WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

«ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ На правах рукописи ГРЕБЕНКИНА ОЛЬГА СЕМЕНОВНА КОММУНИКАТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ МНОГОЗНАЧНОГО ВЫСКАЗЫВАНИЯ С ПОЗИЦИЙ ...»

-- [ Страница 2 ] --

гипотенуза "опирается" на понятие о треугольнике и т.п. Так, например, Дж.Тейлор считает, что лексемы running и jogging имеют разную концептуальную структуру. Для начала он очерчивает "идеализированную когнитивную модель" (все наши представления об объекте сразу, в целом, некий "расчлененный образ", который и порождает признаки) для jogging. Jogging ассоциируется со здоровым образом жизни, физической формой и занятием преуспевающих людей среднего класса развитых стран. Отсюда следует, что концепт jogging не совместим с соревнованиями, целевыми ситуациями, а также с малолетними детьми, стариками, животными и другими концептами, допустимыми для run. И только вследствие этого возникают определенные синтаксические ограничения. Например, не говорят jog to catch the bus (говорят: run), jog (но: run) after someone и т.д. Таким образом, Дж.Тейлор в данном случае говорит о мотивированности синтаксиса языковой единицы ее семантикой (Taylor 1996, p.26). Отметим, однако, что такие ограничения, обусловленные полисемной структурой слова, могут быть 70 выявлены и другими методами анализа, в частности, анализом валентности слова, а также методом функторного анализа, который будет описан в разделе 2.3. Описание многозначности с позиций когнитивной лингвистики предполагает введение инвариантного значения, которое считается в принципе допустимым, поскольку инвариант может существовать в сознании носителя, облегчая человеку восприятие концепта (хотя, не у всякой языковой единицы можно обнаружить значение такого уровня абстракции). Инвариант, однако, не покрывает всего разнообразия употреблений языковой единицы - это только некоторая абстрактная идея, связанная с данным значением. Подчеркнем, что такой подход вполне согласуется с традиционной трактовкой полисемии, взгляды на которую были нами рассмотрены в первой главе (в разделе 1.1.). Для концептуального моделирования многих особенностей функционирования значения слова и предложения стали использоваться категории теории знаний - аппарат фреймов и сценариев. Согласно М.Минскому, который занимался разработкой аппарата фреймов и сценариев, фрейм - это фрагмент знаний, т.е. структура данных, представляющих стереотипную визуальную ситуацию. Например, перед тем, как войти в комнату, мы обычно имеем представление о том, что мы увидим. Если комната нам знакома, наше предварительное знание включает разного рода детали, например, расположение мебели, покрытие пола и т.п. М.Минский считает, что в действительности люди сводят конкретные предметы к их прототипам, в результате чего у них и формируются их собственные представления о стандартных предметах. Сценарный же фрейм, как отмечает ученый, - это структура данных относительно некоторой темы, такой, как, например, покупка товаров в магазине, принятие душа или использование копилки. Каждый фрейм состоит прежде всего из набора утверждений о теме фрейма (Minsky 1975, p.211-277). Одной из теорий, в основе которой лежит понятие фрейма интерпретации, является семантическая теория Ч.Филлмора. Фрейм, по 71 Ч.Филлмору, - это "определенные группы слов, которых удерживает вместе то, что они мотивируются, определяются и взаимно структурируются особыми унифицированными конструкциями знания или связанными схематизациями опыта" (Филлмор 1988, с.54). Ч.Филлмор считает, что для семантики фреймов более важны суждения о понимании, чем суждения об истинности, так как семантика фреймов требует объяснения способности носителя языка "воссоздавать" "мир" текста, опираясь на интерпретацию его элементов. Данную точку зрения ученый доказывает на анализе примеров, включающих в себя контексты, которые противопоставляют фрейм land - sea "суша - море" фрейму ground - air "земля - воздух". "Благодаря этим оппозициям мы осознаем, что определение местонахождения чего-либо "на сухой поверхности земли" требует выбора одного из этих фреймов в зависимости от того, чему противопоставлено данное местоположение - нахождению в воде или в воздухе. Если мы услышим о виде птиц, проводящих жизнь на земле (on the ground), то мы должны заключить, что им может быть присуща способность плавать, но не летать;

услышав же о птицах, живущих на суше (on land), мы должны соответственно сделать вывод, что они могут обладать способностью летать, но не плавать. Если мы узнаем от кого-либо, что некто сумел провести сегодня два часа на суше (on land), мы вправе предположить, что на два часа было прервано морское путешествие, а не полет на самолете" (там же, с.70). Думается, что данная семантическая теория представляет собой некую программу исследования лексического значения, определения и экспликации семантики грамматических конструкций и предложений (в том числе многозначных), а также текста. Таким образом, фрейм включает в себя всю информацию о каком-либо предмете или событии. Данному предмету или событию может принадлежать различное количество сценариев. А это означает, что мы можем рассматривать предмет или событие в разных ракурсах, что само по себе уже ведет к неоднозначности понимания рассматриваемого предмета или события. В таких случаях экспликация смысла осуществляется не только на уровне 72 элементарных семантических единиц, но затрагивает и мыслительную деятельность. Итак, в современной лингвистике исследуются различные методы структурно-семантического анализа предложения-высказывания и его элементов. Каждый из этих методов способен вскрыть те или иные особенности высказывания. Наибольшую эвристическую и объяснительную силу при описании многозначных высказываний имеет вскрытие различий между глубинной и поверхностной структурой. Аппарат фреймов и сценариев, применяемый для схематизации семантики языковых единиц, позволяет моделировать возможные контексты их функционирования, но не эксплицирует особенности функционирования многозначных высказываний. 2.2. ПРЕДЛОЖЕНИЕ-ВЫСКАЗЫВАНИЕ КАК ОБЪЕКТ МОДЕЛИРОВАНИЯ В ЛИНГВИСТИКЕ Инвентарь предложений, как известно, бесконечен и не может быть задан никаким списком. В силу этого единицей синтаксиса является не конкретное предложение, а абстрактная схема, или по А.И.Смирницкому, "формула строения" (Смирницкий 1957, с.35), в отвлечении от ее конкретного лексического наполнения. Это еще раз говорит о том, что синтаксис оперирует не столько языковыми единицами, сколько отношениями между языковыми единицами в строе связной речи. Д.Н.Шмелев полагает, что в основе конкретных синтаксических конструкций с их индивидуальным "лексическим наполнением", как правило, лежат объективно закрепленные схемы конструкций. Под конструкцией автор понимает любое синтаксически значимое объединение слов. Для определения функциональной значимости конструкций необходимо установление их парадигматического значения. Именно парадигматическая закрепленность конструкции, т.е. соотношение с другими конструкциями, определяет ее синтаксическое значение (Шмелев 1969, с.156-157). Другими словами, каждая 73 конструкция находится в сложной взаимосвязи с целым рядом других конструкций, противопоставленных ей по определенным признакам. По мнению В.М.Солнцева, типовая схема предложения представляет собой некоторый инвариант, относительно которого реальные предложения, построенные в соответствии с данной схемой, являются вариантами. Процесс порождения предложений проявляется в виде последовательного производства (органами речи) цепочки слов. Это и есть, как считает ученый, процесс заполнения типовой схемы. Образуется упорядоченная последовательность слов, которая в абстрактном виде выступает как последовательность грамматических классов слов (частей речи), ибо каждое слово в реальном предложении выступает как представитель такого класса (Солнцев 1976, с.118). Аналогичного мнения придерживается А.И.Назарова, определяя модель "как совокупность классов лингвистических элементов, взятая в определенной последовательности" (Назарова 1972, с.7). В качестве основных синтаксических классов выделяются финитные (лично-глагольные), субстантивные, адъективные и адвербиальные элементы. Синтаксические отношения в предложении-высказывании допускают по их свойствам три разбиения. В первом разбиении выделяются первичные и вторичные синтаксические отношения. Основанием деления в этом разбиении является отсутствие или наличие скрытого, латентного предикативного отношения. Например, в предложении Стояла избушка без окон связь слов избушка и без окон опосредована семантикой предложения Избушка была без окон. Во втором разбиении выделяются формальные и содержательные синтаксические отношения. Основанием деления в этом разбиении является связь слов по их формам и связь слов по их содержанию. Формальными синтаксическими отношениями называются связи слов, которые различаются в зависимости от форм слов, связанных между собой. Примером формальных синтаксических отношений является управление: связь глагола читает с формой винительного падежа книгу в предложении Он читает книгу есть формальное синтаксическое отношение между словами.

74 Содержательными синтаксическими отношениями называются такие связи слов, которые отображают отношения означаемых этих слов. Содержательными предикативные, обстоятельственные синтаксическими В третьем отношениями разбиении являются и выделяются объективные, отношения. субъективные, атрибутивные синтаксические отношения в парах слов и в целом предложении. Можно выделять синтаксические отношения в парах слов, например, читал книгу или чтение книги. В данном случае мы наблюдаем связь управления. Можно выделять синтаксические отношения слов в целом предложении, например слова сын - письмо - матери в предложении Сын послал письмо матери связываются в одно целое глаголом. В данном случае мы наблюдаем связь слов в структуре целого предложения (Ломтев 1973, с.5-6). В концепции И.Б.Долининой базовым для синтаксического анализа выступает понятие связи. Связь ею рассматривается как реализованная валентность, а именно "способность элементов одного уровня лингвистического анализа сочетаться друг с другом и считать, что эта способность определяется их внутренними, в первую очередь, семантическими свойствами" (Долинина 1977, с.28). Ю.Д.Апресян выделяет семантическое и синтаксическое управление. По мнению ученого, все слова с одинаковым значением имеют одну и ту же семантическую модель управления, независимо от того, в какой форме они употреблены и к какой части речи относятся. Так, слово лечить требует по смыслу максимум пять "актантов": кто лечит (врач), кого лечит (пациент), от чего лечит (болезнь), чем лечит (лекарство) и в чем лечит (больница). В том случае, когда этот смысл реализуется в исконной глагольной форме, достигается максимальное управления соответствие и моделей семантического и синтаксического синтаксически работах оказывается возможной реализация всех пяти "актантов" (Апресян 1969, с.302). В своих более поздних Ю.Д.Апресян выдвигает идею интегрального описания языка, принцип которой "требует согласования 75 словаря и грамматики по типам помещаемой в них лингвистической информации и формальным языкам ее записи" (Апресян 1999, с.41). Как считает ученый, описание лексемы должно включать сведения о ее значении, ее коммуникативно-просодических свойствах, ее морфологических и синтаксических свойствах, а также о других лексемах, семантически близких к данной (ее синонимам, конверсивам, антонимам, дериватам и т.п.). В целом реальная сочетаемость слова формируется как результат целого набора разноплановых валентностей или сочетаемостных правил, главными из которых являются правила сочетаемости понятийные (предметно-логические), семантические, лексические, лексико-синтаксические, морфологосинтаксические (формально-синтаксические). Например, торговать - 1) им. п. агент торгового отношения + твор. п. - объект торговли: мы торгуем пушниной;

2) им. п. - агент торгового отношения + предлог с + твор. п. - взаимный контрагент торговли: мы торгуем со многими странами;

продавать - им. п. агент продажи + дат. п. - контрагент + вин. п. - объект продажи: охотник продал соседу ружье (Никитин 1988, с.123). Следовательно, многозначный характер соотношений между классами слов и синтаксическими формами приводит к необходимости различать в словах наряду с их семантическими (семантико-синтаксическими) валентностями и независимо от них валентности синтаксические (формально-синтаксические) - это формулы выражения свойственных слову семантических валентностей в терминах грамматических разрядов сочетающихся слов и способов синтаксической связи между ними. Таким образом, можно утверждать об интегративности содержания высказывания. Это в скрытой или явной форме признают все ученые. В частности, Н.Н.Болдырев пишет: "содержание любого высказывания не сводится к простой сумме значений используемых в нем языковых единиц. Оно есть результат действия интегративного принципа, т.е. принципа интеграции лексических и грамматических значений всех элементов высказывания и его структурного значения" (Болдырев 2001, с.41). При описании проблемы моделирования высказывания нельзя не рассмотреть проблему словосочетания.

76 Словосочетание занимает в лингвистической теории довольно двусмысленное, промежуточное положение. Характерно, что оно рассматривается с двух позиций: либо сверху вниз, со стороны предложения, как часть предложения, но еще и не слово, либо снизу вверх, со стороны слова, как некоторое соединение слов, не образующее, однако, еще предложения. Собственно говоря, как раз это различие позиций делает возможным истолковать словосочетание столь разнообразным образом, т.е. и как синтагму, и как непосредственное составляющее и пр. Иногда даже и само предложение определяется как один из видов словосочетаний. Например, у А.А.Реформатского мы обнаруживаем такое определение: "Предложение - это высказывание, содержащие предикативную синтагму" (Реформатский 1967, с.332). В лингвистике под словосочетанием понимается "существующая в языке независимо от предложения некоммуникативная синтаксическая единица (структура), образующаяся соединением двух или более полнознаменательных слов на основе подчинительной грамматической связи и того отвлеченного значения (отношения), которое порождается этой связью" (Основы построения описательной грамматики 1966, с.134). В данной работе под словосочетанием мы будем иметь в виду синтагму, которая, по определению Э.П.Шубина, понимается как "такой грамматически оформленный отрезок предложения, состоящий минимум из двух знаменательных слов, который или совпадает со всем предложением (за исключением его интонационно-пунктуационного оформления) - старшая синтагма, или вычленяется на любом уровне бинарного членения старшей синтагмы (не-бинарное членение наблюдается в случае сочинительных синтагм, содержащих более двух членов)" (Шубин 1969, с.108). Таким образом, синтаксическая модель может рассматриваться в трояком аспекте: как член определенной парадигмы, как член определенной синтагмы и как реализация определенной схемы валентностей.

77 2.3. ПРИМЕНЕНИЕ КОНТРАДИКТНО-СИНЕРГЕТИЧЕСКОГО ПОДХОДА ДЛЯ АНАЛИЗА И ИНТЕРПРЕТАЦИИ МНОГОЗНАЧНОСТИ ВЫСКАЗЫВАНИЯ Представляется целесообразным охарактеризовать способ применения контрадиктно-синергетического подхода для анализа и интерпретации многозначных высказываний. Контрадиктно-синергетический подход был разработан и применен при исследовании целого текста, но, как показала практика нашего исследования, он имеет достаточную объяснительную силу и для процессов, обусловливающих многозначность предложения-высказывания. Важнейшими понятиями, которые используются нами при анализе и интерпретации многозначных высказываний, являются 1) функтор и функторизация, 2) симметрия-асимметрия и симметризация-асимметризация, 3) смысловая сфера-мир. Одним из основных понятий контрадиктно-синергетического подхода является понятие функтора. Одним из первых, кто ввел понятие "функтор", был математик Х.Карри. Х.Карри выделил следующие основные виды функторов: "операторы", преобразующие имена в имена, "глаголы" или "предикаторы", преобразующие имена в предложения, "коннекторы", преобразующие предложения в предложения, и "субнекторы", преобразующие предложения в имена (Карри 1969, с.63). Отметим, что используемые им термины "имя", "глагол", "предложение" не тождественны лингвистическим. Что касается термина "функтор", то он применяется в лингвистике, как мы покажем в дальнейшем, в разных значениях. Если Х.Карри соотносил понятие "функция" с математическими единицами, то А.В.Бондарко использует это понятие применительно к языковым единицам, рассматривая функцию языковой единицы как потенциал ее функционирования, а функцию высказывания - как передачу его смысла. По мнению А.В.Бондарко, в понятии "функции" могут быть выделены два аспекта: потенциальный и целевой. Последний соответствует широко 78 распространенному пониманию функции как цели (назначения, предназначения) того или иного языкового средства. Потенциальный аспект заключается в способности данной единицы к реализации определенных целей. Одной из возможных разновидностей представления потенциала функционирования грамматических единиц является понятие "семантического потенциала" грамматической формы. С другой же стороны, понятие "потенциал функционирования" охватывает не только семантические, но и структурные функции (функции согласования, структурные функции средств связи в сложном предложении и т.п.) (Бондарко 1984, с.26-28, 40). В работах Ю.С.Степанова функтор определяется как "языковое средство транспозиции одного множества языковых единиц в другое множество единиц того же языка." При этом, по определению автора, "функция есть свойство, или значение, функтора" (Степанов 2001, с.35). По мнению Ю.С.Степанова, функтором может быть отдельная языковая единица, сочетание отдельных единиц в синтагму, структурная схема предложения, а также операция преобразования. Функтор-языковая единица может быть морфемой, словом, словосочетанием, фонемой. Функтор-синтагма является минимальной моделью синтаксического построения, в котором релевантными элементами служат порядок слов и/или формальные показатели связи. Как функтор, структурная схема предложения имеет областью определения функции лексику, т.е. слова, заполняющие соответствующие места в этой схеме;

значение этой схемы-функтора - предицирование, предикация. Примером функтора-операции могут служить в общем случае все синтаксические трансформации при условии, что они применимы к некоторому множеству синтаксических явлений, а не к отдельным явлениям. Под понятие функтора-операции могут быть подведены также некоторые виды конверсии (Степанов 2001, с.37-39. 258). Термин "функтор" - один из базовых терминов в рамках контрадиктносинергетического подхода, разработанного Н.Л.Мышкиной. Согласно Н.Л.Мышкиной, функторы - это "многозначные и многомерные текстовые 79 единицы, обладающие способностью, с одной стороны, иррадиировать проекции-излучения в текстовое пространство, с другой стороны, транспонировать одно множество текстовых единиц в другие множества текстовых единиц той же или иной текстовой системы, запуская тем самым процессы функторизации, симметризации-асимметризации, интеграциидезинтеграции" (Мышкина 1999, с.22). Представляется целесообразным всесторонне охарактеризовать этот термин, так как он, наряду с симметрией-асимметрией, является базовым в нашем исследовании как при анализе, так и при интерпретации многозначных высказываний. Согласно приведенному выше определению, функтором могут быть любые средства создания многозначности высказывания, которые служат для транспонирования одних множеств языковых единиц в другие множества единиц, обеспечивая при этом выявление веера возможных смыслов высказывания. Функторными свойствами обладают прежде всего единицы с неопределенной, расплывчатой, многозначной семантикой. Функторами могут быть слово, словосочетание и само предложение-высказывание. Эти единицы выступают "как точки ветвления текстовой системы, как источники развития текстового пространства и как средства транспонирования одних множеств элементов в другое множество элементов" (там же, с.26). Между тем, как было отмечено в первой главе, практически любой языковой знак асимметричен. Однако традиционно утверждалось, что в контексте любая языковая единица становится однозначной, что сохранение языковой единицей своей многозначности возникает вследствие ошибок говорящего. Многозначность допускалась и признавалась как особая стилевая черта художественной речи. И лишь в последние десятилетия 20 века было доказано, что в любом типе речи, в любом стиле предложение может сохранять свою многозначность и что эта многозначность может быть преднамеренной (Налимов 1979;

Литвинов 1984;

Ольшанский, Скиба 1987;

Цоллер 1988;

Collins 1995;

Simon 1995;

Miall, Kuiken 1996).

80 Именно поэтому природа и функции многозначности, а также факторы ее создания в высказывании и тексте могут быть замечены при отказе от установки, что в тексте снимается многозначность языковых единиц. Иными словами, должна быть установка на поиск многозначности. Именно такой поиск обеспечивают метод функторного анализа и метод симметрииасимметрии. Согласно теории Н.Л.Мышкиной, реализация в высказывании многомерного движения осуществима благодаря функторным свойствам языковых единиц. Функторные единицы транспонируют одни множества элементов высказывания в другие множества элементов системы, а также иррадиируют в разные планы пространства высказывания проекции-излучения множества смыслообразов. Именно поэтому при контрадиктносинергетической интерпретации смысла высказывания изучение единиц высказывания начинается с установления роли функторных единиц. В данной работе внимание прежде всего концентрируется на функторахсмыслопульсарах и функторах-симметризаторах, которые организуют единицы высказывания в единое целостное пространство высказывания. Функторы смыслопульсары - многозначные единицы, которые сохраняют в тексте свою многозначность и предопределяют веер возможных линий развития высказывания (Мышкина 1998, с.133). Функторы симметрии - это единицы высказывания, которые своей семантикой скрыто (имплицитно) или явно (эксплицитно) связывают фигуры или сопровождающие их смыслообразы отношениями симметрии или асимметрии (там же, с.93). Отметим, что наши наблюдения показали, что в роли функторов могут выступать синтагмы, представленные словосочетаниями. Например: Интересно знать, кого это хоронят с такими удивительными лицами (Булгаков 1988, с.230). В данном предложении функтором является синтагма "кого это хоронят с такими удивительными лицами", в которой превалируют две синтаксические связи (валентности): а) кого - хоронят - с такими удивительными лицами, б) 81 кого это хоронят - с такими удивительными лицами. В результате этого предложение получает два прочтения: а) кого-то, кто имеет удивительные лица, хоронят, б) кто-то, кто имеет удивительные лица, хоронит. Совокупность языковых средств, используемых для репрезентации того или иного образа, актуализирует "фигуру". Под фигурой понимается "смыслообраз, который является энергетическим центром и притягивает к себе или отталкивает от себя те или иные смыслообразы" (Мышкина 1998, с.81). Языковые средства, реализующие отношение "столкновение, взаимодействие", выступают как функторы симметрии. Они связывают фигуры отношениями симметрии или асимметрии. Изучение способов отображения взаимодействия фигур основано на анализе средств, используемых для обозначения центров притяжения, и средств, актуализирующих отношения взаимодействия, симметризации-асимметризации. Эти отношения могут быть выражены как эксплицитно, так и имплицитно. При изучении процессов симметризации и асимметризации одним из базовых является понятие смысловая сфера-мир. Этот термин позволяет трактовать пространство высказывания как объемное многомерное пространство, находящееся в постоянном движении. "Смысловые сферы-миры - это динамические интегративные образования, репрезентирующие миры субъектов. Вероятна также возможность "перерождения" смысловой сферымира. Перерождение имеет место в тех случаях, когда энергетическим центром становится не сам субъект высказывания, а объект его деятельности. Тогда субъект уходит в "фон", и для интерпретации его мира, его сознания необходим анализ имплицитных смыслов" (Мышкина 1998, с.82). Смысловые сферы-миры многоплановы. Это обусловлено сложным строением действительности, получающей отображение в высказывании. В высказывании могут репрезентироваться не только предметы и явления объективной действительности (внешнего мира по отношению к личности), но также явления субъективной действительности (внутренний мир личности), при 82 этом последняя имеет сложное строение вследствие многоаспектности сознания, духовного мира человека. Н.Л.Мышкиной в предметно-смысловых мирах субъектов выделяется четыре плана: предметно-событийный, интеллектуальный (концептуальный), оценочный и гедонистический. Предметно-событийный план формируется компонентами смысла, репрезентирующими те или иные предметные области, те или иные ситуации объективной реальности. В концептуальный план входят компоненты, функция которых заключается в соотнесении текста с определенными идеями, символическими, терминологическими и иными системами. Оценочный план образуется компонентами, актуализирующими оценочное отношение индуктора к предметным ситуациям и идеям. План, связанный с выражением элементов переживания, называется гедонистическим, так как человеку свойственно стремление к переживанию удовольствия (Мышкина 1991, с.97). К гедонистическому плану правомерно отнести и средства выражения эмоций, так как эмоции можно трактовать как разные аспекты переживания. На наш взгляд, можно считать доказанным, что эмоции в языковой картине представляются как сценарии. В развитии эмоций, в соответствии с этой картиной, Ю.Д.Апресян выделяет следующие пять стадий: 1) первопричина эмоции - обычно физическое восприятие или ментальное созерцание некоторого положения вещей;

2) непосредственная причина эмоции - ментальная оценка этого положения вещей как вероятного или неожиданного, хорошего или плохого;

3) собственно чувство - состояние души, обусловленное положением вещей, которое человек воспринял или созерцал, и его ментальной оценкой этого положения вещей;

4) обусловленное ментальной оценкой или собственно эмоцией желание продлить или пресечь существование причины, вызывающей эмоцию;

5) внешние проявления эмоции (Апресян 1999, с.42).

83 По мнению Ю.Д.Апресяна, "сценарий развития эмоций задает естественный план семантического описания соответствующего круга лексем... Для каждого слова, обозначающего эмоцию, должен быть указан фактор, восприятие или созерцание которого вызывает ее;

ментальная оценка этого фактора субъектом эмоции;

тип собственно чувства, которое он испытывает;

желания, сопровождающие эмоцию;

внешние проявления эмоции" (там же, с.43). В связи с анализом и интерпретацией оценочного и гедонистического планов многозначного высказывания отметим, что эти два плана очень часто в своем взаимодействии друг с другом сливаются в единый план. Из всего вышесказанного вытекает, что высказывание, находясь в или вне текста, функционируя в речевой ситуации, может обладать всеми вышеизложенными характеристиками, присущими тексту. В связи с этим мы представляем высказывание как многомерное пространство, в котором можно выделить несколько взаимодействующих смысловых сфер со следующими планами: 1) предметно-событийным;

2) концептуально-интеллектуальным;

3) эмоционально-оценочным;

4) гедонистическим. Для корректного анализа веера линий развития высказывания необходимы следующие шаги: 1. Выделить многозначное высказывание из контекста: а) берем микротекст - либо это логически завершенный микротекст (например, абзац, диалог или часть диалога), который описывает какой-либо предмет или ситуацию;

либо это несколько предложений из текста, логически связанных между собой. б) определяем в микротексте многозначное высказывание - это высказывание, которое дает возможность описать предмет или ситуацию в нескольких линиях развития, так как является точкой ветвления смысла. 2. Определить и описать средство создания многозначности высказывания, т.е. функторную единицу/единицы;

84 3. 4. 5. Определить смысловые компоненты планов, которые данная в функторная единица иррадиирует в пространство высказывания;

Проанализировать Описать развитие взаимодействие процессов в функторных высказывании единиц как высказывании и, если это необходимо, в микротексте;

процесс симметризации-асимметризации, охарактеризовать при этом процесс креации новых смыслов;

6. Выявить роль и значимость функторов в функторизации всего высказывания. Обратимся к анализу фактического материала: Разговор между Пилатом и Иешуа: Пилат: Так ты собирался разрушить здание храма и призывал к этому народ?...(Булгаков 1988, с.34) Иешуа:...Я, игемон, никогда в жизни не собирался разрушать здание храма и никого не подговаривал на это бессмысленное действие (там же, с.34). Пилат: А вот что ты все-таки говорил про храм толпе на базаре? (там же, с.36) Иешуа: Я, игемон, говорил о том, что рухнет храм старой веры и создастся храм истины. Сказал так, чтобы было понятнее...(там же, с.36) Пилат:...Так ты утверждаешь, что не призывал разрушить...или поджечь, или каким-либо иным способом уничтожить храм? (там же, с.38). Иешуа: Я, игемон, никого не призывал к подобным действиям, повторяю. Разве я похож на слабоумного? (там же, с.38) 1. Многозначным высказыванием в вышеприведенном примере являются слова Иешуа Я, игемон, говорил о том, что рухнет храм старой веры и создастся храм истины. 2. Итак, слово храм является функтором. 3. Храм связан с множеством проекций-излучений разных планов. Важнейшие из них: 1) здание, предназначенное для совершения богослужений и религиозных обрядов;

2) место, внушающее по каким-либо причинам чувство 85 глубокого почтения, благоговения;

3) область, сфера каких-либо высоких духовных ценностей (Словарь русского языка 1999, т.4, с.623). Храм способен вызвать у людей как отрицательные, так и положительные эмоции. Поэтому проекции-излучения смыслообразов гедонистического и оценочного планов, иррадиируемые данной лексической единицей, неоднозначны. 4. Функторная единица "храм" входит во взаимодействие с другими лексическими единицами "рухнет", "веры", "истины", "старый". Рухнет обладает скрытыми функторными свойствами. Эта лексическая единица выбрана автором из множества возможных, таких как: развалится, упадет, исчезнет, рассыплется, уничтожится и многих других. Из этого ряда единица "рухнет" наиболее многозначна. Ее проекции-излучения относятся прежде всего к предметному плану, но могут относиться и к концептуальноинтеллектуальному плану: 1) обвалиться, упасть с шумом, разрушаясь;

обрушиться;

2) исчезнуть, перестать существовать (Словарь русского языка 1999, т.3, с.742). И в первом и во втором случае возникает фоновая смысловая составляющая разрушить". "на самом деле существование фон чего-либо, единицы что можно Оценочно-гедонистический образуют противоречивые смыслообразы, связанные с возможностью разной оценки факта "рухнет" и испытываемого при этом переживания удовольствия или неудовольствия. Вера несет в себе следующие проекции-излучения концептуальноинтеллектуального и гедонистического планов: 1) твердая убежденность, уверенность в чем-либо, в исполнении чего-либо;

2) состояние сознания, связанное с признанием существования бога, убеждения в реальном существовании чего-то сверхъестественного;

то или иное религиозное учение;

религия (Словарь русского языка 1999, т.1, с.149). Ее оценочногедонистический фон составляют смыслообразы как положительной (вера в бога), так и отрицательной (вера в дьявола) энергетики. Истина проецирует в интеллектуальный, оценочный и гедонистический планы смыслообразы 1) то, что соответствует действительности;

2) 86 нравственный идеал, добро (Словарь русского языка 1999, т.1, с.688). Истина связана с верой в то, что незыблемо, нерушимо, извечно. Однако то, что для одних является истиной, для других может и не быть ей. Поэтому смыслообразы гедонистического и оценочного планов, иррадируемые данной лексической единицей, неоднозначны. Старый - в сочетании с лексической единицей вера воспринимается как "давно существующий, возникший, появившийся за долго до настоящего времени" (Словарь русского языка 1999, т.4, с.252). Смыслообразы гедонистического плана неоднозначны. В гедонистическом плане слово "старый" может нести как положительный (проверенный временем;

старый лучше нового;

опытный), так и отрицательный (несовременный;

отстающий от настоящего времени;

утративший со временем свои качества) смыслообраз. 5. Основу развития процессов в высказывании составляет симметризацияасимметризация смыслообразов. Ее можно характеризовать следующим образом. В анализируемом высказывании сталкиваются два глубинных смыслообраза: "храм-строение - храм-сфера духовных ценностей". Их столкновение вызывает скрытую актуализацию проблемного смыслообраза: "Почему храм не физический объект, а духовный?" В столкновении всех проекций-излучений возникает имплицитный смыслообраз: "храм - идея верующих". 6. Главными центрами высказывания выступают слова "храм", "рухнет", "вера", "истина", "старый", вокруг которых концентрируются свои собственные смыслообразы. В результате этого в высказывании возникает несколько смысловых сфер-миров, между которыми есть сходства и различия. В столкновении этих смысловых сфер-миров актуализируется смыслообраз концептуально-интеллектуального плана, который можно охарактеризовать, очевидно, следующим образом: в идеологической сфере борьба идей репрезентируется как противостояние веры и истины, вследствие чего 87 имплицируется суггестивный смыслообраз гедонистического плана - вера в победу истины. Итак, анализ взаимодействия функторных единиц, интерпретация процессов симметризации-асимметризации выявляет возможные линии развития многозначного высказывания и позволяет эксплицировать его скрытые смыслы. Приведем еще один пример, характеризующий метод симметрииасимметрии в сочетании с функторным методом. Чекалинский стал метать, руки его тряслись, направо легла дама, налево туз. -Туз выиграл! - сказал Германн и открыл свою карту. -Дама ваша убита, - сказал ласково Чекалинский. Германн вздрогнул: в самом деле вместо туза у него стояла пиковая дама. Он не верил своим глазам, не понимая, как мог он обдернуться. В эту минуту ему показалось, что пиковая дама прищурилась и усмехнулась. Необыкновенное сходство поразило его... -Старуха! - закричал он в ужасе. (Пушкин 1987, с.210-211) Предложение-высказывание "дама ваша убита" многозначно. "Дама ваша" выступает в данном высказывании прежде всего как функтор симметрии. Смысловая структура речевой единицы "дама ваша" включает смысловые компоненты предметно-событийного, и эмоционально-оценочного, планов;

одни из концептуально-интеллектуального гедонистического компонентов являются доминантными, другие - фоновыми. В предметно-событийном плане доминантны следующие компоненты: а) наличие старой графини, которая отождествляется с пиковой дамой, б) наличие карточной пиковой дамы, в) смерть старой графини, г) проигрыш ставки на пиковую даму, д) наличие отношения сходства между двумя образами мертвой старухи и пиковой дамы. В концептуально-интеллектуальном плане доминируют следующие компоненты: а) выигрышная комбинация карт тройка, семерка, туз -, которую во сне сообщила ему старая графиня, б) вера Германна в то, что мертвая графиня могла иметь вредное влияние на его жизнь;

88 в) связь предметной ситуации "мертвая графиня - пиковая дама" с идеей "симметрии-асимметрии" (тождества-контраста). В эмоционально-оценочном плане выделяем компонент: внешнее сходство карточной пиковой дамы с образом мертвой старухи. Компоненты гедонистического плана сливаются с компонентами эмоционально-оценочного плана, составляя фон единицы, ее скрытые энергетические излучения: энергетический заряд данной речевой единицы отрицателен. В анализируемом высказывании эксплицитно и имплицитно заданы две симметризуемые смысловые сферы-мира - фигура пиковой дамы эксплицитна, а фигура мертвой старой графини имплицитна - во взаимодействии со смысловой сферой-миром Германа. Изучение этого взаимодействия позволяет сделать следующие выводы: пиковая дама, т.е. мертвая графиня, проникла в строй трех "верных карт", на место завершающего их туза, и разрушив планы Германна, осуществила волю рока, "тайную недоброжелательность" судьбы. В то же самое время произошло разрешение проблемной ситуации для Германна. Убив старуху, "он верил, что мертвая графиня могла иметь вредное влияние на его жизнь..." Мертвая графиня обернулась для Германна пиковой дамой, которую выдали ее усмешка и прищуривание глаза, тем самым создавая и снимая напряжение, преследующее Германна уже несколько дней. С одной стороны, старуха, как будто возвратилась, чтобы разрушить его жизнь, с другой стороны, теперь он знал, как ее убийство повлияло на его судьбу. Таким образом, интерпретация функторных единиц и процессов симметризации-асимметризации позволяет обнаружить и описать скрытые формы приращения смысла, охарактеризовать вскрыть роль динамику смыслового и пространства высказывания, симметрии-асимметрии функторизации в выражении идей автора. 2.4. СРЕДСТВА ФУНКТОРИЗАЦИИ СМЫСЛОВОГО ПРОСТРАНСТВА Функторами точками ветвления смыслового пространства многозначного высказывания - выступают, как мы уже отмечали, те из 89 языковых единиц, которые не только сохраняют свою многозначность в контексте высказывания, но и вызывают неоднозначность всего высказывания. Этот процесс называется функторизацией (Мышкина 1999). Он сопровождается приращением коммуникативно-прагматического смысла. Прежде чем мы перейдем к рассмотрению высказываний коммуникативно-прагматического (см. гл.3), считаем аспекта многозначных целесообразным охарактеризовать средства функторизации. Функторизация обусловливается по нашим данным прежде всего 1) системной многозначностью 2) или, в другой терминологии, языковой неоднозначностью;

процессами симметризации-асимметризации, вызванными референциально обусловленной многозначностью или, в другой терминологии, коммуникативной неоднозначностью. 2.4.1. СРЕДСТВА СИСТЕМНОЙ МНОГОЗНАЧНОСТИ К средствам системной многозначности Й.Уилкс относит лексическую (омонимию и полисемию слов), структурную (глубинно-падежную) и местоименно-референциальную многозначность (Уилкс 1983, с.319). Н.В.Перцов дает иную классификацию средств, относимых им к языковой неоднозначности: а) лексическими единицами (лексемы или фраземы);

б) синтаксическими конструкциями;

в) граммемами (или квазиграммемами) (имеется в виду полифункциональность - или множественность интерпретаций - некоторого грамматического значения);

г) анафорическими местоимениями (неоднозначное соотнесение местоимения и его возможного антецедента) (Перцов 2000, с.56). Для целей описания процессов функторизации мы, однако, считаем в принципе достаточным различать лексические и синтаксические средства, поскольку, как метко отметил И.А.Мельчук, для передачи информации, содержащейся в любой фразе, естественными языками применяются средства 90 двух типов: лексика и синтаксис. К синтаксическими средствами он относит: 1) порядок слов, 2) определенные интонации (в письменном тексте следует говорить о знаках препинания), 3) определенные морфологические изменения. Синтаксическим средствам, по мнению ученого, присуща высокая степень неоднозначности и неэксплицитности: как правило, они передают те сведения, для выражения которых применяются, весьма запутанным и неявным образом (Мельчук 1974, с.208-209). В случае использования лексических средств функторизация высказывания возникает вследствие актуализации двух (и более) значений слова. Такое употребление лексики характерно как для русского, так и для английского языков. Например: Объявление: Выводим пятна и клиентов из себя. (Санников 1996, с.65) Глагол здесь одновременно реализует два значения: 1) "почистить" и 2) "заставлять нервничать". Двойственная интерпретация глагола обусловлена наличием двух сочиненных дополнений, т.е. ветвление смысла поддерживается синтаксическим уровнем высказывания, что и ведет к его функторизации: возникает дополнительный - комический - смысл.

Physician: Shall I give her a local anesthetic? Nouveau Riche: No. I'm rich - Give her the best of what you have. Give her something imported. (Такова жизнь 2001, с.57) Прилагательное "local" имеет два значения: первое связано с медицинской терминологией и означает "введение лекарства в определенной место, которое надо "заморозить";

второе значение связано с происхождением этого лекарства и означает "что-либо местного производства". В микротексте обыгрываются актуализации оба значения;

функторизация оценочного и смыслового пространства планов выражается, во-первых, в возникновении комического смысла, во-вторых, в смыслообразов гедонистического "хвастливость", "невоспитанность", "малообразованность" в сочетании с неудовольствием, которое преодолевается реакцией "защиты" - смехом.

91 При изучении синтаксической многозначности, ведущей к функторизации смыслового пространства высказывания, нельзя ограничиться анализом поверхностной структуры. Как известно, изучение характера взаимодействия между семантическими и синтаксическими структурами привело ряд исследователей к необходимости постулирования промежуточного уровня глубинного синтаксиса, представляющего падежно-ролевые рамки предикатов. Предложение в своей глубинной основе трактуется как состоящее из глагола и одной или более именных групп, каждая из которых связана с глаголом определенными падежными отношениями. "...под термином падеж понимается глубинное синтактико-семантическое отношение, а под термином падежная форма - выражение падежного отношения в конкретном языке, безразлично, используется ли для этого аффиксация, супплетивность, добавление энклитических или проклитических частиц или ограничения на порядок слов" (Филлмор 1981, с.399-400). В.В.Виноградов указывает на то, что в русском языке наблюдается ярко выраженная омонимия, или омоморфемность, падежных форм существительных. Больше всего, по мнению ученого, омоморфемность находит опору в словах среднего и женского рода (Виноградов 1947, с.176-177). Так, в предложении Тут есть над чем подумать и есть что изобразить, потому что ведь речь идет о борьбе социалистически организованной воли не только против упрямства железа, стали но главным образом о сопротивлении живой материи, не всегда удачно организованной в форму человека, авторство которого принадлежит М.Горькому, благодаря омонимии падежной формы существительного "материя" одна из частей предложения: "...о сопротивлении живой материи", - может получить по крайней мере два толкования. Если считать слово "материи" употребленным в родительном падеже (сопротивление кого? чего? чье? - материи), то речь идет о сопротивлении со стороны "живой материи, не всегда удачно организованной в форму человека". Но если слово "материи" считать употребленным в дательном падеже (сопротивление кому? чему? - материи), то речь идет уже о сопротивлении кому-либо как 92 олицетворению "живой материи, не всегда удачно организованной в форму человека" (Пузырев 1995, с.306, 309). В английском языке также наблюдается данное грамматическое явление. Так, например, английское сочетание Mr.Brown's book может расшифровываться как the book of Mr.Brown (книга, принадлежащая (кому?) мистеру Брауну), the book by Mr.Brown (книга, написанная (кем?) мистером Брауном), the book given by Mr. Brown (книга, отданная (кем?) или которую отдал (кто?) мистер Браун). Многозначность в синтаксисе может возникать в результате "конверсионной омонимии", под которой понимается омонимия разных частей речи, т.е. когда одной вещественной форме соответствуют разные формально семантические классы слов (Назарова 1972, с.78). Как правило, в этом случае происходит конверсия понятий несколько примеров. Предложение Рабочие бригады выполнили задание может означать: Бригады рабочих выполнили задание, или же: Рабочие, входящие в бригаду, выполнили задание. При первой интерпретации бригады - подлежащие, а рабочие определение (прилагательное), при второй интерпретации рабочие подлежащие (существительное), а бригады - несогласованное определение (родительный падеж единственного числа) (Зарецкий 1961, с.45). They are broiling hens. Слово broiling либо 1) входит в состав смыслового сказуемого и является причастием настоящего времени, либо 2) оно согласуется со словом hens и является именем прилагательным. В первом случае предложение получает перевод "они жарят куриц", во втором - " это жаренные курицы". Предложение Flying planes can be dangerous также имеет неоднозначное толкование. Оно создается за счет возможности установления разных связей между словами flying и planes и особого характера сказуемого, в котором нейтрализовано значение числа. Введение понятия "глубинной структуры" здесь как способ указания на возможность возникновения разных связей между часть речи - член предложения. Приведем 93 словами в рамках одного и того же формально-синтаксического отношения (кстати, flying и planes это явные омонимы, так как разные истолкования отношений между ними идут фактически на уровне "поверхностной" синтаксической связи) есть также метафорическое объяснение того факта, что "одни и те же элементы", взятые в разных значениях или в разных отношениях, образуют и разные конфигурации и зависимости. Многозначность возникает и при морфологической омонимии. Под морфологической омонимией понимается омонимия предложений, при которой одинаковые по вещественной форме словоформы соответствуют разным морфологическим классам слов. В таких предложениях выражение синтаксических связей может происходить с помощью аранжировки (порядка слов). В языках различной типологии, таких как русский и английский, функциональная роль порядка слов проявляется по-разному и в разной степени. В русском языке, благодаря ярко выраженной морфологической оформленности, любой член предложения обладает свободой перемещения в рамках конкретного предложения. В английском языке такая свобода перестановки невозможна из-за слабой морфологизации существительных, прилагательных и глаголов (результат редукции флексий) и закрепления ввиду этого за каждым членом предложения определенного и постоянного места, поскольку в английском языке порядок слов служит средством выражения грамматических отношений. Если и возможно некоторое перемещение членов предложения, то только в рамках специальных грамматических конструкций с определенным семантическим значением. Рассмотрим следующие примеры: Мать любит дочь. Окно освещает мотоцикл. Берег скрывает море. Холм закрыл лес и т.д. Такие предложения могут пониматься двояко. В первом случае мать (окно, берег, холм) - подлежащие, а дочь (мотоцикл, море, лес) - дополнение;

во 94 втором случае наоборот. В английском языке омонимия такого рода невозможна, так как в английском языке, как было сказано раньше, порядок слов в предложении фиксированный. Сравните: The mother loves the daughter. The daughter loves the mother. По мнению И.В.Одинцовой, в предложении На террасе она не спит выражается два значения: локальное и причинное - 1) она не спит, когда находится на террасе;

2) она не спит, потому что находится на террасе. В предложении же Она не спит на террасе отношения следует рассматривать прежде всего как чисто локальные (Одинцова 2002, с.70). На наш взгляд, возможно еще одно значение данного предложения: она спит не на террасе, а где-то в другом месте, а на террасе спит кто-то другой. Думается, что для английского языка аналогичность ситуации и ее интерпретация сохраняются: On the terrace she doesn't sleep. Согласно А.Н.Баранову, необходимо отметить также речевоздействующий (коммуникативно-прагматический - О.Г.) потенциал выбора порядка слов внутри синтаксических конструкций. В общем случае такой порядок определяется сложными культурно обусловленными иерархиями и может быть использован для ранжирования адресованного партнеру по коммуникации языкового материала в соответствии с интересами говорящего. Автор приводит весьма интересный пример из "Повести о Ходже Насреддине" Л.Соловьева для подтверждения своей мысли:

-Доходное озеро и принадлежащие к нему сад и дом, - сказал он (кадий) многозначительным, каким-то вещим голосом и поднял палец. - Очень хорошо, запишем! Запишем в таком порядке: дом, сад и принадлежащий к ним водоем. Ибо кто может сказать, что озеро - это не водоем? С другой стороны: если упомянутые дом и сад принадлежат к озеру или, иначе говоря, водоему, ясно, что и водоем в обратном порядке принадлежит к дому и саду. Пиши, как я сказал: "дом, сад и принадлежащий к ним водоем!" - По ловкости это был удивительный ход;

озеро волшебно превратилось в некий захудалый водоем 95 (Баранов 2001, с.222). В связи с этим примером следует подчеркнуть, что присущая высказыванию многозначность может быть скрытой и, как явствует из приведенного примера, ее можно заметить только при условии, если высказывание соотнести с референциальной ситуацией. Поэтому данный тип многозначности системными можно считать Главная коммуникативно функция таких и референциально высказываний обусловленным, но сама возможность таких высказываний предопределена факторами. маскировочная, за ней скрывается "серьезное" намерение адресанта с помощью языковой манипуляции достичь своей цели. Явления синтаксической многозначности мы также можем наблюдать при различном членении высказывания на синтагмы: Прошу вас вторично произвести поиски пропавших вещей (Зарецкий 1961, с.19). For weeks he would go along scarcely thinking of the school teacher himself and telling himself that he had conquered the carnal desire to look at her body (Anderson 1996, c.9). В первом предложении наречие вторично может относиться либо к сказуемому прошу, либо к другому глаголу - произвести. Поэтому это предложение можно прочитать следующим образом:

-Вторично прошу произвести поиски пропавших вещей, -Прошу вас произвести вторично поиски пропавших вещей. Во втором примере ситуация аналогичная. Наречие scarcely может относиться либо к сказуемому would go along, либо к причастию - thinking. Это предложение может означать:

-For weeks he would go along scarcely / thinking of the school teacher himself and... (Неделями он практически не выходил из дома, думая о школьном учителе и...) -For weeks he would go along / scarcely thinking of the school teacher himself and... (Несколько недель подряд он гулял, практически не думая об учителе и...). Местоимения также могут иметь многозначный синтаксический смысл. Омонимия местоимений наблюдается в следующих случаях: Писать некому.

96 -Нет того, кто мог бы писать. -Нет того, кому могли бы писать. Вам нельзя говорить этого. -Вы не должны говорить этого. -Не надо, чтобы вам говорили это. Этот вопрос следовало бы задать мне, а не ему. -Этот вопрос должен был задать я, а не он. -С этим вопросом следовало бы обратиться ко мне, а не к нему. Мне тебе нечего сказать. -Я не могу тебе ничего сказать. -Ты не можешь мне ничего сказать (Зарецкий 1961, с.20). В английском предложении неоднозначность возникает у местоимений в форме 3-го лица, когда они употребляются во включенной фразе. Формы местоимений 1-го и 2-го лица имеют более очевидную ситуационную соотнесенность: форма 1-го лица всегда относится к говорящему, форма 2-го лица - к слушающему безотносительно к количеству включений. В форме же 3го лица ситуация меняется: Alfred told Bill that Charlie knew that David had told Enoch that Francis had said that George had called him a fool "Альфред рассказал Биллу, что Чарли узнал, что Девид сказал Иноку, что Френсис говорил, что Джордж назвал его дураком". Местоимение him является неоднозначным, так как оно может быть отнесено к лицам мужского пола, упомянутым в тексте и присутствующим в данной ситуации (Энквист 1976, с.244). Итак, при контрадиктно-синергетической интерпретации многозначного высказывания как в английском, так и в русском языках средствами системной многозначности выступают лексические и синтаксические факторы, которые обусловливают функторизацию предложения-высказывания. Функторизация выражается в процессах приращения смысла высказыванием.

97 2.4.2. СИММЕТРИЗАЦИЯ-АСИММЕТРИЗАЦИЯ, ВЫЗВАННАЯ РЕФЕРЕНЦИАЛЬНО-ОБУСЛОВЛЕННОЙ МНОГОЗНАЧНОСТЬЮ ВЫСКАЗЫВАНИЯ Многозначность неоднозначностью высказывания единиц может и быть не В связана этом с языковых конструкций. случае многозначность высказывания связана с соотнесением высказывания и изображаемой в нем действительности. Это проявляется, в частности, в том, что тот или иной субъект/объект, то или иное событие могут оцениваться или характеризоваться разными людьми несходным, а иногда и прямо противоположным образом. Многозначность такого рода в данной работе называется референциально обусловленной. Она вызвана коммуникативными факторами, т.е. она возникает тогда, когда семантика и прагматика высказывания не совпадают. Под прагматикой высказывания понимаются прагматические данные, в том числе и энциклопедическая информация (см. раздел 1.3.2., с.29), которые организуются в форме сценариев или фреймов, моделирующих знание о типичных ситуациях. Директор - служащему:

- Из вас вышел бы прекрасный преступник. - Но почему же, шеф? - Вы не оставляете никаких следов своей деятельности. (Лучшие анекдоты 2001, с.11). В данном примере референциально неоднозначно предложение "вы не оставляете никаких следов своей деятельности". С одной стороны, данное многозначное предложение подразумевает "деятельность преступника, который не оставляет никаких улик на месте преступления". С другой стороны, данная реплика - форма замечания подчиненному, так как подразумевается, что "подчиненный плохо работает". На гедонистическом плане реализуется смыслообраз "неудовольствие", преодолеваемое формой смеха, вырастающего, в силу распределения социальных ролей, в угрозу. "They tell me your spinster aunt died quite happily."

98 "Yes - somebody told her that marriages are made in a heaven." (Такова жизнь 2001, с.30) "Говорят, что ваша тетя, которая никогда не была замужем, умерла счастливой." "Да, - кто-то сказал ей, что браки совершаются на небесах". Здесь мы наблюдаем референциальную многозначность, относящуюся к фразе "браки совершаются на небесах". В данной фразе буквальное значение неоднозначно соотносится с подразумеваемым метафорическим значением "встреча двух любящих сердец на земле". Таким образом, процессы функторизации порождают симметризациюасимметризацию элементов смысла в разных планах высказывания. Симметризация-асимметризация может быть вызвана также референциальнообусловленной многозначностью высказывания. ВЫВОДЫ 1. Существует несколько подходов к моделированию высказывания, которые различаются друг от друга принципами описания исследуемого объекта. Все они в той или иной мере могут быть использованы для раскрытия многозначности предложения-высказывания. При этом, однако, полученные аналитические данные должны интерпретироваться с позиции контрадиктносинергетического подхода. Преимущество контрадиктно-синергетической интерпретации в многозначности высказывания заключается в том, что она направлена на выявление процессов приращения смысла на разных уровнях высказывания и на уровне целого высказывания. Исследование синергетическом предложения-высказывания позволяет при что контрадиктнопредложениеподходе констатировать, высказывание - это целое, не сводящееся к сумме его частей. Присущий этому целому смысл возникает благодаря взаимодействию всей совокупности компонентов, образующих высказывание и формирующих его контекст. Различное толкование смысла предложения-высказывания зависит от целого 99 комплекса значений языковых единиц, получающих реализацию в тексте (ситуации). 2. В контрадиктно-синергетическом исследовании высказывания реализуется принцип комплексного подхода. При изучении высказывания используется комплекс методов анализа и интерпретации высказывания динамико-структурный, функторный методы, метод симметрии-асимметрии и метода структурно-семантического анализа. Данные методы направлены на изучение процессов функторизации и симметризации-асимметризации, играющих основную роль в выявлении возможных линий развития смысла высказывания. Важным для контрадиктно-синергетического описания высказывания является анализ функторной единицы. Функтор, являясь точкой ветвления смыслового пространства многозначного высказывания, не только сохраняет свою многозначность в контексте высказывания, но и вызывает неоднозначность всего высказывания. Множественность смыслов высказывания возникает при взаимодействии функторных единиц и смысловых сфер-миров, являющихся динамическими образованиями, репрезентирующими миры субъектов. Их динамика выявляется через процессы симметризации-асимметризации и функторизации. При контрадиктно-синергетическом подходе обязательными являются анализ и интерпретация коммуникативно-прагматического аспекта с целью раскрытия коммуникативно-прагматических факторов создания многозначности.

100 ГЛАВА 3. ИНТЕРПРЕТАЦИЯ И ТИПОЛОГИЗАЦИЯ МНОГОЗНАЧНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ В КОММУНИКАТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ 3.1. КОММУНИКАТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ МНОГОЗНАЧНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ Как известно, прагматический уровень связан с функционированием языковых знаков, отношением между знаками и тем, кто их использует. Поэтому коммуникативно-прагматическая интерпретация многозначного высказывания с позиций контрадиктно-синергетического подхода связана с исследованием коммуникативно-прагматического содержания высказываний в рамках прагматической ситуации. Их изучение базируется прежде всего на выводе косвенных и скрытых смыслов из прямого значения высказывания, при этом учитываются тип глубинной структуры, контекст, прагматическая ситуация, пресуппозиции, подтекст и цели (интенция) говорящего, так как смысл, который говорящий имеет в виду, может включать нечто большее, чем буквальное значение предложения, может отклоняться от буквального значения и даже быть противоположным ему. Цели (коммуникативный замысел говорящего - оказать воздействие на адресата и вызвать соответствующие замыслу изменения в мире адресата) весьма различны, тактика воздействия на адресата зависит от цели, связана с индивидуальными особенностями как адресанта, так и адресата, и определяет выбор лингвистических средств. Так, по нашим наблюдениям, цель влияет на то, в какой форме говорящий выражает свою мысль - в эксплицитной или имплицитной. Сама возможность анализа и интерпретации коммуникативнопрагматического аспекта предложения-высказывания предопределена тем, что знаки не просто несут ту или иную информацию. С их помощью можно 101 оказывать определенное воздействие на собеседника, производить какое-либо впечатление, апеллировать к чувствам, желаниям, интересам. По словам В.В.Виноградова, "в предложении выражается не только сообщение о действительности, но и отношение к ней говорящего" (Виноградов 1975, с.254). Это свидетельствует о том, что автор различал, с одной стороны, референтную сторону предложения, передающую определенное положение дел, и, с другой стороны, модальную (модусную) сторону предложения, отражающую позицию говорящего по отношению к высказыванию. Высказывание как компонент речевого сообщения может заключать в себе как эксплицитную, так и имплицитную оценку. Оценка, с точки зрения Г.Клауса, имеет место в том случае, когда суждение, действие и т.д. так определяется соответствующими оценочными понятиями, что оцениваемое суждение, действие и т.д. характеризуются благодаря этому в положительном или отрицательном отношении. Оценка, по мнению ученого, - "это сознательная деятельность, которая влечет за собой положительную или отрицательную позицию оценивающего по отношению к оцениваемому" (Клаус 1967, с.21). Необходимость учета оценочного плана высказывания при интерпретации коммуникативно-прагматического аспекта обусловлена тем, что, как указывает, в частности, Ч.Стивенсон, оценка предназначена для воздействия на адресата. Заключенная в ней похвала не есть неадресованное выражение эмоции, она имеет своей целью вызвать у адресата определенное психологическое состояние, т.е. отражает не собственно семантический, а прагматический аспект знаковой ситуации (Стивенсон 1985, с.153). Согласно Ч.Стивенсону, "главное назначение ценностных суждений не сообщать о фактах, а оказывать влияние" (Stevenson 1964, p.16). Ученый выделяет два способа употребления языка: первый состоит в том, чтобы фиксировать, прояснять и сообщать наши взгляды;

второй заключается в том, чтобы давать выход нашим чувствам, создавать настроения или побуждать людей к действиям и убеждениям. Употребление первого типа Ч.Стивенсон называет 102 дескриптивным, а употребление второго типа динамическим. Эти назначения речи определенным образом находят взаимодействие со значением высказывания (там же, p.16). Аналогичного мнения придерживается и Дж.Серль, который считает, что "цель оценочных высказываний состоит не в том, чтобы описывать мир, а в том, чтобы выражать эмоции и отношения, хвалить или ругать, льстить или оскорблять, рекомендовать или советовать, отдавать приказы или руководить и т.п." (Searle 1976, p.183). Коммуникативно-прагматический подход к описанию предложения позволил не только обосновать мысль о том, "что в содержании предложения соединены значения двух принципиально различных родов: объективные, отражающие действительность, и субъективные, отражающие отношение мыслящего субъекта к этой действительности" (Белошапкова 1997, с.768), но и начать поиски экспликации прагматического аспекта в лингвистическом описании языка и его единиц. В результате было установлено, что многоаспектность речевого акта находит отражение в высказывании и может быть причиной его неоднозначности (Дорошенко 1989, с.78). Это привело ученых к мысли о необходимости описания иллокутивной функции высказывания (Austin 1962, Серль 1986, Гладров 2002). Так, А.Вежбицкая различает в семантическом разложении иллокутивной функции два типа компонентов - диктум и иллокутивную цель. Например, для речевого акта предупреждения, как в высказывании Ружье заряжено!, диктум имеет вид: 'Я говорю: Ружье заряжено';

а иллокутивных целей две: 1) Я хочу сделать так, чтобы ты знал, что ружье заряжено;

2) Я хочу, чтобы ты был в состоянии сделать так, чтобы нечто плохое, что могло бы с тобой произойти, не произошло, т.е. предложение Ружье заряжено! может быть употреблено в высказывании с иллокутивной функцией 'Сообщаю тебе';

'Предупреждаю тебя';

'Я утверждаю';

'Я заметил' и т.д. (Wierzbicka 1980, p.291).

103 По мнению И.М.Кобозевой, об иллокутивной функции можно говорить только применительно к высказыванию, рассматриваемому непосредственно в контексте его употребления, а применительно к изолированному от контекста предложению можно говорить только об иллокутивном предназначении или иллокутивном потенциале. Так, в нулевом контексте (и без учета интонации) предложение Попробуй только! неоднозначно как в отношении пропозиционального содержания, так и в отношении иллокутивной функции: 1) 'усиленная просьба' + 'ты пробуешь (некоторое блюдо)';

2) 'угроза' + 'если ты попытаешься сделать это, у тебя будут большие неприятности'. Речевой же акт, как замечает автор, вызывает некоторые изменения в ситуации общения. Так, употребив предложение Попробуй только! с иллокутивной функцией угрозы, мы можем испугать адресата, насмешить его, заставить его ретироваться или, напротив, спровоцировать его на немедленное осуществление его замысла (Кобозева 2000, с.259-260). Попытку представить иллокутивную функцию как набор признаков предпринял Дж.Серль, который выделил ряд семантических компонентов, составляющих иллокутивную функцию (Серль 1986), которые часто принимают за основу при выделении типов информации, составляющих прагматический компонент плана содержания предложения. На основе его анализа И.М.Кобозева выделяет следующие типы информации в составе прагматического (иллокутивного) компонента семантики предложения-высказывания:

-цель речевого акта;

-психологическое состояние говорящего (ментальное, волевое, эмоциональное);

-соотношение социальных статусов говорящего и слушающего;

-связь высказывания с интересами говорящего;

-связь высказывания с остальной частью дискурса;

-связь высказывания с деятельностью в рамках определенных социальных институтов (таких, например, как парламент, суд, церковь);

104 -стиль осуществления речевого акта (Кобозева 2000, с.263). Действительно, многие ученые считают коммуникативно значимыми отношения между участниками общения. Коммуниканты всегда выступают в глазах друг друга (и в своих собственных глазах) как носители социально значимых свойств, как обладатели определенных статусов, исполнители соотнесенных друг с другом ролей, социальных и психологических, а также как носители определенных личностных качеств и как субъекты той или иной деятельности, т.е. как люди, преследующие своей речью те или иные цели. Так, согласно К.А.Долинину, коммуникативная семантика выбора значения и уместности употребления данного выражения (слова, высказывания) зависит от сферы общающихся, принадлежащих к одному и тому же коммуникативному сообществу. При распределении ролей необходимо учитывать тезаурус каждого из коммуникантов, в первую очередь адресата, - ту совокупность или систему знаний о мире вообще и о референтном пространстве в частности, которая заложена в памяти участников общения. Здесь важно отметить, что тезаурус адресата никогда не совпадает полностью с тезаурусом адресанта (Долинин 1985, с.10). Обстановка коммуникации включает в себя предметно-событийный фон. Однако важен не конкретный предметно-событийный фон порождения и восприятия сообщения, а общая социальная, политическая и историкокультурная ситуация, которая может играть существенную роль в момент порождения высказывания. Из сказанного вытекает, что коммуникативно-прагматическая ситуация многоаспектна. Она дифференцируется по следующим параметрам: 1) участники коммуникативного акта - их социальные и личностные характеристики, их эмоциональное состояние;

2) обстановка, цель, тактика воздействия на адресата, эффективность коммуникации. Таким образом, прагматические условия реализации коммуникативной ситуации связаны с коммуникативными целями говорящего, ролью, которую он 105 принимает с учетом адресованности его высказывания, тактики воздействия на адресата, эмоционального состояния и сопричастности к описываемому событию. Говорящий является творцом сообщения, и от его коммуникативных установок зависит выбор того или иного аспекта при репрезентации сообщения. При контрадиктно-синергетическом подходе учет коммуникативнопрагматических факторов осуществляется в той мере, в какой они оказывают влияние на актуализацию смысла высказывания. 3.2. КОММУНИКАТИВНО-ПРАГМАТИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ МНОГОЗНАЧНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ Многозначность высказывания связывают обычно с реализацией интенции обычно говорящего не интенцией рассмешить говорящего или же осмеять. Возможность смысл многозначности "серьезных" высказываний хотя и признается, но объясняется завуалировать истинный высказывания, а его ошибками. В лингвистике доминирует точка зрения, что языковая многозначность в речи снимается контекстом. Между тем, данные нашего исследования свидетельствуют о том, что многозначность "серьезных" высказываний наблюдается достаточно часто, поскольку она зачастую не снимается контекстом. В данном случае ее следует считать преднамеренной, если она способствует реализации каких-либо целей адресанта. Мы считаем, что многозначность высказывания может реализовываться в четырех прагматических аспектах: 1) предметно-событийном;

2) концептуально-интеллектуальном;

3) эмоционально-оценочном;

4) гедонистическом. Отметим, что эмоционально-оценочный и гедонистический аспекты очень часто совпадают, так как, оценивая что-либо, человек испытывает чувство (поэтому удовольствия/неудовольствия, здесь рассматривается удовлетворения/неудовлетворения аспект). оценочно-гедонистический 106 Подчеркнем также, что данные аспекты взаимосвязаны и могут выступать как единый интегративный комплекс. Однако один аспект является доминирующим, а другой(ие) фоновым. 1. Предметно-событийный. Задача говорящего на этом уровне состоит в том, чтобы дать описание предмету/субъекту или событию/ситуации. а) комическое Doctor: What's the matter with you? Bob: Oh, doctor. I'm ill, very ill. Doc: Then show me your tongue. Bob: Oh, dear doctor, no tongue can tell you how ill I am (Шутки и смешные рассказы 1993, с.37).

-Что с тобой? -О, доктор, я очень болен. -Тогда покажи мне свой язык. -О, доктор, никакой язык вам не сможет сказать, насколько я болен.

Или Бессеменов. Ты таким языком со мной не смей говорить! Нил. А у меня один язык (высовывая язык, показывает), и я со всеми им говорю... Акулина Ивановна. Ах ты, бесстыдник! Кому ты язык показываешь? (Горький 1978а, с.57). б) серьезное -How does he look, Jeeves? -Sir? -What does Mr.Bassington - Bassington look like? -It's hardly my place, sir, to criticize the facial peculiarities of your friends. -I don't mean that. I mean, does he appear peeved and what not? (Wodehouse 1983, p.270) -Как он выглядит, Дживс? -Сэр? -Как мистер Бассингтон выглядит?

-Вряд ли это входит, сэр, в мою компетенцию критиковать лица ваших друзей. -Я не это имею в виду. Выглядит ли он раздраженным или еще как-нибудь?

Или Якубович: Кто вы по образованию? Игрок: Я окончила Томское медучилище. Якубович: Специальность? Игрок: Фельдшер. Якубович: В какой области вы работаете? Игрок: В Томской. (смех) Якубович: Я хотел узнать, в какой области медицины (Поле чудес ОРТ, 28.06.2002). Заметим, что в этом случае у зрителей (наблюдателей) данная ситуация вызвала смех, несмотря на то, что данная задача не входила в интенцию игрока. Отметим, что и в "комических" и "серьезных" многозначных высказываниях мы наблюдаем описание предмета или ситуации. Отличие состоит лишь в том, в какой форме это делается - в форме смеха или в форме констатации факта. 2. Концептуально-интеллектуальный. Задача говорящего на этом уровне состоит в том, чтобы донести до слушающего в явной или скрытой форме свою идею, мысль. Согласно нашему анализу, только "серьезные" многозначные высказывания реализуются в этом аспекте, так как цель "комических" высказываний иная - либо рассмешить, либо осмеять кого-то. Doris: I don't want to be inquisitive. I mean, curiosity killed the cat (Raddigan 1950, p.182).

-Я не хочу казаться любопытной. Я имею в виду, любопытство убило кошку.

"Серьезное" многозначное высказывание I mean, curiosity killed the cat несет в себе идею Быть любопытной опасно. Или Как хозяин прядильной мастерской, посадив работников по местам, прохаживается по заведению, замечая неподвижность или непривычный, 108 скрипящий, слишком громкий звук веретена, торопливо идет, сдерживает или пускает его надлежащий ход, - так и Анна Павловна, прохаживаясь по своей гостиной, подходила к замолкнувшему или слишком много говорившему кружку и одним словом или перемещением опять заводила равномерную, приличную разговорную машину (Толстой 1983, с.26). Сравнивая разговоры посетителей салона с жужжанием прядильных веретен, автору удается вложить в данное высказывание несколько смыслов: 1) образ прядильных машин символизирует бессмысленность и механическую машинальность разговоров;

2) движение веретен - атрибут античных богинь судьбы, прядущих нить человеческих судеб, т.е. в салоне Анны Павловны решались судьбы многих людей. 3. Оценочно-гедонистический. Задача говорящего на этом уровне состоит в том, чтобы дать оценку кому-либо или чему-либо. По нашим наблюдениям как "комические", так и многозначные высказывания реализуются в этом аспекте. а) комическое Продавщица Гурьева из города Крыжополя страдает хроническим недосыпанием. Она работает в бакалейной лавке и ежедневно не досыпает 5 6 кг муки и крупяных изделий... (Лучшие анекдоты 2002, с.11). В данном примере дается отрицательная оценка работы продавщицы Гурьевой - она обвешивает покупателей. Или (Бриджит Бардо об Алене Делоне) Конечно, Ален красив. Но комод в стиле Людовика ХVI века в моей гостиной тоже очень красив (Душенко, Манчха 2002, с.42). В данном примере Б.Бардо не с лучшей стороны оценивает игру знаменитого французского актера: Ален, конечно, красив, но это единственное его достоинство. б) серьезное At 12.30 Lara said - " I'm going to meet Paul Martin for lunch". Howard looked worried. "Make sure you aren't lunch."

109 "What do you mean?" "I mean he's Sicilian. They don't forgive and they don't forget" (Sheldon 1992, p.294).

В 12.30 Лара сказала - "Я собираюсь встретиться с Полом Мартином во время ланча." Говард выглядел обеспокоенным. "Убедись, что ты сама не будешь ланчем." "Что ты имеешь в виду?" "Я имею в виду, что он сицилиец. Они не прощают и не забывают."

Данное высказывание является оценкой-советом, подразумевая Идти на встречу с Полом Мартином опасно. Или (Долли Партон) Если мечтаешь о радуге, будь готова попасть под дождь (Душенко, Манчха 2002, с.364). Данное высказывание также является оценкой-советом предложение. Таким высказывания образом, коммуникативно и обусловленные не многозначные описывают ("серьезные" "комические") только и имеет два прочтения: дословное и метафорическое, позволяющее по-разному трактовать действительность, но и выражают определенные идеи, эмоции, отношения. Однако они могут обладать и рядом коммуникативно-прагматических функций. Основными функциями многозначного высказывания, имеющими не семантическую, а прагматическую основу являются, на наш взгляд, две оппозиционные функции - а) маскировочная, б) "обнажающая". По нашим наблюдениям, хотя основной функцией многозначного высказывания маскировочной выступает функции на "маскировочная" первое место функция, выходит не ей нередко содержание противодействует "обнажающая" функция контекста. При доминировании описываемого, а отношения между адресантом и адресатом. Например: Банк открывает ЗАЕМЩИКУ кредитную линию на сумму... рублей с взиманием процентов годовых до 02 марта 1999 года. Данное высказывание может быть истолковано как многозначное: не понятно, что должен выплатить ЗАЕМЩИК до 02 марта 1999 года - проценты 110 или весь кредит? По нашему мнению, в данном случае прагматическую доминанту составляет интенция адресанта скрыть свои истинные намерения по отношению к адресату. Об "обнажающей" функции можно говорить, на наш взгляд, во всех тех случаях, когда многозначность тем или иным способом раскрывается самим адресантом. В этих случаях, по нашим наблюдениям, на первое место выходит отношение адресанта к объекту описания, к самому себе, к адресату или же к самому высказыванию (например, при языковой игре). Исходя из того, что весь массив многозначных высказываний в принципе достаточно четко делится на два типа - "комическое" и "серьезное", мы выбираем в качестве базиса классификации многозначных высказываний именно этот критерий оппозитивных признаков: "комическое" - "серьезное". К комическому относятся те высказывания, в основе которых лежит интенция адресанта "вызвать смех" - юмор (шутка, каламбур) и ирония. Серьезные высказывания - эта высказывания, цель которых иная. Цель говорящего в этих случаях заключается не в том, чтобы подвергнуть что-либо осмеянию, а в том, чтобы скрыто выразить какую-либо идею, мысль, а иногда и скрыть свои истинные намерения. Отличие комического от серьезного состоит в том, какого коммуникативного эффекта хочет добиться говорящий, т.е. либо вызвать смех или осмеять кого-то, либо, не преследуя цели рассмешить кого-то, донести до слушателя свою мысль или скрыть ее. В процесс коммуникации, по нашим наблюдениям, вовлечены, как правило, непосредственно участники коммуникации (адресант и адресат) и наблюдатель (в реальной коммуникации может отсутствовать). Наблюдатель обычно не вступает в разговор, но способен оценить происходящую ситуацию. То, что у коммуникантов не вызывает смеха (создание смехового эффекта не является их целью), для наблюдателя может быть комичным, и наоборот. Как правило, порождение смеха входит в интенцию адресанта, который намеренно хочет произвести своей речью юмористический эффект. Однако 111 существуют ситуации, когда у адресанта нет цели рассмешить кого-либо. Чаще всего такой юмор связан с языковыми ошибками, которые допускает говорящий по ряду причин (из-за невежественности, рассеянности, невнимательности и т.д.). В настоящей работе юмор не делится на намеренно и ненамеренно созданный, так как в данных условиях нам представляется невозможным определить осознанность или неосознанность смехового эффекта. Из вышесказанного вытекает, что изучение коммуникативнопрагматичных функций многозначных высказываний целесообразно проводить в категориях прагматики, основной из которых является, несомненно, понятие прагматической ситуации. Представляется также правомерным начать с описания коммуникативно-прагматических функций многозначных высказываний, направленных на создание комического эффекта, а уже затем перейти к рассмотрению многозначных высказываний, целью которых можно считать интенцию говорящего "завуалировать" свои истинные цели. 3.3. ФАКТОРЫ РЕАЛИЗАЦИИ КОМИЧЕСКОГО При изучении функционирования языкового комизма анализу подвергаются прагматические измерения многозначных высказываний. При их анализе мы учитываем, что а) комическое может входить в интенцию автора;

б) интенция автора, его замысел раскрывается через выбор оттенка комического: юмористического реализующие (шутка, каламбур), комического, сатирического, являются чаще иронического, всего либо саркастического (по нашим наблюдениям, многозначные высказывания, интенцию юмористическими либо ироническими, поэтому именно эти высказывания были подвергнуты анализу в настоящей работе);

в) комическое отражает отношение автора к предмету, собеседнику и/или к самому себе. Отметим также, что на эффективность реализации комического эффекта влияют следующие прагматические пресуппозиции: наличие общих фоновых знаний у отправителя и адресата, учет всех экстралингвистических факторов создания 112 коммуникативной ситуации (обстановка, стиль общения, отношение между участниками и проч.), оптимальный выбор языковых средств для передачи комического оттенка, прогнозирование восприятия сообщения адресатом. В основе порождения юмора лежит стремление человеческого сознания к экономии энергии за счет экономии формы. Многие лингвисты, занимающиеся исследованием юмористических текстов, указывают на их многозначность (Бахтин 1965;

Гетман 1975;

Девкин 1998;

Карачина 2000;

Attlas 1989;

Fricke 1997;

Kent 1994, 1997;

Pepchillo, Green 1984;

Simon 1995;

Turner 1995, 1996;

Vinograd 1995). В таких текстах у языковой единицы выявляется не менее двух парадигматических противопоставлений, т.е. такой текст всегда будет выступать как двучленная структура (Гетман 1975, с.3). Угадывать ощущения подразумеваемое, чувствовать подтекст - непременное условие юмора примененных выразительных средств. Для его реализации необходимо наличие у коммуникантов общности знаний, культуры, ассоциации, т.е. общность пресуппозиций. Юмор - изображение смешного, выставление событий, людских недостатков и слабостей в комическом, смешном виде (Словарь иностранных слов 1955, с.826). Ученые различают языковой (linguistic) и ситуационный (situational) юмор (Pocheptsov 1974), языковой (linguistic) и неязыковой (extralinguistic) юмор (Ballstaedt 1989), вербальный (verbal) и относящийся к ситуациям (situation referentional) юмор (Attardo, Raskin 1991). Основным отличием языкового и ситуационного видов юмора является то, что языковой юмор представлен средствами языка, а ситуационный обыгрывает ситуацию (Почепцов 1990, с. 13). В настоящей работе анализу будет подлежать языковой юмор, т.е. юмористические высказывания, выраженные средствами языка, и ситуационно обусловленный юмор, под которым мы понимаем юмористические высказывания, многозначность которых зависит от условий коммуникативной ситуации. К языковому юмору относится каламбур и языковая шутка, к неязыковому - шутка с эксплицитно невыраженным смыслом.

113 В лингвистике языковая игра и, в частности, каламбур исследуются давно и успешно - в работах В.В.Виноградова, А.А.Щербины, А.И.Ефимова, А.Н.Гвоздева, Е.П.Ходаковой, В.З.Санникова, Е.А.Земской, Д.Н.Шмелева, Б.Ю.Нормана, Е.В.Падучевой и других. При этом, однако, сфера использования каламбура в лингвистических исследованиях оказывается достаточно ограниченной - это "источник полезных и убедительных иллюстраций" (Ходакова 1964, с.287) при описании сходно звучащих, но различных по значению слов или разных значений одного и того же слова. Каламбур по своей семантической природе - оружие смеха во всех его формах и оттенках. В последних исследованиях В.З.Санникова языковая игра (сюда входит и понятие "каламбур") понимается как "некоторая языковая неправильность или необычность и, что очень важно, неправильность, осознаваемая говорящим (пишущим) и намеренно допускаемая" (Санников 1999, с. 23). Каламбур он определяет следующим образом. Во-первых, каламбур базируется не на формальной, звуковой, а на смысловой близости. Во-вторых, при рассмотрении технических приемов (омонимии, многозначности) создания языковой игры, не всегда целью ее создания является возникновение комического эффекта. Каламбурное обыгрывание слов (в том числе и обыгрывание многозначности слов) не имеет отношения к вопросу о единстве слова, о наличии инварианта и т.д. (там же, с.183). Общим правилом (чрезвычайно редко нарушаемым) для всех видов языковой игры является жесткое оценочное соотношение двух осмыслений: первоначально нейтральное или положительное понимание внезапно сменяется отрицательно окрашенным. При любом нарушении строгого порядка элементов каламбур исчезает, игра слов - сохраняется. Автор, следовательно, полагает, что понятие игра слов шире понятия "каламбур" (как и тождественная ему "языковая шутка" - см. там же), в свою очередь, каламбур разновидность языковой игры. По мнению А.А.Щербины, сущность каламбура не ограничивается сопоставлением прямого и переносного значений. Исследователь считает, что каламбур основывается на многозначности слова, всех разновидностях 114 омонимии и некоторых других смежных семантико-звуковых явлениях, суть которых столкновение, переплетение, слияние в определенных контекстах минимум двух значений слова (или значений двух созвучных, омонимичных, контаминированных слов) и одновременное их восприятие (Щербина 1958, с.7). Естественно, что игра слов возможна только в определенных контекстах: она основана на такой семантической структуре контекста, благодаря которой в обыгрываемом слове проявляются минимум два значения. Иными словами, игра слов, основанная на их многозначности, не требует от контекста однозначности и "определенности", а, наоборот, предлагает одновременно разное его истолкование. Необязательно при этом, чтобы оба каламбурно сталкиваемые значения слова были непосредственно представлены в контексте двояким его употреблением. Иногда второе значение заключено как бы в подтексте, и весь контекст каламбурно намекает на это значение. Ю.М.Скребнев считает, что термин "каламбур" (pun) синонимичен термину "игра слов" (play upon words). Как считает ученый, семантическая сущность каламбура основана на полисемии и омонимии. Общей формулой каламбура является следующее тождество: "А равно В и С", и это является результатом ошибочного сокращения двух утверждений: "А равно В" и "А равно С" (всего три обозначения - А, В, С). Оказывается, однако, что А первого утверждения не равно А второго утверждения. Поэтому в этом случае мы имеем дело с четырьмя обозначениями вместо трех: А, А1, В и С;

следовательно, АА1 (Скребнев 1994, с.171). С.Влахов и С.Флорин придерживаются аналогичного мнения, полагая, что "каламбур - это игра слов, построенная на столкновении привычного звучания с непривычным и неожиданным значением" (Влахов, Флорин 1980, с.358). Данное определение представляет термины "игра слов" и "каламбур" как тождественные, и в то же время оно объединяет при помощи этих терминов как различные значения многозначного слова ("непривычное значение"), так и слова-омонимы ("привычное звучание").

115 Из всего вышесказанного мы выводим следующее лингвистическое определение каламбура: каламбур - это видовое понятие более широкого родового понятия игры слов, основанное на смысловом объединении в одном контексте либо различных значений одного слова, либо разных слов (словосочетаний), тождественных или сходных по звучанию. Различие каламбура и шутки, на наш взгляд, зависит от способа их создания. Шутка, как нам кажется, понятие более объемное. В отличие от каламбура она основана не только на использовании языковых средств выражения. Под каламбуром мы понимаем юмористические высказывания, основанные на многозначных словах и словах-омонимах. Под шуткой юмористические высказывания, созданные синтаксическими средствами выражения и коммуникативными факторами. Говоря, человек не всегда выражает свои мысли эксплицитно. В высказывании остается некое имплицитное содержание, особенно это относится к иронической оценке. Тем не менее если автор текста желает быть понятым, то он должен так построить свою речь, чтобы его партнер по коммуникации осознал, что за данным высказыванием стоит нечто большее, чем просто буквальное его значение, т.е. за выраженным скрывается некое скрытое содержание, подтекст. Исследуя природу иронического высказывания, А.В.Сергиенко полагает, что языковое высказывание не требует особых признаков, чтобы быть интерпретированным как ироническое. Как правило, это понимание основывается на несоответствии между языковым выражением и определенной ситуацией, знанием контекста, личности говорящего. Однако ожидать, что каждый читатель знает все исторические, общественные, экономические, личные и т.д. обстоятельства, при которых автор жил и писал, т.е. обладает достаточно обширными фоновыми знаниями, было бы нелогичным. И тем не менее такие тексты могут быть также интерпретированы как иронические (Сергиенко 2001, с.216).

116 Аналогичное мнение в своей работе высказывает и Т.А.Букирева, полагая, что важным фактором семантизации иронического значения являются фоновые экстралингвистические знания. Приобретая значение только в контексте, ироническое слово может не выполнять номинативной функции, а быть лишь выражением эмоционального отношения говорящего к объекту оценки (Букирева 2000, с.45). В ироническом тексте проявляется взаимодействие двух типов лексических значений: предметно-логического и контекстуального. Так возникает два уровня понимания: ироническое и буквальное. Специфика языка дает возможность реализации иронического смысла при взаимодействии элементов различных уровней. Многие лингвисты рассматривают иронию как стилистический прием (Арнольд 1973, Скребнев 1994, Turner 1975). Так, Ю.М.Скребнев относит иронию к такому стилистическому приему как троп, который основан на прямом противопоставлении значения (meaning) и смысла (sense). Различие между значением и смыслом состоит в том, что значение - это потенциал (potential), тогда как смысл - это то, что реципиент "извлекает" из контекста. Семантическая сущность иронии состоит в замене данного обозначения (denomination) на противоположное ему. Следовательно, ирония - это перенос, переименование, основанное на прямом контрасте двух понятий: названного понятия (the notion named) и подразумеваемого понятия (the notion meant) (Скребнев 1994, с.129). Ю.Б.Борев и Б.О.Дземидок также считают, что семантическая двуплановость иронии состоит в том, что в ней за положительной оценкой скрыта насмешка, поэтому она имеет двойной смысл: прямой, буквальный и скрытый, обратный (Борев 1957, Дземидок 1974). Иронии отводится промежуточное место между юмором и сатирой (Тимофеев 1948). Основной характерной чертой, сближающей иронию с юмором и сатирой, считается наличие противоречия между формой и содержанием (Борев 1957, Николаев 1962).

117 Некоторыми исследователями ирония рассматривается как разновидность "субъективно-оценочной модальности, как разновидность речевой экспрессии" (Родионова 1998, с.343;

Походня 1989, с.9), так как в ироническом высказывании всегда что-то критикуется или оценивается. Э.М.Родионова считает, что ирония близка к сатире, так как "ее основу составляет критическая оценка, но в отличие от сатиры ирония менее прямолинейна и категорична" (Родионова 1998, с.343). По мнению ученого, ирония больше апеллирует к разуму, к рассудку и способна выразить более широкую гамму чувств, чем сатира: "от грустной усмешки до едкого злого сарказма" (там же, с.343). Мы же придерживаемся точки зрения С.И.Походни, которая считает, что разница между сатирой и иронией состоит лишь в способе выражения оценочно-критического отношения к миру, в "способе проявления субъективно-оценочной модальности - если сатира выявляет модальность открыто, ирония делает это в скрытой форме" (Походня 1989, с.5). Отсюда возникает необходимость разграничения двух понятий: "ирония как средство, техника, стилистический прием и ирония как результат - иронический смысл, созданный рядом разноуровневых средств языка" (там же, с.5). Ирония может создавать и образные ассоциации, и это приближает ее к метафоре. С одной стороны, ирония в отличие от метафоры не имеет ни какойлибо определенной синтаксической структуры, ни специфического значения лексических единиц, но, являясь средством оценки, она несомненно тяготеет к предикативной структуре и реализуется в словах, которые содержат или могут содержать оценочное значение. Ироническое значение - это "значение элемента языка любого уровня, прямой смысл которого или стилистическая окрашенность не соответствует природе денотата" (Мороховский, Воробьева, Лихошерст, Тимошенко 1991, с.184). В этом случае ирония рассматривается как стилистический прием. С другой же стороны, ирония, как и метафора, находится в самой гуще процесса номинации, основываясь на переосмыслении существующих в языке номинативных средств, сочетании крайней 118 "экономности" плана выражения с богатейшим планом содержания. В этом случае мы говорим об ироническом смысле. Обобщая мнения исследователей, мы полагаем, что ирония, основываясь на определенных смысловых нарушениях и возникающая на основе языковой компетенции участников коммуникации, представляет собой возможность реализации скрытых смыслов, включающих в себя субъективно-оценочную модальность отрицательного характера. Что же является критерием разграничения шутки, каламбура и иронии? Т.А.Букирева разграничивает иронию, каламбур и шутку на основе иллокутивного критерия (он позволяет выделить иронию) и критерия конструирования (он позволяет выделить шутку и каламбур) (Букирева 2000, с.38). Мы же выбираем в качестве критерия коммуникативные постулаты Г.П.Грайса: 1) постулат информативности;

2) постулат истинности;

3) постулат релевантности;

4) постулат ясности (Грайс 1985, с.223). Ирония возникает тогда, когда нарушается постулат истинности. Например: But of course we know, he is a rich man, a millionaire (Скребнев 1994, с.129).

Да, конечно, мы знаем, что он богач, миллионер.

В этом примере наряду с буквальным (истинным) смыслом высказывания присутствует дополнительный смысл "он вовсе не миллионер". Шутка и каламбур возникают тогда, когда нарушается постулат ясности. Например: Режиссер: Что вы! Что вы, товарищи! Ведь это в порядке опубликованной самокритики и с разрешения Гублита выведен только в виде исключения литературный отрицательный тип. Победоносиков: Как вы сказали? Тип? Разве ж так можно выражаться про ответственного государственного деятеля? Так можно сказать про какогонибудь совсем беспартийного прощелыгу. Тип! Это все-таки не тип, а как никак, поставленный руководящими органами главначпупс, а вы - тип! И если в его действиях имеются противозаконные нарушения, надо сообщить куда 119 следует на предмет разбирательства и, наконец, проверенные прокуратурой сведения - сведения, опубликованные РКИ, претворить в символические образы (Маяковский 1971, с.202). В данном случае обыгрывается многозначное слово "тип", включающее нейтрально эмоциональный компонент (художественный образ, обобщающий характерные черты какой-либо группы людей) и отрицательно эмоциональный компонент (человек обычно странных или отрицательных качеств, свойств). Таким образом, в создании иронии, шутки и каламбура играют роль разные средства выражения. Ирония, прежде всего, связана с имплицитностью и возникает тогда, когда нарушается постулат истинности, а шутка и каламбур представляют собой, как правило, семантическую аномальность и возникают тогда, когда нарушается постулат ясности. 3.4. ФАКТОРЫ РЕАЛИЗАЦИИ СЕРЬЕЗНОГО Для того, чтобы правильно понять высказывание, необходимо знание ситуации, которая описывается данным сообщением. Не всякая ситуация может быть понята однозначно. Скорее наоборот, ситуация представляет собой такие явления окружающей нас действительности, которые в отличие от вещей и предметов, наделенных конкретными именами в самом языке, получают свое название в процессе общения. Поэтому незнание данной ситуации может привести к неоднозначной трактовке высказывания. Высказывание говорящего, как правило, направлено на достижение той или иной цели. "Высказывания являются продуктом действий (речевых актов), которые выполняются для того, чтобы оказать определенное воздействие на слушающего. Это воздействие обычно предполагает изменение убеждений или целей слушающего. Речевой акт, подобно любым другим действиям, может быть объектом наблюдения слушающего, и на основании его слушающий может сделать вывод о плане говорящего. В плане говорящего могут присутствовать как эксплицитно, так и имплицитно выраженные цели" (Аллен, Перро 1986, с.323).

120 По нашим наблюдениям в своем высказывании говорящий может преследовать несколько целей: 1) преднамеренное порождение многозначности высказывания (например, говорящий хочет завуалировать явное значение своего высказывания). Fitch: You're an educated man. Albert: Thank you. Fitch: What I mean is you're not... the raw material I'm looking for (Stoppard 1969, p.128).

-Вы образованный человек. -Спасибо. -Я хочу сказать, что вы не... тот сырой материал, который я ищу.

Под похвалой в адрес художника, говорящий скрыл свое истинное намерение: Мне жаль, но вы мне не подходите. Или: (автор хочет в завуалированной форме реализовать свою идею). Занимался день, я видел, как он зарождался за стенами кабинки;

было еще темно, но темноту уже смягчила голубоватая заря;

ничто не шевелилось вокруг, день зарождался у меня на глазах, постепенно насыщаясь легкими светозарными тонами, и воздух дрожал, становился все прозрачнее;

сидя за стеклом телефонной будки, один среди совершенно пустого пространства, я смотрел как пробуждается день, и думал только о настоящем, о текущей минуте, снова и снова стараясь удержать ее ускользающую красоту, как пытаются острием булавки бабочку закрепить на картоне живой. Живой (Туссен 2002, с.39). Можно предположить несколько толкований данного изречения: 1) бабочка осталась живой;

2) сам персонаж остался живым;

3) положение персонажа сравнимо с положением бабочки, закрепленной на картоне булавкой живой. 2) непреднамеренное (неосознанное) порождение многозначности высказывания (например, принцип экономии).

121 Пассажир сотруднику справочного бюро на железнодорожном вокзале:

-Когда виндзорский поезд? (Аллен, Перро 1986, с.358) Возможно, что а) говорящий хочет встретить поезд, прибывающий из Виндзора;

б) говорящий хочет сесть на поезд, отправляющийся в Виндзор. Таким образом, в зависимости от того, какой именно компонент прагматической ситуации является ведущим, различаются преднамеренное и непреднамеренное использование многозначного высказывания. В первом случае цель запрограммирована в отношении автора и, соответственно, в выборе языковых средств. Во втором случае многозначность реализуется лишь на этапе получения информации адресатом, т.к. она не обусловлена интенцией отправителя сообщения и является результатом недостаточных фоновых знаний отправителя, что ведет к неадекватной оценке ситуации общения и, как следствие, к определенному выбору языковых средств. 3.5. ФУНКЦИОНАЛЬНО-ПРАГМАТИЧЕСКАЯ ТИПОЛОГИЯ МНОГОЗНАЧНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ Одно и то же коммуникативно обусловленное многозначное и критерии. высказывание может быть отнесено к различным типологическим группам. За основу типологизации принимаются различные признаки Типология, например, может строиться по смешанному критерию - единству оппозитивных признаков: "письменная речь" - "устная речь", "монологическая речь" - "диалогическая речь" и т.п. (Гвенцадзе 1986) В качестве базиса классификации коммуникативно обусловленных многозначных высказываний мы избираем критерий оппозитивных признаков "комическое" - "серьезное". Дальнейшая типологизация осуществляется на основе анализа целенаправленности "комических" и "серьезных" многозначных высказываний и их прагматических аспектов. В зависимости от того, на что ориентирована цель говорящего, вычленяются целевые аспекты классификации и строится конкретная типология многозначных высказываний:

122 Многозначные высказывания комическое смех как балагурство смех как защита смех как высмеивание смех как преодоление скрыть свое желание серьезное преднамеренное создание многозначности непреднамеренное создание многозначности скрыть свою мысль 3.5.1. КОМИЧЕСКОЕ КАК КРИТЕРИЙ ФУНКЦИОНАЛЬНОПРАГМАТИЧЕСКОЙ ТИПОЛОГИИ МНОГОЗНАЧНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ Основу комических высказываний составляет смеховая культура народа. Функции смеха усматривают в том, что он "снимает психологические травмы, облегчает человеку его трудную жизнь, успокаивает и лечит" (Лихачев, Панченко, Понырко как 1984, с.3). и Кроме того, основными функциями и способом комического, впрочем серьезного, являются маскировочная "обнажающая" функции. Смех в этом случае становится общественной 3) смех как Смех жизни. "Комические" 4) смех как Это многозначные высмеивание.

самоутверждения путем осмеивания окружающего в некоторых условиях высказывания Обратимся к подразделяются на четыре модуля: 1) смех как балагурство, 2) смех как защита, преодоление, как анализируемому материалу. 1) балагурство. выражающий оптимизм, жизнеутверждающий, радостный смех. Такой смех как бы приглашает адресата принять участие в празднике жизни. Этой цели способны служить шутки, направленные на то, чтобы развлечь, рассмешить, не обижая и не высмеивая кого-либо. Очевидно, к таким высказываниям относятся и приемы языковой игры, прежде всего, каламбуры. Каламбурное использование многозначного 123 слова является источником создания юмористического эффекта. Создавая каламбур, говорящий как бы "маскирует" свое умение быть остроумным, тем самым утверждаясь в глазах собеседника. -If you saw a lion coming what steps would you take? -The longest steps I could (The Activity Book of Riddles 1991, p.9).

-Если бы ты увидел приближающегося к тебе льва, какие шаги ты бы предпринял? -Самые длинные.

В данном примере игра слов заключается в использовании многозначного слова steps с его значениями - 1) measures, actions taken (меры);

2) paces (шаги) (Hornby 1992, v.2, p.280).

Cannibal Cook: Shall I stew both those cooks we captured from the steamer? Cannibal King: No, one is enough. Too many cooks spoil the broth (Скребнев 1994, с.173).

-Я должен сварить обоих поваров, которых мы захватили в плен на корабле? -Нет, одного достаточно. Слишком много поваров портят бульон.

В этом примере обыгрывается многозначное слово cooks. В первом предложении имеются в виду actual cooks (настоящие повара), во втором предложении говорится о proverbial cooks (о поварах из английской пословицы Too many cooks spoil the broth, которая означает, что если слишком много людей начнут делать вместе одно и то же дело в одно и то же время, то они попросту испортят это дело). Реальное и провербиальное значения высказывания Too many cooks spoil the broth образуют многозначный каламбурный эффект.

"Have you been seeing spirits?" "Or taking any?" (Dickens 1949, p.532) Здесь обыгрываются значения омонимичного слова spirit - 1) a ghost (привидение);

2) alcohol (спиртной напиток).

"Is life worth living?" "It depends on a liver" (Скребнев 1994, с.172).

124 В данном примере каламбурно употреблено слово-омоним liver со значениями: 1) a large, reddish-brown organ in the body which helps to digest food and purify the blood (печень);

2) a person who lives in a certain way (житель) (Hornby 1999, v.2, p.235). One swallow doesn't make a summer (Скребнев 1994, с.172). В этом примере обыгрывается слово-омоним swallow со значениями: 1) a bird (птица);

2) a gulp of strong drink (глоток крепкого напитка) (Hornby 1992, v.3, p286). -Я никаким насекомым не радуюсь, потому что я их боюсь, - призналась Алиса. - По крайней мере, больших. Но я могу вам сказать, как их зовут. -А они, конечно, идут, когда их зовут? - небрежно заметил Комар. -Нет, кажется, не идут. -Тогда зачем же их звать, если они не идут? (Кэрролл 1992б, с.122). Слово-омоним звать имеет следующие значения: 1) обозначать тем или иным словом, наименованием, давать кому-либо наименование, название;

2) позвать (Словарь русского языка 1999, т.1, с.600). -Глупости! - рассердилась Мышь. - Вечно всякие глупости! Как я от них устала! Это просто не вынести! -А что нужно вынести? - спросила Алиса. (Она всегда готова была услужить) - разрешите, я помогу! (Кэрролл 1992а, с.27). Слово-омоним вынести означает: 1) устоять, не сдаться перед лишениями, трудностями;

выдержать, перенести;

2) неся, удалить откуда-либо, унести за пределы чего-либо (Словарь русского языка 1999, т.1, с.267-268). -Если вы сейчас же не замолчите, я всех вас сорву! - сказала Алиса. -Правильно! - сказала Лилия. - Маргаритки из всех цветов самые несносные. Стоит одной из них распуститься, как все тут же распускаются за ней 125 следом! Такой поднимают крик! Послушать их, так прямо завянешь (Кэрролл 1992б, с.110). Омонимичное слово распуститься означает: 1) раскрыться (о почках, цветках);

2) стать непослушным, недисциплинированным;

3) потерять выдержку, силу воли, перестать владеть собой (Словарь русского языка 1999, т.3, с.659). -Депутаты-аграрии категорически против того, чтобы продавать землю. -Еще эту грязь в магазины возить! - справедливо возмущаются они (Вокруг смеха 2002, с.5). В данном случае обыгрываются два значения многозначного слова земля - 1) рыхлое темно-бурое вещество, входящее в состав коры нашей планеты;

2) территория, находящаяся в чьем-либо владении, пользовании;

обрабатываемая, используемая в сельскохозяйственных целях почва (Словарь русского языка 1999, т.1, с.608). Полина: Ты не знаешь, Таня,...а Захара считают одним из красных в губернии! Татьяна: (ходит) Я думаю он краснеет только со стыда, да и то не часто. (Горький 1978б, с.200). В данном примере омонимичное слово красный каламбурно употреблено в основном значении, обозначая цвет, и в значении либеральный, левый. Объявление в трамвае: "Уважаемые пассажиры! Во избежание травматизма держитесь за поручень, а также своевременно и правильно оплачивайте свой проезд" (Лучшие анекдоты 2002, с.23). Выделенное высказывание является многозначным. Функтором выступает синтагма во избежание травматизма, которая может быть синтаксически связана с 1) держитесь за поручень, 2) держитесь за поручень, а также своевременно и правильно оплачивайте свой проезд. Во избежание 126 травматизма может вызывать отрицательные (в этом виде транспорта возможны случаи травматизма) и положительные (предупреждение-забота о пассажирах) эмоции. При асимметризации 1) и 2) возникает дополнительный, "замаскированный" смысл: "Не забывайте своевременно оплачивать свой проезд". Семантическая аномальность данного объявления может быть использована преднамеренно с целью поднятия настроения пассажиров или разряжения обстановки в общественном транспорте.

-I'm glad I attended your lectures on insomnia, doctor. -Did you find them interesting? -No, but they have cured my insomnia (Такова жизнь 2001, с.52).

-Доктор, я рад, что посещал ваши лекции по бессоннице. -Вы нашли их интересными? -Нет, но они вылечили меня от бессонницы.

В данном примере референциально многозначно высказывание No, but they have cured my insomnia. С одной стороны, данное многозначное высказывание означает "излечение от бессоницы". С другой стороны, говорящий искусно маскирует подразумеваемый смысл: "ваши лекции настолько скучны, что они могут усыпить любого, даже того, кто страдает бессонницей". Председатель Центробанка заготавливает с женой соленья на зиму:

-Слышь, жена - у меня банки прямо в руках лопаются. -Сколько раз я тебя просила не брать работу на дом! (Семь дней... 2002, с.4) Выделенное выступают обеспечивают результате предложение является банки многозначным. и Функторами которые В лексические единицы лопаются, асимметризируясь с другими функторными единицами Центробанк и соленья, неоднозначное толкование выделенного предложения. этого имплицируется отрицательная оценка деятельности председателя Центробанка.

127 -Говорят, что гениальность - это болезнь. -Пусть это вас не беспокоит, вы выглядите вполне здоровым (Музыканты смеются 1969, с.171). В данном примере референциально многозначным является высказывание Пусть это вас не беспокоит, вы выглядите вполне здоровым. С одной стороны, имеется в виду "здоровье музыканта находится в отличном состоянии". С другой стороны, маскируется подразумеваемый смысл: " музыкант бездарен ". 2) Смех как защита. Этот вид смеха направлен на то, чтобы ситуацию, которая не нравится, не доставляет удовольствие, через смеховое отношение превратить в ситуацию, которая не вызывает негативных чувств. В этом случае говорящий, как правило, через смех адаптируется к ситуации, так как саму ситуацию изменить нельзя. -In what battle did General Wolfe say 'I die happy', when he heard that the enemy were running? -In his last (Такова жизнь 2001, с.45).

-В какой битве генерал Вульфе произнес "Я умираю счастливым", когда услышал, что враг спасается бегством. -В своей последней.

Многозначным высказыванием является In what battle did General Wolfe say 'I die happy', when he heard that the enemy were running? Функторной единицей выступает лексическая единица battle. Возможны следующие ее интерпретации: 1) битва как историческое сражение;

2) битва как одна из множеств. Оценочно-гедонистический фон единицы образуют асимметричные смыслообразы, связанные с возможностью разной оценки факта "битва" и испытываемого при этом переживания удовольствия (битва выиграна) или неудовольствия (битва проиграна). Battle, взаимодействуя с лексической единицей die (умирать), образует смысл "гибель в битве", а, взаимодействуя с лексической единицей happy (счастливый (генерал счастлив, так как враг спасается бегством)), образует смысл "победа в битве" (как правило, для народа 128 победа в той или иной битве является историческим событием). Не зная названия битвы, адресат трактует ее как "последнюю", тем самым, маскируя свое незнание истории страны.

An ex-serviceman staying at one of the hotels in California wrote to his friend: "I came up here for a change and rest. The waiters in this hotel take the change and the proprietor takes the rest" (Такова жизнь 2001, с.78).

Бывший военнослужащий, остановившись в одном из отелей в Калифорнии, написал следующее своему другу: "Я приехал сюда, чтобы сменить обстановку и отдохнуть. Официанты здесь берут чаевые, а владелец отелем забирает оставшуюся часть денег."

Каламбурное использование омонимичных слов change и rest позволяет говорящему выразить свое негативное отношение к персоналу отеля. Change 1) passing from one state to another;

alteration;

becoming different (перемена, изменение);

2) small coins (мелкие деньги, мелочь) (Hornby 1992, v.1, p.189). Rest - 1) absence of activity (отдых);

2) the remainder;

that which is left (остаток;

остальное) (Hornby 1992, v.3, p.64). Полицейский - женщине-водителю:

-Когда вы ехали по шоссе, я сразу определил: по крайней мере семьдесят... -Ну что вы! Просто эта шляпа меня очень старит!.. (Вокруг смеха 2002, с.6). В высказывании Когда вы ехали по шоссе, я сразу определил: по крайней мере семьдесят... функтором является лексическая единица семьдесят, которая относится к двум референтным ситуациям: 1) правила дорожного движения (завышенная скорость 70 км/час);

2) возраст водителя (70 лет). Асимметризация двух предметных ситуаций в одной функторной единице приводит к многозначности самого высказывания. Женщина-водитель, желая замаскировать факт превышения ею скорости движения на шоссе, создает комическую ситуацию, притворяясь, что не понимает о чем идет речь.

129 -Его Величество приглашает Скива-мага явиться ко двору Поссилтума, дабы установить там, годен ли он занять должность придворного мага. -Я вообще-то не чувствую себя достойным судить о том, годен ли король быть придворным магом, - скромно отозвался Ааз, внимательно разглядывая всадника. - Разве он не доволен должностью просто короля? (Асприн 1992б, с.195) Структурная многозначность выделенного высказывания возникает за счет местоимения-функтора он, который может относиться либо к его Величеству, либо к Скиву-магу, что позволяет адресату по-своему трактовать высказывание, преследуя свою цель и создавая комическую ситуацию. 3) Смех как преодоление. Этот вид смеха направлен на то, чтобы изменить ситуацию, сделать ее такой, чтобы она соответствовала идеальному образу ситуации;

через смеховое воздействовать на тот объект (субъект), который вызывает неудовольствие. Patient: Do you pull teeth painlessly? Dentist: Not always - the other day I nearly dislocated my wrist (Шутки и смешные рассказы 1993, с.33).

-Вы удаляете зубы безболезненно? -Не всегда - на днях я чуть не вывихнул себе запястье.

Многозначным высказыванием является Do you pull teeth painlessly? Функтором является синтаксическая единица pull teeth painlessly, которая связана с проекциями-излучениями следующих планов: 1) безболезненное удаление зубов связано с деятельностью субъекта 'Удаляете ли вы зубы безболезненно?';

2) безболезненное удаление зубов связано с самим субъектом 'Не испытываете ли вы сами боль, когда удаляете зубы пациенту?'. Удаление зубов может вызывать у людей как положительные эмоции (удалить без боли), так и отрицательные (несмотря даже на безболезненную процедуру удаления зубов, пациент может испытывать дискомфорт). Функторная единица pull teeth painlessly взаимодействует с другой лексической единицей dislocated. В 130 результате этого в анализируемом высказывании сталкиваются два смыслообраза: 1) я (т.е. дантист) удаляю зубы пациенту безболезненно, не причиняя себе боли, 2) я удаляю зубы пациенту безболезненно, причиняя себе боль. При асимметризации этих смыслообразов возникает имплицитный смысл: "Я буду единственным, кто пострадает от этой процедуры". Таким образом, с помощью смеха адресант "маскирует" слабость пациента (страх пациента при удалении зубов).

First artist: Well, old man, how's business? Second artist: Oh, splendid. Got a commission this morning from a millionaire. Wants his children painted very badly. First artist: Well, my boy, you are the very man for this job (Шутки и смешные рассказы 1993, с.24).

-Ну что, дружище, как идут дела? -О, великолепно. Этим утром я получил заказ от одного миллионера. Он очень хочет, чтобы я нарисовал его детей (или он хочет, чтобы я плохо нарисовал его детей). -Ну, мой друг, для такой работы ты - именно то, что ему нужно.

Выделенное предложение является многозначным. Функторная единица very badly, входящая в состав данного предложения, может иметь двойную синтаксическую связь. Она может сочетаться либо с want (smth), означая очень хотеть (чего-либо), либо с painted, означая очень плохо рисовать. Структурная многозначность высказывания Wants his children painted very badly позволяет первому художнику (first artist) в замаскированном виде обнажить недостатки своего собеседника, а именно, отсутствие у него (собеседника) художественного таланта.

There was a wealthy man who was proud of his skill in landscape painting but he was a very bad artist. Once he invited several critics to look at his pictures. One of his visitors stopped in front of one of the pictures. "Here's one you ought to call 'Home'", he said. "Why?" asked the painter.

131 "Because there's no place like it", said the critic (Шутки и смешные рассказы 1993, с.18).

Один богатый мужчина гордился тем, как он рисует пейзажи. Но он был очень плохим художником. Однажды он пригласил несколько критиков оценить его картины. Один из посетителей остановился около одной из его картин. "Вот эту картину вы должны назвать 'Дом'", - сказал критик. "Почему?", - спросил художник. "Потому что нет ничего ему подобного ", - ответил критик.

Функтором является лексическая единица home, которая тесно связана с семантическим содержанием высказывания there's no place like it. В данном примере обыгрывается английская поговорка There's no place like home 'Нет места подобного дому', имея в виду, что дом является тем самым местом, где человек чувствует себя счастливым. В выделенном высказывании симметризуются две предметные ситуации: there's no place like it и there's no place like home, т.е., во-первых, то, что нарисовано на картине, является домом самого художника, и только он чувствует себя хорошо, глядя на нее;

во-вторых, то (а именно пейзаж), что художник нарисовал ни на что не похоже. Семантическое содержание импликации носит отрицательный характер. На это указывает лексическая единица bad (плохой) в сочетании с другой лексической единицей artist (художник). В результате совмещения двух предметных ситуаций с отрицательной оценкой имплицируется несколько новых смыслов: 1) художник, нарисовавший картину, бездарный;

2) только сам думает, что его картина хороша и достойна внимания. 4) Смех как высмеивание. Этот вид смеха направлен на осмеяние недостатков конкретного описываемого лица или объекта в форме тонкой, скрытой насмешки (ирония). Такие высказывания говорящим используются преднамеренно для утверждения противоположного тому, что он думает о лице: Gwendolen:...Cecily, mamma, whose views on education are remarkably strict, has brought me up to be extremely short-sighted;

it is part of her system;

so do you mind my looking at you through my glasses? художник 132 Cecily: Oh! not at all, Gwendolen. I'm very fond of being looked at (Wilde 1960, p.57).

-Моя мама, которая смотрит на воспитание крайне сурово, развила во мне большую близорукость: это входит в ее систему. Так что вы не возражаете, Сесили, если я буду смотреть на вас в лорнет? -Нет, что вы, Гвендолен, я очень люблю, когда на меня смотрят!

В данном примере многозначным высказыванием является...Cecily, mamma, whose views on education are remarkably strict, has brought me up to be extremely short-sighted;

it is part of her system;

so do you mind my looking at you through my glasses? Здесь присутствуют две предметные ситуации. В первую ситуацию входят такие функторные единицы, как education (a system of teaching or instruction (воспитание);

the knowledge and abilities developed through teaching and training (образование));

strict (severe, stern (строгий, суровый));

bring up (look after during childhood;

educate (воспитывать, образовывать));

во вторую short-sighted (one who must have objects unusually near to see them clearly (близорукий)). Они транспонируются друг на друга, в результате чего возникает явный (1) и скрытый (2) смысл: 1) Воспитание мамы было настолько строгим, что я стала близорукой, неспособной хорошо видеть;

2) Меня воспитали не замечать, что происходит вокруг. -Дали бы мне три дня молодости, - повторяет дедушка с полным ртом, я бы показал, что сделать с этим буйволом. -Ну, ты у нас герой, - говорит дядя насмешливо. Я знаю, на что он намекает (Искандер 1974, с.105). Многозначным высказыванием является Ну, ты у нас герой. Функтором выступает лексическая единица герой. Смысловая структура этой функторной единицы включает компоненты предметного и оценочного планов. В предметном совершивший плане доминируют следующие подвиги компоненты: мужества, 1) человек, доблести, (совершающий) самоотверженности;

2) лицо, чем-либо отличившееся и привлекшее к себе 133 внимание;

3) лицо, являющееся для кого-либо предметом поклонения, восхищения, образцом для подражания (Словарь русского языка 1999, т.1, с.307). В оценочном плане происходит асимметризация двух компонентов: 1) положительное отношение к герою;

2) пренебрежительно-насмешливое отношение к герою (об этом свидетельствует фраза говорит дядя насмешливо). Компоненты предметного плана отступают на второй план, но не исчезают. Они создают базу для возникновения ироничного смысла высказывания, который непосредственно связан с компонентами оценочного плана. В результате возникает имплицитный смысл "куда уж тебе;

вряд ли ты на это способен".

"This is Willie Stark, gents. From up home at Mason City. Me and Willie was in school together. Yeah, and Willie, he was a bookworm, he was teacher's pet. Wuzn't you, Willie?" And Allex whickered like a stallion in full appreciation of his own delicious humor (Warren 1979, p.123).

"Это Билли Старк, джентельмены. Из Мейсон Сити. Билли и я учились вместе в школе. Билли был книжным червем и любимчиком учителей. Не так ли, Билли?" - и Алекс заржал как жеребец над своей изысканной шуткой.

Многозначным высказыванием является And Allex whickered like a stallion in full appreciation of his own delicious humor. Функтором выступает синтагма delicious humor, которая является носителем иронического смысла. Delicious содержит компонент положительно эмоциональной окраски (giving pleasure to the sense or the mind (доставлять удовольствие чувству и разуму)). Humor имеет также положительный эмоциональный компонент (the capacity to see and appreciate funny and amusing things (способность понять и оценить шутку)). В контексте данная функторная единица положительной семантики, взаимодействуя с лексическими единицами whickered (заржал) и stallion (жеребец), обретает прямо противоположное значение "отсутствие чувства юмора, грубость".

134 -Ну чего ты вертишь этот дурацкий апельсин. - Да вот, хочу почистить для тебя. - Спасибо! Галантный кавалер! (Чулаки 1984, с.352). Выделенное высказывание является многозначным. Здесь функторная единица галантный кавалер имеем прилагательное галантный с положительным эмоциональным компонентом (изысканно вежливый, любезный) и эмоционально нейтральное устаревшее существительное кавалер (поклонник, ухажер). В контексте оно приобретает прямо противоположное значение "не знающий как себя вести, неумелый, неловкий мужчина;

недотепа).

Cecily: Do you suggest, Miss Fairfax, that I entrapped Ernest into an engagement? How dare you? This is no time for wearing the shallow mask of manners. When I see a spade I call it a spade. Gwendolen: I am glad to say that I have never seen a spade. It is obvious that our social spheres have been widely different (Wilde 1960, p.60).

-Не меня ли вы обвиняете мисс Ферфакс, в том, что я вынудила у Эрнеста признание? Как вы смеете? Теперь не время носить маску внешних приличий. Если я вижу лопату, я называю ее лопатой. -Рада довести до вашего сведения, что я никогда в жизни не видела лопаты. Совершенно ясно, что мы вращаемся в различных социальных сферах.

Выделенное высказывание является многозначным.

Функтором выступает само предложение-высказывание When I see a spade I call it a spade, которое имеет два значения 1) буквальное Когда я вижу лопату, я называю ее лопатой;

2) метафорическое Я называю вещи своими именами. Намеренно расшифровывая данное высказывание как Я в жизни никогда не видела лопаты, говорящий подчеркивает свой социальный статус и статус собеседника. -Ба! Да ведь это писательский дом. Знаешь, Бегемот, я очень много хорошего и лестного слышал про этот дом. Обрати внимание, мой друг, на этот дом! Приятно думать о том, что под этой крышей скрывается и вызревает целая бездна талантов. -Как ананасы в оранжереях, - сказал Бегемот и... (Булгаков 1988, с.355).

135 В данном примере референциально многозначно выделенное высказывание. Бегемот иронизирует по поводу писательского дома, сравнивая его с оранжереей, а его обитателей с ананасами. Оранжерея - это теплица, помещение для культуры растений, которые, в открытом грунте данной местности расти не могут (Словарь русского языка 1999, т.2, с.636). Т.е. необходимы определенные условия, чтобы родился талант в стенах грибоедовского дома. Ананасы в оранжереях, как правило, не выращивают. Это что-то искусственное. Следовательно, иронизируя по поводу писательского дома, Бегемот тем самым хотел сказать, что произведения писателей этого дома слишком надуманные и лишены таланта. Итак, фактического синтаксические контрадиктно-синергетический материала и показывают, что анализ в и интерпретация "комических" создании высказываний как в английском, так и русском языках участвуют лексические, коммуникативные факторы, предопределяющие многозначность высказывания и приращения смысла. Ведущую роль в создании юмористического эффекта в английском и русском высказывании играют лексические факторы в силу распространенности приема языковой игры, основанной на омонимии и многозначности слова. Коммуникативные факторы значимы при порождении иронии, так как интерпретация иронического высказывания предполагает изображаемой в нем действительности. 3.5.2. СЕРЬЕЗНОЕ КАК КРИТЕРИЙ ФУНКЦИОНАЛЬНОПРАГМАТИЧЕСКОЙ ТИПОЛОГИИ МНОГОЗНАЧНЫХ ВЫСКАЗЫВАНИЙ В область прагматики входят не только высказывания, вызывающие смех, но и высказывания, отличающиеся строгостью своих мыслей. "Серьезные" высказывания подразделяются на непреднамеренно и преднамеренно созданные. Непреднамеренно созданные многозначные высказывания, как правило, возникают из-за стремления говорящего экономно выразить свою соотнесением высказывания с 136 мысль. Преднамеренно созданные многозначные высказывания подразделяются на два модуля: а) стремление скрыть свое желание, б) стремление скрыть свою мысль. I. Непреднамеренное создание многозначности высказывания. Стремление экономно выразить свою мысль. Недостаточное, неполное, неточное описание предмета, субъекта разговора или ситуации ведет к многозначности высказывания и приводит к возникновению проблемной коммуникативной ситуации. Многозначность высказывания в этом случае может порождаться 1. Многозначными или омонимичными словами:

-I managed to jump over the horse today. -What? -The wooden horse, Father, in the gymnasium. I managed to jump over it (Bailey 1987, p.68).

-Мне удалось перепрыгнуть через коня. -Что ты сказал? - Через деревянного коня, отец, в спортзале. Мне удалось перепрыгнуть через него.

Указанное предложение становится многозначным вследствие наличия в нем многозначного слова horse, означающего: 1) an animal (животное);

2) a wooden framework with legs, used for jumping over in a gymnasium (гимнастический снаряд) (Hornby 1992, v.2, p.102).

Walt: I'm afraid this is corked. Basil: I just uncorked it. Didn't you see me? Walt: What? Basil: (shows him the cork on the end of the corkscrew) Look. Walt: No, no... Basil: No? you see, I took it out of the bottle - that's how I managed to get the wine out of the bottle into your glass. Walt: I don't mean that. I mean the wine has reacted with the cork.

137 Basil: I'm sorry? Walt: The wine has reacted with the cork and gone bad (Cleese, Booth 1991, p.90).

-Боюсь, оно отдает пробкой (или закупорено). -Я только что откупорил ее. Ты разве не видел, как я это делал? -Что ты имеешь в виду? -(показывает ему пробку на штопоре) Посмотри. -Нет, нет... -Нет? Видишь, я снял ее с бутылки - вот, как мне удалось налить вино в твой бокал. -Я не это имею в виду. Я думаю, что вино вступило в реакцию с пробкой. -Я не понимаю. -Вино вступило в реакцию с пробкой и утратило свои вкусовые качества.

Выделенное высказывание является многозначным. В зависимости от того, что оба участника понимают под многозначным словом corked, определяется значение всего предложения. Первый участник под corked понимает отдающее пробкой вино, так как, очевидно, что он уже его распробовал. Для второго участника corked означает закупоренную (бутылку вина), так как из ситуации видно, что именно он открывал бутылку и, вероятно, еще не успел попробовать вино.

Ellen: No, you are a vampire! Kreton: A vampire? You mean I drink blood? Ugh! Ellen: No, you drink emotions, our emotions. You'll sacrifice us all for the sake of your...your vibrations! (Vidal 1965, p.169) Элен: Нет, ты вампир! Кретон: Вампир? Ты думаешь, я пью кровь? Элен: Нет, ты питаешься нашими эмоциями. Ты принесешь нас в жертву ради своих...своих флюидов.

Из-за многозначности слова vampire выделенное высказывание может быть осмыслено двояко. Элен считает Кретона энергетическим вампиром, так как, возможно, она чувствует эмоциональный упадок сил после их разговоров. Кретон же не понимает этого и считает, что о нем говорят как о вампире, пьющем чужую кровь. Сама фраза drink blood 'пить кровь' имеет многозначный 138 характер: 1) пить настоящую кровь, например, человека или животного;

2) "высасывать" все силы;

3) "высасывать" деньги. В результате этого ситуация становится дважды многозначной, и остается не ясно, кто кого не понял - либо Кретон Элен, либо Элен Кретона. Само же предложение No, you are a vampire! имплицирует смысл: "Мне неприятно с тобой встречаться". Кроме олимпийского золота, он выиграл всевозможные награды (реклама на ОРТ, 14.08.2000). Двоякое осмысление этого высказывания основано на многозначности слова кроме. Оно может означать 1) Вдобавок к олимпийскому золоту...;

2) Исключая олимпийское золото... -Брось, Фрумпель... Теперь твоя очередь. Просто восстанови мои способности и мы отправимся своей дорогой. -Я не могу этого сделать! - воскликнул он. -Что? Рука Ааза шевельнулась и в ней, словно по волшебству, появился нож. -Вы не понимаете...- взмолился Фрумпель. - Я не говорю, что не стану возвращать вам ваши способности. Я хочу сказать, что не могу. Я не знаю, что с вами произошло и как этому можно противодействовать (Асприн 1992а, с.115). За счет наличия многозначного модального глагола не могу высказывание становится неоднозначным и может трактоваться 1) по какой-то причине Фрумпель не может сделать то, о чем его просят;

2) он не в состоянии этого сделать. -А в чем дело? -Бабки! - проорал он и исчез из виду. С ума сойти!

139 Напротив стопы к кабинету Гримбла (казначея - О.Г.), я невольно ощутил смутное раздражение. При всех моих заботах с дамами и девицами не хватало мне еще только обсуждать с Гримблом каких-то бабушек! (Асприн 2002, с.321-322) Наличие слова-омонима бабки делает высказывание многозначным. Бабки: 1) сленг деньги;

2) мн.ч. слова бабка. Для наблюдателя данная ситуация может показаться смешной. 2. Разными сценариями (разным развитием ситуации):

-How do you want to be treated? -Like other men treat their wives. -Knock you about, you mean? -Don't be absurd. Why must you make a joke of everything? (Maurier 1975, p.211) -Как ты хочешь, чтоб с тобой обращались? -Как все мужья обращаются со своими женами. -Ты имеешь в виду, поколачивать тебя? -Не будь смешным. Почему ты все превращаешь в шутку?

Выделенное нами высказывание многозначно. Так как в функторной единице treat (обращаться с кем-либо) содержатся компоненты положительной и отрицательной оценки (например, обращаться хорошо и обращаться плохо, жестоко), то возможно несколько сценариев развития данной ситуации: 1) носить "на руках", говорить комплименты, дарить цветы, подарки, обращаться как со взрослым человеком, с уважением;

2) не обращать внимания, поколачивать, ругать, обвинять и т.д. (Флибустьер швейцару) -Смотри, Николай! Это в последний раз. Нам таких швейцаров в ресторане даром не надо. Ты в церковь сторожем поступи. - Проговорив это, командир скомандовал точно, ясно, быстро:

- Пантелея из буфетной. Милиционера. Протокол. Машину. В психиатрическую. - И добавил:

- Свисти! (Булгаков 1988, с.76).

140 В силу недостаточной информации о данных субъектах и предметах выделенные курсивом высказывания являются референциально многозначными и могут быть поняты неоднозначно:

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.