обязательную юридическую силу. Следовательно, при определении права человека на свободу информации необходимо ориентироваться на положения ст. 19 и 20 Международного пакта о гражданских и политических правах человека.88 Показательно, что пакты не были ратифицированы рядом стран (США, Бельгией, ЮАР, Швейцарией и др.). Некоторые государства (Нидерланды, Швеция, Дания, Финляндия и др.) сделали оговорки о праве на информацию относительно ст. 19 и 20 Международного пакта о правах. 86 Pinto R. Op. cit. P. 467. Ермишина Е.В. Международный обмен информацией: правовые аспекты. - М.: Международные отношения,1988. С. 79-80. 88 GA Res. 2200 A/XXI/, 21 UN GAOR, Supp. 16 and 49, UN Doc. A. /6316 89 Human Rights. International Instruments, Signatures, Ratifications, Accessions. 1977. P. 83.

Однако ссылки на внутренние законодательства некоторых стран, обеспечивающие “безграничную” свободу информации не всегда оправданны. Все государства в той или иной мере регулируют порядок распространения и содержание информации, передаваемой на их территории. Например, в США действует целая система норм, обеспечивающих ответственность средств информации. В последнее время в США возросло число судебных процессов против средств массовой информации по обвинению в клевете и искажении фактов, крупные информационные компании все чаще привлекаются к ответственности. Тоже самое можно наблюдать и в России. Право человека на свободу информации в США все больше регламентируется государством, происходит постепенный отход от положения первой поправки к Конституции США о недопустимости законодательного ограничения свободы слова и печати, учащается практика засекречивания информации. Так, исполнительный указ президента №12356 от 2 апреля 1995 года расширил полномочия федеральных ведомств по засекречиванию информации. 11 марта 1996 года была подписана директива Совета национальной безопасности №84, ограничивающая доступ к некоторым видам информации. Постепенно Белый дом присваивает себе право контролировать поток сообщений и информации, поступающей ежедневно в “свободные” периодические издания, пресекать публикацию критических статей в печати.90 Свобода получать и распространять информацию ограничена и в других странах. В ноябре 1997 года в парламенте Японии рассматривался законопроект о “предотвращении шпионской деятельности”, положения которого можно было бы использовать для ущемления свободы слова и печати. В законопроекте предусматривалось тюремное заключение за разглашение государственной тайны, но этому понятию не дано четкого определения. Согласно проекту, обвинение не обязано доказывать, что разглашение “государственной тайны” поставило под угрозу национальную безопасность. Отсутствие четких критериев создавало возможность различных интерпретаций по ложений законопроекта, произвольного ограничения свободы слова и печати.91 Таким образом, концепция “неограниченности” права человека на информацию не воплощается в законодательной практике большинства государств. Предложения закрепить в международных документах понимание права человека на свободу информации не подкреплено практикой. С появлением концепции Нового Международного Информационного Порядка (НМИП) определение носителя прав и обязанностей в сфере информации приобрело особое значение. Одной из задач НМИП является демократизация международного обмена информацией, расширение доступа общественности к средствам массовой информации, осуществление прав человека в области информации и коммуникации. Но эта задача не может быть выполнена в отношении населения развивающихся стран в условиях существующего неравенства и отсутствия технической базы для демократизации обмена как на национальном, так и на международных уровнях. Политика национального развития освободившихся стран предполагает создание материальных предпосылок для участия их граждан в обмене информацией, однако для этого им необходимо обеспечение независимости самобытного национального развития и равноправия в вопросах обмена информацией. Решение этих задач является частью реализации концепции “права народов”, разработанной развивающимися странами, она включает право на политическую независимость, право контролировать свои природные ресурсы, экономическое равенство, право на сохранение своей национальной культуры. “Права народов” закреплены, в частности, в Хартии ОАЕ о правах человека и народов, принятой 28 июня 1981 года в Найроби.92 В первой части Хартии изложены права человека (ст. 1–18), вторая часть посвящена правам народов (ст. 19–41). Хартия подчерки90 Дэннис Э., Мэррил Дж. Беседы о масс-медиа. - М.: "Вагриус", 1997. С. 34-37. Круглов Е.В. Массовая коммуникация в Восточной и Юго-восточной Азии: тенденции развития накануне XXI века. См.: сб. От книги до Интернета. Журналистика и литература на рубеже нового тысячелетия. М.: МГУ, 2000. С. 185-192.

вает их взаимозависимость, предусматривается также специальная процедура защиты прав человека и прав народов в случае их нарушения. Положения Хартии отражают специфику развития африканского континента, международно-правовую ориентацию стран Африки, их понимание гарантий и условий соблюдения прав человека. Развивающиеся государства распространяют понятие “прав народов” на область информации, выдвигая справедливые требования обеспечить народам освободившихся стран равные с другими права в международном обмене информацией. Реализация “прав народов” понимается ими как гарантия прав человека в области информации и коммуникации. Актуальность такой оценки “прав народов” подтверждает положение Среднесрочного плана ЮНЕСКО на 1984–89 годы, в п. 65 которого справедливо отмечается: “Свобода человека и свобода народа – две стороны одной реальности” (док. 4ХС/4).93 ЮНЕСКО признала концепцию “прав народов” в области информации как существующую и действующую: в п. 13059 Среднесрочного плана ЮНЕСКО отмечено: “Наряду с правами и свободами индивидов признается, что народы должны пользоваться присущими им правами и свободами”. План указывает на существование прав народов в области информации (док. 4ХС/4). 23-я сессия Генеральной конференции признала законным правом закрепить за свободой информации статус “права народов” (док. 23С/5), что вызвало протесты со стороны делегаций западных стран, представители которых утверждали, что концепция “прав народов” на свободу информации противоречит правам человека в этой сфере, игнорируя, таким образом, реальные нужды развивающихся государств по обеспечению им равноправного положения в международном обмене информацией.

92 Organization of African Unity, 1981. Международные нормативные акты ЮНЕСКО: Конвенции. Соглашения. Протоколы. Рекомендации. Декларации. /Комиссия РФ по делам ЮНЕСКО. Сост. Никулин И.Д./ - М.: 1993. С. 17.

2. 3. Законодательные и иные нормативные акты, регулирующие деятельность СМИ в России. Если обратиться к основным документам, определяющим государственную политику в сфере информации и информатизации в России, то в качестве “составляющих” предмета информационного права можно выделить следующие группы отношений, подлежащих правовому регулированию. Вопервых, – это реализация основных информационных прав и свобод человека и гражданина, законных интересов общества и государства в информационной сфере. Во-вторых, – это развитие и модернизация информационнотелекоммуникационной инфраструктуры в тесной связи с глобальными информационными сетями. В-третьих, речь идет о создании и использовании информационных ресурсов, развитии рынка информационных средств, продуктов и услуг. В-четвертых, имеется в виду государственная политика в сфере информационной безопасности России. И, наконец, в-пятых, информационное право призвано регулировать международное сотрудничество в сфере информации. Совокупность названных групп отношений и составляет сегодня в основном и главном сферу регулирования, осуществляемого информационным правом.94 Развитие российского информационного права должно идти в строгом соответствии с Конституцией Российской Федерации и на основе ее положений. Стоит подчеркнуть, что ряд статей Конституции содержат нормы, прямо и непосредственно регулирующие отношения в сфере информатизации (ст. 23, 24, 29, 44). Приняты федеральные законы, которые также нацелены на регулирование данной сферы, в том числе – Федеральный закон “Об информации, информатизации и защите информации” и Федеральный закон “О средствах массовой информации”. Многие нормы информационного права содержатся в указах Президента РФ и постановлениях Правительства Российской Федерации.

Бачило И.Л., Лопатин В.Н., Федотов М.А. Информационное право. - Санкт-Петербург.: Юридический центр Пресс, 2001. С. 12–13.

Однако, развитие российского информационного права не может идти в отрыве от международно-правовых стандартов, поскольку российское информационное пространство является составной частью мирового информационного пространства. Отсюда вытекает потребность в правовом регулировании сочетания, взаимодействия и полной интеграции российских информационных технологий с зарубежными технологиями. Правовое регулирование призвано способствовать развитию всей системы международного сотрудничества в сфере информатизации, в частности, осуществлению согласованных международных проектов и программ. Право, как известно, не сводится к нормативному массиву, т. е. собранию законов и других правовых актов. Любая отрасль права призвана отражать ценности человеческой цивилизации, передовые идеи и концепции, вырабатываемые в ходе общественного прогресса. Но права нет и не может быть вне системы соответствующих норм, отвечающим всем критериям данного феномена. Поэтому столь актуальна и значима сегодня проблема ускоренного формирования информационного права или отрасли права, полностью “оснащенного” всеми полагающимися ей атрибутами.95 В этом контексте представляется необходимым рассмотреть такой аспект взаимоотношений в сфере международной информационной деятельности, как институт свободы средств массовой информации. Свобода средств массовой информации (СМИ) есть важнейшее условие свободы человека, признания его в качестве высшей ценности в обществе и государстве. Свобода СМИ служит мощным средством формирования демократических институтов и правового государства в России, ее цивилизованного вхождения в международное сообщество, признающего общечеловеческие ценности, основные права и свободы человека и гражданина. Как известно, “в условиях тоталитаризма в бывшем СССР нельзя было даже формально говорить о свободе СМИ в силу признания марксистко Бачило И.Л., Лопатин В.Н., Федотов М.А. Указ. соч. С. 13.

ленинской идеологии в качестве обязательной, государственной, существования монополии КПСС на информацию, на имущество СМИ, цензуры в СМИ и т. д. Статья 50 Конституции СССР и статья 48 Конституции РСФСР свободу слова и печати признавали лишь в “в соответствии с интересами народа и в целях укрепления и развития социалистического строя”. Средства массовой информации были рупорами господствующей партийногосударственной элиты, мощными средствами подавления инакомыслия и инакодействия, ограничения свободы личности и гражданского общества”.96 С переходом от тоталитаризма к демократии в России существенно меняется статус личности в обществе и государстве, в том числе в области свободы мнений и убеждений, слова, печати, информации, происходят существенные изменения в положении СМИ. И это находит выражение прежде всего в конституционном и текущем законодательстве России: были внесены изменения в Конституцию Российской Федерации 1978 года (в соответствии с поправками к Конституции СССР 1977 г.), принят Закон Российской Федерации от 27 декабря 1991 года “О средствах массовой информации”. В статье 43 Конституции Российской Федерации, гарантирующей российским гражданам свободы убеждений, слова, информации, были сняты ограничения идеологического характера. Статья 1 “Свобода массовой информации” уже упомянутого Закона установила, что “в Российской Федерации поиск, получение, производство и распространение массовой информации, учреждение средств массовой информации, владение, пользование и распоряжение ими, изготовление, приобретение, хранение и эксплуатация технических устройств и оборудования, сырья и материалов, предназначенных для производства и распространения продукции средств массовой информации, не подлежат ограничениям за исключением предусмотренных законодательством Российской Федерации о средствах массовой информации”. 96 Витрук Н.В. Конституционные и законодательные гарантии свободы СМИ в России. //Дипломатический вестник №19–20. - М.: 1994. С. 21-23. Закон РФ "О средствах массовой информации" №2124-1 от 27 декабря 1991 г. ст.1. //Ведомости Съезда В числе важнейших определенных этим законом гарантий свободы средств массовой информации следует назвать: недопустимость цензуры (ст. 3), профессиональную самостоятельность редакции средств массовой информации, могущей также выступать в качестве учредителя этого средства, издателя, распространителя, собственника имущества редакции (ст. 19),право граждан на получение через средства массовой информации достоверных сведений о деятельности государственных органов и организаций, общественных объединений, их должностных лиц (ст. 38), право редакции запрашивать у них информацию и их обязанность предоставлять такую информацию (ст. 39), право на опровержение (ст. 43–45), право на ответ (ст. 46), гарантирование обширных прав журналиста (ст. 47), право на обжалование ограничений свободы СМИ в суде (ст. 61), установление ответственности за ущемление свободы массовой информации (ст. 58) и многие другие. Новый этап конституционных и законодательных гарантий свободы СМИ связан с Конституцией Российской Федерации, принятой на референдуме 12 декабря 1993 года. В их числе как положения статей, непосредственно закрепляющих свободу мысли и слова, свободу массовой информации, запрет цензуры (ст. 29), так и многие другие конституционные положения, касающиеся информации, иных прав и свобод человека и гражданина, гарантий их обеспечения и защиты (ст. 28, 31, 41, 42, 44, 46).98 В качестве правовых гарантий и свобод граждан Конституция Российской Федерации определяет: государственную защиту прав и свобод человека и гражданина в РФ, право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 46), судебную защиту прав и свобод каждого, его право обжаловать в суд решения и действия (или бездействия) органов государства, местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц и даже – если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты – право каждого в соответствии народных депутатов и Верховного Совета РСФСР, №7. С.300. Конституция Российской Федерации (1993)./Российская газета, 1993, 25 декабря.

с международными договорами Российской Федерации обращаться в международные органы по защите прав и свобод человека (ст. 46). Конституция Российской Федерации формально закрепляет прямое и приоритетное действие принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации. Статья 2 Конституции РФ устанавливает: “В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией”.99 Российский законодательный процесс применительно к СМИ испытывает прямое воздействие как международно-правовых документов относительно основных прав и свобод человека и гражданина, так и итогового документа Венской встречи СБСЕ 1986 года и рекомендаций лондонского Информационного форума 1989 года. Можно сделать вывод, что “конституция и текущее законодательство России о свободе СМИ соответствуют международным и европейским стандартам. Российская Федерация и в дальнейшем будет строго их придерживаться при разработке новых законов, посвященных СМИ. Однако это не означает, что в России закончен процесс развития и совершенствования правовых и иных средств обеспечения и защиты свободы СМИ, соответствующих прав и свобод российских граждан и других лиц, прав журналистов. Есть общая проблема злободневного и острого характера – это реализация установленных Конституцией РФ и другими законами гарантий свободы СМИ, это борьба за право в сфере свободы СМИ”.100 Правовые гарантии не являются самодостаточными. Они действуют в системе гарантий. В их числе: материально-имущественные, политические, духовно-культурные, организационные, психологические. Именно они либо подкрепляют действие правовых гарантий, делают их эффективными, либо ослабляют их силу, а то и сводят на нет. В числе государственных гарантий Конституция Российской Федерации (1993). /Российская газета, 1993, 25 декабря. Наумов В.Б. Право и Интернет: теория и практика. М.: Наука, 2002. С. 9.

свобод СМИ следует различать средства, которые обеспечивают реальную свободу СМИ, и средства, которые являются защитными в обеспечении этой свободы. Многие государственные органы имеют целью обеспечение и защиту свободы СМИ. Особое место среди них занимают суды и судебная защита свободы, убеждений, слова, информации СМИ. В судебной системе Российской Федерации с 1991 года функционирует Конституционный Суд, который имеет особую компетенцию, определяемую ныне статьей 125 Конституции Российской Федерации и Федеральным конституционным законом “О Конституционном Суде Российской Федерации”, вступившем в силу 23 июля 1994 года. Конституционный Суд в своей практике выступил на защиту свободы средств массовой информации. Следует обратить особое внимание на весьма существенную сторону государственно-правового гарантирования свободы СМИ. Речь идет о пределах свободы средств массовой информации, ее ограничении и ответственности граждан, коллективов редакций и журналистов. Международное право исходит из того, что свобода выражения человеком своих взглядов не должна нарушать права других людей. Часть третья статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах предусматривает, что “пользование…правами налагает особые обязанности и особую ответственность”. А часть вторая статьи 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод гласит, что, поскольку пользование свободой выражения мнения “налагает обязанности и ответственность, оно может быть сопряжено с формальностями, условиями, ограничениями или наказаниями, установленными законом и необходимыми в демократическом обществе в интересах государственной безопасности, территориальной целостности или общественной безопасности, для предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности населения, для защиты репутации или прав других лиц, для предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или поддержания авторитета и беспристрастности судебных органов”.

В соответствии с нормами международного права свобода информации имеет в России конституционные ограничения. Не допускается пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду;

запрещается пропаганда социального, расового, религиозного или языкового превосходства;

не подлежат разглашению сведения, составляющие государственную тайну, перечень которых определяется федеральным законом (части 2 и 4 ст. 29). Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 ст. 17), например, право на неприкосновенность частной жизни (часть 1 ст. 23), сбор информации, ее хранение и распространение которой без его согласия не допускаются (часть 1 ст. 24). В законе “О средствах массовой информации” установлены положения: о недопустимости злоупотребления свободой массовой информации в целях совершения преступлений, разглашения охраняемых законом тайн, для призывов к захвату власти, насильственному изменению конституционного строя, разжигания национальной, классовой. Социальной, религиозной нетерпимости или розни, для пропаганды войны и др. (ст. 4);

об ограничении распространения эротических изданий, радио- и телепрограмм (ст. 37), скрытой записи (ст. 50), недопустимость злоупотреблений правами журналиста (ст. 51) и свободой массовой информации (ст. 59) и др. Российскую общественность все более беспокоит положение дел в СМИ, в том числе с точки зрения того, что они сообщают, какую информацию передают и как ее интерпретируют. “Подчас в отдельных средствах СМИ свобода информации превращается в анархию, произвол, беспредел. Распространяются ложные сведения, разжигается социальная, этническая, религиозная вражда, не применяются меры ответственности виновных в нарушении прав и свобод граждан, при злоупотреблении свободой СМИ. Прокуратура в ряде случаев бездействует, не реагирует на нарушения Конституции и законов. Примеры такого рода можно почерпнуть из информации о деятельности Судебной палаты по информационным спорам при Президенте Российской Федерации. Это серьезная проблема, которая требует специального обсуждения”.101 И все же можно с уверенностью утверждать, что Российский закон о СМИ, гарантирующий основные права и свободы, нормы и правила взаимодействия государства и СМИ соответствует международным правовым нормам, закрепленным в многочисленных конвенциях и соглашениях. Здесь следует отметить, что это закон разрабатывался и был принят в условиях включения России в мировое сообщество как равноправного партнера, а следовательно, не могли не быть учтены основные требования, выработанные для всех средств массовой информации во всем мире. Основные же международные акты, которыми руководствовались создатели Российского закона о СМИ:

- Декларация о средствах массовой информации и правах человека (резолюция Консультативной ассамблеи Совета Европы), - Принципы управления телерадиовещания (рекомендации Парламентской ассамблеи Совета Европы), - Принципы отношений средств массовой информации с парламентами (также резолюция Парламентской ассамблеи Совета Европы). 2.4. Участие международных организаций в регулировании международного обмена информацией а. ООН: международный обмен информацией C cамого начала своей деятельности Организация Объединенных Наций уделяла большое внимание проблемам международного обмена информацией. На сессии Генеральной Ассамблеи ООН принята резолюция 59 (I) от 14 декабря 1946 года о созыве международной конференции по вопросу о свободе информации. На второй сессии Ассамблеи были приняты резолюции 110 (II) от 3 ноября 1947 года “Меры, которые должны быть приняты против Андрианов В.Д. Участие России в мировом процессе информатизации //БИКИ № 130. - М.: 1995. С. пропаганды поджигателей войны” и 127 (II) от 15 ноября 1947 года “Ложная или извращенная информация”. Ассамблея осудила все виды пропаганды войны и агрессии, а также отметила, что развитие дружественных отношения между государствами несовместимо с распространением ложных или извращенных сообщений. В 1948 году в Женеве состоялась Конференция ООН по вопросу о свободе информации. Ее главной задачей о международном праве на опровержение (по предложению Франции). было, согласно резолюции 59 (I), определение “прав, обязанностей и практики, которые должны быть включены в понятие “свобода информации”102. Заключительный документ Конференции содержал три проекта конвенции и 43 резолюции. Конференция одобрила проекты следующих конвенций: о свободе информации (по предложению Великобритании), о сборе и международной передаче новостей (по предложению США) и Последний проект был принят Генеральной Ассамблеей в 1952 году и был открыт для подписания. Точка зрения западных государств на концепцию свободы информации отражена в итоговом документе Конференции 1948 года. Обладая большинством голосов в ООН, эти страны определяли политику ООН в области информации и коммуникации вплоть до середины 60-х годов. Проект Великобритании, поддержанный другими западными странами, послужил основой при обсуждении вопросов международного обмена информацией, а также при разработке проекта конвенции о свободе информации, часть статей которого была впоследствии принята Третьим комитетом Генеральной Ассамблеи. Проект США затрагивал вопросы защиты иностранных журналистов и их доступа к источникам информации. Проблемами иностранных журналистов занимался Экономический и Социальный Совет (ЭКОСОС) ООН, принявший ряд резолюций по этому вопросу, основанных на положениях американского проекта. В 1948 году Ермишина Е.В. Международный обмен информацией: правовые аспекты - М.: Международные отношения, 1988. С. 103.

ЭКОСОС одобрил проект конвенции о сборе и международной передаче новостей. Проект касался в основном положения иностранных журналистов на территории государств-участников. К журналистам предлагалось применить режим наибольшего благоприятствования. За государствами признавалось право ввести определенные ограничения на деятельность журналистов, связанные с защитой национальной безопасности, поддержанием общественного порядка. Из последующих резолюций Генеральной Ассамблеи следует отметить резолюцию 424 (V) 1950 года “Свобода информации: помехи радиосигналам”, в которой Ассамблея осудила практику создания помех для передачи радиоинформации и отметила, что государства должны воздерживаться от передач, которые содержат клевету или нападки на другие народы. В 1968 году Генеральная Ассамблея приняла резолюцию 2448 (ХХШ) “Свобода информации”, где отметила, что свобода информации должна особенно поощряться в тех случаях, когда она используется для разоблачения расизма, нацизма и колониализма. В 1973 году Третий комитет Генеральной Ассамблеи одобрил четыре статьи и преамбулу проекта конвенции о свободе информации, разработка которого была начата в 1948 году. К этому времени проект претерпел ряд изменений. В принятых статьях были рассмотрены обязанности государств по обеспечению права человека на информацию, права на плюрализм источников информации. Подчеркивалась недопустимость дискриминации при осуществлении прав человека на информацию. Предусматривались определенные ограничения права на информацию, необходимые для нормального развития международных отношений, для предупреждения всех видов дискриминации, для поддержания общественного порядка, для обеспечения прав других граждан. Эти ограничения не могли быть использованы в целях цензуры при выражении политических мнений и для ограничения критики правительства. Право ответа было названо в проекте одним из способов защиты права человека на информацию.

С появлением концепции НМИП вопросы международного обмена информацией привлекали к себе все большее внимание, что отразилось и на деятельности ООН. Появление в рядах членов ООН большой группы развивающихся стран повлекло за собой разработку новых документов по вопросам информации и коммуникации. ООН заняла центральное место в борьбе за искоренение неравноправия в международном обмене информацией и создании новых основ международных отношений в области информации. Уже на 34-й сессии Генеральной Ассамблеи были определены основные задачи Комитета ООН по информации (образованного на 33-й сессии на базе Комитета по обзору политики и деятельности ООН в области общественной информации). В числе целей, поставленных перед Комитетом, значатся: • способствовать установлению нового международного информационного порядка, более справедливого и эффективного, основанного на свободном, более широком и сбалансированном обмене информацией;

- делать рекомендации Генеральной Ассамблее, проводить анализ политики ООН в области информации, учитывая необходимость установления “мирового порядка в области информации и коммуникации”.103 Свои первые рекомендации Комитет представил на 37-й сессии Ассамблеи, которые легли в основу резолюции по вопросам информации. Знаменательно, что в п. 3 этих рекомендаций подчеркнуто значение принципа суверенного равенства государств для развития информационного обмена. Рекомендации содержат также призыв ко всем средствам массовой информации поддерживать ООН в ее помощи развитию государств, давать более четкую картину реальных возможностей ООН в этой сфере, способствовать созданию климата доверия в международных отношениях, пропагандировать идеи мира и взаимопонимания.

Ермишина Е.В. Указ. соч. С. 106.

б. Основные направления деятельности ЮНЕСКО в области массовой информации Начало активной деятельности ЮНЕСКО по созданию новых принципов международного обмена информацией можно отнести к 1968 году, когда состоялся симпозиум по массовой коммуникации в Любляне (Югославия). Затем, в 1969 году, было проведено совещание экспертов ЮНЕСКО по теме “Массовые коммуникации и общество”. На этих встречах наметился отход от оценок роли информации, господствовавших до этого в документах ЮНЕСКО. В 1970 году на 16-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО была принята резолюция, в которой отмечалась роль средств массовой информации в укреплении мира и международного взаимопонимания. В 1972 году 17я сессия приняла резолюцию о необходимости разработать документ, определяющий нормы и принципы использования средств массовой информации, и Декларацию ЮНЕСКО об использовании спутников радиосвязи для свободного распространения информации, расширения просвещения и развития культурного обмена. К 1978 году в ЮНЕСКО был разработан проект Декларации о средствах массовой информации – первого крупного документа, отражающего новые тенденции в развитии международных информационных обменов. Создатели проекта декларации опирались на положения Устава и других документов ЮНЕСКО. Так, в преамбуле ее Устава отмечается необходимость обеспечить “возможность свободного поиска объективной истины и свободный обмен идей и знаний”. В ст. 1 Устава сказано, что ЮНЕСКО “способствует сближению и взаимному пониманию народов путем надлежащего использования аппарата коллективного осведомления, рекомендуя для этого заключение международных соглашений, которые она сочтет полезными для облегчения свободного распространения идей словесным и изобразительным путем”. Положения Декларации 1978 года учитывали также Декларацию прин ципов международного культурного сотрудничества, принятую ЮНЕСКО в 1966 году и Декларацию о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН (принятой Генеральной Ассамблеей ООН 24 октября 1970 г.), в которых признается право каждого государства на сохранение его культурной самобытности, независимого развития культуры.104 Согласно Декларации 1966 года, культурное сотрудничество должно способствовать углублению взаимопонимания между народами, развитию отношений мира. Ответственность за выполнение декларации была возложена на правительства и другие организации, осуществляющие сотрудничество в области культуры. Особо была отмечена необходимость соблюдения принципов суверенного равенства и невмешательства во внутренние дела государств. В ст. 1 декларации отмечается, что “дело укрепления мира и международного взаимопонимания, развития прав человека и борьбы против расизма, апартеида и подстрекательства к войне нуждается в свободном, более широком и более сбалансированном распространении информации”. Свобода мнения, выражения и информации признана в декларации составной частью прав человека и народов (ст. II). Декларация обращена непосредственно к средствам массовой информации и их работникам и призывает их укреплять мир и международное взаимопонимание (ст. III), отражать в своей деятельности все точки зрения (ст. V). Статья VIII обращена к профессиональным работникам в области распространения информации с призывом выполнять принципы декларации. В ст. VI отмечается необходимость устранения неравномерности в распространении информации и улучшения положения развивающихся стран в этой области. Статьи VII и IX указывают на роль принципов деятельности ООН и ЮНЕСКО для укрепления мира и взаимопонимания путем широкого распространения информации в мире. Статьи X и XI обращены к государствам. В них сказано о роли госу Действующее международное право в 3-х тт. - М.: МНИМП, 1996. Т.1. С. 65-73.

дарств в обеспечении прав человека на свободу информации и широкого и сбалансированного международного обмена информацией. Значение декларации заключается прежде всего в попытке сформулировать принципы деятельности средств массовой информации на международном уровне. Она подчеркивает значение сбалансированного международного потока информации. Положения декларации свидетельствуют о том, что международная информация – это часть международных отношений и ее проблемы могут быть решены только путем международного соглашения. Знаменательной явилась также 21-я сессия Генеральной конференции, выработавшая основные принципы НМИП, изложенные в резолюции 21С/4/19 от 27 октября 1980 года. Этими принципами являются: • ликвидация внутренних и внешних барьеров, препятствующих свободному обмену и более широкому и строгому сбалансированному распространению информации и точек зрения;

• плюрализм источников информации;

• свобода печати и информации;

• свобода журналистов и всех специалистов в области коммуникации – свобода, неотделимая от их ответственности;

• способность развивающихся государств улучшать свое положение, в частности путем технического оснащения своей страны, формирования своих кадров, улучшения своих инфраструктур и обеспечения себя средствами информации и коммуникации, отвечающими их нуждам и устремлениям;

• уважение культурной самобытности и права каждого народа информировать мировую общественность о своих интересах, устремлениях, социальных и культурных ценностях;

• уважение права всех народов участвовать в международном обмене информацией на основе равенства, справедливости и взаимной заинтересованности;

• уважение права общественности, этнических и социальных групп и отдельных личностей иметь доступ к источникам информации и активно участвовать в процессе коммуникации. “Новый мировой порядок в области информации и коммуникации, – указывалось в резолюции, – должен базироваться на основополагающих принципах международного права, закрепленных в Уставе Организации Объединенных Наций”. На своей 21-й сессии Генеральная конференция приняла также резолюцию 21С/4/20 от 27 октября 1980 г., призывающую государства снизить тарифы электросвязи при обмене информационными сообщениями. Следует отметить, что СССР, выполняя решения ЮНЕСКО, ввел специальные льготы в области тарифов для развивающихся стран. 21-я сессия Генеральной конференции ЮНЕСКО явилась определяющей в деятельности ЮНЕСКО в области информации и коммуникации, определила основные направления ее дальнейшей работы. При изучении документов, регулирующих деятельность СМИ, следует также отметить резолюцию 23С/13. 1 от 8 ноября 1985 г. 23-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО. В ней отмечена роль средств массовой информации в “содействии лучшему пониманию причин и последствий нарушения принципов, воплощенных в Уставе ООН, применения или угрозы применения силы, иностранной интервенции и вмешательства во внутренние дела государств и вооруженной агрессии”. Резолюция подчеркивает значение обмена информацией и доступа к информации, в том числе к информации ООН, касающейся вооружений и их ограничений. В этой резолюции ЮНЕСКО подтвердила роль средств массовой информации в обеспечении выполнения норм и принципов международного права, в решении международных проблем. ЮНЕСКО провела большую работу по созданию теоретических и практических предпосылок НМИП, способствовала дальнейшей разработке концепции НМИП.

Еще одним наиболее важным документом, регулирующим деятельность средств массовой информации в соответствии с нормами и принципами международного права и Устава ООН явилось принятие Софийской декларации “Укрепление независимых и плюралистических средств информации (особенно в странах Центральной и Восточной Европы)”. Декларация принята 13 сентября 1997 года Департаментом общественной информации Организации Объединенных Наций (ДОИООН) и Организацией Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО). 106 Роль, которую ЮНЕСКО стала играть в процессе международного регулирования деятельности средств массовой информации со временем перестала отвечать требованиям, предъявляемым к ней некоторыми странами. Поэтому были предприняты практические шаги по сворачиванию своей деятельности в ЮНЕСКО, которые закончились выходом США (1985 г.) и Великобритании (1986 г.) из этой организации. Пытаясь обойти решения ЮНЕСКО по вопросам информации и коммуникации, представители некоторых стран ссылаются на их юридическую необязательность, на тот факт, что подавляющее большинство из них имеет характер рекомендаций. Действительно, резолюции специализированных учреждений ООН не носят обязательного характера, однако они могут сыграть большую роль в становлении норм права, определении понятий, конкретизации политики организации. Поэтому можно говорить о том, что совокупность резолюций Генеральной конференции по вопросам информации символизирует становление нового института права. Г.И. Тункин отмечал, что “многие резолюции-рекомендации представляют собой особый вид социальных норм. Не являясь юридически обязательными, они во многих случаях играют сущест 105 Distr. General А/АС 198/70 от 13 октября 1983. Справочник для журналистов стран Центральной и Восточной Европы. - М.: Изд-во Русского ПЕНцентра "ППП", 1998. С. 18-25.

венную регулирующую роль, которая часто не уступает значению норм международного права”. 107 Исследователь из ФРГ К.-Х. Меллих, характеризуя международноправовые нормы в области информации и коммуникации, считает, что “невозможно провести четкое разграничение между обязательными соглашениями и конвенциями, с одной стороны и необязательными декларациями и резолюциями – с другой”.108 Трудно согласиться с уравниванием юридической силы конвенций и деклараций, однако в области массовой информации резолюции и декларации занимают особое место. Их большое политическое значение позволяет им играть определяющую роль в развитии принципов международного обмена информацией. Борьба, развернувшаяся вокруг принятия Декларации ЮНЕСКО о средствах массовой информации 1978 года и других ее резолюций, наглядно подтверждает этот вывод. Следует также отметить, что “НМИП является антиколониалистической концепцией. Его международно-правовое регулирование является составной частью концепции развивающихся стран, получившую название “право на развитие”. Она представляет собой совокупность принципов и норм, регулирующих международные отношения, направленные на интенсификацию развития освободившихся государств. Для всего комплекса “права на развитие” характерны разработка большого числа деклараций и резолюций и отсутствие обязательных международных соглашений”.109 Оставаясь необязательными по своей юридической природе, документы, касающиеся роли информации для развития, представляют собой систему политикоправовых актов, развивающих принципы международного права, в первую очередь принцип самоопределения наций и народов. Деятельность ЮНЕСКО по созданию международных принципов в сфере информации и коммуникации за последние десятилетия была доста 107 Тункин Г.И. Право и сила в международной системе. - М.: Права человека, 1983. С. 59. Mollich K.-H. Op. cit. - P.43. 109 Ермишина Е.В. Международный обмен информацией: правовые аспекты. - М.: Международные отношения,1988. С. 122-123.

точно продуктивной. Принято множество резолюций, посвященных роли средств массовой информации в современном мире, определены основные направления помощи в создании и развитии информационных структур. В числе наиболее значительных международных документов, касающихся вопросов международного обмена информацией, принятых в рамках ООН следует назвать: Окинавскую хартию глобального информационного общества (2000 г.)110, Софийскую декларацию “Укрепление независимых и плюралистических средств информации”(особенно в странах Центральной и Восточной Европы (1997 г.)111 и Доклад Первого комитета, принятый на 56-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, - “Достижения в сфере информации и телекоммуникаций в контексте международной безопасности”112. ЮНЕСКО провела большую работу по определению принципов деятельности СМИ. Все это позволяет говорить о складывающемся в настоящее время обычной норме международного права. Организация намерена продолжать: в докладе Генерального директора ЮНЕСКО на 24-й сессии Генеральной конференции отмечается, что сделан лишь первый шаг “на пути к созданию юридических рамок, определяющих распространение информации между странами”113. в. Международный союз электросвязи: регулирование использования ресурсов в области электросвязи Международный союз электросвязи (МСЭ) (International Telecommunication Union – ITU-англ./UIT- фр.) – специализированное учреждение ООН, занимающееся регулированием, координацией и планированием использования всех видов международной электросвязи. МСЭ не решает политических вопросов, а занимается лишь технической стороной регулирования электросвязи. Документами, регламентирующими деятельность МСЭ в области рас 110 Информация. Дипломатия. Психология. Отв. ред. Кашлев Ю.Б. - М.: Известия, 2002. С. 602-609. Справочник для журналистов стран Центральной и Восточной Европы. - М.: Изд-во Русского ПЕНцентра "ППП", 1998. С.18-25. 112 Информация. Дипломатия. Психология. Отв. ред. Кашлев Ю.Б. - М.: Известия, 2002. С. 610-612. 113 Средства массовой информации за демократию. Сборник основополагающих документов МФЖ. - М.: Союз журналистов России, 1999. С. 51.

пространения массовой информации, являются Международная конвенция электросвязи (в редакции 1998 года, принятая в Миннеаполисе) и Устав Международного союза электросвязи. Конвенция и Устав определяют структуру МСЭ, компетенцию его органов, правила процедуры конференции МСЭ и заседаний других органов Союза, шкалу взносов в бюджет, порядок арбитражного разрешения споров, порядок принятия Регламента радиосвязи, условия распределения радиочастотного диапазона и регистрации используемых полос частот и точек состояния спутников на геостационарной орбите. 114 МСЭ или ITU - организация, занимающаяся координацией использования правительственными и частными организациями глобальных телекоммуникационных сетей и интерфейсов. МСЭ основан в 1865 году, но до 1932 года назывался Международным союзом телеграфа. В 1932 году в Мадриде, на базе International Telegraph Convention (Международной Телеграфной Конвенции) от 1865 года и International Radiotelegraph от 1906 Convention года была (Международной Радиотелеграфной Конвенции) разработана International Telecommunication Convention и был создан International Telecommunication Union (Международный союз электросвязи). Сейчас штаб-квартира организации находится в Женеве (Швейцария). Основной задачей МСЭ является содействие международному сотрудничеству, направленному на развитие телекоммуникаций и регистрацию частот для беспроводных сетей. Высший орган МСЭ – полномочная конференция, которая собирается раз в пять лет. Рабочий орган – генеральный секретариат. став МСЭ входят три основных комитета: • Международный комитет регистрации частот (МКРЧ);

• Международный консультативный комитет по телеграфии и телефонии (МККТТ);

• Международное бюро радиосвязи.115 В со Международное право. Отв. ред. Колосов Ю.М., Кузнецов В.И. - М.: Международные отношения, 1998. С. 457. 115 http://pomeha.ru/Enclpd/Std/1STD_1/STD_1BO/STD/Od/htm.

Согласно Международной конвенции электросвязи – уставного документа МСЭ, основными целями организации являются: обеспечение международного сотрудничества государств для рационального использования всех видов электросвязи и развитие технических средств электросвязи. Эти общие цели конкретизированы положениями Конвенции, имеющими принципиальное значение для регулирования использования ресурсов электросвязи. Например, в преамбуле Конвенции отмечается, что международно-правовая регламентация международной электросвязи должна иметь целью “развитие дружественных отношений и сотрудничества между народами, обеспечивая четкое функционирование коммуникации на расстоянии”. В преамбуле также подчеркивается, что использование электросвязи государствами должно проводиться с учетом суверенных прав всех других государств. В Конвенции содержаться ссылки на общие принципы международного права. Так, ст. 4 указывает на принцип международного сотрудничества как на основу разработки норм международной электросвязи. В ст.50 конвенции закреплен принцип мирного решения споров в области электросвязи116. В соответствии с п.2 ст.35 Конвенции члены МСЭ “обязуются требовать от признанных частных эксплуатационных организаций и от других эксплуатационных организаций... соблюдения положений п.158” о предотвращении вредных помех радиосвязи других членов МСЭ. В функции МСЭ входит также разработка стандартов в области электросвязи. С 1998 года в рамках МСЭ действует Международное Бюро радиосвязи, принимающее решения на основе консенсуса. Он не создает юридических норм, но разрабатывает различные стандарты и технические нормы, которые используются при ведении радиовещания. Деятельность МСЭ затрагивает два аспекта международной передачи массовой информации, имеющих особое значение: • распределение спектра электромагнитных частот для радиовещания и • регулирование использования искусственных спутников Земли для ве Ермишина Е.В. Международный обмен информацией: правовые аспекты. - М.: Международные отноше щания, в особенности тех, что находятся на геостационарной орбите Земли (ГСО). Первоначально в области использования частот действовал принцип “первый занял - первый использует”, что позволяло более развитым в техническом отношении странам активно использовать ГСО и спектр частот. С выдвижением требований развивающихся государств обеспечить им равное положение в этой области политика МСЭ постепенно изменилась. Так, в настоящее время наблюдается определенный отход от прежнего принципа частот и мест на ГСО. На конференции МСЭ 1977 года был принят принцип планового распределения свободных частот для двух зон из трех в отношении телевидения (кроме зоны Америки), хотя впоследствии, в 1983 году, этот принцип был принят и для американского континента. Вопросы правового регулирования электросвязи с целью обеспечения равного участия всех государств в использовании природных ресурсов имеют большое значение для развития международного сотрудничества. Очевидно, что разработка принципов использования природных ресурсов для распространения информации в рамках международных организаций играет существенную роль для развития всего комплекса международных отношений по обмену информацией. Эффективность МСЭ в этом отношении могла бы быть повышена при условии конструктивного подхода всех государств к деятельности этой международной организации. 2. 5. Правовые основы сотрудничества в области аудио-визуальных средств массовой информации Радио и телевидение – сравнительно новые средства массовой информации, получившие огромное распространение во всем мире. В настоящее время на земном шаре действует более 25 тыс. радиовещательных станций, передачи которых принимаются 1,3 млрд. радиоприемников, работает 550 млн. телевизоров.117 Взаимный обмен информацией радио- и телепрограммами и т. д. требует правового регулирования. Такого рода регулирование нения, 1988. С. 123-129. Актуальные проблемы правового регулирования телекоммуникаций. - М.: МГУ. Серия "Журналистика и обходимо прежде всего потому, что оно касается содержания передаваемой информации, программ и пр. И, кроме того, оно необходимо по ряду технических вопросов, таких как регулирование, распределение радиочастот, передача технических достижений, оказание взаимной помощи. Уже сегодня действуют, а в ХХI веке станут решающими два основных критерия для уровня очень развития важно общества: развивать доступ к информационноинформационнокоммуникационным технологиям и к высшему образованию. В связи с этим, России прежде всего коммуникационные структуры, наращивать информационные ресурсы, развивать российский сектор Интернета.118 Международно-правовое регулирование в рассматриваемой области осуществляется с использованием тех же способов, что и в других областях сотрудничества государств, т.е. заключаются международные договоры, образуются международные организации. Для отношений в области аудио-визуального сотрудничества характерно наличие целой системы договоров, обеспечивающих обмен информацией и тесное сотрудничество между органами радиовещания и телевидения различных стран. Все сотрудничество осуществляется на плановой основе и преследует вполне определенные цели – развитие дружбы, сотрудничества и взаимопонимания. Соглашения о сотрудничестве в области культуры являются как правило, основой для последующего заключения договоров более конкретного вида, т.е. соглашения о сотрудничестве в области телевидения и радиовещания. В такого рода договорах уже подробно фиксируются обязательства сторон. Эти соглашения обычно имеют межведомственный характер, ибо заключаются между центральными органами по телевидению и радиовещанию. Например, российско-вьетнамское соглашение в данной области от 30 января 1997 года было подписано Государственным комитетом РФ по телевидению право". Вып. 12, 1999. С. 58. Засурский Я.Н. Журналистика и мир на рубеже тысячелетий. См.: сб. От книги до Интернета. Журналистика и литература на рубеже нового тысячелетия. - М.: МГУ, 2000. С. 28-29.

и радиовещанию и Комитетом по радиовещанию и телевидению при Правительственном совете СРВ. Эти межведомственные договоры отличаются друг от друга по широте своего содержания: одни из них регулируют сотрудничество в области радио и телевидения, другие же – только в одной из этих областей. При всем разнообразии регулируемых вопросов в данных договорах можно усмотреть и общие черты: во-первых, предусматривается обмен теле- и радиоматериалами. Чрезвычайно важно подчеркнуть, что договоры предопределяют и содержание этих материалов, их целевую направленность. Под материалами в соглашениях понимаются самые разные произведения: репортажи, интервью, телефильмы и пр.;

во-вторых, стороны оговаривают проведение встреч руководителей общественно-политических и информационных редакций для обмена опытом и консультаций, а также обмен сотрудниками для обсуждения вопросов сотрудничества, обмена опытом, просмотра и отбора телефильмов, подготовки теле- и радиопрограмм и пр. Обмен предусматривается взаимный и на безвалютной основе. Безвалютная основа предполагает, что расходы по проезду в оба конца несет посылающая сторона, а расходы по пребыванию указанных лиц – принимающая сторона. В рабочих протоколах обычно указывается количество лиц, которым стороны предполагают обменяться в течение года;

в-третьих, в соглашениях предусматривается создание совместных работ, таких как совместные теле- и радиопередачи, совместные телефильмы и телесюжеты. Это положение договоров также конкретизируется в рабочих программах. Если сравнить положения о проведении совместных работ в данных соглашениях и соглашениях в области кинематографии для определения того, где же лучше разработаны механизмы сотрудничества, то следует отметить, что договоры о сотрудничестве в области телевидения и радиовещания не регламентируют вопросов, связанных с проведением таких работ как представление совместных телефильмов на международных фестивалях телевизионных фильмов и не отработаны механизмы защиты авторских прав. Сложившаяся же практика свидетельствует о том, что в титрах таких телефильмов указывается, что это совместное производство, а при использовании совместных радиопередач сообщается, что данная передача подготовлена совместно;

в-четвертых, соглашения предусматривают оказание необходимого содействия в подготовке определенных материалов. Например, в упоминавшемся российско-вьетнамском соглашении в ст. 9 говорится: “Российская сторона будет оказывать вьетнамской стороне содействие в подготовке учебных материалов для вьетнамских телезрителей и радиослушателей, изучающих русский язык”;

в-пятых, важным моментом, нашедшим отражение в соглашениях, является взаимный обмен опытом. Такой обмен опытом производится по составлению программ, научно-методической работе, по техническим вопросам телевидения и радиовещания. Понятие обмена опытом – в достаточной мере широкое, включающее ознакомление с достижениями контрагента как по вопросам содержания, так и по техническим вопросам, т. е. оно означает передачу этих достижений другой стороне. В связи с этим возникает проблема охраны прав авторов и изобретателей, экономических интересов государства. По смыслу соглашений обмен опытом осуществляется безвозмездно и предполагает, что полученные знания контрагент будет применять у себя в государстве. Поэтому можно сделать вывод, что обмен опытом должен осуществляться в определенных рамках, таким образом, чтобы не были разглашены сведения, которые могут быть предметом лицензионного соглашения. Если же предполагается передача научно-технического достижения, организационного, технологического опыта безвозмездно, то и в этом случае необходимо заключение соответствующего соглашения, позволяющего четко обговорить права и обязанности сторон. Сказанное касается вопросов обмена опытом по техническим вопросам радиовещания и телевидения. В отношении же охраны авторских прав при обмене опытом должны действовать те положения соглашений, которые предусмотрены для обменов теле- и радиоматериалами;

в-шестых, соглашения фиксируют вопросы охраны авторских прав. Как правило, положения договоров сводятся к тому, что ответственность за охрану авторских прав на произведения, использованные в направляемых теле- и радиоматериалах, несет сторона-отправитель по своему национальному законодательству. Существо данного правила заключается в том, что носители авторского права со всеми претензиями по переданным в иностранное государство материалам должны обращаться к своим национальным органам, которые эти материалы передали. Данная норма полностью устраняет возможность возникновения спора между иностранными контрагентами;

в-седьмых, все договоры предусматривают направление в другую страну постоянных и специальных корреспондентов, которым принимающая сторона обязуется оказывать необходимую помощь в пределах своей компетенции. 119 Обмен теле- и радиоматериалами предусмотрен как на коммерческой, так и на безвозмездной основе, при этом оговаривается эквивалентность безвалютного обмена и сбалансированность обмена на коммерческой основе. Таким образом, стороны стремятся добиться того, чтобы указанные обмены были взаимовыгодны и не носили одностороннего характера. Коммерческий характер обмена влечет за собой более подробное регламентирование вопросов использования полученных материалов. В этой связи соглашения предусматривают: а) б) в) полученные материалы контрагенты могут использовать по своему усизменения и сокращения полученных материалов не должны вести к искажению их содержания и первоначального смысла;

стороны имеют право дублировать, озвучивать и субтитрировать полумотрению, без права передачи или продажи их третьей стороне;

Галенская Л.Н. Музы и право. Правовые вопросы международного сотрудничества в области культуры. Л.: Ленинградский ун-т, 1987. С. 58-61.

ченные телефильмы и телепрограммы, обеспечивая полное соответствие перевода оригиналу;

г) полученные в порядке обмена телефильмы не могут использоваться для производства видеокассет, издания нот музыкального сопровождения телефильмов и записи звука на пленку или пластинки без письменного разрешения на то другого контрагента или особой договоренности. Как правило вопросы сотрудничества в области радио и телевидения обычно включаются в культурные соглашения и содержат только самые общие установления. Например, ст. IX Культурного соглашения между Бразилией и Республикой Бенин от 7 ноября 1994 года гласит: “Договаривающиеся Стороны будут поощрять обмены культурными и художественными программами между их радио- и телевизионными станциями. 120 Несколько более подробная регламентация содержится в Соглашении о культурных обменах между Бразилией и Колумбией от 20 апреля 1993 года.121 В нем (ст. XI) устанавливается, что будут заключаться соглашения между официальными радиовещательными станциями “с целью организации периодических передач информативно-культурных радиопрограмм, подготовленных другой Стороной” и далее (ст. XV), что стороны будут, “учитывая требования публичной безопасности, облегчать свободное обращение газет, периодики и информативных публикаций и передач радионовостей и телевизионных программ, созданных в другой Стороне”. Таким образом, в отношениях между этими государствами предусматриваются периодические связи и возможность свободного распространения радио- и телепрограмм. Конечно, последнюю возможность переоценивать не следует, учитывая осторожные формулировки Соглашения, что стороны будут “облегчать” это распространение, а также ссылки на требования публичной безопасности. Рассмотрение сотрудничества в области радио и телевидения позволяет утверждать, что оно очень скупо оформлено в правовом отношении на уровне международного публичного права.

Тэкс М. Сила слова. Культура, цензура и свобода слова. - М.: Изд-во "Женский мир", 1997. С. 41-43.

Однако необходимо отметить, что активно работают в рассматриваемой области международные организации. И в первую очередь надо отметить сотрудничество государств в рамках Международной организации радиовещания и телевидения (OIRT), в состав которой входит 25 государств. Эта организация занимается не только техническими вопросами, но и организует информационные обмены, определяет их содержание и условия проведения. В 1960 году была создана открытая организация телевизионных вещательных органов европейских стран – “Интервидение”. В Африке создан Союз национальных организаций радио и телевидения, в Европе – Европейский союз радиовещания, в Азии – Азиатский союз радиовещания, на американском континенте – Межамериканская ассоциация радиовещателей. Правовое регулирование сотрудничества в области аудио-визуальных средств связи осуществляется и на многостороннем уровне. В области радиосвязи договоры заключаются с 1906 года. Они содержали в основном технические нормы, касающиеся правил об установке и эксплуатации радиостанций, и предусматривали невмешательство в радиослужбу друг друга. Одним из последних договоров такого рода является Международная конвенция электросвязи, заключенная в 1965 году и ее последняя редакция 1998 года. Единственным многосторонним договором, касающимся содержания радиопередач, является Международная конвенция об использовании радиовещания в интересах мира (1936 г.). Целью данной Конвенции, как следует из ее преамбулы, является установление правил использования радиовещания “для передачи мыслей для лучшего взаимопонимания народов”. С этой целью государства обязывались: • запретить и прекратить радиовещание на своей территории, которое может возбудить население одной страны к действиям против внутреннего порядка и безопасности другой страны (ст. 1);

Тэкс М. Указ. соч. - С. 50.

• следить за тем, чтобы передачи их станций не призывали к войне или действиям, могущим повести к ней (ст. 2);

• издать соответствующие инструкции для радиостанций, находящихся в ведении правительств, и принять меры, обеспечивающие включение соответствующих правил в уставы частных вещательных организаций с целью недопущения вещания, которое “вредит международному доброму согласию путем неточных утверждений” (ст. ст. 3,6);

• осуществлять взаимный обмен сведениями для распространения их радиовещательными станциями (ст. 5). С 1958 года появилась практика осуществления радио- и телевизионных передач частными лицами в целях рекламы в нарушение установлений Международной конвенции электросвязи. Эти передачи велись с судов, находящихся около территориального моря государств. Как известно, вмешательство в радиослужбу другого государства весьма опасно, ибо может повлечь нарушение безопасности полетов самолетов и космических аппаратов, безопасности плавания судов, и Международная конвенция электросвязи содержит правило, запрещающее такого рода вмешательство. Ст. 48 п. 1 ее гласит: “ Все станции, независимо от их назначения, должны устанавливаться и эксплуатироваться таким образом, чтобы не причинять вредных помех радиосвязям или радиослужбам других членов или сочленов, признанных частных эксплуатационных организаций, имеющих соответствующие права на обеспечение службы радиосвязи и работающих в соответствии с постановлениями Регламента радиосвязи”. Для борьбы с подобным опасным деянием члены Европейского совета 22 января 1965 года в г. Страсбурге подписали Европейское соглашение о предупреждении радиопередач, ведущихся извне национальных территорий. Этот договор рассматривает в качестве запрещенных следующие деяния: • установку и эксплуатацию радиовещательных станций на борту судов, самолетов или любых других плавающих или летающих объектов, которые вне национальной территории осуществляют передачи, направлен ные для приема или могущие быть приняты в целом или частично на территории государств, или которые причинят вредные помехи какой-либо радиопередающей службе, действующей в соответствии с Радиорегулированием (ст. 1 и п. 1 ст. 2);

• акты соучастия, выражающиеся в поставке, эксплуатации или починке оборудования;

поставке питания;

предоставлении транспорта или перевозке лиц, оборудования или питания;

заказе или производстве материалов любого рода для передачи, включая рекламы;

предоставлении услуг в отношении рекламы для использования такими станциями (п. 2, ст. 2) В соответствии с договором противоправными считаются только те передачи, которые могут быть непосредственно приняты радиослушателями и телезрителями. Вредные помехи, а также передачи на территорию прибрежного государства, производимые в целях оказания помощи судам и самолетам, а также другим плавающим или летающим объектам или в целях охраны человеческой жизни, не рассматриваются в качестве противоправных (ст. 6). На всемирном уровне указанная проблема нашла свое отражение в Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, ст. 109 которой устанавливает правила в отношении несанкционированного вещания из открытого моря. Под несанкционированным вещанием понимается передача “в нарушение международных правил, звуковых радио- или телевизионных программ с судна или установки в открытом море, предназначенных для приема населением, за исключением, однако, передачи сигналов бедствия” (п. 1 той же статьи) все государства должны сотрудничать в пресечении этого деяния. Правило Конвенции 1982 г. отличается от Европейского соглашения рядом положений: во-первых, Европейское соглашение более широко определяло противоправные деяния, указывая, что это установка, эксплуатация и акты соучастия;

конвенция же говорит только о передаче программ;

во-вторых, если соглашение говорило о противоправности вещания с движущихся объектов, Конвенция же четко говорит о судах и установках, т. е. и с неподвижных объектов;

в-третьих, Соглашение среди движущихся объектов называет и самолеты, а Конвенция их не упоминает. По-разному решаются в них и вопросы юрисдикции. Соглашение устанавливает ответственность физических и юридических лиц, перед государством своего гражданства, одновременно оговаривая возможность привлечения к ответственности иностранцев государством, на территории которого совершено преступление. Таким образом, юрисдикцией, по Соглашению, обладают государство гражданства лица и государство места совершения преступления. Права и обязательства, по Соглашению, “совместимы” с правилами Конвенции, хотя и отличаются от последних, вследствие чего оба документа могут действовать параллельно. Международное непосредственное телевизионное вещание Международное непосредственное телевизионное вещание (МНТВ), будучи новым и чрезвычайно эффективным средством массовой информации, потребовало разработки не только технических норм, но и международно-правовых принципов вещания на основе уважения суверенных прав государств и невмешательства в их внутренние дела. Для того, чтобы МНТВ способствовало распространению полезных знаний в области культуры и науки и их взаимному обмену, улучшению образования и социального развития, повышению уровня жизни и обеспечения здорового досуга в различных странах, оно должно осуществляться способами, совместимыми с развитием взаимопонимания и укрепления дружественных отношений и сотрудничества между всеми народами и государствами в интересах поддержания международного мира и безопасности. На сегодняшний день основным документом, регламентирующим МНТВ, является резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 37/92 от 10 декабря 1982 года ”Принципы, регулирующие использование государствами ис кусственных спутников Земли для МНТВ”. Резолюция определяет цели и задачи МНТВ – содействие распространению информации и знаний в области культуры и науки, образования;

развитию в социальной и экономической областях, особенно в развивающихся странах;

улучшению условий жизни всех народов;

улучшение досуга во всех странах с должным уважением их политических и культурных систем;

наконец, содействие развитию взаимопонимания и укрепления дружественных отношений и сотрудничества между государствами и народами в интересах поддержания международного мира и безопасности. Наряду с принципом ответственности государств за правомерный характер МНТВ и обязательностью консультаций в случае разногласий по этому вопросу резолюция 37/92 недвусмысленно рекомендует до начала МНТВ на определенные страны заключить с ними соглашения или достигнуть на этот счет соответствующих договоренностей, что нельзя понимать иначе как требование получать предварительное согласие от государства, на чью территорию предполагается вести МНТВ. Это вывод подкрепляется положениями резолюции 37/92 о том, что деятельность по МНТВ должна быть “совместимой с суверенными правами государств, включая принцип невмешательства”, и вещающее государство до начала МНТВ должно “без промедления” уведомить об этом своем намерении все предполагаемые принимающими эти передачи государства. Таким образом, позиция ООН относительно МНТВ сводится к тому, что решение вопроса о том, является ли та или иная деятельность в области МНТВ законной или противоправной, является ли та или иная передача по МНТВ дозволенной или недозволенной, решается принимающим передачи государством, независимо от того, нравится это или нет сторонникам “свободного эфира”.

2. 6. Правовое регулирование Интернета Интернет как средство массовой коммуникации сегодня достиг такого уровня развития и воздействия на общественную жизнь, который требует государственного вмешательства в виде принятия законов, регулирующих деятельность, с ним связанную. С целью определения направления такого регулирования в ряде стран проведены специальные исследования, созданы общественные объединения, разрабатываются кодексы поведения в Интернете, обсуждаются проекты законов. “Интернациональная” природа Интернета позволяет утверждать, что проблемы законодательного регулирования деятельности в Интернете носят общий характер и одинаковы для всех стран.122 Интернет (лат. inter между и англ. net(work) сеть) – глобальная компьютерная сеть, связывающая между собой как пользователей компьютерных сетей, так и пользователей индивидуальных (в том числе домашних) компьютеров.123 Интернет стал не просто средством распространения и получения информации, предоставления различных услуг, но и средством общения. С развитием компьютерных технологий его отличительными чертами стали – доступность, массовость и анонимность. А также скорость распространения информации. В связи с этим достаточно остро встает вопрос об ответственности интернет-провайдеров перед обществом за содержание своих сообщений. В Канаде подготовлен доклад “Киберпространство – не земля вне закона”.124 В нем рассматриваются проблемы, связанные с уголовной и гражданской ответственностью, возникающей в ходе работы в Интернете как пользователей, так и поставщиков содержания и информационных услуг. В контексте канадского уголовного кодекса рассмотрены такие действия в Интернете, как передача непристойных, оскорбительных сообщений, детской порногра Мелюхин И.С. Информационное общество: истоки, проблемы, тенденции развития. - М.: МГУ, 1999. С. 19. 123 Российский энциклопедический словарь. - М.: Большая российская энциклопедия в 2-х тт. 2001. Т. 1. С. 582. 124 "The Cyberspace is not a "No land Law". A Study of the Issues of Liability for Content circulating on the Internet". См. : http: // strategis. ic. gc. ca/SSG/ it03117e. html.

фии, нарушения прав на торговые марки. В докладе проанализированы случаи гражданской ответственности, наступающей в результате действий в Интернете, ведущих к диффамации, нанесению вреда репутации, нарушению тайны личной жизни, злоупотреблениям или необеспечению сохранности тайны личной жизни, сообщению неверной информации, разглашению секретных данных и несправедливой конкуренции. В 1999 году администрация США выступила с очередной инициативой. Речь идет о создании “Интернета следующего поколения”125, концепция которого предполагает не только значительно более высокие скорости передачи информации, но и развитие интерактивных услуг в общенациональном масштабе. Здесь подчеркивается ведущая роль государства в организации научных исследований и разработок, в создании технологий для Интернета следующего поколения. Роль государства возрастает еще и потому, что необходимо продумать механизм ответственности за передачу информации через это средство коммуникации. События 11 сентября 2001 года, когда атаке международных террористов подверглись здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке ясно показали как взаимосвязаны государства между собой и насколько важно разработать принципы международной безопасности. Не менее важно в этой связи разработать и принципы государственного регулирования средств массовой информации и, в частности, Интернета. Ранее за основу был взят доклад Федеральной комиссии США (ФКС) по связи “Цифровое торнадо: Интернет и телекоммуникационная политика”126, где утверждалось, что ФКС сознательно отказалась регулировать деятельность по предоставлению онлайновых информационных услуг по правилам, которые распространяются на телефонные компании. Подчеркивалась необходимость не обременять Интернет ненужным государственным регулированием и воздействием. Именно ограниченным вмешательством в развитие 125 См. : http://www. ngi. gov, http://www. ccic. gov/ngi. Digital Tornado: the Internet and Telecommunications Policy. - March 1997. См.: http:// www. fcc. gov /Bureaus/OPP/ workingpapes/oppwp29. рdf Интернета государства было принято объяснять его быстрый рост. Канадская ассоциация провайдеров услуг Интернета разработала Кодекс поведения в Интернете127, цель которого – помочь членам ассоциации в своей деятельности соответствовать правовым стандартам, не распространять сознательно незаконное содержание, реагировать на информацию пользователей о наличии такого содержания в Сети. Прелагается модельный кодекс по защите персональной информации. Во Франции обсуждается Хартия Интернета128, в которой определяются принципы добровольных обязательств пользователей и создателей информационных услуг и продуктов, связанных с Интернетом. В Германии в 1997 году принят “Закон об информационных и коммуникационных услугах”129, в котором определены статус цифровой подписи, введены поправки в уголовный кодекс, в законы о запрете на распространение морально вредной для юношества информации, охране авторских прав. Интернет, как и другие глобальные компьютерные сети, существует не в правовом вакууме, поскольку все, что с ними связано (авторы, поставщики содержания, сетевых услуг, сетевые операторы, провайдеры доступа и конечные пользователи) – все они являются субъектами соответствующих законов в разных странах. Уникальная черта Интернета состоит в том, что он функционирует одновременно как средство публикаций и коммуникаций, хотя и радикально отличается от массового вещания и традиционных телекоммуникационных услуг. Этим объясняется своеобразие его регулирования. В Конгрессе США находятся на рассмотрении несколько законопроектов, относящихся к Интернету. Они доступны через службу Библиотеки Конгресса, которая помещает в Интернете все проекты и принятые законы действующего состава Конгресса. 127 См.: http://www. csa. ca/83001-g. htm См.: http://www. planete. net/code-internet 129 См.: http://www. iid. de/rahmen/iukdgebt. html) 130 См.: http://thomas. loc. gov Проект “Закона о защите Интернета” (“Internet Protection Act”) предложен с целью поддержки быстрейшего технологического и коммерческого развития Интернета. Политика США должна опираться на частные инициативы и максимально избегать государственных ограничений и надзора за действиями в Интернете. В законопроекте отмечается, что регулирование информационных услуг Интернета не служит общественным интересам.131 Проект “Закона о защите персональной информации в Интернете” (“Internet Privacy Protection Act” of 1997) предполагает введение запрета для федеральных ведомств на предоставление доступа к конфиденциальным записям об индивидах через Интернет.132 Проект “Закона о безопасности и свободе через шифрование” (“Security and Freedom Through Encryption Act” of 1997) предполагает свободу использования и продажи средств шифрования со стороны государственных или прочих структур. Предполагается признать законным использование шифрования независимо от технологий и средств шифрования. Согласно этому проекту, никого нельзя обязать передать ключи шифрования другому лицу, кроме как в случае проведения расследования в соответствии с установленной законом процедурой.133 Проект “Закона о семейном доступе к Интернету” (“Family-Friendly Internet Access Act” of 1997) направлен на обеспечение родителей средствами контроля над содержанием, к которому имеют доступ их дети через Интернет. Провайдеры услуг Интернета должны предоставлять программное обеспечение, позволяющее осуществлять такой контроль.134 Цель законопроекта “Право граждан знать” (“Citizens right to Know Act”) – дополнить закон о выборах требованием к федеральной комиссии по выборам сделать доступной информацию о кандидатах в Конгресс США че 131 Завгородний В.И. Комплексная защита в компьютерных системах. - М.: Логос, 2001. С. 64. Мелюхин И.С. Информационное общество: истоки, проблемы, тенденции развития. - М.: МГУ, 1999. С. 149. 133 Рихтер А.Г. Массово-информационное право в грядущем веке. См.: сб. От книги до Интернета. Журналистика и литература на рубеже нового тысячелетия. - М.: МГУ, 2000. С. 77. 134 Мелюхин И.С. Указ. соч. С. 150.

рез Интернет. Избирательную тематику дополняет законопроект “Об избирательной информации в Интернете” (“Internet Election Information Act” of 1997). В нем речь идет о бесплатном предоставлении кандидатам в выборные федеральные органы интерактивных услуг с целью распространения информации о себе и участия в публичных дебатах. Запрет на использование Интернета для азартных игр, заключения пари, проведение лотерей и прочих способах изъятия денег у населения предполагает законопроект “О запрете на азартные игры в Интернете” (“Internet Gambling Prohibition Act” of 1997).135 Важную роль призван сыграть законопроект “Об обеспечении онлайновой торговли в цифровую эпоху” (“Promotion of Commerce On-Line in the Digital Era Act” of 1997). В нем подчеркивается, что Интернет и глобальная информационная инфраструктура реформируют то, как делается современный бизнес. Однако полностью их потенциал не может быть задействован, пока они остаются небезопасным средством передачи деловой и персональной информации. Для обеспечения необходимого уровня защиты средства шифрования должны быть общедоступны. Устаревшие законодательные запреты на экспорт американских “серьезных” средств шифрования мешают развитию электронной торговли. Предложение министерства торговли США разрешить продажу средств и программ шифрования за рубеж в случае, если федеральное правительство обладает ключами шифрования, фактически обернулось запретом на экспорт криптографических технологий. Предлагается поощрять разработку продуктов и программ шифрования и запретить федеральному правительству принимать меры, которые могут помешать использованию и продаже криптографических продуктов.136 В законопроекте “О свободе от налогов в Интернете” (“Internet Tax Freedom Act” of 1997) указывается, что точный путь сообщения в Интернете проследить нельзя. Поэтому возможно многократное налогооблажение, что экономически ограничит развитие Интернета. В США, например, на потре Землянова Л.М. Зарубежная коммуникавистика на рубеже веков (проблемы и приоритеты). См.: сб. От книги до Интернета. Журналистика и литература на рубеже нового тысячелетия. - М.: МГУ, 2000. С. 6175.

бителей и бизнесменов, связанных с деятельностью в Интернете, можно распространить действие до 30 тыс. нормативных актов по уплате налогов. В этой связи необходима скоординированная общенациональная политика в области налогооблажения в Интернете. Предлагается ввести мораторий на установление налогов на деятельность в Интернете.137 Несмотря на то, что преимущества Интернета, несомненно преобладают, возможные негативные аспекты нельзя недооценивать, и они требуют регулирования, введения цензуры на ряд материалов, представляющих угрозу моральным устоям общества. В этой связи Совет по телекоммуникациям Европейской Комиссии принял в 1996 году резолюцию, направленную на предотвращение распространения по Интернету незаконного содержания, особенно детской порнографии.138 Комиссия осознает важность этих проблем и стремится их решить с учетом установления правильного баланса между свободным потоком информации и гарантированной защитой общественных интересов. Некоторые страны предпринимают шаги для блокирования любого прямого доступа в Интернет путем внедрения специальных “фильтрующих” компьютеров, составления “черных” списков документов и интернетовских адресов. Другой подход, реализуемый в Германии, сводится к тому, что доступ подписчиков к незаконному содержанию блокируется на основе судебных решений. Это проблема стала еще более актуальной после осознания мировым сообществом угрозы международной безопасности после событий осени 2001 года и взрывов в Соединенных Штатах Америки. Пользователи Интернета обычно идентифицируют себя, указывая адрес своей страницы или электронной почты. Однако необходимо закрепить это правило в Европейском кодексе поведения для почтовой деятельности. 136 Землянова Л.М. Указ. соч. С. 74. Завгородний В.И. Комплексная защита в компьютерных системах. - М.: Логос, 2001. С.66. 138 Illegal and harmful content on the Internet. Communication to the European Parliament, the Council, the economic and social committee and the committee of the regions, 1996. Green Paper on the protection of minors and human dignity in audiovisual and information services. 139 Рихтер А.Г. Массово-информационное право в грядущем веке. См.: сб. От книги до Интернета. Журналистика и литература на рубеже нового тысячелетия. - М.: МГУ, 2000. С. 75-79.

Распространяемая по Интернету технология анонимных посланий позволяет распространять незаконное содержание, что затрудняет или делает невозможным выявление нарушителя. Эта проблема не касается WWW, где поставщик сетевых услуг знает или может узнать, кто автор содержания. Однако анонимные послания могут посылаться по электронной почте или использоваться для передачи сообщений в новостных группах. Конечно, есть законные основания, почему индивид хочет остаться анонимным. Однако это законное право должно быть совместимо с принципом прослеживания источника информации. Предложения английского “Фонда Безопасной Сети” нацелены на решение этой проблемы.140 Считается, что использование полностью анонимных посланий представляет общественную опасность, а использование псевдонимов, по которым в конечном счете можно выявить отправителя, не опасно. Предлагаются меры, которые позволят залатать дыры в законодательстве и выявить отправителей. Уже имеются несколько примеров, когда поставщики доступа в Интернет привлекались к ответственности в суде. В Германии проводилось расследование против компаний “CompuServe” и “Deutsche Telecom AG T-Online”, которые предоставляли доступ к неонацистской “домашней странице” в Канаде. Компании были обязаны блокировать доступ к этой информации. Во Франции книга личного врача бывшего премьер-министра Ф. Миттерана, запрещенная цензурой, была помещена на WWW-сервер в одном из “киберкафе” Парижа. Поскольку цензура распространяется только на печатную продукцию, судебное преследование столкнулось с большими трудностями. Французские юристы признали большие пробелы в законодательстве, регулирующем электронные публикации.141 Интернет превратился в средство массовой коммуникации, стал технологическим основанием для электронного бизнеса. В связи с этим развернулась дискуссия о степени его регулирования со стороны не только национальных государств, но и международных сообществ. В отношении электронной торговли 140 Мелюхин И.С. Информационное право: истоки, проблемы, тенденции развития. -- М.: МГУ, 1999. С. 153. Там же, - С.115.

Европейский Совет недвусмысленно высказался за минимальное регулирование, превращение Интернета в свободную экономическую зону. Однако некоторый набор общих правил его функционирования все же должен быть установлен. Необходимы международные договоренности относительно дальнейшего распространения глобальных компьютерных сетей, которые сводятся к трем требованиям: 1. Пользователи должны быть уверены, что конфиденциальная коммерческая информация, так же как и системы оплаты, являются защищенными и безопасными. 2. Должна быть гарантия достоверности электронных документов и данных, уверенность в том, что их можно использовать в качестве юридических доказательств. 3. Пользователи должны быть уверены, что смогут осуществлять контроль за содержанием, к которому имеют доступ их дети. Осмысление социального значения Интернета должно базироваться на следующих факторах: • Глобализация. Глобальное окружение, в котором национальные границы и географические расстояния не имеют значения, требует новых форм международного сотрудничества. • Конвергенция. Размывание границ между телекоммуникационными компаниями, аудиовизуальным, компьютерным, издательским секторами означает, что необходим новый подход, поскольку содержание становится независимым от средств его передачи, а контроль за содержанием (и ответственность за его использование) переходит от государства к индивиду. • Природа Интернета. Децентрализованная сеть сетей, которой владеют все и никто, означает, что любые правила и принципы его функционирования должны быть самоустанавливащимися и основанными на взаимном признании.

Выводы и предложения: Глава 2 • На сегодняшний день ответственность за международную информационную деятельность обычно не сопряжена с применением санкций к государству-нарушителю норм. Она носит преимущественно рекомендательный характер, выступает в качестве политического требования выполнять определенные международные обязательства – требования, не связанного с ликвидацией причиненного вреда при нарушении нормы международного права. А потому необходимо разработать способы регулирования международного потока информации, что становится особенно актуальным в связи с быстро развивающимися СМИ, и особенно Интернета, а также с появлением новых угроз в сфере информации в контексте информационной безопасности. Они должны четко разграничивать права и обязанности государств, с территории которых распространяется та или иная информация, отдельных СМИ, осуществляющих передачу этой информации и права других государств защищать интересы своих граждан. • Некоторые юристы предлагают ввести международную частноправовую ответственность физических и юридических лиц за нарушение норм международного права в области международной информации. При этом, однако, необходимо иметь в виду по крайней мере два обстоятельства. Частноправовая ответственность за информационные сообщения является средством внутреннего права, обеспечивающим выполнение международных норм, которые государство применяет на своей территории на основании внутреннего законодательства. Кроме того, международный, общественный характер деятельности по распространению информации не позволяет ограничиваться частноправовой ответственностью за эту деятельность. По форме ответственность государства за передачу противоправной информации может предполагать в первую очередь прекращение таких передач, признание их международной противоправности, официальное извинение перед потерпевшим государством, наказание лиц, виновных в такой передаче и др. В случае передачи неверной или искаженной информации, затронувшей интересы другого государства, возможно обнародование опровержения этой информации. В этом отношении определенную роль может сыграть право государ ства на опровержение неверной или искаженной информации, затронувшей его интересы. • Конвенцию о международном праве опровержения подписали всего около 10 государств, и на практике механизм передачи опровержения не действует. Недостатком Конвенции является и то, что она не налагает на государство юридически выраженной обязанности опубликовать или иным образом обнародовать опровержение. Фактически не действует механизм опровержения и в рамках ООН. А потому представляется необходимым разработать более конкретные меры для реализации этого права. • Международно-правовые документы последних лет, касающиеся ответственности в области массовой информации, обращены в основном непосредственно к средствам массовой информации и определяют их ответственность перед мировым сообществом в целом. Этот факт отражает ту реальную роль, которую играют средства массовой информации сегодня в развитии международных информационных отношений, и свидетельствует о существовании ответственности самих средств информации, не исключающей соответствующей международно-правовой ответственности государств. • Принцип сочетания свободы и ответственности в Декларации об основных принципах вклада СМИ в укрепление мира и международного взаимопонимания 1978 года знаменует собой поворот в международной трактовке свободы информации от абстрактной категории к пониманию свободы как категории, прямо связанной с выполнением определенных обязанностей. Принцип ответственности СМИ поддержали и развивающиеся страны. Большинство же западных авторов признают необходимость такой ответственности средств массовой информации, в первую очередь, на национальном уровне. Американские социологи У. Риверс, У. Шрамм и К. Кристиан полагали, например, что средства массовой информации несут ответственность на основании общепризнанных моральных норм. Гарантом ответственности СМИ авторы считают реакцию аудитории на получаемую информацию. А потому представляется необходимым закрепить принцип ответственности СМИ перед обществом и мировым сообществом документально.

• Международное право отводит государству роль гаранта прав чело века на информацию, которые регулируются непосредственно международноправовыми нормами.

Защита прав человека государственным правом представляет собой лишь дополнение к международному праву, непосредственно обеспечивающему права человека в сфере информации. Существование международноправовой нормы выводит область защиты прав человека из исключительной компетенции государства. • Развитие российского информационного права не может идти в отрыве от международно-правовых стандартов, поскольку российское информационное пространство является составной частью мирового информационного пространства. При этом российский законодательный процесс применительно к СМИ испытывает прямое воздействие как международно-правовых документов относительно основных прав и свобод человека и гражданина, так и итогового документа Венской встречи СБСЕ 1986 года и рекомендаций лондонского Информационного форума 1989 года. Отсюда вытекает потребность в правовом регулировании сочетания, взаимодействия и полной интеграции российских информационных технологий с зарубежными. Правовое регулирование призвано способствовать развитию всей системы международного сотрудничества в сфере информатизации, в частности, осуществлению согласованных международных проектов и программ. И здесь необходимо помнить, что Интернет, как и другие глобальные компьютерные сети, существует не в правовом вакууме, поскольку все, что с ними связано (авторы, поставщики содержания, сетевых услуг, сетевые операторы, провайдеры доступа и конечные пользователи) – все они являются субъектами соответствующих законов в разных странах. Уникальная черта Интернета состоит в том, что он функционирует одновременно как средство публикаций и коммуникаций, хотя и радикально отличается от массового вещания и традиционных телекоммуникационных услуг. Этим объясняется своеобразие его регулирования. Поскольку российское информационное пространство является составной частью мирового, то необходимо продумать механизмы регулирования потока информации в киберпространстве, программы совместных действий государств.

ГЛАВА 3 ПРАВО НА ИНФОРМАЦИЮ 3. 1. Основные информационные права и свободы, основания их ограничения Среди национальных интересов России, как, впрочем, и других государств, особое место занимает реализация основных прав и свобод граждан в информационной сфере. Она основывается на принципах свободы информации и запретительном принципе права (все, что не запрещено законом, разрешено). Этот принцип закреплен в основных международных правовых документах, Конституции Российской Федерации и ряде других законов. Основным объектом правоотношений здесь выступает право на информацию, а субъектами являются любые физические и юридические лица. Как записано во Всеобщей декларации прав человека, утвержденной и провозглашенной Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г., каждый человек имеет право на свободу (ст. 3), право на свободу мысли (ст. 18);

право на свободу убеждений и на свободное выражение их. Это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ (ст. 19). Позднее эти права и свободы нашли отражение в ряде международных документов: • в ст. 10 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (вступила в силу 3 сентября 1953 г., для Российской Федерации – 28 февраля 1996), где дополнительно было указано, что свободы относятся ко всякого рода информации, идеям и способам их распространения;

• в ст. 13 Декларации прав и свобод человека и гражданина (принята Верховным Советом РСФСР 22 ноября 1991 г.), где в дополнение к перечисленным правам провозглашена свобода слова.

В Конституции Российской Федерации (принятой всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) также закреплены эти права и свободы: • право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени – ч. 1 ст. 23;

• право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений – ч. 2 ст. 23;

• свобода мысли и слова – ч. 1 ст. 29;

• свобода массовой информации – ч. 5 ст. 29;

• право на свободу выражения своих мнений и убеждений (никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них) – ч. 3 ст. 29;

• право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом – ч. 4 ст. 29;

• право граждан обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления – ст. 33;

• свобода всех видов творчества – ч. 1 ст. 44;

• право на доступ к культурным ценностям – ч. 2 ст. 44. Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека, принятая 26 мая 1995 г. и вступившая в силу 11 августа 1998 г. в Республике Беларусь, Российской Федерации и Республике Таджикистан, также в ст. 11, 32 и 33 определяет право граждан на свободное выражение своего мнения. Эти права и свободы личности при своей реализации могут быть ограничены как правами и свободой других лиц, так и по другим основаниям и в случаях, прямо указанным в федеральных законах. В п. 2 ст. 29 Всеобщей декларации прав человека говорится: “При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью:

• обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других (в ст. 12 Декларации перечисляются права и свободы других лиц: личная и семейная жизнь, неприкосновенность жилища, тайна корреспонденции, честь и репутация);

• удовлетворение справедливых требований морали;

• общественного порядка;

• и общего благосостояния в демократическом обществе.” Если во Всеобщей декларации прав человека устанавливаются основания для ограничений только в интересах других граждан и общества в целом, то в Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 2 ст. 10) наряду с подтверждением ограничений прав только по закону расширяется и уточняется перечень оснований для такого рода ограничений: • в интересах государственной безопасности, территориальной целостности или общественного спокойствия;

• в целях предотвращения беспорядков и преступлений • для охраны здоровья и нравственности;

• для защиты и репутации или прав других лиц;

• для предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально;

• для обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. В п. 3 ст.19 Международного пакта о гражданских и политических правах выделены следующие основания для ограничений: • для уважения прав и репутации других лиц;

• для охраны государственной безопасности, • общественного порядка В Декларации прав и свобод человека и гражданина (п. 2.ст. 2) выделяются следующие основания для ограничений по закону: • в целях защиты конституционного строя, • нравственности, • здоровья, • законных прав и интересов других людей в демократическом обществе В ст. 4, 9 и 13 Декларации определен перечень ограничений. Там указано, что информационные права и свободы ограничиваются, если они используются в целях насильственного изменения конституционного строя, разжигания расовой, национальной, классовой, религиозной ненависти, пропаганды насилия и войны, нарушения неприкосновенности частной жизни, права на уважение и защиту чести и достоинства, тайны переписки, телефонных переговоров, телеграфных и иных сообщений, личной, семейной, профессиональной, коммерческой и государственной тайны. Конституция Российской Федерации (ч. 3 ст.17 и ч.3. ст.55) к основаниям для ограничения основных информационных прав и свобод гражданина относит: • защиту основ конституционного строя, • нравственности, • здоровья, • прав и законных интересов других лиц, • обеспечение обороны страны и безопасности государства. Кроме того, в ст. 56 предусматривается возможность ограничения прав и свобод с указанием пределов и сроков их действия в условиях чрезвычайного положения в соответствии с федеральным конституционным законом. К прямым ограничениям прав и свобод Конституция (ч.1 и 2 ст. 23, ч.1 ст. 24, ч. 2 и 4 ст. 29) относит все случаи, предусмотренные Декларацией прав и свобод человека и гражданина. Из этого перечня исключено ограничение, связанное с пропагандой классовой ненависти, насилия и войны, коммерческой и профессиональной тайн, и дополнительно введены ограничения на использование информационных прав и свобод с целью пропаганды социальной ненависти, социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Также в ст. 51 Конституции закреплено, что никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом.

Из этого сравнительного анализа можно сделать следующий вывод: Если основные информационные права и свободы человека и гражданина закреплены во всех перечисленных документах и одинаковы по своему содержанию, то основания их возможного ограничения и прямые ограничения, определенные там же, зачастую не совпадают между собой. Необходимы унифицированный перечень оснований для ограничений (для защиты интересов личности, обеспечения стабильности в обществе, а также в интересах обороны и безопасности государства) и перечень случаев прямого ограничения прав и свобод с последующим их закреплением в законе.

3.2. Критерий ограничений свободы слова в международном праве Мировое сообщество прошло долгий путь, пока не признало, что свобода личности заключается не в воображаемой независимости от объективных законов общества, а в способности разумно выбирать свою линию поведения в нем. Признание самой возможности ограничения прав и свобод человека из области философских идей перешло и в область права.142 Впервые четко установила критерии ограничения свободы слова Французская декларация прав человека и гражданина 1789 г., которая провозгласила: “Свободное выражение мыслей и мнений есть одно из драгоценнейших прав человека;

каждый человек поэтому может свободно высказываться, писать, печатать, отвечая лишь за злоупотребление этой свободой в случаях, предусмотренных законом”.143 Более чем через столетие этот принцип лег в основу международных соглашений.

Довнар Н.Н. К вопросу о критериях ограничений свободы слова в международном праве и законодательстве Республики Беларусь. //Белорусский журнал международного права и международных отношений №4, 1999. С. 15. 143 Декларация прав человека и гражданина. См.: Международные акты о правах человека: Сборник документов. - М.: Норма-Инфра, 1998. С.33.

Международные документы как универсального, так и регионального характера установили, по сути, одни и те же стандарты при ограничении свободы слова. Анализ трех основных международных документов может позволить выявить общие и особенные черты ограничений свободы слова в практике мирового сообщества. Статья 29 Всеобщей декларации прав человека провозгласила: “Каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности. При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе”.144 Международный пакт о гражданских и политических правах конкретизирует указанные ограничения. Ст. 19 Пакта подчеркивает, что особые обязанности и особая ответственность налагаются при пользовании правом на свободное выражение своего мнения. Оно может быть сопряжено с некоторыми ограничениями, которые должны быть установлены законом и являться необходимыми для уважения прав и репутации других лиц: для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения. Ст.20 Пакта также устанавливает область запрета: “Всякая пропаганда войны должна быть запрещена законом. Всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, должно быть запрещено законом”. 144 Международные акты о правах человека: Сборник документов. - М.: Норма-Инфра, 1998.С. 43. Там же. - С.59.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. еще больше детализировала ограничение свободы слова. В ст. 10 указывается: “Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с формальностями, условиями, ограничениями или штрафными санкциями, предусмотренными законом и необходимыми в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного спокойствия, в целях предотвращения беспорядков и преступности, защиты здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или авторитета и беспристрастности правосудия”.146 Сопоставление этих трех документов позволяет сделать вывод, что в период с 1948 по 1966 гг. ограничения свободы слова наполнились новым содержанием, стали носить более конкретный характер.

Были сформулированы следующие требования к ограничениям свободы слова: а. Ограничения должны быть установлены законом б. Быть необходимыми в демократическом обществе. На первый взгляд, требования кажутся простыми. Однако применяемая в документах терминология не имеет однозначного толкования и нуждается в дополнительных пояснениях. Например, термин “закон”, по мнению Европейского суда по правам человека, допустимо применять в широком смысле слова. В этом случае границы прав личности могут устанавливаться не только законом, но и иными нормативными актами, равно как и положениями неписаного права. Такой подход связан с тем, что во многих странах, в том числе подписавших Конвенцию, традиционно важную роль играет прецедентное право, особенно в странах, где нет писаных конституций и применение термина в узком смысле слова, по мнению суда, лишило бы государство – участника Конвенции, в котором преобладает общее право защиты, преду 146 Международные акты о правах человека: Сборник документов. - М.: Норма-Инфра, 1998. С.42. Довнар Н.Н. Указ. соч. С. 16.

смотренное п. 2 ст. 10, и ударило бы по самим основам правовой системы этого государства. В то же время Европейский суд исходит из того, что толковать термины должны прежде всего национальные органы. 148 Не дав конкретного определения понятию “закон”, Суд подчеркнул, что используемый в Конвенции термин отсылает назад, к внутреннему праву и, кроме того, касается качества закона, поскольку требует от него соответствия принципу господства права. 149 В 1988 году, опираясь на ряд прецедентов, Европейский суд суммировал критерии понятия “необходимость” и пришел к заключению, что оно может быть связано только с острой общественной потребностью вмешаться в права личности, поэтому ограничения, которые накладывает государство, должны быть соразмерны соответствующим интересам как личности, так и общества в целом (по терминологии Суда, “соразмерны законной цели”). Рассматривая дела, Суд выясняет степень серьезности вмешательства в права индивида и взвешивает относительный ущерб, который мог возникнуть вследствие того или иного решения, для лица и для государства. 150 Другими словами, любые ограничения в области прав человека должны быть оправданными. Поэтому они должны быть соразмерны той цели, которая преследуется этими ограничениями. В свою очередь цель определяется в соответствии с положениями, закрепленными в международных соглашениях, Конституции. При этом, должна учитываться как цель, которая преследуется ограничением (в этом случае играет роль ценностное содержание “пограничного” права или интереса), так и цель существования и реализации права, которое ограничивается. Если, например, свобода слова ограничивается в целях защиты нравственности населения, помимо определения цели ограничения, ценностного Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: право и практика. - М.: МНИМП, 1998. С. 273. 149 Там же. 150 Свинарски К. Основные понятия и институты международного гуманитарного права как система защиты человека. - М.: Права человека, 1997. С. 81-83.

содержания охраняемого интереса (нравственности), должна учитываться и цель существования свободы слова, ее ценностный критерий. При этом ценностный подход приобретает существенное значение для определения пределов ограничений данного права. Конечно, шкала ценностей индивида и шкала ценностей общества, государства могут не совпадать. Чаще всего не совпадают. Но это не значит, что законодатель, определяя “собственные” приоритетные ценности, не должен заботиться о том, чтобы они максимально приближались к объективно заложенным в правах ценностям. Свобода слова рассматривается как основа всех других свобод, следовательно, ее сущностная ценность должна быть учтена во всех случаях, когда решается вопрос о границах свободы слова, о границах ответственности за злоупотребление ею. 151 В международных документах имеются две категории ограничений: Первая категория – положения, конкретно определяющие действия, на которые налагается вето: “Всякая пропаганда войны должна быть запрещена законом. Всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, должно быть запрещено законом”. Такие нормы не вызывают разночтения и, как правило, полностью имплементируются в законодательство стран-участников международных соглашений. Вторая категория ограничений носит общий характер. Они не имеют четких определений, могут по-разному толковаться и менять свое содержание в зависимости от времени и пространства. К ним относят следующие ограничения: “С целью защиты морали, общественного порядка, общего благосостояния, уважения прав и свобод других лиц”. Государство-участник может в данном случае в своем национальном законодательстве конкретизировать действия, на которые налагаются ограничения, но, разумеется, в рамках международной нормы.

Лобанов К.Н. Договор о Европейском союзе: правовой анализ новейших тенденций в развитии западноевропейской интеграции. Учебное пособие. - Белгород, 1996. С. 17.

Международное сообщество признает необходимым избегать в национальных законодательствах нечетких формулировок, предоставляя тем самым личности возможность дополнительной защиты прав против их произвольных ограничений, а также против произвольного толкования закона. Европейский суд, в частности, подчеркивает, что “правовой акт лишается силы вследствие его расплывчатости, если предусмотренные в нем запреты определены нечетко. Во-первых, мы предполагаем, что человек волен выбирать между законом и незаконным поведением. Мы настаиваем, чтобы законы давали человеку с обычным уровнем интеллекта разумную возможность знать, что запрещено, чтобы он мог действовать соответственно. Расплывчатые законы могут завлечь в ловушку невиновных, не предупредив их о запрете. Во-вторых, чтобы не допустить произвольного и дискриминационного исполнения законов, законы должны содержать четкие стандарты для тех, кто их применяет. Расплывчатый закон делегирует недопустимые полномочия полицейским, судьям и присяжным, позволяя им решать основные вопросы политики ad hoc и субъективно, что создает опасность произвольного и дискриминационного применения”.152 Стоит также заметить, что принцип ограничения прав налагается не только на права граждан, но и на право государства произвольно ограничивать права личности.153 Многие ограничения свободы слова неоднократно оказывались в центре внимания Европейского суда, например, ограничения в целях защиты нравственности и частной жизни. Европейский суд считает, что точка зрения в отношении требований нравственности варьируется в различные периоды времени и в различных местах, особенно в нашу эпоху, для которой характерна существенная эволюция взглядов на данный вопрос. Поэтому невозможно найти какое-либо единое европейское понятие нравственности в правовом и социальном устройстве государств. При рассмотрении конкретных дел Европейский суд учитывает, что каждое государство формулирует свой Дженис М., Кэй Р., Бредли Э. Европейское право в области прав человека: Практика и комментарии. - М.: Права человека, 1997. С. 251. 153 Международный Пакт о гражданских и политических правах 1966 г. ст.5.

подход к потребности защищать нравственность с учетом существующей на его территории ситуации. Вместе с тем отдельные вопросы в данной области стали общими для многих государств. Еще в 1893 г. в Лозанне был созван первый международный конгресс “против аморальной литературы”, а затем в мае 1908 г. в Париже состоялся международный конгресс против порнографии. 4 мая 1910 г., на международной конференции в Париже был выработан текст Соглашения между отдельными государствами о борьбе с распространением порнографических изданий. В 1949 г. в Соглашение были внесены изменения, которые для СССР вступили в силу с 14 мая 1949 г. Российская Федерация заявила о правопреемстве международных договоров по вопросам борьбы с распространением порнографических изданий. Проблема запрета порнографии особенно обострилась в последнее время в связи с процессами, происходящими под воздействием информационных и телекоммуникационных технологий. Один из уникальных элементов киберпространства – Интернет сделал прозрачными границы информации любого рода и открыл к ней доступ всем, в том числе и детям. Обеспокоенность мирового сообщества проблемой распространения порнографических материалов по каналам Интернет отражена в ряде документов Совета Европы, государства-участники которого ищут совместные пути решения проблемы. В резолюции № 1 “Влияние новых коммуникационных технологий на права человека и демократические ценности” (11-12 декабря 1997 г.) отмечается, что государства-участники могут принимать любые меры, которые считаются необходимыми, чтобы бороться с использованием новых коммуникационных и информационных служб для распространения какой-либо идеологии или осуществления действий, противоречащих правам человека, человеческому достоинству и основополагающим правам других лиц, а также защите несовершеннолетних, и сотрудничать в борьбе против такого использования.

Международно-правовые документы в области средств массовой информации. – Мн.: Медисон, 1999. С.42.

Применять любые меры рекомендуется и для создания гарантий защиты права тайны личной жизни и переписки при использовании новых информационных и коммуникационных служб. В резолюции 428 (1970) Парламентской ассамблеи Совета Европы относительно Декларации о средствах массовой информации и правах человека разъясняется понятие “право на уважение личной жизни” как право вести свою жизнь по собственному усмотрению при минимальном постороннем вмешательстве в нее. Оно касается личной, семейной и домашней жизни, физической и духовной неприкосновенности, чести и репутации. Это право предусматривает возможность не допускать, чтобы человека представляли в ложном свете, раскрывали не имеющие отношения к делу неблагоприятные факты, несанкционированно публиковали частные фотографии. Право предполагает защиту от шпионажа и неоправданных или недопустимых бестактных действий, защиту от неправильного использования материалов личной переписки, от раскрытия информации, предоставленной или полученной индивидом в конфиденциальном порядке. В документе указывается на особую проблему, которая возникает в связи с необходимостью уважать личную жизнь общественных деятелей. Тезис “Там, где начинается общественная жизнь, личная жизнь заканчивается” признан не адекватным для охвата этой ситуации. Личная жизнь общественных деятелей должна защищаться, за исключением случаев, когда она может оказывать воздействие на общественно значимые события. По мнению участников заседания, требует дальнейшего рассмотрения также проблема, которая возникает в результате попыток получить информацию с помощью современных технических устройств (подслушивающие устройства, тайные микрофоны, использование компьютеров и т.д.), которые наносят ущерб праву на уважение личной жизни. Международно-правовые документы в области средств массовой информации. – Мн.: Медисон, 1999. С.119.

Выводы и предложения. Глава 3. • Реализация основных прав и свобод граждан в информационной сфере относится к числу национальных интересов всех государств, в том числе и России. Она основывается на принципах свободы информации и запретительном принципе права (все, что не запрещено законом, разрешено). Этот принцип закреплен в основных международных правовых документах, Конституции Российской Федерации и ряде других законов. Основным объектом правоотношений здесь выступает право на информацию, а субъектами являются любые физические и юридические лица. Это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ. Позднее эти права и свободы нашли отражение в ряде международных документов. • Любые ограничения в области прав человека должны быть оправданными. Поэтому они должны быть соразмерны той цели, которая преследуется этими ограничениями. В свою очередь цель определяется в соответствии с положениями, закрепленными в международных соглашениях, Конституции. При этом, должна учитываться как цель, которая преследуется ограничением (в этом случае играет роль ценностное содержание “пограничного” права или интереса), так и цель существования и реализации права, которое ограничивается. Если свобода слова ограничивается в целях защиты нравственности населения, то помимо определения цели ограничения, ценностного содержания охраняемого интереса (нравственности), должна учитываться и цель существования свободы слова, ее ценностный критерий. В международных документах имеются две категории ограничений: • 1) положения, определяющие действия, на которые налагается вето. Такие нормы не вызывают разночтения и, как правило, полностью имплементируются в законодательство стран-участников международных соглашений.

• 2) Вторая категория ограничений носит общий характер. Они не имеют четких определений, могут по-разному толковаться и менять свое содержание в зависимости от времени и пространства. К ним относят следующие ограничения: “С целью защиты морали, общественного порядка, общего благосостояния, уважения прав и свобод других лиц”. Международное сообщество признает необходимым избегать в национальных законодательствах нечетких формулировок, предоставляя тем самым личности возможность дополнительной защиты прав против их произвольных ограничений, а также против произвольного толкования закона. Поэтому при разработке нового российского закона о СМИ, необходимость которого назрела уже давно, следует учесть эти положения и более четко определить/конкретизировать взаимоотношения государства и личности, общества и СМИ. Это особенно важно для того, чтобы не допустить произвольного и дискриминационного исполнения законов, законы должны содержать четкие стандарты для тех, кто их применяет. • Необходимо унифицировать перечень оснований для ограничений (для защиты интересов личности, обеспечения стабильности в обществе, а также в интересах обороны и безопасности государства) и перечень случаев прямого ограничения прав и свобод с последующим их закреплением в законе.

ГЛАВА 4. СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ОБМЕНА ИНФОРМАЦИЕЙ В КОНТЕКСТЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 4. 1. Информационная безопасность Одна из характерных особенностей современного этапа мирового научно-технического прогресса связана с глобальной информационной революцией – стремительным развитием и повсеместным внедрением новейших информационных технологий и глобальных средств телекоммуникации. Проникая во все сферы жизнедеятельности государств, информационная революция расширяет возможности развития международного сотрудничества, формирует глобальное информационное пространство, в котором информация приобретает свойства ценнейшего элемента национального достояния, его стратегического ресурса. Вместе с тем становиться очевидным, что “наряду с положительными моментами такого процесса создается и реальная угроза использования достижений в информационной сфере в целях, не совместимых с задачами поддержания мировой стабильности и безопасности, соблюдения принципов суверенного равенства государств, мирного урегулирования споров и конфликтов, неприменения силы, невмешательства во внутренние дела, уважения прав и свобод человека”.156 В докладе Генерального Секретаря ООН на 54-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН от 10 августа 1999 года “Достижения в сфере информатизации и телекоммуникации в контексте международной безопасности” в частности, отмечается, что “увеличение за счет новейших информационных технологий военного потенциала стран ведет к изменению глобального и регионального баланса сил, возникновению напряженности между традиционными и нарождающимися центрами силы и влияния.

Distr. General A/54/213, 10 August 1999 пункт 71.

Формируется принципиально новая сфера противоборства на международной арене, создается риск нового витка гонки вооружений на основе научно-технических достижений в области информатизации и связи. При этом затрагивается как сфера национальной безопасности отдельных государств, так и общая система международной коллективной безопасности на региональных и глобальном уровнях”.157 Речь идет о создании информационного оружия, применение которого с учетом уровня информатизации общества и уязвимости критически важных структур может иметь разрушительные последствия, сравнимые с воздействием оружия массового поражения. Очевидно, что таким оружием могут воспользоваться и террористические, экстремистские или криминальные группы, а также отдельные правонарушители. Таким образом, “универсальность, скрытность или обезличенность, возможность широкого трансграничного применения, экономичность и общая эффективность делают информационное оружие чрезвычайно опасным средством воздействия, причем разработка и применение такого оружия практически не регулируются нормами современного права”158. (Из пункта 71 предварительной повестки дня “Достижения в сфере информатизации и телекоммуникации в контексте международной безопасности” – ответ России на запрос Генерального Секретаря ООН А/54/213.) При определении содержания понятия “информационная безопасность” одни юристы (В.И. Ярочкин, В.П. Сальников), исходят из того, что ранее обеспечение информационной безопасности сводилось лишь к защите информации (да и то не всей, а только государственной и служебной тайны) ошибочно, скорее по инерции отождествляют два разных понятия – защита информации и информационная безопасность, хотя сегодня это совсем не одно и то же.159 Другие (А.А. Прохожев, Н.А. Чуканов), говоря об информационной безопасности, нередко понимают этот термин узко, как набор аппаратных и программных средств для обеспечения сохранности, доступности и конфиденциальности данных в компьютерных сетях. По их мнению, то, что в 157 Distr. General A/54/150, 10 August 1999. Distr. General A/54/213,10 August 1999. 159 Ярочкин В.И. Информационная безопасность. Учеб. Пособие. - М.: МГСУ, 2000. С. 21.

1970-е годы называлось компьютерной безопасностью, а в 1980-е годы – безопасностью данных, сейчас именуется информационной безопасностью. Информационной же безопасностью они называют “меры по защите информации от неавторизованного доступа, разрушения, модификации, раскрытия и задержке в доступе”,160 при этом используется термин “критические данные”, под которыми понимают данные, требующие защиты из-за вероятности нанесения (риска) ущерба и его величины в том случае, если произойдет случайное или умышленное раскрытие, изменение, или разрушение данных. Третья группа ученых (В.А. Галатенко, В.К. Левин) считает, что состояние информационной безопасности личности, общества и государства, определяется, главным образом, двумя факторами: информационнопсихологической удовлетворенностью потребностью граждан и негативными (преднамеренными или случайными) информационно-психологическими и информационно-техническими воздействиями.161 Под информационной безопасностью предлагается/следует понимать состояние защищенности национальных интересов страны (жизненно важных интересов личности, общества и государства на сбалансированной основе) в информационной сфере от внутренних и внешних угроз162. Это соответствует логике Закона “О безопасности” и содержанию Концепции национальной безопасности. В соответствии с Конституцией Российской Федерации (ст. 80, 84) Президент РФ определяет основные направления внутренней и внешней политики, в том числе и в области информационной безопасности. Исходя из анализа Программы действий на 1996–2000 гг., ежегодных посланий Президента РФ Федеральному собранию РФ (1994–2000 гг.) и Концепции национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной указами Прези 160 Введение в информационную безопасность. Компьютеры: преступления, признаки уязвимости и меры защиты. М.:1998. См.: Галатенко В.А. Информационная безопасность //БИКИ № 1(15) 1996 С. 38-43, Левин В.К. Защита информации в информационно-вычислительных системах и сетях // Программирование. № 5, 1994. С. 5– 18. Бачило И.Л., Лопатин В.Н., Федотов М.А. Информационное право. - Санкт-Петербург: Юридический центр Пресс, 2001. С. 420.

дента РФ от 17 декабря 1997 г. №1300 163 и от 10 января 2000 г. №24,164 Доктрины информационной безопасности РФ, утвержденной указом Президента РФ от 9 сентября 2000 г., определены основные интересы и угрозы им в информационной сфере, основные задачи и принципы государственной политики по обеспечению информационной безопасности.165 Информационная безопасность становится одним из важнейших элементов национальной безопасности. Причем речь идет не только о защите баз данных от несанкционированного доступа, но и об общих принципах функционирования информационных ресурсов страны, защите важнейших информационных и телекоммуникационных систем, обеспечивающих деятельность транспорта, энергетики, промышленности, органов государственного управления.166 В широком смысле слова информационная безопасность включает в себя такие проблемы, как противостояние культурной экспансии со стороны стран с развитой аудиовизуальной промышленностью, сохранение национальной и языковой самобытности. Весомую роль в формировании в России механизмов обеспечения информационной безопасности должна сыграть соответствующая доктрина Совета Безопасности РФ. В этой связи возникает очевидная потребность в международноправовом регулировании мировых процессов гражданской и военной информатизации, разработке отвечающей интересам мировой безопасности и согласованной международной платформы по проблеме информационной безопасности.

Российская газета. 1997 г. 26 дек. Российская газета. 2000 г. 18 янв. 165 Бачило И.Л., Лопатин В.Н., Федотов М.А. Указ. соч. С. 421. 166 Мелюхин И.С. Информационное общество: истоки, проблемы, тенденции развития. - М.: МГУ, 1999. С. 156.

Предлагаемая модель действий Основой дальнейших усилий международного сообщества в этом направлении может стать принятая консенсусом резолюция 53/70 Генеральной Ассамблеи от 4 декабря 1998 года “Достижения в сфере информатизации и телекоммуникаций в контексте международной безопасности”, проект которой был инициативно внесен Российской Федерацией. В дальнейшем следует вести дело к принятию Генеральной Ассамблеей резолюций по проблеме информационной безопасности, конкретизированных в части ограничения угроз как террористического или криминального, так и военного характера. Необходимо продолжать совместное рассмотрение ситуаций в сфере информационной безопасности с целью выявления всех имеющихся позиций и взглядов и их учета в дальнейшем общем продвижении идеи. По мере определения общих подходов и тенденций вести дело к разработке международных принципов (режима, кодекса поведения государств), направленных на укрепление международной информационной безопасности, которые могли бы быть первоначально сформулированы в виде многосторонней декларации, а в перспективе – закреплены в форме многостороннего международно-правового документа. Проработку этих вопросов целесообразно вести также в рамках Женевской конференции по разоружению. При этом следует исходить из необходимости рассмотрения и принятия международным сообществом упомянутых принципов в комплексе, т.е. с учетом угроз военного, террористического или криминального характера и применительно как к военным, так и к гражданским сферам.

4. 2. Тенденции развития информационного законодательства Анализ информационного законодательства показывает, что оно развивается в двух диалектически связанных направлениях. С одной стороны, многие законы, международные соглашения направлены на снятие былых ограничений, поощрение конкуренции, создание условий, способствующих росту информационной индустрии. С другой стороны, эту свободу деятельности и самовыражения необходимо совместить с общественными интересами, что выражается в ограничениях на содержание, передаваемое в глобальных компьютерных сетях, защиту прав на неприкосновенность личной жизни, на интеллектуальную собственность. Переход к информационному обществу выносит на первый план социальные проблемы, связанные с тем, как происходит адаптация государственных структур, гражданского общества и личности к новым условиям. Такая постановка вопроса представляется оправданной, поскольку доминирование технократической позиции, сводящей становление информационного общества к повсеместному распространению информационных и телекоммуникационных технологий, не позволяет увидеть главную цель любого общественного развития – расширение прав, свобод, возможностей человека. В связи с этим представляется своевременным анализ места и роли не только прав отдельного человека, но и государств, мирового сообщества в целом в новых структурах и отношениях, формирующихся процессом становления информационного общества. Переживаемая социальная трансформация – не стихийный процесс, ее результаты во многом зависят от государства, как одного из главных субъектов общественного процесса. Переход к информационному обществу, конечно, зависит и от других факторов – степени развития информационной индустрии, общего технологического уровня, степени развитости демократических институтов. Однако государство в процессе становления информационного общества может и должно взять на себя роль катализатора перемен и направлять их в желательном для общества направлении. Согласованная по литика государств, таким образом, будет формировать законы, общие для всех субъектов международного права. При этом совершенно необходимо иметь в виду не только “плюсы” информационного общества, о которых много говорят, но и вновь возникающие проблемы. Потеря социальной ориентации технологического развития легко может привести к обратным и неожиданным эффектам, например, усилению контроля над личностью, еще большей манипуляции индивидуальным и массовым сознанием, дополнительным разделением общества на имеющих доступ к информации, владеющих компьютерной грамотностью, умеющих работать в новом информационном окружении и не обладающих этими теперь уже жизненно необходимыми навыками. Кроме того, сегодня необходимо понять направление и степень государственного воздействия, осуществляемого через принятие законов и нормативных актов на формирование социально привлекательного образа информационного общества и международного сотрудничества в сфере обмена информацией. К числу первоочередных задач, стоящих перед государствами в рамках международного сотрудничества в области обмена информацией следует отнести: • недопущение использования новейших информационных технологий для распространения социально вредных идей и призывов: расизма, шовинизма, радикального национализма;

• правовая защита национальной культуры и языка от воздействия доминирующих в информационном плане стран. Информационной экспансии невозможно противостоять методами запрета. Единственный способ – активное развитие и поддержка национальных индустрий содержания (производств видеопродукции, книг, телевизионных программ, расширение национального сегмента Интернета, виртуальных музеев и библиотек);

• нахождение социально приемлемого баланса между свободой слова и распространением информации и неотъемлемым правом государства обеспечивать независимую политику. “Информационное невмешательство” во внутренние дела другого государства, как со стороны компаний, использующих факсимильную связь и Интернет для направленного маркетинга и рекламы, так и политических партий и общественных движений, ведущих пропаганду;

• правовое регулирование использования систем шифрования гражданами для использования при передаче личных посланий по компьютерным сетям;

• защита от диффамации посредством СМИ и Интернета. В последние несколько лет информационное законодательство представляет собой интенсивно модернизирующуюся отрасль права. Это еще одно свидетельство в пользу того, что общество стремиться найти достойный ответ на стремительное развитие информационно-телекоммуникационных технологий. Поскольку многие законодательные акты вырастают из рекомендаций международных организаций и судебных решений, интересна в этом плане деятельность Комиссии Европейского Союза, а также соответствующие судебные решения. 4. 3. Основные угрозы в сфере международной информационной безопасности К числу основных угроз в сфере международной информационной безопасности относятся: а) создание и использование средств воздействия и нанесения ущерба информационным ресурсам и системам другого государства;

б) целенаправленное информационное воздействие на критически важные структуры другого государства;

в) информационное воздействие с целью подрыва политической и социальной системы государства, психологическая обработка населения с целью дестабилизации общества;

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.